Антон Войтов, Агата Фишер

Хрономаг 3

Глава 1

Решив, что не буду тратить Поток на телепортацию к Торну, я прикинул, к какой группе, выезжающей в зону действия присоединиться и, выбрав тех, кто точно не мог знать меня в лицо, пошёл к вместительному бронемобилю.

Судя по обстановке и выезжающим из расположения машинам, удалось отбить только малую часть первой волны и боевые действия продолжались. Солдаты запрыгивали в машину быстро, подгоняемые выкриками командира.

Как только оказался внутри, занял самое дальнее место.

Машину трясло, снаружи раздавался грохот — мы выехали за пределы расположения штаба. Сумка с разобранными винтовками покоилась под ногами, никто не обращал на меня внимания. Если бы командир так не спешил, а проверял свой отряд поимённо, то скорее всего мне пришлось бы всё-таки использовать телепортацию.

Мысли вернули меня к Тодду. В прошлой жизни этот слизняк загадочно погиб в самом начале вторжения. Я хмыкнул — заговорщики убрали его, как только он выполнил свою задачу. Возможно, выходка на Дне Империи была рассчитана на то, чтобы как-то повлиять на отца или же захватить его в радиус техники, убрав с дороги заранее. Но не вышло, ни тогда, ни сейчас.

Влиял ли в прошлой жизни на отца артефакт Инессы, я уже никогда не узнаю. Но сейчас он был жив, как и Адора. А вот Инессы и Тодда нет. Но Юстас тоже погиб в самом начале военных действий, может потому у занявшего его места командующего Торна не хватило сил остановить вторжение быстрее. Насчёт Брайса я не знал, что думать, надеялся только, что брат жив. Как ни крути, он тоже Айон.

Машина резко остановилась. Я выскочил наружу, отделился от отряда и покутил головой.

— Боец! — окрикнул меня командир. — Не отделяться от отряда!

Я повернулся к нему.

— У меня срочный доклад к командующему Делари, командир, от Юстаса Айона. Разрешите пройти в полевой штаб.

— Почему через тебя, боец?

Командир подозрительно оглядел меня, но если сюда начали прибывать мобилизованные войска, то он может решить, что я только что приехал.

— Не могу знать, командир, — ответил я. — Разрешите пройти в полевой штаб.

— Разрешаю, — ответил тот. — После вернись к отряду.

— Есть! Служу Империи!

Я отсалютовал командиру и, развернувшись, поискал глазами нужную палатку. До границы было ещё несколько километров, но я даже отсюда чувствовал, что там идёт бой. Коротко взглянул на небо — самолётов нет, воздушное пространство спокойно.

К Делари меня впустили не сразу, но тот ходил по палатке, с кем-то совещаясь по телефону и бросил на вход короткий взгляд и, видимо узнав меня, приказал пропустить.

— Юный господин Айон, — Делари покачал головой, — что вы тут делаете?

— Соберите их, — я бросил на стол рядом с командующим сумку с винтовками и патронами.

— Что это?

— Артефактные штурмовые винтовки. Всего пять. Есть запас патронов.

— Откуда они у вас?

— Не важно. Они могу пригодиться в бою. Как их применить, решайте сами.

— Вы должны покинуть границу, тут небезопасно. Уезжайте.

— Нет. Пока не мобилизованы все силы, моя помощь пригодится.

— Не хочу показаться грубым, — Торн выдержал паузу, — но у меня нет времени нянчиться с отпрысками Айонов и отвечать за них головой.

— Командующий Делари, — я взглянул ему прямо в глаза. — Вы чувствуете мой Поток? Сейчас я могу заменить пару сотен бойцов и десяток единиц техники.

— Чувствую. Но ваш резерв не вечен. Уезжайте, это приказ.

— Я не подчиняюсь вашему командованию, — проговорил я. — Дайте мне командира, который поставит задачу, и я её выполню. Дайте щитовика и группу прикрытия.

— Нет, — твёрдо произнёс Торн.

— Я независим от рода Айон. Сейчас я не выступаю как один из Айонов. Я выступаю как боец. Дайте мне командира и поставьте задачу.

Делари жевал губами, отчего его пышные усы тоже шевелились. Принимал решение. Он тоже понимал, что стягивание войск на границу займёт время, точно не пару часов, а я знал, что могу работать с Потоком и его резервом уже достаточно долго. К тому моменту, когда я выдохнусь, границу защищать будет легче, к тому же, пока я вообще не знал, что происходит в метрополии и у Императорского дворца.

— Я могу пользоваться площадными техниками, командующий Делари, я достиг уровня второго ранга, у меня есть преимущества…

— Понял, — Торн поднял правую руку.

— Дин Белфайр. Щитовик. Если он здесь, то мне нужен он, — сказал я прежде, чем тот успел что-либо сказать в рацию.

Торн молча кивнул и приказал вызвать в полевой штаб Дина. Мой Поток бушевал и требовал выхода, я знал, как его применить. Дин явился буквально через пятнадцать минут и, судя по виду, он уже израсходовал достаточно много энергии.

— Белфайр, твой отряд и ты временно поступаете в распоряжение господина Неро Айона, точнее вам необходимо ввести его в курсе дела, доложить обстановку и поставить задачу в секторе вашей группы. Задача ясна?

— Так точно, господин командующий, — Дин коротко покосился на меня.

— Обеспечьте господина Айона всем необходимым. Дальнейшие действия по обстановке. Выполняйте.

— Есть! — Дин коротко кивнул Торну и взглянул на меня.

Мы вышли из палатки, и я посмотрел в ту сторону, где на границе вёлся бой. Войска Мин пока не прорвались дальше и, похоже, не применяли тяжёлую технику. Я всё больше убеждался в том, что задача была не столько начать полномасштабное вторжение войну, сколько навести смуту для свержения власти.

— Неро, — Дин толкнул меня в плечо.

— Да. Нам нужно выдвигаться.

— Твой дядя, он…

— Я знаю. Предыдущая просьба не актуальна. Я сейчас хочу только одного, — я кивнул в сторону границы. — С остальным разберёмся потом.

Дин промолчал и показал на автомобиль, который дожидался его. Я улыбнулся уголком рта и последовал к нему.

* * *

Неро отказался от возвращения домой и это только удручало — Мартину уже доложили обстановку в метрополии. В городе уже объявили чрезвычайное положение, на улицы вышла гвардия и вся полиция.

Вооружённые группы оказались на территории метрополии, повсюду раздавались взрывы и шли перестрелки. Началась эвакуация, поднялись в воздух вертолёты и боевые дроны, но диверсионных отрядов было достаточно много и вскоре они могли добраться до поместий тех из Тринадцати, кто жил в окрестностях.

Если не считать Веберов и Юдалл, то под удар попадали Туми и Сомерсеты, как минимум. Мартин хмурился — ещё были Нокс, но с ними всё было очень непросто. Артуру он отдал приказ усилить укрепление поместья, выставить по периметру и за ним гвардейцев, никого не выпускать.

После допроса Артур вёл себя отрешённо и не мог поверить в то, что предателем оказался Тодд, но Мартину совершенно некогда было печалиться и жалеть о чём-то: вторжение Мин, о котором говорил Неро, началось раньше, и он очень надеялся, что оно не перерастёт в полномасштабную войну.

Император пока не делал публичных заявлений, хотя с начала вооружённых конфликтов прошли почти сутки.

От размышлений отвлёк стук в дверь.

— Да, — ответил он, не отрывая взгляда от стены напротив.

— Старейшина, — в кабинет заглянул Артур. — Все поручения выполнены, гвардейцы на позициях.

— Артур, есть ли информация по Брайсу? — Мартин повернулся к нему.

— Нет. Я отправил несколько поисковых отрядов по следу маячка на автомобиле, поднял в воздух беспилотники, но пока…

— Артур, как только всё уляжется я сниму тебя с должности, — спокойно проговорил Мартин и покосился на безопасника.

— Но…

— Слишком много оплошностей. Мы не потеряли бы Инесс, Хагана и Брайса, не прошляпили бы Тодда, если бы безопасность была на высоком уровне.

Артур молчал и стоял, сложив руки за спиной.

— Если бы я лично не слышал результаты допроса, то решил бы, что ты в сговоре с Тоддом, но, похоже, его манипуляции с системой безопасности были чётко проинструктированы сверху.

— Кто отдавал приказы?

— По нынешним данным Юдалл и Веберы, но у нас нет доказательств из-за того, что Тодд убил себя.

— Откуда такие сведения?

— Сейчас я ничего не собираюсь тебе объяснять. Ищите информацию в личных данных Тодда. Когда что-то появится, немедленно доложи. Понял?

— Понял, Старейшина, — Артур кивнул и покинул кабинет.

Мартин тяжело выдохнул — если сопоставлять всё происходящее с тем, что рассказал Неро, пока ситуация не сильно улучшилась. Он прекрасно понимал, почему поколения хрономагов даже не пытались что-то сделать с пространством-временем.

Ни реверс, ни форвард не срабатывали случайно, это была осознанная техника, а потому Тодда никто не остановил. Напротив, скорее всего он успел применить форвард и принять яд так, чтобы даже применение небольшого замедления времени не смогло бы спасти его от яда.

Если бы только знать, почему всё складывается именно так и каково было намерение старика, отправившего Неро назад во времени. Мартин постучал пальцами по столу и откинулся на спинку кресла.

* * *

— Почему ты не уехал домой? — Дин всматривался в моё лицо очень внимательно. — Считаешь, в войне есть хоть капля романтики? Так это не так.

Я поднял на него взгляд. Конечно, для Дина я отпрыск Айонов, который ничего в жизни, кроме школы и тренировок, не видел. Хотя пора бы уже понять, что это не так. Учитывая, что я просил его сделать.

— Я не хочу, чтобы это вторжение состоялось и переросло в настоящую войну.

— Думаешь, ты один их остановишь? — Дин усмехнулся и поправил топорщащиеся волосы.

— Нет, но кое-что я сделать могу и для нынешнего положения это немало.

— Уверен? Оттуда пачками вывозят раненых и убитых. Там не только техника и винтовки, там маги, там тоже есть боевые экзоскелеты. Пусть и не очень эффективные.

— Просто ставь щиты так, чтобы я мог использовать массовые техники, этого будет достаточно. Как только мой резерв иссякнет, отступим. Я вернусь в штаб, чтобы разведать обстановку.

— Тебе так и стали докладывать. Узнаешь только то, что в открытом доступе.

— Этого достаточно, — я пожал плечами. — По крайней мере пока.

— Мы в секторе. Отряд на позиции! — крикнул водитель с переднего места. — В секторе пехота и несколько единиц боевой техники.

— Принято, — ответил Дин. — Выходим, Неро.

Как только мы оказались у пограничных укреплений, рядом оказались шестеро бойцов небольшого отряда Дина. Он развернул плотный, отливающий лиловым сферический щит, и встал слева от меня.

— Техника. Затем пехота, — коротко сказал он.

Мы стояли на месте, автомобиль сдал назад так, чтобы в него было сложнее попасть и тоже укрылся щитом. Слева и справа от нас вперёд шла пехота, устанавливались зенитки. Всполохи применяемых техник тоже мелькали со всех сторон, совсем рядом полыхала сухая трава.

Я поднял взгляд, мысленно призывая плотные тучи и ветер. Чтобы было проще контролировать технику, подогнул безымянный палец правой руки, прижал его большим, применяя вспомогательный жест. Начал охлаждение влаги в тучах.

По щиту один за одним попадали снаряды и техники — от плазменных шаров, до огненных стрел. Я чувствовал, что Дин тратить мощность Потока не жалея сил, а значит, всё нужно было сделать как можно быстрее.

Температура наверху достигла нужной отметки, когда в ход пошли автоматные очереди и пулемёты, установленные на машинах врага. Я выдохнул, собирая нужное для удара количество энергии.

С неба посыпались ледяные глыбы. Огромные и быстрые. Множество глыб падало на технику, пробивая щиты, уничтожая оружие, прибивая к земле окровавленные ошмётки пехотинцев. Площадь падения глыб была куда больше, чем вверенный сектор, но минцы шли в наступление и этого явно было недостаточно. Их щитовики успевали защищать часть техники и войск.

Рядом рванула граната, затем по земле пошла трещина — кто-то работал с техникой земли. Я присел на одно колено, приложил ладонь к земле в том месте, где прошла трещина.

Прямое воздействие и по трещине потела вода — создание воды тратило куда больше сил, чем использование уже существующей, я чувствовал, как активно расходуется Поток, но его было ещё достаточно много. Вода хлынула по трещине, я поднял взгляд — техника, сыплющая на землю ледяные глыбы, почти закончила своё воздействие.

Всё ещё посылая воду по каналам трещины, я поднял левую руку, расчертил контур, направляющий сильный вихрь горячего ветра в сторону противника. Поднялась пыль и грязь, ещё сильнее — ветер крепчал и становился теплее, но температуры, чтобы растопить глыбы, помогая мне с водой, не хватало.

— Есть стихийники? Нужен огонь, много, так, чтобы растопить глыбы! — крикнул я Дину, удерживая обе техники сразу.

— Есть! Норд! В мой купол, огненный веер!

— Слушаюсь!

Один из прикрывающих щитовиков снял свой щит, бросил автомат на лямку и встал справа от Дина. Он расчертил контур, посылая вперёд направленный огненный поток.

Над головой засвистели зенитные снаряды, где-то снова послышались выстрелы.

— Зачищаем сектор и отступаем. Смена на подходе! — крикнул Дин бойцам.

— Так быстро?! — я покосился на него.

— Делай свою работу потом поговорим.

Глыбы льда под натиском огненного веера начали таять. Я подхватил воду и создав тысячи осколков, направил их в подходящих пехотинцев. Солдаты валились на землю один за одним.

Снова заработал гранатомёт — из боевых машин в нашем секторе оставалось ещё три. Я оценил дальность и количество свободной воды в трещинах, направил её в сторону машин, размягчил землю и сковал грузные колёса так, чтобы они не могли сдвинуться с места.

Времени мало — на той стороне достаточно магов, которые могут противопоставить грязевому капкану свою силу.

Тучи, которые я создал, всё ещё не рассеялись, я прикинул, что будет действеннее в этой ситуации, сектор был почти чист, пехота не была бесконечной, но времени и правда было очень мало.

Я медленно и глубоко вдохнул, собираясь с мыслями, встал и сосредоточился на тучах. Сейчас мне нужен был вспомогательный жест, но я понимал, что резерв расходуется с чудовищной силой, а если выжать себя до конца.

Мне нужно немного времени, чтобы собрать больше энергии. Мне нужно замедлить время, и…

Время буквально несколько секунд стало по-настоящему тягучим — я повернулся к отряду и Дину и понял, что оно и правда замедлилось. Не пытаясь разобраться, я направил весь Поток в кончики пальцев, собрал энергию и, лишь слегка повернул раскрытые ладони вверх.

В ту же долю секунды время вернулось в нормальное состояние, а по всему сектору и дальше от него, бесконечной канонадой сверху начали бить разряды молний. Мощные, яркие и беззвучные, они пробивали щиты послабее, выводили из строя технику.

Я всё ещё держал раскрытые ладони в направлении к небу и наслаждался скоростью и мощью разрядов, бивших так часто и плотно, что шанс выжить был только у самых сильных щитовиков и тех, кто оказался под их прикрытием.

— Ещё! Ещё! — крикнул Дин.

От продолжительной техники мой резерв пустел быстро, но я наслаждался тем, что видел.

— Готово! Отходим! Отряд в машину. Смена!

Вокруг всё продолжало гореть и грохотать. Я не стал развеивать технику и остаточные молнии всё ещё били в землю.

Под прикрытием Дина отряд залез в подскочивший автомобиль.

Я уселся на пол и дышал, чтобы немного успокоить Поток.

— Вытрись, — сказал Дин, протягивая мне серый кусок ткани.

— Чего?

— Кровь из носа.

Я дотронулся до носа, размазывая тонкую тёмную струйку и взял у него ткань.

— Самочувствие? — спросил Дин.

— В порядке, хотя энергии ушло достаточно. Если честно, я бы хотел действовать более…

— Лично головы им сворачивать или кишки выпускать? — он хохотнул. — Не эффективно.

— Знаю, но хотелось, — я смял окровавленную ткань и засунул в нагрудный карман.

— Частая смена потому, чтобы все успевали восстанавливаться. Пока не пришли основные силы.

— Да, это я уже понял.

Я наконец, поднялся с пола и уселся на свободное место. Осознание того, что работать с массовым техниками мне хотелось меньше, чем лично пускать кровь минцам, что-то дёрнула внутри. Будто я снова наткнулся на неприметную, но закрытую дверь. Будто я уже проходил с ней рядом.

Я был почти уверен, что это связано с метальными закладками и блоками в моём сознании. Вспомнив про замедление времени, я стянул перчатку и осмотрел стигму — узор еле заметно восстановился. Значит, отсутствие родовой магии почти на сто процентов связано с ментальными блоками, а не с фактом перемещения сознания. Мне нужен был Алиас, но пока я не мог покинуть границу.

Мы прибыли в полевой штаб, а оттуда я решил отправиться в расположение — мне нужны были хоть какие-то новости, а без телефона никто и ничего доложить мне не мог.

Я поговорил с Мартином и тот сообщил об обстановке в метрополии и о том, что поиски Брайса привели к покорёженному автомобилю и трупам охраны, но брата нигде не оказалось. Информации и личных архивов Тодда пока было недостаточно. Я сжал зубы — в конце концов, прошло всего несколько часов.

Я зашёл к Джеду, который выглядел уже намного лучше.

— Как ты? — я придвинул к его кровати стул.

— Нормально. Отдохнул и поел… Ох, — он схватился за голову. — Хоть целитель и помог, всё равно болит ещё.

— Поправишься. Как ещё немного легче станет, отправишься домой. Иначе твоя мама меня убьёт, — я постарался улыбнуться, но, судя по лицу друга, вышло довольно фальшиво.

— Что с тобой? Ты что, участвовал в бою? — обеспокоенно спросил он.

Я кивнул.

— Это странно… Всё так странно. Мы приехали сюда и тут всё началось, почти сразу… А ты сказал захватить винтовки, полез в бой… Ты будто знал, что так и будет? — Джед смотрел на меня не отрываясь.

— Знал, — выдохнул я. — Я всё это знал.

В глазах друга мелькнули страх и непонимание.

— И я хочу, наконец, обо всём тебе рассказать…

Глава 2

Глаза Джеда становились всё больше с каждым сказанным мною словом. Я видел, как на его лице сменяются эмоции — удивление, сомнение, горечь, страх. Мне не хотелось утаивать от него то, что помнил сам, хотя я давно уже знал, что картинка была искажённой, от того я многое делал не так, как сделал бы на самом деле.

Я рассказал другу и о его судьбе, снова. Но теперь он прекрасно понимал, что это были не видения, а то, что он действительно прожил. С каждым сказанным словом с меня будто спадал тяжёлый груз. Рассказать ему обо всём хотелось давно, но я считал, что так сделаю хуже.

Сейчас от моих знаний уже почти не было пользы — всё свершилось и во многом пошло не так, как я ждал. Даже Тодд… Меня терзало сомнение, что всё именно так, как показалось на первый взгляд. Мне нужно было возвращаться домой, поточу что в этой обстановке я не мог контролировать то, что происходит в поместье.

Я замолчал, Джед тоже ничего не говорил, и я решил дать ему время свыкнуться с моими словами. Мне нужна была встреча с Алиасом. Мартин сказал, что отпустил его, но он тоже понимал, что привезти Лангера на границу сейчас просто невозможно, а Юстас никуда не денется в таком состоянии. Мартин не станет заставлять меня проходить допрос, зная правду, но я всё равно уже был готов к тому, чтобы менталист прошёлся по моему сознанию.

— Мне бы хотелось, чтобы это было шуткой, — вдруг тихо произнёс Джед. — Но вряд ли ты сейчас скажешь, что пошутил, да?

Он смотрел на меня печально и устало. Я ведь и правда не хотел впутывать его во всё это.

— Прости. Я не хотел, чтобы ты принимал участие хоть в чём-то из всего этого, — я неопределённо повёл головой.

— Готов был меня отшить, оставить на обочине своего лучшего друга? — Джед грустно усмехнулся. — Ты думаешь, что я буду как-то иначе к тебе относиться?

Я пожал плечами.

— Мне всё равно откуда ты… Да… Ну, тяжело это всё было слышать, просто. Ты для меня всё равно тот же, понимаешь?

— Понимаю.

— Ты хочешь остаться на границе? — обеспокоенно спросил Джед.

— Хочу. Но понимаю, что лучше вернуться домой. Слишком много вопросов у меня ко всему происходящему.

Я разрывался между желанием остаться и пониманием, что дома от меня будет больше пользы. Во всяком случае, для семьи.

— Слушай… А если ты настолько силён и был… Кхм, достаточно жестоким, то почему не решил всё так… Как привык?

Джед старался подбирать слова, будто меня могло задеть напоминание о том, каким я был в той жизни. Там у меня не было особого выбора, да и части воспоминаний были размыты.

— Потому что я принял такое решение. К тому же, я до сих пор не знаю окончательных целей вернувшего меня хрономага.

— Ты не стал его искать?

— Не искал. Но, похоже, что искать буду, — я слегка улыбнулся.

— Мне сложно, честно говоря, принять это всё, — Джед вздохнул. — Но я приму.

— Спасибо, друг, — я протянул ему руку.

Мне стало легче, но одновременно я понимал, что ничего ещё не закончилось. К границе стягивались войска, натиск наступления они уже смогут преодолеть и так. Честно признаться, я понимал, что дело не во вторжении — армия справится и без меня, а в том, что мне хотелось это делать — просто знать, что вот враг, его нужно убить.

Не думать, какой путь выбрать, не пытаться что-то решить хитростью или миром. Убирать то, что стоит на моём пути — вот что я хотел делать в действительности. Возможно, что один из блоков менталиста был связан с этим, а когда я отпустил энергию, блок начал рушиться, потому и хоть ненадолго, но сработала родовая магия.

— Так ты поедешь домой?

Джед отвлёк меня от мыслей. Похоже, что всё-таки это будет лучшим решением, что самостоятельно отбивать наступление минцев.

— Да. Сюда я смогу вернуться в любой момент. Сейчас нужно решить несколько других вопросов, да и вернуть тебя матери тоже нужно. Она мне голову открутит, — я усмехнулся.

— Со мной всё в порядке почти. Не будем ей сообщать, что я был ранен и всё. Пока доедем, совсем буду в норме, — он отмахнулся.

— Это хорошо. И, Джед… — я выдержал небольшую паузу. — Я хочу, чтобы ты пока ни во что не лез. Виктора, если хочешь, я перевезу в поместье, чтобы тебе было спокойней.

— Не нужно, — он мотнул головой. — Хочу поучиться у него. Если уж будет сильно надо, я скажу.

— Смотри сам. Я свяжусь с Мартином, чтобы прислал за нами.

Друг кивнул.

Я не стал ничего спрашивать у прадеда по телефону, оставив все сомнения и разговоры до личной встречи. Мартин пообещал, что машина с усиленной охраной приедет к вечеру, хотя и удивился, что я передумал оставаться на границе достаточно быстро. Но упереться и остаться на границе ради собственного тщеславия и ощущения силы — тратить время на борьбу с симптомами, когда я могу добраться до причины болезни.

Когда мне уже сообщили, что за нами прибыла машина, в штабе неожиданно появился Делари и целенаправленно искал меня. Секретарь сообщил, что командующий желает меня видеть в срочном порядке, пока я не покинул расположение. Я поднялся к нему в кабинет, размышляя, зачем я ему понадобился.

— Проходите, юный господин Айон, — он жестом указал мне на стул у рабочего стола. — Пока вы не уехали, у меня к вам пара вопросов.

Я удивлённо приподнял бровь, но принял приглашение сесть.

— Нас с Джедом ждёт машина, — напомнил я.

— Это не замёт много времени. Артефактные винтовки оказались выполнены искусно, в нашем распоряжении таких нет.

— У армии совсем нет артефактного оружия?

— Есть. Вы сами знаете, что это редкость, а настолько уникальных работ я не встречал очень давно. Как я могу получить крупную партию подобных?

— Никак, — я пожал плечами. — Это не штамповка. Крупную партию придётся ждать очень долго.

— Понимаю, понимаю, — Торн пожевал губами. — А мастер, который их изготовил, вы знаете его?

— Возможно, — я уклонился от ответа.

— Я могу платить ему хорошие деньги, если он расстарается и станет делать оружие быстрее.

— Для начала — вы хотите невозможного. Я повторяю — это не конвейерное производство, даже Джеду пришлось потратить достаточно времени на изготовление всего десяти экзоскелетов. И если экзоскелеты на конвейер поставить можно, было бы финансирование, то с артефактным огнестрелом так не получится, — я развёл руками.

— Да-а-а, — протянул Делари. — Значит, я могу рассчитывать на постоянные небольшие поставки. Конечно же, за хорошую плату.

У меня уголки губ сами поползли вверх.

— Почти все ваши ресурсы — это бюджет Айонов.

— Но не все, — усы Торна будто распушились. — При этом, разве не в интересах Айонов укреплять свою часть границы. Мы сейчас прекрасно видим, к чему привёл недостаток финансирования.

— Кажется вы забываете, с кем говорите, — мой голос лязгнул металлом.

Не ожидая от меня такой реакции, командующий ненадолго замолчал. Перед ним сейчас сидел сопляк, даже не объявленный наследником, но он прекрасно понимал, что его люди и он сам всё равно подчиняется нашему роду, как бы там ни было.

— Прошу прошения, — он коротко кивнул. — Мы можем заключить договор о поставках?

— Можем, только не прямо сейчас. Я обдумаю риски и выгоду, вернёмся к этому разговору, когда спадёт напряжение и будет остановлена острая фаза вторжения.

— Но…

— Мастер в любом случае не может делать это быстрее, — напомнил я. — К тому же, последнее слово будет за Юстасом. Граница — его ответственность.

Делари нахмурился, но кивнул. Я не знал, какой он человек, но, похоже, он уже раскатал губу на то, что Юстас больше не сможет быть командующим, сложит с себя полномочия и передаст всё Торну.

— Мне нужно ехать.

— До встречи, юный господин Айон, — как-то устало выдохнул Делари.

Интересный получился разговор. Пока мы выезжали из расположения и машина набирала скорость, он занимал моё внимание. Делари не производил впечатление того, кто готов был пройти по всем головам, чтобы получить командование в единоличное распоряжение, но то, что о такой возможности он грезил, отрицать было нельзя.

Юстаса пока нельзя было перевозить, а значит, что его разговор с Алиасом откладывался, но как только встреча с менталистом состоится, я планирую поговорить с ним об артефактном огнестреле. Не думаю, что он откажется от такой помощи нашим войскам, к тому же, Виктору можно поставить и более интересную задачу — поработать над более мощным оружием, например зенитными установками или хотя бы крупнокалиберными пулемётами. Думаю, он будет только рад.

Мы удалялись от зоны боевых действий и желание, постоянно скребущее подкорку, постепенно начало стихать. Сидя в кресле, я прикрыл глаза и направил мысленный взор внутрь себя, наблюдая за Потоком. Я ощущал во время боя истинное, не прикрытое рациональными границами наслаждение, даже мой Поток, казалось, наслаждался этим, хотя не имел собственного сознания.

Силы восстанавливались достаточно быстро, ещё немного и тело окончательно привыкнет к постоянно растущей силе.

Джед молчал всё дорогу, только начал бубнить что-то нечленораздельное, когда мы въехали в черту города — повсюду выставили посты. В метрополии уже работали не только полицейские и гвардия, но и военные. Мне казалось, что треть войск отправили в город и его окрестности.

Людей на улицах было не очень много. Часть горожан, чьи дома пострадали, эвакуировали. Повсюду были видны последствия действий диверсионных отрядов — выбитые стёкла, следы сильных и слабых взрывов, кучи обломков.

— Как думаешь, сейчас в метрополии ещё есть минцы? — задумчиво спросил Джед, пялясь в узкое окошко.

— Не знаю, — я оторвал взгляд от улиц и посмотрел на него.

— Когда это всё увидел, сразу подумал о маме… Может, наш дом тоже пострадал. А я даже позвонить ей не смог.

Я промолчал. Думая о Тодде и обо всём, что происходит с нашим родом, я попросил Артура, чтобы тот послал к дому Джеда хотя бы пару наших гвардейцев. Но теперь уже поздно было жалеть.

Вскоре, пройдя все посты, мы добрались до его дома, который, к счастью, не пострадал. На его улице тоже было полно гвардейцев, стояли военные машины. Район Джеда был вполне престижным, и его, похоже, взяли под охрану достаточно быстро.

— Как немного всё уляжется, позвоню, — я протянул ему руку.

— Хорошо. Мне как раз нужно всё обдумать. Если честно, — Джед коротко вздохнул, — я бы просто хотел вернуться в школу, потом поехать смотреть, как ты участвуешь в турнире, работать в мастерской и гулять с Люцией.

Он слегка сжал потрёпанную сумку.

— Всё будет хорошо.

Я не был уверен, что мои слова не прозвучали фальшиво, но сейчас мне больше нечего было ему сказать. Я не знал, что будет дальше — больше мои знания не работали.

Джед пожал мне руку, и охрана проводила его до ворот. Я проводил друга глазами и, удостоверившись, что он попал на территорию дома, откинулся на спинку и снова прикрыл глаза.

Оказавшись дома, я первым делом проверил второй телефон — на него несколько раз звонил Оскар и даже Итон Доу. Я быстро ополоснулся в душе и перезвонил своему трущобному приятелю.

— Как ты?

Я застёгивал пуговицы на рубашке и придерживал телефон ухом.

— Как я?! Как я, мажорчик? Хреново, — голос Оскара в трубке был хоть и раздражённым, но вполне бодрым.

— Ты жив, уже неплохо, — хмыкнул я.

— Одно название, что жив! Сначала тут бегали эти бесовы минцы, потом полицаи переворошили все трущобы. Отмудохали и загребли вместе с минцами кучу народа!

— Куда было деваться выжившим минцам? В райские кущи, не иначе, — напряжение, в котором я пребывал всё это время, настолько утомило, что наружу лезли какие-то странные шутки.

— Ага, весело, — буркнул Оскар. — А я даже свалить отсюда не могу. Бабку старую куда я потащу, хотя машина проезжала пару раз, мол экаву…эвау… Эвакуация, того Предвечного!

Я не сдержал смешок.

— Смотрю ты тоже жив. Помочь не хочешь?

— Пока не могу. Рад, что ты в порядке.

— Оу, мажорчик переживая о своём нищем приятеле, это так мило, — проворчал Оскар. — Ладно, не теряйся тоже.

— Хорошо, буду на связи.

Я, наконец, закончил одеваться и направился к Мартину. С ним мне нужно было поговорить в первую очередь, а потом уже увижусь и свяжусь со всеми остальными.

Прадед встретил меня хмурым и усталым выражением лица.

— Ты в порядке? — я плюхнулся в кресло, наблюдая, как он раскуривает трубку. — Ты вроде давно не куришь.

— Закуришь тут, — прадед пыхнул первым появившимся дымком.

— Расскажи обо всём по порядку. Вы нашли какие-нибудь важные сведения у Тодда?

— Ничего серьёзного. Понимаешь? Есть зафиксированные звонки Винсенту Юдаллу, Кирку Веберу, пара записей, но на них нет ничего такого, что позволило бы нам бить в набат.

— Странно, — я упёрся локтями в колени, — Тодд успел всё почистить?

— Дело в том, что он не до всего смог бы добраться, — Мартин выпустил в потолок облачко дыма. — Ищем дальше.

— Брайс?

— Не нашли, — Мартин покачал головой.

— Он уезжал до допроса или после него? — я пытался уловить мысль о своей догадке.

— После. И он был чист.

Я протяжно вздохнул. Нет, что-то всё равно не сходилось.

— Юстаса опросим, как только он сможет вернуться в поместье, — прадед, видимо, подумал, что я хочу спросить об этом.

— А Брайс до допроса куда-нибудь выезжал? — я уставился на деда.

— Да. Но я намеренно не отдавал приказ всем сидеть в поместье, за всеми, кто покидал территорию велась слежка. Ни с кем подозрительным он не встречался. С парой приятелей и всё.

Я невольно сжимал и разжимал кулаки — не сходилось. Брайс, Тодд… Юстас. Это оказалось немного сложнее, чем я предполагал. Допрос так и не решил проблему до конца.

— Мне кажется, что сейчас это не имеет значения, — тяжело произнёс Мартин. — Тодд умер, а Брайс пропал.

— Или только так кажется, — ответил я глядя в одну точку.

— Почему? — голосе Мартина прозвучало удивление. — Думаешь, что сцена нападения на его машину была разыграна?

— Вполне вероятно, — я кивнул, всё также глядя перед собой. — Нам бросили под ноги Тодда — вот ваш предатель, держите, а на самом деле…

— Но Алиас Лангер допросил его, как такое возможно?! — Мартин чуть не подавился дымом.

— Не знаю, — я покачал головой. — Но я спрошу, когда сам пройду допрос.

— Зачем, мы же знаем, что ты не причём.

— Может, это тоже только так кажется, — я усмехнулся. — Если что, казнишь меня по-быстрому.

— Тьфу, ты, Неро… Предвечный, чем мы это заслужили, — Мартин глубоко и прерывисто вздохнул.

— Продолжайте поиски Брайса, а я попробую пойти более прямым путём.

— Что ты задумал? — Мартин заинтересованно посмотрел на меня.

— Во всей этой истории есть ещё и Ноксы, как ты помнишь. И Муррей, которые, я уверен, припасли немного компромата на своих «старших друзей», — я покосился на прадеда. — А ещё есть Алан Туми, которому сейчас очень не помешают сильные друзья.

— Не думаю, что Алан Туми будет помогать тебе, — он покачал головой.

— Мне пока не нужна его помощь. Просто имей в виду, что нам, как раз, есть что предложить Алану Туми, несмотря на то что он дал клятву под давлением. А ещё он тоже связан с Ноксами. У меня минимум два варианта.

— Передвигаться по метрополии не очень безопасно, — вставил Мартин. — Тебе нужна усиленная охрана.

— Это не проблема, а ещё… Впрочем, об этом поговорим, когда я встречусь с Алиасом.

Прадед промолчал. По нему было видно, что он ужасно устал. Брать на себя груз ответственности в таком возрасте — тяжело, а не взять эту ответственность он не мог, потому как помнил, что я ему рассказал.

— Мы скоро всё решим, обещаю, — сказал я. — Соберись, прошу.

Я оставил Мартина наедине со своими мыслями и вышел в сад. Немного поразмышляв, набрал со второго телефона номер Грейс. Она очень долго не брала трубку, а затем я услышал на той стороне её осипший голос.

— Кто это?

— Это Неро, Грейс, у меня…

— Неро? Не-е-еро-о-о! — провыла она. — Где ты?

Я слышал, что она плачет. При чём не просто плачет, а навзрыд. Так не рыдают из-за пятнышка на платье или обиды на подружку.

— Что случилось?

— Приезжай, пожалуйста, Неро! Моего папу убили! — она снова разревелась и больше не могла сказать ни слова.

— Скоро буду, слышишь? Я скоро буду у тебя.

Глава 3

Я выехал к Ноксам почти сразу, только прихватил с собой на всякий случай артефакт Домена и пару глушилок. Не хотелось включать паранойю, но нельзя было исключать какой-нибудь подставы. Хоть Эмилия и играла сейчас так, чтобы остаться в команде Айонов, но всё же, у неё тоже были варианты.

Когда я оказался у поместья Ноксов, Грейс сама выскочила ко мне и после проверки охраной, мою машину пропустили на территорию. Со мной на всякий случай остался один телохранитель. Грейс бросилась ко мне в объятия и только рыдала, прижавшись к груди.

Я стоял молча и глади её по волосам. Чтобы что-то объяснить, ей нужно было хотя бы немного успокоиться.

Когда рыдания стали тише, я чуть отнял её от себя и, вытерев с красного лица девчонки слёзы, заглянул в глаза.

— Что случилось?

— Я… Я не знаю, — судорожно выдохнула она. — Мама и дядя ничего толком не объясняют… Папа уехал на встречу, его автомобиль расстреляли… Они… они…

Она снова захлюпала носом и не могла нормально говорить. Расстреляли. То есть это должно было быть что-то мощное, особенно, если господин Нокс выезжал на бронированной машине с охраной. Я чуть нахмурился — это происшествие пока вообще ни с чем не вязалось.

— За что, Неро, а? Мы ведь… Они ведь…

— Тише, тише, — я снова приобнял её. — Я всё выясню, хорошо. Успокойся, милая.

— Это всё потому, что мама… Она… Или это из-за меня, потому что я сказала, что мы… Что ты должен на мне жениться, а она и-и-из-за этого поссорилась с теми…

— Это точно не из-за тебя. Я поговорю с твоей мамой, хорошо? А тебе нужно успокоиться.

Грейс продолжала реветь и мне было жаль её, но почему-то я не мог сказать ей настоящих слов поддержки. Никогда особо не умел. Мы простояли так ещё минут пятнадцать, пока Грейс не перестала рыдать навзрыд, а затем пошли к дому.

Грейс сама сказала Эмилии и Эдварду, что я прошу с ними встречи. Наверное, они этого не ожидали. Им сообщили, что я приехал, но разговор явно не рассчитывали. Пришлось немного подождать, прежде чем меня пригласили в кабинет.

Эмилия выглядела бледной и крайне взволнованной, но я бы не сказал, что убитой горем. Эдвард хмурился и курил, выпуская сизый дымок в потолок кабинета. Я коротко кивнул им обоим.

— Соболезную вашей утрате, — я подошёл поближе к креслу, в котором сидела Эмилия.

Она промолчала.

— Мы можем поговорить?

Я смотрел Эмилии прямо в глаза. При её брате вести предстоящую беседу не было никакого желания.

— Можем. Но при Эдварде, — выдохнула она. — Он назначен временным главой. Был проведён экстренный Совет рода.

Я сел в свободное кресло и недолго помолчал, осматривая интерьер: картины на стенах, портреты и пейзажи; дорогая мебель и тяжёлые шкафы с книгами. Вся роскошь, от которой сейчас нисколько не зависела дальнейшая судьба Ноксов.

— Тогда будем говорить начистоту, — произнёс я, откидывая на спинку.

— С вами, юный Айон? — насмешливо спросил Эдвард. — Вы не глава и не наследник. Я знаю, что вы независимы от рода, но насколько мне известно, это не даёт вам права говорить от лица всех Айонов.

— Знаю, — я легко улыбнулся. — Но сейчас гораздо важнее то, о чём мы с Эмилией говорили не так давно.

Я повернулся к ней, она лишь поджала губы.

— Эмилия? — Эдвард повернулся к ней.

— Это Неро сообщил мне о том, что в теракте участвовали Муррей. Винсент и Кирк угрожали мне, они сообщили, что глава Ноксов не проблема и что я буду вынуждена подчиняться.

— Значит, у вас нет сомнений, что это Веберы и Юдалл убрали вашего мужа? — спросил я у неё.

— Конечно, нет, — отрезала она.

— Я хочу предложить вам сделку, — я не стал продолжать, ожидая реакции.

— Какую? — Эдвард оживился.

— Вы отдаёте мне всю информацию о Веберах и Юдалл, в том числе о том, кто являлся вашим информатором, а Айоны заключают с вами родовой союз и обещают защиту.

— Не понимаю, о чём вы, — вставил Эдвард.

— О, нет. Вы понимаете, как понимаете, как понимает и Эмилия, — я коротко взглянул на неё. — Я знаю, чего вы боитесь, но Ноксы не станут врагами Империи, если Империя не узнает.

— Но… — несмело начала Эмилия.

— Не нужно, — перебил её Эдвард.

— Прекратите делать вид, что не понимаете, о чём речь, — сказал я чуть твёрже. — Как ни старайтесь держать лицо, вы загнаны в угол. Ваши же союзники могут сдать вас с потрохами, а если не сдать, то использовать, а затем выкинуть.

— Если даже так, — Эдвард напрягся. — Какие гарантии могут быть, что Айоны не воспользуются полученной информацией?

— Для того и нужен родовой союз. Скреплённый не только моим браком с Грейс, но и договором законников, где будут прописаны все пункты.

— Веберы и Юдалл… Даже если их объявят врагами Империи, то о нас у них тоже есть информация, хотя, — Эмилия прервалась, немного задумавшись.

— Вы имеете отношение к вторжению Мин? — спросил я спустя некоторое время.

— Нет, — она покачала головой. — Точнее, очень опосредованно. Они пользовались нашими ресурсами, но мы ничего не поставляли в Мин напрямую.

— То есть связь с вторжением достаточно косвенная, так? По сути, вашей задачей было лишить Айонов финансовой стабильности. Пока вы, Эмилия, не решили сменить тактику? — я улыбнулся, наблюдая на её лице удивление.

— Не зарывайтесь, юный Айон, — вставил Эдвард, но я даже не обратил на него внимание.

— Это так, — чуть сипло произнесла Эмилия.

— Госпожа Нокс, если это так, то сейчас вам будет выгодней сдать своих союзников и заключить с Айонами родовой союз. Так вы гарантируете поддержку нашего рода на Совете Тринадцати, а Айоны гарантируют вам защиту от кары Императора.

Я всё ещё улыбался, наслаждаясь напряжённой тишиной. Эмилия понимала, что находится в слишком сложном положении, чтобы отказываться. Да, лично со мной она договор заключить не может и придётся идти к Мартину, но это не проблема.

— У меня нет всех сведений, — наконец проговорила она. — Только часть.

— Этого будет достаточно, чтобы их объявили врагами Империи?

Я облокотился на мягкий подлокотник и положил голову на запястье. Эмилия сейчас будет делать всё, что я скажу. У неё есть сведения, я даже готов поверить, что не все, но точно есть — иметь хоть какой-то компромат на своих «союзников» ей было просто необходимо.

— Не знаю, — ответила она. — Но знаю, у кого точно есть достаточно.

Я вопросительно приподнял бровь.

— У Муррей. Они исполнители, мелкие сошки на побегушках у остальных. Им обещали защиту и кусок власти, но в то же время, руки Веберов и Юдалл оставались чистыми, всю грязную работу выполняли они.

— Мне казалось, вы о них не знаете, — я хмыкнул.

— Ты прав, — Эмилия стала говорить чуть громче и перешла на неофициальный тон. — Но об этом не сложно догадаться.

— Предлагаете, Эмилия, взять информацию у них?

— Да. Сейчас обстановка неспокойна, мало ли, что может случиться с Муррей, к тому же, они ведь работают с минцами, — она слегка улыбнулась.

Эмилия была уверена, что Муррей хотели напасть на Грейс, а сейчас её ненависть подпитывалась тем, что супруг был убит и она не желала даже думать о том, что это мог быть кто-то иной, помимо Веберов и Юдалл. Я не знал, кто ещё может стоять за этим убийством, но то, что Эмилия окончательно разочаровалась в своей коалиции было мне только на руку.

— Эмилия! — в разговор снова вмешался Эдвард. — Я правильно понимаю, что ты сейчас почти прямо предлагаешь избавиться от Муррей?!

— Именно это я и предлагаю. Если мы уберём их, оставив в живых только парочку тех, кто сможет дать показания перед Тринадцатью, то отрубим Веберам их руки, а потом…

Я чувствовал, как Поток Эмилии бурлит. Она злилась. Красивой игры не вышло, но она понимала, что сейчас или она примет окончательное решение, на чьей стороне остаться, или потеряет всё.

— Мы не можем поступать так открыто! Во всяком случае, самостоятельно. Даже учитывая, что Говард Муррей всего лишь барон, но просто вырезать их…

— Я уже готова на всё, — прошипела Эмилия.

— Не обязательно делать это собственными руками, — я усмехнулся и посмотрел на Эдварда. — Существуют наёмники, существую и мои люди.

Да, я понимал, что отправить Оскара и его парней на это дело не выйдет, хотя бы потому, что не собирался их подставлять, но у меня сейчас было достаточно денег и возможностей, чтобы действительно предложить эту работу наёмникам.

Те, кого мы сможем оставить в живых не только выдадут всю информацию, но и расскажут на совете Тринадцати, лишь бы остаться в живых. Муррей практически не имеют политического веса, как и огромных активов, скорее всего потому и решили прогнуться по Веберов и Юдалл. Конечно, и они тоже не были самым основанием всей структуры, но пока у меня точно нет возможности добраться до минцев.

— Хорошо, — хрипло произнесла Эмилия. — Что нужно делать?

— Для начала явиться к Мартину и рассказать всё, что знаете, предоставить всю информацию, что у вас есть. Записи звонков, переписки, фотографии, счета и прочее. Затем мы заключим договор с законником. В том числе и брачный.

— Кто будет организовывать… Кто будет отвечать за наёмников? — спросил Эдвард.

— Решим, как только будет заключён договор, — я повернулся к нему. — Сейчас это во власти Мартина, как исполняющего обязанности главы. Но чем быстрее всё это произойдёт, тем лучше.

— Пока не закончится военный конфликт, — Эдвард прервался и покачал головой.

— Так как заговорщики напрямую имеют к нему отношение, думаю, Император соберёт экстренный Совет Тринадцати, — я улыбнулся уголком рта.

— Позволь нам похоронить моего супруга, — вставила Эмилия. — Потом я назначу встречу с Мартином.

— Конечно, — я примирительно поднял ладони. — Ответьте мне на один только вопрос, и я покину вас. Только ещё немного поговорю с Грейс.

— Да, — Эмилия кивнула.

— Кто был информатором? Кто занимался подрывом систем безопасности нашего поместья и Инессой? Это был Тодд? Вы приказали ему убить себя или…

— Это был не только Тодд, — она покачала головой. — Система состояла из четырёх человек. Двоих агентов Веберов и Юдалл — сильного менталиста и инженера, Тодда, который должен был стать прикрытием и твоего старшего брата — Брайса.

Я сухо сглотнул.

— Он прошёл допрос менталиста и был чист, по словам Мартина, — сказал я, не отрывая от неё взгляда.

— Я не могу ответить, как ему это удалось, — Эмилия развела руками. — Мы не контролировали его. И Тодд и Брайс отчитывались перед Веберами.

— Тодд и стал прикрытием. Он мёртв, — процедил я. — Но я так понимаю, что информатора следовало убрать, а Брайс… Вроде как жив.

— Неро, я правда не знаю, как именно это было сработано, — вздохнула Эмилия. — Это может знать только Винсент. Может быть ещё Кирк. Я знаю, что обо всём сообщал в основном Брайс, но Тодд знал и работал с инженером, который инструктировал его по системам безопасности поместья.

Эмилия произнесла всё это на одном дыхании, а я всё никак не мог понять, как Брайсу удалось избежать раскрытия на допросе Алиаса. Теперь мне понятна была схема, по которой он сработал — Тодд, скорее всего, не отравился, а был отравлен, чтобы не выдать Брайса. Так как тот оказался «чист», то все подозрения легли на Тодда, который умер, не пройдя допрос.

Брайс выехал на границу и по пути на него «напали». Сцена с покорёженным автомобилем и убитой охраной была подстроена, чтобы все решили, что он, как минимум, похищен. Это помогло ему избежать расправы с обеих сторон.

Если до Веберов и Юдалл дошла эта информация, то они выдохнули — один из информаторов мёртв, другой пропал без вести. Никаких проблем. Оставался ещё вариант, что кто-то из них мог нагнать Брайса и убить, не оставив тело на месте. Но пока я не мог проверить эту информацию.

— Неро?

— Понятно, — я дёрнул щекой. — Всё это с доказательствами вам нужно будет передать Мартину.

— Как только состоятся похороны, — Эмилия кивнула.

— Тогда наша беседа окончена. Я ещё поговорю с Грейс и вернусь домой. На границе продолжаются боевые действия, но в метрополии уже всё взято под контроль, и мы сможем встретиться.

Я встал, коротко поклонился Ноксам и вышел за дверь. Кивнув стоявшему за дверью телохранителю, я направился к парадной лестнице.

Сейчас я ничего не терял. Активно действовать против Муррей мы начнём только после заключения договора с законником, и будем как ни крути повязаны с Ноксами. Это сотрудничество будет выгодно обоим, тем более что Веберы и Юдалл уже настроены против Эмилии, кто бы ни убил господина Нокса, она уже не будет долго искать.

Кто и как сделал с Инессой то, что сделал, я уже не узнаю, да мне это и не нужно. Как только Веберов и Юдалл объявят врагами Империи их вырежут под корень, не оставив и следа, а если работавшие с ними «инженер и менталист» не попадут под молот правосудия, я уничтожу их сам.

От мыслей меня отвлекла встретившаяся в холле на первом этаже Грейс, которая бесцельно бродила по нему туда-сюда. Хотя, конечно, не бесцельно — она ждала меня. Судя по лицу, она хоть немного, но успокоилась.

Увидев, как я спускаюсь по лестнице, Грейс поправила волосы и покрепче закуталась в длинную домашнюю толстовку.

— Ну, как ты? — я подошёл ближе.

— Плохо, — она мотнула головой. — Папа меня любил. Я…

Её глаза снова наполнились слезами.

— Только не плачь, — я взял её за руку. — Пойдём на улицу.

Пока мы прогуливались по малому саду на территории, Грейс рассказала, что Эмилия приехала со встречи в поместье Юдалл расстроенная и напряжённая, долго говорила о чём-то с Эдвардом и Виктором. Не отвечала на вопросы и вела себя очень отрешённо.

Глава Ноксов выезжал на очередную встречу, никак не связанную с Веберами или Юдалл, когда его машину расстреляли. Судя по тому, что рассказала прибывшая полиция, там было и артефактное оружие.

Вот потому Эмилия даже не допускала мысли о том, что за убийством мог стоять кто-то другой.

— Как мы теперь будем, — Грейс шмыгнула носом.

— Всё наладится, ваш род заключит с нами договор, — я улыбнулся ей. — Мы станем родовым союзом.

— То есть… Я не просто стану твоей женой и членом рода, но и… — в глазах Грейс мелькнули интерес и удивление.

— Да, именно. Потеря главы — это ещё не крах. Но сейчас у вашего рода сложное положение.

— Я знаю, — Грейс кивнула. — Не разбираюсь во всех вопросах, но я понимаю… Спасибо, Неро.

— За что? — я даже немного приостановился.

— За то, что не оставляешь меня… Да и вообще, ты же знал, что мама хочет провернуть какие-то финансовые махинации… Я бы вообще, наверное, возненавидела Ноксов после такого.

— Всё в порядке. У всего свои цели, — хмыкнул я.

— Скажи, — Грейс тоже замедлила шаг. — А я… Ты просто используешь меня, как выгодную партию, или…

Я ответил не сразу. Сложно было сказать. Да, использовал, конечно, не испытывал к Грейс какой-либо ненависти. И если в самом начале в мне ещё звучали отголоски той жизни, то сейчас это всё было не так важно, тем более что конкретно вины Грейс во всём произошедшем не было.

А вот насчёт каких-либо чувств к ней. Я не думал об этом. Мне было просто некогда анализировать какие-то чувства.

— Не знаю, — честно признался я. — Ты мне симпатична, это единственное, что я могу сказать.

— Понятно, — Грейс опустила взгляд и переступила с ноги на ногу. — Но всё равно спасибо.

На прощание я обнял её и поцеловал, пообещав, что всё наладится.

Уже сидя в машине, я решил позвонить Алиасу, потому что вопрос о Брайсе всё никак не давал мне покоя.

— Доброго дня, господин Айон, — голос менталиста был вполне бодрым.

— И вам, господин Лангер. Вы сейчас находитесь в резиденции гильдии?

— Да. Но не уверен, что задержусь. Вполне возможно, что меня могут вызвать на границу в составе группы.

— Тогда я могу заехать к вам? Сейчас. У меня есть пара вопросов, — я подождал, надеясь, что принуждать Алиаса к встрече всё-таки не придётся.

— Вы скоро будете ко мне являться, как к себе домой, — Лангер хмыкнул. — Но приезжайте. Рад, что вы вернусь с границы, ведь у вас передо мной тоже есть должок.

— Помню, — я невольно улыбнулся. — Тогда скоро буду.

Я отключил звонок и попросил водителя сменить направление и ехать почти в самый центр метрополии — к резиденции гильдии менталистов.

Глава 4

Алиас встретил меня в кабинете, всё также перебирая бумаги и занося что-то в компьютер. Я еле слышно кашлянул, чтобы привлечь его внимание.

— Да-да, проходите господин Айон, — он поднял руку и жестом указал на свободное кресло.

Я пожал плечами и сел, ожидая, пока менталист закончит свои дела. Я сидел в том же кресле, что и в прошлый раз, когда внезапно явился к Алиасу. Сейчас я не чувствовал того, что тогда. Ментальные блокировки на эмоции, похоже, ещё немного работали, но я, похоже, слишком устал, чтобы сейчас думать о происходящем на границе или об Инессе.

— Как самочувствие, господин Айон? — Алиас коротко посмотрел на меня. — Блок ещё не расселся?

— Не знаю, — честно ответил я. — Не могу оценить. И можно без формальностей. Не до этого сейчас.

— Понял, — менталист кивнул. — Какие у тебя ко мне вопросы?

— Пожалуй, я подожду, пока вы закончите с бумагами, — я сел чуть глубже и облокотился на мягкий подлокотник.

— Без формальностей, — Алиас хмыкнул. — Учитывая то, что ты позволяешь мне работать с сознанием, мы почти уже братья.

Я улыбнулся. Если у Алиаса сейчас достаточно времени, он узнает побольше, чем в прошлый раз. Я чуть повёл плечами — вся моя память могла быть изменена или приукрашена. К тому же, я с самого начала чувствовал эти изменения, пусть и незначительные. А сейчас могло выясниться, что изменения или установки повлияли на меня куда больше, чем можно было предположить.

Менталист, наконец, закончил свои дела и неспеша присел напротив. Он сложил руки на груди и внимательно всматривался в моё лицо серыми глазами. Я не спешил начинать разговор, возможно, ему тоже было что обдумать.

— Как работает телепортация, на чём она основана? — Алиас начал с самого неочевидного вопроса.

— Работает на намерении и подпитывается эмоциями, — ответил я. — Иногда простого «хочу» недостаточно.

— Понятно. Интересная техника, после того случая я порылся в архивах, но ничего в открытом доступе не нашёл.

— Я тоже. Но сомневаюсь, что умение уникально. Оно отразилось на стигме, а значит Поток «знает», что это.

— Было бы интересно узнать подробнее, может в глубинной памяти найдётся ответ, — Алиас легко улыбнулся.

Я понимал, что открыть ему правду о том, кто я такой — риск, но сейчас Алиас был единственным менталистом, которому я хоть немного мог доверять. В самом крайнем случае, я уже пообещал ему, что убью, если что-то пойдёт не так. Вряд ли он решил, что это была шутка.

— У меня будет одна просьба, Алиас, — я решил немного оттянуть работу с моим сознанием.

— Многовато просьб для отпрыска Айонов, — хмыкнул менталист, — но ты настолько интересный экземпляр для исследований, что я почти согласен.

— То, что ты сейчас узнаешь, должно остаться конфиденциальным. У вас, менталистов, феноменальная память и свои исследования я попрошу тебя держать только в голове.

— Как долго? — на лице Лангера мелькнуло любопытство.

— Достаточно долго. И даже потом, ни в каких работах моё имя не должно упоминаться.

— Хм-м-м, — протянул он. — Неужели я узнаю нечто, настолько требующее секретности?

Я кивнул. До этой самой минуты о моём перемещении было известно только Мартину и Джеду, я понимал, что рано или поздно семья узнает — события, которые я хорошо помнил и после которых моя жизнь кардинально изменилась уже произошли и изменить я смог только малую часть.

Знание менталиста о том, что я видел в том будущем может ещё сильнее повредить эту временную линию, но я больше не мог существовать зная, что в сознании установлены ментальные закладки и блоки.

— У тебя ещё был ко мне некий вопрос, — Лангер прервал молчание.

— Да. Предателем Айонов был не только Тодд… Я бы сказал, что Тодд играл меньшую роль.

