Гусарова Александра

541-я

Александра Гусарова

541-я

Пролог

— А сейчас вы увидите то, зачем мы все с вами собственно здесь собрались! — с этими словами профессор Кобейн поправил съехавшие на нос очки в толстой роговой оправе и извлек на свет колбу с зеленоватой жидкостью, которая слегка флуоресцировала в свете ламп актового зала Академии всех наук.

Зал замер в ожидании. Профессор же кашлянул пару раз для солидности, считая, что этим нехитрым действом придает себе и своему открытию значимости, и продолжил:

— Господа! В этой колбе находится жидкость, которая позволит искоренить из наших рядов постыдный разврат, которым все больше и больше грешит современная молодежь. Институт брака и семьи практически разрушен. А нашей стране нужны крепкие ячейки общества, в которых будут рождаться воины, так необходимые для армии его величества. Нам нужны женщины, моральный облик которых будет кристально чист. И этому поможет мое изобретение!

Профессор обвел победным взглядом зал. Но ожидаемого им шквала аплодисментов не последовало. Слушатели знали, что профессор Кобейн часто перегибал палку, и в его лысеющей голове иногда мелькали совершенно бредовые идеи. Все затаились в ожидании. И лектору ничего не оставалось делать, как продолжить свой рассказ о чудо-эликсире.

— Это средство пронумерует любую женщину, если она хоть раз была замечена в порочной связи. И это не голые слова! — горящий взгляд профессора обвел зрителей.

— Я вам все сейчас докажу! — эти слова он произнес с максимальным вызовом, на который был только способен. Эти жалкие пофессоришки еще не доросли до понимания важности момента. — Мисс Муму!

В зале раздались неуверенные смешки. Кто-то представил, что может откликнуться на это странное имя. Но вопреки ожиданиям на сцену поднялась вполне прилично одетая женщина. Разве что подол ее юбки заканчивался несколько раньше, чем это было приписано модой и дворцовым этикетом, а вырез на скромной серой кофте был несколько глубже принятых норм. Поэтому ни у кого не осталось сомнения в профессии мисс.

— Мисс Муму согласилась помочь мне в демонстрации свойств моего эликсира. Я сумел убедить ее сойти с этого порочного круга разврата, поэтому она согласилась выпить его на ваших глазах и показать то, что проявиться на ее теле.

— И эта новая метка сделает ее еще более популярной и позволит зарабатывать еще больше денег! — кто-то выкрикнул из зала.

— Морейн, вами движет зависть! — огрызнулся профессор на оппонента.

— Тише ты! Дай посмотреть, чем все закончится! — шикнули на крикуна уже из зрительских рядов.

Тем временем профессор налил в бокал рубинового вина, краски которого красиво переливались сквозь тонкое стекло. Затем капнул в него немного чуда-средства. Весь напиток тут же приобрел зеленый оттенок и стал светиться. Но этот факт нисколько не смутил даму, и она выпила его одним залпом. Затем по-плебейски вытерла рот рукавом, широко улыбнувшись, неожиданно заявила:

— Кобейн, я отдала тебе свою невинность и душу! После этого ты просто должен на мне жениться!

— Мирра, ты же утверждала недалече, чем вчера, что первым у тебя был я! — раздался пьяный голос с гелерки.

— Господа, прошу тишины! — председатель уважаемого собрания постарался утихомирить разошедшихся слушателей, стуча молотком по столу. — Вы же уважаемые профессора и магистры Академии всех наук. И целью нашего сбора стало открытие профессора Кобейна, а не подсчет любовников мисс Муму!

— И что-то я не вижу изменений у мисс! Эликсир не подействовал? — раздался очередной вопрос.

Кобейн стоял красный как рак и очень злой.

— Мальчишки! — гневно выкрикнул он. — Ничего вы не понимаете! Нельзя, чтобы знак порока был виден постоянно. Это сломает жизнь тем жрицам любви, которые встанут на путь исправления.

С этими словами профессор включил магический светильник и направил его на женщину. В луче ультрафиолета у нее на щеке ярко проступила зеленоватая цифра 2. Она также флуоресцировала, как и сам напиток.

— А кто шел под номером один? — поинтересовался очередной слушатель.

— То была экспериментальная проба. Имя дамы под номером один останется тайной. Если она не будет заниматься блудом в течение пяти лет, то цифра исчезнет с ее тела.

Слушатели еще долго препирались насчет пользы или вреда данного изобретения. Но любому собранию когда-нибудь приходит конец. Так и не придя к единому мнению, профессора закончили собрание и стали расходиться. Кобейн также удалился, споря на ходу с Морейном о ценности эликсира.

— Слава триединому, все закончилось! — радостно выдохнул адепт академии, который дежурил у черного входа на сцену. Профессора не всегда расходились мирно, поэтому руководство учебного заведения обычно выставляло охрану в виде крепких старшекурсников, которые учились на факультете всевластия. Молодым людям было полезно уметь усмирять старших по возрасту и чину преподавателей. Это позволяло не тушеваться ни перед кем в будущем, но при этом в любой обстановке вести себя корректно, так как адептам все же предстояло сдавать экзамены и защищать диплом.

— Ага, слава! — подхватил напарник дежурившего. — Смотри-ка, профессор свою колбу забыл!

— И что-то мне подсказывает, что он не вспомнит об этом. А если напоить эликсиром наших девчонок? Будет интересно, высветится у них или нет порядковый номер? — тут же выдал друг, потирая переносицу над крупным породистым носом. С этими словами он сверкнул своими синими глазами, которые сводили с ума не одну адептку академии, а затем поспешно спрятал колбу в карман длинной мантии, и они покинули с напарником свой пост.

Глава 1

Как объяснить ребенку, что его бросили? А может и не бросали вовсе, просто жизненные обстоятельства привели к этому? Как научить его простить родителей за это ужасающий поступок, иначе тяжелая обида может сожрать душу изнутри, отравляя всю оставшуюся жизнь? На эти непростые вопросы приходилось иногда искать ответ директору детского дома Розалии Назиповне Хатдуллиной. В тот раз она решила, что лучшим решением для подкидыша станет фамилия Саттарова.

Мусульманское имя Саттар в переводе на русский язык обозначает «укрывающий грехи покаявшихся». Если же перевести эту витиеватую фразу на современный лад, то звучать она будет как «милосердный, прощающий». Женщина надеялась, что именно фамилия поможет девочке осознать свое место в мире и простить тех, кто предал ее.

Пятнадцать лет назад теплым июльским утром ребенка подбросили на крыльцо приюта. На вид ей было где-то года три. Черные как угольки глазенки, забавные кудряшки на макушке, простенькое зелененькое платьице из байки, которое доставало малышке до самых пяточек, и затравленный взгляд брошенного звереныша. Она разве что только не кусалась, а молча барахталась, стараясь не даться в руки воспитателям. Откуда девочка могла появиться, не знал никто. Камер видеонаблюдения тогда еще не было, и кто посетил их дом под покровом ночи, навсегда осталось тайной. А в приюте появилась новая воспитанница под именем Юлии Саттровой.

Сегодня же был выпускной. Этот день всегда радостный и немного грустный. В отличие от обычных семей, детдомовцы покидали родные пенаты навсегда, лишь изредка заглядывая в прошлое из взрослой жизни. Благотворители подарили выпускницам нарядные платья. И они словно сказочные принцессы поднимались сейчас на сцену, немного взволнованные и гордые одновременно. Юлька Саттарова была среди них.

Розалия Назиповна с огорчением заметила, что ее любимица опять идет за подругой Линой Луевской. Луевская не была плохим человеком или слабой ученицей, но у нее был существенный недостаток: она приближала к себе лишь тех, кто хорошо оттенял ее природную красоту и мог чем-то быть полезен. А смуглая Юлька проигрывала на фоне этого белокурого чуда. И поэтому все мужские взгляды были обращены именно в сторону Лины. На подругу же парни обращали внимание лишь во вторую очередь, когда в другом месте им явно ничего не перепадало. Но как это все объяснить 18-летней девушке? В этом возрасте вера в нерушимую женскую дружбу еще не утрачивает своей привлекательности, да и разочарований в жизни было не так много.

Луевская появилась в детском доме лишь в 8 классе. Трагическая случайность оборвала жизнь ее родителей, а близких родственников у девушки больше не оказалось. Она сильно отличалась от воспитанников своей женской хитростью и умением подлизываться к людям, от которых могла для себя получить что-то стоящее. Таких навыков казенные учреждения детям дать были не в состоянии, да и цели такой перед собой не ставили. И именно эти качества привлекли немного дикую и нелюдимую Юлю. Так завязалась это странная однобокая дружба.

Почему однобокая? Потому, что Лину Саттарова считала всем: подругой, наставницей, примером для подражания. Та же позволяла в ответ любить и восхищаться собой. И девочка потерялась как личность, став безмолвной тенью, идущей на поводу не всегда хороших замыслов наперсницы. И лишь тот факт, что поступать он планировали в разные вузы, немного успокаивал директрису. Выйдя из-под негативного влияния, Юлия могла еще проявить себя и показать то, на что способна.

* * *

— Как здесь скучно! — растягивая гласные, протянула Лина. — Как мне надоели эти тупые интернатские вечеринки!

— И что ты предлагаешь? — зазывно поигрывая бровями, спросил местный красавчик и предмет обожания женской половины Никита Криков.

— А не смотаться ли нам в какой-нибудь ночной клуб? — закусив пальчик и закатив хитро глазки, предложила компании белокурая нимфа.

— Но это же наш последний праздник в интернате! — попыталась робко возразить Юлька.

— Фу, Саттарова! Опять ты со своими нравоучениями! — фыркнула она на подругу. — Тебе за все годы не надоело? Пойми, что мы с сегодняшнего дня сво-бод-ны-е! И мы можем идти куда хотим и с кем хотим. А в интернат тебя с радостью на любой праздник пустят как бывшую воспитанницу. Чего по нему скучать?

С этими словами она оттопырила нижнюю губу, причмокнула, словно кого-то целуя, и щелкнула пальчиком подругу по носу. Никита же поддержал жест подруги звонким смехом. Как Юльке хотелось стать такой же свободной и независимой, также нравиться парням и всем окружающим людям! В итоге она согласилась с предложением, и трое выпускников безмолвными тенями скользнули в июньскую ночь, оставляя позади шумный актовый зал с накрытыми столами, педагогов и ребят, с которыми, казалось, прожили вместе целую вечность.

Ночной клуб встретил молодежь вспышками ультрафиолета, громкой музыкой и непонятными запахами, состоявшими из смеси табака, спиртного и парфюма всех мастей.

— Я хочу танцевать! — капризно надув губки, потребовала от Никиты Лина. — И в темном углу прозябать не буду. Мне нужен зритель!

После этих слов парень стал пробивать дорогу к центру танцпола. Лина, хихикая, шла за ним, таща на буксире почти сопротивлявшуюся Юльку. Юльке зритель был не нужен, и она уже начала сожалеть, что поддалась на уговоры подруги. Из колонок по периметру зала раздавались звуки зажигательной мелодии. Стоять было глупо, поэтому Саттаровой ничего не оставалось делать, как присоединиться к танцу подруги. Двигаться она умела хорошо, только не любила публичности. Но раз поддалась на эту авантюру, ей нужно было соответствовать. Рядом двигались в такт музыке какие-то незнакомые парни и девушки. Им всем было абсолютно наплевать на детдомовских принцесс. И лишь некоторые кавалеры пытались строить глазки Лине, но тут же уходили в сторону, натыкаясь на грозный взгляд Никиты.

Тем временем ритмичная музыка сменилась тягучей плавной мелодией. И все стали разбиваться по парочкам. Никита в этот раз не успел во время среагировать, как Луевскую увел какой-то мажорчик. Он хотел было ринуться с разборками, но Юлька остановила товарища:

— Никит, здесь тебя быстро охрана в полицию сдаст. Не нарывайся! Он же ее не замуж забрал! Танец закончится, и Лина вернется.

В глубине души она надеялась, что раз подругу увели, Криков пригласит ее. Но он лишь буркнул:

— Тогда я покурить схожу!

Она даже не успела удивиться, когда тот стал курить. Раньше за ним эта дурная привычка не замечалась. В итоге же осталась абсолютна одна в окружении обнимающихся пар. Девушке ничего не оставалось делать, как пробраться к стеночке и переждать там всеобщее эротическое сумасшествие.

Стена, у которой она решила встать, была до самого верха изрисована сценами из неизвестного фантастического романа. Драконы, демоны и другая нечисть переплетались в затейливых позах с людьми, изображая страницы какой-то битвы. Опершись спиной о холодную поверхность, Юлька поняла, что очень устала. Ее ноги гудели как после марафонской дистанции, а парадные новые туфли нещадно жали отекшие ступни. Она с тоской вспомнила любимые слипоны, в которых предпочитала ходить в теплое время года, считая, что это и удобно, и модно. Повернув голову, обнаружила, что рядом стоит небольшой столик, за которым сидит парень. Тот тоже заметил девушку, дружелюбно улыбнулся и неожиданно предложил удивленной Юльке:

— Вы, наверное, устали. Присаживайтесь пока мой друг отлучился!

С этими словами он показал на пустующий стул. Девушка решив, что ничего дурного из-за того, что она просто присядет, не произойдет. Поэтому совершенно не элегантно, но зато с великим удовольствием плюхнулась на сидение. Вытянула ноги и, подумав, что темнота спрячет все, скинула под столом туфли, которые из элегантной обуви превратились в пыточные колодки.

— Спасибо! — только и выдохнула в ответ, готовая замурлыкать от удовольствия. О том, как будет впихивать ступни обратно, она в тот момент не подумала.

— Оу, у нас новая соседка! — вдруг неожиданно раздалось над ее головой.

Юлька испуганно открыла глаза, которые успела закрыть, и посмотрела на источник звука. Рядом с ее стулом стоял высокий парень со смешливой улыбкой, сапфировыми глазами, которые, казалось, светились в лучах моргающих софитов, и длинной челкой, спускалающейся черным треугольником на левую бровь незнакомца.

— Простите, я заняла ваше место! — испуганно пискнула девушка. Рядом с ним сердце вдруг отчаянно затрепыхалось, чем сильно смутило ее. Ни один представитель мужского пола не вызывал в груди такой бурной реакции. Юлька попыталась торопливо всунуть разбухшие ступни в туфли, но это у нее получилось крайне плохо. Она досадливо поморщилось от боли, которую вызвала обувь, но все же попыталась встать.

— Сидите, сидите! — прижав ладонью ее обратно к сиденью, продолжал улыбаться парень. — Я найду себе другой!

С этими словами он буквально исчез и появился через пару секунд, поставив рядом с девушкой еще один стул. Юлька поняла, что оказалась отрезанной от зала. В ее душе начала подниматься паника. Она испуганно огляделась по сторонам, но ни Лину, ни Никиту не увидела.

— Я все же пойду, меня друзья уже, наверное, потеряли!

— Вон они там танцуют! — указал незнакомец в сторону, где и правда обнаружилась танцующая парочка. — Я думаю, вам пока не стоит им мешать.

Девушка растерялась. Парень в чем-то был прав. Криков давно добивался внимания Луевской, но она все вертела перед ним хвостом, не позволяя близко приближаться, но и не отпуская его далеко. А сейчас тот с блаженным выражением лица сжимал Лину в объятиях. Юлькино появление разрушило бы эту идиллию, а Никитка точно бы не простил. Она даже не задумалась в тот миг, откуда незнакомец знает, с кем она пришла в клуб. А парень вдруг приказал своему товарищу:

— Макс, принеси девушке соку!

Затем решил уточнить у нее самой:

— Кокой сок предпочитает дама? Или может ты хочешь что-то покрепче?

Она вдруг поняла, что ее горло пересохло, и очень сильно хочется пить. Но по понятным причинам денег в карманах воспитанницы детского дома не было. А, значит, в лучшем случае она могла рассчитывать лишь на воду из-под крана в туалете. Только до туалета нужно было еще дойти. Девушка отрицательно покачала головой:

— Если вас не затруднит, можно мне минералки?

Макс кивнул головой и через минуту протянул ей запотевший бокал с вожделенной жидкостью.

— Она же невкусная! — фыркнул второй, который раздавал указания. — Давай, я ее чуток улучшу!

С этими словами он достал откуда-то маленький пузырек и капнул в бокал каплю непонятной жидкости. Вода тут же окрасилась в зеленый цвет и стала красиво флуоресцировать.

— Это что такое? — округлила глаза девушка. — Ты случайно не наркотики в воду подмешал?

От волнения она даже перешла на «ты». В интернате им рассказывали много страшилок про то, как наивных детдомовцев превращают в наркоманов, предлагая первый раз испробовать зелье бесплатно.

— Ты чокнутая? — рассмеялся незнакомец. — Наркота больших денег стоит. Кто тебя ей бесплатно угощать будет?

Саттарова сама не поняла, как ему поверила. Взяла бокал в руки и залпом выпила содержимое.

* * *

— Тук, тук, тук…

Противный дятел стучал внутри головы и никак не хотел успокаиваться. К этому еще добавилось ощущение, что по ноге кто-то старательно ползет и при этом сильно щекочется. Ползет по ноге? В спальне интерната и тараканов никогда не было, не говоря про другую кровососущую живность. Но этот кто-то упорно поднимался все выше и выше. Юлька решила, что пора открывать глаза и повернулась на правый бок, чтобы посмотреть на часы, которые висели на противоположной стене. Каково же было ее удивление, когда под пальцами руки она вдруг ощутила не привычную поверхность казенной простыни, а что-то похожее на камни и траву. Девушка испуганно вскочила и заморгала.

Где она? С боку красовался цветущий куст жасмина, который наполнял воздух своим благоуханием. Но дятлы в голове не позволяли насладиться ароматом в полной мере. Посторонний запах заставил желудок совершить кульбит. И лишь усилием воли девушка сумела остановить приступ тошноты. Под попой ощущались жесткие камешки щебенки, которым был покрыт приствольный круг жасмина. Чуть дальше радовала зеленью скошенная трава газона. А за газоном виднелось знакомое здание интернатской кухни. Слава богу, она на территории интерната. Но почему на заднем дворе и лежит на земле?

Оглядев свое бренное тело, Саттарова обнаружила, что на ней бывшее когда-то шикарным выпускное платье, которое сейчас было сильно помято и испачкано зеленью. Туфли исчезли. А по босой ноге упорно полз вверх жучок, щекотку которого она первоначально приняла за таракана.

— Господи, Юля, что с тобой!

Подняв вверх глаза, обнаружила перед собой встревоженное лицо Розалии Назиповны.

— Девочка моя, ты куда вчера пропала? И что делаешь здесь в таком виде?

Юлька попыталась вспомнить, где была и почему лежит сейчас здесь. Но с ужасом обнаружила, что последним воспоминанием в ее голове было то, как они с Линой и Никитой пытались сбежать с территории интерната. А дальше была полная пустота.

— А Лина где? — с трудом разлепляя пересохшие губы, решила уточнить для начала.

— Твоя Луевская уже собрала чемодан и укатила подавать документы в институт культуры! А вот где ты была ночью? Почему тебя не было на территории? — покачала головой директриса. — Мы уже собрались в полицию заявлять о пропаже выпускницы, как тебя Никита Криков увидел лежащей здесь.

Они же собирались в ночной клуб? Или это ее воспаленная фантазия подкидывает какие-то странные идеи.

— Розалия Назиповна, — всхлипнула воспитанница, — я ничего не помню!

Из глаз девушки покатились крупные слезы, оставляя некрасивые пятна на и без того испорченном платье.

— Ох, Саттарова, от кого, но только не от тебя я ожидала такого сюрприза! — вздохнула женщина. — Встать сама сможешь?

Конечности хоть и плохо, но все-таки слушались. Правда идти мешала саднящая боль между ног. Но девушка ей не придала значение. Разве это важно, когда даже не можешь вспомнить, где провела ночь?

Директриса увела нарушительницу дисциплины в медпункт. Фельдшер бегло осмотрела девушку, но ни каких повреждений не нашла. А головную боль и странное поведение списала на незаконно испробованный алкоголь. Юлька же даже и возразить ничего не смогла, хотя ей точно казалось, что спиртного она вчера вечером не употребляла. Только другого разумного объяснения у нее не было.

* * *

Девушка сходила в душ, нацепила спортивный костюм и пошла к директрисе. Та явно ждала от нарушительницы порядка объяснений. Но Розалии Назиповны не оказалось на месте. Говорят, что хуже любого наказания лишь его ожидание. Юлька недовольно передернула плечами и поплелась на завтрак.

Столовая встретила ее привычным гомоном воспитанников. И тут до ее воспаленного мозга дошло, что это практически последний завтрак в доме, который за пятнадцать лет стал ей родным. Сегодня ее еще накормят, возможно, разрешать переночевать. А завтра все, прощайте все друзья и подруги. Ты теперь взрослая и самостоятельная девушка. Государство больше не намерено тратить на тебя деньги. Она знала, что по закону ей положено жилье и внеконкурсное поступление в вуз. Только это было еще все очень далеко и не понятно. А сейчас волновал вопрос, почему директриса не дождалась ее, чтобы высказать все претензии. Хотя, она уже для нее никто, просто бывшая выпускница.

Доковыряв через силу тарелку с вдруг ставшей в раз неаппетитной кашей, девушка встала из-за стола и наткнулась на печальный взгляд Розалии Назиповны.

— Поела? — уточнила директриса. — Тогда пойдем, поговорим.

И не оглядываясь, пошла в свой кабинет. Она даже не сомневалась, что Юлька идет следом. В кабинете девушка села в знакомое кресло. Обычно, сидя в нем, она делилась своими маленькими девчачьими тайнами и бедами с женщиной, которая в меру своих сил и служебных обязанностей заменила ей семью. Сегодня, как она предполагала, ее ждала выволочка. Но Розалия молчала, лишь внимательно разглядывала лицо воспитанницы и грустно качала головой:

— Ты думаешь, что я позвала тебя сюда для наказания? Если так, то ты ошибаешься. У меня больше нет прав тебя ругать или наказывать. Просто я хочу тебе сказать все, что думала про вашу дружбу с Линой все эти годы. Но тогда у меня на это не было прав. Сегодня же, думаю, они появились.

Брови Юльки удивленно поползли вверх. Она ждала чего угодно, но только не разговоров про дружбу. А женщина продолжала свой монолог дальше:

— Я не сомневаюсь, что вчерашняя вылазка прошла именно под ее руководством. Только где сейчас Луевская? Она благополучно разбирает свой чемодан в общежитии престижного вуза. А ты сидишь передо мной с понурой головой и даже не можешь вспомнить то, что произошло с тобой вчера. И не известно, какими последствиями для тебя это обернется в будущем. Дай бог, что только кратковременной потерей памяти.

— Розалия Назиповна! — попыталась было начать оправдываться девушка. Но директриса ее перебила:

— Саттарова, не имей привычки оправдываться, если ты не в суде. Что произошло, то произошло. Сегодня я разрешу переночевать тебе в интернате. Завтра с утра ты уедешь поступать. И мне очень хочется верить, что ты более разумно подойдешь к выбору друзей. Настоящая дружба, как и любовь, должна быть взаимной. А все остальное это болезненная зависимость. Иди и подумай над моими словами!

После этих слов женщина отвернулась к окну, давая понять, что аудиенция закончена. Девушке ничего не оставалось делать, как выйти из кабинета. А Розалия Назиповна тайком стряхнула набежавшую слезу. Вот еще одна любимица покидает стены детского дома. И хоть говорят, что педагогам нельзя иметь любимчиков, все равно их сердца к кому-то привязываются сильнее. И тем больнее провожать в большое плавание неокрепшую чистую душу. Будь ее воля, она усыновила бы их всех. Но никто не позволить стать директору детского дома многодетной приемной матерью. Они и так все ее дети, которые вырастают и разлетаются из гнезда, когда приходит время. И если богу бывает угодно, возвращаются сюда, но уже взрослыми состоявшимися людьми в качестве педагогов, воспитателей или других работников или меценатов. Вернется ли когда-нибудь Юлька? Пусть она хотя бы найдет достойное место в этой жизни.

* * *

Юлька тем временем начала собирать чемодан. Это нехитрое действо должно помочь отстраниться от грустных мыслей. Лучшая подруга, которая три последних года была для нее всем, уехала, даже н попрощавшись. Розалия Назиповна скорее всего права: не умеет она выбирать друзей… Но ведь дружба как и любовь появляется не за что-то, а часто вопреки всему. Или она не права? Девушка сложила очередное платье в дорожную сумку и протянула руки к белью, которое осталось лежать кучкой после душа. Постирать или сложить так? А вдруг не успеет до завтра высохнуть и придется везти в сыром виде?

И тут ее взгляд наткнулся на кровавое пятно на трусиках. Месячные? Они же у нее две недели назад закончились. Хотя цикл никогда не был у девушки регулярным. Сказывалась ее чрезмерная худоба, а на этом фоне нарушенный гормональный баланс. Но обычно случались задержки, а тут, наоборот, раньше времени. Что ж, придется точно стирать. И она, вздохнув, вновь отправилась в ванную.

Через полчаса сумка была собрана, за исключением мокрого белья и тех вещей, которые еще понадобятся утром. Видеть никого не хотелось. Разве что только поговорить бы с Линой и Никитой о том, что произошло вчера. Но они оба уже были за пределами интерната. Поэтому девушка забралась в кровать в ожидании утра и новой, неизвестной жизни.

Глава 2

В универ на отделение прикладной математики Юлия поступила без проблем. Во-первых, у нее были достаточно высокие баллы по ЕГЭ, во-вторых была льготная квота как у сироты, а в-третьих на физмат особого конкурса никогда не было. Все говорили, что поступить сюда легко, но вот учиться совсем даже не просто, да и с хорошей работой везло лишь избранным, а основная масса шла работать в школы.

Учитель математики Людмила Николаевна всегда говорила ученикам, что настоящим математиком может стать лишь тот, кто получает удовольствие от решения задач. Юлька это самое удовольствие получала. Поэтому и пошла учиться на физмат с легким сердцем.

Проблема появилась там, где ее совершенно не ждали: девушка вдруг начала катастрофически поправляться. Сначала она грешила на то, что это переход с выверенной до последней калории кухни интерната на студенческие перекусы ролтоном. Потом появилась слабость, головокружение, иногда с утра ее подташнивало. Не сказать, чтобы сильно, но на запахи она стала реагировать неадекватно. И только тошнота вроде бы прошла, как однажды, моясь под душем, Юлька заметила, что у нее шевелиться живот.

Первым делом она, естественно, полезла в интернет. Начитавшись различных статей, решила, что у нее завелись глисты. Единственное, что смущало, при глистах люди худеют, а она поправлялась. Поэтому покупать таблетки и травить подселенцев сразу не стала, а решила для начала сходить в медпункт.

Фельдшер, пожилая женщина с уставшими глазами внимательно выслушала девушку, осмотрела, помяла животик, который стал уже заметен. И задала неожиданный для девушки вопрос:

— Саттарова, ты совсем дурочка или как?

Юлька откровенно растерялась от такого хамского обращения, которое было совершенно неожиданно для медицинского работника.

— Наталья Владимировна, вы это про что? — решила уточнить девушка.

— У тебя, милочка, когда последние месячные были?

Кровь прилила к щекам пациентки. В чем ее подозревают? Но все же покорно ответила:

— 28 июня.

— А ничего, что сегодня 10 ноября? Тебя не смущает? — удивленно вскинула брови фельдшер.

— Нет, — покачала головой девушка, — у меня нарушение гормонального баланса. Поэтому месячные приходят нерегулярно.

— Похоже с балансом у тебя сейчас все в полном порядке. А шевелятся не кишки и не глисты, а ребеночек.

— Какой ребеночек? — не поняла она сразу.

— Какой-какой, твой и того молодого человека, который даже не соизволил предохраняться.

— Но у меня не было и нет молодого человека! — попыталась оправдаться девушка. — Вы, наверное, ошибаетесь!

— Милочка, оправдываться будешь перед своими родителями, а мне все равно, кто у тебя был или не был. Сходи лучше к участковому гинекологу. Думаю, он тебе доходчивее объяснит.

гинеколог подтвердил, что девушка на 20 неделе беременности. На таком сроке уже и аборты делают лишь по социальным показаниям. И хотя у Саттаровой эти самые показания были, она вдруг представила, что ее родители бы пошли по этому пути, и она никогда не появилась бы на свет. А еще вездесущий интернет подсказал, что на 20 неделе иногда делают настоящее кесарево сечение и достают живого человечка. Но только не донашивают его, как преждевременно рожденных, а просто оставляют умирать. В этот момент она поняла, что будет рожать.

Решить то решила, но тут же на голову свалился ворох новых проблем. Где жить с ребенком после родов? В общаге ее точно никто не оставит. Во что его одевать? И что есть молодой маме, которой нужно хорошее питание для достаточного образования молока?

У беременных и так психика неустойчивая. Не зря же всевозможные паблики пестрят анекдотами про те причуды, которые заставляют делать беременные жены своих мужей. У Юльки мужа не было, не было даже самой обычной подружки. После истории с Линой, она боялась с кем-то заводить близкие отношения, уверовав в то, что не умеет выбирать друзей. Ей бы сейчас выговорится, поделиться с кем-то своими действительно серьезными проблемами. Только близкий человек Розалия Назиповна жила и работала в другом городе. Да и нужны ли ей проблемы бывшей воспитанницы? Поэтому когда стало совсем невтерпеж, Юлька уткнулась лицом в подушку и тихонечко заскулила. Благо в комнате она жила одна, так как никто не захотел соседствовать с детдомовкой. Одногруппники почему-то считали, что детдомовцы все болеют педикулезом и склонны к воровству. Она же посчитала ниже своего достоинства разубеждать их в этом. Говорила же Розалия Назиповна: «Не оправдывайся». Или она имела в виду что-то другое?

В дверь комнаты неожиданно постучали, и без ожидания она распахнулась. На пороге стояла грозная комендантша общежития тетя Галя. Тетю Галю боялись все без исключения студенты. Не дай Бог, ты опоздаешь к закрытию общежития в 24–00 или что-то сломаешь, тогда пощады не жди. Комендантша разложить тебя по запчастям и обратно не соберет. Но в этот раз она пристально уставилась на Юльку и сурово спросила:

— Ты чего тут сырость разводишь, казенное имущество портишь?

— Я не порчу, — испуганно отозвалась девушка. — Я все заканчиваю плакать.

— Знать не велико твое горе, коли можешь так по приказу замолчать. А то воешь на всю общагу.

Юльке почему-то стало обидно, и она решила ответить:

— Горе у каждого свое. Вам оно может показаться маленьким, а для меня очень большое.

— Хахаль что ли бросил? — хмыкнула блюстительница порядка.

— Хуже, — помрачнела Юлька, — у меня его и путем не было, а вот ребеночка он мне заделал.

Девушке стало настолько невыносимо, что она рассказала свою невеселую историю той, кого должна была бы бояться больше всего. Ведь именно от тети Гали зависело то, когда ее выкинут из общежития. Женщина слушала девушку, не перебивая, лишь качала головой, то ли соглашаясь, то ли отрицая. Когда она высказалась, то поняла, что на душе стало легче не зависимо от исхода этой странной беседы. Комендантша задумалась на минутку, а потом сказала:

— Рожать, я так понимаю, тебе в марте? — и, получив подтверждающий кивок головой, продолжила. — Тогда до окончания сессии тебя никто не тронет. А вот потом придется взять академку. Я, конечно, могу попытаться тебя оставить, но это продлиться лишь до первой проверки. Когда она придет, один ректор ведает. Поэтому будет лучше, если ты уже прямое сейчас займешь место в реабилитационном центре для нуждающихся женщин. Они тебя там продержат до того времени, когда ребенку исполниться год. А там, глядишь, еще какое-нибудь решение найдется.

* * *

Мужики часто твердят, что если ты не был в армии, то ты не мужчина. Женщины же отвечают тем, что настоящая женщина должна пройти все прелести роддома. Помочь в этом непростом вопросе Юльке было некому. Она устроилась в реабилитационный центр и спокойно дожидалась важного события в своей жизни. Девушек там обучали специалисты: как дышать, где массировать, как пеленать, когда ребеночек появиться на свет. Но просто по-человечески поговорить ей было не с кем.

И, видимо, на почве нехватки общения ей начали сниться странные сны. К девушке стала приходить в видениях красивая женщина с волосами, цветом напоминающий лунный свет, добрым голосом и ласковой улыбкой. Юлька почему-то была уверена, что это ее мама. Разумного объяснения она дать не могла. Но это объяснение с нее никто и не спрашивал. Женщина говорила, что все будет хорошо, что девушка со всем обязательно справиться и все у нее образуется.

А в одну из ночей к ней вместо женщины пришел мальчик. Во сне ему было три или четыре года. Точно возраст у ребятишек она определять не умела. Важно было то, что ребенок мог уже хорошо разговаривать. Он подбежал к Юльке, вернее к ее образу во сне и бросился обнимать за шею со словами:

— Здравствуй, мамочка! Я рад, что скоро мы с тобой увидимся!

— Здравствуй, Ванечка! — ответила ему Юлька из сна, тиская в объятиях и целуя темную вихрастую макушку.

— Значит, меня будут Иваном звать? — улыбнулся малыш.

На последнем УЗИ доктор подтвердил, что у нее будет мальчик, поэтому она решила, что он станет Ванечкой. С этим проблем не возникло. Вдруг малыш задал вопрос, на который наяву ответа у нее не было:

— Мама, а какое у меня будет отчество?

Матери-одиночки обычно дают отчество детям по имени биологического отца ребенка или по имени своего собственного родителя. Как звали в реальности папу, Юлька не знала. Отчество «Сергеевна» ей придумала Розалия Назиповна. А как звали того, кто сотворил ей это чудо, она даже не догадывалась. Поэтому и во сне девушка растерялась:

— Я не знаю!

— Тогда я буду Александровичем! Ты, мамочка, не возражаешь?

— Иван Александрович? — задумалась Юлька из сна. — Что ж, звучит красиво. Я не возражаю. Но почему ты выбрал именно это имя?

— Я хочу дать подсказку моему папочке. Пусть он тоже узнает, что у него есть я!

Хотела ли Юлька дать подсказку «папочке»? Скорее она хотела плюнуть в его наглую рожу или съездить по ней кулаком. Беда была в том, она не знала, где эту самую рожу искать и как ее узнать. И лишь глазенки сыночка необычного сапфирового цвета что-то смутно ей напоминали.

Проснувшись утром, девушка погладила себя по ставшему очень объемным животику и прошептала:

— Здравствуй, Иван Александрович!

И в этот момент ее скрутила резкая боль, а по ногам потекла непонятная жидкость.

— Вот и началось! — только и успела подумать она.

* * *

Юлька думала, что готова ко всему. Но те девять часов непрерывной боли и ощущение того, что тебя просто ломает пополам, практически лишили ее сил. Акушерка внимательно прощупала готовящийся к выходу плод и коротко бросила:

— Крупненький, а таз узенький. Дай Бог, сам пройдет!

После этой небрежно брошенной фразы, в мозгу девушки засела только одна фраза:

— А если не пройдет?

Во время приступов боли она успела проклясть всех: и неизвестного папашу, и весь мужской род, и такое несправедливое распределение ролей в человеческом мире. Но когда к ее груди приложили сверток с копошащимся малышом, она забыла про все на свете. Ванечка показался в тот миг самым красивым, самым желанным ребенком на свете.

В центре во время бесед с психологом ей предлагали оставить ребенка в доме малютки.

— Ты же выросла в детдоме, ничего с тобой не случилось. И ребеночку твоему там будет хорошо! А так только и будешь, что нищету плодить. На что вы с ним жить будете?

При этом психолог десять раз успевала повторить, что она говорит те вещи, которые говорить не должна. Но в случае с Саттаровой это лучший выход. Юлька уже начинала задумываться над таким решением проблемы. Да только эти пять минут после родов расставили все по своим местам. Она будет браться за любую работу, может ночей не спать, но ребенок будет расти только с ней.

А через три дня ее в кабинет пригласил неонатолог. Седой, худощавый мужчина долго смотрел в окно, ничего не говоря посетительнице. Юлька сначала была спокойной, но потом сильно занервничала:

— Доктор, что с моим сыном? Он чем-то болен?

— Нет, со здоровьем младенца по большому счету все в порядке. Но есть одно большое но…

Мужчина задумчиво потер подбородок, словно раздумывая как продолжить разговор дальше. Девушка не выдержала и вспылила:

— Что за но? Не мучайте меня, пожалуйста!

— Я не могу быть уверен на сто процентов, — заговорил, наконец, он, — но высока вероятность, что ваш ребенок будет слеп. Точно это можно будет определить, когда он подрастет.

— Почему вы так говорите? — не веря в происходящее, тряхнула головой девушка. — Разве это можно определить у новорожденного?

— По большому счету нет, вы правы. Ради интереса присмотритесь к глазкам у ребятишек, которые лежат в вашей палате. У всех без исключения детей в первые дни глаза бывают мутного цвета с синеватым отливом. И лишь, когда ребенок становиться старше они приобретают голубой, карий, зеленый или серый цвет. А какого цвета радужка у вашего сына?

Юлька замерла, потрясенная. Глаза у Ванечки были яркие, прямо сапфировые с сиреневыми прожилками и абсолютно прозрачные, как во сне у того малыша. Оказывается, это патология…

— Доктор, почему вы думаете, что это признак слепоты?

— Это не признак слепоты, это признак патологии глазного яблока. А они очень часто соседствуют между собой. Подумайте, может стоит отдать ребенка в спец-интернат? Там ему будет лучше.

— Нет! — Саттарова посмотрела на неонатолога как на врага народа. — Мой сын будет расти вместе со мной! Я знаю не понаслышке, что такое детский дом. У моего сына будет семья!

И хлопнув дверью, девушка выбежала в коридор.

* * *

Есть народная мудрость, которая гласит: верь в лучшее, но готовься худшему. И Юлька готовилась. Все молодые мамочки в центре обсуждали, как меняется цвет глазок их малышей. У кого-то они приобретали мамин цвет, у кого-то папин, некоторым крохам посчастливилось стать похожим на бабушек или дедушек. И лишь Ваня Саттаров смотрел на мир все теми же сапфировыми глазенками. Слава Богу, что смотрел! Неонатолог ошибся. Мальчик видел и радостно агукал, кода к нему приближалась любимая мамочка. Девушка не обижалась на доктора, он делал все из лучших побуждений. Они прошли с сыном не одного офтальмолога. Все как один утверждали, что радужка у мальчика уникального цвета. Сиреневые прожилки у людей не встречаются в принципе. Но других патологий не находили, объясняя это неправильным разрастанием кровеносных сосудов в радужке.

Исходя из тяжелого положения, девушке разрешили остаться в центре до тех пор, пока ребенку не исполниться полтора года. Тогда его можно будет отдать в ясельки, а маме устроиться на работу. Юлька очень хотела продолжить учебу, но на физмате не было заочного отделения, а только вечернее, и только платное. Поэтому перед ней стояла задача номер один: найти работу. В садик Ваню брали по льготной очереди, как ребенка матери-одиночки. И сейчас она бегала по всевозможным собеседованиям в поисках приемлемого варианта. А так как сына оставлять было не с кем, приходилось брать его с собой.

Понятно, что в центре суперсовременных модных колясок не было. Молодые мамочки могли пользоваться лишь тем, что передали благотворители. Поэтому коляски были доисторические: такие корытца на колесиках. Но и они оказывали неоценимую услугу, позволяя ребятишек не носить постоянно на руках.

А вечерами, когда все дневные хлопоты подходили к концу, Юля любила гулять с сыном по набережной, на которой стояло здания центра. Ванька с удовольствием бегал по брусчатке, разгоняя голубей. А потом сладко засыпал, убаюканный мерными покачиваниями. В это время у девушки появлялось время для себя. Она могла подумать обо всем, что с ней произошло, построить планы на будущее, поискать выход из непростых ситуаций, которые встречались на ее пути. И хотя соседки ее ругали, так как ребенок потом не засыпал часов до 12 ночи, она не могла себе отказать в этих часах душевного комфорта.

Сегодня к вечеру погода испортилась. Начал накрапывать дождик. Но идти в душное помещение совершенно не хотелось. Она уложила сынишку в «корытце», закрыла сверху непромокаемой накидкой и подняла капюшон коляски.

Убедившись, что капли не попадают на малыша, медленно побрела вдоль реки. За раздумьями не заметила, что дошла до старинного моста, на который смотрела обычно только издали. Пройдя под сводчатыми перекрытиями, поняла, что брусчатка закончилась, и колеса коляски утопают в вязком песке. Ехать дальше было бессмысленно, и она повернула обратно. Но когда вышла на набережную, не узнала место, в котором очутилась. Город, в котором она жила последние два года невероятным образом исчез, открывая ее взору совершенно другую местность.

Юлька растерялась. Как она умудрилась заблудиться? Куда ей идти с маленьким ребенком? Она как-то смотрела передачу по РЕН-ТВ. Там рассказывали про то, что под мостами иногда появляются проходы в параллельные миры. Испугаться или запаниковать она пока не успела, поэтому повернула обратно, надеясь, что этот нехитрый маневр вернет ее в привычный мир. Но ничего не изменилось: это была незнакомая набережная, вдали за которой виднелся то ли замок, то ли дворец с острыми пиками башен. По крайней мере, это было жилье. И она направилась в ту сторону, надеясь, что ей не откажут в приюте.

Глава 3

Это был непонятный мир, но нудный дождик очень по-земному поливал медленно бредущую в сторону замка попаданку. На улице все еще был август, но осадки больше уже напоминали осень. И Юлька очень надеялась, что сможет добраться до жилья до того, как стемнеет. Но величественное строение было словно зачаровано: сколько она не шла, замок ближе не становился. Девушка уже откровенно начала бояться, не мираж ли это, хотя берег реки пустыней не был.

И тут, словно из-под земли перед ней выросли три мужские фигуры. Мужчины были закутаны в какие-то темные балахоны. Саттарова любила в свое время сказки и зачитывалась Гарри Поттером. Естественно, смотрела и экранизацию книги. В кино эти балахоны называли мантиями. Хотя в ее представлении мантией назывались красные накидки, обитые мехом горностаев, которые носили на своих плечах монархи. Но еще интереснее были головные уборы незнакомцев. Они напоминали шлемы древнеримских легионеров, только были украшены кожистыми крыльями.

Один из мужчин немного вышел вперед и слегка поклонился девушке. Она решила, что это, скорее всего, начальник и тоже ответила легким поклоном. И тут мужчина заговорил. Его язык не был похож ни на один из языков, который ей доводилось слышать. В школе она учила английский. Немецкий, французский и другие близкородственные языки могла определить хотя бы по звучанию. В детском доме было много сотрудников, которые говорили на татарском языке. Она его не знала, но тюркские языки по звучанию тоже определить могла. Мяукающие звуки китайского или японского говор мужчин также не напоминал. Говорят, что иностранцы воспринимают русский язык как очень грубый, рычащий и агрессивный. Именно таким ей показался говор незнакомцев. Но русским он точно не был. Поэтому девушка пожала плечами и, виновата улыбнувшись, сказала:

— Простите, я вас не понимаю!

Мужчины удивленно переглянулись и попытались что-то сказать ей еще. Но она лишь развела руками:

— Ни единого словечка!

Тогда они начали ее подталкивать в сторону замка и показывать рукой, что нужно двигаться именно туда. Девушка согласно кивнула головой и пошла. Начальник отдал какое-то распоряжение, и один из мужчин попытался забрать коляску с ребенком. Но Юлька отчаянно вцепилась в ручку и как разъяренная львица зарычала на растерявшийся патруль (а это был именно он), давая понять, что это она не отдаст. Мужчины пожали плечами, показывая, что им все равно и пошли рядом, окружив девушку с трех сторон и отрезая ей пут к бегству. Если бы она была одна, возможно и попыталась бы сбежать. Хотя куда и зачем не представляла. Но с сыном на руках решила не рисковать и покорно пошла в указанном направлении.

В окружении конвоя замок приблизился на удивление очень быстро. И буквально через пять минут она уже входила в высокие тяжелые ворота. За воротами обнаружился широкий двор, выложенный черным булыжником и фонтан в центре. В солнечные дни, наверное, он привлекал к себе взгляды, сияя золотой фигурой дракона, из пасти которого вырывались струи. Стоя же в сумерках под дождем, дополнительная сырость совершенно не радовала. Конвой мокнуть под усилившимися осадками тоже не хотел, и девушку направили к одной из дверей.

Она с некоторой опаской вошла в огромный зал с высокими потолками. Мужчина снова попытался забрать коляску, но гневного взгляда хватило на то, чтобы он поднял руки вверх, давая понять, что больше ее не тронет. Пол и колонны были из белого в черную крапинку камня, напоминающего мрамор. По центру зала находилось то, что можно было бы принять за лестницу, только вот ступенек на ней не было. Мраморное полотно уходило пятнистой лентой куда-то вверх. Юльку подвели к краю, слега подтолкнули. Девушка спокойно вступила, везя коляску за собой, но потом чуть не завизжала от страха: полотно вздрогнуло и, набирая скорость, поползло вверх. Если бы не спящий Ванечка, промолчать ей вряд ли бы удалось.

Подъем продолжался пару минут. Заем они оказались перед другим помещением, которое в нашем мире Юлька бы назвала приемной начальника. Старший конвоир взял ее за руку и проводил в большой кабинет, который скрывался еще за одной дверью. Двое других остались ждать снаружи.

