Мясоедов Владимир Михайлович

Сила СУММ

Пролог

* * *

Издалека Новокузьминск казался нормальным городом, если не обращать внимание на переливающуюся всеми цветами радуги огромную радужную аномалию, застывшую в небе едва ли не над самым его центром. Блестели под ярким летним солнцем стекла высотных домов, сновали по улицам люди, изредка проезжали машины, из установленных в нескольких ключевых точках громкоговорителей лилась классическая музыка. И только если внимательно присмотреться с близкого расстояния, становилось понятно, что здесь больше озабоченны своим выживанием, чем удобством и красотой. Самодельные металлические решетки перекрывали все окна кроме тех, которые заложили кирпичами. Катящиеся по своим делам грузовые автомобили поголовно напоминали какие-то варварские танки благодаря навешанной на них дополнительной броне, торчащим во все стороны острым шипам и виднеющимся из каких-нибудь щелей стволам орудий. Причем водители были вынуждены регулярно выделывать те еще кульбиты на дорогах, объезжая не только извечные в России ямы и колдобины, но также и коров, коз, одомашненных ящеров, стада домашней птицы, а также хозяев всей этой живности, что отнюдь не всегда являлись людьми. Часть населенного пункта была окружена сделанной из бетонных плит мощной стеной с домами-бастионами, увитой поверху колючей проволокой. По периметру крыш многоэтажных зданий располагались крытые пушечные галереи, а также прохаживались облаченные в надежные прочные доспехи бдительные часовые, вооруженные биноклями, гранатами, винтовками и магическими посохами. Впрочем, вооружен и бронирован был практически каждый обитатель этого места. Просто обитающие в пределах крепости коренные жители Земли в основной своей массе отдавали предпочтение магически укрепленным тканям, огнестрелу и разным волшебным игрушкам. Взятым же под крыло истинных хозяев Новокузьминска обитателям иных миров, заселивших не столь качественно защищенный частный сектор, по большей части приходилось ограничиваться кожаными куртками из шкур динозавров и прочих бронированных тварей, да металлическими вставками. И попасть внутрь главного укрепления, где с грехом пополам работали электросеть, водопровод и канализация они просто так не могли, не говоря уж о возможности там поселиться. Но против подобного ущемления в правах и возможностях новые граждане города особо не возражали или же делали это очень-очень тихо, поскольку не находили поддержки даже среди своих. Во-первых, условия жизни в Новокузьминске для большинства переселенцев являлось огромным шагом вперед по сравнению с тем, что было раньше и даже обычные стальные кухонные ножи для бывших крестьян или даже рабов в недавнем прошлом являлись немыслимым богатством. Во-вторых, право владения каким-нибудь самодельным карамультуком любой из них мог заслужить службой в армии или ударным трудом. А в-третьих, выходцы из менее развитых культур слабо понимали разницу между магией и технологией, а могущественного волшебства традиционно побаивались, причем не без причины…Впрочем, коренные обитатели Земли в этом плане от них не особо отличались, даже если и пытались применить научный метод к тем силам, которые ныне пытаются эксплуатировать ради достижения желаемых результатов.

— Ну и почему он не взлетает?! Почему?! — Молодая темноволосая женщина восточной внешности, облаченная в довольно экстравагантное платье, украшенное светящимися рунами и нашитыми на него костями разных размеров, трясла как грушу смуглого узкоглазого паренька в оранжевой тюремной робе производства США. Во всяком случае, характерный звездно-полосатый флаг на той имелся, как и намертво пришитый бейджик, написанный на английском языке. Вот только если верить ему, то обладателя данного вырвиглазного костюмчика, заметного издалека даже в полной темноте, зовут Мария Лопес. Ноги юноши весьма субтильного телосложения даже оторвались от земли на пару сантиметров и теперь лишь иногда задевали копытами землю. За экзекуцией, происходящей во дворе перед небольшой автомобильной мастерской, с ленивым интересом наблюдал пяток работяг в грязных промасленных спецовках и такое же количество автоматчиков, несмотря на жару таскающих и тяжелые металлические доспехи, и отнюдь не легкие Калашниковы. — Ты же, чертов гад, своими клыками клялся, что уж в пятый-то раз прототип полетит! Я из-за тебя выплату премиальных своим людям задержала, чтобы у заехавших в гости торговцев можно было специальные волшебные краски купить, поскольку на наши местные аналоги вы всей своей хвостатой шайкой рожи кривили! Выбирай, паршивец! Вырвать их тебе с корнем или медленно сточить бормашиной! Да какой бормашиной?! Лично под ноль спилю! Рашпилем!

— Госпожа, простите! Помилуйте! Только не клыки! — На ломанном русском умолял паренек, напоминающий не то годами загоравшего где-нибудь в Сахаре китайца, не то сильно-сильно окосевшего негра. Только с копытами вместо человеческих ступней и едва заметным утолщением чуть пониже спины, где был свернут в спираль рудиментарный хвостик, сильно напоминающий точно такую же часть тела у какого-нибудь поросенка. В двух шагах от парочки застыл остов легкового автомобиля, над которым в полное свое удовольствие надругалась банда маньяков, вооруженных инструментами по металлу и красками. Салон остался невредим, да и кузов сохранился, пусть даже и покрылся резьбой в виде разнообразных рун и узоров, где плоских, а где и объемных, а вот колес у машины больше не было. Как и отрезанного целиком багажника или капота, на месте которого теперь красовалась прикрученная к трем осям блестящая серебром и даже золотом ажурная проволочная конструкция, в узлах которой застыли черепа каких-то клыкастых созданий. Однако, несмотря на полное отсутствие двигателя, конструкция потихоньку шевелилась, но не вправо и не влево, а вверх. Она то отрывалась от земли рывком сантиметра на полтора, то снова плюхалась обратно. — Ну не понимаю я, почему они не летают! Не понимаю! Я же не был полноправным посвященным небесной твердыни Хирт, я всего лишь старший ученик одного из самых бедных его артефакторов! Мне не доверяли ни важной работы, ни священных тайн! Только самую простую мелочевку, с которой мастеру было лень возиться! Зачарованные нами коробки летают, доски летают, камни летают…Но почему не могут взмыть в небо более крупные объекты или конструкции, составленные из мелких, никто из нас просто не представляет!

— Убью, студент! — Одной рукой девушка продолжала трясти свою жертву, не принадлежащую к человеческой расе, а вот вторую её ладонь объяло не то странное кипящее полупрозрачное облако, не то бездымное сиреневое пламя, которое, впрочем, в своей первоначальной форме оставалось недолго. Необычная субстанция словно перетекла в новую форму, образовав вполне себе материальные щипцы на длинной ручке. — Клыков тебе жаль, да?! Так можешь не бояться, они останутся на своем законном месте. Потому как я тебя кастрирую, чтобы служащие мне духи смогли сегодня напиться крови!!!

Сотворенный магией инструмент звучно клацнул…А потом увеличился в размерах, отрастил себе зловещего вида загнутые зубы, клацнул еще раз. И стал примериваться к промежности нелюдя, безуспешно пытающегося отцепить пальцы женщины от своего горла и сбежать, куда глаза глядят.

— Нет, госпожа, только не это! — Взвыл нелюдь, сжимаясь в комок и пытаясь прикрыть самую дорогую для него часть мужской анатомии сразу и ладонями, и коленями. — Умоляю! Не надо! Отрежьте мне лучше хвост или пальцы!

Однако претворить в жизнь свою жуткую угрозу рассвирепевшая фурия так и не смогла. Облаченные в латы автоматчики, до этого момента почти не обращавшие внимание на экзекуцию, решили все-таки исполнить свои прямые обязанности по поддержанию порядка. Парочка из них буквально вырвала не слишком прилежного ученика артефактора из рук женщины, и пока трое оставшихся одоспешенных бугаев старательно удерживало волшебницу, обильно сыплющую во все стороны ругательствами и угрозами, утащили облегченно обмякшего нелюдя в одно из ближайших зданий, на стене которого крупно было намалевано слово: «Тюрьма». Вот только едва создатель почти летающего автомобиля исчез из зоны видимости, как склока между коренными обитателями Новокузьминска моментально сошла на нет.

— Я не перегнула палку? — Осведомилась темноволосая волшебница, развеивая свой жуткий инструмент и начиная поправлять растрепавшуюся прическу. — Все-таки этот паршивец действительно лучший из тех чародеев своего народа, которые у нас по камерам сидят.

— В самый раз. — Успокоил её один из мужчин в замызганной спецовке, покачиваясь с пятки на носок. Остальные рабочие тем временем обступили так и не взлетевший автомобиль, приподняли его и просто на руках потащили его в сторону гаражей, где обитали предыдущие нерабочие прототипы. Автоматчики же направились в сторону тюрьмы, поскольку охраняли они вообще-то ценного пленника, а не этих двоих. Глава гильдии магов Новокузьминска и его заместительница не то чтобы считались неуязвимыми и непобедимыми…Но в противостоянии одного лишь сильнейшего волшебника с танком на победу бронетехники ставить бы никто не стал. — Жалеть этого безрогого черта точно не стоит. Во-первых, он был полноправным членом той летающей общины колдунов, которая начала обстреливать нас с неба, думая, будто за это им ничего не будет. Все уцелевшие рабы оттуда хором клянутся, что чуть не придушенная тобой сегодня безрогая скотина из числа себе подобных в лучшую сторону ничем не выделялась. Во-вторых, когда мы раскапывали обломки их парящей крепости в поисках выживших, то он сильно ранил одного из рабочих. И вытащивший неблагодарного ублюдка из под камней человек обязательно бы помер, если бы не целительное зелье. А в-третьих, больно уж нагло себя ведет сей специалист, возомнивший себя незаменимым. Не только орет, на выделенных ему в помощь неумех, но пытается и руки распускать, искренне обижаясь, когда бьют в ответную…

— Интересно бы было на него посмотреть, когда он узнает, что один из его помощников является нашим главным магом, второй — лучшим артефактором, а остальные просто одними из наиболее умелых и опытных ремесленников. — Хихикнула волшебница, но быстро вернула себе серьезный тон. — Семен, как думаешь, он умышленно саботажничает или действительно не способен создать летающий на чистой магии предмет крупнее чемодана?

— К сожалению, второй вариант более вероятен, — поморщился мужчина. — Ради себя любимого такие типы готовы на все, а другие пленники своими глазами видели тех, кому мы за успехи в передаче нам новых знаний и технологий улучшили условия содержания, даровали свободу, а то и взяли к себе на службу…Кстати, Гуля, нам определенно стоит подумать о том, чтобы включить в свою ночную развлекательную программу какие-нибудь ролевые игры…Нет, ну клянусь своим креслом архимага, у тебя же талант! Так вжиться в образ психически неурановешанной шаманки, жаждущей напоить своих духов чьей-нибудь кровью…Ай!

— У тебя нет кресла, и звание архимага тебе тоже никто не присуждал, — мстительно напомнила девушка своему кавалеру, убирая свою ногу с его ботинка. — И сегодня ты спишь один. Аня меня поддержит, уж будь уверен.

— Безобразие и произвол, — тяжко вздохнул главный чародей Новокузьминска, ни капли не усомнившийся в том, что девушка действительно сумеет осуществить свою жуткую угрозу. — Больше не буду тебя брать на роль «злого полицейского», ты слишком сильно входишь в образ…

— А ты — извращенец, который регулярно нам с Аней изменяет, — фыркнула волшебница. — Вместо того, чтобы за юбками волочиться, попробовал бы лучше хоть лет на десять принять обет безбрачия с прочими аскезами. Глядишь, поднакопишь энергии и действительно станешь архимагом или хотя бы его убедительным подобием.

— Жизнь слишком коротка, чтобы заниматься настолько сомнительными экспериментами, — аж содрогнулся от такой перспективы главный маг Новокузьминска, который собственно волшебником-то стал недавно, лишь после Конца Света, а вот гордого звания «бабник» мог быть удостоен еще многие годы назад. — Мир спасать надо, ведь часики-то тикают, а порталы заливают планету неприлично высоким содержанием магии и обитателями соседних измерений. Интересно даже, станет ли хоть для кого-нибудь этот леденящий душу пиздец старыми добрыми временами…

Глава 1

— Сжечь ересь! — Потребовал я, а после бы еще и кулаком по столу стукнул…Да только в кустах, где мы прятались, не было ни стола, ни даже какого-нибудь завалящегося рояля. Ну, оно и понятно, кусты-то стояли на не самом маленьком холме, тяжело бы сюда было подобную мебель закатывать или тем паче заносить. Даже извечный техногенный мусор в виде пластиковых пакетов или пустых бутылок тут отсутствовал, видать ветром их отсюда сдувало. А потому единственным, что шуршало у нас под ногами, была красно-желтая осенняя листва.

— Может, не будем торопиться? — С некоторым сомнением протянула Аня, переминаясь с ноги на ногу, неловко ерзая и шурша опавшей осенней листвой на всю округу. Огромный рюкзак с награбленными в деревенской аптеке препаратами, среди которых отыскался и так необходимый одной из моих любовниц инсулин, определенно был для неё слишком тяжел, однако расставаться со своей добычей девушка-медик упорно не желала. Похоже, кража её вещей вместе с жизненно необходимым препаратом еще в первый день после Конца Света оставила после себя психологическую травму, просто раньше я её как-то умудрялся не замечать… — Они же явно разумные! И на нежить не похожи…Но бы там ни было, они возят грузы в телеге! Значит, какая-то часть определенно люди, сохранившие как минимум часть своей личности…Возможно, земляне. Вдруг их получится спасти?!

— Пусть позиция нашего главного мага и подобает какому-нибудь рьяному инквизитору, но я её поддерживаю. — Егор, вообще-то формально являющийся среди нас главным на время этой вылазки, убрал от глаз бинокль, и принялся напяливать на голову трофейный рыцарский шлем, у которого из-под облупившейся камуфляжной окраски кое-где стала проглядывать первоначальная позолота. — Эти существа должны быть уничтожены, лучше всего огнем. Я согласен, что они разумные. Я даже допускаю, что часть из них раньше являлась нашими соотечественниками и сохранила некоторые знания. Но их нынешнее состояние, безусловно, представляет угрозу для всех обитателей Новокузьминска, и у нас нет возможности вернуть им человеческий облик, а потому сантименты тут не уместны.

— И вообще, если кто-то похож на самоходную кучу тины и строит муравейник из собственных соплей за компанию со столь же мутировавшими лосями, коровами и динозаврами, значит, его мозги съела какая-нибудь магическая плесень. — Вздохнул я, снова косясь в сторону аномального объекта, который делающие очередной обход патрульные обнаружили на нашей территории. Четырехметровой высоты холм, на первый взгляд кажущийся хаотическим нагромождением мусора, кипел жизнью и непрерывно увеличивался в размерах. Заросшие какой-то бурой дрянью с ног до головы животные и люди обмазывали его срыгнутыми из своих желудков комками. И даже если отбросить в сторону какую-то непонятную фигню, покрывающую одежду представителей человечества и большую часть тела, выглядели они не лучшим образом. Худые, перемещаются с места на место дерганными короткими рывками, часто застывают в середине движения секунды на три-четыре. Еще одна группа непонятных созданий, где перемешались воедино и безропотно сотрудничали с представителями иных видов представители человечества, тролли, какие-то мелкие ящеры и один медведь шустро разгружали огромнейшую телегу, запряженную где-то потерявшим рога трицератопсом. В повозку с горкой напихали стволы свежесрубленных деревьев, заботливо очищенные от мелких веток. И прямо рядом с машиной то ли бобры то ли еще какие грызуны-переростки разделывали их на неровные куски, при помощи которых наращивали странное сооружение. — По-настоящему разумные существа, даже если они добровольно вступили в союз с каким-нибудь грибком или оказались поражены странной болезнью, навязывающей им новые инстинкты, заняли бы какое-нибудь готовое здание или упрятали свое логово под землю…И выставили часовых, пусть без ружей, но в относительно приличной одежде и с плакатами на тему «Посторонним вход воспрещен» или «Биологическая опасность». Раз уж смогли освоить концепцию использования колеса и телеги, то с нормами поведения эти твари уж точно должны были разобраться. Но ладно, так уж и быть, попробуем мы переговоры. Смертника пошлем.

Через пять минут из кустов, где мы прятались, раздвигая ветки своей голой грудью вылезла неуклюжая долговязая фигура и неуверенной шатающей походкой проследовала в сторону непонятного муравейника. По пути наш посланец раза четыре упал, и подняться обратно на ноги, чтобы утвердиться в вертикальном положении ему стоило немалых трудов, однако же свою роль этот гонец исполнил, и поставленной перед ним цели достиг. Когда до логова покрытых странной бурой растительностью людей и животных осталось чуть больше километра, чужак оказался замечен, и ему наперерез была выслана группа из полутора десятков самых разных созданий. Бодрой рысью действующие воедино представители разных видов достигли дипломата, окружили его, а после разорвали на части, несмотря на поднятые вверх руки и слова: «Мы пришли с миром». Только пластик в разные стороны полетел.

— Ай! Блин! Будь проклята эта обратная связь долбанутая! — Подскочила со своего места Аня, срывая с головы управляющий обруч. Девушку натуральным образом трясло всем телом от фантомных ощущений, пусть даже дистанционно управляемый голем модели «Смертник», основной для которого послужил обычный пластиковый манекен из магазина одежды, в принципе не мог испытывать болевых ощущений. Однако когда эти конструкции оказывались уничтожены настолько жестоким образом, то командующее оживленной куклой сознание автоматически начинало испытывать неудобства, думая будто с телом чего-то не так, сильно не так, а мозг затопляло адреналином и паникой. По себе знаю, насколько это неприятно. С тех пор, как пленный колдун из летающей крепости научил нас придавать часть свойств живых организмов правильно сделанным конструкциям, я уже штук десять подобных дронов угробил, отправляя их в те места, куда разведчиков посылать было слишком опасно.

— Ну вот, нашумели, — расстроено вздохнул Егор. Закончивший жестокую разборку с манекеном отряд метнулся в сторону поросшего кустами холма, рабочие спешно погрузились в повозку, которая двинулась в нашу сторону, а из внутренностей муравейника выскочило еще несколько десятков покрытых бурой дрянью людей и животных. — Ань, ну разве можно так себя вести, когда мы должны скрытыми оставаться? Это ж настоящий критический провал! Если бы у тебя был хоть один уровень в навыках скрытности, пришлось бы его тебе понизить…

— Прости, Семен, кажется, ты был прав. Сжечь надо этих уродов. Издалека-то не видно, но у них вместо глаз фигня какая-то шевелящаяся, на червяков смахивающая. — Аж передернулась от неприятных воспоминаний девушка, проигнорировав подначивание военного. А ведь вообще-то в силу своей профессии она довольно давно научившаяся перебарывать брезгливость. И людьми число мертвых тел, которые она успела повидать, отнюдь не ограничивалось. А некоторые из покойников еще и дергались, рычали, да всячески пытались уползти с прозекторского стола, пока мы их изучали. Видимо облик мутантов вблизи являлся действительно омерзительным… — Не знаю, чисто материальную природу имеют эти паразиты или еще и магия в ход пошла, но видеть с такими пассажирами точно нельзя. Значит, твари как-то компенсируют им недостаток зрения и почти наверняка напрямую связаны с мозгом, глаза как раз самый короткий путь.

— А на слепых они не похожи, вон как шустро бегают, — заметил Егор, кивая в сторону приближающихся к нам мутантом, а потом потянулся к висящей на поясе рации. Не то, чтобы у нас магических систем связи в принципе не было…Но пока чисто технологические аналоги выигрывали в качестве звука, надежности и, самое главное, компактности. А последнее при выходах за пределы городских укреплений являлось ой каким важным фактором. — Батальон, слушай мою команду! Порвите их.

Из-за холма, на вершине которого мы сидели, на открытую местность один за другим выкатилось двадцать броневиков и шесть автобусов, обшитых металлическими листами. Вращающиеся башни с пушечными стволами смотрелись крайне грозно, но бояться мутантам стоило вовсе не их. Отодвинулись в сторону заслонки, выпуская на свободу руки с держащими их магическими посохами, а после в воздухе одно за другим стали образовываться целые соцветия прекрасных в своей разрушительной красоте огненных пульсаров, подобно устремившихся вперед подобно пылающим метеорам или залпам реактивной артиллерии. Твари, в прошлом бывшие людьми и животными, определенно не до конца утратили разум и имели какой-то способ координировать действия между собой, поскольку брызнули в разные стороны, подобно каплям воды. Даже из влекомой динозавром телеги, которая попыталась на полном ходу совершить крутой поворот, но в результате лишь перевернулась вверх тормашками, не сумев совладать с набранной инерцией. Нормальные люди бы после такой аварии расшиблись к чертям собачьим или, по крайней мере, остались бы лежать и охать, а этим хоть бы хны, улепетывали быстрее зайцев…Но все-таки не быстрее созданных боевой магией энергетических снарядов, над траекторией полета которых создатели сохраняли определенный контроль. Один за другим пульсары настигали заросших бурой дрянью мутантов, и соприкосновение ярко светящейся волшебной сферы с плотью зараженных существ раз за разом порождало небольшой взрыв, расшвыривающий в разные стороны обугленные ошметки чудовищ, не делая особой разницы между одеждой, шкурой, плотью и костями. Чары, способные сделать сквозное отверстие в бетонной плите, разрывали свои цели как ипотечный кредит мечты о счастливой жизни. Оставалось лишь надеяться, что заразившая этих существ пакость не будет представлять опасность в подобном состоянии, поскольку собрать все до единого кусочки уничтоженных монстров мы попросту не сможем, да и напалм для нас слишком дефицетен, чтобы заливать им тут все и вся…Хотя если альтернативой станет биологическое заражение данной местности, то все-таки придется потратиться. Живых людей-то за пределами стен Новокузьминска теперь найти чертовски сложно, но вот всякого зверя предостаточно, поскольку динозавры, лоси, зайцы и прочие представители фауны, а иногда даже и флоры, лезут через порталы буквально каждый день. И пусть в радиусе в семидесяти километров, где мы заткнули земляными или даже бетонными пробками врата в иные миры, количество диких животных все-таки будет поменьше обычного, но все равно проезжая по дороге запросто можно распугать стаю кабанов или лоб в лоб столкнуться с трицератопсом, полагающим бронированный грузовик опасным соперником, претендующим на его территорию.

Те два отряда тварей, которые были к нам ближе всего, оказались рассеяны уничтожены меньше чем за минуту. Лишь пяток самых везучих или быстроногих монстров смог избежать беспощадных сгустков энергии и вернуться обратно к своему муравейнику, смешавшись с последней группой мутантов, оттянувшейся на защиту своего логова. Если у того разума, который контролировал данных созданий и была надежда, что их оставят в покое, то она явно должна была рассеяться после того, как броневики и автобусы неспешно двинулись вперед.

— Вот сейчас и узнаем, способны ли они к диалогу или нет, — задумчиво произнес я, рассматривая гору древесного мусора, покрытую бурой дрянью. Пока мутанты абсолютно ничего не смогли противопоставить нашим войскам. Даже если монстры обладали аномальной силой, живучестью, нечувствительностью к боли, ядовитым касанием, заражающими плевками и прочими прелестями, смертоносными на близкой дистанции, сложновато продемонстрировать их эффективность, когда враги тебя к себе и на сотню метров не подпускают, расстреливая из магической артиллерии. А если бы её вдруг оказалось мало, могли бы и из обычной добавить, пушечки на броневиках отнюдь не для красоты стояли. Да и заряжены были совсем не грубым черным порохом. Ушли в прошлое те времена, когда лишенные даже малейшего шанса защитить себя люди взирали на обладателей охотничьих двустволок с отчаянной надеждой или бессильной завистью. Ныне в Новокузьминске вовсю производились легкие полевые орудия и снаряды к ним, спасибо кладу, найденному мародерами на чердаке одного старенького дома, где когда-то проживал отставной военный. Хотя может и не военный, а просто преданный фанат оружейного дела. Пожелтевшие от времени страницы различных энциклопедий и справочников, в мельчайших подробностях описывающих артиллерию, винтовки, пистолеты, пулеметы, разнообразные виды пороха и прочие милые сердцу милитариста игрушки пусть и датировались серединой двадцатого века, но были для нас во много раз дороже золота. Или даже обогащенного плутония, засунутого в корпус атомной бомбы. Ведь она одна такая была бы одна, а с помощью той литературы, которую последние владельцы жилья считали скорее макулатурой, раз относились к ней столь небрежно, мы могли обеспечить целую армию! Хватило бы производственных мощностей и людей, которым можно ту же винтовку доверить. — По-настоящему разумное существо, когда его намереваются раскатать танками, хотя бы должно попытаться выбросить белый флаг и задрать лапки кверху. Все-таки низкие шансы на проявление милосердия или практичности, если победитель сможет получить какую-то выгоду от эксплуатации побежденного, предпочтительнее гарантированного уничтожения.

— Это только в том случае, когда муравейник представляет хоть какую-то ценность для его обитателей, — заметила мне Аня. — Если он такой один из тысяч, разбросанных по куче измерений и твари не особенно ценят свою жизнь по сравнению с успехом всего их племени, то со стороны вражеского командующего было бы логичным шагом пожертвовать этой грудой бревен. Да и вообще, как знать, вдруг у них все-таки найдутся козыри?

Земля рядом с грузовиками вдруг брызнула в воздух фонтанами и я скривился, сообразив, что первоначальная ассоциация вражеского логова с муравейником была очень и очень уместной. А у этих насекомых на поверхности расположена лишь малая часть их общежития, в то время как ниже уровня почвы располагаются все основные помещения вроде камеры королевы или там яслей. Не знаю уж, копали ли твари специализированные залы, однако паутина подземных ходов у них точно имелась. И сейчас из неё прямо вблизи наших грузовиков выбирались монстры, судя по всему и являющиеся главной ударной силой сообщества, с которым мы столкнулись. Десятки покрытых бурой дрянью туш животных и людей исхудали практически до состояния скелетов, однако же взамен обзавелись новыми дополнениями к своей анатомии. А именно торчащими из спин массивными кольчатыми щупальцами…Или все-таки огромными червями, высунувшимися наружу из организма-носителя?!

Сотни вырвавшихся из-под земли тварей безмолвной волной со всех сторон потекли к машинам из тех дыр, которые использовали как выход на поверхность. По счастью, уронить машины в свои норы наши враги все-таки не додумались…Или не могли, поскольку на траектории движения транспорта с весьма дальнобойными магами на борту подходящих коммуникаций не имелось. Броневики вспыхнули пламенем в прямом и переносном смысле слова. Фонтанчики пламени, вырывавшиеся из протиснутых в бойницы стволов, выкашивали монстров потоками свинца. И жаром напалма встречали чудовищ струи предназначенных именно для подобных ситуаций огнеметов, ведь пусть радиус их поражения и невелик, зато именно подобное оружие способно вселить страх в любое живое существо, и даже в часть не очень-то живых, наподобие бесплотных духов, одержимых и прочей пакости. К сожалению, конкретно эти враги не боялись горящего бензина, смешанного с липкими и высокотемпературными присадками, бросаясь на пытающиеся развернуться машины подобно муравьям, тушащим пожар собственными телами…Бросаясь и застревая на торчащей в разные стороны остро отточенной арматуре, предназначенной именно для подобного сверхближнего боя. А с учетом того, что броневики еще и не стояли на месте, а весьма активно двигались, остро наточенные грани стальных штырей рвали плоть на зависть любым мечам. Некоторые мутанты несмотря на ужасающие травмы умудрялись протиснуться вплотную к броне и раз или два стукнуть по ней лапой, кулаком или щупальцем, но результатом их усилий стали лишь кровавые разводы от расшибленных в кашу конечностей. Укрепленный магическими обрядами металл сокрушить было совсем не просто, пожалуй, обшивка транспорта из наших гаражей могла бы поспорить в прочности с корпусом настоящего танка…Если, конечно, тяжелую бронетехнику не прогнать через обработку профессиональными артефакторами.

— Семен! — От размышлений и созерцания битвы меня отвлек испуганный женский крик, раздавшийся прямо над ухом треск выстрелов и злобное шипение, которым карабкающиеся на холм мутанты отреагировали на ударившую прямо им в рожи автоматную очередь. — Они и до нас добрались!

Как оказалось, обитатели муравейника не только не забыли про сидящих в кустах наблюдателей, но даже и не поленились отправить к нам лично своих представителей, для более тесного общения так сказать. И если бы не бдительность Егора, они бы имели все шансы захватить нас врасплох, поскольку передвигались на удивление тихо. К счастью, приоритет нам враги присвоили довольно низкий, да и нору на верхушку холма им было явно лень копать, а потому в гости через вездесущие кусты ломилось всего с десяток тварей, из которых всего одна заметно превосходила по размерам среднестатистического человека, будучи не то сильно мутировавшей коровой, не то все-таки минотавром. Сказать точнее мешала покрывающая все кроме рогатой головы корка бурой дряни, из которой в трех местах торчали белесые кольчатые шланги в руку толщиной с зубастыми пастями на конце.

— Семен! Если они нас испачкают, стирать и обеззараживать одежду будешь сам! — Свою жуткую угрозу Аня сопроводила броском к подножию ободранной банки, в которой года три назад плескалась газировка. Но ныне эта емкость была заполнена совсем другим содержимым, имеющим нечто общее с обитателями муравейника. Во всяком случае, оно тоже происходило из другого мира, тоже было живым, тоже имело щупальца, и тоже было довольно агрессивной. Пусть даже агрессия её и подошла бы скорее не берсерку, а камикадзе. Когда тонкая жестяная оболочка смялась от удара о землю, то деформировался и обитающий внутри кислотный слизень, раскормленный сотрудниками арсенала достаточно сильно, чтобы набравшее массу существо уже не могло вылезти обратно наружу через маленькую дырочку. А сей монстр был весьма опасным, но очень нежным и, будучи обиженным в лучших чувствах, взял и лопнул, накрывая область в несколько метров волшебной кислотой, способной проесть и сталь, и камень, и даже магические барьеры. Один из врагов развалился на куски сразу, еще трое пусть и продолжили двигаться вперед, но обильно истекали кровью и какой-то слизью из медленно увеличивающихся ран, остальные отделались легкими травмами, которые однако же кого-нибудь вроде человека могли бы и надолго в койку уложить.

— Спокойно! Сейчас их не станет, — оповестил своих спутников я, сжимая в руке магический перстень, который приготовил к бою еще когда мы только-только подъезжали к муравейнику. Острия, расположенные на тыльной части артефакта легко пробили кожу, по остающемуся в целом неподвижным телу словно прокатилась стремительная волна какой-то глубинной дрожи, по ощущениям сильно напоминающая последствия от чихания, а в глазах на миг потемнело из-за выкачивания немалой части жизненных сил. Но результат того стоил, поскольку возникший в воздухе бешено вращающийся ледяной диск прямо по воздуху двигался в нужную сторону покорно моей воле и мог без проблем разобраться и с куда более грозным врагом.

Быкоголовый, оказавшийся не только самым крупным, но и самым резвым, несмотря на десяток сочащихся темной жидкостью дырок в шкуре уже почти добрался до нас. Он попытался вцепиться в стремительно приближающуюся к нему сверкающую плоскость сразу зубастой пастью, червями и лапищами…А потом развалился на две практически равные половинки, истекая ведрами крови и мерзкой блестящей белой слизи, в которой чего-то шевелилось. Шлепнулась на землю грудная клетка и верхние конечности, а ноги продолжили по инерции бежать, прежде чем споткнулись секунды через две. Ставшая целью номер два ящероподбная фигура, у которой не такие уж и большие паразиты торчали из глазниц, вообще разлетелась на мелкие кусочки. Подобно огромной циркулярной пиле заклинание резало плоть карабкающихся на холм мутантов, не зная ни жалости. Правда, острые поначалу края стремительно тупились, и две последних жертвы лишь расшвыряло в стороны переломанными куклами…И Егор тут же произвел в них контрольные выстрелы, разбивая автоматными пулями черепушки тварей. Я опасался, что придется еще бегать от червей, покинувших тела своих носителей и способных легко затеряться в листве…Но как ни удивительно, зубастые кольчатые отростки умирали вместе с носителями, обмякая подобно вареным макоронинам и не делая попыток отправиться в автономное плавание.