На лице менталиста отразился вопрос — он ведь поговорил со всеми, кроме меня и Юстаса. Но мне он может задать вопросы прямо сейчас и зафиксировать ответы, я не отказывался от допроса, а Юстас никуда не денется.

— С Тоддом в паре работал Брайс.

— Твой старший брат? — теперь лицо Алиаса выглядело крайне удивлённым.

— Да, именно, — я кивнул.

— Я провёл допрос, но не увидел в его памяти ничего, что выдало бы действия против Айонов. Допрос вёлся по протоколу, такому же, как и допрос прислуги, — Алиас хмыкнул.

— Тогда как? Почему ты не увидел? Как такое могло произойти? — я напрягся, ожидая ответа.

Алиас помолчал несколько минут. За это время мысли завели меня к размышлениям о подкупе, о том, что Брайс мог заплатить менталисту за подлог, но…

— Я слышу о чём ты думаешь, — Лангер усмехнулся.

— Я пока не давал разрешения лезть мне в мысли, — огрызнулся я. — Так что?

— Меня никто не подкупал. Скажу, как такое возможно. Если на Инессу было наложено ментальное воздействие, значит, с ними в связке работал менталист.

— Да, это так, — подтвердил я. — Но Инесса сошла с ума, когда на допросе была разрушена установка.

— Объясняю, — Алиас легко улыбнулся, — У Инесс были глубокие чувства к Хагану, она желала ему добра и любила. Установка причинить ему вред диссонировала с истинными чувствами. Она действовала как марионетка, но в то же время понимала, что убивает своего возлюбленного, понимаешь?

Я кивнул.

— Бороться с качественной уставкой она не могла, что и привело к такому состоянию в итоге. Может быть потому она и покончила с собой.

— Ты получил все сведения, да? — я чуть приподнял бровь.

— Мартин предоставил.

Алиас встал с кресла и прошёлся по комнате, видимо ему тоже было интересно, как Брайс избежал раскрытия. У меня промелькнула мысль о том, что тем менталистом мог быть и сам Лангер.

— Я слышу, — процедил Алиас. — Если желаешь продолжать нашу беседу, то верь мне, или же уходи.

— В моей ситуации было бы странно просто верить всем на слово, — ответил я. — Будто это не очевидно.

Лангер ничего не сказал, только вздохнул. Выставить меня, значит лишиться крайне интересного опыта, а для такого, как он, новые грани чужого разума, лучшая награда.

— Так вот, — продолжил менталист. — Если Тодд и Брайс действовали по собственному желанию, то, поработав с менталистом, можно было стереть необходимые сведения, не вызвав никакого диссонанса.

— Да? Но если всё стёрто, то зачем Брайсу бежать, да и вообще, он не должен был помнить о своих действиях. Как при амнезии.

— Тут сложнее, — Алиас покачал головой. — Очень умелый маг мог поработать с сознанием так, чтобы Брайс спокойно прошёл допрос, например, изменить воспоминания или отношение к ним. Понимаешь о чём я?

— Не очень, — я пожал плечами.

— Если ты не считаешь какое-либо действие плохим по отношению к другому человеку, ну или роду, как ты ответишь на вопрос: «совершал ли ты что-нибудь, причиняющее вред роду Айон»?

Я промолчал, а Алиас широко улыбнулся.

— Это довольно сложно сделать, не спорю. Например, над сознанием той же Инессы не работали так серьёзно, а вот твоему брату кто-то оказал очень сложную и очень дорогую услугу.

— Если это был менталист от… Зачем? Не проще ли убрать информатора?

— Тут я тебе не отвечу, — Алиас развёл руками. — Убрать всегда проще, но, видишь ли, если твой брат оказался хитрее, убрал напарника, подправил память, а затем исчез, вполне может быть он знал, что от него решат избавиться.

Я протяжно вздохнул — ещё один вопрос в копилку ко всему остальному. С одной стороны, прямо в данный момент это было не столь важно — Брайса всё ещё не нашли, и он либо жив, либо найден и убит Веберами и Юдалл; с другой — всё оказалось сложней, чем просто мёртвый Тодд, а значит, в этой связке мог быть кто-то ещё.

— Послушай, — Алиас подошёл ближе. — На границе идут бои, меня могут вызвать туда. Поэтому, давай сейчас не будем говорить о твоём брате, хоть мне и интересен его случай сам по себе.

— Когда я его найду, лично передам тебе на опыты, — ответил я.

— Если найдёшь. Слишком много неизвестных в этой задаче.

— Проведи допрос мне. Затем, как только это станет возможно — Юстасу. Я всё равно распутаю этот клубок.

— Ты же покажешь мне абсолютно всё твоё сознание, — улыбка Лангера показалась мне слегка безумной. — Я и так узнаю. Но для протокола готов приехать в поместье Айонов ещё раз.

— Ты можешь делать то, что сделали с Брайсом? — я посмотрел на менталиста исподлобья.

— Скорее всего да, но это сложно и отнимает очень много энергии, обычно это под силу магам первого ранга, такие ментальные манипуляции очень, как бы сказать, не частое явление.

— Мне бы узнать, кто был тем менталистом, что с ним работал… Второй… Он не так важен.

— Примерно понимаю, на что ты намекаешь, но искать я никого не буду.

— Ты же сказал, что тебе интересен это случай.

— Да. Но сейчас на подобные поиски нет времени. Ты приехал не только за этим, так что предлагаю приступить.

Я не ответил.

— Все блоки одновременно снимать нельзя, поэтому пока буду работать только с тем, что проще.

— Я думаю, что один из блоков связан с родовой способностью, может, его?

— Тот, что проще, — повторил менталист.

— Понял.

— Можешь откинуться на спинку и закрыть глаза. Возможно, как только блок будет снят, ты что-то почувствуешь или вспомнишь. Также хочу сказать, что твоё тело может отреагировать так, как посчитает нужным.

— Понимаю, — я уже закрыл глаза и старался дышать глубже.

— Поток и организм связаны неразрывно, а потому, как бы ты себя не чувствовал, прими это. Если будет физически плохо, бессонница или боли, пережди. Не глуши это с помощью целителя.

— Хорошо.

— Приступаю.

Я направил внутренний взор на Поток и своё сознание, но погрузиться в нечто вроде медитации не мог — всё равно напряжение давало о себе знать. Ощущения того, что Лангер уже сейчас просматривает мои воспоминания, никак не проявлялись, но я понимал, что он делает это, иначе поставленный в той жизни блок просто не снять.

Меня слегка замутило, а затем в голове начала рисоваться картинка. Я помнил это: после войны на Востоке, когда я уже вернулся в Империю, где у кормушек власти были минцы, хотя Император и сохранил своё место, я прибился к сопротивлению. Стал террористом. Мне пришлось развивать свои навыки самостоятельно. Я начал скрываться и работать наёмником, чтобы заработать хоть какие-то деньги.

Сопротивление работало активно — по всей Империи происходили теракты и убийства. Я понимал, что сил нужно больше. Империя разваливалась на куски, минцы имели всё больше влияния и к тому моменту давно вышли из-под всех договоров с Веберами и Юдалл.

Мы распространяли информацию о том, что это Веберы и Юдалл впустили в Империю минцев, подкрепляли её теми крупицами доказательств, что я успел собрать, как только вернулся. Конечно, этого было недостаточно, но слухи распространялись, как паутина, обрастали подробностями и выдумками.

Учитывая то, что Юдалл, Веберы и Ноксы настаивали на принятии жёстких законов, диких повышений налогов, лоббировали разделение власти с минцами и не скрывали, что поддерживают их, народ начал нам верить.

Остальные рода, императорский в том числе, прогнулись под них, но подробностей я не знал, потому что Тринадцать прекратили открытые трансляции хотя бы части того, как проходит Совет, хотя это было распространённой практикой.

Народ говорил об этом, народ ждал, что мы их освободим. Но только вот мне не освобождение от минцев было нужно, а тупая, слепая месть. Вот именно тогда я впервые столкнулся с Гордыней и другими сущностями, что жили в моей голове до того самого момента, когда я вернулся во времени.

Затем я организовал нападение на поместье Веберов и вырезал их всех, вообще всех. Мои люди разграбили поместье. Я наслаждался этим моментом, я ликовал. В тот момент мне не нужны были их активы и фирмы, я просто хотел, чтобы их не стало.

Лидеры сопротивления поддержали меня, говоря, что это смелое решение, тем более что я пачкал свои в руки в крови, мне почти никогда не нужна была помощь.

В глазах обычных граждан сопротивление набирало очки, к нам присоединялись люди — маги и немаги, даже баронские семьи и даже кое-кто из Тринадцати. Мне тогда было двадцать лет, и я хотел больше крови, чем власти. Я наслаждался тем, что могу вырезать врагов и тех, кто закрыл глаза на то, что они сделали с Айонами.

Я кипел ненавистью и не хотел думать, сущности же подливали масла в огонь. Меня нашёл Джед, которого я не видел несколько лет, и пытался привести в чувства — после того, как сопротивление напало на Веберов, на нас началась активная охота.

Гвардия рыскала днями и ночами, я постоянно слышал треск вертолётных лопастей, я видел, как наших ловили, скручивали и увозили в неизвестном направлении, а иногда просто расстреливали.

Были те, чью смерть мне было видеть даже слишком тяжело, я почти не спал, каждый раз ожидая, что любое наше убежище может быть раскрыто. Меня поддерживали Джед и Айзек, вернувшийся со мной с войны на Востоке, но тогда я не понимал, зачем им это.

Любой вопрос и проблему я решал единственным способом — кровью. Я не видел или не хотел видеть ни одного другого решения. Я наслаждался этим состоянием и своей силой…

Меня начало мелко потряхивать.

— Закончили, — из бездны воспоминаний меня выдернул голос Алиаса.

Я открыл глаза и уставился на него. Какой именно блок он снял? Я и так помнил, что совершал, когда был в сопротивлении и как долго это продолжалось. Менталист молчал, а я никак не мог понять, о чём тот думает.

— Значит, тебе доступна не только телепортация, — Лангер хмыкнул и помассировал виски. — Занятно, занятно. Ты и правда крайне ценный экземпляр.

Я медленно и глубоко дышал, отделываясь от липкого воспоминания, которое сжато, но очень явно пронеслось перед глазами. Самое главное — я именно прочувствовал всё то, что было тогда и понял, насколько мой разум был поглощён местью и наслаждением от совершения убийств.

— Ты не удивлён? — наконец-то выдавил я из себя.

— Удивлён, — Алиас улыбнулся уголком рта. — Как тебе это удалось. Или Айоны, как и другие хрономаги хранят такие секреты?

— Посмотри сам, — я повёл плечом. — Это сделал не я.

— В другой раз, — менталист качнул головой. — Я просмотрел и так достаточно большой пласт воспоминаний, это сильно расходует энергию.

— Какой блок ты снял?

— Не совсем блок. Связка установки и блока. Ты же почувствовал, да? Что ты ощущал тогда.

— Да.

— Установка, если говорить очень простыми словами — на убийство только в крайней необходимости, и блокировка вот такого отношения к этим самым убийствам.

— Когда меня отправили назад, — я секунду промолчал. — С тем человеком был менталист, разве он мог знать, что именно нужно блокировать?

— Попробуем разобраться. Но не прямо сейчас. Меня волнует лишь одно — как на твоём сознании отразится снятие такого блока, — Алиас смотрел на меня не отрываясь.

— Меня отправили сюда, чтобы я не совершал столько убийств и решил всё мирно и законно, не верю, — я не сдержал смех.

— Мы ещё поработаем над этим. Но я потратил много сил. Хотя, конечно, очень необычно понимать, что передо мной сейчас сидит не совсем тот, — он неопределённо провёл рукой в воздухе. — И не пожалею ли я о том, что добрался до этого пласта памяти.

— Я надеюсь, что никому не придётся пожалеть, — проговорил я.

Алиас улыбнулся уголком рта.

— Я на твоей стороне, Неро Айон, хотя бы потому, что ты мне просто интересен в качестве образца. Это будет великая научная работа, кладезь новых знаний для ментальных манипуляции… Даже без твоего имени.

Последнее Алиас добавил, когда я встретился с ним взглядом.

— Тебе всё ещё нужен допрос?

— Поговорю с Мартином, нам нужно ещё вернуть домой Юстаса, — ответил, чувствуя, как по телу начинает разливаться жар.

— Хорошо. Тогда вернёмся к работе немного позже, когда первая реакция пройдёт. Оценивай своё состояние и изменения в поведении, это можно будет скорректировать, в случае чего.

— Я понял. Тогда до встречи.

— До встречи, господин Айон.

Менталист попрощался со мной и я вышел из резиденции, чувствуя, как начинает болеть голова.

Вернувшись домой, я понял, что менталист имел в виду, когда сказал, что меня могут ждать неприятные последствия: поднялась температура, меня колотило так, что невозможно было держать в руках телефон. Голова трещала, а по телу тут и там возникали судороги, от которых я тупо кусал себя за предплечье и мычал. Меня прошибал холодный пот, но в то же время накатывал жар, будто я подхватил какой-нибудь экзотический вирус.

— Чтоб тебя, — прохрипел я, стягивая с себя вторую мокрую насквозь футболку. — не думал, что так будет.

Алиас предупредил, чтобы я не пользовался помощью целителя — Поток сам должен прийти к равновесию, и я оставил идею всё-таки наведаться к Хессу.

Промучившись ещё с час, я задремал — неровно и чутко, будто кто-то мог напасть на меня. Этот чуткий сон я теперь хорошо помнил, только вот не хотел погружаться в возвращённые на место ощущения от того будущего, но Поток и сознание меня спрашивать не собирались, а значит, оставалось только пережить это состояние.

-

Привет, читатели! У меня проблемы с ноутбуком, а потому глава малость задержалась, хотя должна была выйти сразу после полуночи. Завтра глава тоже будет! #ноутбукживи

Глава 5

В этом бредовом полусне я провёл весь оставшийся вечер — озноб не хотел отступать, а очертания комнаты начинали плыть каждый раз, как я открывал глаза.

В дверь несколько раз стучали, но я почти нечленораздельно мычал, что ко мне нельзя. На пятый или шестой раз у меня совсем не осталось сил, чтобы ответить. Я мечтал только об одном — чтобы это бесово состояние уже прекратилось.

— Неро?

Голос Адоры я узнал сразу, но лежал на животе, повернувшись в сторону окна и не нашёл в себе сил, чтобы просто повернуться к ней.

— Ты в порядке?

Я простонал что-то вроде «угу» и услышал, как сестра приближается к кровати. Я понадеялся, что она не станет расспрашивать, чем вызвано такое состояние и точно не поволочёт меня к Хессу. Почувствовав, как Адора молча села рядом, я кое-как повернул к ней голову и попытался улыбнуться.

— Совсем плохо? — она провела ладонью по мои мокрым волосам.

— Ага, — только выдохнул я.

Она немного помолчала, затем прикоснулась к кристаллу альтиллиума и сделала свет немного ярче. Я зашипел — в добавок ко всему остальному добавилась светобоязнь.

Адора вглядывалась в моё лицо очень долго, показалось, что целую вечность.

— У тебя капилляры в глазах полопались, а ещё… Такое чувство что цвет поменялся.

— И как смотрится?

— Не очень.

Адора что-то поискала глазами и, выцепив где-то ещё одну сухую футболку, вытерла мне лоб.

— Не хочешь к Хессу?

— Нет, — просипел я. — Нужно переждать.

— Скажи, — она чуть сжала в руках футболку. — Ты прошёл допрос у менталиста, поэтому тебе плохо?

Я тихо рассмеялся. Она была почти права.

— Ничего смешного, — она чуть нахмурилась.

— Нет, но, когда Юстаса привезут сюда… Пройду.

Осознание того, что даже разговор отнимал огромное количество сил, раздражало, но пока я с этим ничего не мог поделать.

— Меня вообще очень мало посещают в дела, — сестра покачала головой. — Это неприятно.

— Хоть кто-то в нашей семье не будет барахтаться в этой грязи, — я усмехнулся.

Адора поджала губы. Наверное, это её задевало, но мне хотелось защитить её так, как умел.

— Может хоть поешь?

Я почувствовал, что только мысли о еде вызывают тошноту и коротко мотнул головой.

— Надеюсь, что ты мне всё-таки расскажешь обо всём, — грустно выдохнула Адора.

— Потом. Обязательно, — прохрипел я — горло пересохло.

— Сейчас принесу тебе воды. Судя по… — сестра бросила взгляд на скомканные мокрые футболки, — одежде, ты потерял много жидкости.

Я кивнул.

Адора вышла, оставляя меня одного. Кое-как перевернувшись на спину, я с трудом поднял правую руку и осмотрел стигму — узор телепортации уже был достаточно чётким, с хроно-меткой всё оставалось по-прежнему, сила на уровне второго ранга. Значит, снятие этого блока никак не касалось родовой магии, а жаль, в предстоящих делах она бы очень пригодилась.

Оставлять Муррей только наёмникам было бы неосмотрительно — нужно взять тех, кто даст показания, живыми, забрать компромат и определить, что из него мы отдадим Совету Тринадцати, а что — нет. Если я планировал связать Айонов и Ноксами, нужно иметь больше преимуществ.

Я поймал себя на том, что фоном всех мыслей о Ноксах, Муррей и компромате шла ещё одна — я хотел на войну. На границу, куда уже были стянуты войска, где удерживался натиск Мин. Там, я помнил, как и на Востоке, мне просто покажут: «вот враг» и я пойду убивать врага, не задумываясь о последствиях, о вариантах, о том, что мог быть иной выход. Я действительно этого хотел.

Я крепко зажмурился, отгоняя от себя эту мысль — нет, это желание не будет мной управлять. Это было в то жизни, где выбора мне не оставили, а сейчас просто поддаться искушению — оказаться слабаком, который проиграл самому себе.

Адора вернулась с небольшим графином воды. Она оказалась настолько ледяная и вкусная, что я осушил его залпом и откинулся обратно на подушки. Стало немного легче.

— Видела Старейшину Мартина, — Адора чуть покачала графин в руках.

Я только вопросительно посмотрел на неё.

— Отцу не стало лучше, он не приходит в сознание… Хотя и хуже не стало… Неро, может, съедим к нему? Всё-таки… Вдруг война и правда начнётся, и нам нужно будет уехать или…

— Съездим, — пообещал я. — Как только Империя отобьёт границу, и угроза станет меньше, хорошо?

— Хорошо. А ещё… Он сказал, что завтра сюда прибудет Эмилия Нокс и её брат Эдвард. Я расспрашивала, но Мартин сослался на занятость и ничего не рассказал. Это по поводу помолвки с Грейс.

— И не только, — я слегка улыбнулся. — Мы заключим с Нокс родовой союз.

— Союз? — глаза сестры чуть расширились от удивления. — Зачем?

— Долго объяснять. Но ты узнаешь, обязательно, — ответил я, чувствуя, что прилив сил заканчивается.

— Ох, — Адора покачала головой. — Отдыхай, братик. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

— Не сомневайся, — прохрипел я.

Сестра ушла, а я почувствовал, как начинаю проваливаться в тяжёлую, мутную бездну и понял, что этой ночью не увижу снов.

* * *

Винсент барабанил по столу пальцами и хмурился в ожидании Кирка Вебера. Он выслушал Карла — военного советника и понял, что несмотря на то, что вторжение началось раньше обговоренного срока, имперские войска сработали быстро, стягивая силы на границу, чтобы не дать Мин прорвать оборону.

От границы до метрополии было всего чуть больше трёхсот километров, нас скоростном автомобили, чуть больше часа езды и Карл явился с личным докладом сразу, как только смог.

Силы Веберов и Юдалл были наготове, но войска Айонов даже в том тот момент без подкрепления оказались гораздо более подготовленными, чем знал Карл, то ли Юстас ему лгал, рассказывая, что финансирование от рода и Императора недостаточное, то ли нечто сыграло свою небольшую, но важную роль.

Покровители — генералы армии Мин не давали отмашки «останавливать» вторжение, потому как план прорвать границу и подойти к метрополии всё ещё не был выполнен, и Винсент с напряжением сжимал телефон в руке час за часом, не выпуская даже во сне.

Ещё больше его волновало то, что Брайс Айон улизнул, и пока его не нашли. Это было проблемой — Тодд, с которым работал один из старших сыновей Айонов, умер раньше, чем Винсент принял решение его убрать, Брайс, похоже, сообразил, чем для него всё закончится.

Менталист, наёмник, с которым работали Юдалл, тоже исчез. Если Брайс вернётся живым и здоровым, то вполне может принять решение покаяться перед родом, хотя, зная Мартина, не стоило рассчитывать на простое помилование. Однако, и этот вариант нельзя было отметать полностью.

В кабинет без стука вошёл Кирк. Винсент ему только кивнул.

— Какие новости, — Вебер сел в кресло и закинул ногу на ногу.

— Никаких. И это тревожно, — Винсент покачал головой.

— Если твои войска готовы, то осталось только дождаться…

— Будто тебе неизвестно, что происходит на границе, — Винсент не сдержал нервного тона. — Там уже не кучка пограничных войск Айонов, там почти вся военная мощь Империи. Это не входило в план.

— Мне неизвестно, почему первую волну вторжения удалось так сдержать. Буквально несколько часов, а может, и минут — и вот уже Мин не могут прорвать оборону, — Кирк развёл руками.

— В метрополии почти погасили все диверсии, выловили почти всех, хотя минцев было несколько тысяч.

— Что такое несколько тысяч в многомиллионной метрополии? Гвардия, полиция, армия — все стянулись в метрополии крайне оперативно. Захвата не получилось, но, если помнишь, на этого и не было серьёзного расчёта. Такой реакции от гвардии следовало ожидать, — сказал Кирк и закурил.

— Следовало. Но вот только ты сам знаешь, что весь план держался на том, что всё будет делать вовремя, — отрезал Винсент. — Карл не смог предоставить мне полноценные сведения, что произошло на границе Айонов.

— Мне тоже это неизвестно. Муррей занимались метрополией и у них вообще нет никаких сведений.

— Если Айонам удалось удержать прорыв границы, то у нас становится меньше аргументов против них, а значит, для передела власти нужно будет больше сил, — Винсент глубоко вздохнул.

— Меня тоже смущает, что ситуация не на сто процентов в наших руках, — Кирк пыхнул тонкой сигаретой.

— Брось больше сил на поиски Брайса Айона, — процедил Винсент, решив немного отвлечься от мыслей про границу и Мин.

— И что мне делать с ним, если найду? Убить?

Винсент кивнул.

— Главное, чтобы сами Айоны не нашли его раньше. Если он даст показания перед Тринадцатью и Императором…

— Не нагнетайте, господин Вебер, — Винсент метнул в него грозный взгляд. — Этого не должно произойти и точка. Мы прекрасно знаем, чем это закончится для нас всех.

— Да, — Кирк снова пыхнул. — Знаем.

* * *

Я проснулся, когда за окном уже высоко стояло солнце. Сполз с кровати и, ещё шире раздвинув плотные шторы, распахнул окно. В спальню ворвался свежий и довольно холодный ветер. Зима в нашем регионе всегда была довольно мягкой, но ветер принёс весть о том, что скоро выпадет первый снег.

Стоя у окна и вдыхая прохладу, я оценил своё самочувствие — голова была ватной, как и ноги, но боль притупилась и почти ушла. Меня больше не колотило — температура выровнялась.

Я надел тёплый спортивный костюм и спустил вниз. Конечно, завтрак я давно пропустил, а являться на кухню сейчас совсем не хотелось.

— Как себя чувствуешь?

Меня чуть дёрнуло, когда за спиной раздался голос Алекса. Его голос был почти идентичен Брайсу и у меня промелькнула шальная мысль, что тот решил вернуться.

Алекс стоял позади меня в домашней одежде. Я не видел его почти с самого Дня Империи, он уехал в академию и, в отличии от Брайса, не прохлаждался дома. Похоже он решил вернуться из-за всего произошедшего за последнее время.

— С возвращением, — я повернулся к нему. — Почему спрашиваешь?

— Сестрёнка рассказала, что тебя вчера скрутило, — Алекс достал из кармана пачку каких-то дешёвых на вид сигарет и закурил.

— Всё в порядке, а ты…

Я не успел задать вопрос — Алекс поднял на меня тяжёлый взгляд, в котором не осталось ничего, что я видел тогда, на празднике — ни насмешливости, ни азарта.

— Знаю я всё. Старейшина Мартин рассказал. Идиот Брайс. Да и вообще. Честно говоря, если бы не… Ладно, — Алекс выдохнул дым.

Он говорил несвязно, будто сам не знал, за какую мысль ухватиться, слишком много новостей за такое короткое время.

— Я навещу отца и, наверное, уеду, — сказал брат после недолго молчания.

— Не хочешь остаться здесь и поддержать семью? У меня сложилось ощущение, что у нас в роду всего несколько человек, — бросил я. — Младшие семьи даже не являются сюда, не поддерживают связь. Попрятались по своим загородным усадьбам и дальним поместьям. Тодд мёртв, Инесса мертва, отец в коме, Брайс предал нас и сбежал. Мало?

Я и сам не заметил, как на одном дыхании произнёс эту тираду. Меня раздирало чувство, что кроме Мартина и меня больше никого не волнует, что в итоге станет с Айонами.

— Прости, — Алекс бросил недокуренную сигарету на дорожку. — Ты прав. Хорошо, я останусь. Но чтобы помогать мне нужно знать всё подробнее, а я даже не получил право голоса.

Алекс произнёс это без зависти и возмущения, как когда-то Брайс. Я удивился, ведь они были похожи не только внешне, но и характерами. Сейчас меня вообще не волновало то, как брат себя вёл или что говорил мне хоть в той жизни, хоть в этой. Мне нужны были люди и чем больше, тем лучше.

— Я поговорю об этом с прадедом, — ответил я. — Нам нужно больше людей… Не только на Совете, но и вообще.

— Понял, — Алекс кивнул. — Кажется, грядут перемены?

— Ты о войне? — я чуть приподнял бровь. — Войны не будет. По крайней мере пока.

— Дай Предвечный, — Алекс покачал головой. — Я лишь хотел работать в своё удовольствие, раз уж место наследника мне не светило, а ты у отца был в фаворитах.

— Не думай, будто быть наследником один сплошной праздник, — хмыкнул я.

— Мартин сказал, что на следующем Совете объявит тебя наследником. После…

— Допроса, я знаю. Это нормально.

— Я тоже пройду допрос, — вставил Алекс. — Хотя меня здесь и не было, но не хотел бы, чтобы кто-то считал, что я имею отношение ко всему этому… А Брайс…

Алекс запнулся — ему неприятно было говорить об этом.

— Всё в порядке. Ты не мог знаю и отвечать за него.

— А ты сильно изменился, братишка. Я будто тебя несколько лет не видел, — Алекс усмехнулся.

— Можно и так сказать.

От разговора с братом меня отвлёк звук подъезжающей к главному входу машины. Эмилию Нокс и Эдварда выше встречать Эйл.

— Господин Айон ожидает вас, — он подал руку и Эмилии и кивнул Эдварду.

Я подошёл к ним. Эмилия выглядела измученно и устало. Как бы она не относилась к Виктору, его смерть всё же повлияла на неё.

— Добрый день, юный господин Айон, — устало произнесла Эмилия и даже не обратила внимания на стоящего неподалёку Алекса.

— Добрый.

— Вы присоединитесь к нашему разговору?

— Конечно, — ответил я.

Эмилия хотела сказать что-то ещё, но передумала, когда заметила Алекса. Эйл проводил их ко входу, а остался на улице, понимая, что наступил момент, когда начинается решающий этап.

Сейчас я ещё лучше понимал, почему Алиас сказал, что поведение и внутренние порывы можно откорректировать в случае чего — мне хотелось просто разорвать Веберов и Юдалл на куски, как и тогда, в годы сопротивления.

Я улыбнулся себе — нет, так просто они не отделаются. С моей стороны это было бы даже слишком милосердно.

— Я пойду, — я взглянул на Алекса.

— Не забудь о моём праве голоса, — напомнил брат.

— Хорошо.

Я не стал переодеваться или как-то обдумывать предстоящий разговор. Я и так знал, что нам необходимо сделать — вместе с наёмниками проникнуть к Муррей, взять того, кто даст показания, забрать компромат. Эмилия, похоже, смирилась с тем, что в этой игре она ведомая, а не ведущая. Я, конечно, не сомневался в том, что позже она может снова решить извлечь для себя больше выгоды, но сейчас ей просто некуда было деваться.

Эмилия говорила с Мартином сама. Эдвард и я не вмешивались. По сути, она ему практически пересказала наш разговор, только своими словами. Сама предложила активны Ноксов и родовой союз, помимо моего брака с Грейс.

— На пышные официальные помолвки сейчас нет времени, но мы не можем не сделать этого. Помолвку придётся немного отложить, — проговорил прадед, когда Эмилия закончила свою речь.

— Понимаю. У Ноксов сейчас тоже траур, а потому, я бы просто хотела устно договориться.

Мартин многозначительно посмотрел на меня, будто требуя подтверждения. Я кивнул. Он и так знал, что это было в моих планах с самого начала.

— Муррей, — почти неслышно проговорил он. — Кто будет участвовать в операции вместе с наёмниками? Нам нужен минимум один свой человек, который осмотрит поместье, документы, архивы. Наёмники не должны этого видеть и знать.

— Могу я, — отозвался Эдвард.

— Нет. Простите, господин Нокс, но вы заинтересованная сторона, — ответил Мартин.

— Как и вы, — парировал тот.

— Понимаю. Вы считаете, что мы можем не уничтожить ту часть компромата, которая касается вас.

— Мы же не строим из себя добрых друзей, господин Айон, — Эдвард улыбнулся.

— Значит, нудны двое. От Ноксов и от Айонов.

— Я буду от Ноксов, — подтвердил Эдвард.

Мартин перевёл на меня взгляд. По сути, кроме меня идти к Муррей было просто некому. Это мог бы сделать Мор, я доверял ему, но Наставник и так многое для меня делал, я не хотел, чтобы он видел, что будет происходить с Муррей.

— Я пойду, — наконец, сказал я.

— Уверен? — переспросил Мартин.

Может прадед ожидал, что я предложу кандидатуру Артура или Мора, но нет. Мне хотелось сделать это самостоятельно — на краешке сознания снова мелькнуло то самое чувство.

— В метрополии полно военных, — заговорил Эдвард. — Муррей, конечно, не из Тринадцати, но всё же. Гвардию нужно отвлечь.

— Я это организую, — тут же вставил я.

— Как? — Эмилия взглянул на меня с удивлением.

— Не важно, — я дёрнул щекой.

— Итак, — прадед дождался, пока я закончу. — Мы обговорили всё необходимое, но если наши семьи будут повязаны кровь, будем называть вещи своими именами, то прежде, чем приступать к выполнению задачи, нам нужно составить и заключить вышеупомянутый договор.

Мартин ненадолго замолчал, осматривая присутствующих.

— Скоро время обеда, приглашаю вас, — он повернул голову у Эмилии и Эдварду, — я вызову в поместье законника. Так как законники нейтральны, думаю, это не вызовет никаких вопросов.

— Без сомнения, — отозвался Эдвард.

— Что ж, прекрасно, — Мартин слегка ударил ладонями по столешнице. — Официально о родовом союзе мы объявим позже, а пока приглашаю всех в обеденный зал. Неро, задержись на минутку.

Я подождал, пока Эйл проводит Ноксов и вопросительно уставился на прадеда.

— Ты правда готов пойти на такие меры? Имею в виду Муррей.

Мартин, встретившись со мной взглядом, будто увидел там что-то не очень приятное. Он повернулся к окну и прерывисто вздохнул.

— Готов. Готов, Мартин. Я больше не хочу ждать.

Глава 6

Обед прошёл очень сдержанно и почти без разговоров. За нашими гостями с интересом наблюдала Фрида и другие младшие, Адора как-то недоверчиво на них посматривала, а Артур выглядел подавленным и смотрел только в свою тарелку.

Поддерживать с Ноксами разговоры о погоде, школьных буднях и спорте в данный момент было также странно, как и то, что мы вообще сидели за одним столом.

Когда я только вернулся, у меня не было даже мысли о том, что я решу повернуть ситуацию в эту сторону. Та мысль прокралась ко мне в День Империи, когда я увидел Грейс. Сейчас я думал о том, что принял правильное решение — союз с Ноксами будет выгоден, как ни посмотри.

Когда обед подошёл к концу, Мартину сообщили, что законник прибыл.

Нам пришлось ждать ещё почти час, пока законник составлял основу договора, а потом сидеть над пунктами и особыми примечаниями ещё почти два часа. За это время мне стало хуже — вернулась головная боль, мышцы рук ломило и выкручивало. Я не был уверен, что это уже не последствия снятия блока, а потому сжал зубы и терпел, пока мы по третьему кругу проверяли абсолютно всё.

Ноксам тоже не хотелось упустить ни одной детали, а потому Эмилия придирчиво перечитывала пункты, что уже начинало раздражать. К тому моменту, когда всё это закончилось, меня уже подташнивало, а в глазах снова плыли очертания.

Увесистый и неуклюжий на вид законник с лысиной и острой бородкой ловко набирал и правил текст договора на маленьком лэптопе, а затем повернул его к нам, чтобы главы поставили подписи на сенсорном экране. Я и Эмилия выступили в роли свидетелей договора.

— Итак, — законник поправил очки, — отправляю вам, господин Айон и вам, господин Нокс, электронные копии. Также одна из копий будет храниться в архиве гильдии законников. Дабы у нас всегда был оригинальный текст в случае разногласий между союзными родами.

— Благодарю за оказанную столь оперативно услугу, — Мартин пожал законнику руку.

— На этом моя работа закончена. Откланиваюсь, господа.

Законника проводили, а мы остались в малом переговорном зале. Я хотел закончить всё как можно быстрее — похоже, что одной волной плохого самочувствия я не отделаюсь.

— Теперь мы являемся родовым союзом. Как и значится в заключённом договоре, мы принимаем совместные решения относительно использования активов, обсуждаем общую позицию на Совете Тринадцати, защищаем интересы обоих родов и, конечно же, оказываем всяческую поддержку, — подытожил прадед.

— Хотела бы сказать, что очень рада, но это не совсем так, — проговорила Эмилия.

— Понимаю, — добродушно улыбнулся Мартин, — но вы должны понимать, госпожа Нокс, что сейчас это было очень правильное решение.

Эмилия кивнула, а на её лице не отразилось ни одной эмоции.

После того, как Ноксы уехали, я не стал долго думать и снова вернулся в комнату — снова начинало колотить. Я хотел позвонить Лангеру и спросить, насколько нормален рецидив этого состояния, но уже не успел — отключился, как только лёг на кровать.

* * *

Я ехал в трущобы, после повторной ночи моё состояние больше не ухудшалось, Поток тоже был стабилен и обо всё напоминали лопнувшие в глазах капилляры. Мне нужно было увидеть Оскара, потому как если он откажет в оказании услуги, то нужно будет привлечь ещё наёмников. Можно было бы обойтись и вовсе без Оскара, но почему-то я решил, что именно он и его парни должны отвлечь гвардейцев.

Подростки менее узнаваемы, им легче скрыться, а солдаты и гвардия вряд ли будут стрелять по детям на поражение, в случае чего. Дом Муррей не охраняли специально, но на их улице было несколько постов и тоже курсировали отряды — быстрая реакция нам была ни к чему.

Мне вообще по большей части не было дела до Муррей, они были исполнителями и марионетками, руками Веберов и Юдалл, поверившие в то, что откусят от пирога большой кусок. Но Эмилия была настроена серьёзно, она считала Муррей своими личными врагами, а чтобы Ноксы больше доверяли нам, нужно подыграть в этой истории мести.

Наёмниками для нападения на дом Муррей занялся Эдвард, он позвонил спустя два дня после нашей встречи и сообщил обо всём Мартину. Когда прадед рассказал мне об этом, я даже не удивился. Из всех Айонов работал с наёмниками только я, да и то, в прошлой жизни. Отец считал, что пользоваться их услугами, как минимум, низко.

Взяв из гаража мотоцикл, я выехал один. Закрыв мотоцикл простым щитом, я нёсся по улицам метрополии на высокой скорости, чтобы не терять времени. Один раз, когда я почти покинул благополучные районы, меня остановил пост, но проверив документы, отпустили, предупредив, что в той части города не спокойно.

Уж я-то знал не понаслышке.

Оскар встретил меня у своего трейлера — он ковырялся в каком-то устройстве, похожем на газонокосилку, хотя вокруг трейлера, ясное дело, никаким газоном не пахло.

— Здаров, мажорчик, — Оскар протянул мне испачканную руку.

— Привет, — на рукопожатие я ответил, хотя перчатку всё-таки пришлось по итогу снять.

— Как оно? Подожди, щас доделаю.

— Это что? — я присмотрелся к устройству, на перед которым Оскар сидел на корточках.

— Типа генератора. В трущобах перебои с электричеством из-за этим долбаных минцев, а альтиллиума лишнего у меня нет.

— Поня-я-ятно, — протянул я не спеша переходить к делу.

По телефону я только сказал Оскару, что у меня к нему есть предложение, за которое я готов заплатить напитанными энергией чётками или империалами, при том, очень хорошую сумму.

— Ты не ответил, — он продолжал ковыряться в генераторе.

— Я был на границе.

— Серьёзно? — Оскар поднял голову и удивлённо взглянул на меня.

— Да. Так вышло. Много чего за последнее время произошло, — я хмыкнул.

— Надеюсь, предложение для меня — это не поработать жилеткой для твоих слёзок? — Оскар скривился, изображая жалостливое лицо.

— Не жилеткой, а всего лишь платком, до жилетки не дорос ещё, — я не удержался от смешка.

— Что ты на границе делал? — спросил Оскар, вернувшись к работе.

— Поучаствовал в одном бое, — я пожал плечами. — Если интересно, потом расскажу, что к чему.

— Не очень интересно, — отозвал он. — Всё.

Оскар встал, отряхнул грязные штаны и потянулся.

— Ща руки помою и поговорим, лады?

— Лады.

Оскар скрылся в трейлере, а я бродил туда-сюда в ожидании. Оскар ещё ни разу не позволил мне войти, будто я мог шокировать его бабку, ну, или она меня. Впрочем, сейчас это не так важно, но пока бабка жива, можно было попытаться выяснить, чьим бастардом является Оскар, раз уж его мать была наложницей у кого-то из Тринадцати.

Я сомневался, что Оскар примет моё предложение, но из-за минцев и очень напряжённой обстановки в метрополии, трущобам приходилось ещё хуже — продуктов возили меньше, и без того плохо работающие школы закрылись, вода, электричество с перебоями.

— Чё там, рассказывай, — Оскар захлопнул дверь в трейлер и спрыгнул со ступеньки.

— Есть одно дело. Заплачу каждому, кто примет участие. И заплачу много, — я взял паузу.

— Судя по твоей роже, это не то же самое, что проследить за аристократским маньяком, — Оскар сплюнул в сторону.

— Да. Мне нужно, чтобы ты создал отвлекающий фактор, так, чтобы в определённом квадрате улиц ненадолго, но гвардия и солдаты обратили внимание на нечто, — я пощёлкал пальцами, пытаясь подобрать слова.

— Хочешь, чтобы мы устроили погром? — он удивлённо приподнял бровь.

— Что-то вроде того, — я кивнул, — но чем громче и масштабнее, тем лучше.

— Я видел, что там творится, не уверен, что многие согласятся, — Оскар покачал головой.

— Вам нужно только отвлечь посты и скрыться, а перед этим разбить камеры наблюдения. Нам нужно совсем немного времени, чтобы войти в один дом.

— Та-а-ак, — протянул он. — Значит, количество не главное.

— Нет, несколько человек вполне достаточно, — подтвердил я.

— Нужно расположение камер и постов. Ну, и что там рядом есть, остальное я придумаю сам. Предоплату, — он протянул мне раскрытую ладонь.

— У меня с собой только пара бусин от чёток, — я порылся в кармане.

— Не густо. А обещал хорошую сумму.

— Всё будет, — я ухмыльнулся. — Всё ещё не доверяешь мне?

— Когда это нужно будет сделать? — Оскар взвесил в руке две бусины.

— Я сообщу, дам все метки на карте, будем постоянно на связи. Ты мне должен за помощь с баронским сынком-отморозком.

— Да я помню, — Оскар почесал затылок. — Только не понял, почему именно мы? Типа есть же кто посильнее.

— Знаю. Я хочу, чтобы это сделал ты. У меня свои резоны, — я загадочно улыбнулся.

Если оставаться честным, то необходимости в том, чтобы отвлекающий манёвр провёл именно Оскар — не было, но нечто подсказывало мне, что именно так это и должно произойти. Хотя мне не являлись видения.

— Ладно, понял. Ты там говорил про какого-то типа, который сможет мне наваять характеристику для академии. Если всё пройдёт гладко, хочу, чтобы ты свёл меня с ним.

На лице Оскара отразилось нечто странное, будто в своём решении он и сам всё ещё сомневался.

— Нашёл себе замену?

— Мои парни надёжные, если будет нужно, присмотрят за всеми. Да и у меня ещё есть время… В общем, я обдумал, ты прав, я смогу лучше помочь им… И даже согласен поболтаться у кого-то на поводке.

— Контракт — не поводок, — ответил я, наблюдая, как Оскар глубоко затягивается вонючей сигаретой.

— Да-да, рассказывай. В общем, провернём это дело и вперёд. Ну, если война не начнётся, — Оскар хохотнул.

Я промолчал, наблюдая, за вьющимся сизым дымком.

— Не хочешь знать, чья кровь в тебе течёт? — как бы невзначай просил я.

— Бабулю мою допросишь что ли? Я спрашивал уже. Молчит. Не пытать же её, — Оскар пожал плечами. — Да и не уверен, что оно мне надо.

— Если постараться, можно найти ниточки и без бабули. Было бы желание. Доказав, что ты отпрыск одного из Тринадцати, можно получить очень многое.

— Отпрыск, скажешь тоже. Мою мать выгнали, посчитав, что всё, никого она не родит нормально. Не знаю ваших законов, но как по мне, тут меня сложно назвать прям «сыном» кого-то из ваших господ.

— Об этой стороне вопроса я разузнаю.

— Тебе-то зачем? Я вообще слабо понимаю, на кой бес ты мне предлагаешь всё это делать — поступать, искать чьей наложницей была моя мать и всё остальное.

— Я же говорю — свои резоны. Мне нужно ехать обратно, есть ещё дела.

— Будь на связи и пришли мне всё, что нужно. А дальше сам разберусь, — Оскар протянул мне руку. — А вообще ты чот какой-то не такой.

— Многое произошло, — уклончиво ответил я.

— Нажрёмся как-нибудь, расскажешь, мажорчик. Ты так-то не плохой, — он широко улыбнулся.

— Надеюсь.

Я прыгнул обратно на мотоцикл и уже не набирая предельной скорости поехал назад. Мне не хотелось находиться в поместье, в четырёх стенах. Я остановился рядом с небольшим сквером и позвонил Аврил. Личный номер мне восстановили, а второй телефон я всё-таки приберёг для других звонков.

— Ого, Неро! — голос Аврил зазвенел на том конце.

— Привет, давно не связывались, — я невольно улыбнулся. — Как ты?

— Из-за этого военного положения занятия отменили, мы сидим в интернате и дальше двора нас не выпускают, — прохныкала она в трубку.

— И правильно. Не нужно тебе сейчас шататься в городе.

— А тебе нужно? Ты вообще мне ничего не рассказываешь, пропадаешь всё время… Что ж такое, — Аврил грустно вздохнула.

— Прости, малышка. Не до этого сейчас. Меня не было в метрополии, да и дел семейных накопилось очень много.

— Знаю я твои дела, — по голосу было слышно, что она насупилась. — Я вообще-то с Грейс общаюсь. Она мне проговорилась, что у вас скоро помолвка. Я всё понимаю, но зачем было тогда…

— Тише-тише, до помолвки ещё есть время. Сомерсет собрал твоё досье?

Я решил немного успокоить её. Вообще странно было именно сейчас говорить об этом, но я устал быть в постоянном напряжении, а эта девочка хоть как-то развеивала его, к тому же, мне хотелось услышать голос Аврил.

— Собрал, даже отправил. Но ему никто не ответил, — буркнула она. — Я подумала, что ты решил отказаться от своих слов.

— Не решил, просто сейчас есть дела поважнее, но я рад, что ты в порядке.

— Неро-о-о, — протянула Аврил.

— Что?

— А ты меня сразу потом заберёшь из интерната? Сил уже нет… Или мне придётся ждать до конца года? Или как?

— Как много вопросов, — усмехнулся я. — Заберу, конечно. Как только решу оставшиеся дела. Да и военное положение не располагает сейчас.

— Понимаю. Я очень соскучилась…

— Знаешь, а я тоже, — мне показалось, что я ей почти не вру.

Я стоял под раскидистым деревом и наблюдал за небесной синевой, где проносились обрывистые облачка. Наблюдая за ними, даже нельзя было сказать, что совсем рядом идут бои, а мне нужно как можно скорее представить Совету Тринадцати доказательства того, что Веберы и Юдалл предали страну.

— Эй, — шёпотом позвала Аврил.

— Прости, отвлёкся.

— Я очень жду, правда. Буду ждать, сколько скажешь. Я же тебе обещала.

— Помню. Спасибо, я благодарен тебе за такое отношение, — я улыбнулся.

— Ой, комендант ходит, я пойду. В школу не пускают, а сидеть над учебниками нужно. Я пошла, — быстро и почти шёпотом протараторила Аврил.

— Хорошо. Я ещё позвоню.

— Ага.

Она бросила трубку, и я снова остался наедине с собой и ещё долго наблюдал за проносящимися по небу облаками.

Меня начал вызванивать Мартин, я ответил всё ещё стоя у дерева и задрав голову к небу.

— Да?

— Как скоро ты приедешь домой? Нужно обсудить некоторые детали. Мне звонил Эдвард, у Ноксов почти всё готово.

— Понял, скоро приеду.

На удивление прадед встретил меня не в кабинете, а прямо в саду и кивнул на дальнюю беседку, у которой я в прошлый раз подслушивал их с отцом разговор.

— Почему в такой обстановке? — я обвёл взглядом беседку. — Как-то несерьёзно.

— Устал от кабинета, — Мартин вздохнул. — Эдвард приедет завтра. Эмилия останется дома. Ты решил вопрос с постами в квартале, где расположен дом Муррей?

— Решил. Об этом можешь не беспокоиться.

— Люди Эдварда провели разведку — сейчас в доме Муррей находится всего шесть человек, не считая охраны. Глава семьи на месте, его супруга и младшие дети уехали. Старший сын и его невеста дома. Трое из прислуги.

— Думал, будет сложнее, — хмыкнул я. — Сколько охраны?

— Четверо в одной смене. Маги. Защита у дома тоже неплохая, но ты сможешь пробить, я думаю.

Прадед говорил всё это будто через силу, но он должен был понимать, что взять одного из Муррей — надёжное решение.

— Хотел вырезать семью под корень? — в глазах Мартина снова мелькнуло нечто странное.

— Нет. Зачем мне это, — я сел на скамейку. — Информация, единственное, что важно.

— Неро… Не нужно лить больше крови, чем это будет необходимо. Эдвард прибудет завтра рано утром, на рассвете и к Муррей придётся явиться сразу после обсуждения стратегии.

— Понял. Я буду держать себя в руках. Обещаю, — я попытался улыбнуться. — Скоро всё закончится, Мартин.

— Ты сам веришь в то, что говоришь? — прадед взглянул на меня и прищурился. — Помимо Веберов и Юдалл есть Мин, есть надвигающаяся война и есть Тринадцать, которые могут принять решение перейти из обороны в атаку, два голоса на Совете ничего не решат.

— Я понимаю, но пока это только предположения, — я откинулся на спинку скамейки. — Сначала закончим с ними.

Посидев со мной ещё немного Мартин ушёл, а открыл на телефоне карту и, открыв в редакторе, стал отмечать на ней точки с камерами наблюдения и постами для Оскара. Пусть готовится уже сейчас, я был уверен, что мой трущобный приятель сделает всё вовремя и так, как нужно.

Глава 7

— Неро, ты сказал, что организуешь отвлекающий манёвр, всё готово? — спросил Эдвард Нокс.

Я кивнул. Все инструкции Оскару были даны, да и он сам, похоже, был заинтересован в деле. Наёмникам и так хорошо заплатят, а вот ребятам Оскара такие деньги неплохо помогут, особенно, учитывая ситуацию.

— Наёмникам было дано распоряжение обезвредить прежде всего охрану и помочь тебе, — Эдвард посмотрел мне в глаза, — пробить защиту дома. Я беру на себя прислугу. Вторая группа наёмников найдёт членов семьи.

— Какие данные по их магическим способностям? — я чуть качнул головой, рассматривая план дома. Схематичный, без подробностей.

— Муррей не отличаются особой силой, в основном пользуются огненной стихией, о родовой способности не распространялись. Веберам и Юдалл они были нужны, так как имеют неплохой актив — небольшую, но развитую горнодобывающую компанию. Деньги у Муррей есть, как и доступ к ценным рудам.

— Ещё одни марионетки, — я хмыкнул, — Юдалл думали, что затащат Муррей в Тринадцать, чтобы те плясали под их дудку?

— Вероятно, — ответил Эдвард. — Именно Ноксов в эти дела не особо посвящали. Мы были ответственны за финансовую сторону вопроса.

— Сомневаюсь, что глава Муррей… Как его там?

— Вильям Муррей.

— Вильям. Решит отбиваться так, чтобы спалить весь дом огнём, жаль, что о родовой способности нет сведений, — в разговор вмешался Мартин.

— Может и решить, таким образом он избавит себя от суда Тринадцати и уничтожит улики, — добавил я.

— И убьёт всю семью? — прадед развёл руками. — Нет. Если мы хотим надавить на него, то как раз-таки сына и его невесту трогать нельзя.

— Это я понимаю. Я же обещал, что не буду проливать лишнюю кровь. Но суд Тринадцати может отправить под расстрел всех Муррей. Не забывай.

Мартин устало покачал головой. Я понимал, что несмотря ни на что, он не хочет кровавых расправ.

— Будем действовать по ситуации, Мартин, — добавил я. — Уже приближается рассвет.

Наёмники были на позициях. Посты гвардейцев в квадрате улицы, где находился дом Муррей — тоже. Я отправил сообщение Оскару о том, что можно приступать. В углу дальней улицы раздались глухие звуки, затем звон бьющегося стекла, и я увидел огненный след.

Повертел головой — камеры на улице разбиты. Я натянул по самый нос ворот чёрной водолазки. Посты сорвались с места, улица пустела. Остался только один отряд. Четверо.

Я отдал приказ наёмникам действовать только по моей команде.

Перемещение.

Отряд не успевает среагировать на моё внезапное появление. Быстрый контур и акустический удар заставляет их корчится от боли. Отталкиваю их плотным порывом ветра. Выстраиваю стену льда и оглушаю постовых ещё одним звуковым ударом.

— Вперёд, — я поднял рацию.

Группа наёмников — семеро человек, маги. Нащупали защиту дома — невидимый купол щита. Не самый слабый. Несколько энергетических ударов и щит посыпался — похоже, что по ту сторону артефакты не выдержали атаки.

Ещё несколько пробивных техник и ворота поддались. Охрана — четверо. Трое из наёмников и Эдвард под щитом двинулись в дом, отбросив охрану на нас. Я направил указательный и средний пальцы в них, создавая на земле ловушку. Один попался. Бросает плазменный заряд. Меня прикрыли щитом.

В троих полетели огненные стрелы наёмников. Нас пошатнуло — один из охраны коснулся земли.

— Оружие! — выкрикнул я.

Двое наёмников приготовили винтовки и пустили очереди. Тот, что был в ловушке не успел выставить щит и упал на землю. Двое успели, но не могли пользоваться двумя техниками сразу, а потому только прикрывали третьего, который выпустил в нашу сторону невидимую энергетическую волну.

Даже сквозь щит я почувствовал удар и резко выдохнул. Рассчитал расстояние, переместился. Ударил охранника сгустком энергии в шею, как своего гвардейца, оказавшись за спиной.

Один из щитовиков повернулся ко мне. Я создал воду и поднял её до самой макушки охранника, превращая того в ледяную статую. Остался один. Ещё один удар в шею.

Жестом показываю наёмников, что мы заходим в дом.

Я не знал, где Эдвард. С ним ушли трое. Один из наёмников корчился на полу, придавленный тяжёлой люстрой, которую кто-то сорвал с потолка. Я отправил группу в дом, оставив одного наёмника рядом для прикрытия.

— Кто это сделал?

— Мужик, — прохрипел наёмник, пытаясь выбраться из-под груза.

— Как?

— Я не успел среагировать, меня оставили на входе. Он вышел там, — наёмник кивнул на открытый внутренний балкон на втором этаже. — Посмотрел на люстру, и та полетела. Ничего не чертил, никакие техники не применял.

— Понял, — я толкнул люстру, чувствуя в себе прилив сил. — Помогай.

Вдвоём получилось снять с лежавшего груз.

— Оставайся с ним.

Я понёсся по первому этажу, стараясь держать в поле зрения выходы и входы. Услышал, что в левом крыше шум и он приближается. Двери хлопали. Шаги приближались. Я понял, что «зверя гонят» в мою сторону и приготовился, зажав в руках артефакт Домена. Ещё немного. Ещё.

Дверь в зал хлопнула. Меня обдало жаром — Вильям Муррей пулял огненными сгустками во все стороны и не успевал отбиваться компактным щитом от наёмников.

Он вбежал в зал, за ним парень и девушка. Та взвизгнула и потянула парня назад, но не успели они отойти, как за спинами появился Эдвард. Огненный шар в его сторону, но тут же ответ в виде энергетического удара. Меня задело. Все оказались довольно близко друг к другу и я понял, что пора.

Я развернул Домен, оставив за его пределами наёмников, и впустив только Эдварда. Старший сын Муррей и его невеста вжались в стену и больше не пытались атаковать меня и Нокса. Вильям же всё ещё находился в боевой стойке, хоть и бегло осмотрел пустую серую комнату. Этот Домен был быстрым и достаточно вместительным, хотя снаружи не занимал даже половины зала, где мы все находились.

Удерживать Домен с приросшей силой стало куда проще, но расход резерва всё равно был достаточно быстрым. Я сдерживал себя изо всех сил, чтобы просто не размазать Вильяма по стенке.

— Вы думаете, что я так быстро сдамся? Или что я оставлю всё просто так?! — в голосе главы Муррей слышались нотки страха.

— Мы уже нашли архивы и документы, — спокойно ответил Эдвард. — Если ты дашь показания на суде Тринадцати, возможно, вас пощадят.

— Да? Что за пустые обещания? Если вы всё нашли, значит, мне нечего терять, — огрызнулся Вильям.

— Есть, что терять. А как же супруга и младшие дети? Как же они? — я кивнул на сына Муррей.

— Если всю семью пустят под откос, какой в этом смысл? Если нас объявят предателями Империи?

— Это можно уладить. Я дам сбежать твоему сыну и дам тебе возможность предупредить жену, чтобы она скрылась. Они останутся живы и осудят только тебя, — я ухмыльнулся.

— Предлагаешь верить тебе на слово? — Вильям всё ещё держал руки наготове.

— А у тебя есть выбор? — я приподнял бровь. — Поверь, если я убью тебя на месте, то заставлю говорить твоего сына.

— Не смей, отпрыск Айонов. Откуда ты такой взялся?! — Вильям повысил голос. — Ещё несколько месяцев назад о тебе знать никто не знал. Просто школьник, хоть и одарённый, а тут…

— Не тебе рассуждать обо мне, — с холодом ответил я. — Что ты выберешь? Умереть одному, или же позволить умереть всей семье. Выбирай.

Муррей молчал. В гулкой тишине Домена я слышал, как тихо всхлипывает девушка.

— Вильям. Если ты дашь показания на суде Тринадцати, я лично попрошу Императора помиловать тебя и не преследовать семью.

— Так не будет, — тот мотнул головой. — Меня казнят, а на семью объявят охоту. Я знаю. Я могу просто убить себя сейчас, как и сына…

— И чего ты этим добьёшься, слизняк? — вставил я. — Трусливая шавка. Ты повёлся на обещания Веберов и Юдалл, захотел место потеплее и власти побольше, а сейчас готов отправиться на тот свет, лишь бы не выдать их. Где же Винсент и Кирк? Почему они не защищают своих Муррей?

