Юлия Белова

Моя история Золушки

Глава 1

– Гад… Урод… Сволочь… Козел… Гад…

Так, уже повторяюсь. Нужно расширять словесный запас ругательств. К тому же, по жизни мне повезло и есть возможность подцепить словечко другое. Работа все ж таки у меня нервная, общаться приходиться с разными индивидами. Все ж таки полиция.

– Кобель озабоченный…

Еще одно ругательство и очередная ложка мятного мороженного. Мои друзья не понимали, как можно любить мятное мороженное, на их мнение на вкус оно было как замерзшая зубная паста. А мне нравится. Оно как ни как вовремя пришлось после того, как я выгнала своего уже бывшего парня.

Олег, мать его, Троян. Конь Троянский, блин. Мужчина тридцати восьми лет отроду. Голубоглазый блондин. Спортсмен. Красавчик. Ветеринар. Мы были в отношениях два с половиной года и все казалось мне просто замечательным. Какая женщина не мечтает о красивом мужчине, который и комплиментами засыпает, и в доме убирает, и ужин готовит, и в постели что надо. Вот Олежка именно такой. Я-то уж губу раскатала и будущее уже распланировала, думала поженимся, настрогаем парочку детишек и будем жить поживать. Но! Все прелести Олега Геннадиевича оценила, как оказалось, не только я. Прихожу, значит, пораньше с работы, чтобы милому сюрприз сделать. Угу. А оно оказалось, что сюрприз поджидал меня. Стою и наблюдаю, как в моей квартире на моей кровати мой мужик-мечта кувыркается со своей секретаршей. Эллочка. Четвертый размер груди и ноги от ушей.

– Это не то, что ты подумала! – Воскликнул Олежек.

Действительно! Эти двое на кровати голые охают-ахают, потеют, глазки закатывают. Что же я могла подумать? Да по любому погоду обсуждали. А голые, потому что нынче жара все рекорды побила. Угу.

Молча, – зачем нервы тратить? -, выставила этих «любителей погоды» за дверь. Как были. Голыми. А вещички все собрала и выбросила в окошко. Квартира то у меня на четвертом этаже, так что летели Эллочкины стринги красиво. Я даже залюбовалась, чего уж говорить о дяде Толе, нашему местному алкоголику.

И вот сижу я значит одна, обнимаю банку мороженого и смотрю свой любимый с детства мультфильм «Золушка». Мне всегда нравилась эта девушка, что в любой ситуации пыталась найти что-то хорошее. Может все потому что она, как и я, сирота? Только вот она веру в людей не потеряла, а мне с каждым днем все сложнее.

Ну вот что, что со мной не так? Внешность? Не сказала бы, что страшненькая, но и не писаная красавица. Среднего роста, толстая русая коса, все нужные выпуклости есть, не такие как у Эллочки, но тоже ничего. Лицо кругленькое, розовые щеки и аккуратный нос. Ну да, губы немного полноваты, зато все свое, натуральное. Серые глаза, черные ресницы и аккуратные брови. Между прочим, не хуже этой секретутки!

– И жили они долго и счастливо, – озвучил диктор конец сказки, а карета со счастливыми молодоженами укатила в закат.

Ну чего этим мужикам не хватает?! Я хоть и детдомовская, но к хозяйству приучена. Как та Золушка и убирала, и готовила, и стирала, и деньги в дом приносила. Хотя с моей работай это было довольно тяжело. А может все дело именно в работе? Ну так, извините, это единственное, что я не собиралась никому уступать. Хотя некоторые мужики меня побаивались, говорили, что у меня характер тяжелый. А какой он должен быть у лейтенанта убойного отдела?

Мне напарник так и говорил:

– Ленка, ты же сама их можешь об колено и в утиль! Боятся мужики тебя. Нежнее надо быть. Нежнее.

Но если боятся, что же за мужики-то такие? Вот найти бы такого, как напарник мой, Пашка. Эх, жаль, что он уже давно и бесповоротно влюблен в свою жену Настю. А был бы холостым…

Телефонный звонок раздался неожиданно. Нашарив пульт, выключила телек и пошлепала в поисках мобилки. О, Пашка звонит. Только вспомнила.

– Леныч! – Заорал мужской бас в трубке. – Хватит сопли жевать! Я тебе сразу говорил, что бабник этот твой Олежек.

– А ты откуда уже знаешь? – Удивилась я.

– Так я ж тебе говорил. В твоем доме Настюхин брат квартиру купил. Он и рассказал, как красиво бельишко этой швабры летело, а потом и они с хмырем сверкая своими…

– Ладно, ладно, поняла, – перебила я друга, чтобы закрыть неприятную тему, но он и не думал успокаиваться.

– Это ты хорошо придумала. Хороший урок им будет. А вообще Антон мужик хороший. Нужно вас обязательно познакомить. – С одного на второе перескочил Пашка.

– Э нет! Хватит с меня. Все. Достали уже. – Вздохнув, я прикрыла окно, что так и было открыто.

– Зря ты так. Леныч, ты ж баба хорошая. Если бы не моя Настька, женился бы, ей-Богу! – Горячо заверил друг.

Я лишь хмыкнула в ответ. Этот разговор проходил у нас каждый раз, когда я разочаровывалась в очередном своем прынце.

– Ладно. Это все потом. – Вдруг стал серьезным Пашка. – Леныч, я че звоню-то. Давиденка помнишь?

– Тот, что жену в ванной нашел? – Тут же поняла я.

– Да. Михалыч позвонил, говорит, Давиденко напился и в магазине буянит.

– Ну, а мы при чем?

– Он сам не справляется. Давиденко орет, что жену его убили, а мы все прикрываем.

Ох уж эти мужики…

– Говори адрес.

Место оказалось не далеко от моего дома. Минут десять на машине, если пробок нету. Но на такие случаи я уже давно мигалку стребовала. Замечательная штука, пропускают везде, но не всегда. Быстро сменив свой любимый халатик в белую ромашку на брюки и серую рубашку, прихватив удостоверение, телефон и ключи, поспешила на выход.

Около подъезда на лавочке сидели четыре бабульки. Те еще грымзы, но ко мне всегда относились с уважением и неким подобием любви. Еще бы, после нашего-то «милого» разговора, когда я им объяснила куда, как и зачем им следует пойти со своими жалобами на Гришку из десятой квартиры.

– Здравствуйте, – поздоровалась вежливая я.

– Здравствуй, Леночка. Неужели опять на задание?

– А то, Евдокия Николаевна, – уже из машины ответила я.

Подъехав к месту, сразу заметила напарника, местного участкового, он же Михалыч, нескольких ребят из дежурки и скорую. Интересно, а последняя кому понадобилась? Выйдя из машины, поежилась. Под вечер жара спала, а вечерний ветерок пробирал до костей. На небе набежали тучи, а в воздухе чувствовался запах грозы.

– Ну, как тут дела? – Махнув рукой парням из дежурки, обратилась я к напарнику.

– Хреново, Леныч, – хмуро отозвался Пашка. – У него пистолет оказался. А в магазине продавщица и еще одна женщина с ребенком.

Я выругалась, дело действительно было хреновое. По словам Михалыча, Степан Давиденко явился в магазин уже изрядно пьян и потребовал бутылку водки. Продавщика осторожно намекнула, что возможно эта бутылка была бы лишней. Мужчина взбесился, достал пистолет и стал угрожать. Постепенно требование дать бутылку переросло в требование возобновить дело о его супруге. Под руку еще попали и покупатели. Итого – трое заложников. Прохожие вызвали полицию. Пьяный мужчина кричал, что пока убийца его жены не будет найден, он никого из магазина не выпустит. А то, что его женушка львиную долю успокоительного запила вином, уснула в ванной и захлебнулась, никого не волнует.

– Говорить с ним пытались? – осматривая магазинчик, спросила я.

– Конечно, – немного обидчиво отозвался Михалыч. – Но он неадекват! Пьян в стельку! Полину с дочкой жалко. Малая же сейчас напугана.

Вот здесь я с ним была полностью согласна. Там взрослые женщины перепуганы, что уж говорить о ребенке. Взвесив все за и против, я решила действовать.

– Я пойду и поговорю с ним.

– Леныч, это опасно.

– Паша, там две женщины и ребенок уже в опасности!

– Сейчас подъедет группа с психологом. Они начнут разговор и…

– Пока они приедут кто-нибудь может пострадать, – перебила друга.

В разговор попытался влезть участковый, Пашка рыкнул на него и начался спор. Пока мужчины тренировали красноречие друг на друге, я юркнула под красную ленту и приблизилась к дверям магазинчика. Сквозь стеклянное витринное окно было видно трясущуюся продавщицу за прилавком, в паре шагов от нее женщина моего возраста и цепляющаяся за ее юбку девчушка лет шести. Боком стоял Давиденко, он занял удобную позицию, чтобы одинаково наблюдать за заложниками и обстановкой на улице. Потрепанная серая футболка в жирных пятнах на животе, такие же видавшие лучшие годы штаны. В одной руке наполовину пустая бутылка водки, а во второй – СР1ПМ, кажется. И где ж ты, родимый, его взял?

– Степан Борисович! – Крикнула я.

Мужчина дернулся, обернулся ко мне, а руку с пистолетом выставил в сторону продавщицы.

– Степан Борисович, это я – Елена Александровна Красневская. Мы с вами беседовали по делу смерти вашей жены.

– Убийству! – Почти взревел Давиденко. – Жанну убили! А вы… вы ничего не делаете!

– Степан Борисович, я именно поэтому здесь. Вам не успели сообщить, что появились новые улики по делу. Чтобы начать расследование нам нужно ваше заявление, без него мы не имеем право что-либо делать.

– Что она делает? – Донесся до меня «шепот» Михалыча.

– Время тянет, – шикнул на него Пашка.

Давиденко на некоторое время задумался, пьяно хлопая глазами. Я, затаив дыхание, ждала. Будь он трезв, понял бы, что все мои слова блеф чистой воды. Дело давным-давно закрыто и никаких улик появится не может. Наконец мужчина ожил, пошатываясь, подошел к двери, приоткрыл ее и поманил меня за собой. Я бросила быстрый взгляд на хмурого Пашку за моей спиной и вошла внутрь.

Обычный небольшой магазинчик в спальном районе. Похожий находился и около моего дома. Продавщица, лет пятидесяти, с размазанным макияжем на лице, нервно крутила кольцо на пальце. Полина, мать девочки, в отличии от первой, слезы не лила. Плотно сжав губы, она цепким взглядом наблюдала за пьяным Давиденко, крепко прижимая к себе дочь. Видно было, что в первую очередь она думала о безопасности ребенка и не давала страху завладеть собой.

– Вы хотя бы ребенка выпустили, – буркнула я, прежде чем меня толкнули в спину, вынуждая сделать два шага вперед.

– Руки подними и не дергайся, – скомандовал Давиденко.

Я, фыркнув, выполнила указание. Мне бы не составило большого труда выбить пистолет из рук пьяницы, но я боялась, что при малейшей ошибке могли пострадать невинные люди. Но бездействовать тоже не вариант. На мое счастье прямо передо мной находился холодильник. Внутренняя стенка его была зеркальной, так что я могла отчетливо видеть стоящего за моей спиной мужчину.

– Я говорил, что моя Жанночка не могла сама… Говорил! Ее кто-то убил, – заплетавшимся языком начал ворчать Давиденко.

– Да, да, вы были правы, – согласилась я.

Только, только хотела обернуться и выбить оружие (мужчина как раз подошел ко мне), как действие пошло не по плану. Такая долгожданная группа Пашки прибыла и тут же стала действовать с нахрапа. На улице завыли сирены и послышались крики мужчин. Давиденко резко обернулся, его лицо исказила ярость. Как в замедленной сьемке я видела, как он направляет пистолет в сторону Полины с дочерью. Сорвавшись с места, бросилась к ним.

Грохот выстрела. Резкая боль в спине. Что-то горячее льется по спине. Последнее, что осталось в памяти испуганные глаза Полины и отчаянный крик Пашки.

***

Сознание вернулось резко. Глаза ослепило от окружающей меня белизны. Совсем рядом кто-то фальшиво распевал песни Оли Поляковой. Да так, что мартовские коты нервно икают в сторонке. Осторожно повернула голову влево, затем вправо. Лежала я на полу в какой-то незнакомой комнате. Потолок, пол, стены – все было неимоверно белым. Я в больнице? Но почему на полу? Вот никогда я не сомневалась, что в наших больницах творится полнейший беспорядок. Это надо же, бросить больного на полу! Где эти санитары? Где-то на заднем плане промелькнула мысль, что в нормальной комнате должны быть окна и двери, здесь это отсутствовало. Более того, казалось, что этой комнате не было края, стены были где-то далеко и то скорее просто угадывались.

Я резко села и обернулась, чтобы увидеть кто же там так старательно рвет глотки. Если это и есть потерянные санитары им не поздоровится.

Картина, представшая передо мной, потрясла до глубины души. В метрах пяти от меня стоял стол полностью заставлен всевозможными яствами. Вокруг него сидели… эээ… кто? Я насчитала семерых субъектов в черных балахонах с натянутыми на голову капюшонами. Хэллоуин вроде бы осенью, а сейчас как бы июль. К чему маскарад? Еще больше внимание привлеки косы. Не в смысле волосы, а в смысле та самая коса, которой в деревнях траву косят. Темное бревко, стальное и острое на вид лезвие. Вся эта веселая компания смеялась, пела «Королеву ночи» и сотрясала стопками в… Мамочки! Костлявые, как у самых настоящих скелетов, руки. Вот это грим!

– Опа! Девочки, лови пополнение, – воскликнул кто-то из них, и вся компания посмотрела в мою сторону.

Не будь я ребенком двадцать первого века, наверняка шлепнулась бы в обморок, когда семь черепушек с пустыми глазницами уставились на меня. А так всего лишь вздрогнула и нервно икнула. Надеюсь, это просто глюки.

– Чего сидишь там, милая? Подходи, не боись! – Затараторила одна из них старческим дребезжащим голосом.

– Давай, давай, тебе теперь уж точно боятся нечего, – хихикнула вторая вполне молодым голоском.

Дамочки, а что все они были женщинами я не сомневалась, захихикали, чокнулись и выпили, выдав дружное «ух».

– Имя? – Откашлявшись, обратилась ко мне, кажется, та самая, что первой заговорила со мной.

– Мое? – Брякнула я.

– Ну, мое мне известно, – снова засмеялась моя собеседница.

– Красневская Елена Александровна.

– О, это моя, – обрадовалась та, что сидела на третьем месте от меня. – Умерла от огнестрела?

– Умерла!?

От такого заявления я даже на ноги вскочила. Как так умерла? Что еще за шуточки такие? Я рассмеялась. Дамочки все разом замолчали и, кажется даже, с укоризной смотрели на меня.

– Это розыгрыш такой, да? Пашка решил меня проучить? Где камеры? Куда помахать? – Закрутилась я на месте в поисках тех самых камер.

– Как же тяжело с этой молодежью, – вздохнула дамочка, что общалась со мной.

– И не говори, – согласились с ней остальные.

Что произошло дальше, так и не поняла. Одна из этих дамочек махнула рукой, и я мгновеньем оказалась прямо перед ней. Что самое интересное, сие действие нехило так напугало, но бьющегося сердца я не услышала.

– Деточка, ты умерла. – Спокойно сказала черепушка и в этот момент я точно поверила им.

– Леночка, по-твоему кто мы? – Ласково так отозвалась еще одна.

– По-моему, вы просто мои глюки, – честно созналась я.

Дамочки снова рассмеялись. Меня их смех уже начинал нервировать. Если, я действительно умерла, то не вижу здесь ничего смешного.

– Милочка, мы – Смерть, – решила признаться одна из них.

– Все сразу? – Поинтересовалась я.

– А ты что думала? Вас много, одной со всеми не справишься.

Ясно. Процент смертности значит высокий. Но если так, почему я здесь одна? Ну да ладно, все это потом, сейчас… Я умерла. Принять такую новость было нелегко. Хотя если прислушаться, то можно заметить, что я не дышу и сердце в груди не бьется. Да и вообще ничего не чувствуется, лишь чувство паники.

– Так, спокойно! – Тут же подняла руку Смерть. – Давай, Лена, садись к нам. Расскажешь, что за жизнь у тебя была.

Ну я и пошла. Действительно, чего терять раз все равно уже умерла? Мне уже ничего не страшно. Эх, жалко Пашку. Он же винить себя будет, за то, что отпустил и недоглядел. А квартира, квартира моя как? Сколько лет копила… Знала бы, хоть завещание какое состряпала. На того же Пашку. У них с Настей через четыре месяца малыш должен родиться, лишние деньги были бы к месту. Вздохнет теперь спокойно весь убойный, не будет больше Красневская их воспитывать. А Владислав Геннадиевич как обрадуется, начальник мой… или все же огорчиться? Все ж у нас с Пашкой больше всего число раскрытых дел. Нет, все же умирать не охота. Мне же только тридцать три стукнуло. И все…

– Садись, – по взмаху костлявой руки одной Смерти около нее появился еще один пустой стул.

Усаживаясь на предложенное место, я краем глаза рассматривала «рабочий инструмент» моих собуты… собеседников. На первый взгляд все косы выглядели одинаково, лишь внимательно присмотревшись, можно было заметить, что на каждом лезвии выгравирован какой-то рисунок. У кого-то это была виноградная лоза, у кого-то – птица или цветок. У той, что сидела по левую руку от меня был котенок, а по правую… Микки Маус. М-да, с юмором у них все отлично. Чуть позже я, кстати, узнала для чего им нужны эти инструменты. Косы – это нечто их жетона, доказывающего, что перед вами самая, что нинаесть настоящая Смерть. К тому же, благодаря им, они могли перемещаться по всем точкам мира.

– А по какому поводу праздник? – Рассматривая косу, поинтересовалась я.

– Сто семнадцатая уходит на пенсию! – Гордо ответили мне.

Сидящая во главе стола Смертушка приветливо сделала мне ручкой. А я снова немного подвисла. Во-первых, судя по номеру-имени их здесь много. Так что утверждение, что смерть у всех одна – неверное. Во-вторых, Смерть уходит на пенсию. Смерть. На пенсию. Я точно умерла или этот гад Давиденко какой-то галлюциноген мне впорол?

– Умерла, умерла, – закивала Смерть по левую руку, оказывается вопрос я задала в слух. – К нам живые не попадают.

Смертушки снова рассмеялись и наполнили рюмочки. При чем передо мной тоже появилась и не какая-нибудь, а настоящая стограммовая граненная рюмка, какие были еще при СССР.

А водочка у Смертушек очень даже ничего…

Спустя каких-то три часа мы сидели в обнимку и оплакивали мою несчастную жизнь. Смертушки оказались приятными собеседниками, прочувствовали мое горе, как собственное.

– Ох, Ленка, как же тебе тяжко пришлось, – икнула Девяносто седьмая.

– Бедняга, – поддакнула Пятьдесят четвертая.

– Бывает и хуже, – не согласилась Пятнадцатая.

В принципе, я была с ней согласна. Не такая уж и плохая жизнь у меня была. Действительно бывают намного хуже. У некоторых людей каждый прожитый день хуже любой смерти.

– За счастливую жизнь! – Выдала тост Двадцать первая.

Кстати, именно Двадцать первая Смерть отвечала за умершие души людей на Земле. По их словам, мой мир был не единственным, их существовало превеликое множество и за каждым был прикреплен свой штат Смертушек и жнецов. Например, за Землю отвечали, как я уже говорила, Двадцать первая, Пятьсот сорок девятая, Шестьдесят четвертая, что занимались душами людей, и Триста восьмая, Девятнадцатая, Двадцать восьмая, Сто двадцатая, которые занимались душами животных, но их на этой пирушке не было. Они и жнецы забирали души и переносили их на место назначение. Что это за место мне не сказали, намекнули лишь, что скоро сама все узнаю. А вообще у них была даже самая настоящая Школа Смертей. Да, да именно так и есть с большой буквы. Там их обучали всем тонкостям работы с душами. После всех успешно сданных экзаменов им вручали косы вместо дипломов и, если имелось вакантное местечко, отправляли на службу.

Вот так весело и познавательно мы проводили время за душевными разговорами.

– А знаете, как иногда хотелось чуда… Чтоб как у Золушки, прилетела крестная фея и р-р-раз все у нее стало хорошо, – заплетавшимся языком пролепетала я.

Шестая тут же подсунула мне еще одну рюмашку и огурчик на закусь. Пятьдесят четвертая успокаивающе погладила по волосам.

– Девоньки, а может поможем? Хорошая же девочка, – вдруг заявила Сто седьмая, виновница торжества.

Эта Смертушка проработала на своем посту не много не мало три тысячи лет. Затем решила, что хорошего понемножку, пора бы и честь знать. Махнула рукой и накатала заявление о уходе.

– А почему бы и нет? – Поддержала Пятнадцатая.

– Так ведь не положено, – засомневалась Девяносто седьмая.

На нее недобро зыркнули все остальные.

– Ты еще малая, так что сиди и помалкивай, – шикнула на нее Пятьдесят четвертая.

Девяносто седьмая виновато опустила голову. Мне ее даже жаль стало, так что я по-дружески похлопала ее по костлявому плечу.

– Давай, Ленка, поднимайся, – потянула меня за руку Шестая.

– Крестной феи мы тебе найти не сможем, – начала Сто седьмая.

– Зато у тебя будет аж семь крестных-Смертей! – Радостно закончила за нее Двадцать первая.

Меня от такой перспективы немного передернуло. Шестая тем временем оттащила меня на два метра от стола.

– Куда бы ее? – Стали совещаться мои крестные.

– Может ко мне?

– Нет, у тебя прынцев нету.

– А у меня все кровососущие.

– О! Давайте ко мне. Как раз с минуты на минуту освободиться местечко, – радостно сообщила Пятнадцатая.

Смерть достала прямо из воздуха что-то типа планшета и быстренько что-то стала щелкать, довольно кивнула своим мыслям и что-то показала своим подругам. Остальные выбором остались довольны и согласно закивали. Я же наблюдала за всем со стороны, меня качало из стороны в сторону и чувствовала себя как пьяный ежик на выгуле. При жизни так никогда не напивалась.

Тем временем Пятнадцатая подошла ко мне и взяла за руку. Во второй она держала косу с котенком на острие.

– Пять, четыре, три, два, один… – шепотом считала она.

Громкий хлопок, фиолетовая вспышка перед глазами и темнота. Лишь где-то, словно сквозь вату, пожелания удачи и не скорой встречи от остальных Смертушек.

Глава 2

Сначала пришла боль. Все тело, словно в огне, но больше всего давали о себе знать ребра и неимоверно пульсирующая боль в затылке. До ушей долетали какие-то странные звуки: чьи-то шаги, тихие голоса, визгливый лай пса и ржание лошадей. Я хотела встать, но сил не было даже на то, чтобы пошевелить рукой. До сознания вяло доходило, что лежу я на чем-то твердом и холодном, а в нос лезут запахи пыли и дыма.

Больше раздумывать мне не дали. Прямо на лицо полилась ледяная вода. Едва не задохнувшись, стала кашлять и фыркать, через невыносимую боль с трудом перевернулась со спины на бок.

– Очнулась? – Раздался над головой незнакомый ядовитый голос.

С трудом разлепив веки, сквозь туман в глазах попыталась осмотреться. Надо мной склонилась незнакомая девица в странном прикиде. Высокая прическа со множеством кудряшек, какое-то платье в рюшах. Было такое чувство, что эта краля сошла со страниц исторической книги. Лицо девахи мне не понравилось сразу. Слишком уж оно злобное было. И приплюснутое, как у пекинеса.

– Надеюсь, ты запомнишь этот урок, – продолжила тем временем фифа. – И больше, чтобы даже смотреть в сторону моего Коллина не смела. Дрянь.

Девица фыркнула напоследок, точно как собака, и удалилась. За ней в неприметную доверенную дверь юркнула еще одна с подсвечником в руках. Я осталась одна мокрая на холодном полу в темноте. Боль в теле никуда не ушла, туман в глазах становился все плотнее, сознание вот-вот должно было юркнуть в спасительную темному. Что со мной произошло? Где я?

С невероятным усилием протянула руку вперед и уперлась судя по всему в стену. Прохладная шершавая поверхность, судя по всему камень. С еще большим трудом заставила свое тело подняться и сесть, упершись спиной в эту самую стену. В ребрах тут же стрельнуло так, что перед глазами вспыхнуло красная вспышка, я не сдержалась и вскрикнула. Еще раз попыталась осмотреться, когда боль немного утихла. Взгляд сфокусировался на руках. Такс… когда это я успела похудеть? Мои руки, мои пухленькие ручки, сейчас выглядели миниатюрными, пальцы длинные тонкие с аккуратным ухоженным маникюром. Затем на глаза упала длинная черная прядь волос. Стоп! Что? Черная?! Ааа! Что это!? Опускаю глаза ниже. Одета я была в какое-то серое платье с кучей крючков и ленточек на лифе. Такой длинны платья я никогда не носила, юбка доставала мне до самых щиколоток. Вообще, в своем гардеробе я предпочитала удобные брюки. Кривя губы от боли, осмотрелась вокруг. Где я, черт возьми, и что здесь вообще происходит?

Дверь напротив меня снова со скрипом открылась. Я тут же зажмурилась от яркого света. Ушей достиг женский удивленный возглас и всхлип, затем быстрые шаги в мою сторону. От неожиданности дернулась, ребра снова пронзила боль, я зашипела. Передо мной кто-то присел на корточки. Немного привыкнув к свету, смогла разглядеть троих, мужчину и женщину, а за их спинами стояла девушка со свечой в руках. Мужчина лет сорока на вид в широкой белой рубахе, с перетянутыми волосами кожаным ремешком, был словно из древней Руси. Рядом с ним на колени упала пышная женщина в длинной юбке, тоже белой рубахе и белым передником.

– Эйли, что же она с вами сделала? – Запричитала женщина.

– Да за что же? – Всхлипнула девушка.

– Не по-человечески это, – пробасил мужик.

Мне же было абсолютно все равно на все их причитания и слезы. Было больно, плохо и страшно.

– Эйли Аленсия, вы нас слышите? – Взволновано спросил мужик.

– Кто вы? – Задала я вопрос неожиданно чужим голосом.

Женщины резко умолкли, переглядываясь. Мужчина поддался немного вперед, внимательно вглядываясь в мое лицо.

– Эйли, это я – Леон. Неужто не узнаете? – Голос мужчины неожиданно дрогнул.

Я еще раз осмотрела всех присутствующих, обстановку вокруг и свои потемневшие волосы и задала следующий вопрос:

– Кто я?

Женщина схватилась за грудь, девушка зарыдала еще громче. Боль в затылке стала невыносимой, а на губах почувствовался соленый вкус крови. Туман перед глазами становился все плотнее и наконец мое сознание улетело в спасительную тишину.

***

Я лежала в небольшой комнатушке на чистых хрустящих простынях и смотрела на белый потолок. Было такое чувство, что нахожусь в нашей доброй милой психушке. Да и не удивительно, если вспомнить, что вокруг происходит.

Где-то около трех часов назад из комнаты вышли Леа, она же экономка и повариха в этом доме, доктор, служанка Тили. Эти люди хлопотали надо мной эти два дня, когда я находилась в бреду. Как оказалось, у меня было сотрясения мозга, сломано ребро, вывихнута левая рука и множество ушибов. Когда состояние мое более-менее нормализовалось, я стала размышлять.

Нет, ну сначала я действительно думала, что моя крыша просто уехала, на прощанье помахав шифером, но с каждой минутой, чувствуя боль и видя взволнованные незнакомые лица перед собой, понимала, что все это реально. Я действительно оказалась в незнакомом месте в чужом теле. Естественно, закатывать истерику и сообщать о своем переселении не стала. Кажется мне, что тогда я бы точно попала на инквизиторский костер. К тому же, я все-таки следователь, а работа следователя – искать правду. Какой бы странной она не была. Так что именно этим делом я и решила заняться.

Итак, что мы имеем? Кажется, меня убили, я напилась в компании Смерти и в заключении попала в чужое тело и боюсь, что даже в чужой мир. Миленько, м-да. Хотела фею-крестную? Получи и распишись. Но у каждого она своя, у меня – Смерть. К тому же, мне не дают покоя мысли о бывшей хозяйке этого тела. Не явится ли она и не попросится обратно? Как там Пятнадцатая сказала? Освободиться место? Угу, главное, чтобы, протрезвев, она не одумалась. А еще мне жуть как хотелось узнать где я, от кого и главное за что получила бывшая хозяйка этого тела все эти синяки, ушибы и переломы.

Дверь тихонечко приоткрылась и в комнату, словно мышка, юркнула девчушка Тили. Девушка лет семнадцати, невысокого роста, в сереньком аккуратном платье в пол с белыми кружевами на вороте и длинных рукавах. Ее толстая русая коса небрежно перекинута через плечо. Чуть темнее цвета волос бровки домиком, огромные зеленые глаза, чуть широкий нос-картошкой и пухлые губки. Фигурка, не смотря на юный возраст, уже имеет все нужные выпуклости и изгибы. Правда вид у нее был совсем печальный. Опущенные плечи, взгляд в никуда, поджатые губы и трясущийся подбородок, словно она со всех сил пытается сдержать слезы. В руках Тили был поднос с небольшим кувшином, стаканом и накрытой белой салфеткой миской чего-то.

– Эйли, вы проснулись? – Искренне обрадовалась девушка, заметив мой внимательный и осознанный взгляд.

Быстренько преодолев расстояние от двери к кровати, Тили сгрузила свою ношу на небольшую прикроватную тумбочку, сместив чуть в сторону темные пузырьки с мазью и сиропами, оставшимися после посещения лекаря. Девушка обернулась ко мне и без лишних слов помогла принять сидячее положение, удобно подсунув подушку мне под спину.

– Эйли, вы как себя чувствуете? Лекарь сказал, что вы проспите до вечера. Боль вернется и нужно будет принять еще лекарства и смазать спину. Но Леа сказала, что перед этим вам необходимо поесть, – быстро тараторила девушка.

Тили убрала салфетку и в нос тут же ударил запах, от которого рот наполнился слюной, а живот недовольно заурчал. Что ж, Леа оказалась права – нужно поесть. Девушка в это время схватила миску и ложку и с самым серьезным видом приготовилась меня кормить. Вот это ты, Ленка, дожилась, тебя уже и кормить, как дитя малое, собираются.

– Думаю, это будет лишнее, – как можно мягче сказала я.

Голос был чужой, звонче и мелодичнее моего. Но могу сказать точно, что он мне определенно нравиться. Тили меж тем нахмурилась, от чего между ее тонких бровей залегла небольшая складка.

– Вам нужно съесть это, – твердо сказала девушка.

– Я не говорила, что отказываюсь есть. Просто, думаю, что уже в силах сделать это самостоятельно, – в доказательство собственных слов, протянула руки.

Тили растерялась, глядя то на миску, то на мою протянутую руку. А меня меж тем начинало это раздражать. Ей-богу, будто милостыню выпрашиваю! Еще немного поколебавшись, Тили вздохнула и аккуратно поставила поднос мне на ноги, на него установила миску, а в здоровую руку всунула ложку. Благо забинтована была у меня левая рука, так что я вполне нормально справлялась правой. В миске оказался куриный бульончик, такой вкусный, что я опомнится не успела, как съела все до последней капли. Было даже мимолетное желание попросить добавки, но организм еще не полностью окреп, так что это будет уже лишнее.

Тили все это время стояла надо мной и наблюдала за процессом поедания супчика каким-то странным недоверчивым взглядом. Я осторожно положила ложку в пустую миску и подняла хмурый взгляд на девушку.

– Что-то не так? – Осторожно поинтересовалась.

Мало ли, может у них этот суп есть можно только после определенного ритуала или молитвы какой-нибудь, а своим невежеством нанесла оскорбление их вере. Боги, Ленка, что за дурацкие мысли у тебя в голове? Тили меж тем покраснела и стыдливо опустила глаза в пол. Забрав поднос с моих колен, девушка протянула мне стакан воды.

– Прошу простить меня, госпожа, просто вы так ловко орудовали рукой, – невнятно ответила она.

– А что здесь такого? Вывих то на другой, – пожала плечами я и тут же скривилась, боль в ребрах давала о себе знать.

– Все так, госпожа, просто… вы ведь левша и до этого момента правой рукой даже просто поддержать ложку не могли, не то чтобы есть, – пояснила девушка.

От неожиданности я подавилась и закашляла. Тили охнула и отобрала у меня злосчастный стакан с таким видом, будто это была ядовитая змея. Откашлявшись, устало откинулась на подушку. Так значит теперь я левша… Странно, ложкой я действительно орудовала как обычно и никаких изменений не почувствовала. Может ли это значить, что вместе с душой этому телу достались еще какие-то навыки с моей прошлой жизни?

Пора бы узнать о своей новой жизни. Прощупать почву, так сказать. Взгляд мой упал на Тили. Могу ли я доверять этой девушке? Ее забота и волнения выглядят вполне искренне. Что-что, а читать людей я на своей работе научилась. Пашка даже говорил как-то, что у меня «профессиональная чуйка». Эх, Пашка, как же я буду по тебе скучать… Так! Сопли в сторону. Сейчас не время и не место. Что там моя «чуйка» говорит о Тили?

– Тили. Могу ли я обращаться к тебе просто по имени и на «ты»? – Вежливо так поинтересовалась я.

Глаза девушки тут же стали круглыми от удивления. С чего вдруг хозяйка решила спросить такую глупость? Неудивительно, что на лице девушки промелькнула целая гамма эмоций.

– Конечно, госпожа, – девушка немного присела, склонив голову.

– Тили, – вновь обратилась я, когда она приняла нормальную стойку, – ты не могла бы подать мне зеркало, пожалуйста?

Если сначала вопрос удивил ее, то чуть позже в глазах Тили появилась жалость. Она наверняка решила, что я захотела посмотреть, что сталось со мной после всех травм и горячки. Девушка быстро исполнила мою просьбу и в моей руке появилось зеркало размером с лист бумаги.

Сделав глубокий вдох, успокаивая сильно бьющиеся сердце в груди, я посмотрела на свое отражение. Из зеркала на меня смотрела бледная девушка немногим старше самой Тили. Класс, я не только получила шанс на вторую жизнь так еще и помолодела лет на десять. Длинные волосы цвета вороного крыла, немного блестели от неяркого света свеч и были идеально ровными и густыми. О таких волосах я мечтала всю жизнь. Мне то свои приходилось выравнивать, потому что они все время норовили распушится и торчали в разные стороны, как у одуванчика. Полные, красиво очерченные губы, аккуратненький прямой нос. Но даже все это меркло на фоне нереально красивых глаз. С необычным размером, насыщенного темно-синего цвета, казавшимися мне настоящими глубоководными озерами, обрамленные в пушистые черные ресницы и игриво изогнутыми черными бровями. И даже засевшие под глазами синяки усталости не могли лишить их волшебного очарования. За всю свою жизнь я не встречала человека с более красивыми глазами, чем эти. А если ко всему этому добру еще и идеальное молодое тело, божечки, да эта девушка настоящая красавица!

И что же могло такого случиться, что ее избили до смерти? Оторвав взгляд от зеркала, я посмотрела на Тили. Девушка все это время стояла в сторонке и ждала пока я налюбуюсь собой.

– Скажи, Тили, я могу тебе доверять? – Осторожно начала я, откладывая зеркало на кровать.

Девушка вздрогнула и отшатнулась словно от пощечины, ее глаза расширились, дыхание участилось. Она вдруг упала передо мной на колени и прижала руки к груди.

– Эй, ты чего? – Испугалась я.

– Госпожа! Я ради вас… я… жизнь готова отдать! Пусть покарает меня Единый, если я вру! – горячо сказала Тили, преданно глядя мне в глаза.

– Да верю я тебе, верю! Встань, пожалуйста, – умоляюще промямлила я, чувствуя, как пылают щеки.

Такой жаркой демонстрации я никак не ожидала. На какое-то мгновенье даже стало стыдно, что вот так обманываю эту девчушку. Ведь верна она своей хозяйке, а я просто заняла ее место. Тили, кстати, так же резво вскочила на ноги и молча смотрела в мою сторону, ожидая моей следующей реакции. Говорить или нет? Чем мне грозит все? Но как-то же нужно объяснить ситуацию и мое странное поведение.

– Тили, послушай, то, что я тебе сейчас скажу, может показаться весьма странным. Поэтому я хочу, чтобы наш разговор остался втайне. Договорились?

Я бросила подозрительный взгляд на дверь, будто ожидая, что она сейчас откроется и кто-то войдет. Тили повторила мой маневр, а затем подвинулась ближе и немного наклонилась вперед. А я еще и пальчиком ее поманила, чтобы она окончательно наклонилась ко мне.

– Я ничего не помню, – прошептала ей прямо на ухо. – Я не помню где нахожусь, не помню ваши лица и что со мной произошло. Даже имени своего не помню.

Тили охнула, прикрыла рот ладошкой и резко отстранилась от меня. Широко распахнутыми глазами она внимательно смотрела на меня, будто ища подтверждения моим словам.

– Полная амнезия, – развела руки в сторону и прикусила губу с досады.

Блин, а есть ли у них здесь такое слово? Об этом как-то вообще не подумала.

– Я позову Леа, – вдруг сказала девушка и выскочила за двери.

– Стой! – Закричала я ей в след.

Замечательно! Вот тебе и «чуйка» … Хотела же по-тихому договорится. Откинувшись обратно на подушки, раздражённо выдохнула. И что теперь делать? Эта девчонка может сейчас весь дом на уши поставить.

Но как оказалось, я зря волновалась. Тили вернулась спустя десять минут в компании поварихи-экономки Леа. Своей комплектацией и добрыми ореховыми глазами эта женщина оправдывала свою профессию. Этакая добрая тетушка-пирожочек.

– Эйли, бедняжка моя, что случилось? Тили, дурында этакая, – Леа бросила взгляд на покрасневшую девушку, – все твердит, что у вас какая-то ам.. эм… амназия.

– Амнезия, – на автомате поправила ее я.

Судя по хмурым лицам, я оказалась права, этого слова до сего момента женщины не слышали. Так, нужно будет поаккуратнее со словами, чтобы лишнего аборигенам местным не ляпнуть.

– Вы, я так понимаю, Леа? – Задала я еще один вопрос.

– Вот! Вы видите? Видите? Ой, горе… Госпожа совсем ничего не помнит. Что же это такое? – Начала причитать Тили.

– Замолчи! – Рявкнула на нее женщина так, что даже я на кровати подпрыгнула, чего уже говорить о бедняжке Тили. А Леа меж тем обернулась ко мне: – Это правда, эйли?

– Да, – просто ответила я. – Я совсем ничего не помню.

Тили начала хлюпать носом, а Леа покачала головой и успокаивающе погладила меня по свободной от бинтов руке. А я меж тем раздумывала: «Эйли» это мое новое имя?

– Хватит сырость разводит. – Снова начала ругать Леа Тили. – Лучше пойди и принеси госпоже чаю.

Как только Тили, подхватив поднос, скрылась за дверью, Леа снова обернулась ко мне.

– Вы уж простите ее, госпожа. Она не глупая, добрая девчонка, волнуется за вас очень. А про память вашу… так лекарь говорил, что после тех травм могли быть нехорошие последствия. Бедное дитя, ваш батюшка в гробу перевернулся бы, узнав, что эти злыдни себе позволяют. Упокой Единый его душу.

Леа прикоснулась кончиками пальцев до губ, до сердца и обвела круг перед своим лицом. Судя по всему, это что-то типа того как у нас люди крестятся, а здесь круги рисуют. Угу, нужно взять на заметочку.

Дальше последовала весьма интересная, но печальная история жизни некой восемнадцатилетней Аленсии ар Миолен («эйли», кстати, это вежливое обращение к незамужним девушкам, типа нашего «мисс», к замужним «эйла», а ко всем мужчинам «эйл»). Так вот, вся история была смутно похожа на историю все той Золушки. Так что я вынуждена признать, что слово свое крестная Смерть сдержала на все сто.

Матушка Аленсии умерла, когда девочке было шесть. Через пять лет отец женился повторно и у Аленсии появилась мачеха и сводная сестра. По словам Леа, те еще гадюки. Два года назад граф Миолен умер, оставив свою дочку на растерзание мачехи. Та, почувствовав волю, стала зверствовать и превратила жизнь Аленсии в настоящий ад. Сестричка сводная не отставала от матушки, раз за разом подкидывая девушке очередную гадость. Так, например, Аленсию выселили из ее комнаты и заселили на чердак рядом с комнатами прислуги. Ну точно Золушка! В тот же год верные графу слуги не вынесли капризов и самодурства графини и уволились, на месте остались лишь трое – Леа, Леон и Тили. Они-то и скрашивали серую жизнь Аленсии, помогая и заботясь о ней из-за всех сил.

– Леа, скажите, кто сделал это со мной? – Мой голос дрогнул.

Аленсию было жаль до слез. Я понимала, как тяжело ей было, ведь сама такая же сирота. Но если меня детдом закалил, то бедную девочку одиночество погубило. Пусть Леа и Тили любили ее, но это ни в какое сравнение не шло с родительским теплом.

– Может лучше не знать? – Тихо, почти шепотом, спросила женщина.

– Я обязана знать. – Твердо ответила я.

Женщина вздохнула и украдкой погладила меня по волосам.

– Это была Палома, ваша сводная сестра.

Сестричка значит…

– Почему?

В этот раз Леа снова промолчала. Ей не хотелось говорить, она хотела уберечь меня от новых волнений и потрясений. Я ее понимала, эта женщина любила Аленсию, как родное дитя. Но мне просто необходимо было знать, чтобы вернуть долг.

– Из-за ревности. – Вдруг заговорила Тили. – Эта кур…

– Тили! – Предостерегала Леа болтливую девчушку.

– Что Тили? – Вдруг вспылила та. – Не собираюсь я молчать! Всем известно, какая наша госпожа красавица и умница. Куда этой жабе до вас? Вот и ухажер ее плешивый не устоял. Как увидел вас в саду, когда за курицей этой приходил, и все. Потерял к ней всякий интерес. А ведь она полгода пыталась привлечь его внимание. Уже и к свадьбе готовилась. Злыдня.

Когда Тили рассказывала, Леа кривила нос при каждом ругательстве, но одергивать девушку больше не пыталась. У меня же в груди вскипала самая настоящая ярость. Та рыжая пекинеска, видимо и есть эта самая Палома. Она издевалась над бедной Аленсией из чистой зависти. Но последняя ее выходка стала для девушки последней.

По щеке скатилась первая горячая слеза. Заметив это, Леа и Тили тут же свернули спор, влили в меня стакан какого-то зеленого лекарства, уложили и быстренько ретировались. Я осталась в полном одиночестве лить слезы. А ведь в своем мире я еще в четырнадцать пообещала себе, что больше никогда не буду плакать. Но сейчас это было просто необходимо. Я оплакивала бедную девушку Аленсию, оплакивала свою жизнь, оплакивала Красневскую Елену, что умерла далеко-далеко отсюда. И уже засыпая, я пообещала:

– Я отомщу за тебя, Аленсия ар Миолен.

***

В своей комнате, своем персональном убежище, я просидела безвылазно еще две недели. Все это время ко мне приходили только три человека: Леа, Тили и эйл Совьех, он же семейный лекарь. Мои же мачеха и сестрица даже носа своего не показали. По словам Тили, Палома сокрушалась, что я иду на поправку, а ее милый, из-за которого она избила Аленсию, сделал предложение другой. Палома три дня проревела в подушку и отчего-то винила в этом Аленсию, то есть меня. Мачеха же все время пропадала на приемах и званых вечерах, проигрывая за карточным столом состояние покойного супруга. Вообще все свои сбережение граф оставил Аленсии. До совершеннолетия этим всем должна была заправлять мачеха, а по достижению восемнадцати все доставалось Аленсии. Но два месяца назад был восемнадцатый день рождения, а доступа к счетам Аленсия так и не получила. Почему так случилось Тили не знала. Наверняка ушлая вдовушка заставила падчерицу либо отказаться от наследства, либо еще что-то сделать. Но ничего, эту ситуацию я исправлю. К тому же все это время я не сидела сложа руки, по моей просьбе Тили таскала мне книги из библиотеки, и я зачитывала полезную литературу взахлеб.

Оказывается, сейчас я находилась в Арбайге, королевстве расположенном на юге материка Квинт, входящим в Светлую империю. Правит королевством древний род дан Эрнанд. Кстати, все эти приставки в имени, такие как «ар», «дан», «кин», «тим» и так далее, были не просто так. По ним можно было узнать какое социальное положение занимает человек. У меня в имени была приставка «ар» -я отношусь к графам, «дан» – королевский род, «тим» – герцогский.

Помимо истории я так же изучала местные законы, этику и даже интересовалась верой. Все это должно было помочь мне отстоять свое место под солнцем. И в первую очередь мне нужно навести порядок в этом доме.

– Госпожа, обед подавать как обычно? – спросила Тили за моей спиной, ожидая ответа.

Я стояла около окна и любовалась окрестностями и видневшемся неподалеку городку Мейхбер. Конечно, можно было и дальше сидеть в комнате и тешить себя мыслью, что можно жить спокойно пока про меня все забыли. Но это была не жизнь, а убогое существование. Пришло время показать зубы.

– Нет, Тили. Проводи меня в общую столовую, – оборачиваясь, сказала я.

Девушка тут же сморщила нос, не скрывая своего удивления и недовольства.

– Госпожа, это не лучшая идея. – Осторожно начала она. – Вы и раньше ели на кухне, а теперь… Эти грымзы смогут испортить аппетит даже собаке.

Вот что мне нравилось в этой девчушке, так это ее прямолинейность. Тили никогда не ходила вокруг да около, а сразу рубала всю правду-матку в лоб. К тому же Леа сказала правду, Тили оказалась умной и даже немного хитрой девушкой в свои полные шестнадцать.

– Нет, Тили, пора уже пообщаться со своими «дражайшими» родственничками, – отрицательно покачала я головой.

– Ох, и зря вы все это затеяли, – проворчала она, но все помогла собраться.

Вообще Тили была уверенна, что ничего хорошего из этого обеда ничего не выйдет. Дамочки успели заполучить себе репутацию самых настоящих стерв. Но ничего, это они еще не имели дело с Еленой Александровной, если уж я начальника смогла приструнить, что уж говорить о них.

Моя мачеха Айша и сестра Палома уже сидели за столом. Графиня выглядела прям точь-в-точь как известный персонаж мультфильма. За исключением таких же как у дочери ярко-рыжих волос. Я даже не сдержала ироничного смешка. Приплюснутое лицо Паломы выражало крайнюю степень скуки, что не делало ее привлекательней. Она вяло гоняла по тарелки кусочек картофелины и вздыхала каждые две минуты. Помимо графини и ее дочери здесь так же присутствовали двое слуг, что обслуживали господ и Леа. При моем появлении Леа удивилась, а затем бросила суровый взгляд на Тили. Видимо за то, что она не смогла меня остановить. Удивилась так же Палома, а вот Айше было абсолютно все равно. Дамочка, судя по виду, страдала жутким похмельем. Она сидела во главе длинного стола, облокотившись о стол, прикрывая рукой глаза.

– Посмотрите, кто вылез из своей берлоги, – не скрывая яда в голосе, протянула Палома.

Я скривилась от этого противного визгливого голосочка.

– Я тоже рада тебя видеть, дорогая сестрица, – растянула я губы в улыбке.

В ступоре оказались все. Палома округлила глаза, возмутившись моей наглостью. Слуги переводили взгляд с меня на графиню и обратно, вжимая головы в шею, готовясь к взрыву. Даже графиня зыркнула на меня одним глазом.

– Подайте еще один прибор, пожалуйста, – обратилась я к Леа.

Тили и Леа переглянулись и одновременно посмотрели в сторону графини, все еще изображающей статую. Повариха, видя, что никакой реакции от Айши не поступает, неуверенно кивнула и Тили тут же упорхнула исполнять указание. Я все это время стояла совершенно спокойная, растягивая губы в улыбке. Но это внешне, внутри же у меня все кипело от гнева, глядя на рыжую гадину.

– Ты тронулась головой? – Снова обрела способность говорить Палома. – Как вообще осмелилась явиться сюда?

Я проигнорировала ее. Вернулась Тили и поставила приборы на стол. При этом место мне выделил по левую руку от графини, напротив Паломы. Вдруг «ожила» мачеха, внимательно посмотрела на меня, сузив глаза. Тили едва ли не отпрыгнула от стола.

– Ты забыла свое место, девочка? – Прокуренным голосом спросила Айша.

И вот эта женщина смогла зацепить покойного графа? Я видела портрет графа и его умершей жены, матери Аленсии. Правда валялся он все же на том чердаке, ибо графиня приказала убрать все напоминания о Каталине ар Миолен. Вот та женщина была действительно красавицей, Аленсия пошла в нее. Только глаза ей достались от отца. Граф же был слегка полноватым мужчиной с пышной гривой светлых волос и доброй улыбкой. Мне даже фантазии не хватало представить, чем он смог привлечь такую шикарную женщину. Но Леа мне объяснила, что Джеймит в первую очередь был человеком с добрым сердцем. Да и вес он набрал после свадьбы, а до этого был тем еще сердцеедом.

Так вот, сейчас я стояла под «убийственным» взглядом графини и думала, что она и в подметки не годится первой жене графа. А этот взгляд? Ха! Да наш Федор Степанович, патологоанатом с морга, умел одним словом «ты» вызвать панический ужас у собеседника.

Я улыбнулась еще шире.

– Ну что вы, матушка, – последнее слово я нарочно выделила, с радостью наблюдая как кривится графиня, – я свое место точно знаю. А вот вы видимо запамятовали. Но ничего, я понимаю, возраст все-таки. Склероз.

Графин с клубничным компотом выскользнул из рук шокированного слуги. В столовой стояла звенящая тишина. А я чувствовала себя великой актрисой на сцене театра. Первой очнулась Леа, полушепотом приказав нерасторопной девице убрать осколки и вытереть пол. Затем на ноги подскочила Палома.

– Да как ты вообще смеешь, дрянь?!

– Ты видимо выпила зелья храбрости, детка, если осмелилась дерзить мне. – Графиня подалась вперед. – Так я могу быстро выбить его из тебя.

Я медленно подошла к столу с напускным равнодушием. Так же медленно провела рукой по столу и взяла в руки нож. Вертя его в руке (правой, конечно, левой я все так же ничего не умела), обратилась к слугам:

– Помогите, пожалуйста, графине занять ее место. Во главе стола должна сидеть хозяйка.

Я говорила, что удивила их? Нет, вот сейчас все перебывали в полном шоке, не в силах даже пошевелиться. Глаза Айши медленно, но верно наливались кровью.

– Дрянь! – Вскочила она на ноги и подлетела ко мне, замахиваясь, чтобы дать пощечину.

Ха! Дамочка, перед тобой лейтенант полиции. Одним ленивым движением, я перехватила ее руку и вывернула запястье. Женщина вскрикнула и присела, опираясь второй рукой о стол.

– Матушка, – пропела я под изумленные взгляды присутствующих, – я благодарна вам за то, что присматривали за всем здесь, не щадя саму себя. Но теперь я сама в состоянии сделать это. И еще, в следующий раз хорошо подумайте прежде чем поднимать на меня руку.

Я оттолкнула от себя женщину и брезгливо вытерла руку о платье. До сих пор с содроганием вспоминаю о том, что водопровод здесь отсутствует.

– Тили, поторопись, – присаживаясь на место графини, сказала я.

Служанка тут же быстренько поменяла приборы местами. Палома бросилась к матери.

– Мамочка, – пропищала она.

Я же с самым невозмутимым видом наполняла свою тарелку едой. Мое поведение было рискованным. Ведь неизвестно как поведет себя графиня. Сейчас я сыграла на элементе неожиданности. Никогда раньше Аленсия не позволяла себе такого в отношении своей мачехи. Мой план строился только на том, что несмотря на всю свою уверенность, навредить истинной наследнице графа Айша не посмеет, иначе тогда все состояние может отойти каким-нибудь дальним родственникам графа по крови. Но ответного удара ожидать стоит.

Неожиданно Палома с самым свирепым видом бросилась в мою сторону. В этот раз я и напрягаться не стала, просто выплеснула ей в лицо стакан воды.

– Ох, сестрица, извини, я такая неуклюжая, – притворно сложила я ладоши, – это все из-за моих травм. Эй, вы чего застыли? Помогите графине и ее дочери. Бедняжки плохо себя чувствуют.

Последние слова адресовались слугам. Лакей и служанка подхватили Айшу под белы ручки и потащили вон из столовой. Следом еще одна девушка проводила Палому.

– Ты ответишь за это, гадина, – не хуже змеи зашипела сестричка.

– Обязательно, – не стала отрицать я.

Вот так в малой столовой нас осталось трое: я, Леа и Тили. Последняя смотрела на меня с каким-то поистине диким восторгом, а Леа тем временем перебывала просто в шоке.

– Госпожа, это… это просто вау, – выдохнула девушка.

– Теперь они попытаются наказать вас еще сильнее, – встревожено сказала женщина, нахмурив брови.

– Куда уж дальше, – прошептала я себе под нос, а уже громче добавила: – Не волнуйтесь, Леа, времена, когда им все сходило с рук, прошли. Теперь я в состоянии постоять за себя. Тили, а ты, пожалуйста, отправь кого-то за нашим, нота… поверенным. Я хочу с ним поговорить. Хорошо было бы, если он пришел, когда моих дражайших родственниц не будет дома.

То, что такой работник у графа имеется, я узнала от Леа несколько дней назад. Еще больше меня обрадовала новость, что старичок жуть как не любил вдовствующую графиню. Это должно было сыграть мне на руку.

Я наконец приступила за еду, Тили упорхнула исполнять поручение, а Леа просто смотрела на меня задумчивым взглядом.

– Вы изменились, эйли, – после долгой паузы сказала она. – Вы больше не та робкая девочка, которой были раньше.

Я горько улыбнулась. Знала бы она, что та несчастная девчонка умерла от жестокости своих близких.

– Вы стали тверже, уверены в себе. Это видно по вашим глазам и то, как вы ровно держите спину. – Продолжила Леа. – И дело не в травме.

Я отложила приборы и откинулась на спинку стула, внимательно глядя на женщину.

– Вы правы, Леа. Я изменилась. Считайте, что я просто повзрослела.

***

Поверенный пришел около шести часов вечера, когда из дома укатила сначала Палома, а за ней и ее матушка. Невысокий щупленький старичок с лысой головой и цепким живым взглядом. И если телом он казалось стоит уже одной ногой в могиле, то по взгляду можно точно сказать, что старик пробудет в здравии еще с десяток лет, если не больше.

– Рад приветствовать, эйли ар Миолен, – склони голову в приветствии мужчина. – Мне сказали вы хотели меня видеть. Чем могу быть полезен?

– Здравствуйте, эйл Кворбер, – ответила я на приветствие. – Я действительно хотела поговорить. Но прежде чем приступить к разговору, хочу предупредить вас о том, что все, о чем мы сейчас будет говорить, должно остаться только между нами и не выйти дальше этой комнаты.

– Можете не сомневаться, эйли. Я унесу ваши секреты с собой в могилу.

Отчего-то сомневаться в его словах я стала. В комнату вошла Тили и осторожно поставила перед нами поднос с чаем и еще теплыми булочками. Мы подождали пока служанка вышла и преступили к разговору.

– Эйл Кворбер, несколько недель назад со мной приключилось неприятная ситуация, после который я частично потеряла память. – Начала я.

Во взгляде мужчины промелькнуло удивление, непонимание, а затем жалость и едва заметное чувство вины. Видимо он прекрасно осведомлен о «теплых» отношениях между Аленсией и ее мачехой. Знал и ничего не сделал, чтобы помочь. Никогда не любила людей, закрывавших глаза на чужие страдания. Зато мне нравился закон, который наказывал таких людей. Меж тем старичок неожиданно подался вперед и взял меня за руку.

– Эйли Аленсия, мое предложение все еще в силе. – Тихо сказал он, а заметив мой вопросительный взгляд решил пояснить: – Сразу после смерти вашего батюшки, сбереги Единый его душу, я предлагал вам помощь.

Как интересно. А старичок меня приятно обрадовал. Оказывается, помощь предлагал. Что ж ты, Аленсия, отказалась то?

– Я вам очень благодарна, эйл Кворбер, – искренне ответила я.

Мужчина вяло мне улыбнулся. Я же сделала небольшой глоток чаю, а вернув чашку на место приступила к делу.

– Эйл Кворбер, мне хотелось бы еще раз ознакомится с завещанием отца.

Если старик и удивился, то ничем его не выдал. Хотя некоторая странность в его взгляде появилась. Видима раньше Аленсия мало интересовалась делами наследства.

– По чистой случайности оно со мной, – ответили мне.

Угу, так я тебе и поверила. Кворбер же потянулся к своей черной кожаной сумке, похожей на наш земной дипломат. Он бережно достал какие-то бумаги и на мгновенье в его взгляде появилась старая грусть. Видимо со старым графом старичка связывали дружеские отношения. Я приняла документы и углубилась в чтение. Что интересно, в этом мире был свой язык и своя письменность, но я прекрасно ее понимала. Видимо вместе с телом мне досталась так же некоторая память Аленсии.

Так, вернемся к нашим баранам. По завещанию некого Джеймита ар Миолена все его имущество движимое и нет полностью достается его единственной дочери – Аленсии ар Миолен. Своей жене и ее дочери он выделил ежемесячное пособие. При чем была такая интересная приписка, что в случае вступление их в брак счет закрывается. До достижения Аленсией восемнадцати всем действительно должна заправлять Айша ар Миолен, до замужества Айша кин Мун. Правда эта особа должна была сразу сложить все полномочья после ее дня рождения, но почему-то этого не случилось. И да, я оказалась права, в случае смерти Аленсии все это добро будет передано в руки кровного родственника покойного графа. А серьезный был мужчина, этот Джеймит. Как-то он мало позаботился о своей жене, видимо уже тогда понял с какой гадиной не посчастливилось ему связать судьбу.

– Судя по завещанию я должна была вступить в права наследства три месяца назад. Но почему этого не произошло? Моя мачеха все еще чувствует себя полноправной хозяйкой. – Глядя в упор, спросила я.

Старичок скосил на меня удивленный и подозрительный взгляд. Но вскоре поняв, что я действительно не претворяюсь и правда ничего не помню, как-то сразу замялся.

– Так вы сами…

– Сама что?

– Сами решили подождать со всеми делами, так как все еще скорбели по батюшке, – пояснил мне Кворбер.

– Где документ, подтверждающий это? – Требовательно спросила я.

Поверенный как-то сразу замялся и крякнул, тут же запивши чаем.

– Нету, – был мне смущенный ответ.

– Как нету? Эйл Кворбер, вы же не за красивые глаза занимаете эту должность! Вы, как никто, должны понимать серьезность данного вопроса.

– Ну вы ведь сами сказали мне это. Не верить вам у меня не было никаких причин, – пояснил старик.

О боги, с кем приходится работать? Нет, точно зря я простила дедулю. Не удивлюсь, если перед этим решением с Аленсией «побеседовала» мачеха и девочка просто была запугана и не понимала, что это было ее спасением. Хотя с другой стороны, это так же упрощает мне работу.

– Ну, а что мне оставалось еще делать? – Видя мое выражение лица, вспылил Кворбер. – Вы отказывались со мной разговаривать, не приходили на встречи и не отвечали на письма.

М-да, тяжелый случай. Нужно будут у Тили расспросить о всей этой ситуации.

– Ладно, проехали, – махнула рукой я.

– Что, простите? – Округлил глаза дедок.

Я снова прикусила язык. Нужно следить за языком. Ох и тяжко быть аристократкой.

– Ладно. – Я поднялась на ноги. – Если отказ был устным и никаких подтверждающих документов нет, то делаем вывод – он не действителен. Доказательств ему все равно нет.

В глазах Кворбера появилась искра надежды. Он сразу выровнял спину и крепко сжал сухие пальцы.

– Это же значит…

– Да, эйл Кворбер. Готовьте документы – я хочу вступить в права наследства.

Мужичок тут же вскочил на ноги. Сияя счастливой улыбкой, он сгреб все документы в свою сумку и тут же поскакал на выход. Только у самых дверей обернулся и сказал:

– Я немедленно займусь этим вопросом. Все будет готово к вечеру. Мой помощник принесет все, вам нужно будет только поставить свою подпись.

– Спасибо, эйл. – Улыбнулась я.

– Хотел бы я увидеть лицо этой… – кого именно я уже не расслышала, но кажется мне, что мачеху мою назвал не самым приличным эпитетом.

Поверенный ушел так же тихо, как и пришел, а я поднялась в свою комнату и позвала Тили.

– Госпожа, вам что-то нужно? – Тили склонила голову.

– Сегодня вечером придёт помощник эйла Кворбера. Сделай так, чтобы никто не узнал о его приходе.

Девушка без лишних вопросов кивнула.

– Еще меня интересует кто помогал Паломе в моем «воспитании»?

Под моим взглядом Тили поежилась, опустила глаза в пол и нервно стала теребить край своего передника.

– Что она действовала не своими белыми ручками и ежу понятно. Меня интересует имя, Тили.

Тили вздохнула и опустила голову еще ниже.

– Гверта, госпожа. Она заперла меня в кладовой, чтобы я не мешала. Леа с Леоном отправились на рынок за продуктами. И так получилось, что вы остались совсем одни… – Тили всхлипнула.

Гверта… Гверта… это имя я уже слышала. Кажется, именно она считается главной подручной Паломы. Не удивительно.

– Подожди, – осенило меня, – эта та самая Гверта с которой ты дралась?

Тили вспыхнула и кивнула. Помню, ко мне пришла чем-то недовольная Леа и громко возмущалась о наглости «дур без мозгов». Экономке тогда едва удалось замять этот скандал, чтобы Тили не выгнали с работы. Тогда я не знала причину, сейчас же стало ясно, что моя верная горничная стала на мою защиту. В груди появилось приятное тепло. Поддавшись эмоциям, я быстро преодолела расстояние между нами и крепко обняла ее.

– Спасибо, – выдохнула я ей прямо в ухо.

Тили снова всхлипнула и стала причитать, что не достойна моей благодарности так как подвела свою хозяйку и не помешала им. Я же заверяла ее в обратном – настоящая преданная дружба нынче очень дорога. Еще понимала я, что поступить иначе ни Леа, ни Тили не могли. Если бы они начали бунтовать, то первыми бы вылетели из этого дома и тогда Аленсия осталась совершенно одна.

– Так, отставить слезы. Нас ждут великие дела! – Как можно бодрее ответила я.

– Это какие же? – Улыбнувшись, Тили вытерла слезы прямо своим передником.

– Великие, – туманно ответила я. – Первое что нужно сделать – устроить с этой Гвертой встречу тет-а-тет.

– Чего? – Скривила нос Тили.

– Наедине, – пояснила я. – И лучше, если это произойдет в том самом подвале, где нашли меня. Сможешь устроить?

Тили снова кивнула. Замечательно. Так-с, что у нас дальше по плану?