— Похоже, мы выиграли эту битву, — констатировал я, с удовлетворением рассматривая уничтоженных чудовищ. Как тех, которые лежали перед нами, так и тех, кто безуспешно пытался штурмовать броневики, вокруг каждого из которых летали теперь расширяющимися кругами по три-четыре бешено вращающихся ледяных диска, выкашивающих на своем пути все живое. К сожалению, мы пока не смогли добиться от боевых рунических артефактов собственного производства той же компактности, которую имеют мои трофейные перстни. Но одним из преимуществ высокоразвитой цивилизации является то, что если нашим солдатам надо взять с собой пяток громоздких, хрупких и узкоспециализированных магических посохов, то они спокойно прикрепят их к потолку машины, в которой едут, а не будут тащить на своем горбу. И когда к свинцовому ливню, потокам напалма и торчащим во все стороны острейшим лезвиям присоединилась еще и боевая магия, мутанты ежесекундно стали погибать сотнями и быстро кончились. Лишь пара десятков стремительно разбегалась в разные стороны…И падала, когда их настигали пули, выпущенные в спину из автоматов или дальнобойных охотничьих винтовок, ставших неплохим снайперским оружием. — Егор, свяжись по рации с нашими вояками, пусть доложат о потерях.

В одном из автобусов сорвали прикрывающую окно бронированную панель и плюнули внутрь не то кислотой, не то каким-то жидким контактным ядом, обеспечив троим бойцам ожоги средней степени тяжести. Еще парочка, но теперь уже в броневиках, могла похвастаться переломами, появившимися, когда кто-то очень сильный их машины чуть не опрокинул таранным ударом. Какой-то умник умудрился напороться на боевой нож своего товарища, непонятно почему вылетевший при тряске из ножен, но кровью ему истечь вроде бы не грозило даже без уже оказанной медицинской помощи. Остальные бойцы если и пострадали, то отделались синяками, про которые и упоминать-то было стыдно. Да и рассосутся они сами максимум к завтрашнему утру. Едва ли не единственным плюсом того факта, что наш мир ныне был буквально переполнен магией, стало заметно укрепившееся здоровье людей, позволяющее забыть о подавляющем большинстве хронических заболеваний и не обращать особого внимания на те раны, которые раньше заживали бы как минимум неделю.

— Что ж, это победа, — констатировал я, закончив выслушивать доклады вперемешку с помехами. Тем временем от броневиков в сторону муравейника устремился залп огненных пульсаров, разбросавший в разные стороны верхушку странного сооружения. Зачистку конечно придется производить пехоте, сейчас сидящей в автобусах…Но это только после того, как артиллерия там с землей всё основательно перемещает. Жалости к противнику у нас нет, а лишние потери не нужны абсолютно. — Полагаю, можно поздравить восьмой батальон Новокузьминска с его успешным боевым крещением!

— Можно-то можно, только мне малость тревожно, — проявил неожиданные поэтические наклонности Егор, наблюдая за тем, как новая волна огненных пульсаров обрушивается на обреченный муравейник. — Но не слишком ли быстро мы шагаем? Все-таки в последних трех батальонах, которые мы сформировали, землян всего лишь процентов двадцать, ну в лучшем случае двадцать пять…Как бы проблем не огрести с этим иностранным легионом!

— У нас нет выбора, если хотим успеть спасти остатки нашей цивилизации и саму планету. — Я тоже понимал всю опасность столь быстрого наращивания сил за счет переселенцев из иных миров, которых мы освободили из рабства. Все-таки они были детьми крайне жестокого общества, а дикарь, умеющий пользоваться автоматом, дикарем быть не перестанет. Оставалось лишь надеяться, что благодарность за спасение и верность новому дому, по сравнению со старым являющимся чуть ли не раем на земле, будут перевешивать жажду удовлетворения собственных амбиций…Особенно если помочь им страхом перед наказанием и опаской выступать против мощи, которую я и прочие лидеры Новокузьминска будут все-таки стараться концентрировать в руках коренных землян. — И переложить эту почетную обязанность, к сожалению, не на кого. Слышал последние сводки новостей, полученные благодаря радио? Вампиры одержали крупную победу вблизи руин Москвы и теперь выдавливают армейцев к западной границе страны, а на юге в дополнение к рыцарям-извращенцам, которые геноцидят всех подряд, еще и рыболюди из морей поперли! Скорее всего, те же самые, которые пытаются затапливать наших восточных соседей, превращая Оренбургскую область в одно большое болото!

Глава 2

— Внимание, у нас тут какая-то фигня! — Прозвучал из рации смутно знакомый голос, сопровождаемый сильнейшим треском помех, время от времени чуть ли не полностью забивающим человеческую речь. Не то сильное изменение магического фона Земли как-то повлияло на работу этих приборов, не то наши доморощенные радиолюбители раз за разом давали маху, собирая аппаратуру для броневиков и прочего транспорта, однако по какой-то причине о нормальной передаче звука жителям Новокузьминска оставалось только мечтать…Скорее всего было виновато именно волшебство, поскольку в остальном работающие ради выживания нашего анклава специалисты умудрялись превзойти самих себя, лишь бы снова не оказаться с голыми руками против голодных динозавров, ходячих мертвецов, троллей и прочих чудовищ. Да они даже самодельные беспилотники в небо поднять умудрялись и получали с них картинку удовлетворительного качества! — Впереди комплекс из заправки, небольшой гостиницы и придорожного кафе, а рядом с ними большие трейлерные грузовики, которых там точно не было, когда мы ехали муравейник громить. Много, штук десять! И…И броневиков шестеро! Похожи на наши, но все-таки не наши. Металлом оббиты со всех сторон, и какие-то турели есть, но арматура не торчит во все стороны. Люди само собой мельтешат…В камуфляже, касках и с автоматами. О! Еще танков там парочка, вот только сейчас увидел, они у здания гостиницы стоят.

— Оп-па! — Не сдержался водитель броневика, в котором я ехал на месте одного из пассажиров, от возбуждения даже отпустив правой рукой руль и хлопнув себя по коленке. Впрочем, меня и самого донельзя заинтриговали подобные известия, да и вообще после доклада не иначе как из головной машины весь батальон, наверное, пребывал в состоянии лихорадочного возбуждения. Особенно земляне, у которых к обеспокоенности и напряженности теперь наверняка примешивалась еще и робкая надежда. — Да никак у нас новые соседи нарисовались?! Через какой-нибудь портал пролезли и теперь бензин из заправки качать пытаются?!

После Конца Света любые новости чаще всего оказывались плохими…Однако, исключения все же бывали. И подготовленный к условиям нового жестокого мира автотранспорт мог стать именно тем исключением, которое подтверждает правило. Ведь самодельные броневики — это земляне, а земляне — это возможные родственники, друзья, да просто знакомые или носители той же культуры, в будущем способные влиться в наши ряды или просто по умолчанию являющиеся союзниками против большинства напастей нового мира, вроде той же нежити. Если только нам не повстречались какие-нибудь бандиты, упивающиеся своей властью над беззащитными и грызущие осколки павшей цивилизации или поехавшие крышей сектанты. К сожалению, Конец Света частенько обнажал все самое худшее в человеческих душах и мерзавцы, больше не чувствующие над своей головой карающую руку закона, пускались во все тяжкие, с лихвой обгоняя в жестокости, кровожадности и беспощадности какого-нибудь вечноголодного ходячего мертвяка, жаждущего встретившихся ему людей всего-лишь сожрать живьем. Это конечно больно и страшно, но по крайней мере быстро. А обладатели разума в своей кошмарности при желании могли дать фору любому тупому зверью, пусть даже то и представляло собой дикого духа, вселившегося в не до конца разложившийся труп и подогнавшего эту гнилую оболочку под свои нужды, нарастив клыков, когтей, костяной брони и дополнительных конечностей.

— Может и соседи, а может и кто похуже. Забыл уже, как мы бандитов с завода выбивали? Их главари от нас вообще-то как раз на танке и сбежали…Может нашли где-то другой, сколотили новую шайку, да решили вернуться. — Бензина в этих краях давно уже не было, наши снабженцы еще весной должны были в данном регионе последние хранилища опустошить. Вот только откуда это знать тем, кто попал в окрестности Новокузьминска, попрыгав по порталам и теперь, скорее всего, сам не понимает, где находится. Конечно, чисто теоретически они могли и по нормальным дорогам приехать, но это вряд ли. До ближайших городов, где сохранились хоть какие-то осколки прежнего мира, было свыше сотни километров. И там своих броневиков не делали, да к тому же отлично знали, что рядом с нами мародеру может повезти разве только случайно, ведь лишившиеся жителей населенные пункты мы грабили систематически и организованно. — Дай-ка сюда рацию…

— Всему батальону полная боевая готовность, — опередил меня Егор, который ехал в другом броневике. Штабных машин с повышенным уровнем комфорта и безопасности у нас в принципе не было, да и сложнее полностью лишить батальон командования, если руководство по разным транспортным средствам рассредоточено. — Смотреть по сторонам, это может быть засада, но даже если кого-то заметите, то сначала доложите мне. Первыми огня не открывать! Останавливаемся в трех километрах от заправки, чародеям подготовить посохи, двигатели не глушить. Струянов, это ты в головной машине сидишь? Тебе видно, чем там занимаются неизвестные?

— Да вроде машины разбирают, которых рядом с заправкой штук сто владельцы зимой побросали, когда дорогу аварией перегородило. — Последовал неуверенный ответ. И, честно говоря, у меня он вызвал некоторое недоумение. Зачем кому-то могло понадобиться разбирать брошенный хозяевами транспорт? Нет, понятно, что запчасти на дороге не валяются, а новых в неработающие автосалоны никто со вставших заводов не привезет…Однако мне казалось, что уж чего-чего, но легковых машин на старушке Земле осталось куда больше, чем тех, кто умел бы их водить. И копаться в ничейных легковушках у черта на куличиках смысла нет, бесхозные детали лежат чуть ли не на соседней улице…В случае Новокузьминска — на специальной то ли свалке, то ли все-таки стоянке, куда отбуксировали ненужную технику. — Я вот прямо сейчас в бинокль вижу, как сразу у нескольких легковушек капоты открыли и во внутренностях копаются! А двое каких-то солдатиков с автоматами мотор в кузов одного из грузовиков затаскивают. Ух и здоровые они должно быть лоси, раз не надорвались еще…И даже каски не сняли и автоматы с плеч не сбросили…О! Нас наконец-то заметили! Люди побросали свою работу и за оружие схватились! Разбегаются кто куда, одни в машины запрыгивают, другие по зданиям хоронятся…

— Скорее эти двое чем-то провинились, раз их при полной амуниции так пахать заставили, — хмыкнул Егор, явно не огорченный тем фактом, что мы утратили фактор внезапности. Впрочем, как прикажете маскировать двигающуюся автоколонну? — Сам один раз чуть не отправился в костюме химической защиты нормы по марш-броску выполнять, когда из увольнительной вернулся с запозданием…Хотя автоматы — это все-таки непорядок, даже если разряженные, а ну как уронят и испачкают, а то и поломают… Семен, займешься дипломатией? Рубашку на белый флаг одолжу.

— Займусь, само собой, — как-то так получилось, что почти всегда важные для Новокузьминска переговоры проводились со мной или хотя бы при моем непосредственном участии. А тут и никого никуда везти не требовалось, оба участника диалога уже здесь. — Только выдели-ка ты мне в качестве эскорта три машины и штук сорок латников из тех, кто доспехами понаряднее и уровнем не ниже пятого. Чтобы посолиднее смотрелись, а в случае конфликта, еще и неприятно удивить могли на близкой дистанции даже тех, кто в танке.

— А три машины — это не слишком много? Не посчитают за атаку? — Засомневался лейтенант. — Да и четыре десятка латников…Ты, считай, всех профессиональных рукопашников батальона с собой взять хочешь…

Класс латника в нашей внутренней документации присваивался специалистам по сражениям при помощи зачарованного оружия и тяжелой брони, играющей роль волшебного экзоскелета. Пятый уровень в нем подразумевал людей, прошедших весьма суровые тренировки и способных не просто профессионально таскать на себе днями напролет стальную скорлупу и драться в ней, но и поддерживать в течении как минимум пары минут режим усиления, превращающий подобного бойца в сверхчеловека, способного танку не хобот загнуть, так крышку люку оторвать, чтобы внутрь гранату кинуть. Обладатели подобных навыков обычно применялись нами при обыске заброшенных зданий. И, теоретически, для штурма хорошо защищенных укреплений лучше всего подходили тоже именно они. Или для внезапных стычек с теми, кто с тобой минуту назад разговаривал, а потом не прерывая диалога начал стрелять в спину. Несмотря на кажущуюся неповоротливость, облаченные в тяжелую металлическую амуницию люди на короткой дистанции могли бы обогнать лошадь, ведь работа ног тоже вполне себе усиливалась. Пули, конечно, уравнивают в бою сильных со слабыми…Но обычное огнестрельное оружие не принесло бы латникам вреда, пока не устанут духи, вселенные шаманами в спрятанные под броней костяные амулеты и отлично умеющие перехватывать всякую опасную быстролетящую пакость.

— Если дойдет до драки, там от них все равно будет больше пользы, чем здесь. — Отмел я его возражения. Конечно, этикет ведения военных действий предполагает, что явившийся под белым флагом посланник есть лицо неприкосновенное…Но сдается мне, что цивилизованные правила ведения войны умерли все с цивилизацией, их породившей. — Да и три машины в самый раз. Времена сейчас опасные и если они не идиоты, то должны понимать, что мы не особо доверяем тем, кого в первый раз видим.

Как это ни удивительно, но возиться с привязыванием белой рубашки к какой-нибудь палке нам не пришлось, среди вещей, который прихватили с собой офицеры восьмого батальона в первом боевом выезде, оказался и вполне профессионально сделанный символ мирных переговоров или капитуляции. Валялся он в багажном отсеке одного из бронированных автобусов вместе с картами, инструкциями по ремонту автобуса, запчастями, компасом, пайками сверхдлительного хранения, насосом, канистрой бензина, русско-английским переводчиком и прочим барахлом, которое обычно применения себе не имеет, но если вдруг понадобится, то без него никуда. Впрочем, оно и неудивительно. Насчитывающее целых пять сотен человек боевое подразделение просто физически не могло обойтись без подобных запасов, пусть даже его действия в продолжительном отрыве от Новокузьминска и не предполагалось. А ну как одна из машин посреди чистого поля встанет или наоборот, какие-нибудь чудом уцелевшие беженцы, отсидевшиеся после Конца Света по подвалам, на пути попадутся? И тот же белый флаг при необходимости из символа мирных переговоров и добрых намерений легко превратится в носилки, материал для перевязки или даже топливо для костра.

Разумеется, приближение нашей колонны внимательно отследживали, и когда основная часть батальона остановилась в трех километрах от заправки, то там уже были полностью готовы к нашей встрече. Во всяком случае, бронетехника выехала из-за грузовиков и недвусмысленно направили стволы своих орудий в нашу сторону. Но стрелять не стали. Даже когда прямо к ним очень-очень медленно двинулось три броневика, на крыше первого из которых развивался белый флаг, с трудом воткнутый в щель между криво приваренными стальными плитами. Про держатель для столь нужной вещи наши инженеры как-то не подумали, да из забранного сплошной решеткой окна наружу высунуться с древком в руке не имелось ни малейшей возможности. И когда машину от души тряхнуло на какой-то колодобине он упал, и пришлось останавливаться, чтобы водрузить на место символ мирных переговоров.

— Полегче там, не дрова везешь! — Крикнул водителю облаченный в трофейные ярко-алые металлические латы латник, прежде чем снова скрыться в кузове переделанного грузовика, который пусть и оброс прочной скорлупой и торчащими в сторону шипами, но более комфортным изнутри уж точно не стал. — Мы себе уже столько синяков понаставили, будто успели не только вступить в битву, но и с треском её проиграть!

— Да слышу, как вы там друг об друга боками бьетесь! Но что я сделаю, когда тут весной растаял снег, а с ним асфальт?! — Не остался в долгу водитель, который к его чести действительно пытался объезжать самые большие ямы. Получалось, правда, не очень…Тут, чтобы не страдать от колдобин, требовалось либо ремонт дороги сделать, либо лететь. А ведь дальше будет только хуже, благодаря циклам из замерзания льда в разных трещинах! Увы, заниматься восстановлением асфальта в окрестностях Новокузьминска мы точно в ближайшие годы не будем: ни времени нет, ни сил. Наверное, придется развивать авиацию, ну или хотя бы какие-нибудь волшебные вездеходы мастерить. — Кстати, а танки то вроде похожи на наши, которые от вояк на вокзале остались. Да и сами они на армейцев смахивают.

— Похожи, — согласился я, рассматривая бронетехнику, до которой осталось не так уж и далеко. Даже парочку людей, которые не залегли в укрытия, можно было хорошо рассмотреть. И они довольно сильно напоминали армейских офицеров, поскольку расхаживали в бронежилетах и каких-то зеленых касках. Только один был в шапке с блестящим черным козырьком и плоским верхом, офицер видимо. — Но это еще ничего не говорит. Благодаря наследию Советского Союза, униформу примерно нашего образца, отечественную бронетехнику и те же автоматы Калашникова можно найти на половине земного шара. Вторая половина в США закупалась.

Вблизи стало понятно, что прав оказался все-таки водитель, а не я. Намалеванный на танковых башнях российский триколор сложно было с чем-то перепутать, да и оставшиеся стоять на виду офицеры обладали вполне себе русскими физиономиями, а не каким-нибудь китайским социалистическим прищуром. И одеты оказались в ту же форму, в которой носился по Новокузьминску лейтенант Мирохин и его бойцы. Только обмундирование этой парочки было заметно менее изношенным, а звездочек на погонах виднелось побольше, чем у нашего главного вояки. Правда, большая часть стоящей у заправки техники на то, что могло бы иметься внутри армейских складов, походила не сильно. Такие же бронированные в кустарных условиях грузовики как у нас, только нет защитных шипов из наточенной арматуры, да из бойниц торчат не куски водопроводных труб, ставших стволами небольших самодельных пушечек, а вполне себе исправные пулеметы. Видимо этим людям повезло как минимум жесткий голод по части патронов не испытывать. Мы же фабричные боеприпасы вынуждены покупать либо в Казахстане, либо в Белоруссии, используя один канадский городок в качестве посредника. И это выходит ой как недешево!

— Добрый вечер! — С улыбкой поприветствовал выбирающего из машины меня светловолосый мужчина лет тридцати, выглядящий на удивление прилизанным и жизнерадостным, хоть сейчас его в меру суровое и гладко выбритое лицо используй для агитационного плаката. Глядя на него, казалось, будто и не было никакого Конца Света, после которого немногочисленные уцелевшие люди практически поголовно выглядят злыми, от потерь, уставшими от усилий по выживанию и постоянно озираются по сторонам в поисках возможной опасности. А вот его спутник, то ли выбритый под ноль, то ли просто обладающий очень короткой стрижкой, наоборот, выглядел бледным, осунувшимся и каким-то болезненным. Даже сдвинутая на самые глаза фуражка не могла скрыть того, что этот человек не то последний месяц спал урывками, не то серьезно болен, ведь покрытая ярко выделяющимися пигментными пятнами кожа была туго натянута на выступающих скулах. Однако звездочек на погонах у него имелось даже больше. — Майор Вячеслав Крестников, центральный фронт освобождения России. Вы, я так понимаю, из сил самообороны Новокузьминска?

— Из них. Восьмой батальон, если быть точным. Проводили первый неучебный выезд, зачищая территорию от каких-то паразитеческих форм жизни из иного измерения. — Согласился я, демонстративно разминая успевшую затечь поясницу и лихорадочно думая, чем для Новокузьминска может обернуться появление регулярной армии. С одной стороны, мы с самого Конца Света мечтали о том, чтобы наконец-то можно было вздохнуть полной грудью и расслабиться, поскольку наш покой сторожат солдаты, танки, авиация, артиллерия и парочка ракет с ядерными боеголовками, нужными на совсем уж крайний случай. С другой, совсем недавно маршал Крючков, возглавляющий центральный фронт требовал от старшего по званию офицера, а именно лейтенанта Мирохина, отстранить от власти гражданскую администрацию и повести все имеющиеся вооруженные силы в самоубийственной атаке на захваченный вампирами Саратов. Хорошо хоть тогда все ограничилось маленьким спектаклем, по итогам которого наш главный вояка формально оказался разжалован и впервые за очень долгое время вволю отоспался, аж целую неделю проторчав в наиболее благоустроенной камере наших казематов вместе с достаточным количеством водки, чтобы кто-нибудь другой после её употребления рисковал бы спиться к чертям собачьим. — Рад видеть, что наконец-то мы больше не будем одни бороться за выживание. Какие новости на фронте, если не секрет?

Латники неторопливо и без лишней суеты высаживались из броневиков, куда были напиханы достаточно плотно. И сразу было понятно, что боевой задор у парней, по большей части являющихся коренными жителями Новокузьминска, если и имелся, то сейчас уже полностью пропал. Парни улыбались, расслабились, некоторые уже так и вовсе сняли шлемы вопреки тем зачаткам дисциплины, которые в них должны были вбивать на тренировках. А вот обосновавшиеся на заправке люди вставать из укрытий и идти брататься как-то не спешили. Мой взгляд упал на трейлер, который так никто и не закрыл. Большую часть огромного грузовика занимали двигатели, один из которых не донесли до машины буквально пару метров. Меньшую — детали автомобилей и разный хлам: бухты кабеля, инструменты, трубы и батареи разной степени ржавости, какая-то кувалда, пара крышек от канализационного люка.

— Все хуже, чем хотелось бы, но лучше, чем могло бы быть, — пожал плечами майор, поникнув плечами и переставая улыбаться. Кстати, тогда получается, что его спутник — аж подполковник? Высокого полета птица, такой вообще-то столь небольшим отрядом командовать как-то и не по чину. Разве только всех имеющихся офицеров резко повысили в звании, чтобы хоть так компенсировать отсутствие нормальной зарплаты… — Ситуация тяжелая, но мы держимся. Даже переходим местами в наступление, очищая нашу землю от всякой дряни. Вот буквально на днях одержали крупную победу, которая позволила нам продвинуться вперед на ряде направлений. В том числе и прорваться к вам!

Робкие поначалу подозрения о том, что чего-то тут не так стремительно крепли и набирали силу. Вот только сегодня утром в результате радиопереговоров в Новокузьминске узнали о том, что дела у армейцев идут из рук вон плохо, и вооруженные силы нашей родины понесли сокрушительный разгром. И либо мой собеседник пытается втирать наивным провинциалам патриотическую чушь, щедро развешивая лапшу на широко расставленные уши, либо сам еще не в курсе истинного положения дел, либо…Не тот, за кого себя выдает. Нашими ближайшими недружелюбными и в то же время хорошо организованными соседями ныне являются вампиры, оккупировавшие Саратов. И не совсем живого шпиона, виртуозно выдающего себя за простого человека, мы уже один раз ловили. Глаза сами собой скользнули на второго военного, который звездочек на погонах имел больше, но почему-то предпочитал отмалчиваться и стоять за спиной младшего по званию. Плохо выглядит, бледный…На правой руке три перстня без камней, но зато с каким-то геометрическим рисунком на плоской печатке. Подозрительно похожие на те, парочку которых я прямо сейчас сжимаю в крепко сжатых кулаках. И эти трофеи, доставшиеся мне от убитого кровососа, нормальный человек надеть и снять просто так не сможет. Расположенные с внутренней стороны шипы не дадут. Да и сложно нам, людям, все время иметь в своих рабочих конечностях острые предметы, непрестанно раздирающие мясо в кровь. Достаточно ведь малейшей частички грязи, чтобы подобная ранка доставила кучу проблем, обернувшись серьезным нагноением. Только тот, кто обладает воистину выдающейся регенерацией, может не бояться подобного исхода и будет в состоянии дотянуть их до последней фаланги, а после не обзавестись украшением в виде покрывающих пальцы ужасающих шрамов. Шрамов, которые на руке вояки так и не появились…Либо давным-давно исчезли без следа. Скажем, в первые минуты после того, как кровосос обзавелся волшебной обновкой.

— Отрадно слышать, что дела идут на лад, — груда металлического хлама в кузове грузовика прочно засела у меня в голове, став дополнительной гирькой на чаше весов. Разведчиков не направляют собирать металлом, нет они конечно могут рискнуть нагрузить себя чем-нибудь тяжелым и утратить мобильность, тем поставив под угрозу свою задачу, но тогда это «тяжелое» должно являться очень ценным. Медикаменты, боеприпасы, оружие…Но не ржавые трубы или оторванные с мясом батареи, которых в любом большом городе целые горы! Сборщики ресурсов же не должны быть настолько отмороженными, чтобы соваться на неисследованную территорию. А если бы люди маршала Крючкова здесь обосновались уже давно, мы бы их заметили, ведь патрули проводим регулярно. Определенно, эти люди не те, за кого себя выдают. Почти наверняка они и не люди вовсе, недаром простые бойцы на глаза не показываются. — Раз такое дело, по нашей старой доброй русской традиции, предлагаю выпить за знакомство! Чисто символически, по глоточку, за знакомство так сказать…У меня и фляжечка с коньяком на подобный случай всегда с собой, пятьдесят лет выдержки, если верить этикете на бутылке, которую я нашел в доме одного из главных толстосумов нашего города.

— Ну, если только по глоточку, за знакомство так сказать, — маленькая фляжечка у меня действительно была в числе вещей первой необходимости, которые всегда со мной. И даже с коньяком, только на самом деле не таким именитым, но зато разбавленным святой водой. К сожалению, данного магически активного вещества у нас осталось очень мало, но уж для себя любимого мне никаких запасов не жаль. И, как показали эксперименты, если святая вода и выдыхается, то делает это крайне медленно, а будучи растворенной в чем-нибудь другом всего лишь ослабляет свое действие пропорционально тому объему жидкости, с которой её смешали. — Кстати, а ваши товарищи к нам поближе не подъедут? Все-таки нам надо бы о серьезных делах поговорить, а делать это лучше лицом к лицу.

— Конечно, сейчас я им просигналю, что все в порядке, — улыбнулся я кровососу, наливая коктейль в рюмку-колпачек. Учует или не учует, вот в чем вопрос…Если он из свежих, ну то есть раньше был обычным землянином, то может и жахнуть отравы, действующей на него почище концентрированной кислоты. А на второго я смесью святой воды с коньяком просто плюну. Не то, чтобы меня так уж тянуло погеройствовать, однако другого выхода нет. Мы сами приехали в засаду к высшей нежити, и просто так нас уже не отпустят. Остается лишь надеяться, что собственно кровососов или прочих обладающих полноценным разумом и магическими способностями покойников тут относительно немного, а сидящие в танках или лежащие по укрытиям живые трупы после потери командования начнут тупить и не расстреляют нас в упор. — Ваше здоровье!

Майор бодро опрокинул протянутый ему колпачок отравы и в ту же секунду выронил тару, покатившись по земле, истошно воя и раздирая непонятно откуда взявшимися когтями собственное горло. К сожалению, второй лже-офицер оказался расторопным малым, и успел вскинуть правую руку, загораживаясь от крайне опасного для него плевка не только локтем, но и вспыхнувшей в воздухе пеленой барьера. Вот только смешанная с коньяком святая вода проела в магии дыру, а я прямо в появившееся отверстие запустил пустотную кляксу. Заклинание, выглядящее как маленькое и абсолютно безобидное марево, смахивающее на облачко перегретого воздуха, сожрало и конечность, и торс, и голову, за ничтожно малую долю секунды исчезнувшие неведомо куда. На землю шлепнулся лишь огрызок левой кисти в обрывках рукава, а спустя мгновение к ним присоединились и ноги вместе с тазобедренным суставом. Но крови из ран не лилось. А спустя секунду загрохотали выстрелы.

Глава 3

Пули взрыхлили землю слева и справа вокруг меня, просвистели мимо и, к сожалению, попали в свою цель. Ну, вернее в магическую защиту, её прикрывшую. Скрытые внутри моей одежды кости вовсю вибрировали, выдавая напряженную работу заключенных в них духов, а разогнанные до сумасшедших скоростей комочки свинца с искрами отлетали в стороны, однако вечно так продолжаться не могло. Иначе как бы мне удавалось выйти победителем из схватки с дикарскими шаманами?

— В рассыпную! — Заорал я, сжимая до хруста в кулаке сразу два трофейных перстня и морщась от вспышки боли, когда шипы вампирских артефактов пропороли кожу ладони. Однако неприятные ощущения и заметная слабость, которая придет секунды через три, являлись вполне приемлемой ценой за работу обоих волшебных побрякушек, призванных оберегать своего владельца от возможных угроз. Первым в реальности возник голубоватый ореол, облекший всю мою фигуру, и послуживший дополнительной страховкой от пуль. С опозданием примерно на секунду развернулся в воздухе плоский прямоугольный барьер, окончательно пославший лесом планы вражеских снайперов на устранение главного переговорщика Новокузьминска. Пробить чары или истощить вложенную в них энергию было возможно…Но тем не менее теперь я чувствовал себя в относительной безопасности, несмотря на летящие вокруг пули, поскольку магия давала мне лишние секунды на то, чтобы найти более материальное укрытие. Или уничтожить самую главную угрозу своей жизни. — Это вампиры! На мне танки!

Кричал я уже после того как начал изо всех сил перебирать ногами, стремясь как можно скорее убраться с того места, на которое враги уже давным-давно должны были нацелить свое оружие. И приблизиться к вражеской бронетехнике. Со стороны это вероятно выглядело как полный сюрреализм, кажущийся безоружным человек бежит на две многотонные стальные махины, однако на самом деле всеми моими действиями руководил тонкий расчет. С недавних пор я начал таскать с собой полный набор трофейных рунных перстней, поскольку мои ассистентки перестали так уж сильно нуждаться в скрытом оружии для совсем уж крайнего случая. Вразумить какое-нибудь пьяное быдло они ныне могли даже без пистолетов или посохов, скажем устроив ему запекание тканей лица пирокинезом или призванного духа натравив. И прямо сейчас в каждой ладони находилось сразу по два крепко сжатых артефакта, требующих для своего действия лишь капли свежей крови и щедрой порции жизненных сил. Два защитных и пустотная клякса свою роль уже сыграли…Могли бы сыграть и еще раз, но тогда их владелец рискует от слабости просто рухнуть, несмотря на то, что резервы жизненной и духовной энергии в ауре заметно увеличились по сравнению с той порой, когда их замеряли в первый раз. Но, тем не менее, изображать из себя магическую установку залпового огня было идеей не лучшей и в общем-то невыполнимой. Однако для активации последнего из трофейных артефактов много сил как раз и не требовалось. Руна, структуру которой из всех обитателей Новокузьминска помнило человек пять, использовалась по своему прямому назначению чуть ли не первый раз. В зоне действия этого заклинания не происходило ничего масштабного, всего лишь нарушалась работа горения и электрических токов. Причем только если они обладали малой мощностью и обладали небиологической природой. Уже пылающий костер бы не потух, а живые существа, даже подвергаясь многократному воздействию, начинали лишь испытывать легкий дискомфорт. Однако пустячные на первый взляд чары не давали загораться пороху в патронах, вырубали электронику, воровали искру из двигателя. И в результате любое современное оружие, во всяком случае, то которое произведено на Земле, превращалось не более чем в бесполезный кусок металла.

Совсем не маленький кусок стены на втором этаже придорожной гостиницы с грохотом разлетелся на куски, один из которых раскроил бы мою черепушку, если бы не защитный ореол. И это было очень странно, поскольку для удара обычной или магической артиллерии восьмого батальона было далековато, даже если они уже разобрались в произошедшем и двинулись нам на выручку, а латники с собой не носили ни магических посохов, ни особо мощных взрывных устройство. Кто-то из криворуких противников себе под ноги гранату уронил, которая прямо в ящик к своим товаркам закатилась? Из-за распахнувшихся дверей заправки выпал клубок сцепившихся тел. Вот только одно из них было живым, поскольку орало изо всех сил, а еще двое — нет, ведь на них просматривались отчетливые следы гниения, кое-где обнажающие кости. Хотя все трое были одеты совершенно одинаково, и даже одинаковые зеленые каски на головах носили и одинаковыми автоматами были вооружены…Только вот мертвые ими не пользовались. То ли забыли как, без направляющей руки ухлопанных мною вампиров, то ли просто клыками и зубами рвать добычу им было куда приятнее, чем пулями. Земля почти прямо у меня под ногами сморщилась и упала вниз, оказавшись не землей, а искусно закамуфлированной под неё тканью, натянутой над ямой. Под слоем присыпанной пылью материи барахтались человеческие силуэты, но вот людьми эти существа не были уже давно. Во всяком случае, парочка по счастливой случайности оставшихся на свободе тела демонстрировала отчетливые признаки как разложения, так и мутаций, при помощи которых вселившиеся в трупы сущности пытались превратить свое новое вместилище в идеального охотника. Душа ушла в пятки, когда до мозга дошло, что если бы не действия самих монстров, не то лишившихся контроля вампиров, не то просто отреагировавших на звуки боя и льющуюся кровь, я бы имел все шансы не заметить данного укрытия и грохнуться внутрь на радость плотоядным покойникам. И таких вот ям-ловушек, обитатели которых полезли наружу, вокруг было много, очень много! Если бы все эти твари полезли наружу, когда батальон остановился бы для того, чтобы пообщаться с «военными», они бы имели все шансы нас тупо затоптать! Да и сейчас было мало приятного…Особенно для меня и прочих «дипломатов». Но некоторым утешением мог служить тот факт, что поскольку вечноголодные монстры схватились со вполне себе живыми прислужниками вампиров, стремительно приближающемуся к нам отряду будет куда проще раскатать в тонкий блин неудавшуюся засаду.