Я не сдержал издевательского смешка — на лице Вильяма читалось абсолютно всё: он понимал, что никто не придёт спасать его. Он понимал, что сигнал тревоги он не отправил, в его дом до сих пор никто не явился, чтобы помочь. Юдалл и Веберам не было до него и его семейки никакого дела.

И даже если бы всё задуманное получилось, они бы первыми предали Муррей, не выполнив ни единого обещания, а лишь сосали с них деньги. Как поступили с Ноксами.

— Чего ты боишься, Вильям? — спросил я после минуты тишины. — Смерти? Или суда Тринадцати? Мы видели архивы, ты можешь просить милости для семьи, потому что большая часть из них не знала о твоих делах.

— Сын знал. Знал брат, что находится сейчас на границе. Знала супруга.

Мне показалось, или в глазах Муррей блеснули еле заметные слёзы.

— О чём ты вещаешь, Айон? Ты знаешь, что Император и суд примут решение казнить меня и семью.

— Ты сам виноват в этом, — вставил Эдвард. — Поддавшись искушению и тщеславию. Ты организовал нападение на кафе, где была Грейс Нокс и Неро Айон.

— Нет! Прошу, послушай! — взмолился Вильям. — Это была оплошность наёмника, или же его план. Когда мы узнали, что он изменил место взрыва мы разорвали с ним контракт, затем он пропал!

— Это не так важно, — я прервал его. — Может Юдалл и Веберы приказали твоему наёмнику сделать это, а ты не предотвратил.

Эта правда сейчас будет только лишней. Пусть Эдвард и дальше будет уверен, что союзники давно начали игру против Ноксов.

— Я даю тебе минуту, — проговорил я, начиная уменьшать пространство внутри Домена. — Да, ты можешь убить себя, но отвечать тогда будет вся семья. Или сдаться. Я отпущу твоего сына.

— Они всю жизнь будут в бегах? — голос Вильяма дрогнул.

— Что лучше? Бега или казнь?

Я чувствовал, что времени мало — резерв пустел с огромной скоростью. Мы и без Вильяма предоставим доказательства Императору, но так будет надёжней. Я готов был отпустить его сына и невесту, они мне были совершенно не нужны, а суд над Вильямом успокоит Эмилию.

— Поклянись Предвечному, что… Что… — голос Вильяма дрожал.

— Клянусь, что я не буду преследовать Муррей. А на всё остальное воля Императора, — ответил я.

Вильям снова замолчал. Глушилки скоро тоже израсходуют энергию, я укреплял Домен, как только мог.

— Решай.

Сквозь границы Домена я услышал, как на улице взвыла воздушная тревога — громко и протяжно. Что это? Бомбардировка? Мин прорвались через границу?

— Решай! — рявкнул я, не дав что-то сказать Эдварду, только открывшему рот.

— Хорошо! Я согласен! — похоже, что Вильям тоже услышал сирену. — Отпусти сына и невестку!

— Эдвард. Не преследуй их, прикажи наёмникам отпустить их и прислугу. Пусть бегут куда хотят. Тридцать секунд, и я впущу тебя обратно в Домен.

— А что потом? — было похоже, что Нокс слегка растерялся.

— Узнаешь. Двадцать секунд.

Я чуть сжал кулак, чтобы легче сдвинуть Домен и вытолкнул за его пределы сына Муррей и Эдварда.

— Что я наделал, что… — пробубнил Вильям и, наконец, опустил руки.

— Все получают то, что заслужили. Я тоже получу своё, уж поверь.

— Кто ты такой? Я не верю, что ты Неро Айон. Этого не может быть. Почему ты?

— Я — это я. И за всё, что я сделал, я тоже плачу сполна.

Эдвард вернулся в Домен даже раньше и кивнул, отвечая мне на незаданный вопрос. Сирена продолжала выть, и я услышал какие-то выстрелы и взрывы.

— Что там происходит? А если они… — Вильям завертел головой.

— Пусть спасают себя сами.

Я подошёл ближе к Муррей и схватил его за локоть.

— Эдвард! — я ослабил удерживание Домена и тот вскоре должен был схлопнуться. — За руку.

Тот подскочил ко мне и взялся за плечо, не задавая вопросов. Я сосредоточился на поместье. Грохот и взрывы становились громче, границы Домена уже тоже трещали, пропуская внутрь свет от утреннего солнца снаружи.

— Домой, — сказал я себе, собирая всю силу для одного перемещения.

Нас резко дёрнуло, и я почувствовал головокружение — перемещать кого-то кроме себя всё ещё давалось с применением большой части резерва. Нас выкинуло прямо в кабинете Мартина.

— Охрана! — тот вскочил из-за стола, вывел в воздухе контур щита и прикрылся им.

Гвардейцы ворвались в кабинет через секунду.

— Его! — я указал им на Вильяма, который был растерян и не понимал, что сейчас произошло.

Гвардейцы молча скрутили Муррей. Я пошарился в карманах и засунул ещё пару глушилок Вильяму в пиджак. Они уже ослабли, но камеру возьмут под защиту.

— В камеру. Следить внимательно. Не дайте ему совершить самоубийство, — быстро проговорил Мартин.

Он уже подошёл ко мне и помог подняться. Я вытер ладонью тёплую струйку крови из носа. Эдвард тоже не сразу понял, что произошло, но встал и, оглядевшись, не стал задавать вопросы, а молча сел в свободное кресло.

— Что происходит? — я подошёл к окну и увидел, что над поместьем несколькими куполами развернули еле переливающиеся светом щиты.

— Атака минцев. Самолёты прорвали воздушную оборону, — выдохнул Мартин.

— Предвечный, — буркнул я. — Нам нужно поторопиться, Веберы и Юдалл могли узнать, что мы были у Муррей. Они не должны успеть уйти.

— Понятно, — прадед схватился за телефон. — Я созову экстренный совет Тринадцати, но пока идёт бомбардировка, вряд ли это возможно.

— Должны успеть, — я открыл окно, наблюдая, как над небом метрополии несутся самолёты. — Сообщай.

Я сосредоточился на небе, собрал внутри себя остатки резерва и, чуть развернул ладони к небу, стал уплотнять облака в грозовые тучи. Много самолётов. Кружат. Лёгкие беспилотники. В небе идёт бой, но бомбардировка тоже не прекращается.

Собрать тучи так, чтобы разряды молний могли начать атаку. Почти не вижу, что происходит в небе. Высоко. Наши — тоже беспилотники, решаю, что буду бить по любой видимой цели, сложно.

Поток сосредоточился на этой технике — в небе засверкали разряды. Я вижу, как вниз ещё летят бомбы, метрополия пылает — находящихся в ней войск недостаточно, чтобы накрыть защитными куполами вообще всех.

Отбить воздушную атаку. Я должен, иначе…

Молний становится больше, я направляю разряды по тучам в разные стороны, вылавливаю взглядом любой самолёт — разряд, взрыв. Следующий. Разряд, взрыв. Молнии бьют часто и быстро. Атака почти прекратилась, они отступали. Ещё самолёты. Я сосредотачиваюсь и разворачиваю единую сеть из электрических разрядов — в небе случается фейерверк из взрывов, а затем я слышу только удаляющийся гул.

Ноги подкосились, и я облокотился на подоконник — резерв ещё был, но мощности на такую технику не хватало. Беспилотники были под слабыми щитами, но часть из них уцелела. Я не мог предсказать их стратегию, но бомбёжка закончилась и пока этого было достаточно.

Я дотянулся до телефона в кармане и позвонил Оскару.

— Мажорчик! — тот меня чуть не оглушил. — Ты заплатишь мне в три раза больше! Нет, бесов ублюдок, в пять раз! Мы только оторвались от гвардии, как налетели чёртовы минцы! Одного моего пацана…

— Вы смогли уйти? — я перебил его.

— Смогли мать твою, мажорчик! Какого Предвечного?! Что за бомбардировка?!

— Война, — выдохнул я. — Помогу всем, чем смогу.

— Помогай, бесов мажор! Пацаны раненые есть, если бы не бомбёжка…

— Перезвоню, — я почувствовал, как в висках начало звенеть, и это не было хорошо.

— Дай целителя, Локи не поможет!

— Понял. Будет целитель.

Я отключил звонок и глубоко задышал — нельзя сейчас просто расслабиться. Краем уха услышал, что Мартин говорит с Эдвардом и повернулся к ним.

— Я сообщил. Экстренный Совет Тринадцати состоится сегодня, через три часа, только главы и наследники.

— А Веберы и Юдалл? Они могут уже знать, что произошло.

— Если не явятся на Совет, то будет объявлен розыск. У нас есть все доказательства.

— Постойте, — вмешался Эдвард. — Для начала предлагаю выполнить ту часть нашего договора, что касается Ноксов.

— Без вопросов, — бросил я. — Документы, носители со всей информацией. — Я протянул руку.

Эдвард чуть поколебался, но вынул из-за пазухи пачку распечаток и протянул мне миниатюрный носитель. Мне хотелось самому просмотреть всю схему, по которой сработали враги, и ещё удостовериться, мелькало ли там имя Юстаса. Сейчас я даже не представлял, что происходит на самой границе.

Пролистав документы и швырнув Эдварду тут часть, где упоминались финансовые махинации в судостроительстве, а также упоминается, что Ноксы снабжали Юдалл и Веберов своими ресурсами, я сел за комп и подключил носитель.

Я просматривал документы, записи звонков, переписки. Брайс, Тодд, работа с наёмниками — все ступени так, чтобы без вот этих самых прямых доказательств нельзя было узнать наверняка, что Веберы и Юдалл были хоть как-то связаны с Айонами и Мин.

Даже имена минских генералов, письма от них, схемы прохождения через границу. Сроки исполнения приказов и планов. Абсолютно всё. И имя Юстаса я всё-таки там встретил. Сердце забилось чуть быстрее, но дядя не участвовал в заговоре.

Его использовали, Карл Вебер вёл с ним переговоры, говорил о том, что наша часть границы недостаточно защищена, приводил примеры, выяснял, какие войска Айонов находятся на границе, какая техника законсервирована, а какая находится в боевой готовности.

Но Айоны удержали границу. К нашему роду не может быть никаких претензий — всё, что происходит сейчас, уже в присутствии имперских войск, а значит, Мин стали действовать более агрессивно. Нужно было как-то узнать, подняли ли они свои силы «на борьбу» с вторжением.

— Мартин, позвони командующему Делари, нужны сведения, есть ли на границе и дальше от неё силы Веберов и Юдалл.

Я просматривал в документах всё, что касалось Ноксов. Договор есть договор, хотя где-то внутри меня не покидало чувство, что я просто могу не делать этого. Тогда Ноксы тоже станут врагами Империи. Руки ненадолго зависли над сенсором управления компьютером.

Нет. Мне нужны Ноксы. Нужны их ресурсы и союз. Нужна Грейс. Я и так снова потерял многих. Открыв дополнительный файл, я вырезал из документов всё, что касалось Ноксов и перекинул туда. Закрыл и зашифровал, решив оставить эту информацию для себя. Союз будет под моим контролем, так или иначе.

— Силы Веберов и Юдалл также на границе, — от мыслей меня отвлёк прадед.

— Понял. Эдвард, взгляни, я всё удалил, — я скрыл новый файл и развернул монитор к Ноксу.

Тот пролистал все документы и удовлетворённо кивнул.

— Мне нужно возвращаться в поместье Ноксов и сообщить всё Эмилии. Наследник Ноксов в академии за рубежом, как временный глава на Совете буду я один. Встретимся в Капитолии.

— До встречи, — ответил я.

— Наёмникам я приказал покинуть дом Муррей. Вторую часть оплаты они получат, как только я доберусь до дома. Бомбардировка даже сыграла нам на руку, в какой-то мере.

— Только метрополия попала под удар, — буркнул Мартин. — Вильяма мы привезём сами.

— Мне ничего не остаётся, как сейчас поверить вам, господин Айон, — Эдвард покосился на него. — Я не могу оставаться здесь до самого Совета.

Прадед ничего не ответил. Эдвард откланялся и вышел. Его ждала собственная охрана и провожать Нокса не было смысла.

Я всё ещё сидел за столом, когда дверь за ним закрылась. Мартин уставился на меня, будто ожидая каких-то ответов. Мы снова остались вдвоём.

— Я никого не убил, — процедил я сквозь зубы, — но оставил нам информацию о Ноксах. Не смей от неё избавляться. Договор я не нарушил. Мы не будет использовать эти сведения до тех пор, пока Ноксы не решат снова сыграть против нас.

— Хорошо, Неро. Ты поедешь на Совет со мной.

Я чуть наклонил голову и приподнял бровь.

— Правом исполняющего обязанности главы рода Айон я принимаю решение и объявляю тебя наследником рода.

— Без голосования и без допроса?

— Мы оба знаем, что это формальности. И мы их выполним. Но на Совете Тринадцати мне нужен ты. С сегодняшнего дня ты наследник рода Айон.

Глава 8

Несмотря на то, что на Совет нас ехало всего трое — я, Мартин и Вильям Муррей, складывалось ощущение, что в Капитолию решили явиться все Айоны разом. Нашу с прадедом машину сопровождали ещё две, гвардейцы-щитовики накрывали нас защитой, постоянно поддерживая полусферы щитов. В машине с Вильямом ехали ещё трое охранников, и их тоже сопровождал автомобиль.

Я не переживал, что Муррей что-то может натворить — судя по тому, как легко с ним получилось справиться, ранг Вильяма был не слишком высоким, как и в целом выходная мощность Потока. Меня волновало другое — по словам Эдварда, тот не успел кого-либо предупредить, но это только слова Нокса.

Скорее всего он не лгал, но мог просто не понять, что Муррей всё-таки отправил Веберам и Юдалл какой-то сигнал. Я напряжённо ждал, появятся ли они на Совете — от этого зависело, как я буду действовать дальше.

Мартин периодически косился на меня, похоже, что чувствовал мой Поток и понимал, в каком я сейчас состоянии, хоть внешне и не собирался проявлять какого-либо волнения и напряжения.

После бомбёжки по метрополии приходилось передвигаться с перерывами — тут и там громоздились завалы, обрушенные здания и покорёженные машины. На то, чтобы восстановить город уйдёт достаточно времени.

Я пялился в окно и понимал, что не хотел бы видеть свой город в таком состоянии снова: ещё не затушенные до конца пожары, воющие машины из госпиталя, снующие спасатели и куча мигалок.

Нас несколько раз останавливали военные, перегородившие вообще весь центр, и оставалось только надеяться, что Оскару удалось вернуться в трущобы. Прежде чем мы выехали, я попросил Мора нанять целителя, не обременённого гильдией, и за неплохую оплату, отправить в трущобы. Думаю, Оскар сообразит, кто ему звонит и по какому поводу. Предупреждать пришлось только коротким сообщением.

— Есть новости по Брайсу? — я решил немного отвлечься от предстоящего Совета.

— Пока нет, — Мартин покачал головой. — Меня больше волнует, как Совет воспримет информацию.

— Доказательства неоспоримы.

— А Вильям? Думаешь, он действительно станет свидетельствовать против них? — прадед нахмурился.

— Под влиянием менталиста у него не будет выбора. А учитывая компромат… — я сложил руки на груди. — К тому же, Муррей не стоит забывать, что я отпустил его сынка.

— Но то, что не он один из семьи знал, что помогает заговорщикам, ты из документов не удалил.

Я ухмыльнулся.

— Так ведь я и не обещал. Я сказал, что не буду лично преследовать Муррей, — я развёл руками.

— Так-то оно так, — крякнул Мартин, — усаживаясь поудобнее. — Но ведь парень, или жена Вильяма… Даже если их оправдают, может решить мстить…

— Может. Только вот о Муррей, как и о Туми, никому не придёт в голову марать руки. И если Туми хоть на что-то может надеяться, то с предателями Империи никто работать не захочет. Сомневаюсь, что даже наёмники решатся на это.

По лицу Мартина я понял, что моя улыбочка была больше похожа на оскал. Но прадед понимал, что я прав. Хорошо, что вспомнил о Туми.

— Предлагаю тебе поглотить Туми, — я заглянул Мартину в глаза.

— Что? То есть не родовой союз, а…

Я медленно закивал, наблюдая за меняющимся лицом прадеда. Он долго о чём-то размышлял, пока наш автомобиль резко не затормозил. Я подвинулся ближе к окну и насторожился, но, похоже, это был всего лишь очередной пост.

— Так что? — спросил я, когда машина снова двинулась.

— Не знаю, не знаю… Это будет выглядеть странно, учитывая обстоятельства и то, что ты сделал с Филом.

— Не всё сразу. К Алану тоже нужно найти правильный подход. Сейчас мы избавимся от Веберов и Юдалл, Ноксы уже на нашей стороне. Не важно, что они оказались в почти безвыходной ситуации, но Алан ходил к ним. Раз это дело нигде не всплыло, значит, до тех, к кому он ещё мог пойти, Туми просто не достучался.

Мартин погладил бороду и хмыкнул.

— Представь — Веберов и Юдалл не станет. Ноксы и Айоны — союзные рода, то бишь два голоса на Совете и общие активы. Два рода за один. Если не станет ещё и Туми… Это фактически нас останется десять. Вместе с императорским родом.

— Это же прекрасно, — я улыбнулся прадеду.

— Тринадцать всё равно останутся Тринадцатью, будут выбраны другие рода, — Мартин покачал головой.

— Знаю. Но сейчас Императору, как и Совету, нужно решать проблему Мин, а значит, это тоже случиться не сразу.

— Неро, а что случилось с Тринадцатью там, в твоём будущем?

— Тебе какое время? Многое происходило… — я отвёл взгляд и посмотрел в окно.

— До того, как ты убил Императора.

— Если ты думаешь, что я был один — ошибаешься. В сопротивлении было много людей, я много лет был подпольщиком-террористом. Нам было нужно, чтобы народ поверил нам, чтобы поднял восстание. Это продолжалось лет восемь, если не дольше. Я тогда не следил за временем.

Я почувствовал, что Поток всколыхнулся, поглощая возникшую неясно откуда гневную эмоцию.

— То есть ты…

— Я говорил тебе, что мне не нужен был трон. Это было лишь следствие всего, что было сделано. Ярлык, который я наклеил на себя, чтобы иметь возможность…

Я осёкся. Я не помнил, что именно я хотел сделать или сделал. Эту часть я не мог вспомнить и когда только вернулся сюда. Это было что-то очень важное, именно тогда пришёл тот старикан.

Как только я закончу с заговорщиками, снова вернусь к этому вопросу. Я устал и понимал это всё больше и больше. Самое главное — я устал действовать так, словно за меня всё решили и направили по «нужному» пути.

— Я понял, Неро, — Мартин вздохнул. — А когда ты был в сопротивлении, что было с Тринадцатью?

— Сомерсет искал Айзека, который был со мной в подполье, а затем предел. Туми убрались из Империи, как только нагрянули минцы, буквально через год. Веберы, Юдалл и Ноксы делили власть, а имперский род прогибался под их интересы. Менталисты держали нейтралитет, мне и дальше перечислять?

— Довольно. Может быть, Совет Тринадцати изжил себя?

— Предложи иной расклад, — хмыкнул я. — Ни один из знатных родов просто так не откажется от своего места. Ну, кроме Туми, от которых почти ничего не осталось.

— А война?

— С Мин? Она не длилась долго. Веберы и Юдалл, как и планировали «героически отбили» наступление, а затем взяли на себя роль привести минцев мягко и постепенно. Переговоры, мирное урегулирование, часть земли империи в дар. За те годы, что я был в сопротивлении минцы паутиной оплели империю. Законы становились жёстче, налоги выше, работы меньше.

Прадед только покачал головой.

— И каким ты видишь иное развитие событий? Если изменить именно это удастся?

— Уже. Мы уже это делаем. До Капитолия осталось ехать совсем немного, Мартин. Империя отобьёт вторжение, войны не будет. Всё просто будет в норме. Пусть избирают новые рода, у нас уже больше сил с Ноксами, а если будут ещё и активы Туми…

— А что тогда будешь делать ты? Ведь всех этих восьми… Или сколько ты сказал, лет, просто не будет, ты не доберёшься до точки отправки.

— Я же доживу до неё, — я улыбнулся. — Надеюсь.

— Тьфу ты, — прадед отмахнулся.

— Не знаю, что буду делать, — я пожал плечами. — Пока не знаю.

* * *

В зале, где должен был пройти Совет Тринадцати, витало почти ощутимое напряжение. Его при желании, наверное, можно было пощупать рукой, поймать перед тем, как оно поднимается по своды высоченного потолка.

Здесь я бывал очень редко — в той жизни. В этой же, я вошёл в зал впервые. Ряды кресел в амфитеатре разделяла колоннада, внизу под софитами возвышалась трибуна, у которой уже стояла личная охрана Императора. Ганс не часто вёл заседания сам, только в исключительных ситуациях.

Гвардейцы в белых костюмах стояли по четырём сторонам трибуны и смотрели каждый перед собой.

За нами с Мартином гвардейцы вели Вильяма, который не поднимал взгляд, несмотря на то что он точно видел зал Капитолия впервые.

Главы родов и наследники садились на первые ряды и, заметив, что Мартин переговаривается с секретарём Совета, начали перешёптываться. Я поискал глазами Кирка Вебера и Винсента Юдалл, но ни тот, ни другой пока не явились и меня это напрягало.

— Привет, а что произошло?

Меня чуть дёрнуло от неожиданности, и я еле успел поймать себя, чтобы не занять боевую стойку. Сзади подошёл Айзек Сомерсет. Его отец коротко кивнул мне и не дождавшись пока к нам повернётся Мартин, последовал на место.

— Привет. Скоро узнаешь, — ответил я и пожал Айзеку руку.

— Отец сказал, что твой прадед доложил самому Императору и созвал срочный Совет.

— Это так.

— Надеюсь, что войны не будет, — Зак вздохнул. — Новости с границы постоянно приходят. Там что-то случилось сейчас, но я не успел дочитать. Отец заставил выключить телефон.

Я кивнул. Что именно там случилось? Войска прорвали защиту? Зная, что силы Веберов и Юдалл уже там, можно было предположить, что они решили помочь минцам, раз уж план шёл крахом.

— Ладно, я пойду. Жаль, что не можем поболтать, — увидев, что я задумался, произнёс Айзек.

— Поговорим ещё, — я попытался улыбнуться.

Я подошёл чуть ближе к Мартину, чтобы послушать, что говорит ему секретарь. Высокий мужчина с аккуратной чёрной бородой, имени которого я не знал, сообщил, что за трибуной будет развёрнут экран, чтобы передать на него изображение.

Мне становилось сложнее дышать — я не волновался, но духота казалась невыносимой. Краем глаза я заметил, что на Совет явился Кирк Вебер с сыном — моё сердце забилось чуть быстрее: неужели не узнал, кто созывает Совет? Обычно никто не уточняет, кем инициирован срочный сбор, но в такой ситуации на месте Кирка я бы обязательно спросил.

Пока Мартин что-то ещё объяснял секретарю, я поискал глазами Юдалла, но вот его нигде не оказалось. Возможно, что это запланированный ход — Юдалл бегут или занимаются границей, а Кирк… По спине пробежался короткий, но ощутимый холодок: Вебер мог тоже иметь при себе компромат. На Тодда и Брайса. Если Совет узнает, что кто-то из Айонов участвовал в заговоре против Империи, то наш род тоже осудят. Если Мартин сам скажет о Брайсе, то, возможно, что охоту откроют только на него. Но я сомневался, что это будет именно так — в таких случаях весь род объявляется врагами Империи.

Если Веберы и Юдалл почувствовали или как-то узнали, что всё рушится, то могли решиться на последний бросок.

К трибуне подошёл секретарь Совета и постучал по микрофону, привлекая внимание. Мы с Мартином всё ещё стояли у амфитеатра, и я пытался сообразить, как избежать сведений о Брайсе, или подать их как-то иначе.

Из тех документов, что были у нас, я удалил имена Брайса и Тодда как раз с этой целью. Разборки Айонов и заговорщиков — наше дело. Императору было достаточно знать, что они привели сюда Мин.

— Прошу минуту внимания! Император Ганс Кларет Первый готовится. Прошу никого не покидать зал, выключить телефоны. До начала собрания Совета Тринадцати осталось три минуты.

Я побарабанил пальцами по подбородку.

— Нужно занять место, — меня за локоть чуть дёрнул Мартин.

— Подожди.

Как же… Как. Как. Как? Я искал в памяти то, что не дало бы Кирку Веберу подставить Айонов.

— Точно, — прошептал я сам себе. — Иди Мартин, я сяду через минуту.

Прадед кивнул.

Я чуть отошёл назад, так, чтобы меня не сверлил взглядом Кирк Вебер. Гвардейцы с арестованным Муррей тоже стояли чуть поодаль и на них косились абсолютно все представители Тринадцати.

Муррей молчал и не дёргался. Он знал, что сейчас ему никто не поможет. Мы привезли Вильяма прямо на Совет и в данный момент он не мог говорить о каких-то нарушенных правах или чём-то подобном. Совет Тринадцати — высшая инстанция и суд, а потому Муррей молчал и смотрел в пол.

Я позвонил Артуру.

— Перешли мне протокол допроса Айонов, — без приветствия сказал я.

— Это займёт пару минут, — быстро ответил Артур. — Нужно дойти до компа.

— Иди быстрее. Жду.

Я отключил звонок — время поджимало. Я понимал — открыв то, что Айоны проводили допрос под воздействием менталиста перед всем Советом Тринадцати, придётся объясняться. Но сведений о заговоре с Мин нет, а значит, Мартину нужно говорить только о том, что Веберы и Юдалл с помощью Брайса хотели узнать о слабых местах нашего рода, не более, и к безопасности Империи это не имеет никакого отношения.

Рискованно, но это будет аргумент, с которым невозможно будет поспорить — по отчёту Алиаса, Брайс был чист и непричастен к заговору. Я сел к Мартину и вкратце рассказал ему, что следует говорить, если Вебер решит потопить нас. Юдалл так и не пришёл, но сейчас я не мог сорваться на его поиски или выяснить, где находится Винсент.

Я ждал файлы протокола и сжимал телефон в руке. Секретарь объявил начало Совета и к трибуне выше Ганс Кларрет.

В ушах у меня стучало. Я быстро перевёл телефон в беззвучный режим, но, взглянув на экран понял, что сети почти нет, а файлы до сих пор не пришли. Из-за напряжения я не слышал, как Ганс произнёс короткую открывающую речь и поднял взгляд, когда присутствующие гулко повторили «Истинно так».

— Сегодняшний экстренный Совет бы созван по причине того, что исполняющий обязанности главы рода Айон, господин Мартин Айон сообщил, что располагает сведениями, доказывающими, что среди Тринадцати есть предатели Империи, подпустившими Мин к нашим границам, — раздался из динамиков, развешанных по залу голос Императора.

Главы еле слышно загудели. Все сидели плотно, в первом и втором рядах амфитеатра. Я не мог посмотреть за реакцию Кирка — он сидел слева и позади нас.

— Господин Мартин Айон, — Ганс обратился к прадеду. — Как председатель сегодняшнего Совета, прошу вас выйти к трибуне и высказаться.

Мартин тяжело поднялся и пошёл спустился к трибуне. Я провожал его взглядом, одновременно пытаясь посмотреть на Кирка, но из-за приглушённого освещения амфитеатра, лицо было видно не очень хорошо.

— Уважаемые главы Тринадцати, — Мартин встал к микрофону.

Ганс занял кресло с высокой спинкой напротив трибуны. Теперь мне была видна только его макушка. Кресло стояло у самой стены, разделяющей и приподнимающей амфитеатр над кругом с трибуной.

— У рода Айон есть неоспоримые свидетельства, что среди нас есть предавшие Империю, — он взял небольшую паузу.

Мне казалось, что Мартину тяжело, но пока я не мог говорить вместо него. Если будет нужно, я возьму ситуацию под контроль, но пока нужно немного подождать. После первых слов прадеда зал снова загудел, но секретарь призвал всех к тишине. Ганс Кларрет молчал.

— У меня есть вещественные доказательства, — он вынул из-за пазухи миниатюрный носитель и чуть приподнял папку с распечатанными документами. Предатели Империи, подпустившие к границам Мин, это рода Вебер и Юдалл.

Зал снова забурлил, взгляды, в том числе и мой, устремились на Кирка, который держал лицо и молчал.

— Позвольте показать? — Мартин смотрел на Ганса.

— Позволяю.

Голос Императора холодно лязгнул и его было слышно даже несмотря на перешёптывания.

Секретарь поставил перед Мартином миниатюрный лэптоп, подключил носитель и вывел изображения на экран за трибуной. Один за одним на нём мелькали изображения, фотографии, отсканированные документы, переписки. Мартин сопровождал открывающиеся файлы объяснениями.

В зале стояла такая тишина, что я слышал собственное сердце в те моменты, когда прадед замолкал. Я на мгновение отвлёкся и достал телефон — протоколы допроса всё ещё не пришли.

Кирк не проронил ни слова, мне казалось, что он вообще застыл. Он был спокоен, будто знал, что именно это и будет сейчас происходить. Он молчал, ожидая чего-то. Возможно, что тянул время. Хотя просто сбежать из зала Совета ему в любом случае не удастся. Если он знал, чем всё закончится, то мог выслать семью, чтобы они успели сбежать и пожертвовать собой, чтобы…

— Есть ли у вас ещё свидетели? — от мыслей меня отвлёк голос Ганса.

— Да, — кивнул Мартин. — Вильям Муррей, чьё имя вы сами могли наблюдать в предоставленных доказательствах.

— Он сейчас присутствует?

— Да. Позвольте привести его? — поинтересовался Мартин.

— Позволяю.

Мартин подал сигнал нашим гвардейцам, и они вошли в зал с Вильямом, которого, похоже колотило от одного вида зала, Тринадцати и Ганса Кларрета. Я покосился на Кирка — лицо того скривилось, возможно, он не ожидал, что у нас будет ещё и живой свидетель. Его марионетка, которая отпиналась от него, как только предоставилась возможность.

Вильям отвечал на вопросы Мартина и Ганса, подтверждая всё — от террактов, до связей с Мин и предоставления своих ресурсов Веберам и Юдалл. Я не понимал, чего ждёт Кирк, но он явно не собирался бежать.

Ганс Кларрет поднялся и занял место у микрофона. Жестом он приказал нескольким своим гвардейцам, стоящим у дальней стены, увести Вильяма.

— Господин Кирк Вебер, — проговорил он. — Вам есть что сказать? У вас есть возможность высказаться.

Я снова посмотрел на экран телефона. Где Предвечный носит Артура?

— Выскажусь.

Кирк встал и проследовал к трибуне, но не встал к микрофону, а повернулся спиной к Мартину и осмотрел зал с лёгкой улыбкой. Я понял — он готов был сдаться, но прихватить собой Айонов.

— Всё показанное на этом экране — чистая правда.

Зал загудел, Ганс Кларрет оставался невозмутим.

— Я продолжу, — сказал Кирк, когда все немного успокоились. — Хочу, однако, заметить, что предоставленные господином Айоном доказательства неполные и им было опущено несколько интересных деталей.

Я сжал в руке телефон так, что ещё немного и мне казалось, что он треснет. Коротко завибрировало уведомление, и я открыл письмо от Артура. Файлы скачивались в память очень медленно, будто издевались надо мной.

Кирк мог заговорить и о Ноксах, но они не имели непосредственного отношения к самому вторжению, их причастность не была доказуема на сто процентов, а потому сам Эдвард не выказывал никакого внешнего волнения. Даже если Кирк расскажет о них, то сведений вряд ли будет достаточно, чтобы объявить их врагами Империи, тем более что теперь Ноксы защищены родовым союзом с Айонами. Файлы скачались наполовину.

— Дело в том, что, как и показано в данных файлах, Веберы и Юдалл действительно организовали пересечение границы минцами и попытку прорыва, не безуспешную, надо сказать, со стороны владений Айонов.

Кирк говорил нагло и развязно — похоже, решил, что ему больше нечего терять.

— Но некоторые планы не были бы приведены в исполнение, если не помощь самих Айонов.

На этом моменте Ганс повернулся к Мартину, который будто постарел ещё на десяток лет, а зал взорвался возмущением.

— Позвольте продолжить. Среди Айонов были те, кто сотрудничал с нами, у меня тоже есть доказательства этого, которые уважаемый Мартин не посчитал нужным предоставить.

Ганс впился взглядом в стоявшего слева от трибуны прадеда. До окончания загрузки оставалось ещё тридцать процентов, и я обязательно должен был успеть, и то, что Кирк театрально тянул время сейчас играло мне на руку.

— Вы знаете, о чём говорит господин Вебер, господин Айон? — голос Ганса заглушил переговоры глав Тринадцати.

— При всём уважении, Ваше Императорское Величество, нет, — Мартин покачал головой.

— Лжец, — прошипел Кирк. — Ты знаешь, чем эта информация обернётся для Айонов, а потому отрицаешь. Но не у одного тебя есть доказательства…

Если я докажу, что Брайс был чист на допросе, то свидетельства по Тодду станут неактуальны и недоказуемы, но файлы всё ещё не загрузились.

— Прошу говорить по существу, господин Вебер, — его перебил секретарь.

— У меня есть доказательства, что Брайс Айон и Тодд Айон также участвовали в заговоре, — Кирк оскалился.

— Ваше Императорское Высочество, — я встал с места, перебив Кирка и обратив на себя внимание всех. — Я прошу позволения высказаться против Кирка. Брайс Айон не был участником заговора.

Я прочитал в глазах Кирка, что тот понял — речь о допросе. Я шёл напролом, хотя до конца загрузки оставалось ещё пятнадцать процентов. Но это был мой единственный шанс остановить Кирка именно сейчас.

Я сосредоточился на течении Потока и на том, что сейчас было так важно — успеть. Кисть начало невыносимо жечь, голову и позвоночник прострелила боль, перед глазами вспыхнуло несколько странных образов и у меня получилось. Время стало густым и тягучим, я смог замедлить его ход.

Глава 9

Этот эффект не продлится вечность, однако я не ожидал, что блок будет повреждён именно таким способом. Замедление случилось, будто мой Поток сейчас обладал собственным сознанием и давал несколько мгновений на передышку и на то, чтобы взять под контроль желание решить всё так, как мне на самом деле хотелось.

Я знал, что подписанные Алиасом и гильдией протоколы рассмотрят в любом случае, что бы не говорил Кирк, но мне нужны были эти секунды — я пытался вспомнить…

Этот день, годы назад. Что тогда произошло и почему? Временные линии и эффекты от событий сейчас накладывались друг на друга, неожиданно наломавшийся блок не только помогал, но и мешал. Я медленно вдохнул, понимая, что не должен давать волю эмоциям. Но в той жизни я ждал очень долго — больше восьми лет и сейчас, даже небольшое промедление казалось мне смертельным.

Может потому я позволил себе отдаться на откуп неясным эмоциям, но образы — мутные, неживые, но в то же время такие отчётливые смешивали между собой обе реальности. Секунды тянулись, а я пытался понять, для чего Кирк сделал именно такой ход и, что было более важным — что в данный момент делали Юдалл. И они, я был почти уверен, сейчас активно действовали на границе.

Я сосредоточился на том, чтобы собраться и не дать волю желанию просто убить Кирка на месте — так я разрушу всё, к чему скрипя зубами всё-таки дополз.

Эффект замедления прошёл. Я стоял молча, ожидая реакции Ганса Кларрета. Я хотел решить этот вопрос сейчас, а не терпеть волокиту, которая могла затянуться ни на один день и дать Юдаллам место для манёвра.

Даже если Винсента и семью найдут быстро… Даже пара лишних часов промедления могут сыграть важную роль и если при этом я и Мартин будем связаны по рукам, то предугадать, чем это обернётся, я не рисковал.

— Юноша, вам есть что сказать? — Ганс поднял на меня взгляд.

— Неро Айон ещё не назначен официальным наследником, у него нет права голоса! — встрял Кирк.

— Господин Вебер, ведите себя подобающе, — Кирку снова сделал замечание секретарь.

— Я получил независимость от рода Айон, но всё ещё являюсь его частью. У меня есть протоколы допроса членов старшей семьи Айон, где чётко обозначено, что Брайс не принимал участие в заговоре против Империи.

— Для чего тогда был допрос?

Кирк волновался, он понимал, что мы могли провести подобный допрос по своему усмотрению, не отчитываясь ни перед кем, для чего тот понадобился. Я промолчал, потому как не обязан был объясняться.

— Господин секретарь, прошу, — Ганс указал на меня жестом, попросив секретаря взять у меня файлы.

Когда я вложил телефон в ладонь секретаря и сказал, как подключить, перед глазами всё снова поплыло: я видел границу и как войска Мин прорывают оборону, видел ослабленных магов, видел, как собственные силы Юдалл и Вебер идут против войск Империи.

Да, я спешил именно поэтому, но не мог знать, как работают видения и откуда вообще берутся — я видел раненого Джеда задолго до того, как это произошло, но понимал, что на границе всё или уже так, или совсем скоро станет.

Напряжение в зале можно было потрогать руками, я чувствовал Поток каждого, кто сидел вокруг. Я слушал шум в ушах и только ждал, когда Ганс примет хотя бы предварительное решение. Все протоколы были заверены Алиасом и гильдией и являлись безоговорочным доказательством.

— Арестуйте Кирка Вебера и его наследника, — проговорил Ганс громко, но спокойно. — А также всех членов старшей семьи и других ветвей.

— Позвольте! Но Тодд! Это подстава Айонов, — возмутился Кирк, пытаясь привлечь внимание Императора.

— Не думайте, что это всё, — сказал Ганс, когда к Веберу уже подступили гвардейцы. — Рода Юдалл и Вебер пройдут суд.

— О, это не конец, — прошипел Кирк. — Не конец.

Стены мелко задрожали, и я услышал гул. Его услышали и все остальные — они подскочили со своих мест и взглядом искали, откуда идёт глухой звук. Вибрация становилась сильнее, затем послышался глухой взрыв. Тряхнуло. Потом ещё сильнее — Капитолий пытались подорвать, но его пока спасали усиленные щиты. По одной из стен проползла трещина, где-то громыхнуло что-то упавшее, словно часть стены или потолка.

Я увидел, как Кирк применяет силовой щит, откидывая не ожидавших этого гвардейцев и собирает в руках сгустки шаровых молний. Швыряет в Мартина. Успеваю прикрыть прадеда щитом. Сосредотачиваюсь на форварде, но не вижу, что будет дальше. Пульс набирает скорость.

В зал врывается группа человек из двадцати, похоже, не маги, но вооружены до зубов. Первые автоматные очереди взяли на себя гвардейцы. Подрыва не вышло, и наёмники пошли штурмом. Среди них мелькали минцы.

Вебер попытался отойти и скрыться — магам Тринадцати не нужно долго времени, чтобы справиться с таким отрядом. Снова прозвучал взрыв — кто-то бросил гранату, пробившую щиты.

Я переместился к отходящему к выходу Кирку, сбил его с ног, но получил электрический разряд в грудь. На мгновение в глазах потемнело, но я схватил Кирка за пиджак, создавая лёд из чистой энергии — холодная корка поползла по моей руке, но Кирк дёрнулся назад, крикнул одному из наёмников и в меня полетел огненный сгусток.

— Ты никуда не уйдёшь, — прошипел я, чувствуя, как чужая техника обжигает ногу ниже колена.

— Я…

Кирк хотел что-то сказать, но только глухо застонал, потом начал хрипеть и подёргиваться. Я коротко оглянулся — прямо на Вебера смотрел Ганс. Магия крови работала так, что Кирк не мог пошевелиться или вскрикнуть, но я увидел в его взгляде боль.

Я швырнул Вебера на пол и, выведя над ним контур ловушки, прижал к каменному полу Капитолия. Развернулся — я стоял чуть правее тех наёмников, что ещё стояли на ногах. Несколько были убиты или ранены, но при беглом взгляде я понял, что и некоторые главы Тринадцати пострадали.

Выловив взглядом троих, что стояли ближе, «натянул» невидимый лук, образовывая на кончиках пальцев огненные стрелы и веером пустил их в террористов. Их одежда вспыхнула. Ещё несколько ударов сгустками чистой энергии Потока, самой концентрированной и мощной, на которую я был способен: я методично добивал тех, кто лежал на полу. Нужно было оставить кого-то из минцев.

В зал уже вырывались наши солдаты, Вебера вытащили из моей ловушки применив технику рассеивания, скрутили и заблокировали щитами. На глаза попался минец, прижавшийся к стене хлопал глазами и целился в меня из винтовки.

Щит. Ловушка.

— Живых не добивать! — я услышал голос командира ворвавшейся группы.

Из-за блока и слишком концентрированной энергии, я чувствовал, что Поток ведёт себя не стабильно, но если выплесну излишки бесконтрольно, пострадают все.

— Выходите! — крикнул командир в шлеме мне почти в ухо.

Я глубоко дышал, почти невидящим взглядом наблюдая, как уводят Вебера и как остальные эвакуируются из здания. Кирк решил, что ему нечего терять и думал, что сможет убрать глав Тринадцати и Императора одним махом, потому тянул время. Если бы эта акция была хорошо подготовлена, то справиться было бы сложнее, если бы вообще получилось.

— Возвращаемся. Граница на волоске, — меня под локоть подхватил Мартин.

— Где находятся Юдалл? — я повернулся к нему.

— Их найдут, это больше не твоя задача, — выдохнул он.

— Моя. Они не должны прорвать оборону. Война не должна начаться.

В висках стучало, снятый хоть и частично, блок действовал на тело отвратительно, начало скручивать суставы, резерв не был полон.

— Неро, ты всё равно не победишь Мин в одиночку. Имперские войска отобьются, минцы отступят.

Нас уже ждала машина. Капитолий был окружён бронемашинами и накрыт куполами щитов. В небе неслись чёрные тучи, а вой сирены и сигналы военных машин врезались прямо в мозг. Мне нужно было восстановиться как можно скорее.

— Вебер арестован, Юдалл тоже скоро возьмут. Всё, Неро. Всё.

Мартин потряхивал меня, думая, наверное, что я горю желанием телепортироваться к Кирку или к его семье, чтобы перебить прямо сейчас. Но я не смотрел на прадеда. Уставившись в одну точку, я наблюдал, картины того, как собственная сила застилала мне глаза, как в последние годы перед тем, как убить Ганса Кларрета я решал всё только силой, забыв о том, что достаточное многие из Айонов всё ещё были тогда живы.

Я никого не искал и не пытался вернуть — я горел жаждой крови. Я мстил за погибших, забыв о живущих. Для меня семья, все ветви рода, наше изгнание из Тринадцати стали флагом, под котором я шёл, но не думал о них.

Когда я вернулся во времени, мне казалось, что бросив всех Айонов там, куда из забросили после вторжения Мин, я сделал им лучше, я хотел уберечь их от моей мести и такой жизни. Но это не было правдой. Тогда я не думал о них, не болел за них сердцем.

Я назвал это блоком, но похоже, что всё-таки чувства, что я испытал вернувшись, всё-таки были установкой. Такое отношение к семье, к её членам. Беспокойство не только о статусе рода, но и о каждом близком. Даже о таком уроде, как Брайс.

Я сжал зубы — если правильно сформировать намерение, то можно переместиться к Брайсу. Я не знал, как далеко может закинуть телепорт, но был уверен, что достаточно. Резерва на прыжок хватит, но увидев установку изнутри, чувствуя головную боль и судороги в ногах я понимал, что Брайс даст мне отпор и не был уверен, что смогу не сдержать обещание убить предателя на месте.

Сейчас я даже не мог ответить себе на вопрос — на самом ли деле семья была настолько дорога мне. То, как я подписал все необходимые бумаги и закрылся от всего в академии, помнилось отлично, а вот то, что я тогда на самом деле испытывал — нет.

— Суд и приговор не станут откладывать надолго, — из мыслей меня снова выдернул прадед. — Он состоится в ближайшие дни. Как только всех Веберов и Юдалл арестуют. Ты знаешь, чем это закончится. Ты добился своего.

Да. Так или иначе будет казнь. Не всех причастных к эти родам, но многих. А те, кто останутся в живых будут изгнаны, лишены статусов и денег. Как когда-то Айоны. Я перевёл на него взгляд и только кивнул.

— Я хочу на границу, Мартин, — коротко сказал я. — Там мне будет проще.

— Не слушай эмоции, — ответил тот.

Оно был прав. Меня снова тянуло в сторону войны и крови. Я позвонил Оскару — сейчас я не хотел ехать домой.

— Эу, мажорчик! — голос у того был на удивление весёлым. — Слушай, я не знаю как, но ко мне сюда явился не только частный целитесь, но и твой дружок такой, рыжий. С подружкой и ещё одним хреном.

— Не понял, — меня переключило с мыслей о войне сюда, в настоящее и более понятное.

— Чё не понял, твой дружаня тут, с девкой и братом её, — Оскар глухо засмеялся.

— Помощь нужна?

— Помощь тут всегда нужна, сейчас в трущобах куча минцев, ещё какие-то левые банды, которых я знать не знаю, — ответил он.

Значит брат Люции, наконец, вернулся. Одного я понять не мог — как Джед нашёл Оскара и почему вообще оказался в трущобах.

— Мартин, я не еду домой, — я покосился в окно и понял, что машина движется очень медленно.

— Что? — удивился прадед.

— Мне нужно отлучиться.

— Куда? Сейчас на улицах метрополии не безопасно.

— Хочу помочь одному приятелю, — я слегка улыбнулся. — Думаю, это не замёт много времени.

Мартин успел только набрать воздух в грудь, чтобы что-то сказать, но я уже крикнул водителю, чтобы тот притормозил.

— Неро…

— Скоро вернусь, — я лишь искоса посмотрел на Мартина, когда выскакивал из машины. — Защитить себя я смогу, ну, ты и сам знаешь.

* * *

Оскар наблюдал, как девица с выкрашенными в розовый цвет волосами помогает своему братцу штопать пострадавших пацанов. Ранены были не только те, кто еле успел унести ноги при начале бомбёжки, но ещё куча обычного народа — и мужики, и старичьё, и дети. Трущобы тоже нехило задело.

Всю эту больничку они как-то быстро развернули — второй целитель, приехавший от мажорчика тоже никуда не собирался и помогал, чем мог. Рыжий пацан не отставал. Чего они тут ошивались, вообще было непонятно.

Людей рядом с маленьким домом Локи набилось, как на бесплатной раздаче жратвы, и все хотели, чтобы им помогли. Сам же Локи попивал из стакана мутную жидкость и вообще не лез к этим «волонтёрам».

— Эй, ржавый, — позвал Оскар, снова забыв, как того зовут.

— Меня зовут Джед, — отозвался парень, недовольно нахмурившись.

— А, — Оскар махнул рукой.

— Чего ты хотел? — Джед двинулся к нему.

— Это у тебя надо спрашивать, чего хотел, — он усмехнулся. — Развернули тут холерный барак, волонтёры недоделанные.

— Разве тебе не нужна была помощь?

— Вот у меня и возник вопрос, как ты сюда попал. Мажорчик вроде не знакомил нас, всё говорил: я сам, не хочу никого в это впутывать, бла бла бла…

— Он и не впутывал. Я узнал, что к чему у Мора, Наставника Неро. Я рассказал ему, что приехал Грегори Эммер — брат Люции. Он очень ждал, когда тот объявится. Мор сказал, что тебе нужна помощь и что Неро явно здесь объявится.

Оскар приподнял бровь и отмахнулся — серьёзно? Это действительно настоящая причина?

— Обычно за помощь говорят спасибо, — рыжий снова нахмурился.

— Ага, — Оскар сложил руки на груди, — это очередная услуга, за которую я мажорчику снова буду должен. Вот и всё.

— Неро не такой, — Джед улыбнулся и отрицательно мотнул головой.

— Именно такой, рыжик. Ты или плохо своего дружаню знаешь, или сам живёшь в соплях с сахаром, — Оскар оскалился в издевательской улыбке.

— Не живу я в соплях. Пошёл ты.

Рыжий отмахнулся и повернулся к Оскару спиной, снова направляясь к страждущим. Конечно, целых два целителя припёрлись. Тут уже не только раненые всех цветов и размеров, но и те, кто «ой, сынок, у меня тут спина хрустит, голова болит, тошнит».

Оскар протяжно вздохнул — их тоже можно было понять.

Напряжение не отпускало — минцы всё ещё скрывались в трущобах, а вся прочая шваль повылезала, чувствуя, что полицаям и гвардии в это время на отбросы Империи плевать чуть больше, чем обычно.

Оскар видел, как в метрополии тут и там вспыхивали купола щитов, как армия шныряла туда-сюда и пыталась контролировать ситуацию, как эвакуировали элитные районы. Видел всё это пока они возвращались после бомбёжки, а потом ещё и с косой радиовышки в западной части трущоб.

Только вот их никто не хотел эвакуировать. И Оскар понимал — если «там» поймут, что часть диверсантов и террористов укрылись в трущобах, то зачистят всех, не разбираясь, кто есть кто. И это заставляло сжимать челюсть до болит и смотреть исподлобья, как целители и эти двое кудахчут над ранеными и больными.

Среди его людей магов было совсем немного, да и те слабаки, а значит самим убрать минцев из трущоб вообще не представляется возможным.

— Оскар.

Он оглянулся на знакомый голос — по улице к дому Локи и всему этому полевому госпиталю шагал сам мажорчик. Чёрный приталенный пиджак был в какой-то серой пыли, под глазами залегли синяки, отросшие волосы растрепались. Вообще весь его вид говорил, что тот сам будто только что из-под бомбёжки вылез.

— Ты чё, пешком пришёл? — Оскар усмехнулся.

— Почти, — Неро тряхнул головой, откидывая с лица пряди.

— Будто в мясорубке был, — он хмыкнул. — Покуришь, а?

Тот пожал плечами, но протянул ладонь. Особо не торопился он к своим друзьям, а Оскару показалось, что с ним-то он поговорит вообще в последнюю очередь.

Мажорчик смачно затянулся, выпустил в небо облачко дыма, прикрыв глаза, а затем вернул Оскару сигарету.

— Не моё всё-таки.

— Ты нормально вообще?

По лицу было видно, что тому херово, да и вообще его слегка пошатывало. К своему удивлению Оскар почувствовал, что Поток Неро нестабилен, что он бушует, хотя резерв неполон. А по лицу и не скажешь.

— Не нормально, — он открыл глаза.

— Кулаки чешутся? — Оскар хмыкнул. — Так тут полно тех, об кого их можно почесать.

— Я только за, — Неро натянуто улыбнулся. — Просто покажи пальцем и скажи «вот враг».

Оскар только собрался сказать, что такая зачистка будет к месту, пока сюда не нагрянула армия, как мажорчику подскочил этот ржавый парниша и его подружка, которая что-то с ходу начала щебетать и рассказывать, размахивая руками.

— После заката, — Неро повернулся к нему, прежде чем компашка решила увести того к братцу девки. — Мы пойдём после заката.

Оскар хмыкнул и кивнул, до заката оставалось ещё несколько часов.

Глава 10

Меня так быстро оттянули от Оскара, что я не успел выяснить подробности обстановки в трущобах. Сейчас приструнить банды и убрать часть минцев — временная мера, я бы даже сказал полумера. От трущоб нужно было избавляться, только не так, как планировали заговорщики — непомерными налогами и совершенным отсутствием перспектив для жителей.

Наше неравенство и так было диким — даже семья Джеда для жителей трущоб была представителями знати, если не больше. Прямо сейчас, конечно было не до реформ, но…

— Эй, ты слушаешь вообще? — Люция пощёлкала пальцами перед лицом.

— А, да, — я кивнул.

— Он хочет с тобой поговорить. Грегори, мой брат, — она указала на высокого парня, занимающегося каким-то раненым мужиком.

— Знаю, сейчас поговорим.

Мы прошли мимо нескольких скамеек и ящиков, где разместился народ. Кто-то сидел на грязных подстилках, кто-то притащил какие-то раскладушки. Народу, в целом, было достаточно много. Я понимал, что сюда сейчас притащились вообще все, кто смог дойти.

— Ты как? Очень плохо выглядишь, — Джед осмотрел меня с ног до головы.

— Я только с Совета Тринадцати. Капитолий пытались подорвать, — ответил я.

— Ого… Это минцы? — удивлённо спросил Джед.

— Не совсем, — я отмахнулся. — Не важно, в общем. Как ты тут оказался?

— Я переживал… Мор сказал, что ты попросил его нанять целителя, я понял, что ты здесь появишься.

— Спасибо, всё в порядке, — я протянул ему руку.

— Так и не скажешь, — вздохнул Джед, отвечая на рукопожатие.

— А брат твой почему здесь, — я кивнул на Грегори и перевёл взгляд на Люцию.

— Он же узнал всё, что произошло, хотел скорее принести господи Айону извинения, — Люция слегка улыбнулась.

— Вот как…

Меня будто перетягивало в обычные проблемы обычных людей от всех заговоров и войны с Мин, хотя, из-за того, что суд ещё не прошёл, а Капитолий пострадал, мне казалось, что проблема с Веберами и Юдалл не решена до конца, к тому же, я не знал, что происходит на границе.

В любом случае, я не хотел, чтобы Джед находился в трущобах долго, когда по ним снуют минцы, но пусть меня видят жители — для них есть какие-то аристократы и какие-то Тринадцать, которым нет дела до нищих немагов, но могу появиться я — Неро Айон, защитник обездоленных.

Это было выгодно, потому как теперь у меня не осталось никаких знаний о той жизни, начало вторжения послужило точкой невозврата, и дальше всё могло сложиться абсолютно как угодно.

Простые люди, знающие меня в лицо, никогда не будут лишними, что бы там дальше не случилось.

— Господин Айон, — я не заметил, как Грегори приблизился к нам.

— Да, я тряхнул головой.

Грегори отвесил мне поклон. Выглядел он уставшим, будто с рейса сошёл буквально вчера — кожа на лице слегка шелушилась, светло-каштановые волосы выгорели на морском солнце и больше были похожи на солому — причесать их видимо, было сложно. Под такими же зелёными, как и у Люции, глазами, залегли тёмные круги синяков. А в уголках глаз расползались морщинки — Эммеру часто приходилось щуриться на солнце.

Несмотря на это, было видно, что Грегори довольно сильный — я чувствовал его Поток.

— Я приношу глубочайшие извинения за поведение нашего отца, которое подвергло вас опасности, — он снова слегка поклонился.

— Можем поговорить тет-а-тет? — я покосился на хлопающую глазами Люцию.

— Мы последим за всеми, — вставил Джед.

Я улыбнулся уголком рта — другу необходимо было чувствовать свою значимость.

— Конечно, — я поискал глазами место, где можно спокойно переговорить.

На узкой террасе Локи стояла пара плетёных кресел. Не очень чистых и новых, но там никто не ходил.

Я показал на Грегори на террасу.

Завалиться в кресло было просто невероятно приятно — сейчас мне не было также плохо, как после снятия первого блока, однако усталость и боль во всех мышцах всё равно давала о себе знать. На краю сознания всё ещё вспыхивали эмоционально окрашенные образы и мне просто необходимо было отвлечься от них.

— Как вы себя чувствуете? Мне кажется, вас мучают боли, могу помочь, — Грегори стоял рядом с креслом, будто ожидая приглашения.

Точнее, не будто — он действительно ждал разрешения сесть. Учитывая, что людей не своего круга я знал немного, совсем забыл, что существуют такие, как Эммер, не похожие на дерзкого Оскара или Дина. Для них маги из Тринадцати казались чем-то недостижимым и далёким.

— Нет, всё в порядке. Садитесь, господин Эммер, — я кивнул на кресло.

Как и ожидалось, Грегори тут же сел.

— Меня зовут Грегори Эммер, я старший брат Люции, — похоже, он решил заново представиться.

— Я знаю. Моё имя Неро, не нужно каждый раз обращаться ко мне господин, — я чуть наклонил голову.

— Но господин Айон, — замялся Эммер, — я не могу переходить с вами на неофициальный тон. По крайней мере так сразу.

Я коротко улыбнулся.