– Где мы можем найти Леа? Есть разговор.

Тили повела меня на кухню. Леа нашлась там. Убрав волосы под белоснежный платок, повариха раскатывала тесто. Значит к ужину будут те самые фирменные булочки. Вкуснотища. По нашему приходу, Леа поставила булочки в печь и приготовилась меня слушать. Стояли обе женщины по стойке смирно и смотрели на меня с нескрываемым любопытством. Так дело не пойдет. Я усадила их за стол и стала перед ними, как генерал. В руке у меня находился карандаш, который я притащила из комнаты. Была у меня такая привычка – крутить в руках ручку или карандаш, когда волнуюсь или размышляю над чем-то.

– Ну что ж, дорогие мои, собрание объявляем открытым, – торжественно провозгласила я.

Леа и Тили переглянулись, но ничего не сказали и это предало мне силы. Это мне на минутку напомнило наши собрания в полиции. Эх, буду скучать за расследованиями.

– Итак. Первое. Меня интересует почему никто не стал на мою защиту? Я не поверю, что у графа и его жены не было ни друзей, ни родственников?

Леа печально покачала головой.

– Родители вашего отца умерли, когда господину было двадцать. Других родственников кроме какого-то семиюридного брата, которого никто никогда не видели, нет. Ваша матушка была из обедневшего рода, ее воспитывала бабка, которая выдав внучку замуж, умерла. Больше родственников нету. Что касается друзей… Их было много, но ваша мачеха смогла разорвать отношения с половиной, а вторую настроила против вас, убедив их, что вы не в своем уме – Последние слова Леа буквально прошептала, опустив глаза в пол.

Вот значит как. Не каждый день узнаешь, что ты оказываешься с кукушкой. М-да. Эта графиня та еще грымза. Ей-богу, сбежавшая с мультика героиня. Хотя некий червячок сомнения внутри шевельнулся.

– И что, я действительно того? – Тихо спросила я.

– Нет, конечно! – Тут же вскочила на ноги Тили. – Вы просто были подавлены смертью отца и постоянно подвергались нападкам со стороны мачехи и сестры.

– Тили, – сделала Леа еще одну попытку привести девушку к порядку. Хотя тут же махнула рукой и обернулась ко мне: – Она права, эйли.

– Когда мы наедине называйте меня просто по имени. Мне не нравится, что человек старше меня, обращается вот так официально.

– Но это неправильно! – Возмутилась Леа. – Я всего лишь слуга и не вправе обращаться к своей госпоже так… так… вот так!

– Так ведь никто не узнает. А Тили никому не скажет. Ведь так?

Я подмигнула девушке. Она активно закивала, глядя на меня с каким-то обожанием. Леа же возмущенно сопела, глядя на нас с осуждением.

– С этим ясно, – вернулась я к разговору. – Второе! Что касается слуг? Кто в этом доме на моей стороне, а кто безоговорочно предан графине и ее дочери?

– Из старых слуг остались только я, Леон и Тили. Мы трое точно преданы вам, а остальные… Большинство считает графиню хозяйкой, никто даже не догадывается кто здесь истинный наследник. К тому же, они с Паломой не зря внушил всем, что вы лентяйка и сумасбродка, – сказала Леа и осеклась.

– Ничего, ничего, говорите, – подбодрила ее я.

– Да в общем нечего больше говорить. Не многие здесь уважают вас, – с печалью ответила Тили.

Я постучала карандашом по ладошке. Значит верных людей здесь осталось мало. Плоховато, но исправимо.

– Значит нужно их заменить. – Заключила я. – Леа, займитесь, пожалуйста, этим вопросом. Вы ведь занимаетесь набором персонала?

– Д-да, – отчего-то заикаясь, ответила женщина.

– Начинайте искать подходящих работников.

– Многие из старого персонала захотят вернуться, – подпрыгнула на месте Тили.

– Да, но работающие ныне будут недовольны, – хмуро ответила Леа.

– Это их проблемы, – буркнула Тили.

Я улыбнулась ей, а Леа осуждающе покачала головой.

– Дайте им две недели на поиск новой работы и некую сумму подъемных, – поддала я идею.

Леа тут же просияла и довольно закивала:

– Это блестящая мысль! Сделаю объявление завтра с самого утра.

– Идем дальше, – радостно сказала я, делаю уже, наверное, десятый круг на кухне. – У меня для вас, дамы, хорошие вести. С завтрашнего дня я вступаю в права наследства.

Это новость обрадовала женщин больше всего. Они радостно улыбались и даже обнялись.

– Давно пора указать этим курицам их место, – подпрыгнула на месте воинственная Тили.

– Поэтому, – пропустила я мимо ушей ее замечание, – мне нужна будет ваша помощь, как никогда. Мне нужно будет вникнуть во все дела покойного отца, разобраться с мачехой, и верные люди будут очень кстати.

Женщины сразу приосанились. Теперь восхищение во взгляде было не только у Тили, глаза Леа так же сияли от едва сдерживаемых слез.

– Последнее и самое важное, – я остановилась перед ними и сделала театральную паузу. – Кто занимается моим гардеробом? Мне срочно нужны пара брюк и рубашек!

– Вы имеете в виду для верховой езды? – Нахмурила брови Тили.

– Я имею в виду повседневные. Мне неудобно все время расхаживать в этих дурацких платьях.

Леа схватилась за сердце. А после ужина пришел помощник поверенного и, подписав документы, я уже официально на полных правах стала графиней и хозяйкой немалого счета в банке, обширных плодородных земель, трех ферм по разводу лошадей и нескольких домов. А еще чуть позже Тили исполнила мою просьбу и у меня прошла уединенная «беседа» с Гвертой горничной Паломы. Одно могу сказать точно, больше эта женщина не переступит порог этого дома никогда, а Леа еще и пообещала сделать так, чтобы ее не приняли ни в один приличный дом.

Глава 3

Отправив Тили отдыхать после долгого трудного дня, я приняла ванну и легла спать. «Гости» пожаловали, когда часы в доме пробили полночь. Каюсь, я расслабилась, не думала, что графиня примется за мое «воспитание» ночью. Поэтому, когда меня выдернули с постели, ударили в живот и кинули на пол, растерялась и струхнула. Скрутившись калачиком, я хватала ртом воздух как рыба.

– Забыли свое место, эйли? – Раздался над головой незнакомый мужской голос.

– Так мы напомним, – хохотнул второй.

Ну все, ребята, вы меня разозлили. Пусть мое тело осталось где-то в другом мире, но кое-какие навыки всегда были со мной. Подорвавшись с пола, ударила ближайшего ко мне по колену, а во второго запустила подушкой, что так удачно попалась под руку. Пока первый, изрыгая проклятия, прыгал на одной ноге, а второй отвлёкся, подскочила к столу при этом больно ударившись бедром о кровать. Вот гады, хоть бы свет включили. На столе у небольшого окна стояла тяжелая чернильница, я как раз сегодня тренировалась писать этими дурацкими перьями. Так вот, подскочивший ко мне мужик огреб этой самой чернильницей в висок и на некоторое время выбыл из строя. Ему на помощь пришел первый, что перестал изображать бешеного кузнечика, схватив меня за руку выше локтя. Вот же, блин, синяки, наверное, останутся. Не глядя, махнула кулаком свободной руки и судя по воплю даже попала. Тут же за ногу схватил меня тот, что пострадал от чернильницы, и я с воплем завалилась на пол. Хоть комнатка была небольшой, мы все же умудрились устроить на полу матерящуюся, шипящуюся, лягяющуюся и даже кусающуюся кучу-малу. Потом в моей голове что-то щелкнуло и следующие мои действия проходило будто в тумане.

Когда-то мы с Пашкой расследовали дело одного маньяка. Эта сволочь подкарауливала одиноких девушек в городском парке, оглушал, насиловал и убивал, оставляя тело через два-три дня в каком-нибудь общественном месте, чтобы как можно больше народу смогли увидеть его «работу». После третей жертвы мы решили брать гада на «живца». Естественно сия роль досталась мне. Вот бродила я ночью по парку туда-сюда, изображая невинную жертву, и никак не могла подумать, что насильников было двое. Два брата, которые от всех своих ужасных дел получали небывалый кайф. Моя группа, что сидела в засаде, профукали момент, когда меня умыкнули в темные кусты два амбала. Спасло ишь то, что со страха, у меня точно так же помутился рассудок и на каком-то автомате я выделывала такие крутые штуки, как в кино. А дело было в том, что еще в детдоме, глядя на мое активное в несколько агрессивное поведение, воспитатель отправил меня к своему старому другу в школу восточных единоборств, где я к своим двадцати стала мастером кун-фу. Да-да, без хвастовства. А чуть погодя еще одним моим хобби стало – метание нежей.

Сейчас беда состояла в том, что была я не в своем тренированном теле. Но ничего это поправимо. Вот как только улажу проблемы с этими товарищами, так сразу же примусь за тренировку. Ничего, Аленсия, мы еще сделаем из тебя настоящего борца!

***

Тили приходила в мою комнату с рассветом, чтобы подготовить все к моему пробуждению, а будить меня я попросила часиков в шесть. Обычно она приносила с собой графин со свежей водой. Сегодня, к сожалению, графин разбился, выскользнув из ослабевших пальцев шокированной девушки. А все потому, что я сидела на кровати в порванной ночной сорочке с закрытыми глазами в позе лотоса, а прямо на полу связаны простыней два громилы с женскими чулками вместо кляпов. Связаны они были так плотно, что сейчас больше походили на большую мычащую гусеницу. Увидев Тили, «гусеница» замычала еще громче и заворочалась, пытаясь доползти до девушки поближе.

– Тихо! – Рявкнула я и мужики тут же умолкли.

– Г-г-госпожа, а что здесь происходит? – Немного заикаясь, не отрывая взгляда от «гусеницы» спросила Тили.

– «Привет» от графини, я так полагаю, – ответила я, печально глядя на осколки графиня.

Пить хотелось неимоверно. Тили спохватилась и стала собирать осколки, но я ее остановила и попросила отправиться за кавальберами, так в этом месте называли полицейских. Сама же пошла одеваться и приводить себя в порядок, немного прихрамывая на правую ногу. Нет, тренировки нужны просто обязательно и как можно скорее.

Вот что мне действительно понравилось в местных представителях закона, так эта их форма. Темно-зеленого цвета с черной вышивкой, она идеально сидела на четверых крепких мужчинах и совсем неуместно смотрелась на высоком и худом, как щепка, дядьке лет этак пятидесяти. Эйл Рейвен кин Газделл – начальник кальбериата города Мейхбер в звании капитана, если перевести на наш язык. Его вытянутое лицо и беглые поросячьи глазки не понравились мне с первого взгляда. Да и к тому же, само его явление в этот дом было весьма странным. Встречала дорогих гостей я на первом этаже в холле. Моих ночных визитеров в сопровождении Тили спустили на низ двое из свиты кавальбера Газделла. При чем спустили на руках, ибо развязывать «гусеничку» никто не собирался.

– Что это? – Вытаращил глазки эйл Газделл.

– Эти негодяи ворвались ночью ко мне в комнату, вытащили из кровати и попытались избить. – Кратко изложила я суть проблемы.

– А почему они в таком виде?

– А что не так с их видом? – Не поняла я, внимательно взглянув на «гусеничку».

Стоящие позади преступников кавальберы, судя по покрасневшим лицам, из последних сил пытались сдержать смех. Ишь, смешно им.

– Почему они связаны… эээ… простыней? – Выдавил из себя Газделл.

– Серьезно? – Фыркнула я. – Двое мужиков ворвались ночью в комнату беззащитной девушки, выдернули ее за волосы постели, избыли и неизвестно, что еще собиралась сделать, а вас беспокоит чем они связаны?

Эйл рассердился и покраснел, связанные мужики перестали мычать, Леа и Тили недовольно засопели. Если у них все представители закона такие, то мне искренне жаль этот городок. Рейвен кин Газделл расправил плечи и стал еще ровнее, хотя куда уж дальше, он и так походил на человека, проглотившего швабру.

– Эйли, уверяю вас, все это взято во внимание. – Сухо сказал он. – К тому же, при всем моем уважении к вам, меня интересует почему на вас нету ни единого следа, а на этих мужчинах следы избиение, да к тому же еще и связаны? Все ли вы нам рассказали, эйли?

Я зависла. Это он на что намекает? По его словам, выходило прямо, что я монстр в юбке, а эти двое прямо белые и пушистые. Обалдеть. Мужики, кстати, снова ожили и что-то стали мычать и кивать головами, испугано зыркая в мою сторону.

– Признаю, возможно я немного переусердствовала с самообороной, – протянула я, а Газделл отчего то закашлял. – Следы избиение у меня присутствуют на животе и бедре. Но снимать платье в присутствии стольких мужчин я не собираюсь.

– Мы вам верим, эйли, – тут же замахал руками он.

– Хотите сказать, что все это с ними сделали вы? – Подал голос один из кавальберов.

Ничего себе! Они даже говорят. А я уж думала эти товарищи здесь лишь для массовки.

– Я, – не стала отрицать.

Мужики будто по команде посмотрели на «гусеничку», на меня и обратно.

– Ну, знаете, состояние аффекта, адреналин в крови и все такое, – пробубнила я в свое оправдание.

Мужики снова переглянулись между собой. Судя по скепсису во взгляде мне не поверили. Ну и фиг с ними. Наконец Газделл приказал развязать несчастных, чтобы выслушать их версию событий. Как раз именно это время выбрала графиня, чтобы показать миру свое заспанное лицо. В халате с розовым мехом у горловины, домашних тапочках с помпонами такого же цвета, собранными в сеточку волосами. Сие чудо спустилось с лестницы с самым зверским выражением лица, но увидев Газделла, кавальберов и связанных мужиков, слегка растеряла свою решительность. Оценив ситуацию, Айша вперила в меня подозрительный взгляд.

– Графиня, – подскочил к моей мачехе Газделл, склоняясь над ее рукой губами.

– Эйл Газделл, – растянула губы в улыбке та, – а я слышу шум внизу. Взволновалась и решила спуститься проверить. Никак не ожидала увидеть здесь вас. Что-то случилось?

– На вашу… дочь напали сегодня ночью, – выровняв спину, сказал Газделл.

Айша наигранно охнула и приложила руки к груди.

– Ты в порядке, милая? – От ее ласкового голоса стало противно.

– Вашими молитвами, матушка, – глядя прямо ей в глаза, ответила я.

«Матушка» скривилась будто съела лимон, бросила злой взгляд на уже развязанных мужиков и повернулась снова к Газделлу.

– Не волнуйтесь, эйла, мы во всем разберёмся и виновные понесут законное наказание, – выпятил грудь Газделл.

Айша снова бросила злобный взгляд на «виновных». Мужики не будь дураками, попятились и прижались ближе к кавальберам. Тут-то я и поняла, что они не скажут кто их прислал. Мачеху они боялись больше чем меня. Вот же засада. Довольная такой реакцией Айша, повернулась к Газделлу и что-то быстро ему затараторила, размахивая руками. Я не прислушивалась, лишь разочаровано поджала губы и отвернулась. Мужиков подхватили под руки и увели, сославшись на то, что допрос лучше проводить в кавальбериате. Следом тут же шустро посеменил Газделл. Не поняла.

– Эйл Газделл, вы уже уходите? – Удивилась я.

– Дела, – был мне ответ.

– Ваше рвение к работе весьма похвально, но вы не хотели бы взять мои показания, опросить свидетелей, взять мое заявление?

На меня уставилось несколько удивленных глаз. А что такого? Судя по книгам, что я читала, местная система не так уж сильно отличалась от нашей и все эти элементы должны были присутствовать.

– Эйли, я вас уже услышал. Этого больше чем достаточно. Вашим словам я верю беспрекословно, как и словам вашей матушки. Не вижу смысла в лишней «мишуре». – Махнул на меня костлявой рукой Газделл.

И попробуйте теперь сказать, что наша полиция ничего не делает. Да после этого балагана наши вообще кажутся трудоголиками.

– Вы же поставите меня в известность о ходе расследования? Меня интересует по чьей наводке работали сие господа, – я сложила руки на груди.

– Вы думаете они действовали по указке? – Сощурил глаза кавальбер.

– Уверенна, – твердо ответила я.

– И можете даже назвать по чьей? – Не унимался он.

А вот тут я промолчала. Доказательств, что именно мачеха послала этих голубчиков, у меня не было. А судя по их реакции на нее, чистосердечного тоже ждать не стоит. Вот же засада! Сразу, как ушел Газделл, решила удалиться и графиня, не забыв перед уходом одарить меня ехидной улыбочкой и презрением в глазах. Ну-ну, дорогуша, еще посмотрим кто кого.

– Черт! – Я пнула стоящий рядом стул, выпуская пар.

– А что вы хотели, эйли? Графиня и главный кавальбер старые друзья. К тому же Рейвен кин Газделл давно и безответно влюблен в нее. Графиня этим пользуется и вьет из него веревки. – Шепотом пояснила мне Тили.

Я выругалась во второй раз. Как же я сама не догадалась? Очевидно же, такие люди будут держаться как можно ближе к друг другу. Устало усевшись на кресло, подперла голову рукой. Леа снова стала воспитывать Тили негромко что-то втолковывая ей.

В этот момент с лестницы слетела Палома. Надо же, и эту разбудили. Взлохмаченная, в распахнутом халатике, сверкая злобными глазами, она оглядела всех и остановилась на Леа.

– Где Гверта? – Запищала эта… нехорошая девушка. – Немедленно приведите ее ко мне.

– Гверта не придет, – не поворачивая головы, с кривой ухмылкой ответила на ее вопрос я.

– Что? – Взгляд карих глаз уперся в меня.

– Больше ее ноги в этом доме не будет, – я с удовольствием наблюдала, как багровеет лицо Паломы. – Свою помощницу ты больше не увидишь.

– Да кто ты такая? Это моя служанка и распоряжаться ею могу только я. Ты не имеешь вообще никакого права голоса, – прошипела не хуже гадюки моя сестрица.

Убрав руку, я выровнялась и осмотрела девицу с ног до головы. Затем просто поднялась и гордо задрала подбородок.

– Этот дом принадлежит мне. Все слуги в этом доме работают на меня. Ты здесь живешь только потому, что я все еще терплю вас.

Палома громко выдохнула, посмотрела на меня, словно на идиотку, а затем просто согнулась от хохота. Я невольно скривилась, смех ее был похож на хрюканье.

– Да ты точно умом тронулась! Молить меня будешь, чтобы я забыла твои слова, наглая девчонка!

Во время ее пламенной речи, я демонстративно разминала шею. Палома заткнулась, увидев, что ее слона не возымели на меня никакого впечатления. Это разозлило девицу еще больше.

– Ты… – зашипела Палома.

– Милочка, за словами следить лучше надо, – я медленно стала подходить к ней. – И за все в жизни нужно платить. Гверта уже заплатила. Скоро и ты свое получишь.

Последнее я просто прошептала ей на ухо. Благо, после моих слов про Гверту девица просто онемела, огромными глазами глядя на меня. Палома бледнела и краснела, а в глазах ее промелькнул самый настоящий страх.

– Что ты с ней сделала? – Побелевшими губами спросила она.

Я снова натянула кривую улыбку и стала разминать руки, громко хрустя пальцами. Для пущего эффекта еще и подмигнула. Палома громко сглотнула, я хмыкнула и, поманив за собой Леа и Тили, ушла, оставляя сестрицу бледной тенью стоять на лестнице.

Чуть позже пришла весточка от поверенного. Теперь уже я точно стала хозяйкой всего графского наследства. Это был сигнал к началу «боевых действий». Пользуясь тем, что графиня и Палома заперлись в своих комнатах, я, предупредив Леа, в сопровождении Тили отправилась в местный банк. Это была моя первая вылазка «в люди». Мне было интересно и в то же время страшно. Я волновалась и старалась как можно ближе держаться к шустрой служанке. Раз за разом приходилось одергивать себя, чтобы не таращиться вокруг с диким интересом. В целом городок Мейхбер мне понравился. Он напоминал мне те самые городки далекой Венеции. Все чисто, аккуратно, нигде не было видно кривого забора и облупленных стен. Очень уж нищих людей здесь не было. Местные власти не просто так занимали свои должности и заботились о своих жителях. Вот нам бы таких… В банке все прошло быстро и гладко. На обратном пути мы заскочили к портнихе, где к большому удивлению довольно молодой женщины я закала кучу нарядов, большинство из которых были штаны и рубахи.

Вернулись домой мы в полдень. К счастью, меня тут же обрадовали, что ни графини, ни ее дочери дома уже нет. Обе женщины, не в самом лучшем расположении духа, укатили на какой-то званый обед. К этому времени Леа уже отправила нескольких слуг, которые тут же с радостью поскакали на новую работу. Остальные были все еще в поисках, хотя были и такие, что готовы были работать на меня верой и правдой, главное, чтобы платили вовремя. Но Леа уже меня обрадовала, что многие из старого персонала обрадовались возможности вернуться в этот дом.

Заручившись поддержкой нескольких девушек служанок, я приступила к большому переселению. Переселению графини и ее дочери в комнаты слуг. Они же отправили туда Аленсию? Вот пусть теперь сами так же поживут. Мои же вещи перенесли в хозяйскую спальню. Сейчас девушки проворно собирали вещи Паломы и кучками переносили в ту самую коморку, где была я. За этим занятием нас и застали Айша и Палома. При чем графиня уже была не в самом лучшем настроении, а на лице Паломы было непонимание. Что же могло такого случиться на этом обеде для сливок общества? Дамочки застыли в коридоре второго этажа, с изумлением глядя на снующих туда-сюда с деловым видом служанок.

– Что здесь происходит? – Холодный голос графини раздался за моей спиной.

– А на что это похоже? – Оборачиваясь, улыбнулась я. – Вы переезжаете.

– Я?!

– И моя дражайшая сестрица так же, – кивнула я.

– Да как… Ты что здесь устроила?! Эй, вы! Верните все обратно. Живо! – Размахивая руками, вопила мачеха.

Девушки остановились, но встретившись со мной взглядом и получив мой молчаливый ответ, продолжили свое дело. Они были из той категории людей, что исполняли свою работу честно и от души за такую же честную оплату.

– Это что, мои платья? – Из-за спины Айши высунулась Палома.

В этот момент одна из девушек под руководством Тили выносила ворох ярких тряпок. Осторожничать девушки не собирались. Вот так и получилось, что подол платья тянулся по полу, а Тили (якобы случайно) наступила на него. В оглушительной тишине раздался громкий треск ткани и на полу осталось кружево. Палома взвыла не хуже полицейской сирены и вдруг кинулась на меня с кулаками. Драка с этой полоумной девицей в мои планы не входила. Когда острые коготки были в десяти сантиметрах от моего лица, я просто сделала шаг в сторону и девушка впечаталась носом прямо в стену. Ууу, бедолага. И так с внешностью проблемы, а тут еще и это. Пискнув, Палома стала оседать на пол, держась за нос из которого начала капать кровь.

– Доченька! – Взвыла Айша.

Женщина подлетела к своему чаду и с громкими охами-ахами потребовала вызвать лекаря и кавальберов. Графиня все орала, что я сошла с ума и меня нужно изолировать, ибо я опасно для окружающих. Я смотрела на эту женщину, некрасиво разинув рот. Это я-то сумасшедшая? М-да. В прочем, это может сыграть мне на руку. Подозвав Тили, попросила ее действительно вызвать кавальбера, лекаря и дражайшего поверенного.

Когда явился эйл Сохер, а от кавальберов прибыл сам Газделл, в чем я не сомневалась, мы все сидели в зеленной гостиной. Палома лежала на софе и громко стонала, изображая из себя умирающего лебедя. От ее стонов закладывало уши. Актриса из нее так себе.

– Эйлы, слава Единому, вы прибыли. У нас случилось страшное. Эйл Сохьер, осмотрите скорее Палому. – Айша всхлипнула и приложила белый платочек к глазам.

– Эйли плохо себя чувствует? – Лекарь быстрым шагом приблизился к Паломе и окинул ее профессиональным взглядом.

– Ее избили, – трагично взмахнула руками графиня.

– Кто посмел? – Тут же выставил грудь Газделл.

Да, да, мне тоже интересно. Кто и когда избил нашу прелестницу? Ну не удар о стену из-за собственной неуклюжести они имеют в виду, в самом то деле! Айша изобразила на лице вселенскую скорбь. Палома застонала еще громче, лекарь едва заметно скривился.

– Это сделала Аленсия, – сдала меня мачеха. – Когда мы вернулись домой, увидели, что Аленсия выбрасывает наши вещи из комнат. Палома сделала ей замечание и…

Айша не смогла договорить из-за нахлынувших эмоций, спрятала лицо в белом платочке. Газделл тут же прижал ее к груди, успокаивающе гладя по спине. А может и не такой уж он и плохой мужик? Просто не повезло влюбиться в настоящую мегеру.

– Эйли Аленсия, вы можете объясниться? Ваш поступок не простителен! – Воскликнул Газделл.

Нет, все же плохой тип. Да и кавальбер ли он вообще? Разве так ведут дела?

– Минуточку, – подняла я руку, – видим произошла какая-то ошибка. Матушка растерялась с горя и все события в ее голове перемешались. В действительности все было не так. Моя любимая сестра споткнулась и сама ударилась о стену.

– Хочешь сказать, что я неуклюжая корова?! – Подскочила на своем месте Палома.

Из ее носа торчала вата, которой Леа пыталась остановить ей кровь до прихода лекаря. Так что вид Палома имела сейчас весьма забавный. Правда такой прыти от умирающей девицы никто не ожидал. Все удивленно смотрели в ее сторону. Поняв, что отклонилась от сценария, Палома театрально приложила руку ко лбу и тут же осела обратно, издав очередной протяжной стон. Газделл неловко закашлял, графиня снова стала утирать невидимые слезы. А я чувствовала себя, как в дешевом театре.

– Если вы не верите моим словам, то послушайте тех, кто присутствовал при всей этой нелепой ситуации, – спокойно предложила я. – Леа, позовите, пожалуйста, всех служанок, что были там.

Женщина поклонилась и поспешила за свидетелями. Три девушки разного возраста и четвертая Тили выстроились перед очами главного кавальбера в ровный рядочек. За них я была совершенно спокойна. Никто не собирался лгать, об этом уже позаботилась деятельная Тили. Газделл усадил Айшу на диван, обошел небольшой столик и стал перед девушками, убрав руки за спину.

– Итак, девушки, расскажите нам, что же случилось на самом деле, – строго спросил он.

Графиня бросила на девушек убийственный взгляд. Трое опустили глаза в пол, но только не Тили. Моя верная помощница ответила ей тем же взглядом, гордо задрав подбородок. Айша задохнулась от такой наглости, я прыснула в кулак, но попыталась скрыть смех за кашлем. Даже лекарь не сдержался и уголки его губ приподнялись в улыбке.

– Мы переносили вещи эйлы Айши и эйли Паломы, – начала рассказывать самая старшая на вид служанка. – Увидев нас, эйли Палома разозлилась, закричала и…

– Кинулась на эйли Аленсию с кулаками, – закончила за нее Тили.

– Что ты несешь, наглая девка? – снова «ожила» Палома, сев на софе.

К чести кавальбера, он остудил пыл девицы:

– Эйли, не перебивайте. Пожалуйста, продолжайте.

Та самая служанка, что начала рассказ, кивнула и продолжила:

– Эйли Аленсия просто сделала шаг в сторону, а эйли Палома, не успев остановиться, ударилась о стену.

– Да что вы их слушаете?! – Снова стала вопить Палома. – Эти девки просто нагло повторяют то, что им приказала сказать Аленсия! Это же просто служанки, кто им поверит?

– По закону, – повысила голос я, привлекая внимание к себе, – свидетелем могут выступать люди разного сословия. С титулом или нет, они все равно остаются людьми.

Палома заткнулась, Айша недовольно поджала губы, Газделл недовольно посмотрел на меня. И нечего на меня пялится, я все равно права. Сделать он ничего не сможет, любой суд сможет доказать мою правоту. А своими словами Палома окончательно потеряла доверие этих девушек. Теперь они уж точно будут на моей стороне.

– Как видите, – продолжила я, – я и пальцем не тронула эйли Палому. Что касается моего психического здоровья, то эйл Сорхьер совсем недавно наблюдал меня вовремя… болезни и может подтвердить, что я абсолютно здорова.

Старый лекарь поднялся:

– Подтверждаю слова эйли Аленсии.

Айша сжала кулаки. Я победно улыбнулась. Палома, видя, что дело пахнет жаренным, сжалась.

– Видимо вышло недоразумение, – сквозь зубы просипел Газделл.

Недоразумение, как же. Если бы не девушки, сейчас везли бы меня связанную в местную психушку. Есть за городом такое место. Ну не гады, а?

– Кстати, а по какому праву вы выселили этих женщин из их комнат? – Вдруг оживился Газделл.

А это здесь при чем?

– Это семейные дела, эйл Газделл, и вы никоим образом их не касаетесь. – Холодно ответила я.

– Вы должны извиниться, – вынес вердикт этот… индюк.

Мои брови взлетели вверх:

– Извинится? Позвольте узнать, за что?

– За свое неподобающее поведение, конечно, – как ни в чем не бывало выдал Газделл, а Айша и Палома синхронно кивнули.

Милая улыбка, которую я все время пыталась держать на лице, медленно сползла. Я поднялась с кресла и посмотрела на сидящих с высоты своего роста.

– Девушки, – обратилась я к служанкам, – спасибо за ваши честные признание. Вы можете быть свободны. – Как только девушки выскользнули из этой комнаты, я продолжила: – Давайте разберёмся. Палома пыталась причинить мне физический вред, этому есть свидетели. Графиня пыталась меня оклеветать, да к тому же отправить в лечебницу для душевно больных. Обе женщины в итоге принесли мне моральный вред. И тем не менее прощение должна просить я. Я правильно понимаю?

Газделл промолчал. Айша и Палома бросали на меня злые взгляды.

– Ну все же… эээ…

– Ты не имела права трогать наши вещи! – Заверещала Палома, перебивая «убедительную» речь кавальбера.

К разговору подключилась Айша и на две глотки они начали рассказывать о том какие они хорошие, белые и пушистые, а я самое настоящее исчадие тьмы обижаю их. Газделл внимательно слушал этот бред, позабыв обо мне. Тили мышкой проскользнула в комнату и шепнула мне на ухо, что прибыл эйл поверенный.

– Ну раз вопрос закрыт, – снова повысила голос я и все тут же замолчали, – эйл Газделл, у вас есть еще вопросы ко мне?

Кавальбер обернулся к графине. Мачеха снова пожала губы и отвернулась, всем своим видом показывая свое недовольство. Бедный мужик опустил плечи и посмотрел на свою возлюбленную полными печали глазами. Не хотелось ему показываться проигравшим перед дамой сердца.

– Замечательно, – после долгого молчание заключила я. – А раз так уж получилось, что все мы собрались в этом месте, то, господа, у меня есть замечательная новость, с которой я хочу поделиться. Тили, пригласи, пожалуйста, эйла Кворбера сюда. Спасибо.

Присутствующие напряглись и переглянулись. Я же представляла собой саму невозмутимость – милая улыбка на губах, расслабленная поза, предвкушающее сияние в глазах. Ну что, матушка, сейчас настанет мой звездный час и надменное выражение слетит с вашего лица.

Старик Кворбер вошел в комнату бодрым шагом, серьезное выражение лица портил тот же предвкушающий блеск в глазах, что был у меня. Сменив свой серый костюм на темно-синий, он все так же нес в руках неизменную кожаную сумку для документов.

– Эйл Кворбер, как я рада вас видеть, – искренне призналась я.

– Взаимно, эйли Аленсия, – приветливо склонился мужчина.

– Что делает поверенный моего покойного мужа здесь в столь поздний час? – С надменными нотками в голосе произнесла Айша, поднимаясь на ноги.

Я мимолетом бросила взгляд за окно. Солнце только клонилось к закату, так что час был не сильно уж и поздним.

– Я прибыл по приглашению графини Миолен, – ответил ей старичок, не скрывая своего отношения к ней.

– Странно, что-то я не припомню, чтобы посылала за вами, – вдовствующая графиня продефилировала мимо нас к небольшому бару.

Проведя пальчиками с ухоженным маникюром по ряду бутылок, Айша остановилась на бутылке красного вина. С профессиональной четкостью она вынула пробку и наполнила свой бокал. Даже не поинтересовавшись не хотят ли гости составить ей компанию. Фи, какая негостеприимная.

– Так и хозяйка здесь не вы, эйла, – не скрывая ехидства, протянул старичок.

Айша вдруг подавилась и закашляла. Я быстренько подскочила к ней, опередив Газделла, и учтиво похлопала ее по спине. От толчка в спину женщина подалась вперед и клацнула зубами по стеклу. Этот звук расслышали все присутствующие.

– Ну что же вы так, матушка? – Заботливо заворковала я, готовясь еще разок стукнуть по спине.

Женщина не была дурой и тут же отскочила от меня подальше, не забыв бросить презрительный взгляд и ругнув сквозь зубы.

– Аленсия ар Миолен единственная дочь покойного графа Джеймита ар Миолена и Камелиты ар Миолен, при рождении Зальер, согласно завещанию умершего, становиться полновластной хозяйкой всего имущества движимого и недвижимого семьи ар Миолен. А также принимает титул графини и становиться главой рода ар Миолен. – Торжественно провозгласил эйл Кворбер. – Вы же, эйла, больше не имеете права носить этот титул.

Сказать, что Айша обалдела, это ничего не сказать. Даже Газделл остался под впечатлением и стоял молча, сверля глазами дедулю поверенного. Палома же, не шибко сильного ума, тут же вскочила на ноги.

– Не может быть! Вы лжете! – Завопила она.

Я в который раз скривилась. Неужели эта девица не умеет разговаривать нормально? Почему она все время вопит как потерпевшая?

– Позвольте, эйли, но все это правда и заверено документально. Вот все соответствующие документы: завещание графа, согласие наследницы, подтверждение суда. Прошу вас ознакомьтесь, – и старичок протянул бумаге почему-то Газделлу.

Ознакомившись с ними, кавальбер протянул их лекарю, а сам обернулся к Айше и с виноватым лицом кивнул, подтверждая слова поверенного. Пока лекарь вчитывался в бумаги, все смотрели в сторону Айши, ожидая ее реакции. И она не подкачала. Швырнув бокал в стену, женщина громко рассмеялась, запрокинув голову.

– Мама? – Пискнула Палома.

– А я думаю, почему мои счета вдруг заблокировали, – заговорила, отсмеявшись Айша, – оказывается ты уже подсуетилась. Какая храбрая стала. Дрянь!

Она сжала кулаки и рванула в мою сторону. Дорогу ей перегородили лекарь и Тили, что храбро прикрыла меня своей грудью.

– Держите себя в руках, эйла, – холодно бросил лекарь.

Газделл понял, что дело пахнет побоищем, а он здесь как бы единственный представитель закона. Мужик приобнял Айшу за плечи, что-то тихонько зашептал ей на ухо и, когда она немного успокоилась, усадил ее на диван. К ней тут же прильнула Палома, которая выглядела испуганным зверьком.

– Фи, матушка, как грубо, – скривила нос я. – А меж тем, я хотела поблагодарить вас за то, что вы так самоотверженно все это время занимались делами отца, заботясь о моем душевном здоровье.

Я старалась как могла, чтобы мой голос звучал ровно и искренне, но, увы и ах, сарказм скрыть не удалось. Айша меня проигнорировала, Газделл переводил неуверенный взгляд с меня на мачеху, лекарь и поверенный смотрели на меня с улыбкой. Палома нахмурила брови.

– Это что же получается, – тихонько сказала она, беспомощно глядя на мать. – что тогда остается нам?

– Я уже говорил – ежемесячная выплата в сумме 20 золотых до того момента, пока вы не выйдете замуж, – учтиво пояснил Кворбер.

– Но это же ничего! – Палома вскочила на ноги, схватившись за волосы.

– Кстати, что касается вашего здесь проживания, эйли Палома и эйла Айша, – решил добить старичок, – вы можете оставаться здесь, но только по согласию графини Аленсии.

Страх в глазах Паломы стал заметен всем. Айша вообще кажется уплыла в нирвану, ибо больше никакого участия в разговоре не принимала. Если она не дура, может предположить, чем все это будет им грозить. Но я так же была уверенна, что просто так она не сдастся. И будто в подтверждение моих мыслей заговорил кавальбер.

– Может эйла Айша оспорить это решение? – Сухо спросил он, глядя исключительно на Кворбера.

– Вы можете попытаться, – не стал отрицать мой поверенный. – Но уверяю вас – ничего не выйдет. Все происходило согласно закону и завещанию усопшего, это подтвердил судья, документ с его личной подписью и печатью вы уже видели.

Больше Айша слушать ничего не стала. Она просто поднялась и покинула нас, ни глядя никакого. Палома, подхватив юбки, бросилась следом, причитая о несправедливости. Рейвен кин Газделл сказал, что хоть и доверяет Кворберу, но проверит все лично, после чего откланялся. Вот так в комнате остались лишь мои, смею в это верить, друзья.

– Поздравляю, эйли, – с улыбкой подошел ко мне лекарь. – Хорошо, что справедливость восторжествовала.

– Не могу не согласиться, эйл, – ответила я и обернулась к поверенному: – Эйл Кворбер, вы не представляете, как я благодарна вам.

– Ну что вы, эйли, я всего лишь выполнял свою работу, – скромно ответили мне.

Еще некоторое время мы обговаривали подробные детали нашего дальнейшего сотрудничества, меня еще раз поздравили и мужчины раскланялись. Леа тут же утащила меня на кухню – праздновать. За праздничным ужином присутствовали только Леа, Тили и Леон. Ведь именно эти люди, после смерти отца, были для Аленсии настоящей семьей.

***

Вечером я возвращалась уже не в маленькую комнатушку на чердаке, а в хозяйские комнаты, которые принадлежат мне по праву. Тем не менее, вечерние гости меня особо не удивили. Чего-то такого я и ожидала. Айша сидела в кресле у камина в полной темноте. В руках у женщины был бокал, а рядом на полу полупустая бутылка.

– Заблудились, матушка? – Не выдав ни капли удивления, спросила я, зажигая свечи.

Я нарочно прошла к письменному столу, игнорируя мачеху и поворачиваясь к ней спиной. Когда три свечи ярко вспыхнули разгоняя, хоть и немного, темному в комнате, я так же не спеша подошла к кровати, присела, упираясь руками в довольно твердый матрас.

– А ты все же не такая бесхребетная, как я думала, – глухо промолвила Айша.

– Простите, что разочаровала, – фыркнула я, расправляя складки на покрывале.

– Ты же понимаешь, что это ничего не меняет? В этом доме хозяйка одна – я. И я не единожды доказывала это. Напомнить? – Во время своей речи Айша поднялась и медленно подошла ко мне, нависая надо мной.

По ее мнению, я должна была устыдиться, испугаться и взмолиться о прощении. Скорее всего именно такой реакции от меня ждала эта дама. Я сверила ее внимательным взглядом снизу-вверх, останавливаясь на лице. Возможно когда-то она и была красавицей, и эти серые глаза покоряли не одно сердце. Но время шло и от роковой красавица осталась лишь тень, нещадно измазана косметикой и укутанная в дорогие, но безвкусные, платья. Возможно когда-то в ее сердце теплилась любовь к ближнему, а не только к деньгам и хорошей жизни. Впрочем, если посмотреть на ее дочь, я в этом сомневалась.

– Пришло время, матушка, напомнить вам ваше место, – поднимаясь, сказала я.

Айша зарычала не хуже дворового пса и снова попыталась меня ударить. Я ее оттолкнула, отчего она наступила на край юбки и упала на спину, сшибая собой стул. Грохот стоял знатный. Приземление, впрочем, прошло не совсем удачно и, судя по вскрику, Айша упала на руку и, если не сломала, так вывихнула точно. На грохот прилетела Палома. Увидев скулящую на полу мать и возвышающуюся над ней меня, девица сделала какие-то выводы для себя и с диким воплем бросилась на меня. Да что же у них за привычка такая? Чуть что сразу кидаться на меня! Вот ведь бешеные. Правда в тот раз мне не пришлось даже и уворачиваться, Палома просто спотыкнулась через, пытающуюся встать на ноги, мать и вот на полу они уже барахтаются вдвоем.

– Теперь послушайте сюда, – когда их страсти более-менее утихли, привлекла к себе внимание, – времена, где я подчинялась вам, прошли. Теперь вы ответите за каждое мое унижение и боль. Но, так как я – человек благородный, даю вам выбор. Я не стану сдавать вас кавальберам, все же мы семья. Но, вы либо завтра же съезжаете отсюда и больше я вас не вижу, либо – живете здесь, но уже по моим правилам. Это ясно?

Ответом мне были вопли и проклятия. Ну ничего, ночь у нас долгая, у них еще будет время пересмотреть мое более чем щедрое предложение.

Глава 4

С моего первого пробуждения в теле Аленсии прошло три месяца. Постепенно я погружалась в новый мир, изучала его и становилась частью его. А так же привыкала к новому отражению в зеркале. Не без помощи Кворбера и Леа, я вникла в суть делов покойного графа. Конечно, некоторые моменты мне все еще были не конца ясны, но могу сказать без хвастовства – я делаю успехи. Размер владений графа оказался до того большим, что мне пришлось взять управляющего, который во всем мне помогал. Кристиса Гремшила мне посоветовал Леон. Когда-то они вместе служили, еще в те времена Кристис показал себя умным и честным человеком, умевшим правильно расставить приоритеты и делать свою работу. Этот щуплый на первый взгляд мужчина сумел покорить даже Кворбера своим умением вести счета и различные переговоры.

Айша и Палома все остались жить в этом доме, но уже на правах гостей. По началу Айша все пыталась доказать, что она действительно хозяйка и графиня. В этом ей помогал Рейвен кин Газделл, который бегал с жалобами к судье и даже грозился пойти напрямую к королю. Они до такой степени допекли несчастного судью, что тот психанул и оформил на Газделла взыскание, от чего тот едва не лишился своей должности, а мое права на наследство и титул стали неоспоримыми. Теперь мачеха и сводная сестрица жили в небольших каморках на чердаке, помогали Леа и больше права свои не качали. Мстить я не стала, для них худшим наказанием стало лишение денежных средств, ибо двадцати золотых им не хватало даже на неделю. Правда графиня еще пыталась заручиться поддержкой у многочисленных знакомых, но ее карточные долги и скверный характер сыграли с ней злую шутку.

Последний месяц зимы сменился весною, на улице вовсю цвели деревья и цветы, влюблялись коты и люди, а солнце уже не слабо припекало в макушку. В общем жили мы и не тужили. Пока в один прекрасный день в дверь не постучался мужчина с белым конвертом, из-за которого на мою филейную часть пришли приключения и неожиданный поворот в жизни.

– Госпожа! Письмо из дворца, – в мой кабинет вбежала краснощекая Тили.

Девушка была так взволнована, что даже забыла постучать в дверь. Я оторвала взгляд от договора, который для меня подготовил Кристис, и посмотрела на девчушку. Весна не прошла для Тили бесследно, на ее курносом носе появилась россыпь веснушек, что делали девушку только привлекательнее. Боюсь, в скором времени к нам начнут паломничество ее кавалеры.

– Успокойся, Тили, – улыбнулась я, откладывая чернильную ручку в сторону, – отдышись и начинай по порядку: чего так взбудоражилась?

– Так письмо же, – захлопала она ресничками, – из королевского дворца. Гонец из самой столицы прибыл.

Смотрела на меня служанка, как на самого тупого в мире человека. По ее мнению, я должна была вскочить на ноги сразу же как услышала о дворце.

– Давай сюда, будем читать. – Я вскрыла конверт с золотой печатью под жадным взглядом Тили.

«Уважаемая Аленсия ар Миолен!

Ее величество королева Вайолет дан Эрнанд оказывает Вам честь и назначает Вас – королевской фриби. Вам надлежит прибыть в королевский дворец 27 дня третьего месяца весны этого года. Вы так же имеете право взять с собой одного слугу и небольшой гардероб. Всем необходимым Вас обеспечат на месте.

С уважением,

секретарь ее величества

эйл Гворб»

–Поздравляю, госпожа! – Захлопала в ладоши Тили.

Я же хмуро перечитала написанное еще раз, чтобы убедиться, что это все мне не показалось.

– Угу, – на автомате кивнула я, – Тили, можешь прояснить мне один момент?

– Конечно, госпожа, – с готовностью кивнула та.

– Что значит «фриби» и чем мне это грозит?

Тили, уже привыкшая к моим причудам, вздохнула, молча вернулась к двери, захлопнула ее и так же молча вернулась обратно, присев на стул напротив меня. Такую вольность я могла позволить только ей и Леа, больше никто из слуг не посмел бы так вести себя в моем присутствии.

– Фриби – это первые помощницы королевы, ее глаза и уши, ее близкое окружение. Обычно на эту должность принимаются незамужние девушки из аристократии. – Стала объяснять Тили. – Стать фриби королевы – это большая честь. Все девушки королевства мечтают о такой возможности, но отбор весьма строгий, не говоря уже про огромную очередь на место. Девушки-фриби очень часто находят весьма выгодные партии для брака. Конечно, если этот брак благословит сама королева.

В голосе Тили плескался неподдельный восторг. Для себя же я сделала два вывода: первый – фриби это по-нашему фрейлина; второй – мне оно и даром не нужно.

– А отказаться от этой чести можно? – С надеждой спросила я, откладывая письмо в сторону, как ядовитую гадюку.

– Вы что?! – С ужасом воскликнула девушка. – Королеве не отказывают. Ваш батюшка столько труда вложил, чтобы устроить все это. Вы же сами так этого хотели!

Возможно настоящая Аленсия и хотела, мне же это ни к чему. Сидела бы тихо мирно в Мейхбере, нет же, прись теперь в столицу, чтобы жениха породовитее найти и по утрам королеве тапочки в зубах приносить.

– Варианты отступления? – Не желая сдаваться, деловито поинтересовалась я, беря в руки несменный карандаш.

Тили, кажется, поняла, что приоритеты в моей жизни поменялись и больше спорить не стала, хотя ее недовольное сопение было слышно на весь кабинет.

– Свадьба. Смерть. Добровольное расторжение контракта со стороны королевы, – перечислила девушка.

От меня не укрылось как сильно в этом вопросе была подкована моя служанка. Хотя может здесь каждый второй об этом знает, лишь я одна такая недалекая?

– Так, первые два варианта отпадают, а вот третий…

Тили расстроенно вздохнула. Для нее перспектива стать королевской фриби казалась нереальным везением, едва ли не даром Единого. Она хотела для своей хозяйки только лучшего. Найти достойного супруга в их маленьком городке было просто нереально, а вот королевский двор…

– Значит выбора у меня нет. Нужно ехать. – Сделала я нерадостный вывод. – До отъезда у меня два дня. Маловато, но думаю успеем утрясти все дела. Не думаю, что пробуду там долго.

Тили на это утверждение лишь закатила глаза. Ее недовольство не заметил бы только слепой, но все же, чтобы не решила ее госпожа она поддержит ее в любом случае. Именно это мне в этой девчушке и нравилось.

– Кстати, – заговорила она, – ваш батюшка побеспокоился и о Паломе. Ей письмо так же пришло.

Вот уж новость…

Перед отъездом все мои новые друзья вышли меня провожать. Леа не скрывала слез, ее успокаивал лекарь, что-то бурча ей на ухо. Леон уже подготовил карету и был готов отправится в путь. Мой конюх должен отвезти нас с Паломой во дверец и вернуться домой. Кворбер, его помощник и мой управляющий слушали мои последние наставления.

– Пишите каждую неделю. Я должна знать, как идут дела. – говорила я.

– Конечно, эйли Аленсия, – отвечал мне Кристис.

– Эйл Кворбер, проследите за сделкой с компанией «Свирби и Ни». Эйл Кристис еще не совсем опытен в общении с этими жуликоватыми личностями, его могут попытаться обмануть.

– Не волнуйтесь, эйли, сделаем все в лучшем виде, – заверил меня старичок.

– Леа, прекрати лить слезы. Я не на войну еду, – обняла я добрую женщину.

– Да как же, эйли? Вы ж во дворец этот злополучный едите, там все злые, а вы у нас такая хорошенькая и добрая.

В ответ на ее причитания я лишь улыбнулась и закатила глаза.

– Лучше проследи, чтобы Айша себя хорошо вела, – сказала я ей.

– Да что уж ей будет? Она уже спит и видит, как ее Палома выходит замуж за принца, – фыркнула кухарка.

Все присутствующие рассмеялись. Когда стало известно, что Палома тоже станет фриби, Айша снова стала показывать свои зубы.

– Тили, уже все готово?

– Да, госпожа, – отозвалась служанка из глубины кареты.

В письме было сказано, что я могу взять с собой прислугу. Мой выбор естественно упал на Тили. Я ж без нее теперь как без рук. Леа перед этим провела ей целый инструктаж как нужно себя вести и заботиться о своей госпоже. Палома же брать кого-то и дома отказалась, хотя и была добродушна и предложила ей такой вариант.

Еще раз обнявшись, попрощавшись со всеми, я села в карету и поехала на встречу со своей новой жизнью.

***

М-да, столица меня не впечатлила. Тихий Мейхбер мне понравился куда больше. Слишком уж здесь было шумно, людно и серо. Мне, ребенку двадцать первого века, до сих пор бросало в дрожь от всей этой антисанитарии и отсутствия нормального водопровода и канализации. Хотя сама архитектура города мне понравилась.

Наша карета с фамильным гербом на двери свернула с еще одной широкой улицы и устремила по каменной дороге прямиком к возвышающемся белому замку. Да, вот он мне точно понравился. Огромная белая махина с кучей башенок, шпилей и витражных окон.

– Не думала, что когда-нибудь побываю во дворце самого короля, – восторженно прошептала Тили, прилипнув к окну.

Я молча ее поддержала. Палома сидела на скамейке напротив нас, так же глядя в окно, но в отличии от Тили сохраняла полную тишину. За всю дорогу она не проронила ни единого слова. Лишь задирала короткий нос-пуговку, жеманно поджимая накрашенные губы.

Во дворце нас уже ждали. Женщина, около тридцати лет, судя по дорогой одежде и манере держать себя, не последний человек во дворце. Но меня все же привлекли не дорогие украшения и ярко-алое платье с вышивкой, меня заинтересовало лицо незнакомки. Вот смотришь на нее – симпатичная молодая женщина, темные волосы, карие глаза, острый нос, пухлые губы. В другой момент отвернулся и все – ее внешность полностью стирается из памяти. Бывают такие типажи людей, незапоминающиеся и быстро теряющиеся в толпе. Просто находка для шпионов.

– Добро пожаловать, эйли, – улыбнулась незнакомка, когда мы с Паломой вышли с кареты. – Меня зовут Анастейша ри Зельди, я, как и вы, фриби ее величества.

Мы с Паломой одновременно присели в реверансе приветствуя женщину.

– Я Палома кин Мун, – первой представилась сестричка.

– Аленсия ар Миолен, – буркнула я.

– Вы, наверное, устали с дороги? – спросила Анастейша.

Судя по тону вопроса, ответ был не столь важен, но Палома этого толи не заметила, толи проигнорировала, но тут же начала долго и громко рассказывать, как прошла наша долгая дорога, как она устала, какие плохие дороги. Ха, детка, да ты еще не видела дорог на моей родине.

– Я провожу вас в ваши комнаты, – перебила поток речи Паломы Анастейша, оборачиваясь и топая во дворец, – ваши вещи доставят слуги. У вас будет десять минут, чтобы привести себя в порядок. Затем за вами придут, чтобы сопроводить на встречу.

Палома едва не задохнулась от возмущения, когда смысл сказанного фриби дошел до ее сознания.

– Как можно привести себя в порядок за столь короткое время? – Завопила она в своей излюбленной манере. – Я не могу предстать перед ее величеством в таком ужасном виде. К тому же, в письме говорилось, что мне выдадут служанку.

Мне захотелось испариться. Говорила Палома, но стыдно было мне, ведь все здесь считают нас сводными сестрами. Анастейша резко остановилась и обернулась, отчего Палома едва не влетела ей в спину.

– Эйли Мун, я точно знаю текст писем, что отправляют каждой девушке кандидатке на место фриби. В свое время получила такое же. Так вот, там ясно написано, что вы можете взять из дому одну служанку, но ни слова о том, что вам выделят кого-то здесь. Если вы прибыли сами, значит согласились с тем, что ухаживать за собой будете сами. Это первое.

Градус уважения к Анастейше в моих глазах прямо зашкаливал. Я едва сдерживалась, чтобы не рассмеяться, наблюдая за тем, как у Паломы вытягивается лицо. Судя по пляшущим чертяткам в глазах фриби, ей замешательство моей сестры тоже было по душе.

– Во-вторых, кто сказал, что вы пойдете на встречу с королевой? – Серые глаза Анастейши приковали Палому к месту.

– Ну как же, – замямлила та, – раз мы будем фриби ее величества, значит она…

Закончить свою мысль Палома не смогла, так как ее оборвал смех Анастейши. Палома краснела, бледнела, недовольно сопела. Я все еще сдерживала улыбку, хотя на какое-то мгновенье мне даже стало жаль ее. Будь на ее месте другая девушка, так может быть я бы даже вступилась, но Палома сама выставила себя в таком свете, а уж женщине, вращающейся в высшем свете, ничего не стоит поставить на место одну зазнавшуюся девицу.

– Какая же вы все еще наивная, – отсмеявшись сказала Анастейша и обернулась ко мне: – Эйли, сделали те же выводы?

Я все убедилась, что, не смотря на неброскую внешность, эта женщина та еще штучка. По словам Тили девушки становились фриби в возрасте от восемнадцати до двадцати. На первый взгляд Анастейше было где-то двадцать девять – тридцать лет, а это значит, что во дворце она уже где-то около лет десяти. По всем историческим книгам, что я прочитала в своем мире, дворец – это тот еще змеюшник. Не думаю, что в этом мире люди, приближенные к власти, сильно отличаются. Чтобы выжить в таком месте, нужно быть той еще хитрой стервой, не знающей совести.

– Что вы, эйли Зельди, – не стала играть я дурочку, прекрасно понимая, что Анастейша с первого взгляда успела понять, что мы из себя представляем. – Во-первых, – на ее манер стала говорить я, – смею с вами согласиться, что в письме действительно ни слова не сказано о слуге из дворца. Моя сестра видимо неправильно поняла, и я прошу прощение за это недоразумение.

Палома фыркнула и засопела еще громче. Анастейша бросила на нее быстрый взгляд и снова посмотрела прямо на меня, не скрывая своей заинтересованности.

– Во-вторых, не думаю, что ее величество лично занимается таким делом, как нанимать подходящий «персонал». Скорее всего она просто одобряет уже сформированный список кандидаток, который составляют специальные люди. Смею предположить, что этим занимаются те же фриби.

Анастейша просто кивнула, подтверждая мои слова. В ее взгляде появилось еще больше заинтересованности и даже доля уважения. Воодушевленная молчаливым одобрением, я продолжила.

– Так как мы будем работать непосредственно с ее величеством, то до первой нашей с ней встречей нам должны провести некий инструктаж, те же самые правила поведения. Возможно даже сразу объяснят в чем будет заключаться наша работа, хотя это так же могут рассказать и после встречи, ибо не факт, что наши персоны заинтересуют ее величество и она даст добро на наше присутствие здесь. Это лично мои мысли, эйли Зельди, – я присела в реверансе, показывая этим, что закончила свою речь.

– А вы мне нравитесь, – после недолгого молчания заявила фриби. – Зови меня просто Ана.

– Аленсия, – с улыбой ответила я.

Фриби кивнула и снова двинулась дальше по нескончаемым коридорам королевского дворца. Если честно, я забыла с какой стороны мы пришли, наверное, после второго поворота и третьей лестницы. Такое чувство будто мы бродили по лабиринту. Промелькнула даже такая мысль попросить у Аны карту этого места, ибо, боюсь, без нее просто заблужусь. Так и хотелось воскликнуть известной фразой «Ну кто так строит?».

Когда после очередного поворота мы свернули в коридор с выкрашенными в персиковый цвет стенами, Анастейша немного притормозила. С обеих сторон этого длинного коридора были совершенно одинаковы на вид двери. И как они разбираются здесь, не понимаю. Около одной такой Анастейша и затормозила.

– Прошу заметить, что мы находимся в западной части дворца. Это место так же называют женской половиной, так как здесь живут фриби королевы, сама королева, а также незамужние девушки и женщины, что прибывают во дворец вовремя балов или по приглашению королевской семьи. – Провела краткий экскурс Анастейша. – Аленсия, эта дверь твоей комнаты. А ваша, эйли Мун, дальше по коридору. Вы будете жить с фриби Китти.

– Но почему? Аленсия будет одна, а я должна делить комнату с кем-то? – Тут же стала возмущаться Палома.

– Ваша сестра будет жить вместе со своей прислугой. Так как вы, эйли, прибыли без сопровождения, то будете жить в комнате на двоих. Дворец – это не гостиный двор, где исполняют все по вашей прихоти. – Отчитала возмущающуюся девицу Анастейша и обернулась ко мне прежде чем пойти дальше: – Через десять минут.

Я присела в уже ненавистном реверансе и открыла двери своего нового пристанища. Надеюсь временного и недолгого. За мной вошла Тили, что все это время молчаливой тенью следовала за нами.

– Эта эйли Зельди не простая личность, – заметила Тили, когда двери в комнату были плотно закрыты.

– А чего ты ожидала от человека, живущего здесь? – Осматривая комнату ответила я.

Ничего такая, светлая, даже уютная, правда в половину меньше той, что была у меня дома, но и не чулан на чердаке. Кровать под голубым балдахином, небольшой шкаф рядом. В центре комнаты небольшой журнальный столик, напротив него диванчик, а по другую сторону столика два кресла. У окна письменный стол и стул с высокой спинкой. У противоположной стены от кровати туалетный столик с зеркалом. В углу большая ширма, за которой стыдливо пряталась ванна. Между ними еще одна дверь. Я от любопытства засунула туда свой нос. Вот эта комната точно была похожа на чуланчик – минимум мебели и удобства. Видимо это была комната для прислуги.

– Что со сборами? Десять минут – это действительно мало, – заметила Тили осторожно устраивая небольшой чемоданчик, что был все это время у нее в руках, на диван.

– Мы прибыли во дворец, Тили. Мы новички и нас будут проверять и тестировать. И боюсь, что это наше первое испытание, – присев на кровать, высказала я свои предположения. – Так что, умыться и причесаться будет достаточно.

Понимающая служанка пулей пронеслась по комнате, выудила откуда-то графин с чистой водой и таз, а с чемоданчика достала чистое полотенце. По началу Тили не могла привыкнуть к моим причудам после моей якобы амнезии. Одной из таких привычек стало умывание холодной водой. Если раньше графская дочка могла умываться только теплой, то теперь она с легкостью могла нырнуть в бочку с холодной водой, стоящей позади дома. После первой моей такой выходки, Леа чуть была не слегла с инфарктом, Тили еще долго приводила ее в порядок.

Пока я смывала дорожную пыль с лица, Тили приготовила расческу и шпильки. Так что, когда в мои двери постучали, я была уже готова. Молодой симпатичный парень в форме лакея, склонился передо мной и сообщил, что его прислали сопроводить меня в нужное место. От меня не укрылось каким взглядом он осмотрел Тили. Так что мысленно сделала себе пометку присмотреть за ним, а то мало ли. По дороге парень признался, что его зовут Даррен и что он работает во дворце уже год. Работать на женской половине не просто, но он справляется. Правда в последнее время стало совсем тяжко. Что же такого произошло, что испортило жизнь этому приятному молодому человеку мне не рассказали, сославшись на то, что мы уже пришли на место и мне пришлось оставить свои вопросы на потом. Передо мной открыли двери в большой светлый зал, где уже сидели семеро девушек. Все как по команде тут же повернули головы в мою сторону. Единственным знакомым лицом оказалась Анастейша, которая сидела в дальнем углу с книгой в руках.

– Добрый день, – присела я в реверансе, приветствуя остальных фриби.

Четверо ответили на мое приветствие улыбкой, остальные посматривали довольно враждебно. Особенно усердствовала светловолосая девица в розовом платье, что сидела у окна с вышивкой в руках. Рядом с ней сидели еще две мамзели из тех, кто явно был не рад моему присутствию здесь. Мне, как назло, вспомнилась строки из сказки Александра Сергеевича – «Три девицы под окном…», так что пришлось сделать над собой усилие и сдержать неуместный смешок. По правую руку от меня открылась дверь, которую я даже не заметила. В зал вышла женщина около сорока лет, но, не смотря на возраст, еще не утратившая привлекательность. Сосредоточенное выражение красивого лица, строго подобранные волосы, минимум драгоценностей, темно синее строгое платье – все в ней просто кричало о том, что именно она здесь главная.

– Аленсия ар Миолен? – Приятный бархатный голос и пристальный взгляд зеленых глаз.

– Так точно, – ляпнула я по старой привычке и тут же прикусила язык.

– Прошу в мой кабинет, – женщина слегка посторонилась, указывая рукой на дверь за своей спиной.

Я рыбкой проскользнула мимо нее, игнорируя шепотки за спиной. Довольно-таки просторный кабинет, ничего лишнего, все аккуратно и элегантно. Видно сразу, что у хозяйки деловой характер. Сама женщина вошла следом за мной и прошла не к письменному столу, как думала я, а к диванчику у стены.

– Чаю? – Улыбнулись мне.

Вся строгость тут же испарилась с ее лица. Теперь в ее взгляде читался интерес и предвкушение. Какие-то здесь все слишком приветливые, это уже начинает настораживать. Нужно держать ухо востром.

– Не откажусь, спасибо, – тем не менее ответила я, осторожно присаживаясь на диван около хозяйки кабинета.

Приятный мятный аромат исходил из фарфоровой чашечки в руках. Я сделала первый осторожный глоточек под бдительным взглядом собеседницы. А чай действительно оказался недурен. Хоть бы в нем не было какого-то яду, мало ли. Может у них здесь традиция такая – опаивать новеньких каким-нибудь наркотиком.

– Меня зовут Рейна тим Эйви, я – главная фриби ее величества, – представилась она.

Я мысленно присвистнула. Оказывается, чаевничаю с самой герцогиней, о чем свидетельствовала приставка «тим» в ее имени.

– Анастейша рассказала, что вы уже доказали свой острый ум, – все с той же улыбкой сказала Рейна, сделав глоточек чаю.

Видимо оказалась права – проверка началась. Мать моя женщина, да я так в универе перед экзаменами не волновалась.

– В свое время я была знакома с вашими родителями. – Неожиданно сказала Рейна. – Признаюсь, было время, когда я тайно была влюблена в Джеймита. Но сердце графа уже тогда принадлежало Каталине, вашей матушке. Многие ей тогда завидовали. Как же, смогла увести такого кавалера из-под носа! Благо, чуть позже в моем сердце поселился другой мужчина, что остается там по сей день.