Грохнувший за спиной взрыв, разметавший один из наших самодельных броневиков вместе со всеми кто еще находился внутри, доказал, что бронетехника тут противником используется отнюдь не бутафорская. Еще парой мгновений позже выстрелило орудие второго танка, однако, несмотря на абсолютно смешную по любым меркам дистанцию снаряд усвистал над нашими головами куда-то далеко, и отдаленный грохот его детонации едва-едва получилось расслышать за куда более близкой пальбой. Наконец-то начавшие оживать пулеметы на вражеских броневиках почему-то использовали не длинные очереди, чтобы накрыть ими как можно большую площадь и максимальное число целей, а едва ли не одиночные выстрелы. Вражеские стрелки тоже заливать свинцом меня и разбегающихся в стороны латников не пытались, предпочитая состязаться в снайперской стрельбе…И больших результатов вроде бы не достигли несмотря на подавляющий численный перевес, однако от избранной тактики не отказывались. Возможно, вывод насчет изобилия у противника боеприпасов являлся ошибочным, и оружия у противника имелось много, а вот патронов к нему — не очень.

— Ваа! — Громко и грозно заорал какой-то бородатый мужик в каске и с автоматом, который встал из-за высокой бетонной клумбы и попытался броситься вперед наперерез, замахиваясь перехваченным за ствол автоматом словно дубиной. Однако ни он мне не успел хоть чего-нибудь сделать, ни я ему. Не слишком уж и шустро переставлявшего ноги меня обогнала парочка латников, виртуозно освоивших усиление не только верхних, но и нижних конечностей. Их ноги буквально размызвались в одно единое пятно, а сами бойцы двигались со скоростью мотоцикла. От броней парней периодически отскакивали пули, видимо их защитные амулеты уже успели выработать свое, но усиленный магией металл не только не рвался, но и вполне неплохо распределял кинетическую энергию по большой площади, позволяя солдатам оставаться на ногах. Один из солдат взмахнул длинным и широким клинком, длиной не намного меньше его самого. И попал в прислужника вампиров плоской стороной. Но тело мужика все равно снесло назад метра на два и они с клумбой, куда он врезался, практически взаимоуничтожились. Бетонная подставка под землю и цветы раскололась на три части, а человеческое тело хоть и осталось одним куском, но оказалось так перекручено, что глядя на него начинающий патологанатом смог бы ознакомиться сразу со всеми типами переломов, которые только на свете есть.

Развить свой успех пришедшие мне на выручку латники особо не смогли. Одного из них перечеркнуло очередью, и на сей раз пули смогли преодолеть магию, содержащуюся в доспехах. Дергающееся и истекающее кровью из тело повалилось на землю с по меньшей мере пятеркой выходных отверстий на спине, оставляющей совершенно ничтожные шансы на выживание. Второй же солдат при виде смерти своего коллеги непроизвольно сбавил ход и замедлился, но тут я его растерянность на поле боя полностью понимаю, ибо прямо на нас с рычанием двигателя и лязганьем траков полз один из вражеских танков. И именно из него была выпущена та роковая очередь. Вот только сдвинувший свою машину с места водитель вряд ли мог подумать о том, что своим маневром он только сыграл на руку обитателям Новокузьминска. Я не видел конуса энергии, который устремился от моей протянутой руки к грозной бронетехнике, однако в том, что артефакт отработал свое на пять с плюсом, сомневаться не приходилось. Двигавшаяся вперед громадина, явно намеренная раздавить нас траками, резко дернулась и остановилась. Инерция протащила её еще примерно на полметра вперед, но не дальше, ведь разогнаться так попросту не успел. И его курсовой пулемет хоть и мотался туда-сюда, но больше не стрелял, и стрелять не будет как минимум в ближайшие несколько минут. Вечность по меркам боя. Еще бы ноги так не подкашивались, а в ногах не темнело…

— Дотащи меня до второго танка! — Шлепнул я по плечу латника, надеясь, что это выведет его из оцепенения. Убедить бы его еще и меч выкинуть, все-таки мы с этой непропорционально огромной стальной сплющенной шпалой весим примерно одинаково…Однако, нет времени, а если под доспехами еще и не землянин, а кто-то из новых переселенцев, то вряд ли получится, они к своему оружию относятся до крайности серьезно. — Потом можно будет отступить, а этих уродов артиллерией раскатают!

— Отступить не получится! — Возразил боец, без лишних раздумий закидывая меня на плечо, словно мешок с картошкой. Правда, я практически сразу же перебазировался ему на шею, свесив ножки и изо всех сил держась за шлем, чтобы не упасть. А надо сказать, трясло моего двуногого коня просто зверски! Он прыгал туда-сюда наскипидаренным горным козлом, уклоняясь от слишком плотных скоплений ходячих трупов, где рисковал застрять несмотря на взмахи меча, иной раз разрубающего по два-три тела одновременно, а также ломая траекторию вражеским стрелкам…Хотя последних почти уже и не осталось. Вернее, они конечно еще имелись, судя по истошным крикам разрываемых на части и пожираемых заживо людей, но сейчас им было малость не до игры в снайперов. — Не прорвемся! Задавят и массой сомнут! Зомби тут целые тысячи!

Оценив поле боя с нового ракурса, я вынужденно согласился с данным утверждением. Вблизи комплекса из нескольких придорожных зданий ям, где сидела в засаде низшая нежить, было относительно немного…Вероятно потому, что здесь практически везде лежал асфальт, и наделать в нем быстро и незаметно убежищ для своих тварей вампиры попросту не сумели. Зато в чистом поле слева и справа от дороги из-под земли уже выбралась целая толпа ходячих трупов, большая часть которой быстро и молчаливо устремилась к нам, подобно прибою. А меньшая либо уже лежала разорванной на части орудиями восьмого батальона, либо ковыляла навстречу быстро приближающимся машинам. К моему большому облегчению, подавляющее большинство других латников еще было вполне себе живо. Четверо выковыривали из подбитого кем-то броневика водителя и стрелков, еще дюжина прикрывало их, вступив в схватку с набегающей ордой покойников, и азартно крутило свои мечи подобно лопастям огромной мясорубки, рассекая на части гнилые тела. Двое или трое носилось по территории туда-сюда, уничтожая автоматчиков и буквально мимоходом отмахиваясь от зомби, которым даже оплеухи зачарованной латной перчаткой хватало, чтобы мозгами на всю округу пораскинуть. Оставшиеся бойцы и последняя наша машина как раз сейчас прорывались внутрь кафе, сминая заслон из каких-то многоруких и многоголовых мутировавших тварей, до кучи закованных в броню из металлолома.

— Новый план! — Водитель второго танка кажется понял, что случилось с первым. Иначе почему он вдруг попытался направить пушку прямо на нас?! Однако, как бы там ни было, а я успел первым, и грозная машина замерла, враз лишившись всей жизни…Ну, кроме экипажа, да и то не факт, могли ведь и особо смышленые покойники за рычагами управления сидеть. — Прячемся в кафе! Я сказал, прячемся! Второй танк уродов уже сломан!

— Понятнее говорить надо! — Не остался в долгу боец, одним махом снося бошки сразу трем излишне бодрым покойникам, обступившим нас полукругом. Впрочем, тяжеленный меч не столько перерезал шеи, сколько разбивал черепа и следовал дальше по траектории удара. А если на той оказывалась чья-то рука или там плечо, он конечно замедлялся…Но не сильно. Разорвать человеческое тело подобная заточенная шпала могла даже просто падая за счет одной лишь своей массы, а уж если ей еще и инерцию придать… — И к кафе я уже не прорвусь! Силы кончаются!

Мне пришлось сосредоточиться, чтобы подавить вспыхнувший в душе страх, когда до мозга дошло, что в словах латника есть резон. Наши специалисты по ближнему бою могли на короткое время стать во много раз сильнее обычного человека за счет чар на своих доспехах и специальных аурных тренировок. Вот только, как и маги, за возможность творить маленькие чудеса они платили собственной энергией. И она являлась отнюдь не бесконечной, и за время битвы за выживание наверняка тратилась с просто сумасшедшей скоростью. А волна из сотен или скорее даже тысяч мертвяков, вылезших из своих укрытий, уже вплотную подкатилась к дверям заправки. Организованно действующая группа бойцов, вроде той которая сомкнула ряды у подбитого броневика, еще могла продержаться какое-то время, будучи в полном окружении. Но одиночек вроде нас тупо смяли бы толпой, и даже если меня хватит еще не на одно, а на два или даже три заклинания, то это ничего не изменит.

— Проклятье! Тогда в гостиницу! На крышу! — Здание, второй этаж которого был разрушен непонятным взрывом, латники не штурмовали…Но оттуда вроде бы никто не стрелял, из его дверей враги не выбегали, и в этом направлении почти не было мертвецов. И хотя окружающие нас зомби к сожалению мало напоминали свои прототипы из дешевых фильмов ужасов и сущности, вселившиеся в мертвые тела могли заставить ведомые их волей неживые сосуды вскарабкаться на возвышение, там держать оборону будет значительно проще. Особенно если солдаты приближающегося батальона подстрахуют, отстреливая с большой дистанции наиболее ловких «альпинистов». — Главное — доберись до дверей! Если внутри будет толпа, я смету её диском!

Пара десятков трупов, стоящих между нами и входом в здание гостиницы, помехой для моего двуногого скакуна не стали. А вот не слишком-то высокий дверной косяк чуть было не стоил мне жизни, поскольку латник и не подумал замедляться, вот сидящий на его шее я еле-еле успел ссыпаться вниз, прежде чем главного мага Новокузьминска размазало об злосчастную деревяшку на скорости ну никак не меньше шестидесяти километров в час. Внутри нас встретили полумрак, запах крови и дерьма и жадное чавканье. Окна, которые никто не мыл со времен до Конца Света успели основательно покрыться пылью, но проникающих через грязное стекло лучей тусклого осеннего солнца все же хватало, чтобы понять, что здесь укрывалось не меньше двух десятков живых пособников вампиров. Причем у некоторых при себе даже было тяжелое оружие, поскольку железяка, которую мой бывший конь мимоходом отфутболил прямо в стену определенно являлась гранатометом и только чудом не взорвалась. Однако воспользоваться своим арсеналом отбросы рода человеческого не успели, поскольку вместе с ними здесь в засаде сидело и четверо монстров, словно вынырнувших из глубин самого страшного кошмара. Сросшиеся воедино и частично видоизменившиеся части разных трупов породили гротескных двухглавых или даже трехглавых монстров, весящих явно не один центнер, прикрытых со всех сторон ребрами, сросшимися во внешний экзоскелет и имеющих по дюжие когтистых лап разной длины и толщины. К нашему счастью, убиваемые уроды без боя в пасть взбунтовавшимся некромутантам отправляться не пожелали, и успели прикончить двоих чудовищ, а оставшаяся парочка несла на себе множество травм, серьезно снижающих их боеспособность. Да, такие мерзости не могли истечь кровью или выйти из строя, поскольку им пробили какую-нибудь гнилую селезенку, но даже одержимый труп не сумеет резво скакать на раздробленном коленном суставе, хватать жертву отломанными пальцами или смотреть на добычу той башкой, который пулями разнесло на маленькие кусочки большую часть черепа, оставив на прежнем месте лишь позвоночный столб и полную клыков нижнюю челюсь. Духи, придающие этим кучам гнилого мяса подобие жизни, конечно, могут воспринимать окружающий мир и не при помощи сохранившихся или вновь выращенных органов чувств…Но как правило они этого не делают, поскольку выход за пределы материальной оболочки делает их излишне уязвимыми для ряда воздействий, а также ведет к повышенному расходу энергии. А жадность подобных тварей уступает лишь их же неразборчивости в средствах.

Внезапно объявившийся в помещении латник решил использовать эффект неожиданности на полную катушку и широким взмахом попытался прорубить спину ближайшей твари, начавшей вставать с четверененек и разворачиваться в нашу сторону, не выпуская из левой пасти чьего-то позвоночного хребта. Клинок, лишь немного уступающий в длине человеческому росту, зацепился за люстру. И сорвал её нафиг. А после чиркнул своей верхней третью о потолок. И укрепленное до немыслимой прочнсоти и остроты лезвие прорезало в нем себе дорогу, безжалостно расшвыривая в стороны куски побелки и какие-то щепки. А потом оно упало сверху вниз на вскинутые руки твари и замедлилось, прорубив всего одну и без того измочаленную конечность. Еще одну надрезало. Но остальные вцепились в оружие и доспехи моего спутника с мерзким скрипом не то сминающегося железа, не то ломающихся когтей. И боец, который до этого обычные ходячие трупы легко расшвыривал или навеки упокаивал отвешенной мимоходом небрежной оплеухой, ничего не смог поделать с крепко удерживающими его вонючими грязными хваталками, хотя аж засипел от натуги, а руны на доспехе засияли от прокачиваемой через них энергии. Пусть плоть чудовища и выглядела гнилой и готовой в любой момент сползли с костей, но в своей прочности она явно могла превзойти любые нормальные мышцы и даже плотное дерево.

— Если такие же красавцы есть и на верхнем этаже, то нам пиздец, — поведал я своему спутнику, выпуская из кровоточащей ладони ранее сжатые там перстни. Все равно не упадут, так как каждый привязан к рукавам одежды тонкой но прочной леской аж в двух местах, чтобы не потерялись случайно в переплете вроде сегодняшнего. А взамен пальцы ухватили тот из трофейных артефактов, который создавал ледяной диск. — Я — все. Если вырублюсь, разрешаю тащить себя на крышу хоть за ногу, только головой по ступенькам постарайся особо не стучать.

Бешено вращающаяся в воздухе громадная плоская ледышка с острыми как бритва краями полетела тем не менее не в того монстра, который боролся с латником, а в его партнера, что уже шагал в мою сторону с самыми очевидными намерениями, спешно дожевывая особо сочный кусок какого-то неудачника. В пище для тварей не было недостатка, однако, содержащий жизненную энергии человек интересовала их куда больше, чем еще теплое мясо вампирских прислужников, пусть даже в том пока и имелись некоторые частички ауры погибших людей. Подобно огромной циркулярной пиле созданный волшебством снаряд метнулся над самым полом, врезавшись в нижние конечности монстра и подрубая их подобно косе, идущей через плотной пучок травы. А затем оно впилось в спину чудовища, сражающегося с латником и с громким треском принялось терзать костяную броню некромутанта. И процесс шел отнюдь не так легко и быстро, как хотелось бы! Шлепнушвая зубастыми мордами об пол туша, разумеется, не полностью утратила боеспособность, в конце-концов, подтягиваться к добыче на оставшихся лапах этой мерзости никто запретить не в силах. Убить тварь безусловно бы стало куда предпочтительнее, но тогда не факт, что чарам хватит сил расправиться с её товаркой.

Разрываемый со спины безжалостной ледяной пило монстр секунды держался неимоверно долго, аж секунд пять или шесть, оказавшись просто неприлично прочным и выносливым. Истратив всю вложенную в него энергию сверкающий и бешено вращающийся снаряд, все-таки сумевший изрядно углубиться внутрь цели, разлетелся во все стороны уже практически неопасными льдинками и только после этого почти разделенный на левую и правую части некромутант сполз вниз грудой окончательно дохлого мяса, тем не менее, не выпустив латника из своих цепких объятий. И, кажется, бойца он за время не слишком-то продолжительного клинча основательно так помял, поскольку сразу выпутаться из мертвой хватки тот не смог, хотя и пытался, а также тяжело и шумно дышал, словно астматик, страдающий от приступа удушья. А я союзнику помочь не мог, поскольку был занят тем, что изо всех оставшихся сил ковылял к ведущей на второй этаж лестнице, подальше от уже освоившейся с потерей ног твари…Вот только с каждым неуверенным дрожащим шагом сил этих оставалось все меньше и меньше, конечности налились свинцом, голова кружилась, а перед глазами темнело. Слишком уж много духовной и жизненной силы было потрачено за этот короткий бой, и пусть формально мой организм особым нагрузкам не подвергался, но артефакты именно из него выкачивали энергию для своей работы. Но уши пока еще слышали нормально, и слышали они ничто иное как стремительное приближающееся шлепанье об пол множества лап и ног. Недобитый монстр чересчур быстро оправился от выпавшего на его долю потрясения и вознамерился поквитаться с обидчиком, да и мертвецы из массовки один за другим врывались в кафе по нашим следам.

Вероятнее всего, прошло бы еще секунд пять или шесть и моей карьере вместе с мечтами о спасении мира, постижении истинных высот магического искусства и честно заслуженной репутации самого большого бабника Земли пришел бы конец, однако тут прямо за спиной раздался мощный взрыв, и ударная волна подняла меня, зашвырнула куда-то на середину лестницы и со всей дури впечатала прямо в ступени. Однако сознание я почему-то не потерял и даже не оглох, что было удивительно и несколько даже печально. Тогда бы может хоть боли не почувствовал.

— Ой, простите! Я нечайно! — Нависла надо мной какая-то зеленоволосая особа с цветами в растрепанной прическе, одетая в несколько не подходящее к нашему климату, миру и окружающей обстановке серебристое металлическое бикини. Мои ушибленные мозги дали ей семь из десяти. Полагаю, могли бы дать и больше, но облик девушки несколько портили покрывающие её тут и там пятна грязи и крови, большой фингал под левым глазом, а также очень маленький объем груди. Вот вроде и рост у неё высокий, а доска-доской… — Я из гранатомета всего второй раз в жизни стреляла! Первый был, когда взорвала некромантов, что ваши машины накрыть пологом праха готовились!

Глава 4

— Итак, товарищи, мы с вами собрались здесь сегодня, чтобы обсудить пренеприятнейшее известие. — Школьный кабинет был слегка тесноват для всех тех, кто туда добился и, пожалуй, следовало подумать о переносе места собрания руководящего совета Новокузьминска. Или все-таки не стоит? Как показывает историческая практика большие залы и торжественные мероприятия изрядно помогают разного рода начальникам забронозоветь. А вот будучи со всех сторон зажатым в тесном коллективе, когда одни сидят за партами, другие прямо на них, а оставшиеся подпирают собою стены или угнездились прямо на полу, сложновато расслабиться и погрязнуть в мыслях о собственном величии и непогрешимости. Вдобавок лично передвинутый к доске учительский стол, который мне отвели как главе гильдии магов и почетному председателю нашего небольшого междусобойчика обладал вполне приличным уровнем комфорта, даже несмотря на Гулю и Аню, сидящих по бокам. — К сожалению, Конец Света не отменил того факта, что отопительный сезон как всегда подкрался неожиданно. Иными словами: «Зима близко!». В холодную пору же всем обитателям Новокузьминска придется основательно попотеть, чтобы не околеть от морозов или просто с голоду, а враги не дремлют…Если говорить о нежити, то вообще никогда не дремлют и отлично себя чувствуют при отрицательных температурах.

— Есть причины акцентировать наше внимание именно на покойниках? Ну, я имею в виду кроме недавней стычки каких-то оборзевших упырей с восьмым батальоном? — Спросил женский голос из задних рядов, где в большинстве своем сидели наши лейтенанты. Военные Новокузьминска может официальных званий в большинстве своем и не имели, как и службы в регулярной армии, однако же за месяцы, прошедшие с Конца Света, каждый кто взял в руки оружие и пошел защищать своих соотечественников волей-неволей с лихвой нахлебался боевого опыта. А самые способные из них получили под командование подразделения, набранные из коренных обитателей города или же переселенцев. И я вот абсолютно уверен, что своих погон они заслуживают, так как наши вооруженные силы статус обычного ополчения давно уже переросли. Пусть даже армия города и имела некоторые свои…Особенности. Например, группами боевых магов почти всегда командовали женщины. Но это объяснялось тем, что количество колдунов-самоучек вроде меня заметно уступало числу девочек-волшебниц, не всем из которых даже восемнадцать лет исполнилось. Соответственно когда то или иное подразделение выбирало лучших из своего числа, то представители сильного пола ну никак не могли выставить большинство кандидатов.

— Это была не случайная стычка, а подготовленная засада! — Возразил Егор. — С тысячами обычных ходячих трупов в качестве пехоты, бронетехникой, магическим прикрытием и даже радиоуправляемыми фугасами!

— Вот-вот, так оно и есть! — Поддержал его собственно командир батальона, который теперь должен был командовать данным подразделением без присмотра старших офицеров. — Нас спасало чудо!

— Предпочитаю, когда меня называют главой гильдии магов Новкузьминска. — Демонстративно усмехнулся я, решив, что будет нелишним напомнить собравшимся о собственных заслугах. Тем более, повод для самодовольства у меня имелся более чем весомый! Если бы Новокузьминск потерял разом пятьсот обученных солдат и дюжину единиц бронетехники — это бы нанесло серьезнейший урон как обороноспособности города, так и боевому духу его защитников. Люди только-только хоть немного отошли от ужаса и безнадеги, в которые обломки нашей цивилизации погрузились после Конца Света и поверили, что у нас может быть нормальное будущее, пусть даже оно наступит оно очень нескоро и лишь после едва терпимого настоящего. Вот только плохие известия могли заставить многих из них снова опустить руки, убив готовность плодотворно трудиться вместе с другими и сосредоточив мысли на собственном выживании. — Но, тем не менее, предлагаю сначала обсудить зиму, и только потом военные действия. Станем мы как-то менять свои действия в связи с угрозой нежити или нет, решится только по итогам нашего собрания, однако зима в гости придет в любом случае. И уже скоро.

— А других проблем разве нет? — Осторожно поинтересовалась практически полностью седая дама, заведующая сиротским приютом и очень бодро бегающая для своих почтенных лет вкупе с упитанным телосложением. Только вчера видел, как она подобно атакующей львице догнала и повалила на землю какого-то сорванца, покинувшего огороженный со всех сторон крытый загон, внутри которого резвилось подрастающее поколение тех жителей Новокузьминска, у кого ну совсем ни одного родственника не осталось. Понятно, конечно же, что детям не очень нравится находиться в подобных стесненных условиях, но, к сожалению, выводить их под открытое небо слишком опасно. По-настоящему серьезных монстров на земле вблизи города давно уже нет, однако птеродактили из соседних измерений плевать хотели на наши стены и патрули, ныне населяют Землю в большом количестве, достаточно безмозглы, дабы не соотнести с собою треск выстрелов и пролетающие мимо пули, а также предпочитают атаковать относительно некрупные цели, размером как раз с ребенка. — Ну, кроме нежити и зимы.

— Бытовых и повседневных наверняка воз и маленькая тележка, впрочем, как и всегда, — усмехнулся сидящий рядом с ней мужчина, бывший одним из наших инженеров. — Но серьезных и вместе с тем решаемых, вроде только две. Ну а всякие мелочи вроде нехватки синей изоленты или перебоев в работе столовой из-за проблем с водопроводом мы и сами решим, в рабочем порядке и без того, чтобы отнимать время у тех, кто и так делами занят по горло.

— Отрадно слышать, что сейчас у нас нет иных забот, кроме холодов и ходячих трупов. — Взяла слово заведующая складами, которую также можно было бы счесть ответсвенной за экономику нашего анклава. — По-первой ничего не могу сказать, не моя зона ответственности. Однако к холодам мы…Готовы не совсем. Я бы даже сказала, почти совсем не готовы, однако совсем не готовы мы были к Концу Света и последующему кошмару, когда не было решительно ничего, а сейчас и люди знают, чего ждать, и какие-то запасы все-таки. Пусть и недостаточные.

— Как так?! — Подобное известие неприятно меня удивило. — Мы же делали запасы! Да я сам несколько раз бригады сборщиков охранял!

— Ключевое слово — несколько, — развела руками женщина, старающаяся вести учет всего и вся, насколько это было возможно в данной ситуации. Мне даже пришлось разок отвлечься от работы главой гильдии магов Новокузьминска и вспомнить свою старую профессию, при помощи проводов соединяя несколько компьютеров и ноутбуков в единую сеть. В подобные системы та техномагическая зараза, которая сложную технику превращала в какое-то подобие агрессивных роботов-трансформеров, дистанционно пролезть по счастью не могла. — Практически все время и все ресурсы были брошены на то, чтобы сначала построить укрепления, потом перекрыть порталы ведущие в Новокузьминск, очистить город, провести войну с рыцарями, обезопасить окрестности…Нет, я не говорю, что это плохо. По-другому было просто нельзя, иначе до сегодняшнего дня мы могли бы просто не дожить. Однако транспорт мне выделялся только по остаточному принципу, да и в бригады сборщиков попадали не самые лучшие кадры, лучшие либо вступили в ряды вооруженных сил и когда не сражаются, то тренируются, либо в мастерских работают от зари до зари. В результате пришлось довольствоваться теми, кому в детсад уже поздно, а в дом престарелых пока рано.

— Лааадно, — протянул Мирохин, барабаня пальцами по столу. — А что у нас есть, и чего нет?

— Запасов продовольствия хватит на два месяца, максимум на три, если ввести жесткие режимы нормирования, — пожала плечами ответственная за состояние запасов города. И, надо сказать, она со своей работой справлялась, пусть и не без огрехов. Люди бурчали на сложности с организацией централизованной стирки, ограниченный выбор блюд в столовой или неудобную обувь, однако же Конец Света сильно понижает стандарты, которые немногочисленные выжившие соглашались считать приемлемыми. — Охотники притаскивали нам мясо динозавров и прочих съедобных монстров, но в последние месяцы количество добычи резко упало. Да и не освоили мы пока переработку подобных трофеев в консервы длительного хранения. А копченые окорока динозавров или домашняя колбаса из бизонов до весны не пролежит. Проблема есть с кормами для животных, которых притащили с собой новые жители. Пусть растения теперь благодаря высокому магическому фону прут из земли со страшной силой, но почти все освобожденные из-под рыцарского гнета люди и нелюди были заняты либо обучением, либо хозяйственными работами и тупо не успели накосить достаточно сена, чтобы можно было дотянуть до мая месяца и свежей травы. И, самое главное, отопительные системы города везде кроме как в нашей крепости лежат в руинах, а дров недостаточно, чтобы можно было не бояться холодов. Совершенно недостаточно…Да их в общем-то и нет! Запас на две недели — это не запас, а профанация какая-то!

— В Новокузьминске деревьев и раньше-то было не сказать, чтобы много, а после этой зимы и вовсе почти не осталось. — Потер трехдневную щетину представитель рабочих бригад. — Каждый оставшийся в городе рубил чего поближе, пока его на улице за жопу какая-нибудь саблезубая чупакабра не взяла. И горючий хлам тоже почти весь сожгли.

— Трубы и раньше то были тем еще дерьмом и текли, а после землетрясения, вызванного открытием порталов и вовсе напоминают решето, — заметил опирающийся на деревянную ногу мужчина, бывший начальником бригады наших земных слесарей, надзирающих ныне исключительно за территорией крепости. — Мы пока водопровод и канализацию чинили, успели проклясть всё и вся.

— Лучше материться сейчас, чем мерзнуть потом, — заметил ему молодой парень лет то ли шестнадцати, то ли семнадцати, командующий нашими дозорными. В боевые выезды мы молодежь, которую раньше и в армию-то призвать не могли, старались не брать, однако для несения караульных функций где-нибудь на крыше дома энергия юности подходила как нельзя лучше, да и зоркие глаза вкупе с оптическим прицелом помогали узнать о большинстве проблем задолго до того, как кому-нибудь придется открыть огонь. — Мне и одного раза на всю жизнь хватило. Мало того, что чуть от пневмонии не сдох, так еще и кашлял аж до середины лета несмотря на все лечение!

— Надо решить, что будет дешевле по трудозатратам из двух доступных нам вариантов. — Призадумалась Аня, постукивая изящным пальчиком по учительскому столу. — Починить отопительные системы в большинстве домов и снова запустить котельные или наладить добычу дров из какого-нибудь более-менее разведанного измерения, где о лесозаготовительных работах никогда не слышали, и деревьев нам хватит лет до тех пор, пока Землю магией не разорвет.

— Предлагаю третий вариант: использовать для решения наших мелких житейских проблем космические силы, с которыми не сравниться людскому могуществу, — хмыкнул я, ерзая поудобнее, а то плотно прижавшиеся с боков горячие женские тела меня совсем сдавали. Еще чуть-чуть, и я просто вылечу со своего места, как пробка из бутылки шаманского. — Ау, люди! У нас тут порталы в целую кучу измерений нарисовались, если вы еще не заметили! На кой черт возиться с заготовкой сена, если можно отвести людей на пастбища, где полным-полно свежей травы? Разведчики немало мест картографировали, военные любую враждебную фауну и флору за неделю зачистят. А где живут стадами те же зубры с оленями, там и коровы с голоду не подохнут…Особенно такие, которых привели с собой наши новые переселенцы. Пусть они молока дают буквально капельку, зато не избалованные от слова совсем, а какого-нибудь случайного волка и сами без посторонней помощи затопчут.

— Да и сами переселенцы, в общем-то, тоже народ не особо капризный, — хмыкнул стоящий у стены мужчина, чью роль в нашем сообществе я как-то подзабыл. Но не из военных точно! И не из инженеров, и не волшебник тем более… — Я когда с ними общаюсь на какие-то абсолютно бытовые темы, ощущаю себя иной раз нытиком капризным. Мне не нравится, что чай не сладкий, а вот подчиненные в восторге, что каждый день минимум по два раза есть можно. На новое место они перейдут без проблем…Ну, без серьезных волнений и бунта это точно, а ворчать-то будут.

— Ворчать и наши будут, кого вместе с ними отправим, — усмехнулся Мирохин. — Но ничего, поживут пару месяцев на лоне природы…Конечно, в условиях хорошо подготовленного и безопасного лагеря. А лучше бы полноценный аванпост построить, куда, если чего и отступить можно будет. Сколько у нас времени уйдет на то, чтобы отгрохать в чистом поле пусть не вторую крепость, но её убедительное подобие, которое с наскока не взять?

— Если все силы туда бросим, то пара недель, ну максимум три, — откликнулся начальник строительных бригад. — Опыт есть, рабочих рук теперь тоже в достатке. Стройматериалы…Ну, потратим последние запасы, но куда деваться? Все равно это будет проще, дешевле и быстрее, чем теплосети чинить или дрова туда-сюда таскать месяцами.

— Проблема с теплом решена, — заключил Егор. — Проблема с едой тоже решаема. Мы кучу порталов завалили, которые ведут в измерения, где динозавров и зверья навалом, а вот разумных аборигенов то ли нет совсем, то ли разведчики их просто не встретили…Раскопать недолго. Отправить охотников туда за дичью — тоже. Перейдем к проблеме нежити? Твари ведь вопрос действительно серьезный…Особенно когда они с пулеметами и на танках.

— Владеющая магией многочисленная разумная нежить — это уже само по себе очень плохо. — Согласно покивал начальник строителей. — Но если к возможностям тварей добавятся еще и плоды нашего технического прогресса, то это будет вообще уже полный звездец!

— Да какое «если»?! Они уже добавились! — Возмутился Егор, от избытка чувств, стукнув кулаком по парте. — Их броневики сделаны на базе грузовиков, как и наши! Возможно даже лучше, поскольку металлом их обшили примерно одинаково хреновым, но за зачарование отдельных деталей у кровососов отвечали куда более умелые мастера! А зомби в бронежилетах и с автоматами?! Хорошо хоть гранат у них не было, да оружие все вампиры холопам своим живым и мертвым принудительно перевели на стрельбу одиночными, чтобы те сдуру весь боезапас сразу не высадили!