— Что же, как знаете, — я откинулся в кресло поглубже.

— Я вернулся в метрополию всего пару дней назад. Люция почти всё время проводит в доме Джеда Рига, чему я безмерно рад, — по голосу Грегори было слышно, что тот волнуется.

— Да, ей там явно лучше, чем с отцом, — согласился я.

— Я уже начал процедуру оформления опекунства над Люцией. Но пока не решил, что делать с отцом. Скажите, господин Айон, чем я могу вам служить?

Я задумался — иметь личного целителя, сильного и преданного, никогда не будет лишним, особенно, если придётся участвовать в боях напрямую. Я был почти уверен — даже если Мин сейчас отступит, то Ганс, вероятно, захочет нанести ответный удар.

— Заключим контракт. Вы будете работать на меня, выезжать ос мной туда, куда попрошу. Об оплате не беспокойтесь.

— Понял. С радостью приму это, — кивнул Грегори. — Если необходимо, я принесу свои официальные извинения перед всем родом Айон.

— Не нужно. Это, можно сказать, мои личные дела. Послушайте, Грегори. Сейчас не самая стабильная ситуация, а потому, заключение контракта отложим ненадолго.

— Насколько мне известно, вы сказали моему отцу, что Люция… Как сказать, ваша, — он странно на меня посмотрел.

— Нет, — я поднял ладони. — Люция не интересует меня в качестве наложницы или даже просто подружки.

По лицу Эммера я даже не понял, рад он этому или нет.

— Джед Риг не аристократ, но он будущий военный артефактор. Он сможет защитить вашу сестру.

— Благодарю. Похоже, что он хороший человек. Я буду служить вам, господин Айон, сколько потребуется, — Грегори улыбнулся.

— Не служить, а работать. Мне нужны верные союзники, а не рабы.

Я почувствовал, что в висах начинает стучать, а к горлу побирается тошнота. — Я могу помочь, — снова напомнил Грегори.

— Не стоит. Это откат от снятия ментального блока. Ну, или его части, — хмыкнул я. — Возвращайтесь к раненым, господин Эммер. Думаю, что мы уже всё обсудили.

— Благодарю, — тот поднялся и кивнул. — Я всегда к вашим услугам. Мои контакты вам передаст Люция.

Пока Грегори спускался с террасы, ко мне подошёл Джед. Все эти аудиенции меня сейчас только напрягали — тело пыталось справиться с откатом, но я не мог просто не обращать на друга внимания.

— Слушай, — Джед сел туда, где только что был Эммер. — Я вот что хотел спросить.

Он немного замялся.

— Говори, Джед, ты же не Эммер, — я дёрнул щекой. — Тебе уж точно не нужно подбирать слова.

— Я ещё не привык к тому, что ты на самом деле не совсем ты, — Джед чуть растерянно улыбнулся. — Так вот… Разреши Виктору остаться у нас.

— Зачем? — я удивился. — Думал, это, наоборот, доставит твоей маме дискомфорт.

— Поначалу она очень опасливо относилась к нему. Но знаешь, потом привыкла. Она как-то даже относится к нему… Папа тоже часто увлекался и забывал поесть, прогуляться, поспать, — Джед вздохнул.

— Думаешь, он ей симпатичен?

— Не-е-ет, — друг усмехнулся. — Просто она о нём может заботиться так, как заботилась об отце. Конечно, она в него не влюбится, но по ней видно, что эта забота как-то облегчила ей тоску по отцу.

— Я понял.

— Ты не переживай. Наш дом хорошо защищён, да и Виктор меня потихоньку учит, я уже многое узнал, — Джед широко улыбнулся. — Пожалуйста.

— Он не моя собственность. Пусть творит, — отмахнулся я. — Предложи ему модифицировать скелеты, например. Есть те, кто готов покупать артефактный огнестрел.

— Хорошо, спасибо, Неро, — просиял Джед.

Я поёжился на похолодевшем ветру и взглянул на небо — там собирались тучи. Уверен, что эти тучи предвещают первый снег. Надо же, как быстро пролетела осень… Дни стали короче и уже начали спускаться сумерки.

— Я пойду к Оскару. У нас есть дело.

— Будь осторожен.

— Вы тут тоже. Как закончим, я вызову водителя. Тебе нужно быть дома, а не висеть в трущобах.

Джед согласно кивнул.

Меня уже ждал Оскар, всем видом показывая, что нам пора.

— Куда идём? — я спустился к нему.

— Квартал отсюда. Там засел небольшой отряд минцев, тебе на два плевка, но они откуда-то притащили магов. Те типа с ними, — Оскар кивнул в сторону, куда нам нужно было идти.

— Идём только к ним?

— Да, пока они меня больше всех волнуют. Отстреливают любого, кто приблизится. Те, кто там живёт не высовываются на улицу. Да и я не знаю же, где находятся все остальные. Искать надо.

— Значит, пока будет достаточно этих? — я взглянул на Оскара.

— Да, по остальным… Не знаю. Но этих надо убирать.

— Насколько маги сильные? Какие техники у них?

— Видел только того, кто при их отходе строил ледяную стену. Коллега твой, — Оскар ухмыльнулся.

В нужном квартале мы оказались минут через десять, и правда — улица совсем опустела, даже в обжитых домах не особо горел свет. Первый снег, посыпавшийся с неба, всё ещё не обзавёлся ни единым следом. Половина фонарей была перебита.

— Там, — Оскар указал на жёлтый двухэтажный дом. — Сразу щитом закрывайся. Эти бесы палят, как только кого-то замечают.

Я раскрыл переливающийся чуть фиолетовым светом компактный щит, Оскар сделал то же самое.

— Буду прикрывать по возможности, — сказал он.

— Сколько их?

— Человек двадцать, сколько магов — не скажу.

— Понял.

Мы двинулись вперёд по улице. Успели преодолеть метров двести, прежде ем в нас полетели пули. Я поискал глазами откуда могут быть очереди, но в провалах тёмных окон никого разглядеть смог.

— Не отвлекайся. Артефактного у них точно нет.

Мы ускорили шаг. Из того дома, что показал Оскар высыпало с десяток человек и теперь уже нас шатнуло плотным потоком ветра, а затем выпавший снежок поднялся, превращаясь в метель. Маг хорошо управлялся со снегом и даже мог его создавать, судя по тому, что дальше пары метров вперёд ничего не было видно.

Использовать телепорт не получится, я не видел противников.

— Нужно ближе подойти. Прикроешь меня и растопишь снег. Управишься с двумя техниками? — я коротко взглянул на Оскара.

Тот кивнул в ответ.

Щит хорошо держал пули — они рикошетили и отлетали. Никаких гранат или чего-то потяжелее, похоже, у них не было. Сквозь созданную метель мне удалось удалось разглядеть первые силуэты. Я глубоко вобрал в лёгкие воздух, обращаясь к неспокойному Потоку. Сейчас станет легче.

— Атакую, — коротко произнёс я.

В следующее мгновение щит Оскара стал больше и плотнее, коротким росчерком пальца он создал контур, от которого на несколько метров полыхнул огненный вихрь, подтапливая снег.

Я подхватил воду, направляя её в противников, но получил отпор — враг тоже хорошо справлялся с водой. Часть волны, которую я поймал, превратилась во множество ледяных осколков. Они разбивались о щит, но я чувствовал, что с той стороны тоже есть щитовик. Мы почти в равном положении, но, если маг ниже рангом, то мне будет гораздо проще.

Развернул ладони в сторону группы противников, чуть отступивших назад и не желающих сокращать дистанцию, создал ветер, чтобы между порывами метели и снега увидеть их позиции, затем одним движением расчертил контур, создающий ледяные кулаки.

Сразу десять. Тяжёлые и грузные, они поднялись в воздух, я толкнул их вперёд. Расстояние короткое, нужная скорость не наберётся, но тяжесть сыграет свою роль. Сквозь снег я услышал вскрики, говорящие, что кулаки достигли целей.

Маг не сдавался и не ослаблял хватку. На замедление я потрачу слишком много сил, а значит, нужно применить массовую технику, избавившись от всех разом. Стрёкот автоматных очередей стал невыносимо назойливым, но похоже минцы до сих пор не поняли, что щит они не пробьют.

Я выловил в небе тучу потяжелее, чтобы не тратить на создание электрического разряда слишком много мощности, сосредоточился, но не успел применить технику, как нас отшвырнуло назад мощной волной из воды и льда. Оскар рыкнул от боли — удар пришёлся на руку, которой он поддерживал мощность щита.

— В норме? — быстро спросил я.

— Да, давай быстрее. Замерзаю, — прошипел Оскар.

Температура и правда понизилась. Я увеличил расход резерва и скорость выхода Потока. Выкрутил её почти на самый возможный максимум. Снова поток ветра, вижу цели — осталось человек десять.

Первая молния находит цель, вторая тоже, но маг закрывает щитом себя и остальных. Мы подходим ближе, и я понимаю, что не хочу возиться слишком долго: к молниям прибавляется град, который становится крупнее с каждой секундой. Из-за техник вокруг сильно падает температура, чувствую, как замерзают пальцы.

Создаю на их кончиках плотный сгусток чистой энергии, он почти пульсирует от концентрации Потока. Направляю в мага сложенный средний и указательные пальцы. Бросок. Щит слабнет, я моментально направляю туда ещё несколько разрядов. Метель стихает, маг остаётся лежать на земле.

— Этих, — бросаю я Оскару. — Пали по окнам.

Перехватываю прикрытие и держу щит. Оскар пользуется своей техникой огненно-энергетических револьверов и с высокой скоростью открывает огонь по окнам — пока я разбирался с магом он успел понять, откуда идёт пальба.

Оставшихся у дома я догоняю ледяными копьями и цвет снега перемешивается с их кровью, ещё двое пытаются сбежать, но я слышу, как выстрелы из окон прекращаются, а энергетические пули Оскара догоняют беглецов. Ещё через пару мгновений стихло вообще всё.

Искусственная метель улеглась, на земле остались трупы минцев и мага, что их защищал. Я стоял, вдыхая морозный воздух и слушая тишину.

— Пошли, холодно.

— А трупы? — спросил я.

— Эй! — крикнул Оскар в пустоту улицы. — Местные! Банды больше нет, можете спокойно выходить на улицу! Только трупы уберите!

Я хмыкнул — в тишине голос Оскара раздавался на всю улицу и его точно услышали.

Как ни странно, телу стало легче и откат почти закончился несмотря на то, что я потратил достаточно много сил. Пока у дома Локи было слишком много людей, я решил, что ловить кого-либо из минцев не имеет смысла — жители трущоб устроят ему самосуд, а допросы обычного диверсанта не дадут мне какой-то ясной картины, потому с этим можно было и подождать.

Мы плелись обратно к Локи по уже припорошённым снегом улицам в сумерках. Пока что холод не ощущался слишком сильно, но то, что зима близко уже было очевидно. На плечах и голове тоже скапливался снег.

— Спасибо за помощь, — Оскар нарушил тишину. — Я снова твой должник.

— Давай назовём это дружеской поддержкой.

— С каких пор мы друзья? — он покосился на меня.

— Не важно. У меня не особо много друзей, — я усмехнулся. — В целом же неплохо вышло.

— Ага. Только это, мажорчик, — Оскар чуть снизил темп, — похоже, я не пойду учиться. На кого я их кину? Никого подходящего не нашёл. Я, конечно, не лидер всех трущоб, но как-то уехать куда-то, зная, что трущобным будет только хуже.

— Твоё право. Но думаю, что замену поискать стоит. Ты можешь поступить в следующем году. А с Итоном я тебя познакомлю в любом случае. Мы уже говорили об этом. Будучи военным, ты поможешь им больше.

Переубеждать Оскара вечность я не мог, возможно, и в это жизни пространство-время не хотело для трущобного парня иной судьбы, хотя судьба — понятие очень эфемерное. Сложно поверить, что её не существует, когда изменения в своём же прошлом дают мне с таким трудом.

— Это не окончательное решение, мажорчик, я в тупике.

— Думай, сколько потребуется, — я пожал плечами.

Мы неспеша подходили к улице, где находился дом Локи, но я почувствовал что-то странное, а затем услышал завывание сирены и неразборчивые выкрики в мегафон.

— Явились, — процедил Оскар сквозь зубы. — Я так и знал.

Я не стал спрашивать, только ускорил шаг, а затем перешёл на бег — силы ещё были, но тратить энергию на телепортацию в половину квартала было неразумно. Мы выскочили из-за угла. По улице двигались машины полиции, два спецотряда в одном направлении, два в другом.

Первый приближался к дому Локи, где был развёрнут лазарет. Я набрал скорость, потому как спецы уже окружали столпившийся там народ. Успев прорваться, я развернул мощный купол щита, отталкивая им спецотряд и оставляя бойцов за пределами купола.

— Сними щит, бродяга. Вы, отбросы, совсем забыли своё место! — прокричал кто-то в мегафон.

Я молча поискал глазами, откуда раздался голос, но фары машин светили слишком ярко, и я видел только силуэты стоявших за щитом бойцов.

— Повторяю, сними защиту!

— А ты подойди и заставь меня, — ответил я громко, так, чтобы командир с мегафоном услышал.

Через несколько долгих секунду фары погасли, из освещения осталась лишь мелькающая в тучах луна, уже взобравшаяся на небо и тусклые фонари улицы. К границе щита подошёл сухой и седой мужик в чёрной форме спецов.

— Снимай купол, оборванец, — прошипел он, остановившись у самой кромки.

— Представьтесь по форме.

Я удерживал щит без каких-либо усилий, и не понимал, почему до спеца до сих пор не дошло, что таких магов в трущобах не водится и я не местный.

— Командующий отрядами специального назначения метрополии Гарднер, — с ухмылкой произнёс тот.

— Сам командующий явился, — я не сдержал улыбки. — Это чтобы зачистить нищих и раненых немагов, да?

— Посмотрим, как ты заговоришь, когда резерв на щит закончится, — хмыкнул командующий.

— Я могу стоять так очень долго. Такой купол для второго ранга — пустяк. Убирай своих бойцов и поговорим.

— Я не веду переговоров с террористами. У меня приказ — зачистить трущобы от минских диверсантов.

— Ты видишь здесь минцев? — я чуть склонил голову.

Обвёл взглядом отряд, окружающий нас — похоже, что тем, кто мог разрушить купол не отдали приказ. Либо таких здесь не было — зачем тратить силы магов-спецов на обычное трущобное отребье. Среди минцев, которых послали в метрополию, похоже, были просто смертники без особой силы Потока. Никто не будет жертвовать сильными магами, а потому сюда заслали простых людей и слабаков. Для них скрыться в трущобах было шансом на спасение.

— Ты слишком дерзкий для трущобного, — проговорил Гарднер.

— А потому что я не трущобный. Моё имя — Неро Айон. Я представитель и наследник одного из Тринадцати родов.

Лицо командующего резко изменилось, мне даже показалось, что я видел, как его слегка тряхнуло от такого неожиданного сообщения. Может, он сразу прикинул, что с ним будет, когда выяснится, что он вместе с трущобным отребьем зачистил и наследника Айонов.

— Что вы здесь делаете, господин Айон? — у Гарднера даже немного просел голос.

— Не ваше дело. Я против зачистки. Эти люди под моей защитой.

— Не будут они разбираться, кто есть кто, — тихо сказал стоявший рядом Оскар. — Ты не будешь держать купол вечно. Не знаю, как ты с ним собрался договариваться.

— Что вы хотите сказать, господин Айон? — командующий был явно удивлён.

— Отдайте приказ об отмене операции. Пусть спецотряды загрузятся в машины и ждут, — чётко сказал я.

— Вы же понимаете, что не может отдавать мне приказы, — Гарднер попытался парировать.

— Вы же понимаете, что я могу атаковать вас, мотивировав личной защитой. Поверьте, это не сыграет вам на пользу, — ответил я. — Мы можем стоять так долго, пока ваш второй отряд занимается зачисткой в других кварталах. Но чем дольше они это делают, тем меньше у нас шансов договориться.

Я замолчал, давая Гарднеру время на размышления. По сути, я мог бы взять с собой только тех, кто мне был нужен и переместиться на безопасное расстояние. Но всё же эти люди были не безразличны Оскару, а мне не нужна была попусту пролитая кровь тех, кого я не мог назвать врагами.

Гарднер снял с пояса рацию и поднёс ко рту:

— Отряд бета, отмена операции, возвращайтесь к месту высадки, — проговорил он, нажав на кнопку. — Отряд альфа, отступить, вернуться к месту высадки.

Я улыбнулся, наблюдая, как кольцо из спецов вокруг купола стягивается обратно к машинам лёгким бегом.

— Теперь можем обсудить сотрудничество? — спросил я у командующего.

— Пожалуй, что да, господин Айон.

Я развеял купол и оглянулся на остальных — похоже, трущобные очень хорошо услышали моё имя и теперь смотрели во все глаза, хоть и молча. Что же, неплохо для одного дня. Пока командующий неспеша двигался ко мне, я достал телефон и взглянул на телефон — мне упорно звонил Мартин, но сейчас я хотел закончить сначала здесь.

— Извини, дедуля. Придётся немного подождать, — я убрал телефон в карман и жестом пригласил Гарднера на террасу, которая сегодня превратилась в мою приёмную.

Глава 11

— Не желаете поделиться, что юный господин Айон делает в подобном месте? — Гарднер как-то странно улыбнулся.

— Не желаю, — спокойно ответил я.

Гарднер, похоже, ожидал не совсем такого ответа, а потому не сразу нашёл, что сказать дальше. Он ничем не мог на меня надавить или как-то заставить убраться из трущоб.

Количественное превосходство было на его стороне, но это только если говорить обо мне одном. Если мне будут помогать Грегори и хотя бы Оскар, то справиться с его бойцами не будет сложно. Но я тоже понимал, что нападать на бойцов полиции не в моих интересах, особенно сейчас.

— Тогда о чём, собственно, вы хотели поговорить? — командующий, наконец, собрался с мыслями.

— Я предлагаю вам более интересный способ зачистки и при этом, вы не получите клейма «плохих полицейских», — я улыбнулся.

— У нас есть право зачищать трущобы при необходимости, — он пожал плечами.

— Сейчас необходимости нет, — отрезал я. — В трущобах тоже живут граждане Империи, как бы вам не хотелось думать иначе.

— Впервые слышу от одного из Тринадцати такие слова, — Гарднер развёл руками. — Но хорошо, я готов вас выслушать.

Ещё бы он не был готов. При всех возможных вариантах, даже если мне придётся столкнуться с ним и его спецотрядами лоб в лоб, это можно подвести под самооборону и люди из трущоб подтвердят это, скорее всего.

— Здесь есть достаточно тех, кто знает не только кусок своей улицы и дом. Парни знают в трущобах каждую лазейку, подвал и заброшку. Они могут помочь найти минцев. Сами они этого не сделают — среди них очень мало магов.

— Так, хорошо, но в чём моя выгода?

— Это будет самая быстрая и эффективная зачистка. Твоё подразделение заработает очки перед департаментом, поймает больше всего террористов, и при этом, ни один житель трущоб не пострадает.

Гарднер задумался. Похоже, что такой расклад его вполне устраивал — чем эффективней и быстрей зачистка, тем лучше как для него, так и для отрядов. Они сохранят резерв и боезапас. Я сомневался, что бойцы командующего, как и он сам, просто кровожадные ублюдки, готовые неустанно крошить всех подряд.

— Хорошо. Согласен, — Гарднер кивнул.

— Оскар! — я поискал того глазами.

Оскар неохотно подошёл к нам, искоса взглянув на командующего. Я почувствовал, как Поток Оскара всколыхнулся. Не удивительно, любви к полицейским у него не прослеживалось.

— Пусть все, кто сможет, помогут командующему и его отрядам зачистить трущобы от минцев, потом они уберутся отсюда, — я поднял на Оскара взгляд.

— Чё? Мажорчик, ты того? — он покрутил пальцем у виска. — Во-первых помогать полицаям, себя не уважать, а во-вторых, мы им поможем, а потом получим пули в лобешник.

Я посмотрел на Гарднера, который только хмыкнул и уставился на Оскара. Такое развитие событий я тоже не мог отрицать, особенно, если бойца найдут за что ликвидировать Оскара и его парней.

— Вы можете дать мне гарантии, что никто из них не пострадает? — я кивнул на Оскара.

— Мало ли, что может произойти во время операции, — ответил Гарднер. Слова Оскара ему не понравились.

— Ничего не может, — с нажимом повторил я. — Или вы гарантируете моим людям безопасность, или я найду иной способ избавиться от вас.

В лице Гарднера прочиталось удивление и даже какое-то негодование. Мой вид и тон, которым я говорил, не особо сочетались.

— Это угроза? — командующий был спокоен.

— Конечно, нет, — я поднял ладони. — Никаких угроз.

— Меня спросить забыли, а? — встрял Оскар.

— Это будет лучше для трущоб. Они уйдут отсюда, — я перевёл на него взгляд.

— Уверен?

— А лучше бояться за угол выйти, потому что трущобы кишат минцами?

Мне нужно было согласие Оскара. Он и его парни знали трущобы досконально и, к тому же, он тоже получит свою долю авторитета, если избавит обычных людей от этой опасности.

— Пару минут дай, — Оскар дёрнул щекой и направился к своим, видимо, обсудить что-то.

— У нас не очень много времени, — напомнил Гарднер. — Я не собираюсь вести с вами переговоры вечно, при всё уважении юный господин Айон.

— Знаю, — коротко бросил я, наблюдая, как друзья Оскара что-то бурно обсуждают.

Он и правда вернулся через пару минут и только коротко кивнул мне, отвечая на незаданный вопрос.

— Значит, мы договорились, — командующий хлопнул ладонями по подлокотникам плетёного кресла и встал. — Мне нужно подготовить бойцов.

Он отошёл, а я долго всматривался в лицо Оскара, который согласился на всё это явно со скрипом.

— Надеюсь, мажорчик, оно стоит того, — он закурил.

— Не показывай ему что ты умеешь. Только в крайнем случае.

— Почему?

— Он может заявить о тебе и те, кто захочет прибрать тебя к рукам явятся сюда. Не забывай.

— Пришёл однажды мажорчик и всё полетело в известное место, — Оскар усмехнулся, выпуская в воздух облачко дыма.

— Иди, — я кивнул Оскару на Гарднера, который уже объяснял бойцам, что нужно будет делать. — Я не знаю, дождусь тебя или нет. Мне звонят. Поэтому потом сообщи.

— Ага, — Оскар выкинул недокуренную сигарету и поплёлся к Гарднеру.

Проводив его взглядом, я перезвонил Мартину.

— Неро, с тобой всё в порядке? — голос прадеда уже был слегка сонным.

— Да. Ты звонил.

— Когда приедешь? Тут твоя мать устроила нам проблемку. Небольшую, так сказать, но противную, — он хрипло рассмеялся.

— До утра точно вернусь, — ответил я. — А что за проблема?

— Она решила начать переговоры о помолвке.

— Что? С Ноксами? Мы и без неё это решим, — я даже немного взбодрился.

— В том-то и дело, что не с Ноксами. Завтра Эмилия приедет сюда. Придётся ускорить процесс, несмотря на обстановку.

— Предвечный, — только и выдохнул я. — Хорошо, постараюсь вернуться скорее.

— Жду, — ответил Мартин и сбросил вызов.

Я откинулся на спинку и глубоко вздохнул. Моё напряжение сейчас уже перешло из острой стадии в какую-то хроническую, но пока не пройдёт официальный суд, пока я точно не буду знать, что с заговорщиками покончено, не смогу расслабиться.

Теперь ещё и мать, пока отец в коме, начала без чьего-либо ведома вести какие-то переговоры, не ставя в известность хотя бы Мартина. Наверное, хотела рассказать ему, когда всё выяснит и подготовит.

Сам не заметил, как задремал. За последнее время сон стал настолько прерывистым и редким, что меня начинало срубать, как только появляется возможность.

* * *

— Эй! — меня толкнул Оскар.

Из-за того, что уснул, даже не понял, сколько прошло времени, но судя по небу, вот-вот начнёт вставать солнце. Оскар выглядел помятым и уставшим, но судя по его лицу, ничего страшного не произошло.

Я почувствовал себя некомфортно — привыкнув если не решать, то контролировать происходящее, сложно было думать, что всё прошло без моего участия.

— Благодарю за сотрудничество, — рядом из неоткуда вырос Гарднер. — Этот молодой человек имеет хороший потенциал.

Он кивнул на Оскара, но тот только отвёл взгляд.

— И я вас благодарю. Как всё прошло?

— Эффективно. Есть убитые и пленные. Мы прочесали большую часть трущоб. Повторная зачистка пройдёт через несколько дней. С вашим… другом… Господин Айон, мы теперь сможем связаться сами.

— Я пришлю сюда людей, — я покосился на импровизированную больничку. — Гвардейцев Айонов.

Гарднер кивнул, как-то странно хлопнул Оскара по плечу и удалился.

— Как всё прошло?

— Нормально, — Оскар снова закурил. — Мне пришлось пару раз засветить техники.

— Я так и понял. Думаю, с Гарднером проблем не будет.

— Он предлагал взять меня на обучение, чтобы потом отправить в академию, — он пожал плечами.

— И что ты ответил? — я поднялся с кресла, разминая затёкшие за ночь мышцы.

— Ничего. Если уж и подаваться во всё это, то явно не через него. Да и вообще, не до этого сейчас, мажорчик.

— Понял. Будь на связи, — сказал я, уже вызывая водителя.

Мартин встретил меня за завтраком. Выглядел он вполне бодро, чему я был рад — слишком много свалилось на прадеда.

— Так где ты был? — Мартин втянул носом аромат кофе из кружки.

— В трущобах.

— Опять? Зачем ты туда носишься, не понимаю, — Мартин покачал головой.

— Помогаю. Нам нужно выслать туда несколько гвардейцев. Помочь раненым. Там ещё остался Джед и его девушка.

Мартин покосился на меня и недолго помолчал.

— Считаешь, что это верный ход?

— Да. Если за нами будет простой народ, что сила Айонов возрастёт. Ты должен это понимать.

— Понимаю. Отправим людей, — Мартин сюрпнул кофе.

— Какие новости по границе?

— Силы Веберов и Юдалл в глухой обороне и пока не действуют активно. Но я предполагаю, что они могут активно встать на сторону мин. Первые их действия и были таковыми, пока не прошёл Совет Тринадцати. Пока что арестовали не всех. До суда у нас есть несколько дней на передышку.

— Понятно, — я постучал пальцами по столу. — Расскажи лучше про мать.

— О, так она с тобой встретиться хочет, — прадед улыбнулся. — Но я тоже с ней поговорю.

— Отменять договорённости с Ноксами нельзя, — согласился я. — Мне ещё нужно встретиться с Сомерсетом. Аврил сказала, что он не получил от тебя ответа по её документам.

— Не получил. Я посчитал, что это не так срочно и не так важно. В конце концов, Аврил Вайс это только кандидатка в наложницы.

— Но ты видел её досье, да? — я хитро покосился на Мартина.

— Да. Она идеально подходит тебе. Если у вас будут общие дети, то сила и чистота их Потока может быть крайне интересной. Даже если сама Аврил не сможет развить свои способности и усилить техники.

— Ответь ему. Я хочу забрать её из интерната.

— Сейчас не лучшее время, — прадед покачал головой. — Хотя я понимаю…

— Ты же знаешь, что как независимый от рода я могу сделать это и сам, — я тоже глотнул горячего кофе. — Но, если это сделаешь ты, вопрос решится за пару часов. Электронные подписи под договором, и я заберу Аврил. Даже встреча с Сомерсетом не понадобится.

— Мда-а-а, — протянул Мартин. — Поговорим с твоей маман, и я отвечу ему.

— Спасибо.

Пока до суда ещё было время, можно было решить более мелкие вопросы, чтобы окончательно про них не забыть. Эту сторону жизни мне тоже нужно было налаживать, несмотря на сломанные блоки и установки. Как бы там ни было, школу и академию тоже нужно закончить.

Где-то в подкорке билось осознание, что даже если я найду хрономага, вернувшего меня назад, совсем не факт, что он сможет это повторить, да и если оставаться совершенно честным — я не хотел в ту жизнь, особенно сейчас, когда подробности того, кем я был, становились всё более чёткими.

* * *

В небольшом светлом зале, куда меня пригласил Мартин спустя часа три, уже сидела Алита — официальная жена отца, которую называть матерью у меня язык не поворачивался до сих пор. Она была одета в светло-голубое коктейльное платье, каштановые волосы собраны в высокий хвост. Алита попивала какой-то розовый напиток из бокала и читала миниатюрную книжку.

— Доброго дня, мама, — я отвесил ей короткий поклон.

— Здравствуй, Неро, — она слегка улыбнулась и кивнула. — Зачем старейшина Мартин нас собрал?

— Будто ты не знаешь, — буркнул прадед. — Что за дела ты крутишь за моей спиной?

— А я разве не Айон? — она нахмурилась. — Гарвери сильный род менталистов, их дочь Ирис достигла возраста, когда можно заключать помолвку. В нашем роду никогда не было менталистов.

— Ты забыла, кто сейчас глава? — Мартин бросил в Алиту гневный взгляд. — У нас договорённость с Ноксами.

— Ноксами? — Алита поморщилась. — Они же стихийники, ничего необычного.

— А тебе что, покрасоваться нужно перед кем-то? К тому же, Неро тоже остановил свой выбор на Грейс Нокс.

— Его кто-то спрашивал? — Алита усмехнулась и перевела на меня взгляд.

— Да будет вам известно, мама, я получил независимость от рода и голос в Совете, — бросил я.

К ней я не чувствовал абсолютно ничего. Даже установка не могла изменить этого. Передо мной сидел абсолютно чужой человек. Дела Алиты нужно было остановить как можно скорее, чтобы Эмилия не подняла скандал.

Судя по тому, что она собралась приехать — как минимум до неё дошёл слушок, что Айоны ведут переговоры о моей помолвке с другой девушкой.

— У тебя нет права говорить за род, как минимум. Ты должна принести Гарвери извинения. Помолвка с Грейс Нокс не отменяется. Это решение уже принято.

— Понятно, — процедила Алита сквозь зубы. — Если бы я не знала, что произошло, то решила бы, что это ты отравил Хагана, чтобы снова оттяпать власть.

— Следи за языком, — вставил я. — Ты настолько далека от семейных дел, что лучше молчи.

— Хорошо, — Алита вскинула голову. — Я отменю дальнейшие переговоры и принесу Гарвери извинения, как скажете.

— Благодарю, — выдохнул Мартин.

— Я так далеко от семьи, — покосилась она на меня, — но в отличии от вас всех я единственная, кто навестил Хагана в госпитале. Играете в великих политиков, решаете судьбу Империи, но даже не удосужились узнать, как он.

— Я поеду туда с Алексом. В ближайшее время, — ответил я.

— Мне плевать, — Алита отпила из бокала.

— Господин Айон, — в зал заглянул слуга. — Эмилия Нокс прибыла.

— Проводите сюда, — ответил прадед.

Я заметил, что Алита слегка занервничала, но выходить не собиралась — для неё это была бы почти капитуляция перед Нокс и нами.

Эмилия выглядела недовольной, прошла по залу, поприветствовала нас и села на свободное место за стеклянным столиком.

— Добрый день, господин Айон, госпожа Айон, — она взглянула на Алиту, — Неро.

— День добрый, госпожа Нокс, — Мартин улыбнулся.

— Прощу прощения, но я перейду к делу без светских бесед, — она чуть поджала губы. — Мне известно всё, что происходило на Совете. Нокс готовы предоставить нашему родовому союзу всё необходимое, если нужно. Однако, позвольте спросить, почему я слышу, что Айоны ведут переговоры о помолвке Неро с Ирис Гарвери?

— Думаю, с вами может объясниться госпожа Айон.

Эмилия удивилась и перевела на ту взгляд. Алита не очень торопилась с объяснениями, но в итоге сказала, как обстояли дела. Скандала удалось избежать. После рассказа, Алита попрощалась с нами и покинула зал.

— Проше простить, но мы не можем ждать слишком долго, — настойчиво повторила Эмилия.

— Сейчас напряжённая обстановка, — ответил прадед.

— В метрополии всё относительно спокойно. Я предлагаю провести помолвку сразу после суда над Веберми и Юдалл, а вот свадьба, конечно, может и подождать.

Мартин устало вздохнул. Я понимал, почему Эмилия спешит — помолвка даст ей дополнительный гарант наших отношений, в довесок родовому союзу. В целом я был совершенно не против, хотя война волновала меня куда больше.

— Хорошо, — я встрял в разговор. — Суд состоится скоро, думаю, не позднее нескольких дней. Затем мы займёмся помолвкой.

— Хотелось бы назначить дату, — сказала Эмилия. — Потому как если обстановка разрядится, всем предстоит вернуться на занятия, и готовиться к турниру.

О турнире я совсем забыл — сейчас шёл уже одиннадцатый лунный месяц. Время пролетело очень быстро, зима была на пороге. Из-за вторжения Мин всё будто замерло, хотя турнир обычно проходил примерно в десятый лунный месяц.

— Я предлагаю последний день одиннадцатого месяца. До него ещё десять дней, суд успеет состояться.

— Хорошо, — согласился Мартин. — Тогда предварительная дата такова.

— Я начну подготовку. Слишком я устала думать о Мин, о войне и Тринадцати, — она вздохнула.

— В этом только ваша вина, — я коротко взглянул на неё. — Никто не принуждал вас насильно участвовать в заговоре.

— Я уже говорила, что побудило меня к этому, — отрезала Эмилия. — Мы уже заключили союз и Айоны могут пользоваться нашими ресурсами. Более не вижу необходимости оправдываться.

— Так и есть, не хотел вас задеть, — я пожал плечами.

— Тогда, пожалуй, я вернусь домой.

— Останьтесь на обед, — предложил Мартин.

— Благодарю, но нет, — она покачала головой. — Разрешите вас оставить.

— Всего доброго. Вас проводят.

Когда Эмили ушла, прадед долго всматривался в моё лицо, то ли с каким-то сожалением, то ли с грустью.

— У нас немного времени на подготовку к помолвке. Эмилия теперь с меня не слезет, — посетовал он. — Некоторые вопросы тебе придётся решать самому.

— Понял, — согласился я и достал телефон: скоро начало тренировки с Мором.

— Несмотря на это всё, — в глазах прадеда мелькнуло нечто странное, — у меня для тебя есть сюрприз.

— Какой? — я удивлённо уставился на него.

— Надеюсь, приятный. Узнаешь, — дед приподнял рукав рубашки и посмотрел на часы, — через пару часов, думаю. Пока иди на тренировку.

— Ну-у-у, ладно, — протянул я, поднимаясь с места. — До встречи за ужином.

— До встречи, — с улыбкой произнёс Мартин.

Глава 12

В отличие от большинства из нас, Мор выглядел полным сил и, кажется, прибывал в хорошем расположении духа. Если он поддерживает связь с Дином, то у меня есть шанс узнать какие-то новости о делах на границе, не прибегая к сложным схемам.

Общедоступные новости могли быть не очень полными, или же вовсе несколько обманчивыми, чтобы не волновать народ, а потому правдивее было бы услышать всё почти из первых уст.

Несмотря на довольно холодную погоду и еле заметную изморозь на уже облетевших деревьях, Мор надел только рубашку и лёгкий серый жилет. Он занимался дыхательными упражнениями и судя по виду не особо меня ждал.

— Как ты, Мор? — спросил я, подойдя поближе.

— Сносно, — он глубоко вздохнул и широко развёл руки. — А ты?

— Могло быть и лучше, устал, — честно ответил я.

— Мы все устали, но почему-то чувствую, что скоро всё наладится, — Наставник улыбнулся вполне искренне.

— Я предпочитаю оценивать обстановку, а не предполагать, — я пожал плечами.

— Не стоит быть таким угрюмым Неро, ни твоей психике, ни твоему Потоку это не принесёт пользы, — Мор покачал головой.

— Знаю. Ты поддерживаешь связь с Дином?

Я двинулся вокруг тренировочной площадки, сейчас больше хотелось узнать новости, чем заниматься практикой. Мор последовал за мной, заложив руки за спину. Похоже, что он чувствовал состояние моего Потока.

— Если ты о границе, то да. Сейчас там затишье, но либо оно превратиться в капитуляцию Мин, либо в…

— Я понял. Что говорит Дин?

— Он в порядке. Потери уменьшились, имперские войска хорошо справляются. Он поблагодарил тебя за оставленные артефактные винтовки, — Мор покосился на меня.

— Да-да, я отправлял его за артефактором, — я пожал плечами.

— Дин взрослый парень, я не опекаю его, но он ждёт, когда ты исполнишь своё обещание, хотя, конечно, не прямо сейчас. Никто не отпустит его с границы.

Мы уже обогнули почти всю площадку и завернули в сторону заднего сада. Где-то внутри стало немного спокойней, хотя, конечно, мне хотелось контролировать вообще всё, знать каждую мелочь и деталь.

— У меня будет к тебе ещё одна просьба. Найди способ связаться с гильдией хрономагов-отшельников, — я чуть замедлил шаг.

— Мне казалось, что это уже не важно, Мартин ничего об этом не говорил, — Наставник слегка удивился.

— У Мартина и так дел по горло, — я снял перчатку и протянул руку Мору, — видишь, что происходит со стигмами?

Наставник долго рассматривал все новые узоры и покорёженные стигмы хрономагии, которые только-только начали возвращать форму. Я был уверен, что остался один шаг, для того чтобы вернуть себе родовую способность полностью. Но в то же время я не знал, что скрывается за последним блоком или установкой и от этого становилось не по себе.

Я взглянул на недоумевающего Мора, на лице которого сейчас пробегали мысли и всевозможные варианты того, что могло бы со мной происходить. Я сомневался ещё несколько секунд, но затем убрал руку.

— Я не совсем тот Неро, которого ты знаешь, — вдруг сказал я без какого-либо обдумывания. — Моя родовая способность была повреждена не потому, что я экспериментировал с Потоком, и попытками перемещения.

Взяв паузу, я ждал, что скажет Наставник, но он пока молчал, пытаясь понять, что именно я имею в виду, но он ничего не спрашивал.

— Перемещение было. Только это сделал не я. Мой разум переместился почти на двадцать лет назад. В моё нынешнее тело. Так всё и случилось.

Мне показалось, или Наставник даже слегка посерел — то ли он не поверил мне, то ли не ожидал такого откровения. Если перемещения во времени не фиксировались за последние пару столетий, то в такое поверить, конечно было сложновато.

— Твой разум? — переспросил Мор.

— Да. Разум, сознание, душа, Поток. Не знаю, что из этого или всё сразу, но факт остаётся фактом. Некому хрономагу удалось вернуть меня во времени.

— Всегда считал, что если перемещение и возможно, то всего тела… Как сказать… Ты в своём теле находишься в другом пространстве-времени и где-то есть другой ты, — пробормотал Мор и постучал пальцами по подбородку.

Несмотря на то, что он взялся за размышления, выглядел он довольно растерянным.

— Помнишь, я спросил, знаешь ли ты то, что не знают другие и ты ответил, что знаешь? — Наставник снова посмотрел на меня.

Я кивнул.

— Мне казалось, что ты либо смог выйти за границы возможностей форварда и потому заглянул в будущее слишком далеко.

— Будь это так, я бы порадовался, что всего этого не случалось никогда, — я слегка улыбнулся. — Те, кто отправили меня назад выставили в моём сознании ментальные блоки и установки. Потому я потерял родовую способность, точнее, она заблокирована.

— Так, — Мор провёл ладонью по лицу. — Хорошо. Значит, тебе нужны другие хрономаги чтобы…?

— Чтобы выяснить как тому старику это удалось, и кем он был, в конце концов, — заранее ответил я.

— Возьмусь за это, — Наставник покачал головой.

— Мартину это сделать было бы проще, но на нём и так куча всего сейчас. А ты не спросишь, что там было и что я видел?

— Нет, — Наставник отвёл взгляд. — Не хочу знать.

— Надеюсь, мне удалось изменить то будущее, — я улыбнулся уголком рта. — И ещё, Мор, я был не очень хорошим и честным человеком…

— Не нужно, — он остановил меня жестом. — Теперь я буду опираться на то, что ты несколько другой… В тренировках и некоторых решениях.

— Неужели станешь ко мне иначе относиться? — я хитро прищурился и сделал вид, что занимаю боевую стойку.

— Конечно, нет, — Наставник усмехнулся. — Потому и не хочу знать абсолютно ничего о будущем. Может, нам всё-таки стоит провести тренировку?

— Думаю, что стоит, — я кивнул.

Наверное, я ждал от Мора немного другой реакции, но, как и Мартин, как и Алиас, он отреагировал довольно спокойно. Скорее всего потому что жил с нашей семьёй бок о бок долгие годы. Признаться честно, я бы ему благодарен за то, что он не стал расспрашивать о той моей жизни — вспомнив некоторые подробности, мне всё меньше хотелось говорить о том будущем.

Я коротко рассказал Наставнику об ощущении Потока, как такового и о том, что физическое тело уже хорошо с ним синхронизировалось. Мышцы стали крепче, выносливость и скорость выше, но Мор настоял на физических упражнениях.

Больше двух с половиной часов тренировки пролетели незаметно, но с меня успело сойти семь потов, я чувствовал, как напряглись и одеревенели мышцы, уже хотелось есть и принять прохладный душ.

— Отпусти, — прохрипел я, когда закончил очередной круг упражнений.

— Наверное, уже можно, да, — согласился Мор. — Из-за последних событий ты пропустил много тренировок.

— Я научился управлять телепортом даже без них, но ты прав, — я уселся прямо на жухлые остатки травы и вдохнул холодный воздух.

— Ты хотел бы вернуться в ту жизнь, если будет возможность? — неожиданно спросил Наставник.

— Скорее нет. Да и не уверен я, почему всё-таки меня вернули. Мне казалось, что нужно защитить род, но пока потери почти равнозначны, и может, дело не совсем в этом.

— Понятно.

Мор понял, что в том будущем с Айонами явно было что-то не так, но всё-таки не стал спрашивать дальше.

— Если тебе дали второй шанс… Будем считать так. То попробуй использовать его не только для того, чтобы решать чьи-то судьбы, но и прожить хорошую жизнь, — негромко проговорил Наставник.

Я приподнял голову, наблюдая, как из густой тучи над нами полетели крупные снежинки.

— Постараюсь, — ответил я. — Очень постараюсь.

После тренировки я провалялся в комнате почти до самого ужина. Физическая усталость смешивалась с тем, что я не прекращал думать о положении на границу, о Веберах и Юдалл, о предстоящем суде и обо всё остальном.

Оставались вещи, которые я упускал — девушка, работавшая с Филом, иллюзорные клоны, следовавшие за Люцией… Последние, в отличии от сумасшедшей подруги Фила, меня волновали больше. Почему-то вспомнился баронский сынок, развлекающийся в трущобах.

Мысль, что он мог быть как-то связан со следящими клонами, знал, что я появлюсь в трущобах, когда Оскару понадобится помощь, казалась мне параноидальной, но не бредовой.

Пока я не готов был браться распутывать ещё и эти нити, но покоя в мыслях я не находил.

Перед самым ужином меня предупредили одеться «чуть наряднее повседневного», хотя никаких торжеств и гостей вроде бы не намечалось. Я прикинул, кто мог в такое напряжённое время явиться в гости к Айонам, но никто не приходил в голову.

Оставалось надеяться, что прадед не решил собрать за столом всю семью, чтобы произнести какую-нибудь речь. Я понимал, что нам всем нужна поддержка, но рано праздновать свой триумф — ничего ещё не закончилось.

Я нехотя натянул на себя чёрную атласную рубашку, отглаженные приталенные брюки, заправил их в начищенные ботинки и, взглянув на себя в зеркало, расстегнул две верхних пуговицы. Иначе выглядел слишком напыщенно.

Те, кого я увидел за столом в зале, похоже, и были тем самым сюрпризом, о котором говорил Мартин — Айзерк и Лоренс Сомерсеты. Они о чём-то оживлённо разговаривали с Мартином и улыбались. Я быстро оглядел присутствующих — на ужин пришли Артур и Алекс.

Мне стало как-то жаль, что не пришла Адора и не позвали младших сестёр и братьев — их я видел ещё реже. У меня снова возникло ощущение, что нас становится всё меньше и меньше, хотя это не было правдой.

Похоже, что прадед выполнил мою просьбу и связался с Сомерсетом, хотя я не думал, что он прибудет прямо в поместье. Стол ещё окончательно не накрыли, но судя по количеству посуды и приборов, нас, всё-таки особо много не соберётся.

Зак помахал мне рукой, и я двинулся к ним, чтобы поздороваться. Судя по общему настроению, ужин не особо формальный, но пока что настроение не располагало к весёлой беседе.

— Айзек, господин Сомерсет, — я кивнул им и пожал руки.

— Я очень рад, что в такое нелёгкое время Мартин пригласил на ужин, тем более что повод радостный, — Лорен широко улыбался.

Я и забыл, что Сомерсет всегда проявлял жизнерадостность. Я отодвинул свободный стул и сел рядом ними.

— Признаться, я даже не представляю, как вы вышли на меня, — Лоренс хохотнул. — Моё опекунство над Аврил Вайс было тайным, как раз, чтобы по возможности не связываться ни с кем из Тринадцати.

— Так ли это важно? — я жестом подозвал служанку, чтобы та плеснула мне свежего сока. — Аврил давно меня заинтересовала, я был удивлён, что это вы её опекун.

— Потому я сразу согласился предоставить её досье, — Сомерсет широко улыбался. — Айоны всегда мне импонировали.

Я не успел задать вопрос о том, какие наши дальнейшие действия, как в зале появилась Адора, а прямо за ней Аврил. Я чуть не поперхнулся соком. Конечно, Мартин обещал быстрое решение вопроса, но, чтобы настолько быстро…

Светлые волосы Аврил волнами лежали на плечах, а голубые глаза прекрасно оттеняло такое же светло-голубое коротенькое платье. Она улыбалась и, признаться, я давно хотел её увидеть.

Я встал, поприветствовал сестру и Аврил. Они сели чуть поодаль от нас — всё-таки хоть ужин и не совсем формальный, но девушки решили не влезать в разговор, хотя мне очень хотелось поговорить и с Адорой и с Аврил.

— Все формальности мы уже обсудили с главой, — ко мне обратился Лоренс Сомерсет. — Я подписал необходимые разрешения и годовой контракт для Аврил. Ей уже исполнилось шестнадцать не так давно, так что дополнительных пунктов не потребовалось.

— Отлично, я очень рад, — улыбнулся я в ответ.

Теперь уж Аврил точно будет, чем похвастаться перед Грейс, которая, я был уверен, уже сообщила о нашей скорой помолвке. В глазах сидящей напротив Аврил, я видел радость и гордость. Она и правда была полна решимости идти до конца, чтобы доказать мне, что достойна быть такой же, как и Инесса для отца.

— Когда можно будет перевезти Аврил в поместье? — спросил я у Лоренса.

— Так ведь уже, — он снова рассмеялся. — Ваша сестра любезно согласилась разместить Аврил в комнате.

Я даже не нашёл, что ответь. Быстро Мартин всё провернул, но от чувства, что мы стали решать более повседневные вопросы, стало несколько легче.

— Я очень рад, что Аврил, наконец, не будет жить в интернате. Увы, я никак не мог забрать её к себе, — Сомерсет покачал головой.

Ну, да, это же репутация и лишние вопросы. Быть опекуном неизвестной девочки вроде бы и похвально, но вдруг она была зачата самим Сомерсетом где-то на стороне, не от супруги или наложницы, а это репутационные потери в глазах остальных.

— Лоренс, разрешите задать вопрос, — я решил немного подыграть настроению Сомерсета, — почему вы взяли под опеку именно Аврил Вайс.

Мне показалось, что я прямо вижу, как сидящая напротив Аврил навострят уши. Вряд ли он рассказывал ей, но сейчас, когда ответственность за неё перенимаю я, наверное, он уже сможет рассказать.

Даже если Аврил по каким-то причинам покинет меня через год, то Сомерсет уже не будет отвечать за неё, разве что поможет, если будет необходимость. Мы заканчивали школу, а значит, если Аврил сможет учиться, то за неё в ответе будет академия. Только вот мне было неизвестно, закладывал ли Лоренс в свои расходы дальнейшее обучение Аврил, или нет.

— Ох, история довольно простая, — отмахнулся Лоренс. — У нас служила её мать. Она была потомственной прислугой, хорошей и преданной. Брала на себя много работы, с любовью относилась ко всем. К сожалению, когда родилась Аврил, она заболела, целители не смогли ей помочь, только поддерживали.

— А чем она болела? — в разговор вмешалась Аврил, чуть не подпрыгнув на стуле, но тут же осела и опустила взгляд.

Сомерсет не стал её одёргивать, только печально посмотрел несколько секунд.

— Я не знаю, Аврил. Она прожила ещё два года с помощью целителей, но увы, мы не смогли ей помочь. Она просила позаботиться о тебе, и я выполнил своё обещание.

Аврил шмыгнула, но взгляд не поднимала.

— Кем был твой отец она не говорила. Мужа у неё не было, а потому мы не знаем где она… — Сомерсет не стал продолжать. — Надеюсь, я был хорошим опекуном.

На какое-то время за столом повисла тишина, но к столу начали подавать первое после закусок горячее, и все немного отвлеклись. Я проголодался, а потому остальные вопросы решил оставить на потом.

Мы просидели за столом ещё долго, обстановка разрядилась. Чуть подвыпившие Мартин и Сомерсет что-то весело обсуждали, а в меня взглядом впились сестра и Аврил, намекая, что хотят вытянуть из-за стола.

Я попрощался с Сомерсетами, надеясь, что за стол больше возвращаться не придётся. Пусть веселятся — нам всем не мешало спустить пар, но пообщаться с Аврил и сестрой мне хотелось куда больше.

Мы вышли в соседнюю гостиную — на улице шёл снег и сильно похолодало. В гостиной горел и тепло трещал камин. Как только за нами закрылась дверь, Аврил бросилась мне на шею и обвила руками.

— Скучала! Скучала! Скучала! — тараторила она. — Спасибо! Наконец-то я не в интернате!

Я обнял её в ответ.

— Мартину спасибо, я даже не знал, что он так быстро всё решит.

— Я уж думала ты правда просто на Грейс женишься, ой, — Аврил осеклась, взглянув на стоящую рядом Адору. — Прости.

— Всё в порядке, я, в отличии от некоторых, — Адора покосилась на меня, — нормально отношусь к проявлению чувств.

Я только ухмыльнулся и чуть крепче приобнял Аврил.

— И ты в таком платье не замёрзла?

— Ой, ну нет, я уже переоделась, специально. И я вещи привезла. Значит, правда, я останусь?

— Конечно, — я улыбнулся.

— Неро, — Адора отвлекла меня. — Я очень рада, что ты хоть немного чаще улыбаешься.

Когда сестра помогала мне пережить снятие блока я почти не мог говорить и казалось, будто не видел её целую вечность. Мне хотелось, чтобы она тоже улыбалась чаще, но вопрос с Итоном Доу точно не решится также быстро.

Одно дело сирота, взятая в наложницы, а другое — брак с человеком не из своего сословия.

— А ты как? — я отпустил Аврил, которая тут же принялась осматривать просторную гостиную.

— Тяжеловато. Я слышу только обрывки того, что происходит с Айонами. Обещай, братик, если когда-нибудь станешь главой, то женщин тоже будут посвящать в дела.

— Можно подумать, женщины этими делами сильно интересуются, — усмехнулся я.

— Ну, некоторые да, — Адора нахмурилась. — Например, я слышала краем уха кое-что об отце…

— То есть подслушала? — я улыбнулся шире.

— Нет! Случайно услышала, — Адора еле сдерживала смешок. — Ты будешь слушать или нет?

— Конечно, — я прислонился спиной к тёплой стене и сложил руки на груди.

— Так вот. Не знаю, с кем говорил Мартин, это было по телефону. Но вроде бы как, отец пришёл в себя, — почти шёпотом сказала она.

— Правда? — я удивлённо приподнял бровь.

— Ну, да… Он ничего вам не говорил?

— Нам?

— Артуру, Алексу, нет?

Я мотнул головой.

— Странно, — Адора снова смешно нахмурилась.

— Может, не хотел говорить заранее, даже ты не уверена, что это действительно так, — предположил я.

— Надо к нему съездить, пока снова что-нибудь не случилось, — вздохнула сестра.

— Согласен. Спасибо, что сказала. Алекса тоже с собой возьмём, — я положил Адоре руку на плечо.

— Так вот значит эта девочка из школы, про которую ты говорил, — сестра перевела взгляд на Аврил, которая бродила по гостиной, рассматривала книги и сувениры на полках.

В этой жизни Адоре я точно ничего про Аврил не рассказывал, во всяком случае такого, чтобы она так умилительно смотрела на мою подружку. Что я говорил в те свои пятнадцать, вообще вылетело из памяти. Но, судя по реакции сестры, нечто хорошее.

— Ну, да, — я улыбнулся уголком рта. — Она.

— Всё будет хорошо у вас, братик, я уверена, — сестра приобняла меня. — я пойду.

Сомерсетов всё-таки пришлось провожать, потому как Мартин выпил довольно много, как и гости. Лоренс ещё что-то объяснял Аврил, прежде чем сесть в машину и обещал, что они ещё много раз увидятся.

Когда Адора оставила нас наедине, Аврил поделилась, что странно находиться рядом с Сомерсетом, когда ни разу не видела его долгие годы. Она не осуждала его, просто не понимала, как ко всему этому относиться.

На прощание Аврил заверила, что хорошо сдаст экзамены и что будет активно поддерживать с Лоренсом связь. После её схватили наложницы отца и потащили в другое крыло. Что они собирались ей говорить, я думать особо не хотел.

— Неро, — сзади меня из неоткуда возник прадед, а я-то думал, что он уже отправился спать после такого весёлого застолья.

— Мартин, думаю, нам всем пора спать, — я повернулся к нему.

— Нам нужно съездить к Хагану, — как-то печально произнёс он.

— Слухи говорят, что он очнулся, — мне казалось, что настроение сейчас вообще ничего не может испортить.

— Очнулся, да, — Мартин вздохнул. — И просит об эвтаназии.

На секунду пространство перед глазами поплыло и меня начало мутить. Я сделал глубокий вдох, чтобы привести Поток в равновесие.

— Немного подумай, ладно. Может мы отговорим его… Или же исполним волю, — Мартин хлопнул меня по плечу и удалился.

Прекрасное завершение вечера.

Я долго не мог уснуть. В конце концов, я тупо сидел на кровати в одних трусах и пялился на поваливший крупными хлопьями снег за окном. Пространство-время хочет исполнить задуманное? Я чуть сжал пуховое одеяло в кулаке — это тяжело принимать. Даже слишком.

За моей спиной чуть слышно скрипнула дверь. Без стука и поздно ночью? Ну, это точно не могла быть Фрида или Адора. Я улыбнулся своей мысли и повернулся к двери.

В пробивающемся сквозь снеженые тучи свете луны, силуэт миниатюрной Аврил казался и вовсе нереальным, почти сказочным. Так и знал, что она как минимум попытается пробраться ко мне сразу же, как попадёт в поместье. Ей уже официально можно было приходит с моим приглашением, но, видимо, так ей казалось интереснее.

— Можно? — шёпотом спросила она.

Я кивнул.

Аврил неслышно прошлась по комнате. Мне стало даже интересно, она в шортиках и маечке шла от того крыла, или где-то успела скинуть тёплую одежду.

— Я думала, ты спишь, — прошептала она, плюхнувшись рядом на кровать.

— Если думала, что сплю, зачем пришла? — Я улыбнулся и приобнял её.

— Ну-у-у, просто, — она смущённо отвела взгляд. — А почему ты не спишь-то?

— Много мыслей. Устал, — я качнул головой.

— Тебе нужно расслабиться, — она залезла глубже на кровать и принялась немного неуклюже массировать мне голову. — Лучше?

— Лучше, — хмыкнул я. Настолько это действие было искренним и странным.

— Можно мне остаться с тобой? — шёпотом у самого уха спросила она, обжигая своим горячим дыханием.