В кабинете за большим черным столом сидел совершенно обычный мужчина с абсолютно белой шевелюрой и прозрачными голубыми глазами. Глубоки морщины у глаз, которые в народе зовут «гусиными лапками», подсказывали, что волосы на его голове, скорее всего, не белые, а просто седые. Хотя девушка дала бы ему лет сорок от силы. Мужчина что-то отрывисто спросил у провожатого. Тот рукой показал на посетительницу и быстро-быстро заговорил. Хозяин кабинета подошел к Юльке, сухой холодной рукой приподнял ее голову за подбородок таким образом, чтобы она смотрела ему в глаза и произнес:

— Эрр гроим пирар?

— Я вас не понимаю, — вздохнула девушка и отрицательно покачала головой.

Мужчина в ответ кивнул и убрал руку от ее лица. Не успела она выдохнуть, как тот снова бесцеремонно схватил ее, только уже в этот раз давя ладонями на виски. Ей показалось в какой-то миг, что ее голову хотят раздавить как арбуз на базаре. Она уже хотела было вывернуться, но голову также неожиданно отпустили. Мужчина еще раз повторил свой вопрос. Только на этот раз слова были понятными:

— Теперь ты меня понимаешь?

Юлька удивленно вскинула глаза на стоявшего рядом и коротко ответила:

— Да.

— Что ж, уважаемая. Позвольте поприветствовать вас на территории Академии всех наук! И откуда забросило столь очаровательную леди к нам в Ильбрук? — растянул в улыбке тонкие губы мужчина.

Юлька похлопала ресницами от столь неожиданного перехода, замешкалась на несколько секунд, а потом решила, что пока с ней нормально разговаривают, нужно отвечать взаимностью. И, похоже, РЕН-ТВ были правы: под мостами действительно существуют порталы в другие миры. Другого разумного появления в этом суровом кабинете она для себя не находила:

— Меня зовут Саттарова Юлия Сергеевна, я с планеты Земля.

— Очень приято! — слегка поклонился мужчина. — Ректор академии Аскольд терр Винсент. Только давайте немного разберемся, мне с планетой Земля особо сталкиваться не приходилось.

— А вы знаете о нашем существовании? — Юлькины брови удивленно поползли вверх.

— Да, техногенный мир с огромным количеством языков и почти полным отсутствием магии. Вернее она у вас есть, но ее развитием никто не занимается.

— Пожалуй, вы правы, — подтвердила она кивком головы. — Что же вам не понятно?

— Юлия Сергеевна Саттарова, — четко выговаривая незнакомые слова, произнес мужчина. — Которое из этих слов собственное имя, которое имя рода и что обозначает третье слово, ваш титул?

— Юлия — это мое имя, Саттарова — имя рода, а Сергеевна — отчество, его дают в честь имени отца. Титула у меня нет.

— Получается, что вашего отца звали Сергеев Саттаров? — заинтересованно переспросил господин Аскольд.

— Нет, — рассмеялась звонко девушка. Ей почему-то было легко рядом с этим мужчиной, не смотря на его высокий статус. — Моего отца завали бы Сергей. А Сергеевна — это склонения на моем родном языке.

— А почему завали бы? Он умер? — поинтересовался ректор.

— Да.

— Простите, я не подумал.

— Ничего страшного. Это случилось уже очень и очень давно. Вы можете отправить меня обратно на Землю? — решила задать волновавший в первую очередь вопрос девушка.

— Боюсь, что нет, — покачал головой мужчина. — Ирр, где вы ее нашли?

Вопрос адресовался все еще стоявшему у входа начальнику патруля.

— Около старого моста, терр ректор, — ответил тот с готовностью.

— Я так и думал, — вздохнул, качая головой, хозяин кабинета.

— Но почему нет? — возмутилась Юля. — Я же никуда не проваливалась, в аварии не попадала, запретных дверей не открывала. Просто прогулялась под мостом туда и обратно.

— Портал под мостом не поддается магическому влиянию. Им пользуются по своему усмотрению высшие силы. И раз вас забросило сюда, то это неспроста. Если же мы переместим вас обратно, то могут быть очень неприятные последствия, как для нашей страны в целом, так и для вас лично. Вас кто-то ждет на Земле? Кто-то будет беспокоиться?

— Нет, — опустила глаза девушка — Я круглая сирота. Там меня никто не ждет.

«Если только санитарка в центре будет волноваться, почему не пришла на ужин. Можно ли выливать ее порцию в ведро для отходов, которыми она кормила дворовых кошек», — подумала, но вслух этого она не произнесла.

— Тогда будем считать, что мироздание направило вас на учебу в нашу академию. Надеюсь, вы любите учиться?

— Учиться люблю, но… — договорить она не успела. Проснулся Ванечка и громко оповестил об этом присутствующих ревом.

— Кто у вас там? — удивленно распахнул глаза ректор.

— Она нам к этой тележке прикасаться не дала! — тут же доложил Ирр. И в этот же миг в его руках появилось что-то, напоминающее средневековый меч. Только клинок оружия светился призрачным голубым светом.

Юлька быстро подбежала к коляске и взяла на руки зареванного малыша.

— Это мой сын! — с вызовом ответила девушка. — И уберите свою игрушку! Он слишком маленький, чтобы причинить кому-то вред.

Вторая половина ее гневной речи была обращена к Ирру, вернее, к его клинку.

— Сын? — удивились оба мужчины в унисон.

— Но вы же сказали, что на Земле вас никто не ждут. А как же муж? Вы сбежали от собственного мужа? — не перестал удивляться ректор.

— Я не замужем, — ответила холодно девушка и гордо задрала подбородок. Это была ее защитная реакция на вопрос, ответ на который ей приходилось давать довольно часто.

— Бастард? — хмыкнул Ирр.

— Да, если вам так угодно, — ответила попаданка.

— И как вы собираетесь учиться с ребенком на руках? — вопросительно посмотрел на девушку ректор.

— Я, вообще-то, учиться не собиралась. В своем мире через неделю должна была выйти на работу, а Ванечку отдать в детский сад, — нетерпеливо дернула плечом Юлия. Учиться-то она очень хотела, но, похоже, и в этом мире такое чудо не возможно.

— А что такое детский сад? — поинтересовался Ирр. — Туда детей садят?

— Нет, — засмеялась девушка. — Там работают специальные няньки, которые присматривают за детьми, пока мамы работают.

— Ваши мужчины не в состоянии прокормить своих женщин? Или это только для бастардов? — продолжал любопытствовать Ирр.

Пока Юля объясняла парню, что к чему, терр Аскольд прислушивался к голосу попаданки. Если он закрывал глаза, то слышал голос сестры, которая пропала двадцать лет назад. Такой же низкий мелодичный звук, который никак не сочетался с хрупким телом Иллии. Может ли эта самая Юля оказаться его племянницей? Только Иллия была голубоглазой блондинкой. Цвет ее волос напоминал свет луны, а глаза походили на бездонное небо. А девочка же была смуглянкой. Почти черные глаза и такие же темные волосы никак не вязались с внешностью сестры. Но голос, голос был точно таким же… Поэтому он должен что-то придумать и оставить ее в академии. А там будет время разобраться со всеми тайнами. Хотя наличие бастарда может очень сильно помешать.

— Юля, а ты не хотела бы отдать своего ребенка на содержание в королевский приют? — решил уточнить терр Аскольд.

— Да вы все сговорились что ли? — неожиданно вспылила девушка. — Это мой и только мой ребенок. И растить я его буду сама. Не можете меня оставить в академии, я пойду искать работу. Думаю, что и в вашем мире посудомойки тоже нужны.

— Не кипятись, раньше времени. Не хочешь расставаться с ребенком, не будешь, — поморщился мужчина. — Ирр, остальные ребята знают, что лежало в этой тележке?

— Нет, терр ректор. Мы даже не догадывались. Только не могли понять, почему девушка не позволяет нам ей помочь.

— И правильно сделала. Вам, орлам, только маленьких детей доверять! Тебе придется принести клятву о неразглашении того, что ты здесь слышал.

— Как скажете, терр ректор, — пожал парень плечами. Его любопытство было удовлетворено, за исключением некоторых нюансов. А парням он ничего не расскажет. Пусть считают, что эта девчушка обычная попаданка, которые редко, но все же иногда появляются в их мире.

— А вы с сыном сегодня заночуете в моем доме. А завтра придумаем, что делать! Время уже позднее и малышу пора спать.

Что делать, как жить дальше в незнакомом мире Саттарова не представляла. Поэтому ей только и осталось надеяться, что ректор не положил на нее глаз, решив, что мама бастарда может быть легкодоступной особой.

Он же, словно услышав ее сомнения, добавил:

— О своей репутации не беспокойся. Я живу с мамой. Она будет вполне достойной для тебя компаньонкой.

Юлька только усмехнулась про себя, считая, что ее репутации уже давно ничего не угрожает. Хуже бывает, но реже. А терр Аскольд посмотрел на малыша, который сидел на бедре у мамы и тянул ее локон в рот, при этом довольно бормоча только ему понятные звуки. Возможно после появления этого чуда в их доме, матушка отстанет от него с женитьбой. Она давно мечтала о внуках, а так сразу готовый малыш.

* * *

На улицу уже опустился сумрак. Лишь фонари освещали аллею, по которой шли попаданка и ректор. Терр Аскольд катил перед собой детскую коляску, но ребенка в ней не было. Ванечка сидел на руках у мамы и с любопытством разглядывал темнеющую аллею незнакомого мира. Понятно, что ему было абсолютно все равно, какой вокруг мир. Но он никогда не видел этого дядю и таких забавных лампочек, которые переливались всеми цветами радуги, хотя свет от них падал обычный желтоватый.

— Нам еще далеко идти? — поинтересовалась девушка. — Становится прохладно, и я боюсь простудить ребенка.

— Нет, вон за тем поворотом уже будет мой дом, — отозвался мужчина. — Давайте, я понесу ребенка, и мы пойдем быстрее.

— Боюсь, что к незнакомцу он не пойдет! — покачала головой Юлька.

— Не попробуем — не узнаем! — философски заметил терр и ловко перехватил Ваню у мамы.

Ванька на удивлении воспринял это перемещение спокойно, и лишь недовольно запищал от того, что короткие волосы мужчины не доставали до его рта. Хваткие пальчики упорно тащили шевелюру мужчины туда, а Аскольд только смеялся и пытался вытащить свои волосы без помощи рук.

— Вы, наверное, много нянчились? Вас дети любят, — уточнила девушка.

— Не поверишь: это первый младенец, которого я держу на руках. А то, что мы нашли с твоим сыном общий язык, даже меня немного шокирует! — с улыбой ответил ректор.

За разговорами они не заметили, как подошли к небольшому домику на задворках академии. От казенной территории его отделял небольшой сад за решетчатым забором. Мужчина ловко поправил сидящего на руках малыша и распахнул калитку, пропуская девушку с коляской вперед.

Рядом с крыльцом дома был небольшой навес, под которым стоял столик и несколько кресел. Терр махнул в их сторону рукой и сказал:

— Тележку свою там поставь!

Юлька хихикнула про себя. Никто и никогда в ее мире не называл детскую коляску тележкой. Но никто из ее мира, по крайней мере, среди знакомых, не оказывался в ином измерении. Мужчина тем временем легко зашел на крыльцо и распахнул дверь:

— Добро пожаловать!

Девушка поспешила за ним следом. Зайдя в просторный холл, она замерла от восторга. Помещение напоминало интерьер какого-то исторического музея. Картины на стенах в тяжелых рамах, изысканная мебель на гнутых ножках и тяжелые бархатные портьеры кричали о достатке этого дома, но при этом не переходили грани показухи и вычурности.

— Как красиво! — только и смогла произнести гостья. — И вы здесь живете?

— Да. А что тебя не устраивает? — удивился хозяин дома.

— Меня все устраивает, просто у нас в таких домах только цари жили.

— Цари? А это кто такие? — удивился терр.

— У нас в стране так называли монархов. У вас здесь монархи есть или вы живете в республике? — не переставая разглядывать обстановку, ответила Юлька. Ваня, которого отпустили на пол, тоже отправился обследовать окружающую обстановку.

— Нет, у нас монархия, — только и успел проговорить Аскольд, как из глубины дома раздался женский голос:

— Кольди, ты Иллию нашел?

С этими слова в холл выбежала пожилая женщина в чепце и ночной рубашке, которая скрывала ее с головы до пят. Она явно очень сильно торопилась, так как ее грудь просто вздымалась от тяжелого дыхания. Женщина резко остановилась и растерянно оглядела холл. Ее взгляд сфокусировался на гостье и брови поползли вопросительно вверх:

— Кольди, это кто?

Глава 4

— Кольди, это кто?

Голос женщины прозвучал крайне удивленно. Но ректор постарался как можно быстрее остудить энтузиазм родительницы:

— Мама, это новая адептка академии. Просто она прибыла достаточно поздно, и я не смог определить ее в общежитие. Девушка сегодня переночует у нас.

Взгляд женщины сразу потух, а она сама словно разом постарела на пару десятков лет. Медленно развернувшись, она побрела вглубь дома, где, видимо, располагались хозяйские спальни. В это самое время Ванечка, обрадованный тем, что никто его ни в чем не ограничивает, залез на стул и постарался добраться до большой фарфоровой собаки, стоявшей на столе. Собака опасно накренилась и с грохотом упала на пол. Женщина вздрогнула и снова развернулась к источнику звука. Увидев ребенка, ее лицо снова ожило, и на нем появилась озорная улыбка.

— Какая милая кроха! — восторженно произнесла хозяйка дома, не обращая внимания на испуг Юльки и упавшую фигурку.

— Мама, — возмущенно засопел Аскольд, — это не то, что ты думаешь!

— Тогда почему она говорит голосом Иллии? — женщина показала узловатым пальцем с массивным перстнем в сторону гостьи. Юлька ничего не могла понять: чей голос, о чем думает мама терра ректора, почему на пальце явно только что проснувшейся женщины надет массивный перстень? Она в нем спит?

Следующая фраза мужчины немного прояснила ситуацию:

— Мама, это не мой ребенок! И если бы даже это было так, почему его мать должна вдруг заговорить голосом Иллии?

— Я тебе не верю! — возмутилась женщина. — Ты все от меня скрываешь!

Затем она развернулась к Юльке и потребовала:

— Милая, поклянись, что отец этого чудного малыша не мой сын!

Краска прилила к лицу девушки, и она чуть слышно прошептала:

— Я не могу в этом поклясться!

Старшая женщина с торжеством поглядела на сына, а с лица того медленно сошла вся краска:

— Ты смеешь утверждать, что это ребенок мой?

Аскольд не верил своим ушам. И он сам привел ее в свой дом?

Но девушка лишь покачала головой:

— Нет, терр ректор. Этого я не утверждаю.

— Тогда что значат твои слова? — пожилая женщина подошла к ней ближе и вопросительно заглянула в лицо.

Юлька набрала больше воздуха в грудь, вдохнула, и также тихо ответила:

— Я не знаю, кто отец моего ребенка. Им может оказаться любой мужчина.

— Ты продавала свое тело за деньги? — на лице хозяев отразился ужас.

— Нет, что вы, — поспешила успокоить их девушка, запоздало поняв неоднозначность своей фразы. — Просто случилось так, что я потеряла память. Из моей жизни навсегда исчезло несколько часов. Я не помню, как занималась с кем-то сексом. Мне всегда казалось, что этого еще не происходило в моей жизни. Но внезапно обнаруженная беременность развенчала мою уверенность.

— Разве так может быть? — старая женщина медленно опустилась в кресло, зажав рот ладошкой.

В это время Ваня подошел к знакомому уже дяденьке и потянул его за штанину, требуя, чтобы его взяли на ручки. Мужчина посмотрел вниз и удивленно произнес:

— Судя по глазам этого ребенка, все может быть! Милая, кому ты встретилась на пути?

— А что не так с его глазками? — испугалась тут же Юлька, поднимая сынишку.

— Завтра я вас протестирую на наличие магических сил, — ответил, немного подумав, терр ректор. — Тогда точно смогу ответить на твой вопрос. Но однозначно, вы не просто так попали в наш мир.

* * *

выделили отдельную комнату, предварительно извинившись, что в доме нет детской кроватки и спать им придется вместе. Юлька с Ванечкой умудрялась спать и на узкой однушке с панцирной сеткой, когда у ребенка обнаружили подозрительную сыпь на попке и их положили в больницу. А тут было целое великолепие, где с легкостью могло бы уместиться четверо взрослых, и радость от того, что им не придется ночевать в неизвестном месте на улице, и вкусный ужин, который расторопная служанка принесла в их комнату. Для Юльки, которая не знала другой жизни, кроме интерната да общаги, это была самая настоящая сказка. А Ванечка пока еще не осознавал такой важной перемены в жизни. Разве что в комнате был теплый пол и ему разрешили побегать босиком.

Девушка набрала воды в огромную ванну, которая на проверку оказалась еще и с функцией бурлящих струй. Они с Ванькой залезли вместе, так как посидеть с ним было не кому. И вместе же весело ловили вырывающиеся на поверхность пузырьки, дружно хохоча и плескаясь. Затем она укутала малыша в большое мягкое полотенце, сама надела приятно пахнущий банный халат, висевший на крючке. Они с аппетитом поели и легли спать. Сын видел хорошие сны, а мама старалась отогнать от себя тревожные мысли о непонятном будущем. Но тревоги прошедшего дня дали о себе знать, усталость навалилась незаметно, и Юлька тоже уснула.

* * *

А в это же время мадам Амалия терр Винсент устроила допрос своему единственному сыну.

— Кольди, ты можешь мне поклясться, что это не ты отец ребенка?

— Мама, я же уже сказал!

— Но девочка этого не подтвердила. Она сказала, что не помнит!

— Но я-то памяти не терял. И если бы вступил в отношения с этим ребенком, то точно бы не забыл. Для этого нужно быть сумасшедшим!

— Во-от, и я про тоже! — растягивая гласные, тут же подхватила герцогиня. — Может ты забыл или у тебя было помешательство?

— Мама ты видела глаза этого мальчугана? Я сомневаюсь, что попаданка обладает ментальной магией. А они именно на это указывают. Плюс провал в ее памяти. Какой-то подонок переспал с девушкой и стер ее воспоминания!

— Хорошо, предположим, убедил, — согласно кивнула головой пожилая женщина. — Кольди, ты спросил у девушки, кто ее родители?

— Да, мама. Она ответила, что они умерли.

— Наверное, пришло время признать, что моя крошка Иллия покинула этот бренный мир, — вздохнула терр Винсент.

— Я тебе, вообще-то об этом уже лет десять твержу, — вздохнул в ответ мужчина. — Но моих слов ты не слышишь.

— Ты понимаешь, что у нее голос моей девочки!

— Я это тоже услышал. Но скажи на милость, как у светловолосой и голубоглазой женщины мог родиться такой смуглый ребенок?

— А вот это зависит от отца ребенка! — усмехнулась герцогиня. — Вопрос только, куда она от нас сбежала и с кем спуталась! И почему ее дочь оказалась запертой в другом мире!

— Мама, я тебе клянусь, что обязательно все проверю и перепроверю! Но давай ей пока об этом говорить не будем. Зачем давать ложные надежды, если они могут не оправдаться! — с просящими ноткам в голосе резюмировал мужчина.

* * *

Утром Юлька проснулась от непривычной тишины. Не открывая глаз, она пощупала кровать рядом с собой и с ужасом обнаружила отсутствие сына. Сон тут же как рукой сняло. Девушка резко вскочила на ноги и огляделась.

Незнакомая спальня с тяжелыми портьерами на окнах, сквозь которые просачивался слабый утренний свет. Мягкий ковер с длинным ворсом, журнальный столик с двумя креслами, комод с зеркалом и кучей разных бутылочек и баночек непонятного назначения и абсолютное отсутствие Ванечки. Девушка туже затянула пояс халата и выбежала в коридор.

С первого этажа доносились какие-то непонятные звуки и смех ее ребенка. Не раздумывая о том, что в банном халате по дому аристократов разгуливать не прилично, она полетела на звук.

Мадам терр Винсент сидела в глубоком кресле и качала на ноге ребенка. Ванька держался за ее узловатые руки, подпрыгивал каждый раз, когда его ножки касались земли и заливисто хохотал. Девушка остановилась на пороге комнаты, не зная как реагировать на все происходящее.

— Милая, да на тебе лица нет, — воскликнула женщина, подняв голову и заметив гостью. — Что случилось?

— Простите, ничего страшного, — выдохнула девушка. — Просто мой ребенок бывает со мной 24 часа в сутки. А тут я проснулась, а его нет!

— Я тебя напугала? Он проснулся, а ты еще спала. Я понимаю, что тебе пришлось вчера пережить, поэтому решила дать поспать подольше. А нам с Ванечкой удалось подружиться!

В это время ребенок начал хлопать пожилую женщину по ноге и забавно приговаривать:

— Ба-ба! Ба-ба!

— Вот видишь, он меня принял! — улыбнулась терра.

Юлька даже не поняла сначала, что в ее горле встал ком, а из глаз покатились слезы. Девушка судорожно всхлипнула, и вытерла, набежавшую на щеку влагу.

— Простите, — всхлипывая, извинилась она. — У меня никогда не было бабушки. И я думала, что моему ребенку грозит такая же участь.

Терр Винсет грустно улыбнулась и сказала:

— Думаю, минут пятнадцать у нас еще получится поиграть. А ты иди и переоденься. Негоже молодой девушке ходить в халате в доме неженатого мужчины.

Юлька ойкнула и побежала в свою комнату.

* * *

Так как другой одежды у девушки не было, пришлось надеть вчерашние джинсы и рубашку. Благо, трусики она вчера догадалась выстирать, и они почти успели высохнуть. Решив, что чуть влажная ткань не доставит дискомфорта и высохнет на ней, она слегка поморщилась и натянула их на себя.

Проблема была с Ванькой. В коляске лежала пара запасных памперсов. На ночь они вчера надели свежий. А что делать сегодня? Остался всего лишь один! Этот мир не выглядит отсталым. Может у них продают что-то подобное? Только где взять денег? Потом девушка благоразумно решила, что ее рассуждения в одиночку ни к чему не приведут. Нужно идти и узнать, во-первых мысли хозяев на ее счет, а затем уже решать, как жить дальше.

В столовой мадам уже сидела за столом. Ванька примостился рядом. Ему пододвинули большой стул и сложили стопкой пару подушек. Благодаря им ребенок хорошо доставал до стола, на котором уже стояла пустая металлическая тарелка, по которой он с удовольствием колотил ложкой. Тарелка не привыкла к таким издевательствам и недовольно звенела и брякала.

Гостья вошла в столовую вместе с хозяином дома. Терр ректор учтиво пододвинул для девушки стул, чем сильно смутил ее. Но она быстро взяла себя в руки и стала ждать, что же будет дальше. Тем временем мадам позвонила в колокольчик и скомандовала:

— Милли, можете подавать!

Тут же в комнату вошла немолодая женщина с подносом и ловко расставила перед сидящими за столом кашу. Хозяйка же сама убрала клош с уже стоящего блюда, открывая взору масло и сыр. Пища оказалась, в принципе, той же самой, что и на земле. А Юлька решила, что в этом нет ничего удивительного, ведь люди выглядели точно также как и она. Поэтому, скорее всего животные должны были быть теми же.

Когда все поели, Амалия терр Винсент оглядела сидящих за столом и величественно произнесла:

— Кольди, и что ты за ночь надумал?

— Мама, давай в начале выслушаем тебя. Я же знаю, что за свои решения ты будешь биться до конца! — отмахнулся от женщины терр ректор.

— Даже так? — усмехнулась она. — Тогда бы я с удовольствием выдала Юлю за тебя замуж и решила этим абсолютно все проблемы. Тем более Ванечка меня уже бабушкой зовет!

— Что? — разом воскликнули оба кандидата в супружескую пару.

— Мама, она же совсем ребенок для меня! — покраснел и грозно сверкнул глазами Аскольд.

— Как замуж? — растерянно захлопала глазами Юлька. Замуж она совершенно не хотела, но понимала, что выбор у нее не велик. Ради ребенка придется принять, скорее всего, любое разумное предложение.

— Молодежь, не умеете выслушать старших до конца! — возмущенно фыркнула старая леди. — Я же сказала «выдала бы». Но так как считаю, что есть вероятность того, что моя Иллия и девочка все-таки как-то связаны между собой, жениться родственникам нельзя. Поэтому предлагаю объявить Юлю твоей племянницей, приехавшей на учебу из Илларии. На сиреневом континенте живет много смуглых людей, это объяснит экзотическую внешность Юлии.

— А Ваня? — задала, мучащий вопрос гостья.

— С Ваней сложнее, — покачала головой женщина. — Даже в наш прогрессивный век к матерям-одиночкам отношение у нас негативное. Поэтому будет лучше, если про ребенка никто не будет знать. Сад у нас большой, гулять есть где. Мы с Милли особо не заняты днем и думаю, вполне с ним справимся!

— Мама ты уверена? — уточнил мужчина.

— Даже если не будем справляться, мой сын не в состоянии нанять няньку?

— Могу, конечно, — задумчиво ответил Аскольд, видимо что-то решая для себя. — А как твое драгоценное здоровье и тонкий слух, который не выносит резких звуков?

— Это же возрастное! — отмахнулась женщина. — А рядом с эти малышом я просто молодею!

Юлька недоверчиво смотрела на хозяев дома и не могла поверить во все то, что сейчас происходило. Еще вчера перед ней стояла проблема с работой, жильем и детским садом. А сегодня ей преподнесли все на блюдечке с голубой каемочкой. Похоже, мироздание решила отдать все то, что задолжало девочке с момента ее рождения.

Терр ректор возражать не стал. Похоже, одна из его проблем была решена. На какое-то время мама от него отстанет с женитьбой и требованием внуков. А понянчившись с шустрым малышом, возможно, откажется от этой мысли насовсем. Единственно, что его волновало, он хотел утром пойти в академию вместе с гостями и просканировать их на наличие магии обоих. Но раз решили ребенка не показывать общественности, придется принести артефакт-определитель домой. А сделать это нужно обязательно. Глазки малыша покоя ему не давали.

* * *

Десять раз заверив беспокойную мамашу, что с ребенком ничего не случиться, что ему обеспечат надлежащий уход и присмотр, терра Амалия и ее верная Милли, наконец-то, отправили хозяина дома и его гостью в академию.

Аскольд объяснил Юльке, что она пройдет типовое тестирование на стационарном магическом кристалле. И по результатам этого теста ее определят на один из факультетов академии, занятия в которой должны начаться через неделю. Девушка откровенно боялась предстоящей процедуры, хотя ректор заверил, что она даже ничего не почувствует. И хоть что бы как-то отвлечься, она решила затеять разговор, который ей был интересен:

— Терр ректор, а кто такая Иллия и почему вы говорите, что мой голос похож на ее?

Мужчина нахмурился, демонстрируя, что вопрос ему не понравился, но потом тяжело вздохнул и, видимо, решил, что лучше все-таки ответить:

— Иллия — моя сестра, которая пропала двадцать лет назад. Я ее долго и безуспешно искал. А десять лет назад пришел к выводу, что дальнейшие поиски бесполезны. Скорее всего, она погибла при невыясненных обстоятельствах и мы никогда не узнаем, где покоится ее тело. А голос… Он не похож. Понимаешь, Юля, у тебя ее голос. И это наводит на определенные мысли…

— Вы хотите сказать, что я может быть реально ваша племянница, а ваша матушка приходится мне родной бабушкой?

Брови Аскольда еще сильнее сошлись у переносицы:

— Я не хотел бы обнадеживать тебя раньше времени…

— Не волнуйтесь! Я застрахована от таких переживаний. Лет до десяти, как и все обитатели детских домов, я свято верила, что мама потерялась и скоро обязательно меня найдет. Когда на пороге появлялась очередная пара, решившая усыновить ребенка, вся наша группа замирала в нетерпеливом ожидании с мыслью: «Это за мной!». Только я никогда не привлекала потенциальных родителей. В итоге к четвертому классу успокоилась, перестала кого-либо ждать и решила, что свою судьбу нужно делать своими руками, а переживаниями ничем себе не поможешь.

— Ты — очень мудря, несмотря на возраст! — улыбнулся Аскольд, — и очень решительная. И даже если кровь не подтвердит наше родство, я все равно буду считать тебя своей племянницей, потому что мне это хочется и мне это будет приятно.

Девушка шла и не верила своим ушам: вчера еще никому не нужная сирота сегодня оказалась племянницей ректора академии. Она просто боялась поверить в свое счастье, поэтому особой радости от слов мужчины не испытала.

Так за размышлениями Саттарова не заметила, как они поднялись в кабинет, где познакомились вчера впервые. Терр ректор предложил присесть ей в глубокое кресло, стоявшее у стены, а сам начал делать странные пассы около дверки шкафа, стоявшего неподалеку. Юлька с удивлением разглядывала его действия.

— Защиту снимаю! — пояснил тем временем мужчина. — В этом шкафу хранится слишком много очень ценных артефактов, завладеть которыми найдется ни один желающий.

Закончив бормотать непонятные слова, он выпустил из кончиков пальцев голубые полоски света, которые высветили золотистые точки защитной сетки на дверце. Те вспыхнули и пропали. Он же открыл дверцу и поставил на стол перед собой громоздкий хрустальный шар.

— Он хоть и зовется стационарным, но как видишь, унести его вполне возможно! Но для Ванечки, думаю, вполне хватит этого.

С этими словами он достал два маленьких хрустальных шарика и отдал их Юльке:

— Пусть они пока от тебя подзарядиться, чтобы ребенку было легче с ними контактировать!

— А это не больно или не опасно? — уточнила, девушка, убирая артефакты в нагрудный карман рубашки, которая так и была на ней со вчерашнего дня.

— Нет! — усмехнулся Аскольд. — Опасно лишь для шариков, если магии окажется слишком много. А теперь подойди сюда!

Девушка послушно приблизилась к столу и положила ладони на большой шар и замерла в ожидании. Но ничего не происходило.

— Попробуй влить в него магию! — не отрывая глаз от рук Юльки, скомандовал ректор.

— Я не умею, — только и пискнула девушка.

— Представь хотя бы, что тепло от твоих пальцев перетекает в шар!

Но прозрачное стекло не изменилось. Не появился клубящийся дым, не заиграли разноцветными бликами зайчики, не происходило ничего, совсем ничего, от слова «абсолютно».

— Похоже, магии во мне ноль! — пожала плечами попаданка. — Да и это не удивительно, ведь я родилась и выросла в немагическом мире.

— С первым я готов поспорить. Не думаю, что моя сестра умудрилась выйти замуж за твоего земляка. Да и не могла бы ты родить малыша с такими глазками, если бы магии в тебе не было!

— Мне доктор сказал, что это неправильное разрастание кровеносных сосудов и ничего более существенного, — ответила Юлька, думая обижаться или не стоит на пренебрежительное высказывание о мужчинах ее мира.

— Все может быть, — нетерпеливо дернул плечом мужчина. — Что есть, то есть. Сейчас ты должна выбрать себе факультет без магии, на котором захочешь учиться.

С этими словами он дал ей тоненькую брошюрку. Девушка аккуратно взяла книжицу, словно боясь, что она может исчезнуть, и, подняв глаза на ректора, спросила:

— А сейчас я могу идти домой?

Затем покраснела, поняв, что только что назвала особняк ректора домом. А затем тихо прошептала:

— Я за сына волнуюсь. Никогда не оставляла его одного так надолго.

— Ладно, беги, — ухмыльнулся ректор. — Только брошюру прочти и шарики носи весь день при себе, чтобы они лучше протестировали твоего сына.

Глава 5

Придя домой, девушка не обнаружила сына в доме. Тревожный червячок шевельнулся незамедлительно в груди. Но в это же время она услышала заливистый смех Ванечки, который раздавался из открытого окна. Она тут же бросила сумку в холле и побежала на звук.

Терра Амалия качала мальчика на самодельных качелях, привязанных к толстому суку на дереве, а тот визжал от восторга. Милли сидела рядом, уткнувшись в вязание, но на ее лице гуляла блаженная улыбка. Юлька немного притормозила, любуясь открывшейся картиной. У ее ребенка никогда не было бабушки. А в этом странном магическом мире появилась, и, возможно, даже настоящая, родная.

Она поняла, что очень хочет, чтобы эти люди действительно оказались ее родственниками. Их высокий социальный статус или материальное положение волновали ее в последнюю очередь. Она для себя уже решила, что немного освоится и переберется на съемное жилье, чтобы не надоедать своим присутствием. Но в гости они с сыном будут приходить обязательно. И бабушка будет видеться с внуком ровно столько, сколько захочет сама.

Ванька же, заметив маму, звонко закричал:

— Ма-ма! Ма-ма! — и потянул к ней ручки. Она подбежала и подхватила его, целуя в вихрастую макушку. Мальчик крепко обнял родительницу, прикрыл глазки ровно на секунду, а затем начал выворачиваться и проситься обратно на качели, четко выговаривая:

— Ба-ба!

Терра Амалия грустно улыбнулась и сказала:

— Я уже и не надеялась, что кто-то назовет меня бабушкой! Кольди упрямый как осел. Категорически не хочет жениться.

— Он женоненавистник? — удивилась Юлька.

— Нет, — покачала головой пожилая женщина. — Просто его сестра сбежала не одна. Она прихватила с собой подругу Марию терр Либи. А мой сын был влюблен в девушку. И, похоже, до сих пор не может ее забыть.

— Простите, я не знала, — смутилась Юлька, виня себя за то, что невольно разбередила раны матери Аскольда.

— Ничего! — махнула рукой та. — Много воды убежало с той поры. Лучше скажи, какую магию у тебя нашел артефакт?

— У меня нет магии! — грустно ответила девушка. — Но терр ректор дал мне брошюру и велел выбрать немагический факультет.

— И к чему ты склоняешься? — поинтересовалась терра.

— Я училась в своем мире на прикладной математике. Хочу найти что-то похожее.

— Математике? — глаза женщины удивленно округлились. — Но эта наука неподвластна женщинам!

— Как неподвластна? — сильнее хозяйки дома удивилась гостья. — У нас, наоборот, на факультете в основном девочки учились. Парней было раз, два и обчелся.

— На ваш факультет, наверное, собирали талантливых девочек со всего мира?

— Не сказала бы, — пожала плечами Юлька, — скорее тех, кто не в состоянии был платить за обучение.

— Ну не знаю! Тебе виднее, но если бы выбирала я, то пошла на домоводство или, на крайний случай, зельеварение! — фыркнула терра.

Девушка пожала еще раз плечами, но вступать в спор с пожилой дамой не стала.

Вся компания погуляли еще примерно час, потом пообедали, а затем Юлька уложила Ванечку спать, а сама села за чтение брошюры. К ее великой радости в академии был факультет математики и математического права. Что такое «математическое право» она решила уточнить у терра ректора, но уже для себя решила, что поступать будет именно туда.

* * *

Вечера девушка ждала с нетерпением. Ректор должен был, во-первых, протестировать ее сына на предмет магии, а, во-вторых, ей не терпелось узнать о «математическом праве», да и вообще поговорить про учебу, адептов и саму академию. Шарики из хрусталя она честно носила целый день в кармане, стараясь максимально облегчить задачу для своего сынишки.

цивилизованный человек не раз и не два в своей жизни видел, как перегорают электрические лампочки. Щелчок, резкая вспышка и все… На этом работа осветительного прибора прекращается. Примерно так же выглядело то, когда Ваня взял в руки шарик, который скомандовал дать терр Аскольд. Юля шарик дала, Ванечка заинтересованно к нему потянулся, артефакт как-то странно брякнул, вспыхнул и исчез.

Ванька тут же разревелся. Мамочка сильно испугалась, что малыш получил ожог. Но ректор успокоил, что магические взрывы тестовых артефактов безопасны. Просто силы юного мага оказались настолько большими, что шарик просто не выдержал и лопнул. Он предложил девушке повторить эксперимент. Та немного помялась, но все же достала второй шар. Все повторилось, Только Ванька уже не плакал, а начал требовать продолжения. Мальчугану понравились эти вспышки и хлопки, которые непонятным образом удавалось ему активировать.

У Юльки было всего два шара, и она расстроилась, что так и не узнала результата:

— И как быть дальше? — поинтересовалась девушка у ректора.

— Ты носила шарики при себе, чтобы смягчить их воздействие. Но твоему сыну, похоже, это и не нужно было. Попробуем так!

С этими словами он достал еще один шарик из кармана своего пиджака и протянул его мальчику. Ванька засмеялся и схватил ручонками артефакт. Яркой вспышки и хлопка уже не последовало. Шарик лишь мигнул и медленно погас. Разочаровавшись в увиденным, парень с визгом швырнул его в терра Аскольда. Мужчина ловко от него увернулся и, рассмеявшись, сказал:

— Не рановато ли ты, террано, проявляешь свой норов?

После этого достал еще один шар и передал мальчику. Наконец, шарик не стал взрываться, гаснуть или производить другие нежелательные эффекты. Он засветился сначала желтым светом, затем голубым, затем зеленым, вспыхнул красным и, наконец, начал светиться равномерным сиреневым светом. На странное обращение к сыну девушка не обратила внимание. Ее взгляд был прикован к артефакту.

— И что это означает? — уточнила она у ректора, пока Ванька катал красивую игрушку по полу.

— Ничего особенного, — как-то нарочито равнодушно пожал плечами Аскольд. — Всего лишь то, что Ванечке подвластны все четыре стихийных магии и пятая ментальная.

Юлька фэнтези почитывала и хорошо представляла, что четырьмя стихиями обычно владеют редкие сильные маги. А чтобы пятью…

— И часто такие маги встречаются в Ильбруке? — уточнила она.

— В Ильбруке с такими способностями только одна семья. И это отнюдь не наша. Во всем мире может три — четыре наберется.

— Как три — четыре? — захлопала глазами девушка.

— И запомни, девочка, не дай триединый, чтобы глава этого семейства узнал, что у него есть незаконнорожденный внук! Тогда нам всем мало не покажется!

— А кто глава этого семейства? — испуганно пролепетала Юлька.

— Поверь, тебе лучше этого не знать: спать спокойнее будешь. Ты кстати, факультет выбрала? — тут же перевел разговор на другую тему мужчина.

— Да, — улыбнулась Юлька. — Я бы хотела учиться на факультете математики и математического права.

— Где? — поперхнулся мужчина. Его этот факт смутил намного сильнее, чем уникальны способности малыша. О способностях он и раньше догадывался, завидев его глазки необычного цвета.

— На факультете математики и математического права, — уже не так радостно повторила девушка. — Правда, я прекрасно знаю, что такое математика, но вот с математическим правом не сталкивалась.

— Юля, если ты умеешь считать в пределах тысячи, то это не означает, что ты сможешь учиться на этом факультете! — посуровел взгляд мужчины.

— Почему вы думаете, что мои знания ограничиваются лишь арифметикой? Я, вообще-то, производные могу извлекать, интегралы находить, знакома с комплексными числами и математическими пределами.

— Я не знаю, что такое комплексные числа и интегралы. Но еще может скажешь, что ты пропорциями владеешь и в состоянии неизвестную переменную найти? — ехидно приподнял бровь мужчина.

— Это, в принципе не сложно. У нас это еще в начальной школе проходят! — удивилась теперь уже Юлька.

— Я в математике не силен, — буркнул терр Аскольд. — Но если ты утверждаешь, что с этим знакома, то мне остается только верить. Завтра я сведу тебя с деканом факультета. Он проверить твои знания и ответит на все вопросы. Идет?

— Как скажете, — только и пожала она плечами.

* * *

Следующим утром, уже с более спокойным состоянием души оставив Ванечку на попечении Амалии и Милли, Юлька в сопровождении терра ректора отправилась знакомиться с деканом математического факультета.

Брюсс тирр Майер был невысоким мужчиной с уже наметившимся животиком и копной каштановых волос, торчавших в разные стороны. Его лицо было обезображено какой-то болезнью, напоминавшей оспу, но оно не потеряло от этого своего обаяние, которое так и сквозило из открытой улыбки.

— Доброе утро, Аскольд! — протянул он руку для приветствия терру ректору. — А это, что у нас за юное создание? Кольди, ты никак жениться наконец-то решил?

Глаза мужчины лукаво блеснули при взгляде на Юльку.

— Ты ошибаешься, — усмехнулся ректор, пожимая руку подчиненному. — Это моя племянница Юлия, которая утверждает, что без труда может найти неизвестное значение и вычислять пропорции.

— Даже так? — глаза мужчины удивленно округлились. — Милочка, если вы сумеете вычислить, сколько будет процентов 10 яблок из ста, я возьму вас не глядя. Мои архаровцы, возомнившие себя элитой общества, совершенно зазнались. И присутствие на факультете юной девушки немного собьет их спесь.

— Десять процентов, — не задумываясь, ответила девушка.

— А тринадцать яблок?

— Тринадцать процентов. Господин декан, вы надо мной издеваетесь? — голос Юльки звенел от гнева. Он что, потешается над ней?

— Простите, я не хотел вас мучить, — смутился тирр декан.

— Мучить? — глаза девушки удивленно распахнулись, хлопая ресницами. — Уж если на то пошло, я знаю, что десять яблок из 200 будет 5 процентов.

— Но… — мужчина замялся, но потом все-таки решил продолжить, — женщине не может быть подвластно такое виртуозное владение пропорцией.

— Вы хотите сказать, что я мужчина? — уже не на шутку рассердилась бывшая студентка отделения прикладной математики Саттарова. — Или ваша математика вся на таком примитивном уровне?

— Аскольд, ты где прятал это сокровище? — недоверчиво разглядывая девушку, спросил декан.

— Она жила долгое время в техногенном мире. У них там пропорции изучают, по ее словам, в начальной школе, — с гордостью ответил ректор.

— Юлия, вы согласны учится на факультете математики и правовой магии? — с поклоном спросил декан будущую адептку.

— По-моему, мы с дядей для этого сюда и пришли, — девушка немного смутилась, так как назвала терра первый раз дядей. Но тот среагировал нормально на ее слова, а точнее никак. — Но я не знаю, что такое правовая математика и смогу ли я ей овладеть.

— С такими способностями обязательно сможете! — горячо заверил ее декан. — А сложного она ничего собой не представляет. Просто при распутывании магических преступлений применять магию бесполезно. Для этого используется математическое моделирование. Построению таких моделей мы и учим наших студентов. Так как этого больше никто делать не умеет, математики считаются элитой общества.

Юлька же внутренне возликовала. По окончанию земного универа, ей скорее всего светила бы работа в школе. А здесь, еще не став адепткой, она вдруг вознеслась к вершине этого мира. Правда, девушка боялась, что сейчас откроется невидимая для глаза шторка и оттуда выскочит режиссер, как черт из табакерки, и закричит:

— Камера стоп! Это розыгрыш!

Но ничего такого не произошло. Аскольд ушел по своим делам. А господин Брюс повел Юлию заполнять документы, получать форму и учебники. Занятия начинались через два дня.

* * *

Кастелянша Зинаида, невысокая женщина с аппетитными формами и добрыми глазами долга охала по поводу того, что форма для девушек на факультете не предусмотрена, и она не сможет выдать новой адептке платье. Юлька же ее заверила, что вполне согласна и на брюки и рубашку, ее эта одежда вполне устраивает. А вот белье, которое полагалась адептам было общим для всех факультетов, чем очень порадовало попаданку. В семейных мужских трусах Юлька как-то себя не представляла. Правда, какие трусы выдают парням, ей не показали, но все же!

Когда одежда была полностью упакована, и девушка уже направилась домой, до нее вдруг дошло, что за всеми хлопотами и волнениями она совершенно забыла про Ванькины подгузники. Радостная, что ребенок накормлен и присмотрен, упустила этот немаловажный момент. Закинув вещи в их комнату, побежала разыскивать сына.

Александрович обнаружился сидящим в специальном детском кресле за большим столом. Перед ним лежал лист бумаги и краски, напоминающие наши акварельные. В руках парень держал большую кисточку и с упоением размазывал краску по листу, намного выходя за его пределы. Рядом сидела счастливая Милли с примерно таким же рисунком на щеке.

— Терра Юлия, простите, что ребенок немного грязный, но как мы закончим, я его переодену! — поприветствовала девушку исполняющая обязанности няньки.

— Милли, какая я вам терра! — фыркнула девушка.

— Ну как же? Вы же племянница терра ректора и внучка терры Амалии, — округлила глаза служанка. — А терра Амалия уехал в магазин за одеждой для Ванечки. Ей не нравятся зеленые мочики.

— Мочики? — переспросила девушка, подхватывая на руки радостного Ванечку, который категорически отказался выпускать орудие труда и сейчас тыкал им в мамину рубашку, оставляя синие пятна. — А это что такое?

— Как что? — удивилась уже женщина. — Специальные штанишки для младенцев, которые позволяют им всегда оставаться сухими и чистыми. Мы попробовали постирать те, которые были на нем. Но они почему-то еще сильнее разбухли, а потом развалились.

— В нашем мире их не стирают, а выбрасывают! — рассмеялась девушка, представляя, как можно стирать одноразовый подгузник.

— Но это же расточительство! — возмутилась экономная прислуга.