Губ Рейны тронула печальная улыбка, а в глазах появилась тоска. Я не могла сказать точно, о чем она сейчас думает – о прошедших годах, графе Миолену или своем возлюбленном. К тому же, я не знала, что ответить на ее откровения. Ни Джеймита, ни Каталины я не знала. В глубине души, я чувствовала горечь, что даже обретя шанс на вторую жизнь, родителей в ней так же не было. Рейна приняла мое молчание за другое.

– Ох, прости, милая, что заставила тебя снова прочувствовать горечь потери. Я просто хотела сказать, что ум ты унаследовала от отца, а красота досталась от матушки. – Отставив чашку, тут же заговорила герцогиня.

– Спасибо, – только и смогла вымолвить я.

Рейна заботливо погладила меня по руке, глядя с какой-то материнской теплотой во взгляде.

– Не волнуйся, милая, здесь тебя обижать не будут. Уж я об этом прослежу. Я догадываюсь как тяжело пришлось тебе после смерти отца. Зная скверный характер Айши, о другом и думать не нужно.

В двери постучались, на ее лице вновь появилась строгость. Жестом она указала мне на стул перед письменным столом, сама женщина заняла место во главе него и сказала:

– Войдите.

В кабинет вошла Палома в другом платье, слишком нарядном для данного случая, что не вписывалось в общую картину. Но главным было то, что не все крючки на платье были застегнуты, а те, что были, не на своем месте. Пышные рыжие волосы разлохмачены и рассыпанные по плечам. Щеки красные, грудь вздымалась от тяжелого дыхания. Неужели бежала?

– Добрый день. Мое имя – Палома кин Мун, – присела в реверансе она.

– Вы опоздали, – недовольно сказала Рейна.

Я пыталась сдержать удивление, как сильно отличалось поведение герцогини. Только что она улыбалась и с теплотой смотрела на меня, теперь же была серьезной и недовольной. Интересно, это не связано ли это с тем, что Рейна знала Айшу лично? Палома та еще зараза, но на мое мнение Рейна поступала неправильно. Дети не должны отвечать за поступки своих родителей. Но, как говорится, со своим уставом в чужой монастырь не ходят, так что я сидела и помалкивала.

– Прошу прощения, эйла. Дело в том, что…

– Меня не интересуют ваши оправдания, – холодно перебила Палому Рейна. – Вы прибыли сюда, чтобы стать фриби ее величества. Как вы будете служить королеве, если не в силах справиться с таким простым заданием?

Слова герцогини хлестали не хуже пощечин. Мне даже жаль стало Палому в какой-то момент.

– Прошу прощения. Больше такого не повториться, – опустив голову, проговорила Палома.

– Присаживайтесь, – герцогиня жестом указала на стул рядом со мной. – Итак, девушки, прежде чем появится перед королевой, вы должны запомнить некоторые моменты.

Рейна сделала паузу, чтобы мы прониклись моментом. Мы действительно постарались прочувствовать сие и замерли, ожидая продолжения.

– Отныне, вы работаете на королеву. – Торжественно начала главная фриби.– Первое, что вы должны уяснить – все, что услышите или увидите здесь, должно остаться в этих стенах. Фриби выполняют разные поручения королевы, которые должны оставаться тайной. В обязанности фриби входит помощь ее величеству при разных встречах, мероприятиях, вечерах, а также повседневных делах. Фриби обязана явится по первому зову ее величества. План работы будете получать от меня. Что касается личной жизни – не запрещается, но это не должно мешать исполнять ваши обязанности. И всегда помните – вы фриби ее величества, не смейте портить это звание грязными слухами. Ясно?

– Да, – одновременно сказали мы.

– Вопросы?

– Правильно ли я поняла, что рабочий день не нормирован? – Первой задала вопрос я.

– Правильно, – был мне ответ.

– В задания, которые вы упоминали, не будут входить ситуации, что будут затрагивать наше личное пространство?

– Нет. Об этом можете не волноваться.

– Вопрос больше не имею.

– Я хотела бы узнать о комнате и прислуге. Наверное, вышло какое-то недоразумение, – снова принялась за свое Палома.

– Разве вы не обсуждали этот вопрос с Анастейшей? – Нахмурила брови главная фриби. – Свободных комнат, как и прислуги, нет. Сейчас у королевы десять фриби, включая вас. Западное крыло дворца, где мы собственно находимся, располагаются комнаты ее величества и ее приближенных, рассчитаны на двенадцать человек.

Палома недовольно поджала губы.

– И, предугадывая ваш следующий вопрос, отвечу сразу. Оплата будет выдаваться каждые три недели. Что касается гардероба, все будет за счет королевской казны. Штат портных при дворце будет готов шить вам платья уже сегодня.

В принципе, все было ясно. Спрашивать, когда можно будет слинять в присутствии Паломы, не хотелось. Спрошу в следующий раз, когда мы с главной фриби будем одни. К тому же, для начала нужно разузнать обстановку.

– Сейчас я познакомлю вас с остальными фриби. – Сказала Рейна, выходя из кабинета. – Эйли, прошу минуточку внимания.

Все девушки при ее появлении вскочили на ноги и присели в реверансе, приветствуя свою начальницу.

– Девушки, знакомьтесь. Эйли Аленсия ар Миолен и эйли Палома кин Мун. Думаю, дальше вы сами разберетесь. Ах да, Китти, ты делишь комнату с Паломой?

Пухленькая девушка с русыми волосами в персиковом платье с рюшами, отчего она смахивала на пирожное, снова присела в реверансе. Ее миленькое личико сердечком озарила широкая добродушная улыбка. Бедняжка, она еще не представляет с каким монстром ей придется жить.

– Да, фриби Эйви, – кивнула она.

– Возьми над ней шефство. Покажи, что здесь и как. Анастейша, а тебя попрошу приглядеть за Аленсией, – дала указание Рейна.

Герцогиня еще раз улыбнулась и вернулась в свой кабинет. Все внимание девушек снова было приковано к нашим скромным персонам. Но благо ненадолго. Где-то пробили часы и фриби тут же засобирались на выход, как выяснилось – настало время обеда. К нам подошли Китти и Анастейша.

– Привет, меня зовут Китти тор Мерси, – представилась Пироженка.

Палома тут же презрительно скривилась. Видимо посчитала, что общение с девушкой, у который титул не такой громкий, ниже ее достоинства. На мгновенье улыбка Китти померкла, но девушка быстро совладала со своими эмоциями, в отличие от Паломы. У меня аж руки зачесались надавать по наглой моське сводной сестрицы.

– Приятно познакомиться. Я – Аленсия, но думаю ты и так уже это знаешь, – взяла инициативу я в свои руки.

– Пойдемте, я покажу, где находится обеденный зал. – Китти махнула рукой и первой упорхнула за двери.

Палома с недовольным выражением лица направилась следом. Я немного замешкалась.

– Будь осторожнее, – тихий голос Анастейши раздался над самым моим ухом, отчего я дернулась от неожиданности.

Я обернулась, девушка стояла около меня, заложив руки за спину. Ее длинная юбка скрывала ноги, но я была уверенно, что она держит их на ширине плеч. Ровная спина, прямой взгляд. Да все в ней просто кричало о военной школе. Или это просто моя кукуха разыгралась?

– О чем ты? – Наконец нашлась со словами я.

– Я видела, как задело тебя поведение Паломы. Ты пожалела нашу малышку Китти. Но поверь мне, не все, что кажется безобидным, на самом деле является таковым. – Пояснила Анастейша, медленно направляясь к дверям. – Китти не первый день во дворце и уже давно отрастила зубки.

Я брела чуть позади нее и переваривала сказанное. Если отбросить все литературные выражения, то в целом суть ее речи была мне понятна. Сверля спину моей сопровождающей, я еще старалась успевать смотреть по сторонам, чтобы хоть приблизительно запомнить дорогу.

– Хочешь сказать, что Китти стоит опасаться? – Все же задала я интересующий меня вопрос.

– Если ты первой не затронешь ее, то эта девушка станет хорошим другом. Она в целом самая добрая из нас. – Оборачиваясь, улыбнулась Ана. – Наша Китти никогда не атакует первой, зато она имеет потрясающую память и хорошую фантазию.

Угу, значит месть будет весьма извращенной. Ясненько. В целом чего-то такого я ожидала, направляясь сюда. Мы как раз подошли к обеденному залу, в котором питались исключительно фриби королевы, поэтому разговор быстро сошел на нет. После обеда мы вернулись обратно в тот зал, где сидели девушки. Как объяснила Анастейша, это место была чем-то вроде офиса всех фриби. Здесь они проводили время, если не были нужны королеве. Покои самой венценосной особы находились через стену, чтобы фриби могли как можно быстрее явится перед светлы очи королевы едва зазвенит колокольчик на стене. Да-да, эта штука была чем-то вроде кнопки вызова, висела в углу рядом с дверью в кабинет Рейны. Сегодня ее величество не очень хорошего себя чувствовала и целый день перебывала в постели, а потому фриби были ей не особо нужны.

Я сидела за большим круглым столом, что находился аккурат в центре зала, и помогала с разбором корреспонденции Стелле, Китти и Натали, тем, кто отнеся к нашему появлению приветливо. Девушки оказались довольно доброжелательными, хотя после предостережения Анастейши, я уже не была так уверенна в своем мнении. Они делились со мной последними сплетнями в королевстве, рассказывали о себе и расспрашивали все обо мне.

– Если твою сестру поселили с Китти, значит ты прибыла со служанкой? – Спросила Стелла, откладывая голубой конверт в стопку писем-приглашений.

– Да, со мной приехала Тили. Я без нее как без рук, – призналась я.

– Я тоже привезла служанку, а вот девочки прибыли сами, – сдала всех Натали.

– Нет, вы не подумайте, что без нее я и одеться не в силе. Просто после смерти моего отца она стала одной из тех немногих, что стали для меня очень близкими людьми, – надавила на жалость я.

– Ох, прости. Прости, пожалуйста, мы не хотели, – тут же стала извиняться Китти.

– Ничего страшного, – улыбнулась я.

– Но у тебя же вроде есть мачеха? – Нахмурила бровки Натали.

– Мои отношения со второй женой отца и Паломой нельзя назвать теплыми, – не стала кривить душой.

– Я слышала, что вторая жена графа Миолена весьма интересная личность. Теперь, глядя на ее дочь, я поняла о чем шла речь, – фыркнула Стелла.

За это короткое время я поняла две вещи про эту девушку. Первое – она была в курсе абсолютно всех сплетен в королевстве и знала все и обо всех. Второе – она не стеснялась прямо выражать свои мысли.

– Ну ничего, жизнь во дворце быстро опустит ее с небес на землю, – бросив взгляд через плечо, заметила Китти.

Глядя на хищный блеск в ее глазах, я теперь была уверенна, что Анастейша не врала на ее счет. Дальше разговор пошел на разные темы и меня, и Палому оставили в покое. Чуть позже к нам подошла Анастейша и сообщила, что перед ужином нас с Паломой представят королеве, а потому нам следует как можно скорее отправится в комнаты и привести себя в порядок. Всех остальных девушек отпустили до завтра.

– Я с вами, – повисла на моей руке Натали. – Аленсия, ты ведь еще не знаешь, что мы с тобой соседи. Тебя поселили в комнате Яниты? Моя напротив.

В ответ я лишь пожала плечами. Кто жил в той комнате до меня мне было неизвестно. Но раз уж Натали сама затронула эту тему, почему бы не поинтересоваться.

– А где теперь эта Янита? Мне говорили, что девушки в большинстве случаев покидают пост фриби из-за замужества. Она тоже вышла замуж?

Веселое щебетание Натали тут же прекратилось. Она отпрянула от меня, словно я ее ужалила. С ее лица схлынула краска, глаза заметались в легкой панике. Девушка беспомощно посмотрела на Анастейшу.

– Нет, причина ухода Яниты в другом, – бесцветным голос сказала та. – Аленсия, у тебя мало времени. Поспеши, чтобы не опоздать на встречу. Я приду за тобой через два часа.

Дальнейший путь до комнат прошел в полной тишине. Натали едва ли не забежала в свою комнату, а Анастейша еще раз напомнила мне о времени и так же скрылась с моих глаз. Странно все это и подозрительно. Жизнь во дворце нравилась мне все меньше. А, впрочем, может быть я просто соскучилась за работой? Вот и мерещатся мне кругом заговоры и тайны. Вздохнув, зашла в комнату. Тили уже ждала меня в компании полной горячей воды ванны и подноса с моим ужином. Глядя на все это, я прямо-таки захотела расцеловать свою верную помощницу в обе щеки. Все же я в ней не ошиблась.

Принимая ванну, не сдержалась и поделилась с Тили своими подозрениями на счет прошлой хозяйки этой комнаты.

– Да, это действительно выглядит странно, – задумчиво сказала Тили. – А попробую-ка я завтра расспросить об этом у других слуг.

– Только осторожно. С этой историей не все так чисто. Не хочу, чтобы из-за этого у тебя были проблемы. К тому же я сомневаюсь, что кто-то действительно что-то расскажет.

– Обижаете, госпожа, – фыркнула девушка. – И не волнуйтесь, расскажут. Эт среди господ сплетничать не пристало, а вот слуги, тихонько, пока никто не слышит…

Что ж, будем надеяться, что шпионская деятельность Тили принесет свои плоды и от этого у нас не будет проблем.

***

Ее величество королева Вайолет дан Эрнанд ожидала нас в своих комнатах. Эта особа не стала заморачиваться, чтобы произвести на нас сильное впечатление. Королева уже приготовилась ко сну, а потому встречали нас, сидя за туалетным столиком в золотом пеньюаре. Полупрозрачное одеяние не скрывало чуть полноватой фигуры. Ее светло русые волосы свободно лежали на плечи. Королева была не красавицей, но довольно симпатичной женщиной. Если честно, мне кажется Рейна подошла бы на эту роль куда лучше с ее гордо поднятым подбородком, прямой осанкой и цепким взглядом. Если внимательно присмотреться, то эти две женщины были даже чем-то неуловимо похожи друг на друга. Только если одна выглядела уставшей и уже стала принимать свой возраст, то вторая сдаваться не спешила.

– Я рада, приветствовать вас во дворце, милые эйли, – не глядя на нас, проговорила Вайолет.

– Благодарю за оказанную честь, – одновременно проговорили мы с Паломой и присели в реверансе.

Вайолет наконец соизволила повернуться к нам. Быстрым взглядом осмотрела Палому, а затем взгляд ее серых глаз упал на меня. Вот мне она уделила намного больше внимание. В ее глазах вспыхнули какие-то странные эмоции, она немного поддалась вперед, жадно вглядываясь в мое лицо. Пальцы ее рук дернулись, будто она сдержала желание прикоснуться ко мне. Но королева не была бы королевой, если бы не умела сдерживать эмоции. Мгновенье другое и перед нами снова сидит женщина с безразличием во взгляде и натянутой улыбкой на губах.

– Которая из них дочь Джеймита? – Задала неожиданный вопрос ее величество.

Краем глаза заметила, как задел этот вопрос Палому. Пусть я не испытывала к ней нежных родственных чувств, но мне было жаль ее чисто по-человечески. Повторюсь – не люблю, когда детей судят по родителям, а во дворце все так и делают. Джеймита, Каталину и Айшу здесь знали, знали кого из себя представляли эти люди. И если родителей Аленсии считали честными людьми и видимо даже друзьями, то Айша сослужила своей дочери плохую службу. Все только и делали, что фыркали в ее сторону и не ждали от этой девушки ничего хорошего.

– Мы обе его дочери, Ваше Величество, – прежде чем заговорила Рейна, ответила я.

Палома удивленно уставилась на меня, Рейна изящно подняла бровь, даже Вайолет улыбнулась более искренней улыбкой.

– Прошу прощения, если мой вопрос задел вас, эйли, – величественно проговорила королева. – Конечно, вы обе являетесь дочерями графа. Но одна – родная, а вторая – дочь его второй жены. Смею заметить, что в годы своей юности я имела честь называть вашего отца своим другом. Ты помнишь, Рейна?

– Да, Ваше Величество, – ответила ей главная фриби.

– Впрочем, – продолжила королева, – можете уже не отвечать. Аленсия, верно?

– Да, Ваше Величество, – снова согнула я колени.

– Ты такая же красивая, как твоя мать и бесстрашная как отец, – улыбаясь, заметила Вайолет.

Я не знала принимать мне сие за комплимент или оскорбление. Но благо отвечать не пришлось, королева обратила свой взор на Палому.

– А ты значит Палома кин Мун…

– Вы как всегда правы, Ваше Величество, – с нотками подхалимства ответила Палома, сияя белозубой улыбкой.

Дальше разговор потек спокойнее. Нам задали еще несколько вопросов касающиеся нашей жизни до дворца, поздравили со вступлением в ряды фриби, не забыв при этом напомнить кому именно мы должны быть благодарны за такую честь, стянули заверения в искренней преданности и самоотверженной работе и наконец отпустили.

Глава 5

Первая ночь во дворце прошла для меня не спокойно. И дело было не в том, что я плохо спала на новом месте, и не в том, что противная луна все время светила мне глаза, не смотря на плотные шторы. Вообще я всегда спала весьма чутко, привычка еще с детдома, когда в любой момент ожидаешь каверзы от других детей. Эта ночь не стала исключением.

Когда часы пробили полночь, не к месту вспомнились все страшилки про дворцы, чудовищ, вампиров и всему тому подобное, а в дополнение ко всему этому двери комнаты тихо открылись. Я готова была поклясться, что Тили запирала их на ключ. Хоть на полу лежал ковер, скрыть тихие шаги, направляющиеся в мою сторону, не удалось. Притаившись, я стала ждать продолжения, надеясь, что меня не прикончат в первый же день. Вот Смертушки-то обрадуются… Все чувства были обострены, в любой момент я была готова отразить удар. Но ночной визитер просто замер надо мной, я приоткрыла глаза и едва не заорала чистым русским матом. Не удивлюсь, если утром в моей шевелюре появятся седые волоски.

Первой мыслью было – ко мне пришел призрак. Старушка в белой ночнушке в пол и наглухо закрытой под самое горло представляла собой жуткое зрелище. Она тянула ко мне свою морщинистую руку с крючковатыми пальцами и что-то тихо бормотала под нос.

– Кто вы? – Собравшись с храбростью, просипела я.

– Девочка моя, что же вы не спите? Время уже позднее, вам нужно хорошенько отдохнуть, а то снова будут некрасивые синяки под глазами, – раздался старческий голос в комнате.

Старушка стала заботливо поправлять одеяло. Я отшатнулась, а затем вообще выскользнула из-под него и стала по другую сторону кровати.

– Прошу прощения, но вы видимо ошиблись комнатой, – как можно мягче ответила я.

– Нет, нет. Все правильно, все правильно, – затараторила странная женщина и снова потянула одеяло, приглашая меня в кровать.

– Все же вы ошиблись.

Что-то мне подсказывало, что у старушенции не все дома. Невнятное бормотание, резкие движения и то, что она меня с кем-то попутала, явное тому доказательство.

– Нет, нет. Старая Вильма никогда бы не попутала свою девочку, – покачала головой старушка.

Вся эта ситуация стала не слабо так напрягать. Еще местной сумасшедшей мне не хватало. Всегда немного побаивалась таких людей. Тут у нормального человека не знаешь, что творится в голове, а здесь больной.

– Тили! – Громко позвала я.

Моя служанка довольно быстро проснулась. Сонная девушка вышла из своей каморки, на ходу кутаясь в халат и зевая. Толстая коса немного растрепалась после сна, Тили небрежно перекинула ее через плечо и наконец распахнула глаза.

– Что вам не спится то… – девушка запнулась, увидев мою гостью, а затем в полную силу молодых легких завизжала.

Сбитая с толку воплем служанки, я даже не заметила, как старушенция шустро оббежала кровать и оказалась передо мной. Я уже была готова к тому, что она наброситься на меня, но, к моему удивлению, женщина прикрыла меня собственной грудью.

– Не бойтесь, моя девочка, Вильма вас в обиду не даст, – зашипела она, воинственно глядя в сторону замолчавшей Тили.

В коридоре послышались чьи-то голоса и топот. Видимо Тили своим воплем перебудила весь дворец. Старушенция вдруг схватила меня за руку.

– Госпожа! – Воскликнула Тили.

– Все в порядке, – успокоила я ее. – Позови кого-нибудь. Быстро.

Тили кивнула и тут же выскользнула за дверь.

– Зачем кого-то звать? Вильма здесь, – запричитала старушка. – Вы испугались, девочка моя?

– Нет, – мягко улыбнулась я.

Вильма, так видимо звали женщину, погладила меня по щеке. Я вздрогнула. Старческая рука была холодной и липкой.

– Я знала, что вы живы, знала… Они говорили, что я чокнутая, а я знала… Янита, девочка моя…

Я замерла, услышав знакомое имя. Не так ли звали ту девушку, что жила в этой комнате до меня и про уход, которой все так боятся говорить? Неужели я оказалась права?

Двери в комнату снова открылись. По глазам ударил свет зажженных свечей. Вслед за Тили в комнату вошли Даррен, еще один мужчина и женщина среднего возраста. Все были одеты в ночные сорочки и накинутых в наспех халатах и платках.

– Вильма! Вот же горе, опять сбежала. – Запричитала женщина. – Уведите ее.

Мужчины стали приближаться, старушка еще крепче вцепилась в мою руку.

– Нет! Нет! Янита! Я не дам вас в обиду! Он больше к вам не подойдет. Янита! – Кричала Вильма, когда ее уводили прочь из комнаты.

Заботливая Тили тут же подбежала ко мне, укутала в шаль и приобняла за плечи. Я словно заторможенная смотрела на двери, где все еще слышались крики несчастной женщины.

– Простите, простите, эйли. Вильма у нас не буйная, она бы не обидела вас, – затарахтела оставшаяся в комнате женщина.

– Что же ваша не буйная в госпожу мою вцепилась? – Гневно спросила Тили.

Женщина ничего не ответила, лишь виновато склонила голову. А я думала, что же стало с этой Вильмой и незнакомой мне Янитой?

– Что с ней будет? – Неожиданно даже для себя спросила я.

– Ох, боюсь, что теперь ее точно в лечебницу для душевно больных отправят, – печально ответила та.

Еще раз попросив прощение, женщина ушла. Тили тут же уложила меня в постель. Чтобы немного успокоится, а по мнению Тили я была страшно напугана, девушка смоталась на кухню и принесла мне чашку горячего шоколада.

– Что за беда? Это не дворец, а дом ужасов какой-то, – ворчала Тили по возвращению.

Влив в меня полную чашку сладкого шоколада, Тили стала заботливо укутывать меня в одеяло. Совсем недавно так же делала Вильма. Скорее всего она была личной служанкой этой самой Яниты. Но девушки здесь больше нет, а старушка отчего то тронулась умом. А вообще жива ли эта Янита?

– Это надо же, эта Вильма хранила при себе запасной ключ от этой комнаты. Завтра же потребую сменить замки, – все так же бормотала Тили.

– Сможешь разузнать об этой Вильме? Кто она, как долго здесь работает. Почему, не смотря на болезнь, ее держали во дворце?

***

Утром шпионская деятельность Тили принесла первые плоды. Утро у фриби начиналось довольно радо для аристократок. Всем девушкам нужно было прибыть на свое рабочее место в восемь, чтобы успеть все подготовить к пробуждению королевы, которая просыпается обычно в девять. Что означает «подготовиться к пробуждению» мне обещали рассказать сегодня. Поэтому, когда возмущенная Тили ворвалась в комнату, я допивала свой утренний напиток, который был местным аналогом кофе. На часах была половина восьмого, скоро за мной должна прийти Анастейша.

– Госпожа, мы должны немедленно покинуть это место! – Грозно сказала Тили. – Здесь оставаться опасно!

– Что случилось? – Спокойно спросила я.

– Это просто кошмар, – театрально взмахнула руками девушка.

– Ближе к делу, – поторопила ее я.

Девушка присела напротив меня, поддавшись немного вперед, огляделась по сторонам, будто убеждаясь, что мы здесь одни.

– До вас в этой комнате на протяжении четырёх лет жила фриби по имени Янита кин Стоуфор. – Шепотом стала говорить Тили. – Та женщина, что ворвалась к вам ночью, была ее служанкой и нянькой. Можно сказать, сама вырастила. Вильма была очень привязана к своей воспитаннице.

– Была?

– Именно. Янита умерла. Точнее была убита. Прямо здесь во дворце. Вильма нашла ее в коридоре для слуг среди ночи.

– А что фриби делала посреди ночи в таком месте? – Задумчиво спросила я.

– Увидев свою любимицу в луже крови, Вильма тронулась умом. Говорят, что в тот вечер она стала искать Яниту где-то около одиннадцати ночи, когда та так и не пришла в комнату. А накануне вечером Янита получила приглашение о тайной встрече.

– Тайной? О которой знали все? – Усмехнулась я.

Тили сморщила носик и недовольно посмотрела на меня, чтобы не портила историю. Я тут же состроила серьезный вид и приготовилась слушать дальше.

– Так вот, – еще один обвиняющий взгляд, – слуги шептались, что у Яниты был возлюбленный. Не последний человек в королевстве. Так как официальных ухаживаний не было, все решили, что этот человек женат. Ну или не знатного рода.

Интересная история, должна заметить. Обдумать все подробнее не удалось, в комнату постучались, а затем вошла Анастейша. Тили тут же вскочила с места и присела, приветствуя фриби.

– Доброе утро, Аленсия. Ты уже готова? – Улыбнулась Ана, кивнув перед этим Тили.

– Доброе, да, я готова к выходу, – поднимаясь ответила я.

Мы пришли немного раньше, бурно что-то обсуждающих, Стеллы и Натали. Моей сестрички и ее соседки еще не было. Зато в зал с истинным королевским достоинством вплыло трио злюк.

– Иди сюда, – шепнула мне Ана и утащила к столу у стены.

Я без возражений пошла следом. Заняв свое место, мне в руки тут же впихнули письма и самопищущие перо. Правда, что делать с этим не объяснили, а на мой вопросительный взгляд Анастейша лишь хитро подмигнула. Где-то часы пробили восемь и двери в кабинет эйлы Эйви тут же открылись. Стремительной походкой главная фриби прошла в центр комнаты и обвела нас всех взглядом истинного начальника. Все девушки, включая меня, тут же вскочили на ноги и присели в реверансе.

– Доброе утро, фриби, – улыбаясь, поздоровалась Рейна.

– Доброе утро, эйла Эйви, – ответили мы хором.

В этот момент двери резко распахнулись и в зал ворвались, краснощекие и тяжело дышащие, Китти и Палома. Увидев Рейну, девушки тут же присели в реверансе. Китти виновато опустила голову, не забыв перед этим бросить обвиняющий взгляд в сторону Паломы. Сразу стало ясно кто виноват.

– Вы опоздали, – от ледяного голоса герцогини даже у меня мурашки пробежали.

– Прошла всего минута и…

Палома не смогла закончить свою оправдывающуюся речь. Умолкла под тяжелым взглядом главной фриби, да к тому же умная и опытная Китти, тут же дернула ее за юбку, призывая к молчанию.

– Просим прощения, эйла. Такого больше не повторится, – быстро проговорила Китти и присела еще сильнее, я даже позавидовала ее сильным ногам.

Еще какое-то время Рейна просто молча смотрела на провинившихся, взглядом строгого директора, застукавшего старшеклассников за углом с сигаретой. Китти все еще не поднимала головы, а Палома отчего то бросала злые взгляды в мою сторону. Не поняла? А я-то при чем?

– С этого дня будете приходить на час раньше остальных. – Вынесла наконец вердикт Рейна. – Это слабое наказание, но только из-за того, что нарушение было первым. Берите пример с Анастейши и Аленсии – пришли раньше и уже принялись за работу.

Мы склонили головы, благодаря за похвалу. Как только закончился «разбор полетов» герцогиня тут же принялась за работу. Кто сказал, что жизнь фрейлин была простой и легкой? Это чушь! Главная фриби зачинала план действий на сегодняшний день, распределила кто, что и когда должен сделать. Нам с Анастейшей выпала великая честь сопровождать королеву на все сегодняшние мероприятия. Радость то какая…

В половине девятого мы двинулись прямиком в покои королевы, туда же поспешили и некоторые слуги, которыми мы с Аной под строгим взглядом главной фриби руководили.

– Рейна, – через некоторое время послышался хриплый после сна голос ее величества.

Главная фриби кивнула и слуги тут же открыли двери и поспешили к все еще лежащей в постели женщине. Поздоровавшись, мы с Аной отошли в сторонку, внимательно глядя какую воду подносят для умывания королеве, какое масло туда добавляют, что принесли на завтрак, какие белье, платье, украшение, обувь несут. Рейна тем временем напомнила Вайолет какие дела ту ждут сегодня. А распорядок королевы был следующим. Завтрак, после которого ее величество должна будет прочитать и ответить на письма, что мы с девочками вчера перебирали. В основном это были письма из категории «личное». После этого нанести визит в столичную больницу, чтобы поддержать больных, поинтересоваться нуждами докторов. Далее наш путь лежал в какой-то благотворительный фонд по защите прав женщин. Местные феминистки, которых здесь за глаза называют «чокнутыми курицами». К двум часам нам надлежало вернуться во дворец, чтобы королева смогла разделить обед со своими мужем и сыном. После – послеобеденный сон, на время которого нам тоже давался отдых. К шести все фриби обязаны собраться в личном зале королевы для рукоделия, где обязаны провести три часа. Затем ужин и отбой. В итоге под конец дня ноги мои гудели от длительной хоть бы, а голова закипала от новой информации и всего того, что пыталась втиснуть в мою голову Рейна.

В целом «первый рабочий день» прошел сносно. Хоть и суматошным, но довольно скучным. За весь день мое внимание привлек только один, на мой взгляд, стоящий внимания инцидент. Все произошло во время занятия рукоделия. Каждая занималась интересным ей делом, обсуждая самые жаркие сплетни из жизни аристократии. Ее величество королева Вайолет со снисходительной улыбкой наблюдала за нами и иногда тихонько о чем-то переговариваясь с эйлой Эйви. Я сидела в удобном кресле у окна с книгой в руках, ибо орудовать иголкой или кисточкой для рисования никогда не умела. Двери тихонечко открылись, в комнату нырнула служанка с чайником малинового чая (любимого чая королевы), сгрузила свою ношу перед ее величеством, а уходя приостановилась около Сицилии, одной из троих злобных фиф, и вручила той небольшой лист бумаги. Бегло прочитав послание, фриби явно оживилась. Яркий румянец окрасил ее лицо, а дыхание участилось. Бросив быстрый взгляд вокруг, она попросила прощения и выскользнула за дверь. Ее подруги проводили девушку удивленным взглядом, а королеве и главной фриби, кажется было вообще все равно. Отсутствовала Сицилия около двух часов. Зато ее возвращение стало просто каким-то фурором.

Начать с того, что в комнату она не вошла, а вплыла как тот «Титаник», гордо задрав подбородок, открывая вид на тонкую женскую шейку. Лишь присмотревшись я заметила, что именно демонстрировала Сицилия. Теперь на ее шее было тонкое, но явно дорогущее колье из незнакомых мне голубых камней. Это небольшое изменение не скрылось от глаз остальных присутствующих здесь. Одна из подруг этой самой Сицилии, кажется Хельта, уронила из рук вышивку и с такой злобой посмотрела сначала на королеву, а затем на, уже думаю бывшую, подругу, что будь я на месте последней, заволновалась бы. Натали и Стелла шустро зашептались, Анастейша прикусила губу и с волнением посматривала в сторону королевы и главной фриби. Что-то подсказывало мне, что здесь происходит что-то интересное, но увы, мне непонятное. Рейна недовольно хмурилась, а с лица королевы пропала улыбка. Хельта неожиданно разрыдалась и выскочила из комнаты.

– Наглость не знает границ, – фыркнула ее величество Вайолет и гордо удалилась в спальню.

Сразу же после этого главная фриби отпустила нас, перед выходом шепнув мне на ухо, что довольна мной и, что главное, я понравилась королеве. Вот только меня это мало обрадовало, мои шансы быстрее ускользнуть из этого места уменьшились. Но ничего, еще не вечер, как говорится. К тому же сейчас во мне проснулся самый дикий и опасный зверь из всех – женское любопытство. Бредя в свою комнату, я осматривалась в поисках «жертвы». Анастейша уже скрылась в неизвестном направлении, Стелла и Натали, так же что-то бурно обсуждая, под ручки потопали к выходу, чтобы погулять. Палома, кривя свой приплюснутый нос, громко протопала мимо, обдавая меня приторно-сладким запахом духов. Кто вообще в такую жару пользуется духами? Лучше бы лишний раз ванну приняла… Сицилия и третья девушка с их трио, вроде бы Джоан, остались там же. Не к ним же мне идти, в самом то деле? И вот тут-то мне на глаза попалась пышечка Китти. Девушка с задумчивым взглядом шла в сторону наших спален. Мысленно потирая руки, я поспешила ее нагнать.

Выслушав мой вопрос, Китти быстро осмотрелась по сторонам и громко спросила, а не хочу ли я пригласить ее в гости на чашечку чая. Угу, значит сказанное, для посторонних ушей не предназначено. Интересненько…

– Все что произошло там, может значит только одно – у короля сменилась фаворитка, – просто ответила девушка, откусывая пирожное.

Ну, нечто такое я и предполагала. Каюсь, в этот момент мне хотелось просто громко фыркнуть. Это надо же, миры разные, а мужики везде одинаковые. Кобели они везде кобели.

– До сегодняшнего дня эту «должность» занимала Хельта, а до нее, кажется была какая-то вдовствующая графиня, но что-то ту дамочку давно не было видно, – задумчиво продолжила Китти.

– А то колье, что появилось на шее Сицилии, что-то вроде отличительного знака. Мол, мое – рукам не трогать. Так? – Уточнила я.

– Да, хотя в твоем варианте звучит весьма грубо, – скривила носик девушка.– А вообще таким образом король награждает фавориток. Говорят, он очень щедр со своими. женщинами.

Китти смутила ее последняя фраза. Девушка тут же покраснела и уткнулась носом в чашку.

– А как ко всему этому относится королева? – Искренне не понимала я. – Ее муж изменяет ей и даже не пытается скрыть этого.

– Сейчас уже спокойно, хотя поговаривают, что при первых изменах она пыталась его усмирить и горько плакала. Сейчас у королевы есть собственные фавориты, которые скрашивают ее одиночество. – Как само собой разумеющиеся сказала Китти. – Главный свой долг она давно исполнила – родила наследника.

Ба! Да у них здесь клуб «свободных отношений» процветает. Я покачала головой, ох уж эти дворцовые интриги. Если честно, мне было противно. Хоть я и не придерживалась того, что любовь бывает ода и на всю жизнь, но точно была уверенна, что в отношениях должно присутствовать элементарное уважение к партнеру. Ну раз не нравится жить вместе – разведитесь и не порте жизнь друг другу. Хотя, что я могу понимать в венценосных браках? Может у них развод приравнивается к самому страшному позору или вообще смерти. Так что, Леныч, делаем выводы – все свое мнение держать при себе и постараться как можно меньше открывать свою варежку.

***

Следующие несколько дней прошли спокойно, и я даже сказала бы скучно. Мы все так же бегали по поручениям королевы и главной фриби, сопровождали их на встречах и развлекали по вечерам. К моему большому огорчению, ее величество что-то уж много приделяла мне внимания, что не могло не раздражать. В чем было дело неизвестно, но я постоянно замечала на себе задумчивый и печальный взгляд Вайолет. Еще она обращалась ко мне намного чаще, чем ко всем остальным девушкам фриби. Нет, это не значило, что разговаривала только со мной и старалась держать только при себе нет. Но вот было что-то в ее словах: «Аленсия, а что ты думаешь по этому поводу? Аленсия, ты такая милая, Аленсия, не могла бы ты подать мне вон те бумаги, Аленсия, а как ты смотришь на то…» и все в таком роде. К счастью, такое внимание еще не стало бросаться в глаза остальным, хотя мне кажется, что вскоре и такое могло случится.

В один прекрасный день, когда мы пришли к королеве на вечернее времяпровождения, я неожиданно заметила какое-то бурное оживление. Девушки сновали туда-сюда по комнате, прихорашивались и вообще вели себя неадекватно. Не считая, конечно, Анастейши, она сидела в своем дальнем уголку и что-то возбужденно строчила на небольшой лист бумаги. Вот ей абсолютно не было никакого дело до творящейся вокруг суматохи. На мой вопросительный взгляд мне ответила Стелла.

– Принц идет, – со сверкающими глазами ответила девушка.

Угу, ясно. Заполучить в свои лапы короля им мало, так каждая еще стремится попасть в ряды принцесс. Даже моя сестрица вон как старательно репетирует соблазнительную, но только на ее взгляд, улыбку у зеркала. По началу Палома пыталась мне всячески насолить. Старалась рассказать, как можно много гадостей обо мне, а иногда доходило до открытого вредительства, такого как подставленная подножка слуге, который наливал мне сок, или «случайно» оттоптанный подол моего платья. Пришлось провести с ней «воспитательную беседу», теперь Палома в моем присутствии ведет себя как самая благовоспитанная барышня.

Вот слуга объяви о приходе его высочества, и все тут прекратили свое мельтешение, с жадностью уставившись на двери. Королева, наблюдавшая за всем этим цирком, недовольно щурила глаза и переглядывалась с Рейной. Видимо позже нас ждет весьма интересный разговор на тему правильного поведения. Тили, уже знавшая все сплетни дворца, рассказала мне, что, не смотря на довольно бурную личную жизнь королевы и короля, связи своего сыночка Вайолет не одобряла. Если на похождения мужа она смотрела сквозь пальцы, то за личной жизнью сыночки следила очень внимательно. А она у него была не хуже, чем у папаши. Мальчик был довольно любвеобильным, в свои двадцать у него было около дюжины, внимание, официальных любовниц. Официальных! Еще больше попадали в разряд мимолетных отношений. Так что посмотреть на принца действительно хотелось. Хотелось узнать, что же такого барышни находят в нем, что липнут не хуже мух на сладкий мед.

– Матушка, ты как всегда прекрасно выглядишь, – послышался тихий голос от дверей.

Так как до этого я сидела спиной к выходу, пришлось обернуться, а затем и вскочить на ноги, чтобы уже осточертевшим реверансом поприветствовать наследника короны. Ну что могу сказать, внешность у принца была действительно впечатляющая. Киан дан Эрнанд был настоящим красавчиком. Если вам нравятся белозубые блондины с голубыми глазами, подтянутым телом и явно проводившего перед зеркалом не один час. Этот парень знал какое впечатление производит на женский пол и явно неоднократно пользовался этим. Хотя на мой взгляд, был он слишком уж смазливым, даже сказала бы, что в его внешности присутствовали какие-то женские черты. Ну может я просто смотрела на него не как восемнадцатилетняя юная эйли, а как тридцати трехлетняя тетка-полицейский, которой нравились настоящие мужчины, которые сильные, немного грубые, уверенные в себе. Тааак… Леныч, что-то тебя снова не туда унесло.

Принц тем временем прошагал к матери и скромно поцеловал ее щеку. Выровнявшись, Киан осмотрел всех присутствующих.

– Эйли, вы согреваете мое сердце одним своим присутствием, – мурлыкнуло высочество, взглядом хищника осматривая затянутые в платья фигурки фриби.

Девушки тут же польщенно заулыбались и синхронно опустили глаза в пол. Мне же захотелось закатить глаза и фыркнуть. Тоже мне, мачо нашелся. Тут, к моему несчастью, в поле его зрения попала я. Обласкав меня от макушки до пят взглядом, принц улыбнулся еще шире.

– Сын мой, ты как всегда щедр на комплименты, – как-то сухо ответила королева.

– Зато как всегда прав. Верно, тетушка? – Его наглое высочество оторвало от меня взгляд и посмотрело в сторону Рейны.

– Конечно, дорогой племянник, – криво улыбнулась главная фриби.

Я удивленно подняла брови. Значит королева и Рейна действительно родственники? Не зря они мне показались похожими. Хотя в голосе Рейны не было ни капли той теплоты, что обычно присутствовала в отношениях родственников.

Не став дальше слушать беседу родственников, переключила свое внимание снова на очередную книгу. Спустя минут десять, я почувствовала на себе пристальный взгляд. Подняв голову, мне не составило труда понять кто именно буравил меня взглядом. Конечно же, это было высочество. Заметив, что его рассекретили, улыбка Киана стала еще хищнее.

– Матушка, мне кажется или у тебя в штате появились новые лица? – Обратился к королеве принц.

– Не притворяйся, сын. Как только ты переступил этот порог тут же заметил их, – ухмыльнулась Вайолет. – Прошу познакомься – Палома кин Мун и Аленсия ар Миолен дочери покойного графа Джеймита.

Нам с Паломой пришлось снова подниматься и сгибать колени.

– Приятно познакомиться, прекрасные эйли, – мурлыкнуло высочество.

– Это честь для меня, – прощебетала в ответ Палома.

Я же решила промолчать. На мое счастье, подошел слуга и сообщил, что у дворцовых ворот меня ждут. Сообщив Рейне, что ненадолго отлучусь, выскочила за двери, спиной чувствуя взгляд принца. Как я в этот момент мечтала вернуть свою прежнюю внешность. С эффектной внешностью и нереальной красотой Аленсии мне все время приделали ненужное внимание, выделяли из толпы и провожали долгими взглядами, что мужчины, что женщины. Бесит.

Возле ворот переступал с ноги на ноги молодой помощник моего поверенного, дальше бедного Патрика не доблестные стражи не пустили.

– Что случилось, Патрик? Проблемы? Что-то с Кворбером? Или графиня снова принялась за старое? – С ходу начала я.

Парень посмотрел на меня, не скрывая удивления. В одной руке он держал дипломат, а во второй – маленький букетик полевых ромашек. Под моим пристальным взглядом, несчастный молодой человек пошел красными пятнами смущения, а затем вообще опустил глаза в пол.

– Увольте, эйли Аленсия. С чего вы взяли, что что-то случилось? – Наконец выдавил из себя парень.

– Ну, – немного смутилась я, – ты пришел сюда лично, хотя обычно все письма передавались почтой. Вот я и подумала, что…

Патрик рассмеялся. Смех его был до такой степени заразителен, что я не сдержалась и засмеялась вместе с ним. Бдительные стражи, что стояли у ворот, следили за нами, не в открытую, конечно, но раз за разом я ловила на себе внимательные взгляды.

– Я навещал свою тетушку в городе, вот и решил завезти очередной отчет лично. Заодно поинтересоваться вашими делами. Домашние очень волнуются. Особенно эйла Леа. Она бедняжка боится, что вас здесь заморят голодом. В своих письмах вы всегда пишите только о работе и мало рассказываете о себе. – Очаровательно улыбаясь, пожурил меня Патрик.

Затем мне скромно всунули в руки букетик. Забота мужчины была приятной. Перекинувшись еще парой слов, мы распрощались. Патрик поспешил на экипаж, чтобы как можно скорее попасть домой, а я не спеша побрела обратно, вертя в руках письмо от Кворбера. Вдохнув приятный легкий аромат цветов, на ходу распечатала письмо и углубилась в чтение. Новости в целом были хорошими. Во время моего отсутствия никаких происшествий не случилось, все дела идут отлично. В конце письма была приписка, что все ужасно соскучились и ждут скорейшего моего возвращения. На лице появилась счастливая улыбка. В своем мире я была сиротой, в этом, у меня кажется появилась настоящая любящая семья.

– Неужели любовное послание? – Раздался тихий голос прямо над моим ухом.

– Смотря, что вы подразумеваете под словом «любовь», ваше высочество, – спокойно ответила я, складывая письмо обратно в конверт и оборачиваясь лицом к принцу.

Киан дан Эрнанд стоял очень близко, так близко, что я кожей чувствовала его горячее дыхание. И если в книгах это все описывалась как романтичные моменты, то мне сейчас была очень даже далеко до романтики. Его высочество на обед соизволили покушать рыбки, а вот зубки почистить забыл.

– По-моему, смысл этого слова один, – ответил мне принц все с той же обворожительной улыбкой соблазнителя.

Как бы его не перекосило ненароком, все время напрягать мышцы лица.

– Отнюдь. Любовь бывает разной. Между мужчиной и женщиной, между родителями и детьми или же просто близкими людьми, не имеющими кровного родства. В моем случае, это последний вариант. – Пояснила я, хотя было желание соврать, что письмо от жениха.

Но боюсь, что такой исход событий может только подстегнуть принца и тот будет ухлестывать еще сильнее. Дух соперничества и все такое. Это же мужики, у них зачастую думает то место, что между ногами.

– Значит, близкие люди, – протянул Киан и стал медленно обходить вокруг меня. – А цветы тоже?

– Именно, ваше высочество, – кивнула в ответ.

– Значит ли это, милая эйли, что ваше сердце никем не занято? – И снова этот противный шепот прямо в ухо.

Руки аж чесались врезать по наглой морде. Прямо этими ромашками. Цветы только жалко, Патрик ведь от всего сердца их дарил. Расправляя складки на юбке, я как бы невзначай, сделала шаг назад и случайно наступила острым каблучком на ногу его высочества. К чести принца, он не стал вопить и угрожать мне самыми страшными казнями. Киан крепче сжал зубы и покраснел. Да, силы я приложила не мало.

– Прошу простите, ваше высочество. Я такая неуклюжая! – Невинно захлопала ресницами.

– Ничего страшного, эйли, – вымучено улыбнулся принц и сделал шаг в сторону от меня.

Тут из-за угла картинной галереи вырулила Палома собственной самодовольной персоной. Девица явно спешила, и я даже догадываюсь куда именно. Одного взгляда на ее опущенное декольте было достаточно чтобы понять – Палома искала принца. Она явно в принцессы метит. Увидев стоящую около наследника меня, она резко затормозила. Ее удивленный взгляд метался между мной, принцем и несчастным букетом ромашек. Удивление сменилось злость и дикой решимостью. Дернув злосчастный лиф еще раз, Палома пошла в наступление, с силой сжимая в руке какой-то белый конверт.

– Ваше высочество! – Ее звонкий голос отразился от стен. – Ваше высочество, вы забыли письмо матушки.

Палома протянула конверт. При этом так подалась вперед, что принцу открылся прекрасный вид на нескромные скромности.

– Не стоило утруждаться, – сухо ответил принц Киан.

– Ну что вы, ваше высочество, мне было не трудно, – улыбнулась Палома, приседая в реверансе.

Киан покрутил в руках конверт, а затем внимательным взглядом осмотрел девицу. Его лицо не выдавало никаких эмоций.

– Милочка, у вас корсаж слегка съехал, – вдруг выдал он.

Я некрасиво выпучила глаза. Палома покраснела до кончиков рыжих волос, пока я едва сдерживала смех. Вот тебе и принц, вот тебе и благородное воспитание. Как девушка девушку мне было ее жаль, но зная какая она зараза, думаю такой урок может пойти ей на пользу.

– Что ж, эйли Аленсия, еще увидимся, – как будто ничего не случилось, проговорил принц, с обаятельной улыбкой глядя на меня.

Высочество гордо развернулось и потрусило от нас, слегка прихрамывая на левую ногу. Палома стояла на месте и сверлила меня ненавистным взглядом. Вот снова! Я не сделала ничего, а виноватой почему-то считают именно меня.

– Что? – Задала я ей вопрос.

Она ничего не ответила, резко крутанулась на месте и поспешила обратно, на ходу натягивая лиф платья по самую шею. Я было дернулась за ней, но перед этим решила заскочить в комнату и оставить письмо и цветы там, все равно проходить буду рядом. Тили в комнате не оказалось, так что поставив цветы прямо в графин с водой, ибо другой подходящей посуды я не видела, вернулась обратно в покои королевы.

По возвращению меня встретила чем-то сильно не довольная Рейна и полная ее противоположность, довольная и цветущая, Палома. Явно меня ждет очередная пакость. Что она наплела в этот раз? Кивком головы, герцогиня указала мне на свой кабинет и первой двинулась в его сторону, даже не убедившись пошла ли я следом.

– Скажи, что я в тебе не ошиблась? – едва за мной закрылась дверь стала говорить главная фриби.

– Прошу прощения, но я не понимаю в чем дело.

– Ты ушла, чтобы пофлиртовать с принцем? – Едва не зашипели мне в лицо.

– Чего? – Выдала я.

– Вас видели в картинной галерее!

Я вздохнула и покачала головой. Вот же дрянная девчонка. Сама себе яму роет. Нужно повторить воспитательный процесс.

– Дайте угадаю, видела нас, конечно же, Палома? – Рейна ничего не ответила, да и ответа мне не нужно было. – Эйла Эйви, уверяю вас у меня нет никаких видов на принца. Скажу больше – он мне вообще не нравится. В том месте мы столкнулись совершенно случайно, нас увидела Палома и сделала свои неправильные выводы.

Рейна облегченно выдохнула, прикрыла глаза и откинулась на спинку своего кресла.

– Слава Единому. Ты даже не представляешь какое облегчение это слышать, – сказала женщина. – Принц проявлял к тебе внимание? Конечно же. Этот увалень ни за что не пропустит такой красавицы. Аленсия, прошу только обо одном – не ведись на его уловки.

Я не сдержала улыбки. Забота была приятной. Обойдя кругом стол, остановилась около женщины и взяла ее за руку.

– Эйла, можете быть совершенно спокойны. Принц вызывает у меня много чувств, но лишь отрицательные. Не люблю людей, который ставят себя выше остальных хотя палец о палец не ударили, чтобы хоть что-то сделать. К тому же, он самовлюблен и не пропустит ни одной юбки. Не люблю б/у знаете ли.

– Что?

– Использованные кем-то вещи, – тут же пояснила я.

Рейна улыбнулась.

– Ты рассуждаешь, как твой отец. Хотя называть наследника вещью не очень хорошо. Немного удивительно слышать такие вещи от юной девушки. Обычно в таком возрасте все мысли только обо одном. И не отрицай. По себе знаю.

Пусть тридцать три это не пенсионный возраст, но уже перестаешь смотреть на мир в розовых очках. А душа у меня все-таки не юной Аленсии.

– Буду откровенна, – решила воспользоваться моментом, – я не хочу находиться во дворце, быть фриби и уж тем более привлекать внимание принца.

– А твой отец говорил, что ты мечтаешь об этом, – тихо сказала Рейна.

– А потом он умер, – немного резко сказала я, – а я теперь не та девушка, мечтавшая о сказочной жизни во дворце. Все чего я теперь хочу – это спокойная жизнь в тихом городке в заботах о продолжении дела своего отца. Ели бы я только могла отказаться от всего этого…

– Да, ты права. Отказать королеве просто так нельзя. Это может рассматриваться как личное оскорбление. – Согласно кивнула Рейна. – Но, если это твое искреннее желание, я могу поговорить с королевой об этом.

– Правда?

– Конечно. С Паломой я тоже поговорю. Теперь уж я точно знаю кто действительно хочет привлечь внимание. Это же надо было, хотела доложить королеве, хорошо, что я ее встретила у дверей.

Распрощавшись, я хотела было покинут кабинет, но любопытство уже подняло свою противную мордочку и заставило меня остановиться. Обернувшись, я спросила:

– Эйла, я могу задать вопрос?

– Конечно, милая, – улыбнулась женщина.

– Вы действительно сестра королевы?

Улыбка медленно пропала с лица женщины, а в глазах появилась печаль и тоска.

– Вайолет моя младшая сестра. Когда-то были очень близки. – После недолгой паузы ответила она.

– Простите, я не имела права спрашивать об этом.

– Все в порядке, – неубедительно сказала фриби.

– Но… что случилось?

– Как ни странно, но случился мужчина. – Спокойно ответила Рейна. – А спустя время случилось еще кое-что более страшное, что уже простить своей сестре я не смогла. Только из-за моего положение и данному когда-то слову, все еще нахожусь здесь и являюсь главной фриби королевы.

Женщина замолчала. Она отвернулась к окну и с болью стала смотреть на пейзаж за стеклом. Мне стало ужасно стыдно за свой срыв и любопытство. Попросив еще раз прощение, я тихонько выскользнула за дверь.

***

Когда часы пробили семь, слуга за дверями объявил:

– Верховная жрица Говорящего Храма.

Я едва чаем не подавилась. Говорящий Храм? Это еще что такое? Вроде бы здесь все храмы носили имя Единого. Двери открылись и перед нашими глазами появилась женщина в платье цвета крови. Бррр… Ее вытянутое лицо, туго собранные на затылке волосы, бесцветные глаза и неестественно ярко-алые губы на бледном лице навевали ужас. Крой платья был чем-то похож на традиционные платья корейцев (да-да, я любила смотреть дорамы). Эта дама продефилировала к вскочившей на ноги королеве с гордым, я бы даже сказала надменным, видом. Не говоря ни слова, Верховная жрица склонилась в поклоне, приветствуя свою королеву.

– Делария! Наконец-то ты вернулась, – облегченно выдохнула королева с радостной улыбкой на губах.

– Мое путешествие немного затянулось, ваше величество. Но могу сказать в свое оправдание, что моя задержка принесла свои плоды. – Скрипучим голосом сказала жрица.

Взгляд Вайолет загорелся неподдельным огнем интереса. Королева явно оживилась и воспарила духом. Она подхватила одной рукой подол своего платья, второй локоть жрицы со словами:

– Пойдем, расскажешь все подробнее. Аленсия, чай и булочки с корицей в мою спальню.

Я тут же поднялась на ноги, сделала реверанс и без лишних возражений поспешила исполнить указание. Когда в сопровождении слуги с подносом горячего чая вошла в спальню королевы, женщины о чем-то беседовали. Ее величество была довольна, а лицо жрицы все так же не выражало никаких эмоций. Молодая девушка поставила поднос на столик рядом с креслами, я, отпустив служанку, лично разлила чай по чашкам. Узнав, что больше моя помощь не требуется, собралась уходить, но у самых дверей меня остановил голос, от которого по спине побежало стадо мурашек.

– Ты! – Я вздрогнула и обернулась, жрица указывала на меня пальцем.

– Простите? – Прошептала я, на ощупь ища ручку двери за спиной.

Сейчас женщина была похожа на одержимую. Таких показывают в наших ужастиках. Глаза закачены так, что видно только белки, голова склонена к плечу, губы дрожат. Она уже успела встать на ноги и раскачивалась из стороны в сторону, как маятник. Появилось жгучее желание сделать отсюда ноги. Плевала я на все их этикеты, у меня сейчас икота от страха начнется.

– Делария, у тебя видение? – Взволновано спросила королева.

– Ты, – снова повторила жрица, – отмечена смертью. Отпечаток ее длани на твоей груди! Ты познала смерть и…

– Это все? – Мой спокойный голос, стал неожиданность даже для меня самой.

Жрица закашляла и замолчала. К ней быстро вернулся нормальный вид, и, что самое главное, осмысленный взгляд. Она и королева смотрели на меня одинаково удивленно и с немым укором. Я же уже успела позабыть о своем минутном страхе и собралась дать отпор. Когда Делария заговорила о смерти, поняла, что моя тайна самым неожиданным способом будет раскрыта. Кто даст гарантию, что меня тотчас не сожгут на костре, как какую-то ведьму? Теперь-то поняла, что Делария была кем-то вроде наших экстрасенсов. Вот и храм у них – Говорящий.

– Простите, вы сказали, что я отмечена смертью. Хочу уточнить это все? – Снова повторила я.

– Этого мало? – Выдавила обалдевшая жрица.

Видимо своей наглостью я полностью дезориентировала ее. Женщина явно привыкла, что с ее силой считаются и никто не смел перечь ей. Знаем таких, видали.

– Прошу меня простить, но ваше видение для меня не новость. – Спокойно ответила я. – Возможно вы не знали, но я сирота. Мои родители покинули этот мир и ушли в светлые сады Единого (о как загнула!). Так что «отпечаток смерти» на мне действительно может быть. И я попросила бы вас, впредь не касаться этой темы. Мне все еще больно…

– Конечно, конечно, милое дитя, – тут же заворковала королева, а затем вообще подошла ко мне и обняла, с осуждением глядя на жрицу.

Меня отпустили. Выскользнув за дверь, я с облегчением перевела дух. Нужно постараться больше не сталкиваться с этой дамочкой во избежание беды. Раньше я не особо верила во что-то сверхъестественное или в существовании богов. Да, у меня были такие мысли, что все же где-то что-то существует, ибо некоторые вещи действительно нельзя объяснить научно. После моей смерти в родном мире, встрече со Смертью и пробуждением в чужом теле, я несколько изменила мнение. И вот сейчас передо мной встало еще одно доказательство иных сил. Хотя…. Может эта тетенька такая же жрица, как и наши гадалки на центральном рынке? Нет, все же что-то в этой Деларии точно есть.

Верховная жрица провела в спальне королевы еще где-то около получаса. Мы с девушками смеялись над какой-то историей Стеллы, когда двери в спальню открылись и появилась Делария. Она вдруг остановилась в центре комнаты и обвела притихших девушек цепким немигающим взглядом. На какое-то мгновенье задержалась на мне. Я ответила ей тем же, еще и для пущей убедительности задрала вверх подбородок. Делария поджала губы и отвернулась.

– Одна из вас, – ее скрипучий голос снова прошелся по моей спине стадом мурашек, – больше никогда не увидит рассвет.

Закончив свою «торжественную» речь, жрица развернулась и гордо удалилась, оставив нас глупо глядя ей в след. В комнате повисла гнетущая тишина. К чему было это было сказано?

– Она только что сказала, что одна из нас сегодня умрет? – Почему-то шепотом спросила Натали.

– Угу, или кто-то ослепнет. А может завтра Стелла пойдет работать в шахты! – Как можно бодрее высказалась я.

Девушки на минуту зависли, а затем рассмеялись. Мне удалось разрядить обстановку до определенного момента. Сицилия получила записку. Бегло пробежав взглядом по содержанию, девушка счастливо улыбнулась и стала куда-то собираться. Когда она почти дошла до дверей, неожиданно со своего места вскочила Хельта.

– Ты снова идешь к нему?

– Не твое дело, Хельта, – бросила через плечо Сицилия.

– Потаскуха! – Выдохнула бывшая фаворитка короля.

Сицилия замерла, мы все напряглись в ожидании бури. Вот что-что, а бабьи разборки никогда не любила. Может поэтому мне намного проще удавалось дружить именно с парнями. К Хельте подошла Стелла и осторожно дотронулась к ее плечу, но та лишь отмахнулась.

– Повтори, что ты сказала? – Прошипела не хуже змеи Сицилия, оборачиваясь.

– Я сказала – потаскуха, – повторила злая Хельта.

Обстановка накалялась. К Сицилии уже подошла Джоан. Еще неделю назад эти трое были лучшими подругами, сейчас они смотрели друг на друга, как на злейших врагов.

– От чего же, Хельта? Потому что заняла «твое» место? Потому что ты не в силах удержать мужчину? Если так, то, милая моя, ты ничем не лучше меня. – Едко заметила Сицилия.

Хельта бросилась вперед и залепила ей звонкую пощечину. Стелла и Китти пытались удержать Хельту, Джоан держала за плечи Сицилию. Последняя и не думала кидаться с кулаками в ответ. Приложив руку к ударенной щеке, она с неверием смотрела на бывшую подругу. Казалось, она была не в силах поверить, что Хельта осмелилась ударить ее. Но отвергнутая девушка перестала себя контролировать, с бешенным блеском в глазах она вырывалась из рук девушек в попытке снова достать до Сицилии.

– Дрянь! Ты знала, как я его люблю и все равно сделала это! Прыгнула к нему в кровать! Ты ведь знала! – Кричала Хельта.

– Дура! Кому ты нужна со своими розовыми соплями?! – Ответила ей очнувшаяся Сицилия.

– Ты такая же потаскуха, как и твоя мать! – Выкрикнула Хельта.

Эти слова стали для Сицилии словно пощечина. Она резко отшатнулась назад, вся обмякла на руках Джоан, а в глазах заблестели слезы. Хельта наконец умолкла и судя по удивленному лицу эта вспышка была неожиданной для нее самой. В комнате в который раз наступила тишина, потому что слова, что шептала Джоан не было слышно никому, кроме той, которой они предназначались. Затем Сицилия и вовсе обернулась, и ушла.

Из дверей, за которыми скрылась Сицилия, появилась Рейна. А я все думала, почему она все еще не вмешалась в этот скандал. Даже не заметила, когда главная фриби покинула нас. Спросив, что здесь происходит и получив невнятный ответ, герцогиня отпустила нас на ужин.

– Простите, – всхлипнула Хельта и первой выскочила за двери, глотая слезы.

– До чего доводят мужчины, – фыркнула Натали по пути в столовую.

– Видимо Хельта действительно его любит, если даже на подругу накинулась, – заметила Китти.

Анастейша на это лишь хмыкнула и на этом разговоры о короле и его похождениях закончились.

***

Возвращалась после ужина в комнату я одна. Анастейша, как всегда, упорхнула по своим важным делам, Китти, Натали и Стелла все еще сидели в столовой. Девушки снова стали обсуждать последние слухи при дворе и совсем забыли о еде. С кислой миной там же сидела Палома. Джоан покинула столовую минуты на три раньше меня. Ни Сицилии, ни Хельты на ужине не было.

На очередном повороте я зацепилась юбкой за какую-то тумбу с жутко дорогущей вазой. Едва успев поймать сей раритет, сквозь зубы ругала твердолобую Тили, которая заставила меня одеть это платье. Весь мой гардероб уже давно перешился и теперь в нем в основном присутствовали простые юбки в пол, но такие, что не сковывали движений, и, такие же удобные, рубашки и блузы. Все было сшито так, что не знающий никогда бы не понял, что мой наряд состоит из раздельных частей. Повернув вазу стороной, которой мне казалось она была повернута до этого, снова мысленно вспомнила свою служанку, когда моих ушей достиг громкий женский крик. Недолго думая, я рванула с места.

Картина, представшая передо мной, подвергла в ужас. Одна из дверей жилых комнат в женском крыле была открыла настежь. Именно из нее и доносился крик. Джоан прислонившаяся спиной к стене, прижимала руку к груди, с ужасом глядя на пол, где в луже собственной крови лежала Сицилия с ножом в спине. Но даже труп девушки (за время работы и не такое видела) не произнес на меня такого впечатления, как стоящие около него двое. «Гостья» была одета так же, как в нашу первую и единственную встречу, в черный балахон. Судя по рисунку на косе – Пятнадцатая, та самая, что перенесла меня в этот мир. При моем появлении Смертушка радостно улыбнулась (как я это поняла не спрашивайте) и приветливо замахала мне костлявой рукой. Рядом с моей старой подругой стояла… Сицилия. Или правильно сказать душа? Девушка была такой же, но с единственно отличием – она просвечивалась и отливала легким голубым светом. Ну точно призрак из фильма «Гарри Поттер». Девушка… дух… призрак… тьху ты! Сицилия, короче говоря, с изумлением смотрела на свое тело, даже не замечая нас. Судя по тому, что Джоан смотрит только на тело, эту парочку могу видеть только я. Смерть проказливо показала пальцем мне молчать, схватила Сицилию за прозрачную руку, взмахнула косой и была такова. А я еще минуту глупо смотрела на то место, где секунду назад стояли эти двое.