— Останься, — тихо ответил я, поймал её руки на голове и потянул на себя так, чтобы почувствовать её тепло. — Останься…

Глава 13

Я проснулся от того, что в глаза светило яркое зимнее солнце. Нужно было задёрнуть шторы вчера, но после того, как пришла Аврил мне было уже совсем не до штор. Потянувшись всем телом, я повернулся к сопящей подружке и легко погладил по плечу. Она промурлыкала что-то неразборчивое и сделала вид, что спит.

— Не прикидывайся, я знаю, что ты уже проснулась.

На лице Аврил мелькнула хитрая улыбка, но она всё ещё старательно притворялась спящей.

— Мне нужно заниматься делами, извини, — я начал стягивать с неё одеяло.

Аврил поёжилась и, наконец, открыл глаза.

— Мне тут было так тепло и уютно, — она зевнула и села в кровати. — А ты выгоняешь.

Я ничего не ответил, только потрепал Аврил по золотистой макушке. Как я и подумал, под дверью она неосмотрительно бросила тёплый длинный кардиган. Вряд ли ей за это сильно влетит, но старшие наложницы могут быть недовольны, что Аврил шастала по дому среди ночи и без моего приглашения.

Она чмокнула меня на прощание и быстрым шагом ушла по коридору в своё крыло. Странное ощущение — в той жизни я держал всех женщин на расстоянии, никого не подпускал и не мог доверять. Девочка из школы, которую я вспомнил, оказалась той, кого теперь, кажется я мог впустить в душу, а не только в постель.

В той жизни я встречался с Аврил ещё пару раз сразу после школы, перед тем, как меня вынудили уехать, но кроме пары ночей мне больше нечего было ей предложить. Как оказалось, её чувства и правда были по-настоящему искренними.

Проводив фигурку Аврил взглядом, я вернулся в комнату. Сегодня нужно съездить к отцу, и я до сих пор не знал, что скажу ему, когда встречусь взглядом. Мартин не стал делиться со мной своими соображениями и, что самое важное, скорее всего не хотел принимать решение — исполнить волю отца или нет.

Если целители признают, что отец не в себе, то решение будет за прадедом, ему даже не нужен будет Совет, но пусть хоть и по хмельному, но серьёзному взгляду Мартина я понял, что он устал, на самом деле.

Ехать в госпиталь пришлось в тягостном молчании. Прадед, Алекс и Адора все, как один пялились в окна и мне не оставалось ничего, как заняться тем же.

Мы следили за обстановкой на границе, Мартину постоянно передавали данные, Мор же подкидывал мне информацию, которую мог заметить Дин со своей стороны, а не со стороны военачальников.

Несмотря на то, что почти всех Юдалл и Веберов уже арестовали, на границе ещё оставались их люди и, судя по занятой позиции решали, что делать дальше — сдаться, или же пойти в атаку.

Мин со своей стороны понимали, что имперские войска оказались на порядок подготовленней и мобильней, чем им докладывали, а я успел немного помочь собственным силам Айонов в самом начале.

Машину тряхнуло, и я будто вышел из гипноза, поймав на себе взгляд Алекса.

— Что?

— Ничего. Всё это кажется каким-то спектаклем, — брат пожал плечами.

— Если бы. Алекс, ты не связывался с Брайсом? — спросил я. Где-то в глубине души мне казалось, что так будет легче найти его.

— Нет, — он качнул головой. — Даже если бы он попытался… Вряд ли бы я смог простить Брайса и не рассказать об этом.

— Понятно, — я побарабанил пальцами по коленке. — Если будет хоть какой-то намёк на то, где его найти…

— Я знаю, что у тебя есть телепорт, — прервал меня брат. — Разве ты не можешь переместить к нему?

— Возможно, но я не могу оценить расстояние, на которое работает телепорт и то, что в данный момент окружает Брайса. А потому этот вариант рассмотрю в последнюю очередь.

Краем глаза я заметил, как к нашему разговору начали прислушиваться и Мартин, и Адора.

— Алексу нужно право голоса на Совете, — я решил немного сменить тему. — Как смотришь на это?

Мартин чуть нахмурился, видимо, ему было что сказать о Брайсе.

— Это не проблема, но нам нужно вернуть домой Юстаса и… Принять решение относительно Хагана.

— Звучит ужасно, — Адора поджала губы. — Всё это звучит просто ужасно.

Зря она настояла на том, чтобы ехать с нами в одной машине. Хоть она и пыталась делать вид, что хочет знать о делах семьи всё, что готова к подобным обсуждениям, но по лицу сестры я хорошо понимал, что это не для неё.

Перед тем, как войти к отцу, мы встретились с целителем, постоянно наблюдающим за его состоянием. Мужчина невысокого роста, с проседью в каштановых волосах и морщинками в уголках глаз, долго будто не решался рассказать нам обо всём. Я не запомнил его имени, лишь вслушивался в то, что он рассказывал Мартину.

— Вы должны понимать, господин Айон, всё, что сейчас скажет Хаган Айон не совсем его истинные мысли и желания.

— Он просил об эвтаназии, насколько можно судить его ли это желание? — не сводя глаз с целителя, спросил прадед.

— Если вы позволите, мы можем просканировать его сознание ментально и тогда уже ответить на этот вопрос, — спокойно ответил целитель. — В госпитале есть штатный менталист, специально для решения подобных вопросов.

Мартин надолго задумался, затем тяжело вздохнул и кивнул.

— Мы можем присутствовать при этом? — спросил я.

— Да, конечно, но я не уверен, что стоит…

— Значит, мы будем присутствовать, — сказал вместо меня прадед. — Если Хаган действительно потерял рассудок и личность, то, как ни прискорбно, он уже мёртв.

Я покосился на Алекса, который выглядел серо и подавленно и на Адору. В глазах сестры блестели слёзы, но она держалась. В этот самый момент внутри меня всколыхнулся Поток — отец снова погибал. Даже если в момент просьбы у него случилось просветление, и он осознавал, о чём просит, то он снова сдавался.

Если даже другая временная линия не желает меняться под моим воздействием, почему должен был меняться я? Зачем тогда нужны были все эти блоки и установки? Мне хватило бы пары месяцев, чтобы синхронизировать тело и Поток, а потом я решил бы всё так, как привык.

Для чего тогда это всё было нужно?

Я стиснул зубы и вобрал носом воздух — нет, никакого бесконтрольного выброса энергии не будет. Ни сейчас, ни в другое время.

Если бы я не знал, как выглядел отец на самом деле, то решил бы, что его кто-то намеренно состарил — густые волосы, которые он всегда собирал в высокий хвост, сейчас были острижены и спутались, аккуратная бородка сбилась клоками и поседела, всё лицо выглядело как восковая маска, глаза были прикрыты — похоже, он дремал.

Адора осталась у двери, не решаясь сделать шаг вперёд, а я направился ближе к отцу вслед за Мартином. Вместе с нами в палату вошёл и штатный менталист, который, не произнеся ни слова, взялся за руку отца и долго вглядывался в его лицо.

— Что вы можете сказать? — нарушив тишину спросил прадед.

— Его сознание спутанно и раздроблено. Он не потерял связи с действительностью окончательно, но вскоре это произойдёт. Образы и реальные воспоминания смешались с теми, что долго накладывались с помощью артефакта. Восстановить его разум не получится, — уверенно произнёс менталист.

Мне показалось или я услышал тихий, но судорожный вздох сестры за спиной.

— Его можно разбудить? — спросил Мартин.

Менталист сделал еле уловимое движение рукой, и отец открыл глаза. Алекс, стоявший рядом со мной, даже слегка отступил назад — глубокие тёмно-фиолетовые глаза отца стали бледными и водянистыми, будто из них жизнь выкачали уже давно. Я сухо сглотнул.

— Это ты? — отец посмотрел прямо на меня.

Мне не нашлось, что ответить. Кого он перед собой сейчас видит?

— Я ждал тебя, Неро. Мне жаль, — прохрипел отец.

Я поднял взгляд на штатного менталиста, тот кивнул, подтверждая, что сейчас отец понимает, кого перед собой видит.

— Ты не должен уходить. Борись с этим влиянием, борись с наведёнными образами.

Отец протянул мне руку.

— Нет, они всё равно придут за мной, я больше не могу бежать. Весь мир хочет, чтобы я ушёл, чтобы исполнил волю…

— Чью волю? — спросил Мартин, оказавшийся совсем рядом.

— Отец? — я крепче сжал его руку.

— Это не его мысли, — тут же вставил менталист. — Сейчас ему кажется, что уйти ему предначертано. Это вызвано влиянием артефакта.

— Ты не должен сдаваться, — повторил я.

— Отпусти меня, сын, — вздохнул он. — Её больше нет, я больше не могу быть тем, за кем идут.

Мартин неслышно отошёл дальше, также, как и Алекс. Это странное чувство — они решили переложить ответственность на меня.

— Ты знаешь, — я чуть наклонился к отцу, — я видел будущее. Я жил там. Там ты тоже сломался и решил уйти. Может, в этот раз ты поборешься ещё?

В мутных глазах отца промелькнул то ли страх, то ли отчаяние. А может, мне только так показалось — сейчас в его голове было смешано столько всего.

— Тогда стань тем, кем я перестал быть, — ответил отец. — Отпусти меня. Я больше не способен. Они ждут меня, я слышу каждый день, я вижу чёрные пятна их лиц, то, чем я не смог стать, ты…

Из уст отца снова лилась невнятная речь и я сжал его руку так, что та побелела. Оглянулся на Мартина — тот смотрел мне в глаза, и я понял, что для себя он решение уже принял.

Перевёл взгляд на Алекса, который смотрел куда-то в стену, Адора тоже отвела взгляд.

— Я отпущу тебя, только скажи мне, ответь, — я снова заглянул отцу в глаза. — Существует ли тот, кто может возвращать разум во времени, можем ли мы перемещаться через пространство-время, или нет? Ты же знаешь.

— Можем, сын. Сколько было пролито крови тогда, когда мы могли и делали это. Знания утрачены, сожжены библиотеки, чтобы больше не было. Вторая Эра закончилась из-за таких, как мы. Мы хотели мстить за гонения, мы изменили мир, мы стёрли с лица планеты Вторую Эру и всё, что с ней было связано. Остались отголоски. Магов времени не должно быть, — по щеке отца прокатилась слеза.

Конечно, он говорил не лично о себе, но он точно знал, что произошло с историей, почему было решено ограничить хрономагов искусственно или… Мысли путались, мне хотелось спросить о многом.

— Отпусти меня, сын. Это невыносимо, — голос отца дрогнул.

Я промолчал ещё несколько долгих секунд, крепко сжимая его руку и собственную челюсть — во мне боролось желание выплеснуть то, что копилось со дня его смерти в той жизни. Ярость от того, что он сломался и бросил Айонов и настоящая, искренняя жалость к отцу — он уже не был собой, он уже не мог никого оберегать, не мог принимать решения, и где-то в проблесках рассудка от этого ему тоже было больно. Я видел это в его побледневших глазах.

— Я отпускаю тебя и прощаю.

Наклонившись, я сжал его высохшие так быстро плечи и прикоснулся к его лбу своим. Отец только неглубоко вздохнул.

Даже сейчас. Даже нынешнему мне было сложно это принять. Я не хотел видеть процедуру эвтаназии, я не хотел, но подписал вместе с Мартином все бумаги. Я не хотел смотреть сестре в глаза, чтобы не увидеть там осуждение.

Адора поймала меня перед тем, как сесть в машину и заглянула в лицо. Она тихо плакала всё это время, но сейчас даже пыталась улыбнуться. Я не видел, как она и Алекс прощались с отцом, я даже не знал, что они ему сказали и смог ли он им ответить, но думать об этом не хотел.

— Ты не виноват, братик. Я тоже надеялась, что он сможет поправиться, но так будет лучше, правда. Не вини себя ни в чём.

За натянутой улыбкой Адоры я видел, как дрожат её губы, слышал, как дрожит её голос. Столько потерь за короткое время — я поражался выдержке и воле Адоры. Этой нежной и комнатной девочки, которую я так хотел уберечь от Фила Туми. Она оказалась куда сильнее, чем я помнил и знал.

— Спасибо, — я только крепко обнял её.

Почти всю дорогу назад мы ехали молча, также, как и в госпиталь. Мне казалось, что отец ждал, пока мы все сможем приехать, чтобы наконец сдаться окончательно. Отогнать от себя эти мысли было сложно, особенно слова отца о том, что маги времени привели к концу Вторую Эру и изменили мир, не выходили из головы.

От неожиданно резкого звонка телефона меня слегка дёрнуло.

Мартин поспешно ответил на звонок — судя по его лицу, это было нечто очень важное. Я пытался вслушаться в то, что говорили на том конце, но из трубки фоном звучали какие-то шумы и помехи.

— Да. Я понял. Спасибо за оперативную информацию, — сказал прадед и отключил звонок.

— Что там? — я кивнул на телефон в его руке.

— На границе началось движение. Подошли новые войска Мин. Державшие оборонительную позицию силы Вебер и Юдалл присоединились к наступлению, — ответил Мартин и уставился на меня.

— Значит, там уже знают об обвинении против них.

— Да, — согласился прадед.

— Значит, мне нужно быть там.

— Снова на границу? Зачем? Ты думаешь, что твоих сил хватить, чтобы помочь?

— Я уверен в этом и да, я иду туда за теми из Веберов и Юдалл, кого ещё не успели взять.

Мартин только тяжело вздохнул.

Как только мы вернулись домой, я связался с Алиасом. На недоумение прадеда пришлось только просить довериться и подождать. Его до сих пор не отправили на границу от гильдии, и я мог запросить его выезд со мной.

Да, единолично мне не выиграть войну, не отбросить войска Мин назад, но я могу добраться хотя бы до части войск Веберов и Юдалл. Как только минцы поймут, что проводников империю больше нет, то им придётся отступить — быстрого вторжения уже не случилось, и не случится в ближайшее время.

Лангер нужен был мне не столько для того, чтобы уже завершить официальные процедуры допроса и поговорить с Юстасом, но и, возможно, выяснить у дяди, куда мог деться Брайс.

Дядя видел в нём своего преемника, часто с ним общался и старался помогать. Я был почти уверен, что Юстас действительно ничего не знал о сговоре с предателями, но вполне мог предположить местоположение брата.

Лангер приехал в поместье буквально через пару часов после моего звонка. Для того, чтобы он отправился на границу вместе со мной, пришлось отправлять срочный запрос в гильдию. Если бы Алиас был свободным от гильдейских обязательств, конечно, было бы куда проще.

— Неро, я вижу, что блок, работающий на родовую магию почти разрушен.

Алиас с интересом разглядывал меня, сидя в кресле на тёплой застеклённой веранде.

— Да.

Я кивнул и взглянул на часы — машину для нас всё ещё не подготовили, и я уже подумывал над тем, чтобы телепортироваться в расположение.

— Как пережил это?

— В этот раз самочувствие было не настолько ужасным, — я хмыкнул. — Но знаешь, после тех установок я понимал, на что они были наложены. Ко мне возвращались ощущения, воспоминания и желания, но тут…

— Ничего не открылось? — Алиас удивлённо приподнял светлую бровь.

— Нет. Я не понимаю, что за блок скрывает родовую магию.

— Ты всё же очень интересный экземпляр, — Алиас улыбнулся.

— Почему тебя, как боевого менталиста не вызывали на границу, — я решил сменить тему разговора.

— Не докладывали. Наверное, берегут на потом, — тот пожал плечами.

— Потом не будет. Мне нужна твоя помощь. Не только с вопросами к Юстасу, — я смотрел на Лангера, ожидая реакции.

— Ты собрался на поле боя?

— Да. Или гильдия тебя накажет за действия без приказа?

— Если гильдия узнает, — он покачал головой. — В целом, я не против размяться. Однако, в таком случае, я хочу при возможности окончательно снять с твоего разума последний блок и самостоятельно увидеть, что же там скрывается.

— Мне самому интересно, — ответил я, легко улыбнувшись.

В ожидании подготовленного транспорта прошёл ещё час, я уже намеревался всё-таки воспользоваться телепортом, хотя и понимал, сколько резерва он у меня отнимет, особенно, учитывая расстояние.

— Больше нет времени ждать, — я встал с кресла и схватил Алиаса за предплечье.

— Перемещение? — тот подобрался. — Куда?

— Сразу на поле боя, господин Лангер. Всё остальное потом.

Первое, что я услышал — грохот боевых машин, затем увидел, как в нашу сторону движется пехота и тяжёлые бронемашины.

Визуально отличить войска Веберов и Юдалл от минцев было можно — по бело-золотым расцветкам боевых машин и форме. У Мин чаще мелькали красные и серые оттенки, но из-за количества пыли и череды взрывов, поднимающих всё вверх и закрывающих обзор напрочь, ориентироваться становилось сложнее.

Грохот, много грохота, брызги крови. Я заметил первое же наше подразделение, снова схватил Алиаса, переместился вместе с ним. Немолодой командир удивлённо вытаращился на меня, но тут же снова занялся приказами.

— Сканируй, — чётко сказал я Алиасу, — нужно понять, кто командует силами Веберов и Юдалл.

— Далеко, — ответил Алиас.

— Мне нужен щитовик! — я обратился к командиру.

— Бери любого! — тот махнул рукой на укрепление, к которому подъехала машина со сменой.

Я выцепил темноволосого парня на себя.

— Ранг?

— Третий! — сразу ответил тот.

— Ставишь купол?

— Да!

— Сейчас мы окажемся там, — я указал рукой в самую гущу, где среди боевых машин Мин мелькали золотисто-белые цвета сил Юдалл.

— Как? — парень удивлённо вытаращился на меня.

— По моей команде ставь купол и удерживай. Направь на это весь Поток, понял?!

— А смена?

— Не будет смены. Держи купол. Понял?

Парень несмело кивнул.

Я взялся за предплечье Алиаса, схватил свободной рукой щитовика. Понял, где нам нужно оказаться и переместился. Над головой что-то пронзительно взвизгнуло — помимо магии, здесь работали боевые машины. Мы оказались в самом сердце сгруппированных с минцами войск Юдалл и Веберов.

Щитовик растерялся всего на пару секунд, но тут же развернул купол, надёжно накрывший нас. Послышался рёв залпового огня, в купол что-то попадало, земля под ногами подрагивала.

— Сканируй! — крикнул я Алиасу.

Я создал под ногами пласт воды, направляя её во все стороны от нас. Тяжело — большой объём, но эту часть мы однозначно остановим. Пусть не всех, но облегчить задачу имперским солдатам и машинам — запросто.

— Что там?!

Вода хлестанула платным потоком, замерзая сразу, как только касалась солдата или машины. Крепче. Я тратил силы постепенно, не тратя Поток сразу на массовые техники посложнее.

— Вижу. Там, — Алиас указал рукой на защищённую боевую машину. — Не вижу, кто конкретно. Как поступим?

— Нужно ещё ближе, чтобы воздействовать?

— Да, — согласился Лангер.

— Тогда начинаем движение! — скомандовал я щитовику. — Туда.

Мне было не до правильных формулировок. Я всё ещё наращивал лёд на машинах и оставшейся пехоте. Сюда подходила подмога, а нам нужен был тот, кто отдаёт приказы силам предателей. Я лишь указал направление рукой.

Мы передвигались медленно — мне приходилось создавать и разрушать лёд одновременно, чтобы давать нам возможность спокойно продвигаться вперёд. Парень-щитовик уже тяжело дышал, я чувствовал его Поток — он работал на износ и, как только у него закончатся силы…

Нужно было сделать это быстрее.

— В моей зоне, — проговорил Алиас.

Я наблюдал, как окружившие главную машину броневики прекратили огонь. Алиас сложил пальцы сначала в одни жест — подогнув безымянный палец к большом, потом ещё один — раскрыв пальцы левой руки веером и подогнув к ладони большой.

— Ты можешь ими манипулировать?! — спросил я.

— Отчасти. Недостаточно. Сейчас.

Боевые машины развернулись на тяжёлых гусеницах и начали двигаться друг к другу, затем замерли. Один залп из крупнокалиберной пушки. Второй. Первые двое уничтожили друг друга. Ещё две машины принялись отступать и освобождать для того, кого охраняли, путь к отходу.

Я запустил в ещё жидкую воду мощный электрический разряд. Что-то коротнуло. Машины встали. Экипажи начали выпрыгивать наружу. Все они выглядели, как поднятые трупы, но, скорее всего, это было влияние такого же менталиста — полное подчинение.

Ещё разряд.

— Алиас, убирай их! Парнишка скоро…

Я кинулся к щитовику, который уже бледнел и тяжело дышал, купол становился тоньше.

— Держись, держись, я потом тебя прямо в лазарет кину, — я подпёр щитовика плечом.

Алиас направил солдат в другую сторону и сосредоточился на главной машине. Её тут же накрыло куполом, но затем бронированные двери отъехали в сторону, заставляя выйти наружу… Карл Юдалл — военный советник, его я узнал. Ещё один мужчина и молодая женщина — возможно, менталист.

— Я слышу тебя. Да. Она металист. Ранг выше, если не решим сейчас, то мы попали, Неро! — крикнул мне Лангер, сквозь шум залпового огня.

— Понял!

Купол щитовика уже почти рассеялся, и я развернул свой. Ещё одна секунда. Остатки ледяной техники. Мне нужно было действовать крайне быстро — я сосредоточился, но форвард не сработал, тогда — замедление. Всего пару секунд, чтобы оценить обставновку.

Алиас, кажется почувствовал, что происходит.

Вижу троицу, солдат отводит Алиас. Девушка пытается пробить мой ментальный барьер — голова начинает болеть.

Сосредотачиваю на кончиках среднего и указательного пальцев сгусток чистой энергии Потока. Только оглушить троих сразу. Не убить. Закрыться щитом. Вернуться в штаб. Сразу с парнишкой и Лангером. И этими тремя.

Смогу?

Я оскалился в улыбке самому себе — конечно смогу.

Перемещение, три сгустка в затылки этим троим. Настолько быстро, что никто не успевает среагировать. Они падают. Алиас уже рядом, тащит на плече щитовика — парень без сознания. Я держу купол и пытаюсь понять, как утащить всех сразу.

Мне нужно к ним прикасаться. Или нет? Не время экспериментировать — заметив, что часть сил Веберов и Юдалл уничтожена, мин отступают, сюда приближается имперская армия, но они могут не понять, что мы свои.

Алиас спихнул всех троих в одну кучу, вложил безвольные ладони друг в друга, передал мне парнишку, схватился за этих троих и за мою руку.

— Перемещайся! — рявкнул он, когда я краем взгляда заметил, что в нас летит чья-то массовая техника из кольца горячей плазмы.

В штаб. Сейчас. Сию секунду.

Меня дёрнуло так, что казалось, будто из шеи выбило пару позвонков. Я упал на спину, не удержав равновесия, и ударился затылком. Боль шибанула в позвоночник и виски.

— Получилось? — хрипло спросил я у пустоты перед плывущим взглядом.

Во рту стоял вкус крови, а в ушах звенело — я потратил почти весь резерв на этом скачок.

— Получилось, — над ухом буркнул Алиас.

— Мы в штабе? — спросил я, всё ещё разглядывая чёрную пустоту перед глазами.

— Да. А ты что, не видишь? — Алиас хмыкнул.

— Не вижу, — отозвался я. — Совсем ничего не вижу.

— Пройдёт, — сказал Алиас. — Подожди.

Вдалеке, откуда-то из коридора послышались быстрые шаги — те, кто были в штабе поняли, что кто-то явился без приглашения.

Глава 14

Дальше в моих ушах поднялся такой звон и шум, что выкрики прибежавших людей и чьи-то приказы превратились в невнятный гул, где смешались слова и звуки. К горлу подкатила тошнота, темнота перед глазами начинала светлеть, но всё, что я видел — размытые пятна.

Успел разобрать слова Алиаса о том, кто мы такие, затем чей-то отрывистый приказ взять всех пятерых под арест до выяснения обстоятельств. Меня кто-то подхватил и поднял на ноги, я успел выдавить из себя: «Делари… Ему… Сообщите», — а затем сознание покинуло меня.

Как долго это продолжалось, я не знал, но открыв глаза в лазарете штаба и поняв, что не прикован к кровати и мой Поток никак не глушится, понял, что арест, судя по всему, уже на мне не лежит.

Неимоверно хотелось пить, я сухо сглотнул и повернул голову влево — туда, где стояли и другие кровати. Что странно, не обнаружил вообще никого из персонала. Только ещё троих раненых, которые, похоже, спали. Попытка встать увенчалась успехом только со второго раза.

Это было странно, потому как если временную потерю зрения и тошноту я мог объяснить ударом о пол головой, то штатный целитель уже давно исправил травму. На меня напялили длинную больничную сорочку, обуви рядом не оказалось.

До столика, где стоял графил с водой, пришлось шлёпать босыми ногами, но холодящий стопы гранит лазарета был даже приятным. Я не успел дойти до столика всего пару метров, как в палату ворвалась молоденькая медсестричка, округлила глаза, что-то охнула и тут же вылетела обратно.

— Вот это уход за больными, понимаю, — пробубнил я, всё-таки дотянувшись до графина и плеснув в стакан ледяной воды.

Сделав пару глотков, я, наконец, смог более-менее глубоко вдохнуть — спина отозвалась болью. Судя по всему, до конца меня не лечили, более тяжёлых раненых здесь могло быть достаточно.

Через мгновение дверь снова открылась, и я увидел командующего Делари — он выглядел уставшим и казалось, будто слегка сдулся, хотя мужик был статный и высокий.

— Господин Айон, вам следует ещё немного отдохнуть, — он пробежался взглядом по моему лицу и покачал головой.

— Что с Алиасом? — спросил я, голос прозвучал сипло.

— Всё в порядке. Он даёт показания о том, что произошло в эпицентре боя. И как вы там оказались.

Я чуть стиснул зубы. Алиас не будет что-то выдумывать, так как знает, что его и самого могут допросить менталисты. Мне не хотелось, чтобы о телепорте знало слишком много людей, но в тот момент уйти с поля боя иначе бы не вышло.

— Можем поговорить? — спросил командующий.

Я кивнул.

Стоящая за его спиной белокурая медсестричка вышла вперёд и, подхватив меня под локоть, повела обратно к кровати.

— Я принесу вам лекарства, — полушёпотом сказала она, — простите, что не помогла сразу. Переволновалась.

— Ничего, — я улыбнулся уголком рта. — Я что, такой страшный?

Медсестричка хихикнула и отвела взгляд. Когда я сел на кровать, она достала из кармана миниатюрное зеркальце и протянула мне: да уж, всё-таки страшный — на лице несколько не затянувшихся ссадин, чёрные синяки под глазами, волосы растрёпаны. Похоже, что целитель действительно устранил только сотрясение, или что там было.

Я вернул девушке зеркало, и она ушла, но вот Делари никуда уходить не собирался.

— Как обстановка? — я залез чуть глубже на кровать и откинулся на подушки.

— Вы о Мин? Имперские войска перешли в активное наступление, Мин отступает. Смею полагать, что в скором времени всё закончится.

Он как-то тяжело вздохнул, но я понимал, пройдёт ещё ни один день и потери всё равно достаточно большие для такого коротко срока. Империя давно не участвовала в крупных войнах, локальные конфликты и участие в войнах других государств в качестве союзников не так сильно сказывались на нашей стране.

Я был рад, что в этот раз войска Мин не дошли до метрополии и что мобилизация произошла настолько оперативно.

— Вебер и…?

Я не успел задать свой вопрос.

— Под охраной и будут переданы суду Тринадцати. Советую вам не контактировать с ними. Мы вышлем их и вас в метрополию в ближайшее время.

Делари замолчал, но я чувствовал его напряжение и немой вопрос. Узнал ли он всё от Алиаса до того, как пришёл ко мне, или только догадывался, но никакого смысла усиленно скрывать свою способность, я не видел.

— Как вы оказались в штабе? — наконец спросил командующий.

— Вы не знаете, или просто хотите услышать это от меня? — я чуть наклонил голову.

— Хочу услышать, — честно ответил Делари.

— Телепортация. Я не могу вам объяснить откуда у меня эта техника, да и не думаю, что это столь важно.

— Ваша способность могла бы…

— Могла бы. Но телепорт отнимает много сил, особенно на дальние расстояния. Я не могу прыгать туда-сюда бесконечно долго. Основные силы Веберов и Юдалл остались без командования, Мин тоже понимают, что у них больше нет проводников. Даже если они решат начать войну, уже не надеясь на быстрый захват, понадобится время и ресурсы.

— Я понял, — Делари кивнул, — у меня нет полномочий заставить вас что-то сделать, и нечего предложить за помощь.

— Я помогу, если в этом будет острая необходимость, — я потянулся всем телом.

— Хорошо. Вы не подумали над поставкой артефактного оружия для наших войск?

Похоже, что этот вопрос волновал Делари куда больше, чем теоретическая возможность призвать меня для в качестве орудия уничтожения Мин. Командующий нахмурился и немного походил взад-вперёд, ожидая ответа.

Чем сейчас занят Виктор я пока не знал и с Джедом не говорил, но за огнестрел Делари был побороться и, похоже, заплатить за него из собственных средств, а не из военного бюджета Айонов.

— Я свяжусь с вами, когда всё узнаю, — кивнул я.

— Может, вы передадите нам артефактора?

— Он что, вещь? — я еле сдержал смешок.

— Нет, ну-у-у, — Делари протянул как-то неуверенно, — я имел в виду, что мы могли бы ему предложить работать напрямую…

Такой простой. В Делари не было ни крупицы хитрости. Не сложно понять, что убери меня и фирму Джеда из этого уравнения, то этот заработок мы однозначно потеряем. Я не мог и не хотел насильно держать Виктора при себе, но просто так дать уплыть такому мастеру в руки Делари тоже не собирался.

— Послушайте, не форсируйте события, — ответил я. — Я буду держать с вами связь. Хорошо?

Делари только кивнул. Наступила какая-то неловкая тишина. В окно заглянуло яркое и холодное зимнее солнце, небо очистилось, а отдалённых звуков всё ещё идущих боёв сейчас за стенами куполов не было слышно.

— Я могу поговорить с Юстасом? — я решил прервать молчание.

— Да, конечно. Вы могли заметить, господин Айон, что вам вылечили только критичные травмы, уж простите. Потому советую пока отдохнуть и принять лекарства.

В палату как раз вошла та самая медсестричка с небольшой белой коробкой и, остановившись у столика с графином, налила стакан воды.

— Приму, но отдыхать мне некогда, — я улыбнулся уголком рта.

Делари оставил мне свой прямой контакт и ушёл. Я ещё немного посидел в тишине — другие солдаты в палате спали и после ухода медсестры стало совсем тихо. Она сказала, что мои вещи в шкафу у входа в палату и я могу надеть их, если не планирую больше валяться на чистом белье.

Давно я не слушал тишину. Создалось ощущение, что бегу в колесе и не могу остановиться ни на секунду. Но остановиться я всё же не мог, по крайней мере, пока.

Я переоделся и сразу пошёл к Юстасу. У двери в его палату меня встретил Алиас, который выглядел куда лучше, чем моё отражение в мини-зеркальце медсестры.

— Прозрел? — менталист зевнул.

— Да. Ты уже дал показания? — я чуть прислонился плечом к стене, силы пока не восстановились полностью.

— Дал. Меня не долго допрашивали. Делари отправил запрос в гильдию, чтобы официально вызвать меня в качестве боевого менталиста, — Алиас чуть поморщился, похоже, война его не особо привлекала.

— И сообщил, что ты был здесь? — я усмехнулся. — Ты вроде надеялся, что гильдия не узнает.

— Нет, не сообщил, — Алиас растянул губы в улыбке. — Мне вообще кажется, что он меня боится.

— Вполне, — я оттолкнулся от стены и потянулся к дверной ручке.

— Юстас чист, если что, — голос менталиста меня остановил.

— Ты его допросил, что ли? — я на мгновение даже остановился. — Без меня?

— Ну-у-у-у, — Алиас покрутил ладонью в воздухе. — У меня есть официальное разрешение на допрос, ты же помнишь? Да и я всё задокументировал уже, осталось отправить твоему прадеду.

— Быстро ты, — я покачал головой. — А про Брайса ничего не спросил?

— Нет, конечно, мне-то что до твоего брата, — менталист пожал плечами.

— Ну, спасибо, ты же знаешь всё, — бросил я.

— И что? Мне не интересны дрязги Айонов, ты мне интересен как образец перемещения во времени, да и тем, какой спец установил тебе блоки. Кстати, об этом…

Я посмотрел на Алиса так, чтобы он понял — мне нужно поговорить с Юстасом, а уже потом можно обсудить и всё остальное.

— Ладно. Вернёмся к этому разговору позже. Делари хочет отправить нас завтра на рассвете.

— Понял, — я уже толкал дверь в палату дяди.

Юстас выглядел куда лучше, чем в прошлый раз. С него сняли часть повязок, но руки всё ещё были в гипсе. Из-под лёгкого одеяла выглядывал функциональный протез, которым заменили оторванную ногу.

Он полусидел в кровати и что-то просматривал на планшете, хмуря густые брови.

— Добрый день, Юстас. Как себя чувствуешь? — спросил я, как только вошёл.

Он уже точно знал, что я в штабе, а потому без удивления поднял на мня взгляд.

— Здравствуй, Неро. Получше. Даже успели установить протез, — он слегка улыбнулся и откинул одеяло.

Биомеханический протез выше колена выглядел так, будто ногу Юстаса просто перекрасили в чёрно-серые цвета, тщательно прорисовав мышцы.

— Должна ещё быть искусственная кожа, но пока не готова.

— Неужели не нашлось целителя, способного вырастить ногу? — я хмыкнул.

Юстас невесело рассмеялся.

— Увы, но вот именно такого не нашлось, — он пожал плечами. — Но протез тоже не плох.

Он улыбался, но в глазах стояла какая-то горечь. В прошлой жизни он не знал, что произошло с Айонами, погиб, а в этот раз мне каким-то образом удалось это изменить, но всё происходящее, конечно, давило на него.

— Мне очень жаль, — он положил планшет на одеяло. — Хаган был хорошим человеком.

— Мне тоже жаль, — я подвинул аккуратное кресло поближе к его кровати и сел. — Но…

— Мартин не должен был заставлять и тебя принимать решение, — Юстас нахмурился. — Сейчас он глава, и тебя вообще незачем было тащить в госпиталь.

— Он дам нам возможность попрощаться с отцом.

— Это можно было сделать иначе, — серьёзно ответил дядя. — Я понимаю, что Мартин стар и больше не хочет нести такой груз. Понимаю даже, почему он ждал, какое решение примешь ты.

— Почему?

— Потому что он передаст главенство тебе, как только появится такая возможность. Артур не сможет быть главой, Алекс… Вряд ли… Твои младшие ещё совсем дети.

— А ты? — я уставился на Юстаса.

Он мотнул головой.

— Нет, Неро. Я не хочу и вряд ли сумею. Больше половины жизни я посветил армии, мне не справиться с другими сферами. Лучше я по-прежнему буду отвечать за свою часть границы.

На лице дяди мелькнула странная эмоция, он будто винил себя за то, что границу не удалось уберечь от атак.

— Понял. Значит, он проверял меня?

— Вроде того.

Я чуть улыбнулся. Конечно, не проверял. В отличие от всех остальных Мартин точно знал, кто я такой, что видел и откуда пришёл. В той жизни Мартин тоже не стал брать на себя груз собирать Айонов по кускам, и я уже давно не винил прадеда в этом.

— Скажи, ты знаешь, где может быть Брайс? — я немного сменил тему разговора.

Юстас поджал губы и долго молчал. Создалось впечатление, что он действительно может знать, но брат был его любимчиком, хоть он особо никогда не показывал этого. Сложно осознавать, что тот, в ком видел своего преемника, оказался предателем.

— Я не знаю, где можно его найти. Я думаю, что стоит это выяснить у того менталиста, через которого…

Юстас запнулся, ему тяжело было говорить об этом.

— Он скрылся. Сейчас ищут, — ответил я. — Надеюсь, что найдут в скором времени. Юстас, ты знаешь обо всём, что произошло? Вообще обо всём?

— Да. Айоны будто рассыпаются на части. Как Хаган мог это допустить? Даже до ментального влияния… Разве он не замечал, что вокруг него и рядом происходит нечто странное?

— Не хотел видеть.

Я хотел добавить: «что тогда, что сейчас, а потому наступил момент, когда нас смогли разорвать», но не стал. Юстасу сведения о моём перемещении ничем не помогут, а контрольных точек у меня не осталось вовсе.

— Столько долгих лет всё было стабильно, в роду, в Империи. Даже ознакомившись со всеми делами, я не могу понять, почему Юдалл и Веберы приняли сторону Мин. Разве они не понимали, что сработай план, рано или поздно минцы не оставили бы им власти, а позднее вообще поглотили бы всю Империю.

— Возможно, что понимали, но планировали что-то ещё, мы не можем этого знать, — я коротко выдохнул.

— Поищи Брайса за нашими территориями, если не всех из предателей ещё поймали, его может кто-то укрывать. Или же он сбежал в Мин.

— Вряд ли, — я качнул головой. — У Мин сейчас не самые выгодные позиции, зачем им укрывать одного мага?

— Хрономага, — Юстас улыбнулся уголком рта. — Его способности не самые слабые. Если он понимает, что его преследуют, то может пользоваться всем, чем может в полную силу.

— В этом что-то есть.

Я понимал, что если Брайс действительно перебрался к минцам и вышел с ними на связь, напрямую, то я не достану его телепортом, а в Мин сейчас в одиночку я точно не сунусь. Но этот вариант всё равно отложился в голове.

— Как только станет лучше, я вернусь к командованию, — мои мысли прервал голос Юстаса. — Мне нечего делать дома.

Я промолчал. Дёргать Юстаса не было смысла, но он хотя бы смог дать мне немного пищи для размышления. Закрыть глаза на Брайса я не мог. Брат он мне, или нет, но оставлять его на свободе я не стану, потому что знаю — он может снова вытворить нечто подобное.

Мне хотелось заглянуть ему в глаза и услышать ответ, почему на самом деле, он предал Айонов. Что им двигало? Жажда власти и места главы? Деньги или какая-то неведомая идеология?

Попрощавшись с Юстасом, я потом ещё долго обивал коридоры лазарета в поисках Алиаса. Я встретил его в небольшой комнате отдыха, где кроме менталиста никого больше не было.

Комната больше походила на зимний сад, и вся была заполнена разнообразными растениями и аккуратными коваными скамеечками. Еле слышно откуда-то лилась негромкая музыка и что-то вроде звуков природы. Интересное решение посреди взрывов и надвигающейся войны.

— О, так что скажешь? — Алиас сидевший на скамейке, приоткрыл один глаз.

— Как понял, что это я? — я сел рядом и тоже откинулся на высокую спинку.

— Ты забываешь, что я несколько раз побывал в твоём сознании, да и отличить твой Поток от остальных не сложно, — Алиас довольно улыбнулся. — Ты не ответил.

— Скажу что?

— Нам всё равно ждать завтрашнего утра. Поработаем над блоком? Возможно, что получится восстановить память о том моменте, когда тебя перебросило назад. Ты же говорил, что у тебя будто вырвали куски памяти, я не мог понять, как восстановить эти фрагменты, но, судя по всему, они восполняются после снятия установок и блоков.

Я недолго помолчал, что-то подсказывало, что знать это мне не очень хочется, но оставить всё так, как есть, я не мог, потому что не видел полной картины и даже не был собой до конца.

— Хорошо. Поработаем.

Я постарался расслабиться и закрыл глаза, понимая, что скорее всего снова увижу…

И я увидел. Будто со стороны я снова наблюдал этот момент. Тот самый, когда ко мне явился старик. Потрёпанный, в старых одеждах, опирающийся на чёрную, толстую трость. С ним ещё одни — молодой, светловолосый парень в светлом длинном сюртуке. Менталист, это точно тот, кто оставил во мне блоки.

С этой же стороны я понял, что занятый мной не по праву тронный зал не торжественен, скорее, он выглядел так, будто его трижды ограбили и несколько раз подожгли. И сделал это я. Я и мои люди, что пришли свергать Ганса.

Я видел себя — с чёрными провалами синяков, уставшим лицом, исчерченным шрамами, прислугу, в глазах которой читался страх. Они верили мне и в меня, но мне не нужна была свобода народа. К тому моменту я только довольствовался местью, подгребая под себя всё больше.

Я вспомнил, что из Тринадцати осталось только шесть родов, которые переделили Империю заново, и сейчас, в этот самый момент, я знал, что Империи как таковой больше нет, как не осталось Айонов.

Процветающая страна стала милитаристским государством с огромной армией. Мы вели долгую и кровопролитную войну с Мин. У нас было оружие, лучше, чем все боевые маги первого ранга вместе взятые: водородные и атомные бомбы, расчерченные руноскриптами так, что не оставят после себя даже шанса на жизнь на сотни километров вокруг.

Когда я успел стать таким?

— Ты уничтожил мир, Неро Айон, — произнёс старик. — Ты сделал то, что сделали первые хрономаги нашего мира — уничтожил его.

— Уничтожил? Я лишь уничтожаю врагов. Что ты несёшь?

— Я явился, чтобы не допустить того, что будет потом, после того как ты развяжешь опустошительную войну, — снова сказал старик. — Я видел, во что превратиться мир и не хочу, чтобы поколения прошли через это.

— Да кто ты такой? — спрашиваю я, почти шипя сквозь зубы.

— Тот, кто даёт тебе шанс не уничтожить мир, как сделали наши предки в конце Второй Эры. Я привёл с собой того, кто очень хорошо знает тебя и твоё прошлое, он поможет не поступить также, как в этой жизни?

— Ты хрономаг, явился из будущего? Лжец, мы не способны на это.

— Способны. И ты поймёшь, позже. В другой жизни, — произнёс тот. — Я дарую тебе шанс, хотя на веки останусь в безвременье. У меня не будет сил вернуться назад.

— Я могу уничтожить тебя щелчком пальцев, — отвечаю я, скалясь.

— Можешь, но не станешь, — старик странно улыбнулся.

Подо мной появилась ловушка, светящаяся красными узорами и руноскриптами. Такая мощная, что тело сковало почти до боли. Менталист смотрел на меня с минуту, а я чувствовал, как почти с реальным звуком рушится мой ментальный барьер.

«Какие-то черви смогли победить тебя, за какое-то мгновение, убожество, я думала, что ты самый сильный. Тебе от себя не противно?!» — в голове визжит сущность Гордыни, моей спутницы, которую я тогда уже не мог заткнуть и избавился только вернувшись назад.

— Прости, что приходится так поступать. Но это дар, я думаю, всё получится.

Старик вскинул правую руку, расчертил двумя пальцами переливающийся всеми цветами контур в воздухе и что-то коротко произнёс одними губами.

— Прощай.

Меня швырнуло куда-то в чёрную пустоту, а затем…

Я резко открыл глаза, чувствуя, как на лбу выступили капельки холодного пота, а сердце пытается проломить грудную клетку. Я перевёл взгляд на Алиаса, но тот смотрел куда-то в одну точку и, похоже, всё ещё был где-то в глубинах моего сознания. Оставалось только ждать.

Глава 15

Пока Лангер путешествовал по моему сознанию, я всё не мог отделаться от чувства, что всё это связано настолько тонкими и невидимыми нитями, что разобраться окончательно будет не так-то и просто. Да, мои воспоминания были искажены, а сейчас я помнил абсолютно всё, каждое мгновение и то, что к тому моменту, когда ко мне явился старик, уже подбирался к самой кромке, за которой таилось безумие.

Примерно я представлял схему того, как перемещение реально могло сработать, но… Почти с самого начала я решил для себя, что нынешняя временная линия отделилась от предыдущей, потому как если нет и у меня получилось всё изменить, то событий, вернувших меня в прошлое, просто не должно быть. Но я всё ещё здесь, а парадокса не случилось.

Насколько вероятно то, что закинув меня назад, старик обрёк не только себя, но и меня, заключив в бесконечную петлю?

Я протяжно вздохнул, понимая, что не имея реального опыта перемещений по своей воле, я не смогу понять, какая из теорий верна и как скажется моё пребывание в этом времени, собственно, на весь остальной мир.

— Алиас, — я негромко позвал менталиста.

Тот не отреагировал.

Сейчас я уже не был погружён в подобие транса и как Лангеру удавалось оставаться внутри моего разума, я не понимал. Возможно, из-за работы со мной, у него случился скачок развития способностей.

— На месте этого старика, я бы тебя просто убил, — вдруг Алиас очнулся и перевёл на меня взволнованный взгляд.

— Он сказал, что я уничтожу мир, — я пожал плечами, — наверное, я бы тоже предпочёл убить Неро Айона.

— Но почему-то он этого не сделал, — менталист задумчиво побарабанил пальцами по подбородку. — И кем был тот юноша…

— Меня больше интересует этот старик, ты никого в нём не узнал?

Я вдруг почувствовал, что по спине пробежал холодок, его нужно найти, чтобы понять, смог ли я… Но если я нахожусь в петле, то уже приходил к нему также, а значит, не смог.

От таких мыслей голова моментально начала раскалываться. Все мои знания относительно пространства-времени были лишь теорией, а то, что сказал отец… Ничего не было в открытом доступе. Мартин? Скажет ли он?

— Послушай, — Алиас чуть тряхнул меня за плечо. — Не ломай голову. Спроси у прадеда, но если он не ответит на вопросы, тогда будешь искать другие варианты.

— Я попросил своего Наставника связать меня с хрономагами-отшельниками, но Мор не высокопоставленное лицо и даже не хрономаг, вряд ли он сможет что-то узнать.

— Тот старик, — вдруг снова заговорил Алиас, — если он был способен путешествовать сквозь пространство-время, то совсем не факт, что сейчас он здесь, да и не факт, что вы находитесь в одной временной линии.

— Поэтому мне нужен тот, кто сможет объяснить всё, — я оскалился. — Блоков больше нет, и Алиас, клянусь Предвечным, я понимаю, почему они были выставлены.

— У меня очень много материала для работы. Я напишу потрясающий труд о тебе, Неро Айон.

Менталист довольно улыбался. Похоже, что судьбы мира и проблемы пространства-времени его не особо волновали. Я лишь нахмурился, но Алиас и так сделал для меня достаточно много, хотя в самом начале я считал, что он может использовать информацию о перемещении против меня.

— Нужно отдохнуть, — снова сказал он и, хлопнув меня по плечу, встал со скамейки.

Насколько долго я просидел в комнате отдыха, было непонятно. Нужно было зарядить телефон и созвониться хотя бы с Мартином, который явно удивился, что мы с Алиасом не дождались машины.

Тяжело поднявшись, я поплёлся в сторону административного крыла, чтобы узнать, где можно дождаться рассвета. Меня подмывало попасть в камеру к заключённому Карлу Юдаллу, но я знал — выслушав его, я могу сделать с ним нечто похожее на то, что сделал с Филом Туми, а значит, нужно себя сдерживать.

Я поднялся на второй этаж административно крыла, прошёл по коридору в сторону кабинета секретаря, но проходя мимо одной из открытых дверей увидел знакомое лицо — за столом, полубоком ко входу, сидел и что-то писал Дин.

Он сильно наклонился над столом, но его выгоревшие на солнце волосы и смуглую кожу сложно было не узнать. Я сделал пару шагов назад, но не понял, кто сидит напротив щитовика. Этого офицера я точно не знал.

Прислонившись к стене, я решил подождать, пока тот выйдет. Дин прихрамывал на одну ногу, а левая рука болталась на бандаже.

— Привет, Дин.

Он повернулся и на его лице скользнуло удивление. Похоже, Дин думал, что я больше не возвращался на границу.

— Привет. Какими судьбами ты тут? — он протянул мне здоровую руку.

— Так, — неопределённо ответил я. — Почему ты с повреждённой рукой?

— Сил целителей не хватает на всех, некоторым ранам приходится заживать самостоятельно, — отмахнулся он.

— Ты же владеешь регенерацией, хоть и немного.

— Отвали, — устало выдохнул он. — Мой резерв истощён, я не успеваю его восстановить. Подал прошение на пару дней отдыха.

— И как? — я чуть наклонил голову.

— Никак. Думаю, мне откажут. Знаешь, Неро, я дико устал. Не по мне сидеть в стороне, я выходил на поле боя чаще, чем другие. Но я устал… Хорошо хоть Мор передаёт мне новости о матери, иначе бы свихнулся.

— Хочешь уехать отсюда на рассвете? — я чуть улыбнулся.

Время подбиралось к вечеру, но я был уверен, что из-за ситуации на границе все должности постоянно, или почти постоянно были на своих постах.

— Ты о чём?

— Хочу исполнить своё обещание, — я улыбнулся шире, заметив, как изменилось лицо Дина.

— Ты сейчас серьёзно? — Дин смотрел на меня с каким-то недоверием.

— Почему нет?

— С какой-то стороны это выглядит, будто я решил стать дезертиром, — тот скривился.

— С чего бы? Ты потратил много сил, ты не единственный щитовик в армии. А мне очень пригодится такой личный гвардеец, как ты, — я не хотел давить на Дина, но иной момент может представиться совсем не скоро.

— Предлагаешь прямо сейчас пойти к штатному законнику?

— Вряд ли он сильно занят, — я ухмыльнулся. — Решай.

Дин подумал ещё пару секунд, но затем уверенно кивнул.

— Вот и прекрасно. Мы с тобой станем отличным боевым дуэтом.

— С кем биться-то? — Дин кивнул в сторону уходящего направо коридора. — Нам туда.

— Пока не знаю, но лишним не будет. Тебя подлечит наш семейный целитель и сможешь побыть с семьёй, но как только скажу, должен прибыть в поместье Айонов.

— Понятно, — он кивнул.

Мы остановились перед дверью, где сидел штабной законник. Точнее сказать тот, кто занимался здесь делами — напрямую он не подчинялся армии и не зависел от неё, как и все законники. Этим они мне и нравились. Абсолютная нейтральность. Даже не знаю, настолько ли это хорошо.

Дин решился войти не сразу, и я его не торопил. Всё же, он достаточно много лет посвятил тому, чтобы стать хорошим солдатом, но то, что служба была необходимостью, а не призванием, говорило то, что он, наконец, постучал в деревянную дверь.

* * *

Эмилия в который раз перечитывала все документы, подписанные для родового союза с Айонами, но никак не могла найти хоть одну лазейку, чтобы иметь пусть небольшое, но место для манёвра.

Она была уверена — все сведения, что были взяты у Муррей, Айоны оставили себе и было бы глупо не найти для сохранения своей семьи хоть что-то подобное. То, что благодаря Айонам Ноксы не стали врагами Империи, несомненно, было прекрасно, но она понимала, что Неро знает что-то ещё, о чём не говорит.

Сейчас на ней лежал груз подготовки к официальной помолвке Неро и Грейс, но в то же время, хотелось иметь хотя бы один козырь, на всякий случай. Эдвард тоже не нашёл в договоре ничего, что можно было бы трактовать двусмысленно или размыто.

Главная семья Айонов потеряла нескольких членов, род был не в самом выгодном положении, но какой-то мальчишка смог не только узнать о сговоре, но и повернуть ситуацию в выгодное для себя русло.

Теперь если Эмилия решит навредить Айонам хоть как-то, она, по сути, навредит и Ноксам тоже, а это слишком сильно разнилось с её принципами. В кабинет заглянул слуга, сообщив, что без приглашения к ним приехал Алан Туми и просит возможности переговорить.

— Впустите, проводите в мой кабинет, — ответила Эмилия.

И какой бес принёс Алана сюда, да ещё и в такое время? Сейчас Туми стали вымирающим родом, и, возможно, Алан желал присоединиться к Ноксам.

— Доброго дня, госпожа Нокс, — Туми бледной тенью вошёл в кабинет.

За последнее время он сильно похудел и осунулся. То, что Неро сделал с его сыном, сильно подкосило Алана.

— И вам доброго дня, — Эмилия подняла на него взгляд и поправила волосы.

Она прекрасно помнила, что когда-то обещала Алану помочь и, возможно, хоть как-то облегчить страдания сына, но за последними событиями она совершенно забыла об этом.

— Слышал, что вы заключили родовой союз с Айонами, — Алан прошёл к окну и уставился в него.

Эмилии стало немного не по себе, хотя она точно знала — у Туми нет на неё никакого веского компромата.

— Это так, господин Туми, есть возражения?

— Вы обещали помощь моему роду, я несколько раз приходил к вам, но так и не дождался, — с ноткой горечи произнёс Алан.

— Мой муж был убит, а род Ноксов сам был под ударом. Что тогда, что сейчас я действую исключительно в интересах рода, и вам нечего мне предложить, — резко ответила она.

Алан оторвал взгляд от созерцания внутреннего двора дома и, наконец, посмотрел на неё.

— Я знаю, что вы были в сговоре с Юдалл и Веберами, о нет-нет, — он примирительно поднял руки, — у меня почти нет весомых доказательств, и я не собирался хоть как-то влезать в этот конфликт, но послушайте… У меня всё же есть, что вам предложить.

— И что же это? — Эмилия приподняла бровь.

— Я наладил связь с одним молодым человеком из одной очень уважаемой семьи…

— Из Тринадцати?

— Пока не могу сказать. Так вот. У меня есть сведения, что Неро Айон привёз в метрополию мастера-оружейника, который изготавливает артефактное оружие.

— И? — Эмилия дёрнула уголком рта. — Это не противозаконно, к тому же, думаю, что Неро Айон предусмотрел варианты, при которых из-за артефактора могут возникнуть проблемы.

— Не совсем. Не буду раскрывать всех карт, да и не все сведения у меня есть, но это может стать прекрасным рычагом давления, если правильно разыграть карты.

— И что, вы хотите сказать, господин Туми, что я должна поверить вам на слово? Не забывайте, что мы с Айонами в родовом союзе, а вы принесли клятву главы.

— Я не могу навредить Неро своими руками, но и вы можете остаться чисты. Понимаете? Не нужно верить мне на слово, но вам, думаю, очень не помешает иметь про запас нечто подобное.

— Не помешает. И что же вы хотите за это? — Эмилия чуть крутанулась в кресле, больше поворачиваясь к Алану.

— Лишь немного защиты для рода Туми и немного финансирования. Вы же понимаете, что мы сейчас в шаге от того, чтобы потерять место среди Тринадцати.

— А вы понимаете, что находитесь не совсем в том положении, чтобы устанавливать правила? — Эмилия усмехнулась.

— Конечно, а потому я пришёл только на предварительные переговоры, — Алан слегка улыбнулся.

— Предоставьте мне свой план и доказательства того, что он действительно может стать рычагом давления, а там уже поговорим более предметно. Но я заинтересована.

— Спасибо. Тогда прощаюсь. Подумайте, Эмилия, союз с Айонами это не только польза, но и своего рода кандалы. Они ведь уже пользуются вашими ресурсами, а когда вы отдадите замуж Грейс, ваша связь станет ещё более плотной. Все другие дела и браки из-за союза вам тоже придётся обговаривать с Айонами.

— Благодарю, господин Туми, я поняла вас. Прошу, — она указала жестом на дверь. — Мне нужно закончить некоторые дела. Увы, не могу проводить вас.

— До встречи, госпожа Нокс. Хорошего дня.

Алан Туми покинул кабинет. Эмилия повернула кресло к окну и глубоко вздохнула. Ей действительно нужно было всё хорошо обдумать.

* * *

Процедура подписания договора о том, что Дин Бэлфайр приносит мне личный вассалитет и подтверждает это официальным договором прошла настолько быстро и формально, будто мы решали какой-то простой вопрос купли-продажи какого-нибудь раритетного авто.

Дин выглядел несколько растерянно, но законник подтвердил, что теперь он может отказаться от службы без каких-либо последствий и покинуть расположение в любое время. Все документы в цифровом виде будут переданы его начальству в течение пары часов, и он может даже не прощаться ни с кем.

— Хотел бы я сказать, что наконец свободен, только это не совсем так, — усмехнулся Дин, когда мы вышли из кабинета.

— Уверен, работать на меня будет куда выгодней, чем на армию.

У меня же настроение было хорошим, хотя мысли о том, что я видел в глубинах сознания, всё равно не оставляли, но, похоже, мозгу сам решил, что мне пока хватит подобного.