— За то не занимает время у родителей, — пожала плечами Юлька. — Наши женщины позволить себе няньку в большинстве случаев не могут, да и личного повара и горничную тоже. Поэтому все приходится делать самой.

Ванька заерзал, пытаясь освободиться от маминых объятий и вернуться к прерванному занятию, так как вся краска уже осталась на маминой рубахе.

— Ой, он вас испачкал! — всплеснула руками Милли. — Идите переоденьтесь и пообедайте. А мы с Ванечкой еще порисуем!

Юлька тоже охнула, разглядывая красочные разводы на груди, и побежала в свою комнату, соображая на ходу, прилично будет пообедать в банном халате или нет, или придется надевать форменную рубашку? Когда же она пришла в комнату, то увидела простенькое платье, лежащее на ее кровати. Решив, что эта вещь предназначена для нее, скинула с себя джинсы и рубашку и натянула его.

Пообедав в гордом одиночестве, так как все остальные члены новой семьи уже поели, она пошла к ребенку. Ванька закончил со своими художествами и уже радостно приковылял к маме, забавно переставляя толстые ножки в зеленых штанишках.

— Я рада, что платье тебе подошло! — раздался голос терры Амалии со стороны тропинки. Юлька развернулась к женщине, которая шла не одна. Рядом с ней был молодой мужчина лет тридцати с длинными волосами, убранными в хвост. Черный свитер плотно облегал мускулистое тело мужчины, демонстрируя окружающим широкий разворот плеч и тонкую талию.

— Познакомься, это наш доктор тирр Сандро! — представила женщина гостя. Сердце же Юльки дрогнуло: Александр и Сандро одно имя или нет? Девушка свято верила, что раз мироздание забросило ее в этот мир, То обязательно должно организовать встречу с отцом ребенка.

— Сандро возьмет твою кровь и проверит, в какой степени родства мы с тобой находимся! — продолжила монолог, ничего не подозревающая женщина.

Мужчина слегка поклонился, взял Юльку за руку и со словами:

— Мне очень приятно, терра! — поцеловал кончики пальцев на руке девушки.

Затем взгляд мужчины упал на Ваньку, которые весело болтал ногами, сидя на низенькой лавочке, стоящей неподалеку. Когда же доктор увидел его глаза, то лицо его заметно вытянулось:

— А это у нас кто?

Девушка заметно побледнела. А Терра Амалия представила ребенка:

— Это сын Юлии Иван!

Затем увидев, что девушка чувствует себя не в свое тарелке, истолковала ее волнение по-своему и постаралась успокоить:

— Юлечка! Даже если анализ даст отрицательный результат, ничего между нами не изменится! Просто я должна удовлетворить свое любопытство. А Сандро берет анализы абсолютно безболезненно.

Чего-чего, а уколов она никогда не боялась. Но взгляды, который мужчина бросал на нее и Ванечку попеременно, тревожили ее душу. Только у доктора глаза были самыми обычными, светло-голубыми.

* * *

— Мик, привет! — раздался вдруг голос Аскольда, а за звуком на полянке проявился и сам терр ректор. Юлька чуть сдержалась, чтобы не завопить в голос. Перемещения порталами она видела впервые. Если не считать ее собственного путешествия в другой мир. И почему Мик?

— Кольди, а мы тебя так рано не ждали! — глаза матушки подозрительно блеснули.

— Мама, я правильно понял, что Микас Сандро здесь для того, чтобы взять анализ на родство девочки?

— Да, — пожилая женщина вдруг покраснела и потупила глаза. Юлька не могла понять, что здесь происходит.

— Я же не мог пропустить столь важное событие!

Слава богу, но загадка с именем разрешилась. Сандро оказалась фамилией. Именем же было Микас. Следовательно, доктор на роль отца ребенка не претендовал.

Этот факт с одной стороны разочаровал девушку, а с другой обрадовал: Микас насильником не был. А может ли местный доктор посмотреть на одинокую мать с ребенком? Мужчина ей понравился своей мягкостью и теплой улыбкой.

— Простите, но кровь на улице все-таки брать не стоит! Не пройти ли нам в дом? — глядя на девушку, предложил Сандро.

Девушка согласно кивнула ему головой, а мужчина предложил ей свой локоть, который она с некоторым смущением приняла, положив на него свою руку. За ними следом последовали терр ректор с матушкой, замыкали шествие Милли с Ванечкой.

Маленький проказник сначала немного похныкал, так как не хотел уходить с улицы. Но затем его глазки закрылись, и он мерно засопел, пригретый на большой и мягкой груди служанки.

— Милли, идите с мальчиком в его комнату! — шепотом отдала приказ Амалия. — Мы же пройдем в лабораторию Кольби. Она наиболее удобна для подобных процедур.

Лаборатория поразила Юльку своей стерильной холодностью. Металлические шкафы, столы и полки, напоминали земную операционную. Стены, выложенные плиткой на подобии кафеля, казались очень знакомыми.

Доктор предложил девушки присесть на такой же холодный и безликий стул. А потом обратился к хозяевам:

— А кто из вас, уважаемые терры, даст мне свою кровь на анализ?

— Раз Кольби дома, пусть он дает! — повела плечиком мадам.

— А как же заверения, что ваша кровь ближе к истиной? — лукаво улыбнулся доктор, явно напоминая Амалии недавний разговор.

— Я думаю, что теперь это без разницы! — еще раз дернулась она.

Аскольд с подозрением покосился на мать:

— Мама, что за странные разговоры? О какой истинной крови идет речь?

Потом взгляд мужчины прояснился, и терр ректор очень заливисто захохотал, вызывая недоумения у окружающих. Затем он повернулся к матери, внимательно посмотрел на нее и сурово спросил:

— Мама, я так понимаю, что результат анализа в твоей голове уже получен, не зависимо от того, что покажет кровь на самом деле?

— Да! — женщина с вызовом подняла подбородок вверх. — Я буду считать Ванечку своим внуком независимо от результатов.

— Терр ректор, я что-то не понимаю? — Юлька вопросительно посмотрела на Аскольда, затем перевела взгляд на доктора. Микас стоял и улыбался, явно пытаясь скрыть свою улыбку от окружающих. Но у него это выходило плохо.

— Тут и нечего понимать! — усмехнулся хозяин дома. — Моя мама в случае отрицательного результата хотела подговорить тирра доктора подделать результат.

— Терра Амалия, но вам-то это зачем? — от удивления глаза девушки стали похожи на блюдца.

— Чтобы ты считала меня бабушкой для Ванечки! — со слезой в голосе прошептала пожилая женщина. — Возможно, это мой единственный шанс заиметь внука.

— Но вы единственная возможность иметь для меня бабушку! — возмутилась Юля. — И я откажусь от вас только в том случае, если вы не захотите считать меня родней.

— Господа, мое время стоит денег. И я, конечно, уверен в вашей платежеспособности, но меня ждут другие пациенты и их болезни. Может, все-таки приступим? — подал голос доктор.

— Конечно-конечно, — закивала головой Амалия. — Приступайте тирр. Да поможет нам триединый!

После этих слов Микас подошел к Юльке с сосудом, напоминающим обычную земную пробирку, ловко проткнул ей палец иглой и выдавил в сосуд пару капель крови. Затем тоже самое проделал с Аскольдом. Кровь двух людей смешалась, но дальше ничего не происходило.

— Вы готовы узнать правду? — еще раз уточнил тирр Сандро.

— Давай, мальчик мой, не томи душу! — махнула рукой терра.

Доктор достал из своего саквояжа небольшой пакетик с золотистым порошком и немного насыпал средства в пробирку. Кровь тут же вспыхнула золотистым светом и исчезла, оставив после себя лишь идеально чистый сосуд.

— Думаю, объяснений не требуется! — улыбнулся доктор.

— И что это значит? Я без объяснений не обойдусь! — вспыхнула Юлька, не зная на что подумать.

— Стопроцентная реакция. Это значит, что вы с терром близкие родственники.

— Добро пожаловать в семью, девочка! — распахнул свои объятия Аскольд. Его матушка лишь тихо всхлипнула и промокнула глаза платочком.

Затем Аскольд достал из кошелька несколько монет, по виду напоминающих золото и отдал их доктору. С местной валютой попаданка пока знакома не была, поэтому не представляла стоимость услуги.

— Это тебе за анализ, Мик!

— Благодарю, — легко поклонился мужчина.

Только ректор на этом не остановился, достав еще десять монет под удивленным взглядом как Юльки, так и доктора:

— А это, чтобы ты забыл про существование ее сына!

Доктор пожал плечами, сгреб монеты и усмехнулся:

— Что ж, значит, я не ошибся! Не волнуйтесь. Тайна умрет вместе со мной. Но долго прятать мальчика у вас все равно не получится.

— Мы надеемся, что у нас будет время хотя бы до той поры, пока девочка закончит обучение и встанет на ноги. Тем более что теперь она под защитой нашего рода!

— Поздравляю! — снова улыбнулся доктор. Но прежде чем распрощаться, повернулся к Юлии и негромко спросил:

— Разрешите пригласить вас на прогулку завтра после обеда?

Девушка растерялась. Ей было приятно внимание мужчины, но все развивалось слишком стремительно и неожиданно.

— Микас! Сначала нужно спросить разрешения у дяди, а уж потом интересоваться мнением моей племянницы! — усмехнулся терр ректор.

— Но девушка уже эмансипирована! У нее есть ребенок, и она не починяется семье, — возразил доктор.

— По закону ты прав! — усмехнулся Аскольд. — Но не отнимай у нас такой драгоценный подарок, раз мы его только-только нашли.

— Что ты, Кольди! Я о таком и не помышлял, — поднял обе руки вверх Микас. — Могу ли пригласить твою племянницу прогуляться завтра по парку?

— Пожалуй, можешь, — ответил ректор, — но исключительно по главной аллее!

Глава 6

Вечером все семейство Винсентов отпраздновало столь неординарное событие в их жизни, как появление племянницы и внучки с внуком. Терра Амалия, оказывается, купила не только Ванечке новые мочики, но и пару платьев для Юлии.

— Юлечка, прости! — улыбнулась пожилая женщина, — я понимаю, что женщина любит сама выбирать наряды. Но ты была очень сильно занята, а я подумала, что тебе даже нечего больше надеть! В следующий раз мы съездим за нарядами вместе!

— Терра Амалия… — начала благодарить ее Юлька. Но терра решительно перебила новую родственницу:

— Бабушка и больше никак! Ты не представляешь, как я этого долго ждала!

— Хорошо… бабушка! — немного замялась девушка.

— А вот меня дядюшкой не стоит звать. Меня больше Аскольд устраивает! — улыбнулся хозяин дома. — Но в академии я все равно остаюсь терром ректором для всех и для тебя в том числе!

Назвать мужчину по имени Юлька пока постеснялась. Поэтому просто покачала головой в знак согласия. Аскольд же продолжил беседу:

— Я правильно понял, что ты завтра собралась на прогулку с Микасом?

— Да, — смущенно ответила она. — А вы имеете что-то против?

— Кольди, дело молодое, девочке надо замуж выходить! — встряла в разговор Амалия. — Микас приятный молодой человек.

— Мама, я в курсе, что ты к Сандро неравнодушна. Но при этом отдаешь себе отчет в том, что на тебе он никогда не жениться, — фыркнул Аскольд. — А вот Юлии нужно сначала к нему присмотреться. Он слишком честолюбив и амбициозен. Женитьба на терре имеет большой плюс для тирра.

— А чем отличается терр от тирра? — решила уточнить девушка. Она догадывалась о значении, но хотелось бы знать точно.

— О, здесь ничего сложного! — вступила в разговор новоявленная бабушка. — Террано — это высший титул аристократии, так зовут наших монархов. Терр — это приближенные монарха или так называемый первый круг. Тирры — второй круг, или более низкое сословие.

— И если тирр женится на терре, то этим автоматически поднимет свой статус! — добавил свои пять копеек Аскольд.

— Надо же! — удивилась Юлька. — В нашем мире титул принимали лишь женщины от мужчин, а не наоборот. По крайней мере, я об этом читала, хотя на сто процентов не уверена.

— У нас много различий! — улыбнулась бабушка, — но я рада, что ты теперь дома!

* * *

На следующий день Микас Сандро зашел за Юлией, и молодые люди отправились на прогулку. Девушка надела одно из платьев, купленного для нее террой. Ванечка без проблем оставался с бабушкой и Милли, поэтому проблем не возникло.

У ворот дома их ждал автомобиль. Вернее сказать магобиль, как это средство передвижения называли в Ильбруке. Микас услужливо открыл дверь перед Юлькой, а затем сам поспешил за руль. А Юлька же усмехнулась про себя. Ей вспомнилась поговорка, которую она слышала на земле: мужчина открывает дверь машины перед женщиной в двух случаях, если машина новая или новая женщина. Похоже, она стала новой женщиной.

Микас сначала прокатил девушку по городу. Она уже несколько дней жила в этом мире, но дальше академии пока не бывала. Город ее поразил красивой архитектурой. Все дома были выстроены в готическом стиле, врываясь в небо высокими башнями. Стены домов украшали узкие витражные окна.

— А почему все окна такие узкие и закрыты цветным стеклом? Так же света мало в комнаты поступает, — решила поинтересоваться у спутника девушка.

— Потому что большие и прозрачные окна выходят во двор. Иначе все любопытные зеваки будут в курсе событий, происходящих в домах людей. Витражные же стекла лишают их такой возможности, — терпеливо объяснил архитектурную задумку Микас.

Потом они еще обсуждали принцип работы магобилей, поговорили про магию вообще и медицинскую в частности. И Юлька решила, что можно задать спутнику волнующий ее вопрос. К этому времени они уже прогуливались по главной аллее парка, как и велел терр ректор.

— Микас, скажите, почему вы все охаете над цветом глаз моего сына, но дружно отказываетесь говорить, к какой семье сможет принадлежать его отец?

— Если Аскольд посчитал, что тебе этого лучше не знать, то пока я не могу противиться его воле. Но кое-какие объяснения могу дать, — задумчиво произнес мужчина, похлопав ладонью по руке девушки, которая лежала на сгибе его локтя. — Сиреневые прожилки в глазах обозначают лишь то, что ребенок владеет ментальной магией.

— Я это же знаю, — подтвердила Юлька.

— Думаю, ты должна понимать последствия этого? — уточнил доктор.

— Нет, — отрицательно покачала она головой, — не забывайте, что я иномирянка.

Он на несколько секунд задумался. А потом произнес:

— Даже не знаю, как удовлетворить твое законное любопытство, но при этом не навредить.

Затем задумчиво потер подбородок свободной рукой, положил ее поверх Юлькиной руки и начал говорить:

— Менталист при желании может услышать мысли обычного человека. И если ты будешь знать их родовое имя, они могут заинтересоваться твоими мыслями. А когда услышат о наличии ребенка…

— Чем это может грозить Ванечке? — испуганно уточнила девушка.

— В лучшем случае они могут его у тебя забрать. В худшем избавиться от вас обоих.

— Я постараюсь никогда рядом не находиться с этими страшными людьми! — округлила от ужаса глаза девушка.

— Они могут появиться где угодно, поэтому лучше забудь о своем вопросе. А ты не думала, что тебе лучше будет выйти замуж?

— Да кому я нужна с чужим ребенком на руках? — пожала плечами девушка.

— Предположим, мне ты очень нравишься! — ласково улыбнулся мужчина, заглядывая в ее глаза.

Юлька почувствовала, как краска заливает ее щеки:

— Это так неожиданно, тирр доктор!

— Я тебя не тороплю! Но на досуге ты подумай над моим предложением!

* * *

— Как погуляли? — жизнерадостно спросил Юльку терр Аскольд, когда она в сопровождении доктора вернулась домой. Микас в дом не стал заходить, предварительно взяв с девушки обещание, подумать над его предложением.

— Хорошо, — улыбнулась в ответ племянница.

— Как Сандро? Лишнего себе не позволял?

— Нет, все в порядке! — ответила она, но при этом сильно покраснела.

— А тогда зачем этот стыдливый румянец на щеках? — вопросительно поднял бровь дядя.

— Он… — не зная как продолжить, замялась она. Но потом собралась с духом и выпалила на одном дыхании:

— Он мне предложение сделал! Но попросил сразу не отвечать, а подумать!

— Даже так? Шустер, однако, — усмехнулся терр. — Бабушке только не говори, то она тебя завтра же замуж отдаст. А сама-то что думаешь?

— Я, четно говоря, не знаю, — пожала плечами Юлька. — Он мне нравится. Но если учесть, что виделись мы всего два раза, о каком замужестве может идти речь?

— Я рад, что в твоей головке разумные мысли, — улыбнулся мужчина, усаживаясь в кресло. — Садись рядом, нам есть о чем поговорить.

С этими словами он похлопал по второму креслу, которое стояло рядом. Юлька послушно села и сложила руки на коленях.

— Ты как примерная ученица с дамских курсов! — рассмеялся дядя, еще больше вгоняя девушку в краску. — А теперь поговорим серьезно. Ты наверняка допросила Мика по поводу глаз твоего сына. Или я ошибаюсь?

— Допросила, — виновато опустила она голову еще ниже. — Это правда, что у меня могут отнять Ванечку или даже ликвидировать нас?

— Не обязательно, — покачал он головой, — но это слишком могущественные люди, а мы простые смертные не можем предсказать, какие мысли родятся в их головах!

— Но если они такие могущественные, зачем было меня насиловать? — с болью в голосе отозвалась девушка. — У вас что тут своих нет? Хотя за Ваньку я благодарна. Сейчас даже и помыслить не могу, что его могло бы и не быть.

— А вот на этот вопрос я не могу дать ответа! — развел мужчина руками. — По крайней мере, пока не могу. Но обещаю, что буду по мере своих сил и возможностей искать его. Кстати о плюсах замужества с Миком: это определенная защита. Замужнюю не тронут.

— А минусы?

— А ты проницательная девочка, — усмехнулся он. — Завтра начинаются занятия в академии. Ты еще учиться не передумала?

— Нет, что вы! Это мечта еще из моего мира.

— Просто Микас может быть против, чтобы его жена училась. У нас не принято учиться замужним женщинам.

— Тогда я против замужества! — просто и легко ответила Юлька.

— С ходу не отказывайся. Мало ли что, может, передумаешь! — погрозил ей пальцем терр ректор.

— Если он реально так хочет видеть меня своей женой, то согласиться и с учебой. А если нет, то нет. Я стала матерью, значит, свое предназначение в жизни выполнила. Есть ведь шанс, что я могу еще кого-то встретить и полюбить?

— Что задумал триединый, неведомо никому! Шанса нет только тогда, когда тебя хоронят. А все остальное можно исправить.

* * *

Первое утро в качестве адептки Академии всех наук встретило Юльку ярким солнечным светом, но достаточно пронизывающим холодным ветром. Благо форма факультета математики и математического права была сшита из плотного материала черного цвета, и состояла из штанов, куртки и рубашки. В таком наряде девушке было достаточно комфортно.

Поцеловав на прощание сынишку и подхватив в руки сумку с тетрадками, она побежала на площадь, где собирали всех первокурсников. Там уже стояли девушки в ярких нарядах с табличками, на которых было начертано название факультетов. Найдя взглядом нужную, она с легким трепетом и волнением приблизилась к своим будущим одногруппникам.

Девица в легком голубом платье, державшая их табличку, зябко ежилась на ветру. За ее спиной стояли пять парней. Вернее даже не парней, а лиц мужского пола. Объединить их другим словом было нельзя, так как самый младший выглядел ровесником Саттаровой, а вот самый старший выглядел лет на сорок. Девушка подошла и робко поздоровалась:

— Доброе утро!

Парни сначала скользнули по ней равнодушным взглядом и хотели уже было отвернуться, проигнорировав приветствие, как самый молодой вдруг присвистнул и озадаченно выдал:

— БАБА!

Остальные тут же сфокусировали взгляд на Юльке, отмечая эмблему факультета на форме.

Самый взрослый мужчина прищурил зеленые глаза за густыми черными ресницами, скривил красивые губы в усмешке и поинтересовался:

— Тирра научилась считать до тысячи?

Юльке вдруг стало обидно за свой титул. Она никогда не отличалась зазнайством или снобством, но принижать свою новую семью никому не разрешала. Про скудоумие женских мозгов уже была наслышана, поэтому на устном счете зацикливаться не стала, решив, что занятия сами расставят все по своим местам.

— Во-первых, не тирра, а терра, — ответила она с некоторым высокомерием, которого от себя не ожидала. — Во-вторых, я знаю, что тысяча один существует.

— О-о-о! — загоготали одногруппники. — Это великое достижение!

Девушка не стала препираться дальше, а просто встала рядом, в ожидании торжества по случаю начала занятий.

Оказалась, что нимфа в голубом платье тоже молча не стояла, а тихо бухтела про себя, но так, чтобы до Юлькино слуха долетали ее слова:

— Обнаглели совсем! Сами к мужикам в группы напрашиваются! Мозгов нет, но все туда же. А честным девушкам потом неизвестно где мужей искать.

Оценив злое выражение лица «честной девушки», Юлька сделал вид, что ничего не слышала. Но мысли, посетившие ее голову, были совсем не радостными. Она не ждала радушного приема, но и такой явной агрессии тоже не ожидала.

Тем временем на сцену поднимались деканы различных факультетов и приветствовали своих новых адептов. Подошла очередь и Брюсса тирр Майера. Мужчина, ловко перебирая короткими ножками, взбежал на сцену, легко поклонился в сторону ректора и присутствующих почетных гостей, затем развернулся в сторону адептов:

— Дорогие первокурсники! — жизнерадостно начал мужчина. — Позвольте и мне поприветствовать вас в стенах Академии всех наук! На нашем факультете математики и математического права как всегда привычно мало учащихся. В этом году их всего шестеро. Но сегодня в этот первый учебный день я с гордостью могу объявить, что у нас произошло уникальное событие: к нам поступила девушка. Ее умственные способности ни чем не уступают среднестатистическому адепту мужского пола. Поэтому я надеюсь, что она с успехом закончит курс обучения и станет первой женщиной — математическим правоведом. Позвольте вам представить Юлию Саттарову!

С этими словами тирр Брюс показал рукой в сторону девушки. Все адепты замерли на несколько секунд, а затем раздались жидкие аплодисменты, которые переросли постепенно в улюлюкания и более громкие хлопки. Юлька немного растерялась, смутилась, но затем собралась и слегка поклонилась, как бы давая знать, что это именно она и есть.

Как оказалось, их декан выступал последним. Со словами:

— Надеюсь, ты и, правда, умная, а не любительница ублажать женатых мужчин! — самый старший одногруппник легко подтолкнул девушку в спину, давая понять, что все адепты перемещаются по своим помещениям. И шестеро математиков направились в левое крыло академии.

* * *

Парни уверенно шли в неизвестном направлении. Юльке ничего не оставалось делать, как идти вслед за ними. Итогом стало небольшое помещение, в котором стояло пять парт и кафедра для преподавателя. Так как мужской пол бегает быстрее, на момент, когда девушка зашла в класс, все парты уже были заняты. На нее с любопытством уставилось пять пар глаз, выжидая, чью компанию она предпочтет. Она растерянно оглядела одногруппников. А потом решила, что нужно выбирать не партнера по парте, а парту, на которой любит сидеть. Поэтому уверенно направилась к столу, который стоял первым в первом ряду.

За столом сидел самый старший из одногруппников.

— Ты считаешь, что мне будет приятна компания молоденькой вертихвостки? — презрительно скривив губы, поинтересовался тот.

— Я поняла, что моей компании не будет рад ни один из вас. Поэтому решила выбрать место, за которым обычно люблю сидеть, — пожала плечами Юлька.

— Хочешь сказать, что успела уже где-то поучиться? — тут же поинтересовался один их парней, с которым ей пока беседовать не доводилось.

— Да. А что здесь странного? — удивилась девушка.

— А то, что на женских факультетах парты стоят полукругом. И это место не может быть твоим любимым, — усмехнулся сосед.

— Я не училась на женском факультете, — отрезала девушка. За что получила ядовитый смешок самого юного одногруппника:

— Конечно, там же соблазнять некого!

Юлька вскочила, сжав кулаки. Детский дом научил ее отстаивать правду любыми способами, иначе в том мире было не выжить. Но, слава триединому, потасовки удалось избежать, так как в класс зашел преподаватель.

— Добрый день, адепты! Присаживайтесь! — поприветствовал она разом вставших учеников. — Меня зовут Авхадий дель Рафаэль. Я буду читать у вас маганализ.

— А что обозначает «дель»? — шепотом поинтересовалась Юлька, скорее задав вопрос самой себе.

— Ученая степень, — также шепотом ответил сосед. — Чудная же ты!

— Адепты! — грозно посмотрел в сторону шептавшихся Авхадий. Затем его брови удивленно поползли вверх, где и застыли:

— Девушка?

— Так точно, дель, — по-военному отрапортовал тот, который начинал язвить.

— И что сие прекрасное создание делает на факультете математики и математического права? — растянул губы в змеиной улыбке мужчина. — Научилась считать до…

— Вы сначала узнайте уровень моих знаний, а потом уточняйте, когда я научилась считать до тысячи! — вспылила девушка.

— Ну, раз вы так настаиваете! — ухмыльнулся преподаватель и жестом руки пригласил ее к доске.

Юльке ничего не оставалось делать, как подчиниться требованию. Она поднялась на подиум, который был рядом с доской, и застыла в ожидании.

— Найдите мне простейшую скорость выражения, милочка!

С этими слова дель Рафаэль начал чертить на доске какие-то закорючки. Юлька похолодела от ужаса: закорючек она не понимала, скорость выражения искать не умела. Девушка чуть не заплакала от отчаяния, обиженно тряхнула головой и … Закорючки на доске резко преобразовались в знакомую функцию: игрек равно икс в квадрате. Скорость? И тут до нее дошло, что скоростью называют банальную производную, с которой ученики знакомятся еще в старших классах. Она взяла в руки маркер и уверенно произвела преобразование, которое от нее ждали. Внутренний переводчик, видимо сработал хорошо, И руки девушки написали на доске то, что думал мозг, но в местной интерпретации.

— Хм, — лишь произнес преподаватель. — А такое?

На доске появилась более сложная функция, с которой Юлька справилась в два счета. Мужчина лишь покачал головой и написал многочлен с дробными значениями и кучей скобок. Адептка сосредоточилась и начала делать вычисления. Одногруппники замерли в ожидании. В какой-то момент преподаватель вдруг произнес:

— Вот здесь ты степень забыла учесть! — и резко перечеркнул неправильное выражение. Самый молодой презрительно фыркнул. За что преподаватель одарил его недовольным взглядом и с усмешкой произнес:

— Это выражение пятого курса, и не все выпускники с ним справляются. Особенно те, которые любят смеяться над неудачами других! — а затем без перехода потребовал:

— Представьтесь, адептка!

— Юлия Саттарова! — сильно покраснев, произнесла девушка.

— Но у нас нет терров с таким родом! — удивился сосед по парте.

— Это фамилия моего отца. А по матери я терр Винсент.

— И кем же нам доводится достопочтимый терр ректор? — усмехнулся Авхадий.

— Дядей, — потупилась Юлька. Смысла скрывать свое родство с Аскольдом она не видела. Ведь рано или поздно адепты узнают, что живет она в его доме.

— У-ууу-ууу! — дружно вырвалось у парней.

— Что ж, передайте … дяде, — пред последним словом мужчина сделал паузу и усмехнулся, — что его племянница удивительно талантлива в маганализе. Остальные предметы судить не берусь. Продолжим знакомство!

После этого все одногруппники начали вставать по одному и представляться. Юлька же вздохнула свободнее, поняв, то науки, в общем-то, сходные. Легко ей не будет, но выражение «научилась считать до тысячи» она перешагнет.

— Юля, для тебя я просто Марк, — протянул после звонка руку сосед. — Прости, но я до последнего не верил, что среди женщин могут быть вундеркинды.

В ответ она лишь улыбнулась, пожала плечами и скромно ответила:

— Да ради бога, я все понимаю!

— Ты делишь триединого! — вдруг кто-то с ужасом произнес сзади.

— Ни в коем разе! — покачала она головой. — Просто я из другого мира. У нас бог один. А это лишь расхожее выражение.

— Попаданка? — рассмеялся вдруг Марк. — А я уж начел сомневаться, ради чего триединый наградил мозгами женщину. Прости еще раз, тебя это не касается.

После этих слов мужчина дружески хлопнул ее по плечу. Юлька чуть не присела от удара, но решила смолчать. Этот жест выражал признание, и она не хотела это признание потерять сразу после того, как приобрела. А парни по очереди стали подходить к ней и представляться обыденными именами без терров и тирров. Лишь самый молодой парень на секунду задумалася, но затем подошел и просто протянул руку:

— А я Зиг.

Юлька пожала его холодную, узкую ладонь и ответил, гладя в глаза:

— Очень приятно!

* * *

А глаза у парня были очень красивыми, похожими на настоящие изумруды, такого же глубокого зеленого цвета. И по ним почти невидимо скользили тоненькими змейками сиреневые прожилки…

— Ты менталист? — удивилась непроизвольно девушка.

— Слабый, — отмахнулся парень. — Интересно, а ты где успела с менталистами повстречаться, что с ходу нас вычисляешь?

Юлька прикусила тут же язык, поняв, что еще чуть-чуть и могла бы проговориться.

— Мне дядя рассказал, что у менталистов сиреневые прожилки в радужке встречаются! — ответила девушка, чуть повысив голос от волнения.

— Странно, никогда не замечал! — удивился парень и понесся к зеркалу, висевшему в холле на стене, явно с целью разглядеть свои глаза.

А Юлька задумчиво смотрела ему в след: неужели этот самый Зиг мог оказаться отцом ее ребенка? И как себя с ним дальше вести? Он срезу высказал к ней неприязнь, и лишь под общим напором немного смягчился.

Тут к ней подошел улыбчивый блондин с парой веснушек на носу. Его, кажется, звали Серж.

— Пошли, а то на следующую пару опоздаешь! — позвал он девушку. Юлька очнулась от своих нерадостных раздумий и поспешила следом за остальными.

Серж пристроился рядом с ней и на ходу поинтересовался:

— Юль, а у тебя парень есть?

— Парень? — удивилась она. — А зачем тебе это знать?

— Дык, может, я хочу свою кандидатуру предложить? — широко улыбнулся он в ответ.

Мозг Саттаровой заработали с удвоенной силой. Она точно знала, что женщине живется легче, если за ее плечами есть мужчина. А если она Сержу понравилась, то, скорее всего, лишь до тех пор, пока он не знает про наличие у нее ребенка. Поэтому она приняла, как ей казалось, единственное правильное решение и ответила:

— У меня жених есть.

При этом она очень сильно надеялась, что доктор Сандро об этом не узнает. Замуж она пока точно не собиралась.

— Ну вот, всех красивых девушек еще в раннем возрасте разбирают, как щенков у нашей борзой! — раздался рядом голос Зига, который догнал одногруппников, налюбовавшись своими глазами в зеркале.

Юлька испуганно вздрогнула, не заметив, что он их догнал. А парень, как ни в чем не бывало, продолжил:

— А у меня в глазах точно сиреневые прожилки есть! Я же это никогда не замечал. Не зря говорят, что мужчины и женщины по-разному на мир смотрят.

Когда группа дружно передислоцировалась в другой кабинет и расселась по партам, девушка решила уточнить у соседа:

— Почему этот Зиг такой ершистый? Его все обижают, так как самый молодой? И почему у вас такая разница в возрасте у всех?

— А причем здесь возраст? — удивился Марк. — У нас учиться приходят тогда, когда появляется желание. А оно проявляется не всегда в раннем возрасте. У вас разве не так?

— В принципе также, — покачала головой девушка, — но основная масса идет учиться, сразу после школы, чтобы потом было время строить карьеру.

— У нас академия на карьеру не влияет, — усмехнулся сосед, — я вот уже до начальника гарнизона дослужиться успел, но решил, что мне математической магии не хватает. Решил подучиться. А насчет Зига…

Мужчина на секунду задумался, но потом продолжил:

— Его не мы обижаем, он сам себя обидел. Парень — бастард нашего правителя. И хотя отец в нем души не чает, все равно обижен на всех и вся.

— А как на этот факт смотрит жена правителя? — удивилась Юлька, не понимая, как такие вещи свободно обсуждаются в достаточно консервативном обществе.

— Его первая супруга умерла достаточно давно, оставив мужу законного наследника. А мать Зига не хочет замуж, предпочитая статус фаворитки. При этом она не понимает, что страдает ее собственный ребенок.

— Получается, что он террано? — уточнила девушка.

— Получается, что так!

Глава 7

После занятий Юлька неслась со всех ног домой. Она впервые оставила Ванечку так надолго с другими людьми. Но когда пришла, малыш сладко спал. Даже ей самой не всегда удавалось во время уложить его спать. А тут все было строго по режиму.

— Бабушка, как мой сын? — спросила она шепотом мерно покачивающую колыбельку женщину. Колыбелька стояла в саду, позволяя наслаждаться ребенку последними теплыми денечками уходящего лета.

— Да все отлично! — улыбнулась терра Амалия. — Ты же не с чужими его оставила, а с родной прабабкой. Я так ждала, когда у меня внуки появятся! Как учеба?

— Учеба? Да нормально все. Сначала настороженно меня приняли, а потом вроде все уладилось, — махнула рукой девушка. — А кушал он как?

Вторая половина фразы была произнесена без перехода, чем вызвала еще одну улыбку пожилой женщины:

— Скоро проснется, тогда сама убедишься, что твой сын жив, здоров и особо не тоскует! Иди пока сама переоденься и поешь.

Не успела девушка закончить с обедом, как в столовую зашла Милли:

— Терра Юлия, к вам тирр Сандро прибыл. Вы его встретите?

Юлька сначала немного растерялась, а потом решила, что причин для волнения нет, бабушка утверждает, что с Ванечкой все в порядке. Поэтому кивнула служанке головой и сказала:

— Милли, скажи, что я сейчас спущусь к нему в холл.

При виде девушки, Микас тепло улыбнулся, быстро подошел к ней и, взяв ее руку, прикоснулся губами к кончикам пальцев. Юлька тут же некстати вспомнила, что во всеуслышание объявила его перед одногруппниками своим женихом. Гость ее румянец списал на смущение и спросил:

— Как прошел первый учебный день?

Юлька начала делится с доктором впечатлениями, сама не заметила, как увлеклась, рассказывая о злоключениях сегодняшнего дня. Мужчина же только улыбался, поглаживая большим пальцем запястье ее руки, которую так и не отпустил. А потом, спохватившись, решила извиниться:

— Тирр доктор, простите, я вас заболтала! А у вас же дела!

— Дела подождут. Мне же интересно узнать, как прошел первый день у моей невесты!

— Микас, а вы не торопите события? — настороженно спросила Юлька.

— Нет, я их пытаюсь наколдовать, как в детской сказке! Чем чаще буду повторять, что ты моя невеста, тем быстрее ты ее станешь, — продолжая слащаво растягивать губы, промолвил он.

Девушка торопливо выдернула руку из его цепких пальцев и выжидательно посмотрела на мужчину. Он же видя ее негативную реакцию, решил на первый раз просто откланяться, подумав, что атаку нужно вести чуть боле медленно.

Следующим, кому девушка давала отчет о прошедшем дне, был терр ректор.

— Ты Авхадия дель Рафаэля сразила в самое сердце! — поспешил поделиться он информацией с племянницей. — Для человека, считающего, что у женщины мозгов не больше чем у курицы, твое явление было потрясением. Ты, оказывается, даже задачу за пятый курс решила!

— Я в ней ошибку допустила! — фыркнула Юлька.

— Зато делать начала без пререканий и выкрутасов, веря в свои силы! И если бы тебе дали время, вполне справилась бы!

— Да там ничего особо сложного не было, просто объем большой и внимательность нужна. Дядя, а Зиг в нашей группе, правда, бастард правителя? — перевела разговор в интересующее русло девушка.

— И кто тебя на эту тему просветил? — вопросительно изогнул бровь Аскольд. — Вообще-то это считается государственной тайной.

— Одногруппники сказали, — растерялась племянница. — Они все про это знают. А он тоже менталист?

— Слабенький. А это тоже одногруппники рассказали?

— Нет, я у него сиреневые прожилки в глазах заметила.

— Не общайся с ним слишком близко, кода глаза разглядеть можно. Чем дальше от правителей, тем, поверь, жить проще, — вздохнул терр ректор.

— У нас на Земле даже поговорка есть: минуй нас пуще всех печалей и барский гнев, и барская любовь.

— Умный человек сказал! — согласился с племянницей дядя.

* * *

Последующие дни потянулись в жизни девушки ровной чередой. С утра она спешила на занятия. С одногруппниками наладились если не приятельские, то вполне нормальные отношения. Основная масса предметов давалась Юльке легко. Некоторые проблемы были с историей королевства. Остальные-то адепты успели ее изучить еще в школе, в академии было повторение и дополнение, а для нее это была совершенно новая наука. А вот особую любовь она испытывала к магической алгебре.

Оказывается, любое магическое заклинание отлично вписывалось в рамки математики и могло описываться специальной формулой. Знавший эту формулу, даже не обладая толикой магии в своем арсенале, мог производить любые магические действия. Произносишь полученный ряд чисел, чертишь необходимую геометрическую фигуру в воздухе, визуализируешь и вот оно — ЧУДО!

Преподаватели предупредили девушку, чтобы она пока с чудесами не переусердствовала, иначе могут произойти неконтролируемы выбросы, а это было чревато неприятными последствиями. Поэтому она пока ограничивалась лишь мелкими действиями.

— Бабушка, посмотри, она горит! — с восторгом делилась она с родственницей выполненным домашним заданием. — Берешь начальное число, высчитываешь знаменатель прогрессии, задаешь количество членов, чертишь руну…

И вот уже Юлька несется по коридору, показывая домочадцам зажженную с помощью магии свечку. Своими успехами она делилась со всеми, все еще не веря, что может это сотворить. Даже Микас, который старался приходить к девушке каждый день, вынужден был лицезреть выполнение ее домашних заданий. Математическая магия волновала доктора не сильно, но вот хорошее отношение потенциальной невесты нужно было как воздух.

— Сама как маленький ребенок, даром, что уже мать! — улыбалась терра Амалия, глядя на счастливую внучку.

— Она в маги недалеко от своего сына ушла! — усмехался Аскольд. — Подожди, он чуть подрастет, говорить научится, тогда мы схватимся за голову от двух начинающих магов!

— Ты же ректор, учитель учителей! Тебе и карты в руки, что бы их становление прошло цивилизованно и без больших потерь! — парировала терра.

Тем временем приближалась проверочная контрольная работа по маганализу. Магии там пока не было никакой, а вот знания, полученные в земном универе очень даже помогали. Ребятам тяжело давались математические пределы, а Юлька щелкала их как орешки.

— Юль, почему у меня предел стремиться к нулю? — озадаченно почесывая макушку, шепотом спрашивал Марк. — Я посчитал, вышло пять.

Юлька шепотом, стараясь не привлекать внимание преподавателя, пыталась объяснить ошибку соседу по парте. Обращаться к Авхадию парни считали ниже своего достоинства. А вот мучить одногруппницу вопросами было проще. Преподаватель такого отношения не понимал, поэтому постоянно делал замечания особенно болтливым адептам. В итоге больше всех доставалось Саттаровой. И когда в очередной раз девушка получила порцию замечаний, ее терпение лопнуло. После звонка, она попросила парней задержаться на минуту, встала перед классом и начала речь:

— Ребята! Я не против вам помогать, особенно по тем темам, которые сама хорошо поняла. Но давайте не во время лекций, а? Думаю, что час после занятий могу вполне вам посвятить.

Одногруппники это решение приняли на ура. Решили, что завтра останутся те, у кого проблемы с последней темой.

* * *

Есть хорошее выражение: благими намерениями выложена дорога в ад. Так и с ребятами: собирались заниматься многие, но в итоге остались только Марк и Зиг. После уроков одногруппники сели за парту Марка и Юлии в кружочек и стали разбирать спорные моменты. И если посмотреть на эти занятия со стороны, то не понятно, чем занимаются трое, низко склонившиеся над столом, соприкасаясь головами. Вот так и не поняли их мотивов три адептки, влетевшие в класс.

— Марк! Я тебе верила, а ты с девицами тут отираешься! — завопила с порога блондинка, которая первой вошла в помещение.

Мужчина испуганно поднял голову, прищурившись, попытался разглядеть, что случилось. Затем его лицо прояснилось, он встал и подошел к орущей девице:

— Марта, успокойся! Мы всего лишь занимаемся.

— Вижу я ваши занятия! — не останавливалась та.

— Хочешь сказать, что я девица? — насмешливо изогнув бровь, поинтересовался Зиг.

— Оу, тиррано! Прошу прощения. Меня, кажется, неправильно проинформировали, — зло поджала губы скандалистка. Затем она резво развернулась на каблуках и прошипев подругам: «Я еще с ним разберусь!», вылетела из класса.

— И что это было? — растерянно поинтересовалась Юлия. Она готова была помогать парням, но не готова терпеть глупые ревнивые выходки.

— Это была моя жена! — хмыкнул Марк. — Глупостями себе голову забивает!

— Жена? — удивилась девушка. — Не думала, что ты женат.

— С кем по молодости чего не случается, — отмахнулся как от назойливой мухи Марк. — Перебесится!

— Ты бы ей, того, — задумчиво произнес Зиг, — все-таки объяснил, чем мы тут занимались.

— Ай да, я же сказал, перебьется и перебесится! — фыркнул мужчина. — Еще я перед ней не отчитывался, чем и с кем занимаюсь.

Юлька пожала плечами и продолжила объяснять тему.

* * *

А в это время на подоконнике рыдала Марта, всхлипывая и заливая слезами плечо подруги:

— Шлюха иномирная! Мужиков соблазняет! Мало ей одного террано, еще и на моего позарилась!

— Марта, а, может, ты все-таки ошибаешься? — попыталась возразить та, чье платье не страдало от слез.

— А чего они сидели там голова к голове? Ты считаешь это занятиями? — ответила жена Марка, вновь начав громко всхлипывать.

— Ты его вечером расспроси. Если он тебе ничего не объяснить, то виноват. А так, может, и правда занимались? — погладила подругу по плечу вторая девушка.

— Он со мной о личных делах не разговаривает. Считает, что место женщины лишь в постели и на кухне.

— Но ведь в академию он тебя как-то отпустил? — поинтересовалась подруга.

— Отпустил! Но лишь после того, как я пообещала нажаловаться на него Ирме! А вы же знаете, что он свою сестру боится как огня.

Вдруг лицо девушки просветлело, а слезы резко высохли:

— Ирма! Вот к кому я обращусь за помощью. Она эту шлюху на чистую воду выведет!

* * *

На следующее утро, лишь только Юлька переступила порог академии, Дорогу ей преградила пышнотелая девица с огненными волосами. «Настоящая валькирия!» — только и успела подумать Саттарова, разглядывая воинственное выражение лица незнакомки, как та, видимо, решила оправдать данное ей прозвище.

— Это ты великий математик? — уперев руки в бока, уточнила незнакомка.

— Математик — да, до великого еще не доросла, — вопросительно приподняв бровь, ответила Юлька и застыла в ожидании продолжения диалога.

— И что ж ты, не великий математик, к чужим мужьям пристаешь? — буквально выплюнула в лицо девушки обвинение незнакомка.

— Я? К чужим мужьям? — уже поняв, откуда дует ветер, рассмеялась Юлька. — Нет, дорогая, это они ко мне пристают, но не с теми предложениями, о которых ты думаешь.

Тут в коридор вошел Марк, торопившийся на занятия. Завидев сестру, а это была именно она, застывшую напротив Юльки, мужчина сначала растерялся, но потом поспешил к ним, понимая, что любимой фразой «перебьется» в данном случае не отделаться.

— Ирма, что ты делаешь на нашем факультете? — поинтересовался мужчина.

— И тебе не хворать, — усмехнулась рыжая. — Вот объясняю твоим полюбовницам, что ты у нас мужчина занятой, женатый, и лезть в твою семью не стоит.

— Ну, вы бабы и дуры!

— В чужую семью?

Эти фразы Юлька с Марком произнесли одновременно. Затем девушка гневно сверкнула глазами в сторону Марка и с изрядной долей агрессии пошла на него:

— Ты так и не объяснил своей жене, чем мы вчера занимались? А ведь Зиг настаивал на этом.

— Интересно, интересно, — хмыкнула Ирма. — Я, пожалуй, постою послушаю!

— А что я ей должен объяснять? Что ни черта не понимаю в маганализе, а ты мне темы объясняешь? Я же ей сказал, что ничего у нас с тобой нет. Я муж, и она должна мне верить.

— В итоге же я нажила врага в лице твоей Марты, тут еще твоя сестра нарисовалась. Мне это нужно? — гневно сверкая глазами и сжимая руки в кулаки, наседала Саттарова.

— Так, стоп! — оборвала их милую беседу Ирма. — Пока я тебе, девушка, верю. Но не дай триединый, что-то узнаю, порву на месте! А тебе братец давно пора повзрослеть и научиться разговаривать с женой!

После этого она тряхнула своими огненными кудрями и величественно удалилась. А с боку раздались жидкие аплодисменты. Одногруппники оказались зрителями этого неприятного спектакля.