— Или чтобы не бояться к предателям спиной поворачиваться, — пробурчал старичок, являющийся заучем в нашей школе для переселенцев. — С автоматной то очереди в затылок даже вампиру поплохеет небось…

— Не скажу, что пошедших к нежити на поклон жителей Земли среди врагов совсем нет…Но их куда меньше, чем может показаться. — Покачал головой Мирохин. — Не берут! Это подтверждают и радиопередачи от маршала Крючкова, и результаты нашей собственной разведки. Твари не доверяют аборигенам завоевываемых территорий, а потому вместо того, чтобы опираться на всяких предателей, таскают с собой ядро из вполне себе живых и дышащих слуг, которые хранят им верность поколениями и вполне довольны своим стабильным положением в роли надсмотрщиков за остальными рабами. Из их же числа чаще всего и набирают пополнение для кровососов. Захваченные в плен солдаты и офицеры нашей армии могут стать инструкторами по стрелковой подготовке для уже имеющихся бойцов из иных измерений, если поклянутся служить своим новым дохлым господам. Или там дубинку получить, чтобы над десятком работающих бедолаг стоять. Однако пулемета в бою им больше не доверят, если будет хоть малейший выбор меж тем, кому его вручить…

— Мне на предателей как-то плевать, — пожал плечами Егор, откидываясь на спину парты. — Живой человек от пули умирает абсолютно одинаково, будь он потомственным вампирским холопом или нашим перебежчиком. А вот зомби с автоматом — это совсем другое дело. Не знаю, как у покойников с меткостью, но в них же палить как в стену можно, и на осколки им чихать!

— Да, столкнуться с такими врагами было бы…Проблемно. — Потер не слишком-то чистое лицо командир седьмого батальона, что по своей выучке лишь немного опережал восьмой и был сформирован всего-то три недели назад. — Таких только тяжелым оружием уничтожать надо. Или магией. Даже обычный мертвяк выстрелы неплохо держит, иной раз мы в первые дни по пол рожка высаживали, прежде чем хоть кого завалим…А уж если покойника обрядить в бронежилет и каску…В перестрелке против зомби-автоматчиков нормальному человеку без защитных амулетов ловить однозначно нечего. По нему надо попасть всего один раз, а покойнику и сотни пуль может маловато оказаться!

— Но вроде удалось победить в том бою без особых потерь, — осторожно заметил кто-то из хозяйственных. — Латников десятка полтора, да столько же стрелков и водителей…Ну, мне так рассказывали.

— Вам правильно рассказывали, — согласился с ним Мирохин. — Но даже если это не слишком значительные потери, это все равно потери, из-за которых Новокузьминск стал чуточку слабее. И если бы не грамотные действия Семена, уничтожившего руководство противника и не помощь ему со стороны перебежчика, расстрелявшего из гранатомета вражеских магов, то батальонов бы у Новокузьминска осталось всего семь!

— Вот кстати хороший вопрос, что теперь делать с этой, хм, перебежчицей, — подала голос Гуля, буравя меня подозрительным взглядом своих темных глаз. И совершенно напрасно, между прочим! Пусть когда меня впечатало ударной волной в ступеньки лестницы, повезло избегнуть серьезных травм, но все же тогда было сильно не до амурных приключений! А после, когда батальон наконец-то вернулся в город, то обладательница зеленых волос и цветков в волосах отправилась в особый гостевой номер нашей тюрьмы. Для гостей почетных, но вместе с тем трындец как опасных. — Да, она нам помогла…И, если не врете, то она наша соотечественница, которая еще год назад жила в Саратове. Но она все-таки вампир…

— А мне вот кажется крайне подозрительным, что какая-то деваха не просто скинула с себя ошейник, но и лихо так разнесла вдребезги каких-то там колдунов…Или якобы колдунов! — Громко заявил командир третьего батальона. — Сдается мне, казачок то засланный, и весь тот бой был просто большим спектаклем…

— Тебя бы в такой театр! Поседел бы раньше времени!

— Но согласитесь, это подозрительно!

— Еще и не такое бывает!

— А есть хоть какие-то доказательства того, что она нам врет?!

— А есть, что нет?!

Девушка, умудрившаяся даже без своего личного присутствия погрузить наше собрание в хаос и так лихо орудовавшая гранатометом в придорожном кафе, имела много запоминающихся особенностей. За стройное чуть смугловатое тело ей следовало сказать спасибо тренажерному залу и солярию. Блестящее серебром белье пришло из интим-салона, зеленая краска для волос взялась из обычного магазина с косметикой, пластиковые цветы в волосах…Ну, не знаю точно, но скорее всего с какого-нибудь ритуального венка. А вот изрядно увеличенные клыки как на нижней, так и не верхней челюсти, я поначалу не заметил, но они были. Причем не фальшивые, а свои, родные и исправно функционирующие. Изменения в прикусе и остальном организме появились у неё после того, как один из захвативших Саратов вампиров среднего звена решил побаловать себя новой игрушкой, которую он не только обратил, но и закамуфлировал под дриаду. Как оказалось, где-то относительно недалеко от нас по меркам мироздания обитали довольно воинственные то ли духи, то ли дамы, погрузившиеся в магию природы достаточно глубоко, чтобы пытающиеся попробовать их на зубок кровососы бежали наутек впереди собственного визга. Те, кому повезло, ведь остальные стали удобрениями. И за неимением своих настоящих обидчиц, некоторым клыкастым уродам пришло в голову использовать их убедительное подобие для регулярных унижений, избиений, изнасилований. Интеллект постельной игрушки, обращенной ради тренировки собственно обращения, и чтобы сразу не сломалась, не учитывался от слова совсем. В результате никто не мешал рабыне следить за тем, как предатели из числа наших военных обучают тех людей, которых нежить притащила за собой из других миров. Причем как слуг, а не в роли закуски на черный день. Быть сожранными случайно эти твари, к сожалению, в большинстве своем относящиеся к человеческой расе, практически не опасались. За века существования кочующего по рушащимся измерениям государства немертвых не было еще такого периода, когда ходячие покойники не имели бы совсем никого съедобного среди своих старых врагов или аборигенов завоевываемых территорий.

— Тихо! Прошу внимания! Мне кажется очевидным, что для решения данной проблемы стоит сначала ответить на вопрос: «Могут ли являться членами нашего общества существа, которые представляют опасность для обычных людей в силу своей необычной природы». Это не обязательно должны быть именно вампиры, возможны и иные варианты, ну там оборотни, лешие, носители каких-нибудь неизлечимых заразных заболеваний. — Подал я голос, перекрикивая воцарившийся шум и гам. К сожалению, о своих сородичах и их планах новообращенная кровососка сказать могла не сильно много. Хозяин тупо запрещал ей без его разрешения отлучаться куда-либо или с кем-нибудь разговаривать…Он собственно ей много чего запрещал, подкрепив свои слова не то гипнозом, не то какой-то особой вампирской магией, однако по части мозгокрутства убитая мной тварь была откровенна слаба. Девушке потребовалось лишь пара-тройка месяцев, чтобы преодолеть внушение…А после начать старательно делать вид, будто ментальные установки все еще действуют. С кем-нибудь другим подобные фокусы могли и не прокатить, однако её владелец сам в число кровососов вошел относительно недавно, лишь пару лет назад. И в тренировках особо не усердствовал. — Насчет обитателей иных измерений и представителей других рас мы, помнится, решили, что если они соблюдают наши законы и не создают проблем, то вполне могут жить в Новокузьминска или на подконтрольных ему территориях. Однако вампиры и им подобные в плане опасности для окружающих — это совсем другой разговор. Собственно основных вариантов лично мне видится три: Могут, не могут, могут, но с жесткими ограничениями. К примеру, на значительном удалении от обычных людей, подвергаясь регулярным проверкам и везде за пределами своей резервации имея вооруженное сопровождение.

— В принципе, последний вариант кажется мне наиболее приемлемым… — Задумалась Гуля. — В конце-концов, ситуации разные бывают и наша гостья тому живой пример…

— Немертвый, — возразила ей Аня. — У неё комнатная температура, сердце не бьется и клеточного деления не происходит. По всем законам биологии она — труп…Пусть даже плачущий от счастья, когда получила возможность впервые за черт знает сколько времени принять горячую ванну.

— В общем, я за третий вариант, — повторилась бывшая работница салона красоты. — Пусть даже он и кажется несколько…Нетолерантным. Девчонка же виновата в том, кем она стала не больше, чем все остальные в Конце Света. А мы её опять в клетку, пусть даже большую и более комфортную…

— Я согласен, чтобы будущие поколения считали меня кровавым тираном и жестоким деспотом, при условии, что эти будущие поколения вообще появятся. — Мне не нравилось так говорить и так поступать, однако иного приемлемого выхода из ситуации придумать не получалось. — Но если мы позволим ходить среди нас возможному агенту влияния противника или просто существу, у которого однажды инстинкты могут взыграть и заставить воспринимать окружающих как пищу, то шансы на выживание нашего анклава заметно снизятся. Итак, поскольку вопрос крайне серьезный и во много определяющий будущее всех нас, предлагаю взять паузу на его обдумывание. А проголосуем завтра.

Глава 5

Высокая зеленая и сочная трава росла так высоко, что почти скрывала собою машины, проламывающие себе дорогу по старой колее, петляющей на расстоянии полусотни метров от русла крупного ручья. Из этих зарослей прямо на головной броневик, в котором я и ехал, выпрыгнула почти трехметровой высоты прямоходящая ящерица, вопреки всем мифам о тираннозаврах имеющая очень даже развитые передние хвательные конечности. Приземлившаяся прямо на капот и небрежно избегнувшая торчащих во все стороны острых арматурин туша закрепились когтями передних и задних лап на гладком металле с ловкостью, от которой мартышки бы выдрали себе всю шерсть и принялась водить туда-сюда головой на не такой уж и короткой шее, явно примериваясь, куда тут кусать кривыми крокодильими клыками и вообще как бы укусить половчее…Открывать окно и протягивать руку в сторону источающей смрад тухлого мяса пасти, куда человека можно было бы уместить почти целиком, было страшно. К счастью, делать этого и не пришлось. Из идущей следом за нами машины в охамевшего доисторического хищника выпалили пустотной кляксой, отожравшей на боку твари кусок мяса килограмм так на сто. Монстр не умер, но из-за появления раны, откуда ручьем хлестала кровь и даже кишки начали вываливаться, ему стало явно очень больно, поскольку заревев как паровоз он кузнечиком сиганул с нашего капота куда-то в траву. Возможно, динозавр сумел бы пережить сегодняшнюю встречу и отлежаться, как мы установили практическим путем, многие гигантские рептилии имели вполне исправно действующую регенерацию, благодаря которой даже потерянную конечность могли отрастить, но сбежать у твари не получилось. Еще две пустотных кляксы догнали пытающееся убежать подальше от машин чудовище. Одна клюнула свою цель в спину, оставив обширную, но в общем не опасную рану, а вот вторая почти перерубила шею у самого основания, и агонизирующий хищник полетел кувырком.

— «Небо», прием! — Я слегка дрожащей рукой дотянулся до рации и попытался вызвать ту машину, из которой осуществлялось наблюдение за округой при помощи нескольких летучих беспилотников. — Вы чего там, уснули за мониторами?! Почему мы о появлении этого гребанного прямоходящего крокодила узнали только тогда, когда он нам на капот приземлился?!

— Наш косяк, признаю. Но эта скотина была не видна, пока не выпрямилась! — Последовал слегка хамоватый ответ от оператора систем наблюдения, которого даже Конец Света не смог излечить от гопнических привычек. Ну, то что он свою броню раскрашивает на манер спортивной куртки и даже фальшивые лейблы рисует — это еще ладно…Но его уже раз пять заставляли рабочее место зубной щеткой выдраивать, за сплюнутую прямо в машину шелуху от семечек. — Спрятался в траве, как гибрид льва с хамелеоном, у которого дедушкой был сам Чингачгук Большой Змей!

— Гребаные ящеры! — Выругался водитель, отрывая одну руку от руля и начиная массировать грудь, которую как ему, так и мне, больно сдавили ремни безопасности, когда наш броневик тряхнуло из-за столкновения с этой прыгающей тушей. — Вот какого хрена они думают, что мы — закуска?!

— Динозавры всеядные, а потому жрут всё, что могут поместить себе в пасть. А еще они тупые, как курицы, плюс наш грузовик в целом походит на какого-то коренного обитателя здешних саван. Достаточно большой и шипы в разные стороны торчат. — В качестве доказательства своих слов, я кивнул в сторону стада из пятерки возвышающихся над травой трицератопсов, пасущихся на расстоянии нескольких километров от дороги. Так-то они питались в основном травой, но людям к этим «коровкам» юрского периода подходить крайне не рекомендовалось. Затопчут. И сожрут. Коровы и лошади вполне способны под настроение схрумкать мышь или там цыпленка, если поймают, конечно, а древние холоднокровные в плане пищи были куда менее прихотливы, чем современные млекопитающие. Главное, чтобы в рот пролезало и не сильно брыкалось, а желудок переварит! — Ладно, мы почти приехали и больше таких эпизодов не будет…Наверное. Еще минут пятнадцать, и будет портал в измерение с нормальной фауной, а там уже и до Канады рукой подать.

Разрыв в пространстве, соединяющий между собою разные точки двух измерений, мы прошли без каких-либо проблем. Ну, если не считать того, что с другой стороны портала оказалось темновато, поскольку в этом мире давно и прочно наступила ночь. Однако, время суток — это скорее обстоятельство, чем неприятность, так как само по себе никакого вреда не несет, да и отменить его при всем желании не получится. А потому машины просто включили фары и продолжили путь, благо осталось совсем немного, а дорога могла считаться относительно ровной и наезженной…Причем даже не только нами.

— Говорит «Небо»! — Внезапно послышался из рации хамоватый голос, сопровождаемый треском помех и разгрызаемых семечек. — Видим Рогатого! Похоже, он настроен решительно…

Из темноты ночи наперерез бронированной машине скакнуло нечто быстрое, крупное, рогатое…И было отброшено бампером броневика, рассчитанным на проведение таранного удара по каким-нибудь вконец охамевшим динозаврам, оставив после себя лишь брызги крови, часть которых залетела внутрь через смотровые щели меж листами зачарованной стали и осели на лобовом стекле. Масса существа не шла ни в какое сравнение с легким грузовичком, ныне превратившимися в подобие танка, а потому оно-то столкновения пострадало, а вот мы это происшествие едва заметили. На некоторых колдобинах сильнее трясло.

— Какого черта это было?! — Озадаченно протянул я, пытаясь понять, кого именно видел в свете фар считанные моменты до того мгновения, когда нападающий чуть ли не размазался по бронированной машине. Больше броневик никого протаранить не пытался, да и сигналов тревоги, идущих из рации панических криков или звуков стрельбы не было. Получается, это не спланированная атака, а какая-то досадная случайность? — Оно было похоже на…

— Олень! — Сказал как сплюнул водитель, с гримасой отвращения рассматривая едва видимые капли крови, растекающиеся по лобовому стеклу. И чтобы стереть их придется как-то снять все те металлические пластины, которыми усилили наиболее уязвимую часть грузовичка, чтобы защитить обитателей кабины. — Гребанные рогатые суицидники уже задрали! Непуганые идиоты, которые своей звериной башкой не думают от слова вообще! Вот каким долбоклююем надо быть, чтобы счесть, будто штука, которая минимум в десять раз тебя больше, посягает на территорию, и если её побить, так все самки такому герою точно дадут?!

— Так может олени атакуют и не из-за самок? В конце-концов, не все беды мира происходят от женщин, как бы они ни старались…

— Значит все еще хуже, и у этих дундуков рогатых даже такого оправдания нет!

Измерение, по которому мы сейчас ехали, было относительно хорошо изучено, и относительно безопасно. Этот мир находился то ли в эпохе плейстоцена, то ли где-то рядом. Почти нормальные по меркам Земли животные, разве только куда крупнее наших аналогов, ну и с добавлением некоторой доли экзотики: саблезубые волки, медведи, белки и тигры, мохнатые носороги, хищные стайные курицы-переростки, мамонты, гигантские пауки….Из разумных или как минимум умеющих пользоваться грубыми инструментами коренных обитателей встречались тролли и арии. Правда, и тех и других мы видели редко, даже реже, чем забредших сюда из порталов динозавров или другую фауну чужих миров. Дальние родичи людей, конечно, были бы не против закусить человечком, а лучше бы не одним, однако их куцых умишек хватало, чтобы осознать опасность приближения к целой автоколонне броневиков. И потому утепленные изрядным количеством шерсти гуманоиды при приближении конвоя предпочитали прятаться по своим норам, даже если раньше никаких нор у них и не было. Причем делали они это весьма искусно, видимо благодаря частой практике по спасению от более крупных хищников. Если бы не беспилотники, беспрестанно кружащие в воздухе и имеющие сверху отличный вид на всю округу, мы бы могли их присутствия и вовсе не засечь. Воздух иного мира, проникающий в кабину через многочисленные щели, просто одуряющее пах…Гарью. Если верить воздушным разведчикам, то километрах в двадцати-тридцати от того места, где мы ехали, располагалось впечатляющих размеров болото, полное отборного качественного торфа. И эти залежи по какой-то причине вспыхнули, причем полыхали они явно не первый день, а то и не первую неделю. Дышать, в общем-то, было можно, хотя за прошедшее после Конца Света время люди заметно успели отвыкнуть от дыма заводов, выхлопных труб и прочих источников загрязнения воздуха, однако хотелось уже поскорее покинуть данное измерение, оказавшись посреди почти нетронутой природы Канады.

— Внимание! Приготовиться к прохождению портала! — Скомандовал я в рацию, наблюдая за тем, как переливается всеми цветами радуги пространственный разрыв, ведущий к городку под названием Уайтхорс. В принципе, данная дорога была достаточно наезженной, хорошо изученной и безопасной, так как являлась одним из двух маршрутов, которыми Новокузьминск был связан с остатками старой цивилизации. Однако, наша безумная вселенная слишком любила преподносить разного рода неприятные сюрпризы, а потому стоило проявляться максимальную бдительность каждый раз, когда чего-то могло пойти не так. Мало ли, вдруг Уайтхорс пару дней назад захватили какие-нибудь разумные человекодяные кабачки, состоящие в союзе с помидорами-убийцами…Или просто перед порталом, через который мы ездили, вкопали пару-тройку противотанковых мин, не озаботившись вывесить предупреждающую табличку. — Пускайте паукана!

Грузовик, идущий следом за нами, остановился в паре десятков метров от аномалии, соединившей между собою два разных измерения. По сходням, немедленно опустившимся на землю, неспешно сполз метрового роста деревянный восьмилапый голем, имеющий некоторое сходство с пауком. Только из брюшка разматывалась не тончайшая шелковая нить, а заключенный в изолирующую оболочку толстый кабель, да утыканная глазами голова, смотрящая во все стороны сразу, находилась не на положенном от природы месте, а возвышалась над туловищем, к которому сходились многочисленные конечности. Однако, несмотря на пугающий внешний вид, данный конструкт не нес на себе никакого оружия и был абсолютно безобиден. Единственным его отличием от детской игрушки служила система проводной связи, позволяющая нам видеть то, на что смотрели глаза этого оригинального беспилотника. В паз, вырезанный на торсе волшебной машины сразу за башкой, воткнули белый флаг на длинном древке. Данный отличительный знак давал понять тем, кто мог оказаться с той стороны, что к ним отправилась не боевая машина, а всего лишь разведчик…А то были уже неприятные прецеденты, когда отправленного на разведу магического дрона уничтожали, посчитав угрозой.

— Народ, перекур пять минут, у нас тут проблема! — Внезапно уже почти дошагавший до портала паукан застыл на месте, а из кузова грузовика, откуда и вылез беспилотник, раздался громкий крик главного артефактора всего Новокузьминска и, по совместительству, творца данной машины. А также большинства других големов, ныне стоящих на вооружении нашего города. — Картинки нет, видать опять какие-то контакты отошли!

— Блин, ну сколько можно уже? — Тихонько возмутился водитель машины, откидывая на спинку сиденья. — Второй раз за неделю проблемы с этой фигней многоногой! Не легче сделать дрона на радиоуправлении, как те беспилотники, которыми мы округу осматриваем, чем регулярно со сборкой-разборкой паукана возиться?!

— Не легче, — ответил ему я, открывая дверь, чтобы немного размять ноги изрядно затекшие за время пути. Вообще-то выходить из транспорта лишний раз не рекомендовалось, однако из всего конвоя именно мне проще всего было в любой момент прикрыть себя защитными чарами, да и не водилось в этом мире вроде бы ничего достаточно опасного, чтобы представлять угрозу для четырех десятков бронированных автомобилей разной степени грузоподъемности. Во всяком случае, в этой его части. — Ни радиосигнал ни магические методы связи через портал не работают…Ну или мы их работать не можем заставить. А вот с сигналом, который через провода идет, проблем как-то не наблюдается.

— О, Семен! — Обдал меня волной мятных ароматов Денис, также вышедший в ночную темноту. Не отвлекаясь от пережевывания жевачки мой коллега подслеповато щурился через толстые очки то на замершего паукана, то на мерцающий в руке планшет. Впрочем, размять ноги решили не мы одни. Из выстроившихся в нечто вроде круга машин вылезло около четырех десятков вооруженных людей, контролирующих периметр и охраняющих главного артефактора Новокузьминска…Жаль только, помощи с починкой беспилотника от них ожидать вряд ли следовало. Большая часть бойцов была представлена кое-как обученными правилам обращения с ружьями иммигрантами. А среди коренных Землян специалисты, способные одновременно разобраться как в электронике, так и в тонкостях построения магических конструкции были наперечет. Мы с Денисом-то город покинули исключительно из-за более-менее свободного владения английским, требовавшегося нам в старом мире и позволяющего нормально общаться с канадцами. — Слушай, поможешь? А то я даже с фонариком болты и разошедшиеся контакты три часа искать буду.

— Помогу, куда деваться, — в четыре руки процесс разборки дрона пошел куда быстрее. Под деревянным корпусом прятались проводки, присоединенные к направленным во все стороны видеокамерам-глазам, несколько стопок из металлических пластин, покрытых гравировкой в виде иероглифов неизвестного алфавита, костяной дом духа, служащего своеобразным «главным компьютером» машины, а также магические аккумуляторы из частей тела некоторых особо сильных монстров, что могли сохранять запасы энергии даже будучи давно мертвыми и тщательно высушенными. По всем законам логики, физики и здравого смысла подобная конструкция работать не могла. Но работала, пусть даже неизвестно, почему. Во всяком случае, выжившие при крушении летучей крепости не знали принципов, по которым функционирует большая часть их техники, включая разнообразные псевдоживые механизмы, которых на борту имелась целая армия…Но делать себе новых помощников из подходящих материалов парочка нелюдей все-таки умела. То ли лидеры данной группировки совсем-совсем не делились фундаментальными знаниями с подчиненными, то ли тупо скопировали чужие технические решения и потому сами не знали, почему надо именно так, и не иначе. — Полезная эта штука — големы, пусть даже возни с ними иной раз бывает выше крыши…

— Это да. Тот день, когда на нас напала небесная твердыня Хирт, следует обвести в рамочку и сделать красным днем календаря, поскольку это определенно лучшее, что случилось с Новокузьминском за все время после Конца Света… — Денис в очередной раз доказал, что он по праву является лучшим артефактором нашего города, поскольку умудрялся одновременно делать сразу три дела. Жевать жевачку, поддерживать беседу и настраивать работу камер шагающего беспилотника, что передавали свое изображение сидящему внутри духу. А уж он-то и взаимодействовал с прибором управления в виде электронного планшета, непонятно как умудряясь преобразовывать сигналы сложнейших вычислительных систем…Впрочем, коллеги этой сущности по нелегкому делу обитания в големах вообще использовали глаза животных или людей в зачарованных баночках или линзы, которым мистическими методами придали способность видеть, забрав её у какой-нибудь жертвы. — Пусть простят меня погибшие и стукнут по лицу их родичи, но те небольшие потери определенно с лихвой были компенсированы теми трофеями и пленниками, которых мы получили в тот день. Только благодаря их методам алхимических преобразований мы сумели создать нечто похожее на полноценную промышленность и можем относительно свободно изменять характеристики имеющихся материалов в любую желаемую сторону.

— А как же рецепты, которые были взяты из книг дореволюционных мистиков? — Нахмурился я, проверяя качество контакта кости, внутри которой сидел дух с магическим аккамулятором. — Те ритуалы, которыми мы теперь укрепляем одежду и металлические детали, они ведь тоже на алхимии основаны! Ты думаешь, мы бы не сумели сделать магический беспилотник, пользуясь только ими?

— Возможно бы и сумели. Лет так через десять-пятнадцать напряженных исследований. В той брошюре по мелким фокусам и бытовой магии были лишь готовые рецепты без объяснения, что, как, зачем и почему. Шаг вправо или шаг влево от приведенной схемы грозил непредсказуемыми последствиями, и хотя мы все равно экспериментировали изо всех сил, но делали это методом тыка и на один хотя бы удовлетворительный результат приходилось по меньше мере сотня полных провалов! — Наконец-то удовлетворенный результатами своей работы, Денис закончил проверять соединение проводов с видеокамерами, надерганными из мобильных телефонов, и удовлетворенно кивнул. На планшете, который был зажат у него подмышкой, крупным планом были видны мы, снятые сразу с нескольких ракурсов. Передача сигнала на разного рода управляющие устройства была не так удобна, как мысленное управление, но зато позволяла следить за окружающим миром и снижала риски, если какой-нибудь опытный колдун по этой струне чарами долбанет, желая добраться до хозяина марионетки. — Сейчас же мы понимаем общие принципы происходящих процессов, позволяющих наделять одни предметы качествами других. Их сутью, так сказать!

— Но используем все равно готовые рецепты, — счел нужным заметить я.

— Да, потому как они вылизаны кем-то очень грамотным до последней запятой и по своей эффективности обгоняют плоды наших самостоятельных экзерсисов как заяц черепаху. Однако сам факт того, что мы теперь знаем как нам разрабатывать свои схемы преобразований и можем в общих чертах прогнозировать, к чему приведет то или иное изменение, уже упростил работу мастерских как минимум на порядок! — Всплеснул руками Денис, лишь чудом не уронив на землю управляющее устройство. — Я готов собственными руками сделать конный памятник тому из этих чертей безрогих, кто составил подробные инструкции о методах слияния ауры и сути разных предметов и раздал их разного рода ученикам да подмастерьям, чтобы те пахали на благо той летающей груды камня. Жаль конечно, что никого из высокопоставленных колдунов захватить не удалось, либо подохли, либо сбежали…Но и с теми знаниями, которые были получены от наших пленников можно сварить зелье, в считанные секунды затягивающее открытую рану или изготавливать материалы с абсолютно любыми требуемыми нам свойствами. Вот, например, как эти деревянные лапы паукана, которые в суставах теперь тупо гнутся как резина, заметно облегчая нам производство подобных конечностей. А ведь одной лишь алхимией доступные нам секреты твердыни Хирт не ограничиваются…

— Можешь не продолжать, я и так прекрасно понимаю, как нам тогда повезло, — все перспективы захваченных магических технологий в масштабах человечества лично мне давно были понятны. Вот, например, инженерам для постройки самолетного двигателя кровь из носу нужна какая-нибудь высокопрочная и термостойкая металлическая загогулина, но нет ни какого-нибудь вольфрама, ни станков для его обработки. Не беда! Берем обычный стальной аналог и проводим его алхимическое преобразование, пока запчасть не станет удовлетворять требуемым критериям. В принципе можно даже и из дерева сию штуковину выточить…Только тогда энергии и расходников на доведение объекта до ума потребуется вообще уж неприличное количество. — По машинам! Готовимся к прохождению портала! Оружие держать под рукой и броню не снимать, но на провокации канадцев не поддаваться!

— Может и не будет никаких провокаций, — буркнул себе под нос Денис, который в Уайтхорс ехал впервые. Он вообще крепость почти не покидал, но на сей раз в связи с подготовкой к полномасштабным военным действиям мы намеревались закупить у не слишком-то дружелюбных соседей максимально возможное количество интересующих нас товаров, вроде автоматического оружия или бесхозных мобильных телефонов, откуда можно извлечь видеокамеры. Причем, учитывая прошлый опыт, куда проще и дешевле было договориться с частными лавочками, чем с властями канадского анклава. А для проведения подобных сделок требовались торговые представители, хорошо владеющие разговорным английским языком, и таковых в глубоко провинциальной русской глубинке после Конца Света по понятным причинам отыскалось не слишком много.

— Будут-будут, — уверил его я, шагая к своей машине. — Не зря ведь говорят: «Первый раз — случайность, второй — совпадение, ну а третий — это уже закономерность…».

Судя по докладу рации, паукан обнаружил на той стороне портала то, что и ожидалось. Окруженную оградой из столбов и колючей проволоки утоптанную площадку, вдоль стен которой высятся навесы от дождя и парочка предназначенных для временного обитания людей сараев, да по углам стоят четыре вышки с пулеметами, нацеленными внутрь охраняемого периметра. От категорического запрета пропускать вооруженных людей и транспорт на территорию Канады власти Уайтхорса все-таки отказались под давлением торговцев из иных анклавов, а в ничем не примечательный ранее канадский городишко теперь стекалось множество путей. Однако нас, а также некоторых других посетителей своего города, они серьезно ограничивали в праве свободного перемещения людей и грузов, чем сильно осложняли работы. Расположенная в городе артиллерия, если её не перенацеливали на реального врага, могла в любой момент выстрелить именно сюда. Да и поборы для «неблагонадежных» у них являлись просто конскими!

— Стоять! Выйти из машин! — Едва лишь головная машина нашей колонны прошла через портал, как оказалась окружена десятком канадцев, наставивших на неё автоматы и блокировавших дальнейшее продвижение броневика. Облаченные в вытертые полицейские бронежилеты и не сильно новые зеленые каски, тронутые ржавчиной, канадцы гордыми воинами не выглядели. Хотя, надо отдать должное властям Уайтхорса, были у них и настоящие профи из кадровых военных…Или мафии, чьи представители могли видеть куда больше жестокости и настоящих схваток, чем прозябавший по гарнизонам солдат. Но в этом загоне такие службу никогда не несли, сюда посылали лишь тех, кого и потерять не жалко, если вдруг чего. — Не доставать оружие! Предъявить документы! Приготовиться к личному досмотру и досмотру к

— Сержант Аткинс, ты не офигел? — Поинтересовался я, не торопясь покидать бронированную машину. — Груз, который мы будем обменивать на другие товары, так уж и быть, считайте и осматривайте, ваше право торговые сборы взимать…Но какой еще в жопу досмотр?!

— Это новые правила, утвержденные губернатором Марком…Ну, в смысле Салливаном! — Ответил шапочно знакомый канадец, с которым мы уже пару раз ругались. О как! Тут уже губернатор появился! А ведь в прошлый наш приезд он еще был всего лишь мэром. Интересно, как скоро дорастет до сенатора, а то и президента? Или они тут в монархию ударятся? — Введены ради противодействия терроризму и бандитизму, будем искать лиц, объявленных в розыск и вещи, представляющие опасность для Уайтхорса и не допущенные на нашу территорию. Не нравится — разворачивайся и проваливай, сектант проклятый!

— Специально для склеротиков повторяю, атеисты сектантами не могут быть по определению, — зло пробурчал я, все-таки открывая дверь машины. Если уж мы все-таки сюда приехали, то разворачиваться восвояси будет глупо. Тем более, дополнительные припасы для близящихся разборок с вампирами нам все равно нужны. А если повезет, тут еще можно будет и наемников нанять или каких-нибудь беженцев сманить к нам в Новокузьминск. — Еще какие-нибудь новости об изменениях вашего законодательства?