— Спасибо, Неро. Надеюсь, это поможет моей семье, — Дин улыбнулся уголком рта.

— Ты мне помог с оружейником, так что, — я развёл руками, — к тому же, я выполняю свои обещания.

.

После долгой дороги домой мне не хотелось сразу говорить с Мартином обо всём, что я вспомнил и почувствовал, но прадед настойчиво пригласил меня к себе. В его кабинете я плюхнулся в кресло, думая о том, что мне хочется принять горячую ванную, а затем навестить Джеда. Решая масштабные проблемы, я стал реже с ним общаться, но друг должен был не сойти с пути и всё-таки поступить в военную академию.

— Ты очень рисковал, переместившись прямо на поля боя, ещё и с господином Лангером, — проговорил прадед, усевшись напротив меня.

Он попивал какой-то ароматный чай и, похоже, всеми силами пытался сохранять спокойствие.

— Да, но теперь силами Веберо и Юдалл больше некому командовать. Все остальные взяты под арест?

— Взяты, осталось несколько членов семьи Муррей… Которых ты, впрочем, отпустил и я думаю, что Ганс Кларрет уже не будет ждать, найдут ли их.

— Значит, суд скоро состоится, — я чуть сполз по спинке кресла.

— Я собираю Совет. Послезавтра. Нужно обсудить все накопившиеся вопросы и к тому же, — прадед сделал небольшую паузу, — у меня есть основания полагать, что как только Мин ещё немного ослабнет, Ганс может решить сам пойти в наступление.

— Нет, не решит. Как и не решил тогда. Он пойдёт на перемирие, которое я в той жизни закончил ядерной войной, — отрезал я.

На лице Мартина мелькнул испуг, я не говорил ему ничего подобного, да и сам до вчерашнего дня не был уверен, почему был возвращён назад. Я был уверен, что ради Айонов, а оказалось, что ради спасения мира. От меня же.

— Что ты сказал?

— В прошлой жизни, когда за моей спиной собралось достаточно людей, когда я уничтожил рода, предавшие нас или промолчавшие о том, что происходит, сопротивление свергло Ганса, державшего условное равновесие почти два десятка лет. Я ненавидел Империю и Мин. Я начал войну и разрушил всё. Так сказал старик, вернувший меня назад.

— Слышать это больно, — вздохнул Мартин.

— Мои сущности, — я постучал пальцем по виску, — тогда не затыкались ни на секунду, я был поглощён местью и разрушением, я был на грани безумия.

— Мне казалось, что ты завоевал императорский трон… Чтобы вернуть справедливость.

Я оскалился, еле сдерживая смешок.

— Править? Нет. Я никогда этого не хотел. Место императора только давало мне больше власти, а те, кто хоть как-то управлял делами страны, не могли, а может и не хотели ничего другого.

— Когда ты только вернулся, ты говорил другие вещи, — прадед сейчас будто видел перед собой совершенно иного человека. По сути, так оно и было.

— Моё сознание было изменено. Ощущения и куски памяти тоже. Алиас и обстоятельства взломали эти установки и блоки. Да, я совсем не тот, кого ты увидел сразу после возвращения.

Мартин долго молчал. Где-то в глубине мой Поток начинал разгоняться — я всё яснее и чётче понимал и чувствовал то, что было тогда. Я становился собой окончательно и если сейчас я действительно позволю этому вырваться наружу, то проиграю самому себе.

— Расскажи мне, о чём обмолвился отец. Старик, вернувший меня назад, сказал, что хрономаги уже уничтожали мир, что мы принесли конец Второй Эре. Что нас вообще не должно существовать.

— Это так. Но подробностей я правда не знаю. Может, Хаган читал какие-то архивы или говорил с отшельниками в тайне от семьи, а потому этот груз давил на него. Несколько столетий никто не фиксировал случаев перемещения, ни я, ни твой отец не способны на это.

— Значит, ты поэтому тянул с тем, чтобы связать меня с отшельниками, да? — я упёрся в подлокотник и положил голову на запястье.

— Учитывая твои возможности и силу Потока… Я не исключаю, что ты смог бы пройти сквозь пространство-время, но к чему это приведёт. Я лишь оберегаю то, что осталось и, если ты правда смог изменить прошлое, может быть, того будущего, о котором говорил старик, всё-таки не будет.

Мартин говорил предельно серьёзно. Я понимал, что он не скажет мне, где находятся отшельники, не поможет связаться с ними, а значит, оставалось надеяться на Мора и Дина.

— Значит, обещание отправить меня к ним было ложью?

— Не совсем, — прадед покачал головой. — Тогда я действительно так думал, но потом понял, что если мы снова начнём влиять на пространство-время, то это может привести к катастрофе.

— Мы и так уже влияем. Я здесь и этого не изменить.

Я встал с кресла и собрался уйти.

— Я хотел обсудить помолвку и некоторые другие дела, — сказал Мартин, наблюдая, как я направляюсь к двери.

— Обсудим на Совете. Хорошего дня.

Я вышел из кабинета и направился к своим комнатам. Горячая ванная, а потом нужно съездить к Джеду. Если сейчас не привести Поток к равновесию, то ничем хорошим это не закончится.

Когда я толкнул дверь к себе, обнаружил, что на кровати валяется и листает какую-то книгу Аврил. Будь сейчас я в другом настроении, то с радостью присоединился бы к ней, но…

— Ой, а я тебя жду. Опять сбежала из крыла. Эти наложницы такие все злые что ли, они меня правилами загрузили, мол нельзя без приглашения и…

Аврил подскочила ко мне и весело продолжала щебетать о правилах нового дома, а я почти не слушал.

— Эй, ты чего? — она обняла меня и заглянула в глаза.

— Хочу просто побыть один, — я чуть отстранил её. — Чуть позже уеду.

— А с тобой можно? Я так давно не была вообще нигде. Кстати, скоро снова начнутся занятия, мне письмо прислали, — она лучезарно улыбнулась.

— Если дашь мне спокойно полежать в ванной, то возьму, — я постарался улыбнуться.

— Конечно-конечно! Спасибо! — воскликнула она и, привстав на носочки, чмокнула. — Я рыба. Я буду очень тихо.

Добавила это она уже шёпотом, когда я направился к ванной. Что-то подсказывало, что нормально вернуться к занятиям у меня может и не выйти, до момента, когда вопрос Юдалл и Вебером окончательно решится, оставался только один шаг — суд и мне оставалось набраться терпения, которое держалось на волоске.

Глава 16

Из окна машины, которая катила нас через метрополию, было хорошо видно, что последствия атак минцев уже почти устранили, хотя, конечно, отстраивать разрушенные здания ещё только предстояло. Постов стало меньше, на улицах появлялись люди, траффик стал хотя бы немного плотнее.

Насколько быстро жизнь вернётся в нормальное русло, предполагать было сложно — военные действия всё ещё не закончились, а о том, что в итоге решил Ганс Кларрет, я знать не мог. Я нашёл то, что искал — оставшихся членов Веберов и Юдалл, а значит минские генералы лишены информаторов и помощников. Как бы дальше не повернулся ход войны, но Империя уже точно не допустит к минцев к власти.

Эта мысль заставила меня улыбнуться.

— Неро-о-о, — протянула сидящая рядом Аврил.

— М-м-м? — я повернулся к ней.

— У тебя всё в порядке? Ты ведь правда можешь мне всё рассказывать, — она опустила взгляд и помяла в руках край белой юбочки.

— В своё время расскажу, — я погладил её по щеке. — Всё нормально.

— Ты почти не улыбаешься, стал таким серьёзным и… В общем, совсем не такой, как раньше, — неуверенно проговорила Аврил, продолжая теребить ткань.

— Уже жалеешь, что осталась со мной? — я ухмыльнулся.

Она почти моментально покраснела и замотала головой.

— Нет, ты что? Я же… Я же тебя…

Договорить она не могла, слишком сильно засмущалась. Это выглядело довольно мило, мне стало даже жаль, что в прошлой жизни Аврил не было рядом, может быть, она смогла бы не позволить мне сойти с ума. А может, это было даже к лучшему.

— Всё, всё, я шучу, — я приобнял её. — Я очень рад, что ты рядом. Правда.

— Скоро буду не я одна, — Аврил чуть надулась. — Грейс ведь никто не отменял.

— Она не такая уж и плохая, вот, помогла тебе выяснить, кто на самом деле опекун.

……Если бы Сомерсет не побоялся за свою репутацию и не просто опекал Аврил, а удочерил, то и она вполне могла бы стать моей женой — одной из Тринадцати, хоть и не по крови. При желании можно было постараться сильнее развить её Поток и сделать куда сильнее, но… Об этом подружке я решил не говорить, думаю, она и так понимала, что уже ничего не изменить.

На улице Джеда стоял один пост и было довольно тихо. С виду дом был цел, заборы на месте — я облегчённо выдохнул. Каким бы хорошим щитовиком ни была его мама, но всё-таки толпа безумных террористов — это сложно.

Ворота нам открыли близняшки, которые тут же стали пищать, что наконец-то раздолбай Неро решил их навестить.

— Приехал!

— Явился! А мы думали ты про нас совсем забыл!

Они снова говорили хором, и я невольно улыбнулся. За спином близняшек стоял Джед и с удивлением разглядывал нас с Аврил.

— И вам привет, — я потянулся, чтобы потрепать девчонок по волосам, но они нахмурились и отошли подальше.

— Не лапай, испортишь, — буркнула Ани и потащила сестру куда-то в сад.

— Привет, — Джед протянул мне руку. — Как ты?

— Бывало и лучше.

— Аврил, а ты…? — Джед чуть замялся не зная, как задать вопрос.

— А я теперь живу у Неро, — она широко улыбнулась.

— Поня-я-ятно, — протянул он. — Хорошо, что вы приехали, у нас тут кое-что странное случилось.

Он махнул рукой, показывая, чтобы мы шли в сторону мастерской. Недалеко от вдоха, на скамейке в саду сидел Люция, которая, похоже, тоже практически жила у Джеда и что-то черкала в блокноте.

— Привет, — поздоровался я, когда мы подошли поближе.

— Ох, — она откинула с лица длинную розовую чёлку с лица, — ты приехал.

Отложив блокнот, она вскочила со скамейки и крепко меня обняла. Краем глаза я увидел не очень-то довольно лицо Аврил.

— Что случилось?

Я отстранился от Люции. Она недолго попялилась в землю, закатила рукава неподходящей по размеру тёплой толстовки и тяжело вздохнула.

— Ну?

— Мы видели тех клонов, — вместо Люции ответил Джед. — Люция что-то рассматривала в работе Виктора, он сказал, что делает нечто интересное, она решила отойти, но у двери ей пути преградили те клоны и пытались заставить дальше наблюдать за Виктором.

Я снова взглянул на Люцию и та часто закивала, подтверждая его слова.

— Та-а-ак, — протянул я. — Я думал, что мы уже с ними не встретимся.

— Ну, да… Я тоже думала. Они ведь вроде как следили, чтобы ты меня не подловил, ну и… Потом их так долго не было, а тут появились так внезапно.

— Иллюзия очень сильная, если они были почти как настоящие, — сказала Аврил. — Знать бы, как они выглядят, может, я бы их узнала.

— Я пыталась их нарисовать, — Люция указала на блокнот, — но почти не запомнила их лица.

Аврил хмыкнула и перелистала страницы. Долго и с серьёзным видом разглядывала портрет на последней странице, но после только вздохнула.

— Не знаю… На кого-то они похожи, но не могу понять на кого. Я постараюсь вспомнить, — она нахмурила светлые брови.

— Они ничего не сделали Люции, потому что я пришёл, — снова заговорил Джед. — Или их я спугнул, или у них больше нет вложенных техник.

Я повёл плечами — этого ещё не хватало. Раз клоны были здесь, а до того следили именно за мной, то получалось, что информация о моей связи с оружейником кому-то была очень даже интересна. Но насильно вызвать клонов в прошлый раз не удалось, а в этот… Если наблюдатель знает, что происходит, то точно ни за что их не покажет.

— Надо поговорить с Виктором, — я направился к двери.

— Я туда не пойду, — Люция замотала головой. — А вдруг они появятся?

— На это и расчёт, — я улыбнулся, хотя понимал, что такое вряд ли возможно.

— Нет-нет, — почти перед лицом замелькали длинные рукава. — Не пойду, и не заставляй.

— Трусиха, — хихикнула Аврил.

Люция так на неё зыркнула, что Аврил прижалась ко мне поближе и схватилась за локоть. Да, вспомнив, как эта девчонка обожгла меня кислотой, я бы на месте Аврил не задирал её.

Виктор копошился над столом, вглядываясь в какую-то мелкую деталь через увеличительное стекло на ножке. Над ним ярко горела лампа и от былого порядка, которого всегда придерживался Джед, на столе и вокруг совершенно не осталось. Правда, друг всё-таки выделил оружейнику все часть мастерской и Виктору этого было достаточно.

— Привет, чем занимаешься? — я упёрся руками в столешницу.

Виктор далеко не сразу поднял на меня взгляд.

— Произведением искусства, — вдохновлённо выдохнул оружейник.

— И что же это за произведение искусства?

— Прекрасное, — Виктор взял в руку серебристый револьвер, — Я сделаю всего шесть патронов на него, но они будут, пожалуй, лучшим, что я создал.

— И чем он отличается от всего остального? — я перехватил увесистый револьвер.

— Тем, что он может нарушить законы мироздания, друг мой, — серое лицо Виктора, казалось, просияло. — Скрипты, что я готовлю для его патронов, разгонят их до пределов, быстрее, чем видел какой-либо маг во всех временах.

— Быстрее скорости света? — я хмыкнул и продолжил рассматривать корпус револьвера.

— Может и быстрее скорости света, и мысли, и всего… Но до этого ещё далеко, — несколько разочаровано сказал Виктор. — Джед говорит, что нужно делать винтовки. Они мне надоели.

Оружейник недовольно ворчал, но, казалось, что только для вида. Я взглянул на Джеда и тот только подал плечами.

— Винтовки и патроны нужны, чтобы деньги зарабатывать, — он обращался уже к Виктору. — Берк тоже не из воздуха деньги брал.

— Зна-а-а-ю, — отмахнулся Виктор. — Потому и говорю, что закончу этот шедевр не скоро.

— А он уже работает?

— Конечно, только пока обычный, — Виктор вернулся к детали на которой вычерчивал тонкой спицей руноскрипт. — Даже патроны простые.

— Скажи, — я чуть качнулся на ботинках назад-вперёд, — ты видел странную иллюзию, двух мужчин, когда Люция в прошлый раз хотела уйти?

— Не, — он коротко мотнул головой. — Не видел.

Да, Виктор вообще почти ничего вокруг себя не видел, стоило ли вообще спрашивать. К моему удивлению, в мастерскую вошла Люция и подошла немного ближе — Аврил её всё-таки зацепила. В моей голове родилась очень странная мысль — в прошлый раз делал вид, что могу навредить Люции, и даже вброшенная «подслушивающим» клонам информация никак не помогла их найти. Даже намёка не было.

Что, если сейчас всё изменилось? Они и правда не появлялись потому что не было никакой надобности, но что-то изменилось. Если тот, кто их создал и прицепил к Люции теперь знает нечто большее?

Я взвёл курок и направил револьвер в голову оружейнику.

Тот только вскинул голову и приподнял брови.

— Неро, ты что делаешь? — встрял Джед.

— Тихо. Скажи мне, Виктор, а ты правда никогда не видел тех, с кем работал Берк?

— Ты о чём? — оружейник непонимающе тряхнул головой.

— Только ли Берк приходил к тебе или всё-таки нет? Может, попробуешь вспомнить? Может, ты знаешь гораздо больше, чем говоришь?

Непонимание в глазах Виктора было вполне оправдано — я был уверен, что он работал только с Берком, но ни клоны, ни тот, кто их подослал этого не знали. Если наблюдатель видит и слышит меня, тот может и поверить в такой спектакль.

Могли это сделать Брайс? Вряд ли, но сейчас я хотел хотя бы более чётко увидеть лица клонов — их внешность должна быть похожа на создателя. В прошлый раз я не успел их рассмотреть, да и думал только о том, как поймать девчонку.

— О ком ты говоришь? — Виктор чуть отодвинул от себя лампу. — Я только хочу нормально работать.

— Может, эта история придумана только для того, чтобы отвести от себя подозрения? Ты работал с террористами или нет?

— Неро, остановись сам, и я остановлю тебя.

Джед, похоже, не понимал, что за сценку я тут разыгрываю. Если наблюдатель знает и если он хочет подставить меня, то без Виктора у него это не выйдет. Неужели он позволит своим грандиозным планам разрушиться всего лишь одним выстрелом в голову оружейнику.

— Если ты не скажешь, то я выстрелю.

Джед дёрнулся в нашу сторону, но коротким жестом руки я возвёл вокруг нас щит так, чтобы захватить и Люцию.

— Что ты задумал?! — Джед повысил голос.

Тянуть дольше было нельзя.

— Считаю до трёх. Раз.

Джед и пришедшая в себя Аврил попытались пробить щит, но Аврил была слишком слаба, а Джед не использовал потенциал чистой энергии Потока на полную — боялся навредить кому-либо из нас.

— Два.

Пара неуверенных ударов сгустками энергии по щиту. Люция стоявшая рядом ничего не делала, оцепенев от страха, хотя я тоже рисковал — её кислотный туман мог бы помешать мне довольно сильно.

— Три.

Я быстро укрепил щит так, чтобы он не пропускал наружу даже звуки.

В тот момент, когда я отвёл пистолет на пару сантиметров от головы Виктора и нажал спусковой крючок, между мной и ним выросли из пустоты те самые клоны — длинные волосы, собранные с боков, зелёные длинные накидки. Серые глаза. Очень молодые — хозяину не больше двадцати лет.

Я перевёл внимание на них и резко отступил назад, чтобы не попасть под действие какой-либо переданной техники. Поднял ладонь, охлаждая воздух вокруг клонов, но, как и стоило ожидать — иллюзию не заморозишь.

Щит чуть вспыхнул голубым светом и рассеялся, не получая от меня подпитки. Теперь я их запомнил и да, это лицо я где-то уже видел. Как только я вернул револьвер на стол и повернулся к остальным, то получил довольно увесистый удар в челюсть.

От неожиданности меня чуть пошатнуло, но Джеда я осуждать за это не мог.

— Какого Предвечного?! — он схватил всё ещё оцепеневшую Люцию за руку и чуть оттянул назад. — У тебя крыша поехала?

Я коротко взглянул на Виктора, который разглядывал след от пули в стене мастерской, повернувшись в кресле, затем перевёл взгляд на Аврил, которая стояла чуть поодаль, а потом на Люцию.

— Запомнила?

Та кивнула.

— Неро! — Джед тряхнул меня, сильно схватившись за плечо. — Тебе ещё раз врезать?!

Я потёр ладонью челюсть и отрицательно мотнул головой. Да. Рискованно, но учитывая все обстоятельства, я не мог позволить ещё какой-то мрази пытаться мне помешать. Я сыграл по правилам наблюдателя — теперь он знает и мои подозрениях и о том, что я мог убрать связующее звено.

А могу ли? Я поймал себя на мысли, что сложись обстоятельства чуть иначе, то, возможно я бы не колебался, выбирая меду жизнью Виктора и безопасностью Айонов.

— А если сёстры или мама услышали? Как объясняться будешь?

Джед злился, и я мог его понять.

— Не слышали, я об этом подумал.

— Подумал он, — Джед разжал подготовленный кулак. — А её зачем оставил внутри щита?

Он посмотрел на Люцию, которая уже немного отошла от ступора.

— Не знал, способны ли эти клоны пройти сквозь щит. Мне нужно было увидеть из лица как можно ближе, — спокойно ответил я. — Прости.

Джед хотел сказать что-то ещё, но промолчал. Он понимал, что пока клоны прицеплены к его подружке, то не только меня можно на чём-то поймать или подставить, но и его семью вместе с Люцией тоже.

— Поговорим? — я заглянул другу в глаза.

Джед немного помолчал, но затем отпустил Люцию и поплёлся к выходу.

— И ты уж прости, — сказал я Виктору, уже вернувшемуся к скриптам.

— Не убил и ладно, — буркнул тот.

Мы вышли на улицу, где быстро холодало и скамейку, где сидела Люция, припорошило лёгким снегом.

— Неужели ничего другого не придумал? — Джед смотрел на меня исподлобья.

— На что-то другое понадобилось бы гораздо больше времени. Постарайся меня понять.

— Стараюсь, но из-за всего… Ты становишься совсем другим, — как-то обречённо сказал Джед.

Я чуть помолчал — Джед почему-то не хотел принимать того, что я не становился другим, я таким и был, просто сейчас сдерживающие факторы остались позади и только я сам мог контролировать то, чего действительно хочу.

— Ты будешь в порядке, Джед, — я положил руку ему на плечо. — Я уже изменил это. Но я должен довести дело до конца и избавиться от врагов. Иначе, зачем вообще это всё?

— Разве жестокость не порождает жестокость? — друг внимательно посмотрел на меня.

— Да. Но я убедился, что помилование иногда играет против помиловавшего. Увы, друг, это так.

— Значит, не остановишься не перед чем? На войне все средства хороши?

Я чувствовал, как Поток Джеда волнуется и ускоряется. Он не хотел видеть во мне того, кем я стал в прошлой жизни.

— Моя задача не впадать в крайности… В этот раз. Ты должен понимать, что клоны подвергают опасности не только меня, но и твою семью. И Люцию.

Джед молчал. И в этом молчании я чувствовал его напряжение, негодование и злость. Я почти слышал всё, что он хотел высказать мне в тот момент, но терпеливо ждал, когда он хоть немного остынет. Воздух, ставший ещё более морозным этому точно мог поспособствовать — на мне было короткое пальто, на Джеде только лёгкая осенняя ветровка.

Он поднял на меня взгляд, в котором я чётко увидел то, что он сейчас хочет сделать.

Форвард — всего пара секунд: Джед размахивается и со всей дури снова бьёт меня в челюсть.

Я хмыкнул, оказался в реальности. Увернулся от удара, и друг чуть не полетел на землю по инерции.

— Как? — он посмотрел на меня. — Я же…

— Хватит кулаками махать, — я пожал плечами. — Моя родовая способность вернулась. Пусть и не в полную силу.

Я подождал ещё чуть-чуть, давая другу возможность ещё немного позлиться. К счастью, из мастерской никто не выходил, а сёстры и мама Джеда всё-таки не услышали выстрел.

— Джед.

— Я понял, понял, — тот поднял ладони вверх. — Всё. Это не значит, что я больше не злюсь, но… Этих клонов и правда надо убирать.

— Вот, правильные мысли, — я улыбнулся. — Я хочу, чтобы в этот раз твоя жизнь сложилась иначе. И жизнь Люции. И Аврил. В той жизни я почти сошёл с ума и хотел только крови. Может, у меня есть ещё шанс прожить эту жизнь иначе.

— Может и есть, — негромко ответил Джед. — Пошли внутрь. Я замёрз.

Он поковылял обратно к мастерской, засунув руки в карманы ветровки. Я знал, что какое-то время он ещё будет злиться, но готов был подождать.

— На ужин останетесь? Или с ночёвкой? Давно вместе не собирались, — Джед уже взялся за ручку высокой двери и шмыгнул носом.

Немного приостановившись, я прикинул, что на отстраниться от всех дел и переживаний на один вечер вполне неплохая идея, тем более что нужно было поговорить с Виктором о других оружейниках и попросить Люцию нарисовать портреты клонов. Если при беглом поиске никого узнать не получится, то нужно будет подключать не только Артура, но и Дина. Хотя, учитывая состояние щитовика, я был уверен, что поиски хозяина клонов будут ему куда интереснее.

— Ну так, и? — Джед нарушил тишину.

— Останемся, — я улыбнулся в ответ.

Глава 17

Я видел нечто. Я спал, но сном, то, что видел, точно не являлось. Будто бы путешествие вне тела. Как то, что со мной сотворил старик, отправив назад. Пустая улица, голые деревья. Я бегу, стараясь удержать дыхание в одном ритме.

Сколько мне лет? Где я нахожусь и в каком времени? На мгновение, осознание нереальности происходящего пропало, и я решил, что меня снова переместили. Кто?

Я остановился посреди пустой улицы. Ни одной машины. С неба падает то ли снег, то ли пепел. Где-то очень далеко зазывает воздушная тревога. Надрывно и протяжно.

Поёжившись, я снова ускоряю шаг. Никого. В этом городе будто вымерли абсолютно все — даже никакой дворняги поблизости. А может быть и вымерли — на меня отовсюду пялятся пустые провалы окон, за которыми ни света, ни жизни.

Это не метрополия. Или же я просто не узнаю свой город. Направляюсь дальше по наитию — если это не реально, но и не совсем сон, может быть встречу того, кто создал эту реальность в моей голове.

Я улыбнулся одним уголком рта — в тот момент, когда я только вернулся, первой мыслью было то, что меня пытаются обмануть, поместив в Домен. Но это точно не Домен — слишком отстранённые ощущения.

Преодолеваю ещё две улицы, сворачиваю направо. Вижу, как у одинокого костра, рядом с покосившимся одноэтажным домом, сидит мальчишка лет десяти. Светлые волосы спутались, руки худые, сам малец закутан в какие-то тряпки.

Я ускорил шаг и перешёл на бег. Мальчишка поднял на меня светло-голубые глаза и широко улыбнулся.

— Где это я? — я смотрел пацану в глаза.

— Если пришёл, значит, всё получилось, ну, или почти, — довольно произнёс мальчишка. — Ты не попал бы сюда, если бы не получилось.

— Объясни, — выдохнул я.

Несмотря на то, что окружение не было реальностью, мне и правда было достаточно зябко, а вот мальчишке вроде бы и нет.

— Это всё было спланировано. Предрешено. Он точно знал, что вернувшись, ты всё равно разрушишь все блоки. Всё равно вспомнишь, и тогда мы встретимся.

Мальчик снова загадочно улыбнулся.

— А, то есть ты визуализация очередной ментальной закладки, — я хмыкнул и присел на корточки, — а я просто у себя же в голове. Недурно.

— Мой предок был сильным менталистом, знаешь ли. А я стал ещё сильнее, — в глазах мальца мелькнула хитрая искорка.

Я многозначительно промолчал, взглядом требуя чуть больше пояснений. Не просто же так мне оставили «записку» в голове, которая открывалась только после выполнения условий. Вот только был ли среди условий вариант «разрушить все установки и блоки», я, конечно, не знал.

— В каком времени мы находимся? — многозначительное молчание на мальчишку не подействовало.

— Как раз через пару десятков лет после того, как ты развязал войну. Но я не из этого времени, просто так было интереснее. Да и спустя десятилетия мало что изменилось.

— Я уже понял, что меня вернули из-за войны. Но ни одна война не длится веками.

— Не забывай, что ты был не один. Ты не просто способствовал началу войны. Ты положил конец Третьей Эры. Это, знаешь ли, немного другое.

— Зачем тогда ты здесь, в моей голове?

Пацан не ответил — всё вокруг подёрнулось рябью и пошло полосами, будто на испорченном экране.

— Так и знал, — пацан покачал головой, — твой Поток слишком сильно влияет на меня и моё послание, боюсь, долгого разговора не выйдет.

— Ты говоришь ни как пацан десятилетний.

— А мне и не десять в этот момент. Просто я был таким… Ну и форма мне эта нравилась больше всего. Жаль, что такого меня не будет. Хотя, бес с ним, — мальчишка махнул рукой.

— Так, ладно, — я огляделся, понимая, что ментальный образ и правда рушится. — Зачем ты здесь, что хотел сказать?

— Что у тебя только два пути — вернуться к тому, из-за чего был отправлен назад, или, осознав и вспомнив всё, не стать прежним.

— Я это и без тебя понимал.

То, что парнишка говорит загадками, начинало раздражать. Возможно, что это особенность ментальной закладки, она, как-никак находилась в моей голове и могла исказиться.

— Открою тебе одну тайну. Ту, что рассказал мне он. Пространство-время, как ты знаешь, не линейно, попав назад ты создал ещё одну временную линию, но, он рассказал мне, что эти линии могут переплетаться, пересекаться и заменять части друг друга. Потому он отправил назад твой разум, а не тело. Иначе бы искажения могли быть слишком сильными.

— Так, и, что это значит? — я почувствовал лёгкую вибрацию, цвета окружения стали совсем бледнеть.

— Это значит, что то будущее, которое ты предотвращаешь, всё равно существует до момента, пока существуешь ты. Это сложно объяснить, он объяснил бы лучше, но отказался снимать ментальный след. Прости.

— Не понимаю, что должен сделать, — я встал и помассировал виски пальцами.

— Тот ты лишён разума и можно сказать, мёртв, но это ты — не копия, не другой человек, понимаешь? Не второй ты. Временные линий пересекаются, они плотные и взаимосвязанные, а потому, скорее всего, тебе не удалось спасти всех, кого хотел.

— Если ты из будущего, откуда знаешь? Кто рассказал тебе. Я попал в петлю?

Эта мысль подняла к горлу тошнотворный ком. Если он знал о моей попытке, значит, я уже перемещался, значит, что уже пытался это сделать, но…

— Не в петлю, но соприкасающиеся временные линии влияют друг на друга, смешиваются и иногда да, закольцовываются. То, что я знаю не происходило в моей реальности, но я видел этот вариант. Точнее, он видел.

— Да кто «он», Предвечный тебя дери? —

Мне не нравилось то, что сейчас доносил до меня этот пацан. Если вариации настолько огромны, что мои действия могут оказаться абсолютно пустыми.

— Я знаю, о чём ты думаешь. Это не так. Я не могу объяснить больше, прости. Иди до конца, не поддавайся желанию взять всё только кровью, и тогда та реальность, откуда я, перестанет существовать. И я тоже перестану. В таком виде, но я всё равно буду. Мой дед и он были в этом уверены.

— Ответь мне, кто «он»? Как его найти?

— Никак. Его больше не существует. Он же сам тебе сказал. Но если ты научишься сам преодолевать пространство-время, то может быть встретишь другого его, а может быть, сможешь ещё больше.

Пацан улыбался. Возможно, что в этот ментальный образ было заложено не называть имени старика. Я уже понял, что пацан это менталист, что был с ним в тот день, может, в другом возрасте, да, но это точно был он. Иллюзорное пространство стало всё больше тускнеть, растворяясь в темноте моего разума.

— Моё время уходит, Неро. Ты один из сильнейших хрономагов, сильнее был только он. Но ты сможешь стать сильнее, только не обрекай мир на гибель. Мы больше не сможем возродится такими. Магов почти не останется, как и технологий, как и знаний.

— Понял.

Я стиснул зубы, понимая, что говорю почти что с «записью» и пацан, чья суть уже угасает всё равно не скажет мне больше, чем в него было вложено.

— Один вопрос, — я подошёл ближе на шаг, — только один. Если тебе дозволено было это сказать.

Мальчишка кивнул.

— Как тебя зовут?

— Феликс Лангер.

Он широко улыбнулся, а затем иллюзия окончательно потемнела и всё вокруг исчезло.

* * *

Я вскинулся на кровати. Мы всё ещё были у Джеда. В гостевую комнату сквозь неплотные шторы проникал свет луны, пробивающейся сквозь снежные тучи. Рядом сопела Аврил.

— Феликс, Предвечный тебя дери.

Я встал и босиком пошёл в сторону двери. Дико хотелось пить, в горле всё пересохло. Холодны пол щипал ступни, но я решил не обуваться. Уже на лестнице заметил, что на кухне неярко горит свет.

Когда спустился, понял, что за столом сидит Джед и пялится в планшет.

— Чего не спишь? — громким шёпотом спросил я.

Друг чуть дёрнулся и обернулся.

— Думаю, чем дальше занять Виктора. Нам деньги нужны. Ресурсы не бесконечные, если он сделает что-нибудь очень крутое… То-о-о… А ты чего?

Джед поднял на меня взгляд, когда я приблизился к столу.

— Пить хочу.

Я достал из шкафа стакан, плеснул туда воды из графина и жадно осушил всего за пару глотков.

— Я тут кое-что узнал, — я сел напротив Джеда.

— М? — он всё ещё листал что-то в своём планшете.

— Моё возвращение — не однозначное изменение истории. Только её часть. То, что я натворил в будущем всё ещё как бы существует. И при этом то, что я делаю здесь тоже…

— Не понимаю, — Джед почесал рыжий висок.

— Сам понимаю не до конца. Наши теории были сильно потёрты и исковерканы. Чтобы маги времени больше не перемещались. Если совсем кратко — всё существует всегда и одновременно. Все варианты. А мои действия только точечно влияют на изменения.

— Жесть, — тихо произнёс Джед. — И что, ты всё это зря?

— Нет, — я мотнул головой. — В любом случае. Враги будут наказаны. Империя и Айоны будут в порядке. Я не отступлю, но…

— Но-о-о?

— Но я так и не узнал, кем был тот, кто вернул меня. И по словам… А, не важно. В общем, в этой реальности я его и не найду.

— Это плохо?

— Да. Потому что пока существую я… То будущее тоже продолжает существовать.

Джед нахмурился. Даже для меня всё это было достаточно сложно, что говорить о нём. Джед не интересовался проблемами магии времени, это было ему просто не нужно, а до последнего времени и для меня перемещения были из разряда выдумки и теории.

— Ты только не делай ничего с собой, — как-то слишком серьёзно сказал он.

— Убиться тут мне точно не поможет. Пространство-время слишком сложная структура, пока я не выясню, как выйти на самый удачный вариант, естественно ничего не сделаю, — я слегка улыбнулся.

— Меня это твоё «пока» настораживает, — Джед всё ещё был предельно серьёзен.

— Я хочу жить. Просто так убить себя? Нет, конечно. Возможно, что слова о моём существовании не так понял, — я канул головой. — Нужно искать дальше.

— Так и не понял, кто тебе это сказал, — Джед пожал плечами. — Приснилось что ли?

— Не совсем. Очередная ментальная закладка. Только визуальная, так сказать. С сообщением.

— И как ты крышей не поехал… — вздохнул Джед.

— Вот и мне интересно, — я отпил ещё воды. — Ты будешь тем, кто не даст мне снова превратить мир в руины?

— А ты превратил? — Джед чуть покрутил планшет в руках.

Ну, да, ему я не рассказал о том, почему на самом деле меня вернули. Я кивнул.

— В прошлый раз…

— В прошлый раз ты остался моим другом, но не остановил.

— Ясно. Я понял тебя… Хорошо, что сказал, — Джед поджал губы. — Постараюсь.

Я ещё долго провалялся на кровати, глядя в потолок. Феликс Лангер. Он сказал, что ему всё передал дед. Был ли это Алиас? Или уже кто-то другой из его линии? Если Алиас написал обо мне труд и знал всё обо мне и перемещении… Хотя…

Этот пацан не уточнил, что именно знает, он даже не сказал, из какого времени, так, я смог бы понять, являлся ли Феликс внуком Алиаса, или же уже правнуком. Мы всегда жили намного дольше немагов, но…

Я пытался примерно посчитать, но все мысли путались, да и в целом сознание ещё не до конца приняло эту информацию.

От этих мыслей раскалывалась голова и начинало ломить тело. Похоже, что «прочитанная записка» тоже влияла на тело и Поток, но хотя бы не так сильно, как предыдущие. Ответить на вопрос, в петле я на самом деле или нет, мог бы ответить только старик, но Феликс сказал, что его в таком виде, как тогда, уже нет и не будет.

Я сжал зубы, понимая, что мой единственный выход — научиться самому перемещаться в пространстве-времени, только тогда я увижу правду и только тогда всё действительно будет под моим контролем. Никакой старик, никакие выверты пространства, никакие сущности больше не будут влиять на меня.

С этой мыслью я, наконец, смог уснуть.

* * *

Ранним утром меня разбудил звонок от Мартина, который просил приехать поскорей. Он собирал экстренный Совет и мне необходимо присутствовать. Я не стал расспрашивать, почему плановый Совет превратился в экстренный, а только вопросил прислать водителя.

Разбудив Аврил, я сказал, что подожду её на улице. Прошёл мимо комнаты Джеда, но судя по тому, что на часах не было и шести утра, то он ещё спал, и я решил не дёргать его.

Накинув пальто, я прошёл по двору по ещё гладком снежку без единого следа и толкнул дверь в мастерскую. Как и ожидалось — Виктор не спал. На столе стоял термос, на подносе недоеденные бутерброды и булочки. Оружейник увлечённо корпел над скриптом, выводя надписи и узоры на поверхности вчерашнего револьвера.

— Как идёт работа? — я остановился у стола.

— Если не будешь хватать его и направлять мне в лоб, закончу за пару дней, — негромко ответил Виктор, не поднимая на меня взгляд.

— Так быстро?

— Сейчас я работаю по двадцать часов, уже четвёртый день. Значит, точно закончу за два или три дня, — уверенно ответил он.

— Что будешь с ним делать?

В голове совсем неясной зыбкой будто бы рождалась какая-то идея. Мне нужен был этот револьвер. Виктор недолго помолчал.

— Не знаю. Для меня это — искусство.

— Подаришь мне? — я чуть наклонил голову.

— Подарю, — Виктор кивнул.

— Скажи Джеду, как закончишь, пожалуйста.

— Ещё патроны, да… Скажу, — Виктор неопределённо махнул рукой, показывая, что я его отвлекаю.

— Спасибо. За вчерашнее не держи зла.

— Я же сказал — не убил и ладно. Надо работать.

Я промолчал и направился к выходу из мастерской. Небо заволокло тучами. Во дворе, кутаясь в огромный вязаный кардиган, уже стояла Аврил.

— Чего так рано? — сонно спросила она.

— Нужно домой.

За воротами послышался шум и мне пришло уведомление, что водитель прибыл.

* * *

В зале, где Мартин собрал Совет, стояла напряжённая тишина. Я даже удивился — самые большие проблемы Айонов уже были решены, ну, или почти. Дату суда Тринадцати пока не назначили, но он должен состояться уже совсем скоро, Эмилия готовила помолвку, разве что с финансовой стороной из-за Мин было не всё так гладко, но на это у меня к Мартину было крайне интересное предложение.

Я осмотрел присутствующих — Мартин пригласил Алекса. С удивлением я обнаружил, что за столом находится даже Юстас, хотя выглядел он всё ещё ослабленным и уставшим. Я кивнул ему, встретившись взглядом.

Артур был явно не в настроении, на Совет соизволил явиться старикан Бронак и Андрес, которого я не видел с того Совета, когда мне дали право голоса. Он был в длительном отъезде и занимался финансовыми вопросами издалека.

— Проходи, — прадед жестом указал мне на свободное место за столом.

Я чуть поклонился всем, приветствуя.

— Наш Совет, — Мартин оглядел всех, — должен был состояться чуть позже. Вопросов для обсуждения накопилось достаточно много, но произошло кое-что, заставившее меня собрать вас всех.

— Что случилось? — спросил Артур.

— Наши люди выяснили, что Брайс жив.

Я уставился на Мартина, который пытался выдержать небольшую паузу, слушая короткие перешёптывания за столом.

— Да. Не буду сейчас долго рассказывать все этапы работы, но мы нашли людей, которые организовали его побег.

— Это менталист, влиявший на Инесс?

— Нет, — прадед покачал головой. — Ступенька гораздо ниже. На менталиста пока не смогли выйти даже императорские гвардейцы.

— Хорошо. Не важно. Где он?

В какой-то момент я был готов переместиться к Брайсу прямо с Совета, но понимал, что не сделаю этого, снова оставляя другие вопросы всем остальным.

— Его след теряется у границы с Мин, — бесцветно ответил прадед. — Пока боевые действия не затихли, мы не можем рисковать и отправлять кого-то на его поиски. Мы знаем лишь примерное его местонахождение благодаря сведениям от Юдалл и Веберов.

— Значит, мы просто дадим ему уйти?

— Пока не знаю, Неро, — Мартин сурово взглянул на меня. — Предлагаю всем сейчас обдумать это и обговорить, потом займёмся остальными вопросами.

Я хмыкнул — надо было ему оставить эту новость на конец Совета. Чуть наклонившись над столом, я достал из кармана свой второй телефон и написал Дину: «Ты мне нужен. Собирайся и приезжай в поместье. Жду».

Глава 18

Некоторое время я не вмешивался в обсуждение по поводу Брайса — кто-то был за то, чтобы начать поиски и поимку прямо сейчас, кто-то против. Мартин всё никак не назначал голосование, видимо, и сам ещё не решил.

— Я предлагаю всё-таки не тратить время на ожидание. Боевые действия в любом случае не затихнут полностью, пока главнокомандующие Мин окончательно не отступят, а их император не пойдёт на перемирие и переговоры с Гансом Кларретом.

Голос Юстаса, вступившего в разговор, был подавленным, но он осознавал, что преемником Брайсу уже никогда не стать. Даже если голосование выступит против его казни родом, то брат проведёт жизнь в камере. Даже на ссылку можно было не рассчитывать, слишком велики его амбиции и просто тихо проживать свои дни где-то на окраине империи он точно не станет.

— Это не очень безопасно, — вставил Артур, — но ожидание и правда может затянуться.

— У нас есть разведка, несколько отрядов. Наводки тоже есть, Брайс, по имеющимся данным не ушёл слишком глубоко в Мин, а значит, есть шанс до него добраться, — подтвердил Юстас.

— Неро, ты что думаешь? — ко мне повернулся Мартин.

— Чем быстрее Брайс будет пойман, тем лучше.

Мне было уже не до решения Совета, я поймал на себе взгляд Алекса, который, как показалось, был со мной солидарен.

— Хорошо. Тогда, Юстас, подготовь, пожалуйста группу разведки, я выделю средства из бюджета. Или же, — прадед обвёл всех взглядом, — будем голосовать?

По залу прошёлся невнятный бубнёж, но голосовать никто не захотел.

— Тогда решено. Я предлагаю обсудить, что ждёт Брайса, когда мы вернём его домой.

— Думаю, об этом стоит поговорить, когда мы его вернём, — неожиданно вставил Алекс.

Официальное право голоса Алексу ещё не дели, но, как и я тогда, высказывать своё мнение он мог. Здесь я тоже был с ним согласен. Даже если след Брайса найден, то вовсе не факт, что он жив прямо сейчас.

— Я отправлюсь вслед за разведкой, — обратился я к Мартину.

— Зачем? — тот удивлённо взглянул на меня. — Отряд и сам справится с этой задачей, но… Как независимому от рода, я не могу этого запретить, конечно.

Мартин как-то тяжело вздохнул и, похоже, не особо ждал объяснений.

— Далее. Я встретился с господином Итоном Доу, владельцем центрального банка метрополии, — продолжил Мартин.

Мне он об этом не сообщал.

— У господина Доу есть серьёзное намерение взять Адору в жёны…

Прадед не договорил — по залу снова прошёлся бубнёж.

— Да. Господин Доу не один из Тринадцати и не имеет никаких титулов, однако… Он крайне обеспеченный человек с хорошим состоянием и почти без родственников. Наши переговоры привели к тому, что я предложил ему заключить брак с Адорой, но войти в род Айон.

От удивления я приподнял бровь — решение было идеальным для нашего нынешнего положения. Адора будет счастлива и при муже, Айоны при ресурсах и поддержке Доу. Тем более, что Итон один из самых образованных и опытных финансистов метрополии. Денежные вопросы Айонов будут решены куда быстрее, чем… Я покосился на Андреса — такой расклад нашего финансиста, похоже не очень устраивал.

— Тебя никто не сместит с должности, — прадед будто прочитал мысли Адреса, — но ты очень долго был в отъезде, накопилось много вопросов, консультация господина Доу и его помощь будут совсем не лишними.

— А что он сам тебе ответил на это предложение? — спросил Артур.

— Он согласен. Господин Доу довольно одинок. У него нет братьев, сестра уже больше двадцати лет служит Предвечному в храме, родители скончались. Детей вне брака не было. Во всяком случае, они не объявлялись.

— А какой у него ранг, какие способности? Даже исходя из финансовой выгоды и закрыв глаза на происхождение, мы не можем позволить состояться браку с немагом, — заговорил Юстас.

— У него четвёртый ранг в сфере целительства, но он, как мы видим, не сделал это своей основной стезёй.

Юстас недовольно поморщился и промолчал.

— Сила его Потока чистая и, если бы он развивал её, то мог бы получить гораздо более высокий ранг. То есть, у будущих детей будет довольно серьёзный потенциал.

— Не скажется ли это на репутации? — спросил Артур.

— Доу входит в наш род, получает нашу фамилию. Пышных празднований не будет, но и скрывать эту информацию мы ни от кого не будем, — ответил прадед.

— Адора явно не обрадуется тихому заключению брака, — хмыкнул Алекс.

— Думаю, ей всё равно. Ты хоть и отсутствовал, но не можешь не знать, какая ситуация произошла с Туми и что Итон, как мог, помогал её решить, — ответил я брату.

— Голосуем? — Мартин окинул всех взглядом.

Против выступил только Юстас, но у него всегда были не слишком свободные взгляды.

— Тогда решено. Я назначу ещё одну встречу с господином Доу. Сейчас его участие в наших делах будет только на пользу. Следующий вопрос…

Мартин быстро обрисовал картину того, как пройдёт наша с Грейс помолвка — Эмилия уже всё подготовила, оставалось только утвердить ранее обговоренную дату. Между помолвкой и свадьбой может пройти достаточно много времени, а потому сейчас это событие особо не занимало моё внимание. Хотя, с Грейс мне тоже хотелось увидеться. После этого мы проголосовали за то, чтобы дать право голоса Алексу, и он его получил.

Меня мутило — самочувствие всё ещё не вернулось в норму. Когда Совет закончился, Мартин уже в который раз остановил меня.

— Ты и правда хочешь лично искать Брайса? — прадед серьёзно на меня взглянул.

— Размышляю над этим, — уклончиво ответил я.

Что-то внутри подсказывало, что след брата и наводка на границу — не простое совпадение. Брайс был связан с Юдалл и Веберами, но не с минцами напрямую.

— Ты можешь дождаться, пока его найдут и привезут домой. У тебя ещё достаточно много дел. Неро, ты победил. Заговорщиков больше нет. Войны не будет.

Мартин будто пытался успокоить меня, но всё ещё было не завершено, а после слов образа Феликса Лангера сомнения всё глубже и глубже проникали в сознание.

* * *

Эмилия смотрела на парнишку, которого с собой привёл Алан. Она знала его — Терес Маркей. Обычный школьник, низкий ранг. Даром что один из Тринадцати. Его отец уже выбрал наследника, а род в принципе не особо стремился участвовать в каких-либо делах. В деньгах они не нуждались, имея собственную газовую компанию, да и каких-либо амбиций на памяти Эмилии не выказывали.

— И зачем ты привёл его? — она приподняла бровь.

— Этот парень знает, что скрывает Айон, — уверенно ответил Алан.

Эмилия хмыкнула, похоже, Туми был готов цепляться вообще за что угодно, лишь бы не затонуть, только он забывал — ей всё равно, и если сейчас она решит, что союз с Айонами важнее, чем даже козырь в рукаве, что ей совсем не будет его жаль. Слухи о том, что у Неро Айона появился практически личный мастер-оружейник, уже давно расползлись и без Алана Туми, но ничем незаконным это не являлось. Сейчас она почувствовала себя куда уверенней, чем раньше — у неё теперь есть выбор.

— И про него ты говорил? — она улыбнулась. — Каким образом этот парнишка мог что-то узнать?

— Попрошу вас не быть столь снисходительной, госпожа Нокс, — внезапно заговорил сам Терес. — Я покажу.

Он приподнял руки, ладонями вверх и рядом возникли двое — высокие парни в зелёных длинных одеждах. Их она тоже знала. Обе иллюзии выглядели также, как и старший брат Тереса.

— Интересная способность, — она разглядывала клонов. — Почему они похожи на твоего брата?

— Он достаточно нелюдим и, хоть и является наследником, посещает только необходимые мероприятия. Его лицо сложно запомнить.

— Интере-е-есно. Скажи, — Эмилия чуть наклонила голову, — а Маркей вообще какое отношение имеют к Айонам?

— Мой отец и старший брат хотели выведать их секреты, чтобы использовать в нужный момент. Айоны всегда имели слишком большой вес на Совете Тринадцати, мешали всем остальным. Мы хотели иметь что-то против них, — ответил Терес.

— Ого, и ты взял на себя роль того, кто будет следить за Неро?

— Мне это удалось из-за одного старого идиота и его дочери, — парнишка улыбнулся. — К ней не составило проблем привязать клонов. Они узнали многое, но Неро не совсем тот, за кого себя выдаёт.

— Как это понимать? — Эмилия подобралась.

— У него иной Поток. Он ведёт себя совершенно не так, как раньше. Поверьте, я знаю его много лет. Мы даже были приятелями, учились вместе все эти годы, но… Мне кажется, что тут что-то нечисто. Может, Неро Айон вообще не… Неро.

На последних словах Терес замялся, не зная, как правильней объяснить. Эмилия чуть нахмурилась — она не очень хорошо его знала, но за последнее время претендент Хагана в наследники стал практически крутить Айонами так, как хотел. Хотя, номинально главой после произошедшего всё ещё оставался главой.

— Так вот. Если я не могу точно объяснить, что не так с Неро Айоном, то наличие у него мастера — факт. Мои клоны видели, какие скрипты у оружейника, его патроны и то, что нанесено на винтовки. Такие же скрипты были у гвардецев и полиции после нападения на кафе… Где была ваша дочь.

— Что? — Эмилия вскинулась в одно мгновение. — Что ты сейчас сказал?

Ей показалось, что в глазах всё поплыло.

— Артефактное оружие, с которым были террористы принадлежит руке этого мастера.

— То есть, — Эмилия повела плечом. — Хочешь сказать, что нападение мог организовать сам Айон, чтобы отвести… Хотя, нет. Муррей признались в том, что это были они… Но также они упомянули, что наёмник сам изменил место взрыва и нападения.

Эмилия сама не заметила, как размышление превратилось в тихий монолог, который в конце концов решил прервать Алан:

— Мы не можем знать наверняка, связан ли на тот момент был Неро Айон с нападением или пострадал также, как и ваша Грейс, но то, что сейчас оружейник находится у него, а уникальный почерк руноскриптов совпадает, то отвертеться от таких обвинений будет сложно.

— И что ты противопоставишь Айонам? Алан, оружейника всегда можно допросить — он ответит на вопросы под ментальным влиянием, и я окажусь в самом невыгодном положении.

— Да, но оружейника можно убрать, предъявив обвинения после этого, например, — настаивал он. — Подумай, ведь ты…

— Неро Айон разглядел клонов, он скоро поймёт, где видел это лицо, а потому, нам нужно решать скорее, — в разговор вмешался Терес.

— Мальчишка, что ты вообще здесь делаешь? Если это интересы твоего рода, а не только твои мелкие амбиции, то почему здесь нет твоего брата и отца, — Эмилия метнула в него острый взгляд.

Он немного помолчал, будто собираясь с мыслями.

— Я хочу сделать это сам, чтобы доказать отцу, что не бесполезен. Потому тратил так много сил, чтобы привязать клонов к девчонке и следить за Неро. Я бросил эту затею, но потом узнал про мастера, — ответил Терес. — Брат тоже хотел, чтобы у нас было то, чем пригрозить Айонам. Весь род Маркей знает, что как бы не пошатнулось состояние Айонов, кто бы там не умер, они всё равно не рассыплются. Всё равно будут иметь много влияния, и на самый сложный случай, можно было пригрозить главе, что Неро Айона могут объявить террористом.

Терес говорил довольно сбивчиво, и в его словах, конечно, было здравое зерно, но всё же. Тот, что парнишка творил — было игрой для его старшего брата, и способом что-то доказать отцу, нежели большой целью ради выгоды или лучшего положения рода Маркей. Это настораживало.

— Если ты согласишься помочь нам, то мы соберём больше сведений, больше компромата, мы надавим на Мартина. Да, мы не уберём Айонов с пути, как хотела ваша коалиция, но мы сможем держать их на поводке.

Эмилия еле сдержала смешок.

— Ты сейчас серьёзно, Алан? Ты, потерявший единственного наследника, с малочисленным родом, держащимся на волоске от того, чтобы вообще перестать существовать, думаешь ты сможешь это сделать?

— Айоны слабы, бездарны, — сквозь зубы выплюнул Туми. — Они допускают ошибки, их члены семьи гибнут… Им не место среди Тринадцати. Хаган был слишком мягким, за что и поплатился. Даже Филу удалось пробить их безопасность.

— Однако, — Эмилия приняла более расслабленную позу и немного отодвинула кресло от стола. — Муррей, Веберы и Юдалл за решёткой и их ждёт суд. Ноксам пришлось пойти на уступки и заключить союз. Ты принёс клятву главы и потерял сына.

Возмущению Алана, казалось, не было конца. Он всё это прекрасно понимал, а также понимал, что сейчас раскрыл перед Эмилией все карты, что не играло ему на руку. Вот что делает с человеком отчаяние и нежелание сохранять спокойствие, заботясь о своей безопасности и выгоде.

Будь Айоны хоть прокляты Предвечным, но, если это спасало Ноксов, Эмилия была готова не только стать для них союзным родом, но и на многое другое.

— Знаешь, что, Алан, — она улыбнулась. — Теперь у меня немного больше информации, но я всё ещё не приняла окончательного решения, знаешь ли.

— Хватит играть с нами, госпожа Нокс, — вдруг вставил Терес. — Неро Айон может меня найти в люьой момент.

— Так ты боишься? — она хмыкнула. — Хотел порисоваться перед отцом и родом, а в итоге дрожишь от страха.

— Так давай объединимся. Ты ведь можешь сказать о том, что мы знаем Мартину. Всем выгодно — он освободит тебя от некоторых обязательств союза, а ты поможешь Туми остаться на плаву, — вставил Алан.

— Неро мог убить оружейника раньше, чем нужно… — тихо сказал Терес.

Похоже, этот парень всё-таки взял на себя многовато. Сейчас сравнивая его и того же Айона, Эмилия лучше понимала, что Терес имел в виду говоря, что Неро совершенно другой. У Тереса, похоже, были с Айоном свои счёты. Его больше интересовала личная месть за что-то, чем какие-то выгоды для рода. В общем, он совершенно не тот, на кого стоило бы положиться в таком деле.

— Вы же говорите, что мастера можно убить, чтобы избежать допроса, — Эмилия обвела Алана и Тереса взглядом. — Так пусть бы Неро его и убрал сам.

— Может быть Муррей и их нападение тоже были связаны с Айонами? — Алан снова возвращался к этой теме.

— Артур был в их доме вместе с Айоном. Нет, — она покачала головой.

— Не думаешь, что это было подстроено? — всё подначивал Алан.

Эмилия поджала губы. В объяснениях Неро и Айонов было много странного. Они убедили её в том, что Муррей по приказу Юдалл и Веберов пошли против Ноксов за отказ от опасной коалиции, но сейчас червь сомнения всё больше начинал подъедать её. У неё появился выбор, но в то же время, этот выбор снова ставил её в тупик.

— Хорошо, Алан. Собирай свои сведения. Я дам тебе ответ до конца завтрашнего дня. Мне нужно переговорить с Эдвардом, чтобы решить всё окончательно, — ответила Эмилия.

— Спасибо, — Алан почти просиял. — Буду ждать твоего ответа.

* * *

Я стоял у ворот и ждал, когда приедет Дин. Он уже сообщил, что в пути. В дом заходить не хотелось, хотя на улице значительно похолодало. Телефон в кармане завибрировал. Звонил Джед.

— Да, — я приложил телефон к уху, наблюдая, как из тёмных туч снова начинает идти снег.

— Люция нарисовала портрет этого… Этих клонов, — бодрым голосом сообщил друг. — Ты не вспомнил, кто это мог быть?

— Нет. Лицо, с которого взята внешность клонов очень знакомое, но не могу вспомнить. Придётся поискать…

— Ладно. Я сейчас тебе рисунок вышлю, Люция говорит, что он не похож ни на кого из нашей школы или её знакомых, да и выглядит старше.

— Почему он вообще должен быть из вашей школы? — хмыкнул я.

— Ну, а где Люция этих клонов подцепила?