— Так, дорогой! — на плечо марка легла тяжелая рука Зига. Парень хоть и выглядел очень молодо, но был достаточно широк в плечах и хорошо развит. — Больше ты с Юлей сидеть за одной партой не будешь. Нечего гусынь травить.

— Как не буду?! — взвился Марк. — А с кого я на контрольных списывать буду?!

Потом понял, что ляпнул лишнего, и сразу утух.

— Учиться будешь, для начала с женой разговаривать. Ты вроде бы по годам самый старший из нас, а по уму оказался как несмышленый младенец.

* * *

Когда парни все вошли в класс, Марк тихо попросил:

— Юля, можно тебя на пару слов?

Девушка притормозила, глядя на бывшего соседа по парте:

— Слушаю! — устало отозвалась на его просьбу.

— Прости, что так вышло! Но Марта как с цепи сорвалась!

— Если бы ты просто объяснял жене, что происходит, а не отфутболивал ее, не желая ничего объяснять…

— Отфутболивал? — удивился мужчина, перебивая. — Я к ней никаких заклинаний не применял.

— А причем здесь заклинания? — не поняла она.

— Что значит слово «отфутболивал»? — постарался объяснить одногруппник.

— Прости, это слово из моего мира. Обозначает пнуть мяч подальше от себя, передать его другому или как-то так. Игра у нас есть такая футбол, — терпеливо объяснила Юлька. Она уже поняла, что рядом с этими мужчинами терпение ей понадобиться и немалое.

— Постараюсь исправиться, — понуро повесил голову мужчина.

— Вот когда исправишься, тогда и поговорим, — хмыкнула в ответ девушка. — Только объясни мне, пожалуйста, почему у тебя вызывает такой страх появление младшей сестры? Парни даже в нашем мире мелких сестер за людей н считают.

— А с чего ты взяла, что она младшая? — удивился Марк. — Она меня на пятнадцать лет старше. Когда умерла наша мама, практически заменила мне ее.

— Старше на пятнадцать лет? — буквально присвистнула Юлька. Девушка выглядела максимум лет на 20–25, но ни как не на 50. — А сколько тебе лет?

— Мне? — мужчина недоуменно пожал плечами, — тридцать шесть, а Ирме пятьдесят один.

— А почему она выглядит так молодо?

— У нее магии много. Она на факультете стихий учиться решила, когда своих деток вырастила. Марта — подруга ее старшей дочери. А у меня хорошо развита только боевая. Она молодости не добавляет. Вся энергия на силу уходит. Вот я и решил математическую немного развить.

— Сила есть, ума не надо, — усмехнулась Юлька, удостоившись очередным недоуменным взглядом бывшего соседа по парте. — Это я так о своем, о девичьем. Пошли, звонок скоро будет.

Когда она вошла в класс, то обнаружила, что соседом с ней будет Зиг.

— Ты решил выселить Марка на свое место? — с ухмылкой поинтересовалась Юлька.

— Нет, — покачал головой он, — мы с парнями решили, что каждый будет сидеть с тобой по очереди, чтобы не возникло подобных неприятных ситуаций. Почти у каждого из нас есть девушка, невеста или жена. Зачем подавать лишний повод для ревности и создавать неприятности для тебя?

— А не проще бы было, оставить сидеть меня одну, а вам по очереди сидеть по двое? — решила уточнить она.

— Мы все, конечно, альтруисты, но не до такой степени, — заливисто рассмеялся Зиг, демонстрируя окружающим свой великолепный оскал и закидывая голову назад. — Кто откажется от возможности сидеть с самой сильной адепткой, особенно на контрольной? А тут уж как кому повезет.

Юлька в ответ лишь пожала плечами, села за парту и приготовилась к маголитической геометрии.

После этого маленького происшествия все как-то успокоилось и конфликтных ситуаций больше не возникало. Ирма, когда встречалась на пути землянки, кивала ей головой, правда, скорее не дружелюбно, а давая понять, что за ней наблюдают и ее замечают. Марта больше в драку не лезла, но демонстративно отворачивалась, давая понять, что дел с Саттаровой иметь не желает.

Дома было все спокойно и хорошо. Ванька активно рос и развивался под присмотром прабабушки и Милли. Когда девушка приходила домой, он уже летел к ней навстречу с криками: «Мама! Мама присла!!!». А Юлька подхватывала его на руки, утыкалась носом в тельце, пахнущее молоком, домом и еще чем-то очень и очень приятным. И в этот миг понимала, что она стала действительно счастлива в этом чужом мире.

Так незаметно пролетело полгода. Приближался праздник триединого, а за ним каникулы. И она с нетерпением ждала, когда появится свободное время, которое она сможет провести рядом с Ванечкой.

Глава 8

Зима пришла неожиданно, как и в нашем мире. Вечером, засыпая, видели лишь мрачные пейзажи за окном, а утром все было покрыто пушистым серебром. День был выходной, поэтому Юлька решила погулять с сыном в саду. Для Ваньки это был первый снег в его сознательной жизни. Мальчик вначале бегал по нему, разглядывая следы, которые оставляли его ножки. Затем поднимал в воздух клубы снега, заливисто смеясь. А потом задумчиво смотрел, как красивые снежинки исчезают в его теплых ладошках. В таянии снега тоже ведь есть своя магия, просты мы, взрослые, об этом не задумываемся.

Хорошее настроение мамы с сыном несколько подпортило появление Микаса. Доктор любил появляться не вовремя. Юлька поняла точно, что замуж за него не пойдет. Слишком мужчина был занудлив и расчетлив. Но упорный Сандро не сдавался и регулярно наносил визиты в дом терр Винсентов.

Вот и сегодня он подошел к резвящейся парочке и, легко поклонившись, поприветствовал их:

— Доброе утро! Юля, ребенок же промокнет, может испортить одежду!

— Доброе! — отозвалась она, недовольно нахмурившись. — Но от доктора я бы скорее была готова принять беспокойство состоянием здоровья, но никак не вещей!

Ваня в этот момент умудрился смастерить что-то наподобие снежка и запустить в гостя. Микас досадливо поморщился и стряхнул снежный отпечаток, оставивший на пальто мокрый след.

— Твой сын уже достаточно большой. Его уже пора приучать к хорошим манерам, — нравоучительным тоном озвучил свои мысли доктор.

Юлька решила проигнорировать это высказывание и ничего не отвечать. Доктор же подождал ее реакции, но ничего не услышав в ответ, решил продолжить сам:

— В академии в честь дня триединого будет бал. Ты уже решила с кем пойдешь?

— А разве я должна идти с кем-то? — удивилась девушка. — Я думала, что просто приду и все.

— Нет, в нашем мире так не принято. На бал обязательно ходят парами. Поэтому я предлагаю тебе свою кандидатуру! — пафосно произнес гость.

Девушка задумалась. Еще давно Зиг ей сказал, что у них у всех есть свои половинки. Значит на одногруппников рассчитывать не приходится. Даже Серж, который в самом начале учебы предлагал ей свою кандидатуру на роль парня, недавно познакомился с хорошенькой хохотушкой с факультета артефакторики и проводил с ней все переменки у окна в коридоре. За что подвергался добрым насмешкам товарищей. Получалось, что кроме Микаса у нее и нет никого реального. Тем более что она объявила доктора своим женихом.

— Если для вас это будет удобным, я воспользуюсь этим предложением! — выдавила она из себя улыбку. Почему дядя не сказал об этом заранее? Может она смогла бы кого-нибудь найти более походящего? Но есть, что есть.

* * *

Вечером этого же дня Юлька решила уточнить у терра Аскольда, почему он не предупредил ее об обязательном наличии пары:

— Дядя, а почему ты не сказал, что на праздник триединого обязательно ходят парами?

— Я собирался идти в паре с тобой. А что, появились кандидаты на мое место? — удивленно вскинул брови ректор. — Хотя про что я? Ты же молодая интересная девушка.

— С тобой? Это было бы великолепным решением! — охнула Юлька, прикрыв рот ладошкой и покачав горестно головой.

— И что нам помешает? — озадаченно посмотрел на племянницу мужчина.

— Я уже дала согласие Микасу, — со скорбным выражением лица ответила племянница. — Он пока не оставил идею жениться на мне. И он же сообщил о том, что на праздник ходят парами.

— А ты, так понимаю, замуж за него не хочешь? — задумчиво посмотрел на девушку ректор, отправив в рот кончик карандаша, которым делал какие-то заметки в блокноте, лежащем перед ним. Аскольд знал, что это дурная привычка, но никак не мог от нее избавиться, особенно когда волновался. А волноваться было от чего: его племянницу, скорее всего, принудили шантажом идти на праздник с доктором.

— Он не любит Ванечку! — горько выдохнула девушка. — Если бы мой сын стал для него родным, я бы смирилась и постаралась полюбить доктора. А так, ради чего мне стремиться замуж? Если только я вам с бабушкой мешаю.

— Мешаешь? — брови мужчины удивленно поползли вверх. — Да мы оба счастливы и очень боимся, что настанет время, когда ты все-таки выпорхнешь от нас в большую жизнь. И прости, что подвел тебя. Хотя ты можешь еще отказаться от сопровождения тирра Сандро.

— Ладно, я же всего лишь на вечер с ним пойду. Тем более парням в группе я в самом начале сказала, что он мой жених. Нужно соответствовать. А потом придется белее настойчиво намекнуть тирру, чтобы искал невесту в другом месте.

— Боюсь, более выгодной партии, чем ты, ему не найти! — покачал головой Аскольд. — Но помни, что принуждать тебя в этом вопросе мы ни за что не будем.

— Дядя, я же знаю, что вы у меня с бабушкой самые лучшие! — улыбнулась девушка, чмокнув мужчину в щеку. А затем понеслась наверх, где Милли укладывала Ванечку спать.

— Егоза! — улыбнулся ей в след дядя. — Наша любимая егоз. Только будь счастлива в этом мире.

Он не думал, что девушка услышит его слова. Но она развернулась, одарила его улыбкой и сказала:

— Обещаю! Я обязательно стану!

* * *

Следующее утро началось со скандала. И учинила его ни кто-нибудь, а сама терра Амалия, которая в обычной жизни даже и голоса никогда не повышала. Ей было достаточно выразительно приподнять бровь, как все бросались исполнять ее прихоти.

— Кольди! Почему про бал в академии я узнаю в последнюю очередь? У нашей девочки нет бального платья, а ведь она впервые выходит в свет! — бушевала терра.

— Мама, но это же ежегодный бал, и о его существовании ты всегда прекрасно знала! — возмущенно пыхтел терр Аскольд.

— Я пожилая женщина и мне свойственны провалы в памяти! Ты обязан был мне о нем напомнить! — сверкала глазами пожилая женщина.

— Конечно, провалы в памяти! Ты булочнику три копейки, которые он тебе не сдал, полгода напоминала, — буркнул про себя Аскольд. Стоявшая рядом Юлька только прыснула в кулак, даже не представляя, как вести себя в данной ситуации. Тем более что причиной раздора стала именно она, а точнее отсутствие у нее бального платья. Но затем уже громко мужчина добавил:

— Мама, прости, я виноват. Мужчинам не свойственно думать про женские наряды, поэтому я упустил данный пункт. Мы что-нибудь придумаем!

— Да что ты придумаешь за три дня? Все мастерские завалены заказами на полгода вперед. А покупать готовое платье для терры просто позор.

— Бабушка, но почему позор? — попыталась отвлечь внимание от бедного ректора Юлька. — Мы можем купить готовое платье и что-то в нем переделать, чтобы оно ни на кого не походило. Мы в детском доме часто так делали.

— Переделать? — округлила глаза, изображая ужас бабушка. Но затем ее взгляд вдруг принял осмысленно выражение и уже совершенно другим тоном она воскликнула:

— А ведь это идея! Только мы не будем переделывать готовое платье. У нас сохранилась куча нарядов Иллии, среди них есть даже те, которые она так ни разу и не надела. Я думаю, моя девочка была бы рада, если ее наряды перешли по наследству к дочери! — с этими словами терра Амалия подхватила Юлю за руку и повела на третий этаж дома, где девушка еще особо и не бывала.

Не то, что ее туда не пускали. Просто ей там фактически нечего было делать. Лишь в первый день, когда Милли проводила экскурсию по дому, она провела ее по этажу, мимолетно бросив: «Здесь были покои дочери терры Амалии!». Сейчас Юля шла затаив дыхание. Ей предоставлялась возможность прикоснуться к чему-то, что принадлежало ее родной матери. Далеко не всякому воспитаннику детского дома выпадает такое счастье.

Гардеробная Иллии была достаточно просторной. С одной стороны на стене висело огромное зеркало, где хрупкая фигурка девушки умещалась во весь рост. Противоположная стена была занята тем, что в нашем мире называют шкаф-купе. И именно в нем хранилось все то богатство, ради которого бабушка с внучкой поднялись в эти покои.

Амалия раздвинула двери шкафа, а Юлька даже зажмурилась в первые секунды от того обилия красок и блеска драгоценных камней, которые обрушились на нее.

— Это бальные платья твоей мамы. Выбери, что тебе понравится, а затем мы переделаем его в соответствии с современной модой. Хотя, надо отметить, бальные платья в отличие от повседневных за 20 лет не так уж сильно поменялись, — с придыханием произнесла терра Амалия, проведя рукой по переливающемуся шелку. А затем незаметно смахнула набежавшую слезу.

— Бабушка, не плачь! — прижала руку пожилой женщине к своей щеке девушка. — Если бы я знала, что это вызовет твои слезы, ни за что бы сюда не пошла.

— Нет, не расстраивайся! Я мою девочку давно уже оплакала. Это слезы счастья, что наш род не умер, и с вашим с Ванечкой появлением у меня появилось второе дыхание. Давай лучше выбирать то, что тебе понравится!

Юлька задумчиво передвигала и разглядывала платья. Большинство из них подразумевали корсет и были украшены большим количеством драгоценных камней. Девушка решила, что это слишком тяжелые наряды и ей в них будет не комфортно. Она была уже готова выбрать первое попавшееся, чтобы не расстраивать бабушку, как на глаза палось очень простое бирюзовое платье с глубоким вырезом из ткани, похожей на трикотаж. На нем не было ни одного камешка, да и фасон был полуприлегающий.

— А можно я его померяю? — подняла глаза на бабушку Юлька.

— Твоя мама тоже его любила больше всех! — улыбнулась женщина. — Что ж, меряй!

Когда платье было надето, Юля удивилась, насколько ткань приятна к коже и как красиво она облегает тело.

— Это платье из шелковой паутины гигантских итонийских пауков, — промолвила терра Амалия, когда Юлька появилась перед ней. — Она настолько дорогая и необычная, что не требует дополнительных украшений. К сожалению, не вся современная молодежь сумеет это оценить.

— А мне не нужны чьи-то оценки! Главное я себя отлично в нем чувствую, — улыбнулась Юлька. — И думаю, что даже ничего переделывать будет не нужно!

При этом она чувствовала себя очень счастливой, словно прикоснулась к чему-то теплому и родному.

* * *

Три дня пролетели очень быстро. Наконец наступил день праздника триединого. Ваня словно поняв, что мамы сегодня вечером не будет, с утра начал капризничать. Милли еле его успокоила, уведя гулять. Юлька рвалась пойти вместе с сыном, но терра Амалия ее резко одернула:

— Юля! Сын не может быть привязан к материнской юбке! Он должен вырасти мужчиной, а не маменькиным сынком. Ты должна учиться быть свободной!

— А если я не хочу такой свободы? — со слезами на глазах, которые выступили от переживания за ребенка, уточнила девушка.

— Дурочка ты моя маленькая, он скоро вырастет, не успеешь оглянуться, — погладила бабушка внучку по голове, — а ты оглянешься назад и поймешь, что двадцать лет жизни прошли мимо тебя! Поверь моему жизненному опыту. Ему с Милли хорошо. Скоро и я к ней присоединюсь. А ты просто побудь сегодня красивой молодой женщиной.

С этими словами терра Амалия отправила девушку в ванную искупаться, вымыть голову и немного отдохнуть. Затем усадила ее в глубокое кресло, заставив предварительно нанести на лицо и шею специальную магическую маску для свежести кожи. А чуть позже пришел специально вызванный стилист, который сделал девушке парадную прическу и макияж.

Примерно через два часа Юлька глянула на себя в зеркало и не узнала. На нее смотрела из-за стекла настоящая красавица. Итонийский шелк красиво облегал фигуру. Легкий макияж делал лицо очень свежим и молодым, но в то же время подчеркивал пухлые губы девушки и увеличивал и без того большие глаза. Терр Аскольд принес накидку из белого меха, похожего на земного песца и накинул на плечи племяннице со словами:

— Чтобы не замерзла! Не хочу, чтобы Микас тебя грел…

А тирр Сандаро, явившийся за полчаса до бала, буквально остолбенел, поняв, что вышедшая его встретить красавица и есть его сегодняшняя партнерша.

— Юля, я потрясен и восхищен! — только и сумел вымолвить он чуть охрипшим голосом. — Пора идти!

— Сейчас, только Ваньку перед сном поцелую! — ответила ему она. Причем сделала это преднамеренно не то с желанием его позлить, не то просто еще раз проверить реакцию. Микас не подвел: недовольно скривил губы, правда, вслух ничего не сказал.

До главного корпуса Академии всех наук из дома ректора было недалеко, буквально пять минут пешком по тропинке. Но доктор настоял, что они поедут на магомобиле, чтобы не заморозить девушку в легком платье. Хотя, она подозревала, он просто считал ниже своего достоинства появиться перед главным входом пешком.

Главный зал академии встречал гостей миллионом огней, музыкой и магическими ароматами, которые должны были подарить удовольствие гостям во славу триединого. Микас помог снять Юлии накидку, сдал ее в гардероб, а затем предложил свой локоть, чтобы они как истинная пара вошли внутрь. Девушка покосилась на руку мужчины, но ничего в этом предосудительного не нашла и положила на сгиб свои пальцы. Вроде бы особо и не прикасаясь к нему, но в то же время, обозначая свой статус.

Бал открывал терр ректор. Он в краткой речи поприветствовал гостей и поздравил их с праздником. Вторым был жрец храма триединого. Высокий, очень худой мужчина с грустными глазами и тихой размеренной речью полчаса говорил о важности духовного в жизни подданных Ильбрука, потирая свои длинные холеные пальцы. Студенты дружно успели заскучать. Только Микас очень внимательно вслушивался в каждое слово говорившего, словно там решалась его судьба. Наконец с приветствиями было закончено и начались танцы.

— Разрешите пригласить! — мужчина развернулся лицом к девушке и протянул ей руку.

— Я не умею танцевать! — грустно улыбнулась она в ответ.

— Ничего! Наши танцы очень простые, думаю, тебе не составит труда выучить на ходу пару па, — отмел он ее возражения.

Юльке совершенно не хотелось обниматься с доктором. Все партнеры танцевали примерно так же, как на земле танцуют медляки, то есть при тесном телесном контакте. Но заметив с боку ехидный взгляд Марты, вздохнула и ответила согласием. Микас улыбнулся уголками губ и прижал девушку к себе несколько теснее. Он был выше партнерши почти на голову, и ей ничего не оставалось делать, как уткнуться носом ему в грудь.

Неожиданно для себя она отметила, что отвращения у нее эти объятия не вызывают. Хотя трепета или восторга тоже. И решила, что если судьбе будут угодно, чтобы она вышла замуж за тирра Сандро, она сможет это перенести. Единственным условием была любовь к Ванечке. Она никогда не выйдет замуж за мужчину, который испытывает отвращение к ее ребенку.

За первым танцем последовал второй, потом третий. Микас ни на секунду не оставлял Юльку в одиночестве. За это она получила одобрительный кивок Ирмы, только это радости ей не принесло. Она была молода, несмотря на ребенка, и с удовольствием потанцевала бы с другими кавалерами. Но сегодня ей это было не сужено. После танцев всех пригласили на фуршет, столы для которого были накрыты в соседнем зале. Одногруппники, да и другие адепты веселились. Со всех сторон доносились шутки и смех. Даже Марк, приобняв за талию свою жену сыпал искрометными шуточками. И лишь у Юльки с Микасом, как она мысленно обозвала, вели светский разговор. Девушка уже начала откровенно скучать и предложила спутнику пойти домой.

— Подожди немного, сейчас будет магический фейерверк! — отрицательно покачал доктор головой в ответ на ее просьбу. — Это очень красиво, думаю, что тебе понравиться.

— Хорошо, уговорил! — пожала она плечами.

После фуршета все выстроились в две шеренги вдоль стен бального зала. Трое мужчин во главе с жрецом вывезли в центр непонятное устройство, отдаленно напоминающее тот агрегат, который в планетариях рисует звездное небо. Немного поколдовав над ним, они начали световое шоу.

Вначале зал окрасился в розовые тона, которые постепенно темнели, переходя в густой сиреневый цвет. Затем на потолке стали зажигаться звезды.

— Точно, планетарий! — подумала Юлька. Ей однажды довелось в таком побывать.

Но вместо ожидаемого рассвета, все вдруг стало золотистым, и на зрителей полетела мелкая звездная пыль. Затем в зените стала разгораться большая бирюзовая звезда, так красиво гармонирующая с итонийским шелком платья девушки. И тут раздался резкий вопль:

— Шлюха! В наших рядах 541-шлюха!

Все обернулись на голос. Кричала Марта. При этом пальцем она показывала в сторону Юльки.

— Сообщите срочно в полицию нравов! — звенел голос женщины.

Юлька мимоходом глянула в висевшее рядом зеркало и увидела, что на ее щеке высвечивается злополучный номер. Она растерялась, не понимая, что это обозначает и что делать дальше. Повернулась к доктору, чтобы получить объяснения. Но тот побледнел, и, пробормотав слова:

— Прости! Но у меня пациенты, у меня репутация! — скрылся в неизвестном направлении, оставив девушку один на один с толпой разгневанных гостей.

Терр Асколд присутствующий в этом зале, быстро оценил ситуацию и пробиваясь локтями, подобрался к племяннице.

— Юля, где тебя угораздило выпить эликсир Кобейна? А, главное, зачем?

С этими словами он активировал портал, так как другим способом перемещаться было слишком рискованно. Через три секунды они уже входили в его кабинет ректора.

* * *

— Дядя, ничего не понимаю! Какой номер? Какой эликсир? — всхлипывала Юлька, размазывая слезы по щекам. — Я нигде, кроме как дома ничего не ела и не пила! И почему сразу шлюха? Господи, да за что мне все это?

Терр ректор и так не переносил женских слез. А тут он был уверен, что племянница имеет на них полное право. Вот только как успокоить девушку он не знал. Поэтому присел перед ней на корточки, взял ее ладони в свои руки и стал легонько поглаживать их, успокаивая бедняжку. Менталистом он не был, но кое-что умел. И через пять минут слезы прекратились, а девушка, казалось, успокоилась.

— Номер на щеке появляется у женщин легкого поведения, которые выпили эликсир Кобейна! — начал он свой рассказ. — И раз он вылез у тебя, значит ты его тоже пила.

— Вы считаете, меня женщиной легкого поведения? — снова начала всхлипывать его племянница.

— Ни в коем случае! — тут же открестился от этого предположения дядя. — Я считаю это все трагической случайностью и хочу с этим разобраться.

— Тогда расскажите мне подробно про этот странный напиток. Может у меня получится что-то понять или вспомнить, — предложила Юлька, немного успокоившись.

— Хорошо, слушай. У нас в академии работает немного чудоковатый профессор Артур дель Кобейн. Он считает, что его призвание спасать мир. И периодически выдает миру очень странные изобретения. Так два года назад он изобрел эликсир, выпив который, женщина легкого поведения получала порядковый номер на щеку, который проявлялся лишь в свете магических огней. Но добровольно женщины пить его, естественно, отказались. И теперь государство поит и регистрирует всех ночных бабочек принудительно, чтобы сдирать с них налоги. Так одна идея переродилась в совершенно другое исполнение. Но ты в наших борделях, надеюсь, не была и принудительно тебя никто им не поил.

— Я клянусь… — начала оправдываться Юлька.

— Тише, тише, я в тебе даже не сомневаюсь, — прервал мужчина племянницу. — Но был еще один источник эликсира. После своей презентации широкой публике, профессор по рассеянности забыл колбу в зале, чем воспользовались два наших студента. Они решили найти себе идеальных жен, чистых и непорочных. Чтобы номер был стойким, выпить нужно было не менее пятидесяти грамм. Они же давали девицам буквально по капле. Эффект от эликсира длился не более часа, а потом благополучно сходил на нет, при условии, что женщина не занимается развратом. Возможно, именно с ними ты где-то и пересеклась. Один из парней был очень сильный маг, и перемещение для него между мирами было обыденным делом.

— Но почему у меня номер не сошел?

— Вот это мне и кажется очень странным, — потер Аскольд задумчиво подбородок. — Нужно подумать. Тогда может решиться эта загадка.

Юлька тяжело вздохнула:

— Пойдем те домой, а? Меня, наверное, наверное, уже сын заждался!

— Ванечка! — вдруг воскликнул терр ректор.

— Что Ванечка? — испуганно вскинула глаза девушка на дядю.

— Успокойся, с ним все хорошо, — покачал головой Аскольд. — Просто, скорее всего, именно Ванечка причина того, что номер не сошел. У тебя незаконорожденный ребенок, союз с отцом которого не освящен в храме.

— Понятно, — понуро ответила Юлька. — А что с теми парнями стало?

— С теми? Да ничего. Слишком высокопоставленные у них родители. Пожурили и отпустили с миром.

Глава 9

Александр террано Громиер летел по дороге на магобиле, практически утопив педаль газа в пол. Мужчине нужно было выплеснуть свои эмоции, пока он не разрушил ко всем демонам половину этой страны. Причиной же стала очередная беседа с отцом. Иоанну террано Громиеру срочно нужна была жена для сына. Правитель справедливо считал, что как только перестает действовать проклятье, а это случается в тридцать лет, наследник должен обязательно жениться и дать жизнь следующему поколению. Но о какой женитьбе могла идти речь, если он, Александр террано Громиер, уже два с лишним года как импотент? ИМПОТЕНТ! Как рассказать об этом отцу? Такое известие могло просто убить старика.

Быстрая езда всегда успокаивала молодого мужчину, позволяя взять контроль над магией. Благо, он научился ментальной защите от родителя, иначе его тайна была бы уже раскрыта. А может это все было бы к лучшему? Отец признал бы Зигиуса наследником и дело с концом? А его отпустил бы на все четыре стороны? Только он не привык сдаваться и был готов побороться, только не знал с кем и где. Александр прошел всех светил докторского искусства и всех возможных магов, кому мог доверить свою тайну. Доктора лишь разводили руками, утверждая, что террано абсолютно здоров. И если и есть проблема, то она не связана с телом.

А вот среди магов один самый старый отшельник Никитус, живущие долгие годы в пустыне увидел проблему молодого человека.

— Александр! На тебя наложен магический блок! Вернее, даже не на тебя, а на него… — отшельник при этом выразительно скосил глаза на область паха. — Как будто кто-то привязал его к ноге магической цепью, И теперь эта цепь мешает исполнять надлежащие природой функции.

— И что мне делать? — поинтересовался озадаченный наследник.

— Кто смог наложить проклятье на одного из самых ныне существующих могущественных магов? Боюсь, что это под силу лишь триединому.

— И?

— Молись, сын мой. Триединый справедлив. Если его ушей достигнут твои молитвы, он поможет!

Александр поблагодарил отшельника, хотя его ладони непроизвольно сжимались в кулаки, а желание залить пустыню водой превышало разумные пределы. Отлично, он будет молиться! Только вот в монастырь не пойдет. Пока не пойдет. Там его и так возьмут. Неужели во всем виновата та иномирянка? Но он же постарался загладить свою вину полностью. Может у них бог другой и это его проказы?

Три года назад они с лучшим другом и соратником Максимусом терр Виргеном стянули у профессора Кобейна колбу с эликсиром. Да даже не стянули, просто профессор забыл ее после лекции, а парни решили, что от профессора не убудет, если они воспользуются плодами его труда. Макс был уже в то время одержим идеей найти идеальную спутницу жизни: чистую и невинную девушку. Но он не знал, как это точно определить. Не снимать же пробу с девственниц? Получилось бы как в старом анекдоте, когда министр безопасности проверял всех девушек на девственность, так скажем, естественным путем. А король после возмущался, что ему одних шлюх поставляют. Министр же пожимал плечами: «Ваше терранство, со мной они точно девственницами были!».

В библиотеке была монография Кобейна, где он подробно описывал действие своего зелья. Изучив ее от корки до корки, парни приступили к поискам. Алгоритм их действий был очень прост: одна капля эликсира на стакан питья. В течение часа на щеке девушки появляется номер, видимый в магическом огне, если она хоть раз в своей жизни имела незаконную связь с мужчиной. Через час цифра исчезала. Все просто и понятно, никакого насилия и никакого вреда. Максиму же только оставалась определить, нравится ему девственница или нет, чтобы продолжить дальнейшие ухаживания. Только все оказалось далеко не так просто, как им казалось в самом начале. Все девушки, которые более или менее нравились другу, оказывались с номерами. Без номера были лишь те, на кого без слез не глянешь. И терр Вирген категорически не хотел на них не только жениться, но и начинать банальные ухаживания. При этом он еще умудрялся завидовать Александру:

— Лекс, вот тебе везет! Никого искать не надо. Приведут какую-нибудь террану, скажут женись на благо отечества, а ты просто возьмешь и женишься!

— А то, что потом с этой терраной мне в постель придется ложиться? И дай бог, она хотя бы не страшная будет. А то оставлю Ильбрук без наследников.

он даже не предполагал, как был близок к истине. Жрецы культа триединого разделились на две части. Одни считали, что род Громиеров проклят, а другие, что триединый послал благословение. По легенде, которой насчитывалось более 5000 лет, наследники до тридцати лет могли иметь детей только от истинной пары. Если же этого не случалось, а последнюю тысячу лет не случалось с завидной регулярностью, дети появлялись после достижения этого возраста и после обязательного освящения союза в храме. А ему уже и освещать нечего было…

В итоге они проверили за полгода более пятисот девиц. Если не считать тех двух первых ночных бабочек вроде мисс Му-му, то их набралось уже 538.Следуюящая должна была получить номер 541.

Макс уже потерял надежду найти в Ильбруке женщину своей мечты, поэтому уговорил друга на один вечерок сходить в параллельный мир. Благо силы Александра вполне это позволяли. Друзья шагнули в портал и оказались в странном месте, где очень громко играла музыка, а толпы молодежи дергались под нее, словно их кусали тучи мурашей.

— И как мы здесь будем выбирать мою нареченную? — округлил то ли от удивления, то ли от испуга глаза Макс.

— Но ведь они как-то выбирают, да еще и размножаться умудряются, судя по количеству здесь присутствующих! — усмехнулся Лекс. — Не паникуй раньше времени! Давай осмотримся, подождем. Может чего и нарисуется. Не зря же я магию тратил в таких количествах?

«Нарисовалось» буквально через пару минут. К иномирянам подошли две местные девицы в очень странных нарядах с точки зрения жителей Ильбрука. Их ноги были затянуты в сильно обтягивающие штаны синего цвета, подобие маечек были такими короткими, что открывали взорам стоящих рядом пупки, в которые были вдеты непонятные штуки на подобии сережек, которые их девушки носили только в ушах. Длинные волосы были забраны в высокие хвосты, а лица были буквально разрисованы.

— Какие красивые мальчики! — пропела одна из подошедших, кокетливо проводя по груди Лекса пальцем с длинным красным когтем, на котором блестел бриллиант. Когтя? Парень трусом не был, но к таким неожиданностям не привык. В этом мире водятся оборотни или другая нечисть?

— А не желают ли мальчики угостить девочек по коктейльчику? — вторила ей другая. Только когти у нее были зелеными. — А мы вас потом отблагодарим!

В чем будет заключаться их благодарность, Лекс даже представить не мог. Девушки же были очень настойчивыми, кокетливо поглаживали друзей, при этом задевая даже интимные места. Тем самым сильно смущая их и загоняя в краску. Чтобы хоть как-то разобраться в ситуации, Громиер решил подключить ментальные возможности. Он попытался банально залезть в голову одной из прелестниц. Картинки, которые он там увидел, повергли молодого мужчину в шок. Он в свои двадцать восемь лет не был девственником, и девушки Ильбрука его любили и всегда были благосклонны, зная о проклятии правящего рода. Кто же откажется от удовольствия, зная, что последствий не будет? Только видения выходили за все мыслимые рамки. Из этого жуткого места нужно было срочно делать ноги. Но нельзя же было просто взять и исчезнуть. Портал мог прихватить странных дам с собой. А им дома такой головной боли точно не нужно было. Поэтому Лекс решил «угостить девушек коктейлем», благо к переходу он готовился основательно и кое-какая наличность у него в карманах имелась.

— Жди меня здесь! — шепнул он Максу, и, подхватив девиц под руки, повел к тому месту, где продавались напитки со столь странными названиями.

Затем отдав бармену достаточно крупную купюру по меркам страны, в которую они попали при переходе, сказал:

— Сдачи не надо. Угостите, пожалуйста, девушек всем, что они захотят!

Девицы дернулись, не зная, что предпринять. С одной стороны им явно не хотелось терять из виду столь щедрого спонсора. Но с другой, они понимали, что как только отойдут от стойки, бармен сразу забудет про ту сумму, которая была заплачена. Решив, что лучше синица в руках, чем журавль в небе, девушки приступили к дегустации. А Лекс, вздохнув полной грудью от радости, что так легко отделался, поспешил вернуться к Максу.

За столом, где сидел Макс, оказалась еще одна гостья. Но эта девушка разительно отличалась от тех двух, которых он только что увел к барной стойке. Бирюзовое платье походило на те, что в его родном мире девушки надевали на бал дебютанток. Оно красиво облегало юное тело, но и оставляло простор для фантазии. Смоляные кудри были уложены в высокую прическу, давая лишь нескольким локонам свободно виться вокруг точеной шейки. Большие наивные глаза под красиво изогнутыми бровями и пухлый рот притягивали к себе взгляд. Но больше всего Александра поразили босые ступни незнакомки с крохотными пальчиками. Девушка, видимо устала и скинула туфли, запихнув их под стул.

— Оу, у нас новая соседка! — обозначил он свое появление.

Простите, я заняла ваше место! — испуганно пискнула девушка. Она попыталась торопливо всунуть разбухшие ступни в туфли, но это у нее получилось крайне плохо. Досадливо поморщившись от боли, которую вызвала обувь, попыталась встать.

— Сидите, сидите! Я найду себе другой! — остановил он ее, прижав обратно к стулу ладонями.

— Я все же пойду, меня друзья уже, наверное, потеряли! — попыталась возразить девушка.

— Вон они там танцуют! — указал Макс в сторону, где и правда обнаружилась танцующая парочка. — Я думаю, вам пока не стоит им мешать.

Выражение лица товарища говорило за то, что он готов принять эту нимфу в свои объятия даже без проверки эликсиром. И этот факт очень не понравился Лексу. Что-то внутри противилось тому. Тогда он решил все-таки проверить девушку. Если она окажется пронумерованной, то наваждение спадет.

— Макс, принеси девушке соку! — резким тоном он отослал друга. Но затем немного смягчил тон:

— Какой сок предпочитает дама? Или может ты хочешь что-то покрепче?

Девушка отрицательно покачала головой:

— Если вас не затруднит, можно мне минералки?

Макс кивнул головой и через минуту протянул ей запотевший бокал с вожделенной жидкостью.

— Она же невкусная! — фыркнул Лекс, ища повод капнуть магической жидкости. — Давай, я ее чуток улучшу!

С этими словами он достал из кармана пузырек и капнул в бокал каплю жидкости. Вода тут же окрасилась в зеленый цвет и стала красиво флуоресцировать.

— Это что такое? — округлила глаза девушка. — Ты случайно не наркотики в воду подмешал?

— Ты чокнутая? — рассмеялся он, подражая в разговоре местным парням. Перед переходом террано изучил этот мир. — Наркота больших денег стоит. Кто тебя ей бесплатно угощать будет?

Девушка кивнула головой, взяла бокал и одним глотком почти полностью осушила его. В это время зазвучала медленная музыка, а зал расцветился синими огнями магического света. Возможно, в этом мире без магии его таковым не считали, но свойства от незнания у него не менялись. Алекс внимательно посмотрел на щеку девушки. Она как была девственно чистой, так ей и осталась.

Глаза Макса уже поблескивали от предвкушения. Александр даже не стал заглядывать в его голову, чтобы разгадать его желания. Эта девушка должна стать его. Он заберет ее в свой мир, представит ко двору, а через два года сделает своей женой. От таких мыслей у него пересохло горло, И он с удовольствием допил минералку, в которой только что сам растворил эликсир, предназначенный для женщин. Это и стало роковой ошибкой. В этом мире действие жидкости очень сильно отличалось от того, которое было в Ильбруке.

Первой повелась девушка. Ее дыхание участилось, она призывно облизнула губы и уселась на колени к Александру, а затем жадно припала к его губам. Он вначале растерялся от такого неожиданного поворота. Но потом в его мозгу словно что-то щелкнуло, и он отозвался на призыв.

Отрезвление пришло в тот миг, когда он понял, что они вдвоем с незнакомкой устроились на полу какого-то пыльного чуланчика. И он только что лишил ее девственности. И хотя это была первая невинная дева в его жизни, он точно знал, что ничего, кроме боли они в первый раз испытывать не должны. Но девушку неожиданно пронзил спазм оргазма. По ее телу побежала волна возбуждения, и она хрипло застонала. И тогда он не удержался и излился в нее…

После этого парень пришел в себя окончательно. Девушка, похоже, тоже очнулась. Она смотрела теперь на него теперь глазами полными ужаса, прикрывая ладошкой перекошенный спазмом рот. Триединый, что он натворил? Никуда он ее не заберет. Отец не потерпит иномирянку на престоле рядом с сыном. Чем он думал, когда решился на такое, словно на мозги кто-то напустил туман?

— Не бойся, я все поправлю! — только прошептал, целуя легко девушку в губы. Затем провел над ее животом рукой, возвращая в исходное состояние ее девство. Другим взмахом стер память, чтобы эти воспоминания не вызывали страданий в ее чистой душе. Ему же останется только забыть этот восхитительный миг единения. Она так и не проронила ни слова. А просто свернулась прямо на грязном полу калачиком и уснула. Он легко подхватил ее на руки, соображая, куда переместить бесчувственное тело дальше. После внушения девушка будет спать некоторое время.

У входа в чулан стол Макс со свирепым выражением лица:

— Ты, ты, подонок! Что ты наделал?

— Я бы понял тебя, если бы несколько минут в твоем мозгу не мелькали такие же картинки, — хмуро ответил другу. — Что с ней теперь дальше делать? Не бросать же здесь.

— Она же с друзьями пришла. Пусть они ее и заберут. Скажем, что перепила лишнего.

Друзья в восторг от спящей девушки не пришли. Но подруга с дерзким взглядом только бросила через плечо:

— Раз споил, неси до интерната сам! А там мы уже разберемся.

Александр не возражал, покорно неся практически невесомую партнершу в указанное место. Когда они подошли к высоким воротам, за которым скрывался огромный дом в три этажа, девушка остановила его:

— Дальше тебе нельзя! Мы сами! — и с этими словами они с кавалером ловко перетащили бесчувственное тело в дыру, рядом с запертыми воротами. Дальше они попытались тащить ее волоком, но совершенно обмякшее тело плохо слушалось. Девушка покачнулась и упала рядом с кустом.

— Тепло! До утра не замерзнет! — фыркнула подруга, махнув рукой. И отправилась в сторону дома. Лекс хотел рвануть за ней, но побоялся, что сделает только хуже. Поэтому остался рядом, наблюдая, чтобы с ней ничего не произошло, пока она там лежит. Небо незаметно порозовело, и на востоке стала всходить звезда, которая поддерживает жизнь в этом мире. А со стороны раздались голоса, и к бесчувственному телу поспешила такая же смуглая женщина, как и его незнакомка.

— Наверное, мама! — решил мужчина. И на этом они с Максом покинули странный мир.

Из воспоминаний его выдернула вибрация кристалла. Начальник полиции нравов всегда должен был быть на связи. Его на этот пост сразу после окончания академии определил отец, словно в насмешку судьбы. А он действительно стал самым нравственным и примерным мужчиной на сегодняшний день.

— Террано Александр! — раздался голос дежурного на другом конце. — У нас тут вызов из Академии всех наук. У них там обнаружилась неучтенная пронумерованная женщина. Я же помню, что вы там учились, поэтому решил сначала сообщить вам! Кого послать на происшествие?

Александр растерянно выглянул в окно. Оно был совсем рядом с академией. Время было позднее, И он решил не трогать оперативников, которым и так хватало работы.

— Никого не надо! Я сам заеду, — бросил он дежурному и разорвал связь.

* * *

Терр Аскольд с Юлькой уже собирались идти домой, как в кабинет ректора вбежал запыхавшийся охранник:

— Терр ректор, там из полиции нравов прибыли! Зачем-то хотят вас видеть в столь неурочный час!

— Где они? — обреченно спросил Аскольд.

— Не они, а он. Там один только, ваш бывший студент, — отрапортовал страж.

— Веди! — устало выдохнул Аскольд, проведя рукой по лицу. — Только, Вилл, не быстро. Идите помедленнее. Мне нужно успеть кое с кем переговорить.

— Так точно! — прищелкнул каблуками мужчина и пошел исполнять указание начальства.

— Мартышка! — выплюнул как что-то противное, попавшее в рот, Аскольд.

— Что? — не поняла испуганная и побледневшая Юлька.

— Марта — настоящая мартышка, а не человек, — хмыкнул он. — Это она подсуетилась, полицию вызвала. Бывают же такие… Хотя речь сейчас не о ней. Я думаю, в случившейся ситуации тебе лучше рассказать все как есть, включая историю про ребенка. Тайну уже сохранить не удастся. Но раз полицейский мой ученик, то думаю, что сумеем выкарабкаться с наименьшими потерями.

Тут в дверь кабинета постучали и, не дождавшись приглашения, в помещение вошел высокий мужчина с коротко стриженными темными волосами, глаза которого были закрыты дымчатыми очками. Увидев ректора, он широко улыбнулся и протянул руку для пожатия. Аскольд руку принял, но при этом сильно побледнел. Юлька это все наблюдала, но причину страха дяди понять не могла. Может студент двоечником был? Мужчина же развернулся и увидел девушку.

Минуту он молча разглядывал ее, затем потряс головой, словно не веря глазам своим. Но потом, явно взял себя в руки и хрипло спросил:

— Терр ректор, можно я воспользуюсь вашим столом?

— Конечно, Громиер, устраивайтесь! — ответил обреченно хозяин кабинета.

Мужчина сел за стол, достал из сумки, которая напоминала планшетку земных военных, несколько листов и взял в руки карандаш.

— Ваше имя и имя рода? — начал он опрос.

— Юлия Саттарова, — безэмоционально начала отвечать допрашиваемая.

— Терр Висент! — добавил ректор.

— Что, терр ректор? — не понял полицейский.

— Ее родовое имя терр Винсент. Это моя племянница.

Юлька подняла голову и посмотрела на дядю. Тот усиленно жестикулировал, пытаясь что-то ей сказать так, чтобы гость не увидел. Но девушка не смогла понять, что от нее хотят и лишь отрицательно покачала головой.

— Как получилось, что родственница столь уважаемого человека занимается этим непотребным ремеслом, да еще и не встала на учет? — изогнул вопросительно бровь гость.

— Я никогда и не с кем этим непотребным ремеслом не занималась! — возмутилась девушка.

— Хотите сказать, что и сексом вы никогда не занимались? — усмехнулся мужчина, — а номер на вас появился неизвестно откуда?

— Нет, почему же, сексом я занималась один раз в жизни. И дохода с этого не имела. Откуда взялся номер, я не представляю!

«Зато я представляю!» — усмехнулся про себя Александр. — «Неужели девчонка после того раза пошла по наклонной? Хотя судя по эмоциям, она не врет. У нее был кто-то после меня. Интересно, она так же бурно с ним кончала и стонала?»

Чего скрывать, он был потрясен, увидев ее здесь. Забыть последнюю женщину в своей жизни также невозможно, как и первую. А он ведь даже тогда не узнал, как ее зовут. Юля! Нежное и чужое имя. В Ильбруке нет таких имен. Но как она оказалась племянницей ректора? Или как оказалась в том злосчастном клубе иномирья?

Затем он сам себя одернул: «Стоп, тебя куда-то не туда понесло! Какое твое дело с кем она спала?» В слух же добавил:

— Я не думаю, что вы употребляли полную дозу. Если это все правда, и вы где-то случайно выпили небольшое количество эликсира Кобейна, почему номер не сошел? Он в этом случае держится не более часа, — с любопытством разглядывая девушку, уточнил мужчина.

— Причина, скорее всего, в том, что у меня есть незаконнорожденный ребенок. Я с его отцом не состою в браке.

После этих ее слов, Аскольд глухо застонал. Девочка так и не поняла, что он пытался показать ей жестами. Громиер на этот стон внимания не обратил, так как его передернуло от другой мысли:

«У-уу! Она еще и бастарда сумела нагулять!».

Вслух же добавил:

— Вы можете его предъявить в качестве доказательства?

— В качестве доказательства чего? — не поняла девушка.