— Величина таможенного сбора специально для коммунистов, колдунов и им сочувствующих увеличена с восемнадцати до двадцати процентов, — усмехнулся сержант, явно наслаждаясь выражением моего лица. Чертовы канадцы хотят бесплатно забрать в свою пользу пятую часть того, что мы на продажу привезли! Это уже вообще ни в какие рамки! Покупатели ведь не станут менять какую-нибудь отводящую пули зачарованную кость на ящик с автоматами, поскольку им и самим надо будет получить какую-то прибыль. — И если на ваши сектантские бредни о том, что колдуном может стать каждый и при этом продавать душу совсем не надо, опять поведутся какие-то идиоты, то за каждого кто пройдет через наш портал вы должны будете уплатить специальный сбор…

Я никогда раньше не умел корчить рожи или скрипеть зубами, но сейчас вот как-то взял и научился. Кто-то из канадцев аж от смеха прыснул! Вероятно, сами себе эти бравые вооруженные парни казались грозными вояками. С автоматами, бронежилетами в единообразной военной форме и даже зеленых касках, позаимствованных непонятно с какого склада длительного хранения, где эти котелки валялись как бы еще не со времен Первой Мировой…Ну прямо ни дать ни взять солдаты их ближайшего соседа — Америки, собирающиеся нести свет демократии очередным вбомбленным в каменный век дикарям, ранее жившим при спокойствии на улицах, полных полках магазинов и регулярном электроснабжении. Однако лично у меня их внешний вид, да и вообще весь этот блокпост вызывали разве только презрительную усмешку. И подленькую мыслишку о том, что разнести этих торгашей вдребезги и пополам, взяв штурмом то недоразумение, которое они так легкомысленно считают хорошо укрепленным и защищенным городом, может оказаться проще и дешевле, чем терпеть нелепые придирки и платить неприлично задранные таможенные сборы. С оккупацией, конечно, будет много проблем, но зато появится стабильный контакт с частью Белоруссии, обитатели которой в Новокузьминск наверняка впишутся как родные. Ну, или мы туда переедем, если это будет оправданно, тут уж не принципиально…

Глава 6

— Я послал мальчишку передать сообщение, вас будут ждать, — торговец информацией, с которым я вполне себе плодотворно работал еще в прошлое посещение города, сунул мне бумажку с адресом, получил взамен маленький мешочек с патронами к автомату Калашникова, которые вполне так неплохо заменяли резко обесценившиеся после Конца Света доллары, а потом словно растворился в толпе посетителей крупнейшего из трех городских рынков. В Уайтхорсе русских не любили, и этот человек очень не хотел, чтобы нас с ним видели вместе…Но ради денег, вернее товара для бартерного обмена, был готов пойти еще и не на такое. Впрочем, своя валюта у местных тоже была. Печаталась на обычном принтере, содержала личную подпись мэра в качестве гаранта обеспечения сумм и называлась почему-то луидорами. Однако люди данные бумажки брали куда менее охотно, чем какие-нибудь компактные и ценные мелочи, подходящие для взаимного обмена. Все-таки большая их часть не проживала в данном населенном пункте, за пределами которой эти шедевры народного творчества и гвоздя ломаного не стоили, а лишь совершала сюда короткие вылазки ради возможности закупиться или распродаться.

— Ножи из Толедо! Настоящая итальянская сталь! — Надрывался стоящий неподалеку продавец холодного оружия, привлекая покупателей к своему киоску. — Есть топоры! Мачете! Катаны!

— С каких пор итальянцы в Толедо катаны делают? — Хмыкнул проходящий мимо охотник в зеленой кожаной куртке и енотовой шапке с длинным полосатым хвостом, опускавшимся до самых лопаток. — Ври больше, а лучше проверь, везде ли стер штамп «Сделано в Китае».

— Их японцы делают, которые Толедо захватили после того, как Хоккайдо затапливать начало! Я не вру! У меня прямые поставки из Италии! — Крикнул продавец вслед потенциальному клиенту, однако любитель выглядеть как бравый покоритель дикого Запада второго взгляда товары коммерсанта даже не удостоил. То ли он знал, что Толедо на самом деле находится в Испании, то ли слишком уже его захватил ассортимент сдвинутых вместе прилавков, работавших под общей вывеской «Зачарованная сталь».

— Доннерветтер! Это как так?! — Громко возмущался какой-то бугай в хоккейных доспехах, мешая воедино англоязычную и немецкую брань, но не отпуская рукояти большущей тяжеленной кувалды…Которой он буквально пять секунд назад долбанул по зажатой в тисках тонкой и обманчиво хрупкой шпаге. Клинок не пострадал, а вот на слегка ржавой металлической части оружия потенциального покупателя осталась глубокая зарубка. — Что это за сплав?!

— Дело не в металле, дело в магии, которой его обработали, — усмехнулся школьник лет пятнадцати, достаточно хорошо выучивший английский то ли в школе Новокузьминска, то ли еще в интернете, чтобы исполнять роль помощника при полноценных продавцах. — Эта шпага достаточно остра, чтобы её можно было вонзить в скалу, если хватит силы, а потом на ней можно будет висеть, пока руки не устанут. Более того, клинок обладает почти вечной заточкой, которая будет держаться годами, если не десятилетиями! Затупить можно разве только об танковую броню, да и то попотеть над этим придется долго!

— Да чтоб меня черти взяли, — шипел себе под нос другой клиент, стругая один нож другим. Металлическая стружка, снимаемая с лезвия, вызвала у мужчины настоящий нервный тик. Именно подобную мелочевку и расхватывало большинство покупателей, думая, что совершили очень выгодную сделку, крайне дешево прикупив шикарный артефакт от лучших чародеев Новокузьминска…А на самом деле выкладывая свои сбережения за отходы производства, которые мы бы выбросили, если бы не нашлось куда пристроить. В процессе работы мастерских неизбежно образовывалось огромное количество разного рода обрезков. Именно их под минимальным присмотром наших инженеров доводили до товарного вида наименее талантливые рабочие из числа переселенцев, выпрямляя, заостряя и полируя мелкие кусочки труб и прочего сырья, чтобы те стали похожи ножи, короткие мечи, копейные навершия или наконечники стрел. А потом весь этот острый хлам грудами оттаскивали к ритуально-зачаровательным кругам, где изделия и доходили до кондиции в течении нескольких суток, пока металл претерпевал меняющую его свойства алхимическую трансформацию. — Да медицинский скальпель по сравнению с этой штукой — просто тупое полено! Молекулярная заточка, вот как пить дать, молекулярная заточка…

Третий то ли канадец, то ли турист, в специально отведенном закутке палил в предлагаемый ему доспех из пистолета, с каждым выстрелом делая шаг вперед. Глаза небритого мужчины уже успели округлиться до таких размеров, что больше бы подошли герою аниме. Напялившая на себя рубашку из металлических пластин и кольчужных колец девушка скучающее зевнула, прикрыв рот ладошкой и не обращая внимания на летящие в её сторону свинцовые гостинцы. Даже если какой-то из них и нацелен не в почти нерушимую броню, а скажем прямо в прелестную светловолосую головку, то бояться нечего. Быстрее в оружии обойма кончится, чем выйдут из строя сразу две зачарованных шаманами кости, спрятанные внутри металлических футляров в грудной и спиной бронепластинах.

— Оружие из Толедо! Распродажа! Большие скидки! — Снова подал голос наш конкурент, мимо которого проплывала большая часть прибыли. Однако, надрывался он зря. Все потенциальные клиенты вместо знакомства с катанами из Толедо и прочей продукцией сомнительного качества уверенно заворачивали к «Зачарованной стали».

— Три противотанковых гранатомета?! — Раздался шокированный вопль от дальней части прилавков, где на продажу выставлялся более серьезный и дорогостоящий товар. — Да откуда такие цены?!

— Найди дешевле беспилотный летательный аппарат, который не будет нуждаться в топливе, способен передавать картинку на пять километров и, если понадобится, отнесет куда надо груз весом до пятнадцати килограмм! — Не менее громко отпарировал Денис, рядом с которым в воздухе висел один из наших техномагических дронов-наблюдателей, похожий на ведро, прицепленное к куску фанеры. Вот только сия несуразная конструкция висела в воздухе без всякой видимой опоры и до тех пор, пока она останется целой, падать не будет. Обитатели небесной твердыни Хирт были теми еще хитрыми типами, за счет сочетания зачарования и алхимии заставившими основу своего парящего замка отталкиваться от магнитного поля планеты. Повторить эффект в том же масштабе наши мастерские пока не могли, но и малая часть подобного великолепия, работающего до тех пор пока существует гравитация, давала просто отменный результат.

— Хорошо, три так три… Будь я проклят, но это должно того стоить, если он действительно пятнадцать килограмм поднимает и в смене аккумулятора не нуждается! А почем тогда у вас вон та человекоподобная груда металла, у которой меч с неё ростом?

— Я не груда! Я Сережа!

— Ладно…А почем тогда Сережа?

— Сережа бесценен и вообще, мне казалось, что работорговлю в Канаде давно отменили.

— Отменили — давно, а недавно вот вернули обратно, только называется это теперь контрактами длительного найма под обеспечением государства….

Поморщившись от этой новости, я еще раз взглянул на переданную мне бумажку, отделился от торговой части нашей экспедиции и потопал по указанному адресу, старательно не обращая внимания на слежку за собой. Надо сказать, отвлечься тут было на кого. В отличии от нас, канадцам, ну во всяком случае проживающим в Уайтхорсе, с соседями очень даже повезло. Из этого места относительно быстро, просто и безопасно можно было попасть сразу в три места, где даже сейчас в больших количествах жили коренные земляне, срезав дорогу через иные измерения. Куда-то в Египет, в саму долину Царей, расположенную именно в данной точке географическим координат древними фараонами видимо совсем не с бухты-барахты, так как ни один портал вблизи неё так и не открылся к огромному счастью туристов.

На южное побережье Франции, где ни буйствовали ни динозавры, ни ульевые хищные насекомые, ни армии вторжения, ни какая-нибудь другая серьезная пакость. И к острову рядом с Новой Зеландией, недалеко от крупного порта, где многие местные жители по очереди спасались от сухопутных монстров на кораблях, а от морских на суше, пока не натаскали оружия с ближайшей военной базы и устроили основательную зачистку разным тварям. Еще из примерно полутора десятков мест, где сохранились остатки старого мира, вроде Новокузьминска и северной части Белоруссии, до Уайтхорса можно было добраться с не слишком значительными сложностями и максимум за пару суток. И мэр города мигом сообразил, на какой золотой жиле он теперь, а потому приложил все свои силы и средства к тому, чтобы устроить международный обмен шила на мыло, с обязательными отчислениями в пользу города…А также его собственную. В принципе, вполне разумный и правильный подход, который облегчает жизнь всем. К сожалению, деловая хватка Салливана не отменяла его негативных качеств, к которым определенно стоило причислить русофобию, снобизм, нежелание прислушиваться к логичным аргументам если те нарушают сложившуюся у отнюдь не молодого канадца картину мира и постепенно прогрессирующую манию величия.

Оружейные ряды рынка, раскинувшегося на городской площади, уступили место продуктовым, где народа было значительно больше. Даже сейчас кушать людям хотелось чаще, чем кого-нибудь убить, особенно если они могли позволить себе такую роскошь, как проживание в безопасном поселении, чей покой хранила современная артиллерия и относительно профессиональные солдаты.

— Финики! — Кричал смуглый египтянин, стоящий рядом с мешками сухофруктов. Торговали там другие его соотечественники, а он служил аналогом рекламной вывески, вернее мегафона. И, надо сказать, покупателей имелось немало…Возможно и нам тоже стоит приобрести килограмм так двадцать или тридцать, детишек порадовать, да и взрослым премию выдать. — Древнейшие фрукты, собираемые человечеством! Долго портятся! Сладкие! Годами лежат!

— Бананы! Спелые сочные бананы прямо с кубинских плантаций! Прекрасно утоляют голод и дешево! — Надрывался продавец уличного фастфуда, что за неимением хот догов перешел на более доступную после Конца Света еду. С мясом-то проблем в Канаде не имелось, а вот с мукой…Нет, она была. Но стоила достаточно дорого, дабы хлеб или хотя бы какие-нибудь лепешки стали редким лакомством даже для тех, кто мог в изменившимся мире причислить себя к среднему классу!

— Сухие пайки американского образца! Консеры мясные и овощные!

— Чай из Бирмы!

— Яйца морских черепах!

— Мясо левифана!

— Листья священной кокки прямиком из Колумбии! Конопля! Тяжелая синтетика на любой вкус!

До Конца Света Уайтхорс может и был тихим провинциальным городишком, но сейчас он напоминал бурлящий котел, столько в нем перемешалось людских судеб и культур. И, подобно емкости с кипящим варевом, он был совсем небезопасен, причем от части этих опасностей меня не могли защитить ни подогнанный по фигуре костюм из зачарованной ткани, способный выдержать автоматную очередь не хуже любого бронежилета, ни даже магические барьеры, которые я и не ставил. Во-первых, не хотел сразу показывать все свои козыри, а во-вторых, они и держатся недолго, и на сверхблизкой дистанции их слишком просто тупо обойти.

— Дешево! Весело! Хорошо! Возьми! — Наперебой тараторили коротко стриженные негритянки неопределенного возраста и крайне сомнительной внешности, обступив меня буквально со всех сторон и бестрепетно распахивая плащи, под которыми не было ничего кроме темнокожих тел и, в отдельных случаях, заношенного белья. В Новокузьминске я по праву имею репутацию того еще бабника, но при взгляде на этих представительниц прекрасного пола в мозгу сами собой начинают мелькать мысли о целибате. Нет, расизмом никогда не страдал, и готов начать клеиться хоть к инопланетянке с щупальцами…Если это будет красивая инопланетянка с щупальцами! Вот только обступившие меня проститутки напоминали каких-то бомжих-наркоманок, только с африканским колоритом! Лысые или стриженные под короткий ежик, с желтоватыми глазами, грубыми расплывшимся татуировками, отвисшими чуть ли до плеч мочками ушей…Жуть, одним словом! И мало того, они помимо демонстрации своего «товара» еще и демо версию всучить пытались, напирая на потенциального клиента отвисшими голыми грудями и пытаясь прижаться к нему поплотнее. — СПИДа нет! Есть справка!

— Пошли вон, проститутки гриппозные! — Практически все женщины время от времени имели красные слезящиеся глаза, многие периодически чихали, либо кашляли, а у парочки кинувшихся ко мне представительниц древнейшей профессии от резких движений из носа капли прозрачной жидкости потекли! Оставалось лишь надеяться, что их болезненное состояние действительно вызвано чрезмерно легкой по канадским меркам формой одежды или каким-нибудь безобидным ОРВИ, а не каким-нибудь более серьезным вирусом, которому плевать на справки, настоящие и липовые. Попытки просто отпихнуть эти ходячие помехи в стороны, причем далеко не самые нежные, ни к чему не привели. Впрочем, судя по виднеющимся на темных лицах свежим и основательно поджившим гематомам, либо в среде жриц продажной любви процветало увлечение боксом, либо их кто-то регулярно лупил до кровавых соплей. И на фоне побоев мои тычки видимо ну вообще не котировались. — Убирайтесь! Эй, там! Канадская, блин, конная полиция! Какого черта вы там стоите и ни фига не делаете?! Помогли бы хоть их от меня отцепить!

— Эти дамы не настолько нагло нарушают правопорядок, чтобы мы арестовывали их за хулиганство, — лениво откликнулся один из двух приставленных ко мне сопровождающих, не торопясь слезать с седла. С бензином в Уайтхорсе ощущались заметные сложности, а потому по улицам города и его ближайшим окрестностям местные обитатели предпочитали передвигаться на экологически чистом четвероногом транспорте, периодически удобряющем землю порциями свежего навоза. — Разбирайся сам. И вообще, комми, на твоем месте радоваться надо, что популярностью у женщин пользуешься, пусть даже и у таких…

— А ну вынула руку из моего кармана, шваль подзаборная, пока я тебя заживо не сжег! — Взъярился я, когда почувствовал, как чья-то рука ныряет в карман моих штанов и тщетно пытается нащупать там хоть чего-то интересное, помимо маленького русско-английского словаря, взятого на всякий случай. Все полезные мелочи, обычно таскаемые с собой, остались во внутренних карманах доспехов, которые мне не разрешили одеть во время путешествия по городу. Хорошо хоть пришитые к рукавам зачарованные перстни оставили, вернее просто не заметили их.

Кисти рук окутались огнем, стремительно вытянувшимся в тонкие нити и распространившимся во все стороны, чтобы окутать всю фигуру мелкоячеистой пылающей сетью. Данное заклятие, вычитанное в конспектах соотечественника по кличке Феникс, которого основательно помотало по какому-то магически развитому миру, относилось к категории защитных. И честно говоря, я его так толком и не освоил. Стихия тупо была недостаточно жаркой, чтобы сжигать стрелы на лету или обугливать до костей черепа пасти разных тварей, покусившихся меня покусать. А еще при попытках активно двигаться уже секунд через десять спадал контроль, и магия начинала весьма ощутимо жечь своего создателя, хотя вообще-то вредить ему была не должна. Однако даже так данные чары вполне позволяли пройти невредимым через стаю каких-нибудь одичавших собак, если им их нежные носики и глазки дороже человеческого мяса, держать от себя на расстоянии разный летучий гнус типа комаров и мошек или поработать в ночи маяком. Как оказалось, с отпугиванием вороватых щлюх данные чары тоже неплохо справлялись. Чернокожая женщина средних лет с обильным слоем тональной косметики на покрытом фингалами лице отскочила с громким испуганным визгом, спасаясь от пощечины пылающей ладонью. Если бы я хотел, она бы конечно так легко не отделалась, но все же оставлять ожоги женщине, возможно просто не имеющей другого способа добыть себе пропитание, как-то не хотелось. Да и с маячащих за спиной полисменов сталось бы заступиться за неё, открыв огонь на поражение.

— Если вы сейчас чего-то вякните о дополнительном штрафе за нападение на жителей города, то мне заодно придется заплатить и за увечья, нанесенные представителям власти! — Рявкнул я на сопровождающих во всю глотку, больше не обращая внимания на чернокожих проституток, разбегающихся кто-куда с перепуганными визгами. — Мне легче один раз каждому из вас выжечь по глазу и потом разобраться с последствиями, чем терпеть бесконечные придирки и заставлять разных дебилов в униформе тупо делать свою работу!

— Но…Ты же без своей волшебной палочки, в смысле посоха, который кровью питается! — Если бы ближайший ко мне канадец мог, он бы обязательно постарался попятиться. Однако, он сидел в седле, а лошадь у парня оказалась на удивление флегматичной…Или просто тупой и не способной распознать угрозу в объятом пламенем человеке. — Ты же не должен без него колдовать!

— Дебил! — Припечатал его я, немного успокаиваясь и гася покрывшую меня защитную огненную сеть. А то мало ли, чуть-чуть не услежу за огнем, и прощай одежда, привет ожоги! Убить-то меня вспыхнувшие тряпки не убьют, да и медики обратно на ноги поставят благодаря зельям еще до возвращения домой, но приятного будет мало. — Ты бы хоть узнал, кого сегодня конвоируешь! Я — глава гидьии магов Новокузьминска, а не какой-нибудь там сопливый неофит, который даже с посохом только в носу ковыряться и умеет! Уж поверь, если вы таки добьетесь своего и достанете меня до самых печенок, то в последние секунды своей жизни сможете полюбоваться на то, как творят боевую магию без всяких вспомогательных инструментов!

В принципе, канадцам я даже не соврал, просто слегка преувеличил свои возможности. Тот же ледяной диск я уже вполне мог создать и без перстней или прочей материальной основы для рун, выдохнув из легких жизненную энергию вместе с воздухом, а потом сформировав из неё нужный конструкт…Ну, попытавшись сформировать, затратив на это секунд двадцать, что по меркам боя просто преступно много. Причем из-за рассеивания части заряда в окружающей среде, убойная мощь чар будет заметно уступать своим аналогам. Да и добиваться успеха, вслепую манипулируя праной, мне удавалось от силы лишь в двадцати процентах попыток. И это без отвлекающих факторов, которых в сражении всегда воз и маленькая тележка. Плюс мои резервы энергии совсем не так велики, как хотелось бы…Короче, если будет драка, когда перстней со мной не окажется, то проще будет кого-нибудь отвлечь пиромантией, которая и сил жрет не так много, и результат дает в течении считанных мгновений, а после лишить противника его оружия, и дальше орудовать уже трофеем.

— Стоять, бродяга! Ты обидел наших девочек, и ты заплатишь за это! — Буквально через три-четыре минуты и сотню метров от места столкновения с агрессивными жрицами продажной любви, наперерез мне из какой-то подворотни вывернул пяток молодчиков самого сутенерско-бандитского вида. Не обезображенные интеллектом лица пестрели разнообразными отметинами былых драк, от сломанных носов и до отсутствующих ушей, теплая зимняя одежда на могла слишком уж хорошо скрыть их накаченные мускулы, а унизанные большими перстнями пальцы не только могли сложиться в кулак, благодаря бижутерии аналогичный кастету, но и сжимали толстые металлические цепи да какие-то палки. Вероятно, ножи и пистолеты тоже имелись, но открыто их пока все же не демонстрировали. Причем, что характерно, родственниками проституток они не могли быть ну никак, цвет кожи даже близко не соответствовал. — Эээ…Офицеры, а что вы здесь делаете?

— Да-да, может, вы погуляете где-нибудь пять минуточек? — Поддакнул какой-то низкорослый и худощавый шкет лет так шестнадцати или семнадцати, щуря раскосые глаза. Мускулы у потомка азиатских иммигрантов уже выросли, а мозги видимо пока нет. Его старшие товарищи ведь довольно быстро растеряли весь свой боевой задор, созерцая меня и шествующую по пятам конную полицию. Вероятно, властелины дешевых шлюх и темных подворотен изначально не стали себя особо утруждать выслушиванием перепуганных баб, еще и английский знающих с пятое на десятое, но теперь в этом явно раскаивались. Ведь когда человека сопровождает такая свита, то за него как минимум могут спросить. И не так уж и важно, сделают ли это власти Уайтхорса которые относятся к нему так внимательно или кто-то, кого Салливан и компания считают достаточно важными, дабы парочку своих солдат от дела оторвать и няньками приставить. В случае проблем мелкие уличные бандиты останутся крайними в любом случае, и вряд ли среди них найдутся представители настолько нетрадиционных меньшинств, что искренне обрадуются побоям и использованию терморектальных криптоанализаторов, к которым ради такого дела и дефицитное ныне электричество подведут. — Мы платим капитану Чарли, а если вдруг переусердствуем, то тут до ирландского квартала уже два шага осталось, тело на рыжих списать можно будет…

— Какие, однако, интересные нравы царят в провинциальной канадской глубинке, раз о таких вещах говорят в публичном месте и ни капли не стесняясь, — протянул я, зажигая в каждой руке по небольшому огненному шару. Позерство вообще-то, такими сферами в моем исполнении можно лишь гонять собак да всяких трусливых шакалов, однако бандиты резко и с удивительной синхронностью тут же сделали пару шагов назад. Причем не утруждая себя тем, чтобы узнать, а чего там сзади такое-то. В результате один из них поскользнулся на какой-то консервной банке, схватился за другого, и они вдвоем полетели на землю. — Да, ребят, может, вы действительно минут пять погуляете? Мне этого времени хватит, а то знаете, парочку многообещающих экспериментов давно приходится откладывать, поскольку нет для них подходящего живого материала…Я даже немного доплачу!

— Убирайтесь к дьяволу, уроды тупые, пока вас этот колдун прямо к дьяволу и не отправил! — Взвизгнул один из полицейских, и бандитов тут же начали пятиться, причем даже те, которые свалились на землю. Один из них даже на ноги вставать не стал, довольно проворно улепетывая на карачках. — А ты, коми, не искушай нас!

Вероятно, канадец имел в виду, что-то вроде: «не искушай нас применить силу», однако бандиты явно решили, будто полиция всерьез рассматривает вариант дополнительного заработка с продажей излишне тупого преступного отребья залетному колдуну на опыты. И резко ускорились, причем парочка даже начала от избытка чувств кричать почти так же, как опекаемые ими негритянки. Видимо здешние сутенеры имели очень хорошее представление о продажности представителей правоохранительной системы Уайтхорса и серьезно сомневались, что у конвоирующей меня парочки такие уж высокие расценки. Ну а я продолжил путь, благо раз до ирландского района осталось недалеко, то по крайней мере шагаю действительно в нужном направлении.

Улицы города были грязными, даже покрывающий проезжую часть асфальт почти полностью скрылся под слоем из опавшей листвы и хвои, банановых шкурок, лошадиного дерьма и техногенного мусора, вроде обрывков бумаги и порванных целлофановых пакетов или давным-давно опустевших жестяных банок из-под пива или консервов. Видим у мэра города имелись задачи и поважнее, чем работа муниципальных служб. Встречающиеся мне люди, за редким исключением, тоже чистотой не блистали. Практически все включая женщин носили короткие стрижки, значительно облегчающие гигиену, а одежда их пестрела пятнами въевшейся грязи, которую не так-то просто отмыть руками в холодной воде, особенно когда мыло в дефиците. А если хочешь горячей — изволь добыть топливо. И пусть растения теперь благодаря высокому магическому фону растут в несколько раз быстрее, да и лесов вокруг полно, вот только из похода за дровами вполне можно и не вернуться, поскольку обитающая там живность кушать хочет регулярно, да вдобавок ружей боится далеко не всегда. Впрочем, некоторые из встречающихся по пути личностей на грязь особого внимания не обращали, поскольку успели привыкнуть к ней с детства. Большая часть обитающих ныне в городе чернокожих являлась не афроамериканцами, а вполне себе натуральными африканскими неграми, чьи предки если и видели европейцев-работорговцев, то только когда продавали им неудачливых соплеменников.

— Так, вроде сюда, — я сверился с бумажкой, куда записали нужный адрес, поискал на домах табличку с названием улицы и уже куда более уверенным тоном зашагал в сторону паба «Четырехлистный клевер». Вероятно, это было одно из немногих питейных заведений во всем мире, которое после Конца Света не обанкротилось, а рвануло в рост. Во всяком случае, сейчас на входе в далекое от фешенебельности здание стояло целых два швейцара. Рыжеволосых, в бронежилетах и с кобурами открытого ношения. Причем один из них был одет в точно такую же форму, как и сопровождающие меня полицейские. Только на груди у него блестела серебром звезда шерифа.

— Его внутри ждут, а вас — нет, — обратился этот человек к моим сопровождающим. — Можете отправляться в казарму, обратно до рынка я провожу его сам.

— Мы подождем, — раздраженно пробурчал тот из всадников, кто был видимо поглавнее. — Иначе капитан нас с дерьмом сожрет.

— Ваше право, — пожал плечами один из местных шерифов, делая шаг в сторону и позволяя мне войти в резиденцию оппозиции Уайтхорса. Вообще-то паб принадлежал ирландской диаспоре, которая до мафии не дотягивала исключительно в силу малочисленности и провинциальности городка, где до Конца Света народ друг друга знал достаточно неплохо, да к тому же значительные финансовые потоки отсутствовали. Однако с открытием порталов и гибелью старого мира на одного местного стало приходиться минимум пять пришлых. И клан Салливанов, оказавшийся на верхушке политического Олимпа в данной части света, стал уверенно подминать тех, с кем раньше вынужденно считался.

Внутри паба практически не было людей, из семи столиков было занято всего-то три, а потому парочка рыжеволосых официанток бездельничала, усевшись на стулья перед барной стойкой и о чем-то переговариваясь друг с другом, не обращая внимания на неодобрительный взгляд пожилого бармена. В чертах лица мужчины, протирающего тряпочкой высокий пивной бокал, вроде бы было с девушками нечто общее, но точной идентификации их как родственников мешало полное отсутствие рыжих волос на покрытом морщинами лице. Гладко выбритый череп блестел в пробивающихся через относительно чистое окно лучах солнца, а спускающиеся с верхней губы роскошные усы белели сединой.

— Кого я вижу! Товарищ Семен! — На чистом русском языке поприветствовал меня смуглый кубинец, вставая из-за ближайшего столика и широко распахивая объятия. — Словами не передать, как я счастлив нашей встрече! Учебные материалы, что вы подготовили для нас, были оценены моим руководством крайне высоко! Те части сил народного ополчения, которые испытывают недостаток тяжелого оружия, уже готовятся взять на вооружение рунные посохи вашей конструкции!

— Рад слышать это, товарищ Мигель, — вернул я улыбку одному из немногих людей в этом городе, который не питал предубеждения к русским. Скорее уж наоборот, ведь наши народы слишком долго являлись союзниками в деле противостояния с жителями Северной Америки. Впрочем, те же правила пользования рунами, что выкачивают из владельцев жизненную силу, я продал бы даже Пентагону. Сейчас важно думать о выживании человечества, а не о старых спорах…Но постарался бы взять за эту магическую технологию действительно хорошую цену. И методы создания отводящих пули амулетов или алхимических трансмутаций оставил при себе, снабжая столь сомнительных союзников лишь готовым продуктом за соответствующую плату. — Как там Куба?

— Восстанавливается, — пожал плечами житель одной из немногих стран, где Конец Света встретили с относительно приемлемыми потерями. Точной переписи населения они не проводили, не до того, но вроде бы на далеком тропическом острове после первых дней катастрофы уцелел аж каждый второй! Относительно небольшое количество суши, еще больше уменьшившееся вследствие поднятий уровня Мирового Океана, привело к тому, что количество пригодных для перемещения по земле порталов оказалось также весьма скромным. В результате сухопутных монстров на Кубу проникло не слишком много и из соседних регионов уже чуть позже катаклизма перекочевать те же стада динозавров иначе как через пространственную аномалию не могли. А обитатели воды по понятным причинам наибольшую опасность именно в этой самой воде и представляли, редко удаляясь от линии прибоя. Вдобавок жители маленького но гордого государства так долго готовились агрессию со стороны США, что когда у противника вдруг не оказалось звездно-полосатых флагов, большой это роли не сыграло ни для военных, ни для гражданского ополчения. — Мы окончательно выбили орков с нашей земли и заключили с людьми-крабами договор о взаимопомощи. Союзники они, к сожалению, не важные, как-никак в каменном веке застряли, да и мало их, однако по крайней мере теперь рыбацкие лодки могут перемещаться вдоль берега почти безбоязненно. Поговаривают даже о том, что через пару месяцев могут отменить карточную систему на продукты.

— Отличные новости, — искренне порадовался я чужим успехам. — Надеюсь, в таком случае с ответной помощью у вас затруднений не возникнет?

— Ни малейших, — покачал головой Мигель. — Я уже отправил гонца, и к завтрашнему утру в Уайтхорс прибудет пять десятков военных советников, готовых обучать ваших людей методике ведения партизанской войны и правильному обращению со снайперскими винтовками, гранатометами и взрывчаткой. Также мы готовы безвозмездно передать вам кое-какое тяжелое оружие, в частности…

Глава 7

Тяжелый дубовый по посох со свистом разрезал воздух, устремившись к моей голове. И ладно бы он по ней просто стукнуть попытался, но так ведь конец острой палки едва было не ткнулся мне в глаз! Лишь чудом удалось избежать травмы, одновременно и шагая назад, и до хруста прогибаясь в спине, чтобы чертово полено на считанные миллиметры разминулось с лицом!

— Осторожнее, блин! — Выругался я, сначала еще больше отходя назад и лишь потом распрямляясь. Поясничные мышцы ощутимо ныли из-за чрезмерных рывковых нагрузок, однако эта боль была определенно предпочтительнее излишне тесного знакомства с дубовым посохом. — Так ведь и покалечить можно!

— Я знаю, что делаю, — презрительно усмехнулся мне покрытый шрамами блондин, одной левой удерживающий весящую килограмм этак пять деревяшку, а после со скрежетом шагнул вперед. Заменяющие ему обе ноги вплоть до середины бедер деревяшки по понятным причинам сгибаться не могли, а потому шаркали по асфальту плаца при каждом движении. И для пинков не годились ну абсолютно, чему были благодарны все без исключения ученики этого видавшего виды наемника из иного мира, что после попадания в плен предпочел комфортный быт своей воинской гордости и стал передавать обитателям Новокузьминска известные ему ухватки. А вот деревянным крюком, заменяющим правую руку, светловолосый гад мог врезать очень даже сильно и ловко, в чем я не раз убеждался на собственном опыте. — Боль — лучший учитель! Твое тело знает боль и боится её, а потому смогло увернуться от удара, который всего три месяца назад отправил бы тебя к целителям! А если оно не может увернуться, то может ослабить урон…

В теории использование аурного усиления, обострения рефлексов или упрочнения не представляло из себя ничего сложного. В теории. А вот с практикой возникали сложности. Для первого человек должен был ощутить те энергетические изменения, которые сопровождают работу его мышц и научиться силой воли стимулировать данный процесс. Какой-нибудь йог или прирожденный гений, наверное, мог бы справиться сам, а простым смертным вроде меня помогали более опытные коллеги, которые напитывали своей силой чужие тела до тех пор, пока те не станет распирать от чужеродных включений. А когда болит, ты чувствуешь то место которое болит очень четко, даже если оно и не совсем материально. Особенно если в это время безжалостно заставляют выкладываться на полную катушку. Неизбежные в процессе первых тренировок ошибки вели к порванным связкам, гематомам, треснувшим костям и прочим подобным «радостям». Для ускорения рефлексов требовалось сделать примерно то же самое, только с головой и используя совсем небольшое количество энергии. Иначе инсульт гарантирован, и даже целители после кровоизлияния в мозг не всегда сумеют откачать, да тем более без последствий. Упрочнение же было сродни максимальному напряжению не существующих в материальном мире мышц. Создание данных техник лично мне сильно напоминало попытки шевелить ушами притом, что раньше я этого делать не умел, однако благодаря напутственным затрещинам и небольшой помощи со стороны быстро научился. Однако просто создать нужные чары было недостаточно, их требовалось еще и поддерживать. Лучше бы не по одиночке, а всем комплектом. В движении, не теряя контроль даже если тебя пытаются убить. И не сильно отвлекаясь на свой внутренний мир, дабы не потерять способность вести беседу, сражаться и оценивать угрозы. Оттого ведение схватки с применением подобного волшебства для самого бойца смахивало на какой-то цирковой номер, когда клоун жонглирует шариками, поет при этом песню, да еще и ритимчино дрыгает ногами.