Тут моего сознания достиг еще один вскрик кого-то из слуг, прибежавших на крик Джоан. Я словно вынырнула из воды, встряхнула головой и принялась оценивать ситуацию с профессиональной точки зрения.

– Зови стражей. Быстро! – Приказала я служанке.

Вместо той из комнаты выскочила Джоан, а я подошла к Сицилии. Вернее, к трупу. Подняв юбку едва ли не колен, чтобы не испачкаться в кровь, осторожно присела и приложила пальцы к шее, в глупой надежде почувствовать пульс. Но видимо Смерть мне все же не привиделась, Сицилия была действительно мертва.

Глава 6

В женском крыле поднялась ужасная суматоха. Стражи собрали всех живущих там в одной комнате, в соседней – собрали слуг. Вместе с девушками фриби в комнате так же присутствовал лекарь, который отпаивал бледную Джоан успокоительными. Ко мне приставали с вопросами, но я упорно молчала, раздумывая над сложившимся делом. Нас уже опросил глава дворцовой стражи, когда несчастие двери открылись в который раз и в комнату марширующим шагом вошли четверо незнакомых мне мужчин в какой-то черной форме. Присутствующие здесь стражи одарили их не очень дружелюбными взглядами, а зубовный скрежет их главного расслышали все.

– Эйл Нормал, это дело переходит под контроль первого кавальбериата столицы, – глухой, чуть хрипловатый голос, вызвал у меня мурашки.

Высокий, широкоплечий, черноволосый мужчина привлек мое внимание еще до того, как заговорил. Он стоял чуть впереди и возвышался над главой дворцовой стражи, как скала. Несомненно, он в этой компании был за главного. Его нельзя было назвать эталоном красоты, но все же он притягивал женский взгляд. Было в нем что-то такое… этакое. Может эта аура уверенности и силы? Хоть лицо его не выдавало никаких эмоций, чувствовалось, что он здесь считал себя хозяином ситуации.

– Эйл Керри, со всего уважения, но преступления, которые происходят во дворце… – начал говорить Нормал, но был перебит.

– Приказ короля, – просто и коротко сказал незнакомец.

Больше никто не пытался спорить. Под недовольное сопение эйла Нормала, все дворцовые стражи быстро ретировались, тихонечко прикрыв за собой дверь. А за дело принялись новоприбывшие.

– Не могу поверить, что эйла Керри пустили во дворец, – прошептала Натали, когда мужчины были увлечены работой и не обращали на нас никакого внимания.

– А не должны были? – Так же шепотом спросила я.

– Иногда я просто удивляюсь с какой дыры ты приехала, – беззлобно фыркнула Стелла. – Скажем так, эйл не самый желанный гость здесь.

– Почему?

– Потом, – одними губами сказала Стелла, когда около нас стала Анастейша.

– Зато мы можем быть точно уверенны, что убийца будет найден, – сказала фриби, явно слышавшая наш разговор. – От Аарона еще никто не уходил.

Значит Аарон Керри кто-то вроде местного Холмса. Ну, привет, коллега. Теперь я с еще большей жадностью стала рассматривать заинтересовавшего меня мужчину, пока он не ушел в компании одного из своих людей. Больше поговорить с девушками не удалось, нас стали допрашивать. А меня и Джоан вообще увели на место преступления, где и находился Аарон Керри. Благо тело Сицилии уже забрали в местный морг, где его должен осмотреть авальер, так называют местные патологоанатомов.

– Итак, фриби, расскажите мне в мельчайших подробностях, что произошло в этой комнате, – обратился к нам Аарон. – Кто нашел тело?

– Я, – тихо сказала Джоан.

– Как это произошло и что именно вы увидели? – Задал следующий вопрос Керри, присев около кровавого пятна на пушистом ковре.

– Я хотела поговорить с ней. Собиралась постучать в дверь, когда заметила, что она немного приоткрыта. Толкнув ее, вошла. Сицилия… Она лежала… на полу, залитая кровью… – Джоан снова стала дрожать, на глазах заблестели слезы.

Я подошла ближе и осторожно обняла ее за плечи. Девушка благодарно кивнула, а затем и вовсе обернулась и уткнулась носом мне в плечо.

– Когда вы подходили к комнате, слышали что-то или видели кого-то в коридоре или около дверей убитой? – снова заговорил Аарон Керри.

Джоан отстранилась и покачала головой, затем вдруг охнула и бросила быстрый взгляд на меня.

– Хельта! Она стояла около дверей Сицилии, но увидев меня тут же ушла, – сказала девушка и снова заплакала, посмотрев на кровавый след.

– Хельта гри Алис? – Уточнил Керри, Джоан кивнула. – Вы можете быть свободны. Мы возможно еще раз с вами поговорим позже.

Джоан не прощаясь ушла. Мы остались с ним одни. Аарон Керри перевел взгляд на меня и теперь я смогла рассмотреть их. Этот взгляд… он завораживал, обжигал. Темные, почти черные глаза смотрели прямо в душу. У меня перехватило дыхание, поэтому смутившись, опустила глаза в пол. На мгновенье я даже растерялась собственной реакции. А мужчина тем временем продолжал меня разглядывать.

– Ваше платье испачкано, эйли…

– Аленсия ар Миолен, – представилась я. – И да, эйл Керри, на моем платье кровь убитой девушки. Я испачкала его, когда пыталась найти пульс Сицилии.

Одна бровь Аарона взлетела вверх. Это был единственный проблеск эмоций за все время, что я наблюдала за ним. Где-то минуты три мы просто молча стояли и смотрели друг на друга. Поджарое, но несомненно сильное тело, уверенный взгляд, прямая спина. Повторюсь, в нем не было идеальной красоты, но взгляд он притягивал. Первой не выдержала я.

– Что? – Спросила я, уставшая играть в гляделки.

– Ничего особенного, – спокойно ответил он, а я вспыхнула, мне показалось, что Аарон Керри имел виду меня всю целиком. – Впервые встречаю девушку из аристократической семьи, что при виде трупа с ножом в спине, не кричит, не плачет, не зовет на помощь, а бросается проверять пульс.

– А девушки не из аристократов только так и поступают? – Фыркнула я, но не заметив не единой эмоции продолжила: – Прежде чем кричать о трупе, нужно убедиться в наличии трупа.

На лице Керри заходили желваки. Он был явно недоволен моим замечанием.

– Что вы увидели и как вообще оказались в этой комнате? – Холодно спросил Аарон.

Что же, сейчас расскажем.

– Примерно в девять часов вечера, я возвращалась в свою комнату после ужина. К слову, она находится по левой стороне через четыре двери от этой. Не дойдя несколько метров до этого места, услышала крик Джоан и поспешила на него. Дверь в комнату была открыта. – Я запнулась, чуть было, не ляпнув о встречи со Смертью и призрачной Сицилии. – Джоан стояла у стены, а на полу уже лежала Сицилия. Отправив первую за помощью, я проверила пульс Сицилии. Девушка уже была мертва. Судя по температуре тела, убита она была незадолго до нашего появления. Я бы даже сказала не меньше двадцати минут.

Во время рассказа, я не заметила, как стала расхаживать перед дверьми, воскрешая из памяти все подробности. Закончив, остановилась и обернулась к Аарону, заметила его все еще безразличный взгляд.

– Эйла Миолен, вы меня удивляете все больше, – хмыкнул он. – Как давно вы состоите в свите королевы?

– Две недели, – без запинки ответила я.

– Какие отношения вас связывали с убитой?

– Рабочие. Мы не были близкими подругами и общались только касательно работы. Если вам интересно, то Сицилия была близка с Джоан и до некоторого момента с Хельтой. С остальными девушками у нее были такие же отношения, как и со мной. – Хоть я и знала, что он выяснит это, все равно решила поделиться.

– До какого момента?

– Это лучше вам узнать у самой Хельты. Я могу только пересказать слухи, – глядя ему в глаза, ответила.

Аарон прошел к туалетному столику и присел на стул. Нечастая мебель заскрипела под весом мужчины, но устояла. Он снова стал внимательно меня осматривать. Язык так и чесался ляпнуть что-нибудь этакое, тем более он уже сказал, что во мне нет ничего особенного, но я мужественно держала себя в руках. Если с первого взгляда мне Керри понравился, то это чувство прошло стоило ему открыть рот. И на его очередной оценивающий взгляд, я стала отвечать тем же, чем не мало удивила его, судя по повторно поднятым бровям.

Двери за моей спиной открылись и к нашей компании присоединился еще один мужчина, пришедший с Аароном. Русоволосый, с голубыми насмешливыми глазами, немного ниже Керри, но шире в плечах. Застыв молчаливой тенью около Аарона, незнакомец тоже стал меня рассматривать.

– Стефолд, скажи Нормалу, чтобы закрыли все входы и выходы из дворца. Чужак может уйти, – обратился к товарищу Аарон, внимательно следя за моей реакцией.

Я не сдержала ироничного смешка, чем привлекла внимание мужчин.

– Вы же не думаете, что это был чужак, – уверенно сказала я.

Названный Стефолдом, удивленно покосился в мою сторону, а затем вопросительно посмотрел на Керри. Тот изображал статую самому себе, сидя неподвижно и не выдав ни единой эмоции.

– Что вы сказали? – Просил он.

– Очевидно же, что Сицилия знала своего убийцу. При чем не просто знала, а доверяла ему. – Пожав плечами, пояснила я.

– С чего вдруг такие выводы? – Весело спросил Стефолд.

Я нахмурившись посмотрела сначала на одного, затем на второго. И если со Стефолдом все было ясно, то что касается Керри – загадка. Этот тип явно в чем-то меня подозревает. Он не глуп, сразу смог раскусить меня. Аарон Керри умел мастерски контролировать эмоции и мне не удалось ответить ему тем же.

– Это какая-то проверка? – Глядя на него в упор, спросила я.

Если Стефолд удивился, то Керри остался таким же безразличным. Ррр, бесит. Ну ничего, Леныч, прорвемся. И не таких о колено ломали. Откашлявшись для убедительности, я стала перед ними и начала рассуждать.

– На столе Сицилии две чашки чая. Поверьте, за две недели проведенных здесь, я смогла понять, что с кем-попало Сицилия не стала бы распивать чаи в собственной комнате. Единственные с кем у нее были дружеские отношения – Джоан и Хельта. Джоан вышла из столовой на три минуты раньше меня. Выпить чаю, убить и изобразить удивление – она не успела бы физически. Даже пропустив момент с чаем все равно не успела бы. Вывод – Джоан не убийца. Идем дальше. Хельта. Сегодня мы все фриби стали свидетелями громкого скандала девушек. Было место даже рукоприкладству. То есть их отношения были испорчены, и что возвращает нас к чаю – пить его вместе они не могли. И пусть у Хельты был мотив для убийства, все же она, скорее всего, им не является. Когда Джоан увидела Хельту около двери Сицилии, она была спокойна и вроде бы собиралась постучать в двери. Даже руку для удара занесла. Будучи убийцей, она не стояла бы у дверей явно указывая на себя. Ведь в это время Сицилия была уже мертва. Да и спокойной она вряд ли была бы. – Я замолчала, переводя дух. Убедившись, что внимание мужчин все еще приковано ко мне продолжила: – Удар был нанесен со спины. Значит убитая без колебаний обернулась к убийце спиной. Возможно при разговоре Сицилия волновалась и ходила по комнате. такая привычка есть во многих, даже у меня. Повторюсь – она ему доверяла. В руках девушки был носовой платок. Вероятнее всего, она изливала кому-то душу. Этот человек не может быть просто мимо проходящим, а уж тем более посторонним. В этой части дворца живет королева, ее свита и остающиеся по приглашению королевской семьи, которых сейчас здесь нет. Посторонним вход воспрещен. Убийца живет здесь. Во дворце. И скорее всего – это женщина. Так вот, беря во внимание, все изложенное ранее, я повторяю свой вопрос – в чем подвох? Кого вы хотите обмануть?

Я смотрела в глаза Аарона Керри, пытаясь уловить его эмоции, но все было тщетно. Этот упырь вообще о их существовании знает? Зато Стефолд смотрел на меня большими круглыми глазами, не скрывая восхищения.

– Эйли, вы поразили меня в самое сердце. Вы восхитительны! У вас есть жених? – На одном дыхании выпалил мужчина.

Я глупо захлопала ресницами, потерявшись от его напора. Зато неожиданно бронь Керри дала сбой. Он разозлился. Только не понятно на кого именно.

– Стефолд! – Рыкнул Керри.

– Что? – Ни капли не испугавшись, спросил тот. – Даже ты не сможешь отрицать, что эта милая девушка не только божественно красива, но еще и умна. Было бы глупейшей ошибкой не заинтересоваться ею.

– Что же, если допрос окончен, я, пожалуй, пойду. Время позднее, да к тому же потрясение, сами понимаете… Если возникнут вопросы, вы знаете, где меня найти, – пока они не опомнились, я юркнула за двери и чуть ли не бегом поспешила в свою комнату.

***

Аарон Керри, старший кавальбер первого кавальбериата, смотрел как закрывается дверь за наглой девицей. Сказать, что она его раздражала, ничего не сказать. Наглая, самоуверенная, не знакома с чувством уважения. Аарон был знаком с покойным графом и знал, как он любил свою дочь, рассказывал какая она замечательная девушка, скромная, воспитанная, кроткая. Но перед ним сейчас встала совсем иная Аленсия, не та, о которой любил рассказывать ее отец. Хотя одно сходство было – ее внешность действительно поражала своей красотой. Маленькая, едва достигавшая ему до плеча, тем не менее обладала огромной самоуверенностью.

– Эта эйли Миолен довольно занимательная штучка, – в мысли Аарона ворвался голос его заместителя и лучшего друга Яна Стефолда.

Аарон хмуро посмотрел на друга. Тот в это время осматривал содержание шкафа убитой.

– Брось, Ар, даже такой зануда, как ты, не мог не заинтересоваться ею, – не дождавшись ответа хохотнул Стефолд, на мгновенье показывая нос из шкафа.

– Ты прав, – согласился Керри, – меня заинтересовало то, как много она знает. Я действительно впервые встретил девушку, что так хладнокровно реагирует на труп, знает, как правильно проверить пульс, по температуре тела может определить время смерти, а также умело делать правильные выводы.

– Да, в этом плане она тебя уделала, – рассмеялся Стефолд.

Аарон в ответ лишь покачал головой. В этом весь Стефолд. Этот человек всегда умел найти позитив там, где его в принципе быть не должно. Для старшего кавальбера до сих пор оставалось загадкой почему они стали друзьями. Мужчины были полными противоположностями во всем. Начиная с внешности заканчивая характерами. Всегда жизнерадостный Стефолд из небогатой, но любящей семьи торговца и всегда хмурый, сдержанный на эмоции, Аарон. Его мать, хоть и не имела титула, о чем свидетельствовало отсутствие приставки в имени Аарона, все же жила небедно и была уважаемой женщиной в обществе, не смотря на свое низкое положение. Что касается отца, то Керри старался вообще не думать о нем, что весьма затруднительно, так как этот человек оставлять его в покое не желал.

– Нужно внимательно присмотреться к графине, – сказал Аарон и вернулся к осмотру комнаты.

Сообщение от короля застигло Керри уже на выходе из кавальбериата. Рабочее время уже подошло к концу, и вся его команда уже собиралась домой, когда их встретил гонец из самого дворца короля с приказом немедленно явится, а так же письмо всего лишь их двух коротких предложений: «Убита девушка. Нужна твоя помощь.»

Понимая, что лишнее внимание им не к чему, Аарон провел своих людей через задние ворота, которыми обычно пользовались лишь слуги. Дворцовая стража без лишних возражений пропустила их и даже любезно предложила провести до кабинета короля. На что ехидный Стефолд тут же ответил: «Сами управимся»

Его величество король Арман дан Эрнанд уже ожидал их. Пятидесяти четырехлетний мужчина был все еще крепок и хорош собой. Юные и не очень девицы все так же падали к его ногам толпами, сраженные не сколько короной, столько необычайной харизмой. Темноволосый, с легкими нитями серебра на висках, карими глазами, четкими линиями лица. Король стоял около окна, неотрывно глядя в его темному.

– Ваше Величество, – склонился Аарон, приветствуя монарха.

Арман обернулся. Легкая, едва заметная улыбка и тихий вздох облегчение. Но он тут же взял себя в руки, зная, как не любит Аарон Керри проявления эмоций.

– Я рад, что ты откликнулся на мою просьбу, – сказал Арман.

– В своем письме вы говорили о убийстве. Я не мог не откликнуться. – Спокойно ответил Аарон.

– А если бы причина была в другом, не пришел бы? Снова? – С грустью в голосе спросил король.

Аарон на мгновенье встретился со взглядом монарха, но ничего не ответил и вообще поспешил отвести глаза в сторону. Этот разговор повторялся уже много раз и ответ Аарона всегда был одним.

– Расскажите о убийстве, – попросил Керри.

– Час назад была найдена убитой в собственной комнате королевская фриби – Сицилия. Ее нашли другие девушки и позвали стражей. Сейчас там все осматривает Нормал со своими ребятами, – вкратце пересказал король.

– Он хороший специалист. К тому же все дела двора ведет именно управление дворцовой стражи. В чем настоящая причина моего вызова?

– От тебя ничего не укроешь, – в голосе короля на мгновенье появилась гордость, он присел за свой рабочий стол и положил на стол коричневую папку. – Дело в том, что это не первое убийство.

Аарону пришлось скрыть свое удивление. Открыв папку, старший кавальбер увидел список, состоявший из четырех женских имен. Последним в этом списке числилась Сицилия.

– Первая убитая – Кристина Пимс, горничная, двадцать девять лет. Убита в королевском саду. Ей перерезали горло. Вторую девушку звали Янита, фриби королевы, двадцать четыре года, убита ножевым в сердце. Третья – вдовствующая виконтесса Глори, тридцать пять лет, найдена в собственной гостиной с пробитой головой.

Аарон вчитывался в краткую информацию о всех женщинах. Ничего общего у жертв не было. Разве что две девушки были фриби королевы. Статус, один круг общения или внешность – все это отпадает. У каждого они были разные. Догадка, сперва едва уловимая, пришла к Аарону не сразу. Но когда он поднял глаза на короля все сразу стало на свои места. Опущенный виноватый взгляд, и сжатые в кулаки руки, а затем король и вовсе встал, и отошел к своему любимому месту – к окну. Теперь Керр точно знал, что было общего у всех женщин. Вернее, кто.

– Все они были вашими любовницами, – Аарон не спрашивал, он утверждал.

Арман поджал губы и отвернулся. Спокойствие Аарона дало сбой. Кривая и какая-то злая усмешка появилась на его губах.

– Года идут, а вы не меняетесь, Ваше Величество, – едко бросил старший кавальбер.

Король обернулся, во взгляде янтарных глаз застыла боль. И боль эта была застаревшей, мучавшей мужчину не один год.

– Неужели я никогда не получу твое прощенье? – Печально спросил он.

– Вам не о чем просить прощение, – на лице Аарона снова была маска безразличия. – Если это все, тогда я пойду. Нужно как можно скорее преступить к работе.

Керри ушел, а король Арман дан Эрнанд все так же стоял на том месте и с дикой печалью смотрел вслед уходившему молодому мужчине.

Выныривая из воспоминаний, Аарон только сейчас понял, что стоит в королевском саду на тропе ведущей в небольшой двухэтажный домик в подвале которого было место, где при необходимости держали трупы. Не дойдя несколько шагов до лестницы, старший кавальбер услышал громкие крики и ругань. Прибавив шаг, Аарон в считаные секунды оказался на месте. И каково же было его удивление, когда в спорящих голосах он узнал своего помощника Маркуса Бредстона и… наглую графиню Миолен.

– Эйли, сколько раз повторять – вам сюда нельзя! – Раздраженно кричал Маркус.

– Я фриби ее величества и у меня есть личное разрешение королевы на осмотр трупа! – Звонкий голос Аленсии был совершенно неуместен в этом месте.

Толкнув приоткрытую дверь в холодное помещение, Аарон громко спросил:

– Что здесь происходит?

***

– Что здесь происходит? – Голос Аарона Керри вызвал у меня лишь зубовный скрежет.

Я обернулась и некрасиво уткнулась в серебряную пуговку его камзола. Когда ж это ты, милок, успел подойти? И зачем так близко?!

– Эйл Керри, не могли бы вы отступить на пару шагов? Вы нарушаете мое личное пространство, – глядя на него снизу-вверх, твердо заявила я.

Смоляная бровь Керри снова взлетела вверх, а за моей спиной удивленно крякнул рыжий бородач. Не дождавшись, когда мою просьбу выполнят, сама сделала несколько шагов в сторону.

Выпытав у слуг, куда дели тело покойной, я целенаправленно отправилась сюда, напрочь игнорируя Тили, которая пыталась призвать меня к порядку. Надеясь, что так поздно здесь никого не будет, я хотела еще раз отсмотреть труп и нож, которым убили Сицилию. На удивление стражи с легкостью пропустили меня внутрь, стоило им наплести сказочку о личном разрешении королевы. И вот только-только я стала натягивать перчатки и приниматься за осмотр, как нагрянул этот рыжий бородатый шкаф. И я ничуть не преувеличиваю, размеры этого типа действительно поражали. Детина сначала едва сдержал порыв перекреститься, или как это здесь называется, увидев девушку рядом с трупом. Затем стал просто орать и требовать, чтобы я немедленно покинула это место и не мешала работе «профессионала».

– Эйл Керри, всего на минуту отошел! Прихожу, а тут эта… эйли над телом крутиться. – Тут же сдал меня с потрохами бородач.

Я бросила на него злой взгляд. Вот же ябеда! Мужичек с бородой-лопатой сделал небольшой шажок в сторону. Аарон посмотрел на него, на тело и снова вернулся ко мне. Желваки на его щеках заходили ходуном.

– Что вы делали у тела убитой, эйли Миолен? – От холодного голоса Керри, по спине побежали мурашки не только у меня, судя по тому как вздрогнул бородач.

– Ничего особенного, – вернула я ему его же фразу. – Просто осматривала тело.

– А с чего вы взяли, что имеете на это право? – спросил он.

До этого момента, мне казалось, что я отошла на достаточное расстояние от него. Но вот сейчас ясно почувствовала жар его тела. Я незаметно отступила еще на шаг.

– У меня есть разрешение королевы, – снова повторила свою сказку.

В это могли поверить тупоголовый стражи, мог даже клюнуть этот бородач, но только не Аарон Керри. Я блефовала, и он это быстро понял. Но все надеялась, что кавальбер не пойдет с расспросами к королеве и не доложит на меня.

– Графиня, вы не кавальбер, не страж, даже не лекарь. Вы всего лишь фриби королевы и не имеете никакого права лезть в дела расследования, – едва ли не прошипел Аарон.

– Что же, тогда я буду консультантом кавальбера, – не растерялась я. – За границей уже давно используют этот метод работы.

Для убедительности, я сложила руки на груди и задрала вверх нос.

– В каком государстве? – Черные глаза Керри в полутьме показались просто бездонными провалами.

В моей голове лихорадочно крутились шестеренки в попытке придумать правдоподобное и главное убедительное оправдание. Но видимо удача все же была на моей стороне, ибо в этот момент к нашей тройке присоединился небезызвестный мне Стефолд.

– Единый, эйли Миолен, кто из этих двоих болванов притащил вас в столь ужасное место? – На лице русоволосого мужчины расцвела широкая улыбка Чеширского кота.

Стефолд явно красовался передо мной, что могло пойти мне только на руку.

– Эйли хотела осмотреть труп, – снова стал ябедничать рыжий.

Как маленький, ей-богу. Я снова бросила на него убийственный взгляд. Но в этот раз он только крепче сжал зубы.

– Ты слышал что-нибудь о консультантах кавальберов? – Все так же, не отрывая от меня злого взгляда, спросил у товарища Керри.

– Конечно! – Не моргнув, солгал Стефолд.

Теперь убийственный взгляд был направлен в его сторону. А мне этот мужчина понравился еще больше. Стефолд усмехнулся Керри и подмигнул мне. На моем лице появилась ответная улыбка.

– Стеф! – Рыкнул Аарон.

– Что? Брось, Ар, пусть эйли утолит свое любопытство. Бредстон проследит, чтобы она не сделала ничего лишнего, а мы с тобой еще раз сможем удивится ее умом. Сделай эйли приятно, – Стефолд положил руку на плечо Керри, но после брошенного хмурого взгляда тут же отдернул ее.

Аарон снова осмотрел меня с ног до головы, а затем неожиданно едва заметно кивнул. Я посмотрела на него сощуренным взглядом. С чего вдруг такая доброта? Не поверю, что его смог уговорить бред Стефолда. Но думать обо всем этом было некогда. Пока появилась такая возможность нужно работать, а уже потом будем разбираться с странным поведением кавальбера.

Все трое мужчин внимательно следили за тем, как я сначала натягиваю перчатки, а затем склоняюсь со свечей над трупом. Понимая, что работать одной рукой неудобно, попросила Стефолда поддержать свечу и тот, естественно, мне не отказал. Ничего нового для себя не обнаружила. Все та же картина. Девушка не сопротивлялась, она доверительно повернулась спиной к своему убийце и получила нож в спину. Следующим пунктом моего осмотра стал нож. Его уже достали из тела и поместили на соседнюю кушетку. Ничем не привлекательный обычный столовый нож для хлеба. Деревянная рукоять, лезвия где-то сантиметров двадцать-двадцать пять.

– Кто доставил тело сюда? – Обратилась я к бородачу.

Тот бросил взгляд на Аарона и, получив его молчаливое согласие, ответил:

– Двое парней из дворцовой стражи.

– Нож вынули когда?

– Уже здесь.

– Кто?

– Я! К чему эти вопросы, эйли? – Начал закипать рыжик.

– Поддерживаю, – тут же вклинился Стефолд.

Я обворожительно улыбнулась последнему и, подхватив свою дамскую сумочку, стала извлекать из нее следующее: женскую пудру, лупу, щеточку для макияжа, клейкую ленту (стырила из кабинета Рейны), маникюрные ножницы (других не нашлось).

– Скажите, эйл Бредстон, вы всегда работаете без перчаток?

Рыжий недовольно засопел. Сейчас он еще больше был похож на недовольного трехлетнего ребенка.

– Я всегда работаю в перчатках, эйли! – Едва ли не кричал он.

– Эйл, не нервничайте. Нервные клетки, знаете ли, не восстанавливаются. Научно доказанный факт, – поучительно подняла я палец вверх.

Холодную, полутемную комнату заполнил веселый смех Стефолд. Я тем временем, под все тем же тяжелым взглядом Аарона, осторожно нанесла пудру на рукоять ножа, сдула лишнее, затем на то место все так же осторожно приклеила клейкую ленту и быстрым, но не резким, движением сорвала ее. То же самое я проделала и с обратной стороной.

– Графиня, что вы делаете? – Наконец не выдержал Керри.

– Эйл Керри, а знаете ли вы, что человеческие глаза идеально неповторимы? Вы не найдете в целом мире людей с одинаковыми радужками глаз. – Полученный результат, приклеила на белый лист бумаги. Отлично. Отпечатки, хоть и слегла плоховато, но видно. – Так же, как и двое людей не могут иметь одинаковых отпечатков пальцев.

– То есть, вы хотите сказать, что…

– Я хочу сказать, – перебила я Стефолда, – что на этом ноже есть отпечатки пальцев двоих. Один из них может быть нашим убийцей.

Должного внимания своему открытию я не получила. Мужчины явно не поверили не единому моему слову. Что ж, проведем наглядный эксперимент. Отложив лист с отпечатками на ноже, я быстренько сняла отпечатки свои, а затем Бредстона и Стефолда. К Керри даже подходить боялась, как бы кавальбер не скрутил мне тонкую шейку. Когда же дело было сделано, заставила мужчин сравнить их отпечатки, те были немало удивлены.

– Аарон, ты не поверишь, но эйли Миолен говорит чистейшую правду, – удивленно, но не без уважения сказал Стефолд.

Больше сказать, правда, он ничего не успел, Бредстон его отпихнул в сторону и с рвением дикого медведя принялся рассматривать все отпечатки, едва ли, не пробуя их на зуб.

– Это удивительно! – Спустя некоторое время воскликнул он. – Это действительно великое открытие. Они и вправду все разные! Почему до этого еще никто не додумался? Это же настоящий прорыв! Эйли, вы просто гений!

Мужчина был взбудоражен и возбужден. Взгляд его блестел лихорадочным блеском. Я знала такой тип людей – фанатики. Они просто получали неописуемый восторг от своей работы, искренне любили свою профессию и отдавали ей всего себя. Я не могла не сдержать улыбки, глядя на то, как Бредстон, словно ребенок радовался такому простому и примитивному для моего понятия делу. К тому же, чего греха таить, похвала действительно была приятна, хоть и слегка не заслуженная. Все же в действительности сию процедуры придумали задолго до меня.

– Это нам ничего не дает, – холодно сказал Аарон Керри, чем сразу испортил всем настроение.

– Но почему? Если мы…

– Если мы что? – Перебил он своего подчиненного. – Заставить весь дворец пройти столь сомнительную процедуру? Даже если так, то ни один судья не возьмет во внимание такие сомнительные доказательства. Нас поднимут на смех.

В этот момент мне просто хотелось зарычать и надавать наглому типу по голове. Вот ведь пессимист проклятый. Хотя где-то в глубине души я понимала его правоту, если в этом мире дактилоскопия не изучалась, то это действительно не примут за доказательства. Но фиг ему, а не мое признание в провале!

– Нам не нужно снимать отпечатки у всего двора. Всего лишь сократить круг подозреваемых. Взять отпечатки лишь у наиболее вероятных на роль убийцы людей. Нам нужен всего лишь один человек, – складывая руки на груди, сказала я.

– Вы же сказали, что на ноже две пары отпечатков, – тут же встрял Стефолд.

– Вторые принадлежат эйлу Бредстону. Он все же не всегда работает в перчатках, – пояснила я, а бородач покраснел.

Смущающийся двухметровый дяденька с пышной косматой бородой это, конечно, зрелище забавное.

– Если вы закончили, графиня, то прошу вас покинуть это место и впредь не вмешиваться в дела расследования. – Вес с тем же холодным безразличием заявил Аарон Керри.

Надменный индюк. Самоуверенный женоненавистник. Хотя его тоже можно было понять. Я тоже не любила, когда в мои дела и мою работу кто-то совал нос. Мне из-за этого всегда трудно приходилось с напарниками. Только Пашка один мог выносить все мои закидоны и терпеть мой тяжелый характер. Но также я понимала, что своими действиями не хотела нанести вред, а совсем наоборот – помочь и хоть немного облегчить им задачу.

– До встречи, уважаемые эйлы, – склонила я голову и покинула совсем недружелюбное место.

***

– Аарон, ты не можешь отрицать, что идея графини просто гениальна, – как только дверь за девицей закрылись, сказал Ян.

Маркус тут же закивал головой. Авальер был просто покорен милой и поразительно умной графиней.

– Я повторюсь – ни один суд не признает это за настоящие доказательства. – В своей обычной манере ответил старший кавальбер. – Как ты собираешься брать эти отпечатки пальцев, или как она их там назвала, у самой королевы? Уж я к ее величеству с такой просьбой точно не пойду.

– А при чем здесь королева?

– Убитая была фавориткой короля. – Пояснил Аарон.

– Ну если так, то да, можно решить, что жена решила убрать с дороги молоденькую конкурентку. Но ты же сам знаешь, что такую работу за нее всегда делает этот цепной пес – Ногр.

– Так или иначе, но она все равно будет в курсе этой затеи. – Не отступал от своего Керри. – Да к тому же, что это за бред? И почему о столь удивительном, по вашим словам, методе не знает наш авальер, который столько лет работает в этой области, зато прекрасно осведомлена какая-то девица?

– Ар, ты просто…

– Все. Разговор окончен. Переходим к делу.

Уже сидя у себя дома на кухне с бокалом дорогого алкоголя, Аарон Керри, самый мрачный и загадочный человек королевства, все никак не мог выбросить из головы эту миниатюрную графиню. Что с ней не так? Что больше привлекало его в ней – ее наглость, красота или острый ум? Не все работавшие в кавальбериате мужчины могли всего лишь по беглому осмотру помещения сделать правильные выводы касательно происшествия, а эта девица смогла все разложить по полочкам. А эта ее идея с отпечатками пальцев…

Нет, все нужно присмотреть к ней повнимательнее. Что-то с ней явно не так.

***

Утром всех фриби собрала Рейна. Общее настроение было равно нулю. В памяти очень свежо случившаяся вчера трагедия. Сегодня место Сицилии у окна пустовало. Все как не старались, но все раз за разом бросали печальные взгляды на пустующий стул. Джоан была подавлена больше всех. Потерять близкую подругу, да еще и обнаружить ее – это не каждый сможет выдержать. В моей карьере были случаи, когда люди сходили с ума. Та же Вильма пример этому. Почти в таком же состоянии находилась и Хельта. Стелла, что жила с ней в одной комнате, рассказала, как переживала девушка, да к тому же еще и винила себя в смерти бывшей подруги.

Рейна вышла из своего кабинета, как всегда, ровно в восемь. Сегодня она была облачена в платье черного цвета, волосы собраны в тугой пучок на затылке, на ней не было ни единого украшения, лишь вечный блокнот в руках, с которым она всегда приходила на утренние встречи. Она так сильно сжимала его, что ее пальцы побелели.

– Доброе утро, девушки, – начала говорить она. – Все вы знаете какое горе постучалось в наши двери. Наша дорогая Сицилия покинула этот мир. Мы смеем только молиться о том, чтобы убийцу поймали, и он понес законное наказание.

Некоторые девушки закивали, другие стали шептаться и коситься в сторону Хельты. Я обвела всех присутствующих внимательным взглядом. Кто же из них мог убить? Перед сном я еще раз обдумала всю ситуацию и лишь убедилась в своих мыслях, что убийцей не может быть кто-то посторонний, точно так не мог это быть и кто-то из слуг. Я давно заметила, что являлась единственной кто вообще водил дружбу с людьми «второго сорта», всем остальным было глубоко наплевать на всех слуг и никто из истинных аристократов не стал бы водить дружбу со слугами. Тогда кто? Убитая горем Джоан или обвиняющая себя Хельта? Печальная Натали или утирающая слезы Стелла? Может наивная малышка Китти? Моя обожаемая сестрица? А может хранившая молчание Анастейша? Из всех она и Рейна выглядели наиболее спокойны. Хотя если приглядеться можно было заметить, что спокойствие моей наставницы напускное. Она была явно чем-то озабочена. Прокручивая в голове вчерашний вечер, все никак не могла вспомнить в какую сторону ушла Анастейша, сославшись на свои срочные дела. Я еще раз внимательно осмотрела фриби. Анастейша словно почувствовала, обернулась. Идеальная бровь взлетела вверх. Жест, который неосознанно воскресил в моей памяти совершенно другого человека.

– Чтобы помочь следствию я настаиваю о вашем молчании.– Снова прислушалась к словам Рейны. –

Джоан вскочила на ноги. Ее взгляд был пропитан дикой ненавистью. Руки девушки были крепко сжаты в кулаки, а по щекам снова побежали крупные слезы.

– Снова молчать? Сколько можно?! Вы говорили то же самое после смерти Яниты. Но помогло ли наше молчание? Вчера убили Сицилию, а мы снова будем молчать, пока настоящий убийца выбирает себе новую игрушку! – Закончив свою тираду, Джоан выскочила, громко хлопнув дверью.

В который раз в этом месте воцарилась абсолютная тишина. Рейна хмурилась, Анастейша поджимала губы, а во взгляде Китти и Натали появилось что-то похожее на сомнение. Видимо речь Джоан нашла своих слушателей. Намек был более чем ясен.

– Джоан слишком расстроена смертью подруги и не осознает, что говорит. – Попыталась немного сгладить ситуацию главная фриби королевы. – Сейчас мы отправимся в комнаты ее величества. Кавальберы хотят еще раз переговорить со всеми о событиях вчерашнего дня. Будьте готовы.

В комнатах королевы мы занимались привычными делами, но напряжение, витавшее в помещение было хорошо ощутимо. И когда выпала возможность, я снова стала прокручивать в голове всю имевшуюся информацию.

А имеем мы следующее. Две молодые девушки, не из последних в королевстве семей, приближенные королевы, обе фаворитки короля – убиты одним видом оружия. Самый очевидный подозреваемый – Вайолет дан Эрнанд. Ей надоело терпеть похождения супруга, и она решила таким способом доказать ему, что он был не прав. Но. Китти говорила, что у королевы есть свои скелеты в шкафу и убивать любовниц мужа ей нету никакого резона. Вторым, на кого упал мой взгляд, был принц. Киан тоже мог бы убирать девушек, которые могли в один прекрасный день родить еще одного претендента на королевский трон. Так что, возможно принц решил подстраховаться. Еще, конечно, была Хельта. Бывшая подруга увела любимого – да это же просто любимый сюжет русской мелодрамы. Но вот что-то во мне прямо-таки вопит, что убийца не она. Но на что только не пойдет обиженная женщина.

Вошедший слуга объявил о прибытии кавальберов. Даже не оборачиваясь к дверям, я знала, что вошедшим был, конечно же, Аарон Керри и его компания. Помимо него прибыли так же весельчак Стефолд и великан Бредстон. Чем мог помочь при допросе патологоанатом – тьху ты! – авальер, для меня оставалось загадкой. Четвертым был незнакомый мне мужчина блондинистой наружности. Все четверо согнулись в низком поклоне перед королевой Вайолет.

– Аарон Керри собственной знаменитой персоной, – проигнорировав остальных, не скрывая ехидства в голосе, протянула королева.

Мне говорили, что Керри не желательный гость во дворце. Теперь же я даже поняла для кого именно. Но видимо он был действительно хорошим следователем, что, несмотря на отношения королевы, его привлекли к этому делу. Но в моей копилке все же появилась очередная загадка – какая кошка пробежала между этими двумя?

– Ваше Величество. – Как всегда в своей манере «а мне все до лампочки» сказал Аарон Керри, не моргнув и глазом. – Думаю вам известна причина нашего визита.

– Сицилия была фриби королевы. Моим доверенным лицом. Прошу помнить об этом и сделать все, чтобы поймать и наказать негодяя. – Дрожащим от негодования голосом сказала Вайолет.

– Мы сделаем все, что будет в наших силах.

– Еще бы, – фыркнула королева.

Всем своим видом она показывала свое отношение к этому мужчине. Даже у такого не знающего человека как я, не осталось никаких сомнений в том, что Вайолет дан Эрнанд не то что недолюбливает, она просто ненавидит Аарона Керри. Говорят, любопытство сгубило кошку. Что же, видимо следующей жертвой этого коварного чувства стану я.

– Ваше Величество, я прошу вас ответить на несколько наших вопросов, – все так же изображая безразличие, сказал старший кавальбер столицы.

Тот самый блондин тут же достал откуда-то толстый блокнот и самопишущее перо. Бегло осмотрев помещение, он остановился на столе, за которым собственно сидели я и Анастейша. Моя наставница, к слову, была не привычно оживленна, тут же вскочила на ноги, уступая ему свое место. Но день был явно не ее, женщина зацепилась за край стула и, опрокинув его, чуть было не ушла следом. Ее спасителем стал все тот же блондин. Перехватив девушку за тонкую талию, он помог ей стать ровно и на некоторое время они просто стояли и молча смотрели друг другу в глаза. Я, сидевшая рядом, почувствовала себя третьим лишним и отчего-то покраснела. Где-то в стороне послышался кашель Стефолда. Готова поклясться, что за кашлем кавальбер тщетно пытался скрыть смех. Анастейша и ее спаситель тут же очнулись. Блондин так резко убрал свои руки, что бедная фриби чуть было не отправилась в еще один полет. В этот раз руку помощи ей подставила я, но кажется этого даже никто не заметил. Мужчина просто поднял опрокинутый ею стул, уселся на него, разложил письменные принадлежности и уставился на королеву и своего начальника, всем своим видом показывая, что полностью готов к работе и к недавнему происшествию вообще не имеет никакого отношения.

– Я отвечу на все ваши вопросы, но попрошу отпустить девушек. Вы уже разговаривали с ними, не нужно терзать свежие раны еще раз. Они все еще сильно переживают потею совей подруги, – не обращая внимание на разыгравшуюся сцену, проговорила королева, обращаясь к Аарону.

Стефолд и блондин вопросительно уставились на свое начальство. Аарон Керри, недолго думавши, просто кивнул, отчего королева издала очередной фырк.

– Девушки, вы можете идти,– обратилась она к нам. – Завтра у вас будет свободный день. Так что отдохните как следует и наберитесь сил.

Мы все тут же хором пропели благодарность, сделали очередной ненавистный мною реверанс и удалились. Стелла, Натали и Китти о чем-то тихонько переговаривались. Палома шла впереди всех со своим вечно недовольным выражением лица. Джоан после утренней выходки никто больше не видел. Анастейша с каменным видом куда-то тут же убежала, сославшись на свои вечные срочные дела. Хельта брела в двух шагах передо мной, словно в воду опущенная. Я как раз собиралась к ней подойти и попробовать поговорить как меня окликнули.

– Эйли Миолен! – Громовой бас громилы Бредстона заставил несчастных девушек вздрогнуть.

Я обернулась. Рыжий бородач торопливо шел в мою сторону. Идущее впереди девушки внимательно осмотрели его, затем меня и тут же шустро зашептались в два раза активнее чем до этого. Особенно удивленно-презрительный взгляд мне достался от сестрицы.

– Добрый день, эйл Бредстон, – поздоровалась вежлива я.

– О, эйли, прошу зовите меня просто Маркус, – улыбнулся дяденька.

Шепот за спиной набрал просто-таки нереальной скорости.

– Тогда я для вас тоже просто Аленсия.

Следующую минуту я любовалась тем, как быстро и стремительно краснел мой собеседник. Он смущенно опустил взгляд и, как бы невзначай, прокрутил обручальное кольцо на пальце. Мама дорогая, неужели он решил, что я заигрываю? Упаси боже!

– Эйли Аленсия, я хотел бы с вами поговорить, – замялся он.

– Конечно, Маркус, я к вашим услугам.

Бредстон бросил быстрый взгляд на девушек, что застыли посреди коридора, прислушиваясь к нам. К моему огорчению, Хельта оказалась единственной кто не страдал чрезмерным любознательностью, не стала слушать нас, а давным-давно скрылась в череде долгих коридоров дворца. Тем временем огромная лапища авальера цапнула меня чуть выше локтя. Я даже на мгновенье испугалась, что он просто переломает мне руку. Но на удивление мужчина был довольно осторожен. Он легонько, но уверенно, увлек меня в сторону как можно дальше от длинных ушей фриби.

– Эйли Аленсия, у меня к вам есть предложение делового характера. – Начал серьезный Бредстон. – Понимаете, ваше открытие просто невероятный прорыв в следствии.

Я чуть было не ляпнула, что, увы, но благодарить за это открытие он должен не меня, да и открытием назвать это никак нельзя. Опоздал он этак лет на сто пятьдесят, но вовремя прикусила язык.

– Дактилоскопия, – просветила я мужчину.

– Что? – Завис мой собеседник.

– Дактилоскопия – способ опознавания человека по следам пальцев рук или ног. – Зазубрено повторила я.

– Дактилоскопия, – словно пробуя на вкус повторил Маркус. –Удивительно! Так вот, как я уже сказал – это великое открытие. Но Ар, вернее эйл Керри, прав – ни один суд не примет это за доказательство.

Потихоньку я начинала понимать к чему клонит авальер и к чему, собственно, хотят склонить меня.

– Вы хотите запатентовать дактилоскопию? – Подняла взгляд на собеседника.

– Запан… что? – Быстро заморгал мужчина, но тут же встряхнул головой. – В прочем, не важно. Я хочу досконально изучить этот вопрос и поднять его на королевском научном совете, чтобы узаконить и применять в расследованиях.

– Я это и имела в виду, – пробормотала я и задумалась.

Маркус Бредстон смотрел на меня с какой-то детской надеждой. Предложение было серьезным. В моем родном мире такие методы работы уже давно стали чем-то обыденным. У нас таким никого не удивить. В мире полном технологий можно найти пальчики почти каждого человека. Здесь следствие застряло где-то на уровне нашего девятнадцатого-двадцатого столетия. Обычное для меня дело здесь действительно было прорывом. И да простит меня дядюшка Уильям, но Маркус был прав. Это действительно нужно.

– Если вы спрашиваете мое мнение, то я только «за». – Серьезно сказала я. – Я рада, что вы поняли полезность этого метода и буду рада помогать вам в дальнейшей работе.

– Вы не так поняли, эйли. Я хочу, чтобы на этом открытии стояло ваше имя. – Ошарашил меня Бредстон.

– Маркус, ваше предложение много значит для меня, но не думаю, что это будет правильно, – после долгой паузы начала я.

Да я ж в этом ноль! Нет, ну кое-что в этом понимаю, наш патологоанатом любил проводить мне лекции и научил многому, но всего этого было явно мало для того, чтобы вести исследование.

– Я буду лишь направлять и помогать, но все исследование будет полностью на ваших плечах. – Решила пояснить я свой отказ. – Поэтому будет правильным, если это открытие будет носить ваше имя.

– Нет, эйли, я так не могу! – Не на шутку разозлился Бредстон. – Этот метод полностью ваша идея, а если там будет стоять мое имя, я буду чувствовать себя настоящим вором.

Его слова я приняла с улыбкой. Маркус Бредстон нравился мне все больше. Пусть наше знакомство сначала не задалось, но я думаю, что мы станем хорошими друзьями.

– Тогда я просто настаиваю, чтобы это исследование было общим, – вдруг кивнул головой Маркус.

– У меня ведь нет другого выбора? – Задала я риторический вопрос. – Буду рада работать с вами, Маркус Бредстон.

– Вы не пожалеете, Аленсия, – моя маленькая ладошка утонула в большой ручище мужчины.

Тепло распрощавшись, предварительно договорившись о новой встрече, я двинулась в сторону женского крыла. Но моим планам не суждено было сбыться. За углом меня поджидали. И встреча эта была малоприятной, по крайней мере для меня. Довольная улыбка на противном смазливом личике заставила меня заскрипеть зубами.

– Какая неожиданная встреча, – мурлыкнул его высочество Киан дан Эрнанд.

Угу, неожиданная. Когда все девушки уже прошли этим путем и успели донести, что одна маленькая графиня выслушивает «непристойные» предложения от какого-то авальера.

– Приветствую вас, ваше высочество, – как положено поприветствовала я наследника.

– Не составите ли вы мне компанию за чашечкой чая в саду, милая Аленсия? – Приблизился ко мне принц.

Но видимо воспоминания о последней нашей встрече все еще были свежи, так как он вдруг сделал шаг назад. Мелочь, а приятно.

– Не примите мои слова за грубость, но я вынуждена отказаться от вашего предложения, – ответила я, снова сгибая колени.

Мой ответ высочество не обрадовал. Его глаза на мгновенье вспыхнули гневом, а губы плотно сжались. Но должна отдать должное, он быстро справился с собой и в следующее мгновенье передо мной стоял совершенно спокойный и довольный жизнью принц.

– Могу ли я узнать причину вашего отказа? – В голосе парня появились капризные нотки.

– Вы действительно не понимаете? – Подняла на него глаза. – Вчера убили одну из фриби.

– Не знал, что вы были близкими подругами, – пожал плечами Киан дан Эрнанд.

– Мы работали вместе. Этого вполне достаточно. Ее убийство было для всех страшным ударом. Кто знает, кто станет следующим, – последнее я сказала специально, мне было интересно посмотреть на реакцию принца.

И парень действительно не разочаровал. Его улыбка стала какой-то хищной, обнажив белые зубы (мне даже почудились клыки). Одним быстрым движением он притянул меня к себе с такой силой, что я некрасиво впечаталась в него носом и пискнула.

– Тебе всего лишь нужно выбрать правильного мужчину, – с жаром прошептали мне на ухо.

Его горячее дыхание неприятно щекотало шею, а наглая конечность начала медленно спускаться со спины на… на то самое, мать вашу, место! А что мне будет за избиение наследника? Его фраза прямо сочилась скрытой угрозой. Неужели все-таки он? Принц тем временем склонился к моей шее. Дрожь прошлась по моему телу, когда гладкой кожи коснулись чужие мягкие губы. Сердце в груди забилось с утроенной силой. Так же быстро и резко принц отпустил меня.

– Еще увидимся, прекрасная Аленсия, – склонил он беловолосую голову и бывал таков.

Я осталась стоять на месте, глупо хлопая глазами ему в след. Да чтоб тебя, принц хренов. Спиной прислонилась к прохладной стенке в тщетной попытке успокоить бешенное сердце и выровнять дыхание. Откуда берутся дети мне было хорошо известно, весь процесс перестал быть для меня тайной в шестнадцать лет. Когда по глупости готов на все ради своей первой розовой любви. Но все это было в той, прошлой жизни. Здесь в свои девятнадцать я была все еще невинна и спокойно реагировать на вот такие вот выходки, к своему стыду, не могла. Тело работало против меня.

– Черт, – еще раз выругалась я и побрела дальше.

Раз уж выпало свободное время, нужно провести его с пользой и заодно спустить пар. Поэтому, переодевшись и прихватив с собой Тили и того самого паренька Даррена, я отправилась в сад для тренировки. Лакей показал мне прекрасную поляну, которую я тут же полюбила и использовала для утренних тренировок. Находилась она в глубине огромного королевского сада. К моей радости так же стало известно, что Даррен занимался боевыми искусствами. Для чего обычному лакею знать боевые искусства? Он мечтал со временем поступить в местное учебное заведение и стать кавальбером. Пусть и слабенько, но он мог противостоять мне на парных тренировках. Натянув в свои любимые черные брюки из тянущегося материала и голубую свободную рубаху, распустив ненавистную прическу и просто собрав волосы в высокий хвост, я решила провести эксперимент.

***

Закончив разговор с главной фриби и вытерпев все едкие комментарии королевы, Аарон Керри со своим заместителем решил отправится в дом семьи убитой девушки. Решив сократить путь, мужчины двинулись через сад, что спокойно можно было назвать парком.

– Знаешь, все же не понимаю, что король мог найти в этой женщине. Она же сущая мегера! – Ян Стефолд даже плечами передернул.

– Твоя невеста иной раз похлеще королевы будет, – улыбнувшись уголками губ, заметил Керри.

– Джудди мне не невеста, – тут же напыжился Стефолд.

– Только она об этом не знает, – хмыкнул кавальбер.

В следующую секунду его привлек непотный блеск между деревьями. Такой бывает на воде или зеркале при солнечном свете. Прекрасно зная, что никакого озера в той стороне быть не может, Аарон Керри, поддавшись любопытству, пошел в ту сторону. И уж точно он не ожидал увидеть подобную картину. На небольшой утоптанной поляне находились трое. Молодая девчушка с пышной русой косой в платье служанки и немногим старше нее парень, рядом с которым валялся китель королевского лакея. В руках он держал поднос, на котором ровным рядочком лежали ножи разной формы и размеров. Несколько клинков уже торчали в стволе дерева, на котором криво кто-то нарисовал мишень. А метала ножи, четким профессиональным движением, сама графиня Миолен. Движения были столь уверенны и вышколены, что только добавило вопросов о этой странной девчонке. Вот в хрупкой маленькой ладошке появляется очередной нож, что-то тихонько рассказывая слугам, графиня подбросила его на ладошке, а затем одним быстрым движением отправила его прямиком в центр мишени. Стоящий за спиной Аарона, Стефолд присвистнул, чем выдал их присутствие. Троица тут же обернулась. Беззаботная улыбка исчезла с лица графини.

– Прошу прощения, эйли, если помешали вашей тренировке, но я искренне восхищенным вашим талантом, – вперед вышел Ян.

– Эйл, я уверенна, что вы просто преувеличиваете, – спокойно ответила девушка.

Графиня прошла к дереву и один за другим стала вынимать ножи, а затем вернулась обратно. Пока Стефолд пожирал взглядом девушку, Аарон рассматривал ножи. Они, кстати, были отличнейшего качества, созданные явно одним талантливым мастером-оружейником. Хоть Ян был тем еще льстецом, но здесь Аарон, скрепя сердцем, должен был с ним согласится – техника графини была идеальной. Возникает вопрос: где она этому могла научиться? Некоторые отцы обучали своих дочерей технике самозащиты, обычно таким занимались военные. Покойный граф никак не был связан с армией или другими силовыми структурами. Обычный потомственный аристократ, который преуспел в разводе и торговле лошадей.

В стороне послышался тихий звонкий смех графини. Стефолд явно старался произнести впечатление и что-то рассказывал. Ее смех повторился, что привлекло внимание Аарона. Только, обернувшись, старший кавальбер столицы вдруг растерялся и потерял дар речи. Когда она бросала ножи он смотрел именно на оружие, но никак не на девушку. Сейчас же… наряд девицы его просто поразил. Обтягивающие, как вторая кожа, брюки и тонкая голубая рубашка открывали и подчеркивали каждый изгиб девичьего тела. Стоящая около Яна, графиня Миолен казалась совсем крошкой, а если уж около нее станет Аарон… У Керри вдруг появилось желание схватить ее и спрятать, чтобы никто не смел больше смотреть на нее в таком виде. Эта мысль так его поразила, что Аарон неосознанно сделал шаг назад и встряхнул головой. Это просто из-за ее внешнего вида. Да, точно. Просто ему неприятен ее неприличный внешний вид. Аарон снова посмотрел на девушку. Длинные черные волосы собраны в высокий хвост, открывая вид на тонкую девичью шею. Скользя глазами по гладкой коже, Аарон Керри спустился вниз к виднеющимся из-за ворота рубашки ключицам, а затем скользнул еще ниже и…

Еще одна шутка Стефолда заставила рассмеялся всех присутствующих на поляне, что вырвало Аарона из его странного транса. Мужчина снова махнул головой. Да что с ним такое? Нахмурив брови, Керри посмотрел на своего друга. Заметив каким недвусмысленным взглядом смотрит на девушку Стефолд, он разозлился еще больше. Будто почувствовав взгляд, Ян обернулся и вопросительно посмотрел на начальство.

– Действительно, странное хобби для девушки, – совсем не к месту сказал Аарон.

Маленькая графиня перевела взгляд своих ярко-синих глаз на старшего кавальбера. Полные губы тронула ироничная усмешка.

– Эйл Керри, вас что не послушай, так все занятия не для девушек. По вашему ее единственный удел сидеть дома и вышивать крестиком? – Фыркнула девушка.

– Ну все же, графиня. – Не сдавался кавальбер. – Вы удивили всех нас своим заявлением о отпечатках пальцев. Не испугавшись крови, измеряли пульс. По обстановке в комнате смогли рассказать предположительные действия участников убийства. А теперь еще и оказывается вы умеете управляться с оружием. Складывается такое впечатление, что…

– Я там была? – Закончила за него девушка.

Стоящий позади нее, Стефолд закатил глаза. Русоволосая служанка возмущенно охнула и насупилась. Даже паренек смотрел на Керри с неодобрением.

– Могу вас только огорчить, эйл Керри, – совершенно спокойно продолжила графиня, словно и не замечая недовольства вокруг. – Для того, чтобы сделать все вышеперечисленное, достаточно просто иметь мозги.

Стефолд вдруг подозрительно закашлял, а служанка даже не попыталась скрыть довольной улыбки. Но на все это Аарону было совершенно наплевать. Все его внимание было приковано к наглой девице, стоящей перед ним и прямо смотрящей ему в глаза. Хотя со стороны это, наверное, выглядело весьма забавно, мужчина был намного выше нее.

– Помимо того, что мои отпечатки не совпадают с отпечатками на орудии убийства, того, что я пришла позже Джоан и меня видели в столовой во время смерти Сицилии, я могу привести еще одно доказательство своей невиновности. Даррен, помоги.

Лакей без возражений передал поднос с ножами служанке, предварительно выбрав среди них один. Бодрым шагом он приблизился к графине, вручил ей нож и резко обернулся к ней спиной. Пока Стефолд с каким-то детским любопытством наблюдал за действиями, Аарон уже стал догадываться, что за всем этим последует.

– Раз уж вы уже заметили некоторые секреты моего хобби, – Графиня Миолен бросила еще один насмешливый взгляд на старшего кавальбера, – то поделюсь еще одним. Как вы могли заметить, Сицилия была довольно высокой девушкой. Выше остальных девушек фриби, чего уж говорить обо мне. Мой друг такого же роста, что и убитая. Удар был нанесен со спины между третьим и четвертым ребром, аккурат в сердце. Вокруг губ девушки были едва заметные следы– перед ударом убийца закрыл ей рот, предположительно ладонью. Пообщавшись с уважаемым эйлом Бредстоном, мы вместе сделали вывод, что удар был нанесен левой рукой, но ударивший – правша. Нанести удар правой рукой в сердце довольно затруднительно, а судя по углу удара, орудовать левой убивший человек не умел. Еще смею заметить, что удар был нанесен ровно. Не снизу, не сверху, а ровно. От чего можно сделать вывод, что убийца и убитая одного роста. Если бы это сделал человек моего роста, ему пришлось бы становиться на табурет, а иначе угол удара был бы другим. Смотрите.

Дальше графиня продемонстрировала все то, о чем так увлеченно рассказывала перед этим. Ян смотрел на все это, не скрывая заинтересованности и восторга. И как бы не нравилось это Аарону, он должен был признать, что девчонка абсолютна права.

– Единый! Вы восхищаете меня с каждой встречей все больше! – Воскликнул Стефолд, громко аплодируя.

– Как видите, эйл Керри, я никак не могу быть вашим подозреваемым, – изобразила раскаяние несносная девица.

Некоторое время Аарон Керри просто стоял и смотрел в насмешливые глаза Аленсии ар Миолен. Затем, ни говоря ни слова, просто развернулся и быстрым шагом направился прочь. И пусть его уход выглядел как побег, пусть его только что, можно сказать унизили, но по-другому он не мог. За все свои годы он не раз сталкивался с унижениями и оскорблениями, этим его не удивишь. Дело было совсем в другом. Славившийся своим умением контролировать эмоции, старший кавальбер испугался. Самого себя. Своего дикого влечения к одной маленькой, но наглой графине. Потому что, глядя в ее глаза, он почувствовал, что просто тонет в их необычайной синеве.

***

Вечером я тихонько постучала в чужую дверь. Несколько минут ничего не происходило, я уже подумала, что там просто никого нет, когда с тихим шорохом створка двери отошла в сторону.

– Привет, – поздоровалась я, – прости, что скорее всего лезу не в свое дело, но я просто хотела узнать, как ты?

С минуту Хельта просто грустно смотрела мне под ноги. Морально я была готова к тому, что несчастное дерево с треском захлопнется, стукнув на последок мой любопытный нос. Но дверь открылась шире, приглашая внутрь. Я вошла в комнату, стараясь меньше глазеть по сторонам.

Комнату Хельта делила вместе со Стеллой. Размерами она была немного больше моей и была разделена ширмой на две части. На левой, все было аккуратно сложено и стояло на своих местах. Справа – был бардак. И почему-то я совсем не удивилась, когда Хельта пошла именно в левую часть. В целом обстановка в комнате напоминала мне обычную комнатушку в наших земных общежитиях. Разве что без плакатов с любимыми поп-звездами на стенах. Деревянные кровати, маленькие туалетные столики, небольшого размера шкафы. Скромненько, но практично.

На мой вопрос, где пропала Стелла, Хельта ответила, что соседка решила остаться на ночь у Натали.

– Наверное, ты удивилась моим приходом? – Неловко переступая с ноги на ногу, спросила я.

– Не особо, – безразлично пожала плечами Хельта. – Сегодня у меня уже были гости.

– Джоан?

– Нет. Эйла Эйви.

Главная фриби?

– Я подумала, что возможно тебе захочется выговориться. Говорят, намного проще делать это с посторонним человеком. Еще говорят, что после этого становиться легче. И если сейчас ты выставишь меня за двери, я пойму, – я действительно подошла к двери, всем своим видом показывая, что мне достаточно будет намека и я тут же уберусь отсюда.

Хельта молчала, молчала и я. Потом девушка просто бросилась в мои объятия и горько разрыдалась. Да, не на такую беседу я рассчитывала. Зато в пылу истерики Хельта рассказала, как все происходило. Ее не было в столовой, после сцены с Сицилией, она ушла в сад, где и просидела все это время. Немного успокоившись, девушка поняла, что перегнула палку и решила еще раз, на сей раз спокойно поговорить с бывшей подругой и извинится за свои грубые слова. Она как раз собиралась набраться храбрости, чтобы постучать в дверь, когда в коридоре показалась Джоан. Хельта не хотела говорить при свидетелях, а потому поспешила спрятаться в своей комнате. Вот и вся история. Немного успокоившись, она сказала, что не особо уверенна, но кажется видела кого-то в быстро идущим по коридору, когда она шла к Сицилии из сада. Когда Хельта окончательно успокоилась, я набралась наглости и попросила стакан воды, затем отвлекла ее внимание, вылила воду в вазу с цветами на столе и спрятала посуду между складками юбки. Распрощавшись я покинула комнату Хельты и Стеллы.

Одно могу сказать точно – Хельта не наш убийца.

Глава 7

Следующие две недели во дворце воцарилось затишье. И как подсказывала моя печенка, это было то самое пресловутое затишье перед бурей. Из слов Бредстона, дело о убийстве Сицилии стояло на месте. Кавальберы проверили нескольких подозрительных личностей, но ничего не обнаружили. Я успела собрать отпечатки всех фриби, в том числе и Рейны, а также самой королевы, так на всякий случай. Ни одного совпадения по отпечаткам. Хотя этот примитивный метод и не давал стопроцентного результата, но даже мало-мальски схожих следов я не увидела. Кстати, Джоан покинула дворец в тот же вечер, когда бросила свои слова с намеком на личность убийцы. Как сказала Рейна, девушка ушла по собственному желанию, но мне почему-то верилось в это с трудом. С авальером я встречалась три раза. Первый раз мы встретились здесь во дворце, потом в кавальбериате. Мы обсуждали его исследование и могу сказать, что Маркус Бредстон хороший специалист, его работа была весьма плодотворной. Вот так у нас стала зарождаться дружба. Ну и куда же без Яна Стефолда. Этот прохвост оказывался рядом всегда, как только я переступала порог кавальбериата. Складывалось такое впечатление, что он вообще не работает там, а просто развлекается. С Аароном Керри сталкивалась пару раз и каждый раз между нами возникал какой-то спор. Ну не могла я спокойно реагировать на едкие комментарии и недвусмысленные намеки этой ледышки. Так же могу заметить, что что-то типа дружбы у нас завязалось с Хельтой. К большому огорчению Паломы. Сестрица несколько раз пыталась развязать скандал, что якобы я пытаюсь совратить принца. Благо Рейна была на моей стороне и тут же прикрутила этой заразе хвост. Да и королева хоть и проявляла ко мне нездоровый интерес, все же не трогала пока я благополучно отшивала ее сыночка. А вот Киан казалось, с каждым отказом заводился все больше и только еще сильнее напирал. Его предложения на совместные прогулки сыпались как из рога изобилия, что уж говорить о мелких подарках и комплиментах.