— Правдивости ваших аргументов! — пожал мужчина плечами. Хотя ему эта правдивость была ник чему, он и так прекрасно считывал эмоции людей. Но в нем вдруг проснулось любопытство, он захотел увидеть этого ребенка. И не только ребенка. Сидя здесь и сейчас, он вынужден был признаться, что все эти два года очень хотел увидеть ее вновь. Сначала он оправдывал себя тем, что видел в ней причину своей импотенции. Возможно, девчонка его чем-то заразила. Хотя, какая болячка могла быть у девственницы? Сейчас же отчетливо понял, что та сумасшедшая тяга никуда не делась. Он мечтает прижать ее к себе, зарыться носом в шелковые кудри… И? Что дальше делать импотенту?

Из мыслей, в которых он улетел очень далеко, его выдернул голос ректора:

— Юля находится под моим покровительством как старшего рода. И я смею напомнить, что сейчас время неподходящее. Ребенок давно спит. Завтра вы пришлете кого-нибудь из своих служащих, и он удостовериться в его наличии.

Террано уже хотел согласиться с доводами ректора. Пора убирать все дурные мысли из головы и жить дальше. Он снял очки, устало потер переносицу. Действительно время было уже очень позднее или слишком раннее? И поднял глаза на девушку. Вдруг на него обрушился поток страха и негативных эмоций. Что это такое? Он через очки перестал чувствовать? Они, конечно, защита, но скорее не для него, а для окружающих.

— Я не отдам ребенка! Он мой и только мой! — с расширенными от ужаса глазами, твердила девушка, глядя на своего предполагаемого обидчика.

— Зачем мне ребенок? — удивился Александр. — Мне просто нужно удостовериться в его наличии.

— Девочка пережила стресс, прошу простить ее! — вступил в разговор Аскольд. — Юля, успокойся! Террано сейчас нам даст клятву, что ни при каких обстоятельствах не заберет у тебя ребенка и не разлучит с ним. Правда, террано?

Молодой мужчина, как и большинство представителей сильной половины, не выносил женских истерик и слез.

— Да без проблем! — пожал он плечами. — Руку дай!

С этими словами она протянул в сторону Юльки ладонь. Но та смотрела на нее как на ядовитую змею. Терр Аскольд подошел со спины к девушке, мягко взял ее ладонь и вложил в пальцы Александра. Молодые люди оба дернулись, словно их прошиб удар тока. Юлька начала глубоко дышать и закрыла газа, стараясь успокоиться. А глава полиции нравов слегка охрипшим голосом произнес:

— Я Алексанлр террано Громиер клянусь, что ни при каких обстоятельствах не буду претендовать и не заберу ребенка у Юлии Саттаровой терр Винсент, не причиню ей и ему вреда здоровью или другой порчи. Товатлаш!

Раздался легкий хлопок. Юлька вздрогнула и открыла глаза. Лицо ее уже было более спокойным, страх ушел. Но остались волны неприязни. Но к ним начальник полиции нравов давно привык. С радостными объятиями его никто по работе не встречал.

— А что такое «товатлаш»? — подала голос Юлька.

— Это подтверждение клятвы на древнемагическом языке, — пояснил дядя.

— Ждите! В обед к вам кто-нибудь зайдет. А дальше решим, что будем делать, — коротко бросил Александр и вышел из кабинета.

— Дядя, это же Ванечкин отец! — качая головой и глядя в пустоту, охнула Юлька.

— Ты его вспомнила? — уточнил терр.

— Нет! Но у него глаза моего сына и зовут Александр.

— Ты ничего не помнишь, но запомнила имя? — брови Аскольда удивленно поползли вверх.

— Да нет же, — дернулась девушка, просто перед рождением Ванечка приходил ко мне во сне и сказал, что его отца зовут Александр!

В этом мире магии и чудес она уже ничему не удивлялась и не боялась говорить с дядей откровенно.

Александр же ехал домой в надежде выспаться. Он еще не представлял, под каким договором только что подписался.

Глава 10

Ночь для начальника полиции нравов выдалась очень беспокойной. И виной тому были не какие-то происшествия или срочные вызовы. Мучили его собственные воспоминания. Снова и снова он уносился мыслями в ту роковую ночь. И если вчерашние воспоминания были простой констатацией фактов, то сегодняшние имели другую природу.

Его руки вспомнили упругое гибкое тело, которое извивалось под ним в экстазе. Его губы помнили этот нежный рот, который стонал от избытка чувств. А его… Нет, он ничего вспомнить уже не мог, но спать хозяину не давал. Когда терр ректор вложил прохладную узкую ладошку девушки в его пальцы перед принятием клятвы, Александра будто молнией шибануло. Ему даже показалось, что некоторые умершие органы воспряли… Но только показалось.

А еще его мучила совесть. Не случись той ночи, как сложилась бы судьба этой девочки? Он запечатал ее память, но запечатывать чувственность, которую выпустил на волю, не умел. Из-за него она получила эту постыдную печать, и из-за него же не смогла во время от нее избавиться. А пока, лежа в кровати, перекатывал во рту незнакомое чужеземное имя:

— Юлия…

И оно отзывалось странным трепетом во всем его большом теле, словно экзотический цветок с шипами, который одаривал ароматом, но не давал прикоснуться к сердцевине.

Девушка его сильно боялась. И страх был не связан со службой, он это чувствовал. Помнить его она никак не должна. Может интуиция нашептывала ей на ушко разные пакости про оболтуса с пятого курса Академии всех наук? Только Александр террано Громиер уже как два года стал совершено другим человеком.

И теперь его святая обязанность помочь девушке. Как это сделать, он пока не знал, но идти с проверкой ребенка решил сам. На месте разобраться будет проще, да и прощупать почву, как оградить Юлию от слухов тоже.

Юльке уснуть тоже не удавалось. Ванька сопел ей в плечо, уже видя десятый сон, а она все думала и думала. Сколько раз она представляла встречу с отцом ребенка. В ее мечтах она с гордостью демонстрировала ему подросшего сына, а потом, громко хлопнув дверью, уходила, уводя Ванечку с собой. Зачем хлопать, она не знала. Но это была одна из составляющих ее мести. И его она почему-то представляла не таким. Лишь глаза совпали с воображаемыми.

В мыслях насильник представал перед ней то маленьким, прыщавым юнцом, то толстым старым мужиком со слюнявым ртом и толстым животом. И вдруг он оказался высоким худощавым мужчиной, достаточно молодым и очень привлекательным. И что было самое обидное, он, похоже, ее не узнал и виноватым себя не чувствовал. А что она хотела? Сколько было девиц у такого красавчика? Десять, двадцать, сто… Где уж тут запомнить детдомовскую воспитанницу, случайно встреченную на пути? У них в этом мире в порядке вещей насиловать невинных девушек и не отвечать за это? За полгода пребывания в Ильбруке она с таким вообще-то не сталкивалась.

И она втайне от дяди надеялась, что завтра придет именно он. Неужели не почувствует, что это его сын, его плоть и кровь? С одной стороны хорошо, если сынок окажется неузнанным. Но с другой душа просила мести. Обвинить в развратных действиях начальника полиции нравов и наследника престола в одном лице? Круто, конечно. Только самоубийцей она не была, усмехнувшись лишь тому, что пустили лиса охранять курятник.

* * *

Юлька с сыном долго провалялись в кровати. Для девушки это было как бы оправданием, почему она долго не встает в первый каникулярный день. А Ванька весело резвился, прыгая на мягком матрасе, дергая маму за волосы и зажмуривая глазки от веселого массажа «Рельсы, рельсы, шпалы, шпалы…». Только время безжалостно продвигалось к обеду, и нужно было готовиться к встрече с представителем закона.

Отправив сынишку к бабушке, она долго стояла перед зеркалом, неизвестно зачем мерея наряды. Для кого она хочет быть красивой? Для насильника? Объяснить это она не могла даже себе самой. Выбрав простое желтое платье с широкой юбкой и убрав волосы в низкий хвост, пошла наряжать Ванечку. Когда она завязывала шнурок на его ботиночке, прибежала Милли:

— Терра Юлия, к вам пришли!

— Он? — только и спросила девушка, словно служанка должна была понять ее с полуслова и оправдать надежды.

Но та лишь кивнула головой:

— Он.

— Ванечка пойдем! Там с тобой дяденька познакомиться хочет, — с этими словами взяла ребенка на руки. Но когда они подходили к холлу, Ванька спрыгнул с маминых рук и протянул ей свою ладошку.

Так они и вошли в помещение, держась за руки. Увидев незнакомого дяденьку, Ванечка спрятался за мамину юбку. Юлька же подняла глаза и, встретившись с сапфировым взглядом, кивнула головой:

— Доброе утро, террано!

Он сегодня был непозволительно красив. Черная форма красиво облегала мощную фигуру мужчины, подчеркивая рост и ширину плеч. Лицо с утра было чисто выбрито, а красиво вылепленные губы сжаты в одну линию. Он ничего не сказал, просто кивнул ей в ответ.

Ванечка же решил, что дядя с ним играет. Поэтому выглянул из-за мамы, улыбнулся ему, а затем спрятался обратно.

— Как зовут ребенка? — холодно спросил мужчина. — Мне нужно внести его данные в протокол.

— Иван Александрович Саттаров терр Винсент, — четко проговорила Юлька, разочарованная в душе, что мужчина никак не среагировал на сына. Хотя, может это и к лучшему?

— Иван Александрович? — бровь мужчины вопросительно выгнулась.

— Вам, террано, что-то не нравиться в имени моего сына?

А ему не нравилось все. То, что она стояла перед ним такая холодная и красивая. То, что за ее юбку прятался ребенок, чужой ребенок, от мужчины, с которым она была после него. Формальности были соблюдены. Он мог бы откланяться и все. Но что-то останавливало Громиера. Он не умел общаться с детьми, даже в какой-то мере боялся их. Что, в принципе, свойственно большинству неженатых мужчин.

— Да нет, все в порядке. Могу я посмотреть на него поближе? — он даже не мог назвать причину этого желания.

— Ванечка, дай дяде руку! Поздоровайся, как это делают мужчины! — с этими словами Юлька подтолкнула к Александру ребенка. Ванька сначала засмущался, спрятал руку за спину. Но затем набрался храбрости, протянул вперед свою крохотную ладошку и поднял глаза на гостя.

Мужчина резко побледнел и присел на стул, словно ноги не держали его.

— У меня же не может быть детей! — чуть слышно прошептал он. Но Юлька услышала его.

— А при чем здесь это? — удивилась она.

— Ты же не хочешь сказать, что это ребенок моего отца и назван он в честь него?

— Террано, я не понимаю, о чем вы ведете речь! Я не знаю, кто отец моего ребенка, так как была изнасилована и лишена памяти, — поджала губы девушка. Не может он иметь детей! Хотя, она же не знает, кто действительно там был. — И причем здесь ваш отец?

Александр сидел на стуле, широко расставив ноги и обхватив свесившуюся голову руками, локти которых упирались ему в колени. Она считает, что ее изнасиловали? Но если это действительно его ребенок, то для девушки все выглядело именно так! А проклятье? Возможно, оно было лишь фантазией придворных магов, которым нужно было отрабатывать свой хлеб. Как все запутано! Он тряхнул головой, словно сбрасывая с себя наваждение и, чеканя каждое слово, произнес:

— Я сообщу во все инстанции, что вызов был ложным.

— А как быть с моей репутацией? Ваши инстанции помогут заткнуть рот всем жаждущим обмусолить очередную сплетню? — она не знала, зачем спрашивала об этом начальника полиции нравов. Это была уже не его проблема, если не считать ребенка, снова спрятавшегося за мамину юбку от странного дяди.

— У вас же пока каникулы? За две недели терр ректор что-нибудь придумает, — выдохнул он, вставая. Затем, словно что-то переварив в своей голове, продолжил:

— Я по мере возможности ему помогу! До свидания.

С этими словами Александр вышел из дома терр Винсентов, неся в своей душе полное смятение. А Юлька осталась стоять посреди холла, не зная, что подумать и на что надеяться. Ребенку больше ничего не угрожало. Да только ей почему-то вдруг этого стало мало.

* * *

Из дома терр Винсентов Александр отправился на работу. Завидя его мрачное лицо и сурово сведенные брови, секретарь резво подскочил на своем месте:

— Террано, что-то случилось? Какие-то буду распоряжения?

— Нет, меня ни для кого нет, — бросил на ходу начальник и скрылся в своем кабинете. Секретарь пожал плечами, и продолжил заниматься делами. Гроза промчалась мимо, значит слава триединому.

Александр же сел за свой рабочий стол и достал магшет. В магшетах полиции нравов хранилась информация на всех вновь прибывших в страну. Есть вероятность, что и Юлия с ребенком в ней фигурируют. Набрав в поисковике ее имя и фамилию, мужчина стал жадно вчитываться в информацию:

Юлия Сергеевна Саттарова. Попаданка из мира Земля. Возраст 20 лет, пол женский. Магией не владеет. Обладает уникальными математическими способностями наравне с мужчинами. Обучается в Академии все наук на факультете математики и математического права.

Прошла тест на родство с родом терр Винсентов. Совпадение полное. Анализ проводил Микас тирр Сандро. Предположительно является дочерью пропавшей безвести Иллии терр Винсент.

И все. Про ребенка нет ни слова. Похоже, его наличие преднамеренно скрыли. Почему? Хотя при нетерпимости к бастардам в их обществе вполне понятно. Так, обучается на факультете математики и математического права? А вот это уже интересно! Там же учится младший брат. Возможно, Зигиус сумеет что-то рассказать. С этими мыслями Александр вылетел из своего кабинета и со словами:

— Я во дворец! — скрылся с глаз удивленного секретаря. Террано старался лишний раз не попадаться на глаза отцу и давно жил отдельно от семьи. А тут второй раз за последнюю неделю добровольно идет в логово правителя.

Зигиус был еще в кровати, отсыпался после бала, на котором прогулял с друзьями до утра, когда в его комнате раздался хлопок портала и из него вышел старший брат.

— Хватит спать, разговор есть! — с ходу скомандовал Лекс.

— И тебе не хворать! — тяжело вздохнул младший. — Если ты на счет вчерашнего инцидента, тоя вряд ли многое могу сказать. Хотя однозначно Юлька к твоим подопечным отношения не имеет. У нее даже жених есть.

— Жених? — то был удар ниже пояса. — А он про ребенка знает?

— Про какого ребенка? — вытянулось лицо младшего брата.

— У нее есть сын. Зовут Иван, — пожал плечами старший, словно сообщил так, ничего не значащую новость.

— А мы-то все гадаем, почему она с нами ни на одну вечеринку не ходит! — захохотал Зиг. — Я вчера посмотрел и особой любви с тирром Сандро не заметил. А, оказывается, причина совсем не в нем.

Сандро? С этой фамилией Александр сегодня уже встречался. Нужно будет с ним как-нибудь переговорить. Но человек с родом тирр точно не может иметь сапфировых глаз с сиреневыми прожилками. Эти глаза на сегодняшний день есть только у Лекса и правителя Иоанна. Даже Зигу в полной мере цвет не передался. А ведь он тоже бастард, хоть и признанный. Чей же это ребенок? Если согрешил отец, то мамаша Зига Юльку со свету сживет. Да и он уже вроде бы как давно по девушкам не ходок. Получается, что ребенок все-таки его? Но как? Неужели старая сказка оказывается правдой?

— Ты не знаешь, Малком во дворце? — поинтересовался Лекс у брата.

— И зачем тебе нужен этот старый хлам? — удивился тот. — На неделе я его видел, так что, скорее всего, да.

— Спасибо! — с этими словами старший брат растаял в портале.

— На здоровье! — проворчал младший со вздохом, плотнее закутываясь в одеяло и удобнее устраиваясь на кровати.

* * *

Вопреки предсказаниям Зига, мага Малколма во дворце не оказалось. Как сказали его подчиненные, у «старого хлама» появилась некая сердечная привязанность, и он отправился к ней. На рабочем месте появится не раньше, чем завтра утром. Встречаться повторно с отцом и выслушивать его стенания про снох и внуков не хотелось, поэтому Лекс отправился обратно на работу. В тишине его кабинета всегда хорошо думалось. А сегодня это было вдвойне необходимо.

Очутившись в знакомой обстановке, мужчина привычным шагом подошел к сейфу, деактивировал защиту и потянулся к бутылке с алкоголем, стоявшей на верхней полке. Плеснул пару глотков в бокал и переместился за рабочий стол. Но затем, подумав, решил, что сегодня как никогда нужна ясная голова, поэтому отставил напиток в сторону.

Итак, что мы имеем? На чистом листе бумаги стали появляться пункты, оставленные решительным почерком наследника престола.

Эта именно та девушка, близость с которой он имел два с половиной года назад. Она считает, что была изнасилована, и в результате этой порочной связи появился на свет ее (его?) ребенок.+

Он всегда знал, что не может иметь детей, пока не исполнилось 30 лет и не проведен обряд в храме.-

Есть легенда, что дети могут появиться и раньше, но от истинной пары. Что это за сказка и правдива ли она???

Если это все действительно так, то он виноват перед этой девочкой выше крыши. Он как мужчина не взял ответственности на себя за этого маленького человечка по имени Иван Александрович, который так похож на него в детстве. И плюс в итоге их с Максом дурости, она теперь ославлена на всю академию как неучтенная шлюха. Единственный реальный выход из ситуации выдать ее замуж, желательно за отца ребенка.

А если отец ребенка террано Иоанн? Это смертный приговор для Юлии, подписанный матерью Зигиуса.-

У нее есть жених. Знает ли он про ребенка? Любит ли Юля этого доктора? Готов ли тот признать ребенка своим?+

Почему терр ректор потребовал поклясться, что он не заберет ребенка у матери и не причинит ему вреда???

Этот последний пункт притормозил бегущие мысли. Похоже, старина Аскольд догадывался, кто является отцом. Хотя это и не удивительно, достаточно посмотреть в глазки мальчугана. Неужели это все-таки он? Так, нужно успокоиться и побеседовать с доктором. Возможно, тирр Сандро может что- то прояснить. А может он готов жениться на девушке? Это было бы отличным решением проблем, всех, кроме одной. Лексу хочется выть и крушить все, что попадется под руку только от одной мысли, что она будет с кем-то другим. Неужели все-таки истинная?

Начальник полиции нравов позвал в кабинет секретаря. Вошедший мужчина заметил на столе руководителя стакан с коньяком и вопросительно посмотрел на Лекса. Но он проигнорировал красноречивый взгляд подчиненного, предполагая, что тот обо всем докладывает отцу. Сегодня это волновало его меньше всего.

— Лео, срочно разыщите и пригласите ко мне доктора Микаса тирр Сандро.

— Хорошо, террано, — кивнул секретарь и выскользнул за дверь. Старина Лео знал свою работу на отлично, и доктор появился из служебного портала минут через пять.

— Добрый день, террано! — легко поклонился гость.

— Добрый! — ответил Лекс, разглядывая прибывшего. Перед ним стоял мужчина немного старше, чем он сам, со светлыми волосами и ясными голубыми глазами. Улыбка была доброжелательной и открытой.

«А главное, он состоятелен как мужчина, в отличие от некоторых!» — с горечью резюмировал хозяин кабинета. Вслух же сказал:

— Проходите, доктор, присаживайтесь!

Глаза Микаса с любопытством пробежали по аскетичной обстановке кабинета начальника полиции нравов. Затем становились на глубоком кресле напротив письменного стола, и их обладатель направился именно туда.

«Страха нет, ведет себя раскованно!»- констатировал Лекс, наблюдая за приглашенным. — «Хотя, чего ему бояться? Такие девиц не насилуют. Девицы сами на них запрыгивают».

— О чем, террано, хотели со мной поговорить? — прервал затянувшуюся паузу Микас.

— Да, не могли бы вы как свидетель рассказать, что вчера произошло с адепткой терр Винсент? — сделав бесстрастное лицо и откинувшись на спинку рабочего кресла, как бы, между прочим, поинтересовался хозяин кабинета.

— А что там рассказывать? — пожал безразлично плечами Микас. — У девушки в магическом свете проявился номер Кобейна. Одна из адепток это заметила и вызвала вашу службу.

— Насколько мне стало известно, терра Винсет ваша невеста? — уточнил мужчина, что-то быстро записывая в лист бумаги, лежавший перед ним.

— Это допрос? — скривив рот, уточнил доктор.

— Нет, пока мы только беседуем.

— Да, я сделал Юлии предложение, но она пока на него не ответила, — решил сыграть в благородство тирр Сандро и посмотреть, как на это среагирует наследник. Но его лицо было непроницаемым.

— Вы знали про ребенка терры? — таким же ровным, ничего не говорящим тоном продолжил «беседу» Лекс.

— Да, конечно. Это была одна из причин моего предложения. Я сделал это из благородных побуждений, — подобострастно наклонил вперед голову доктор.

— А увидев номер, передумали? — сделал вывод хозяин, случайно сломав карандаш, который держал в руке. — Как выдумаете, чей это ребенок?

— Честно говоря, я подумывал отозвать свое предложение. Но если мы с вами договоримся, то я готов жениться! — вместо ответа произнес с вызовом Микас.

— Вы подразумеваете материально вознаграждение? — поднял вопросительно бровь Алекс.

— Ну, вы же понимаете, что не каждый рискнет взять в жены пронумерованную девушку! — усмехнулся тот в ответ.

— Хорошо, можете быть свободны! — махнул рукой на выход начальник полиции нравов.

— Так мне жениться или не стоит? — уточнил собеседник, уже открывая дверь кабинета.

— Однозначно нет! Боюсь, ваша репутация этого не переживет, — холодно обронил Лекс, переломив пополам еще одну канцелярскую принадлежность.

— Спасибо, и я также подумал, — поспешил откланяться гость. — Но если что, вы знаете, где меня найти!

Александр устало откинулся в кресле. Этот пройдоха доктор за деньги готов жениться даже на шлюхе! Причем, он, похоже, не сомневается, что отец именно наследник. Хорошо, что он по поводу своей проблемы к Сандро не обращался. Тот и из этого попытался бы извлечь выгоду. Остался Малком. Что скажет он? Только маг появится лишь утром.

* * *

Вчерашнюю ночь Александр спал плохо из-за неожиданной встречи с Юлей, девушкой, которая, как оказалось, очень глубоко сидела в тайниках его души. Эта ночь тоже предстояла бессонная. Еще сутки назад он был простым импотентом, не знавшим, как об этом неприятном факте сообщить отцу. Если же утром Малком подтвердит версию об истинной паре, он автоматически станет отцом бастарда. При этом ему нужно будет решить в первую очередь проблему, как сделать так, чтобы вновь не доставить боль девушке, которая итак настрадалась из-за него, и всему миру объявить маленького Ванечку наследником. Самым простым решением была бы женитьба. Отец, конечно, поворчит, что все не по правилам. Но с этим можно жить. Но согласится ли девушка выйти за него, даже если он восстановит ей память и покажет, что все было по обоюдному согласию? Ну, или под воздействием эликсира Кобейна, который он по дурости тоже выпил. А на Земле, похоже, свойства эликсира поменялись, став мощным афродизиаком, что даже наследник престола потерял контроль над собой.

Но это была одна проблема. И если она была хоть как- то решаема, то с импотенцией Лекс ничего сделать не мог. Кому нужен такой муж? Знатная получится парочка: пронумерованная женщина и несостоятельный мужчина. Потомки про них легенды будут складывать…

* * *

После ухода террано Громиера, Юлька еще несколько минут молча стояла посреди холла. Ей нужно было успокоиться и взять себя в руки. Она только что встретилась с мужчиной, который был причиной всех ее неприятностей. С мужчиной, который изнасиловал, стер память, а сегодня потрясенный сидел и смотрел на Ваньку со словами: «У меня же не может быть детей…». В том, что ей стерли память, она уже не сомневалась. В Ильбруке ни у кого не вызывали сомнения возможности менталистов, которые могли сделать с вашими мыслями и памятью все, что им вздумается. Благо, что сильных магов в этой области на сегодняшний день было всего лишь двое: террано Иоанн и террано Александр. У Зига тоже были сиреневые прожилки, но на реплики преподавателей о наличии у него магии, парень лишь отмахивался и с усмешкой говорил, что попытка природы что-то исправить не увенчалась успехом.

И вот этот самый менталист Александр, должен был вызвать у нее в душе ненависть только своим присутствием, а вызвал разочарование. Дурная душа, которая ничего не помнила и вспоминать не хотела, тем не менее, тянулась к нему всеми своими фибрами. В груди девушки после ухода начальника полиции нравов осталось какое-то непонятное томление. И если бы все происходило в ее родном мире, она с точностью бы сказала, что это чувство влюбленности. Юльке пару раз доводилось влюбляться, правда, без взаимности. Потенциальных ухажеров всегда переманивала заклятая подруга Луевская. Но это она стала понимать только сейчас. Лина не могла с собой терпеть кого-то рядом, кто в нее не влюблен. Сегодня ее рядом не было. Только развить это чувство до какого-то результата возможности тоже не было, да и нужно ли было?

Вечером, когда дядя вернулся с работы, она подробно рассказала ему о встрече. На что терр Аскольд только ухмыльнулся:

— Когда наследник престола, наконец, повзрослеет? Терр ректор что-нибудь придумает! — передразнил он Александра, а потом тяжело вздохнул. — Все равно именно мне придется расхлебывать неприятную ситуацию.

Затем, немного подумав, все же добавил:

— Хотя, знаешь, он неплохой парень. Он никогда и никого не обижал зря, не зазнавался и не кичился своим титулом. В академии был наравне со всеми остальными учениками. Почему он с тобой поступил именно так, я объяснить не могу. Может эликсир чокнутого гения в земных условиях проявил себя несколько иначе, чем у нас? Это ведь именно они с Максимусом сперли ту забытую колбу и ставили эксперименты над нашими адептками.

Юлька пожала плечами:

— Я тем более ничего сказать не могу. Но знаешь, дядя, оказывается, в моей душе кроме ненависти есть и благодарность. Если бы не он, у меня никогда не было моего замечательного сына. А его я не променяю ни на какие блага этого мира.

С этими словами она поцеловала Аскольда в щеку и пошла спать. Только сон не шел в ее голову, слишком много событий нужно было переварить, переосмыслить и принять хоть какое-то решение. Только вот что решать, она не знала.

Утром, проснувшись, девушка не спешила подниматься, наслаждаясь минутками рядом с ребенком, который устроил возню рядом с мамой, пряча лицо в подушку, а затем звонко хохоча в ответ на слова:

— А где у нас Ванечка? Нет нигде. Так вот же он!

Но семейную идиллию разрушил приход Милли:

— Там к вам пришли!

Юлька даже не сомневалась, кто мог явиться с утра пораньше. Душа ее возликовала, что он вернулся. Она быстро вскочила, натянула на себя платье, наспех пригладила волосы и выбежала в холл. Но каково же было ее изумление и разочарование, когда в холле она увидела четверых своих одногруппников. Пришли все, кроме Марка. Юлька очень сильно надеялась, что парни не заметили разочарования, которое набежало на ее лицо.

— Привет! — поздоровалась девушка. — Ребят, а это вы чего? Что-то случилось?

— Мы это… — начал первым Серж.

— Мы жениться пришли, — закончил за него Зиг.

— Жениться? — девушка растерянно захлопала глазами. — На ком?

— Дак, на тебе! — почти шепотом добавил молчун Никитос, разводя свои длинные руки в стороны и пожимая плечами.

— Все сразу? — все еще не понимала она.

— Юля, — взял слово Зиг. — Понимаешь, мы подумали и я решил, что лучшим решением проблемы, которая образовалась, станет твое замужество. Мы все готовы на тебе жениться, а ты можешь выбрать любого, кто больше нравиться! И на женатую женщину ни одна полиция нравов управы не имеет, да и не одна Мартышка верещать не будет.

— Замужнюю, — поправила девушка на автомате.

— Что замужнюю? — не поняли парни.

— Это мужчины бывают женатыми, то есть приводят в дом женщину. А женщина выходит замуж, за мужчину, — а затем как-то растерянно улыбнулась и спросила, — а как же ваши девушки? У вас же у всех есть половинки? Или я что-то неправильно поняла.

— Половинка есть только у Марка. Его Мартышка скорее три четверти, чем половина, — начал объяснять Зиг.

— Мартышка? — сначала не поняла одногруппница. А потом расхохоталась, — ласково вы Марту прозвали!

— Не поминай ее в суе, — поморщился Серж. — Не будь она такой дурой, мы бы ее точно на какую-нибудь магическую дуэль вызвали. А так чего на убогих обижаться-то?

— Да, у нас у всех есть девушки, — начал дальше объяснять Зиг. — Но среди их нет ни одной, с которой мы бы были готовы связать себя на всю жизнь.

— А со мной готовы? — округлила глаза Юлька.

— Ты же математик! — с придыханием и восхищением дал пояснение Никитос, снова потрясая своими лапищами, — да и в любой момент развестись можно, после того, каким все слухи улягутся.

Остальные согласно закивали головам.

— Парни, как я вас всех люблю! — снова засмеялась она.

На что Серж очень грустно добавил:

— Если всех, то значит ни одного…

— А вы знаете, что я не одна? Что у меня есть, так сказать, обременение? — уточнила девушка.

— Это ты про жениха, который позорно сбежал? — спросил хмурый Валдис.

— Нет, я про него уже забыла, как страшный сон, — махнула рукой Юля. — Если он от меня отказался при первой же проблеме, нужен ли мне такой муж?

В это время с криком «Мама, мама ты де?» в комнату вбежал Ванечка. Завидев кучу незнакомых дядей, ребенок испугался и тут же со слезками на глазах потянулся к маме на руки. Юлька подхватила малыша, прижала к себе и посмотрела на парней:

— Вот мое обременение! У меня есть сын Иван Александрович Саттаров терр Винсент.

— Да мы знаем, — загалдели парни наперебой, — нас Зиг просветил.

И только Зиг потрясенно разглядывал ребенка и, качая головой, приговаривал:

— Не может быть!

— Что не может быть? — утонила хозяйка дома.

— У нас в галерее висит портрет очаровательного малыша, который как две капли воды похож на твоего сына. Только волосы у него чуть посветлее, — пояснил парень. — И зовут его теперь Александр террано Громиер.

— Это что же получается? — выдохнул кто-то из парней.

— Вот и получается, — ответил со вздохом Зиг. — А у него глазки менталиста?

Все парни тут же подошли к девушке, стараясь разглядеть сиреневые прожилки на радужке ребенка, приводя малыша в полное смущение. В это время от входной двери раздался еще один уже знакомый, но очень раздраженный голос:

— Позвольте поинтересоваться, что у вас тут происходит?

Глава 11

— Позвольте поинтересоваться, что у вас тут происходит?

Юлька подняла взгляд и встретилась… В этом месте обычно говорят «со взглядом собеседника» или что-то в том роде. Но на мужчине, который привалился плечом к косяку, были дымчатые очки, поэтому его глаз просто было не видно. Парни тоже дружно подняли головы.

— Видишь ли, брат! — последнее слово было выделено язвительным тоном, который только мог воспроизвести Зиг, — тут некоторые мужчины не хотят признавать своего ребенка и спасать его мать от грязных слухов, которые быстро расползутся по Ильбруку. Поэтому мы пришли к девушке с предложением, которое может помочь ей.

— И какое же это предложение? Могу я об этом узнать? — губы террано изогнула ухмылка, а правая бровь вопросительно изогнулась.

— Мы предлагаем выбрать Юлии из нас мужа, террано Александр, — подал голос робкий Никитос, который теперь стоял, сжимая руки в кулаки, словно готов был в любой момент накинуться на обидчика.

— И как успехи? — ехидно продолжил гость.

Юлька уже начала переживать, поняв, что намечается драка. Парни были настроены агрессивно, несмотря на силу и титул стоявшие перед ними мужчины. Ей совершенно не хотелось становиться в эпицентре еще одного скандала. Она уже было хотела открыть рот и оповестить об этом всех присутствующих, как Ванька слез с рук матери, подбежал к наследнику престола, протянул к нему ручки, явно просясь взять его, но видя, что тот не среагировал, постучал по ноге и громко сказал: «Дядя!».

Все застыли в ожидании. Девушка напряглась и подалась телом вперед, чтобы при необходимости защитить малыша. Александр, очнувшись, глянул вниз. А затем подхватил ребенка на руки и сказал:

— Не дядя, а папа! Скажи папа!

— Папа! — повторил как маленький попугайчик Ванечка, а затем бесцеремонно стянул со вновь приобретенного родителя очки и отправил их в рот, чтобы на зуб определить качество данного изделия. Отец и сын дружно абсолютно одинаковыми сапфировыми глазами с сиреневыми прожилками посмотрели на застывших людей, которые наблюдали эту картину.

— Я же говорил, что как две капли воды! — хмыкнул Зиг. Парни дружно загоготали на эту реплику, сотрясая смехом холл. Ванька пискнул от громкого звука и попросился на ручки к маме, не забыв прихватить с собой очки Александра.

— Тут, похоже, без нас разберутся! — выдал кто-то из парней. — Ребята на выход!

И утренние гости змейкой потянулись к выходу.

— Чем обязана вашему присутствию? И с чего вдруг такое неожиданное признание отцовства? — прижав посильнее к себе сына, словно боясь его потерять, поинтересовалась хозяйка.

— Юля, я понимаю, что ничего хорошего в твою жизнь не принес. Но покорно прошу выслушать меня! — как-то робко вдруг попросил Александр, лохматя пятерней и без того не идеальную прическу.

— Ну почему ничего хорошего? — усмехнулась девушка, присаживаясь с ребенком, который продолжал грызть очки, на кресло. — Ванечка — это лучшее, что могло вообще со мной произойти. И если вы действительно отец этого ребенка, то я вам за него благодарна. А вот способ, которым вы это сделал, чести не делает ни одному мужчине. И я бы на вашем месте постеснялась приходить в мой дом.

— Вот поэтому я прошу меня выслушать! — понуро опустил голову Александр. — Я не снимаю ответственность с себя за то, что стал твоим первым мужчиной. Но в тот момент, я даже не представлял, что ты против…

После этих слов Юлька досадливо поморщилась.

— Прости, я не оправдываться сюда пришел! Просто, род Громиеров проклят. У наследника престола не может быть детей, пока ему не исполниться тридцать лет. И весь предыдущий опыт это подтверждал.

На Юльку слова «предыдущий опыт» подействовали негативно, в сердце неприятно кольнуло. Но вслух она ничего не произнесла, внимательно слушая мужчину.

— Только вот этот ребенок, похоже, опровергает все, что я об этом знал.

— Зачем ты мне стер память? Чтобы я не рассказала никому, кто меня насиловал? — задала девушка вопрос, который мучил ее с того момента, как она познакомилась с террано. Голос ее был холоден как лед, не выдавая ни в чем те эмоции, которые бушевали внутри.

— Нет, — покачал головой гость, — когда я понял, что твое согласие было под воздействием эликсира Кобейна, то решил убрать все последствия нашего контакта. И если бы …

На этом месте голос мужчины дрогнул, но затем он собрался и продолжил:

— Ты бы никогда не вспомнила и не узнала, что была близка со мной.

— Я даже пока спрашивать не буду, зачем вы поили меня этой гадостью. Но ведь сюда пришли явно не исповедоваться. Что вам надо от нас? — сердце Юльки начало биться где-то в районе горла, стягивая грудь паутиной страха. Она прекрасно понимала, что перед ней сидит сильный мужчина, наделенный безграничной властью в этой стране.

— Я очень хочу узнать, как получилось так, что стал отцом, — продолжил он. Видя, что девушка хочет что-то сказать, отрицательно покачал головой, — я не сомневаюсь теперь, что это мой ребенок. Ванечка как две капли воды похож на меня в этом же возрасте. Я грешен, у меня были мысли, что возможно это не сын, а брат. Но мой отец, — мужчина тяжело вздохнул, — он не способен на такие низкие поступки. Поэтому я договорился сегодня о встрече с самым сильным придворным магом, чтобы он попытался раскрыть тайну рождения мальчика. И хотел бы позвать вас с собой. Думаю, что возможно, тебе это т будет интересно.

«Лучше бы ты меня замуж позвал!» — подумала про себя девушка. Но потом спохватилась, что перед ней сидит сильный менталист, который, скорее всего, может читать мысли. — «Но я бы за тебя все равно не пошла!»

— С точки зрения того, что это проклятье может коснуться и Ванечки, я думаю, мне стоит об этом знать. Подождите, через десять минут мы будем готовы, — ответила она уже вслух.

* * *

Ильбрук — более теплая страна, чем родная для Саттаровой Россия. Но зима и там зима. Девушка накинула на плечи теплую куртку, а Ванечку одела в практичный комбинезончик из непромокаемой ткани. В своем мире она всегда с завистью смотрела на ребятишек в этой одежде, но позволить себе купить такой же для сына не могла. Поэтому, когда она поняла, что новая родня денег для нее не жалеет, это стало одой из первых покупок. Подхватив ребенка на руки, вышла к ожидающему их Александру.

— Террано, мы готовы! — доложила девушка.

Мужчина, кивнув головой, опять смутился:

— Чтобы перенести вас двоих через портал, мне придется тебя обнять!

Юлька буквально на секунду прислушалась к себе и поняла, что внутренне совершенно не возражает против такого тесного контакта. Несмотря на очень неприятное прошлое и не лучшее поведение, Александр ее притягивал. И причиной этого была не только его харизматичная внешность. Словно струны души тянулись к его струнам.

«Почему хорошие девочки всегда любят плохих мальчиков?» — повторила она мысленно вопрос, который часто обсуждался среди ее земных подруг. Александр как-то странно фыркнул, словно прочитал ее мысли. Вполне возможно, что это было именно так. Только девушка нетерпеливо дернула плечиком и застыла, ожидая его объятий. В конце концов, никто не просил без спроса лезть в ее голову. Мужчина же ловко подхватил Ванечку, словно носить сына для него было привычным делом, а второй рукой обхватил девушку за плечи и притянул к себе. Юлька уткнулась носом в плечо, которое пахло не то полынью, не то песками пустыни Сахары. Странный парфюм, который никогда не попадался ей в старом мире. В новом же на запахи мужчин она до этого момента не обращала никакого внимания.

Так как ей некуда было деть руку, она обхватила мужчину за талию. От такого простого жеста террано заметно напрягся. Она почувствовала, как каменеют его мышцы под ее ладонью.

— Упс, я как-то не подумал, что обе руки окажутся заняты! — нахмурился мужчина. — Мне нужна рука для того, чтобы начертить руну перехода. Юля, обхвати меня, пожалуйста, двумя руками, чтобы был плотный контакт тел.

Юлька согласно кивнула головой, прижимаясь плотнее к нему и получая неожиданное удовольствие от такого контакта. А он в свою очередь расчертил в воздухе светящийся символ, и они трое полетели в пустоту. Падение длилось не дольше пяти секунд. И все семейство оказалось в длинном полутемном коридоре.

— Добро пожаловать в родовое гнездо террано Громиер, — улыбнулся одними уголками губ наследник престола.

— Я понимаю, что опоздала с вопросами, но моему сыну здесь точно ничего не грозит? — напряглась девушка, отодвигаясь подальше от мужчины и забирая Ванечку из его рук.

— Юля, неужели ты думаешь, что я могу навредить собственному ребенку? — нервно дернулся мужчина. — Да и я клятву же дал. Не волнуйся, после мага я обязательно доставлю вас обратно в целости и сохранности. Идти достаточно далеко, так как это единственное место во дворце, куда можно телепортироваться извне.

С этими словами он забрал ребенка обратно к себе, посадив его на одну руку, второй сжал холодную от волнения ладошку девушки и повел в покои мага. А Юлька вдруг поймала себя на мысли, что вот такой контакт ладонь-в-ладонь оказался более интимным, чем те объятия, в которых они перемещались. Она голой кожей касалась его чуть шершавой, жесткой ладони, и это вызвало в груди странное волнение. Но затем, отогнав не вовремя появившиеся эротические мысли, стала с любопытством оглядываться по сторонам. Неизвестно, доведется ли ей еще когда-нибудь оказаться в цитадели правителей Ильбрука?

До нужной точки они шли минут пять не меньше. Девушка порадовалась, что ребенок спокойно сидит на руках отца. Иначе ей бы пришлось тяжело. Ванечка к двум годам весил килограмм 16, не меньше, такой вот верткий и шустрый пуд обаяния и любви. В итоге остановились у очень высоких дверей из темного дерева, украшенных позолотой. Наследник дважды стукнул по ним кулаком, и, не дожидаясь ответа, распахнул, пропуская девушку вперед.

Маг нашелся сидящим в кресле у окна и читающим книгу. Юлька пробежала по нему глазами и весело хмыкнула, стараясь, чтобы никто не услышал рвущийся наружу звук. Малколм очень походил на героя Валентина Гафта из старого фильма под названием «Чародеи», когда тот побоялся прыгать в котел по рецепту Конька-Горбунка для омоложения. Юлька очень любила в прошлой жизни эту сказку. Это был старый ловелас, молодость которого подошла к концу, но мужчине в это не верилось. И он старался поддержать видимость с помощью подручных средств. Завидев гостей, он резво вскочил на ноги, склонился в легком поклоне и слегка каркающим голосом поприветствовал вошедших:

— Добрый день, террано. Я вас ждал. Добрый день… — вторую фразу он не закончил, вопросительно посмотрев на гостя в ожидании, что тот представит ему девушку.

— Юлия Саттарова терр Винсент, — произнес наследник. Маг же слегка поморщился. Ему это имя ничего не говорило, но дальше его просвещать почему-то не захотели. Но когда он взглянул на ребенка, сидящего на руках у мужчины, все мысли вообще исчезли из головы. Мальчик смотрел на мир глазами террано.

— Но как? — выдохнул хозяин. — Разве это возможно?

— Мы, вообще-то, шли к вам именно за ответом на этот вопрос, — усмехнулся гость. — А вы, Малком, отлично выглядите! Злые языки обозвали вас старой развалиной, но они сильно ошиблись!

Маг вдруг зарделся, как юная девица, и со смущенной улыбкой выдал:

— Любовь, молодые люди, может творить чудеса!

А затем спохватился, и указал на небольшой диванчик у стены:

— Присаживайтесь, пожалуйста!

Другой подходящей мебели в комнате не было, поэтому Александр с Юлией уселись рядом. А Ванечка тут же перебрался на руки к маме. Хозяин покоев уселся напротив за большой стол, подпер щеку рукой, вздохнул и, прикрыв глаза, сказал:

— Боюсь, террано, но вам вначале придется рассказать вашу версию событий, а уж потом я смогу дать свои разъяснения.

— Что ж, чему быть, того не миновать! — ухмыльнулся наследник, внимательно, посмотрев на Юлию. Ванечка задремал у мамы на руках, поэтому повествованию никто и ничто не должно было помешать. Но у девушки могла устать рука, ведь малыш был достаточно тяжелым. — Малком я все расскажу, только дайте, пожалуйста, какую-нибудь подушку!

— Подушку? — округлил от удивления глаза придворный маг. — Э-ээ-э… А зачем вам подушка?

— Юле под руку подложить, чтобы было удобнее слушать мой рассказ. Он и так для нее будет неприятным, а так хоть немного облегчу задачу.

Теперь уже пришла очередь удивляться девушки: он о ней заботится? В груди совершенно неожиданно разлилось тепло, как-то успокаивая и примиряя с обстоятельствами. Когда все приготовления были закончены, Лекс встал, посмотрел в окно, и оперевшись спиной на подоконник, глухо начал свой рассказ.

— Все началось с того, что нас с Максом послали охранять выступление профессора Кобейна, на котором он презентовал свой чудо-эликсир…

Пока мужчина рассказывал о приключениях в своем мире, она слушала за поиском идеальной пары для Макса даже с некоторым интересом. Когда же рассказ дошел до места, где друзья решили совершить путешествие в параллельный мир, девушка почувствовала, как ее тело напряглось. Лекс же продолжал:

— Когда я подошел к столу, то увидел, что за нашим столиком удивительное создание. Меня словно триединый проклял, я от нее взгляда отвести не мог, так она была хороша. Но Макс не дал мне забыть о цели нашего визита. И я буквально на автомате влил в стакан с водой, который она попросила, каплю эликсира. Магический свет в том заведении сопровождал все танцы. На щеке у девушки ничего не появилось, я очень обрадовался, но тут же наткнулся на взгляд товарища, который тоже положил на эту девушку глаз. От расстройства я залпом допил остаток жидкости, которую не допила она. Глаза же девушки вдруг вспыхнули призрачным огнем, и она с соблазняющей улыбкой села мне на колени и впилась в губы поцелуем…

Чем дальше рассказывал мужчина, тем сильнее краснели щеки Юльки. Неужели она это все делала? Тогда еще не известно, кто более из них виноват. Хотя, зелье он подливал. А это, скорее всего, его воздействие. Когда он поведал о том, как Луевская оставила ее лежать под кустом, девушку передернуло от обиды. И это лучшая подруга? Хотя она успела показать свое истинное лицо. Иного от нее ждать не приходилось. Рассказ же мужчины продолжался дальше.

— После того утра, я не мог забыть ее. Но где она, а где я? Нас разделяли разные миры. Я был уверен, что потеря памяти и то плачевно положение, в котором она оказалась утром, на девушке никак не скажется. Таких красавиц все любят, холят и лелеют. Тем более к ней уже спешила мама.

— Директор приюта. Я — сирота, — хмуро поправила девушка.