Примерно секунд двадцать я то ли танцевал, то ли спасал свою шкуру, внимательно следя за своим инструктором и пытаясь стимулировать одновременно и мозги, и мускулы, но потом видимо решил, что разминка закончена и принялся за дело всерьез. Горизонтальный удар чуть выше уровня пояса был ну вот совсем-совсем не искусен. Примерно так же мог орудовать оглоблей или черенком от лопаты какой-нибудь горожанин, впервые взявший в руки подобное импровизированное оружие. Зато он был быстр, непозволительно чудовищно быстр! Его у меня и увидеть-то толком не получилось, а уж о попытке увернуться и речи быть не могло! Ослепительно болезненный удар обрушился куда-то на нижний конец ребер с правой стороны, а после мир закрутился вокруг меня, больно стукая при каждом движении, пока прямо в лицо неожиданно не прыгнула стена.

— Не знаю уж, какой из тебя маг и тем более глава гильдии, но как воин ты делаешь успехи, — усмехнулся калека, который даже несмотря на свои увечья мог в ближнем бою разбросать штурмовую группу обычного земного спецназа. И даже автоматные очереди его остановят не сразу, поскольку натренировавший аурное усиление до немыслимых высот наемник на короткое время мог стать не только сильнее любого из сделанных в Новокузьминске големов, но и прочнее их. Мне до подобных успехов пока было далеко, очень далеко… — Судя по тому, как ты ругаешься, сипишь и даже пытаешься подняться, ребра остались целы. А ведь смердам и рабам я таким ударом их если и не крошил в труху, то как минимум ломал. Значит, все-таки усвоил уже азы правильного боя и сумел на одних инстинктах усилить себя в нужное мгновение, еще бы начал осваивать владение клинком…

— Нафиг надо! — Прохрипел я, сплевывая на асфальт вязкую слюну, которая на удивление оказалась обычного белого цвета и без каких-либо кровавых включений. — Если у меня будет время на то, чтобы применить оружие, то им станет автомат или магия! На худой конец, подобранный с земли камень! В общем, что-то, позволяющее нанести удар с безопасной дистанции минимум в пару десятков метров, поскольку сближаться для драки с вампиром, троллем ну или просто волком каким-нибудь есть глупость несусветная. Мало того, что они уж точно к потасовке лучше подготовлены по своей природе, так еще ведь и одежду кровью изгваздать придется обязательно…Я эти-то тренировочные издевательства над собой терплю только из опасения в засаду попасть однажды.

— Пф! Сколько я таких умников на своем веку перерезал, даже вспомнить сложно. — Новый выпад посоха ударил по стене там, где секунду назад находилось мое левое ухо. Обычная палка от таких нагрузок давно бы сломалась, но наемник из общества, где с помощью заточенных железяк регулярно завоевывали для себя место под солнцем в иных измерениях, умел усиливать не только себя, но и свое оружие. Для цивилизации, породившей этого безжалостного но вместе с тем довольно расчетливого и понимающего свою выгоду убийцу, оказалось проще научить представителей правящей касты накладывать вполне действенные чары на их рабочие инструменты в виде всякого колюще-режущего металлолома, чем воспитать металлургов, умеющих ковать по-настоящему прочный клинок. — И если ты не возьмешься за ум, то тоже станешь трупом!!!

Безжалостное избиение продолжалось где-то минут двадцать, после чего я сполз вдоль стеночки на асфальт, мечтая не то потерять сознание, не то просто взять и сдохнуть, а инвалид переключился на следующую жертву и принялся мстить ей за свой проигрыш и увечья. Убивать и калечить жителей Новокузьминска он не мог, если не хотел без протезов и прочего снаряжения полететь в какую-нибудь пространственную аномалию на радость тамошним хищникам, однако причинять нам боль и издеваться ему никто не запрещал. К сожалению, Мирохин тоже полагал, будто подобный подход идет тренировкам только на пользу…Но с кубинскими военными советниками на этот счет надо проконсультироваться…А то мало ли, вдруг откосить удастся…И учебный спарринг провести, чтобы сравнить свои успехи с возможностями пусть хорошо обученного, но все-таки обычного человека, знать не знающего ни про какое аурное усиление…

Я бы с огромным удовольствием остался валяться на асфальте часика два-три, тем более солнышко словно решило взять реванш у приближающейся зимы и неплохо так пригревало…Но дежурящие на тренировочных площадках санитары споро оттащили на скамеечку к другим таким же жертвам интенсивных тренировок. И часть из них подобно мне входила в руководящий совет Новокузьминска, да вдобавок обладала достаточным чувством долга, чтобы несмотря ни на какие побои помнить: сегодня у нас назначено очередное собрание. А еще следить за временем и безжалостно тащить своих занемогших коллег напрягать не только мускулы, но и мозги. К сожалению, пришлось позволить им поднять себя со скамейки и под ручки довести до класса, где уже собирался народ. Просто чем больше в нашем городе будут работать головой, тем меньше придется пыхтеть над собственным выживанием. А если очень повезет, то еще и количество проблем поубавится, и уровень комфорта повысится…Впрочем, кого я обманываю…

— Итак, все собрались? Отлично! — Мирохин, одним из последних вошедший в класс вместе со старой потрепанной картонной папкой, оглядел совет, собравшийся в несколько урезанном составе. Сейчас мы не определяли политику выживания нашего анклава, а обсуждали сугубо военные вопросы, и потому в тех же педагогах, строителях или медиках пока не было особой нужды. Хотя прийти и послушать, а может и чего-нибудь посоветовать, им никто не запрещал, но большинство представителей мирных специальностей решили воспользоваться своим законным правом откосить и либо разгребали никогда не исчезающий до конца ворох повседневных проблем, либо самым наглым образом отдыхали в то время как другие работают. — Со своей стороны первым делом должен сказать, что в Новокузьминске все спокойно. Серьезных происшествий за последние дни не было, потери среди коренных землян отсутствуют, строительство укреплений в соседнем измерении движется по графику. Если дела будут так идти и дальше, то переселиться в иной мир на зимние квартиры основная масса горожан сможет раньше, чем среднесуточная температура будет равна нулю. Итак, если возражений нет, переходим к другим вопросам. Семен, как прошла ваша попытка выменять товары стратегического назначения на зачарованные бусы?

— Вполне успешно. Несмотря на задранные в немыслимую высь поборы канадцев, мы вернулись с прибылью, многократно окупившей затраты на создание каравана. — Уверенным тоном ответил ему я, хотя на самом деле, оценить оценить наши расходы и доходы было возможно лишь очень-очень приблизительно. Универсальной платежной единицы, то есть денег, пусть даже не единых а лишь свободно конвертируемых друг в друга, на Земле ведь нет и в ближайшие годы явно не предвидится. А бартер штука сложная… — Во-первых, Куба подтвердила свою договороспособность, в обмен на ряд магических технологий выделив нам пятьдесят военных советников, которые сейчас обживаются в казармах. Пятнадцать снайперов, десятерых штабистов-логистов, столько же инструкторов по стрелковой подготовке и рукопашному бою, ну и пятерку минеров-саперов! И с ними прибыло два десятка тяжелых пулеметов, которые и наземную цель за три секунды на запчасти разберут, даже танковую броню сточив. А! Совсем забыл, что людей приехало не пятьдесят, а пятьдесят три! Летчиков в нагрузку дали, так как на родине их сейчас приткнуть особо некуда, а нам может и пригодятся…

— Очень вряд ли, — фыркнул Денис. — Даже если я со своими парнями и девчатами в мастерских и забацаю ковер-самолет или летающий корабль какой, управлять им явно будет совсем не так, как истребителем.

— Запас карман не тянет, а три человека Новокузьминск не объест, — глубокомысленно заметила Аня, бывшая единственным медиком на данном собрании. — Авось и найдем где применить этих обладателей высшего военного образования…На сколько их в командировку к нам отправили-то?

— Договаривались на год, но с возможностью продления или замены советников обладателями схожей квалификации. — Пожал я плечами. — На мой взгляд, сделка честная. По нынешним меркам двенадцать месяцев — это практически вечность…

— Куба — это хорошо… Опять же благодаря знанию рун теперь остров хорошенько укрепят и, если совсем припрет, можно будет туда эвакуироваться, — задумчиво протянула Гуля, явно мечтающая о горячих пляжах и омывающем океане, через который всякие разные дикари из примитивных миров не вдруг переправятся.

— Кубинские военные советники — это хорошо… — С точно такими же интонациями протянула единственная женщина-лейтенант пехотного подразделения в нашей армии. Впрочем и бойцы в её подчинении по большей части тоже являлись представительницами прекрасного пола, завербованными из числа тех переселенок, кто желал уважения, самостоятельности, активных действий и умения вышибить мозги любому, кто попробует покуситься на их честь, жизнь и достоинство. — Но что с главной торговой миссией вашей экспедиции? Вы оружие привезли? А то однозарядные самопалы с калибром в мой кулак может и неплохи, чтобы каких-нибудь волков гонять или залпом пары десятков стволов динозавров на бегу останавливать, но если нашими противниками станут зомби с автоматами, то я бы предпочла что-то посущественнее…

— Зомби с автоматами против нас не должны выставить слишком уж много. С их созданием, насколько наша гильдия сумела понять из объяснений перебежчицы и собственных опытов, совсем не все так просто, — возразил ей я. — Однако, и легкого оружия мы тоже привезли, много оружия. Незатупляемые клинки, непробиваемые доспехи, отводящие пули амулеты и големы-беспилотники в очередной раз вызвали на рынке Уайтхорса настоящий ажиотаж. Мы смогли выменять чуть меньше двух сотен охотничьих ружей, которые на фоне самопалов вполне в состоянии сойти за снайперские винтовки и достаточно патронов к ним, чтобы солдаты как следует освоили свои новые игрушки. Пятьдесят два одноразовых гранатомета. Двадцать девять реплик автомата Калашникова, которые по качеству как бы не обгоняют то старье, которое прислужники вампиров явно забрали со складов нашей армии. Автоматическое оружие под патроны западного стандарта брали лишь в тех случаях, когда покупатель ну совсем ничего не мог на обмен предложить, а перепродавать через местных было крайне невыгодно. Тем не менее, два десятка разнокалиберных штурмовых винтовок и пистолетов-пулеметов все-таки накопилось. Особо порадоваться можно семи ящикам динамита и шести десяткам американских противотанковых мин. Противопехотные там тоже были, но просили за них как ни странно дороже…

— Дебилы, — безжалостно припечатал Денис наших деловых партнеров. — Не могут перенастроить чувствительность взрывателя, игнорирующего разную мелочь легче пары тонн, а потому считают данные боеприпасы почти бесполезными в деле защиты от людей и зверей. А тех же динозавров в их краях попросту нет, к сожалению…

— Артефактов было приобретено девять штук. Семь — творение шаманов то ли цивилизованных троолей-альбиносов, то ли все-таки настоящих йети, с которыми у канадцев не то чтобы дружественные отношения, но контакты поддерживают. — Продолжил я свой доклад. Пообщаться с мохнатыми нелюдями мне очень хотелось, но в города покрытые белым мехом гуманоиды заходить отказывались просто периодически, отлавливая на дальних подступах разного рода патрульных и через них договариваясь об обмене одних вещей на другие. Притом несмотря на свои громадные размеры прятаться представители данной расы умели отменно, проследить за ними еще ни разу никому не удалось…Или сделавшие это обратно к людям не возвращались. — Они были переданы в гильдию для сравнительного анализа, но в целом, не похоже, чтобы йети превосходили нас так уж сильно. Скорее всего их колдуны примерно соответствуют по своим возможностям шаманам ариев, что могут быть очень даже неплохими специалистами если имеют достаточно опыта, но лишены централизованной системы накопления и передачи знаний. Или же бигфуты продают канадцам лишь самый фиговый ширпортреб своего производства. С происхождением и возможностями оставшейся парочки явно магических вещичек мы пока разбираемся.

— Предлагаю использовать автоматическое оружие западного образца для внутреннего периметра крепости, — высказался представитель дозорных. — Насколько я слышал, оно достаточно точное, но вместе с тем капризное и легко выходит из строя при контакте с грязью, да и патроны для него мы докупать задолбаемся, а часовые явно будут их тратить меньше, чем те, кто совершает боевые выезды. А может и вообще стрелять не будут, если повезет…

— Ну-ну, мечтай, — фыркнул Мирохин, да и у многих других из присутствующих по лицам пробежали печальные усмешки. Быть настолько оптимистом после Конца Света у выживших как-то не получалось. — В целом, не возражаю, но надо будет присмотреться повнимательнее к каждому конкретному оружию, особое внимание уделяя пистолетам-пулеметам и прочему короткостволу.

— Нафига? — Не понял Денис. — Есть и ладно, но у него единственное преимущество по сравнению с теми же самодельными дробовиками — это удобство ношения. Самопалы, пожалуй, на дистанции метров в десять еще и поубойнее будут.

— Точность у таких игрушек, как правило, абсолютно никакая. Особенно если они долгое время находились в эксплуатации. — Разъяснил ему признанный специалист по всему, что хоть как-то походит на оружие. В отличии от многих кадровых военных Мирохин не тянул лямку службы ради выслуги и зарплаты, а свою работу если и не любил, так по крайней мере уважал, являясь крайне компетентным офицером. Возможно потому и выжил в то время, когда его коллеги и начальство стали кормом для мертвецов. — Стрелять из подобного разболтанного короткоствола там, где рядом с траекторией выстрела ожидается много союзных целей, просто преступно. Лучше уж подобным хламом отличившихся гражданских деятелей из числа переселенцев премировать, ведь вроде как и выказали особое доверие, вручив статусную вещь, а полноценный бунт с трещотками не поднимешь, поскольку где-то на пятую минуту перестрелки патроны кончатся и раздобыть их будет тупо негде.

— Кто за? — Уточнил я, решив провести голосование по этому вопросу, и практически сразу же большая часть присутствующих потянула руки вверх. — Кто против? Отлично, принимается. Чего у нас дальше?

— А не могли бы вы нам уточнить, почему это зомби с автоматами мы ожидаем встречать не сильно часто? — Спросил один из новоиспеченных лейтенантов. — Ходячих покойников сейчас, к сожалению, хоть отбавляй. Вампиров они слушаются, оружие тоже найти не такая уж серьезная проблема…

— Мда уж, — тяжело вздохнул Егор, потирая лоб. — Зомби и так-то ведь не подарок, особенно мутировавшие в каких-нибудь образин и с пастью поперек себя шире, а если их еще и бронежилетами обвешать, да автоматами научить пользоваться…

— Да, это был бы ходячий трындец, который даже в одиночку проблем доставить может, — согласилась с ним Гуля, полируя ноготь пилочкой, которая то обретала материальность, то расплывалась в темно-синий туман. — К счастью вероятность того, что одержимые трупы поголовно сумеют освоить обращение с огнестрельным оружием и сложной техникой, не слишком велика. Во всяком случае, наши эксперты по некромантии, а их у нас целых четверо и один даже может считаться добровольцем, абсолютно уверены, что ходячий труп сохранивший часть прижизненных навыков — большая редкость. А уж тот, который мутировал, но чего-то еще может — так вообще исключение из правил. Вампиры и прочие перерожденцы идут отдельной категорией, но и у них вместе с трансформацией наблюдается заметный регресс личности.

— Четыре некроманта, говоришь? Тырда, один из перевербованных нами наемников, пленный рогатый негрокитаец… — Призадумался наш главный артефактор, снимая очки и начиная протирать платочком толстые линзы. — Вроде трое…Кого я забыл?

— Бывшая рабыня одного рыцаря позавчера пришла в гильдию и призналась, что она не чужда магическим искусствам. — Аня бросила меня на гневный взгляд, но смущаться я даже не подумал. Между прочим, никого ни к чему не принуждал, это меня там почти соблазнили…И соблазнили бы, если бы кое-кто не стал тарабанить в дверь так сильно, что чуть её не выбил, тем прервав наше личное собеседование. — Её хозяин хранил дома колдовские книги, а она тайно выучилась читать и время от времени подсматривала в те фолианты, которые он бросал без присмотра…К сожалению, самой библиотекой мы не располагаем. Полка с нужной литературой самоуничтожилась, когда её наши солдаты разграбить попытались.

— Источники информации вроде разные, но вердикт одинаков. Это внушает надежду, — позволила себе чуть улыбнуться глава нашей больницы, участвующая в собрании видимо чтобы понимать, когда ставить двойные и тройные смены врачей, ведь будет ожидаться приток раненных. — Но все же, на чем базируется их уверенность?

— Если в мертвое тело вселяется какая-то сущность и оживляет его, то она может использовать, хм, ну скажем, память своего владельца. Только не мозговую и даже не мышечную, а скорее энергетическую. — Ответила Гуля. — Однако стоит трупу начать меняться, как эти прописанные на каком-то глубинном уровне шаблоны окажутся практически бесполезны. Не та длина мышц, центр тяжести сместился, ну и так далее… Соответственно либо труп умеет водить и стрелять, если раньше это умел, либо превращается в какую-нибудь покрытую костяными пластинами гориллу, которая из задницы ядовитой паутиной плюется.

— А что мешает нежити переучиться уже после мутации? — Не понял Мирохин. — Ну, если тварь сохранит достаточно ловкие пальцы, само собой.

— Перерожденные, вроде вампиров или личей, на такое способны, поскольку сохраняют достаточно большую часть себя. А вот поднятые — уже нет. Большая часть сущностей, вселяющихся в мертвые тела и заставляющих те вставать из могил, тупы как пробки. Меньшая обладает животной хитростью, но это все-таки не полноценный разум, их максимум — устроить засаду в удобном месте подобного хищнику на водопое. — Пустилась в объяснения Гуля. — Те, кто может поддерживать нормальное общение или использовать инструменты, составляют ничтожное меньшинство подобных сущностей. Ничтожное и в то же время наиболее амбиционозное. Им нет смысла осваивать тот же автомат Калашникова и воевать, если за это время они не получат больше жертв, чем могли бы добыть сами. А продуктивно охотиться такие твари умеют ой как неплохо, свою выгоду способны просчитать на зависть любому банкиру и из-под разнообразных попыток захомутать их на веки вечные или хотя бы на пару годиков вывертываются как крысы из под веника. У нас, во всяком случае, пока ни одну подчинить так и не получилось, хотя мы пытались…

Бывшая работница салона красоты на удивление глубоко погрузилась в постижение шаманизма и добилась в нем довольно…Неожиданных результатов. Парочка не имеющих постоянного облика духов, которых она призвала и приручила, особой силой похвастаться не могли. Хотя вроде бы и слегка подросли в размерах и возможностях в результате регулярной трехразовой кормежки какой-нибудь мелкой живностью. Зато по желанию хозяйки они могли принять любую форму: расчески, ножниц, ложки, вилки, ключа…И, самое главное, практически беспрекословно слушалась свою госпожу, пребывая с ней двадцать четыре часа в сутки. Некоторые механики, глядя на Гулю, уже сами начали пытаться обзавестись подобными помощниками, коварно рассчитывая в обмен на крыс, голубей, гигантских насекомых и прочую дичь сомнительной полезности получить себе набор гаечных ключей и отверток любых требуемых конфигураций. А уж если выдернутые из астрала сущности, способные просочиться сквозь не сильно толстую материальную преграду, научить засоры прочищать, нагар убирать, да точное место поломки диагностировать без разбора всей конструкции…В общем, нам повезло, что подобные духи полноценных жертвоприношений себе не требуют. А не то у некоторых мог бы появиться сильный искус не ждать, пока какие-нибудь дикари заявятся на окраину Новокузьминска, а первыми нанести им визит.

— Ну, одной головной болью меньше, — хмыкнул Мирохин, раскрывая папку с которой заявился на совет. — Либо немертвые монстры нас будут ждать, либо зомби с автоматами, либо все вперемешку, но хотя бы не обшитый танковой броней Кинг-Конг с системами активной защиты и противотанковой пушкой в каждой лапе…..Так, ладно, давайте перейдем уже наконец-то к планированию первого рейда на территорию мертвецов. Наши разведчики как раз при помощи беспилотников смогли найти парочку вроде бы перспективных целей…

Глава 8

Я смотрел через амбразуру на небольшой городок, про существование которого раньше даже и не подозревал, поскольку он располагался пусть и не слишком далеко от Новокузьминска, но все-таки уже за границами области и чувствовал, как нервно подрагивают руки. Если все получится, сегодня мы станем на шаг ближе к тому, чтобы вернуть себе Россию…Нет, Землю! С неразумными тварями, хлынувшими через порталы в другие миры, наша цивилизация бы справилась, пусть даже отдельные зверюги и могли поспорить в боеспособности с танком за счет своих размеров и магических способностей. Но помимо неимоверного множества самых разнообразных животных из иных измерений пришли и захватчики, не особо церемонящиеся с населением той территории, которая им была нужна. И государство нежити, вторгшееся на нашу планету и оккупировавшее немалую часть моей родины, пожалуй, являлось одним из самых опасных в числе подобных агрессоров. Они были безжалостны, они жрали живых людей и создавали огромные армии из людей уже мертвых, они владели могущественной магией, и самое ужасное, они вполне могли учиться. Часть инфраструктуры в городке, за которым несколько дней следили наши разведчики, продолжала функционировать. Именно сюда со всей округи поисковыми партиями свозился автотранспорт с обочин дорог или из брошенных деревень, который рабы ходячих трупов частично разбирали на части, частично восстанавливали, чтобы он своим ходом отправился в Саратов. А там из него делали броневики, по качеству ничуть не уступающие нашим. И пожалуй и превосходящие их…Ибо у колдунов, зачаровывающих кузов и броню, имелась не одна сотня лет опыта. В орудийные башенки ставились не переделанные в примитивные пушки водопроводные трубы, а вполне себе качественные пулеметы или мелкокалиберные орудия прямиком со складов российской армии. Или даже захваченных заводов, где теперь под бдительным немертвым оком рабочие перевыполняли план, от усердия выпрыгивая из штанов, если не хотели оказаться однажды быть вытряхнутыми из своей собственной кожи. А экипаж, которому не надо отдыхать, дышать, пить, есть и гадить, позволяет добиться от машины просто потрясающей экономичности и боеспособности за счет сокращения всяких ненужных более излишеств типа вентиляции или мягкой обивки сидений. Радовало лишь то, что таких монстромобилей мы пока видели не слишком много, да и те по большей части с очень большого расстояния через бинокль. То ли настоящих механиков уцелело слишком мало, то ли работали они под принуждением не особо хорошо, то ли просто все готовые изделия катались куда-то вглубь страны, где вроде как еще пытались сопротивляться захватчикам остатки регулярной армии…Но если дать противнику время, он нам и танковый корпус к границам Новокузьминска пригонит, и гражданские самолеты в бомбардировщики переделает, и даже атомную бомбу сможет не откопать из какого-нибудь глубинного бункера, так сам смастерить. Схема там вроде бы не сильно сложная, а ходячие костяки, зомби и прочая нежить без проблем сможет хоть реактор электростанции разграбить, хоть могильник с какими-нибудь отходами раскопать, а хоть и в шахте урана кирками надолбить, если вдруг найдется где поблизости месторождение.

— Седьмой батальон на позиции! — Затрещала рация

— Восьмой на позиции! — Лишь пару секунд спустя доложил командир самого нового из наших боевых подразделений.

— Начинаем, — распорядился Мирохин, и с этим его решением я был полностью согласен. То, что нас еще не обнаружили уже было маленьким чудом, благодарить за которую стоило привычку нежити не ждать особых проблем со стороны Новокузьминска, до недавнего времени озабоченного лишь защитой своей территории и оптический камуфляж, созданный совместными усилиями шаманов и духов. Сделать боевые машины невидимыми они не могли, а вот замаскировать их — очень даже. И теперь наверняка наблюдающие за округой часовые видели, как городок постепенно брали в кольцо крупные стада зверей. Просто в одном случае это были антилопы, в другом громадные дикие птицы, в третьем динозавры какие-то…Но все они поднимали одинаково много пыли, надежно скрывавшей детали облика животных. Сделать очень подробный да еще и динамичный морок было сложновато, а вот заставить левитировать пару десятков ведер рассыпанного песка — не очень. Если наблюдателям и хватило мозгов заметить нечто странное в поведении фауны, то до начальства они пока свои соображения донести не успели, а секунд через пять-десять данная информация и вовсе станет неважной, ведь артиллерия откроет огонь. — Ну, Господи благослови! Хочешь нас, но можно и их, чтобы прахом все упыри рассыпались к чертям собачьим…

Время поболтать у нас было. Первый батальон, набранный исключительно из землян занимающихся уничтожением монстров и защитой от прочих угроз с первых дней после Конца Света и, теоретически, являющийся самым боеспособным из всех подразделений Новокузьминска, находился в резерве. А с ним командный состав, операторы дронов, связисты и даже трофейная команда, которой в случае победы придется быстро грабить запасы противника в поисках всего того, чего нам не достает.

— Ты правда веришь в то, что это сработает? — Скептически спросил я у военного, едва удержавшись от скептического хмыка. С того момента, когда магия наполнила наш мир, прошел уже чуть ли не год, однако ни одного истинного священника, способного на создание хотя бы слабеньких чудес, обитателям Новокузьминска так и не встретились. И никому из тех землян, с кем мы контактировали — тоже. Если бы не исчерпавшийся почти до нуля запас святой воды, оставшийся еще с нормальных времен, меня бы в их существовании убедить было бы вообще невозможно. — Согласись, если бы враги вдруг начали рассыпаться пеплом или там попали под внезапный дождь из кипящей серы и вооруженных огненными мечами ангелов, это бы сильно облегчило нам работу.

— Лучше бы нам справиться без вмешательства высших сил… — Протянула Аня, подобно другим медикам, кто был хотя бы минимально знаком с выживанием на поле боя, находящаяся в резерве. Мы очень надеялись, что врачей и медбратьев бросать в бой не придется, однако в любом случае им сегодня предстоит пахать на полную катушку. Даже в том маловероятном случае, если солдаты победят, не получив вообще ни одной царапины. Кому-то ведь надо будет заниматься рабами, попавшими под перекрестный огонь или просто страдающими от последствий длительной безжалостной эксплуатации. — А то оно ведь и не на нашей стороне случится, мало ли кому там вампиры и прочая высшая нежить приносит кровавые жертвы, и насколько велико у их духовных покровителей время отклика.

С разницей в пять-шесть секунд орудия наших броневиков открыли огонь, безжалостно обрушившийся на крайние здания городка, обрушив на их стены огонь самодельных пушек, минометные залпы и даже очереди тяжелых пулеметов, патроны для которых являлись изрядным таким дефицитом. Казалось бы, наши наводчики дружно сошли с ума, атакуя безжизненные руины, щерящиеся провалами разбитых окон и не подающие признаков жизни. Рядом с ними не ходили люди, по ночам там не горел свет, да и вообще строения уверенно зарастали занесенными черт знает из какого измерения лозами и нашим отчественным бурьяном, ненамного отстающим в темпах роста от лиан благодаря магической подпитке. Однако, если поискать какие-нибудь аномалии с применением не одних только глаз или видеокамер, а скажем посланными на разведку осторожными духами, практически сразу же можно было обнаружить аномально высокий фон некроэнергии то там, то тут. Причем источник гибельных для всего живого эманаций располагались более-менее равномерно по периметру населенного пункта. И это могло означать только одно. Высшая нежить использовала обычные ходячие трупы как первый рубеж обороны, загнав зомби куда-нибудь в подвалы домов, где всегда прохладно и нет солнечного света, а после создав там относительно комфортные условия для излишне активных покойников. И вряд ли их там можно пересчитать по пальцам одной руки, скорее уж наоборот, своего часа ждут целые тысячи тварей…Которых, если нам повезет, тупо засыплет обломками. Разумеется, погребение под завалами и отсутствие кислорода не убьет их окончательно, однако стандартный ходячий мертвец или даже слегка мутировавший вурдалак практически не способен самостоятельно координировать свою деятельность даже со своими собратьями. Или принимать решения, более сложные, чем: «Догнать, поймать, сожрать». Если они и смогут откопаться, то не сразу, сильно не сразу. И к этому времени мы уже должны будем расправиться с нашими настоящими врагами, без которых обычные неразумные твари сами по себе уже практически не опасны…Когда ты в хорошо укрепленном броневике, а неподалеку есть еще несколько десятков подобных машин, всегда готовых прийти на помощь и снять дружественным огнем монстра, забравшего куда-нибудь на крышу и пытающегося при помощи своих когтей добрать до находящейся внутри вкусной и здоровой человеческой пищи.

Щель между листами металлической брони давала не слишком хороший обзор на место боя, однако даже через неё можно было увидеть столбы пыли и дыма, образовавшиеся на месте расстреливаемых зданий. А уж если слегка наклониться к соседнему месту и посмотреть на соединенный с разведывательным дроном ноутбук, показывающий наши успехи с высоты птичьего полета, то и вовсе гордость брала за усилия артиллерии Новокузьминска. Пусть взрывчатка там недалеко ушла от самого грубого и примитивного самодельного пороха, но зато на каждый выстрел её тратится много, действительно много! Обычные водопроводные трубы бы сразу же порвало в клочья, заодно поубивав осколками к чертям экипаж машин, однако же благодаря ритуалам прочность и износостойкость этих металлических изделий вплотную приблизилась к тем показателям, которые стоило бы ожидать от сплавов титана! Соответственно стрелять нам можно было до тех пор, пока не надоест или пока боеприпасы не кончатся…Ограничивала наводчиков лишь скорость ручного заряжания, механизировать которое пока еще руки не дошли.

— Быстро они прочухались, — с неудовольствием констатировал Мирохин, кивая на монитор ноутбука. Центр города, где проживала высшая нежить вместе со своими вполне себе дышащими и теплыми прислужниками, накрыло тонкой алой полусферой явно защитного характера. Кто-то не то от избытка чувств, не то по причине полного уничтожения первоначальной цели попытался перенести огонь на резиденцию оккупационной администарции или как там логово кровососов должно правильно называться, однако же снаряды вязли в воздухе, как мухи в невидимой паутине. Наш враг отлично представлял, что такое оружие Земли и разработал меры противодействия ему, причем, скорее всего, даже до катастрофы, соединившей разные измерения. Тропки в иные миры существовали с незапамятных времен, а значит, готовящиеся массово переселиться в очередной гибнущий мир твари наверняка заранее разведывали территорию и разрабатывали планы по приведению к покорности местных технически продвинутых аборигенов. — С учетом того, как бездарно они следили за окружающей местностью и проворонили наше приближение, я рассчитывал хотя бы на пару минут паники и полной растерянности.