Вскоре пришло письмо из дома. Кворбер писал, что у нас все хорошо, дела идут отлично. Это я уже знала из письма моего управляющего, он так хвастался новорожденным жеребенком какой-то дорогущей породы, что, не знающи, можно было подумать, что он пишет о своем ребенке. Так вот, возвращаясь к письму Кворбера. Все отчеты о наших делах я пробежала быстрым взглядом. Меня больше заинтересовали следующие строки:

«Должен так же поставить вас в известия, эйли Аленсия. Недавно в город прибыл человек, Томиас Кингли. Говорят, из самой столицы. Патрику стало известно, что этот Кингли собирал сведения. О вас. Он расспросил всех ваших соседей, знакомых, даже рабочих и слуг. У вас что-то случилось? Если возникнут хоть какие-то проблемы, немедленно сообщите мне. Помните, что вы не одни. И пожалуйста, будьте осторожны».

Томиас… Томиас… Знакомое имя, где-то я его точно слышала. Вот только где? Решив оставить эти мысли на потом, я отправилась на утреннюю тренировку с Дарреном.

***

Письмо с просьбой о срочной утренней встрече, встревожило Аарона. Он даже представить не мог, что такого важного потребовалось его величеству в такую рань. Но как он не спешил, а на все же пришел позже назначенного. А виной всему неугомонная графиня Миолен.

Проходя той же тропой, Аарон вдруг услышал женский вскрик. После убийства девушек можно было ожидать чего угодно, потому, недолго думая, старший кавальбер сорвался на бег и поспешил в ту сторону, откуда ему показалось кричали. К тому же обладательницу голоса он узнал сразу. Еще бы, если эта барышня не оставляла его в покое даже во снах. Сердце Керри неприятно сжалось. Неужели убийца вернулся? В мыслях Керри уже представлял самые ужасные картины, которые могли поджидать его там. Но увиденное было совсем другим. Сначала он почувствовал облегчение, затем раздражение и злость. Графиня была в компании молодого паренька. Кажется, он же был вместе с ней во время тренировке по метанию ножей. Только тогда он был одет в форму королевский лакеев, а сейчас на нем была простая рубашка без рукавов и серые штаны. Графиня же себе не изменяла, вырядившись в тот самый провокационный наряд. На первый взгляд Аарону показалось, что парочка обнималась. Парень прижал девушку к себе спиной, одной рукой удерживая ее за талию, а второй – за плечи. Злость Аарона вспыхнула еще сильнее. Он думал, что ее здесь убивают, а оказалось она просто развлекается! От этой мысли стало еще горче и мужчина зло сплюнул. Следующая картина повергла его в еще больший шок. Сделав руками какое-то невероятно быстрое движение и подсечку ногой, графиня каким-то немыслимым образом умудрилась перекинуть парня через себя. Лакей охнул, приложившись спиной о землю, девушка вскинула руки вверх и рассмеялась:

– Да! Четыре один в пользу Аленсии!

Отсмеявшись, она подала руку, уже сидевшему парню, тот поднялся.

– Госпожа, надеюсь, что однажды вы научите меня всем этим приемам, – с уважением в голосе заметил паренек. – И как вам это удается?

– Годы тренировок, Даррен, – ухмыльнулась девушка.

Тут она наконец заметила невольного зрителя их небольшого сражения. Раскрасневшиеся щеки, задорный блеск в глазах, несколько прядей темных волос выбились из хвоста. Сейчас она понравилась Аарону еще больше, чем во всех этих дорогих платьях с чопорным выражением лица.

– Эйл Керри! Желаете присоединится к тренировке? – Лукаво улыбнулась графиня, чем вывела Аарона из какого-то транса.

– Не в моих правилах устраивать бои с заведомо слабым противником, – спокойно, как, впрочем, и всегда ответил старший кавальбер.

– Ну зачем вы так? Даррен может вас удивить.

Парень как-то подозрительно крякнул и с испугом посмотрел на Керри.

– Не слишком ли вы, графиня, самонадеянны? – Сложил на могучей груди руки Аарон.

– Что вы, уважаемый старший кавальбер, я всегда здраво оцениваю свои силы.

Да эта мелкая нахалка никак бросает ему вызов! Многие мужчины, которые были хорошо знакомы с Аароном Керри, не осмелились бы бросить вызов старшему кавальберу. А здесь какая-то маленькая девица, что едва достигает макушкой к его плечам.

– Как-нибудь в другой раз, – хмыкнул мужчина.

– Вот, Даррен, запоминай. – Обернулась к лакею графиня. – Это не трусость и не бегство, это – тактическое отступление.

Паренек вдруг стал белее мела, широко распахнутыми глазами он смотрел то на графиню, то на медленно звереющего кавальбера. Аарон медленно опустил руки и с силой сжал их в кулаки. Эта наглая девчонка просто переходит все границы.

– Госпожа! Госпожа, вы опаздываете! Вы и так уже задержались на целых полчаса! – По тропе к ним бежала та самая русоволосая служанка.

Графиня сначала скривилась, а затем грустно вздохнула.

– Что же, эйл Керри, видимо и вправду не судьба, – развела она руки в стороны. – До скорой, надеюсь, что не очень, встречи.

Служанка возмущенно стала отчитывать свою хозяйку, не смотря на посторонних. Лакей, быстро поклонившись Аарону, поспешил за ними. Вот уж наглости, даже слуги у нее такие же.

***

– Девушки, попрошу минуточку внимания! – Хлопнула в ладоши Рейна. – У меня для вас важное объявление. Всем вам известно, что через два дня настанет день рождения его высочества. В честь этого замечательного события ее величество хочет устроить небольшой бал.

Девушки тут же оживились и радостно загалдели. Лично меня эта новость не то чтобы не обрадовала, скорее ввела в ступор. И месяца не прошло как здесь убили девушку, а королева ужу устраивала праздник. Хотя, чего я удивляюсь, если за пределами дворца было объявлено, что Сицилия погибла во время прогулки – буйная лошадь сбросила с седла.

– Тише, фриби, тише, – подняла руку Рейна. – Вы еще успеете все обговорить, но сейчас у нас слишком мало времени. Предстоит много работы, так что за дело!

И мы действительно все эти два дня бегали словно ужаленные, выполняя все поручения, касательно подготовки к празднику. Лично мне было поручено договорится о доставке цветов и украшение ими дворца и бального зала в особенности. Женщина в лавке цветов, адрес которого дала мне герцогиня, была с цепкой деловой хваткой, поэтому решили данный вопрос мы довольно быстро. Так как до вечера у меня оставалось еще свободное время, я решила забежать в гости к Маркусу.

***

Аарон подписал документы о закрытии еще одного дела, поставил несколько печатей с разрешением на начало новых расследования, завершение дел, готовых для суда. Ситуация с делом о убийстве фриби бескрайне бесила старшего кавальбера. Никаких свидетелей, никаких зацепок, вообще ничего. Всех, кто входил в число подозреваемых, исключили из этого списка. Единственными, кого из этого списка не убрали, оставались королева и принц, но с ними не все было просто. Даже если они действительно виновны, так просто это не докажешь. При воспоминании о принце у Аарона свело зубы. Этот самовлюбленный индюк раздражал главного кавальбера. Его совершенно не волновали дела королевства и политика в целом. Страшно даже представить, что ждет королевство, когда трон перейдет к Киану.

В двери кабинета постучались и молодой кавальбер из новичков принес очередной ворох бумаг для заверения. Аарон поджал губы. Ему нравилась его работа, нравилось искать разгадки на самые сложные и запутанные дела. Но у всего этого была и обратная сторона, которую Керри просто ненавидел – бумажная волокита. Вчитавшись в очередные ровные строки лежащего перед ним документа, Аарон заметил, что в деле не хватает подписи авальера, осматривавшего тело убитого. Решив немного размяться, Аарон понес бумаги к Макрусу лично.

Подходя к нулевому уровню здания, где находилось охлажденное место, где работал Маркус с трупами, Аарон услышал смех Стефолда. Странно, его заместителя вообще здесь быть не должно было. По приказу Аарона Ян должен был проверить одного из приближенных принца. Того человека, который обычно выполнял за него всю грязную работу.

– Нет, милая эйли, все же это не самое лучшее занятие для молодой красивой девушки, – сказал Стефолд.

– Стеф, поставь обратно! И вообще ничего здесь не трогай. Сколько можно повторять одно и то же? – Стал ругать друга Маркус.

– Фи, эйл, ваше понятие о предпочтениях женщин уже давно устарели, – ответили Стефолду.

Аарон Керри сбился с шага. Да быть этого не может! Снова эта девушка. Неужели она его преследует? А что вообще происходит, и кто ее впустил? Совсем распоясались. Это надо же, допустить постороннего в центр.

– Бредстон, объяснись, – на ходу открывая двери, строго приказал Аарон.

Маркус замер над телом. Стефолд, сидевший за письменным столом авальера, присвистнул и опустил голову. А на столе с рабочими инструментами Маркуса, отодвинув все в сторонку, сидела сама графиня Миолен. Девушка беззаботно болтала ногами в воздухе, грызла яблоко и подавала авальеру очередной нужный для работы скальпель. Вид всей троицы был таким забавным и беззаботным, словно они находились не в компании трупов, а на мирной прогулке в парке.

– Ну, мы тут…– замялся Маркус.

– Тело вскрываем, – подсказала графиня, обращаясь к Аарону. – Рада снова вас видеть, эйл Керри.

– Не могу сказать того же, графиня, – холодно ответил кавальбер.

– Друг, тебе срочно нужно подучиться разговаривать с девушками, – рассмеялся за столом Ян, но под хмурым взглядом начальства тут же присмирел.

– Я требую внятного объяснения, почему здесь находится посторонний, – глядя прямо в глаза мнущегося на месте авальеру, повторил слова Аарон.

Но ответит ему все та же неугомонная девица:

– Эйл Керри, а он не посторонний. Он труп!

Стефолд снова рассмеялся, но на этот раз его не смог остановить никакой строгий взгляд. Маркус попытался скрыть улыбку в бороду. Графиня бросила на Аарона ехидный взгляд, вздохнула и спрыгнула со стола.

– Ладно, ребята, мне, пожалуй, пора. С этим балом дел, знаете ли, невпроворот. – Аленсия расправила складки на юбке и снова подняла голову. – Ар, была рада тебя повидать.

– Графиня, – прорычал Керри.

– Это его так зовут, – указала она на труп, лежащий перед Маркусом. – Архен кин Тагор. И да, Маркус, можешь смело записывать в строке причины смерти – отравление. Синюшний оттенок вокруг губ и красная ссыпь на коже, дяденьке явно подсыпали ядовитых грибов.

Маркус удивленно посмотрел на труп мужчины таким взглядом, будто в первый раз увидел его. Стефолд так же поддался вперед, чтобы как можно лучше рассмотреть все. Авальер тем временем выругался, а затем улыбнулся.

– А ведь точно. Спасибо, Лена, твоя помощь как всегда кстати, – подмигнул бородач.

От ушей Аарона не укрылось обращение Бредстона к графине. Необычное сокращение имени. Лена? Когда это эти двое успели так сблизиться?

– Эйл Стефолд, спасибо за яблоко, – улыбнулась Аленсия, забирая со стола свою шляпку и сумочку.

– Вот так всегда, – печально вздохнул Стефолд, – к этому верзиле значит Маркус, а ко мне эйл Стефолд. Эйли Миолен, вы разбиваете мне сердце.

– Скажите это девушкам, которым разбили сердце вы, – фыркнула Аленсия.

Игнорируя Аарона, графиня поправила шляпку, подмигнула Яну и направилась на выход. Керри некоторое время просто стоял и смотрел на своих друзей и подчиненных, пока те отводили взгляд в сторону.

– Поговорим позже, – сказал наконец главный кавальбер прежде чем выскочить за двери.

Маркус и Ян задумчиво смотрели вслед начальнику, на губах последнего играла улыбка.

– Мне показалось или…

– Или, друг мой, или, – еще шире улыбнулся Стефолд, перебивая авальера.

– Может нам стоит…

– Нет. – Твердо сказал все тот же Стефолд. – К тому же, мне нравится наблюдать за ним. Особенно мне нравится его реакция, каждый раз, когда она жалит его своим острым язычком.

– Ты не прав. Лена хорошая, – тут же встал на защиту подруги Маркус, – а вот он ведет себя по-хамски.

– Он просто еще не понял, что уже было совершенно преступление.

– Какое?

– Кто-то украл чье-то сердце, – Стефолд рассмеялся собственной шутке.

***

– Графиня! – Оклик Аарона Керри застал меня уже на лестнице.

Я притормозила, обернулась и стала ждать, когда он подойдет ближе. Сейчас будет очередная лекция о правилах поведения молодых эйли и подозрения в моей невменяемости.

– Что вы делали в отделении авальера и кто вас вообще туда пустил? – Еще на подходе начал говорить Аарон.

– Навещала друга, а остановить меня никто и не пытался, – честно созналась я.

– И кого из них вы считаете другом? Архена? – Сложил руки на груди Керри.

А он оказывается полон ехидства и черного юмора.

– Вы тоже заметили, что он хороший собеседник, да? – Захлопала я ресницами.

Керри снова стал злиться. Это я поняла по его плотно сжатым губам и ходившим желвакам. Глаза мужчины сверкнули таким гневом, что на мгновенье показалось, что мне просто открутят голову. Поэтому решила больше не испытывать нервы кавальбера на прочность.

– А если серьезно, эйл Керри, то это не ваше дело – кого и почему я считаю другом. – Глядя ему в глаза, припечатала я.

– Чего вы добиваетесь? – Был его следующий вопрос.

Я решила перестать строить из себя наивную дурочку. Глупая улыбка, от которой уже порядком сводило зубы, наконец сползла с моего лица.

– Я уже говорила, что просто хочу помочь, – честно сказала я.

– Зачем?

Да что же он заладил – зачем да почему? Вот же вредный мужик. И чего он только меня так бесит? Когда Аарон Керри вдруг резко приблизился у меня внутри все просто закипело.

– Для этого разве нужна причина? Я просто могу сделать это. Просто это в моих силах. Я обладаю нужными знаниями и …

– Вот именно, – нагло перебили меня. – Вы обладаете знаниями неизвестными больше никому. Где любимая примерная дочурка могла этому научиться?

Говоря это, Аарон наступал на меня все ближе и ближе. Шаг за шагом он заставлял меня отступать, пока спиной не уперлась в стену, а Керри не завис надо мной словно гора. Мужчина был высок, так что мне пришлось высоко задрать голову, чтобы посмотреть ему в глаза. Эти черные завораживающие глаза… Сердце забилось словно сумасшедшее. Каждой клеточкой своего тела я чувствовала жар, исходящий от него. Терпкий запах дерева дурманил разум. Да что это со мной?! Ау, Ленка, очнись! Аарон оперся руками о стену, около моей головы. Получилось так что стояла в кольце его рук.

– Что вы делаете? – Пискнула я.

– Какое волшебное зелье нужно принять, чтобы стать такой храброй? – Обжигая мой висок горячим дыханием, прошептал мужчина.

Что-то щелкнуло в моей голове, и я резко оттолкнула его от себя. Подхватив юбку, вбежала на несколько ступеней вверх и обернулась. Аарон Керри стоял на том самом месте и смотрел на меня немного удивленным и злым взглядом. Гордо задрав подбородок, я растянула губы в хищном оскале и громко произнесла:

– Вы хотите знать, что нужно для храбрости? Всего лишь умереть, эйл Керри.

***

Томиас поймал Аарона все на той же лестнице. Кавальбер так и стоял на том самом месте, глядя на вверх лестницы, где недавно скрылась графиня. В его ушах все еще звенели ее последние слова. Что бы это могло значить? Томиасу пришлось не единожды звать его по имени, чтобы обратить на себя внимания.

– Аарон! – В который раз позвал мужчина.

Старший кавальбер тряхнул головой и обернулся.

– Здравствуй, Том, – поздоровался он.

– Я принес то, что ты просил, – коротко отчитался мужчина, указывая на папку в своих руках

– Не здесь, пойдем в кабинет.

Томиас был тем самым человеком, который мог найти любую информацию. Любые щекотливые вопросы всегда решал именно он. Его связям можно было только удивляться.

– Рассказывай, – коротко приказал Аарон, как только за ними закрылась дверь.

И Томиас Кингли действительно стал рассказывать и с каждым его словом, удивление Аарона росло все больше. Унижения, избиения, лишение наследства? Да они об одном человеке говорят вообще? Тот образ запуганной тихой девочки сиротки никак не связывался с наглой, уверенной в себе графиней, которую знал он. Но и не верить словам Томиаса причин не было. С другой стороны, неизвестно какие изменения произошли бы с ним, попади он в такую ситуацию. Но он мужчина, а Аленсия юная, хрупкая девушка, что в один момент осталась одна против этого ужасного и несправедливого мира. Хотя его заинтересовал тот момент, когда Томиас сообщил о изменениях в поведении девушки. И в этом была как раз загвоздка. Он видел на что способна, казалось бы, хрупкая беззащитная эйли. И он с точностью мог сказать, что такого мастерства нельзя достичь за несколько дней. Было что-то в этой истории странное и он обязательно узнает в чем же дело.

– Неужели вдовствующую графиню не призвали к ответственности? – наконец спросил Керри.

– Нет. Начальник местного кавальбериата близкий друг Айши. Поэтому Аленсии приходилось терпеть все и не ждать помощи. Единственными близкими людьми ей стали трое слуг.

Некоторое время в кабинете стояла тишина. Аарон обдумывал слова Томиаса, и вся эта информация никак не хотела укладываться у него в голове.

– Так измениться просто невозможно, – в конце концов сказал Керри. – Ладно если бы изменения касались лишь характера, но умения… Они не могли взяться просто так.

– Было еще кое-что странное, – задумчиво почесал бровь Томиас. – Один из слуг подслушал как разговаривали повариха и личная горничная Аленсии. Так вот, девушка жаловалась, что волнуется за свою госпожу, потому что после травм та потеряла память. Полностью. Она не помнила даже собственного имени.

– А такое вообще возможно?

– Я спрашивал у Маркуса, он говорит, что вполне. Если травмы были нанесены на голову, плюс к этому постоянное психологическое давление.

Аарон снова задумался. Случай действительно необычный. Аленсия ар Миолен становилась в его глазах все загадочнее и загадочнее. Возможно именно этой необычной она и зацепила его. Другой причины, почему она все время не выходит у него из головы, у Аарона не было.

– Спасибо, Том, ты хорошо поработал. – Кивнул Аарон.

Томиас Кингли кивнул и понялся на ноги, но у самых дверей затормозил и обернулся:

– Только знаешь, ты зря ее подозреваешь. Аленсия не тот человек, что пойдет на убийство.

– Я приму твои слова к сведению, – буркнул Керри.

Томиас слабо улыбнулся и вышел. А перед глазами Аарона снова появился образ голубоглазой графини.

Глава 8

День рождения принца наступил весьма быстро. Он обещал быть трудным и долгим, но я не позволила себе отлынивать от тренировок и ровно в шесть утра бодро шагала в сторону своей излюбленной поляны. Так как с подготовкой к празднику у слуг было много работы, мне пришлось остаться без компании.

Рассматривая находящуюся вокруг красоту, я не сразу заметила, что моя полянка была нагло занята одним твердолобым и скупым на эмоции типом.

– Когда вы не язвите, а на лице отсутствует маска безразличия, даже кажетесь хорошенькой, – немного хриплый голос заставил вздрогнуть.

Ну вот, что я говорила? Как есть – чурбан бесчувственный. Хотя постойте… Это он мне только что комплимент сделал? Он? Мне? Хотя, честно, с перепугу я едва не высказалась исконно русскими словами, объясняя какой он нехороший человек и куда может засунуть свой сомнительный комплимент. Приложив руку к груди, где бешено билось сердце, хмуро посмотрела на мужчину. Аарон Керри всей своей невозмутимой персоной стоял в нескольких шагах от меня. Прислонившись плечом к дереву и сложив руки на груди, он прямо-таки излучал полнейшее спокойствие и не дюжую силу. Пусть Керри не был таким большим как Маркус, но я ни капли не сомневалась, что этот мужчина может быть очень даже опасен. Не смотря на утреннюю прохладу, кавальбер был в одной белой рубашке с закатанными рукавами и расстегнутом воротом. Взгляд то и дело возвращался туда, где виднелась голая мужская грудь. Так! Лена! Стоять… куда-то тебя не туда понесло. Темные, почти черные, глаза неотрывно следили за мной.

– Ваше счастье, что сегодня у меня нет с собой ножей, – прошипела я.

– Это было бы нападение на представителя закона, графиня, – спокойно ответил мужчина.

– Какое нападение? Все чисто в целях самообороны. – Развела руками я.

– Так ведь обороняться не от чего, – Аарон насмешливо поднял бровь.

Жест этот был столь привлекателен, что я невольно залюбовалась. Да что же это?! У меня на этого типа точна какая-то химическая реакция начинается. Иначе с чего вдруг тело вдруг бросило в жар, а по позвонку, словно током ударило? Я фыркнула, как та кошка, и тоже скрестила руки на груди.

– Я обороняю свою девичью честь. Поскольку вы только что имели неосторожность оскорбить фриби ее величества, – стараясь, чтобы голос мой звучал ровно, сказала я.

– Разве? – Аарон оторвался от дерева и походкой хищника стал медленно подходить ко мне. – А мне кажется это был комплимент.

– Весьма сомнительный, смею заметить, – буркнула я, пытаясь скрыть волнение, что охватило меня от его приближения. – Теперь хотя бы мне стало понятно почему вы до сих пор не женаты.

– А вы интересовались моим семейным положением?

Я прикусила язык, почувствовав, как щеки заливает стыдливый румянец. Это надо ж было ляпнуть? Еще подумает, что и вправду заинтересовалась ним.

– Что вы здесь делаете? – решила перейти к делу.

Уголки губ Аарона немного приподнялись. Конечно, он раскусил мой маневр сменить тему и теперь насмехается в открытую. Ууу, злыдень…

– Кажется совсем недавно кто-то приглашал меня присоединиться к тренировке. Так вот, я пришел, – ошарашил меня мужчина.

Я стояла и просто глупо хлопала ресницами. Он ведь не серьезно это говорит? Определенно, господин кавальбер что-то задумал, а иначе и быть не может. То гонит меня ото всюду и обвиняет во всех смертных грехах, то теперь вот решил составить компанию? Угу, разве только придушить ненароком.

– В чем подвох? – В лоб спросила я.

– Никакого подвоха, – и глаза такие честные пречестные. – Мне просто стало жаль того бедолагу, над которым вы, графиня, так издеваетесь.

Сощурив глаза, я еще раз осмотрела мужчину с головы до пят. Хочешь тренировку? Будет! Рано или поздно все равно проколешься, иначе не быть мне лейтенантом. Не говоря больше ни слова, встала в стойку.

Соперником Аарон Керри был просто отличным (кто бы сомневался?), Даррен ему даже в подметки не годится. Все движения кавальбера были четкими и уверенными, но он себя явно сдерживал и бился не на полную силу. Где-то за маской безразличия все же есть в нем что-то человеческое. В свое оправдание могу сказать, что за это время все еще не смогла привести это тело в нужное состояние. Тем не менее тренировка вышла интересная, так что мы увлеклись и совсем потерялись во времени.

Сделав очередной ложный выпад, на который, я снова купилась, Аарон сделал подсечку. Я с некрасивым визгом стала падать, но умудрилась вцепиться в рубашку мужчины и потянуть его за собой. Благо, Керри все же быстро среагировал и упал на руки, чтобы не придавить маленькую меня. Взгляд черных глаз встретился с моим. Горячее дыхание опалило мои щеки, а в ушах громко стучали наши сердца.

– А вы не плохо деретесь, графиня.

– Могу сказать о вас так же, – фыркнула я. – Хотя в комплиментах вы тот еще профан, эйл Керри.

Мужчина вдруг рассмеялся и смех этот так его преобразил, что я замерла не в силах оторвать от него взгляда. Аарон Керри, всегда серьезный до зубовного скрежета, изменился до неузнаваемости. А ведь он красивый молодой мужчина, за которым наверняка страдают девушки и женщины разных возрастов. Сердце на мгновенье замерло, а затем забилось с ускоренной силой.

– Госпожа! – Возмущенно-обвиняющий голос Тили стал для нас обоих полной неожиданностью.

Аарон прекратил смеяться и молниеносно поднялся на ноги, увлекая меня за собой. От резкой перемены положения меня пошатнуло, но крепкие руки на талии не дали мне упасть. Моя верная горничная стояла в метре от нас, поставив руки в боки. Возникал вопрос: кто из нас госпожа, а кто служанка? Ее недобрый взгляд не обещал ничего хорошего. Зная характер этой девчонки, я больше чем уверенна, что вскоре меня ждет целая лекция на тему правильного поведения благовоспитанной эйли.

Перед глазами появилась примерная картинка того, в каком положении Тили застала нас с Аароном. И если мне хотя бы гипотетически стало стыдно, то Керри стоял с самым невозмутимым видом, мол, я вообще тут мимо проходил.

– Я снова опаздываю? – Спросила, чтобы хоть как-то разрядить обстановку.

Тили не ответила, но ее красноречивый взгляд говорил сам за себя.

– Что же, эйл Керри, благодарю за тренировку. Надеюсь, когда-то повторим, – улыбаясь, обернулась к Аарону, делая вид, что совершенно не замечаю недовольного сопения Тили.

– Обязательно, графиня, – ответили мне.

Я быстренько, едва сдерживая себя, чтобы не побежать, двинулась в сторону дворца. В голове был какой-то странный туман. Но ведь мне давно не восемнадцать, чтобы так реагировать на противоположны пол.

– Графиня! – Окликнули меня, а когда обернулась Аарон продолжил: – Простите меня за мои грубые слова.

Я едва сдержалась, чтобы не потереть кулачками глаза и поковырять в ушах. Он правда это сказал? Какой-то день открытий прямо! Но все интересное последовало дальше.

– И я буду благодарен, если вы сможете помочь в расследовании.

– Я…

– Эйли, вы опаздываете, – твердо сказала Тили, не дав мне ответить.

Бросив на мужчину извиняющийся взгляд, поспешила за служанкой.

***

– Ну давай, говори уже, – сказала я, когда уже порядком надоело громкой сопение Тили.

Я как раз допивала свой утренний чай, а моя служанка, подчеркнуто игнорируя меня, перебирала чистое белье.

– Разве я имею на это право, госпожа? – Буркнула Тили и направилась со стопкой белья к шкафу.

– Тили, брось. Ты прекрасно знаешь, что являешься для меня не просто служанкой, а верной подругой, – улыбнулась я.

Девушка вернулась за очередной стопкой вещей, подняла их, тут же кинула обратно на кровать и обернулась ко мне.

– Чем вы вообще думали? А если бы вас кто-то увидел? Эйли, неужели вы не понимаете, что связь с мужчиной, не являющимся вашим женихом, может плохо отразиться на репутации? – Начала свою тираду Тили.

– Стоп, стоп! – Подняла руки вверх. – А какой связи ты говоришь? Мы просто тренировались.

– Госпожа, вы лежали на земле в обнимку с посторонним мужчиной! – Ткнула в меня пальцем девушка, будто выносила приговор

– Я оступилась и случайно утянула его за собой, – буркнула я в оправдание.

– Еще скажите, что вам это не понравилось, – фыркнула эта нахалка.

Против воли я покраснела. Девчонка била не в бровь, а в глаз. Перед глазами мимо воли всплыл образ смеющегося Аарона. Его просьба была… подозрительной. Я не считала себя такой наивной, чтобы поверить, что Керри проникся ко мне профессиональным интересом и действительно решил принять мою помощь. Он явно преследовал какие-то свои цели. Ну и пусть. Кровавых скелетов в шкафу не держу, а то, что являюсь душой-переселенцем уж явно никто не догадается. Может у кавальбера и были какие-то цели касательно меня, зато теперь я действительно могу заняться любимым делом. От предвкушения даже кровь в жилах закипела.

– Матушки, эйли, да вы никак влюбились? – Вклинился в мои мысли ехидный голос Тили.

Я едва не подавилась злосчастным чаем.

– Тили?!

– Что? – Ни капли не смутилась она. – Я чай не слепая, вижу какими взглядами вы друг на друга смотрите.

– И какими еже? – Ляпнула я.

– Голодными, – был мне ответ.

И все же я подавилась.

***

День, как я и предполагала, выдался тяжелым. Я и остальные фриби не приседали ни на минутку, бегая по всему дворцу и контролируя приготовления к празднику. Около семи вечера Рейна отправила нас собираться и на все про все выделила каких-то полтора часа, что по меркам эйли было ничтожно мало. В половине девятого мы должны были присутствовать в покоях королевы.

Как мне сказали, король был против всей этой затеи, но королева настояла. Его высочеству стукнуло двадцать один, пора задуматься о выборе невесты. Поэтому бальный зал королевского дворца просто кишел юными, и не очень, незамужними эйли, разряженными по последней моде. Каждая из них мечтала обратить на себя внимание принца. Я смотрела на них, как на кур, готовящихся к убою. Не потому что мне не нравились эти девушки, честно говоря, я никого из них не знала и мне на них было просто все равно. Но убийцу так и не нашли, как и не доказали, что убивали исключительно любовниц короля. Возможно, здесь просто затерялся очередной псих-маньяк, который охотился на молодых красивых девушек. Одна из этих девиц могла стать следующей жертвой. И видимо думала так не одна я, ибо охрану во дворце усилили вдвое. К тому же на балу присутствовал сам Аарон Керри и его команда. Одет он был как обычный гость в черный костюм тройку и скажу, что этот наряд шел ему так же хорошо, как форма кавальбера.

Мы, то есть фриби, вошли в зал в след за королевской четой. Как и полагается по местному этикету шли в двух шагах позади ее величества, а затем заняли место по левую руку от нее. Король сделал небольшое объявление, поблагодарил всех, за то, что пришли поздравить наследника и пожелал хорошего вечера. Коротко и ясно. Я прямо зауважала этого мужика. Именинник, одетый в белоснежный костюм с золотой лентой на груди, сверкая белозубой улыбкой, принимал поздравления по правую руку от короля. Этот тип умудрялся строить глазки всем девушкам подряд. Как у него косоглазие еще не развилось, не понимаю. Наступило время танцев и мужчины стали приглашать своих дам. Я поспешила затеряться в толпе, если же кто и подходил, ссылалась на срочные дела, плохое самочувствие или откровенно лгала, что уже имею партнера на танец. Первые четыре танца удалось прогулять без проблем, а во время пятого случился небольшой конфуз.

– Эйли Миолен, не ожидал вас здесь увидеть, – раздался над моим ухом писклявый голос.

Я обернулась. Позади стоял парень (мужчиной его назвать язык не поворачивался) прыщавой наружности и тощий, как жердь. Маленькие глазки, острый нос, пухлые губы и типичный для юношей пушок над верхней губой.

– Я очень рад встрече, – улыбнулся неопознанный паренек.

Ну что, я за тебя рада. Только вот проблемка – знать не знаю кто ты такой.

– Мне так жаль, что у вас возникли проблемы из-за меня. Право, ваша сестра должна была понять, что у меня не было на нее никаких планов. – Начал исповедоваться паренек. – Если бы я только знал, что не безразличен вам…

На этом моменте, каюсь, рассмеялась. Нервно. Кажется, я поняла, что это за фрукт. Тот самый сбежавших жених Паломы, из-за ревности к которому она приказала избить Аленсию. Приревновала… угу… И к кому? К этому прыщу?! В который раз убеждаюсь, что у моей «сестренки» совершенно отсутствует вкус.

– Я понимаю ваши чувству, эйли, – по-своему понял мой смех парень и попытался взять меня за руку, но я успела спрятать ее за спину. Он, делая вид что не заметил маневра, продолжил: – Давайте потанцуем.

– Я уже обещала этот танец другому, – выдала уже отработанную фразу.

– Не врите мне, Аленсия, вы стоите в одиночестве весь вечер. – Поразил он меня своей наблюдательностью. Следил что ли? – Если вы боитесь реакции своей сестры, то уверяю вас – я не дам вас в обиду.

– Дорогой мой, – начала закипать я, после очередной попытки схватить меня за руку, – если ты сейчас же не уйдешь с глаз моих, то уверяю в скором времени помощь потребуется тебе.

Парниша выпучил глаза и стал похож на жабу. Вот уж точно хорошенькая пара получилась бы – пикинеска и жаба.

– Но…

– Эйли занята. Что не понятного? – Раздался за моей спиной голос Яна Стефолда.

Я обрадовалась ему как родному, а прыщавый, бросив на мужчину оценивающий взгляд, наконец понял, что ловить ему здесь нечего и тут же поспешил смешаться с толпой.

– Теперь, милая, вы должны мне танец, – улыбаясь своей фирменной плутовской улыбкой, заявил Стефолд.

– Когда это я успела вам что-то задолжать? – С улыбкой поинтересовалась я.

– Как? Буквально только что я спас вас от посягательств на вашу честь! – выпятил грудь мужчина.

– Могли не напрягаться, сама бы прекрасно справилась, – махнула на него рукой.

– Вот она – вся коварность женской души, – трагично вздохнул мужчина, положа руку на сердце.

Я рассмеялась.

– Ладно. Признаю официально. Вы – мой герой! – хлопнула в ладоши.

Воскликнула я это довольно громко, так что заслужила косые недовольные взгляды местных матрон. И если Стефолд едва сдерживал смех, то я отправила им приветливую улыбку.

– Герою требуется вознаграждение, – Ян протянул руку.

Не колебавшись я вложила свою ладошку в его. К счастью, следующий танец был чем-то похож на наш земной вальс. Конечно, дома я заставила Леа научить меня местным танцам, хоть это и казалось им дикостью, ведь настоящая Аленсия училась танцевать с тех пор как сделала первый шаг. Моим учителем и партнером стал наш семейный лекарь, который походил из одной аристократической семьи, богатства свои они потеряли, но гордость и традиции остались.

– Должна предупредить, что в танцах я полный профан, – честно созналась я.

– Запомните, главное в танце – умелый партнер, – выдал фирменную улыбку этот искуситель.

Следующие минуты я имела честь убедиться в его словах. Стефолд оказался действительно умелым партнером, и я даже получила от танца удовольствие. В прочем, зная какой он ловелас, не удивительно, что он так умело двигается. Партнерш для тренировок у него явно было много.

В один момент каким-то шестым чувством почувствовала на себе чужой взгляд, но как бы не вертела головой, а уловить наблюдавшего так и не удалось. Музыка смолкла, чтобы тут же возобновиться, но уже в с другим мотивом. Стефолд проводил меня обратно к столу с закусками, где нас встретил Маркус. Осыпав меня комплиментами, Бредстон что-то быстро зашептал на ухо своему коллеге. Сначала я думала, что речь возможно шла о работе, но увидев, как на лице Яна расползается ехидная улыбочка, а во взгляде вспыхивает огонь торжества, тут же отбросила свои догадки.

– Значит, все-таки я был прав. Наша глыба дала трещину, – потер довольно руки мужчина.

Что бы это могло значит я не знала и приблизительно. Только Бредстон отчего то бросал на меня какие-то странные виноватые взгляды, но заметив мой вопросительный тут же стал болтать всякие глупости. Вяло поддерживая ничем не примечательный разговор, взглядом осматривала разно ряженную толпу, когда мое внимание привлекла одна парочка в противоположном конце зала. Мужчина и женщина что-то бурно обсуждали и смеялись. Казалось, что они получают от праздника настоящие наслаждение. Все бы ничего, но этим мужчиной был Аарон, а его собеседницей Анастейша. Эта парочка что-то активно обсуждала, фриби с раскрасневшимися щеками рассмеялась и как бы невзначай положила ладошку на грудь кавальбера. Ничем не обязывающий жест, но что-то внутри меня прямо всколыхнулось от негодования. Да какая мне разница кто и как его лапает? Они оба взрослые свободные люди и… Что «и»? Боги, Леныч, куда тебя понесло? Именно этот момент выбрал Аарон, чтобы обернутся и посмотреть прямо на меня. Щеки тут же вспыхнули, и я поспешила позорно «дезертировать», обернувшись к мужчинам. Благо, Ян и Маркус были увлечены разговором и не заметили наших с Керри игр в гляделки.

– Внимание! – Громко на весь зал раздался чей-то пьяный голос.

Из толпы слегка пошатываясь выделился один товарищ. Молодой еще лорд в бордовом пижонском наряде с бокалом в руке и следом яркой розовой помады на щеке. Кажется, он был одним из дружков принца.

– Сегодня знаменательный день – день рождения его высочества, – все вокруг тут же заорали, захлопали и осыпали принца поздравлениями, сам же виновник торжества кривил губы в самодовольной улыбке и с интересом наблюдал за пьяным товарищем, а тот не заставил долго ждать: – Предлагаю сделать принцу подарок. Пусть тот, кого выберет его высочество, исполнит одно желание его желание.

Толпа тут же довольно загудела, обсуждая предложение. Некоторые не скрывали интереса, девицы стали активно привлекать внимание принца. Дамы и господа чуть постарше наблюдали за глупостями молодежи с легкими улыбками. Были и такие, что недовольно поджимали губы и обсуждали неприличное поведения молодого господина. Среди последних был и король Арман. Ему явно не нравилась эта затея.

Тем временем, подталкиваемый друзьями в центр зала, принц рассмеялся, а затем поднял руку, призывая к молчанию.

– Мое желание исполнит… эйли Аленсия ар Миолен, – выдал этот… индюк.

Вот же… Мой зубовный скрежет, наверное, не услышал только глухой. Девицы разных возрастов дружно надули губы и бросали на меня злые взгляды. Матушки… да забирайте его со всеми королевскими потрохами! Не хватало для полного счастья, чтобы мне еще стали мстить обиженные подружки принца. Появилось острое желание послать высочество куда по дальше, но непременно с эротическим уклоном.

И пока я мысленно желала принцу всех «благ», все внимание зала было приковано ко мне. Я буквально кожей чувствовала все эти взгляды. Тут же зачесалась спина, нос, да и вообще было чувство, что под платьем затеяли забег муравьи.

– Вы не обязаны этого делать, – я вздрогнула от голоса Аарона, раздавшемуся прямо над моим ухом.

Бросила на него быстрый взгляд. Ишь ты, совсем недавно влюблялся с Анастейшей совсем в другом концу зала, и вдруг появился тут, как черт из табакерки. Неужели моя бедная персона так не дает ему покоя, что он даже подружку бросил ради меня?

– Ну же, эйли, удовлетворите просьбу принца, – подначивал меня друг принца.

Откажись я от выполнить желание, нанесу оскорбление наследнику престола, а выполнять его тоже не было никакого желание. Мало ли чего этому высочеству захочется… Он же извращенец! Бросила быстрый взгляд на Рейну, та с недовольным видом сверлила «любимого» племянника взглядом, но поймав мой, тут же улыбнулась, будто извиняясь. Что ж, выбора нет.

– У меня нет выбора, – шепотом озвучила свои мысли Аарону Керри и уже громче добавила: – Что желает получить его высочество от скромной фриби?

Киан осмотрел меня с головы до пят, я прямо кожей чувствовала этот липкий взгляд. Стало противно, захотелось тут же содрать с себя одежду и нырнуть в ванну с головой, чтобы смыть это ощущение.

– Однажды, ко мне дошли слухи, – начал принц, а мне уже стало страшно, – что дочь графа Миолена обладает голосом ангела. Так вот, я хочу, чтобы эйли подарила мне песню.

Всего то? Пф… Все для тебя, милый. Правда смущала меня одна вещь… Это ведь прежняя Аленсия умела петь, а не нынешняя. Мне Тили уже не единожды говорила об этом. Но раз уж теперь я в этом теле, то и голос у меня должен быть ее. Угу, ангельский.

– Как пожелает его высочество, – как можно грациознее присела в реверансе и судя по вспыхнувшему взгляду принцу мне это удалось.

Знала я в свое время одну песенку, как раз в тему будет. Главное только, чтобы после нее мне голову не отрубили. Но чем черт не шутит? Поэтому я побрела к музыкантам, чтобы хотя бы примерно напеть им мотивчик. А предвкушающая улыбка на губах расползлась сама.

***

Аарон смотрел как, улыбаясь, Аленсия становится в центре бального зала. Для такого случая вся многочисленная толпа расступилась, образуя полукруг, так чтобы всем была видна девушка, и чтобы ее никто не закрыл от взгляда королевской семьи. Своей улыбкой она смогла обмануть многих, даже тупица Киан поверил, что она действительно сдалась, уступая его прихоти. Наверняка эта вся глупая затея была его идеей, чтобы таким странным образом обратить внимание красивой фриби на себя. Так вот, говоря о ее улыбке, хоть Аарон и проводил с ней время меньше, чем его авальер, но уже точно знал, что эта девица приготовила очередную пакость. А все дела в танцующих в ее глазах бесятах.

Вот пальцы музыкантов тронули инструменты и в зале раздались первые робкие ноты неизвестной песни, а стоящая в центре зала красивая девушка приготовила петь.

– Небо чисто, небо ясно

Непорочная душа

Даже звездные алмазы

Не посмеют нам мешать…[1]

Как только по залу поплыл девичий голос, сердце Аарона замерло. Аленсия с грацией королевы провела в воздухе рукой будто указывала на те самые звезды, о которых пела. Этот простой жест, освещение, платье – все делало ее в этот момент такой красивой, что невозможно было не восхищаться ею. Вплоть до того момента, когда ее улыбка из робкой стала какой-то предвкушающей. Аарон напрягся, а стоящие за его спиной товарищи невольно переглянулись.

– …Пусть шпионы королевы

Пуще роз цветут в кустах

Не отступит самый верный

Истинной любви монах…[1]

Стефолд, что имел неосторожность в этот момент сделать глоток вина, подавился. Глаза Бредстона стали больше чем золотая монета. По залу прошлись тихие шепотки. Музыка становилась все громче. Король недовольно хмурился, а вот Киан получал настоящие наслаждение от такого представления. Королева Вайолет, слегка приподняв брови, посмотрела на главную фриби, но та выглядела такой же удивленной.

– … Нет страшнее преступленья

Мучать жаждою любви

Ни молитве ни смиренью

Не унять огонь внутри

Так недолог миг удачи

Чтоб напиться ночью всласть

Не приклонен к сердца плачу

Истинный палач мой власть…[1]

Аленсия снова взмахнула руками и закружилась, не переставая петь. Аарон видел какое впечатление она производила на гостей: от мужского вожделение и женской зависти к возмущению и недовольству. Король хмурился все сильнее, принц никого не стесняясь, наслаждался позором отца. Аарон искренне не понимал, неужели она действительно не понимала какие последствия получат ее слова? А девушка тем временем, будто погрузившись в какой-то транс, все продолжала петь.

-… Нет свободы в жизни нам

Королевам и королям

Сей порочный круг

Давно сомкнулся

Мой любезный друг

Все завидуют, а зря

Нет несчастнее короля

Поседевшего как дно морское

От любовных мук…[1]

Аленсия прокружилась мимо Киана. От Аарона не укралось то, как подался вперед принц в надежде ухватить ее за руку, но девушка ловко увернулась. К творящемуся внутри Керри возмущению и негодованию, присоединилась самая настоящая злость. Как этот мерзавец смеет протягивать к ней свои грязные ручонки? Кавальбер с силой сжал кулаки.

– Что она вытворяет? – Прошипел над ухом Ян, наблюдая как Аленсия останавливается около девушек фриби.

– … Так обманчиво красиво

Вьется испокон веков

Золотая паутина

Манит новых мотыльков

И соблазн превыше страха

Тянет в омут как магнит

Кто понравится монарху

Сгинет или воспарит…[1]

Рыжеволосая девушка вспыхнула, возмущенно открыв рот. Кажется, эта была та самая дочь второй жены покойного графа Миолена. Зато стоящая рядом с ней Анастейша с наслаждением наблюдала за представлением, с улыбкой и восхищением глядя на Аленсию. Музыка стала просто оглушающей, графиня выхватила из толпы молодого парня и в танце закружилась с ним по залу. Все внутри Аарона уже буквально кипело. Ему хотелось вырвать хрупкое девичье тельце из лап этого хлыща, увести с чужих глаз и неизвестно чего хотелось больше отругать или поцеловать. Поймав себя на этой мысли, мужчина резко со свистом выдохнул.

И такое поведение не укрылось от глаз, наблюдавших за ним друзей. Ян и Маркус переглянулись и на лицах обоих мужчин расплылись одинаковые победные улыбки. Они уж точно знали какой конец будет у этой «песни».

***

Музыка стихла, я замерла, присев в реверансе и опустив глаза в пол. В зале стояла звенящая тишина. Тяжело дыша, пыталась унять нервную дрожь в руках. Да и поднимать голову, если честно, было немного страшновато. Не хотелось мне сейчас смотреть в глаза взбешенному королю. А то, что он именно взбесился после моей песенки, я не сомневалась. Начав петь первые строки, меня уже нельзя было остановить. Песня утягивала и действовала на меня не хуже, чем бокал того крепкого красного вина, что раздавали сегодня гостям. Лишь под конец своего выступления поняла, глядя на ошарашенную толпу, что палку все-таки перегнула.

Внезапно в зале раздался заливной женский смех и одинокие хлопки. Подняв резко голову, с облегчением поняла, что смеялась королева. Вскоре ее смех подхватил весь зал, а громкие аплодисменты просто оглушали. Что ж, нужно будет выразить Вайолет дан Эрнанд благодарность, она позволила превратиться моей песенке в шутку. Даже король был вынужден нацепить на лицо улыбку, делая вид, что тоже доволен шуткой.

Раздавая направо и налево поклоны, я не заметила, как из толпы прямо перед носом выскочило его высочество собственной наследной за… гхм. Слишком близко выскочило смею заметить. Алкогольные пары неприятно щекотали мое лицо. Я поморщилась, но принц этого даже не заметил.

– Теперь я обязан вас отблагодарить за шикарный подарок, – выдохнул принц прямо мне в лицо.

Еще немного и я сама дойду до такой же кондиции от его дыхания. Окружающие нас люди с любопытством наблюдали за бесплатным представлением, и никто даже не пытался угомонить наследника.

– Ну что вы, Ваше Высочество, это был мой долг, – пропыхтела я, пытаясь отступить на несколько шагов, а лучше метров, в сторону.

Но не тут-то было! Принц неожиданно схватил меня за руку и резко дернул на себя. Я охнула, наступила на край юбки и уже готова была печататься носом в его грудь, когда на моей талии появилась чья-то твердая рука.

– Думаю, эйли уже подарила свой подарок. Довольно с вас, Ваше Высочество, – почти прорычал Аарон Керри.

– Керри, – выплюнул, словно ругательство, Киан, – не вмешивайся в наши дела.

– В ваши, – выделил он второе слово, – я не вмешиваюсь. А вот с графиней у вас общих дел быть точно не может. Запомните это, принц.

Я, все еще прижатая к груди Аарона, затаив дыхание, слушала их короткий диалог. Все присутствующие усердно делали вид, что происходящая ситуация их никоим образом не касается и что это не они вот уже которое время топчутся на одном месте и рискуют получить косоглазие. Впрочем, мне на них было глубоко наплевать, а вот то, что принц даже не попытался приструнить наглого типа в лице кавальбера, меня очень даже заинтересовало. Во взгляде высочество промелькнула такая ненависть, что у меня даже мурашки по спине побежали.

– Идем, – Аарон переместил руку с моей талии на запястье и повел сквозь толпу прочь из большого зала, игнорируя шепотки и удивленные взгляды присутствующих.

Мы молча бродили по темным коридорам королевского дворца, а на мои вялые попытки узнать куда все же мы направляемся, этот несносный человек даже ухом не повел. Смею заметить, что в лабиринтах многочисленных коридоров Аарон двигался уверенно. Музыка давно стихла где-то за нашими плечами, а мы все продолжали идти, пока просто не очутились на улице. Свежий ночной воздух ударил в лицо и на миг у меня даже закружилась голова. Звезды словно в насмешку надо мной весело подмигивали на небе, на котором не было ни единой тучки. В темноте виднелись деревья, видимо мы вышли к саду.

– Чем ты вообще думала?! – Взорвался Аарон, резко поворачивая меня к себе лицом. – Ты хоть понимаешь, что только что опозорила короля на глазах у всех?

– Зато королева осталась довольна, – буркнула я в свою защиту.

– Аленсия, королева не спасет тебя от гнева его величества! Да за такое тебя вообще казнить могут, ты хоть понимаешь это? – Не унимался он.

Хотела сказать, что ко смерти мне не привыкать, к тому у меня с ней, вернее с ними, свои отношения, но вовремя прикусила язык. Неподдельное беспокойство во взгляде мужчины заставило промолчать. Я просто смотрела на него и не могла заставить вымолвить ни единой ехидной фразочки, что так и крутились у меня в голове. Просто сейчас у Аарона Керри был такой вид… Он был зол, едва ли не взбешен, но в то же время встревожен и даже немного… напуган? Интереееесно… Что-то внутри меня вздрогнуло, ухнуло вниз и тут же вспорхнуло обратно, заставляя бедное сердечко биться в два раза быстрее. Возможно он что-то заметил в моем взгляде, потому что резко убрал свои руки с моих плеч и вообще сделал шаг назад. А я едва сдержала вздох разочарования, без его близости стало как-то неуютно и прохладно… Так! Леныч, ты снова за старое?!

– Помнится, что еще утром ты собирался воспользоваться моей помощью, – решила все-таки объясниться я, отбросив, как и он, все приличия и нагло обращаясь на панибратское «ты».

– Так это была твоя помощь? Просто замечательно! Ты очень поможешь тем, что тебе отрубят голову, – фыркнул Керри, скрестив руки на груди.

– Ты выслушаешь меня или нет? – Мое терпение тоже не безгранично, к тому же я дико устала и хочу побыстрее очутиться в кровати. – И вообще, какое тебе дело четвертуют меня или повесят?!

– Дура! Я же… – Аарон запнулся, мне показалось что даже смутился своей вспышки, взъерошил свои волосы и уже спокойнее продолжил: – Я не хочу, чтобы Маркус потерял помощника и друга в твоем лице.

М-да, более глупого ответа я представить не могла. Вот даже не знаю обрадовал или огорчил меня такой ответ.

– Говори, – скомандовал Керри.

Подул ветер. Я поежилась и обняла себя руками за плечи, после душного зала ночной воздух казался прохладным. Не мог найти место получше для разговоров? Только хотела высказать свое недовольство вслух, как на плечи лег теплый мужской пиджак, или как там их называют. Так как Аарон был намного выше меня, то края одеяния доходили мне едва ли не до колен. Отлично, можно носить вместо плаща. Немного смутившись, подняла глаза.

– Спасибо, – сказала тихо.

– Место для разговора не совсем удачное, но зато здесь нас точно никто не подслушает, – будто оправдываясь ответил Керри, глядя исключительно на ночной сад.

Я проследовала за его взглядом. Из-за льющегося из окна света, деревья казались каким-то колдовскими и даже немного жутковатыми. Это место было мне совершенно не знакомо. Я могла с точностью сказать, что в этой части сада никогда не была, хотя в свободное время любила прогуливаться его тропами.

– Эта часть дворца и сада – тихий уголок для слуг, – задумавшись о чем-то, вдруг сказал Аарон.

Видимо для кавальбера это было что-то личным, поэтому я не стала лезть в душу. Хотя любопытство все же неприятным червячком заворочалось в груди. Мне было интересно откуда он знал это место и почему так хорошо ориентируется во дворцовых коридорах. Но, повторюсь, лезть в душу не собиралась. Вместо этого решила все же объясниться.

– Первой моей мыслью было – убийца Хельта. После того как король поменял ее на другую, девушка могла просто отомстить более удачливой сопернице. Но эту мысль я отбросила сразу же. – Тихо, стараясь, чтобы голос звучал ровно, начала я. – Убитая таким же образом Янита не могла пасть жертвой руки Хельты. В тот момент ее еще не было во дворце. Можно было предположить, что, прознав о случившимся ранее, она попыталась скопировать «работу» другого, но о смерти Яниты было запрещено распространяться, девушки фриби до сих пор не знают, что случилось на самом деле, всего лишь предполагают. Тело девушки нашла ее служанка, и чтобы не разводить большого шума, все быстренько свернули, а несчастную старушку, тронувшуюся умом, заперли в комнатке в части для слуг.

– А как об этом узнала ты? – Не скрывая живого интереса, спросил Аарон.

– Мне повезло с друзьями, – туманно ответила я, сдавать своего «шпиона» не собиралась ни при каких обстоятельствах. – К тому же, хоть ты и вертел носом, но отпечатки все же были разными.

– Она могла быть в перчатках, а на ноже могли быть чьи угодно отпечатки. Мало ли кто до нее им пользовался. – Логично предположил Аарон.

– Со вторым я, пожалуй, согласна, а вот с первым нет.

– Почему?

– Хельта не могла быть в перчатках. Незадолго до убийства она опрокинула на руку горячий чай и получила нехилый такой ожог. Волдыри были просто огромными, и лекарь запретил ей носить перчатки пока они не заживут.

Аарон хмыкнул, но в его взгляде уже появились искорки уважения, и это, черт возьми, мне ужасно нравилось. Такими сведениями они точно не обладали, я проверяла. Мне повезло, что Ян Стефолд ужасный болтун.

– Следующими под мое подозрения попали все остальные фриби, как бы это смешно не звучало. Дворец – страшное место, изменяющее людей далеко не в лучшие стороны. – Едва сдерживая презрение, сказала я.

– Тогда почему ты стала фриби? – Задал неожиданный вопрос Керри.

– О, поверь, мне это местечко нравиться не больше твоего. Но этого хотел отец, – уже привычно ответила я, а затем, неожиданно для самой себе, чуть помедлив, честно созналась: – Вернее это желание появилось у меня давно, еще в той, другой жизни, когда я была другим человеком. К тому же просто так отказаться от оказанной чести нельзя. Мне нужно отслужить год и только тогда королева даст разрешение покинуть это место и вернуться домой.

Теперь Керри смотрел на меня с легким удивлением.

– Я думал все девушки мечтают жить во дворце и привлечь внимание принца.

– Значит они все наивные дуры, – фыркнула я, чем кажется вообще сразила его наповал. – Не титул и не деньги делают человека человеком. Все это – просто красивая обертка, на которую и ведутся только безмозглые. Забери у такого сейчас все и что останется? Ни-че-го.

Я снова посмотрела на сад и, сделав пару шажков, не утерпела и пнула вовремя попавшийся под ноги камешек. Аарон Керри же стоял на месте и смотрел на меня так, будто увидел впервые.

– Неожиданно, – сказал он после недолгой паузы.

Я просто улыбнулась. Не говорить же ему, что в теле девятнадцатилетней девицы душа тридцатилетней тетки? В своем мире я давно перестала смотреть на мир в розовых очках. Разве что все еще наступала на одни и те же грабли в плане личных отношений. Но это совсем другая история. Так, что-то меня снова стало уносить не в те дали. Еще не хватало тут душу обнажить перед этим кавальбером.

– Мне продолжать? – Резко обернулась я.

– Да, конечно, – кивнул мой собеседник.

– Из фриби более подозрительными казалась Анастейша. Во время ужина ее не было, да и после вела она себя немного странновато. Все время где-то пропадала и…

Договорить мне не дали. Аарон вдруг рассмеялся. Я замолчала и недоуменно, с легким возмущением уставилась на него.

– Что смешного?

– Прости, – отсмеявшись, сказал он, – просто Ана не могла понять почему ты вдруг стала за ней следить.

– Не знала, что вы так близки, – пробурчала, пытаясь скрыть тот факт, что новость о том, что меня обсуждали, задела.

– Ну да, мы очень близки, – не стал отрицать Аарон, а на его губах появилась улыбка.

– Рада за вас.

Настроение резко скатилось к отметке «отвратительно». Сад уже не казался таким привлекательным, да и вообще на улице холодно и сыро, хоть на небе не было ни единой тучи. Аарон неотрывно наблюдал за мной и с каждой секундой его улыбка становилась все шире, а в глазах стали плясать чертята.

– Анастейша моя сестра.

– Ну да, конечно… Погоди. Что?

– Младшая, если быть точным, – искренне наслаждался моим конфузом этот… чурбан.

– Эээ… мне все равно, как бы, – насупилась я и отвернулась, щеки предательски вспыхнули.

– Разные отцы, одна мать, – пропуская мои слова мимо ушей, продолжил пояснения кавальбер.

А я тем временем мысленно материла себя. Это ж надо было так оконфузиться? Представляю, как эти двое надо мной потешались. И почему о их родстве ни разу не упомянул Маркус? Или тоже не в курсе? Да нет, вряд ли, он точно знал, я уверенна в этом. Вспомнилось, как весело разговаривали Аарон и Ана во время бала и как она к нему прикасалась. Теперь уж точно было ясно, что романтичного подтекста там не было. А с чего вдруг на душе так полегчало?

– И она не вела себя странно, – все так же широко улыбался этот кошмар. – Просто Ана бегала на свидания. Не знаю, помнишь ли ты Томиаса, но эти двое влюбились и тайно от меня стали встречаться. Боятся, что я не одобрю выбор сестры.

В принципе, я не удивлена. Зная эту ледышку, даже в чем-то понимала несчастного парня. Томиас… Томиас… Это голубоглазый блондин, кажется. Томиас? Погодите…

– Так это был ты?! Ты подослал его ко мне домой? Ну как, много интересного узнал? – Без особой злости поинтересовалась я.

Хоть на душе и оставался неприятный осадок, все же я понимала поступок Аарона и даже в некотором смысле одобряла.

– Прости, – в который раз повторил он.

– Доверяй, но проверяй, да? – Криво ухмыльнулась я.

Теперь хотя бы стало понятно почему вдруг он решил принять мою помощь. Видимо оценки мне дали нормальные, что не могло не радовать. Аж интересно стало, чего там обо мне наговорили. Прислушавшись к себе, действительно поняла, что не держу на Аарона зла. Работа у человека такая – подозревать и проверять. По себе знаю.

– Ты довольно спокойно реагируешь, – искоса глядя на меня, заметил Керри.

– А чего зря воздух сотрясать? – Пожала плечами. – Я знаю все свои скелеты в шкафу, нарушающего законы там точно нет, а значит все в порядке. Проверяй сколько твоей душе угодно.

– С каждым разом ты удивляешь меня все больше, – честно сказал Керри. – Так что там с подозреваемыми?

– Королева и принц, – просто сказала я.

– Допустим первая убивает любовниц мужа. А второй…

– Убирает девушек, которые могут родить других претендентов на трон.

– Ну это точно не вариант, – отмел мою теорию кавальбер.

И этот человек недавно мне нравился? Забудьте. Был Фомой неверующим так им и остался.

– Король бездетен? Неужели… импотенция? – Последнее я ляпнула совсем не подумав.

На мое счастье смысл данного слова Аарону был не знаком, а потому он пропустил мое замечание мимо ушей. Но если судить по логике, то я себе поставила двойку. Если король был… эээ… тем самым несчастным мужчиной, то девушки в его спальне не менялись бы каждую неделю.

– Не в этом дело, – соизволил ответить лучший кавальбер столицы. – Как ты могла заметить, король – особа весьма любвеобильная.

О, да. Такое трудно не заметить. Видимо он такой крутой в постели, что девицы стали уже убивать друг друга, чтобы занять теплое местечко. Зато понятно в кого уродился принц. Последние я, кстати, ляпнула вслух.

– Киан к тебе приставал? – Тут же напрягся Керри.

Слух снова резануло простецкое обращение к наследнику. Нужно быть полным кретином, чтобы не понять, что высочество боится кавальбера. И вот вам вопрос: почему? Что связывает этих двоих? Я еще раз внимательно осмотрела стоящего передо мной мужчину с головы до пят. Сколько же секретов он скрывает?

– Ничего серьезного не было, но чрезмерное внимание иногда намного хуже, – соизволила я ответить, когда поняла, что ответа ждут уже довольно давно.

– Вот же урод… Мало ему было… – бурчал себе под нос мужчина, а я рисковала получить себе перелом шеи, так старалась вытянуть ее чтобы расслышать каждое слово.

К моему величайшему огорчению, мой маневр раскрыли и Керри тут же умолк, да и вообще сделал вид, что он только что погоду обсуждал.

– Говоря о короле, – вернулся он к старой теме, – он таким всегда был. И до свадьбы весьма часто заглядывался на молоденьких служанок. Пока в девятнадцать одна из них не сделал его отцом.

– Хочешь сказать, у короля есть внебрачный ребенок?! – Моя челюсть грозилась встретиться с каменными ступенями.

Вот это Санта Барбара… Почему только Леа и Тили ничего мне про это не рассказывали? Хотя ответ был очевиден. Если уж в их силах умолчать о убийствах во дворце, то что стоит сделать секретом рождения ребенка? Его ведь можно было списать на кого-угодно. Не все люди любят ворошить свое грязное белье на потехе публике.

– В тот же год король, будучи еще наследным принцем, женился на Вайолет, в девичестве ар Иберица. Но молодая жена долго не могла родить и служанку с ее ребенком держали рядом. На всякий случай, как бы. Когда же случилось долгожданное чудо, девушку ласково попросили убраться куда-подальше. – Рассказывал интересные факты из жизни монарха Керри.

И, честно говоря, ему удалось меня удивить.

– После того случая, король стал более аккуратнее в связях. Теперь ни одна женщина не забеременеет от него, если у него не будет на то желания.

– А тот, первый ребенок…

– Нет, Аленсия, он точно не причастен. Поверь мне, – улыбнулся Аарон, чем только подогрел мое любопытство.

– Ты его знаешь?

– К сожалению, – буркнул мужчина и отвернулся.

М-да, разговор явно не клеился. У меня была куча вопрос, но Аарон отвечать на них явно не желал. Но и не верить ему у меня не было причин. Все та же хваленная чуйка шептала, что он не лжет и я, о Боги, была с ней согласна. Как-то уж очень резко изменилось мое мнение относительно этого мужчины. Это настораживало…

– Послушай, а…

– Тсс, – перебили меня, – сюда кто-то идет.

Аарон тут же схватил меня за руку и поволок в сторону деревьев. Еще немного и такая манера ходьбы войдет у меня в привычку. Ему явно понравилось таскать меня за собой, словно какую-то собачонку. Я споткнулась, с ноги слетела туфелька, с губ слетели тихие ругательства. Аарон остановился, окинул меня быстрым взглядом, метнулся молнией к моей туфле, поднял ее, а затем и меня. В три шага он оказался в темноте около деревьев. Нырнув за ствол дерева, он поставил меня на землю и мы затаились. Мне казалось, что громкий стук моего сердца выдаст нас с головой. Спустя какое-то время даже я смогла расслышать чьи-то торопливые шаги. Обернуться и как можно внимательнее осмотреться у меня не было возможности. Аарон прижал меня к твердой коре дерева спиной, да еще и сам навалился сверху. Тут не то чтобы смотреть, дышать через раз получалось.