«Это что тебе, простуда? Кто-то специально выслеживал меня, когда понял, что я за Неро слежу» — на заднем фоне послышалось ворчание Люции.

— Она права, — я улыбнулся. — Буду искать среди Тринадцати. Учитывая, что мне знакомо это лицо.

— Да-а-а, — протянул Джед, — ты, наверное, вообще большинство людей забыл, поэтому и не помнишь, кто это.

— Вроде того.

— Виктор почти закончил револьвер, а я нашёл ему задачу. Потом покажу тебе. Можешь за револьвером приехать уже завтра.

— Видно будет. Но да, я его заберу.

На дроге показалась машина, которая направлялась прямо к нашим воротам. Похоже, это было такси с Дином.

— Нужно идти. Будьте осторожны.

— Что нам будет, — усмехнулся друг. — Давай, Неро, на связи. Сам не дури, только… Ато после нашего разговора…

— Всё будет в порядке. На связи.

— Пока.

Я отключил звонок и подождал, пока Дина пропустят на территорию.

— Ого, ты даже сам вышел меня встретить! — он широко улыбнулся и протянул мне здоровую руку.

— Да. Сразу провожу тебя к нашему целителю, он сейчас не очень занят, — я кивнул в сторону нужного крыла.

— Так, зачем я тебе понадобился?

Я заметил, что Дин всё-таки ещё и прихрамывает.

— По нескольким причинам. Давай уже внутри объясню — холодно, — я чуть поёжился на ветру.

Пока Хесс работал с рукой и плечом Дина, я терпеливо ждал, сидя на кровати напротив. Говорить при целителе не очень хотелось. Он работал достаточно долго, и я набрался терпения. Уставшее лицо Дина немного преобразилось, похоже, неприятные ощущения и боль отступали.

— Закончил, — произнёс Хесс. — Рекомендую сразу не перенапрягаться.

— Благодарю, — ответил я целителю.

Тот чуть поклонился и отправился в сторону другого кабинета.

— Так что? — спросил Дин, пока натягивал рубашку.

— Мы будем искать Брайса. Я возьму у Артура все имеющиеся сведения. Мартин хочет отправить на границу отряд.

— А тебе тогда зачем лезть? — Дин размял руку и довольно кивнул себе.

— Мне кажется, нас ведут по ложному следу, а ждать слишком долго нельзя. Суд состоится на днях. Мы должны найти Брайса раньше.

— Понял.

— Оплату за это скину потом на твой счёт. Но поиски Брайса не единственная наша задача, — я улыбнулся уголком рта.

— Та-а-ак, — протянул Дин. — Говори.

Я достал из кармана телефон, открыл на нём отсканированную фотографию портрета и показал щитовику.

— И кто это? — Дин задумчиво уставился в экран.

— Я выясню. Это портрет того, кто подсылал клонов следящих за мной. Не знаю его целей, но избавиться от этой проблемки мы должны крайне оперативно. Понимаешь?

— Да я только за, — Дин снова широко улыбнулся. — Хоть сейчас.

— Вот и прекрасно, — кивнул я. — Готовься. Будет очень весело.

Глава 19

Поиски по базам не заняли много времени, но результат меня немного удивил — тот, на кого были так похожи клоны был Альт Маркей, это его младший брат грозился вызвать меня на дуэль — Терес.

Терес был в той жизни школьным приятелем, а чем я ему насолил в этой — даже не приходило в голову. Странно.

Я крутанулся в кресле. Старший брат вступился за младшего? Маркей что-то нужно от Айонов? Я хмыкнул — какой-то бред. Всё это вообще было похоже на какую-то тупую попытку мне за что-то отомстить.

Маркей не были нашими врагами, ни тогда, ни сейчас. Даже самого Тереса в той жизни я быстро потерял из поля зрения. Мне было на него, как и на всех остальных глубоко плевать.

Интересно было другое — не припомню, чтобы Альт обладал способностью создавать клонов. Мог ли я упустить какую-то деталь? Вероятно. Только что-то подсказывало — клоны мелкая помеха, за ними ничего, или почти ничего не стоит. А даже если и… Маркей точно мне не соперники.

Я улыбался себе, понимая, что осталось совсем немного до того, как я, наконец, смогу убрать с пути Юдалл и Веберов, но…

В кармане зазвонил телефон, на удивление это был Мор. В поместье Наставника не было несколько дней, но я решил не дёргать его.

— Неро, как ты?

— Хорошо. Вполне, — ответил я. — Есть какие-то новости?

— Да. Я нашёл человека, готового тебе помочь. Он не просто ответит на вопросы, но и попробует научить техникам… Как бы сказать… Забытым и запрещённым.

— Ты сказал ему, кто я такой и что произошло? — почему-то я думал, что Мор не будет с кем-то говорить об этом.

— Да. Иначе договориться не вышло бы. Я дам тебе его координаты.

— Понял.

— Если ты передумаешь, я пойму, — каким-то странным голосом сказал Мор.

— Спасибо. Не передумаю. Я хочу понять, за какие нити дёргать дальше.

— Ты уже победил.

— Мартин сказал то же самое. Но мне этого мало. Мор. Поговорим при встрече.

— Хорошо. Я скоро приеду.

Я попрощался с Наставником и отключился. Смешанные чувства. Я почти стоял рядом дверью, ведущей во все миры, временные линии и жизни сразу. Только не знал пока, что с ней делать.

* * *

Дин остановил машину рядом со зданием, где работал Аль Маркей. У меня была мысль отрезать его от охраны и надавить, чтобы быстрее разобраться с этой проблемой, но сейчас нападение мне было ни к чему, а телохранители Альта могли сработать слишком быстро. Мы ждали. В случае чего Дин готов был дать отпор.

Через полчаса Альт, наконец, показался на улице в сопровождении охраны. Его взгляд остановился на мне, а шаг замедлился.

Я кивнул и махнул ему рукой. Он недолго помялся, но, похоже, что не хотел сейчас показывать свою растерянность.

Охрана осталась немного позади, а Альт подошёл к мотоциклу, к которому я слегка прислонился.

— Кажется, ты уже понял, почему я здесь? — я улыбнулся.

— Нет, — Альт сделал непонимающий вид.

— Поэтому сразу подошёл? — я прищурился. — Слушай, сейчас ты расскажешь мне зачем привязывал к Люции Эммер клонов, чего на самом деле хотел и, возможно, мы разойдёмся более, чем мирно. Как тебе?

— Я не могу пользоваться техникой клонов, — спокойно ответил Альт.

— Как же? А я вот уверен, что можешь.

По глазам Альта было понятно, что он нервничает, но не спешит что-то говорить, ведь знает, что я не нападу на него средь бела дня.

— Если вы не против, господин Айон, я предлагаю вам проехать ко мне домой и там поговорить в более спокойно обстановке.

— Что же, принимаю приглашение.

Мы поехали вслед за машиной Альта. У Маркей нас никто не встретил и, похоже, что наследник не собирался сообщать о гостях. Он пригласил нас с Дином в небольшой кабинет и сел за стол.

— Ну вот, — я подвинул лёгкое кресло к нему немного поближе. — А теперь, как вы и предлагали, господин Маркей, поговорим в спокойной обстановке.

— Откуда у вас предположение, что я, якобы пользовался техникой клонов на некой Люции Эммер?

Альт выжидающе смотрел на меня.

— Потому что я видел их собственными глазами.

— Это не доказательство, — Альт дёрнул уголком рта.

— Конечно. Но девчонка, к которой были привязаны клоны, вполне себе. Ей они тоже доставили беспокойство, а потому Люция без проблем согласится на допрос менталиста и всё подтвердится.

Альт молчал, понимая, что я прав и у него просто не получится отвертеться.

— Мне нужны были данные о вас, господин Айон. Маркей никогда не являлись самым влиятельным из Тринадцати. Ваше поведение и резкий скачок развития заинтересовали меня.

— И-и-и? — я покрутил запястьем.

Что-то не складывалось. Эти слова Альт будто вытягивал из себя, выдумывая на ходу. Возможно, что доля правды в них была, но что-то здесь было не так и я чувствовал это не только в словах, но и в Потоке Альта.

Я встал с кресла и перегнулся через массивный стол, чтобы оказаться прямо напротив лица Альта:

— Ты же прекрасно знаешь, что я сделал с Филом Туми? Я могу это сделать и с тобой.

— Камеры зафиксировали, как мы въезжали на территорию, — сухо ответил Альт.

— Да, но кто сказал, что прямо сейчас? Я могу в любой момент явиться к тебе и утащить телепортом туда, куда захочу, и сделать то, что захочу, Альт.

— Почему же тогда приехал ко мне, а не явился прямо на рабочее место? — он хмыкнул.

Старался выглядеть смелее, но я чувствовал его страх.

Раздался стук в дверь, но тот, кто находился за ней не дождался ответа и ворвался в комнату.

— Ты! — выкрикнул Терес, оглядывая меня и Дина ошалевшими глазами. — Какого беса!

Рядом с Тересом мгновенно возникли два клона, которые бросились ко мне, без какого-либо видимого приказа. Дин подскочил с кресла, выставляя широкий щит и клоны упёрлись в него.

В одну секунду я переместился к Тересу и, оказавшись у него за спиной, пнул под коленями так, чтобы тот упал на них.

— Убирай их, — прошипел я Тересу в ухо.

— Сейчас вызову охрану, — сорвавшимся голосом сказал тот.

— Не нужно, Терес, — Альт поднял руку. — Развей клонов.

Тот всхлипнул, но послушался. Похоже, Альту не нужны были проблемы, а уж тем более проблемы с младшим братом, который был не на самом хорошем счету в семье, а Альт знал о его проделках и вместо того, чтобы приструнить, хотел извлечь их этого пользу.

— Сядь в кресло, — я потянул Тереса за локоть.

Тот, стараясь не отворачиваться от меня и Дина сел, взглядом уперевшись в Альта.

— Я думал, он напал на тебя, — промямлил он, оправдываясь перед братом.

— Нет, — коротко отрезал Альт.

— Так вот, господа, — я снова вернулся к креслу, стоящему у стола Альта. — Хочу услышать, по какой причине за мной была слежка. Никому не угрожаю, но очень хочу знать.

В кабинете какое-то время стояла напряжённая тишина.

— Альт не виноват, — промямлил Терес через какое-то время. — Это моя идея.

— И зачем ты это сделал? — я усмехнулся и уставился на него.

— Потому что я заметил, как ты изменился. Хотел понять, почему твой ранг начал так быстро расти, — ответил он. — Это невозможно просто так.

— И как, выяснил?

— Нет. Но ты что-то сделал с собой такое, от чего сила Потока выросла, я хотел узнать это и рассказать отцу, тогда бы он заметил, что я не слизняк бесполезный. Мне стало смешно, но я сдержался.

— Ты доставил мне кучу неудобств, скажем так, — я смотрел на белеющего Тереса и даже не совсем понимал, чего он так боится.

— Я узнал про оружейника, у тебя много секретов, Айон. Ты решил, что ваш род самый главный среди Тринадцати? Чуть ли не на уровне Императора?

— И ты решил, будто можешь мне что-то противопоставить? — я немного наклонился в его сторону.

— Господин Айон, прошу вас, давайте забудем об этом. Я буду вашим должником, но не хочу подобным инцидентом портить репутацию Маркей, — вмешался Альт.

— Ах, ты не хочешь? — я метнул в него короткий взгляд. — А почему ты не думал об этом, когда поддерживал идею младшего брата?

Альт промолчал.

— Потому что он знал, что я нашёл того, кто может помочь.

Терес нервничал, но решил попытаться идти напролом.

— И кто же это? — я упёрся щекой в ладонь.

— Это госпожа Нокс и господин Туми, — бросил Терес, но тут же осёкся, увидев, как на моём лице появляется довольная улыбка.

— Нет, ничего этого не будет. Я могу просто пожалеть тебя, и послушать твоего брата, а могу сделать так, что и ты станешь подсудимым. Тогда в статусе твоей семьи появятся трещины.

— Но… Но… Ты ничего не докажешь! — Терес краснел и психовал всё больше.

— Докажу, и твоему брату я уже об этом сказал.

— Простите, господин Айон, я прошу вас забыть об этом досадном инциденте. На любых собраниях Совета Тринадцати я, как наследник Маркей, готов буду поддерживать Айонов и склонять к этому отца.

— Правда-а-а? — протянул я.

Мне становилось всё веселей — глупость Тереса была настолько наивной и простой, что у меня даже не возникло хотя бы малейшего желания как-то запугивать или наказывать его.

— Клянусь Предвечным, — добавил Альт.

— Брат! Ты так быстро сдаёшься? — чуть срывающимся голосом спросил Терес.

— Лучше молчи, — прошипел Альт.

Я подошёл к своему бывшему приятелю вплотную.

— Мы же ещё встретимся в школе и, может быть, даже на турнире. Не забывай об этом Терес и лучше воспользуйся тем, что сейчас у меня есть дела поважнее, чем что-то делать с тобой.

Он вжался в спинку кресла так, что казалось та может вот-вот хрустнуть и отвёл взгляд.

— Что же, — я повернулся к Альту. — Если вы, господин Маркей, гарантируете, что Терес впредь будет вести себя хорошо, то я закрою глаза на всё это.

— Гарантирую, — отрезал Альт. — Также гарантирую то же, что и сказал ранее — поддержку Айонов на заседаниях Совета.

— Я очень рад, что мы пришли к такому мирному соглашению, — вернулся к столу и протянул Альту руку для рукопожатия. — Можете нас не провожать.

Когда мы покидали кабинет, Терес смотрел на меня взглядом загнанной в угол крысы, но понимал, что больше ничего не может сделать.

— До встречи в школе, приятель, — напоследок бросил я ему, но ответа, конечно, не получил.

.

Меня подмывало рассмеяться в голос. То, что лепетал Терес не вязалось с реальной ситуацией. Эмилия не настолько глупа, оснований для сотрудничества с Туми у неё нет, да и…

Я чувствовал в себе желание явиться к Туми и оборвать уже его конвульсии — я улыбался. Придурок Терес решил построить из себя великого заговорщика, заручившись поддержкой Алана Туми?

Я всё-таки негромко рассмеялся.

— Ты чего там? — Дин отвлёкся от дороги и немного повернулся ко мне.

— Весело!

— Ага. Я так и не понял, что нужно было этому пацану. Судя по лепетанию, он просто обиделся на тебя. Или позавидовал.

— Это настолько глупо, что почти прекрасно!

Я устроился на заднем сидении и сдерживать смех уже не стал

Эмилия! Ты скажешь мне что-нибудь? Успеешь ли? Ты же сейчас ждёшь меня в поместье Айонов, может быть, ты и не стала бы сотрудничать с Туми, но что-то ты же придумала?!

Я понимал, что Ноксы тоже хотят для себя безопасности и то, что наговорил ей Алан могло вселить в Эмилию надежду, что так и будет. А может, и нет. Мартин сказал, что она отказалась говорить с ним и ждёт конкретно меня.

Входил я в кабинет Мартина, где меня и ждала госпожа Нокс в отличном расположении духа, я бы даже сказал, что был почти счастлив. Всё, что пролепетал мне перепуганный Терес, по сравнению с тем, что я всё-таки смог сделать с Веберами и Юдалл, было настолько нелепым и бессмысленным, что оставалось только улыбаться.

Эмилия была напряжена и серьёзна. Похоже, трусливый шакал Терес ничего не стал ей сообщать. А Алану Туми он сообщил? Я скалился в улыбке, когда садился в кресло напротив.

— Всё в порядке, Неро? — в глазах Эмилии мелькнуло беспокойство.

— Здравствуйте, госпожа Нокс. Всё просто прекрасно.

Я закинул ногу на ногу и расслабленно откинулся на спинку.

— Ты странно выглядишь, — она внимательно смотрела мне в глаза.

Всё её тело было напряжено, а руки сжимали миниатюрную сумочку, покоящуюся на коленях.

— У меня есть некоторая информация… Я сомневалась, нужен ли нам этот разговор, но…

— Я не устраивал взрыв, нет, — я, кажется, улыбнулся ещё шире.

— Откуда ты… — Эмилия поперхнулась собственными словами.

— А, так Терес Маркей ничего вам не сообщил? Решил сделать вид, что ничего не было и он ничего не знает.

— Не сообщил, что?

Эмилия не замолчала, понимая, что в общем-то уже и так раскрыла все карты.

— Видите ли, Алан Туми решил, что с помощью недалёкого Тереса сможет хоть как-то улучшить своё положение. Каким-то образом нашёл его, понял, что тот снова пользовался клонами, чтобы следить за мной, наплёл ему что-то. Парень просто не понял, что Туми — вариант совсем проигрышный…

Эмилия ненадолго задумалась.

— Мне неинтересен Туми, но вот то, что Веберы и Юдалл пошли против Ноксов тогда… Ты внушил мне эту мысль, и я отказалась от союзников.

Она залилась, и я это видел. В голове Эмилии сложился пазл: когда я говорил с ней о Муррей и взрыве коалиция ещё была целостной, она решила, что Ноксов отодвигают на второй план или вообще хотят избавиться задолго до того, как это стало хотя бы относительно правдой.

— Несмотря на то, что Алан сейчас не представляет интереса, всё же, он передал мне информацию об оружейнике и…

— И что? — я даже наклонился немного. Мне было интересно, куда заведёт нас этот разговор.

— Я знаю, что Айоны не сдали Ноксов суду Тринадцати, но ты оставил информацию для себя. Глупо было предполагать иное. Это крайне некомфортное ощущение.

— Вы согласились на союз. Да и иного выбора у вас не осталось, — я развёл руками. — Эмилия, разве призрачная надежда поучить от меня что-то стоит разрушения нашего союза?

— Айоны пользуются нами, — она поджала губы.

— Зато Ноксы не объявлены предателями Империи.

Я не выходил из себя, но разговор с Эмилией начинал раздражать. Я понимал, почему она делает то, что делает — любой на её месте искал бы хоть капельку большей выгоды. И если она задумывалась об этом, то понимала, что сейчас Айоны уж никак без вредя для себя не смогут передать Ноксов суду Тринадцати. Только если не найдётся нечто иное, на чём их можно поймать.

Я встал с кресла и подошёл к Эмилии совсем близко, затем наклонился почти к её лицу:

— Ты же знаешь, что я — не совсем я. Точнее, подозреваешь об этом. Слухи и то, что я внезапно стал таким влиятельным в собственном роду. Пусть эта мысль не покидает тебя, Эмилия. Ты не сможешь доказать, что я намеренно разрушил коалицию раньше, чем это могло бы случиться. Ты не сможешь доказать, что я обманул тебя на счёт Муррей. Их больше нет. Как нет Туми. Если хочешь жить, если хочешь, чтобы Ноксы и дальше процветали — успокойся и прими поражение.

Мой Поток чуть ускорился, заряжая собой сам воздух вокруг. Эмилия почувствовала напряжение вокруг и, кажется, совсем сжалась. Она понимала, что этот разговор был последней попыткой трепыхнуться.

— Я знаю. Алан Туми всё равно не оставит попыток докопаться до тебя. Ему нечего терять. Теперь мы повязаны с Айонами, а это значит, что вредить он будет и Ноксам.

— Вот это правильная мысль, — я выпрямился. — Предложи Туми стать частью Ноксов.

Я неспешно ходил по кабинету, окончательно осознавая, что в этой жизни у меня больше не осталось врагов, способных разрушить жизнь Айонов. Пусть отправили меня в эту реальность не совсем за этим, но я больше не собирался действовать по чьим-то установкам.

— Почему? — спустя несколько секунд хрипло спросила Эмилия.

— Что почему? — я развернулся к ней.

— Туми… Почему ты говоришь, что я должна предложить… Айонам это сделать гораздо проще.

— Не-е-ет, — протянул я и сделал несколько шагов к ней навстречу. — Это ты и твой покойный муж пытались вытянуть из Туми и его «сына» какую-то пользу. Это твой порог Алан обивает уже в который раз, всё пытаясь добраться до меня.

— Так уничтожь его, — Эмилия скривилась. — Ты же это можешь, разве нет?

Я промолчал, повернувшись к окну, где за день навалило кучу снега, и зима обгоняла график на несколько дней.

— Могу, но не хочу, — ответил я спустя несколько секунд. — Чем больше рядом с Айонами будет союзников, тем лучше.

— Вынужденных, — уточнила она.

— Даже и так, — я пожал плечами. — Ноксы остаются большим и достаточно сильным родом, а в союзе с Айонами, тем более. Ты же искала выгоду — ты её получила. Компромат, о котором ты говоришь, всего то маленькая страховка.

По глазам Эмилии было видно, что она почти пожалела, раскрыв мне всю информацию сразу, но в то же время, как мне показалось, испытала облегчение. У неё не осталось сил бороться, хотя ресурсов, чтобы подготовить против меня и Айонов сведения, могло быть достаточно.

Я улыбнулся замолчавшей Эмилии и снова сел напротив. Она прекрасно понимала, что Ноксы, нарушая наш союзный договор тоже бы пострадали, а потому сообщить мне о Туми было лучшим решением.

Из всего этого разговора плавно выпадал сам Терес Маркей и его старший брат, который, как наследник, хотел выслужиться перед отцом. Детская забава, к которой решил примазаться совершенно обезумевший от собственной безысходности Алан Туми.

Сейчас мне не было никакого дела до Маркей, до Тереса с его клонами. Но Туми… Несмотря на то, что они висели на волоске, у них ещё оставались кое-какие ресурсы и деньги, а этого никогда не бывает мало. Я не собирался уговаривать Эмилию, она сама пойдёт на это.

— Мне кажется, что Алан сразу поймёт в чём дело. Даже учитывая, что Ноксы остаются сами собой даже в союзе, то присоединение к нам Туми будет означать, что Ноксы поглотят их. Ни о каком союзе не может идти речи, — сказала Эмилия, недолго поразмыслив над моими словами.

— Несмотря на то, что случилось с Айонами, у нас будет сила и будет вес на Совете Тринадцати, — подтвердил я. — И убрав Туми с дороги мы получим ещё одну долю преимущества.

По состоянию Потока Эмилии я понимал, что она будто перестала сопротивляться и отпустила ситуацию. И она, и я знали, что нынешнее положение дел будет самым выгодным из всех возможных вариантов.

У меня тоже были слабые стороны и прорехи, через которые, если постараться, можно пролезть, но терпение и воля к тому, чтобы поступать иначе, чем привык, тоже заканчивались.

— Дело за малым, — я нарушил молчание. — Мне всё равно, какими способами ты этого добьёшься, но сделать это необходимо до Суда Тринадцати, а он уже скоро.

— Ты знаешь дату? — Эмилия уставилась на меня.

— Нет. Но все нужные люди пойманы, информация собрана, остались только формальности. Так что, просто держите меня в курсе, госпожа Нокс.

Я перешёл на формальное обращение, давая Эмилии понять, что хочу закончить разговор. Я не дал ей возможности пререкаться и как-то атаковать вопросами. Из её головы, похоже, сразу выветрились все варианты, которые она могла рассматривать даже по пути сюда.

Странным было то, что она решила не говорить с Мартином, будто только и хотела убедиться в правильности своего выбора. Услышав же, что ни у Туми, ни тем более у Тереса нет реально ничего, сразу уверилась в этом.

Думаю, она понимала это сразу, просто на мгновение допустила слабость и позволила собственной гордости поднять голову. Нет, дорогая госпожа Нокс. Пусть в этой жизни я сделал ваш род своими союзниками, но это не значит, что забыл о прошлом.

— Пожалуй, тогда я вернусь к себе, — она не очень уверенно поднялась. Нужно посоветоваться с Эдвардом на счёт Туми.

— Могу ли я увидеться с Грейс?

На странный вопрос, не относящийся к теме разговора, Эмилия отреагировала удивлением. В её глазах мелькнуло нечто странное. Да, Грейс сейчас играла не самую главную роль, но, как и в прошлый раз, могла стать дополнительными ушами, а по телефону говорить об этом не хотелось.

— Ну, — Эмилия покачала головой. — Грейс вернулась учёбе. Из-за закрытия школы, сейчас она много занимается с преподавателями. Всё, что не связано с помолвкой её не касается.

Она поняла, зачем мне Грейс и конечно не очень хочет, чтобы дочурка узнала или услышала что-то лишнее. Я улыбнулся.

— Тогда я заеду в не учебный день.

Эмилия кивнула и попрощалась со мной. Я остался в кабинете один, размышляя над тем, что ещё мог упустить из виду. Пусть клоны оказались очень пустяковой проблемой, но рано или поздно, не доведи я этот вопрос до решения, даже это могло сказаться на будущих событиях.

Я написал Алиасу Лангеру сообщение, решив в этот раз не врываться без приглашения. Пока у меня оставалось время, нужно было поговорить с ним о том, что я видел в ментальной закладке.

Глава 20

В этот раз Алиас пригласил меня не в резиденцию гильдии, а к себе домой. Трёхэтажный особняк в восточной части метрополии выглядел ухоженно и богато: небольшой сад, сейчас усыпанный снегом; белая облицовка, несколько колон подпирающих широкий балкон второго этажа; вычищенная дорожка, ведущая к главному входу.

Меня встретили и проводили в гостиную, где потрескивал камин. С высокого потолка свисала большая люстра. В целом всё внутри было выдержано в классическом стиле, будто семья Алиаса решила остаться слегка в прошлом.

— Приветствую, дорогой друг, — Алиас отодвинул от себя чайный столик на колёсах и подошёл ко мне.

— Добрый день, Алиас, — я протянул менталисту руку.

— Как всегда, Неро, ты решаешь за меня, когда нам нужно встретиться, — сказал он недовольным тоном.

По глазам Алиаса было видно, что на самом деле мой визит не доставляет ему каких-то неудобств, напротив, ему было интересно, зачем мне снова понадобилась встреча.

— Рассказывай, — Лангер вернулся в своё кресло и вновь подвинул к себе чайный столик. — Чай, кофе?

— Нет, благодарю, — я коротко мотнул головой. — У меня есть для тебя одна интересная деталь.

Алиас заинтересованно кивнул и потянулся за чашкой.

— Встретил я тут одного молодого человека, звали его Феликс Лангер.

Я наблюдал, как Алиас буквально застыл с дымящейся чашкой в руке. Можно было с лёгкостью представить, как в его голове крутятся шестерёнки.

— Где? — спросил он.

Интересно, почему он решил задать именно такой вопрос? Может, родственники с таким именем у него уже были?

— В своей голове, — я ухмыльнулся и постучал указательным пальцем по виску.

— Не понял, — Алиас, наконец, вышел из ступора и отпил немного чая.

— Одну ментальную закладку ты всё-таки не нашёл, — я невольно начал улыбаться.

— Быть такого не может, — менталист чуть свёл светлые брови. — Я специалист высокого класса.

— Знаю, но парень по имени Феликс сказал, что он сильнее своего предка.

Я улыбался всё шире, наблюдая за лицом менталиста, становившимся более удивлённым.

— Что скажешь?

— Дай подумать, — Алиас ещё раз отпил чай и несколько секунд смотрел в одну точку. — В своей голове… Знаешь, не припомню ни одного Лангера с именем Феликс… А что это была за закладка?

— Визуальная. Такая, знаешь, записка. Парнишка сказал, что его дед знал обо мне всё, или почти всё. Он сказал, что его проекция в закладке даже не совсем он.

— Я начинаю путаться, — Алиас пожал плечами. — Понимаю, к чему ты клонишь.

— И к чему же?

— Тот труд, о котором я говорил. Уже сейчас я начал работу над ним, но мои сыновья совсем маленькие и ни одного из них не зовут Феликс, — Алиас хмыкнул. — Хотя, если он говорил про деда… То есть, ты хочешь сказать, что я передал труд по наследству?

Алиас выглядел растерянно.

— Похоже, что так, — я кивнул.

— Но подожди, — он поставил чашку на стол и побарабанил пальцами по подбородку. — Значит, это всё уже происходило? Ты уже возвращался? Неужели это и правда временная петля?

Было похоже, что подобные предположения Алиасу не очень-то нравятся, это бы означало, что он проживает одну и ту же петлю раз за разом, а не всякому такое придётся по душе. Я бы даже сказал, что, наверное, никому.

— Нет, не думаю. Пространство-время сложное и многомерное. Феликс не стал объяснять, да и я не смогу сейчас тебе точно ответить, как это могло произойти. Предполагаю, что та временная линия могла пересечься с этой, грубо говоря, Феликс и хрономаг знали о таком варианте, скорее всего, даже видели его, а потому в том будущем твой внук или правнук знал, кто такой Неро Айон.

— Сложно, — Алиас покачал головой. — И что прикажешь мне делать с этой информацией? Оставить работу?

— Нет. Эта деталь важна. Я не знаю, насколько существование твоей работы повлияет на пространство-время. Мне ясно одно, что кто-то из твоих внуков или правнуков его получил и нашёл того, кто вернул меня назад.

— Мне кажется, что всё происходящее было не случайностью. Каждый твой шаг был продуман, для того они и сотворили блоки и установки. В итоге всё происходит так, как и должно было произойти.

— Отчасти, — согласился я. — Но расчёт старика и твоего потомка был сделан только до момента проблем на границе, потому, когда всё свершилось, эта «записка» и была распечатана.

— Они могли знать, что будет с твоими родными в итоге?

— Вероятно, только варианты, — я пожал плечами. — Несмотря на инертность временных линий, мои действия и само моё появление меняет эту структуру. Иначе бы всё шло по предыдущему сценарию.

— Эта реальность, — Алиас оглядел гостиную, — вроде бы та же самая, что и в твоей той жизни, но всё-таки искажённая?

— Да, именно, один из сотен миллиардов вариантов, с изменениями и моим влиянием. Теперь, когда я и сам стал другим, будущего, где мир был мной уничтожен, уже нет.

— А Феликс и тот старик?

— Насколько я понял… Старик не смог больше совершить ни одного прыжка во времени и потому твой потомок сказал, что его больше не существует в таком виде, как тогда.

— Значит, и такого Феликса тоже больше не существует? — в глазах Алиаса мелькнуло разочарование. — и в этой версии нашей реальности он вообще может никогда не появиться?

— Вероятно, — я вздохнул. — Но шанс того, что эта реальность связана с той, где они вернули меня назад слишком велик, а потому тебе необходимо передать своё знание обо мне детям.

— Хм-м-м, — протянул Алиас. — Если быть откровенным, я так и собирался сделать. Я бы не удивился, если бы ты сказал, что и этот разговор так или иначе должен был состояться.

— Я почти уверен, что так оно и есть. Просто как именно все эти события связаны между собой — не знаю.

— Для меня подобные вещи удивительны. Если бы я в тот день не ответил на приглашение твоего отца…

— Тогда ты казался мне слишком высокомерным, — я усмехнулся.

— Так оно и есть, просто, когда ты почти наизусть знаешь сознание человека, сложно оставаться высокомерным. Я надеюсь, Неро, что наша встреча всё-таки была предначертана неким образом, и всё это было не зря.

— Я в этом уверен, — ответил я.

После того, как попрощался с Алиасом, я сразу решил поехать к Джеду. Ожидал я от разговора чего-то другого, по ощущениям, но Лангер просто не мог знать, что ждёт его потомков в будущем.

Решив написать обо мне исследовательскую работу, он будто тоже вмешался в ход времени и саму эту реальность, но вот как информация обо мне могла оказаться у его внука или правнука? Спорный вопрос, учитывая, что сведения могли быть и совершенно другими, я же сейчас пользовался только собственными догадками.

Вполне возможно, что знания Феликса очень сильно отличались от того, что знал сейчас Алиас, ведь в той жизни об Алиасе я знал мало, встречал всего пару раз и уж точно никто не позволял влезать в сознание. Но… Если это тоже часть избранного для меня маршрута по новой реальности, то пусть всё остаётся неизменным.

.

В доме Джеда, как всегда, было уютно и тепло, это особенно сильно ощущалось с приходом холодов. Я сразу предупредил друга, что заехал ненадолго. Вообще, можно было отправить водителя, чтобы оружейник передал револьвер ему, но почему-то хотелось хотя бы ненадолго оказаться в атмосфере дома Риг.

— Как ты? Мне стало казаться, что ты появляешься у нас в гостях всё реже и реже, — Ванесса улыбнулась и жестом пригласила меня к столу.

— Много дел, — неопределённо ответил я.

— Мы не всё знаем, но… Соболезную твоим утратам, Неро, — она с сочувствием взглянула на меня.

Я молча кивнул и отхлебнул из кружки горячий, терпкий чай. Вокруг стола, как обычно, скакали близняшки. Откуда-то лилась негромкая музыка, пахло свежей выпечкой. Из-за красно-оранжевого абажура над столом кухня казалась ещё более уютной и тёплой.

Признаться честно, мне бы хотелось остаться здесь подольше. Может быть немного позже у меня будет такая возможность.

— Скорее бы вы вернулись в школу, — снова заговорила Ванесса. — Не дело это вот так шататься, или вообще решать какие-то проблемы. Не понимаю.

Она покачала головой и вздохнула, расставляя на столе тарелки с бутербродами и булочками.

— Да, мы тоже хотим в школу! — хором отозвались близняшки. — И этому бездельнику пора.

Они обе покосились на меня и рассмеялись.

Странно было понимать, что несмотря на «победу», как выразился Мартин, мне всё равно чего-то не хватало, и я пока не мог уловить, чего именно. Когда пытаешься взять под контроль столь многие события, а не можешь осознать какой-то просто вещи, это настораживает.

Я сказал Джеду, что буду ждать его в мастерской и вышел из тёплого дома в морозный день.

Виктор протянул мне револьвер и кобуру, на которой был выведен тонкий и витиеватый узор.

— Это какой-то скрипт? — я чуть прищурился. Именно такого узора прежде я не видел.

— Да, защитный, от ударов и перепада температур, — подтвердил оружейник.

— А от погружения в воду или от грязи? — я хмыкнул, затягивая крепления поясной кобуры.

— Как-то не подумал, — Виктор поднял на меня взгляд и почесал висок.

— Да, шучу, — я отмахнулся. — Не думаю, что это вообще пригодится.

— А-а-а, — протянул оружейник. — Вообще, Джед интересные задачи даёт, даже рад, что поехал с ними.

Меня немного удивила такая внезапная разговорчивость артефактора и я решил дослушать.

— Когда-то я думал, создам этот револьвер, чтобы убить Берка, — проговорил Виктор, глядя в одну точку.

— Мне казалось, тебе всё равно на кого работать, лишь бы была интересная задача.

— Да-а-а, только я же не злодей, а Берк занимался грязными делами. Он думал, что я настолько не от мира сего, что болтал при мне всякое. Мерзкий тип.

— Ни Берка, ни его сына больше нет, — ответил я. — Можешь спать спокойно.

— Иногда я думаю, — Виктор посмотрел на свои руки. — Зачем мне этот талант? Чтобы было больше крови и убийств? Вот ты же не для красоты берёшь револьвер?

— Не для красоты, — подтвердил я. — Но хотелось бы, чтобы не пришлось его применять.

— Во-о-от, ты тоже любишь убивать. По тебе видно. Ты знаешь многие скрипты, ты искал меня. Тот, кто не любит оружие, деньги и кровь не стал бы искать меня.

— Теперь ты явно живёшь куда лучше. И ты свободен. Если бы ты действительно захотел уйти от Берка, он не дал бы тебе этого сделать.

— Знаю, — оружейник кивнул. — А ты? Отпустишь меня, если захочу уйти?

Он внимательно посмотрел мне в глаза.

— Ты не моя собственность. Двери открыты, как и все дороги, Виктор. Захочешь уйти — уходи.

Тот побарабанил пальцами по столешнице и оглядел свои инструменты и разложенные детали.

— Нет, пожалуй, я останусь, но приятно осознавать, что выбор есть, — на лице оружейника мелькнула еле заметная улыбка.

— Осознание того, что выбор есть, всегда приятно, — ответил я.

За спиной скрипнула дверь в мастерскую и к нам заглянул Джед с подносом в руках. На подносе высилась башня из бутербродов, стояла кружка и термос. Он оглядел меня и Виктора, а затем молча поставил поднос на стол. Наступило какое-то неловкое молчание, будто друг хотел что-то сказать мне, но при Викторе никак не решался. Я попрощался с оружейником и кивнул Джеду на выход.

Он смотрел на меня с беспокойством и даже с каким-то недоверием.

— Чего? Ты же знал, что я заберу его.

Я посмотрел на друга, попутно убирая готовый заряженный револьвер в кобуру. Может быть, он думал, что я сейчас вот с этими патронами пойду добивать недобитых врагов? Однако, я всё-таки надеялся, что применять его не придётся.

— Я просто хочу, — он замялся, — чтобы всё стало как раньше. Ну, до того дня, когда ты вернулся. Понимаешь? Я хочу, чтобы школа, просто учёба, наши посиделки, ну… Ладно, фирма мне очень помогает, у меня даже гильдия стала интересоваться разработками, армия. Благодаря тебе у меня появилась надежда, что я правда смогу стать очень хорошим артефактором, но…

— Но? — я не отрывал от Джеда взгляда.

— Но до всего этого было как-то спокойно. А сейчас, я будто смотрю какой-то фильм, где приходится постоянно за что-то бороться.

— Я старался не втягивать тебя в это, — я качнул головой.

— Знаю, — как-то резко ответил Джед. — Но от этого не легче. Наблюдать, как твой друг становится кем-то другим и решает то, что не должен решать в шестнадцать так странно.

— Прости, — выдохнул я. — Как раньше уже не будет. Может быть, если военные действия совсем стихнут, мы вернёмся к занятиям, может, турнир перенесут, и я приглашу тебя посмотреть, но всё же, как раньше уже не будет.

— И это пугает, — Джед пожал губы. — Это ты перенёсся сюда. Со своим опытом, со своими взглядами на жизнь. А я ведь всё тот же, Неро.

Я понимал, к чему он ведёт. К тому, что скорее всего год за годом мы будем отдаляться и перестанем быть такими друзьями. Я не хотел этого, но и гарантировать не мог.

С самого возвращения я только хотел сделать судьбу друга лучше, но уже не мог так делить с ним время, как раньше. Мы стали разными, и это было фактом, который ни я, ни Джед не могли просто игнорировать.

— Я всё понимаю, — я решил нарушить паузу. — Я не могу ничего пообещать. Но я буду рядом и всегда подставлю плечо, это ты должен запомнить. Из какого бы времени я не пришёл, что бы я не пережил, и как бы не изменился, ты, Джед Риг, всё равно мой друг. Понял?

Я чуть нахмурился, глядя ему прямо в глаза.

— Понял, — буркнул Джед.

Он несмело улыбнулся и заключил меня в крепкие объятия.

— Спасибо, Неро. Мне важно было это услышать.

* * *

Пока я изучал данные, взятые у Артура, понял, что следы брата, ведущие в Мин странно путались. Все люди, которые взяли наши гвардейцы будто говорили заученные слова, не могли толком объяснить, кто их настоящий заказчик и куда он отправился дальше.

Это не было похоже на прекрасную подготовку, а больше на то, что нас пытаются сбить со следа. Артур тоже это подозревал и отправил несколько групп на прочесывание окрестностей метрополии во второй раз. Поиски продолжались несколько дней, пока, наконец, Артур не сообщил мне, что есть возможность того, что Брайс может находиться в трущобах.

Я позвонил Оскару, передал ему некоторую информацию и принялся ждать. Дин так и не уехал из поместья, и тоже ждал моей отмашки. Ожидание продлилось несколько долгих дней, я уже решил, что догадка опять не верная и тогда мне позвонил Оскар:

— Танцуй, я нашёл твоего братца, — голос Оскара был уверенным.

— Точно, ты уверен? — неожиданно для себя я внутренне напрягся.

— Ну, да-а-а, — протянул он. — Я по-твоему, что, слепой? Координаты района скину щас. Только аккуратно, тут ещё минцы остались, лучше своих гвардейцев тащи, и я полицаям сообщу.

— Пока не нужно, — остановил я его. — Я хочу встретиться с Брайсом сам. Потом скажешь полицаям, и они избавят вас от оставшихся минцев.

— Понял. Но если что, я с тобой. Покажу как лучше к ним подобраться, и обычных жителей не задеть.

— Ладно. Согласен, — ответил я. — Тогда жди.

Я позвал Дина и Алекса, коротко обрисовав обоим ситуацию.

— Может, имеет смысл взять с собой гвардейцев? — спросил Алекс, сложив руки на груди.

— Согласен, — подтвердил Дин. — Если он вместе с минцами, втроём нам будет тяжело.

— Не будет, — я покачал головой. — Гвардейцы настроены на жёсткий захват, но я хочу попытаться поговорить с ним.

— Думаешь? Ты же… — Алекс замялся. — По сути он причина того, что произошло с нашей семьёй.

— Знаю. Но сейчас я хочу дать ему шанс хотя бы объясниться и, может быть, я смогу найти лучшее решение.

Я и правда так думал. Да, внутри меня пылала злость на брата. В этот раз я узнал, что в нём крылась причина бед Айонов, точнее, действия Брайса были лишь следствием, но всё-таки мне больше не хотелось просто избавиться от него. Хотелось найти способ решить всё иначе.

В итоге мы пришли ко мнению, что отряд гвардейцев будет проинструктирован действовать только в случае крайней необходимости. Несмотря на мой ранг, силы Брайса я тоже не мог недооценивать.

.

Над трущобами сгущались сумерки. Отряд действовал незаметно, и я даже не знал, где конкретно они сейчас находятся. Артур тоже был предупреждён, хотя не разделял моего желания поговорить с Брайсом. Он предпочитал действовать жёстко, и Мартин согласился с ним.

Квартал, где находились минцы находился в западной части трущоб, по словам Оскара местных жителей здесь было немного, но Дин окружил нас щитом, пока мы пробирались к месту, где Оскар видел Брайса в последний раз.

Внезапно на крышах нескольких домов вспыхнули прожектора. Похоже, последние минцы, укрывшиеся в трущобах уже поняли, что за ними ведётся серьёзная охота, а потому подготовились.

В нас не стреляли — видимо поняли, что обычным оружием щит Дина им будет просто не пробить.

— Как действуем, — Оскар следил за ситуацией. — Они могут ждать какого-то момента.

— Мне нужен Брайс Айон! — громко крикнул я, но ответа, естественно, не получил.

Тишина и бездействие становились гнетущими, но зная брата, вряд ли он откажется выходить ко мне, если поймёт в чём дело.

— Щит плотный, но Неро, если среди них есть маги и они готовятся, то я не гарантирую, что выдержу всё один, — негромко сказал Дин.

— Понял тебя, — я сдёрнул рацию с пояса, чтобы дать команду гвардейцам, если что.

Алекс тоже находился рядом, но ничего не говорил.

— Ещё раз, мне нужен Брайс Айон!

Из дома слева на улицу потянулась группа людей. Шестеро, судя по силуэтам. Через несколько мгновений они вышли на свет, и я убедился, что был прав — Брайс выйдет ко мне.

— Что тебе нужно?! — громко спросил он.

— Если эти люди подчиняются тебе, то убери их! — ответил я. — И тогда поговорим.

— Нет, — Брайс хмыкнул и двинулся ко мне ближе. — Один мой сигнал, и вы останетесь здесь лежать до весны.

— Брайс, минцы не будут вечно на твоей стороне, ты должен это понять, — в разговор вмешался Алекс. — Они предадут тебя, как…

— Как я предал Айонов? — он рассмеялся.

Брайс и несколько минцев стояли уже достаточно близко, и по глазам брата я понял, что тот с трудом держит себя в руках.

Секунда, и я применяю форвард и сразу за ним замедление. Брайс не успев среагировать, только наблюдал, как я отдаю гвардейцам короткую команду, а затем кричу Дину, чтобы он взял Оскара и Алекса под щит.

Ещё секунда, Брайс увидел, что я хочу сделать, но не хватило скорости, чтобы оставить меня в ту секунду, когда я сунул руку в карман и, зажав между пальцами артефакт, чуть поднял руку и развернул вокруг нас с ним Домен, вытолкнув за его границы всех остальных. Сейчас Домен снаружи умещался между домов на улице, и я знал, что гвардейцы сработают быстро.

Глава 21

Насколько долго я в самом деле ждал этого момента, настолько же он сейчас казался мне не реальным, будто во сне или какой-то иллюзии. Но стоявший напротив меня Брайс не были ни тем, ни другим.

Я выбрал первую всплывшую в памяти визуализацию Домена: скалистое ущелье, похожее на то, что создавали для меня на экзамене. Сейчас никто не мог попасть внутрь без моего участия, а значит, мы всё-таки сможем поговорить.

— И всё-таки, что ты хочешь от меня? — Брайс повёл плечами.

Он готовился к битве. Я чувствовал по его Потоку — брат раздражён и даже растерян.

— Чтобы спросить, зачем мы сделал это? Почему помогал врагу?

— Потому что Империя и Айоны застыли в своём блаженном благополучии, разве ты не заметил? Технологии стали развиваться медленнее, новые территории не появлялись десятилетиями. Империя не может существовать в статике.

Он говорил предельно серьёзно.

— И ты надеялся, что с приходом Мин всё изменится? — я дёрнул уголком губ.

— Уже изменилось. Империя пришла в движение, подняла войска и технику. Теперь Ганс Кларрет задумается о том, чтобы самому пойти в наступление, — Брайс улыбался.

— Ты предал не только Империю, но и род. Убил отца и Инесс.

— Я не убивал.

Брайс, похоже, немного расслабился, понимая, что я пришёл не просто разделаться с ним. Может, он даже решил, что я хочу примирения.

— Если бы отец не был таким слабым и мягкотелым, — брат взял небольшую паузу, — он бы не допустил всего случившегося.

— Если бы ты не решил предать семью, не стал действовать против Айонов изнутри.

Я почувствовал, что начинаю раздражаться. В той жизни Брайс переметнулся к Ноксам сразу после того, как Веберам и Юдалл удалось осуществить свой план, а в этой жизни оказалось, что всё произошло гораздо раньше и, кто знает, может быть тогда на отца тоже оказывалось влияние.

— Отец больше не мог быть главой. Я бы занял его место, потому что ни идиот Тодд, ни ты, сопляк, не смогли бы этого сделать.

Брайс говорил всё громче, пытаясь доказать свою правоту и намерения то ли мне, то ли самому себе. Сейчас он был похож на муху, залипшую в паутине. А ведь совсем недавно он был уверен, что план с тем, чтобы подставить Тодда и скрыться, идеален.

— Кто вёл нас по неверному следу? — я решил перевести разговор.

— Тот, кто помогал мне и раньше — менталист. Я не знаю где он, но, похоже, что он плохо справился со своей работой. Раз ты здесь. Или ему показалось, что я мало заплатил.

— Значит, ты не планировал бежать в Мин?

— Узнал, что Веберы и Юдалл ждут суда и не стал. Минцам больше нет выгоды и интереса работать с ними. Никто им не поможет. Как не помогут и мне.

Брайс оглядел Домен и снова посмотрел на меня.

— Ну, что, братик? Как поступим? Я же знаю, что ты не сдашь меня суду — иначе придётся лишний раз отвечать на вопросы, раскрывать не очень уместные для нынешнего положения Айонов тайны. Так?

Я промолчал.

— А, ты, наверное, хочешь сказать, что это ради рода, ради семьи. Только вот я знаю, что ты добился союза с Ноксами, теми, кто тоже хотел убрать Айонов с пути. Или это не касается твоих принципов? Принципами ведь можно поступиться ради выгоды?

Он рассмеялся в голос, так громко, что эхо заметалось в пространстве Домена, отражаясь от скал и затихая где-то под тяжёлым пасмурным небосводом.

— Папашино благородство явно не особо тебе передалось. Ты запудрил мозги Мартину, вертишь Айонами, как выгодно тебе. Знаешь больше всех, да? Считаешь, что делаешь благое дело? А разве не Айоны так долго считались теми, кого больше всех слушает Ганс? Разве не он трепетал перед самой возможностью Айонов хоть как-то соприкасаться со временем? Он слушал отца, он всегда поворачивал всё так, что предложения Айонов рассматривались в первую очередь и принимались без долгих обсуждений.

— Тринадцать всегда голосуют, — возразил я.

Да, я прекрасно понимал, о чём он говорит. Сказать, что я никогда не видел эту сторону вопроса или не знал о ней — солгать самому себе. Однако, в этом я был согласен с Эмилией Нокс, считающей, что род прежде всего. Иначе бы не пошёл бы на перемирие и союз, закрыл бы глаза на выгоды, которые он даёт и поступил бы также, как Веберами и Юдалл.

Но Брайс мой брат. С его предательством я уже столкнулся однажды и сейчас оно уже не вызывало какой-то безумной и слепой ярости. Я хотел поступить правильно, не поддаваясь истинной своей сути и желанию просто сносить всё с пути, оставляя кровавые ошмётки.

— Я верну тебя домой. Дальше будет видно, что делать, — сказал я, подождав, когда брат закончит смеяться.

— Нет, — он качнул головой. — Я никуда не вернусь. Я добился своего, хоть и не получил место главы. Я заставил мирное болото Империи встряхнуться, вдохнуть новой жизни вместе с запахом гари.

Он оскалился в улыбке и принял боевую стойку.

— Я знаю, что меня ждёт. Суд рода. Вы всё равно казните меня, ведь я никогда не отступлю от своего решения, я буду появляться снова и снова, я доведу начатое до конца. Если нужно будет, то доберусь до минских генералов. Хрономаг им пригодится.

— Тогда я заставлю тебя вернуться.

Ещё несколько минут назад, когда я только разворачивал Домен, было понятно, что исключительно разговором не обойдётся. Я был готов к этому.

Эффекты реверса и форварда в Домене работали несколько иначе и у меня было небольшое преимущество в собственном пространстве. Брайс швырнул в меня энергетическую стрелу, и я увернулся. Любое моё действие сейчас он мог также просмотреть, а потому я не спешил атаковать.

— Ты знаешь, мы можем танцевать так вечно, — с улыбкой произнёс я.

— Не вечно. Ты тратишь много энергии на Домен, и форвард отнимает силы.

— Домен и моё преимущество.

Горная речка дёрнулась и вырвалась из ущелья. Я хотел замедлить Брайса. Он оттолкнул часть воды воздушной подушкой и лёд остался с двух сторон от него.

Я дотянулся до револьвера. Если ранить в ногу, то ему будет сложнее. Я не проверял насколько действенен скрипт, нанесённый на оружие, но, вполне возможно, что в Домене мне удастся преодолеть силы брата.

— Застрелишь меня? Неплохо, — Брайс рассмеялся в голос. — Ты знаешь, да я в общем-то и не против.

— Хочу остановить тебя. Может, мы найдём иной выход?!

Брайс снова воспользовался энергетическими стрелами, отправив в меня целый веер.

— Остановись! Ты тоже тратишь силы! — я переместился телепортом, но Брайс успел за один прыжок снова оказаться в паре метров от меня.

Я успел применить замедление и укрыться от стрел щитом. Взведя курок, я по-прежнему не хотел атаковать, чтобы сохранить больше энергии.

— Ну же, Неро! Ты опять тупо обороняешься! Как тогда, на тренировке! Почему ты был любимчиком отца? Почему теперь Мартин хочет, чтобы ты занял место главы?! Ты же трус и эгоист!

Брайс снова начал смеяться. Я выловил момент, чтобы применить замедление — в Домене оно действовало дольше. Прицелился, но выстрел прозвучал глухо, а я своими глазами видел пулю, которая не нашла цели.

— Я тоже хрономаг, забыл?!

Меня ударило воздушной волной и прижало к земле. Я дёрнулся назад, подскакивая на ноги. Реверс — смотрю в какую сторону переместился Брайс и резко разворачиваюсь.

Он успел увидеть это, по моей руке пришёлся сильный удар и револьвер оказался на земле. Брайс бросился к нему. Замедление не сработало — Домен пожирал бешеное количество энергии.

— Нападай! — в голосе Брайса прозвучало отчаяние.

Я развернулся к нему. Реверс — у брата уже был револьвер.

— Нет. Ты должен вернуться домой. Я не могу так, — выдохнул я.

Понимая, что любую их техник он может сейчас просмотреть, я пытался быстро сообразить, как его обездвижить или лишить сознания. Брайс не знал, что за оружие у него в руках, и это пока играло мне на руку.

— Нападай, или я застрелю тебя прямо сейчас!

В меня уставилось дуло револьвера, в глаза Брайса появилась поволока слёз. Я впервые видел его таким.

— Успокойся, брат! — я понимал, что прямо сейчас не смогу применить замедление, мне нужно было хотя бы несколько минут, чтобы резерв не пустел так быстро.

Можно ещё раз применить телепорт, но в пространстве Домена он мог повести себя не так, как обычно, я ещё ни разу не телепортировался внутри техники Домена. Короткое расстояние сработало, как нужно, но я успел понять, что частое перемещение может быть неверным.

— Я знаю, что сделал! — голос Брайса срывался. — Я знал, на что иду! Но я верил! Верил в то, что делаю!

— Мы разберёмся с этим, — я старался тянуть время и при этом незаметно вывести пальцем контур ловушки под Брайсом.

— Думаешь, ловушка меня остановит?! Прекрати издеваться и просто нападай на меня!

Брайс выстрелил, я успел применить форвард и увидел, как пуля просвистела мимо виска. Это произошло так быстро что я понял — револьвер действительно мог преодолеть техники.

— А ты знаешь, я устал, — Брайс вдруг нервно хохотнул. — Если ты не хочешь, значит, я сам это сделаю.

Он направил револьвер себе в висок.

— Остановись! Ты только что сказал, что не оставишь всё как есть, правда же?

Сердце в груди бешено стучало — резерв не успевал восполняться, даже пространство Домена мне уже не помогало, а только тратило силы. Но я не мог снять его сейчас, не зная, что точно происходит за границами.

— Сказал, да, но я не смогу. Я уже сделал всё, что мог, я уже не смогу жить с этим, — голос Брайса дрожал.

Ну же, ну же, хотя бы немного лишней силы, чтобы применить форвард и замедление, чтобы остановить его. Нас разделяло метров десять, а висок брата и ствол револьвера не разделяло вообще ничего.

Но шанс всё ещё был.

— Я уверен, что ты можешь заслужить прощение, Брайс, — я старался подойти к нему ближе.

Если запустить ему в руку ледяное копьё, то сила техники в моём замедлении и Домене может успеть выбить револьвер из зажатых пальцев. Я почувствовал, что могу применить форвард и просматривал каждые следующие пать секунд, чтобы понять, как успеть, но, похоже, что и брат делал то же самое.

— Прекрати это, Неро. Я могу сначала застрелить тебя, а потом себя, — он оскалился в улыбке.

Форвард. Выстрел в меня. Оказываюсь в паре миллиметров от пули и применяю замедление. Могу успеть, пока он…

Сопротивление. Очень сильное и такое же замедление времени. Брайс тоже копил энергию всё это время.

Револьвер у виска. Доля секунды. Рефлекторный телепорт прямо к нему. Выстрел.

Я успел только неровно вдохнуть, ход времени восстановился, и я упал на колени в паре метров уже позади Брайса. Пространство Домена стихло.

— Не успел, — только и смог выдохнуть я.

Когда я развеял Домен, то увидел, что отряд сработал чётко — минцев зачистили. Из отряда оказались только двое раненых. Повсюду на улице были следы применённых техник, растаял снег. Гвардейцы убирали последние трупы.

Ко мне подбежал Алекс, помогая встать. Он поискал глазами Брайса и, увидев, как тот лежит в нескольких метрах от меня, остался стоять практически в ступоре.

— Я не успел, — снова повторил я.

.

Я отправил Алекса и Дина в поместье. Вместе с телом брата. Сейчас не хотелось ни с кем встречаться. Я всё ещё не мог понять, что чувствую — облегчение, что завершил дело, или горечь от того, что и в этой жизни Брайс не смог остаться с Айонами.

Решив остаться с Оскаром ненадолго, я снова курил, сидя на ступеньках у заколоченного входа в здание на том самом пятаке. Вокруг всё было спокойно, так будто ничего не произошло. Жизнь продолжалась.

Оскар тоже сидел рядом и курил, выпуская сизые струйки дыма вверх.

— Жаль, что так вышло, — он, наконец, нарушил тишину.