В небе над городом появилось несколько неопознанных летающих объектов. Хотя как неопознанных…Вампиры. Если быть точным, высшие вампиры, имеющие боевую ипостась. Среди высшей нежити далеко не каждый мог осуществить трансформацию в крылатого монстра, вот ныне покойный хозяин нашей клыкастой соотечественницы о подобном, например, ближайшие лет пятьдесят-шестьдесят даже не мечтал. Однако те, кто все-таки сумел перекинуться и встать на крыло, автоматически причислялись к элите их общества. Помимо резко возросшей мобильности подобные твари могли похвастаться большим количеством опыта, изрядным самоконтролем, солидными колдовскими способностями и просто неприличной живучестью, поскольку сохраняли некоторые способности к метаморфизму в любом облике, и раны свои банально затягивали усилием мысли. Ну, пока в их организмах достаточно крови, вернее похищенной вместе с алой жидкостью жизненной энергии. Обычной тактикой высших вампиров в противостоянии с любым врагом, не способным к полету, являлся обстрел противника могущественной магией с безопасной дистанции и высоты. И только потом, когда цели разгромлены или как минимум сильно потеряли в боеспособности, проголодавшиеся от своих усилий твари переходили в пикирование и ближний бой. Однако сейчас на каждого упыря премиум класса приходилось по четыре-пять кубинских зенитных пулеметов, установленных на вращающихся турелях в кузовах некоторых грузовиков. А проведенные нами испытания как трофейных перстней, так и присланного союзниками оружия, доказывали, что мощного современное оружия стреляет все-таки дальше, чем произведенные неведомыми мастерами артефакты. Правда, попасть куда надо из него сложнее, особенно при помощи самодельных прицелов…Но по крайней мере на полигоне расчеты действовали вполне себе уверенно, а как они покажут себя в реальной боевой обстановке, мы в любом случае смогли бы сказать только по результатам боя.

— То, что мы не штурмуем заранее подготовленные к бою позиции — уже хорошо, — пожал я плечами в ответ на бурчание Мирохина, пытаясь пересчитать высших кровососов. Твари друг от друга отличались очень серьезно: цветом, размером и даже количеством конечностей. Если три более-менее походило на гибрид человека с летучей мышью разной степени отожранности, то последний вообще напоминал какого-то кабана-мутанта благодаря копытам, загнутому спиралью хвосту и торчащим из пасти на полметра загнутым бивням. Но как бы там ни было, тварей тут всего четыре. Вот только много это или мало сложно сказать, мы же не знаем, скольких положили вояки у вокзала во время неудавшейся попытки нежити захватить Новокузьминск, прежде чем оказались уничтожены. Опять же уровень сил даже у внешне похожих вампиров может различаться так же серьезно, как способности людей примерно одинаковой комплекции. А разъевшийся на домашней выпечке до солидных габаритов амбал или регулярно качающий бицепсы атлет в драке априори проиграет совсем не такому мускулистому боксеру, который умеет профессионально вышибать и зубы, и сознание.

— А может это вообще автоматическая система была, базирующаяся на каком-нибудь артефакте, где по тревоге только кнопку нажать и надо, — поддакнула мне Аня, нервно сжимая руки в кулачки и горящими от азарта глазами взирая на монитор, по которому в прямом эфире транслировалось кино про настоящую войну. И мы пока определенно побеждали. На те позиции, где прятались стаи низшей нежити обрушился настоящий огненный вал, несколько зданий уже рухнуло, не справившись с такими испытаниями. Засадный полк для своего пушечного мяса кровососы-то подготовили, а вот делать для зомби настоящий бункер видимо не посчитали нужным, за что теперь и расплачивались. — Ну или кровь какую-нибудь руну-активатор намазать…Смотрите! Смотрите! Что они делают?!

— Неожиданно, — только и смог констатировать я, взирая на то, как над городом словно проявляется из воздуха громадный костяной треножник, напоминающий не то боевую машину марсиан, не то убогую пародию на Эйфелеву башню. Или не костяной, а просто бледно-желтый, вот только высшая нежить предпочитала работать именно с материалами родственной себе природы, а потому три против одного, что мы смотрим именно на зачарованные останки каких-то живых существ, возможно даже разумных. Длинные ноги, довольно толстые у земли и постепенно сужающиеся к заключенной меж ними маленькой сфере, выглядели обманчиво хрупкими, но вблизи наверняка их бы не получилось обхватить и вдесятером. Высота конструкции, которой раньше тут ну в принципе не было, доказательством чего служат и доклады разведчиков, и трансляция с нашего собственного летучего наблюдателя, составляла, по меньшей мере, метров тридцать, а скорее так и вовсе все сорок-пятьдесят. Во всяком случае, немногочисленные пятиэтажные «высотки» данного населенного пункта ей были в прямом смысле слова по колено. А стояла она точно в геометрическом центре защитного алого купола, в самой высокой его части, лишь чуть-чуть не доставая макушкой до его потолка. И не следовало быть титаном мысли, чтобы догадаться — это не случайное совпадение, а грамотное взаимодействие разных элементов системы обороны. — Видимо вампиры подходят к своей безопасности куда серьезнее, чем мы раньше думали. У них есть не только толпы зомби в подвалах, сторожевые монстры, личная боевая и магическая мощь, да слуги с автоматами. Найдутся у кровососов в запасе и такие козыри, которых нам раньше не демонстрировали. Осталось только узнать, насколько именно мы в жопе…

Ответом на мой вопрос стал луч непроглядно черного цвета, диаметром совпадающий с болтающейся высоко над городом костяной сферой и исходящий из неё же. Без проблем пройдя сквозь защищающий центр города алый купол, он устремился к позиции одного из батальонов шустро развернувшийся в нужную сторону беспилотник не успел застать самого момента столкновения вражеских чар и преграды, зато нам стали отлично видны её последствия. Секунду назад в армии Новокузьминска стало меньше на одну боевую машину и её экипаж, поскольку разорванный на несколько частей броневик ремонту больше не подлежал. И находящиеся внутри люди, само-собой, тоже.

— Начать защитное маневрирование! Следите, чтобы дистанция между машинами составляла не меньше тридцати метров! Всем бомбардировщикам изменить цель! К чертям особняки кровососов, убейте эту шутку! — Пока мы с Аней от лицезрения чуда вампирской техники дружно находились в состоянии когнитивного диссонанса или, по-русски говоря, офигевали, Мирохин уже вовсю сыпал приказами, обращаясь к тем нескольким грузовикам, что держались чуть в стороне от основной группы войск, изрядно отличаясь от боевых машин. Они не имели бронированных стенок, просто тенты, которые сейчас спешно стягивали, дабы поскорее выпустить в небо десятки и сотни беспилотников. А еще слишком уж нестабильным и опасным было содержимое их кузовов, вернее та его часть, которую сейчас спешно поднимали в небо наши техномагические летательные аппараты. Сплетенные из чего попало авоськи были до краев забиты отборными крупными слизняками, в данный момент наверняка возмущенно дрыгающими всеми своими ложноножками. Эти заботливо оберегаемые от суицидально настроенных хищников комочки протоплазмы размером с кулак за лето расплодились на создаваемых городом пищевых отходах в просто невероятных количествах. И раньше от людей они видели только хорошее, ну то есть все новые и новые порции корма, да крайне аккуратные прикосновения…Никому ведь не хотелось случайно раздавить тельце этой живой бомбы, в случае смерти разбрызгивающей во все стороны кислоту, буквально аннигилирующую как материю, так и магию.

Второй выстрел костяной треноги последовал всего через двадцать секунд после первого. Или тут лучше сказать через целых двадцать секунд? Три выстрела в секунду — не такая уж и высокая скорострельность, даже наши самодельные пушечки и те палили чаще…Но, к сожалению, могли похвастаться все-таки куда как меньшей убойной силой и точностью. Черный луч безошибочно обрушился на все тот же батальон, после чего в разные стороны полетели обломки того, что еще мгновение назад являлось грозной боевой машиной, а также десятком квадратных метров прилегающей территории. По всей видимости, изначальным применением данного орудия нежити являлась борьба с чем-то очень-очень большим и жесткокожим, по всем параметрам обгоняющим не только обшитый металлом грузовик, но и танки. Вроде морских крейсеров…Или чудовищ, сравнимых с современным военным кораблем. Тем временем из городских подвалов все-таки повылазила заметно сократившаяся в числе и несущая на себе следы многочисленных повреждений низшая нежить. И со всех лап устремилась к нам, но пока на тварей внимания обращать особо не следовало. Даже самым быстроногим монстрам требовалась как минимум минута, чтобы преодолеть ту пару километров, которая разделяла их и войска Новокузьминска. И такие бегуны являлись редким исключением из правил на фоне подавляющего большинства куда как менее расторопных собратьев.

— Всем бортовым чародеям развернуть барьеры в лобовой проекции, — взялся я за рацию, чтобы отдать указание тем, кто входил в мою гильдию. Не время беречь силы для последующего столкновения с вампирами и прочей высшей нежитью, сейчас важнее минимизировать ущерб. В конце-концов, ну не возьмем мы штурмом сейчас этот проклятый городишко, значит, вернемся чуть позже. — По возможности, поставить больше, чем один.

Перед броневиками замерцали магические преграды, которые на некоторое время превратили и без того очень и очень живучие машины в нечто, способное выдержать обстрел пары-тройки современных танков, если те конечно же станут лупить не куда-нибудь, а в лоб. Однако ударивший в новую цель черный луч все с той же небрежной легкостью нашел свою цель и разбросал её куски по всей округе. Хотя сидящие в ней люди не ограничивались всего одним прикрывающим их барьером, а создали целых три. Предусмотрительные и осторожные ребята…Были.

— Может имеет смысл использовать пять-шесть слоев защиты? — Несмело предложила Аня, нервно ежась, когда третий удар черного луча уничтожил еще одну машину, невзирая на магическую защиту. И, кажется, даже не особо ослабев от встречи с творением рунной магии. Во всяком случае, новая порция обломков от предыдущих никак не отличалась, да и земля вроде бы все так же летела в сторону.

— С тем же успехом можно пытаться остановить падающий кирпич стеклянными листами, — скривился я, с горечью осознавая собственную беспомощность. Остановить черный луч имеющимися у нас средствами не представлялось возможным. Единственным возможным выходом из ситуации было уничтожить его источник и надеяться, что нежить не призовет новую костяную треногу…Или чего похуже. — Если слизянкам не удастся проесть защитный купол или снаряды его не перегрузят, то остается только позорно драпать, поджав хвост.

— Это называется тактическое отступление, — буркнул Мирохин, не отрывая взгляда от экрана монитора. Низшая нежить по-прежнему в разнобой бежала и ковыляла в нашу сторону, а вот вампиры замерли у самой границы алого купола, не рискуя высунуться наружу сбились в кучку и, похоже, о чем-то переговаривались. В процессе они стреляли по беспилотникам какими-то зелеными сгустками, сумев сбить пару десятков наших машин, однако оставшиеся почти уже достигли границы вражеского защитного заклинания. — И ничего позорного в нем нет…Ай! Молодца!

По плану наши беспилотники должны были просто вываливать сверху на цель содержимое прицепленных к ним авосек. И о какой-либо слаженности действий между ними мы особо не мечтали, не уронят свой смертоносный груз на рабские бараки, да и ладно. Однако первые четыре дрона, из тех которые избежали вражеских выстрелов, пошли на таран алого купола аккурат напротив того места, где парили в воздухе вампиры, непонятно зачем периодически помахивающие крыльями. Явно же кровососы за счет магии летали, ведь ни одна перепонка такую тушу от земли в жизни не оторвет…Столкновение техники Новокузьминска равно как и гибель транспортируемых ею слизняков были совсем не зрелищными. Так, жалкие кучки технического мусора и считанные ведерки какой-то жидкой дряни собою волшебный барьер изгваздали, прежде чем начать сыпаться вниз. Вот только чары высшей нежити в этом месте резко потеряли свою эффективность, по алого цвета преграде словно расплылось куда как более бледное пятно. И в это пятно наши артиллеристы и пулеметчики немедленно принялись всаживать снаряды и пулеметные очереди, которые теперь не застревали в воздухе, а свободно летели дальше. Вампиры, к сожалению, успели сдернуть в разные стороны, отделавшись, максимум, легким испугом и парой дырок в своих быстро регенерирующих тушках. Однако чей-то выстрел долетел до высившейся по центру города костяной треноги и пошатнул одну из её опор практически рядом со сферой, выбив из той здоровенный кусок, пошатнув и заставив перешагнуть с места на место. Впервые черный луч ударил мимо своей цели, усвистав куда-то в небо, поскольку пилот вражеской машины, а если самостоятельно двигается, значит точно техника, был озабочен сохранением равновесия своего агрегата, а не тщательным прицеливанием в очередной броневик.

— Ура! Мы ломим, гнутся шведы, — кровожадно оскалилась Аня, наблюдая за тем, как все большая и большая часть алого купола выходит из строя, после близкого знакомства с кислотными слизнями. Поврежденные места пытались затягиваться алым сиянием и снова стать непроницаемыми, но делали они это не слишком быстро. И чем больше беспилотников достигали своей цели, тем медленнее шел процесс «ремонта», видимо отвечающие за восстановление функциональности механизмы имели некие свои ограничения. — Теперь лишь бы беспилотникам боезапаса хватило…

К счастью, слизней мы на самоубийственную миссию отправили вполне достаточно даже с учетом того, что вампиры удвоили свои старания на ниве противовоздушной обороны, да еще и с земли им кто-то принялся помогать неумелой и неточной, но крайне обильной стрельбой из огнестрельного оружия. Но дыры в барьере все равно продолжали увеличиваться, а снаряды наших пушек осыпали костяную треногу. Она попыталась сманеврировать так, чтобы в неё было сложнее попасть через постоянно увеличивающие в размере и числе бреши, но ходовые качества данной конструкции оказались не на высоте. Скорее стационарное орудие с возможностью самостоятельной передислокации, чем мобильная боевая единица. И телепортироваться обратно туда, откуда явилась, сия штуковина не сумела. Не то энергии ей не хватало, не то данный механизм слишком часто работать не мог, не то она все-таки изначально была здесь, просто скрывая чарами невидимости. В результате еще секунд через двадцать, одна из истерзанных нашими снарядами ходулей подломилась, и потерявшая равновесие костяная башня завалилась на несколько городских зданий, чего-то там собою раздавив.

Низшая нежить успешно достигла наших порядков. Самые тупые твари лезли под стоящие вперед броневики и бесславно дохли будучи раздавленными бронированными махинами или разорваны торчащей из машин во все стороны острой арматурой. Те, кто поумнее, пытался огибать столь опасные преграды, дабы добраться до грузовиков с открытым кузовом, где находились пулеметные расчеты или команды по снаряжению беспилотников. Однако наконец-то сумевшие пустить в дело огнестрельное оружие бойцы, до этого тупо сидевшие в своих металлических коробочках безжалостно косили их автоматными выстрелами, изредка уничтожая скопления целей при помощи боевой магии. Алый купол пару раз мигнул, а затем исчез, как и не было. То ли запасы энергии кончились, то ли общее количество повреждений оказалось слишком велико для стабильной работы данных чар. Один из вампиров замешкался с тем, чтобы уйти вниз и попал сразу под несколько пулеметных скрестившихся на нем очередей, а потом упал на землю двумя кусками. Отдельно туловище, отдельно кусок плеча и крыло, вырванные с мясом. Может и выжил, но будем надеяться, хотя бы боеспособность на ближайшую пару часов он утратил. Все равно дольше мы тут возиться не сможем, до Саратова ближе чем хотелось бы, и я готов уйти с поста главы гильдии магов в ассенизаторы-трубочисты в связи со своей общей некомпетентностью, если там еще не знают, про наши действия, и не думают, кого бы сюда послать, дабы покарать оборзевших людишек, отказывающихся быть покорным тупым скотом.

— Силам огневой поддержки оставаться на месте и контролировать обстановку. Боевым группам — добить зомби и начать двигаться вперед! — Распорядился в рацию Мирохин. — В течении получаса город должен быть взят!

Глава 9

— Держаться самых широких улиц, где ездили их машины! Обычных противотанковых мин там точно нет и, будем надеяться, кровососы не настолько доверяют своим прислужникам, чтобы вооружать их радиоуправляемыми фугасами! — Продолжал сыпать приказами Мирохин, который ради этой операции даже решил забыть о том, что мы его вообще-то «разжаловали», чтобы хоть части терок с командованием маршала Крючкова избежать. Бывший лейтенант решил, что дело важнее его карьеры в рядах российской армии и гипотетической пенсии, которую возможно когда-нибудь ему в будущем начнут платить официальные власти страны…Если, конечно, к моменту его старости наша держава еще будет существовать, а законы её изменятся не слишком сильно. — В переулки не соваться! Прыгнет на крышу какая-нибудь тварь там, где соседи огнем помочь не смогут, и амбец!

По радио донеслось утвердительное бормотание командиров батальонов, слегка разбавленная матами одного из них, который нарвался на несколько вражеских броневиков. Однако скоротечный огневой контакт завершился полной победой русского оружия, не то чтобы нежить имела плохую технику, но когда с одной стороны всего три машины, а с другой — пара десятков, то сложно ожидать иного исхода. Разок враги выстрелить все-таки сумели и даже в кого-то попали, однако ущерб был минимальным, и пострадавшие отделались легким испугом да синяками, набитыми о приборы управления, а после противника буквально похоронили под целой лавиной снарядов, да еще и какой-то припоздавший беспилотник сверху кислотными слизнями отбомбился. Один за другим броневики с разных сторон ныряли в город, который, в общем-то, не мог похвастаться большими размерами и, если гнать на полной скорости не встречая преград на своем пути, мог быть пересечен из конца в конец минут за пять. А баррикады на улице противник не сумел бы теперь без магии или серьезной взрывчатки возвести при всем желании, стихийно же образовавшиеся еще во время Конца Света заторы из брошенных автомобилей давно уже растащили в стороны местные жители под контролем своих новых хозяев.

— Основные рабские бараки взяты под контроль, ущерб для мирных жителей не то минимальный, не то и вовсе отсутствует, — через пару минут доложили по рации первую хорошую новость. — Уничтожить невольников враг то ли не успел, то ли не догадался. Охрана частично убита, частично разбежалась, преследования не ведем.

— Держать позицию, — облегченно выдохнул Мирохин, и я почувствовал, как мои губы сами собой расползаются в улыбке. Одной из основных целей этой военной операции было спасение землян, угодивших в рабство. Если повезет, то там найдутся обладатели ценных знаний и полезных умений, ну а нет — научим соотечественников тому, что в изменившемся мире действительно важно. Конечно, наверняка найдутся те, кто любой ценой будет намерен отправиться искать своих родных или откровенные маргиналы, не способные вписаться в нормальное общество…Ну что ж, мы никого не держим. Первым поможем снаряжением и пожелаем удачи на дорожку, вторым отвесим напутственного пинка, пусть выживают как хотят. — Если туда внутрь прорвется хоть пара случайных мертвяков, будет бойня.

— Склады взяты! — Последовал новый доклад. — Ну, почти…Тут в ангаре с топливом прислуживающие кровососам уроды засели, стрелять опасаемся, а ну как горчюку сожжем…Но черта с два они оттуда вылезут на открытое место!

— Отведите людей подальше, а то мало ли, вдруг эти подонки решат умереть героями и сами топливо подорвут! — Посоветовал я, перегнувшись через плечо Мирохина. Вероятность этого лично мне казалось крайне маленькой, но не стоило забывать, сейчас мы воюем все-таки не с бандитами или другим преступным отребьем. Раз у вампиров есть потомственные слуги, фактически целая народность обслуживающих своих немертвых господ, то могут отыскаться и какие-нибудь патриоты, готовые принять мученическую смерть во имя искрене обожаемых кровожадных повелителей. — И поспрашивайте рабочих, может туда как-нибудь через подвалы можно штурмовую группу запустить?

— Не мешайся! — Дернул плечом Мирохин. — Шестой! Шестой, наступил контрольный срок, почему не докладываешь?! Шестой, что у вас?! Вызываю шестой батальон!

— Мне некогда! — Последовал короткий ответ злым запыхавшимся голосом. По предварительно разработанному плану именно шестому батальону предстояло выехать на главную площадь города, которая, в общем-то, исполняла все те же функции даже несмотря на оккупацию. Просторные и красивые здания всего лишь приняли новых хозяев, да еще вампиры «украсили» пейзаж под окнами в соответствии со своими вкусами, установив нечто вроде помоста для казней провинившихся рабов. Только несчастные там не умирали совсем, а очень медленно перерабатывались в каких-нибудь вурдалаков или прочую гнусь. — Я занят! Подступы к главной площади той упавшей костяной фиговине охраняются войсками противника! Фиг его знает, живые они или нет, но из нашего оружия стреляют и гранатами пользуются! Есть несколько хорошо оборудованных пулеметных точек и тройка броневиков еще…

— Говорит пятый! Помочь соседу не могу, тут у нас тоже сопротивление. Одна машина подбита, еще две получили повреждения, но на ходу. — Если ни ошибаюсь, этому батальону было назначено взять под контроль ближайший к главной площади квартал, где ранее жили сливки общества провинциальной глубинки, а ныне обитали слуги кровососов, доверенные рабы и те, кого заставили прислуживать этим предателям рода человеческого. И от предвкушения возможной военной добычи оттуда у меня заранее текли слюнки. Где еще могут найтись артефакты, созданные для активного использования живыми людьми, а может еще и какие-нибудь методички по начальному магическому развитию для них же. А еще именно оттуда нам, скорее всего, получится освободить рабов, ненавидящих нежить до глубины души и желающих по полной расквитаться с ходячими трупами. Увы, даже сейчас в Новокузьминске время от времени слышались разговоры о том, что война за Землю или хотя бы за освобождение России от всяких понаехавших завоевателей могла бы прекрасно обойтись без нас. Дружить с человекоядными монстрами, по счастью, никто не предлагал, однако сторонников позиции: «Моя хата с краю» насчитывалось немало, просто большая их часть категорически не желала вступать в конфликт со мной, Мирохиным и прочими членами правящего совета, настроенными решительно.

— Говорит Седьмой. Мы как бы можем оказать помошь шестому и пятому, ангары с техникой и мастерские были взяты без существенных потерь, но я своими глазами минуту назад видел двух крылатых вампиров, координирующих действия каких-то подозрительных акробатов в глухих черных плащах, что бегают по стенам как по бульвару. — Последовал новый доклад. — В контратаку они пока не перешли, но если разделим силы, боюсь, кровососы смогут разбить мой батальон по кусочкам.

— Понятно. Ждите, шестой, сейчас попробуем направить к вам поддержку. — Кивнул Мирохин, переводя взгляд на меня. — Семен, прокатишься к центру города с первым батальоном? С собой возьмешь парочку наших зенитчиков. Такого количества огневой мощи должно хватить, чтобы нормально додавить уродов или хотя бы просто сдержать, пока соседи не смогут прийти на выручку.

— Сделаю, не вопрос, — кивнул я, уже пробираясь к выходу из командного броневика. Он, конечно, удобный, но для дела придется пересесть в другую машину, лучше всего ту, где есть открытый кузов с установленной в нем пулеметной турелью. Моя защита превосходит таковую у подавляющего большинства солдат Новокузьминска, а для лучшего применения боевой магии нужен хороший обзор. —

Оставшейся половины зенитных пулеметов вам точно хватит, чтобы защитить медиков и снабженцев, если вдруг чего?

— Не думаю, что у вампиров остались силы, чтобы пытаться тут до нас добраться, — покачал головой военный, которому явно не нравилась идея отправлять в бой врачей, пусть даже таких, кто при случае способен жахнуть не хуже артиллерийского орудия или в ближнем бою вурдалака за счет аурного усиления завернуть кренделем. Медики Новокузьминска нашими самодельными магическими посохами умели пользоваться почти поголовно, благо втыкать иглы в вены умели еще задолго до Конца Света, да и основам первой помощи их учить не требовалось. А на боевую операцию еще отправились те, кто помоложе, а потому почти наверняка посещали занятия по аурному усилению и не рухнут в обморок после одного единственного заклинания, растратив почти весь резерв жизненных сил. — Максимум, они попробуют пойти на прорыв в нашу сторону…Но если так, просто отъедем в сторону, пусть уматывают…Пока следом за ними летят перезаряженные новыми бомбами беспилотники. Всем! Вводим в бой резерв! Силы первого батальона будут двигаться в район центральной площади, если какой-нибудь идиот по ним сдуру огонь откроет, лично гаденыша удушу!

Доведение до зенитчиков сути приказов командования не заняло много времени, поскольку подобный вариант не только обговаривался, но даже и репетировался в рамках подготовки к сегодняшнему дню. Оставив резерв, который теперь скорее заслуживал звания штабной обоз, четыре с лишним десятка бронированных машин на полном ходу устремилось к городу, где вовсю звучала стрельба и взрывы. Причем зайти мы старались немного с боку, так чтобы пройти вплотную к позициям пятого батальона. Во-первых, там уже дорога проверена и расчищена, можно не опасаться мин или каких-нибудь стационарных орудий, способных прострелить модернизированный грузовик от капота до выхлопной трубы. Во-вторых, если вдруг враг попробует нас атаковать, соблазнившись относительно малочисленной целью, контролирующие ангары соседи смогут придти на помощь в течении считанных секунд. Ну а в-третьих, какой толк подпирать спины товарищей по оружию, если они тебе траекторию стрельбы перекрывают?

Первая часть пути протекала без каких-либо существенных осложнений. Пара десятков выкопавшихся из под завалов зомби была даже не расстреляна, а тупо раздавлена броневиками после того, как их сшибло на землю и частично расчленило ударами тяжелого, но в то же время достаточно острого тарана, прикрепленного к передней части броневиков. Сидящие же внутри машин люди ощущали в лучшем случае умеренную тряску, да слегка кривились, если ветер доносил до носов вонь основательно подгнившего мяса. Один единственный мутант, бугрящаяся мускулами, лапами, шеями и пастями гидрообразная туша размером с сарай, возможно никогда и не имевшая ни малейшего отношения к роду людскому, заставил слегка понервничать. Особенно когда он остановил своей тушей переднюю машину и попытался выгрызти из неё экипаж, игнорируя пулеметные очереди, поскольку кусочки свинца вязли в воздухе и падали на землю, не достигая напоминающей брезент серой грубой шкуры. Однако десяток прямых пушечных попаданий может и ослабели под влиянием вражеских чар, но все-таки смогли доставить внутрь цели снаряды, в результате чего клочья мяса разлетелись по всей округи. А для гарантии по растерзанным и расчлененным дергающимся останкам прошлись струей из тяжелого огнемета.

К сожалению, вслед за чудовищами, омерзительными, ужасающими и смертельно опасными для одиночек и небольших групп, но ничего не способных противопоставить мини-армии, нам встретился куда более худший противник. Разумные существа, сражающиеся с остервенением загнанной в угол крысы, желающей не столько победить, сколько продать свою жизнь подороже. Я видел не молодую растрепанную черноволосую женщину в одетом совершенно не по погоде синем домашнем халате, выскочившую из дверей какого-то дома прямо к нашей группе. Другие её тоже видели, точно видели, водитель передней машины даже вильнул в сторону, проорав нечто вроде: «Уйди с дороги, дура! Куда ж ты под колеса бросаешься?!». Из-за покрывающего кабину слоя брони слова длинной и явно не слишком-то цензурной фразы оказалось толком не разобрать, однако их смысл угадывался по одной только интонации. Однако и он, и я, и все остальные посчитали эту даму просто жительницей города, одной из наших…Она же выглядела совершенно обыденно, как продавщица из магазина или соседка, или любая другая нормальная женщина преклонных лет, на которую лишний раз никто и не взглянет! Вот только вытряхнутый из рукава кривой кинжал, вонзенный в горло смертницы её же недрогнувшей рукой, показал нашу ошибку. А огромная быстро расширяющаяся в разные стороны сфера, внутри которой замерзал и выпадал в осадок даже воздух, стала её результатом. Чары прекратили рост и рассеялись, стоило лишь иссушенному до состоянии мумии трупы брякнуться о землю, но к тому моменту зона поражения расширилась метров до десяти. И, конечно же, пытающийся аварии броневик не успел выйти из зоны поражения.

— Вот черт, — только и смог подумать я, взирая на машину, за пару секунд покрывшихся инеем и наледью. Броневик благодаря набранной инерции продолжил двигаться в прежнем направлении, вот только теперь он буквально разваливался на ходу. Обломки колес разлетелись во все стороны, заставив крошащийся кузов скользить прямо по асфальту, а наваренные поверх машины металлические листы пошли трещинами и лопнули от чудовищного холода. Окончательно свои прежние очертания пострадавший транспорт потерял, когда врезался одна в стену ближайшего здания. И вряд ли в оставшихся на его месте грудах техногенного мусора можно было найти выживших. — Такого я не ожидал…

Пуля, чиркнувшая о лафет пулеметной турели всего в нескольких десятках сантиметров от лица, неожиданно вернула мне самообладание. Или это сделала не она конкретно, а несколько её товарок, просвистевших мимо ушей? Стрелки и даже снайперы — это знакомо, нормально и понятно. Да и не слишком опасно, если честно, благодаря защитным амулетам. Но меры принять стоит. В голове наводчика видимо происходили примерно те же мыслительные процессы, поскольку орудие было моментально развернуто в сторону того дома, откуда выскочила смертности. На втором этаже здания было распахнуто окно, и там маячила чья-то фигура, как раз передергивающая затвор. Научиться стрелять из наших ружей вампирские прислужники смогли, но вот мысль о том, что сразу после атаки нужно тут же прятаться, чтобы в обратную свинцовые гостинцы не прилетели, до них видимо дойти пока не смогла. А до этого теперь уже и не сможет. Очередь крупнокалиберного пулемета перемолола в единое месиво и стрелка, и раму, и часть стены, раскрошив кирпичи с небрежной легкостью.

К сожалению, наши проблемы на этом не кончились, скорее уж наоборот. Из окон ближайших домов по броневикам открыли стрельбу…Стрелами. Не знаю уж, выпускали их из луков или каких-нибудь там арбалетов, однако не такие уж и длинные оперенные снаряды не отскакивали от металлической обшивки машин, легко держащей обычные пули, а глубоко вонзались в неё. И делали они это не где-нибудь, а исключительно рядом с бойницами. Если только не залетали через них внутрь и если не дырявили нам колеса, за считанные секунды сдувшиеся в ноль. Канализационный люк в самой середине растянувшегося по улице батальона отлетел в сторону, словно задетая ногой пустая пивная банка, и из-под земли выскочило сразу трое облаченных в глухие черные балахоны фигур, двигавшихся со скоростью и ловкостью, о которых нормальный человек мог только мечтать. Еще штук шесть или семь появилось вообще не пойми откуда, не то из ближайших зданий, не то из-за деревьев и рванули к машинам подобно живым молниям. Или не совсем живым. Я был почти уверен, что это новообращенные вампиры, ведь наша перебежчица демонстрировала примерно те же физические кондиции и рассказывала, что самые молодые кровососы очень ценят глухую одежду, не дающую солнцу их обжигать. Кровососы сжимали в руках нечто круглое, подозрительно смахивающее на гранаты и тонкие, но длинные прямые клинки, похожие на какие-то двуручные шпаги. Да еще и колдовать на бегу умудрялись! Практически каждый из них ежесекундно метал в машины возникающие из воздуха тонкие красные иглы, прицельно плевался какой-то светящейся дрянью или взмахами мечей создавал режущие волны. Правда, созданный в мастерских Новокузьминска транспорт натиск этой явно боевой магии выдерживал вполне достойно. Лишь его стальная шкурка покрывалась все новыми и новыми отметинами, да особо удачным попаданием могло срезать или перекорежить стволы автоматов, высунувшиеся в бойницы.

— Бля… — То ли я это сказал, то ли стоящий рядом пулеметчик, было непонятно, поскольку думали мы примерно одно и то же. Да и действовали в общем-то одинаково. Только он рванул со всей дури свое орудие, заливая свинцом тех тварей, по которым еще можно было палить без опаски дружественного огня. Ну а я настолько сильно схватился за зачарованные перстни, что глаза от боли чуть на лоб не вылезли, зато наперерез одному из противников, явно намеренному поиграть в гренадера, метнулась группка огненных пульсаров. Практически наверняка кровососы вкупе к природной аномальной живучести обладают каким-то артефактным снаряжением или обвешаны защитными заклинаньями, а потому лучше использовать наиболее эффективное оружие в имеющемся арсенале. Да и увернуться от целой группы идущих вплотную друг к другу огненных болидов несколько сложнее, чем разминуться с ледяным диском или пропустить мимо себя одиночную пустотную кляксу.