Тем временем пока я пыталась отвоевать себе хоть немного свободы, всего в паре шагов от нас из темноты появилась еще одна темная фигура. Твою ж… как я не заорала самой непонятно. Это чудо-юдо напугало меня до икоты, так что мне пришлось вцепиться, что есть силы, в руки Аарона, чтобы не выдать наше местонахождение русским матом. Вторым чудом во всей этой ситуации было то, что нас, кажется, не заметили. Фигура в плаще прошла мимо, ни единым движением не показав, что заметила нашу парочку. А что? Это идея. Если вдруг что, прикинемся парочкой влюбленных идиотов, ищущих местечко поспокойнее для… для чего? Мать моя женщина, Лена, ты снова за свое?! Так, пора с этим что-то делать.

– Я получила твое письмо, – проскрипел неприятный и какой-то неживой голос.

Его обладательницу я узнала сразу. Просто такой «нежный» голосок еще попробуй поищи, а одну представительницу такого я точно знала.

– Делания, – одними губами шепнула я и Аарон кивнул, подтверждая мои слова.

– Объясни подробно что случилось, – все с тем же спокойствием сытого удава сказала жрица.

– Случилась моя сестра, – фыркнула… королева.

Так, так, так… это уже интересно. Ночью, во время бала, в темном пустом лесу… тьху ты, саду встречаются королева и главная жрица Говорящего Храма. Явно не молитвы они здесь обсуждать собрались.

– Она снова взбунтовалась, – жрица не спрашивала, она утверждала.

Видимо это было уже не в первый раз. Было жуть как интересно: отчего же? Что так не нравилось главной фриби королевы?

– Снова завела свою песню. Как меня все это уже достало, – пожаловалась королева.

Я их не видела, но в этот момент была готова поклясться, что Вайолет приложила руку ко лбу и покачала головой. Она всегда так делала, когда была чем-то огорчена или недовольна.

– Повторю в который раз: одно слово, и я решу эту проблему раз и навсегда так, как делала это много раз с другими, – подбодрила подружку Делания.

Сказано это было таким тоном, что по моей спине побежали мурашки. Почему-то я сильно сомневалась, что жрица решала проблему исключительно молитвами и постами.

– Нет, это может вызвать подозрения. Она мне нужна как фриби, с ней удобно. К тому же, она все моя сестра, – был ответ Вайолет.

Я выдохнула. Рейна мне нравилась. Она была едва ли не единственным адекватным человеком в этом гадюшнике. То с какой легкостью они обсуждали вероятное устранение герцогини, очень заинтересовало Аарона Керри. Я почувствовала, как под моими ладошками напряглись мышцы и как он подался немного вперед, еще сильнее вжимая меня в дерево. А ведь это был не мягкий матрас, в спину было больно. Но поругать кавальбера не было никакой возможности, а все мои трепыхания мужчина оставлял без особого внимания.

– Сколько раз повторять – единая кровь не столь важна в этом мире, – пафосно заявила жрица.

Все интереснее и интереснее. Эта женщина только что разрушила все мои стереотипы. Я-то наивная думала, что как раз-таки это и есть самым главным – кровные родственники. Для сироты это было очень важно, да и этот их Единый вроде бы учил ценить кровные узы. Мне Тили рассказывала.

– Пока не будем ничего делать, – твердо ответила королева. – Поворчит и успокоится, не в первый раз.

Женщины на некоторое время замолчали. Я же начала уже придумывать самые жестокие казни для них и для Аарона Керри, в частности. Вся моя спина горела огнем. Мне было больно и совершенно не удобно. Но следующий вопрос жрицы заставил замереть испуганной мышью.

– Что будешь делать с девчонкой Миолен?

Вот те раз… Что я им уже успела сделать? Видимо тот же вопрос себе задал Аарон, ибо он склонил голову и посмотрел на меня. Заметил мое положение и, алиллуя, немного отодвинулся, давая мне возможность немного отстраниться от ставшего уже родным дерева.

– Знаешь, а она мне нравиться, – весело отозвалась королева.

– Ее аура отмечена…

– Да знаю, знаю. Ты уже сотню раз об этом говорила. – Недовольно перебила Вайолет. – Мои люди проверили ее. Не считая того, что она стала водить дружбу с этим остолопом авальером из кавальбериата, она чиста. Этот гаденыш Керри ее не любит и готов повесить всех собак. А это нам будет только на руку, – я покосилась на «гаденыша», но его лицо, как обычно, не выражало ни единой эмоции. – Она подкупает своим твердым характером и острым умом. Если муженек не передумает, то я, пожалуй, дам согласие на женитьбу Киана и в невесты выберу именно ее. Так что, пусть мальчик продолжает играться.

Я некрасиво выпучила глаза едва сдерживаясь, чтобы не выйти и не высказать им все, что думаю об этих интриганках и их ненормальном «мальчике». Словно почувствовав мое настроение, Аарон еще сжал мои плечи.

– Ты же это не серьезно? – С сомнением в голосе, спросила Делария.

И чем это ей моя кандидатура в принцессы не угодила?

– Конечно, – рассмеялась королева. – Я своего решения не изменю. Переговоры с империей уже ведутся, еще немного и Киан жениться на их принцессе. Тогда вся империя будет у меня в руках.

М-да, все пошло прямо как по сценарию какого дешевого фильма. Главнюки обсуждают свой коварный план по захвату власти во Вселенной, позитивные герои совершенно случайно их подслушивают. Дальше там-та-ра-рам начнется самое веселое: позитивчики (это мы) будут мешать главнюкам (королева и жрица) осуществить свой коварный план, они почти это провалили, но в последний момент победят всех поганцев и сыграют свадьбу, ибо во спасения мира у них вспыхнут чувства. Едва сдержав нервный смешок, посмотрела на Аарона. Неееет, нет, нет, никакой свадьбы и вспыхнувших чувств!

– Кстати, ты так и не сказала, что вы решили сделать с ее братом. Ведь истинным наследником является именно он, – ну точно по сценарию работают ребятки.

– Мне ли тебе объяснять какими доверчивыми бывают дети? Парочка фокусов, несколько слов и мальчишка пойдет за тетенькой волшебницей куда угодно. А через пару дней кто-то найдет труп ребенка, где-то за пределом города. – Королева сказала все это так, будто обсуждала рецепт яичницы.

У меня волосы на затылке зашевелились. Вот же стерва! Мало ей королевства, так она еще хочет и империю под себя загрести, убив ничем не повинного ребенка.

– Я тебя поняла, – заскрипела Делария.

Перекинувшись еще парочкой ничем не интересных слов, они разошлись. Королева видимо вернулась на бал, а жрица так же скрылась в темноте. Выждав еще несколько минут для надежности, мы наконец покинули место укрытия. И пока в моей голове тихо укладывалось все услышанное, Аарон неожиданно присел передо мной, осторожно поднял край юбки моего вечернего платья и коснулся моей босой ноги. Я вздрогнула, сработал рефлекс, и я вцепилась руками в плечи мужчины, чтобы не упасть. Керри с самым невозмутимым видом одел на мою ножку потерянную туфельку. Не смотря на прохладный ночной ветерок, щеки мои тут же запылали, и я обрадовалась, что здесь темно и Аарон этого не увидит. Все с тем же невозмутимым видом Керри поднялся. Я встретилась с ним взглядом и резко отшатнулась. М-да, как- неловко получилось.

– Мы только что стали свидетелями заговора, – пришибленно сказала я, потирая лоб и молясь богам, чтобы он подхватил тему для разговора и так же сделал вид, что ничего особенного не произошло.

– И доказать ничего не сможем, – хмуро отозвался Керри.

– Почему? Думаешь король нам не поверит?

– Поверит, – уверенно отозвался он, – но без доказательств наше слово против слова королевы ничего не значит.

Тут я с ним была полностью согласна. Крутясь во дворце, я поняла, что королева Вайолет не простая фигура. Она влиятельная и имела не мало полезных знакомств. Заткнуть двоих ненужных людей ей ничего не будет стоить. Вон, жрица свои услуги предложит и все, ей явно это не впервой. Но в то же время я думала, что в силах короля… эээ… подтасовать нужные нам сведения.

– Тогда предлагаю следующие. Продолжаем искать нашего убийцу, и под видом этого «копаем» в нужную нас сторону, – оптимистичненько начала я, вживаясь в роль того сама позитивного персонажа.

– Графиня, – улыбнулся Аарон, – а вы не думали о работе кавальбера?

– Заманчивое предложение, эйл Керри.

Аарон проводил меня до комнаты. По дороге мы обговаривали дальнейшие действия и мою роль в них. Мне, как ни прискорбно, досталась роль наблюдателя. На заверения, что в моих силах сделать куда большее, Аарон лишь отмахивался. Так, тихонько переругиваясь мы дошли до самых дверей моего временного жилища. Будто по невидимой указке они тут же распахнулись и на пороге показалась любопытная моська моей служанки. Увидев с кем, ее хозяйка тут прогуливается, девушка тут же подозрительно прищурилась и недвусмысленно повела бровями. Под моим строгим взглядом она сделала запоздавший реверанс.

– Спасибо, что проводили, эйл Керри, – снова повернулась к мужчине.

Аарон склонил голову, я присела в ответ и собралась уже уходить, как Аарон меня остановил, мягко взяв за руку.

– Аленсия, – я обернулась, – будь осторожна.

Затем, не попрощавшись, он резко крутанулся и твердым шагом направился прочь. Тили закрыла за мной дверь, а я тут же завалилась на кровать и лишь под внимательным взглядом служанки поняла, что глупо улыбаюсь. Кажется, у меня уже крыша едет. Вокруг твориться непонятно что, кто-то убивает любовниц короля, в то время как его супруга пытается устроить переворот, а я сижу на кровати и улыбаюсь улыбкой Чеширского кота.

– «Аленсия, береги себя»? – Перекривила Тили Аарона. – Госпожа, я чего-то не знаю?

– Скоро будут происходить страшные вещи, – туманно ответила я.

– Это в вашей и кавальбера совместной жизни? – В глазах Тили заплясали самые настоящие чертята.

Я промолчала. То, что нас с кавальбером связывают только рабочие отношения, говорить было бессмысленно. Она ведь не поверит не единому моему слову. Хотя я пыталась, честно.

– Заливайте кому-то другому, – это она явно от меня нахваталась. – При деловых отношениях эйли по вечерам до комнаты не водят и в свою одежду не одевают. А ведь я сразу сказала – влюбились.

– Тили!

– Что? – Без какого-либо страха ответила она, помогая мне раздеться.

А с пиджаком действительно не хорошо получилось. Ну ладно, завтра верну. С этими мыслями я легла спать.

Глава 9

На балу добраться до короля так и не получилось. Поэтому с утра Аарон Керри первым делом отправился во дворец. Проходя через сад, он не сдержался и завернул на ту тропу, которая проходила мимо поляны, на которой обычно тренируется Аленсия. Но в это время ее еще не было. Жаль, ему бы хотелось увидеть графиню.

– Ты уверен в этом? – Король был хмур и серьезен.

Не каждый день узнаешь, что твоя жена готовит заговор против тебя же. Как Аарон и говорил, король поверил его словам безоговорочно. Выслушав рассказ кавальбера, его величество не стал кричать и не бросился тотчас на разборки. Арман дан Эрнанд сохранял хладнокровие даже в такой момент. Он был зол, зол на безопасников, что просмотрели заговор, зол на тех людей, что поддерживают королеву, зол на Вайолет с ее жадностью, зол на самого себя. И в решение этой угрозы он мог доверять только единицам. Первым в этом списке был – Аарон Керри, старший кавальбер первого кавальбериата.

– Киан знает об этом? – После некоторой паузы спросил Арман.

– Об этом я сказать не могу, – коротко ответил Аарон.

– Ты понимаешь, что сейчас мне как никогда нужна будет твоя помощь и преданность. Я хочу, чтобы расследованием этого дела занимался ты. Делай что хочешь, притворяйся, что расследуешь эти убийства, либо изображай влюбленность в какую-то дурочку, но откопай мне каждую дрянь, замешанную в заговоре. И чтобы ни одна собака не смогла понять в какую сторону ты роешь. – Не отрывая взгляда от окна, ледяным голосом сказал король.

– Я вас понял, – склонил голову кавальбер.

– Что на счет твоих людей?

– Со мной будут работать всего пару человек. В них я уверен, как в самом себе.

Хотел бы Арман сказать, что жене он тоже доверял, но решил промолчать. Во-первых, отношения с королевой у него давно уже были сложными. А во-вторых, он безоговорочно доверял Аарону и, если тот говорит, что люди надежные, значит так оно и есть.

– Нам бы своего человека в ее окружение, – задумчиво протянул король, возвращаясь к своему рабочему столу. – Да и к принцу к тоже. Нужно придумать как к нему подобраться, чтобы его ручной пес, приставленный королевой, ни о чем не догадался.

Сейчас Арман как никогда жалел, что в свое время поддался уговорам Вайолет и приставил рекомендованного ею человека в охрану наследника. Ручной пес – так стали называть двухметрового молчаливого стражника, который стал тенью принца. Этот «пес» действительно был хорошим телохранителем, но был полностью верен королеве.

– На счет этого, – прервал мысли короля Аарон, – думаю у нас есть такой человек.

Арман обернулся к мужчине.

– Кто? – Просто спросил он.

– Одна из фриби королевы.

– А, понимаю, – кивнул его величество, – твоя сестра Анастейша гри Зельди.

– Да, Ана входит в свиту королевы, умеет держать язык за зубами и предана вам. Но у нее нету той наблюдательности и изворотливости, что требуется для выполнения данной задачи. Сейчас я говорю о другой девушке.

– На своем веку я мало встречал девушек с перечисленными тобой качествами, – даже в такой момент король улыбался, говоря о девушках.

– Уверяю, она вас еще удивит. Чего только стоит эта дактилоскопия, – к не малому удивлению короля Аарон улыбнулся, едва заметно, но все же.

– Это… где-то я уже это слышал… – задумался король. – А не этим ли открытием занимается твой авальер? Он приходил ко мне со своим открытием. И кажется там даже фигурировало имя какой-то девушки. Не припомню какое именно…

– Аленсия ар Миолен.

– Что?! – Взревел король. – Та наглая девка, что вчера обсмеяла меня перед всем двором?

Горький осадок от вчерашнего бала до сих пор чувствовался в душе короля. Он не наказ эту нахалку только потому что за нее заступилась королева. Будь его воля, она бы уже тряслась в экипаже направляясь в самый дальний монастырь Единого, где ее научали бы держать рот на замке.

– Ваше Величество, она не имела в виду ничего такого и действовала исключительно согласно нашему плану, – не моргнув, солгал Керри.

– Вашему плану? – нахмурил брови монарх.

– Именно. Дело с убийством фриби зашло в тупик и таким образом мы решили спровоцировать убийцу.

– Обсмеяв меня на все королевство?

– Мы не хотели вас оскорбить, – просто ответил Аарон.

– Я думал, что та выходка отпрыска барона была незапланированной.

– Она сыграла нам на руку, мы не могли отказаться от удачного момента.

Король задумчиво смотрел на стоящего перед ним мужчину. У Аарона не дрогнул ни единый мускул на лице. История про план казалась шита белыми нитками, но и опровергнуть такой вариант нельзя было без доказательств.

– Ну хорошо, – наконец сказал Арман, – только впредь попрошу такие планы согласовывать со мной.

Кавальбер ничего не ответил. Все так же, не выражая никаких эмоций, он стоял с ровной спиной и смотрел прямо перед собой. Серьезный, как всегда. Единственным исключением из его обычного поведения стала та промелькнувшая улыбка.

– Ты был знаком с этой девушкой раньше? – Неожиданно задал вопрос король.

– Мы познакомились во дворце, – ответил Аарон.

– Но ты ей доверяешь? За столь короткое время она успела проявить себя? А вдруг эта девушка работает на мою жену? Вайолет имеет способность убеждать и склонять на свою сторону.

– Аленсия абсолютно точно не на стороне королевы. Я доверяю ей так же, как и своим людям.

Еще с минуту король просто смотрел на Аарона и на его лице медленно появлялась понимающая улыбка, но Керри не придал этому никакого значения.

– Ладно, допустим к королеве графиня имеет доступ. Но что на счет принца?

Теперь взгляд Аарон помрачнел, а руки непроизвольно сжались в кулаки.

– Его высочество заинтересовался графиней и уже некоторое время донимает своим вниманием. Вчерашнее представление тому доказательство.

– Да, Киан может быть настойчивым. Это моя вина. Я мало уделял внимания его воспитанию. – И полный вины взгляд.

Аарон, конечно, же понял тайный смысл этих слов, но как обычно не подал никакого вида. Эта игра длилась уже много лет и никаких изменений в ней не было.

– Пока графине удавалось избегать его, но она может попытаться сблизится с ним и узнать нужную нам информацию, – словно через силу, сказал кавальбер.

Этот план не нравился Аарону, но он был вынужден признать, что именно он был самым быстрым и действенным. Его предложила сама Аленсия. В другой ситуации Аарон никогда бы даже не задумался привлечь к этому графиню. Его условием на участия в деле Аленсии будет то, что все встречи ее и принца будут проходить под контролем его людей. Керри никогда не допустит, чтобы эти двое остались наедине. Киан славился не только своим смазливым личиком, но и ужасными сексуальными играми и неумением слышать «нет».

– Нам нужно заручиться поддержкой в империи, – высказал свое мнение Аарон.

– Я уже думал об этом, – кивнул король, – и даже знаю подходящую кандидатуру. Не волнуйся, этот вопрос я возьму на себя.

Обговорив оставшиеся детали, мужчины распрощались. Аарон поспешил в кавальбериат, ему нужно было собрать своих людей и ввести их в курс дела.

***

– Дорогая, как ты себя чувствуешь? – Неожиданный вопрос Рейны застал меня врасплох.

Я некрасиво уставилась на женщину. С чего вдруг такая забота о моем здоровье? Или это был тонкий намек? Не месть короля мне пришла часом?

– Вчера эйл Керри сказал, что ты плохо себя чувствуешь и ушла отдыхать, – будто прочитав мои мысли, решила ответить Рейна.

– Ах, вы об этом, – облегченно выдохнула я. – Мне действительно стало дурно и эйл Керри любезно проводил меня до моей комнаты.

С самым честным видом врала я, надеясь, что эйла Эйви поймет намек и больше не будет затрагивать данную тему. Она и не стала больше, а просто решила меня добить.

– Что ж, если тебе лучше, ее величество желает с тобой пообщаться.

Ну вот и пришел час расплаты… Под сочувственные и злорадные взгляды я посеменила вслед за главной фриби королевы. Когда со всеми процедурами были покончено, Вайолет попросила Рейну покинуть нас. Жаль, моральная поддержка мне бы не помешала.

– Думаю ты понимаешь, о чем я хочу с тобой поговорить, – начала королева.

А то! Небось будешь воспитывать. Хотя вчера она вроде бы смеялась и хлопала, можно ли рассчитывать на ее благосклонность? Ладно, хочешь поговорить, значит поговорим. Что ж я зря вчера подставлялась?

– Если по поводу моей вчерашней выходки, Ваше Величество, я прошу простить меня. Хмель ударил в голову и затуманил разум. Просто мне так стало за вас обидно, что не смогла сдержаться. – Начала свою игру я.

– За меня? – Кажется мне удалось ее удивить.

– Да, Ваше Величество, – склонила голову я. – Король поступает недостойно и совершенно вас не ценит. От этого болит мое сердце.

Воу, да мне можно Оскар выдавать за такую-то игру. Взгляд королевы потеплел, она улыбнулась и похлопала по дивану около себя, приглашая меня сесть рядом. Не отрывая взгляда от пола, подошла и присела на самый краешек. Я ведь не могла выходить из роли невинной овечки.

– Милое дитя, ты еще совсем юная и возможно не все понимаешь. Но мне очень приятна твоя забота, – заверила меня величество.

– Но ведь я действительно его не понимаю. Почему он смотрит на других, если у него есть такая красивая и замечательная жена? Многие молятся Единому, чтобы такая женщина обратила на них внимание, а он нос воротит!

Вайолет рассмеялась, а я мысленно потирала руки и зачислила в свою копилку еще одну небольшую победу. Все же во все века и во всех мирах все бабы одинаковые. Навешай им лапши на уши какие они хорошие и красивые, и все – растаяли как морожено на солнце.

– Знаешь, Аленсия, а ты мне нравишься, -Ну да, знаем, слышали уже. Так нравлюсь, что ты меня по-тихому грохнуть желаешь. – Если думала, что я буду тебя ругать, то ты ошиблась. Право, ты меня развеселила. А по поводу короля… Не держи на него зла. Вес короны порой слишком тяжел и люди ищут отдушины. Его величество нашел свою и я его не виню в этом.

Вайолет замолчала и как-то задумчиво и печально смотрела на чашку в своих руках. А я растерялась: хорошая актерская игра или она действительно еще что-то испытывает к мужу?

– Что ж, не будем о грустном, – Весело заявила она спустя мгновенье. – Милая, мне стало известно, что мой сын стал проявлять к тебе особый интерес. Это так?

Не на такой вопрос я рассчитывала. Но судя по подслушанному разговору, чего-то такого и стоило ожидать. Королева все же решила сделать из меня пушечное мясцо. Типа, вот смотрите какая я добренькая посватала бедную сиротинушку за самого принца, а пока вы будете радоваться мои друзья грохнут пару человек, и принц жениться на принцессе целой империи. Вот же дрянь.

– Я не думаю, что достаточно хороша, чтобы привлечь внимание самого принца, – изображая смущение пропищала я.

Буду надеяться, что хоть немного была похожа на свою любимую сестрицу. Вот уж у кого нужно было брать уроки актерского мастерства.

– Чепуха! Ты невероятно хороша собой, но главное у тебя есть качества настоящей принцессы.

Батюшки, а заливает то как… Соловей умрет от зависти.

– Простите, принцессы? – Округлила я глаза.

– Именно. Я хотела сказать, что одобряю выбор сына и даю свое благословление, – величественно кивнула королева.

Вот это чести удостоили… Щас прям вся лопну от счастья. Как бы так мягко ее послать вместе со своим сыночком-идиотом?

– Ваше Величество, я не достойна! – Вскочила на ноги я и даже руками взмахнула, надеюсь хоть не переиграла.

– Киан в тебе точно не ошибся, – еще шире улыбнулась эта… нехорошая женщина.

За дверьми объявили о приходе главной королевской фриби, а спустя мгновенье и сама Рейна оказалась перед нашими глазами.

– Ваше Величество, пора собираться на встречу с девушками из института, – без единой эмоции на красивом лице сказала герцогиня.

Я собиралась по-тихому исчезнуть, пока про меня не вспомнили и не стали больше сватать, но неожиданно резко королева схватила меня за руку и потянула, принуждая наклониться к ней.

– Керри не самая лучшая компания для юной эйли, – прошептала она.

– Я с вам полностью согласна. Именно поэтому я его ненавижу, а общаюсь исключительно с Маркусом Бредстоном и лишь по тому, что мне симпатична его работа, – так же шепотом ответила ей.

Судя по взгляду, ответ я выбрала правильный. Будь это не так мне бы было, мягко говоря, плохо. Рейна проводила меня взволнованным взглядом, я лишь едва заметно качнула головой, мол, все в порядке и поспешила на выход. Сегодня помогать королеве должны были Хельта, Натали и Китти. Все остальные, в том числе и я, должны были заняться бумажной волокитой. Под внимательным любопытным взглядом присутствующих, прошла к своему месту около Анастейши.

– Получила? – Сочувственно спросила подруга.

– Нет.

– Чего тогда звала?

– Не поверишь, дала материнское благословенье, – честно созналась я.

Анастейша недоуменно уставилась на меня, пока ей до дошло, что я на полном серьезе. Взгляд из непонимающего и неверующего стал сочувственным. С самым скорбным выражением лица, фриби погладила меня по руке, мол, не переживай, прорвемся, и отвернулась. К нам походкой победителя направлялась Палома. Это рыжее недоуменнее стало над нами и просто молча сверлило глаза, кривя губы в ехидной улыбочке.

– Чего тебе? – Первой не выдержала Ана.

– Ничего. Решила узнать какое наказание тебе досталось. Я волнуюсь, мы ведь сестры, – хлопая ресницами заявила Палома.

А я едва не рассмеялась. Сестра, блин.

– Как вовремя ты об этом вспомнила. Ты же понимаешь, что за такой проступок, буду отвечать не только я, но и мои близкие? – печально опустила плечи я.

Анастейша, которая тут же поняла какую игру я затеяла, снова погладила меня по руке и с сочувственным взглядом пожелала Паломе держаться изо всех сил. Мерзкая улыбочка немедленно слетела с лица моей дражайшей родственницы. Но, к моему удивлению, она тут же взяла в себя руки и растянула губы в еще более широкую и наглую усмешку, а в глазах сверкали победные искры.

– Меня его величество уж точно не накажет, – самодовольно заявила она, нарочно поправляя рыжие локоны.

Мы с Анастейшей переглянулись и недоуменно уставились на нее. Поняв, что последние слово осталось за ней, сестрица тут же сделала ноги. Я все же искренне надеюсь, что она имела в виду совершенно другое, а не то, о чем успела подумать я.

– Кстати, – вспомнила Ана, отвлекая мое внимание от рыжей, – брат просил передать тебе это.

Мне в руки тут же упал небольшой конверт. При упоминании Аарона щеки тут же предательски вспыхнули, что не укрылось от внимательного взгляда сидящей рядом фриби. Ее взгляд стал по-доброму насмешливым.

– Вчера он не на шутку волновался за тебя, – как бы невзначай заметила она, перебирая конверты с почтой королевы и делая вид, что ей ну вот ни капельки не интересно издеваться надо мной. – Я не знала, что вы настолько близки.

– Мы не близки! – Слишком уж резко и недовольно рыкнула я, чем вызвала еще более ехидную улыбочку, а я поспешила оправдаться: – Мы с эйлом Керри просто имеем общих друзей.

Анастейша красиво приподняла изящную бровь. То самый жест, что так часто я наблюдаю в ее брата. И почему раньше не поняла, что они родственники? Ведь если внимательно присмотреться, они даже чем-то похожи будут. Поймав себя снова на мыслях об Аароне Керри, я в который раз за день покраснела. Анастейша рассмеялась, а я, насупившись, потянула свою долю писем и, сопя как ежик, стала усердно работать.

– Знаешь, – спустя некоторое время тихонько обозвалась Ана, – я, конечно, не королева, но тоже даю свое благословление.

– Ана! – Вспыхнула я.

Несносная девица рассмеялась, довольная моей реакцией на свои слова. Но под строгим взглядом старшей я не смогла ответить, пришлось снова браться за ненавистные письма. Кстати, об этом, осторожно, чтобы никто не заметил открыла письмо от Аарона. В нем было всего пару слов о том, что сегодня к двенадцати я должна подойти к нему в кавальбериат. Зачем не сказано, но раз надо значит пойду.

Сегодня, пока королева была на очередной благотворительной встречи, мы решили пойти в столовую пораньше, а сразу после, я хотела смыться в управление, вернее кавальбериат. По дороге в столовую нас перехватила Стелла.

– Вы слышали последние новости? – Притопывая от нетерпения, спросила она.

– Дорогая, нам за тобой при всем желании не угнаться, – улыбнулась Ана.

Стелла ни капельки не обиделась, а даже наоборот приняла эти слова за комплимент. Довольно фыркнув, как самая настоящая кошка, девушка вклинилась между нами и взяла под руки.

– Говорят у короля новая фаворитка, – выдала Стелла.

Мы с Аной снова переглянулись. У той девицы либо нету мозгов, либо чувства самосохранения. Хотя возможно это одно и то же. Это ж какой бесстрашной нужно быть, чтобы становиться любовницей короля, когда их кто-то методично убивает?

– И кто же эта счастливица?

«Или покойница» осталось висеть в воздухе.

– А тебе лучше знать, – улыбнулась Стелла, – по-родственному, так сказать.

Да ладно! Моя «любимая» сестрица охмурила короля? Его величество разочаровывает меня все больше. У него совершенно нету вкуса. Но шутки в сторону, нужно поговорить с Паломой, пока она не стала следующим трупом. Случай выпал как раз сразу после обеда.

– Тебе совсем жить надоело? – Спросила я.

Подловив девицу под локоток, утащила с собой в пустую каморку рядом со столовой.

– Чего тебе? – Вырвала она руку и недовольна насупилась.

– Чем ты вообще думала, когда к королю приближалась?

– А тебе завидно, да?! – Взорвалась Палома. – Не все же тебе должно доставаться. Захотела несчастная Аленсия наследство – получила, захотела – место фриби, захотела – принца. А я что? Чем я хуже?!

– Может отсутствием мозгов? – Под нос себе пробурчала я, поняв, что разговаривать с ней бессмысленно.

– Можешь забрать себе своего принца, у меня теперь есть его величество, – задрав курносый нос, заявила она. – И поменьше угроз, дорогая, стоит мне всего лишь сказать и…

Палома оттолкнула меня и гордо скрылась с моих глаз. Я смотрела ей в след и понимала – ее точно убьют. Такой легкой добычи этому маньяку еще не попадалось. Вот же дура! Дрянь редкостная и за смерть Аленсии виновата, но желать ей смерти я не могла. Все должно быть по закону, иначе чем мы будем отличаться от зверей?

***

В кавальбериат я прибыла ровно без пяти минут двенадцать. Пропустили меня без единого вопроса, даже любезно поделились, что меня уже ожидают в кабинете старшего кавальбера. Молодой дежурный даже дорогу мне показал, гордо выпятив грудь и задрав веснушчатый нос. Постучав в нужную дверь, услышала короткое «Войдите». Дверь открылась, и я попала под прицел нескольких глаз. Вся команда старшего кавальбера была в сборе.

– Эйли, вы как раз вовремя, – поднялся из-за стола Аарон.

– Эээ… здравствуйте, – поздоровалась я.

Ян тут же вскочил со своего места и оказался около меня. Схватив мою свободную руку (а во второй я крепко сжимала ручку пакета, где лежал пиджак Аарона), мужчина припал к ней горячими губами. Да еще и подмигнул, зараза. Взгляд Аарона Керри тут же потяжелел. Он рыкнул недовольное «Стефолд», но тому, что с гуся вода.

– А что это в ваших прекрасных ручках, эйли? – Веселясь, в своей обычной манере спросил Ян.

– Ах это, – от чего-то смутилась я, но тут же взяла себя в руки: – Эйл Керри, вы забыли вчера.

Губы Аарона тронула легкая улыбка, но он тут же попытался ее скрыть, ибо не престало «большому и страшному» начальству сверкать непонятно от чего зубами. Обогнув стол, он забрал у меня несчастный пакет, затем галантно предложил руку и усадил за стол. Только не на то место, что приготовил улыбающийся Ян, а вообще с другой стороны рядом с Бредстоном. Авальер тепло поприветствовал меня.

Совещание было на известную мне тему. Аарон просветил команду о наблюдающемся перевороте, о подслушанном разговоре и решение короля. Старший кавальбер не терял зря времени и уже успел решить все нужные вопросы с его величеством. Со всех присутствующих взяли клятву о неразглашении и подписать соответствующий документ. Распределив обязанности между своими людьми, Аарон обратился ко мне. Если честно, я ожидала, что меня попросят постоять в сторонке и пригласили исключительно с целью подписания договора о неразглашение. Но, я недооценила юмор кавальбера. Мне выделили роль подсадной утки. Не сказать, что меня это сильно уж обрадовало. Я неплохо умела разгадывать загадки, но играть роль какой-то шпионки это уж слишком. Но выбора у меня не было. К тому же, я уже делал довольно хорошие шаги в нужном направлении, строя мост доверия с королевой. Думаю, поладить с принцем тоже получится. Всего-то стоит согласиться на очередное его приглашение на чашечку чая.

– Эйли, все встречи с принцем должны проходить под присмотром кого-то из нашей группы, – огорошил меня Аарон под конец своей речи.

– Ха! Интересно девки пляшут, – вырвалось у меня, вызвав недоумение и смех мужчин.

– Прошу прощения? – Поднял бровь Аарон.

– Как вы себе это представляете? – совсем не по-женски откинулась на спинку стула я и для убедительности махнула рукой. – Я должна буду играть влюбленную наивную дурочку, когда за моей спиной будут маячить эти господа?

«Господа» переглянулись, но не поняли ровным счетом ничего. И снова вопросительный взгляд на меня.

– В чем проблема? – Устало как-то вздохнул Аарон.

– Серьезно? Уважаемые эйлы, а вы часто проявляете свои эмоции к девушке на публике? Часто делитесь секретами при каких-то левых мужиках?

– Во-первых, – начал Керри, он явно начинал злится и что-то подсказывало мне, что злость эта направленна именно на меня, – их присутствия вы даже не заметите. Во-вторых, вы явно плохо знаете принца.

– Даже если он любитель БДСМ я смогу за себя постоять, – не хотела сдаваться я.

Как же им доказать, что в публичном месте, а если за мной будут следить встречаться придется именно в таких местах, принц откровенничать не будет. Для такого дела требуется… эээ… обстановка что ли? Интим и все такое. Хотя с интимом я явно перегнула, но смысл тот же.

– А что такое БДСМ? – Тут же подал голос Ян.

– Подрастешь – расскажу, – заверила я.

– Я сказал. Наедине. Ты. С ним. Встречаться. Не. Будешь, – прямо вот так выделяя каждое слово сказал Аарон ледяным голосом, от чего его подопечные тут же вжали головы в плечи и вообще попытались слиться со стульями в единое целое.

Я вскочила на ноги и уперлась руками в стол, чтобы вид казался как можно грознее.

– Ты же понимаешь, что с таким раскладом дело развалиться, не успев начаться?!

– Ты должна исполнять мои приказы! – Тоже вскочил мужчина.

– А вот здесь прокол, уважаемый эйл, я у вас не работаю, а, следовательно, приказывать вы мне не имеете права. Я работаю чисто из благородных помыслов и действовать буду так, как на мой взгляд будет казаться лучше.

– Да что ж ты такая упертая!?

– Какой уродилась! И вообще кто б говорил, мистер все-будет-как-я-сказал!

Наш спор так ни к чему и не привел. Мы поорали еще минут десять друг на друга, пока шустрый Ян делал ставки на того чья возьмет. Но ничего толком так и не решили. Время поджимало мне нужно было возвращаться во дворец. Так что этот вопрос у нас так и остался открытым. Единственное, что мне точно удалось отстоять это охрану Паломе. И вот известие о новой фаворитке короля, мне кажется, добило Аарона окончательно.

***

– Я не знал, что ты придешь так рано.

– Это правда? Ваше Величество, вы действительно не меняетесь. Но неужели ваше мимолетное удовольствие стоит дороже жизни ни в чем не повинной девушки? Неужели вам было мало смертей? – Едва ли не кричал Аарон.

– Я не понимаю о чем ты, – нахмурил брови король Арман.

Если бы у этого разговора был свидетель, он наверняка бы удивился как Керри разговаривает с королем. Не многим его величество Арман дан Эрнанд позволяет разговаривать с собой в таком тоне.

– У вас новая фаворитка! – Немного по-детски обвинил Керри короля.

Арман не скрывал своего удивление.

– Не знаю кто сказал тебе такую глупость, но он соврал. – Спокойно ответил монарх.

– Хотите сказать, что вас ничего не связывает с девушкой по имени Палома кин Мун? – Немного спокойнее спросил Аарон.

Король нахмурился, словно вспоминал, где мог услышать это имя.

– Ах, ты об этой девице, – наконец вспомнил он. – Она приходила ко мне во время бала и после. Говорила всякие глупости и доставала своими намеками.

– И все? – Допытывался старший кавальбер.

– Ну, – немного смутился король, – возможно я и ответил на один поцелуй, но ничего более!

– О, Единый! – Поднял глаза в небо Аарон. – Во имя всего святого, усмирите свое желание. В конце концов, вспомните, что у вас есть жена.

– Жена, которая хочет свергнуть меня с трона и устроить переворот в империи. Замечательно предложение! – Фыркнул Арман.

– Если бы вы не изменяли ей, возможно и переворота не было бы, – огрызнулся в ответ Аарон.

– Ты забываешься! – Рявкнул король.

Мужчины замолчали, не отрывая друг от друга злого взгляда. Оба прекрасно понимали кто прав, кто виноват. И оба не хотели уступать. Но между ними стояло то, что нельзя было игнорировать. Одни – король, другой лишь его подданный. Аарон опустил глаза в пол и спрятал руки за спину.

– Проше меня простить, – тихо сказал он, без единой эмоции в голосе.

– Нет, подожди, это я виноват, – устало покачал головой Арман.

– Ваше Величество, вы не должны передо мной оправдываться. Я всего лишь один из ваших слуг, – слова Аарон стали для Армана не хуже пощечины.

Такие слова резали сердце не хуже самого острого кинжала. Он так старался наладить отношения с Аароном Керри, но каждый раз старший кавальбер стоил вокруг себя стену, через которую не пробиться.

***

Реализация плана «Влюбить в себя принца» началась со следующего дня после нашей встречи в кавальбериате. При чем жертва (принц) сама плыла мне прямо в руки. Фриби сопровождали ее величество на прогулке в саду, когда к нам решил присоединиться принц. Поздоровавшись с матерью и обменявшись парочкой сухих реплик с герцогиней, его доставучее высочество обратило свое внимание на несчастную меня.

– Эйли Аленсия, – я едва смогла сдержать дрожь отвращения, когда он на зависть Китти и Стеллы поцеловал мне руку – к сожалению, у меня не было возможности поблагодарить вас за незабываемый подарок на день рождения.

– Ну что вы, Ваше Высочество, это был мой долг, – растягиваем губы в улыбку и хлопаем ресничками, как гуси крыльями.

– Не составите ли вы мне компанию за чашечкой чая? – Уже традиционный вопрос.

У парня явно проблемы с фантазией. Ей-богу, можно было придумать другой вопрос. Я бросила быстрый взгляд на королеву. Вайолет о чем-то беседовала с Рейной, но к нашему разговору прислушивалась внимательно. Не знаю каким образом, ведь даже не смотрела на нас, она почувствовала мой взгляд, улыбнулась и слегка кивнула.

– Конечно, Ваше Высочество, – присела я в реверансе.

Неверие и ожидание подвоха во взгляде принца быстро сменилось победным блеском. Сияя белозубой улыбкой, Киан цапнул меня за руку и потащил в известном только ему направлении. Мы направлялись в глубь сада и грешным делом я уже подумала, что сейчас ко мне станут самым наглым образом приставать. Но принц, к большой радости, меня приятно удивил. Мы вышли к красивой деревянной беседке, оплетенной красным плющом. Там стоял небольшой столик заставлен всякими сладостями, пузатый фарфоровый чайник и две чашки. Хм, действительно чаепитие. Не знаю даже теперь это меня обрадовало или огорчило. Тут же возник второй вопрос. Киан знал, что я соглашусь или он готовил столик каждый раз, когда меня звал, а после отказа находил другую компанию? Или это ее величество мама постаралась? Оба варианта мне казались вполне реальны.

А чай действительно оказался вкусным, как и клубничные пирожные. Принц обсыпал меня комплиментами, а я пыталась изображать искреннее наслаждение беседой. Краснеть и хихикать, как другие девушки, не стала. Столь быстрая перемена в поведении могла вызвать подозрения. Поэтому я все так же держала его на расстоянии и немножечко дерзила. Хищный блеск в глазах и похотливая улыбка подсказали мне, что линию поведения выбрала правильную.

Слушая очередную небылицу о похождениях якобы друга принца, мое внимание привлек один из слуг. Двое, немолодой лакей и служанка моих лет, обслуживали нас с принцем, еще несколько сновали туда-сюда по саду и были явно в подчинении главного садовника. Так вот один из них, тот что активно подстригал и до того ровный куст, был мне очень даже хорошо знаком. Извинившись перед принцем и сказав, что мне нужно припудрить носик, ушла за деревья.

– По маскировке и шпионажу ставлю вам два, Томиас.

Блондин, а это был именно он, улыбнулся и склонил голову, признавая поражение.

– Мне повезло, что не все здесь такие внимательные как вы, эйли. Вы удивитесь, но большинство аристократов относятся к слугам как к мебели и совершенно их не замечают.

– Непозволительная ошибка с их стороны, – ответила я, бросая взгляд за спину, где за деревьями скрывалась беседка с ожидающим меня наследником, – Что вы здесь делаете?

– Приказ Аарона. – Был мне ответ.

Вот же упрямый.

– Ладно, только постарайтесь не маячить у меня перед глазами, – зашипела я на кавальбера и пошла обратно.

Вечером в покоях королевы меня ждали остальные фриби с желанием поскорее расспросить о «свидании» с принцем. Вот только их ждало большое разочарование. Во-первых, у меня не было желании делиться с ними своими впечатлениями (тем более врать), а во-вторых, стоило мне только появиться, как меня тут же позвала к себе королева.

– Как прошла прогулка? – Не отрывая взгляда от написания письма, спросила Вайолет. – Надеюсь, мой сын не досаждал тебе своим вниманием?

– Что вы, Ваше Величество, все было замечательно. Его высочество очень заботлив, – скромно потупила глазки в пол.

– Дорогая, тебе не обязательно врать мне. Я знаю сына и знаю, как он порой может быть напорист.

– Но вы так же знаете меня. Я могу дать отпор даже принцу. Но в этот раз его высочество действительно вел себя подобающе.

Королева наконец дописала свое письмо, вложила его в конверт и сняла тонкие очки в позолоченной оправе. Теперь все ее внимание было приковано только ко мне. И от этого взгляда хотелось съёжиться.

– Я не ошиблась в тебе, дорогая, – наконец что-то решив про себя, заявила королева. – Со временем из тебя выйдет настоящая королева.

Угу, заливай кому-то другому. Сделает она из меня королеву… Королеву чего? Загробного мира?

– Я могу тебе доверять? – Спросила Вайолет.

– Безусловно, Ваше Величество, – присела я в реверансе.

– Тогда вот тебе письмо, – мне протянули тот самый конверт, – доставь его завтра главной жрице Говорящего Храма, и чтобы не единая душа об этом не знала.

– Все будет сделано в лучшем виде.

– Я не сомневаюсь, – холодно припечатала королева.

И где делась ее любовь в будущей родственнице? Спрятав белый конверт между складок длинной юбки, покинула покои королевы.

Глава 10

Выполнять поручение королевы с самого утра я не стала. Спокойно позавтракав и выслушав наставление главной фриби, принялась за свою работу. Ближе к обеду Рейна сказала, что кому-то нужно съездить в книжную лавку в городе. Я как раз вернулась с предыдущего задания и напросилась на это. Быстро забежав в комнату, чтобы захватить шляпку и сумку, прихватила с собой Тили и пошла в сторону ожидавшей уже кареты. Еще утром я заметила, что за мной наблюдают. И эти ребята были точно не из кавальбериата Керри. Они скрывались немного лучше, чем Томиас, но для тренированного взгляда полицейского им тоже было не скрыться. Значит за мной наблюдали люди королевы. Весело о чем-то беседуя со своей служанкой, я направилась к ближайшей карете. К моей радости там уже маячил Даррен. В этой поездке сопровождать меня будет он. Поздоровавшись, я назвала нужный адрес и нырнула в приятную прохладу кареты. Тили последовала за мной. В карете я наконец позволила себе рассмотреть получше то, что мне приказали доставить. Конверт был самый обычной из недорогой бумаги. Без каких-либо подписей или пометок. К тому же он был не запечатан, словно специально призывал заглянуть внутрь. И решив не расстраивать королеву, я достала письмо и вчиталась в ровные, написанные твердой рукой буквы. Не смотря на то что королева писала его довольно долго, оно было всего лишь из нескольких слов:

«Убей девчонку, когда она отдаст это письмо.»

Чего?! Я не поверила собственным глазам и прочитала написано еще несколько раз. Это еще за прикол такой? Легкая паника быстро сменилась твердой уверенностью. Ее величество захотели меня проверить. Видела я однажды такое в одном историческом фильме. Когда посыльный был не верен своему хозяину и читал содержимое письма, у нег начиналась паника и он пытался убежать или еще каким-бы то образом избежать надвигающейся угрозы. Вот так хозяева понимали, что доверять такому человеку нельзя. Вот почему письмо было не запечатанным, вот почему королева сказал, что о доставке никто не должен знать. Что еще нужно для того чтобы разогреть любопытство молодой фриби? Будь на моем месте Палома или та же Стелла, уж точно не упустили бы возможность узнать, что такого секретного королева хочет сообщить жрице. Что ж, я доставлю это письмо. Надеюсь, что не ошиблась и это действительно проверка, а иначе… Что будет иначе даже думать не хотелось.

Карета остановилась около популярного книжного магазинчика в самом центре столицы. По всюду сновали люди, спешащие по своим делам. А на другой стороне улицы два знакомых мне амбала флиртовали с продавщицей выпечки. Выбиравшись из кареты, я «случайно» зацепилась юбкой за ручку двери.

– Ох, какая я все же неуклюжая, – заохала я.

Тили подозрительно на меня покосилась и дернулась было помочь, но я одним взглядом заставила ее остановиться и требовательно посмотрела на лакея. Даррен, слегка улыбаясь над моей «неуклюжестью», поспешил на помощь.

– Сделай вид, что ничего не происходит. За нами наблюдают, – от моего шепота руки парня дрогнули. – Если через час я не вернусь, ступай к Аарону Керри и скажи, что я в Говорящем Храме.

Моя юбка наконец была спасена.

– Ну вот и все, эйли, все сделано как надо, – слегка поклонился мне Даррен.

Быстро разобравшись с делами в магазинчике, я усадила Тили в кресле в кабинете хозяина и заставила его притащить все модные литературные новинки, чтобы моя служанка могла выбрать нужно для меня чтиво, а сама потребовала показать мне черный выход. На удивленное блеяние хозяина я просто всунула ему под нос золотой и тут же получила все что мне нужно.

Осторожно высунув голову за дверь, я убедилась, что оказалась на другой улице, параллельной той, где меня поджидали. Замечательно. Выскользнув, тут же выскочила на дорогу и наняла экипаж, потребовав быстро ехать к Говорящему Храму. Им, кстати, оказался довольно большое двухэтажное здание с абсолютно белоснежными стенами и позолоченной крышей. При входе меня приветствовала юная девушка, младшая помощница жрицы, в долгой хламиде цвета бешеного апельсина. Она без проблем и лишних вопросов согласилась провести меня к главной жрице.

– У меня послание от королевы, – поприветствовав жрицу, протянула ей конверт и стала ждать своей участи.

Жрица смерила меня взглядом своими безжизненным глазами. У меня прямо мурашки по спине от этой дамочки, но внешне я даже виду не подала, что меня что-то напрягает. Делария наконец вспомнила зачем мы здесь стоим и решительно достала письмо из конверта и внимательно вчиталась. Не единый мускул не дрогнул на ее лице, когда она буквально читала мой приговор к смерти.

– Вы читали его? – Снова вперила в меня взгляд женщина.

– За кого вы меня принимаете, эйл? – напустила на себя оскорбленный вид.

– Вы одна?

– Да. Ее величество попросила передать письмо без свидетелей. О том, что я здесь никто не знает.

Жрица задумчиво кивнула и отвела взгляд в сторону, явно обдумывая каким способом лучше меня кокнуть. Я почувствовала, как по спине побежала капелька пота. Все внутри меня было напряжено до предела. Мне казалось, что, если эта тетенька сейчас же ничего не скажет, у меня случиться банальная истерика. Не нравиться мне эта роль крутого Джеймса Бонда. Я никак не тяну на крутого шпиона, в идеале владеющего актерским мастерством. Время данное Даррену скоро закончится, и он побежит в кавальбериат, тогда сюда придет Аарон Керри и всем будет хана. По крайней мере я на это надеюсь. Воображение тут же подкинуло несколько картинок как Керри находит мой хладный трупик и пускает скупую мужскую слезу… Угу, этот пустит. Да скорее в честь такого праздника станцует ламбаду!

– Что ж, – выдохнула наконец жрица и мое сердце замерло и ухнуло куда-то в район левой пятки, – благодарю, эйли, за доставку этого письма. Передайте мой ответ королеве устно: вы как всегда оказались правы, я даю благословление от имени Единого.

Боги, если бы вы знали, как мне с трудом удалось сдержать лицо и не показать дикое облегчение. Было такое чувство, что где-то внутри меня лопнула натянутая струна, а ноги превратились в вату. Но и сильно радоваться не спешила, еще нужно из этого Храма выйти. Желательно не вперед ногами.

– Вы все запомнили?

– Да.

– Отлично. Можете быть свободны.

Я откланялась и поспешила на выход. В этот раз меня никто не сопровождал, но физически чувствовала чей-то взгляд и казалось, что вот прямо сейчас из-за какого-то угла выскочит Делария с топором и сделает из меня колбаски. На улицу я выскочила едва ли не бегом. И лишь скрывшись в темном наемном экипаже, который повез меня обратно к книжному, смогла с облегчением выдохнуть и растечься по сиденью лужицей. Меня прямо стало трясти от пережитого волнения. Нет, уж точно стребую с Керри или короля вознаграждение.

Вернувшись тем же путем в лавку, прихватив Тили и пару книжек, чтобы не вызвать подозрения, отправились обратно во дворец. Королева осталась мною довольна, так что, думаю проверку я прошла.

***

Мое сближение с королевой и принцем не осталось не замеченным для главной фриби. Однажды Рейна вызвала меня к себе в кабинет и провела длинную нравоучительную лекции о королевской семейке и их недостатках. На что лишь огрызнулась и заявила, что девушка я самостоятельная и сама в праве решать, как мне жить. Расстались мы с герцогиней недовольные друг другом. Мне было неприятно ее обманывать, но другого выхода не было. Может когда закончиться вся эта история, я попрошу у нее прощение.

Королева приняла меня в близкий круг общения, на удивление многих. Я все чаще сопровождала ее, она все время интересовалась моим мнением, посылала с поручениями к Деларии. Не обделял меня вниманием и Киан. Принц не давал прохода, но как только я осторожно начинала интересоваться его планами, тема тут же переходила на что-то другое. Либо он был настолько глуп и не понимал, что я у него спрашиваю, либо мастерски делал вид. В итоге, спустя неделю я все так же топталась на одном месте и ничегошеньки не узнала. Еще масла в огонь подливал Аарон Керри. У него в отличии от меня дело шло споро. Им удалось узнать людей, которые точно поддерживают королеву. Но предпринимать ничего не решались, эти товарищи, по словам Стефолда, были не самыми последними людьми в королевстве, в их подчинении было много ресурсов и свои мини войска, так что они хоть сегодня могли идти войной на короля. К тому же, еще не удалось понять кто помогает ей в империи и как они общаются.

Но все изменилось буквально в один день.

Меня в очередной раз послали с поручением к Деларии. В этот раз я не скрывалась, сказала Рейне, что мне нужно посетить Храм, как раз подходит дата смерти матери Аленсии. Старшая фриби сочувственно покачала головой и отпустила меня без лишних возражений. Прихватив незаменимую Тили, я отправилась на встречу с Деларией.

В Храме некоторое время постояла около статуи Единого и поставила свечу в память о умерших. Оставив служанку там же, нырнула в неприметную узкую дверь за статуей для персонала. В этих коридорах за последнюю неделю я уже отлично ориентировалась и шля напрямую в кабинет главной жрицы. Но не дойдя каких-то пару шагов к ней, остановилась, услышав голоса.

– … ответ нашей королевы. Надеюсь, что Его превосходительство примет все наши условия, – скрипучий голос Деларии, я не с чем не перепутаю.

– Это скажет только он сам, – ответил ей мужской баритон.

– Когда нам ждать ответа?

– Я прибуду сюда через неделю. Если Его превосходительства устроят ваши условия, то все сделано будет быстро и император будет в наших руках.

Ну конечно же! Какая банальщина… Королеве помогает храм. И почему мне это не дошло сразу? Сама же все время письмеца Деларии таскаю! Все переговоры с империей проходят через верховную жрицу. И судя по всему этот типчик, который его превосходительство, и есть сообщник королевы. Еще по истории своей родины я знала, что церковь иной раз была имела власти больше чем все монархи вместе взятые.

Тут мое внимание привлекло движение с лева. Приглядевшись, заметила, что не одна я такая умная – стою тупо по середине коридора и подслушиваю (медаль за глупость мне!). В тени ниши, спиной ко мне, стояла девица в облачении помощницы жрицы. Сейчас передо мной был выбор: закрыть на это глаза или сдать ее, прежде чем она сделает то же самое со мной. Думала я не долго, разговор в кабинете резко закончился, и ребятки поспешили на выход. Эх, была не была, надеюсь эта девица меня простит. Быстрыми шагами преодолела расстояние между нами и, схватив ее за руку, потянула на себя. Девушка обернулась, зашипела, как дикая кошка, и попыталась вырваться, применив профессиональный боевой захват.

– Ах ты ж зараза! – Вырвалось у меня, сквозь боль.

Не на ту напала, милочка. Отшвырнув свою несчастную сумку, перехватила ее руку и попыталась выкрутиться. Со второго раза у меня это получилось, и я заломила ее руки за спину.

– Кто ты такая? – Спросила я.

Естественно мне не ответили. Вернее, не успели. Громогласное «Что здесь происходит?» привлекло наше внимание. Оказывается, Делария и ее гость уже некоторое время наблюдали за нашей возней. К моему большому разочарованию, мужчина был в темном плаще с натянутым на лицо капюшоне. И это при тридцатиградусной жаре, м-да…

– Верховная, она подслушивала у вашей двери, – сдала я соперницу с потрохами.

Взгляд жрицы стал каким-то хищным. Она медленно приблизилась к девушке, которую я до сих пор держала, и взяв ее за подбородок, заставила поднять голову.

– Ты не работница Храма, – вынесла вердикт женщина. – Кто ты и на кого работаешь?

Девица промолчала, даже рыпаться перестала. Губы Деларии сложились в жесткую линию, она громко хлопнула в ладоши и к нам тут же прибежали две девушки прислужницы.

– Уведите ее, – коротко бросила верховная и ее указ тут же был исполнен, а сама женщина обернулась ко мне. – Друг мой, позвольте представить вам Аленсию ар Миолен. Графиня является нашей помощницей и пользуется безоговорочным доверием королевы. И моим тоже.

Скромно улыбнувшись, я присела в ненавистном реверансе, опустив глаза в пол. Мужчина наклонился и поднял с пола мою несчастную сумочку. Протянув ее мне, второй рукой он перехватил мою ладошку и поднес ее к своим губам. Что ладонь, что губы его показались мне неимоверно горячими и сухими. Запарился поди бедняга в таком-то прикиде.

– Рад знакомству, эйли. Ее величеству повезло иметь таких верных и очаровательных помощников, – я не видела его лица, но была уверенна, что он улыбался.

– Служить королеве – честь для меня.

Делария улыбнулась, оставшись довольной моим ответом. Сейчас она смотрел на меня, как учитель смотрит на своего ученика, когда тот правильно решит задачку.

– Что ж, прекрасные эйлы, прошу меня простить, но я вынужден откланяться, – мужик еще раз поклонился и ушел, оставив нас вдвоём.

Верховная пригласила меня в свой кабинет. Там я рассказала, как увидела подслушавшую девушку, вручила ей письмо королевы, забрала ответ и поспешила на выход. Делария заверила меня, что с девицей они разберутся, и у меня появились чувству вины. Спящая где-то в глубине моей души совесть, подняла свою заспанную мордочку и осуждающе ею покачала.

Покидая стены Храма, мое внимание привлек один торговец бижутерией. Вот сколько раз ему говорила, а Ян Стефолд себе не изменят. Следом за нами из Храма вышли три девушки послушницы. И все бы ничего, но по середине шла та самая девушка, которую я поймала. И то, что девица справа весело щебетала и придерживала товарку за локоть могло не вызывать внимания, если точно не знаешь, что к боку девушки приставлен нож. Девицы пошли вдоль улицы, и никто не обратил на них внимания. Меня радовало лишь то, что Делария хотя бы в таких вопросах вспоминала, что она жрица Единого и не позволяла пролиться крови в Храме. Это я случайно узнала от одной из ее послушниц, когда та нечаянно порезалась.

– Тили, ты не хочешь купить себе новое украшение? – Доставая монету из кошелька, громко поинтересовалась я.

– На кой оно мне? Вы и так меня одариваете всеми этими побрякушками, их уже девать некуда, – буркнула моя непонятливая подруга.

– Тили, тебе нужно новое украшение, – с нажимом повторила я.

В глазах девушки появился немой вопрос. Поддавшись немного вперед, я сделала вид, что заправляю ей за ухо прядь волос и быстро, не разжимая губ прошипела кое-что.

– Может быть серьги? – продолжила я.

– Точно! Меня Даррен на свидание пригласил, а к новому платья как раз сережек и не хватает, – широко улыбнулась служанка, взяла из моих рук монету и быстро полетела в сторону торговца.

Пока я, щурясь от яркого солнышка, рассматривала Храм, Тили весело щебетала, выбирая серьги и смущаясь от комплиментов. Стефолд торговался и расхваливал свой товар не хуже настоящего торговца. Притулив к ушку девушки очередную серьгу, он что-то зашептал ей на ухо, от чего Тили покраснела и захихикала, а затем быстро зашептала что-то ему в ответ. Я поразилась ее актерскому мастерству, вот бы мне так уметь. Стефолд тем временем не только всучил ей какие-то серьги, но еще и выторговал поцелуй в щеку. Забрав украшение, Тили бросила на прилавок монетку, наклонила вперед и громко чмокнула его в небритую щеку, а затем резко развернулась и побежала ко мне, негромко хохоча. Я наблюдала за всей этой картиной, качая головой.

Уже почти скрывшись с той улицы, я заметила как двое кавальберов нырнули в проулок между домами, где совсем недавно скрылись девушки послушницы. Не знаю, как Стефолду это удалось, но он все же исполнил мою просьбу.

***

Во время вечернего «ничегонеделания» ко мне подсела взволнованная Хельта. Девушка бросала взгляды за спину и нервно сжимала руки.

– Аленсия, можно тебя на пару слов? – Спросила она.

– Конечно, – кивнула я, а Анастейша без лишних слов отошла в сторону, оставляя нас наедине.

– Мне кажется я…

– Да ладно! – Воскликнула Китти, чем привлекла всеобщее внимание.

Она сидела в кресле с вышивкой в руках вместе с Паломой и была чем-то сильно удивлена. Аарон сказал, что на самом деле Палома не имеет ничего общего с королем, а все ее рассказы – выдумка наглой девицы. Я перестала обращать на нее внимание. В конце концов, кто виноват, что она совсем не думает своей пустой головой к чему могут привести все эти сплетни.

– Я вспомнила, кого видела в тот день у дверей Сицилии, – быстро закончила свою речь Хельта.

Я тут же позабыла о нагло сияющей сестрице и с ожиданием посмотрела на девушку.

– Кто это был?

– Хельта, не могла бы ты отнести эти документы нашей экономке? – За нашими спинами неожиданно появилась Рейна.

Хельта вздрогнула и вжала голову в плечи. Я ее понимала, появление главной фриби и меня слегка испугало. Но девушка быстро взяла себя руки, засияла беззаботной улыбкой и, забрав из рук герцогини бумаги, ушла. А я осталась глупо сидеть на месте и смотреть на закрывшуюся за ней дверь. В груди нарастало предчувствие чего-то нехорошего.

На ужин Хельта так и не пришла. Не прикоснувшись к еде, я поспешно выскочила из столовой, под удивленный взгляд остальных девушек, и направилась в сторону комнаты Хельты. Не нравилось мне ее долгое отсутствие.

И я ее действительно нашла. На лестнице для слуг с кровавой раной в груди.

– Хельта! – Подбежала к ней.

Девушка была еще жива. Дыхание хриплое, кашель и кровь изо рта. Упав перед ней на колени, что есть силы прижала руку к ране, а второй положила ее голову себе на колени.

– Кто ни будь?! Лекаря! Скорее! – Орала я.

Дрожащими руками попыталась оторвать кусок ткани от своей юбки, чтобы прижать рану, в попытке остановить кровь. Мои крики были услышаны, в коридоре началось движение. Из последних сил Хельта протянула руку ко мне.

– Это… она… пла… – она пыталась, что-то сказать, но из ее груди вырывались лишь хрип и кровь. – золотое… платье…. Она убила…

Хельта закашляла еще сильнее и вдруг обмякла, а ее рука безвольно упал на пол. Я сжала ее крепче и позвала по имени несколько раз. Вокруг меня стали появляться люди, но я их не видела. Все что сейчас могла, это смотреть как над нами появляется до боли знакомая фигура в черном плаще, а из тела Хельты поднимается голубой туман. Я прижимала мертвую девушку к себе, будто боялась, что она сейчас исчезнет. Но в какой-то момент у меня ее отобрал, а чьи-то руки крепко схватили меня за плечи и поставили на ноги. Сквозь затуманенный взгляд я смогла разглядеть лицо Маркуса Бредстона. Но не успела я ничего сделать, как голубой туман превратился в Хельту, Смерть подала ей костлявую руку, и они ушли. Как и тогда, когда умерла Сицилия.

– Эйли! Эйли, вы меня слышите? Аленсия! Аленсия, очнись, – Маркус крепко прижал меня к груди. – Вызовите эйла Керри. Я отведу графиню в ее комнату. Никого не подпускайте к телу и ничего не трогайте руками.

В комнате нас встретила взволнованная Тили. Маркус усадил меня в кресло, что-то быстро сказал Тили, и та куда-то умчалась, но вскоре вернулась с коричневым пузырьком.

– Пей! – авальер всунул в мои руки стакан с водой и заставил выпить его до дна.

Убедившись, что выпито все до капли, бородач отправил меня смывать кровь. Сказав Тили, что успокоительное скоро подействует Маркус поспешил обратно. Находясь в каком-то коматозном состоянии, я мыла руки, смывая с ним чужую кровь, стянула платье, залитое все той же кровью, и влезла в штаны и рубашку. В маленькой комнате стало трудно дышать. Стены давили на меня со всех сторон, а перед глазами стояло мертвое лицо Хельты. Обещанный результат от успокоительного не приходил. Не выдержав, я выскользнула на улицу, рыкнув на Тили, чтобы та не шла за мной следом.

Мне не в первый раз приходилось видеть трупы и смотреть на смерть. Но на моих руках человек умер во второй раз. Это было, когда я только начинала работать. Семнадцатилетний паренек из хорошей обеспеченной семьи. Как наяву я видела его торчащие в разные стороны светлые волосы и смеющиеся зеленые глаза. Родители Антона мало обращали на сына внимания, полностью посвятив себя работе. Паренек пошел искать это внимание на улице. Хулиганы, наркотики, алкоголь – все было. Поймав Антона, провела с ним беседу и он послушался. Изменился. Снова стал хорошо учится, прошел курс лечения, бросил наркотики и забыл дорогу в ту жизнь. Но вот она его не забыла. Звонок Антона разбудил меня в полночь. Парень был сильно напуган, он плакал и говорил, что не в силах бороться. Я попросила его не паниковать и, узнав адрес, поехала к нему. Но опоздала. Он лежал в пыли на заброшенной фабрике. Ножевое ранение в живот. Так же, как и с Хельтой я просто упала рядом с ним и глупо руками пыталась сдержать льющуюся кровь, не в силах нормально помочь. Старые дружки нашли Антона, доставали его, шантажировали и угрожали. Парень пожаловался родителям, но те лишь отмахнулись. И вот от угроз уроды перешли к действиям. Парень умер, не дождавшись скорой. У меня на руках. Ему было семнадцать. Чувство вины до сих пор жгло меня в груди.