— В то время я об этом не знал, — поморщился в оправдание Лекс. Затем продолжил:

— Вы прекрасно знаете поговорку: клин клином вышибают. Чтобы забыть ее, я решил проводить время с другой. Можно ее имени называть не буду? К делу это уже отношения не имеет.

кивнул головой в знак согласия.

— Когда мы с ней добрались до постели, я понял, что ни на что не способен. Пришлось подчистить девушке память, чтобы мой конфуз не стал достоянием общественности. В этом случае я точно уверен в том, что ущерба ей не нанес. Не чем было… — усмехнулся рассказчик. — Затем была еще одна попытка с другой девушкой. Результат оказался тем же. Врачи и маги помочь не могли, только разводили руками.

Юлька поняла, что в ее сердце борются две эмоции: ревность и сочувствие. Она не хотела даже слышать про других, а грусть в его голосе не могла оставить ее равнодушной.

— Я уже смирился с тем, что произошло. Только отец требует от меня женитьбы и появления на свет наследника. Я уже думал о том, чтобы во всем признаться и передать право наследования Зигу. Магии в нем маловато, зато он парень хороший и умный. Из него мог бы получиться неплохой правитель.

— Ты же знаешь, что правитель не может быть без магии! — скривил ухмылку в знак отрицания маг.

— Знаю! Но что мне было делать? — фыркнул недовольно Лекс. — И ту я приезжаю на вызов и обнаруживаю ту самую девушку с номером Кобейна на щеке и моим сыном на руках. Честно скажу, что полдня не мог прийти в себя от потрясения. Сейчас я готов встать перед ней на колени, вымаливать прощения и просить стать моей женой. Но кому нужен дефектный муж? Она никогда не сможет узнать, что такое близость с мужчиной, навсегда лишится радости плотской любви.

Растерянность Юлька, как говорят математики, росла в геометрической прогрессии. Если она поняла правильно, ей только что сделал предложение наследник престола Ильбрука? Она подняла глаза, в которых застыл немой вопрос на Александра. Но тот тряхнул головой и отвел глаза.

— Малком, дайте объяснение, как на свет появился мой сын и что делать мне… — здесь он запнулся, — нам дальше.

Маг молчал долгих пять минут. Когда он заговорил, Юлька вдруг с удивлением обнаружила свою ладонь в ладони Александра. Оказывается, мужчина сел рядом с ней и взял ее свободную руку, то ли в знак поддержки, то ли еще чего-то. Похоже, этот действие было неосознанным, так как его глаза впились в лицо Малкома, а большой палец самопроизвольно поглаживал тыльную сторону кисти. И этот жест отозвался томлением в девичьей груди. Но вторая мысль не была веселой: как бы то ни было, она сидит рядом с насильником… почти насильником, и уже готова растечься лужицей возле его ног. Девушка резко выдернула ладонь и сердито посмотрела на мужчину. Тот поймал взгляд и понуро опустил голову вниз.

— Проклятье истинной пары не совсем проклятие, а скорее даже привилегия правящего дома, — этими словами негромко начал свой рассказ маг. — Пока мужчина не вступит в пору осознанной жизни, он не может иметь детей. Исключение составляют лишь истинные пары.

— Истинные пары? А что это такое? Я лишь про оборотней читала, — заинтересованно спросила Юлька шепотом, чтобы не разбудить сына.

— Оборотней? — удивился маг. — А это кто такие? В нашем мире их нет.

— Они живут лишь в легендах моей родины, — смутилась девушка.

— М-м-м… — промычал неразборчиво хозяин кабинета. — Истинная пара — это как бы две половинки одной души, которых триединый раскидал по миру как испытание или проверку настоящего чувства. Это даже не столько телесное совпадение, сколько родство душ. И поэтому непонятно, почему душа пары террано попала в другой мир.

— Она дочь сестры терра Винсента, пропавшей Иллии. Скорее всего, родилась в Ильбруке. Почему оказалась на Земле не знает никто, — ответил за Юлю Лекс внезапно охрипшим голосом.

— Что ж, это какое-то объяснение. Вы единственные друг для друга. Ни с кем другим не сможете обрести такого счастья, как в этой паре. Юля, ты сможешь простить этого малолетнего шалопая, который успел натворить черт знает что? — обратился он уже непосредственно к девушке.

— Возможно, чрез какое-то время, — пожала она плечами, хотя сердце требовало другого ответа. — Но не здесь и не сейчас.

— А что насчет твоей импотенции, — усмехнулся Малком, предвидя вопрос террано, — то тут может быть лишь два варианта. Первый: ты просто не сможешь иметь близости ни с кем, кроме как со своей истинной парой. И это лучший выход для вас обоих. А вот второй не такой радужный: триединый покарал тебя за то, что ты пытался ей изменить.

— И как это узнать? — спросил Лекс.

— Юлия, не ради страсти или прощения, а ради прояснения ситуации, позволь террано всего лишь один раз поцеловать тебя. Думаю, он после поцелуя сможет ответить на волнующие его вопросы. А там и дальше плясать будем от результата.

В это время Ванечка завозился на руках у мамы и, сладко потянувшись, открыл глазки.

— Пойдем, дядя киску тебе покажет! — подхватил на руки ребенка маг. — Пять минут вам на проверку!

И с этими словами они с Иваном покинули кабинет.

Юлька как-то неловко и быстро вскочила на ноги, порываясь бежать вслед за сыном. Лекс, не дав девушке упасть, тут же преградил ей дорогу:

— У Малкома восемь детей. Поверь, он умеет нянчиться, — попытался успокоить ее мужчина, придерживая за талию. В ответ, оказавшись прижатой к его груди, она уперлась руками и задрожала, не то от страха, не то в предвкушении. Под ладонью правой руки она ощущала сильные толчки его сердца. Лекс внимательно смотрел в глаза цвета горького шоколада, которые, как ему казалось, вытягивают из него душу и впитывают в себя. Она же их стыдливо прикрыла вмиг отяжелевшими веками.

— Ты позволишь? — спросил он тихо, аккуратно заправляя выбившийся локон за розовое девичье ушко и приподнимая ее лицо за подбородок.

В ответ Юлька дернула головой, освобождаясь от его захвата, и подняла глаза. Она еще ни разу в жизни не была ни с одним мужчиной так близко, конечно, если не считать забытой истории зачатия сына. В далеком, как казалось, прошлом, ей доводилось танцевать медляки с мальчиками на дискотеке. Но там в лица обычно не смотрят, положив голову на плечо партнеру или прижавшись щекой к щеке. А сейчас она вглядывалась в глубокую синеву глаз Лекса, отмечая еще раз их похожесть на глазки Ванечки. Потом мысли о сыне испарились в неизвестности. Она разглядывала намечающуюся морщинку на переносице, небольшой шрам над правой бровью. Затем взгляд скользнул по породистому носу с легкой горбинкой и уткнулся в сжатые губы и темную родинку над ними, которая так и притягивала ее потрогать. Затем взгляд вернулся обратно к глазам, сердце тревожно забилось как у пойманного зайчонка:

— Верни мне память! — выдохнула она.

— Зачем? — удивленно приподнял мужчина бровь. — Ты же и так теперь все знаешь. Или ты мне не веришь?

— Верю, — тряхнула она головой, на мгновение разорвав взгляд, а затем вновь поймав его, — просто не хочется жить с дырой в душе.

— Давай вернемся к этому вопросу, — мужчина задержал дыхание на несколько секунд, — после проверки. Ты позволишь?

— Нет! — оттолкнулась она от его груди сжатыми кулачками.

— Пожалуйста! — с мольбой в голосе еще раз попросил он, прижимая ее обратно к себе. — Я понимаю, что мужчины никогда не задают таких вопросов. Но в нашем случае очень боюсь тебя обидеть.

— Ты не понял, — девушка не заметила, как перешла на ты, вновь опустив глаза. — Я… Я целоваться не умею. И если между нами что-то было, я же этого не помню!

— Я научу тебя этому снова! — с облегчением выдохнул он. А затем, выпустив ее из объятий, взял девичье лицо в свои теплые руки, и медленно наклонившись, прикоснулся губами к полуоткрытому от волнения рту, приласкав сначала верхнюю губу, а затем переместившись на нижнюю. Девушка обреченно выдохнула, расслабилась, закрыла глаза и обхватила руками наследника за талию. Обняв хрупкие девичьи плечи руками, словно пряча от всего окружающего мира, он оторвался от ее рта, и нежно прикоснулся губами к закрытым векам. Затем, оставляя чуть влажную дорожку, спустился по щеке к шее и поднялся по противоположной стороне к уху, чуть прикусывая маленькую мочку. Юлька нетерпеливо застонала и заерзала, давая понять, что ей мало того, что мужчина дает. Тогда, гладя левой рукой спину, а правой удерживая голову за затылок, смял ее губы, проникая горячим языком в рот.

Девушка сначала даже растерялась от такого напора и дернулась, пытаясь разорвать поцелуй. Но горячая волна возбуждения пробежалась по ее телу, возвращая его на место и заставляя плотнее прижаться к твердой мужской груди.

Как вдруг объятия ослабли, Лекс что-то пробурчал из разряда непечатной лексики, и резко отвернулся к окну, оставив ее в полной растерянности.

— Я что-то сделала неправильно? — недоуменно спросила она.

Он глубоко вздохнул, повернулся обратно к ней, легко приобняв за талию, уперся лбом в ее лоб.

— Прости, ты все делала правильно! Просто я… — затормозился он, подбирая правильные слова. — В общем, это меня триединый наказал за измену мой истинной паре.

— И что дальше?

Только ответить Александр не успел, так как за дверями кабинета вдруг раздался визгливый женский голос:

— Малком, это чей ребенок?

А второй, только чуть ниже удивленно спросил:

— И почему он так похож на моего мужа?

Глава 12

Юлька тут же, забыв про разговор, метнулась в соседнюю комнату на защиту сына. Рядом с Малкомом стояли две женщины. Одна из них была в строгом костюме, волосами, уложенными в высокую прическу и величественной осанкой. На ее красивом лице, так похожем на лицо Зига, читался немой вопрос.

— Королева! — первая мысль, которая посетила голову девушки. Потом она, правда, вспомнила, что титул в этом мире называется террана, но это уже были второстепенные мелочи.

— Добрый день! — изобразила Юлька подобие реверанса. Как приветствовать правителей она не представляла, лишь знала, что даже на Земле это особый церемониал. Как-то в интернете она видела, как высоченная принцесса шведская приседала перед английской королевой, рост которой не превышал полтора метра, точно. А затем быстро подхватила на руки сына, успев попутно разглядеть вторую даму. Это была крашеная блондинка с явно накаченными губами и, похоже, искусственным бюстом, который непропорционально выделялся на тощей фигуре, затянутой в облегающее короткое платье ярко розового цвета.

Следом за девушкой вышел и Александр. Ванька сразу потянулся к нему, хлопая ручками по плечу и смешно крича:

— Папа! Папа!

Ребенку явно понравилось новое слово в лексиконе.

Террана удивленно приподняла бровь и произнесла лишь:

— Александр?

Тот с не менее скептичной улыбкой легко поклонился и ответил не менее сдержанно:

— Марина!

— Оу, у нашего наследника есть бастард? — глупо хихикнула блондинка.

Малком тут же подлетел к ней, приобнял за талию и голосом старого козла проблеял:

— Наида, я соскучился!

— Но мой козлик сам меня отправил, утверждая, что будет занят! — надула губки обладательница силиконового бюста.

— Я уже освободился! — маг начал подталкивать девушку к входу в свой кабинет, не давая опомнится. Она сначала немного посопротивлялась, но потом покорилась его напору.

— Седина в бороду, бес в ребро! — усмехнулась та, кого назвали Мариной, когда за Малкомом и его пассией захлопнулась дверь в кабинет. — Александр! Никогда на старости лет не заводи молодую любовницу. Иначе тоже превратишься в парнокопытное! И, наконец, познакомь нас!

Лекс внимательным, долгим взглядом задержался на лице Юлии, словно желая передать ей какие-то мысли, а затем отчетливо произнес:

— Юлия, это моя мачеха Марина. Марина, это моя жена Юлия.

Услышав эту фразу, обе женщины застыли в потрясении.

— Жена говоришь? И почему я об этом узнаю последним? — с этими словами в комнату вошел высокий мужчина с седыми висками, но молодыми глазами, которые были точно такими же, как у его внука и сына.

Уже потом Юлька очень себе удивлялась, как не грохнулась в обморок. Неожиданное представление сильным мира сего можно было еще пережить. Но вот услышать, что является женой отца своего ребенка… Лекс же в это время посадил Ванечку к себе на правую руку, а левой сжал ладошку Юли, как бы сигнализируя о том, что просит поддержать его маленькую ложь.

— И когда это ты успел жениться? Если учесть, что еще три дня назад был не женат, — усмехнулся правитель, разглядывая новоиспеченную сноху и внука.

— Мы женаты уже давно, — не моргнув глазом ответил Лекс. — Нашему сыну, как ты видишь, уже два года.

Марина нахмурилась, словно что-то пытаясь вспомнить, а потом, кашлянув, осторожно спросила:

— А не этой ли девушки портрет был размещен пару дней назад в скандальных новостях о проявившемся номере Кобейна?

Правитель развернулся в сторону сына и замер в ожидании. Наследник на секунду задумался, думая как бы ответить правильно на столь щекотливую тему. Юлька же решила взять удар на себя:

— Да, террано, это был мой портрет! Видите-ли…

Что она хотела сказать, никто так и не узнал, так как Александр вновь сжал ее ладонь и ответил сам:

— Юлия иномирянка. И мы женаты по законам ее мира. А эликсир Кобейна такие вещи в расчет не берет. И мы, отец, решили обратиться за помощью к тебе, чтобы избежать огласки.

— А кто тебя, девочка, напоил этой дрянью? — приложив ладони к лицу, покачала головой Марина.

— Я даже не сомневаюсь, что виновник стоит перед тобой, — хмыкнул Иоанн. — Или скажешь, что отец опять не прав?

— Прав, — Лекс покаянно кивнул.

Старший мужчина удовлетворенно улыбнулся:

— Надеюсь, в своем мире ты была носительницей достойного титула?

— Она родная племянница терра Винсента, дочь его сестры Иллии, — доложил наследник.

— Иллия? Мы с ней дружили, когда учились в школе! — неожиданно улыбнулась террана. — Но ты совершенно не похожа на мать. За кого она вышла замуж?

— Да, кто твой отец? — поддержал фаворитку Иоанн.

— Папа, а какая разница? Она моя истинная пара, если ты еще не догадался.

— Судя по наличию этого юного проказника, — правитель опустил глаза вниз, разглядывая Ванечку, который, спустившись с рук, подошел к правителю и с упоением отколупывал алмазный знак террано со штанины деда, — это судьба. Но все же удовлетворите наше любопытство?

— И как дочь Иллии попала в другой мир? — поддержала мужчину Марина.

В это время Ваня оторвал, наконец, алмазину, попробовал ее на зуб, а потом хлопнул деда по колену и отчетливо сказал:

— Папа!

Иоанн захохотал и подхватил малыша на руки:

— Деда!

— Дедя? — уточнил серьезным видом мальчуган, потрогав монарха за щеку.

— Деда, деда! — счастливо засмеялся в ответ тот, вглядываясь в сапфировые глазки внука. А затем с гордостью констатировал:

— Наша порода, Громиеровская!

На Юлькино счастье у монарха раздался сигнал вызова. Мужчина нахмурился, молча выслушал, что по магшету ему сообщили, а потом сказал:

— Марина, пойдем! Нас срочно вызывают встречать Ибонийскую делегацию. Но, молодые люди, разговор наш не окончен! — с этими словами передал ребенка родителям.

Когда они вышли из покоев Малкома, Александр легко обнял Юлю за талию и, глядя ей в глаза, сказал:

— Прости меня, что все так вышло. На эту встречу я никак не рассчитывал. Поверь, это лучший выход из ситуации и способ решения многих проблем.

— Я, кажется, знаю, за что тебя наказал триединый! — вглядываясь в голубизну глаз мужчины, усмехнулась девушка.

— И за что же? — словно умная собака, пытающаяся понять речь хозяина, наклонил Лекс голову к плечу.

— Ты решаешь все сам, не спрашивая мнения других. А другие, между прочим, не всегда согласны с твоими действиями! — зло прищурилась Юлька. — И о последствиях ты не думаешь.

— В этот раз я как раз думал о последствиях, — внимательно разглядывая девушку, наследник перекатывался с носок на пятки, заложив большие пальцы рук в карманы брюк. — Я ж поклялся, что не причиню вреда нашему сыну и не разлучу тебя с ним. Мой отец не посмеет прикоснуться к ребенку моей жены. Но забрать бастарда у безродной…

— Я — терр Винсент! — возмутилась девушка.

— По матери. А где родовое имя твоего отца? Саттаров? Ты думаешь, оно сможет сыграть какую-то роль в нашем мире?

Девушка сразу стушевалась. Хорошо иметь мать из благородных. Только то, что титул отца может иметь значение она даже и представить не могла. Да и на Земле это никакой роли не играло, разве что обуславливало материальное положение семьи, хотя и не всегда.

— Лекс, — она замерла, так как впервые назвала его по имени. Негативной реакции не последовала, и девушка продолжила, — а можно как-нибудь узнать, кто был моим отцом?

— Не знаю, попытаться можно, — пожал он плечами, — ты так и не ответила на мой вопрос.

— Я его не слышала, — недоуменно дернула плечиком она, отпуская сына на пол.

— Ты выйдешь за меня замуж? — он взял ее за плечи руками, удерживая взгляд. — Истинных не разводят. Но если так случится, что ты полюбишь другого, мы что-нибудь придумаем. В конце концов, и для монархов могут существовать исключения.

— А почему истинных не разводят? — все еще недоумевала она.

— Потому, что это любовь, дарованная богами, и от нее ни одно разумное существо не откажется, — терпеливо продолжил мужчина объяснения.

— Тогда, почему я полюблю другого? — округлила глаза девушка, все еще не понимая сути происходящего, готовая уже даже и обидеться. — Я разве неразумная?

Наследник закатил глаза и резко выдохнул сквозь зубы.

— Тебе это обязательно нужно услышать, да? — поморщился он. — Потому, что я — импотент, а тебя может потянуть на плотскую любовь. Ты же живой человек!

— Пока меня тянет только на тебя, — усмехнулась грустно она своим мыслям. — Как хочется хоты бы слово про любовь. А тут лишь долг, защита, бастард… Хотя Малком говорил, что для истинных в первую очередь важна душа, а не только тело.

Вслух же она сказала, вздохнув:

— Я — не враг своему ребенку. Бастард правителя и наследник — несколько разные понятия. И, как ты утверждаешь, что это защита для его благополучия. Я принимаю твое предложение, но не от того, что хочу сама, а лишь ради нашего сына.

Когда она произнесла эти слова, оба застыли в нерешительности: девушка ждала реакции Александра, а Александр соображал, что делать в такой ситуации. Если бы это было нормальное предложение руки и сердца, то жених, по крайней мере, должен был поцеловать невесту. Но к таковым его отнести можно было с очень большой натяжкой. Сказать: «Спасибо, я рад!», наверное, глупо.

— Прости еще раз, что все так вышло! — наконец выдал он ответ, несколько стушевавшись. — И спасибо за такого замечательного сына, которого ты мне родила!

С этими словами он невесомо провел ладонью по ее щеке и поправил непослушный локон.

Юлька неловко пожала плечиками, и, опустив глаза к полу, прошептала:

— Пожалуйста!

Чем бы закончилась вся эта ситуация, неизвестно. Но дело в руки взял их сын, который, пока родители были заняты друг другом, залез на кресло, стоявшее возле полки, на которой стояла большая стеклянная ваза. Ваза, почему-то гвоздями прибита не была и очень красиво упала и разлетелась на тысячи мелких осколков. Ванечка сначала залюбовался таким переливчатым взрывом, но, услышав гневный окрик мамы, напугался и громко заревел.

* * *

Иоанн террано Громиер заниматься политикой не тяготился. И встречи иноземных делегаций относились к его любимым занятиям. Это могли быть новые интересные знакомства, выгодные сделки и просто старые друзья. Но сегодня он чуть досидел до того момента, пока ибанийский посол и сопровождающие его лица откланяются. Правителю до дрожи в коленках хотелось обсудить новость о женитьбе старшего сына, которая обрушилась словно снег на голову. Марина для Александра стала после смерти его матери скорее не мачехой, а старшей сестрой, и по-своему любила пасынка. Когда они остались вдвоем, террано облегченно выдохнул:

— И что ты по этому поводу думаешь?

— О новой стрижке посла? — округлила глаза женщина. Она, конечно, догадалась, о чем хочет поговорить ее мужчина, но решила немножко потрепать его нервы. Нервы были любимым Марининым музыкальным инструментом.

— Да какой, к черту, посол! — фыркнул Иоанн. — У меня сын женился, хотя три дня назад усиленно отпирался. Я уж и не знал, что по этому поводу думать. Почему он не сказал, что у него есть жена и сын? Что-то мне это все не нравится.

— Тебе не понравился внук? — удивилась на это раз искренне женщина. — По-моему чудный мальчик, и судя по глазкам, магией Громиеров владеет в полной мере.

Последняя фраза была сказана с легкой ноткой грусти.

— Ты расстраиваешься, что Зигиус только математик? Но для этого нужно всего лишь выйти за меня замуж, и магическая сила должна у него проявиться. Сама же знаешь, он появился на свет только благодаря тому, что я к тому времени овдовел, а наследник уже был. Неужели тебе не жалко ребенка?

— Ио, а может я и не против выйти за тебя? — грустно улыбнулась Марина.

Иоанн откровенно психанул, сломав ручку, которую держал в руках:

— Любимая, я звал тебя раз сто не меньше. И какой всегда был ответ? — буквально выплюнул монарх обвинение.

— Ты меня звал последний раз лет десять назад. С той поры утекло много времени, и я передумала, — приняв горделивую осанку и лукаво глядя на мужчину, сообщила она.

Иоанн подошел к креслу, в котором сидела мать его второго сына, оперся обеими руками о подлокотники и, прислонившись лбом ко лбу женщины, угрожающе прошипел:

— А раньше ты об этом сказать не могла? Сразу, как согласилась!

— Дак я как согласилась, так сразу и сказала! — невинно захлопала она глазками.

— Марина… — закатил правитель глаза, выпрямляясь. — Ты меня точно в могилу сведешь!

— Любимого мужчину и в могилу? Зачем? — погладила рукой его по груди.

— Вот я и спрашиваю, зачем? — усмехнулся он.

— Просто я никогда не хотела пышной свадьбы, а ты утверждал, что для богов иначе нельзя. А тут мы просто примажемся к повторной свадьбе Александра. Для богов этого будет достаточно, и широкие массы не обратят внимание на то, что я поменяла свой статус, — широко улыбнулась женщина.

— А, по-моему, ты отточила до совершенства свое искусство вить из меня веревки. И на основании этого решила согласиться, так как убедилась, что перечить тебе я не смогу, — тяжело вздохнул монарх.

— Терр Винсент — это же ректор Академии всех наук? — перевела женщина разговор в прежнее русло. — Вот и надо его пригласить и уточнить все про эту девушку и ее ребенка.

— С одной стороны ты абсолютно права. Я тотчас же велю его вызвать. Только вот хорошо зная своего сына, у меня есть предположение, что Аскольд про свадьбу племянницы тоже ни сном, ни духом. А еще мне очень интересно, зачем Лекс ее эликсиром Кобейна поил? — задумчиво потер подбородок Иоанн.

— А на этот вопрос у меня ответ есть, — рассмеялась женщина. — Мне Зигиус рассказывал, что они с Максом искали для терр Виргена идеальную пару таким странным образом. Похоже, Юлия под руку им попала. Только вот парой оказалась для нашего мальчика.

* * *

Лекс, Юля и юный наследник, после того фееричного шоу с вазой и красивого восстановление разбитой вещи старшим наследником, отправились в дом к террам Винсентам. Бабушку и Аскольда нужно было оповестить об изменениях, которые произошли в жизни племянницы и внучки. Да и мужчина настоял, что он должен попросить руки настоящей-будущей жены по всем правилам. Юлька особо не возражала. Как говорил сторож детского дома: «Назвался груздем, полезай в кузов!». Тем более что она просто с утра ушла на встречу с магом Малколмом и замуж точно не собиралась. Ставить же перед фактом родственников посчитала сподручней вместе с новоявленным мужем.

— Юля, вы где так долго гуляли? — крикнула входящим терра Амалия. Но, выглянув из кухни, заметила начальника полиции нравов и осеклась. Юлька начала соображать, как правильно ответить бабушке, чтобы не довести пожилую женщину до инфаркта. Слишком уж быстро и бурно развивались события.

— Добрый день, терра! — поприветствовал женщину наследник. — А терр ректор дома?

— Да, сейчас позову! — отозвалась она. Затем, замедлив шаг, взволнованно спросила:

— У нашей девочки проблемы?

Александр криво усмехнулся:

— Даже не знаю, как вам правильно ответить: проблемы или наоборот их решение.

Пожилая женщина пожала плечами и пошла за сыном. Юлька же смущенно уставилась в пол, не зная как себя вести. Благо ребенок, зайдя домой, сразу отправился к коробке с игрушками, которая стояла в холле, и на некоторое время занял себя сам.

Мужчина подошел к девушке и мягко взял ее ладони в свои:

— Не бойся, я сам им все объясню!

Она подняла глаза и всмотрелась в его синеву:

— Да не боюсь я, но как-то неловко вышло. Сходила, называется, за хлебушком…

— А при чем здесь хлеб? — пришла очередь удивляться гостя.

— Ай да, это прикол из моего мира, — отмахнулась она от него. Потом поняла, что слово «прикол» в Ильбруке второго значения не имеет. — И на прикол забей… И вообще, это я волнуюсь и сыплю земным сленгом.

— Я половины сказанных тобой слов не понял, — сморщив смешно нос, растерялся мужчина.

— Нам с тобой ночами делать нечего будет, вот я тебе все и расскажу, — ответила Юлька. Но по потемневшему взгляду собеседника и плотно сжатым и побелевшим губам поняла, что задела его за живое. Ей бы порадоваться, но месть сладкой не оказалась. — Прости! Я, видимо, очень волнуюсь.

С этими словами она подняла руку и прикоснулась к его груди. Мужчина вздрогнул от столь неожиданной ласки, торопливо взял ее ладонь и прикоснулся губами к кончикам пальцев:

— Забей! Я это заслужил, — а затем лукаво сверкнул глазами и уточнил, — правильно вашим слен-гом воспользовался?

Незнакомое слово он проговорил по слогам. А Юлька в ответ широко улыбнулась, но ответить ничего не успела, так как в холл пришли родственники.

* * *

— Терр ректор! — слегка поклонился в приветствии гость.

— Добрый день, Александр! — ответил ему хозяин дома, называя наследника престола по имени и кланяясь в ответ. — Чем обязаны столь неожиданному визиту?

— Вы уверены, что мой визит неожиданный? — усмехнулся молодой мужчина. — Или вы считаете, что появление в этом мире женщины, которая родила от меня ребенка, должно пройти мимо, а мне сделать вид, что ничего не произошло?

Аскольд внимательно посмотрел на парочку молодых людей, который стояли рядом, плечом к плечу. Рука наследника престола по-хозяйски обнимала девушку за талию. А Юлька, походу, совершенно не чувствовала дискомфорта от такой вольности. Он нахмурился:

— Александр, нельзя ли ближе к делу. Каких новостей мне от вас ждать?

— Новостей? — бровь наследника поползла вверх. — Новостей вряд ли. Я здесь по другому делу и очень сильно надеюсь на вашу помощь.

— Это уже становится интересным! — усмехнулся терр ректор. — И чем же я могу помочь начальнику полиции нравов и наследнику престола Ильбрука?

— Я немного неправильно выразился, — вдруг стушевался Лекс. — Терр Аскольд, терра Амалия, я прошу руки вашей племянницы и внучки!

— Молодой человек, — решила вступить в разговор бабушка, — в таких случаях сначала обычно говорят: «я люблю ее, она любит меня», а потом уже руку просят.

— Бабушка! — возмутилась Юлия. Девушка вполне отдавала себе отчет в том, что они с Лексом друг в друга точно не влюблены. Да и бабушка на это рассчитывать не могла. Но мужчина не дал ей договорить:

— Терра Амалия, я сожалею, что не могу этого сказать. Мы с Юлей встретились два дня назад, если не считать того рокового вечера. И встретились отнюдь не в романтической обстановке. Про любовь, наверное, говорить преждевременно. Но у нас есть сын, перед которым мы в ответе оба. И я считаю, что лучшим решением будет узаконить наши отношения.

— И как на этот мезальянс посмотрит террано? — уточнил Аскольд.

— Ванька у него со штанины имперский знак спер и на зуб попробовал, — вдруг рассмеялась Юлька, вспомнив ту забавную картину.

Ванечка, видимо, что-то вспомнил и сообразил, оторвавшись от коробки с игрушками, подошел к Аскольду и протянул ему алмаз, который никто не удосужился забрать у мальчугана. При этом широко улыбнулся и отчетливо произнес:

— Дедя!

— Кх-м… — только и смог выдавить из себя терр. А потом со смехом сказал, подхватывая ребенка на руки и забирая у него неподобающую игрушку:

— Все понятно, юный проказник успел и террано к себе расположить. Только где он его увидел?

— Мы ходили к Малкому, который подтвердил, что мы с Юлей истинная пара, — объяснил Лекс. — А тут отца нечаянно принесло. Я решил, что лучше всего представить ее как свою жену, с которой мы состоим в браке по законам другого мира.

— А про скандал с номером? — уточнил Аскольд.

— Марина его припомнила. Я дал объяснение, что эликсир не воспринимает иномирный брак, — пожал плечами Лекс. — Но раз дошло до Марины, значит, слухи гуляют уже и по всей стране. Нужно давать опровержение каким-то образом.

— А если вам выступить в магшетном шоу Андрэ Малхоля? — подала голос Амалия. — Вашу историю можно представить как очень романтическую. Полюбили, вынужденно расстались, девушка память потеряла и все в таком духе.

— А это идея!

— Мама, ты иногда гениальные вещи выдаешь! — воскликнули оба мужчины разом.

— Что ж, пойдем к Малахолю! — сказал Лекс. — Но я так и не понял, вы даете свое согласие на наш брак?

— Брак — это хорошо, но я только привыкла к Ванечке, а вы у меня его забрать хотите, — покачала головой терра.

— А я разве не здесь жить буду? — удивилась Юлька.

— У меня свой дом есть. И жене пристало жить с мужем, — возразил Лекс.

— Я же учусь и учебу бросать не намерена. А кто будет сидеть с ребенком?

— Юля, я вообще-то в состоянии нанять нянек, — возмутился террано.

— Няньки — это чужие тетки. А я — родная бабушка, — отозвалась Амалия. — И будет чудесно, если мальчика по утрам будут приводить ко мне. Те более наш дом расположен на территории академии.

— Если терра так желает! — поклонился в очередной раз гость.

— И не только желаю, но и ставлю условием! Без этого согласия на ваш брак не дам! — Амалия горделиво вздернула подбородок.

— Мама, и ты думаешь, что наследника это остановит? — усмехнулся терр ректор.

— Может и не остановит, но он же не захочет с первых шагов ругаться с новыми родственниками? — кокетливо передернула плечиком пожилая женщина. — Правда, террано?

Аскольд отпустил мальчика с рук, а сам незаметно протянул Александру алмаз:

— Отцу верните, пожалуйста!

— Нет, думаю не стоит. Это первая регалия власти, которую мой сын честно заработал в бою, отковырнув со штанов деда! Сохраните его для Ванечки, — усмехнулся Александр.

Потом молодой человек, прежде чем откланяться, пообещал, что свяжется с Малахолем и решит все вопросы с шоу. А после этого оповестит семейство терр Винсентов о дальнейших шагах. И напоследок огорошил Юльку мимолетным поцелуем, который запечатлел у нее на губах.

Глава 13

Шоу Малахоля с участием наследника престола, его женой и другими заинтересованными лицами решено было провести до окончания каникул, чтобы девушка могла приступить к занятиям уже с обеленной репутацией и не переживала о косых взглядах и слухах. Ведущий, естественно, пошел на все условия. Ведь не каждый день в магшеты приходят сильные мира сего.

До этого дня Лекс каждый день приходил к Юле вечерами, а пару раз у него даже получилось вырваться и днем, при том оказывая незатейливые знаки внимания. То принесет букетик цветов, то какую-нибудь ювелирную безделушку. Девушку больше радовали игрушки для сына, которых и так было предостаточно, но и эти мелочи грели душу, давая осознание, что она кому-то нужна.

— Мы должны будем разыграть роль влюбленных. А для этого нам нужно привыкнуть друг к другу, а может и пропитаться симпатией, — объяснял мужчина свои ежедневные визиты.

Иногда они могли просто сидеть болтать ни о чем, следя за Ванечкой, который играл рядом с родителями. При хорошей погоде ходили гулять. Юлька даже научила Лекса делать снежных ангелов. Несмотря на то, что в Ильбруке как и на Земле выпадал снег, такую забаву тут не придумали. Ванька с удовольствием принял участи в этой игре. Он не понимал ее смысла, но с энтузиазмом махал руками и ногами, лежа в сугробе.

И девушка все чаще и чаще ловила себя на мысли, что если не эротические, то родственные чувства в ней точно проснулись. Она скучала по Лексу, была искренне рада, когда он приходил, и однажды решилась оставить его с сыном наедине. Правда, в помощь молодому отцу был выделен терр ректор. Хотя, много ли толку от мужчины, который детей, младше восемнадцати лет в свой круг общения не допускал?

Эта идея принадлежала терре Амалии. Она сообщила мужчинам, что ей с внучкой нужно пройтись по магазинам. Ведь для девочки нужен отличный наряд для участия в шоу. Милли они тоже взяли с собой, якобы для помощи в ношении сумок. Мужчины по очереди предложили на эту роль себя, но были отвергнуты строгой мадам.

— Ни что не сближает так людей, как вынужденное сосуществование! — выдала она свой маленький секрет, когда мужчины полным составом были оставлены дома.

— Только бы ничего не случилось! — волновалась Юлька.

— Они взрослые государственные мужи. Опыта у них, конечно, маловато, но ответственности вполне хватает. Даже у твоего любезного! — весело хихикнула бабушка. — Так что расслабься и получай удовольствие!

Легко сказать, получай удовольствие! Но уже в пятом магазинчике Юлька позабыла свои тревоги и отдалась на волю шопинга. Женщины выбрали себе по наряду, включая Молли. А завершили выход посиделками в кафе-мороженном. Десерты в Ильбруке были на удивление очень вкусными.

Когда женщины вернулись домой, то застали забавную картину: все три мужчины, включая Ванечку, спали поперек широкого дивана. Лекс обнимал сына, а тот доверчиво сопел ему в плечо.

— Ну, вот, а ты боялась! — шепнула терра внучке.

Юлька подошла к мужчинам и легонько тронула террано за плечо, стараясь не разбудить сына. Молодой отец нахмурил брови и грозно сказал:

— Ваня, выплюни сейчас же! Это бяка и папа ругаться будет!

Только глаза при этом так и не открыл.

— Не трогай их! — усмехнулась Амалия. — Дай мужчинам отойти от боевого крещения.

И женщины с улыбками на губах ушли на кухню пить чай.

* * *

Накануне шоу Юлька с Александром обговорили свою линию поведения. Малахоль славился тем, что чутко чувствовал ложь и мог вытащить на поверхность любые малоприятные факты. Поэтому молодые люди договорились, что первой перед публикой появится и расскажет свою историю без утайки, или практически без утайки, она. Роль Лекса в появлении ребенка решено было оставить на его речь, так как девушка на вопрос любого детектора лжи могла честно ответить, что не помнит, как и что там произошло. Дальше же была его задача повернуть все в нужное русло.

Студия встретила приглашенных морем огня. Отличие было лишь в том, что свет в Ильбруке давали магкристаллы, а не электростанции. До этого Саттаровой не приходилось бывать в телестудиях, хотя о том, как творится чудо, она в интернете читала. Для Лекса, как наследника престола, это было не впервой, поэтому он совершенно не волновался, в отличие от нее. Чтобы как-то успокоить и отвлечь ее, мужчина решил применить отвлекающую тактику.

Ассистентка провела прибывших через помещение студии в специальные гримерные за ее периметром. Наследнику престола была выделена достаточно просторная комната с удобным диваном, монитором для просмотра предшествующих ему выступающих и столом с легкими закусками и чаем.

— Чай будешь? — с улыбкой поинтересовался он у Юлии.

— Нет, — покачала головой она. — У меня что-то кусок в горло от волнения не лезет.

— Хотя бы пригубить попробуй, — возразил он. — Я попросил заварить напиток с успокаивающей травой, чтобы ты от волнения с ума не сошла.

Юлька тяжело вздохнула и протолкнула в себя крошечный глоточек. И эта капля жидкости совершила маленькую революцию: девушка успокоилась и допила чай до конца. Тут к ним заглянул Малахоль и спросил:

— Как вы, готовы?

— Готовы, — ответил Лекс, — если к этому можно быть готовым.

— Тогда, триединый с нами! Поехали!

Монитор загорелся голубым, и мужчина, который только что вышел в двери, появился на экране:

— Добрый вечер, уважаемы тирры и терры! Сегодня нас ждет вечер с раскрытием необыкновенных тайн и секретов! Мы прикоснемся к святая святых нашего государства. И встречайте первую героиню нашего шоу- Марта тирр Липен.

В студию горделивой походкой вошла жена Марка. Поклонилась зрителям и с чувством собственного достоинства села в предложенное кресло.

— Добрый вечер, уважаемая тирра! — поприветствовал ее Андрэ. — Сегодня мы хотим услышать ваш рассказ о том, как вам удалось разоблачить женщину с номером Кобейна.

Марта широко улыбнулась и начала свой рассказ, смакуя подробности и расписывая произошедшее. Говорила она, надо признать, хорошо. Зал притих и внимательно внимал ее рассказу, периодически улюлюкая и хлопая в ладоши.

Когда Марта закончила свой рассказ, Малахоль поинтересовался у нее:

— И какой вы видите выход из сложившейся ситуации?

— Как какой? — удивленно вздернула брови Марта. — Исключить развратницу из академии.

— А может у девушки были уважительные причины? Или жизненные обстоятельства? Вы настолько категоричны? — уточнил ведущий.

— Какие жизненные обстоятельства, — буквально взвизгнула Марта. — Шлюха — она и есть шлюха.

Зал дружно зааплодировал. А выражение лица Марты выражало полный триумф.

— А теперь мы послушаем эту самую историю из уст той, кого тирра Липен так безжалостно решила изгнать из нашего общества.

Марта побледнела. Очной ставки она никак не ожидала.

— Я не желаю сидеть рядом с развратницей! — выплюнула она.

— Попрошу вас все же остаться. Вы же подписали контракт, что останетесь до конца шоу.

— Это шантаж!

— Нет, просто в случае нарушения вам придется выплатить неустойку!

— Хорошо! Только ради вас Андрэ! — фыркнула Марта.

* * *

Юлька сидела и слушала разглагольствования Марты, сжав кулаки и кусая губы. Одно дело знать, как все было на самом деле, а другое слышать из уст другого в несколько извращенной форме. Александр смотрел на девушку, нахмурив брови. Это шоу должно стать триумфом Юльки, а не мукой и поводом для угрызений совести. И он как мужчина должен обеспечить ей комфорт и уверенность в себе.

— Юля! — позвал ее негромко.

Она подняла на него свои глаза цвета горького шоколада, в которых плескалась боль. Лекс тихо выругался и одним движением подхватил ее и усадил себе на колени.

— Лекс! — тут же зашипела она. — Мы в общественном месте. Что ты себе позволяешь?

— Во-первых, здесь мы одни. А во-вторых, перед богом и для людей ты моя жена. Закрой глаза и постарайся расслабиться.

С этими словами он положил ее голову себе на плечо и стал нежно гладить по спине и волосам, легко целуя в макушку и закрытые глаза. И она не заметила, как расслабилась. Его запах, смесь полыни и пустыни, волновал ее обоняние. Горячие губы, прикасающиеся к коже, волновали сердце, заставляя биться учащенно. Но в то же время он не переходил каких-то условных границ, чтобы не придать ее внешности налет греховной страсти. В их случае это бы сыграло на руку жене Марка.

Когда Малахоль пригласил на выход девушку, она нервничала уже не так, словно объятия Лекса придали ей уверенности. Она поняла, что этот сильный и властный мужчина сегодня играет на ее стороне. Они с ним одна команда.

Зал встретил героиню шоу гробовым молчанием. Люди просто не знали, как реагировать на столь неоднозначную персону. Она же просто прошла и села в предложенное кресло и начала свой рассказ. Марта сидела с каменным выражением лица. А вот зрители начал реагировать. Когда она рассказывала, как ей пришлось жить в социальном центре, из зала донеслись всхлипывания. Чье-то женское сердце просто не выдержало. Как они предварительно договорились с наследником, девушка остановилась в том месте, когда ее признали официальной наследницей терр Винсентов.

— Взгляд на все это третьего лица и окончание этой истории мы услышим из уст третьего участника нашего шоу. Начальник полиции нравов, наследник трона Александр террано Громиер! — объявил Малахоль.

Марта победно посмотрела в сторону Саттаровой. На ее лице читалось торжество: мол, получишь сейчас по полной программе, разжалобить решила! Юлька просто пожала в ответ плечами. Когда Александр появился в студии, весь зал встал в одном порыве. Марта тоже поднялась. Юлька через пару секунд лишь сообразила, что сидит одна. Она слегка опешила, а потом тоже решила встать. Но он отрицательно покачал головой, глядя ей в глаза.

— Террано, вам не кажется, что нахалку нужно наказать? — хмыкнула Марта, когда Лекс поравнялся с ней. Она сказала это вроде бы шепотом, предназначенным лишь ему. Но акустика студии донесла слова до каждого сидящего. Зал замер в предвкушении скандала.

— Тирра Липиен, вы имеете в виду себя? — поднял он вопросительно бровь.

Марта от возмущения задохнулась и открыла рот, словно рыба, выброшенная на берег:

— Террано, вам никто не позволял оскорблять ваши подданных! — с вызовом ответила женщина.

— А вам никто не давал право оскорблять мою жену, мать моего ребенка и наследника престола! — парировал мужчина, заставляя Марту удивленно охнуть и с вытаращенными глазами опуститься в кресло. Затем сел на свое место и продолжил рассказ:

— С Юлией мы женаты уже более трех лет. Но, потеряв память в результате нечастного случая, она не помнила про мое существование. А я потерял ее в потоке мироздания. Соединение наших судеб состоялось не по законам Ильбрука, ведь девушка иномирянка. Поэтому в магическом свете у нее высвечивается номер Кобейна. Со свадьбой здесь мы решили не торопиться, чтобы превратить это событие в настоящий всенародный праздник.

На это предложение зал откликнулся бурными овациями. Жители королевские праздники любили и с удовольствием принимали в них участие.

— Но думаю, всем будет интересно узнать, как мою жену угораздило выпить эликсир нашего достопочтимого профессора? — продолжил террано.

Зал дружно загудел. А Алекс с легким юмором начал рассказ про то, как они с Максом стащили колбу и пошли искать по свету своих суженых. Зал то смеялся, то дружно аплодировал. Мужчина был отличным рассказчиком.

— Но когда я увидел огромные глаза, цвета горького шоколада, понял, что мое сердце пропало. Для меня перестали существовать все женщины на свете. Это была любовь с первого взгляда. Да, каюсь, эликсиром мы ее угостили. Но номер не проявился. В тот же вечер она стала моей супругой и единственной женщиной с того дня.

На этом он рассказ закончил.

— А как же дальше? — раздался вопрос из зала. — Почему вы расстались?

— Так сложились обстоятельства. Но это тайна частной жизни и мне не хотелось бы ее озвучивать. Главное, у меня есть жена, и растет достойный наследник престола, названный в честь деда Иоанном.

— А теперь по традиции нашего шоу «Все тайное становится явным», мы смотрим, насколько правдивы были выступающее! — с этими словами Малахоль достал из-под стола три довольно крупных кристалла. Они все были девственно чистыми и прозрачными.

— Кристаллы предоставлены для нашего шоу императорским домом террано Громиер! Личная разработка нашего правителя, — вещал ведущий как отличный пиарщик. Юлька даже улыбнулась. Оказывается, по уже забытой рекламе она немного скучала.

— Как видите, они все чисты. Все трое участников нашей программы искренне верят в то, что говорили. И Марта тирр Липиен была искренняя в своих заблуждениях и несколько поторопилась с выводами. Но думаю, императорский дом ее простит, если она при всех прямо сейчас принесет извинения.

Марта в один миг до конца растеряла весь свой боевой запал и горделивую осанку. Она побледнела, словно мел и подошла к Алексу и Юлии, которые оба встали рядом. Саттарова думала, что она просто извинится и все. Но тирра, тяжело вздохнув, опустилась перед ними на колени, склонила голову.

— Я готова понести любое наказания, террано! — произнесла она готовым сорваться на плач голосом.

Юлька хотела было поднять ее с колен, но Лекс остановил девушку, обхватив рукой за талию:

— Это обязательный ритуал принесения извинений правящему дому, — шепнул он, поморщившись. А затем уже громко добавил:

— Искренни ли ваши раскаяния, тира?