— Жаль, — согласился я. — Спасибо, что помог.

— Когда оказался в том районе, сразу заметил рожу не местную. У меня тут повсюду уже свои люди, да и те, с кем ты договаривался полицаи шныряют. Вот, оказалось, что не всех минцев зачистили, — Оскар хмыкнул.

— И всё же, — повернулся к нему. — Я не думал, что он и правда окажется здесь. Этот след тоже мог быть ложным.

— Я знаток этих мест, да и твой братец выбивался, знаешь ли, из общей массы,

— Оскар хмыкнул. — Хотя, я думал, что такой как он не будет здесь прятаться.

— Я не думал, что он решится на такое. Мне казалось, что я смогу убедить его сдаться, — мне пришлось замолчать, чтобы это дрянное ощущение, наконец, отступило.

— Такова жизнь, — хмыкнул Оскар.

Мерзкое чувство не хотело отпускать несмотря на то, что я понимал — Брайс сам сделал выбор, который казался ему правильным. Несмотря на его поступки, мне всё равно было больно от этого. Я помолчал ещё немного и решил перевести разговор на другую тему.

— На днях я встречусь с Итоном Доу. Это тот, кто может дать тебе рекомендации. Он скоро войдёт в наш род, у тебя есть все шансы получить образование, особенно с поддержкой Айонов.

Оскар ненадолго задумался. Хмурился, будто решать, говорить мне о чём-то или нет. В какой-то момент он коротко вздохнул и отвернулся.

— Бабка моя померла на днях. Ну, ты-то не знал, конечно. Да и это… Я тут подумал… Не с кем мне пацанов оставить. Да и я тут вроде как сейчас почти во всех трущобах за главного… Становлюсь. Порядок немного стал наводить. Я как бы, — он замялся, почти босс тут.

Я еле сдержал смешок: я давно понял, что когда только встретил Оскара, это совсем был не тот, кого я искал. Да и не стал бы, наверное, если бы не моё вмешательство. А теперь Оскар и правда становился «королём трущоб», которого я так и не нашёл.

Это было странно. Получается, что тот, кого я искал вообще потерялся в небытии, а я собственными руками создал нового короля из того, кто не должен был им стать. Но, видимо, и этому времени нужен был такой «король». Это даже веселило.

Я не заметил, что улыбаюсь.

— Чё смешного? — Оскар чуть приподнял бровь.

— Жаль твою бабулю. Но я тебя понял… Ты не хочешь знать, кто твой биологический отец? Способы есть.

Оскар отрицательно мотнул головой.

— Не, мне и так нормально. Я всё равно не войду в ваше высшее общество, мажорчик.

— Значит, учиться не пойдёшь? — я покосился на него.

— Нет. Во всяком случае, не сейчас. Не в этом году. Я правда не могу бросить своих людей. Это будет подло. Понимаешь? Я типа и могу сделать для них больше, если стану гвардейцем, например, но это же не через год или два. Это долго.

— М-да, — я вздохнул. — Честно говоря, я до конца и не был уверен, что ты согласишься.

— Вот такой вот я, — Оскар развёл руки. — Необразованная шпана, я и в школу не ходил толком, но я не могу просто взять и бросить всё. А так, спасибо, конечно и…

Он снова замолчал.

— Да и тебе спасибо, — я улыбнулся. — Было весело,

— Так говоришь, будто мы не встретимся больше, — Оскар уставился на меня как-то подозрительно.

— Не знаю, — ответил я почти честно.

* * *

Перед самым началом судебного процесса над Веберами и Юдалл, я смог остановить Эмилию Нокс, которая с последней встречи так больше ни разу и не связалась со мной.

Мартин вопросительно взглянул на меня у самого входа в зал заседаний.

— Всё в порядке, нам просто нужно быстро кое-что обсудить, — кивнул ему.

— Ну-у-у, хорошо, — согласился Мартин.

— Что скажете госпожа Нокс? — я чуть наклонил голову. Она прекрасно понимала, о чём конкретно идёт речь.

— Алан почти сдался, — негромко ответила она.

— Почти? Это как?

— Я рассказала ему о том, что Терес Маркей облажался, впрочем, удивительно почему он и сам этого не понял.

— И?

— Он боится тебя, а потому с опаской относится к моему предложению. Алан был искренне удивлён, но, похоже, ему некуда деваться.

— Значит, Туми наши?

Эмилия покосилась в сторону входа.

— Алан тоже здесь. Можешь убедиться в том, что он совершенно сдулся.

— Вот и прекрасно, — я чуть отступил от Эмилии, и позволил пройти вперёд. — А как же Эдвард?

— Он знает, что этот вопрос в любом случае останется за мной, — бросила она, прежде чем отвернуться.

Суд проходил быстро и чётко. Я следил за обстановкой, но, похоже, что в этот раз сюрпризы нас не ждали. Ганс Кларрет вёл заседание также, как и в прошлый раз. Защитников в Юдалл и Веберов не осталось и приговор был вынесен на удивление быстро.

Я слушал пункты приговора и понимал, что медленно начинаю улыбаться. Да. Я ликовал, хотя оставался предельно спокоен. Во мне больше не было слепой ярости, мои враги были побеждены, а мои руки не оказались по локоть в крови. И я ликовал.

Нескольких новорождённых из обоих родов решили определить другим семьям из Тринадцати — они были магами с хорошей наследственностью. Все же остальные были приговорены к казни и уничтожению всех исторических сведений и это для меня было самой большой наградой за то, что я сдерживал себя всё это время.

Алан Туми не хотел смотреть мне в глаза, когда я выходил из зала, и я не стал его задерживать, лишь поравнявшись, негромко произнёс:

— Советую вам, Алан, принять предложение госпожи Нокс. Вы же видите, что мои враги всегда получают своё наказание и стать частью =союза чуть более выгодно, чем раствориться в веках.

Он коротко и с растерянностью посмотрел на меня, но получил только короткий кивок.

— Приятного вечера, господин Туми. До скоро встречи, — я поднял ладонь в прощальном жесте.

Мартин присоединился ко мне у самого выхода из здания.

— Как ты себя чувствуешь, — спросил он.

— Я победил, Мартин. И я счастлив.

* * *

После суда оставался ещё почти месяц до помолвки и всё это время я занимался только тренировками и учёбой. Поговорив с Мартином, мы пришли к выводу, что мне в любом случае стоит закончить школу, поучаствовать в турнире, если он состоится и поступить в академию.

Прадед недвусмысленно дал понять, что никто кроме меня не сможет занять место главы, а кроме личных амбиций, силы и знаний, мне необходимы были «заслуги» и престиж перед остальными оставшимися родами.

Это я знал и так, хотя принять то, что придётся смириться с таким раскладом было совершенно непросто, но благодаря тренировкам и духовным практикам я стал куда спокойней и доброжелательней.

Внутренние демоны утихали, острые воспоминания и чувства, которые освободились от блоков уже не так сильно жгли изнутри. Я принял то, что в той реальности почти сошёл с ума, то, что брал всё силой и только прикрывался местью за испорченную жизнь.

Может, по началу оно так и было, но потом всё изменилось. Я принял то, что меня вернули для спасения Айонов, а для того, чтобы не допустить опустошающей войны. Теперь же то, с чем я шёл всё это время и чего хотел, свершилось.

Юдалл и Веберы были наказаны, Ноксы стали союзниками, Туми тоже поглощены, а у меня стало гораздо больше людей, кем я стал дорожить по-настоящему.

Почти перед самой помолвкой Мор сообщил мне, что окончательно договорился с человеком по имени Бёрн о том, что я могу к нему приехать. Бёрн был хрономагом-отшельником, не имел никакого отношения к нашему роду и даже не состоял в маленьком обществе таких же магов времени, отказавшихся пользоваться своими способностями.

.

Я занимался тренировкой прямо на улице, глубоко вдыхая морозный воздух, очищая разум и готовясь к тому, что скоро, наконец, смогу встретиться с магом времени, способным ответить на все мои вопросы. Во всяком случае, я очень на это надеялся.

Мор подошёл тихо, как всегда. Я даже не слышал скрип еле примятого снега под его ботинками. Он недолго наблюдал за мной, не начиная разговор.

— Ну, говори уже, я же чувствую, тебе есть, что сказать, — проговорил я, не открывая глаз, пока стоял босыми ногами на снегу.

— Ты всё же хочешь уехать сразу после помолвки? — спросил Наставник.

— Да.

— Не задумывался над тем, куда тебя это приведёт? — в голосе Мора прозвучало беспокойство.

— Задумывался, но, возможно, я смогу получить нечто большее, чем просто ответы на вопросы.

— Ты продолжаешь развиваться и наращивать силы, — как-то странно констатировал Наставник.

— Почему бы и нет? — я приоткрыл один глаз и покосился на него.

— Большая сила не всегда идёт на пользу, и ты это прекрасно знаешь. Сам столкнулся с этим, — Мор покачал головой.

— Я изменился.

Окончательно открыв глаза, я потоптался по снегу и влез в ботинки.

— Мор, я уже не совсем тот, кем меня забросило назад, и даже не тот, кто поднял голову, когда из сознания были удалены ментальные блоки. Я думал, что избавление от врагов не принесёт мне удовлетворения, — я улыбнулся.

— Почему?

— Многие так говорят. Так сложилось, что на протяжении веков все говорят о том, что месть не приносит удовлетворения, что она опустошает, — я пожал плечами. — В той жизни так оно и случилось. Но это был другой я.

— А сейчас? — Мор продолжал задавать вопросы, будто хотел убедиться в чём-то.

— А сейчас я в порядке, правда, — я пробороздил полоску на свежем снегу. — Теперь я сделал всё, что хотел. И сделал правильно… Насколько это было возможно, конечно. Я доволен, но всё же хочу узнать…

— Многие знания — многие печали, так говорили когда-то, — хмыкнул Мор.

— Пусть так, меня это больше не беспокоит. Нужно готовиться к помолвке. Спасибо, Мор, что нашёл для меня Бёрна. Я благодарен.

Наставник кивнул и улыбнулся, хотя в его взгляде я увидел какую-то странную тоску. Прости, Мор, но мне нужно завершить этот путь.

Глава 22

Гости собирались постепенно, и я встречал их у входа в большой зал для торжеств. Приветствовал и отвешивал поклоны. После долгого времени младшие семьи рода были рады оказаться в главном поместье и выглядели вполне счастливыми.

Я принимал поздравления и отправлял гостей к слугам, которые помогали им занять места за большим столом. Для объявления помолвки должен был вскоре приехать законник, но пока его не было. По совету Мартина нам пришлось пригласить и служителя Предвечного, чтобы для приглашённых эта помолвка будто бы имела больший вес.

Я не заметил, как прадед оказался рядом со мной.

— Как ощущения? — он пригладил седую бороду.

— Пока никак, — ответил я, отвешивая очередной поклон входящей в зал паре.

— Не волнуешься? Хотя, конечно, чего тебе волноваться, — Мартин усмехнулся. — Вот если бы тебе и правда было всего шестнадцать, я бы понял.

— Мне до сих пор не верится, что всё закончилось. Мне будто чего-то не хватает, — я пожал плечами.

— Знаешь, многие побывавшие на войне потом говорят, что хотели бы вернуться обратно. Это кажется странным и диким, но некоторые люди потом не могут жить без войны, им кажется, что в спокойной жизни нет смысла.

Я ненадолго задумался. Когда на границе начались активные бои, я без раздумья бросился туда, хотя лично в моей помощи не так чтобы была какая-то необходимость.

Может быть, мои действия в чём-то и помогли гвардии Айонов, но, по сути, даже моя сила не играла там какой-то ключевой роли. Я делал это, просто потому что хотел и считал нужным.

— О чём думаешь? — с хитрым прищуром спросил прадед.

— Да, так, — я отмахнулся. — Надеюсь, что ты прав и на самом деле это чувство фантомное, не имеющее ничего общего с реальностью.

— Вот и хорошо. Кстати, от Мора я узнал, что ты собираешься навестить одного хрономага-отшельника.

Я кивнул. Говорить на эту тему мне не очень хотелось, но Мор рассказал бы прадеду в любом случае. Учитывая тот разговор, что Мартин не хотел бы этого, я не знал, что он скажет дальше.

— Похоже, что отговаривать тебя от этой поездки нет смысла, — Мартин вздохнул.

— Да, не имеет.

Музыка в зале стала немного громче, сообщая гостям, что до официальной части ещё есть время и они могут поболтать и потанцевать. Мартин обернулся в сторону зала и заинтересованно оглядел гостей.

— Я пока останусь тут, а ты удели внимание гостям, — сказал я, надеясь, что продолжения разговора не последует.

— Хорошо, — Мартин покачал головой, но всё-таки вернулся в зал.

Немного поколебавшись, я всё-таки решил пригласить на помолвку не только Джеда, но и Люцию с её братом. Друг написал мне сообщение, что они подъезжают, и я задержался у входа.

В отличии от нашей первой встречи в этот раз Грегори выглядел хорошо, впрочем, как и сама Люция. Она сильно изменилась и больше не выглядела забитой и напуганной. Брат явно хорошо на неё влиял.

— О, господин Айон, я очень рад вас видеть! — Грегори пожал мне руку и слегка поклонился.

— Я тоже очень рад вас видеть, господин Эммер, — я ответил на рукопожатие.

— Привет, — Люция смущённо улыбнулась мне.

По ней было заметно, что в таком месте она находится в первый раз и чувствует себя неуютно. На какой-то момент я вспомнил, как впервые в наше поместье приехал Джед, он выглядел также растерянно и зажато, это было заметно даже на Дне Империи, хотя он часто бывал у нас, но на большом мероприятии всё-таки тоже чувствовал себя неловко.

— Очень рад, что ты тоже приехала.

Она неуверенно улыбнулась и оглядела ярко освещённый зал.

— А где Грейс? — спросил Джед, пробежавшись взглядом по гостям в зале.

— Готовится, — я пожал плечами. — Законник всё равно ещё не приехал.

— Простите, господин Айон, — ко мне снова обратился Грегори. — Если что-нибудь, чем я могу помочь? После той нашей встречи я ждал какого-либо вашего обращения.

Я задумался. По сути, прямо здесь и сейчас Грегори мне был не нужен. Я готовил себя к тому, что, возможно, придётся снова сталкиваться с минцами или участвовать в бою, где целитель бы пригодился, но всего этого не случилось.

— Есть кое-кто, кому ты может быть сможешь помочь, — ответил я.

Джеда и Люцию проводили к столу, а я повёл Грегори к Юстасу, который стоял чуть в стороне от гостей и опирался на трость. Когда мы подошли ближе, я представил Грегори дяде.

— Очень рад с вами познакомиться, господин Айон, — Грегори искренне улыбнулся.

— Дядя остался без ноги после боя на границе, — я сразу перешёл к делу. — Из-за большого количества раненых целители заняты, а того, кто мог бы помочь восстановить ногу, не нашлось.

Юстас покосился на меня с каким-то недоверием, но я сомневался, что ему приятно ходить с тростью, а потому поинтересоваться у Грегори было хорошей идеей.

Протез хоть и довольно функционален, но всё-таки полноценную ногу никак не может заменить.

— У меня третий ранг, сожалею, — Грегори покачал головой. — Боюсь, не в моих силах восстановить вам ногу.

Юстас дёрнул щекой.

— Однако, — Грегори продолжил, — я могу поднять свои связи. Уверен, что по моей просьбе кто-нибудь из целителей более высокого ранга сможет вам помочь.

— Как дорого это будет стоит? — я посмотрел на него.

— О, что вы! Какие деньги? Об этом вы беспокоиться не должны, господин Айон, — торопливо заговорил Грегори уставившись на меня.

— Но…

— Нет-нет, никакой оплаты. Я должен вам и обещал любую помощь за то, что спасли сестру.

— Не уверен, что мне это нужно, — вставил Юстас.

По его уставшему лицу было понятно, что более, чем нужно. Дядя не мог жить без своего дела и то, что сейчас он не может полноценно работать, его угнетало, я это видел.

Возможно, в Юстасе говорила гордость, а может быть, он винил меня в смерти своего любимчика Брайса. Что бы он там не натворил, брат был единственным, в ком дядя видел своего преемника.

— Думаю, что тебе станет немного легче, если ты сможешь вернуться на границу, — я чуть склонил голову. — Стоит хотя бы попробовать, Юстас.

— Должен предупредить, что это будет долгий и не очень приятный процесс, — снова заговорил Грегори.

— Юстас не из тех, кто этого страшится.

Дядя только устало и глубоко вздохнул.

— Я вас пока оставлю, — краем взгляда я заметил Сомерсета и Айзека.

Теперь я приближался к бывшему соратнику из прошлой жизни без каких-либо внутренних противоречий — всё, что я успел сделать, так или иначе уберегло Айзека от той судьбы, что я уготовил ему в той жизни — и от сопротивления, и от предательства, и от казни.

Наверное, тогда Айзек был уверен, что делает всё ради того, чтобы улучшить ситуацию и, возможно, что так оно и было на самом деле. Но когда я сейчас видел его безмятежно счастливое лицо, становилось радостно от того, что в этой жизни мы так и не стал ближе, чем просто знакомые.

— Неро, поздравляю с помолвкой! — господин Сомерсет протянул мне руку и энергично потряс.

— Благодарю, — я легко улыбнулся.

— Я ещё не видел Аврил. Как она поживает у вас? — добродушное лицо Сомерсета светилось радостью и хорошим настроением.

Я почти не знал, что стало с ним после того, как я убил Айзека, и знал ли он об этом вообще.

— Жаль, что из-за войны нам не удалось попрактиковаться вместе, — Зак поправил очки. — Мне было бы очень интересно записать наблюдения за твоим Потоком.

— Думаю, у нас ещё будет на это время, — ответил я, зная, что скорее всего опять солгал.

— Да, кажется, угроза большой войны всё-таки позади, — улыбнувшись, кивнул Айзек.

К нам подошёл Мартин и, поприветствовав Сомерсетов, обратился ко мне:

— Неро, законник и служитель предвечного здесь. Готовят договор. Грейс тоже готова, — он чуть наклонился ко мне.

Я только кивнул.

Чуть поодаль общего стола в большом зале для торжеств располагалась сцена. Там иногда вёл свои речи отец, иногда выступали музыканты. Сейчас же там стояла аккуратная трибуна. На сцене уже появились законник и служитель. Мартину оставалось только пригласить на сцену меня, чтобы Грейс проводили ко мне.

В отличии от свадьбы, тут особых правил и обычаев не было, но помолвка всегда считалась чуть ли не главнее свадьбы, потому как договор заключался именно в этот день.

После того, как Мартин произнёс официальную речь, в которой были только определённые тезисы, на сцену вышел законник и развернул на трибуне заранее составленный договор. Его потом перенесут в электронную документацию. Служитель Предвечного тоже произнёс короткую торжественную речь и, наконец, меня пригласили к трибуне.

Грейс вышла ко мне в сопровождении Эдварда, и я немного удивился, что Эмилия не стала выходить вместе с ней, хотя никакой традицией это запрещено не было. Может быть, госпоже Нокс просто не очень хотелось попадаться мне на глаза, она ведь знала, о чём я могу спросить.

На Грейс было лёгкое длинное платье бордового цвета. Высокая причёска и открытые плечи придавали её образу шарм, и она казалась взрослее, чем на самом деле. Мы встали по обеим сторонам от трибуны и ждали, пока законник зачитает важные пункты договора перед всеми.

Я почти не слушал его, всё разглядывая Грейс. Церемония для меня была лишь формальностью, к которой я шёл всё это время, но Грейс перестала быть для меня каким-то инструментов, мне и правда стало интересно узнать её лучше.

Сейчас я не думал о высоких чувствах, но понимал, что давно изменил само отношение к ней.

— А теперь, прошу вас скрепить процедуру договором, — от мыслей меня отвлёк голос законника.

Я поставил на бумаге свою подпись и коснулся контура законника, то же самое сделала и Грейс. Скрипт подсветился лёгким жёлтым светом, законника приложил свою ладонь к подписанной бумаге и что-то произнёс одними губами.

— Теперь, господин Айон, госпожа Грейс, — он по очереди посмотрел на нас, — вы официально помолвлены. Мои поздравления.

Зал зашумел аплодисментами, я притянул Грейс к себе поближе и коротко поцеловал, соблюдая приличие перед гостями. Её глаза светили искренней радостью, и я тоже невольно улыбался.

— Наконец-то этот день наступил, — она крепче обняла меня.

Служитель предвечного ещё на минуту задержал нас — он взял за руки Грейс, шёпотом сказал ей какие-то напутственные слова, а мне только слегка поклонился. Зал ещё раз зашумел.

Спустившись со сцены мне пришлось долго принимать поздравления и объятия от родственников и всех остальных гостей. Эдвард Нокс быстро скрылся из виду, а Грейс упорхнула, сказав, что переволновалась и скоро вернётся.

Когда хватка объятий всё-таки стала слабеть, я разыскал среди гостей Адору и Итона Доу. С сестрой в последнее время получалось общаться не так уж и часто, но теперь я знал, что она в любом случае будет в надёжных руках.

— Ну, вот и всё, — я широко улыбнулся, когда подошёл к ним.

— Дорогая, я отлучусь ненадолго, если хотите, выходите в сад без меня, — Итон посмотрел на сестру и поправил пиджак.

— Ну, хорошо, — ответила она.

— Пойдём, — Адора кивнула мне в сторону выхода в сад.

Мы вышли на морозный воздух. Освещение сада заставляло снег серебриться и сверкать.

— Хотела у тебя прощения попросить, — вдруг сказала сестра.

— За что это? — я даже замедлил шаг.

— Многое я тебе говорила того, чего не следовало. Потом подумала, что для шестнадцати лет ты взял на себя очень тяжёлую ношу, — она вздохнула и чуть натянула шарф на подбородок.

— Всё хорошо. Теперь уже, — я пожал плечами.

— Ты многое сделал для семьи, а особенно для меня. Спасибо братик. Это так грустно, что мы потеряли стольких за такое короткое время… Может, теперь всё начнёт меняться в лучшую сторону?

Адора замолчала. Ей куда сложнее, чем мне, было мириться с потерями. Вскоре к нам присоединился Итон, которому мне тоже хотелось сказать пару слов.

— Мне нужно уехать, — я посмотрел сестре в глаза. — Надолго ли… Не знаю.

Я бы хотел сказать, что не знаю, останется ли всё так, как сейчас, или нет. Может быть после того, как я узнаю обо всём и получу новые возможности, этот момент перестанет существовать в том виде, что есть сейчас. Только сестре я так и не решился открыть тайну своего перемещения. Мне хотелось, чтобы она, как и прежде, была как можно дальше от этого.

— Получается, что тебя не будет на церемонии бракосочетания? — в глазах Адоры мелькнула обида.

— Не могу обещать, скажем так.

Я перевёл взгляд на Итона, тот только кивнул. Он не задавал лишних вопросов, будто где-то в глубине души всё ещё не верил в решение и предложение Мартина.

— Адора, можешь оставить нас? — я взглянул на сестру.

Она ничего не сказала и пошла в сторону сада, оставляя нас с Доу наедине.

— О чём ты хотел поговорить? — в глазах Итона читался интерес.

— Вы, как новый член рода Айон теперь будете принимать участие в делах, но с привилегиями получаете и ответственность, — начал я.

— Это я знаю, юноша, — Доу улыбнулся широко, так, что его усы начали топорщиться в разные стороны.

— Но не только за Адору. У вас свежий взгляд и мне бы очень хотелось, чтобы вы приглядывали за всеми.

— Это касается того, что произошло между вами и Веберами с Юдалл?

Доу явно не знал подробностей и пока что его никто в них не посвящал, а носящиеся слухи не могли пройти совсем мимо, потому он и проявлял такой интерес.

— Скорее, нет. Веберы и Юдалл больше не интересны, от них не осталось никого кроме нескольких новорождённых. Я говорю о Ноксах.

— Да, Мартин рассказал мне о некоторых делах и о том, что до заключения союза Ноксы пытались проводить некоторые махинации.

— Мне нужно, чтобы Эмилия и Эдвард Нокс не имели никакой возможности пускать ресурсы куда-то не в то русло. Они знают, что теперь ресурсы практически общие, но всё же.

— Я понял. Конечно, мне было бы и правда очень интересно знать подробности о том, что произошло за последнее время, но, пожалуй, наберусь терпения.

Доу снова улыбнулся и пыхнул трубкой. На холоде облако дыма казалось плотным и тяжёлым, но запах поздней вишни чувствовался куда острее.

— Единственно, что мне не понятно, — Итон выпустил в небо очередной клуб дыма и пожевал губами, — почему мы говорим об этом сейчас и в такой неформальной обстановке.

— Я уеду уже завтра на рассвете. Ну, а неформально это всё потому, что мне хотелось сказать вам об этом тет-а-тет, Мартин и так знает всю ситуацию, а остальные не владеют всей информацией по финансам Айонов и Ноксов.

— Поня-я-ятно, — протянул Доу. — Однако, юноша, меня смущает, как проходит этот разговор. Не пойми меня неправильно, но складывается ощущение, будто ты не собираешься возвращаться.

Я хмыкнул. Сейчас я вообще не мог предположить, чем закончится моя поездка к хрономагу-отшельнику, но больше ждать я не хотел. Если эта реальность та, которой суждено существовать и дальше, я хочу, чтобы старания не прошли даром и несмотря на желание всё контролировать, я могу положиться на других людей. Даже на Доу. Особенно на Доу, чей взгляд не затуманен, а разум не обременён всем, что произошло.

— Эх, юноша, у тебя сегодня такой день, а ты уходишь своими мыслями куда-то далеко. Помолвка — это же так прекрасно. Я уверен, что как только затихнут бои на границе у вас с Грейс Нокс состоится прекрасная свадьба. Вы будете отличной парой, — Итон искренне улыбнулся.

Я видел по его глазам, что он прекрасно понимает, для чего эта помолвка и что вообще к ней привело. Для этого не нужно знать подробностей, но, видимо моя симпатия к Грейс всё-таки была заметной.

Нам почти не удавалось видеться в последнее время, но всё же, я давно не испытывал к ней противоречивых чувств, потому как что в этой жизни, что в той, Грейс была просто девчонкой, которая считала, что может своими действиями повлиять на что-то.

— Я тоже рад, что помолвка в конце концов состоялась, — я постарался улыбнуться. — Даже жаль, что Грейс пока вернётся домой.

— Это ничего, — Доу махнул рукой. — Я ждал Адору много лет. Поверь, если ваш брак, основанный скорее на выгоде, чем на чувствах вырастет в нечто большее, в крепкие и глубокие чувства, то ты поймёшь, насколько это важно в жизни.

— Будто вы не знаете, что почти все браки так и заключаются, — ответил я. — Иначе бы не пришлось ждать Адору столько лет.

— Знаю, о том и речь. Ты очень необычный юноша, уверен, господин Айон, тебя ждёт великое будущее, сожалению, что твой отец не увидит этого.

Доу снова пыхнул трубкой.

Спускались сумерки, в пальто на улице стало уже довольно холодно. Несмотря на то, что я знал Итона Доу не так уж и хорошо, но от него веяло спокойствием и уверенностью.

— Нужно возвращаться.

— Да, нужно, — согласился Итон. — Всегда нужно возвращаться туда, где тебя ждут. И ты возвращайся из своей поездки, что бы ты там не задумал.

Я только улыбнулся в ответ.

.

Вечер уже подходил к концу, часть гостей разъехалась и зал для торжеств постепенно пустел, хотя музыка всё ещё играла, да и общая атмосфера была ненапряжённой и довольно радостной.

Наверное, всем дальним родственникам и младшим семьям хотелось немного развеяться и отдохнуть после напряжённых дней и опасности войны. С одной стороны, мне бы хотелось, чтобы они знали правду, но с другой… Было принято решение огласить, что Тодд погиб по случайности, Инесс разорвала контракт с Айонами после того, как отцу стало хуже, сам же он умер от тяжёлой болезни, с которой не смогли справиться целители.

Все интересовались Брайсом, но мы ответили почти правду — он считался без вести пропавшим, а затем нам сообщили, что он погиб в боях на границе. Младшие семьи не имели дел с основными ресурсами, и далеко не всегда посещали главное поместье, а потому, может быть и к лучшему, что для них были подготовлены формальные ответы.

Грейс порхала от одних оставшихся гостей к другим и всё ещё знакомилась. Она улыбалась и, похоже, что была действительно счастлива. Я же теперь уже знал, что завтра на рассвете покину дом.

— Эй, ты чего? — Грейс внезапно оказалась рядом и взялась за мой локоть. — Скоро все разъедутся, может, ещё потанцуем?

— Не хочется, — ответил я, но руку высвобождать не стал.

— Что-то ты не очень рад, — она немного смешно нахмурилась.

— Рад, просто устал, а впереди ещё много дел, — я чуть притянул её к себе. — Всё в порядке.

— Уж надеюсь. Мама ходила несколько дней, как туча, а потом резко так изменилась, — Грейс поджала губы. — Пусть я всего и не знаю, но она будто не держит всё под контролем.

— Скажу, что отчасти так и есть, — я хмыкнул.

— Ты знаешь, папа особо не умел ничего решать, его всегда поддерживал дядя Эдвард и мама тоже… Но без него как-то стало очень грустно. Все стали такими серьёзными и напряжёнными.

— На это есть причины, но тебе не о чем беспокоиться, — я посмотрел Грейс в глаза.

— Ага, конечно, — буркнула она. — Я не хочу быть просто картинкой, вот, в статусе жены какая-то девушка, я хочу всё знать.

— Немного позже. Сейчас не совсем то время.

Грейс вздохнула, но возражать не стала. Музыка начала стихать, и я испытал некоторое облегчение — не хотелось вести Грейс на танец, только чтобы отвлечь от этого разговора.

— Жалко, что мне нужно уехать, — с грустью выдохнула она.

— Ничего, потом тебе ещё надоест это поместье, и я тоже, — я повернулся к Грейс.

— Ну уж, — она широко улыбнулась. — Не для того я ждала и всё возможное делала.

Мне даже не нашлось, что ответить. В своём понимании Грейс действительно сделала то, чего хотела, и я уже давно был не против.

.

Ещё до того, как гости разъехались, я заметил, что Аврил успела переодеться в белый длинный свитер и оббивала углы зала, схватив стакан с соком. Она особо ни с кем не разговаривала и только пыталась скрыться от других наложниц, которые явно взялись за её воспитание.

Когда последних гостей проводили, пришлось постараться, чтобы найти её — Аврил забилась на маленький диванчик у панорамного окна и закрылась ото всех плотной шторой. Проще было спрятаться у себя в комнате, но, похоже, она очень хотела, чтобы кто-то её нашёл.

Слегка отодвинув штору, я тоже юркнул к диванчику и присел рядом. Аврил покосилась на меня, но ничего не сказала. Ревнует к Грейс? Хотя, не было похоже на то, в её глазах скорее читалась некоторая растерянность, нежели обида.

— Что-то случилось? — я всё-таки решил нарушить тишину. — Мы не видели последнюю неделю, ты не приходила.

— А позвонить слабо? — буркнула она. — Впрочем, это не так важно. Я не очень хотела кого-то видеть.

— Даже меня? — я слегка улыбнулся.

— Угу.

— Что так?

— Много размышляла… В общем, у меня есть для тебя одна новость.

По обеспокоенному и смущённому взгляду Аврил я примерно понял, о чём речь, но хотелось услышать от неё.

— Ну, так и?

Она засопела, не решаясь сказать.

— Я была у Хесса, нашего целителя… И это… Кажется у нас будет ребёнок, — Аврил почти мгновенно покраснела и отвела взгляд.

— Кажется? — я усмехнулся.

— Ну, не кажется, а будет, — она надула губы, всё ещё смущаясь.

— Так это хорошо, — я подвинулся ближе и приобнял её за плечи.

— Мне кажется это странно, что так сразу и… А если они будут меня шпынять?

— Кто? Другие наложницы?

Аврил кивнула.

— Это вряд ли. Они могут бухтеть о твоих манерах, но трястись и сюсюкаться над будущим младенцем. Чего ты смущаешься? Ну, это следовало ожидать.

Из-за выражения лица Аврил, меня пробирала улыбка. Я, конечно, тоже не особо задумывался о том, что этот закономерный итог случится так скоро, но внутри себя не встретил никакого противоречия. Разве что, Аврил была младше настоящего меня, но она уже была официально взрослой, и официально моей наложницей.

— Так странно, — она, наконец, подняла взгляд. — Интересно, что скажет опекун?

— Сомерсет? Думаю, он будет только рад, — я погладил её по плечу. — Я рад.

— Правда? — Аврил захлопала ресницами. — Я подумала, что ты скажешь, это я специально, чтобы не выгнал в случае чего.

— Интересно, откуда в твоей светлой головушке такие мысли? — я пропустил золотистую волну её волос сквозь пальцы.

— Да… Они много болтают. Столько там этих женщин. Уф, тяжело с ними, но ничего не поделаешь, — Аврил несмело улыбнулась.

Где-то внутри шевельнулась странная мысль, мне стало интересно, в той жизни, когда я виделся с Аврил несколько раз… Мог бы быть у меня тоже ребёнок от неё? Наверное, мог бы и быть. Хоть сейчас я уже этого и не узнаю. Взамен на те жизни, что я так и не смог спасти, Предвечный, или судьба, или само время подарило мне новую жизнь, и отрицать то, что я действительно рад этому, было бы глупо.

Глава 23

Я уехал очень рано. На часах не было даже шести, рассвет ещё не наступил. Собрав небольшую сумку, я ждал водителя на улице. Ко мне вышел только Мор, но я и не хотел ни с кем больше говорить или прощаться.

— Надеюсь, ты найдёшь ответы, — Наставник похлопал меня по плечу.

— Я тоже, — выдохнул я в морозный воздух. — Мартин не хотел, чтобы я делал это. Зная меня, он думает, что я могу воспользоваться своей силой, чтобы снова всё изменить.

— Мда-а-а, — протянул Мор. — Но, будем честны, ещё ведь неизвестно, сможешь ли ты преодолеть пространство-время.

— Ты в меня настолько не веришь? — я усмехнулся.

— Верю, потому и не стал расспрашивать подробности о том будущем, что теперь уже никогда не состоится. И вот в это я тоже верю.

— Спасибо.

Машина подъехала к самому входу, и я запрыгнул в тёплый салон. Ехать предстояло довольно долго и со временем я задремал. Чтобы ни на что не отвлекаться, я отключил связь, оставив только экстренную линию для того, чтобы мне могли позвонить в самом крайнем случае.

За окном снова начал падать снег, водитель закрылся от меня перегородкой и сквозь эту тишину и шорох колёс я будто снова просматривал плёнку всего, что произошло за последнее время.

Правильно ли я поступал в каких-то случая? Скорее всего, нет. Сейчас я как никогда осознавал, что кем бы я ни был, я всего лишь человек. Сделал ли я всё, что от меня зависело, чтобы помочь Айонам? Возможно, что тоже нет. Но в отличии от того будущего, это осознание больше не повергало меня в пучину отчаяния и безумия. И это было хорошо.

Бёрн, вопреки мои ожиданиям, оказался вовсе не дряхлым стариком, а вполне крепким мужчиной невысокого роста. Он встречал нашу машину на заснеженной горной дороге, за его спиной стоял вездеход, и я понял, что водителю уже сейчас придётся возвращаться назад.

— Доброго вечера! — Бёрн заглянул в окно, когда я опустил стекло. — Дальше своим ходом. Вас не предупредили?

— Не-е-ет, — я мотнул головой.

Спросонья я даже не сразу понял, сколько времени на самом деле прошло. Судя по всему, мы ехали достаточно долго, потому что уже начали спускаться сумерки.

Я закутался поглубже в тёплое пальто и вылез из тёплой машины на мороз. Сам Бёрн был одет в какую-то тёплую шубу. Я сказал водителю, что он может ехать и повернулся к Бёрну.

— Добрый вечер, а далеко ехать? — я покосился на вездеход.

— Нет, но дорога узкая и снега навалило, — ответил Бёрн. — Рад познакомиться.

Он протянул мне руку в тёплой перчатке, и я понял, что мои собственные ладони сильно закоченели.

— Давай прыгай давай, запасных перчаток нет, — он кивнул на вездеход.

Я смахнул нападавший снег и влез на сидение.

Вездеход завозился в снегу и массивные колёса начали разворот. Темнело достаточно быстро, но дорога и правда не заняла много времени. Мы остановились рядом с небольшим одноэтажным домиком, за окнами которого горел тёплый свет.

К этому времени я окончательно замёрз и к дому подходил со скрипом.

— Давай к камину, сейчас налью согревающего, потом поговорим, — Бёрн указал рукой на крючки у двери. — Одёжку сюда.

Внутри дома было даже жарко. Уже через минут десять мне пришлось снять зимний свитер. Даже в тапках, которые мне вручил Бёрн, ноги уже горели.

Бёрн долго возился на кухне, чем-то гремя, оттуда потянулся терпкий аромат. Несмотря на то, что он был здесь совершенно один, дом не казался пустым или неуютным — древесные срубы, большой камин, множество артефактов на полках, книги и инструменты.

Здесь даже не было видно никакой техники. Либо Бёрн ею не пользовался, либо она была хорошо спрятана и замаскирована.

— Держи.

Бёрн протянул мне тяжёлую кружку и ароматным дымящимся напитком.

— Что это?

— Вино с травами. Согреет. Не бойся, не развезёт, — он довольно улыбнулся и уселся на небольшой плетёный диван.

Я отхлебнул горячей жидкости и окончательно согрелся. На вкус напиток был необычным, будто он накидал туда душистого перца.

— Ну, немного неожиданно, конечно, — Бёрн крякнул, поставил кружку на низкий деревянный столик и подтянул себе под бок полосатую подушку.

— Мне нужно понять, что именно вам рассказал Мор, — напиток щекотал горло и я немного закашлялся.

— Что за тон? — Бёрн чуть поелозил на диванчике. — Расслабься, ты не в суде и не на официальной встрече.

Он добродушно улыбался, но я правда пока что не мог расслабиться окончательно.

— Возможно ты здесь надолго, Неро, так что прими меня как старого приятеля. Если будешь постоянно в напряжении, то ничего может и не получиться.

Я несколько минут сидел молча. Сейчас даже не было понятно, как именно меня воспринимает сам отшельник — как молодого парнишку или всё-таки как переселенца.

— Мне хочется понять, как произошло то, что произошло, — негромко сказал я, глядя в огонь камина. — И какие варианты у меня есть.

— Ты, наверное, уже знаешь, что перемещения во времени всегда были частью нашей реальности и наших способностей. Потом, после того как Вторая Эра пала и хрономаги натворили ещё кучу дел, это стало запрещённым знанием.

— Да. В какой-то момент Мартин вообще сказал мне, что попытки заканчивались ничем и что это в принципе невозможно.

— Увы, он лгал. Мартин Айон один из тех, кто как раз-таки прекрасно знает о возможностях нашего Потока. Впрочем, это не так важно. Все архивы пришлось переписать, а оригинальные исследования и записи передать отшельникам.

— Почему вы не с ними? — я перевёл на Бёрна взгляд.

— Давай на «ты». А вообще, мне просто надоели их бесконечные ахи и вздохи. Десятилетия сожалений о прошлом и том, что натворили другие маги времени.

— Понятно, — выдохнул я. — А у вас… Тебя… Есть какие-либо архивы?

— Да, есть. Можешь читать сколько хочешь, — он обвёл рукой книжные стеллажи. — Лучше ты скажи мне, почему оказался здесь?

— Ещё бы знать наверняка, что из себя представляет это самое «здесь», — я усмехнулся. — У меня было много теорий и о петле, и о другой временной ветке, и даже о другой реальности. Когда распечаталась ментальная закладка я узнал, что, можно сказать, всё это сразу. И то будущее, которое я прожил, всё ещё существует, хотя я и изменил его.

— Неро, варианты всегда вечны. В этом пространстве-времени, здесь и сейчас, того будущего больше никогда не будет. Но оно уже было и есть. Всё существует всегда, одновременно и во всех вариантах сразу. Пойми.

— Это сложно охватить сознанием, — я чуть скривился. — Неужели всё, что сделал, зря?

Пальцы на кружке чуть сжались.

— Нет, не зря, — отшельник покачал головой.

— Как же… Если всё существует одновременно, значит, где-то во множестве вариантов также идёт война и умирают мои близкие.

— Да, — согласился Бёрн. — Потому то хрономагами и было принято решение больше не вмешиваться в ход времени своей реальности. Что бы мы не делались, всё уж случалось и случается сейчас. Но в этом времени ты спас кого-то, изменил чьи-то судьбы.

— Я уничтожил мир, если кратко говорить. Значит, он всё равно был разрушен?

— В каком-то смысле, да.

— Тот парень, Феликс Лангер, сказал, что теперь, когда я изменил реальность и события его, и того, кто вернул меня больше не будет в таком виде, почему?

— Потому что они сами влезли в пространство-время, нарушили его твоим перемещением и не смогли больше вернуться.

— Как сложно, — я помассировал виски. — Как бы я хотел, чтобы ничего этого не было. Почему… Если вариантов сотни миллионов, то мне вообще нужно было это делать?

Изнутри разъедало разочарование и досада.

— Они спасали свою реальность, а ты свою. Ты не переиграл все варианты сразу, но, определённо в этих временных линиях не было и не будет той войны, что уничтожила мир.

Я дёрнул уголком рта, но улыбаться сейчас совсем не хотелось.

— Нужно отдохнуть. Тебе станет проще, когда мы перейдём к практике и тренировкам. Но помни — ничего из сделанного тобой не зря, хотя тот хрономаг определённо рисковал целостностью реальностей, поступая так с тобой. Но, — он хмыкнул, — кажется оно того стоило.

— Надеюсь, ты прав, — ответил я, откидываясь на спинку кресла.

* * *

Я находился у Бёрна уже больше двух недель. За это время пару раз позвонил Артуру и удостоверился, что дома всё спокойно. И реверс, и форвард работали отлично, замедление увеличивалось. Попытки перемещения заканчивались тем, что как только я покидал свою изначальную точку в пространстве-времени, то видел множество мутных образов, будто перетянутых светящейся паутиной и никак не мог понять, что делать дальше.

— Тебе нужно представить. Увидеть, как ты входишь в пространство вариантов, — проговорил Бёрн после очередной такой попытки.

— Я вижу, но не могу никуда шагнуть.

— Не пытайся сконцентрироваться. В самом начале это не нужно, тебе необходимо понять саму суть перемещения, а потом уже выбирать, куда попасть.

— Понимаю я, понимаю…

Мы уходили на тренировки немного дальше от дома, где стояла давно заброшенная невысокая башенка. Несмотря на каменную кладку и отсутствие какого-либо утепления, в ней было не так уж и холодно, хотя пар изо рта всё же шёл.

Сейчас на стенах горели факелы и в самом круглом помещении даже было тепло.

— Бёрн, может мне будет проще сразу сосредоточиться на времени, из которого меня вернули, нет? — я шаркнул ботинком по каменному полу.

— Из-за твоего сопротивления мы так долго уже пытаемся. Ты пойми, Неро, — отшельник вздохнул. — То, что мы сейчас пытаемся повторить, ты мог всегда. Ограничения рангом, россказни о том, что это невыносимо сложно — ложь. Да, путешествие во времени может выжечь твой Поток, это правда, но если ты будешь контролировать ситуацию, то этого не случится.

Я снова попытался сосредоточиться.

— Всё и сразу, Неро. Все варианты. Это сложно визуализировать и войти в пространство, но это возможно. Прими этот факт, не отрицай его и всё получится.

Голос Бёрна звучал почти гипнотически. Я снова и снова пытался сознанием шагнуть за этот порог.

— Попробуй иначе. Попробуй сделать это физическим телом. Ты владеешь телепортацией не просто так. Нащупай возможность телепортироваться не только в одной плоскости. Соедини…

Голос Бёрна звучал всё тише и глубже. Вокруг меня будто начал образовываться невидимый кокон. Я набрал полные лёгкие воздуха, словно собирался погрузиться под воду и сделал первый шаг…

Передо мной отрывалось множество путей и вариантов существующих пространств. Реальностей было настолько много, что на какое-то мгновение я почувствовал себя ребёнком в магазине игрушек, которому указали на сотни цветных коробок и сказали: «выбирай».

Все возможные варианты существовали одновременно, перетекали друг в друга, постоянно менялись и искажались. Я был везде и сразу, прошлое, настоящее и будущее существовали единовременно и во всех возможных вариациях.

Всё это даже пугало своей непостижимостью. Я вспомнил слова отца о том, что мы не должны этого знать, не должны вмешиваться в пространство-время и вообще маги времени не должны существовать.

Сейчас я и сам казался себе досадной ошибкой мироздания. Предвечный, если бы ты существовал на самом деле, то ради какой шутки ты придумал нам такую способность?

Сознанием я дотянулся не до своих реальностей, а глубоко в ту эпоху, когда была уничтожена Вторая Эра. К своим далёким предкам, которые не только знали, что перемещения во времени возможны, но и пользовались этим постоянно, записывая свои наблюдения, вмешиваясь в течение пространства-времени и меняя детали.

Вторая Эра была технологичной, исследовательской, но магов среди людей не было очень долго. Они появлялись и исчезали, никто не верил в реальную возможность того, что Поток действительно уже тогда начинал пробуждаться в обычных немагах.

Они не знали, откуда появилась эта сила, они боялись. Мои предки раз за разом меняли реальность Второй Эры, магов появлялось всё больше, но их ждали гонения, начинались войны и истребления. Но хрономаги снова возвращались. Они приходили в новые реальности и меняли их, оставляя развитие того мира, где уже были, на самотёк.

Или же они раз за разом возвращались в одну и ту же реальность, пытаясь сделать её основной, сделать всё, как нужно, перемарав сотни черновиков, сотни раз переписав историю, не давая времени идти так, как было задумано изначально.

Я понял, почему мне не удалось изменить абсолютно всё — каждая существующая реальность стремилась так или иначе остаться в неизменном виде и тот, кто отправил меня назад, сделал это с одной и той же временной линией. Потому, наверное, он переместил именно сознание, а не тело, стараясь не разрушить структуру.

Но видения событий и то, что никогда не могло бы произойти, подтверждали — само моё появление исказило пространство-время.

Я видел, как мои предки и другие хрономаги коверкали время, в конце концов поспособствовав тому, что Вторая Эра закончилась во всех вариациях реальности сразу. Я не видел подробностей, стараясь не соприкасаться с прошлым слишком сильно, но войны были долгими и кровопролитными, несколько раз переигранными и изменёнными.

А потом на какое-то время наступила тишина. Казалось, что ни в одной временной линии, ни в одном пространстве не происходило ровным счётом ничего — жизнь будто остановилась. Люди выживали, пытаясь хоть как-то вернуть себе былую цивилизацию и технологии и тогда всё снова изменилось.

Они снова пришли. Я не мог узнать, были ли те хрономаги моими прямыми предками, или же это был кто-то другой. Но часть из них осталась там. В той реальности, из которой и выросла в итоге Третья Эра, которую я знал, о которой говорили летописи. Один из вариантов той реальности, где маги заняли своё место у руля.

Это было давно. Множество столетий назад. Раз за разом и эту реальность перекраивали, стараясь пустить в выгодное русло и что-то получалось. Я убедился в том, что вмешательство в пространство-время только уродует его, рождает слишком много веток и вариантов, которые отследить уже просто невозможно.

Мысленно перебирая эти реальности, я всё-таки решился отправиться в ту, где хрономаг отправил меня в прошлое. Хотя, искушение выбрать реальность, где ничего из пережитого вообще никогда не случалось, было очень велико.

Но в моей второй жизни оставались Адора и Аврил, Грейс, Дин, Джед, Оскар и Мор. За пару месяцев я создал вокруг себя мир, где мне удалось преодолеть свою сущность, желание решать только силой. В этой реальности мне удалось изменить не только будущее, но и самого себя.

Сейчас я мог перемещаться только телом, а значит, не мог находиться в одном пространстве с самим собой. Нащупав тот самый момент, я подождал, пока моё перемещение снова состоится, а затем…

Всё пространство подёрнулось пеленой и дымкой, будто в один момент смазалось и перестало существовать в том виде, в котором было. Не могло перемещение одного меня так исказить эту временную линию. Потом я понял, что это из-за хрономага, которого там быть не должно.

Я сосредоточился, чтобы оказаться рядом с ним и его спутником.

В это самое мгновение всё окружение застыло, и мы оказались со стариком лицом к лицу.

— Неужели это ты? — глаза старика расширились, он понял, кто стоит сейчас перед ним.

— Ждал меня? Для тебя прошло мгновение, для меня долгие месяцы.

Мне хотелось увидеть его реакцию и услышать, наконец, кто он такой. Где-то на краю сознания не утихало предположение, что я встретился с вариантом самого себя, но почему-то в глазах хрономага я не мог разглядеть собственной сущности. И если бы это был действительно я, то почему в моей памяти не осталось ничего, напомнившего мне об этом?

Старик молчал. Светловолосый парень, менталист, стоял рядом и я точно знал, что это Феликс Лангер, такой, каким должен быть.

— Я подозревал, что это возможно, — старик искренне улыбнулся. — Но даже не думал, что и правда встречу тебя когда-нибудь. Зачем ты пришёл? Неужели не вышло? Я-то уже никогда не смогу узнать об этом. Мне больше не доступны путешествия, и я не вижу вариантов.

Он глубоко вздохнул.

— Кто ты такой? Из какого времени ты пришёл и почему именно в этот момент?

Я оглядел тёмный тронный зал, застывший в безвременье и своё тело, сознания в котором уже не было.

— Мою мать звали Аврил Вайс, — старик широко улыбнулся. — В нашей с ней реальности.

Меня слегка замутило. Я никак не мог сопоставить временные отрезки, ведь стоящий передо мной хрономаг был совсем дряхлым стариком.

— К-как? — в горле ощутимо пересохло.

— Моё имя Нест Айон, похоже на твоё имя, правда? К сожалению, мне очень сложно называть тебя отцом, прости, — старик глухо рассмеялся.

— Почему… всё так?

— Я очень стар, это правда, — Нест кивнул. — Я перемещался ни один раз, чтобы найти Лангеров, чтобы найти тебя. В моей реальности, где ты забрался на свой кровавый трон не осталось почти ничего живого, и мне не хотелось, чтобы это будущее сбылось. Я искал способ отправить тебя назад.

— Но моя временная линия всё равно иная, — я чуть скривился.

Мне было сложно воспринимать этого старика как… сына… Но в его глазах я видел нечто, что не давало мне усомниться в правдивости его слов.

— Меня, сына Аврил Вайс из этой временной ветки уже нет и никогда не будет. Мне кажется, я даже не знаю, что произойдёт дальше.

— Аврил сказала мне, что ждёт ребёнка, — сухо сглотнув произнёс я.

— Но это уже не буду я, — старик снова рассмеялся. — Не страшно. Это такая же вариация меня, как и дети Алиаса Лангера, от которых потом появится Феликс.

— Почему ты согласился на это? — я перевёл взгляд на парня. — Ведь ты не маг времени, а сейчас попал в ловушку из возможных вариантов и не сможешь вернуться назад.

— Знаю, — тот пожал плечами, — но я многое успел увидеть. Смотри, это только твой сын, а я уже внук Алиаса Лангера. В твоей временной линии ни его, ни тем более меня ещё нет. Но это не страшно.

— Почему ты всё это сделал? — я снова повернулся к Несту. — Я понял, что ты хотел избежать войны, но неужели это был единственный способ?

— Единственный, на какой у меня хватило сил и смелости, — он пожал плечами. — Видишь ли, преодолеть пространство-время, чтобы, например, убить тебя в самом начале твоей жизни, это только перемена в одном или нескольких вариантах, но моё существование опровергает это, а значит, что такое решение привело бы к гораздо большим повреждениям.

— Но неужели, вариант, где я развязал войну всего один? — я усмехнулся.

— Не один, потому я вернул во времени твоё сознание, а не тело. Потому я выбрал именно эту временную линию, чтобы насколько возможно изменить именно наше будущее. И мне это удалось, судя по тому, что ты здесь.

Нест улыбался.

— Этого варианта больше нет. Мы правда смогли изменить это будущее, Неро. Ты смог, я лишь постарался помочь тебе найти этот путь, — добавил Нест спустя несколько секунд молчания. — Я прожил долгую жизнь в войне и разрухе. Я посвятил её поиску способа, как вернуть тебя во времени так, чтобы это было правильно. Я перемещался множество раз, я потерял тех немногих, что были рядом ради этого момента.

— И что же было в этом будущем? — спросил я, понимая, что хочу услышать это именно от него.

— После войны? Ничего. Больше не было ни Тринадцати, ни Империи, ни Мин. Не осталось почти никого.

— Мне удалось спасти одних, но я потерял других.

— Боюсь, это было неизбежно, — Нест покачал головой. — Я изучил множество материалов и похоже, что найти варианты, где все бы остались живы, почти невозможно. А если и возможно, то можно потратить всю жизнь или весь Поток, но так и не отыскать нужный.

— Ты потратил, да?

— Увы. Да. Потому не вини себя за то, что не смог спасти всех. Я благодарен, что теперь у новой версии меня, Лангеров и всех, кто окружает тебя будет иное будущее.

— А если я снова всё изменю? — внутри шевельнулась шальная мысль. — Я могу снова пройти сквозь пространство-время и выбрать другую реальность. Или снова вернуть в тот день, куда отправил меня ты, не потерять всех. Начать всё заново.

— Конечно, можешь. Я уже отголосок самого себя, оставшийся в застывшем, несуществующем времени. Поэтому, я не могу тебя остановить. Остаётся только попрощаться.

Я чувствовал, что не могу долго находиться в этом пространстве, оно отталкивало меня с каждой секундой всё сильнее и сильнее.

— Прощай, Неро Айон. Надеюсь, что в новой реальности другой я всё-таки сможет стать твоим настоящим сыном…

Я не успел ничего сказать, как снова оказался в пространстве между всеми возможными вариантами. Я не решался сделать новый шаг, переместиться хоть куда-то. Меня изнутри раздирали противоречия.

«Ну, и что же ты выберешь? Смотри, как много вариантов, как много шансов всё переделать, начинать всё сначала, прожить жизнь бесконечное количество раз, разве это не почти то же самое, что и бессмертие?» — голос звучал прямо в голове. Я уже не находился в том временном отрезке и в той реальности.

Она схлопнулась в тот момент, когда старик не смог совершить больше ни одного перемещения. Именно так, именно этого варианта больше не существовало, но вместо него передо мной открывались сотни других.

«Это ли не бессмертие?» — снова спросил голос. Я знал, что это моё собственное сознание обрело форму, сейчас в бесконечном пространстве всего существующего одновременно.

Я бы мог. Я бы смог перемещаться бесконечно, теперь я знал, как это сделать, как при этом остаться не только живым, но и целостным. Но я видел, что происходило тогда, когда путешествия и искажения были доступны магам времени.

Сколько раз мне придётся переписывать один и тот же сценарий? Сколько раз видеть смерти близких людей, сколько раз перекраивать собственное сознание, чтобы просто не сойти с ума? Это стоит того? Может быть, конечно, и стоит. Но как только я шагну в бездну вариантов реальностей и временных линий, то, что я так старался спасти, то, что я сделал, получив этот шанс и наказание, тоже перестанет для меня существовать.

Дав себе ещё немного времени, я мысленно потянулся к тому времени и к той реальности, откуда я переместился.

Ухватился за эту временную линию, погасив перед внутренним взором всплывающие картинки других реальностей и, сосредоточившись, шагнул обратно к отшельнику, туда, где теперь и была моя настоящая реальность и настоящая жизнь.

Открыв глаза, я увидел перед собой Бёрна. Мы всё также находились в башне, на стенах ещё не догорели факелы, а мне казалось, что перемещение заняло гораздо больше времени. После перемещения у меня осталось одно единственное чувство — я на своём месте. Я дома.

— Интересный выбор, — проговорил Бёрн. — Почему же ты вернулся?

— Потому что всегда нужно возвращаться туда, где тебя ждут, — с улыбкой ответил я.

КОНЕЦ КНИГИ

Content

Антон Войтов, Агата Фишер
Хрономаг 3

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23