Погрузившись в свои мысли, сама не заметила, как ноги принесли к любимой поляны в саду. Успокоительное Маркуса наконец начинало действовать, я почувствовала легкую слабость в теле и жуткое желание спать.

– Ммм… какие виды, – прозвучало за моей спиной, – дорогая, вы раните мое сердце без ножа.

Я обернулась. Оперившись плечом о дерево в нескольких шагах от меня стоял принц. Распахнутая рубашка, всегда идеально уложенные волосы взлохмачены, а в руках почти пуская бутылка. Высочество был явно под градусом.

– Не хочешь составить мне компанию, дорогая? – Немного растягивая слова, спросил Киан.

– Не в этот раз, – ответила я.

– И снова отказ… А я думал мы уже прошли эту стадию. Твои отказы обижают меня, милая, – принц, слегка пошатываясь, приблизился ко мне. – Скажи, чего тебе не хватает? У меня есть титул, есть деньги, любое твое желание будет тотчас исполнено. Ты моешь стать принцессой, а затем и королевой.

Видимо все дело в успокоительном, иначе я бы низа что не стала дразнить тигра. Но последние слова меня заинтересовали. Всем известная истина, что под градусом человек сможет раскрыть все свои тайны. Так может быть это и есть мой шанс?

– Как скоро? – Я сделала шаг вперед и положила руку на грудь принца, от чего тот со свистом втянул в себя воздух. – Когда придет твое время, могут пройти годы.

– Одно твое слово, любовь моя, и моего отца завтра же не будет на этом свете, – касаясь губами моей щеки, прошептал Киан.

Мне стало противно. Ужасно противно и страшно. Ради власти он готов убить собственного отца и даже не жалеет об этом.

– А твоя мать?

– А что она? Запру ее в каком-нибудь храме где-то на окраине королевства и все. Нам никто не помешает.

– А вдруг она уже выбрала для тебя невесту? Лучше меня. Например, принцессу империи.

Киан рассмеялся, запрокинув голову. Затем одним быстрым движением, он крутанул меня и прижал к своей груди, а его губы прикоснулись к моей шее, от чего меня бросило дрожь отвращения.

– Давай будем честны, прелесть моя. Я хоть и хорош, но принцесса мне никогда не светит. Так что, я целиком и полностью твой.

И влажные губы снова на моей шее. В этот раз мне удалось вырваться. Главное, я узнала то, что мне было нужно. Слабость все больше давала о себе знать. Нужно как можно быстрее вернуться в комнату. До чего же отвратительный человек. И ведь он когда-то станет королем!

– Ну же, милая, или сюда, – принц снова потянул ко мне руки.

– Думаю, сейчас не лучшее время. Ты пьян, – увильнула в сторону я.

Но не успела я сделать и пары шагов, как вперед меня полетела бутылка, а в следующее мгновенье меня снова крепко схватили и развернули. Горячие губы впились в мои, а руки с силой сжали мои ягодицы. Осознание данного хамства ударило не хуже молнии. Собрав все силы в кулак, оттолкнула его.

– Нет, дорогая, в этот раз я не приму отказа. Я и так как мальчишка бегал за тобой. Хватит! – Почти рычал принц.

В голове шумело, действие успокоительного становилось все сильнее. Киан снова потянул ко мне руки, но я успела вывернуться и подставить подножку. Принц упал. Лежа на спине он вдруг рассмеялся.

– А ты строптивая. Мне нравится, тем интереснее будет тебя приручить!

Я его не слушала, с трудом переставляя ноги постаралась уйти как можно скорее. Киан оказался на ногах молниеносно. В пару шагов он догнал меня, прижал руки к бокам и снова попытался меня поцеловать. Я дергалась, что есть силы пыталась высвободиться из плена, но все было тщетно. В конце концов, я его просто укусила. Киан вскрикнул, звонкая пощечина обожгла левую щеку. От удара я сделала пару шагов назад и, споткнувшись, упала на попу. Принц поднял меня за волосы.

– Дерзкая кошечка, – ухмыльнулся этот ненормальный.

Паника накрыла с головой. Ни разу в жизни я не попадала в такие ситуации. Изнуряющие ежедневные тренировки помогали держать себя в форме и в любой момент я могла дать отпор. Но сейчас, под действием этого чертового успокоительного, оказалась немощной куклой, в силах которой только и осталось, что дергаться и кричать.

Рука этого ублюдка сжала мою грудь. Злость и отвращение вспыхнули с новой силой. Извернувшись, ударила его ногой по бедру, но принц этого даже не заметил. Видимо алкоголь сыграл свою роль и полностью отключил ему мозги. В следующее мгновенье меня просто швырнули на землю, как какую-то игрушку. Тяжелое мужское тело навалилось сверху. В шею тут же уткнулись слюнявые губы. В живот что-то уперлось, и я с ужасом поняла, как сильно был возбужден этот урод. Киан сел на меня и одним рывком разорвал на мне рубашку, обнажая белье. Склонившись, он стал целовать мою грудь. Что есть силы вцепилась в его волосы, пытаясь оторвать его от себя. Рыкнув он дернулся, одной рукой перехватил мои руки, второй замахнулся для очередного удара. А я лишь сжала глаза, не в силах больше смотреть в лицо этому безумцу, и, съежившись, ждала новую волну боли.

***

Сообщение из дворца застало Аарона на пороге в кавальбериата. Во дворце произошло убийство. Убита девушка фриби. Все внутри мужчины болезненно сжалось от страха. Неужели это Аленсия? Она очень рисковала, шпионя по их просьбе за королевой. Страшно даже представить, что ее могло ждать, если об этом узнает Вайолет.

Он гнал коня в этот демонов дворец, что есть мочи. Чем ближе он был к месту, тем сильнее начинало биться его сердце. Вся остальная команда Аарона была уже здесь. Соскочив с коня, он, под удивленным взглядом стражи, побежал внутрь. До женского крыла кавальбер добрался всего за каких-то пары минут. Аарон увидел толпу около дверей на лестницу для слуг. Мужчина замер не силах заставить себя сделать и несколько шагов в ту сторону и увидеть тело. От толпы отделилась одна фигура. Стефолд подошел к другу и положил руку ему на плечо.

– Это не она, – три коротких слова стали для Аарона глотком свежего воздуха.

Только теперь он заметил, что все это время даже не дышал. Ян похлопал его по плечу и отошел в сторону. Как всегда, этот пройдоха не переставлял удивлять. Он точно знал, что твориться на сердце у Аарона. Понял это раньше него самого. А может это просто Керри слепой?

Аарон наконец подошел к месту преступления. Теперь он увидел тело лежащей на полу девушки. Кажется, ее звали Хельта. Он рассматривал ее как подозреваемую в убийстве другой девушки, Сицилии.

– Аарон, – к кавальберу подошел Бредстон, – ты бы сходил к Аленсии. Девушка умерла у нее на руках.

Нет, все же это Аарон такой глупец. Ведь даже Маркус Бредстон давно все понял. Передав главенство Стефолду, Керри направился в сторону комнаты графини. Двери открыла все та же служанка с усыпанным веснушками лицом и симпатичным курносым носиком. Она была взволнована и сказала, что Аленсия, накричав на нее, одна ушла на улицу, скорее всего в сад. Аарон почувствовал что злится. Какая безответственность! По дворцу бродит убийца, а она одна ночью поперлась в сад.

Аарон точно знал куда она могла направится и шел быстрыми шагами в сторону ее излюбленной поляны. Звезды и луна хорошо освещали окружающие его деревья. Где-то за пределами королевского дворца, слышался гомон ночного города. И среди этого тихого гула он четко расслышал девичий крик. Мужчина бросился в ту сторону и успел как раз вовремя, чтобы увидеть, как Киан замахнулся, чтобы ударить распростертую на земле Аленсию в разорванной одежде.

Ярость красной пеленой застелила глаза кавальбера. Он всего в пару прыжков оказался рядом с ними и, перехватив руку принца, ударил его в челюсть, вложив в этот удар всю свою злость. Киан упал на спину, а Аарон склонился над Аленсией. Девушка лихорадочно пыталась стянуть края разорванной рубашки, чтобы прикрыться, а второй рукой вытирала кровь с разбитой губы.

– Ты как? – Глупый вопрос, но другого у Аарона не было.

– Спасибо, – выдохнула она.

Он убрал волосы с ее лица, помог ей сесть и крепко прижал к груди. Плечи ее задрожали, а затем послышались тихие всхлипы. Аарон губами притулился к макушке Аленсии и молился Единому, что успел до того, как случилось непоправимое. Он был готов разорвать Киана на мелкие кусочки.

– Ты посмел ударить меня?! – Истерично закричал принц за его спиной.

Аарон резко выдохнул и осторожно отстранил от себя девушку.

– Подожди минутку, – ласково сказал он и вытер бежавшие по ее щекам слезы.

Принц уже успел подняться на ноги. Он стоял, шатаясь, будто от сильного ветра, и сплевывал кровь из разбитого рта.

– Ты ответишь за это, – зло шипел наследник.

– Нет, Киан, это ты ответишь за все, – ответил Аарон и нанес еще один удар.

Принц пытался отбиваться, но куда ему было до тренированного кавальбера, который был к тому же в дикой ярости. Все это больше походило на избиение младенца. Его высочество упал на землю и жалко заскулил, как побитый щенок.

– Не понимаю, как земля все еще носит такую мразь? – стоя над лежащим принцем, сказал Аарон.

– Ты просто всегда мне завидовал! Брат.– Принц сел, перестал смеяться и посмотрел на Аарона с ненавистью.

Не будь сейчас Аленсии так плохо, возможно она бы удивилась сильнее. А так все на что ее хватило лишь немного приподнять брови.

– Не смей меня так называть. Я не хочу иметь что-то общее с такой мразью, как ты, – Аарон вернулся к Аленсии и с легкостью взял ее на руки.

– Я расскажу все отцу!

– Можешь не утруждаться. Я сам схожу к королю, – не оборачиваясь, ответил Аарон, нежно прижимая к груди девичье тельце.

***

– Ты злишься, – сказала я, когда рыдающая Тили, наконец уложила меня в постель.

Аарон принес меня в комнату и приказал шокированной Тили приготовить чистое белье, воду и полотенца. Меня умыли, переодели, обработали синяки и уложили. Рука у принца тяжелая, моя разбитая губа горела, а на щеке завтра будет красоваться синяк. Но все равно мне неимоверно повезло. Страшно даже представить, что было бы придя Аарон немного позже или если бы он вообще не появился. А еще меня бесила моя слабость и, что правды таить, я ужасно испугалась.

– Конечно, я злюсь, Аленсия, – резко ответил кавальбер, стоя у окна, демонстративно не глядя в мою сторону.

– Хотя это меня избили, унизили и едва не изнасиловали. Ах да, еще кое-кто меня все время обманывал, – пробурчала я.

– Это единственное, что тебя сейчас волнует? – Аарон наконец обернулся. – Аленсия, мне сообщили, что во дворце убита фриби. Как думаешь, чье имя первым всплыло у меня на уме? Со всех ног я поспешил сюда. Ты не представляешь какое облегчение я испытал, когда увидел там совсем другую девушку. А теперь представь, что я почувствовал, когда узнал, что, не смотря на убийство девушки, ты пошла одна ночью в сад? Я просил тебя не оставаться с ним наедине! Знаешь, чем известен принц? Своими грязными сексуальными играми! Он любит причинять боль партнерам, уродовать не в чем не повинных девушек. Чужие страдания его возбуждают! Теперь представь, что могло случиться с тобой?!

Я молчала, лишь слезы тихонько бежали по моим щекам. Что толку говорить? Я могла сказать в оправдание, что не знала, что он меня там найдет, могла уйти сразу же как увидела его. Но нет. Я осталась, да еще и провоцировала его, желая добиться своего. Аарон прав – я себя переоценила. Моя глупая самоуверенность могла дорого мне обойтись. Да к тому же еще и…

– Хельта хотела встретиться со мной. Именно поэтому ее убили. Она вспомнила кого видела тогда и хотела рассказать мне. Но убийца ее опередил.

– Ты же знаешь, что не виновата в ее смерти, – тихо сказал Аарон, подходя ближе.

– Мне от этого не легче, – прикрыла глаза я.

Наверное, в некотором роде я должна быть благодарна Маркусу за его успокоительное, а иначе у меня сейчас случилась бы банальная истерика. Смерть Хельты и попытка изнасилование – это слишком даже для меня. К щеке прикоснулось что-то холодное и я резко открыла глаза. Видимо очень сильно погрузилась в собственные мысли, что даже не услышала, когда Аарон сел рядом. В одной руке он держал небольшой мешочек, наполненный льдом, который Тили успела притащить из королевской кухни.

– Если не будешь держать, будет синяк, – пояснил свои действия Аарон.

Я прикусила губу. Стало как-то неловко, но в то же время его близость волновала и дарила такое спокойствие и чувство безопасности, что хотелось просто закрыть глаза и наслаждаться моментом.

– Мне удалось узнать кто помогает королеве в империи, – решила поделиться важными сведениями, чтобы хоть как-то заполнить неловкую тишину. – Через Деларию она ведет переговоры с неким господином, которого называют «его превосходительство».

– Верховный жрец Храма Единого? – Уточнил Аарон.

– Не знаю. В разговоре звучало только «его превосходительство», никаких имен.

Я коротко пересказал подслушанный разговор и не забыла упомянуть ту девушку. Нужно узнать, что с ней. Не хорошо как-то получилось.

– Тебе удалось поймать работника службы безопасности империи, – улыбнулся Аарон.

Мои глаза стали размером с апельсин. Если он сейчас еще скажет, что это был еще и лучший агент, я разочаруюсь в службах этого мира. Мне всегда казалось, что люди, работающие в таких организациях, должны быть невероятно умны, изворотливы и неуловимы. Не Джеймс Бонд, но рядом. А что я вижу? Девица в тупую стоит и подслушивает под дверьми (то, что я и сама так сделала не считается, я же не агент спецслужбы).

– Не волнуйся за нее. Ты вовремя успела предупредить. Девушка уже на полпути домой, – успокоил меня кавальбер.

– Это хорошо, – вздохнула я. – Что касается принца… Он не знает о планах своей матери.

При упоминании о наследнике глаза Аарон вспыхнули гневом. В такой ярости я видела его впервые. Зрелище не для слабонервных.

– Его высочество милостиво предложил мне место королевы, – честно призналась я, а на удивленный взгляд Керри добавила: – Да, да. Именно королевы. Одно мое слово и завтра в королевстве смениться король, а вдовствующая королева будет закрыта в самом дальнем храме, чтобы не мешала молодоженам.

– Ублюдок, – выплюнул Аарон, но тут же виновато посмотрел в мою сторону.

– У меня было то же мнение, – ответила я.

Некоторое время мы просто молчали. И тишина эта была такой уютной, что мне хотелось растянуть этот момент как можно дольше. Керри убрал руку от моего лица и осторожно провел тыльной стороной руки по щеке. От этой мимолетной ласки по теле пробежали мурашки. Мамочка родная, Аарон, что же ты со мной желаешь? Реакция моего тела на этого мужчину была более чем очевидна. В своем мире я была уже далеко не невинной девочкой и уж точно знала, что реакция эта взаимна. Я ясно читала желание в его глазах.

– Так значит внебрачный сын короля? – Вспомнила интересную деталь.

Аарон печально улыбнулся.

– Ты неисправима, – покачал он головой.

– Какая есть.

– Другой не надо, – тут же отозвался он.

Уровень неловкости просто зашкаливал. Мне казалось, что краснеть уже просто не куда.

– Да, мой отец действительно Эрнанд, – тут же сменил тему Керри.

– То есть та история про служанку…

– Да, это была моя мать. Моя и Анастейши. Еще вопросы, эйли кавальбер?

– Почему просто нельзя было сказать? – Немного обидным голосом спросила я, продолжая бороться с действием успокоительного.

– Скажем так, эта часть моей биографии не самая интересная. По-твоему, я должен трубить об этом на каждом углу?

– Нет, конечно. Просто думала, что ты мне стал доверять, – я сама понимала, как жалко и неубедительно звучали мои слова.

– Аленсия, я…

Разговор прервало появление Тили. Очередное. Моя верная служанка уже несколько раз проходила мимо нас. Каждый раз она выходила из своей комнатушки, проверяя чем мы занимаемся. Ее появление вызвало у Аарона улыбку. Он поднялся.

– Отдыхайте, графиня. Продолжим наш разговор завтра.

Керри сделал шутливый поклон Тили, от чего девушка насупилась и покраснела.

– Спасибо, – сказала я ему вдогонку.

Аарон на мгновенье остановился в дверях и, обернувшись, подарил мне еще одну улыбку.

***

– Ну как она? – Спросил Стефолд, когда Аарон вернулся.

– Отдыхает, – коротко ответил Керри, сжав невольно кулаки.

– Что-то случилось? – Заметил состояние друга Томиас.

Аарон провел дворцовую стражу взглядом. Скрывать от друзей правду он не собирался, но сейчас было не место и не время. И друзья поняли это по его взгляду.

– Что здесь? – Обратился Аарон к Бредстону.

– Работа того же человека. Убита ножевым ранением в грудь, пробито правое легкое. Так что, даже если помощь успела бы прийти вовремя, ее это все равно не спасло бы. – Коротко отчитался Маркус вытирая руку.

Еще некоторое время мужчины обговаривали это дело, прежде чем за Аароном явилась дворцовая стража. Кавальбер визиту не удивился, хотя и думал, что его братец будет действовать быстрее. Без лишних возвращений Аарон последовал за хмурыми стражами в покои короля.

Вся королевская семья была в сборе. Киан сидел в кресле, а над ним хлопотала Вайолет. Хмурый король стоял у не зажженного камина.

– Ваше Величество, – склонился Аарон.

– Побои принца твоих рук дело? – Не поворачивая головы, спросил Арман.

– Да как ты вообще посмел поднять на него руку?! – Взвизгнула Вайолет, тыча в Аарона пальцем. – Он принц. Наследник короля. А ты? Кто ты такой?

– Вайолет, довольно, – резко пересек вопли жены Арман. – Не забывай, что Аарон тоже мой сын.

Королева задохнулась собственными возмущениями. Ее лицо раскраснелось от негодования, глаза метали молнии, а грудь часто вздымалась. За ее спиной кривил губы Киан. Сколько лет уже прошло, а он все никак не вырастит. Чуть едва обидели, тут же бежит жаловаться мамочке. А королева начинала рвать и метать, но лишь повзрослев Аарон понял, что ее больше злило сам факт того, что принца обидел он, Аарон, первенец короля.

– А теперь я хочу услышать, что между вами двумя произошло. – Арман наконец повернулся и смерил сыновей взглядом. – Киан?

– Что? Я уже сказал, что твой любимый сынок напал на меня и избил, – фыркнул наследник.

Внешне Аарон выглядел совершенно спокоен и безразличен ко всему. Он годами тренировал свою выдержку и умело держал «маску». Тяжело жить под ярлыком королевского бастарда. И на его счастье об это знали лишь несколько человек, помимо королевской семьи. Лишь за это он был благодарен… своему отцу. Конечно, Аарон знал, что за спиной его уже давно стали называть «каменным», но Аарону было плевать на мнение окружающих. Сейчас это его умение пригодилось как никогда. Внешне совершенно спокоен, а внутри бушевала самая настоящая буря, ему хотелось собственноручно придушить самолюбивого, трусливого мерзавца.

– Твоя версия событий, Аарон, – холодно обратился к старшему сыну король.

– Вы же все услышали от принца, Ваше Величество, – спокойно сказал Керри.

– Не ври! – Рявкнул Арман. – Ты никогда не делаешь что-то просто так, а уж тем более избивать. Что случилось? Вы что-то не поделили? Или все из-за девушки? Киан, что ты опять натворил?

– Я? Прошу заметить, что это меня избили! – Принц вскочил на ноги. – Хотя что я пытаюсь доказать? Он всегда был твоим любимчиком. Так что же ты не сделаешь его своим наследником, отец, раз уж я вышел такой непутевый?!

– Киан! – Ахнула королева.

– Что?! – Рыкнул на нее сын так, что женщине пришлось отступить. – Да пошло оно все к демонам!

Киан сплюнул прямо под ноги королевы и, не оборачиваясь, выскочил из кабинета, громко хлопнув дверью.

– Ну? Чего ты добился? – Обернулась к мужу Вайолет. – Не забывай кто твой наследник. Этому бастарду не видать трона.

Она резко обернулась и, одарив Аарону ненавистным взглядом, ушла вслед за сыном. Когда дверь за ее спиной закрылась, король тяжело вздохнул. Его плечи опустились и Аарону показалось будто он резко постарел. Медленно король приблизился к креслу и, опустившись на него, прикрыл глаза.

– Прости за ее слова, – глухо сказал он.

– Вам не за что просить прощения. Ее величество сказал правду, – все с тем же спокойствием заметил кавальбер.

Король открыл глаза и внимательно посмотрел на сына.

– Это ты должен быть наследным принцем, – с сожалением сказал Арман.

– Нет, Ваше Величество, наследником является ваш законный ребенок. Я же, как заметила ваша супруга, всего лишь бастард.

– Ты всегда будешь относиться ко мне как к чужому человеку?

На этот вопрос Аарон не ответил.

– Так что же все-таки случилось?

– Его высочество не очень хорошо вел себя с эйли, – нехотя, едва сдерживая себя, сказал Аарон.

– Не хорошо? За это не бьют.

– Он пытался ее изнасиловать, – все же не сдержался Аарон и эти слова у него получились рычащими.

– Что? – Потрясенно спросил король. – Ты уверен?

– Я видел все собственными глазами. Он ударил ее, а потом…

Договорить Аарон не смог. Ужасная картина снова появилась перед его глазами, а затем и заплаканное лицо Аленсии со следами от ударов. Единый, да он просто обязан догнать мерзавца и поломать ему все ребра.

– Вот щенок! – Воскликнул король. – Значит он еще мало получил. Его насильственные замашки становятся все сильнее. По столице итак уже ходят слухи. Кто эта девушка? Кто-то из слуг?

– Это была графиня Миолен.

– Дворянка?! – Еще больше удивился король. – Этот мерзавец совсем потерял разум. Если об этом узнают…

Аарон почувствовал горечь во рту. Ему было противно слышать такие речи от короля и отца. Армана дан Эрнанд в первую очередь волновало что скажут люди о поведении принца и какая тень упадет на их семью. Короля совершенно не волновали чувства униженной и избитой девушки. Вот почему Аарон никогда не хотел быть на месте Киана и носить титул наследника престола. Он был благодарен матери, что растила его не в этом месте.

– Аленсия не будет болтать, а с принцем я уже… пообщался. Вы можете не беспокоиться.

Король тут же успокоился, а Аарон поспешил уйти.

Глава 11

– М-да… Красотка. Просто слов нету, – бормотала я себе под нос утром, рассматривая собственное отражение.

Огромный синяк на щеке не удалось замаскировать полностью. Сегодня Тили не стала мне делать никаких причесок и оставила волосы распущенными, чтобы они хоть немного прикрывали это безобразие. К этой красоте стоит еще добавить боль в спине, из-за которой мне пришлось пропустить утреннюю тренировку. Мне еще повезло, что Тили еще до моего пробуждения смогла раздобыть какую-то целебную мазь, что хоть немного притупила эту боль. Все же мне повезло с ней, даже не представляю, что бы делала если у меня не было Тили.

– Госпожа, я ведь давно говорила, что нужно уезжать из этого гадюшника, – ворчала Тили.

– Уедем. – Не стала спорить с ней я. – Вот как найдем убийцу так и уедем.

Бросив последний раз взгляд на свое отражение, поднялась и уныло побрела на выход. За дверями меня поджидали.

– Эйл Томиас!

– Доброе утро, эйли Аленсия, – улыбнулся кавальбер.

– Вы ждете Анастейшу? – наивно спросила я.

Если мужчина и был удивлен моей осведомлённостью о их отношениях, то виду не подал. В отличии от Маркуса и Яна, с Томиасом у меня не было столь дружных отношений. Не потому что мы не нравились друг другу, просто Томиас все время был в разъездах, выполняя поручения Аарона и мы мало с ним пересекались.

– Нет, эйли. Я здесь, чтобы сопровождать вас. Приказ старшего кавальбера, – улыбнулся мужчина.

– Вот как, – протянула я. – Томиас. Могу я вас так называть?

– Конечно, эйли.

– Зовите меня просто Аленсия. – Махнула я рукой. – Так вот, передайте вашему начальнику, что в няньках я не нуждаюсь. К тому же это может вызвать некоторые ненужные вопросы, а нам не следует привлекать внимание.

– Он знал, что вы так ответите, – сказал вдруг Томиас и улыбка его стала еще шире. – Поэтому Аарон так же просил передать, что, если вы заупрямитесь, он лично привяжет вас к стулу и поставит стражу с вашей служанкой во главе. Говорят, она у вас очень ответственная и бдит за репутацией своей госпожи.

За моей спиной послышалось приглушенное хихиканье, но только до момента об ответственности. Я почувствовала, как щеки мои заливает румянец. Аарон явно намекал на вчерашний вечер. Томиас подмигнул Тили, и та тут же перевела победный взгляд на меня. Вот кто точно был согласен с планом старшего кавальбера. Поняв, что я в меньшинстве, молча двинулась в сторону покоев королевы. Томиасу ничего не оставалось как просто последовать за мной. Ну, Керри, попадись только мне…

Мое появление в компании симпатичного кавальбера не осталось незамеченным. И первой кому мы попались на глаза стала, конечно же, Анастейша. Фриби встретила нас подозрительным взглядом и хмурыми бровками. Кто-то явно подумал о чем-то не том.

– Анастейша, доброе утро! Ты не поверишь кого я встретила по дороге. Эйл Кинстин как раз искал тебя, и я вызвалась помочь. – Улыбаясь во все тридцать два, прощебетала я.

– Что? Но… – Растерялся Томиас.

Я просто подтолкнула девушку в его объятия и поспешила скрыться за спасительными дверями. Фух, отмазалась. Настроение у присутствующих было отвратительное. С этим нападением и разговором с Аароном, я совсем забыла о смерти Хельты. Ее убийство стало для всех ударом. Ровно без пяти минут восемь двери кабинета Рейны открылись и на пороге появилась сама главная фриби. В зал рыбкой юркнула Анастейша и ей даже не сделали замечание. Сегодня речь герцогини мало чем отличалась от той, что она говорила после смерти Сицилии. Разве что добавила, что желающие могут покинуть дворец сегодня же. После меня пригласили в кабинет.

– Как ты, милая? – Едва за мной закрылась дверь, спросила фриби, взяв меня за руки.

Ответить я не успела, меня заключили в теплые объятия. Глаза сами по себе защипало от слез. Все произошедшее вчера смешалось и осталось лишь одно чувство и желание – усталость и чья-то поддержка. Неожиданная забота Рейны стала именно тем, что мне было нужно.

– Ну, ну, милая, все уже позади, – шептала женщина, гладя меня по плечам.

Рейна отстранилась, но руку мою не отпустила. Она подошла к шкафчику, увлекая меня за собой, достала откуда-то чистый белый платок и осторожно вытерла мои слезы, когда ее рука вдруг замерла.

– Что это?

Я мысленно выругалась. Развела здесь сопли и совершенно забыла о синяке. Не дожидаясь моего ответа, Рейна подтолкнула меня к окну и подняла мою голову за подбородок, внимательно рассматривая отпечаток ладони принца.

– Аленсия, что это? – Повторила она свой вопрос.

– Ну, – начала я, – вчера я случайно оступилась и упала… и ударилась…

– Не ври мне! Это след от ладони. Поэтому я спрашиваю: кто это сделал? – Рейна не на шутку разозлилась.

Я молчала. Признаться, мне хотелось наябедничать на шизанутого принца, но я так же понимала, что это, помимо лишних проблем, могло так же помешать делу с заговором. Королева могла не поверить моими словам и стать на сторону сына, а мне никак нельзя было терять ее доверие. Но также понимала, что Киана следует наказать. Вчера меня спасло лишь своевременное появление Аарона. Другим девушкам могло так не повезти. А то, что такие девушки были, я не сомневалась.

– Ты боишься? – Вдруг спросила Рейна, приняв мое молчание за по-своему. – Аленсия, не волнуйся, тебе ничего не будет.

– Дело не в этом, – прошептала я.

– А в чем?

– Со своими проблемами я разберусь сама, – разозлилась я.

– Это Палома? – Сузила глаза Рейна.

– Что? Нет!

– Мужчина?

– Да. То есть…

– Принц? – Сделала еще одну попытку фриби.

Я невольно отвела глаза в сторону, чем выдала свое волнение. Рейна, не один десяток лет прожившая во дворце среди постоянного обмана, тут же уловила перемену в моем настроении и все поняла.

– Значит он, – сказала она. – Я просто так этого не оставлю.

Главная фриби направилась к двери. Я бросилась следом, в попытке ее задержать. Остановить не удалось, своими воплями я добилась лишь того, что меня крепко схватили за руку и потащили за собой прямиком в спальню королевы. Герцогиня открыла двери без стука и уверенно вошла в спальню. Вайолет уже была одета и внимательно что-то читала. При нашем, довольно громком появлении, она подняла глаза.

– Что все это значит? – спокойно спросила она.

– Он перешел уже всякие границы, Вайолет. Если ты не найдешь на него управу, это сделаю я, – решительно сказала Рейна.

Королева, сохраняя хладнокровие, отложила свои дела в сторону, сняла очки и еще раз внимательно осмотрела нас с ног до головы.

– Объяснись, пожалуйста, – но в тоне ее не было ничего доброжелательного.

Рейна снова подцепила мой подбородок своими холодными пальцами и заставила задрать голову, повернув ее левой щекой к королеве. Спокойствие мигом слетело с Вайолет. Она нахмурилась и вскочила на ноги.

– Это след от удара? – Словно не веря своим глазам, спросила она. – Кто это сделал?

Обращались ко мне, но я продолжала упорно изображать из себя партизана. Меня наконец отпустили, невольно сделала пару шагов в сторону, пока Рейне снова не захотелось схватить меня.

– Это сделал Киан, – сдала племянника герцогиня.

– Это правда, Аленсия? – Сузила глаза королева.

– Ваше Величество, я упала, – твердо сказала я.

Вайолет приблизилась и взяла меня за руки, совсем как недавно это делала ее сестра.

– Он посмел что-то еще сделать?

–– Нет,– после долгой паузы сказала ответила я

– Когда это случилось?

Я снова промолчала. В прочем, моего ответа и не требовалось, они сами сложили два и два и поняли, когда это могло произойти.

– Аленсия, дитя мое, поверь мне я накажу его. Под моей защитой тебе ничего не грозит. Так что можешь мне все честно рассказать. Он пытался сделать еще что-то? – Не унималась королева.

Я снова промолчала. Меня попросили выйти, а служанкам поручили позвать наследника. Хмурая девушка в форме прошмыгнула мимо. Я остановилась, как только двери спальни закрылись за мной и перевела дух. Кажется, мне поверили и отношение ко мне у королевы не изменилось, а сели повезет, то еще и сыночка своего она приструнит. От волнения сама не заметила как стала крутить бусинку на платье, пока она не отскочила и не закатилась за под диван. Ругнувшись я наклонилась чтобы достать беглянку, но не увидела ее. Пришлось обойди диван и присесть с другой стороны. Высматривая злосчастную бусинку, замерла, когда до меня донеслись слова герцогини.

– …понимаешь, что с годами он становится неконтролируем?

Видимо служанка, когда выходила не плотно закрыла дверь и мне теперь стал слышен их разговор.

– Я вижу это не хуже тебя, – раздраженно ответила королева. – С каждым разом его выходки становятся все серьезнее и скрывать их все сложнее. Но он посмел притронутся к этой девочке… Не волнуйся, это его последняя выходка.

Служанка за дверями громко объявила о прибытии принца. Я едва ли не легла на пол, опасаясь быть увиденной. Киан вошел широкими шагами. Вид у него был довольно печальный. Было такое чувство, что он только что поднялся из постели.

– Ты вызывала меня, матушка? – Вместо приветствия бросил он.

– Аарон избил тебя из-за Аленсии? –Достиг меня вопрос королевы.

Вот оно как. Значит она уже знала о их стычке, но не знала причину. Я осторожно, стараясь даже не дышать подползла к краю дивана так, чтобы было видно кусочек спальни королевы из приоткрытой двери. Принц растерял всю свою браваду. Он посмотрел сначала на одну женщину, потом на вторую.

– Эта девчонка посмела пожаловаться? – Недовольно буркнул он. – Не волнуйся, мама, я сделаю так, чтобы она больше и слова плохого обо мне не сказала. Она…

Договорить принцу не дали. В несколько шагов королева преодолела расстояние между ними и, замахнувшись, дала сыну звонкую пощечину.

– При всей моей нелюбви к бастарду короля, в этот раз я понимаю, что ты еще мало получил, – прошипела Вайолет в ошеломленное лицо Киана.

Я некрасиво приоткрыла от удивления рот. Рейна с одобрением покивала головой и сейчас смотрела на молодого человека, не скрывая презрения во взгляде.

– Да что вы все нашли в этой девке?! – Взревел он. – Я бы поразвлекся немного и все. Ты сама пророчила мне ее в жены. Так какая разница, когда именно она попадет ко мне в кровать?

– Закрой рот! – Рявкнула королева. – Если у тебя нет ни капли мозгов, тогда позволь я объясню тебе всю ситуацию. Аленсия – графиня, дворянка по крови. И если кому-то станет известно о твоем поступке, против тебя восстанет все дворянство и не видать тебе трона, как собственных ушей. Так что не смей даже близко подходить к девочке. С сегодняшнего дня я запрещаю тебе покидать свои покои.

– Ты думаешь я послушаюсь твоего приказа? – Не хуже матери зашипел принц.

– Я твоего мнения не спрашивала, – отрезала Вайолет. – Теперь твоей тенью станет Руперт.

– Твой цепной пес? Ты не посмеешь! Мне хватает и одного такого урода.

– А кто меня остановит? – От тихого голоса королевы стало не по себе, а ее улыбка вызвала дрожь.

Но принц просто так сдаваться не собирался.

–

Я –

будущий

король

этой страны!

–

А я королева! Больше я не дам позорить наше имя. Теперь уйди с глаз моих.

Сверив мать злым взглядом, Киан резко развернулся и направился прочь. Я едва успела спрятать голову обратно за диван, чтобы он меня не заметил. От того, как он громко хлопнул дверью, едва не посыпалась штукатурка с потолка. Стоявшая до этого момента молча, Рейна хмыкнула.

– Знаешь, на какое-то мгновенье я было поверила, что у тебя действительно есть человеческие чувства. Но нет, ты не разочаровала. Ты всего лишь заботишься о себе, – Рейна направилась к выходу.

– Иногда мне кажется, что она могла бы выглядеть как Аленсия. Такая же хрупкая и красивая, – вдруг сказала Вайолет и Рейна остановилась.

Герцогиня медленно обернулась к сестре, но та просто смотрела в окно.

– Неужели у тебя все же есть сердце?

Вайолет улыбнулась и обернулась. Возможно когда-то они были действительно близки, но сейчас невооруженным взглядом можно было понять, что эти двое непросто не любят, они ненавидят друг друга. И мне было жутко любопытно от чего же их отношения так кардинально изменились.

– Милая, милая сестра, – медленно подходила к Рейне Вайолет, – прошу не забывать, что у нас есть кое-что общее, не считая одной крови. Не тебе меня судить. Не я расправилась с… ними. Не на моих руках кровь.

Рейна в ответ не сказала ни слова, резко развернулась и быстро покинула комнаты королевы.

***

Осмотревшись и убедившись, что двери в спальню плотно закрыты, а Рейна уже ушла, я наконец вылезла из своего укрытия и мышью проскользнула на выход. Ступая на цыпочках, нос к носу столкнулась с Томиасом.

– Вас ожидают в кабинете короля, – сказал блондин, делая вид, что не заметил моего странного выхода из комнат королевы.

Возможно в другой ситуации я бы запротестовала или хотя бы выпросила по какому поводу меня вызывают на ковер. Но сейчас мне срочно нужно было унести ноги как можно дальше отсюда, поэтому без лишний возражений, едва ли не бегом, поспешила появится перед светлыми очами короля.

– Прибыла фриби ее величества Аленсия ар Миолен, – объявил слуга мое появление.

– Пускай войдет, – послышался уверенный голос из-за массивной двери.

Честно говоря, в этот момент я струхнула. Как по заказу вспомнилось мое наглое представление на дне рождении принца и яростный взгляд короля. С того дня я увижу его в первый раз. Набрав в легкие побольше воздуха, вошла в распахнутые двери. Арман дан Эрнанд был не один. В паре шагов от меня, как всегда с бесстрастным выражением лица, стоял Аарон Керри. Вот только теперь, когда эти двое оказались в одном поле зрения от меня, стало ясно, что они действительно похожи. Почему раньше этого не замечала? Может потому что довольно редко видела короля, а может и из-за того, что даже в мыслях не могла представить такого.

Аарон склонил голову приветствуя меня, а я поняла, что стою и тупо рассматриваю мужчин. Покраснев, тут же присела в реверансе.

– Прошу вас, эйли, без всяких почестей, – к моему удивлению заявил король. – Тем более, это мне нужно склонятся перед вами и просить прощения за гнусный поступок моего сына.

Так, и эти туда же… Хотя после подслушанного разговора я четче понимала, чем может кончится все, если эта история всплывет. Становилось понятно их желание договориться со мной «мирно». Но я не смогла сдержаться и бросила на Керри многообещающий взгляд, мысленно ругая его за ябедничество. Аарон в ответ лишь вопросительно приподнял бровь. Наши гляделки не остались без внимания короля.

– Аарон здесь совершенно не причем. Видите ли, мне все рассказал сам Киан. Эйли Миолен, прошу вас, если это возможно, простите и…

– Ваше Величество, – некультурно перебила я.

Арман поперхнулся воздухом и бросил вопросительный взгляд, почему-то, в сторону Аарона. Ну, а что? Он же сам сказал, что можно без почестей. Вот пускай и наслаждается обычным «земным» разговором.

– Ваше Величество, – снова повторила я, привлекая внимание к своей скромной персоне, – мне не нужны все эти извинения и угрозы в адрес его высочества.

– Но…

– Прошу вас, – тверже сказала я, снова перебивая его, – я не буду выдвигать никаких обвинений и уж точно не собираюсь распространятся об этом. Я бы вообще постаралась выбросить из головы это недоразумение…

– Недоразумение? – Вдруг подал голос Аарон и наконец сбросил маску невозмутимости. – Аленсия, он избил тебя и хотел изнасиловать.

– Аарон, я тоже там была, – как бы невзначай заметила я. – Во всем, что произошло есть и моя доля вины. Ты ведь предупреждал.

– А ты как всегда не послушалась, – недовольно буркнул кавальбер.

– А я не послушалась, – не отрицала я. – Ничего не поправимого не произошло и за это я должна благодарить тебя.

Кавальбер хотел что-то ответь, но в последний момент решил все-таки промолчать. Видимо за время нашего знакомства уже успел меня изучить.

– Вот именно поэтому я прошу обо всем забыть, – снова обратилась я к королю, который с явным интересом и легким удивлением наблюдал за нами. – Все эти разборки могут помешать нам в другом деле.

Оба мужчины тут же стали серьезными и собранными.

– Аарон рассказал, какой вклад вы внесли в расследование. Примите мою благодарность. Корона у вас в долгу. – Снова стал говорить хвалебные речи король.

– Ваше Величество, повремените с благодарностями. Сначала нужно обезвредить преступника, – подняла руку я.

И снова удивление во взгляде, а на губах Аарона появляется легкая улыбка. Кавальбер забавлялся на полную катушку, наблюдая как я все время ставлю в неловкое положение короля.

– Кхм-кхм, – прочистил горло монарх и поправил ворот на рубашке. – Если честно, я бы вообще не тревожил вас, вы и так достаточно много сделали для нас, но Аарон меня переубедил.

Мои губы сами сложились в коварную усмешку, от чего несчастный король вздрогнул, а у Керри случился неожиданный приступ веселья.

– Ради вашей же безопасности, – с трудом сглотнув, продолжил король, – больше не вмешивайтесь в это дело. Вайолет коварна и у нее есть большое влияние. Я боюсь, как бы не случилось чего.

– Ваше Величество, о моей безопасности можете не волноваться. – Заверила я. – У меня есть мозги и понимаю, что в этой игре участвуют сильнейшие, я же – пешка – могу не только не помочь, скорее помешать. К тому же, у нас не пойманный убийца по дворцу гуляет.

Сбоку раздался горестный вздох.

– Аленсия, ты можешь просто посидеть спокойно? – Вознес к небу глаза Аарон Керри.

Честно говоря, я растерялась. Какая ему разница чем я себя буду развлекать? Нет бы поблагодарить, что помощь приношу, а он…

– По-твоему убийца должен уйти безнаказанным? К тому же, смею напомнить, что это ты и твои люди до сих пор не нашли виновного.

– А я напоминаю тебе о том, что у нас вообще-то заговор готовится, – едко ответил мне кавальбер.

– Правильно. Спасай королевство, а я пока займусь убийцей. Если это все, я, пожалуй, пойду. С вашего позволения, Ваше Величество.

– Аленсия! – Прорычал мне в спину Аарон и бросился ее догонять.

***

Его величество Арман дан Эрнанд смотрел вслед убежавшей парочке. Эта перебранка между его сыном и юной графиней… Честно говоря, он впервые увидел Аарона таким возбужденным и… живым. Еще будучи ребенком, его мальчик научился сдерживать и скрывать свои эмоции ото всех. Возможно в этом виноват сам Арман, ведь он позволил совей супруге выгнать сына и его мать из дворца. Да, в тайне ото всех Арман следил за жизнью сына. Радовался его успехам и переживал неудачи. Чуть погодя он снова попытался наладить отношения, но Аарон с каждым разом отдалялся от него все сильнее. Когда все остальные подростки поддавались своим эмоциям и влипали со совей бесшабашностью в новые истории, Аарон был без эмоционален и рационален не по годам.

И вот сейчас король наблюдает как его сына прямо переполняют эмоции: негодование, злость, гордость, волнение и… любовь. Скорее всего Аарон еще сам того не понял, но он уже был покорен графиней. От взгляда Армана не укрылось то, каким взглядом сын смотрел на девушку. Да, определенно тот испытывает к ней большое чувство. Но также король должен был признать, что прекрасно понимал сына. Такая яркая девушка не могла не привлекать. Ее эмоциональная буря, острый ум, красота – все в ней притягивало внимание, как магнит. Именно такая спутница и нужна была Аарону, та, которая сможет заставить его сбросить свою маску. И умудрённый жизнью король точно знал, что чувства его старшего сына взаимны. В чем в чем, но в делах любовный ему равных не было…

Глава 12

Следующая неделя прошла для меня напряженно. Все вокруг ходили в предвкушение чего-то. Кто-то волновался о смерти девушек, с ужасом гадая, кто может стать следующей жертвой. Кто-то жил в ожидании любви. А кто-то был весь в страхах о возможном перевороте. С того памятного дня в кабинете короля, я видела Аарона всего лишь раз. Он весь был в делах, маскируя под поисками убийцы свою настоящую деятельность. Я все так же бегала по поручению королевы к верховной жрице. Конечно, пару раз попыталась аккуратно отказаться от этого, но ничего не вышло, а вот излишнее внимание к своей персоне едва не привлекла. Пришлось импровизировать и врать о том, что якобы другие девушки фриби стали что-то замечать и строить догадки по поводу моих частых отлучек. Как там дела обстояли у Аарона и короля я не знала, хотя и было жутко любопытно. Из девушек фриби дворец так никто и не покинул, хотя было видно им было страшно, но возможность выгодно выйти замуж им казалась намного заманчивее. Дуры. Еще мне было интересно, почему не уходит Анастейша и однажды напрямую спросила об этом. Подруга, а именно ею я считала сестру Керри, рассказала, что из-за того, что она незаконнорождённая дочь своего отца, бабке удалось назначить ее наследницей, только при условии, что девушка отслужит короне десять лет. Во дворце она уже шесть лет, осталось еще четыре. Мне осталось только посочувствовать бедной девушке. Киана, к огромной моей радости, я тоже больше не видела. Королева сдержала свое слово, и принц сидел под домашним арестом. Кстати, в тот раз, выйдя из кабинета короля, я все же спросила у Аарона:

– У королевы была дочь?

Мужчина удивленно покосился в мою сторону.

– Нет. До Киана у нее было только несколько сорванных беременностей на раннем сроке. А что?

Я пересказала кавальберу подслушанный разговор, на что он ответил, что скорее всего я просто что-то неправильно поняла. Я спорить не стала, к тому же дальнейшие события обрушились на наши головы, словно снежная лавина.

– А я тебе говорю: у них роман! – Стояла на своем Натали.

– Да быть того не может! Она ему во внучки годиться, – фыркала Стелла, не отрывая взгляда от своей вышивки.

– Разве возраст важен для любви? – Тихонько сказала Китти.

Все взгляды тут же были прикованы к ней. Все фриби сопровождали ее величество во время прогулки в саду. Сама Вайолет дремала в тени дерева в кресле-качалке. Рейна что-то читала, сидя рядом с королевой. Стелла, Натали и Китти занимались вышивкой. Точнее кто-то занимался, а кто-то активно сплетничал. Палома что-то писала с лихорадочным блеском в глазах. Мы с Анастейшей развлекались игрой, чем-то напоминающей наш земной бадминтон. Был обычный июльский погожий денек. Вторник между прочим. И ни что не предвещала беды.

– Китти, неужели твой возлюбленный настолько стар? – В лоб спросила наша прямолинейная Стелла.

– Что? Нет у меня никакого возлюбленного! – Замахала руками смущенная девушка.

Стелла и Натали синхронно фыркнули, качая головами, переглянулись и рассмеялись. Бедная Китти покраснела еще сильнее.

– А я с Китти согласна. – Решила поддержать несчастную я. – Любви все возрасты покорны.

– Не такой уж мой брат и старый, – шепнула Анастейша, чтобы расслышала только я.

Теперь покраснела я, на радость этой бестии, но ответить не успела. Меня опередила Палома.

– В любви главное найти достойного партнера, – с умным видом выдала она.

Мы все удивленно покосились в ее сторону, но рыжая снова что-то писала и наших подозрительных взглядов не заметила.

– Ну да, – решила ее поддержать Стелла, – мужчины должен быть честным, благородным, романтичным…

– Состоятельным. Я имела в виду именно это, – фыркнула Палома, перебив речь смуглой фриби.

Теперь в сторону Паломы смотрели как обычно, девушка себе не изменяла.

– Хочешь сказать, что несостоятельные любви не достойны? – Подняла бровь Ана.

Жест, который каждый раз напоминал мне о ее черноглазом брате. Пришлось тряхнуть головой, чтобы отогнать ненужные мысли. А Анастейша ждала ответа от Паломы. Ее, как никого другого, интересовали слова моей сестрицы. И зная историю их семьи, я понимала насколько важно ей услышать ответ.

– Чего же? У них тоже могут быть чувства. С равными им, – не поднимая глаз ответила рыжая гадина, даже не подозревая как ее слова задели Анастейшу, отец которой был виконтом, а мать обычной служанкой, что, впрочем, не помешало им любить друг друга.

– Тогда на твоем месте я бы не тратила время на поиски «состоятельного жениха», ведь ему нужна равная, а не такая бедная мышь, как ты, – едко заметила Китти, а я в который раз убедилась, что у нашей тихони есть коготки.

Девчонки рассмеялись, приняв ее слова за шутку. Я помахала Паломе ракеткой, которая в этом мире звалась – гратта. Палома фыркнула в очередной раз, собрала все свои письменные принадлежности и гордо удалилась на другую сторону поляны. А мы вернулись к своим занятиям.

Анастейша пропустила удар, подняла мягкий мячик и со смехом бросила его в мою сторону, я с визгом уклонилась. Старшое поколение тихонько рассмеялось, глядя за нашими играми. Денек выдался по летнему жарким, солнце нещадно палило, но здесь, в тени деревьев, недалеко от озера, было еще терпимо. Но пить хотелось с ужасной силой. Анастейша махнула рукой, и стоявшие неподалеку слуги тут же подскочили к нам с освежающими напитками. Лакей в идеально выглаженной форме, подал напиток сначала Ане, затем подошел ко мне. Уставшая, но довольно счастливая я, совершенно не обратила внимание на то, что Ана сама взяла напиток, а мне стакан протянули с легкой настойчивостью. Благодарно кивнув, я с трудом смогла сдержать удивление. Вместе со стаканом в моей руке оказался небольшой клочок бумаги. Не поведя и бровью, парень удалился, а я вынуждена была признать, что в этот раз Томиас обвел вокруг пальца не только меня, но свою возлюбленную, ведь его не узнала не одна я, но и Ана. Анастейшу окликнула Китти, а я, сделав небольшой глоток приятной кисло-сладкой жидкости, отвернулась, и, сделав вид, что прикрываю глаза от яркого солнца, прочитала небольшое послание.

«Операция начнется сегодня. Прошу будь осторожна и не во что не вмешивайся»

Подписи не было, но я точно знала чья именно рука писала эти строки. Буквы были такие же ровные, уверенные и твердые, как и сам хозяин почерка. В груди помимо воли все же всколыхнулось волнение. Значит все случится сегодня. Наверное, сейчас люди короля окружают барона, помощника и любовника королевы, а также еще двоих ее верных помощников. По плану короля и Аарона, которым со мной любезно поделился Ян, сначала схватят это троицу и возьмут под контроль их войска, затем уже придет черед самой королевы и верховной жрицы.

Время шло, а никаких новостей не было. Во дворце все жили по привычному ритму, и никто даже представить не мог, что где-то сейчас идет настоящая битва. Но самое главное, об этом не догадывалась королева, что не могло не радовать. Все же я волновалась и сильно. Волновалась за одну команду кавальберов, которые стали мне друзьями. За одного конкретного мужчину с черными, как ночь, глазами, что наверняка находится в самой гуще событий. Ожидание и неизвестность сильно давили на нервы. Я понимала, что даже то, что Томиас принес известия о начале операции было уже большим риском. Кавальбера могли узнать, перехватить послание и… все что угодно. Я клялась королю, что не буду вмешиваться, но все равно волновалась. В итоге мое взвинченное состояние не укрылось от внимательной Анастейши.

– С тобой все хорошо? Выглядишь не важно, – с неподдельной тревогой спросила она.

– Наверное, на солнце перегрелась, – как можно равнодушнее махнула рукой.

– Девушки, вы уже все имена вписали? – Над нашими головами раздался голос Рейны.

– Да, эйла Эйви, – ответила за двоих Анастейша, – выписали имена всех погибших кавальберов и солдат за последние два года.

– А…

– А также их родственников. Особое внимание уделили детям, их возрасту, месту учебы и работы, – перебила старшую фриби я.

Герцогиня улыбнулась и покачала головой. Она уже не единожды говорила, что мы с Анастейшей хорошо работаем в паре. Именно поэтому нам так часто давали одно задание на двоих.

– Отнесите список королеве на подпись. Китти, милая, ты не могла бы…

Внимание главной фриби переключилось на кого-то другого, а мы с Анастейшей поспешили исполнить ее приказ. В комнаты королевы попали без проблем, Вайолет похвалила нас за хорошую работу и принялась перечитывать полученные документы, в том числе составленный нами список. Глядя на эту женщину, я искренне ее не понимала. С первого взгляда ее можно было принять за волнующуюся за благо народа королеву. Ведь именно такой она представала перед глазами людей, когда посещала больницу, университет или дом для бездомных. Лишь живя во дворце и войдя в круг доверенных лиц, можно было узнать истинное лицо Вайолет дан Эрнанд.

Неожиданно стена позади королевы, с тихим шелестом ушла в сторону, а из черного провала прямо в ноги королевы вывалился мужчина.

– Какого демона?! – Испуганно воскликнула Анастейша и отпрыгнула назад.

Мужчина был испачкан кровью, в рваной одежде, с мечом в руке. Второй он держался за бок, на котором кровавыми ошметками свисала кожа. Не нужно быть гением медицин, чтобы понять – мужик не жилец.

– Оливер! – Шокировано воскликнула Вайолет и упала рядом с ним на колени.

С ловкостью и не дюжей силой она перевернула его на спину, осторожно положив его голову себе на руки. Теперь стало видно его лицо. Знать его я не знала, но точно видела. Наверное, он мелькал здесь среди остальных посетителей дворца. Сердце в груди забилось с удвоенной силой. Хотела весточку? Получи и распишись!

– Ваше Вели…чество, – прохрипел-пробулькал этот Оливер.

– Нужно позвать стражу! – Воскликнула Анастейша и дернулась в сторону дверей.

– Стоять! – Рявкнула Вайолет и Ана тут же испугано замерла.

– Но… – пискнула она.

– Аленсия, запри дверь, – следующий приказ был адресован мне.

Я заколебалась. С минуты на минуту здесь должны появиться стражники, чтобы схватить королеву. Ведь судя по всему, этот тип один из ее помощников, а значит король и Аарон уже рядом. Запертая дверь, как не смешно, может действительно дать фору королеве, и она может успеть ускользнуть в тот же проход. Но если я пойду против ее приказа, могу выдать себя раньше времени. Недолго думая, оттолкнула замершую Анастейшу в сторону и уверенным шагом направилась к двери. Протянув руку к двери, я… сделала вид, что поворачиваю ключ.

– Оливер, что случилось? – Королева, рукавом вытерла бегущую из носа мужчины кровь. – Что с Габриэлем?

– Ваше Величество, вас предали, – Оливер тяжело дышал и растягивал слова, было видно, что говорит он с большим трудом. – Кто-то рассказал все королю… мой господин… как и остальные схвачен… но он успел… успел отправить меня… предупредить… бегите…

Мужчина надрывно закашлял. Королева вскинула руку, а я без слов, под испуганный и ничего не понимающий взгляд Анастейши, молча подала ей стакан воды.

– Кто-нибудь предупредил Деларию? – Строго спросила она.

– Я пришел к вам… уходите…

– Нет. Нужно сказать ей. По нашему уговору, если возникнет такая нужда, Делария должна сжечь Храм. Там хранятся все наши документы, планы, схемы, списки. Она должна поджечь «Красный порошок», что храниться под Храмом. – Всю речь королева не отрывала от меня взгляда.

Было понятно, что эта информация для меня и предназначена. Видимо это я должна предупредить Верховую о надвигающейся опасности. А у меня все помимо воли похолодело внутри. «Красный порошок» – что-то типа нашего пороха. Свое название носил из-за своего цвета, а все потому, что добывали его в каких-то шахтах, а затем обрабатывали специальным способом. Все ничего, но это было чем-то типа секретной разработки службы безопасности королевства, и никто о нем не знал. Я уж точно не должна была знать о нем, но совершенно случайно увидела его в лаборатории Маркуса. Авальер мне-то и рассказал о ее свойствах и даже наглядно показал. Одна щепотка этого порошка разорвала стол, на котором ее подожгли. А что же будет если его будет несколько килограмм, а то и тонн?

Оливер снова закашлял, выгнулся дугой на руках королевы, а затем обмяк и затих. Его рука безвольно упала на пол, оставляя на белоснежном ковре красные разводы. Анастейша прикрыла ладонями рот, чтобы сдержать испуганный крик. Вайолет одним движением закрыла глаза уже мертвому мужчине и встала. За дверями послышался шум, чьи-то крики и громкие шаги. Королева встряхнула головой и бросила быстрый взгляд сначала на дверь, затем на мертвого Оливера и на стену за своей спиной.

– Я ухожу. Анастейша, ты ничего не видела. Ясно? Аленсия, идешь со мной, – королева молнией метнулась в сторону гардеробной.

Мы с Анастейшей переглянулись, а Вайолет уже вышла обратно, держа в руках черные плащи. Одни ей, а второй, судя по всему, мне. Метнувшись к стене, она резким движением опустила один из подсвечников вниз и стена, которая казалась совершенно обычной, снова отошла в сторону.

– Аленсия, давай быстрее, как только я его отпущу дверь закроется. – Вайолет кинула в меня один из плащей, но видя, что я не спешу она крикнула: – Аленсия!

Я снова осталась стоять на месте. Тогда королева прошипела сквозь зубы ругательства и дернулась к черному проходу. Вот теперь я не могла просто стоять. Тенью метнулась вперед и оттолкнула женщину обратно в комнату. Вайолет, не ожидавшая подвоха, упала, а стена с тихим шелестом стала обратно. Как и сказала королева, если отпустить рычаг – все станет на свои места.

– Нет! – Закричала она, а во взгляде появилась такая ярость, что я невольно попятилась.

В тот же момент двери с грохотом распахнулись и в комнату вошел сам Арман дан Эрнанд в сопровождении стражей.

– Вайолет дан Эрнанд, вы арестованы за измену короне! – Провозгласил один из стражей.

Мой взгляд лихорадочно прошелся по всей этой компании, но так и не нашёл того, кого нужно. Король прошел вперед и стал над все еще сидящей на полу жене.

– Все, Вайолет, твои игры закончились. Все твои дружки у нас. Пора сдаться, – тихо сказал он.

Королева, скорее всего уже свергнутая, не смотрела на супруга, ее взгляд полный ненависти был полностью прикован ко мне.

– Эйли Миолен, спасибо, что…

– Где Аарон? – В который уже раз я перебила короля.

Монарх запнулся, покраснел и недовольно нахмурил брови. Стражи, что сопровождали его, делали вид, что ничего не произошло и что они не стали свидетелями неуважения к королю и его небольшого позора.

– Кавальбер Керри находится не здесь, – сквозь зубы ответил король.

– Он в Храме?

– Да.

Черт! Нужно его предупредить. Не говоря ни слова, я, подхватив юбки и игнорируя крики за спиной, бросилась бежать. Выбежав из дворца, на мгновенье замерла, осматриваясь по сторонам. Пешком добираться до Храма долго, карета – много хлопот. В этот момент около крыльца спешился какой-то молодой эйл и замер в ожидании мальчика прислужника, что должен был принять у гостя лошадь. Отлично! То, что нужно.

– Прошу прощения, уважаемый, но мне по зарез нужно ваше транспортное средство, – быстро затараторила я, отбирая у мужчины поводья.

– Что? –Выпучил глаза тот.

Чертыхнувшись себе под нос, я просто сиганула на спину лошади под изумленные взгляды этого типа и подбежавшего паренька-служки. Порядочные эйли ездят на лошади только с женскими седлами и в специальном костюме, под широкие юбки которого одеваются специальные штанишки. Я же, наплевав на правила приличия, просто задрала юбку, оголяя колени, по-мужски устроилась в седле и, ударив несчастное животное пятками в бока, направила его к воротом. Молясь всем известным богам, чтобы не свернуть себе шею, направила лошадь в сторону Храма. Жесткое седло больно било по заду и спине. Чувствую, что завтра ходить буду только в раскоряку, но сейчас эти вопросы волновали меньше всего. Я боялась лишь одного – что не успею.

К счастью, до Храма добралась без приключений и даже не разу не свалилась с лошади. Мое эффектное появление произнесло фурор. Несколько десятков мужчин просто замерли, раскрыв рты, когда во двор Храма влетела молодая красивая девушка, с голыми ногами на храпящем чёрном коне. Хотелось бы мне увидеть себя со стороны…

– Где Керри? – Спросила я первого попавшегося мужика.

Тот, все еще глядя с открытым ртом, указал рукой в сторону храма. Я спешилась, бросила ему поводья и, снова задрав юбки, побежала внутрь. За спиной кажется кто-то ожил, орал и пытался меня остановить. Влетев в здание, пришлось затормозить. После яркого дневного света, здесь все казалось едва видимым. Ушей достигли звуки борьбы и тихие крики. Проморгавши, увидела интересную картину. Прислужницы и жрицы Храма сражались с людьми короля на равных. В довольно большом зале уже лежали несколько трупов, залитых кровью. К горлу подкатил комок тошноты, но я с силой сглотнула его. Не время сейчас.

Где же ты, Аарон? Недолго думая, рванула прямо сквозь толпу дерущихся в сторону входа в административную часть, где находился кабинет Деларии. По пути мне едва удалось увернуться и не напороться на чье-то оружие. Правда один из стражей короля, все же достал меня. Видимо принял за одну из помощниц жрицы. Острое лезвие прошлось по моей щеке, оставляя неглубокую, но кровоточащую царапину. Я зашипела на остолопа, но не остановилась.

Кабинет Верховной представлял поистине интересную картину. Все перевернуто вверх дном, повсюду какие-то осколки и щепки уничтоженной мебели. Было такое чувство, что здесь прошел самый настоящий ураган. И среди всего этого бедлама стояли двое: Ян Стефолд и Аарон Керри. Я невольно выдохнула с облегчением. Живы.

– Я тебе говорю она забежала сюда. Я видел это собственными глазами! – Зло сказала Ян.

– Тогда где она? – Рявкнул в ответ Аарон.

– Ушла через потайной ход, – просто сказала я, входя в кабинет.

Мужчины резко обернулись и синхронно вскинули мечи, но, увидев кто именно пожаловал, тут же опустили оружие. И если Стефолд смотрел на меня слегка удивленно, то во взгляде Аарона плескалось самое настоящее море гнева.

– Ты что здесь делаешь? – Зашипел мужчина, не хуже змеи.

Я, не глядя на них, подошла к стене со шкафом и стала методично его обыскивать.

– Нужно как можно скорее вывести всех из этого здания. – Не отрываясь от своего занятия, сказала я. – У Деларии приказ, если начнется какая-то заваруха, она тут же взорвет этот Храм ко всем чертям. В подвале спрятаны бочки с «Красным порошком».

Мужчины громко выругались и Стефолд выскочил за двери. Видимо пошел предупредить своих. А Керри все так же стоял на месте и пытался испепелить меня взглядом.

– Ты должна немедленно уйти, – рыкнул он на меня.

– При задержании королева пыталась сбежать, – пропустив мимо ушей его слова, сказала я, простукивая стенку шкафа.

– Ее остановили? – Задал вопрос вовремя вернувшийся Ян.

– Да, я не дала ей слинять, – просто ответила я.

Ян быстро отчитался Аарону о том, что их люди уже обезоружили помощниц жрицы и спешно выводят всех из здания. Мое внимание в этот раз было приковано к книгам. «Сказание Единого к людям» было написано на красном корешке толстой книги. Много видать этот Единый им там рассказывал. В принципе, что еще могло стоять на полках у жрицы этого божества? И на некоторое мгновенье я задумалась, почему именно эта книга так цепляла мой взгляд? Может из-за того, что, в отличии от остальных, она казалась совершенно новой и не тронутой?