— Да, — всхлипывая и глотая слезы горечи и унижения, ответила Марта. — Я больше никогда не буду судить тех, кому дарована власть.

— А как же простые люди? — удивилась Юлька.

— Это ваше условие прощения, террана Юлия? — уточнил Малахоль. К ней впервые обращались по высшему титулу, да еще принародно. Но Юлька не среагировала. Если бы это были привычные земные «ваши высочества», то она, наверное бы, сконфузилась. Поэтому лишь с достоинством сказала:

— Да!

Марта пробормотала что-то подобающее этому случаю, и шоу на этом закончилось.

В комнату, где ожидали молодые люди своего выхода и куда вернулись сейчас, зашли терр Винсент и Зиг.

— Никогда не любил подобные представления, — фыркнул самый младший террано, хлопая брата по плечу. — Но и от них, оказывается, бывает польза!

Затем присутствующие отметили успех, выпив по бокалу вина, и отправились по домам. Лекс хотел позвать Юльку куда-нибудь сходить, но та отказалась, сославшись на сильный стресс и то, что оставила сына надолго с бабушкой. При этом она пообещала, что обязательно уделит мужчине время завтра или в ближайшие дни. И лишь, уже лежа в кровати, вспомнила, что Громиер сказал, что влюбился в нее с первого взгляда. А кристалл правды при этом лжи не показал…

* * *

Сразу обсудить этот вопрос у Юльки с Александром не получилось, а потом как-то все завертелось и забылось. Раз они на всю страну объявили себя мужем и женой, то девушке предстояло переехать в его дом. Чем они и занялись на следующий день после шоу. За полгода жизни в Ильбруке Саттарова обзавелась уже внушительным гардеробом. Да и у Ванечки приданое выросло.

Им с сыном были выделены отдельные апартаменты, состоящие из спальни, детской комнаты и небольшой гостиной. Лекс, словно наверстывая то время, которое он потерял в воспитании сына, накупил ему кучу игрушек и с удовольствием проводил с Ванечкой время, когда оно появлялось у начальника полиции нравов. Только, к сожалению, вырываться надолго с работы у мужчины не получалось.

Свадьбу же по законам Ильбрука было решено отложить до лета. Все-таки это значимое событие в политическом плане, поэтому спешка была неуместна.

Каникулы закончились, в академии начались занятия. По утрам Лекс довозил Юльку до дома терр Винсентов, и Ванечка радостно мчался к любимой бабушке с криками:

— Баба, я присёл!

Терра Амалия вначале даже плакала от умиления. Но потом стала воспринимать такие проявления нежности более сдержанно, так как молодой человек научился хулиганить. Он обожал зарядные шнуры от магшетов и постоянно подключал их к источникам. Благо, магия не столь опасна как земное электричество. В итоге, к вечеру, когда мама возвращалась с учебы, к источникам был подключен весь дом. Верхом же его проказ стало то, что он однажды подключил задремавшую на диване Милли, воткнув один конец шнура в ее носок, а второй в источник. После этого волосы служанки три дня жили собственной жизнью, не подчиняясь ни одной расческе.

Юлька была благодарна одногруппникам, которые не поменяли к ней отношение после всего произошедшего. И если коллективная женитьба была вызвана душевным порывом, то непредвзятое отношение к будущей терране стало продуманным актом.

— Не забывая, что с нами, кроме тебя, Зигиус учиться. А монархи мужского пола гораздо более вредные и заносчивые, — смеялись они.

На что Зиг только бурчал, что он не наследник, а, следовательно, один из всех. Единственный, кто несколько изменил отношение, стал Марк. Он не стал относиться хуже к девушке, но категорически отказывался делить с ней парту.

— Не нужны мне эти бабские разборки! — отмахивался он от нападок парней.

И вот эта вся рутина закрутила и затянула молодую пару по полной мере. И если бы они были настоящей семьей, то минуты нежности и страсти, скорее всего, вносили бы определенную перчинку в отношения. А так это был союз двух соседей, которые просто любили одного и того же малыша. И даже те чувства, которые начинали просыпаться в душе иномирянки, постепенно сошли на нет. Ведь нежность и любовь тоже требуют подпитки.

Юлька все чаще и чаще начинала задумываться над тем, что неужели вот это на всю оставшуюся жизнь? Она выучится, пойдет работать. Сын вырастет. Другого у них точно не будет. И если вначале она считала, что без проблем переживет без секса, то сейчас в ее голове стали появляться сомнения. А стоит ли тогда выходить замуж?

Вернее, девушка понимала, что замуж нужно выйти, так как Ванечка должен быть официально признанным. Но что это все принесет ей? Получится ли быть счастливой?

Глава 14

Чем ближе приближался день свадьбы, тем сильнее нарастала Юлькина паника. Она все отчетливее и отчетливее понимала, что это путь в никуда, полный эмоциональный тупик. Мужчина, который волновал ее сердце, которого она готова была полюбить, оставался полностью равнодушным. В то же время девушка понимала, что в данных обстоятельствах ее сын, ее Ванечка уже не принадлежит ей. Он, можно сказать, стал собственностью короны.

Из-за этих мрачных мыслей она стала плохо спать. Глаза провалились, волосы потускнели. И даже ее великолепная смуглая кожа стала бледной.

— Вот и я краснеть научилась! — как-то пошутила она, разглядывая свое отражение в зеркале.

Александр, слава триединому, заметил, что с его женщиной происходит что-то плохое. Но сколько не пытался вызвать ее на разговор, отклика не находил. Да и что она могла ему сказать? Что все их отношения были ошибкой? Но результат ошибки спал в детской. И отказаться от Ванечки ни та, ни другая сторона была не готова. Все чаще и чаще она вспоминала страхи терр Винсента и доктора, которые говорили, что ее сына могут забрать. Только никто его не забрал. Она сама его отдала.

Вот в одну из таких бессонных ночей девушка решила, что находиться в душной спальне сил ее больше нет. Вокруг дома Александра был разбит небольшой, но уютный парк, в который выходили два высоких французских окна. На улице стояла весна, воздух уже потеплел и манил ароматами цветущего сада. Юлька раскрыла створки, и как была в ночной рубашке, вышла на улицу, надеясь, что за высоким забором останется невидимой для всех обитателей близлежащих домов.

Она абсолютно бездумно пошла по тропинке, которая петляла между деревьев, просто вдыхая свежесть улицы и слушая пение ночных цикад. Каменные плиты неожиданно закончились, превращаясь в узкую грунтовую тропку. Погруженная в себя, девушка этого не заметила. Не заметила и того, что подол ее длинной ночной рубашки намок и теперь неприятно хлестал по голым ногам. Кроны деревьев давно сомкнулись, закрывая звездное небо и лишая ее последнего источника света.

Вдруг под ногами что-то пискнуло и с шумом побежало в разные стороны. Девушка испугалась, резко дернулась и поняла, что падает на холодную влажную землю. Уже приготовилась к неприятной встрече, как ее подхватили сильные руки и прижали к груди.

— Юля, что ты здесь делаешь? — спросил возмущеный голос.

— Я? — искренне удивилась она, — гуляю.

— Гуляешь? В такое время? — скривив губы в ухмылке, поинтересовался сосед по дому. — И, позволь узнать, с кем?

— Ты кого-то видишь рядом? — парировала она, оттолкнувшись кулаками от его груди. Удерживать ее он не стал. — Я просто вышла подышать. А вот куда направлялся при полном параде ты?

Сквозь призрачный ночной свет она разглядела, что Александр одет в форменный сюртук.

— Никуда, — пожал плечами мужчина. — Тоже решил подышать свежим воздухом перед сном. Просто раздеться еще не успел.

— Что же, террано, не буду вам мешать! — пожала она плечами и развернулась в обратную сторону. Но удача, похоже, совершенно отвернулась от нее в эту ночь. Девушка наступила на что-то скользкое и снова начала заваливаться на бок, негромко взвизгнув и махая руками в воздухе. Лекс тихо чертыхнулся и подхватил Юльку на руки, обнаружив, что подол ее рубашки совершенно мокрый.

— Ты что, совсем с ума сошла? Промокла вся до нитки, так и до свадьбы не доживешь, в постель сляжешь, — пожурил ее он.

— А кому нужна эта свадьба? Она хоть кого-то сделает счастливее? — вдруг на эмоциях выпалила она.

— Ты не хочешь за меня замуж? — притормозил мужчина. — У тебя кто-то появился?

Голос Лекса вдруг внезапно охрип. В нем читались тревожные нотки.

— Да кто у меня может появиться, если весь Ильбрук знает, что я твоя жена? — со смешком выдавила она. — Только для собственного мужа я, оказывается, пустое место.

— С чего ты так решила?

— Последний раз ты меня целовал на том шоу. Я думала, что это все-таки проявление каких-то чувств, но, видимо, ошиблась. Хотя после твоих слов, что ты в меня влюбился с первого взгляда, кристалл правды не потемнел. Или он был ненастоящим?

— Поцелуй? — брови мужчины удивленно поползли вверх.

— Нет, поцелуи были настоящими. Кристалл был подделкой.

— Похоже, пришло время нам очень серьезно поговорить, — со вздохом сказал Лекс, продолжая держать девушку на руках. Он уже заходил в слабо освещенную спальню через приоткрытое окно, которое она не закрыла, уходя. — Только ты сначала переоденься, чтобы не заболеть.

— Хорошо! — кивнула она головой, при этом оставаясь в его сильных руках. Он не спешил ставить ее на пол, а она с каким-то мазохистским удовольствием вдыхала его запах, который всегда сводил с ума.

Он сжал ее чуть сильнее и легко прикоснулся к губам поцелуем:

— Беги!

Александр задумчиво смотрел в окно, ожидая пока девушка переоденется. В чем он ошибся? Что делал неправильно? Он хотел подарить ей счастье, а, судя по горькой ухмылке, создал лишь проблемы. И разве он сказал, что влюбился в нее с первого взгляда? Хотя такими вещами не шутят. На шоу просто озвучивал все мысли, которые приходили в его голову и которые он считал правильными и искренними. Кристалл точно был настоящим, и слишком многое было в тот вечер поставлено на карту. Получается, он реально ее любит? Кто же знает, как выглядит любовь? Любовь импотента… А может все-таки любовь к истинной паре?

Александр где-то читал, что женщины не хотят секса, пока его не попробуют. Он категорически отказался возвращать Юльке память. Это знание было одной из причин. Пока она не помнит, как страстно извивалась под ним, как он поцелуями глушил жаркие стоны, то в ее теле вряд ли проснуться желания, которые он не сможет удовлетворить. А значит, им будет проще сосуществовать рядом. Он очень боялся переступить эту тонкую грань. Только все усилия оказались напрасными. Ей не хватало его поцелуев…

Черт возьми, ему их тоже не хватало!

Из ванной комнаты доносилась возня. Девушка должна была переодеться в сухие вещи. Но почему она так долго не появляется? Лекс прислушался и услышал слабые всхлипы. Его словно подбросило, и он ворвался в ванную, готовый сразиться с тысячами врагов. Но помещение было абсолютно пустым, если не считать Юльки, замершей в нелепой позе.

— Юля, что случилось?

— Я… Я в сорочке запуталась, — прошептала она, стремительно краснея, ведь под ночнушкой она была абсолютно голой. Мокрая, тяжелая ткань липла к телу, слипалась между собой, не давая девушке раздеться. В итоге собралась в складки, сковывая ее движения.

Мужчина решительно подошел, собираясь ей помочь.

— Лекс, ты не можешь! На мне же больше ничего нет! — пискнула она возмущенно, порываясь прикрыть руками стратегически важные места. Но руки были спеленаны мокрой тканью, поэтому желаемое осталось только желаемым.

— А кто может? Предлагаешь конюха позвать? — усмехнулся он, распутывая ее из плена. — Ты не забыла, что я отец твоего ребенка, и не подскажешь, что я там еще не видел?

Через минуту она стояла перед ним обнаженная, притягивая взгляд бархатистой смуглой кожей. Он жадно втянул носом воздух, разглядывая ее. В какой-то миг даже показалось, что некоторые части тела ожили. Правда, потом пришло разочарование. Затем тормознул сам себя и накинул на девичьи плечи банный халат, который висел на крючке. Подхватив девушку на руки, понес ее в комнату.

— Я сама, вообще-то, могу идти! — продолжала возмущаться Юлька.

— Ты очень много, что можешь делать сама! — возразил он беззлобно. — Но некоторые вещи лучше делать вдвоем!

Затем сел на диван, расположенный в гостиной, удобнее устраивая девушку у себя на коленях.

— Юлька, я отдаю себе отчет в том, что наше знакомство было неправильным. И за его последствия готов нести наказание. Возможно, я несколько поспешил, назвав тебя перед всеми своей женой. Но на тот момент это было лучшим решением. Поэтому пообещал найти выход и дать развод в любой момент по первому твоему требованию. Только вот прямо сейчас развестись мы не можем, сама понимаешь почему, — криво усмехнулся он. — Для начала все-таки следует жениться. Да, я не лучший муж. Но стараюсь быть хорошим отцом и искренне люблю нашего сына. Скажи, что не устраивает тебя? Я же вижу твои муки, но не могу их разрешить, не понимая, чего хочешь ты.

Она сидела, замерев, снова испытывая блаженство от его близости. Слышала почти те слова, которые хотела услышать. Ощущала его сильные руки на своем теле и горячее дыхание у виска.

— Я плохо понимаю, что такое истинные пары, — решилась, наконец, на ответ, так и не рискнув поднять глаза. — Правильно ли то, что ты для меня единственный и неповторимый? Что ни с одним мужчиной мне не будет так хорошо, как с тобой? Почему ты лишаешь меня близости? Я тебе противна?

Сказав это все, она немного отодвинулась и рискнула поднять взгляд. Лицо мужчины в этот миг выражало крайнюю степень удивления:

— О чем ты говоришь? Ты единственная во вселенной, к кому я могу испытывать хоть что-то.

— Тогда объясни, почему ты меня всего этого лишаешь? Я же не прошу от тебя секса, зная, что это невозможно. Просто хочу твоей нежности и заботы, я хочу просыпаться тобой рядом и засыпать в твоих объятиях. А иначе, зачем нужен этот странный брак?

— Я думал, что так тебе будет проще смириться с моей неполноценностью! — с грустным выражением лица пожал он плечами.

— Когда ты перестанешь думать за двоих? — ответила девушка, вставая с его коленей. В ее голосе видимо прозвучало столько агрессии, что он беспрекословно отпустил ее. — Лекс, ты же менталист. И если ты не хочешь спросить у меня, неужели не слышишь, о чем я думаю? Мне кажется, что я делаю очень и очень громко!!!

С этими словами она посмотрела на него сверху вниз, грозно сверкая глазами. Мужчина резко вскочил на ноги, выдохнул воздух сквозь зубы и провел пятерней по лицу:

— Я не могу слышать тебя, если ты не позвала. Истинные общаются душами только по зову. Это позволяет отдыхать в собственном доме от той мысленной каши, которую мы слышим, находясь в обществе. Ты же меня ни разу не звала.

— Зато сколько раз я тебя материла… — хмыкнула она, вдруг развеселясь.

— Материла? — не понял он очередного словечка чужого мира.

— Забей! — хмыкнула вслух, зная, что это слово ему уже знакомо. И в это же время постаралась позвать мужчину в мыслях, раз он об этом попросил:

— Александр, я тебя зову! Ты меня слышишь?

Он все также стоял перед ней, не меняя позы. Но в голове она вдруг услышала отчетливо его голос:

— Слышу. Что ты хочешь? Только честно.

— Поцелуй меня! — озвучивать мысленно свои желания было гораздо проще, чем вслух. — Я хочу твоей любви, твоей нежности. Я хочу отвечать взаимность, только бы было на что.

— А ты не пожалеешь? — уточнил он, не меняя позы и не открывая рта.

— Это я сейчас жалею, что согласилась на эту авантюру.

В какой-то миг она решила, что весь диалог только придумала, так как мужчина молчал и не предпринимал никаких действий. Но в следующую секунду она оказалась прижата к твердой груди, а его горячие губы смяли ее рот в поцелуе.

— А я ведь, правда, тебя люблю!

Только как были произнесены эти слова вслух или мысленно, Юлька даже не поняла.

Утром Ванечка очень удивился, что мама не пришла его будить. Поэтому вылез из кроватки и отправился на разведку. Каково же было его удивление, что он нашел в кровати не только ее, но и папу. Родители спали, забыв, что ребенку скучно. Поэтому он с веселым смехом залез в кровать и улегся между ними. А они спросонья сначала не поняли, что за маленький червячок ползет у них под одеялом. А потом дружно поддержали веселье ребенка.

* * *

До торжества оставалось меньше недели. В Ильбрук стали прибывать важные гости. Иоанн ради свадьбы старшего сына пригласил монархов всех близлежащих государств. Юлька только радовалась, что они с Александром живут отдельно. Для встречи почетных гостей им было велено появляться в доме правителя регулярно. А дворец все больше и больше начинал походить на большой муравейник. Каждый правитель привозил с собой штат прислуги. А старший Громиер должен был выделить для них отдельное крыло или хотя бы этаж. В итоге не осталось ни одного пустующего уголка. Куда не заверни, везде были люди.

За два дня до события ранним утром правитель связался с сыном по магшету:

— Лекс, сынок, нужна твоя помощь!

— Папа, что случилось? — ответил мужчина, протирая глаза. Девушка, лежащая рядом, тоже встрепенулась. Правитель еще ни разу так рано их не беспокоил.

— Прибыла делегация из Барриды. Я им, конечно, приглашение посылал, но совершенно не рассчитывал, что они соберутся приехать из такой дали. У меня селить их уже не куда. Придется вам забрать к себе хотя бы правителя. Лансер хороший мужик. Думаю, проблем вам не доставит.

— Да, отец, конечно! — со вздохом ответил Лекс. А затем уже обратился к Юльке:

— Придется тебе выполнять функцию моей жены и хозяйки дома несколько раньше, чем мы это планировали!

— Он же не навсегда, максимум на неделю! — пожала девушка плечами. — Думаю, справимся как-нибудь.

— У нас еще полчаса в запасе есть, полежи со мной! — с этими словами мужчина потянул и уронил ее рядом с собой, заключив в объятия. После той памятной ночи его отношение к ней кардинально поменялось. Юлька даже удивлялась, где он раньше прятал все эти чувства, которые проявились сейчас. Она вспоминала, как в земных соцсетях часто женщины выставляли посты, что мужчины готовы лишь на секс, а на нежность и ласку их не хватает. У нее же ситуация была диаметрально противоположная. Иногда в то время, когда любимый ее целовал, она чувствовала, что ей чего-то не хватает, чего-то хочется еще. Но она была девушкой умной, рассудительной, и решила, что со временем обоюдными усилиями найдут способ, как эту ситуацию исправить. Было бы желание.

Юлька повозилась, устраивая удобнее, и закрыв глаза, замерла, наслаждаясь близостью и объятиями Лекса. Но его прогноз про полчаса не оправдался. Минут через пять в спальне появился младший и с удовольствием залез в кровать к родителям. Ванечка очень полюбил так встречать утренние часы.

Еще через два часа наследник престола с невестой, отправив сына к бабушке, предстали перед правителем, чтобы познакомится с гостями, которые будут жить в их доме.

— Александр, Юлия, разрешите вам представить правителя земель Барриды Лансера террано Грейта и его названную сестру Марию терр Либи, — представил гостей Иоанн. — А это мой сын Александр и его невеста Юлия.

Юлька усиленно пыталась вспомнить, где слышала сочетание «Мария терр Либи». А потом поняла, что все присутствующие в зале разом замолкли и выжидающе смотрят на нее. Она, вроде бы, поклонилась, как полагается. Неужели еще что-то забыла? Подняв глаза, встретилась с глазами Лансера и поняла, что словно смотрится в зеркало. Правитель Барриды как две капли воды был похож на Саттарову. Только он был мужчиной и более старшего возраста. Ни у кого даже не возникло сомнения, что перед ними стоят близкие родственники.

— Ули? — брови гостя удивленно поползли вверх.

— Юлия Саттарова терр Винсент! — присела девушка в легком книксене. — Меня зовут Юлия.

— Нет, Иллия назвала тебя Ули, — покачал головой мужчина.

— Я так понимаю, что Иллия это ее мать? — вступил в разговор Иоанн. — Тогда Лансер, объясни нам всем, пожалуйста, почему она похожа на тебя, а не на терр Винсентов?

— Думаю, объяснение, очевидно: она моя дочь. Вот уж не думал, что отправляясь за тридевять земель, попаду на свадьбу к собственному ребенку, — пожал плечами Лансер, делая шаг навстречу девушке. — А где Иллия? Разве ее с тобой нет?

Глаза мужчины лихорадочно заблестели, а руки затряслись, явно от волнения:

— Ули, где твоя мать? — повторил он вопрос.

— Я думала, что на этот вопрос ответ дадите именно вы, — растерялась Юлька. — Меня нашли на пороге приюта. О своих родителях я не знаю ничего!

И с этими словами она посмотрела на мужчину с вызовом. Одно дело, когда ты считаешь маму погибшей. И совершенно другое, когда перед тобой стоит здоровый и обличенный властью мужик и утверждает, что он твой родитель. А ты долгие годы прозябала в нищете, даже не зная, чем завтра будешь кормить сынишку и где ночевать.

— Но я тоже ничего не знаю! Вы исчезли из моего дворца совершенно внезапно. Поиски к успеху не привели! — губы гостя задрожали. Даже показалось, что из глаз польются слезы. Но это длилось не более пары секунд. Он взял себя в руки, и перед присутствующими вновь стоял правитель соседней державы. — Ладно, думаю это не разговор для зала приемов. Иоанн, у нас ведь будет еще время поговорить с моей…

Затем он немного замешкался и со вздохом продолжил:

— С твоей будущей снохой?

— Конечно, если она пожелает! — улыбнулся правитель. Такой расклад его более чем устраивал. Если Юлька до этого была выходцем из одной из высших семей Ильбрука, то в другой миг стала наследной принцессой. Насколько он помнил, других детей у Лансера не было.

А девушка, наконец, вспомнила, что Марию упоминала терра Амалия, когда рассказывала про ее маму. Она, кажется, была ее лучшей подругой и тайной страстью дяди Аскольда. Нужно будет ему обязательно об этом сообщить. Тем более ее представили названной сестрой террано. Скорее всего, женщина не замужем. А так хотелось увидеть дядю счастливым!

Уже дома у Юльки, наконец, появилась возможность поговорить с отцом и узнать его версию произошедшего.

— Иллия была моей истинной парой. Она исчезла двадцать лет назад, а я так и не смог преодолеть своих чувств к ней. В итоге остался неженатым, — начал свой рассказ Лансер.

— Вы не были женаты? — тут же уловил суть Лекс. — Но почему?

— Ты тоже не женат на своей истинной, хотя у вас уже взрослый малыш, — грустно улыбнулся монарх, прижимая сидящего на коленях Ванечку. Ребенок только что узнал, что у него есть еще один «дедя» наслаждался отковыриванием очередных атрибутов власти с его камзола.

— У нас так вышло, — пожал плечами Лекс. — И мы пытаемся исправить это недоразумение.

— Я бы тоже с удовольствием исправил, появись у меня эта возможность, — вздохнул мужчина. А затем продолжил:

— Я закончил факультет всевластия в академии Барриды. Но моей страстью всегда была математика. У нас же не было такого отделения. Поэтому родители решились отпустить меня в Ильбрук, посчитав, что учеба — наименьшее из зол. Я в те годы был еще тем… отпрыском. И здесь я встретил ее, мою Иллию. Не мне вам рассказывать, что чувствуют истинные, когда встречаются друг с другом.

Юлька только грустно улыбнулась в ответ на слова отца. Да сейчас она много, что чувствовала к Лексу, но воспоминания о первой встрече оказалась лишена. Он же продолжал:

— Мы очень скоро стали близки. Я понял, что без этой женщины не смогу больше жить. Но она была всего лишь высшей аристократкой, а не принадлежала к монархам. Поэтому мне предстояло уговорить моих родителей. На каникулах я уехал в Барриду, но ей ничего не сказал. Хотел сделать сюрприз. Она же не знала, что я из правящего рода. Родители тяжело, но согласие дали. Они понимали, что после встречи истинной у меня детей может больше и не быть. Когда же я вернулся, Иллия исчезла. Никто не знал, где она. С ней исчезла и ее лучшая подруга Мария. И если вторая была сиротой и ее особо никто, кроме короны, не искал, то по поводу исчезновения моей любимой началась целая боевая операция во главе с Аскольдом. Тогда я решил, что мне будет благоразумнее промолчать, чтобы не попасть под его горячую руку. Аскольд был отменным боевым магом. А я всего лишь хорошим математиком. В физическом плане я с ним тягаться бы не смог.

— В вас нет магии? — удивился Лекс. — Но как такое возможно?

— Я не сказал, что магии нет, — усмехнулся гость. — Мне ее заблокировали родители, чтобы я не натворил дел. Молодость у меня была достаточно бурной.

— Лекс, не мешай! Дай сначала мне узнать мою историю! — шикнула на него Юлька. Лансер тем временем продолжил рассказ:

— Искать ее в Ильбруке я не видел смысла. Там и без меня ищеек хватало. Поэтому задействовал свои силы по ближайшим странам. И каково же было мое удивление, когда Иллия нашлась в Барриде. Оказывается, они с Марией отправились на мои поиски, решив, что я уехал навсегда. Любимая была беременной. Сказать об этом своим родителям она побоялась, решив для начала узнать мою реакцию. Но так как наши страны слишком далеки друг от друга, времени на их путешествие ушло очень много. Жениться сразу мы не успели, так как ты решила появиться на свет. А потом мои родители настояли, чтобы был выждан положенный срок в полгода для помолвки. Ведь ребенок все равно уже родился бастардом и несколько месяцев сути не меняли. А так были бы соблюдены хоть какие-то приличия.

Лансер закрыл глаза и замолчал. Лекс с Юлькой застыли в ожидании, боясь потревожить мужчину. Было понятно, что этим воспоминания даются ему очень непросто. В какой-то момент он даже слишком сильно обнял Ванечку. А тот, недовольно пискнув, сбежал к ящику с игрушками. Наконец, мужчина собрался с мыслями и продолжил повествование:

— Это были полгода счастья. Мы не были женаты, но любили друг друга, ждали свадьбы, и у нас росла замечательная малышка Ули.

— А почему не сообщили дяде Аскольду и бабушке, что мама нашлась? — поинтересовалась Юлька. Они стали ее родней, и за их чувства она тоже переживала.

— Я уже говорил, что с Аскольдом мы были не в лучших отношениях. Поэтому я решил, что сообщу лишь перед свадьбой, приглашая их на торжество. Не хотелось лишних упреков и разборок. А за неделю до свадьбы сообщать было не о чем: вы с мамой опять исчезли. Пять лет я искал вас по всем мирам. Но так и не смог найти. Мария в этот раз осталась со мной, и тоже была не в курсе. Я благодарен ей за поддержку, которую она мне оказала. Поэтому назвал ее своей сестрой. Ули, ты тоже не знаешь, где твоя мама. Но в каком мире вы жили?

— Она перешла с Земли, — вступил в разговор Лекс, Обнимая свою женщину и давая ей этими объятиями необходимую поддержку. — Это техногенный мир, связь с которым была установлена не более десяти лет назад. Поэтому вы там их и не искали.

— Но как вы оказались на Земле? — удивился гость.

— Я этого знать не могу, — пожала плечами она. — Вы лучше скажите, как с первого взгляда смогли определить, что я ваша дочь, а не просто похожая девушка?

— О, это несложно! — улыбнулся мужчина. — Я маг-визуал, хорошо вижу ауры, проклятья и родственные связи. Поэтому удивительного ничего нет.

В это время в комнату буквально вплыла Мария терр Либи. Женщина с широкой улыбкой сообщила, что прекрасно обустроилась в отведенной ей комнате и готова присоединиться к компании.

— Тогда пора ужинать! — объявила Юлька, примеряя на себя обязанности хозяйки дома. — Мария, я думаю, что вы не будете возражать, я пригласила на ужин дядю. Он ждет моего звонка.

— Аскольда? — выгнула бровь гостья. — Думаю, мен будет приятно с ним увидеться.

Женщина продемонстрировала окружающим обаятельные ямочки на щеках. Но вот эмоций, на которые рассчитывала Саттарова не проявилось.

Глава 15

Аскольд терр Винсент появился резиденции Громиера через пять минут. По смущенно улыбке и лихорадочному блеску в глазах Юлька догадалась, что дядя очень сильно волнуется. Еще бы, увидеть любовь всей своей жизни, с которой не встречался двадцать лет! Хозяйка дома встретила его у дверей:

— Добрый день, дядя! Мы тебя ждем!

— Юль, это то, чем я думаю? — взволнованно теребя полу сюртука, уточнил мужчина. То, что племянница нашла своего родителя, уже долетело до особняка терр Винсентов.

— Да, терр Лансер реально мой отец, — усмехнулась она. — Как говорят в таких случаях, фамилия на лице написана. И я жду тебя, чтобы предупредить: Мария терр Либи с ним. Она числится в его названных сестрах.

— Слава триединому, — расплылся ректор в улыбке, немного успокоившись, — она не замужем!

— Боюсь, замуж она совсем не торопится! — грустно покачала головой девушка. — Но что я тебя в холле держу! Пойдем быстрее в столовую, сам все увидишь!

С этими словами она потянула дядю за руку. Аскольд зашел в большую светлую комнату, и его взгляд остановился на моложавой блондинке, которая сидела по правую руку от незнакомого мужчины. Ну как, незнакомого? Если бы не другой пол и возраст, он был бы уверен, что это его племянница! Вот что обозначает фраза «фамилия на лице». В данном случае никакой магической экспертизы не требуется. Тем временем женщина лучезарно улыбнулась, встала из-за стола, и, протягивая руки вперед, буквально пропела:

— Кольди, сколько лет, сколько зим!

Терр ректор поморщился. Он ненавидел, когда его кто-то зовет этим детским именем, кроме матери. И Мария об этом прекрасно была осведомлена. Хотя за столько лет могла и позабыть.

— Я очень рад тебя видеть, Маруся! — коварно отомстил Аскольд, целуя протянутые к нему ладони. Глаза красавицы гневно блеснули, но она не произнесла ни звука по этому поводу, молча соглашаясь, что счет между ними один-один. Терр Винсет явно перестал быть тем восторженным юношей, который был готов стелиться у ее ног. Перед ней стоял красивый и зрелый мужчина, явно знающий себе цену. Что ж, это даже лучше. Такой быстрее вызовет ревность в сердце Лансера. Понятно, что обыкновенный ректор академии ей не пара, когда она названная сестра монарха. Осталось немного: перейти из статуса сестры в более горизонтальную плоскость.

— Кольди, ты возмужал! — призывно растянула губы женщина. — Думаю, нам есть о чем с тобой поговорить!

— Конечно, Маруся! Ты составишь мне компанию после ужина? — слегка поклонился терр. — Слишком о многом хотелось бы тебя расспросить.

— С удовольствием! — ответила терр Либи. — Мне всегда нравились императорские сады.

* * *

После ухода Марии и Аскольда, Александр решил, что Юлии и ее отцу есть о чем поговорить. Все-таки люди впервые встретились, когда девушка вступила в сознательный возраст. Он сослался на дела и тоже ушел, прихватив с собой сына, который хоть и не мешал, занимаясь большим конструктором на подобии земного «Лего», но все-таки внимания к себе требовал. Его мама заслужила час тишины и покоя.

— Наследник очень любит вашего сына! — улыбнулся Лансер, провожая взглядом широкую спину будущего зятя.

— Да, я даже от него не ожидала таких чувств! — улыбнулась в ответ девушка. — В мужчинах отцовство просыпается гораздо тяжелей и дольше, чем материнство.

— Ты его любишь? — неожиданно перевел разговор на другую тему отец.

— Ванечку? — растерялась она.

— Нет, Александра!

— Скорее да, чем нет, — пожала плечами, — иначе не собиралась бы за него замуж.

— Ты точно уверена, что он тебе нужен? — не переставал настаивать Лансер.

— Что вы имеете в виду? — насторожилась Юлька.

— Я не знаю, в курсе ты или нет, — шепот мужчины стал похож на звуки, которые издают заговорщики при тайных переговорах, — но он неполноценен как мужчина. А для молодой женщины это может обернуться трагедией!

— Я-то знаю, — улыбнулась грустно она, — но откуда об этом известно вам?

— Я же говорил, что визуал. При желании я вижу все проблемы, как с телесным здоровьем, так и с душевным, — объяснил мужчина. — У него в области паха большое черное пятно. А это обозначать может все что угодно, но только не здоровье в этой деликатной области.

— Он моя истинная пара! — начала объяснять девушка. Но отец перебил ее:

— Давай уедем в Барриду! Я сниму с тебя привязку истинности, найдем тебе хорошего, полноценного мужа, — слово «полноценный» было особо выделено.

— Он любящий отец. Как я смогу лишить его ребенка, который является на сегодня единственным наследником? — задала вопрос девушка, глядя прямо в глаза отцу.

— Я предложил, а ты подумай! — ответил он, затем снова перевел рельсы на другую тему, как истинный дипломат. — А почему у тебя нет магии? Мы с Иллией оба обладаем большим потенциалом. Наш ребенок не может быть амагичным.

— Мне это и самой интересно. Вы же визуал. Почему не можете определить причину этого? — улыбнулась Юлька, вернув отцу его же слова.

— Я не вижу родных и близких без их приглашения. Если ты позволишь, я могу просканировать тебя.

Девушка тут де вспомнила про объяснения Лекса, что она должна его позвать. Похоже, в мире магии действует серьезная защита близких людей друг от друга. Наверное, это и правильно. Дом должен быть местом, которое будет тихой гаванью. Мало как может жена мысленно ругать мужа, когда он бросил посреди пола грязные носки! Но любить его от этого она меньше не станет. Но раз он увидел проблему Лекса, может, сможет ему помочь? Но об этом она спросит в следующий раз. А вслух сказала:

— Просканируйте меня, пожалуйста! Мне очень интересно узнать причину отсутствия магии.

Мужчина внимательно посмотрел на дочь, прищурив глаза. Немного отодвинулся от нее, и ответил:

— Постарайся расслабиться и позови меня мысленно!

Юлька все сделал так, как ее попросили. При этом свои глаза прикрыла. Так легче было расслабляться. Несколько минут длилась тишина. Затем она услышала удивленное восклицание Лансера:

— Не может быть!

И быстро подняв веки, уставилась на взъерошенного родителя. Тот разлохматил пятерней до этого гладко причесанные волосы, и сидел с округлившимися глазами. Девушка вопросительно изогнула бровь.

— У тебя на голове стоит точно такой же блок, как у наследника на детородном органе!

— Я знаю, что у меня есть блок на памяти. Была причина, по которой мне его поставили, чтобы избавить от неприятных воспоминаний.

Озвучивать правду она не решилась, видя, что вновь приобретенный родитель и так к зятю большой любви не питал. Поэтому развивать тему не стала:

— Я всего лишь адептка второго курса факультета математики и математического права. Проклятийные пределы мы будем изучать на пятом, и то лишь в теории. Поэтому ничего сказать не могу и объяснить тоже.

— Не было еще ни одного адепта, который теоретические знания не пытался перевести в практическую плоскость! — рассмеялся родитель. — Я рада, что ты пошла по моим стопам. Но ваши блоки мне не нравятся. Хотя подождем церемонии в храме. Может, после нее они рассосутся.

Девушка проводила гостя в отведенные для него покои, а сама отправилась в супружескую спальню. Лексу пока решила ничего не говорить, решив дождаться церемонии.

— Как поговорили? — поинтересовался Александр, когда она зашла в комнату.

— Хорошо! — улыбнулась девушка. — Но мне очень интересно, как прошло свидание у дяди с Марией!

А про себя подумала, что некоторые таланты отца ей все-таки передались. Например, искусство переводить разговор в другое русло.

* * *

Новое утро было последним для Юлии в качестве невесты. Завтра они с Александром принесут брачные клятвы и уже точно станут мужем и женой перед тремя богами Ильбрука. И этот день, и следующую ночь она должна была провести в доме терр Винсентов. Этот обычай полностью совпадал с родными российскими причудами. Девушка собрала вещи для себя. Ванечкин же гардероб благополучно был продублирован в обоих домах. Поэтому таскать его туда-сюда нужды не возникало. А этот день ей был реально нужен. Во-первых, подумать над словами отца. Она не собиралась разрывать помолвку с Лексом, но червячок сомнения в глубине ее души шевельнулся. И, конечно же, нужно подробно расспросить дядю о свидании с Марией. Ведь не часто встречаются люди после двадцатилетней разлуки, которые сумели пронести любовь в своей душе.

— Бабуля! Милли! Мы пришли! — оповестил звонкий девичий голосок высокий свод дома терр Винсентов.

— Баба, я присол! — поддержал его детский.

Пожилая женщина вышла навстречу и радостно поприветствовала правнука и внучку, по которым уже успела соскучиться. Ваньку тут же забрали в детскую, а Юлька понеслась к кабинету дяди, надеясь, что он еще не ушел на работу.

Аскольд нашелся сидящим за своим рабочим столом. Хотя «сидящим» его можно было назвать с большой натяжкой. Голова терра ректора покоилась на руках, которые лежали на столешнице. Юльке даже послышалась, что дядя храпит. Не на шутку испугавшись, девушка подбежала к нему и начала тормошить за плечо:

— Дядя! Терр Аскольд! — реакция мужчины была нулевая. Тога девушка наклонилась ниже и, учуяв запах перегара, который ей был хорошо знаком по детдомовскому сторожу, гаркнула мужчине на ухо:

— Терр ректор!

Расчет оказался правильным. Мужчины более живо реагируют на рабочие звания и моменты. Аскольд что-то пробормотал и оторвал от стола осоловевшее лицо.

— Дядя, что с вами? Вы напились? — ужаснулась племянница.

— Не-ет, — заплетающимся языком ответил Аскольд, — я залечивал душевные раны…

После этого снова ухнул на стол. Взгляд девушки наткнулся на пузатую бутылку, которая стояла рядом, и пустой стакан. По земным меркам бутыль была на литр не меньше. Она и раньше ее видела, но тогда она была полна как минимум на две трети. Сегодня же в ней плескалось чуть на донышке. Похоже, встреча с Марией не принесла ожидаемых результатов. Придется потерпеть до тех пор, пока дядя не придет в нормальное состояние. И будет лучше, если терра Амалия об этом инциденте не узнает.

С помощью конюха девушка перенесли хозяина дома на кровать и раздели. Терре Амалии было сказано, что терр подхватил какую-то инфекцию, поэтому к нему лучше пока не ходить. Не хотелось бы, чтобы перед свадьбой заболел еще кто-нибудь. Но Амалия не захотела пускать болезнь на самотек и вызвала доктора.

Юльке пришлось дежурить у входных дверей, чтобы не пропустить появление тирра Сандро.

— Добрый день, Микас! — девушка выбежала навстречу идущему по тропинке мужчине. — Можно вас на пару слов?

Микас удивленно вскинув брови, посмотрел на встречавшую бывшую невесту:

— Добрый день, терра Юлия! Прекрасно выглядите! Я вообще-то, тороплюсь к больному…

— Вот про больного я бы и хотела поговорить! — перебила монолог доктора она.

— Да? — еще сильнее удивился доктор. — И что с нашим больным?

— Видите ли, терр Аскольд не болен. Просто он лишнего употребил вчера. А я не хочу расстраивать терру Амалию.

— Ну, знаете ли! — прямо взвился тирр Сандро. — Меня больные ждут!

— Микас, не кипятитесь. Я вам заплачу как за полноценный визит. И выкуплю в вашей аптеке все прописанные лекарства. Просто не ставьте в известность бабушку, — девушка сложила руки перед грудью в просящем жесте.

— Ну, хорошо! — голос доктора чуть смягчился. — Только ложный вызов обойдется вам в два раза дороже!

С этими словами тирр поднялся в спальню к Аскольду. Терра Амалия сторожила его под дверями, но внутрь зайти не рискнула, напуганная Юлькой.

— Добрый день, терра! Вы как всегда очаровательны! — поприветствовал ее доктор. А щеки пожилой женщины покрылись от ненавязчивого комплимента румянцем. — Вы не заходили в комнату к больному? И правильно сделали. Сейчас ходит очень неприятная инфекция, которая опасна для дам в зрелом возрасте. Аскольда мы постараемся поднять на ноги. Мужчины ее переносят легче, а вам лучше спуститься на первый этаж и даже не приближаться к дверям в комнату сына!

— Доктор, вы обещаете, что Кольди завтра попадет на свадьбу к Юленьке? — взволнованно поинтересовалась Амалия.

— Я сейчас осмотрю больного, а потом зайду к вам и сделаю полный отчет о состоянии его здоровья.

— И возьму деньги за осмотр еще и с Амалии! — Юлька это только подумала, понимая, что болезнь дяди обойдется всем в тройную цену. Но пусть лучше так, чем видеть расстроенное лицо бабушки. И она почти ведь согласилась выйти за него замуж? По крайней мере, всерьез рассматривала этот вариант. Как говориться, все, что не делается, все к лучшему. И если бы не было этого инцидента с номером на ее щеке, то она и не встретила бы Александра.

Несмотря на меркантильность и не лучший характер, Сандро был отличным доктором. Что в принципе и позволяло ему быть меркантильным. Уже через час Аскольд был приведен в божеский вид и мог внятно разговаривать.

Юлька зашла в комнату к «больному» и села на край его кровати. Дядя поморщился и приоткрыл один глаз, разглядывая племянницу.

— Ты мне мозги выносить пришла? — хмуро уточнил он.

— Зачем? — пожала плечами Юлька. — Мне просто очень любопытно узнать причину, почему ты напился до состояния нестояния. Ведь не просто так, была же причина?

— Была, еще какая… — тяжело вздохнул мужчина и закрыл открытый глаз. Затем вздохнул еще раз и поднял уже оба века, грустно глядя на племянницу. — Я вчера вечером вдруг понял, что зря прожил последние двадцать лет.

Юлька ничего не ответила, замерев в ожидании. Она поняла, что сейчас дяде нужно просто выговориться, как гнойник обнажить свою проблему, чтобы она вскрылась и вытекла. А затем бы уже пришло выздоровление.

— Я двадцать лет любил одну единственную женщину, мою Марию. Я плохо спал и не находил себе место, когда она исчезла вместе с твоей матерью. Я мечтал, как в один прекрасный день она вернется, и мы встретимся вновь. Только ее я видел в качестве моей жены…

Мужчина замолчал, собираясь с мыслями. То, что он сказал, было просто и понятно. Но что он хочет сказать дальше? Терр Либи восторга у Юльки не вызвала, но она объективно видела, что женщина очень красива, умна и достаточно хорошо сохранилась для своих сорока лет.

Наконец он собрался и продолжил:

— Нет, внешне она стала даже лучше. Но вот внутренне… Юль, как я мог любить это исчадие ада? Она же к своей цели по трупам пойдет, если уже не пошла! Это она уговорила Иллию сбежать вслед за любимым, зная, что сестра беременная. А потом так наплевательски отнестись ко всем нам, что даже не удосужилась сообщить, что они живы-здоровы. Я Ильку не оправдываю, но хотя бы могу понять: она была беременна, не была замужем и могла просто побояться матушкиного гнева. Мы долго не знали, что на свет появилась ты. И если бы не божественное провидение, могли бы об этом не узнать вовсе. А она молчала, не черкнула даже пары строк. А вчера максимум, на что ее хватило, это на фразу: «Вы что мне родственники, чтобы за вас переживать?»

— Может она боялась предать дружбу с моей мамой? — робко предположила девушка.

— Юль, какая дружба? — мужчина аж присел на кровати, давая одеялу сползти вниз.

Юлька как-то, между прочим, отметила, что ее дядя еще очень даже ничего. Мускулистое поджарое тело радовало глаз. И когда следы похмелья сойдут с его лица, то он будет выглядеть как очень привлекательный мужчина. И обязательно найдет себе ту, которая терр Либи заменит.

— Она даже не сообщила Лансеру, что сестра с тобой исчезла из дворца. Лишь когда ее спохватились, пожала плечиками и сказала, что в сиделки к вам не нанималась. Это мне уже потом сам Ланс рассказал, когда лечил мою израненную душу…

— Ну и как, вылечил? — хмыкнула племянница. — Ты к нашей свадьбе оклематься успеешь?

— Микас, конечно, еще тот гад, но свое дело знает на отлично, — Аскольд со вздохом натянул одеяло обратно и постарался удобнее устроится в кровати. — Можно я немного посплю?

Юлька кивнула головой и вышла из дядиной комнаты.

Глава 16

День свадьбы начался с примерки платья. Да, наши миры во многом похожи, но есть и существенные различия. В частности, невесты наследников престола выходят замуж в одном и том же платье. Его, несомненно, чистят, дезинфицируют перед каждым новым использованием, подгоняют с помощью магии по фигуре новой избранницы. Но старое платье оно и есть старое платье.

— Все через одно место в этой жизни! — усмехнулась про себя Саттарова, когда ее поставили пред этим не очень приятным фактом. Итог всегда у нее получался неплохим, но вот пути достижения пока были очень даже сомнительными.

Когда же она увидела это творение портновского и магического искусства, все сомнения, слава триединому, отпали. Невесомый газ был полностью покрыт миллионом мелких бриллиантов и походил на снег в солнечный день. Это был первый ответ на то, почему платье не меняли. Стоимость его, видимо, была заоблачной.

Второе, что сначала смутило Юльку, был фасон. Красивая ткань была пошита на подобии обычного мешка с дыркой для рук и головы. А она всегда мечтала о платье с кринолином, как у настоящей принцессы из сказки. Только вот принцессы в Ильбруке, похоже, об этом не мечтали. Но когда служанки надели этот мешок на девушку, он вдруг начал шевелиться. К проявлениям бытовой магии иномирянка уже привыкла, но вот к такому, когда шевелиться прямо на ней, нет. Поэтому девушка отчаянно завизжала.

Служанки от ее визга тут же отлетели в разные стороны, а в комнату влетел растрепанный, но уже вполне прилично выглядящий Аскольд.

— Юля, что случилось? — спросил мужчина с порога, разглядывая племянницу с вытаращенными от ужаса глазами.

Юлька стояла, ни жива, не мертва, замерев в нелепой позе.

— Оно шевелится! — прошептала она осипшим в раз голосом.

— Кто? — не понял дядя.

— Платье! — просипела невеста.

Но вместо слов сочувствия или успокоения, услышала лишь заливистый хохот родственника.

— Юлька, успокойся, родная! Это высшая магия Громиеров, — ответил Аскольд, вытирая слезы рукой. Так от души он давно не хохотал. — Платье сейчас подстроится под твою фигуру и воплотит все твои желания. Расслабься, закрой глаза и представь, что бы ты хотела на себе увидеть. А вы, что, курицы, хозяйку напугали и ничего ей не объяснили?

Вторая половина монолога была обращена к девушкам, наряжавшим невесту. Так неуважительно он никогда к прислуге не обращался, но сегодня это было сказано под хохот и обиды не вызвало.

— Так мы не знали, что терра не в курсе! — прыснула в кулак одна из служанок.

— Ладно, только никому не рассказывайте, что будущая террана своего платья испугалась! — махнул рукой хозяин дома. — Не буду мешать!

С этими словами мужчина вышел, а невеста постаралась расслабиться и начать создавать свой венчальный наряд.

Первое, что она представила, закрыв глаза, было платье с кринолином и открытыми плечами. Когда почувствовала шевеление ткани, постаралась успокоиться и не визжать. Когда же шевелиться перестало, то открыла глаза и посмотрела на себя в зеркало. Было красиво, ничего не скажешь, только юбка была страшно тяжелой и мешала ходить, а тем более сидеть. Тогда Юлька решила представить другой фасон. Благо для этого требовалось не более пары минут. В платье, которое в народе зовут «рыбий хвост», она себе не понравилась. Не хватало роста, поэтому она выглядела непропорциональной. В прямом платье со шлейфом… В общем, фасонов было перемерено не менее десятка. Девушка разошлась, и ей этот процесс в итоге очень даже понравился. В конце концов она остановилась на платье с закрытым передом и длинными узкими рукавами, вырезом лодочкой и открытой спиной. Юбка по форме напоминала колокольчик, была достаточно пышной, но не такой тяжеловесной, как с кринолином.

К платью прилагалась фата из такого же материала, как и сам наряд. Только бриллиантов было поменьше, поэтому невеста могла видеть сквозь нее, что происходит вокруг. Когда все было готово, служанки аккуратно раздели невесту и отправили в ванную принимать водные процедуры, устроив ей там что-то вроде спа-салона. Потом был макияж и прическа. Ближе к обеду невеста была готова, только очень голодна и сильно уставшая. Девушки объяснили Юльке, что в храм ходят натощак, чтобы тело было чистым и готовым принять божью благодать.

С таким порядком Сатарова была не согласна. Она вспоминала, как однажды еще на Земле они с Луевской забрели в православный храм. Ее тогда поразила толпа старушек, которая стояла перед батюшкой. Пожилые женщины нервно оглядывались по сторонам, шипели на молодежь, которая по их мнению вела себя неправильно, и тихо переругивались между собой, деля неизвестно что.

— По-моему, они здесь больше грешат, чем отмаливают грехи! — высказала замечание Лина. И Юлька была с ней полностью согласна. А сегодня она боялась, что вместо внимания божественному слову, будет мечтать о куске сочного мяса.

Но когда часы пробили полдень, все проблемы с усталостью и голодом были забыты. Юлька в сопровождении отца подошла к воротам храма. Вот уж не думала и не гадала о том, кто будет ее сопровождать! Изначально это должен был быть Аскольд. Но он без обид и раздумий уступил свое место террано Лансеру, понимая, что для мужчины это намного важнее.

— А что будет в храме? — поинтересовалась у родителя девушка.

— А я этого не знаю, — пожал плечами он. — Я же ни разу и ни с кем там не был. С твоей матерью не успел, с другими не захотел. Кто же бывали, не рассказывают. На них, похоже, обет молчания накладывают.

Юлька после этих слов несколько нервно вцепилась в рукав родителя, за который держалась. Мужчина улыбнулся и ласково потрепал ее руку, накрыв сверху своей:

— Не бойся, оттуда несчастными еще никто не выходил! Если бы ты только заикнулась, я бы увез тебя в Барриду! — напомнил он ей их разговор, слегка насупив брови.

— Нет, мое место здесь, — покачала головой девушка. — И пусть мой мужчина с проблемами, но он отец моего ребенка и я… я люблю его.

Последнее признание далось ей непросто. Вслух она никому еще не признавалась в своем чувстве. На что отец широко улыбнулся и с облегчением вздохнул:

— Поверь, это самое главное. А с проблемами, я думаю, вы сами разберетесь.

Под ликование толпы Лансер с дочерью подошли к парадным воротам храма. Александр с Иоанном и Мариной ждали их уже там. Юльку поставили в известность, что свекор со свекровью тоже пройдут обряд сразу за ними, но широкую общественность об этом событии не просветили. А дыхание девушки сбилось от вида будущего мужа. Александр был одет в белый парадный камзол с кучей орденов и голубой императорской лентой через плечо и выглядел очень импозантно.

Это в первые дни иномирянка думала, что полиция нравов занимается лишь женщинами не очень нравственного поведения. Но как оказалось в итоге, это была лишь одна из функций. Скорее всего, данное учреждение можно сравнить с нашей родной полицией и работой участковых. Ведь их задача в первую очередь оберегать покой и нравственные устои граждан. И ордена Лекса были самыми настоящими, заработанными в результате опасных операций по поимке преступников.

— Террано Иоанн, я Лансер террано Грейт отдаю свою дочь Юлию терр Винсент в руки дома террано Громиер. Требую уважения, почтения и защиты.

Юльку заранее предупредили, что это ритуальные слова, которые неизменны. Поэтому удивляться их содержанию не стоит.

— Дом террано Громиер принимает Юлию терр Винсент под свою защиту и покровительство, — ответил Иоанн, а затем забрал руку Юльки из ладони Лансера и передал ее в руки сына:

— Террано Александр прими свою будущую жену, люби ее и ее детей, будь верным мужем и мудрым правителем.

Александр легонько пожал дрожащие девичьи пальцы, а затем поднял руку девушки и легко прикоснулся к ним губами. Юлька точно знала, что в прописанном до мелочей ритуале этого не было. Девушка несколько растерялась. Но широкая улыбка Марины и поднятый к верху большой палец, показали, что все идет как надо. Юлькино лицо было скрыто плотной вуалью, поэтому она могла себе позволить улыбнуться от души.

Ворота храма после произнесенных речей разошлись в стороны, как это бывает в железнодорожных купе, и молодожены вступили в святилище. Двери плавно сошлись за их спинами, отрезая от всего прочего мира и окутав полной темнотой. И лишь рука Александра, которая тут же переместилась на талию и прижала девушку к крепкому мужскому телу, давала веру в лучшее и уверенность в завтрашнем дне.

* * *

— Представьтесь! — голос, появившийся ниоткуда и отовсюду разом, заставил молодых людей вздрогнуть. Лекс было дернулся спрятать Юльку за спину, но потом понял, что это абсолютно бесполезная затея. Не понятно, где был источник опасности, да и был ли он опасен вообще? Поэтому они расслабились и попытались следовать словам, которые услышали.

— Александр террано Громиер и моя невеста Юлия терр Винсент! — четко по-военному произнес жених.

— А у нее, что голоса своего нет? — хмыкнул неизвестный.

— Почему же нет? — уже бесстрашно возмутилась Юлька. — Юлия Сергеевна Саттарова терр Винсент.

— Вот видишь, ты половину имени нареченной забыл! — продолжал потешаться голос.

— А вы, собственно, кто? — решил уточнить Лекс.

— Я? — удивился неизвестный. — Я — храм. А вы кого-то еще здесь ожидали увидеть?

Пара сконфуженно в ответ промолчала. К разговору с храмом они были оба не готовы. А голос тем временем продолжал:

— Юлия Сергеевна Саттарова терр Винсент, по доброй воле и с чистым сердцем пришла ты сюда?

— Да, — без раздумий ответила она. Сегодняшний разговор с отцом облегчил эту задачу.

— Причина, по которой ты хочешь замуж? — с некоторой долей ехидства, как показалось молодоженам, уточнил неизвестный.

— Я люблю его и Лекс отец нашего ребенка, — без запинки и секунды сомнений выдала девушка. Лишь краем уха отмечая, как шумно выдохнул после ее слов Александр и нежно погладил по спине в знак то ли благодарности, то ли поддержки.

— Александр террано Громиер, по доброй воле и с чистым сердцем пришел ты сюда? Причина, по которой ты хочешь видеть эту женщину своей женой?

— Я люблю ее, она мать нашего сына, — уверенным голосом ответил Лекс. А Юлька слегка вздрогнула от этого откровенного признания.

— Что ж, приоритеты расставлены верно! — ответил храм. — Любовь должна быть первопричиной всего. Подойдите к алтарному камню и приложите к нему свои ладони.

После этих слов вспыхнул голубой призрачный свет, и они увидели большой темный монолит. Не сговариваясь, сделали шаг к камню и положили на него ладони.

— Оу, а ведь я не смогу вас обвенчать! — вдруг удивленно выдал голос.

— Как не сможете? — в унисон спросили молодожены.

— Как-как, так и не смогу, как жених не сможет осуществить консуммацию божественного брака, — тяжко вздохнул голос.

— И что нам теперь делать? — растерялась Юлька.

— И что мы скажем людям, которые ждут нас на площади? — уточнил Лекс.

— Людям? — удивился неизвестный. — А зачем им чего-то говорить? Выйдите и помашите ручками. Все будут счастливы и довольны. А когда решите свою проблему, придете ко мне вдвоем, и я вас обвенчаю.

— Если бы знать, как ее решить! — огорченно произнес мужчина.

— А меня спросить слабо? — издевательски ответил голос.

— Если бы мы были на Земле, я была бы уверена, что это нас дурачит Никитка Криков. Он был мастер на такие проделки, — тяжело вздохнула Юлька.

— А может я его воплощение в Ильбруке? — продолжил издеваться неизвестный.

— Слушай ты, храм или божество! — взорвался вдруг Лекс. — Можешь не отвечать на вопросы и не женить. Но меня все больше и больше посещает желание разнести это здание к демонам из преисподней!

— Ладно, ладно, не кипятись! — уже спокойно ответил голос, а дальше продолжал уже серьезно:

— У вас есть нечто лишнее в паре. И пока вы от этого не избавитесь, не сможете стать полноценной семьей. Больше я вам ничего не скажу! Идите и не забудьте ручками народу махать!

— А брачные татуировки? — уточнил Лекс.

— А вы скажите, что я вам их на неприличных местах поставил, поэтому показывать посторонним нельзя! — снова с издевкой ответил храм. А затем вспыхнул яркий свет и ворота, скрывающие молодых от всех остальных, отворились.

Юлька с Лексом нацепили на лица дежурные улыбки и вышли к ожидающим гостям и прочей публике, держась за руки.

Толпа, завидев молодоженов, зашлась в овациях и улюлюканье. Пока Лекс с Юлией шли до парадной кареты, в которых было положено ехать до дворца наследнику престол и его жене, их посыпали монетками и лепестками цветов. С одной стороны это было безумно приятно. Но волнения и голод вновь напомнили о себе.

— Все, конечно, здорово, только я хочу домой! — прошептала девушка теперь уже своему мужу.

— Нам еще придется потянуть время, чтобы дождаться отца с Мариной. Им тоже положено ехать в этой карете. Интересно, что это шутник преподнесет родичам? — улыбнулся Лекс, склоняясь к уху супруги. — И потом ждет праздничный банкет. По крайней мере, поесть сможем!

— Ты тоже голодный? — удивилась девушка.

— А ты думала, мучают лишь женщин? — хмыкнул наследник. — Хотя с этим ехидным храмом можно ожидать чего угодно.

— Что делать будем? — решила уточнить Юлька.

— До завтрашнего утра изображать счастливых новобрачных. Иного нам не остается, — пожал плечами мужчина. — А там будем думать. Только давай поговорим без посторонних ушей.

За разговорами они не заметили, как подошли к коляске, запряженной четверкой белоснежных лошадей. Лекс помог жене забраться на высокие сиденья, и они стали дожидаться террано с Мариной. При обычной свадьбе те бы появились достаточно быстро. Но сегодня они решили тоже связать себя брачными узами, как и было оговорено ранее, поэтому молодоженам предстояло отвлечь публику от их отсутствия. Посидев пару минут, Лекс понял, что нужно что-то предпринять. Поэтому поднял девушку, откинул ее вуаль и, прижав к себе, поцеловал на глазах тысячной аудитории. Толпа взревела, а затем дружно начала считать. При подходе к четвертому десятку паре перестало хватать воздуха, и они отстранились друг от друга.

— У нас есть поверье, сколько десятков продержится пара при поцелуе, столько детей у них родится, — улыбнулся мужчина, разглядывая смутившуюся Юльку. К такому эксгибиционизму она готова не была.

— Значит еще парочку, хочешь, не хочешь, а тебе придется делать! И мне без разницы чем! — рассмеялась негромко девушка.

— Я пока не теряю надежды на традиционное воспроизводство! — грустно улыбнулся в ответ Лекс. — Тем более что храм надежду дал.

Тут из-за поворота появились Марина с Иоанном. Лицо женщины было пунцовым, но его украшала улыбка до ушей.

— Похоже, этот извращенец заставил их консуммировать брак прямо на алтаре! — ехидно улыбнулась девушка, разглядывая довольного свекра и его супругу.

— Увы, спрашивать об этом нельзя! — притворно горестно вздохнул Лекс.

— А мы не их, мы с храма правду стрясем, когда жениться снова пойдем! — разворачиваясь лицом ко второй паре молодоженов, ответила она.

Когда вторая пара уселась в коляску, то к ним развернулся кучер и с широкой улыбкой сказал:

— Ну что, родственнички, с двойной свадьбой вас!

— Зигиус! — воскликнули все четверо хором.

— Да вот решил вам сделать приятное! — улыбнулся широко парень. — Да и так, мало ли, что там могла произойти, пока все женятся. Лишние глаза никогда не помешают!

С этими словами озорник стегнул лошадей, и экипаж под очередной рев толпы двинулся к дворцу.

Глава 17

— Почему в моей жизни все происходит через одно место? — вздохнула Юлька, раздеваясь в спальне для новобрачных. Иоанн настоял на том, чтобы первую ночь молодожены провели в специальных покоях дворца, клятвенно заверив, что никто им мешать не будет. Только сам почему-то попросил разрешение переночевать в доме сына.

— Через какое? — удивился Лекс. Он, конечно, привык, к некоторым странным оборотам речи своей половинки, но некоторые его не переставали удивлять.

— Забей! — махнула рукой девушка, точно зная, что этот оборот ему уже знаком. — Даже пожениться толком не вышло!

— А какая тебе собственно разница, если весь остальной мир считает нас мужем и женой? И что мешает считать нам также? — спросил он.

— Номер Кобейна! — уже более хмуро ответила Юлька. — Сколько мне бояться любых фейерверков и других магических огней, чтобы в меня каждая мартышка пальцем тыкала?

— Любимая, — Лекс проникновенно заглянул в глаза супруги, — даже если все твое тело будет испещрено номерами, ни одна обезьяна не посмеет сказать что-то против жены наследника престола. Каждый придумает благообразное оправдание.

— Мне остается только тебе поверить! — вздохнула девушка.

— Юлька, у нас, между прочим, сегодня свадьба и первая брачная ночь! И мы, наконец-то можем спать до обеда без страха, что Ванечка решит навести свои порядки, пока родители отдыхают.

Упоминание сына сразу отразилось набежавшей тучкой на лицо девушки:

— Храм сказал, что у нас есть что-то лишнее, мешающее нам. Надеюсь, это не ребенок?

Лекс подошел к ней, обнял и погладил по волосам, прижав хрупкое тело к своей груди:

— Я очень надеюсь, что это не Ванечка! Даже если этот окажется он, мы никогда и ни за что от него не откажемся. Ты мне веришь?

— Мне только это и остается, — пожала плечами в ответ она.

— А мы постараемся найти это неизвестное, я тебе обещаю! Только, честно, даже не знаю с какой стороны браться.

С этими словами мужчина крепче прижал девушку к себе, а затем отстранился и легко поцеловал в губы, горько вздохнув от своей беспомощности.

— Нам нужен третий! — вдруг с просветленным лицом объявила Юлька.

— Третий кто? — не понял мужчина.

— Третий человек, которому ты полностью доверяешь в такой степени, что сможешь озвучить свою проблему и мою историю. Говорят, что со стороны виднее. У тебя есть кто-то на примете?

Лекс нахмурился, обдумывая предложение своей супруги.

— Как ни странно, это мой младший брат. Думаю, что Зигу смогу доверить эту тайну, — ответил после размышлений он.

— Отлично, Зиг так Зиг! Мы с ним всегда находим общий язык на учебе.

* * *

Зигиус сидел, не проронив ни слова, лишь подперев щеку рукой, и внимал рассказу старшего брата и его жены. Только иногда округлявшиеся от удивления глаза и кривящийся в ухмылке рот указывали на то, что он не дремлет, а слушает.

— Поэтому нам нужен твой совет, что может быть лишним в наших отношениях? — закончил свою исповедь Лекс.

— Это и ежу понятно, что блок на памяти Юльки! — широко улыбнулся брат. — Тебе давно следовало его снять.

— А тебе не приходило на ум, что это может быть Ванечка? — уточнила девушка.

— Честно, такая мыслишка проскользнула, — кивнул головой Зиг, — но боги наследниками не раскидываются, тем более одаренными в полной мере. Он вам еще ничто не поджег?

— Нет, — испуганно округлила глаза Юлька. — А может?

— Мои родители поженились, после того, как мне исполнилось двадцать пять лет. Это вы, думаю, в курсе. И когда в меня хлынула магия, я как тупой болван два часа щелкал пальцами, вызывая огонь!

Свои слова Зиг подкрепил озвученным жестом, вызывая красивое голубое свечения на кончиках пальцев.

— Я — взрослый мужик. А что произойдет, когда Ваня обнаружит такие способности у себя?

— И что делать? — заволновалась пуще прежнего мать юного мага.

— Искать хорошего мага в гувернеры, чтобы он за ним следил и направлял в нужное русло. Лексу же некогда, а у тебя магии нет, — как само собой разумеющееся озвучил Зиг, пожимая плечами. — Черт возьми, приятно, когда старший брат совета спрашивает!

Затем развернулся, внимательно смотря в глаза Лексу:

— Мы ушли от темы разговора. Блок снимай.

— Нет, — Лекс насупился и отрицательно дернул головой.

— Но почему? — Зиг и Юлька возмутились хором.

— Я боюсь. Боюсь потерять любимую женщину, — сдавленным голосом ответил наследник, словно у него резко заболело горло.

— Почему ты думаешь, что потеряешь ее? — не сдавался младший.

— Потому, что женщины не хотят секса, пока не познают его. А я не способен его дать.

— Все должно встать… — Зиг хихикнул после небольшой паузы, — на свои места, после падения блока!

— А ты можешь дать мне гарантию этого? Закрыть память Юлии повторно я не смогу. А она будет жить с воспоминаниями того, чего я ее лишил. Как думаешь, долго она протянет рядом со мной? Мне нужен хотя бы маленький намек, который придаст уверенности в правильности твоих слов, — Лекс выдохнул воздух свозь зубы и взлохматил пятерней свои волосы. Чувствовалось, что этот разговор дается ему очень и очень тяжело.

— Лекс! — девушка обняла его со спины, — Саша…

Оба мужчины удивленно посмотрели на нее, пытаясь понять незнакомое слово.

— Саша — это ласковое обращение к Александрам на Земле. А я все-таки землянка пока еще, — правильно поняла девушка их немой вопрос. — Я же тебя люблю и никогда не брошу!

— Это ты пока так говоришь, не зная чего теряешь! — вспыхнул как уголек на ветру мужчин.

— А по-моему, вы, мужики, слишком важное внимание уделяете сексу в своей жизни! — покачала головой девушка, все еще не понимая мотивов своего суженного. — Я же согласилась ходить с треклятым номером Кобейна, потому что ты обещал мне защиту. Почему ты не можешь поверить в мою любовь?

— Стоп! — притормозил родственников Зиг, пока те не разругались. — На третьем курсе факультета математики и математического права изучается тема лишнего дифференциала. Если мы с тобой посидим, то, думаю, сможем освоить тему раньше плана. И найдем то злосчастное лишнее, которое отравляет вам жизнь.

— Я согласна! — без раздумий согласилась Юлька.

— Не так быстро, — рассмеялся деверь, — а с тебя дорогой братец, чтобы Брюсс тирр Майер зачел нам это в качестве курсовой. Иначе, ради чего мне стараться? Вы же не хотите, чтобы причину знал каждый? Вот пусть Лекс представит проблему как секрет государственной важности. Хотя, она таковой в принципе и является.

Александру иного не оставалось, чем согласится с доводами брата. И, скорее всего, блок был проблемой в их отношениях. А еще, возможно, он запер Юлькину магию. Каких только глупостей, оказывается, мы не творим по молодости.

И уже поздно ночью, когда Юля с Лексом лежали в кровати, переваривая события такого нелегкого дня, мужчина уткнулся носом в волосы любимой, глубоко вздохнул и попросил:

— А назови меня еще раз земным именем? Она так ласково звучит из твоих губ.

Юлька широко улыбнулась и, целуя макушку мужчины, почти пропела:

— Саша, Санечка, любимый мой…

* * *

Брюсс тирр Майер был очень рад неожиданно проснувшейся тяги к знаниям у двоих учеников своего факультета. На его памяти такое случалось впервые, чтобы второкурсники просили пройти тему третьего заранее. Мужчину, конечно, впечатлила новость о государственной тайне и придала ему важности. Да и пара новеньких магшетных классов (а чего мелочиться-то?) добавили желания работать.

Теория дифференциалов оказалась адептам вполне по зубам. Ничего нового: интегралы, производные и все, что с ними соприкасается. Базу Юлька заложила еще на Земле. Но ее снедало любопытство, как с помощью этого всего можно найти кого-то или, наоборот, лишнее звено? И тут на помощь приходила магия. А так как на Земле магии не было в принципе, то и такие методы исследования не практиковались. Хотя, познакомившись с технологией ближе, девушка решила, что на определенном этапе компьютерная техника могла-бы достичь этого уровня.

Оказывается, любой человек мог быть описан цифровой матрицей. Для этого у него брали каплю крови и производили некоторые магически анализы. Матрица же получалась в конце исследования. Это была достаточно большая таблица, которая позволяла вывести определенный код для каждой отдельной личности. Дальше эти коды подставлялись в различные уравнения, а полученные ответы указывали на проблему.

И вот настал решающий день: декан объявил, что подготовки студентов террано Громиеров вполне достаточно, чтобы попытаться найти так называемый лишний дифференциал. Понятно, что личности исследуемых были скрыты от посторонних глаз. У Александра матрица уже была готова, так как все члены правящей семьи оцифровываются с самого рождения. Сегодня предстояло сдать анализы жене наследника.

Лаборатория встретила Юльку стерильной белизной. С врачами в Ильбруке ей доводилось встречаться только в лице Микаса. Но когда несостоявшийся жених приходил по вызову, он даже халата не надевал. Поэтому ассоциации с земным доктором в ее мозгу все-таки не возникало. А здесь очень было похоже на обычную земную элитную клинику. Почему элитную? Это объясняли улыбчивые девушки в халатах и отсутствие какой-либо очереди.

Сопровождать ее пошел Александр. Несмотря на занятость, мужчина решил, что в столь важный момент он должен быть рядом и поддержать жену морально. Хотя эти слова напугали Юльку сильнее. Что там могло быть, что ее нужно поддерживать?

В кабинете супругов встретил мужчина среднего возраста, с бесцветными глазами, спрятанными за стеклами очков и мягким голосом, словно убаюкивающим пациента.

— Говорят, что в его роду были василиски! — шепнул Лекс Юле на ухо.

— А они разве реально существовали? — удивилась девушка.

— Говорят да, но все вымерли более тысячи лет назад, — пожал он плечами.

Хотя, динозавры тоже жили, и неизвестно, какими способностями обладали. Может от взгляда какого-нибудь стегозавра жертвы тоже каменели. И если вспомнить Каа из Маугли, бандерлоги застывали под его взглядом и без капли магии. С этими мыслями девушка села в предложенное белоснежное кресло. Доктор или как его там, василиск, подошел, улыбнулся и ловко примотал руки пациентки ремнями к подлокотникам. Сердце девушки екнуло и тревожно забилось. Откуда и сколько крови из нее собрались выкачивать? Она посмотрела на мужа, но тот лишь успокаивающее ей улыбнулся.

— Сейчас будет немножко больно! — пропел хозяин лаборатории и достал тонкий длинный кинжал, который на земле назвали бы стилетом. Обработал лезвие какой-то вонючей жидкостью, запах которой совсем не напоминал привычный для землянки спирт. Затем резким движением полоснул девушку по запястью, давая крови из вены свободно вытекать в подставленную чашу. Юлька даже испугаться не успела, только ойкнула от неожиданности. Крови вытекло достаточно много, грамм 100 не меньше.

— Анализ сложный, поэтому материала для обработки необходимо достаточное количество! — объяснил медик.

Когда сбор крови был окончен, он помазал края ранки каким-то составом, и разрезанная кожа срослась, не оставляя следов пореза. Это произвело на иномирянку гораздо большее впечатление. Если порезаться ножом на земле доступно каждому, то вот так срастить кожу никому не удавалось. А мужчина также ловко распустил ремни, освобождая ее руку и с улыбкой промолвил:

— Ваша выдержка достойна настоящей терраны!

— А разве бывает иначе? — поинтересовалась пациентка.

— Ну… и обмороки бывали, и истерики, — усмехнулся мужчина, — не зря же мы последние года стали привязывать руки пациентов. Это и для нашей безопасности, и для безопасности того, у кого берем кровь на анализ. Ваша матрица будет готова через десять дней! Приятно было познакомиться!

Доктор широко улыбнулся и растянул тонкие губы в улыбке.

— Точно, василиск! — подумала про себя Юлька, хотя как выглядит это сказочное существо, представления не имела. Знала только, что от его взгляда живые каменеют.

Когда супруги покинули лабораторию, Лекс поцеловал пальцы пострадавшей руки и виновато улыбнулся:

— Прости, что тебе из-за меня пришлось это пережить!

— Поверь, это не самое страшное в моей жизни! — отмахнулась от его извинений девушка. — Может триединый все-таки покажет нам путь к решению нашей проблемы?

* * *

Как оказалась, даже магия не всесильна. Матрица по крови строится в течение десяти дней. И все эти дни Лекс ходил, словно не в себе. На попытки Юльки достучаться до сознания мужчины, он только отмахивался. И вообще поведение его изменилось, то ли в ожидании неизбежного, то ли от страха. Понятно, что мужчина ни в чем не сознавался, а супруге только и оставалось строить догадки.

Девушка же тем временем вместе с Зигиусом готовили систему уравнений, которая должна была дать ответ на вопрос. К девятому дню было закончено все, оставалось лишь подставить числа, которые даст матрица. Декан тирр Майер не мог нарадоваться на прилежание адептов. С таким старанием никто и никогда не изучал материал следующего курса. Правда, сути их системы он не знал, кроме того, что ищется мешающийся элемент. Ни чьи это матрицы, ни что должно получиться в итоге. Но декан не расстраивался. За его долгую жизнь не раз приходилось проводить вычисления, связанные с государственной тайной, не задавая лишних вопросов.

Вечером девятого дня Юлька уложила Ванечку спать и собралась идти в спальню. Но по дороге заметила, что ее мужа там нет, а свет горит из-под дверей кабинета. «Опять себя изводит!» — решила девушка и пошла успокаивать мужа, нервы которого за эти дни явно сдали.

Александр сидел в кабинете за столом и смотрел в одну точку. Лохматые волосы на голове говорили о том, что хозяин не раз и не два прошелся по ним пятерней. Завидев жену на пороге, он неожиданно улыбнулся ей и заговорил первым:

— А я как раз хотел искать тебя!

— Что-то случилось? — сразу ощутила подвох Юлька.

— Ничего, — пожал он безразлично плечами, — просто я понял, каким был дураком и эгоистом.

— В смысле? — вздернула она брови.

— В самом прямом, — выдохнул он. — Все это время переживал о своих чувствах, даже не думая о том, что чувствуешь ты.

— Я, вообще-то, не делаю секрета, что люблю тебя. Что-то еще? — ответила она, присаживаясь на кресло, рядом с мужчиной.

— Но ведь тебе не нравится этот провал в памяти, который устроил я? — заглянул он в ее глаза.

— Нет, но я к нему привыкла, и жить он мне не мешает, — ответила взглядом на взгляд.

Лекс неожиданно поднялся из-за стола и встал перед супругой на колени, упершись лбом в ее ноги:

— Прости меня, если сможешь! Но я понял, что просто обязан снять блок с тебя, не дожидаясь ответа. Пусть будет все как будет, но это более честное решение. А тоя прячусь за своим страхом, не думая о тебе.

— Но ты же говорил, что так будет лучше для меня? — погладила она его по голове.

Лекс поднял на нее глаза:

— Это я для себя оправдание придумал. Но никто не знает, что я тебе еще закрыл этим блоком, — покачал он головой. — Возможно, перекрыл твою магию.

— Магию? — уточнила она. — Это вряд ли. Мы же выяснили, что я родилась бастардом. Род отца не был проклят как ваш, и никто не знает, истинной они были парой с мамой или нет, хотя он в этом уверен. Поэтому, если она жива, то у меня есть шанс получить магию. А если нет, то просто не буду иметь того, к чему никогда не стремилась. Я вполне переживу без возможности щелкать пальцами и получать голубых светлячков.

— Юль, я возможно в очередной раз решил за нас двоих… — начал он.

Девушка в ответ лишь усмехнулась:

— Ты это делаешь с завидной регулярностью!

— Меня с детства приучали, что я должен делать и думать за всех. Но сейчас не об этом. Я верну сейчас тебе память. И будь что будет!

— Саша, я боюсь!

Мужчина дернулся от этого ласкового обращения. Было для него в нем что-то интимное и нежное. Но потом взял себя в руки и сказал:

— Завтра может быть поздно. И я никогда не прощу себя, что не сделал этого.

— Хорошо, раз ты настаиваешь! — ей осталось только согласиться.

— Прости, будет немного больно! Откат от воздействия. С установкой бывает проще.

С этими словами он встал рядом и положил руки ей на виски, внимательно глядя в глаза. Ощущения стали неприятными, словно от сильной головной боли, которую обычно описывают словами «дятел по голове». Потом что-то щелкнуло, и по телу прокатилась приятная холодная волна. И черная пустота в голове стала заполняться чем-то золотистым и теплым. Девушка уже начала улыбаться, как наследник охнул и, сложившись пополам, упал на пол.

— Саша, Сашенька! — Юлька встала на колени перед упавшим на пол мужчиной. — Что стряслось?

Лекс сначала молчал, лишь морщился и стонал. А потом с вымученной улыбкой прошептал:

— Такое чувство, что мне яйца оторвало…

Юлька открыла рот, затем, задумавшись, закрыла, не зная, что сказать. А мужчина усмехнулся:

— Прости за грубость, но, похоже, это меня откат задел за то, что не следовало делать.

— И что теперь будет? — хлопала недоуменно ресницами она, не зная то ли радоваться, то ли огорчаться, не понимая, чем грозит этот откат ее мужчине.

— Верить в чудо! — усмехнулся он. Боль понемногу начала его отпускать, и Лекс постарался сесть. А затем с охами и Юлькиной помощью попытался подняться.

— А что чувствуешь ты? — заинтересовано заглянул в девичьи газа.

— Я? — дернула нетерпеливо плечиком. — У меня такое чувство, что ушел холод и тьма, а сейчас все заполнилось теплом и светом.

— А та, наша первая ночь? Что ты вспомнила о ней? — последние слова он прошептал, словно боясь разбудить что-то неприятное.

Девушка прикрыла глаза, роясь в своих воспоминаниях. Постепенно ее лицо начала заливать краска:

— Господи, да я же сама на тебя накинулась! И мы же… Стыд-то какой! — возмущенно фыркнула она. — Ты меня просишь?

— Прощу? — удивился наследник. — Да я тебе благодарен за ту ночь. Если бы не это, у нас с тобой не было бы Ванечки, которого я люблю больше жизни. И прощать нужно все-таки тебе меня…

С этими словами он притянул девичье тело к себе, прижал ее голову к груди и начал мягко поглаживать смоляные кудри. Она же прижалась к нему, понимая, что очень сильно перепугалась. Но не за себя, а именно за Лекса. И ей почему-то от этого стала очень тепло на душе. Точно так же она всегда пугалась за Ванечку. А сына девушка любила безмерно. И, значит, своего мужа она тоже любит, чувства не ушли с возвращением память. Ведь именно этого боялся Александр?

Прижимаясь к горячему телу, слыша его гулкие удары сердца, она вдруг почувствовала, как что-то твердое и горячее упирается ей в живот. Мужчина точно ничего с пола не поднимал и в руки не брал. Что это может быть? Она слегка отстранилась и посмотрела вниз на предмет своего беспокойства. Оказалось, что брюки Лекса очень сильно натянуты в области паха и там что-то выделяется. Первой мыслью было, что это опухоль из-за оторванных яиц. Но через несколько секунд до затуманенного мозга дошло, что там спрятано. И Юльке пришлось прикусить губу, чтобы счастливо не рассмеяться: ее отец оказался прав, блоки, стоявшие на их телах, имели общую природу и появились в результате воздействия Лекса на ее память. А теперь точно также пропали вместе.

Лекс же застыл на несколько секунд, точно также разглядывая «опухоль», а потом счастливо рассмеялся и, подхватив жену на руки, направился прямой наводкой в супружескую спальню.

Юлька обнаружила, что у нее дрожат от волнения руки. Они давно спали вместе. Но это было совершенно другое. Сейчас им предстояло постичь таинство брака. Одно дело просто вспомнить об этом, а другое пережить все чувства и ощущения.

— Саша, я боюсь! — затравленно шепнула она ему в плечо, когда он остановился возле кровати.

— Юль, а я-то как боюсь! — усмехнулся он в ответ, опуская жену на прохладные простыни. — Вдруг все исчезнет.

— Не исчезнет! — очень серьезно произнесла она. — Я держать буду!

Он лишь широко улыбнулся в ответ, благодаря в мыслях девушку за такую поддержку, и начал покрывать ее лицо и шею поцелуями, одновременно освобождая от одежды. Когда его рот прикоснулся к ее бесстыдно торчащим соскам и слегка прикусил их по очереди, девушка содрогнулась от возбуждения, глухо застонав. Рот тут же вернулся к ее губам, ловя это стон, который был самой сладкой музыкой для мужчины. Она же почувствовала, как ее тело вошла его плоть, даря восхитительное чувство наполненности.

Через какое-то время, уже отойдя от того чувственного взрыва, который накрыл их с головой, Лекс с улыбкой прошептал, целуя ее в макушку:

— Какая-то мы неправильная с тобой пара. Сначала ребенка родили, потом первую брачную ночь провели, осталось до храма доехать, брак узаконить перед триединым.

Она лишь счастливо вздохнула в ответ, прижимаясь к горячему телу мужа, которое тут же отреагировало на ее действие. А Лекс лишь мысленно поблагодарил богов, что его женщина уже женщина, и можно получать удовольствие по полной программе, без оглядки на ее страх и боль.

Эпилог

— Ага, явились, и года не прошло! — ехидный голос храма заставил входящих вздрогнуть.

— Мы убрали лишнее и пришли за своим! — оправился первым о шока Лекс. — И вы нам кое-что задолжали!

— Я? Задолжал? Да не может такого быть! — возмущенно хмыкнул храм. — Зигиусу вот вы точно задолжали. Парень сколько занимался, расчеты вел. А вы, раз, и без него справились!

— Я ему помогала и до конца дело довела. Просто практика и теория в этот раз совпали и дополнили друг друга, — возмутилась Юлька. — А новые знания еще никому вреда не причиняли!

— Не причиняли, говоришь? — продолжал язвить храм. — А то, что мальчик это время мог бы провести в поисках своей суженой? Вы это в расчет не берете. А он с магшетом глаза портил.

— Уважаемый храм, — Лекс потерял терпение, — вы нас обвенчать согласны или нет?

— А если нет, то что? — выдал язва всех времен и народов.

— Пойдем искать другой храм! — возмутился мужчина.

— А может и другого бога! — поддержала его женщина. — Миров много, и богов в них хватает!

— Как хватает? — пришла очередь удивляться храма. — И не испугаетесь безбожникам прослыть?

— А кто говорил про безбожников? — усмехнулась она. — Мы от богов не отказываемся, просто меняем одного на другого, кто более сговорчив и помогает своим последователям, а не вставляет им палки в колеса.

— И давайте приступим к церемонии венчания! — предложил Лекс. Слишком разговорчивый храм ему абсолютно не нравился. Хотя нужно признать, если бы не его условие, быть бы мужчине до сей поры импотентом.

— Ну что ж, как пожелаете, террано! — в голосе охальника слышались довольные нотки. В другой раз посетители бы поняли, что он просто развлекается. Но для них сегодняшнее событие было слишком нервным и долгожданным, поэтому мысли не всегда были четкими. — Раздевайтесь!

После этого черный ритуальный камень вспыхнул золотистыми искрами.

— Похоже, я была права! — застонала Юлька, вспоминая свои слова о консуммации брака свекра и свекрови.

— Фу, я бы думать так даже постеснялся! — отозвался храм на ее мысли. — Да, я считываю то, о чем вы думаете.

Храм решил этот вопрос прояснить сразу, а то иначе неизвестно куда бы завели мысли молодоженов.

— Мне всего лишь нужно выбрать место, на которое ставят брачные татуировки! — закончил мысль голос. — У вас будут предложения?

— Традиционно татуировки появляются на запястье, — высказал мысли вслух Лекс. — Но мы уже всех оповестили, что они у нас в таком месте, которое приличным людям не покажешь. Теперь обратного хода нет.

— А пожелания есть? — настаивал голос.

— У моей подруги в низу спины было маленькое изображение дракончика, — вспомнила Юлька Луевскую. — В той, земной жизни, я ей очень завидовала и всегда хотела такого же.

— Дракончика можно, конечно, организовать, — захохотал храм. — Но пройдет время, ты постареешь, поправишься, и у тебя из сочной задницы будет вылезать ящер…

— А бабочку… — начала Юлька.

— Которая разрастется до размеров настоящего дракона, когда твоя попа подрастет, — прервал ее мысли голос, уже явно считав их.

— Каковы твои предложения? — потерял терпение Лекс.

— Да мне абсолютно все рано. Хотите дракона на спине, получите на спине.

Молодые люди тут же оказались прижаты спинами к алтарю и вздрогнули от неприятных ощущений в области поясницы. Лекс скинул рубашку, а Юлька смогла полюбоваться золотым изображением маленького дракончика на гладкой коже мужа.

— У меня такое же? — решила уточнить молодая супруга. Смотреть на виду у храма она не рискнула, воспринимая его как мужчину.

— Такая же, только без яиц, — хмыкнул храм.

Юлька тут же пустилась искать обозначенную часть тела на татушке Лекса, вызвав очередную порцию смеха божества.

— Ох, повеселили вы меня! — засмеялся храм. — Придется вас наградить. Спрашивайте меня по любому вопросу. Я отвечу.

Молодожены задумались.

— Прямо по любому? — уточнила девушка.

— Да!

— Тогда ответь, жива ли моя мама и где ее искать? — затаив дыхание спросила Юля.

— Это уже два вопроса. На который отвечать?

— На оба, — отозвался Лекс. — У меня же тоже есть это право?

— А лично для себя ты не о чем спросить не хочешь?

— Нет, в данный момент мне важнее спокойствие и исполнение желаний моей супруги.

Девушка с благодарностью посмотрела на мужа. А голос тяжело вздохнул и пробормотал:

— Так даже не интересно, никакой интриги! Но как скажете. Иллия жива. А искать ее надо в той же стране, где Юлия выросла. На Земле. А теперь объявляю вас мужем и женой, и идите на все четыре стороны!

Как ни странно в голосе говоруна на этот раз послышались нотки удовлетворения.

* * *

Вторая свадьба наследника террано Громиеров была тайной, поэтому праздновать в широком кругу гостей ее никто не собирался. Молодые люди зашли после храма к терре Амалии, забрали сына и отправились отмечать событие в ближайшее кафе-мороженое. Ванечка, как только разрешили попробовать недавно это лакомство, его очень сильно полюбил. И теперь с удовольствием отзывался на любое предложение побаловать себя этим холодным десертом.

Семейство заняло уютный столик в углу полутемного зала и сделало заказ. Сегодня был рабочий день, поэтому народу было немного. В центре зала стоял большой манеж с игрушками, куда можно запускать детей, и в котором они могли без опаски играть и развлекаться, даря родителям минуты спокойствия и тишины. Ребенок с удовольствием уплел свою порцию лакомства, обильно посыпанного шоколадом и орехами, и отправился играть.

Александр внимательно посмотрел на лицо жены, на которое набежала легкая тучка:

— Юль, чего нос повесила? Сегодня у нас с тобой праздник.

Девушка ответила любимому ослепительной улыбкой:

— Да, дорогой, конечно!

Но улыбка опять сменилась задумчивостью.

— Жена, ты где? Явно твои мысли далеко отсюда. Не хочешь поделиться с мужем? — мужчина с удовольствием смаковал новые слова в их лексиконе. С сегодняшнего дня они стали полноценными супругами для всех, а главное, для самих себя.

— Саш, я вот думаю, что мой отец искал маму долгие годы, но так и не смог найти. Допускаю, что на Землю он не заглядывал. Но наша Россия огромная страна с населением больше ста миллионов человек и сушей, которая растянулась на половину земного шара. Смогу ли я ее найти?

— Ты хотела сказать, сможем ли мы? — приподнял уголок губ мужчина. — Успокойся, сможем. У нас есть то, чего не было у Лансера.

— А что есть у нас? — ее брови удивленно поползли вверх.

— У нас есть ты, — с этими словами он переплел свои пальцы с пальцами ее руки, которая лежала на столе, и легонько поцеловал их. — И у нас уже готова твоя матрица. Твой отец не обладал такой роскошью и уравнение поиска построить не мог, так как крови Илли у него не было. Твоя же на половину состоит из ее кодов. Магия математики безгранична и работает в любом мире, независимо от наличия магии.

Она ему благодарно улыбнулась, прижав широкую мужскую ладонь к своей щеке и блаженно закрыв глаза, отдаваясь на волю ощущений, которые хотя и не были новыми, но несли на этот раз в себе более глубокий смысл.

А на следующее утро Александр обнаружил, что жены в кровати рядом нет. В доме стояла абсолютная тишина. Мужчина испуганно дернулся и вскочил из кровати. В его голове пролетели мысли одна страшнее другой. Он, как спал, в чем мать родила, в том и вылетел в соседний со спальней кабинет и растерянно заморгал, глядя на жену, которая сидела на полу, поджав под себя ноги по-турецки, закутавшись в банный халат. Девушка сосредоточенно разглядывала свою руку.

— Юля? — позвал он ее.

Но она не среагировала. А лишь таинственно улыбнулась и щелкнула пальцами. На их кончиках тут же вспыхнуло легкое голубое пламя.

— Ты что делаешь? — повторил обращение муж.

— Саш, она проснулась! — шепотом ответила девушка.

— Кто проснулся? — не понял он.

— Магия проснулась! Теперь я понимаю Зига, который вот также полчаса щелкал пальцами и смотрел на то, что получится.

Затем она звонко хлопнула в ладоши, выпускаян6а волю великолепный огненный цветок, которые медленно поднялся в воздухе, а затем растаял, словно его и не было.

— Я могу колдовать! — восторженно пробормотала она. А затем кинулась на шею к мужу.

— Похоже, мой блок прибил не только твои воспоминания… — покаянно понурил он голову. Но затем прижал к своему телу горячее тело жены и крепко поцеловал. От этого жеста проснулись «прибитые» части тела, и молодожены отправились обратно в спальню практиковаться в магии. Только это была уже магия любви.

Конец

Content

Гусарова Александра 541-я

Александра Гусарова 541-я

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Эпилог