– Аленсия, я говорил тебе, что восхищаюсь тобой? – Даже в такой момент Ян не мог упустить возможности и пофлиртовать.

Бабник. Как есть бабник.

– Твои комплименты не отличаются разнообразием, – не оборачиваясь, ответила я и потянула книгу.

Шкаф немного подался вперед и уехал в сторону, открывая нашему взору темный провал входа. В лицо тут же подул холодный воздух и запахло пылью.

– Королева пыталась сбежать через такой же проход. Вот я и подумала, что у жрицы тайный ход тоже должно быть, – оборачиваясь, довольно пояснила я.

Стефолд, не скрывая удивления и предвкушение смотрел в темный ход, а вот Аарон… От его взгляда меня бросило в жар, а сердце сделало двойной кульбит и ухнуло куда-то в район левой пятки.

– Аленсия, я…

– Восхищаешься, знаю, – не дала закончить фразу Яну я.

Аарон сделал резкий шаг вперед и горячие пальцы сомкнулись на моем подбородке. Мужчина заставил меня задрать голову вверх. Только теперь я вспомнила про ту царапину, что оставил мне один из солдат. Взгляд старшего кавальбера не предвещал лично мне ничего хорошего, но, к моему удивлению, он так же резко отстранился и больше в мою сторону не смотрел. Я выдохнула, чем привлекла внимание Стефолда.

– Идем, – скомандовал Аарон.

Я первой сделала шаг в сторону хода, но все та же горячая рука меня остановила.

– Не ты.

– Это еще почему? – Возмутилась я.

– Аленсия.

– Аарон. – Не хотела сдаваться я. – Ты же знаешь, что это бесполезно и я все равно пойду туда.

– Ты обещала…

– Что не буду подвергать себя опасности. Да, я помню. Но разве с тобой мне может что-то угрожать? – Невинно захлопала ресничками я.

Керри резко выдохнул и сжал рукоять меча с такой силой, что костяшки пальцев побелели. Воображение тут же подкинуло картинку, где вместо несчастного меча, мужчина сжимает мою тонкую шейку. Стало не хорошо.

– Ребята, пока вы спорите она либо уйдет, либо взорвет все здесь к демонам и нам крышка. Лично я умирать не хочу, – вклинился между нами Стефолд.

Как ни странно, но мужчина был прав. Поэтому мы просто молча двинулись в неизвестность. Аарон задвинул меня к себе за спину, а за мной шел Ян. Мужчины держали мечи наготове, чтобы в любой момент отразить удар противника. Проход оказался довольно широким, здесь запросто могли идти два человека плечо к плечу. Под ногами что-то хрустело, где-то попискивали мыши. Я чувствовала себя героиней какого-то фильма, ей-богу. Да, впрочем, вся моя жизнь, начиная с того момента, когда Давиденко нажал на курок, была похожа на какой-то фантастический фильм. И если честно, не скажу, что это мне так уж и не нравилось. Иногда, я просыпалась от кошмаров. Мне снилось, что я снова вернулась в свое тело, в свою старую жизнь, где нету моих новых друзей, ставших за это время настоящими близкими людьми. Нету Аарона Керри. И это… страшно…

Туннель закончился в незнакомом для меня месте. Мы оказались в каком-то проулке, между двумя двухэтажные домами. Мое внимание тут же привлекли две дамочки, что пытались поджечь какую-то веревку. Но пока я думала, чтобы это могло быть, Аарон и Ян уже расправились с ними и отбросили горящий факел в сторону. Вот тут-то мне только дошло, что это был фитиль. И если бы мы хоть на минуту опоздали, Храм взлетел бы на воздух, вместе с нами. Я резко выдохнула. Руки тут же стали влажными от волнения. Пока я приходила в себя, мужчины рванули прочь из проулка. Я за ними.

В этом районе я была впервые. Люди спешили по своим делам, между ними расхаживали торговцы с лотками и громко рекламировали свой товар. Мальчишки попрошайничали, а получив заветную монетку, весело смеялись и убегали. Район явно был для жителей среднего сословия. Здесь не было видно расфуфыренных в яркие нарядны дамочек и мужчин, что так примелькались мне во дворце. Обычные рабочие люди, что с некоторым удивлением посматривали в нашу сторону.

Аарон и Ян замерли, выругавшись, стали смотреть по сторонам. Они потеряли Деларию. Выйдя немного вперед, я тоже стала осматривать улицу. Проходящие мимо парни в белых свободных рубахах с закатанными рукавами и молотками, прикреплёнными к поясам, засвистели, при видя меня, и что-то прокричали, не совсем культурного содержания. Если говорить кратко – меня приняли за девицу легкого поведения. И если Аарон что-то прорычал в их сторону, то я просто показала наш родной земной жест, состоящий из кулака и оттопыренного среднего пальца. Мне повезло, парни попались не глупые и смысл тут же уловили. Потупив глаза в землю, они поспешили ретироваться. Пока Ян и Аарон пытались выпытать у прохожих какую-то полезную информацию, мое внимание привлекла одна девушка.

– Я ее знаю! – Заорала я. – Это жрица!

Я стартанула с места так, что спортсмены могли нервно курить в сторонке. За спиной послышался громкий топот. Мужчины не отставали. Девица неожиданно обернулась и заметила погоню. Она что-то крикнула и в нашу сторону полетели стрелы. Послышались испуганные крики, люди стали разбегаться в разные стороны. Аарон вильнул в сторону, увлекая меня за собой. Мы спрятались за корзинами с какими-то фруктами. Рядом тут же очутился Ян. Девиц оказалось трое, четвертая – Делария. Пока две девушки по очереди выпускали стрелы, не давая нам ни единой возможности выйти из укрытия, верховная и еще одна ее помощница спешно бежали дальше по улице.

– Отныне я буду бояться служителей Единого, – выдохнул Стефолд, пригнув голову.

Мне на глаза бросилась миска с яблоками и короткими ножами для чистки кожуры. Миска стояла довольно далековато и достать ее было проблематично. Но разве такая ерунда может остановить русскую женщину? Да никогда! Пока мужчины совещались и решали, как мы будем выбираться из западни, я просто рухнула на пузо и изо всех сил потянулась за нужным. Над макушкой тут же просвистела стрела. Мое счастье, что девицы попались слегка косоглазыми. Едва я кончиками пальцев подцепила злосчастную миску, меня тут за шкирку вернули обратно.

– Да что же ты вытворяешь? – Рявкнул Аарон.

Я поступила, как самая настоящая женщина: пропустила его крики мимо ушей. Взвесив оружие в руках, обратила свой взор на Стефолда. Оба кавальбера были одеты в легкие накидки из какого-то метала. Что-то среднее между кольчугой и современными бронежилетами в моем мире. Возможно от прямого удара мечом не убережет, но вот стрелу точно не пропустит.

– Ян, бегаешь быстро? – Спросила я, мысленно прося у него прощение.

– Что? Ну да. А что?

– Отвлеки их, – просто сказала я и вытолкнула его из укрытия.

Чертыхнувшись, мужчина, пригнувшись, бросился на другую сторону улицы. Я же молилась, чтобы мой расчет оказался верным и, к счастью, не прогадала. Обе девушки тут же взяли его на прицел и весь шкал стрел обрушился на несчастного кавальбера. В тот же момент я вскочила на ноги и отправила в полет два ножа. Один попал прямо в цель, угодив одной из лучниц прямо в шею. Второй – прошел по касательной и лишь ранил, мазнув другую девушку по виску. Не убила, но из строя вывела.

– Аленсия, ты едва не убила меня! – Недовольно орал Ян по другую сторону дороги.

– Умница, – неожиданно тепло улыбнулся Аарон, поцеловал меня в кончик носа и рванул в атаку.

Немного потерянная от неожиданной ласки, я с замиранием сердца смотрела, как он уклоняется от двух стрел и настигает своего противника. Всего один удар и девушка кулем падает к его ногам. Из своих укрытий выскочили и мы с Яном.

– Я тебе это еще припомню, – прошипел он.

Да я в тебе не сомневалась. Но с ответом не спешила, во все глаза наблюдая, как Аарон настиг Деларию и еще одну жрицу. Началась драка, к моему большому огорчению, женщины были вооружены и владели своими тонкими мечами, больше похожими на шпаги, на одном уровне с Аароном. Тут неожиданно взгляд жрицы упал на меня. В глазах женщины вспыхнула такая ярость, что я невольно споткнулась. Она вдруг закричала и бросилась в мою сторону, пока ее помощница взяла внимание Аарона на себя. Я резко затормозила, беспомощно глядя по сторонам в поисках хоть какого-то оружия для обороны, но Ян быстро заталкивает меня себе за спину. Пока мужчины сражались, я лишь беспомощно наблюдала, в волнении заламывая руки. Аарон вдруг что-то резко сказал, и они с Яном резко крутанувшись поменялись противниками. Это было так красиво и опасно, что я невольно затаила дыхание. Было такое чувство, что они специально репетировали этот момент. Яну наконец удалось ранить девушку. Она сжала рану на боку, развернулась и бросилась бежать. Стефолд помчался следом. Я невольно отвлеклась на беглянку, что стало моей роковой ошибкой. Делария с рыком раненого животного, оттолкнула Аарона и сделала еще одну попытку достать меня. Я успела только обернутся и смотреть как блестящие от закатных лучей солнца оружие летит в меня. Словно в замедленной сьемке, я вскидываю руки в глупой попытке прикрыться от лезвия. И как по волшебству передо мной появляется спина Аарона. С тихим чавком лезвие входит в бок мужчины. Я закричала, глядя как Аарон падает на колени. Увидев, что противник повержен, Делария бросилась в сторону ближайшего дома и скрылась за деревянными дверями. А я подскочила к Аарону. Слезы застилали взор, руки тряслись, дыхания не хватало.

– Нет, – оттолкнул меня кавальбер, – догони ее.

– Но…

– Не дай ей уйти, – прошипел Аарон, стоя на коленях и одной рукой упираясь о землю.

Я колебалась. Мне казалось помощь Аарону была намного важнее погони за верховной. Пусть она хоть трижды сбежит, но я не могу дать Керри умереть.

– Хоть раз сделай то, что я прошу, – посмотрел на меня Аарон.

Я прикусила губу и так сжала кулаки, что ногти больно впились в ладони. Эта боль отрезвила. Смахнув слезы, кивнула и побежала в дом, где скрылась Делария. В помещении было темновато, а еще очень жарко. Оглядевшись поняла, что это была кузница. Вокруг стояла абсолютная тишина. Я не была уверенна, что женщина все еще здесь, возможно она уже успела скрыться через какую-то другую дверь. Внимательно глядя по сторонам, осторожно пошла вперед. Почему-то совсем не к месту вспомнился момент из фильма «Пираты Карибского моря», где известный на весь мир капитан Джек Воробей сражался с Уильямом Тернером в похожем месте. Вот только мне казалось, что моя драка такой красивой и эффектной не будет. И я оказалась права.

Делария выскочила передо мной как черт из табакерки. Не смотря, на то, что вокруг было много чего, что можно применить за оружие, она была с пустыми руками. На мое счастье. Завязалась не очень красивая драка. Жрица осыпала меня проклятиями и пыталась вцепиться мне в волосы. Ее маневры напоминали мне самую банальную женскую драку. Мне было ужасно неудобно в платье, в отличие от жрицы. Она то чувствовала себя в этом тряпье, как рыба в воде. От очередного его удара я больно врезалась спиной в стену. Из легких вышибло весь воздух, в глазах потемнело.

– Сдохни! – Прошипела Делария, замахиваясь на меня каким-то железным прутом.

Где-то на затворках сознания, мелькнула мысль «догадалась тварь воспользоваться инвентарём…». Перед глазами вспыхнула картина, как Аарон падает на землю. Нет. Я не могу умереть. Я должна ему помочь. Должна еще ему высказать, что думаю по поводу его глупого героизма. Резко падаю на пол и прут встревает в деревянную стену. Делария снова рыкнула и дернула его на себя, я быстренько крутанулась и оттолкнула ее ногами. Жрица по инерции сделала несколько шагов назад, споткнулась через корзины и, вскрикнув, упала прямо в горячую печь. Тут же раздался душераздирающий визг, запахло паленым мясом. Мне стало плохо. Не в силах смотреть как извивается в огне все еще живой человек, я как была на четвереньках поползла на выход.

В дверях столкнулась с мужчиной неопределенного возраста. Видимо хозяин сия заведения вернулся. Он с ужасом смотрел на представшую картину, даже не обратив на уползающую меня внимания. На улице, где все еще было слышно крики Деларии, я по стеночке поднялась. С трудом мне удалось сдержать рвотный позыв, но кажется эта картина надолго поселится в моих кошмарах. С другой стороны улицы к нам уже бежали стражники во главе с Маркусом и Томиасом, а через дорогу спешил Ян. Это хорошо, что ребята здесь, они помогут. Вокруг кузни собиралась толпа, а в нескольких шагах от меня появилась дымовая воронка, из которой резво выскочила моя костлявая знакомая.

– О, привет, крестница, – радостно замахала косой Пятнадцатая. – С тобой никакого отдыха. Этак у нас скоро переработка будет.

Смертушка небрежным жестом махнула за спину. Мое сердце замерло. Там лежали две мертвые помощницы Деларии и Аарон. Неужели… Нет… Этого не может быть… Он не мог… Нет… Я начала медленно оседать на землю. Пятнадцатая, которая уже успела отвернуться, не видела меня. Она деловито подошла к лежащим на земле и скромненько поманила пальчиком души. Одна за одной стали появляться души девушек и… я выдохнула. Смертушка в последний раз обернулась, махнула мне рукой и исчезла вместе с призрачными девушками, а над Аароном уже склонялся Маркус. Стражники разгоняли зевак, Томиас выводил из кузни, где уже давно затихли крики, потрясенного кузнеца, а Ян, услышав от авальера, что Керри не собирается занимать место в его конторе, тут же поспешил в мою сторону. В этот момент мое сознание решило, что на сегодня достаточно потрясений и просто ускользнуло в спасительную темному.

Глава 13

Суд над королевой состоялся через два дня. Приговор был краток – казнь. На этом настаивал император, который лично прибыл в столицу инкогнито. Король Арман дан Эрнанд попытался было заикнуться о пожизненном заключении, но император был непреклонен – либо казнь зачинщицы, либо война.

Аарону казалось, что стоящая на коленях во дворе городской тюрьмы женщина не имела ничего общего с королевой Вайолет дан Эрнанд. Висячие сосульками, распущенные волосы, простая из грубой ткани рубашка в пол, грязное лицо с безумным взглядом и жесткой усмешкой на губах. Все внутри Аарона холодело от этого зрелища. Не смотря на палящее солнце, его бросило в дрожь. Он невольно дернулся, и рана в боку тут же дала о себе знать. Вообще королевский лекарь запретил ему подниматься с постели, но Аарон понимал, что в такой момент просто обязан был быть рядом с… отцом. Пусть у них были не самые теплые отношения, но пережить такое не легко даже для самого сильного человека. Стоящий в нескольких шагах от Вайолет человек со скучающим лицом зачитал приговор. Керри обвел взглядом присутствующих. Их было немного: глава дворцовой стражи (что отныне будет занимать должность главы службы безопасности королевства, а тот человек что был на этом месте до этого, уже был в полпути к границе королевства, где он и проведет остаток своей жизни в чине простого стражника), главный военачальник армии, король Арман, император (укутанный в черный плащ человек стоящий в тени здания), его охранник, главный судья королевства (он как раз и зачитал приговор), несколько стражей и собственно палач. Все доверенные лица короля. Аарон Керри повторно вздрогнул, когда над площадью раздался хриплый смех Вайолет. В этот момент кавальбер не сомневался, что перед ними безумец.

– Ты думаешь избавишься от меня и все? Нет… Нет! Ты сдохнешь, сдохнешь, как и я. И твой род сдохнет вместе с тобой. Слышишь? Твое семя давно умерло! Твоя кровь осталась только в жилах грязного бастарда… – захлебываясь, кричала она.

Арман посмотрел в сторону императора, тот плавно кивнул головой. Король поднял руку. Аарон отвернулся, не желая наблюдать эту сцену. Тихий свист и голос Вайолет смолк навсегда.

***

Тили носилась по всей комнате, собирая мои вещи. Казнь королевы состоялась вчера и девушкам фриби больше нечего было делать во дворце. Да и желания оставаться в этом месте не было никакого. После раскрытия заговора все бродили по дворцу словно тени. Половина здешних жителей попала под заключение, где они дожидались своей участи, других отправили в ссылку. Вообще народу здесь осталось очень мало, было такое чувство, что все просто вымерли. С Аароном я так и не виделась. После того, как я отключилась, Ян привез меня во дворец и сдал на руки Тили, не забыв установить около дверей вооруженную охрану. Вечером ко мне заглянул Маркус, справился о моем самочувствии и сказал, что с Аароном все в порядке, его рана оказалась не смертельной и скоро старший кавальбер снова «будет раздражать всех своей кислой рожей». От самого кавальбера я не получила ни одной весточки, от чего было слегка обидно. Хотя на что я рассчитывала? На что-то надеялась? Я даже сама не могла дать себе ответ на этот вопрос.

Я сидела на кровати уже полностью готовая ко сну, но ложится не спешила. Легкий атласный халатик и такого же материала короткая до безобразия по мнению Тили (это чуть выше колен между прочим) ночнушка, волосы собраны в небрежную косу. Скрестив ноги по-турецки и крутя в пальцах несчастный карандаш, я рассматривала разложенные по кровати листы. Все это – изложенные на бумагу мысли по поводу убийств девушек. Ведь со всей этой историей с переворотом и предательством королевы, убийца так и остался неизвестен.

Из моих мыслей меня выдернул недовольный голос служанки, что снова громко возмущалась, что я совсем не берегу свои наряды. По ее словам, медведь в сарафане был более опрятней и аккуратней меня.

– Госпожа, вот скажите, как можно было оборвать все рюши с юбки и сделать дырку на боку? – Тили для наглядности просунула два пальца в ту самую дырку.

– В этом платье я осматривала место, где нашли Хельту. Было темно, – пожала я плечами.

– О, Единый! Видел бы вас сейчас покойный батюшка, – вздохнула Тили. – В дорогу оденете золотое платье, а это я просто выброшу.

– Почему я не могу поехать домой в брюках? – Посмотрела на я пыхтящую от негодования девушку.

– Потому что это неприлично! – Задрала курносый нос к потолку Тили.

Я фыркнула. Значит то, что я по королевскому дворцу гуляла в таком наряде – это нормально, а то что поеду в закрытой карете, где меня никто не увидит, кроме самой Тили, это уже неприлично. Где логика, ау? Махнув на служанку рукой, вернулась к своим записям. Что же я упускаю?

– …золотое именно то, что нужно, – меж тем продолжала бубнить Тили.

Золотое… золотое платье… Золотое? Я вскинула голову и стала наблюдать, как Тили убирает аккуратно сложенные вещи в сундук (замена дорожных чемоданов). Именно про золотое платье пыталась мне что-то сказать Хельта перед своей смертью. Как была босиком и под возмущенно-удивленный взгляд Тили, бросилась в сторону дверей.

В коридоре моей сегодняшней охране, что-то с умным лицом рассказывал Ян. И что он тут забыл? Но останавливаться и узнать в чем дело, я не стала, а все так же целенаправленно полетела к комнате Стеллы. Девушка открыла двери довольно быстро.

– Аленсия? – Удивилась она. – Что ты здесь делаешь? Да еще и в таком виде…

– Стеллочка, ты замечаешь и запоминаешь наряды всего дворца. Ведь так? – Начала я с лести, краем глаза замечая, что Стефолд идет в нашу сторону.

– Да, я увлекаюсь модой, – гордо кивнула девушка. – Странно, что тебя заинтересовал этот вопрос в такое время.

Печаль в голосе девушки была самой настоящей. Все фриби тяжело перенесли сначала предательство королевы, а затем и многочисленные допросы. Это меня все подозрения обошли стороной, а вот девушкам пришлось тяжело, доказывая, что они не имеют никакого отношения к планам королевы.

– Скажи, у кого из женщин, что живут в этой части дворца, есть золотое платье? – С надеждой уставилась я на Стеллу.

– Золотое, говоришь? – нахмурила лоб она. – Нечто похожее есть у меня и у Китти. Но у нее скорее желтый песок, чем золото… Да, именно песок. Ах да, еще у Рейны. Вот у нее точно золото, аж сверкает.

– А ты помнишь кто был в платье цвета золота в день смерти Хельты? – С замиранием, в страхе услышать ответ, спросила я.

– Это было так давно…

– Но, Стеллочка, милая, никто кроме тебя больше не скажет, – я сложила руки перед грудью и сделала щенячьи глаза.

– Кажется… это была Рейна. Да точно, главная фриби еще тогда за ужином опрокинула на себя бокал вина и сменила золото на небесно-голубой. – Уверенно сказала фриби.

Рейна? Да быть такого не может. Скорее всего это какая-то ошибка. Все это время, стоящий за моей спиной Ян внимательно слушал наш разговор. Я потерла ладошкой лоб, бросила на него вопросительный взгляд и снова повернулась к Стелле, чтобы отблагодарить ее. Но тут в поле моего зрения попал ее столик, где среди кучи косметики и флакончиков с духами стояла небольшая, где-то с ладонь, статуэтка танцовщицы.

– Стелла, а та статуэтка…

– Нравиться? –Тут же оживилась девушка. – Это мне маркиз Деблю подарил.

– Мне кажется или я видела ее у Рейны? – Спросила я, чувствуя, как по спине прошелся неприятный холодок.

– Возможно, – беззаботно пожала плечами Стелла. – Я оставляла ее там на некоторое время. Мне подарили ее во время прогулки, а времени, чтобы отнести в комнату, не было. Вот я и попросила Рейну поддержать ее у себя, чтобы другие не стащили.

Я кивком попрощалась с девушкой и словно заторможенная пошла в сторону своей комнаты. В голове была полнейшая каша, я не могла даже мысли допустить, что это была все-таки герцогиня, но факты говорили об обратном. А ведь эта статуэтка единственное, что мне удалось стащить с ее кабинета, я наивно полагала, что такую вещичку будет трогать только хозяйка. Хозяйка к ней и прикасалась, да вот только не та. Рейна убийца… Но ведь в этом нет никакого смысла! Зачем ей убивать всех этих девушек? И тут будто специально в ушах раздался голос герцогини: «…случился мужчина». Неужели она говорила о короле? Могло ли быть такое, что юная Вайолет отбила у старшей сестры титулованного ухажера? Зная казненную королеву, запросто.

Мои мысли прервало неожиданное появление Китти. Девушка уже тоже была в халате и явно готовилась ко сну. Ее бровки были нахмурены, а личико-сердечко явно выражало взволнованность. Увидев меня, бывшая фриби немного расслабилась, но тут же насупилась и покраснела, когда смогла рассмотреть за моей спиной Яна. Кавальберу хватило ума отвести глаза в сторону и не смущать несчастную еще больше.

– Аленсия, – обратилась она ко мне, – ты не видела Палому? Время уже позднее, а ее все еще нет в комнате. В связи с последними событиями… я волнуюсь.

Вот черт! Эта девица точно наживет на свою голову проблем. Дрянь она редкостная, но смерти не заслуживает. Все должно быть по закону. В последнее время Палома только и занималась тем, что распространяла лживые слухи о романе с королем. И эта ее безалаберная «шутка» может стоить ей жизни. Прежде чем отправиться на поиски «дорогой сестрицы», отправила Китти обратно в комнату и быстро рассказала о своих догадках, касающихся герцогини Стефолду. Естественно, он стал возмущаться, когда я предложила разделиться. Он вообще требовал, чтобы я вернулась к себе в комнату, а сам кавальбер тем временем разберется во всем лично. В конце концов, я сказала, что мы только зря теряем время на споры и первая рванула по ночному коридору, слыша, как за спиной Ян подозвал кого-то из лакеев.

В первую очередь я проверила комнаты герцогини. Сонная служанка, открывшая мне дверь, сообщила, что ее госпожа покинула комнату около часа назад и девица не знала где она может быть. Где искать их я даже не представляла. Королевский дворец был огромен, не говоря уже о прилегающей к ней территории. Хотя после переворота здесь все еще было много стражей и пройти незамеченными они точно не могли. Я спрашивала о двух женщинах каждого встречного, но в ответ лишь получала отрицательное покачивание головы и удивление моим внешним видом. Да, я все еще носилась по дворцу в ночной сорочке и халате. Но осуждающие слухи, которые могли очернить мою репутацию, волновали меня в данный момент в самую последнюю очередь. Время шло, а результатов не было. Где-то через полчаса столкнулась с Яном.

– Это нереально, нужно поднимать всю стражу, – покачал головой мужчина.

Я понимала, что за эти полчаса Рейна могла раз двадцать убить глупую Палому и столько же раз спрятать труп. Но не могло же быть так, что две женщины просто исчезли?! За ворота они точно не выходили, Стефолд узнал это в первую очередь.

– Ты уверенна в своих предположениях? – В который раз спросил кавальбер. – Не может оказаться так, что эта девица просто с кем-то хорошо проводит время?

– Угу, вместе с герцогиней, – буркнула я, осматриваясь кругом, словно из-за ближайшего угла должна была выйти Рейна с чистосердечным признанием.

Совершенно не к месту вспомнился тот момент, когда мы с Аароном узнали о заговоре Вайолет и Деларии. Вот где точно было… Стоп! А ведь это мысль. Сад по приказу короля также патрулировался, но не весь. В той части, что принадлежала слугам не было выхода в город, а собственно и патрулировать там было нечего. А ведь Рейна точно знала о том месте, ведь первое убийство было совершенно именно там, и никто тогда ее не заметил. Я рванула в нужную сторону, Ян, чертыхнувшись, поспешил следом.

Сад встретил меня мрачной темнотой и тихим шелестом листьев. Я остановилась и некоторое время просто привыкала к темноте после освещенных коридоров дворца. Стефолд остановился рядом и хотел снова на меня поворчать, но я заставила его молчать одним взмахом руки. В этот момент ветер донес до нашего слуха чье-то всхлипывание. По правую руку от нас явно кто-то плакал. Молча попросив Яна молчать, первой двинулась на звук. Мне в спину донеслось едва слышное бормотание и почему-то в этом тексте фигурировал Аарон и веревки. В отличии от центральной части, эта часть сада не освещалась. Идти пришлось ориентируясь только на слух. И где-то в этой темноте сама не заметила, как потеряла Стефолда.

Когда я стала наконец хоть что-то различать в этой темноте, наконец увидела их. Обе женщины стояли ко мне спиной. Палома, закрыв лицо руками громко плакала, а Рейна позади нее уже заносила руку с ножом для удара. Я не успела никак среагировать, заместитель Аарона Керри наконец нашел меня и громко возвестил о своем появлении.

– Аленсия! – Наверное на весь сад раздалось его возмущенный крик.

Женщины вздрогнули, но пока Палома соображала и оборачивалась, Рейна, увидев нас за своей спиной, резво подскочила к девушке, притянула ее к себе спиной и подставила к ее горлу нож. Палома воскликнула, но тут же умолка, когда герцогиня чуть сильнее надавила нож.

– Рейна, прошу вас, не нужно делать глупостей. Опустите нож, – спокойно начала говорить я.

За спиной уже были слышны чьи-то взволнованные голоса. Стефолд замер около меня, хмуро глядя на герцогиню. Герцогиня стала еще сильнее волноваться и пятиться назад, увлекая за собой Палому.

– Рейна, давайте поговорим, – снова завела шарманку я. – Отпустите девушку и…

– Нет, – тихо ответила та, – они все, как и моя сестра, недостойны быть рядом с ним.

Вот только сумасшедших нам тут не хватало, а иначе ее слова никак принять нельзя было. Тем временем к нам прибежала припозднившаяся стража.

– Стойте! – бросила я через плечо.

– Слушайте ее, – тут же отозвался Ян.

Мужчины нерешительно замерли.

– Не нужно все усложнять, – глядя на женщину, сказала я. – Вы должны знать, что у его величества ничего не было с Паломой. Она сама по собственной глупости распустила эти лживые слухи.

Рука Рейны дрогнула, Палома снова пискнула, я занервничала. Кажется, я нашла то, что нужно. Ну, либо на одну безмозглую девицу в королевстве станет меньше…

– Не эта так другая займет ее место, – печально ответила женщина. – Так какая разница, с которой я начну?

– Рейна, нет!

Но руку женщины неожиданно перехватили и в следующее мгновенье она уже была вывернута у нее за спиной, а Палома всегда остается собой, тут же кинулась в объятия Яна.

– Герцогиня, не нужно делать резких движений, – раздался спокойный голос Аарона Керри.

Я впервые видела его после того дня. Я волновалась за этого мужчину и только сейчас поняла, как сильно. Радость и облегчение тут же сменились обидой и раздражением. Думает, если явился вовремя и как герой решил все вопросы, так сразу все? Нет уж, так просто мое прощение ему не получить. Но, не смотря на непонятную бурю внутри меня, я все не могла отвести от него взгляда. Он как всегда был одет лишь в белую рубашку, что ярким пятном выделялась в ночной темноте и брюки, заправленные в высокие сапоги. Подбежали стражи. Рейна опустила голову, плечи поникли, она без возражений позволила взять себя под руки. Лишь когда ее уводили, герцогиня подняла голову и, посмотрев на меня, приподняла уголки губ. Следом за ней и стражами Стефолд увел все еще рыдающую Палому. Мы остались одни. Я враз вспомнила, что вообще гуляю в ночнушке и халате перед толпой мужиков, да и на улице прохладно. Хотя все эти волнения у меня вытеснили из головы другие – Рейна убийца. Она одна из немногих показалась мне нормальном человеком в этом змеюшнике и вот такой вот поворот. Это тяжело, если честно. Было такое чувство, что меня предали, ведь я верила этой женщине.

– Вижу, ты здесь без меня не скучала, – первый подал голос Аарон и на мои плечи опустилась куртка.

Интересно, где он ее прятал, ведь только что был в одной рубашке? Об этом я думала, разглядывая маленькую пуговку на его рубашке. И совсем, ну совсем ни капельки, не смотрела на виднеющуюся обнаженную кожу в распахнутом вороте.

– Аленсия, – снова позвал он меня и горячая рука легла мне на плечо.

Я встряхнула головой и отступила на шаг.

– Прости, просто… Все это… – Я не могла подобрать слов.

Мне так много хотелось ему сказать. Я уже давно сочинила целую речь и думала все высказать в лицо, как только он появится на моих глазах. В итоге, стою и не могу издать ни звука. Зато Аарон не растерялся, вместо лишних слов просто притянул к себе и крепко обнял.

– Ты молодец, – тихо сказал он.

Похвала была приятной, губы сами растянулись в улыбке. В его объятиях было тепло и уютно. Век бы так простояла. Так же обнимая за плечи, Аарон медленно вел меня в сторону моей комнаты. Встречающиеся нам люди провожали нас удивленными взглядами. Вот уж точно моя репутация пострадала, Тили будет рада.

– Знаешь, мне иногда кажется, что ты совершенно из другого мира. – Вдруг обронил Аарон. – Ты совершенно не похожа на других девушек. Там, где любая другая испугалась бы, сдалась или уступила, ты будешь идти на пролом к своей цели. А все эти твои открытия из заграничья…

Я лишь горько улыбнулась. Знал бы ты насколько прав.

– Моя жизнь чем-то похожа на сказку. Но, если я расскажу эту историю, ты все равно не поверишь.

– Расскажи.

Одно слово, а сколько в нем эмоций и чувств. Осмотрев пустующий ночной коридор королевского дворца, прошлепала к большому витражному окну и плюхнулась на подоконник. Аарон, улыбнувшись краешком губ, сел рядом.

***

Утром мне сообщили, какое наказание дали Рейне – ссылка в дальний храм Единого, лишение всех титулов и принятый пост жрицы. И тогда я испытала легкое облегчение. Хоть она и была убийцей, но в глубине души ее казни не хотелось. Женщину увозили из дворца тайно под покровом ночи. Да и вся эта история получила штамп «секретно» и никто никогда не сможет связать имя бывшей королевской фриби и смерти девушек. Из-за этого я снова перенесла свой отъезд домой, к большому огорчению Тили.

– Зачем вы это делали? – Не могла не задать этот вопрос, когда женщина проходила мимо.

Бывшая герцогиня остановилась напротив и печально посмотрела куда-то далеко в ночь. Стражник, что сопровождал ее, недовольно скривился и сделал было шаг в мою сторону, но за моим плечом стоял Аарон. Внебрачному сыну короля хватила лишь одного кивка головы, чтобы все невольные тут же запихнули свои претензии куда подальше.

– Я любила его больше всего на свете. Но сначала между нами стала она, затем стали появляться другие. Все они были одинаковы и не достойны, – тихо сказала она.

Кого именно даже не нужно было спрашивать. Пока я переваривала в голове полученную информацию, Рейна посмотрела на меня. Ее взгляд был таким внимательным, будто она хотела что-то найти в моем лице, что-то знакомое. Затем она перевела взгляд на Аарона. Женщина вдруг сделала шаг вперед, приближаясь ко мне. Аарон тут же стал между нами, а стража схватила заключенную за руки.

– Это лишнее, – сказала я, торкаясь руки Керри.

– Найди Карину Митсен, она знает правду. – Сказала Рейна, глядя мне в глаза.

– Какую правду? – Нахмурилась я.

– О наследнике, – одними губами сказала она, и я почувствовала, как напряглась спина Аарона.

Рейну повели дальше, а мы остались стоять на месте. Не дойдя до ожидавшей ее кареты, она остановилась и обернулась, посмотрев на дворец. Я невольно посмотрела в ту же сторону. Там в окне виднелся темный силуэт в свете свечи. Арман дан Эрнанд. Тот, из-за любви которого убивали и умирали.

Когда мы возвращались, я задала Аарону интересующий меня вопрос:

– Что с Кианом?

– Под стражей в своей комнате. Безопасники выясняют его причастность к заговору. – Ответил мне Керри.

Сейчас мужчина был хмур и серьезен. Его явно терзали какие-то мысли.

– Как он отнесся к казни матери?

– Никак.

Я бросила вопросительный взгляд на шедшего рядом мужчину.

– Может он был просто шокирован?

– Нет, – не согласился со мной Аарон. – В том-то и дело, что его не очень-то это взволновало.

Керри остановился, я тоже. Он посмотрел куда-то мне за плечо и некоторое время просто молчал.

– Во время казни, – наконец начал делится своими мыслями он, – Вайолет сказала: «Твое семя умерло». Тогда мне показалось это бредом сумасшедшей. Но теперь… Тот подслушанный тобою разговор и слова Рейны о наследнике не дают мне покоя.

– У нас есть лишь один способ узнать, что они имели в виду. Мы должны найти Карину Митсен.

***

Сказать было намного легче чем сделать. На ее поиски ушло три дня. И то Томиасу удалось найти не Карину, а какую-то ее дальнюю родственницу. Вдову, что жила в деревушке в трех часах езды от столицы. К ней мы отправились вдвоем с Аароном и на этот раз даже никто не спорил, что мне не следует никуда лезть.

Сидя в приятной прохладе кареты, я прокручивала моменты из своей новой жизни. И последним была история Рейны.

– Это страшно, – выпалила я.

– Что? – Не понял Аарон.

– Так любить.

– Нет, Аленсия, любить не страшно, – прозвучал тихий голос мужчины и я почувствовала, что буквально тону в омуте его темных глаз.

Карета резко остановилась и это заставило нас разорвать взгляд. Что это вообще было? Видимо этот вопрос мучил не только меня, Аарон выглядел таким же удивленным и смотрел на меня, будто впервые увидел. До наших ушей долетел тихий голос кучера, что ругал лошадей. Аарон, тряхнув головой, выскочил из кареты и подал руку мне. Выйдя на улицу, посмотрела на затянутое тучами небо и наконец осмотрелась по сторонам.

Мы стояли перед небольшим аккуратным домиком, окруженным благоухающим садом. Миленькое такое местечко, понравилось мне с первого взгляда. Подойдя к невысокой калитке, я с любопытством осмотрела двор. Рядом с домиком под деревом стояли стол и лавочки, за которой сидела женщина. На вид ей можно было дать лет тридцать пять – сорок. Худая, смуглокожая, в простом платье и с серым платком на волосах. Она с любопытством наблюдала за нашим приближением.

– Добрый день, – поздоровался вежливая я.

– И вам не хворать, – весело ответила она.

– Мы ищем Карину Митсен, вы ее родственница? – В своей излюбленной манере прямо в лоб спросил Аарон.

Тут поведение незнакомки сразу же изменилось. Она вся враз будто окаменела, из взгляда пропала дружелюбность, а руки непроизвольно сжались в кулаки. Она резко поднялась и стала собирать травы в кучу, резкими рваными движениями.

– Чего ее искать? Умерла она, давно умерла. Так что нечего вам здесь делать, уходите, – грубо сказала она, взяла свое добро и быстрым шагом направилась к дому.

Мы с Аароном переглянулись. Ее бегство было неожиданным. Томиас не говорил нам, что Карина умерла. Всего лишь, что нашел эту женщину, Эмиру, дальнюю родственницу умершей. Но действительно ли она умерла? Не зря же Рейна сказала ее найти. Или может она просто не знала, что та девушка умерла более двадцати лет назад? Ай, была не была.

– Рейна сказала, что Карина знает правду! – Крикнула я вдогонку женщине.

Она резко остановилась. Я видела, как неестественно прямо держала она спину, будто боялась хоть немножко расслабиться. Ее пальцы нервно перебирали травы в руках, что с силой были прижаты к груди. Наконец она обернулась и смерила нас двоих оценивающим подозрительным взглядом.

– Что с королевой? – Задала она неожиданный вопрос.

Я бросила взгляд на Аарона, тот ей и ответил:

– Казнена.

Некоторое время Эмира смотрела на нас будто хотела улучить во лжи, будто ожидала, что сейчас Аарон выдаст слово «шутка» и рассмеется. Но время шло, а опровергать его слова мы не спешили. Плечи ее опустились, она издала вздох облегчения и медленно начала оседать. Я испугалась, что ей стало плохо и поспешила ее подхватить, но женщина, кажется, этого даже не заметила.

– Неужели правосудие все же свершилось? – Охрипшим от волнения голосом сказала она.

Мы с Аароном снова переглянулись, но спешить с ответом не спешили.

– Вы и есть Карина, так ведь? – Не отрывая взгляда от женщины, спросил кавальбер.

Эмира, точнее Карина, не ответила. Ее взгляд был устремлен куда-то за наши спины и вообще складывалось такое чувство, что она мыслями далеко не с нами.

– Вы расскажите нам о том, о чем говорила Рейна? – Осторожно спросила я.

– Все дело в наследнике престола, – ответила она и наконец посмотрела на меня. – Все случилось ночью двадцать один год назад.

– День рождения принца? – уточнил Аарон.

– Принца? Да, пусть будет так, – пробурчала себе под нос женщина. – Когда спустя много лет и безуспешных попыток королева Вайолет наконец забеременела, все были в радостном предвкушении и никто не заметил, как из дворцовой кухни исчезла молоденькая служанка. В тот день, когда у ее величества начались роды, королевскому лекарю и его жене приказано было срочно явится во дворец. Его супруга, известная во всей столице повитуха, прихватила с собой свою молодую помощницу, что взяла на обучение из приюта. Мне было пятнадцать. Роды проходили тяжело, но лекарь и его жена были мастерами своего дела и спустя несколько часов на свет появился здоровый ребенок. Вот только королева не захотела даже взять дитя на руки. Лекарь принял это за послеродовую депрессию, передал ребенка мне на руки и вдвоем с женой они стали уговаривать королеву. Неожиданно стена, что была за моей спиной, ушла в сторону и из темного прохода вышла укутанная в плащ фигура со свертком на руках. Я смотрела на все это в полном изумлении с силой прижимая к себе новорождённого. Ребенок королевы был абсолютно здоровым и красивым малышом, но имел огромный минус в глазах собственной матери – это была девочка. А Верховная жрица Говорящего Храма принесла новорожденного мальчика, рожденного на день раньше от той самой исчезнувшей служанки.

– Принцессу заменили ребенком служанки? – охрипшим голосом переспросил Аарон.

Карина лишь кивнула на его слова и продолжила свой рассказ:

– Всех, кто был свидетелем родов – убили. Меня спасла Рейна. Именно ей королева приказала избавиться от нас. Избавиться от собственного ребенка. Рейна помогла мне сбежать в эту деревню и остаться под вымышленным именем. Она же инсценировала мою смерть в столице. Все эти годы я провела здесь, храня тайну о наследнике.

– Почему вы никому не рассказали об этом? – Не смогла сдержаться я.

– Кому? У королевы слишком большое влияние, а про Деларию я вообще молчу. Я не успела бы и близко подобраться ко дворцу, не говоря уже о короле.

– А принцесса? Что с ней?

– Пойдемте, – улыбнулась Карина и поманила нас за собой.

Немного оглушены от всей истории мы, следуя за хозяйкой, обошли дом кругом. На заднем дворе, сидя прямо на земле, темноволосая девушка играла с собакой.

– Маргарита! – Позвала Карина.

Девушка обернулась. Вот теперь я точно не сомневалась в словах женщины. Ведь Маргарита была удивительно похожа на короля и Аарона. Вот она – истинная наследница престола.

***

– Аарон, я знаю, что ты хочешь со мной поговорить, но позволь мне первому, – едва Аарон Керри показался на пороге кабинета, заговорил король.

– Ваше Величество, я…

– Нет, – перебил его Арман. – Позволь мне высказаться. Не смотря на твое отношение ко мне, я всегда прислушивался к твоим словам и слепо исполнял твои просьбы. Теперь я прошу, чтобы ты меня выслушал и прислушался. Больше я тебя ни о чем и никогда не попрошу.

Как бы не хотелось ему этого признавать, но Аарон понимал, что король прав.

– Я слушаю вас, – склонил голову кавальбер.

Арман дан Эрнанд удовлетворенно кивнул и отвернулся. Было видно, что он волнуется, но несмотря ни на что был настроен решительно. Видимо разговор будет не из простых.

– Вся эта история с переворотом и казнью королевы, заставила меня еще раз пересмотреть свои взгляды на жизнь и окружающих. – Арман снова замолчал, собираясь с мыслями. – Все это еще раз доказало, что Киан не сможет править королевством. – Король обернулся. – Поэтому после моей смерти, престол займешь ты.

Сказать, что эта новость удивила Аарона, это ничего не сказать.

– Ваше Величество, я не думаю, что…

– Нет, Аарон, это не обсуждается. Я уже все решил. Ты мой первенец и корона по праву принадлежит тебе.

Аарон устало покачал головой.

– Ваше Величество, престол после вас должен занять ваш законный наследник.

– Аарон, хватит! Ты не…

– И вы правы, это не Киан, – проигнорировав слова короля, закончил свою мысль Керри.

Арман хотел возразить сыну, но неожиданно до него дошел смысл сказанных им слов. Он, нахмурившись, посмотрел на Аарона.

– Что ты имеешь в виду?

– Видите ли, благодаря эйли Миолен, нам стало известно, что с рождением принца была связана какая-то тайна. Разгадать ее нам помогла бывшая главная фриби королевы.

– Рейна?

– Да. Ваше Величество, мне трудно об этом говорить, но… Киан не ваш сын. Двадцать один год назад королева родила ребенка и заменила его сыном служанки.

Арману стало трудно дышать. Услышанное не укладывалось в голове, трясущимися руками он нащупал стул и тяжело опустился на него.

– Но почему? Зачем она это сделала? Ребенок был мертв?

– Нет, жив и здоров. Дело в том, что у вас родилась дочь.

– Дочь?

– Да. С помощью Деларии Вайолет поменяла детей, приказав убить всех, кто знал правду, в том числе и собственное дитя.

Да, королева была чудовищем. Другими словами, назвать женщину, что пожелала смерти собственному ребенку назвать никак нельзя. Аарон видел, как тяжело давалась правда королю. В какой-то момент он даже заметил слезы в его глазах.

– Ваше Величество? – Позвал он, но король не откликнулся. – Ваше Величество, вы слышите? Отец?

Арман поднял голову. Не смотря на ужасные новости, что все еще не хотели укладываться у него в голове, он не смог сдержать едва заметной улыбкой. Аарон впервые назвал его отцом и это не могло не радовать душу старого человека.

– Отец, она здесь. Ваша дочь здесь. – Не сразу до него дошел смысл сказанных слов.

***

Маргарита была просто замечательной девушкой. Не испорченная дворцовой жизнью, она была чиста и невинна, словно глоток свежего воздуха в этом со всех сторон засмердевшем месте. И за это мы должны были отдать должное Карине Митсен, что с пятнадцати лет хранила эту тайну и растила чужого ребенка, как собственного. Я видела, как волновалась Маргарита. Сейчас ей предстояло пережить встречу с отцом, и не просто отцом, а настоящим королем. Приодев ее в одно из своих платьев, я должна была заметить, что смотрелась она точно с королевским видом. Вот уж правду говорят, что кровь не водица.

– Какой он? – Вдруг спросила она.

– Ну, он… король, – не смогла придумать ничего лучшего я.

– Я имею в виду, какой он человек, – повернула голову в мою сторону…эээ… принцесса.

– Я мало общалась с ним, – честно созналась я, что немного огорчило девушку, поэтому поспешила добавить: – Но если он хоть немного похож на сына, то человек добрый и благородный.

Маргарита снова стала осматриваться по сторонам. Мы ожидали в одной из комнат для гостей.

– Значит известный на всю столицу кавальбер мой брат? – Снова спросила она.

– Да.

– Я боюсь, что не понравлюсь ему, – очень тихо, опустив голову, призналась девушка и я не сразу поняла о ком она говорит, ведь Аарону она точно нравится.

Мои губы тронула улыбка. Я приблизилась к девушке и, положив руку ей на плечо, честно созналась:

– Я бы такой дочери обрадовалась.

– Спасибо, – неуверенно улыбнулась девушка, подняв на меня свои темные глаза.

За дверью послышались торопливые шаги. Маргарита от волнения схватила меня за руку, да с такой силой, что я невольно сжала зубы. Даже не обладая сверх способностями я слышала как громко билось ее сердце. Двери в комнату открылись и на пороге появился король. За его спиной с ободряющей улыбкой на губах стоял Аарон. Некоторое время Арман и Маргарита просто стояли и смотрели друг на друга. Изучающе, с волнением, неверием и надеждой.

– Ваше Величество, – пробормотала я и присела в реверансе, как того требовали правила.

Но вот только на меня никто не обратил внимание. Осторожно отняла свою конечность у Маргариты и отступила на пару шагов в сторону. Девушка все так же со страхом и слабой надеждой смотрела на короля. Наконец Арман ожил и неуверенным шагом приблизился.

– Ваше Величество, – немного запинаясь, просипела Маргарита и склонилась перед королем.

Арман же осторожно, едва касаясь, провел рукой по ее щеке. Маргарита замерла, боясь даже пошевелится, широко распахнутыми глазами глядя на своего отца.

– Зови меня папа, – по щеке короля побежала первая слеза и он с силой привлек к себе девушку, сжимая в крепких родительских объятиях.

Зря Маргарита боялась не понравится отцу. Мы с Аароном тихонько прикрыли за собой дверь, оставляя этих двоих наедине. Им так много нужно рассказать друг другу. На глазах навернулись слезы. Сейчас я даже немного завидовала этой девочке. Все произошедшее – было моей тайной мечтой. Мечтой, в которой мои родители не умерли, а всего лишь потерялись, но спустя годы, все равно отыскали свою дочь. Все еще под впечатлением от встречи отца и пропавшего ребенка, мы со страшим кавальбером молча брели по коридорам дворца и сами не заметили, как оказались у входа в женскую половину.

– Что ж, теперь можно со спокойной совестью отправляться домой, – как можно равнодушнее сказала я, с трудом растягивая губы в беззаботную улыбку.

– Когда ты уезжаешь?

Мне показалось или голос Аарона дрогнул?

– Прямо сейчас. Тили уже два дня сидит на чемоданах.

И снова неловкое молчание. В глубине души мне так хотелось услышать просьбу остаться или хотя бы намек во взгляде… но этого не было.

– Маркус и Ян будут скучать, – вместо этого сказал Аарон, даже не замечая, как больно мне было слышать эти слова.

Так хотелось спросить, а будет ли скучать он, Аарон Керри? В груди разлилась жгучая тоска. А ведь обещала себе больше никогда… Не в силах сказать ни слова, я просто кивнула и убежала.

Из столицы я уезжала с тяжелым сердцем. Тили сидела рядом со мной, не скрывая своего счастья. Палома уехала несколькими днями раньше, на следующее утро после нападения Рейны. Девица получила не слабый такой выговор за свой длинный язык и кажется зареклась больше никогда не лгать. Ну-ну, говорят горбатого только могила исправит. Надеюсь эта история послужит ей хорошим уроком. Тили что-то искала в сумочке. А я смотрела в окно экипажа, что с каждым мгновеньем уносил меня прочь от королевского дворца.

***

Аарон Керри стоял в тени дерево, рядом с воротами в резиденцию короля и смотрел на пустующую дорогу, где совсем недавно проехал экипаж, увозя с собой одну наглую юную графиню. Он так и не собрался с храбростью проводить ее. Спрятался за деревом, как последний трус и просто молча смотрел как она уезжала, забирая с собой частичку его души.

За его спиной послышался громкий топот. Аарон обернулся, чтобы увидеть, как к нему, что есть силы бежали его люди. Ян Стефолд, Маркус Бернард и даже Томиас Кингли. Все они явно боялись куда-то опоздать и неслись, не глядя по сторонам.

– Опоздали?! – Тяжело дыша спросил Ян.

Аарон ничего не ответил, лишь снова бросил тоскливый взгляд на пустующую дорогу.

– Как она могла уехать, не попрощавшись? – С тихим всхлипом сказал Маркус и все удивленно покосились в его сторону.

– А я так и не успел передать ей приглашение от Анастейши, – тихонько добавил Томиас.

Ян, в отличии от товарищей, в выражениях не стеснялся. Выдав такие ругательства, что стоящие неподалеку стражи покраснели, он посмотрел на Аарона.

– И ты ее просто так отпустил?! – Не скрывая своего недовольства, зарычал он.

– С чего вдруг я… – начал было Керри, но был перебит другом.

– Аарон, ты самый настоящий тупица! Слепой идиот! Каменюка бесчувственная! – Только еще сильнее распалялся Стефолд.

– Хватит! – Поднял руку Керри. – Я уже понял все, что ты обо мне думаешь. Это все?

– Нет, не все, болван ты этакий. Как ты мог отпустить такую девушку?! – Ян даже руки в боки поставил.

– А что по-твоему я должен был сделать?! – Неожиданно рявкнул в ответ Керри, чем немало удивил всех присутствующих. – Это было ее желание, она не хотела оставаться здесь, в этом месте.

«Со мной» висело в воздухе. Аарон нервно взъерошил волосы и отвернулся. Он понимал все, о чем говорит друг и был полностью с ним согласен, но насильно заставлять ее остаться он тоже не мог. Это действительно было ее искреннее желание, о котором она говорила с самого начала их встречи.

– Нет, Керри, все же ты болван, – грустно покачал головой Ян. – Она бы осталась, если знала, что нужна тебе. Но ты ничего не сказал ей, дал возможность убежать от себя. Может и правда говорят, что у тебя нету сердца?

Ян развернулся и, чеканя шаг, направился прочь. Томиас и Маркус неуверенно топтались рядом, они явно чувствовали себя неуютно, но вмешиваться в ссору не хотели.

– Что? – Обернулся к ним злой Аарон. – Тоже так считаете?

Томиас просто поджал губы и поспешил догнать Яна. А Маркус покачал рыжей головой.

– Ты совершил самую главную ошибку в своей жизни, начальник, – здоровяк потопал в ту же сторону, оставляя злого кавальбера за спиной.

Глава 14

Спустя месяц

– Чего не съела ни крошки? – Леа стояла надо мной, поставив руки в боки.

– Да куда еще? – Искренне ужаснулась я. – Обед был совсем недавно.

Моя заботливая экономка по моему возвращению домой взялась за меня капитально, решив, что за проведенное время во дворце я сильно похудела. Теперь она решила во чтобы то не стало раскормить меня. Но судя по ее попыткам скорее закормить до смерти. Как по мне, я не очень-то изменилась, но спорить с Леа себе дороже.

Я сидела на веранде своего дома и перечитывала счета, договоры и все тому подобное. В мое отсутствие поверенный, его помощник и мой управляющий справлялись со всеми делами просто отлично. В принципе, мое вмешательство здесь и не требовалось, к тому же я разбиралась во всей этой чепухе намного хуже, но мне нужно было чем-то занять свое внимание, чтобы не чувствовать ту тоску, что зародилась в душе, после возвращения домой.

– Леа, а Даррен отвез управляющему те бумаги, что я просила? – Вчитываясь в ровный столбик букв, поинтересовалась я.

Да, Даррен теперь жил и служил у меня. Это было то, единственное, что я попросила у короля в благодарность за все мои добрые дела во имя короны. Парень едва ли не слезно умолял меня забрать его с собой и я не могла отказать. Хотя дело было далеко не во мне, скорее уж в нашей русоволосой скромнице Тили.

– Только повез, госпожа. Они с Тили около конюшен беседовали, пока Леон их не разогнал. Это надо же, я ее еще с утра на рынок за продуктами послала! – Возмущалась женщина, раскладывая передо мной счета и отчеты по домашнему хозяйству.

Леа я доверяла безоговорочно, но женщина была твердо убеждена, что я, как хозяйка, просто не имела права игнорировать такие дела и должна все проверять трижды.

– Они просто влюблены, – не скрывая улыбки, встала я на защиту молодых людей.

– Любовь у них… Чтобы они со своей любовью глупостей не натворили. – Проворчала Леа, указывая мне на места, где нужна была моя подпись.

– Леа, не бурчи. Тебе не идет.

Женщины хмыкнула.

– Да я ж просто волнуюсь. Вы ж обе мне как дочери родные, – всхлипнула та и смахнула краем передника набежавшие слезы.

Я поднялась и обняла ее за плечи.

– Знаю. И мы тоже тебя любим и благодарны за все. – Я чмокнула ее в шершавую щеку. – А за этих двоих не волнуйся. Тили девушка не глупая, а Даррен не дурак. К тому же, мне написал его отец. Наш мальчик просит благословение на брак.

– Так куда ж им?! – Тут же заволновалась Леа. – Мала она еще для свадьбы.

– Я тоже так ответила, – успокоила я женщину, садясь обратно на свое место. – Помолвку можно и сейчас организовать, а вот свадьбу только через год. Пусть невеста немного подрастет.

– Правильно, – одобрила мое решение Леа. – Нет, ну Даррен, конечно, парень хороший. Помощник такой, Леон не нарадуется. За любую работу берется. Я-то уж думала он нос воротить будет после работы во дворце-то. А руки, руки-то у него золотые. Видели какие он мне на кухне полки сделал? Хороший муж будет нашей девке. Но рано им еще!

В стороне послышался робкий стук. Мы обернулись. Со смущенной улыбкой на пороге топтался Патрик. Молодой человек уже во всю был вовлечен в дела эйла Кворбера и перенял на себя некоторые его обязанности. Старый поверенный говорит, что парень он толковый и решил в свое время все дело оставить именно ему.

– О, Патрик, я ожидала вас позже, – жестом пригласила присесть за стол.

– Эйли, в городе такое оживление, что я решил выбраться немного раньше, – ответил мужчина, вручая мне в руки документы с подписью Кворбера.

– Что за оживление? – Поинтересовалась я.

– Говорят, что в наш кавальбериат проверка приехала из самой столицы. И эйлу Газделу в этот раз отвертеться не получилось. Его сняли с должности.

Кстати, по возвращению, я узнала приятную новость – Айша вместе с Паломой переехали к нему. Моя мачеха наконец дала свое согласие на предложение кавальбера и ушла, что называется по-английски, но это не могло не радовать. Думаю, Палома в порыве некой благодарности приложила к этому свою корявую ручку.

– Давно пора этому гаду его место показать, – покивала головой Леа и шустро побежала за новой порцией чая.

Я прочитала послание Кворбера и новости меня порадовали. Им удалось провернуть весьма выгодную для нас сделку. В своем письме Кворбер не забыл упомянуть, что все это было заслугой Патрика. Я тут же поблагодарила и похвалила молодого человека от чего на его щеках появился легкий румянец смущения.

– Ну что вы, эйли, к моему наставнику мне все еще расти и расти.

– Это да, – рассмеялась я, – кажется эйл Кворбер сможет договорится и с самой Смертью.

– Уж в проигрыше не останется.

Мы распрощались. Вскоре вернулась Тили с рынка и усевшись к нам за стол начала рассказывать свежие сплетни. А немного погодя ко мне заявились очередные гости. Так уж вышло, что новости о казни королевы расползлись по всему королевству. Всех подробностей никто не знал, но почесать языками никто не отказывался. А тут я и Палома как раз вернулись из «горячей точки». Если раньше о существовании Аленсии все забыли, ведь никто даже не попытался помочь бедной девушке, над которой издевалась мачеха, то теперь я стала самой популярной эйли в нашем городке. Это, не говоря уже о том, какой хорошей кандидатурой для брака я была. Вот из-за этого наш дом постоянно осаждали всякие неприятные личности. Одни хотели узнать побольше сплетен (люди быстро поняли, что Палома не самый надежный источник), другие – сосватать меня за своих сыновей, племянников, внуков и тд и тп. Достали, блин.

Стайка разраженных в яркие платья, по последней моде, девиц со своими матушками, изображали искреннее наслаждение вкусом чая и без умолку болтали о погоде. Я точно так же изображала наслаждение беседой.

– Вы только поглядите, – вдруг охнула одна из них, указывая мне за спину.

Я тут же обернулась, было любопытно, что так удивило девушку. По пустынной дороге в нашу сторону неслись четыре всадника. Столб пыли стоящий позади них делал их появление еще более эффектнее. Вороные несли их нога в ногу и казалось, что вся улица сбежалась, чтобы посмотреть на такое представление. Но должна признать, что понимала их, зрелище это было красивым. Всадники приблизились уже настолько, что мы могли рассмотреть их лица. Девицы, сидящие за столом, тут же издали томленный вздох.

– Это ж к кому такие гости пожаловали? – Пробурчала Леа.

– Так это же… – удивленно потянула Тили.

И я ее прекрасно понимала. Несчастная чашка выпала из моих ослабевших пальцев, остатки жидкости облили ближайшую мамзель, но ее вопль меня совершенно не волновал. Я просто не могла отвести взгляд от приближающихся всадников. Мне просто не верилось, что это правда.

– Ты что знаешь их? – Где-то за спиной послышался голос второй девицы, что обращалась к Тили.

Я же не обращала на них никакого внимания. Слушая громкий стук собственного сердца, наблюдала как всадники приблизились к воротам моего дома и остановились. Толпа, наблюдавшая за всем этим, подобралась еще ближе и отовсюду послышались любопытные шепотки. Один из всадников спешился и быстрым шагов вошел в ворота и направился прямиком к нам. Моих сил хватило лишь подняться на ноги. Аарон Керри быстро взлетел по ступеням и замер передо мной, не отрывая голодного взгляда.

– Что ты здесь делаешь? – Каким-то хриплым голосом спросила я.

– Исправляю свою ошибку, – громко сказал он.

Одним резким движением он привлек меня к себе и поцеловал. Раздались громкие охи и ахи, немного возмущенные, немного завидующие. Среди всего этого выделился ехидный голос Яна Стефолда (я даже не заметила, когда они подошли):

– А я ведь говорил, что он влюбился.

– А я говорил, что она тоже, – пробасил авальер. – Хотя за то, что уехала и не попрощалась, я на нее обиделся.

– Да заткнитесь вы оба, – смеясь, сказал им Томиас.

– Кто ни будь объяснит мне, что здесь происходит, и кто это такой? – Вклинился между ними голос Леа.

Моя служанка тихонько рассмеялась и громко заявила:

– Это? Старший кавальбер первого кавальбериата, лучший сыщик столицы, внебрачный сын короля, эйл Аарон Керри.

ЭПИЛОГ

Его величество король Арман дан Эрнанд правил еще семь лет, а после умер от неизлечимой болезни. Говоря откровенно, вся история с изменой, убийствами и подменной ребенка сильно подкосила мужчину и он больше никогда не был прежним. После его смерти на престол взошла Маргарита дан Эрнанд и, забегая на перед, скажу, что годы ее правления были лучшими в истории королевства Арбайг. Киан, узнав всю правду о себе, отбыл из дворца в неизвестном направлении и больше его никто не видел, лишь поговаривают, что он сел на корабль, отходящий в сторону дальних островов. Маргарита часто спрашивала совета у своего старшего брата, а также Карины Митсен, что проживала во дворце и занимала должность главной фриби королевы. Справляться со всеми делами ей, по слухам, помогала Рейна. Женщины вели активную переписку друг с другом. Маркус Бредстон стал известным ученым, его открытия гремели на весь мир, но своей работы в первом отделении он никогда не бросал. Томиас и Анастейша наконец поженились и воспитывают двоих сыновей. Ян Стефолд остался все таким же жизнерадостным сердцеедом, сводя сума несчастных женщин.

Что касается меня, я стала первой в истории женщиной кавальбером, помогая своему мужу в расследованиях. Но каждый вечер перед сном я мысленно благодарила своих неожиданных помощников и крестную Смерть за свою вторую счастливую жизнь.

– Мама, мама, расскажи мне сказку! – Потребовала маленькая девочка с синими глазами и непослушными черными кудряшками, прыгая ко мне на руки.

Моя дочь Елена Керри ар Миолен. Да, да, у нашей девочки была двойная фамилия матери и отца. Только теперь мы стали княгинями. Да, Маргарита подарила своему брату этот титул, сказав, что он по праву принадлежит ему. Мой титул графини достался Елене, а титул великого князя Керри получит наш сын. Вот такой вот поворот.

– Ох, госпожа, она не хотела ложиться спать, все вас дожидалась, – с улыбкой сказала Тили, что теперь была на должности няни.

Я поблагодарила девушку и отпустила ее к мужу. А сама понесла свое четырехлетнее чудо в кровать.

– Хорошо, если пообещаешь сразу лечь спать, – улыбнулась я, укрывая дочь одеялом.

Краем глаза увидела, как в комнату заглянул Аарон. Скрестив руки на груди и прислонившись плечом к косяку двери, он с любовью и нежностью наблюдал за нами. Теперь Аарона Керри точно вряд ли когда-то назовут хмурым или бессердечным человеком. Он был самым лучшим мужем и замечательным отцом, с лица которого больше никогда не сходила улыбка.

– Что ж, слушай внимательно, – я поцеловала маленькую графиню в кончик носа, – Жила-была одна девочка. И звали ее – Золушка…

Для подготовки обложки издания использована художественная работа автора.

[1] – песня: «Королевы и Короли», исполнитель: Марко Поло

Content

Юлия Белова
Моя история Золушки

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

ЭПИЛОГ