Моя цель вовремя заметила приближающееся к ней заклинание и прикрылась алым барьером, который пульсары заставили побледнеть и покрыться трещинами, но не пробили. Зато это сделал выстрел из орудия какого-то броневика, и взорвавшийся у самых ног кровососа снаряд подбросил в воздух тело в черной хламиде, истрепав её и изорвав. Возможно, тварь смогла бы оправиться от ран, несмотря на воздействие солнечного света, однако спустя секунды взорвалась граната, которую кровожадный ходчий труп сжимал в своей руке. И яркое, жаркое, но почти бездымное жидкое пламя хлынуло во все стороны, испепелив владельца высоктехнологичного оружия и хорошенько прожарив пару десятков кубических метров близлежащего пространства. Или скорее высокомагического, это же явно детонировало не изделие земных мастеров, даже во вполне себе фирменные армейские зажигалки вряд ли получится запихнуть столько напалма.

К сожалению, далеко не все напавшие на нас вампиры заполучили столь же быстрый и печальный финал. Выскочившая из канализационного люка нежить попала под перекрестный огонь сидящих внутри машин бойцов и полегла в полном составе, так ничего и не добившись, а вот их коллеги, к сожалению, иногда все же таки могли похвастаться успехом. Целых два броневика теперь извергали из всех щелей дым и языки пламени, видимо кровососы смогли пропихнуть внутрь бойниц свои гранаты, явно имеющие мало общего с обычными лимонками, те бы такой пожар быстро устроить не смогли. Прикрываясь уничтоженным транспортом и несколькими магическими барьерами кровососы пытались прорубиться внутрь еще одного транспорта, и процесс шел…Но крайне медленно. Тонкие длинные клинки в их руках, обладающих огромной силой и буквально размазывающихся от скорости, рубили стать, упрочненную нашими примитивными ритуалами. Однако делали они это примерно как хороший нож режет вполне достойное дерево. Щепочки отлетали прочь каждую секунду, однако ведущий внутрь люк держался. Да и сидящие внутрь броневика люди мешали противнику как могли, прекрасно понимая — стоит ему проникнуть под броню, как каждый станет завтраком или, учитывая время суток, скорее полдником.

— Кажется, маленькой победоносной войны у нас не получилось, — вынужденно констатировал я, наводя руку с перстнями на тех вампиров, которые штурмовали броневик. Однако, прежде чем у меня получилось атаковать, нежить уже оказалась уничтожена, поскольку находящиеся внутри ближайших машин маги наконец-то очухались, и ударили по противнику всем, чем только могли. Сразу пяток ледяных дисков, три пустотных кляксы и две группу пульсаров буквально аннигилировали кровососов…И заодно отшвырнули в сторону пострадавший транспорт, в корпусе которого теперь красовалось несколько рваных дыр, через которые открывался отличный вид на матерящийся экипаж, которому осколками тоже досталось. — Впрочем, этот город не так уж и сильно уступает по размеру Новокузьминску, а мы его за один день и один раз почти зачистили…

Количество выстрелов из домов сократилось почти до нуля, поскольку сами здания под градом автоматных и пулеметных выстрелов, приправленных залпами орудий и толикой боевой магии, превратились в руины. И местами даже уже горели. А потери батальона на первый взгляд выглядели неприятными, но все же таки не критичными. Пожалуй, твари могли бы причинить нам куда больший ущерб, но гранаты были далеко не у всех вампиров. То ли дефицит, то ли вражеское командование не успело заскочить в свой арсенал, то ли лишенные взрывчатки монстры полагали, будто меча и магии им хватит, чтобы справиться с любым возможным противником.

Отлично знакомый ледяной диск внезапно возник высоко в небе и обрушился почти прямо на меня. Понятно, что целью его являлась пулеметная турель, но и стоящие рядом с нею люди тоже бы оказались уничтожены. Как успел заметить угрозу вовремя и создать на её пути волшебный барьер, сам толком не знаю, наверное, жить хотелось очень-очень. От вида бешено вращающихся ледяных граней, отделенных от лица лишь полуметров свободного пространства и мерцающей пеленой защитных чар, даже сделалось дурно…Хотя, скорее, все-таки от чрезмерной потери жизненных сил.

— Где эта тварь?! — Рявкнул наводчик, разворачивая турель так, чтобы ствол пулемета уставился прямо в ледяной диск. Подарок кубинцев затрясся, выплевывая из себя сотни комочков свинца, и магически созданную циркулярную пилу раскрошило на части длинной очередью. Пока в ледышке имелся заряд магии, она еще как-то держалась, но потом буквально за одно мгновение разлеталась на куски сверкающим и быстро тающим крошевом.

— Целься в небо! Туда, куда я показываю! — Погода стояла удивительно ясная…Собственно именно поэтому мы и выбрали сегодняшний день для атаки, ведь нежить под солнечными лучами неизбежно будет чувствовать себя неуютно. Хоть небольшое, а преимущество. И, казалось бы, если бы над нашими головами реял вампир, создавший атакующие чары, его должно быть прекрасно видно. Однако, глаза его там не видели. Вот только заклинание определенно возникло намного выше уровня улицы и ударило вниз. Вывод? Глаза лгут или, вернее, не способны увидеть того, кто скрыл себя магией. Однако я много раз создавал ледяной диск при помощи как раз-таки вампирских артефактов и потому примерно представляю, в каком районе должен находиться враг. — И очередью по расходящейся спирали!

Наводчик лишний раз над смыслом команды думать не стал, и сотни пуль на огромной скорости устремились в небо. Примерно туда же, куда я направил свою руку. Сначала казалось, будто зря мы это затеяли, ничего не выйдет и лишь впустую потрачен драгоценный боезапас, но потом в воздухе возникла какая-то дрожащая мутная аномалия. Словно кусок стекла, внезапно оказавшийся на высоте пары сотен метров или маленькое облачко едва заметного тумана…Чары, скрывающие вампира, не смогли без последствий перенести столкновение со случайным кусочком свинца. Или же активизировалась защита кровососа и тем помешала волшебному камуфляжу. В любом случае, дальше стоящий со мной в кузове человек палил уже прицельно, да и не только он это делал, с других броневиков огнем по воздушной цели тоже поддержали. Не знаю уж, потерял ли враг сначала свою невидимость совсем и потом оказался разорван на части или сначала был расчленен ударом пары десятков крупнокалиберных пуль и нескольких боевых заклинаний, а уже потом полностью проявился. Но туша, отдаленно смахивающая на гибрид лысого медведя с летучей мышью, падала на землю уже несколькими отдельными кусками. А после этого стрелять мы уже не стреляли, не в кого было. Да и в других частях города шум боя почти затих, что могло обозначать только одно. Победу. Нашу победу!

Глава 10

— Честно говоря, все могло бы быть и куда хуже, — поделилась своими наблюдениями девушка, с ногами забравшаяся в глубокое кресло и целиком закутавшаяся в плед. Погода не радовала, и с самого утра небо было затянуто хмурыми тучами, из которых время от времени начинал накрапывать дождик, однако большие окна, куда с грехом пополам вставили листы стекла, все-таки пропускали через себя тусклый дневной свет. — Может, я конечно стала пессимисткой…Но если честно, подсознательно ожидала чего-то другого. Более…Более…

— Болезненного? Дискомфортного? Унизительно? — Попыталась подсказать ей Аня.

— Да, да и да, — согласно кивнула кровососка, отзывающаяся на имя Виктория. Правда, фамилия у неё была такая, что у меня даже по бумажке правильно получать не получалось, не говоря уж о запоминании. Сайтофу…Сайкофу…В общем, нечто восточное и крайне языколомное, оканчивающееся на: «- динова». Обычная история для наших краев, где можно слегка поскрести любого русского и получить татарина. И даже я вроде бы не исключение, но тут сложно сказать точно, никогда составлением своего родового древа не увлекался. А среди проживающих в одной деревне дальних родственников кого только не было, от бурятов до еврейки, вышедшей замуж за троюродного дядю отца…. — Где-то в глубине души я ожидала, что даже если попаду к вам, то буду жить в запертой снаружи камере, постоянно подвергаясь всяким медицинским опытам, предназначенным для выяснения того как функционирует организм вампира и питаться сильно через раз.

— Ну, во-первых, те у кого есть исследовательский зуд, могли удовлетворять его сколько угодно, тыкая всякими острыми штучками в ту вампиршу, которая у нас все лето в тюрьме жила. А во-вторых, злить того с кем тебе еще много лет общаться и работать — это надо совсем с головой не дружить. Вплоть до полного отвала башки, — усмехнулся Денис, даже на собрание гильдии магов пришедший с каким-то планшетом, куда он косил одним глазом из-под очков. Правда, стоит признать, на экране мелькали не рабочие схемы, а какие-то яркие мультяшные зверушки. Ну, каждый сбрасывает стресс как может…Но вот кажется мне, что если когда-нибудь подобие прежней жизни будет на Земле восстановлено, то количество аниме и прочих подобных развлечений, посвященных монстрам, мечам и магии, так никогда к прежнему уровню и не вернется. Кому нужна будет эта подзадолбавшая всех и каждого бытовуха… — Мучить разумное существо, которое в приступе гнева вполне способно оторвать человеку голову голыми руками, если только чего поинтереснее не спланирует — это такой же верный способ самоубийства, как и игра в русскую рулетку. Рано или поздно, но такой глупец избавит человечество от себя и сильно добавить работы уборщикам.

— Я не могу оторвать человеку голову, — возразила Виктория. — Максимум, шею свернуть…

— Можешь-можешь, просто никогда не пробовала, — возразила ей Гуля, с энтузиазмом прихлебывающая шампанское из хрустального бокала. И, судя по голосу, бывшая работница салона красоты уже успела заметно так назюзюкаться, хотя с момента начала праздника и прошло всего ничего. Если продолжит в том же духе, то точно скоро совсем захмелеет, и тогда дома придется ей устраивать за это ну вот совсем не праздничную взбучку. — На пиковых испытаниях, которые мы проводили, я лично присвоила тебе рейтинг силы в двадцать девять. Ты подняла почти полторы тонны! В три раза больше официального человеческого рекорда. Фиг его знает, какая там прочность у шейных позвонков на разрыв, но вот уверена, что она меньше!

— Дамы-дамы, ну что за тема для праздника! — Укорил их Егор, проходящий мимо в обнимку с какой-то хихикающей женщиной, кажущей смутно знакомой. Так-то я её точно видел и не раз, но не в парадном макияже, который обитательницы Новокузьминска сегодня нанесли на себя, пожалуй, в первый раз после Конца Света. — Хватит о войне, давайте веселиться!

Позади осталось нервное напряжение битвы. Схлынула усталость, навалившаяся едва лишь груженые трофеями грузовики вкупе с захваченной техникой вернулись в Новокузьминск. Подошли к концу хлопоты с сортировкой всего того, что сумели вывезти на скорую руку из захваченного населенного пункта. И даже нервное ожидание возможной контратаки прекратилось: раз нас не попытались расчихвостить в отместку первые три дня, то дальнейшая месть будет не по горячим следам, а так сказать на общих основаниях завоевания территорий живых во имя господства высшей нижити. Сегодня город праздновал, и гильдия — тоже. Причем я слегка злоупотребил своим положением, чтобы именно у волшебников был самый лучший праздник…Впрочем, не сомневаюсь, другие хорошие руководители отдельных служб и подразделений попытались сделать то же самое, только у меня-то ресурса было больше. Само здание городской администрации служило тем местом, где сейчас расслаблялись разного рода чародеи. После Конца Света здесь поселились громадные пауки, но их давным-давно уничтожили, паутину со стен содрали, а также выбросили кости заживо переваренных жертв. Просторные и светлые помещения, отлично предназначенные для собрания больших групп людей, а также шикарная обстановка, окружавшая раньше мэра, депутатов и прочих важных шишек, крах цивилизации перенесла без существенных потерь. Ковры, картины и покрытая позолотой мебель не интересовала ни чудовищ, ни выживающих людей…А когда город частично наполнился переселенцы, то им отвели обычные дома, приберегая разные интересные на потом. К сожалению, пустующего жилого фонда все еще оставалось вполне достаточно, чтобы не один раз принять к себе многотысячные группы беженцев.

Звенели бокалы, играла музыка, в кинопроекторы сразу в нескольких кабинетах транслировали лучшие хиты мирового кино, творения лучших кулинаров Новокузьминска привлекали к себе соблазнительными ароматами и опустошались бутылки с напитками, которые на нашей планете теперь больше не производят. Люди праздновал победу, радовались достигнутым успехам…И заодно справлял поминки по усопшим. Но последних оказалось куда меньше, чем я боялся. Собственно наш резервный батальон и понес максимальные потери, угодив в на скорую руку подготовленную засаду из вампиров и наиболее фанатичных прислужников. Да и во многих казалось бы уничтоженных машинах после боя нашли выживших, причем иногда даже по два-три человека. Обожженных, переломанных, истекающих кровью, но дышащих. Прикрывающие важнейшие части тела латы, с грехом пополам сработавшие защитные амулеты, а также насыщающая наш мир и человеческие тела магия позволила им перенести такие травмы, от которых раньше отправлялись прямиком на тот свет в девяноста девяти процентах случаев. И всех, кто дышал или уже не дышал, но снова начал жить после запустившего сердце разряда дефеблирятора, медики сумели вытянуть, и значит рано или поздно они вернутся в строй.

— Каково это быть вампиром? — Полюбопытствовала Аня у девушки, жадно следящей за чужим праздником и старательно делающей вид, будто она одна из тех людей, кто здесь и сейчас предается веселью. Нет, на само мероприятие-то мы её позвали специально…Но из под своего надзора выпускать не совсем живую соотечественницу лично я не намеревался ни на миг. К счастью она и сама не сильно стремилась стать центром внимания, чем сильно облегчала мне работу.

— Полагаю примерно так же, как быть одновременно и маньяком, и наркоманом. — Хмыкнула из-под пледа Виктория. Споры насчет того, стоит ли принимать в наше сообщество подобных ей вампиров, которые делом доказали свою адекватность и полезность для человечества вообще и Новокузьминска в частности, окончились убедительной победой тех, кто голосовал за сотрудничество с любым разумным существом вне зависимости от его способа существования. В результате девушка заселилась в стоящий за пределами крепости многоэтажный дом, где проживали перевербованные нами пленники. Соседи не очень, системы видеонаблюдения и охрана по периметру, выйти на прогулку можно только с парочкой сопровождающих… Однако лучшего варианта мы Виктории пока предложить не могли. Может быть потом, если подобных ей станет больше, и люди привыкнут к соседству с дружественной нежитью. — Даже сейчас, я с вами говорю и в то же время хочу выпить вашу кровь…И чем больше, тем лучше. Понимаю, что вам это не понравится, что вам будет больно, что вы от этого вообще умереть можете, и я тоже могу, поскольку за такие фокусы точно убьют…Но хочу. И даже не чувствую, а тупо знаю, как хорошо мне от этого будет во время самой трапезы и еще немного после.

— Но ты ведь себя контролируешь, не пытаясь нас покусать, — заметил я. — Значит, это не так плохо, как ломка у наркоманов…Наверное. Ведь они-то удержаться не могут.

— Смею надеяться, у меня силы воли куда больше, чем у всяких торчков, сдуру подсевших на иглу. Во всяком случае, диеты честно держала и даже парня своего по молодости из армии не без труда, но дождалась…И вообще, я ведь сейчас сытая, потому и могу в людях видеть сначала личность, а потом уже ходячие бурдюки с кровью. — В глазах сидящей в глубоком кресле девушки блеснули алые огоньки. Вообще-то они были лишь паразитными потерями энергии, свидетельствующими о том, что нежить вывела данную часть своего тела на форсаж. Именно в подобном режиме Виктория и могла на глаз определить, насколько тот или иной человек будет для неё вкусен и питателен, а также одной лишь силой мысли спутать сознание своего будущего обеда. А если она усиливала какую-то часть тела, то могла хоть прыгать как кузнечик, хоть бегать быстрее ветра, хоть поднимать те самые три тонны своими худенькими тоненькими ручками или же голой ладонью хвататься за лезвие меча и не получать царапин. Даже низший вампир являлся той еще машиной для убийства, ограничивало которую только одно. Емкость сосредоточенного в районе сердца, но все-таки не имеющего материальных компонентов «аккумулятора», где и хранилась краденая жизненная сила, благодаря которой ходячий труп был способен на такие фокусы…И тупо существовал. Выжавший из себя все, что только можно и еще чуточку человек рисковал оставаться с порванными мышцами или иной подобной бякой. Израсходовавший до конца все имеющиеся резервы кровосос умирал окончательно и бесповоротно, но задолго до наступления данного критического момента терял разум и превращался в хищника, озабоченного лишь едой.

— Подтверждаю. Она на далее чем час назад целых четыре с половиной литра свежей парной крови вылакала, — Хихикнула Гуля, отпивая шампанское из хрустального фужера. — Мне из-за этого даже ежедневную подкормку духов остановить пришлось, так как в донорском центре больше народа не осталось. Как не лопнула-то только….

— Требуха её почти совсем усохла, а вот желудок раздулся, чтобы вмешать кровь, откуда жизненную энергию вытягивает. — Пожала плечами Аня, проводившая медицинские исследования новой обитательницы Новокузьминска, чье состояние здоровья лучше всего описывалось словом: «труп». По всем законам природы сидящая сейчас в кресле девушка не могла думать и двигаться, но она это делала. И только магическое сканирование позволяло найти внутри тела кровососоки весьма внушительный заряд жизненной энергии, компактно ужатый в районе сердца. Сидевшая у нас в плену несколько месяцев вампирша-лазутчица, кстати, заметно отличалась от Виктории. То ли она была высшей, так сказать следующей ступенью развития данного типа нежити, то ли еще почему. К сожалению, всестороннее обследование пленницы хоть и проводилось с участием тех же специалистов и аппаратуры, но сотрудничать с медиками пойманная шпионка упорно не желала. Она вообще шла на контакт только при угрозе немедленного применении пыток, информацию из неё приходилось буквально выдавливать по капле, несколько раз кровососка пыталась загипнотизировать охрану или освободиться чисто физическими методами, вроде попыток открыть дверь своей камеры удлинившимися ногтями, заменявшими отмычки…И в результате была застрелена при очередной попытке к бегству, а позже кремирована. Ну да собаке собачья смерть. — Установка МРТ врать не будет, а она Викторию насквозь просветила сверху донизу…

— И если я стану первым вампиром, который из-за врачебной ошибки заболеет раком, то из принципа перекусаю весь ваш медперсонал, — сурово предупредила мою девушку Виктория, вытаскивая голову из-под пледа и с завистью смотря вслед проходящей мимо официантке, тащащей к столу исходящую ароматным паром кастрюлю солянки. Увы, хотя вампирша и получила в связи со своими метаморфозами некоторые преимущества, причем очень и очень внушительные как по мне, недостатков бытие кровососом несло ничуть не меньше. В частности, она и ей подобные не могли есть нормальную пищу. Вкусовые рецепторы работали, а пищеварение — нет. Кровь усваивалась очень быстро и видимо неким мистическим образом, ближе всего к которому являлось прямое превращение материи в энергию, а вот все остальное скапливалось в изрядно растянувшимся, но все равно неработающем желудке. И потому отведавший курочки или там выпивший вина вампир вынужден был бы либо с месяц если не больше ощущать внутри себя тухлятину, пока та окончательно не перегниет, либо посетить отхожее место и как следует проблеваться. А вот у той же лазутчицы такой проблемы не было…Или очищала организм она без лишних звуков, быстро и исключительно в гордом одиночестве.

— Не стоит тебе бояться опухолей, можешь не беспокоиться, — хмыкнула одна из лучших врачебных специалистов всего Новокузьминска, едва заметно морщась, когда в помещении актового зала кто-то слишком громко включил музыку. Видимо веселье дошло до той стадии, когда к застолью принято присоединять и танцы. — Во-первых, ты нежить, твои клетки похожи на залитый формалин срез тканей, они не ведут обменных процессов и не делятся за исключением тех моментов, когда нужно рану зарастить. А во-вторых, рак может быть от перебора с компьютерной томографией, но как раз её-то мы почему-то так и не смогли наладить толком. Все приборы работают максимум пару часов, а потом ломаются…

Несмотря на то, что наши медики по понятным причинам проявляли осторожность при исследовании Виктории, тем не менее, эксперименты над активно комментирующим свое самочувствие вампиром-добровольцем позволили довольно многое узнать о том, как функционируют тело и разум кровососов. Хотя и сложно было сказать, где у девушки заканчиваются деформации психики, вызванные пребыванием в рабстве, а где начинаются последствия трансформации в разумную нежить. Память новой жительницы нашего города зияла многочисленными провалами и мутными пятнами, не затронувшими последнюю пару лет, однако здорово затрудняющими написание автобиографии. Так например детство свое она забыла почти целиком…Но как узнать, повинно в этом её состояние или же многочисленные удары по голове, регулярно сыпавшиеся за попытки оказать сопротивление и недостаточное усердие в исполнении приказов хозяина как до обращения, так и после? Виктория по сравнению с собой прежней крайне ожесточилась, стала циничной, научилась терпеливо переносить боль и лишения, спокойно взирала на самые отвратительные зрелища и довольно спокойно относилась к мысли о собственной возможной кончине. И девяносто процентов выживших обитателей Новокузьминска демонстрировали ту же тенденцию. Вставшие перед нашими учеными вопросы позволило бы решить изучение других вампиров и проведение сравнительного анализа, да вот беда, иных «образцов» мы заполучить так и не сумели. Даже низшие вампиры упорно избегали попадания в плен, поскольку сохраняли способность сражаться, несмотря даже на очень тяжелые раны и либо погибали в битве, либо успешно спасались бегством. Но, тем не менее, теперь мы хотя бы доподлинно знали, какие слабости есть у новообращенных кровососов и насколько они велики.

Неспешное течение праздника оказалось прервано порвавшимся даже через завывания стереосистемы звоном разбитого стекла, женским испуганным визгом и громким рыком, вышедшим явно не из человеческого горла. Причем случилось это где-то рядом и наверху, пусть даже источники звуки и были отделены от нас перекрытиями, но с локализацией места происшествия проблем не имелось ну вообще никаких. Я пулей соскочил со своего места, стремясь уйти подальше от отлично простреливаемых оконных проемов, и нашаривая пальцами зачарованные перстни. Заодно и Гулю не слишком-то нежно вытащил с её кресла, несмотря на протестующе-болезненный возглас не совсем трезвой девушки, на первом же шаге запутавшейся в своих ногах и потому волочившейся по полу. Лучше потом извиниться перед любовницей, чем хоронить её, если это не случайное нападение какого-нибудь монстра, непонятно как миновавшего все рубежи обороны, а целенаправленная атака и сейчас по нам снаружи откроют огонь. Аня покинула опасную позицию сама и уже шарила по поясу, пытаясь вытащить пистолет из висящей на боку кобуры. Да впрочем, и все остальные посетители бывшего здания городской администрации сейчас стремительно готовились к бою или как минимум пытались это делать. Праздник-праздником, а тех, кто заявился на него с пустыми руками можно было по пальцам пересчитать, Конец Света надежно отучил людей от беспечности. Зачарованные клинки разной длины покидали свои ножны. Щелкали предохранители оружия, либо всегда носимого с собой, либо на время застолья и танцев повешенного за ремень на выбранный стульчик. С гулким стуком обрушился на пол штабель складированных у стеночки магических посохов, и теперь спешно разбирающие свое основное оружие члены гильдии переругивались сквозь зубы, пытаясь выяснить, где тут чей инструмент валяется. Из дамских сумочек извлекались револьверы, обрезы, гранаты и укороченные автоматы. Прямо у меня на глазах какой-то юный параноик, до того дрыгавший ногами вместе с прочими любителями дискотеки и круживший вокруг долговязой девушки лет шестнадцати, стал вытаскивать из-за пазухи трубу одноразового реактивного гранатомета. А я-то думал, чего это он вдруг так горбится…И ведь стоически терпел все неудобства, вызванные ношением подобного оружия, лишь бы успокоить свои нервы наличием крупного калибра под рукой… Но его все равно надо прилюдно поругать и наказать как минимум штрафными работами. За нарушение техники безопасности. Мало ли, вдруг бы задели парня ну очень уж неудачно для него самого и всех окружающих, чем вызвали детонацию и самоликвидацию…Но зато теперь в глазах подружки, проворно засовывающей салфетки в бутылки с коньяком и тем самым получающим убогую пародию на коктейль Молотова, он явно стал настоящим героем, судя по тому, как восхищено она на него пялится.

— Это не я! — Поспешила заявить Виктория, пытаясь еще глубже закутаться в плед, спасающий её от прямых лучей солнца. На нежить, пусть и вроде бы союзную, свое оружие направил если и не каждый второй, так каждый третий точно. И я, в общем-то, тоже, в конце-концов вампиризм и дыры в памяти, на которые она нам жаловалась — крайне подозрительное сочетание, вызывающее прямо-таки острую форму паранойи. На руку девушке играл лишь тот факт, что у вампиров точно есть возможность создать более правдоподобную маскировку, без всяких глупых заигрываний с амнезией. В конце-концов, одна немертвая лазутчица уже была схвачена с поличным. — Совсем-совсем не я!

— Рассредоточиться небольшими группами! Прикрыться капитальными стенами и барьерами! Быть начеку! — Из под стола выбралась очень колоритная парочка. Егор и поросенок. Видимо при звуках опасности разведчик рефлекторно нырнул в ближайшее укрытие, а жареный с яблоками малолетний свиненок свалился следом, непонятно чем зацепился за воротник человека и теперь болтался на нем, как коала, пачкая все вокруг своим жиром. — Что творится на улице?!

— Тишь и благодать, — откликнулась сестра Дениса, одним глазом косящая в окно. — Тревоги нет, паники нет, стрельбы не слышно, патруль ругается с какими-то придурками, которые в честь праздника фейерверки откуда-то притащили…Кажется, это только у нас чего-то не то.

— А я, ик, знаю, чего у нас не то! — Удивила всех Гуля, одновременно умудряющаяся делать сразу несколько дел. Шататься туда-сюда, словно моряк в большую качку, с обиженным лицом растирать пострадавшее от моего захвата плечо и слушать, чего ей на ухо шипит змея…Полупрозрачная и в то же время чуть светящаяся темно-серым. Несмотря на подпитие, а может и благодаря ему, девушка умудрилась призвать одного из своих духов. И, кажется, тот вполне успешно общался с шаманкой, докладывая то, что успел разведать, скорее всего, банально просочившись через потолок. Подобные сущности проходить через не слишком толстые материальные преграды могли, пусть и очень сильно не любили этого делать. — Но я вам, ик, не скажу!

И не сказала, как мы её не упрашивали. Однако информации все равно долго ждать не пришлось, поскольку бросившиеся к месту происшествия с оружием в руках доброхоты вернулись к празднику, растекаясь по этажам, скабрезно хихикая и активно делясь свежими сплетнями, обещающими стать главным светским событием недели нашего маленького коллектива. Да и звуки скандала, минут через пять начавшегося прямо над нашими головами, легко позволяли восстановить картину произошедшего.

Как оказалось, причиной переполоха стал любовный треугольник, в котором один угол оказался недостаточно тупым, чтобы не заметить растущие у него рога. Одной из сложившихся после Конца Света пар, которая почти стала полноценной ячейкой общества и чуть не завела детей, был дуэт из механика средних лет и молоденькой на его фоне волшебницы. Вот только стало недавно казаться мужику, что его невеста придерживается каких-то подозрительно тесных отношений с кое-кем из сослуживцев. И он решил за ней проследить. Поскольку в своих навыках ниндзи специалист по работе с гаечным ключом и сварочным аппаратом обоснованно сомневался, то наблюдал за девушкой он при помощи беспилотника, утащенного прямо со сборочной линии вместе с контролирующим планшетом. Красавица упорхнула из дома буквально на часочек, чтобы повидаться с подругами, да и вообще не отрываться от коллектива, ведь празднует-то вся гильдия, а через какое-то время парящий наблюдатель двинулся следом. Отслеживал вертихвостку её почти супруг через окна, которые в здании администрации были действительно большими…И доотслеживался до того, что крупным ракурсом увидал голую попку своей «благоверной», скачущую на одном из латников, чьей единственной амуниций в тот момент являлись носки. Парочка уединилась в кабинете какого-то ныне покойного большого начальника, благо массивный рабочий стол мог еще и не такое выдержать. В гневе рогоносец не придумал ничего лучшего, как заставить беспилотник протаранить собою стекло, бывшее чуть ли не единственным подобным объектом во всем городе, который решеткой защитить забыли, ведь в бывшем здании администрации постоянно никто не жил….А может мужик просто не справился с эмоциями и не туда машину дернул…В любом случае, когда к ним через окно внезапно вломился кто-то посторонний, то любовники испугались и свалились со стола. На столик поменьше. Стеклянный. Который под двойным весом приземлившихся на него тел моментально стал кучей осколков разной степени величины и остроты, вошедших оказавшемуся снизу латнику, и в ноги, и в ягодицы, и в некоторые иные весьма чувствительные части организма. Почувствовал вдобавок к имеющимся эмоциям еще и боль, тот попытался рефлекторно усилить себя, но из-за крайне фигового в тот момент самоконтроля воздействовал немного не на ту часть организма, придав неимоверную мощь самым напрягающимся частям тела. В том числе и голосовым связкам. В результате чего издал рев достойный внезапно обесчещенного тираннозавра и напрочь охрип. Даже поругаться толком не смог с механиком, который спустя минут пять прибежал сюда, чтобы закатить скандал своей теперь уже бывшей девушке. Пришлось расстающейся парочке за троих отдуваться, но надо признать, они старались. Их вопли и оскорбления, сыпавшиеся как из рога изобилия, напрочь убили атмосферу праздника, в результате чего народ стал потихоньку из здания бывшей администрации расползаться куда подальше, спасаясь от такой токсичной атмосферы.

— Весело тут у вас, — с улыбкой сообщила Виктория, которой набирающий обороты скандал напротив, только поднял настроение. Может она теперь вампир не только стандартный кровососущий, но еще и энергетический? — И часто такое бывает?

— Случается, — хмыкнула Аня, косясь почему-то не куда-нибудь, а именно на меня. — После Конца Света психически здоровых людей по определению не осталось, есть только недообследованные. А постоянный стресс от близости смерти заставляет организмы всех этих долбанутых, не желающих или не могущих контролировать свои животные порывы, пытаться размножаться как кролики, покуда они еще живы. Скажи пожалуйста, что хоть у тебя такой проблемы нет.

— Боишься беременных вампирш в гинекологии? — Подколола её поддерживаемая мной под локоток Гуля, заодно этим самым локотком больно стуча меня по ребрам.

— Скорее уж не хочу разбираться с идиотами, чей пах пожирает трупная гниль. — Фыркнула девушка-медик. — Без обид, Вик, но то что обычные микробы и бактерии стали твоей некрофизиологии глубоко безразличны, вовсе не означает, что ты не можешь стать переносчиком чего-то другого, у живых людей в принципе не случающегося.

— На мой счет в этом плане можешь быть спокойна. — Криво ухмыльнулась вампирша, поправляя свой плед. Спадающее покрывало обнажило белого цвета мотоциклетный костюм, к которому прилагался и шлем, дожидающийся свою хозяйку в гардеробе. Прямые солнечные лучи не заставляли подобную нежить вспыхивать или рассыпаться прахом, но были крайне болезненны и словно вытягивали из неё запас краденой жизненной энергии. Причем процесс шел по нарастающей, а потому каждая следующая секунда под ясным небом становилась все более мучительной и опасной, а кровососы на одних рефлексах пытались убраться из под взора светила куда подальше. Однако, дело было точно не в ультрафиолете, лампы с ним у Виктории никаких неприятных ощущений не вызывали. А вот отраженный зеркалом в темное помещение зайчик пусть и не представлял особой угрозы, но заставлял кожу чесаться. Использование скрывающей всё тело одежды, желательно многослойной, вело к уменьшению воздействия на порядки, делая дневные прогулки почти безопасными. Стекло, как ни странно, тоже помогало, несмотря на всю свою прозрачность. А уж сочетание удобного затененного уголка, в котором стояло кресло и высокой облачности, вот как сейчас, вообще позволяло Виктории чувствовать себя вполне комфортно. — После того бесконечного ужаса, в котором приходилось существовать последние полгода, я скорее рехнусь и сама себе перегрызу горло, чем пущу кого-нибудь в постель. Даже если бы меня действительно поселили в тюремную камеру и кормили крысами раз в два дня — это бы все равно было лучше, чем продолжение того кошмара…

— Ты можешь пить животную кровь?! — Поразилас Аня. — А почему раньше требовала себе исключительно человеческой?!

— У крови животных тот же вкус, который и положено иметь крови животных. Соленая противная жижа, отдающая металлом, — сморщилась вампирша, до которой только теперь дошло, что она крупно так подставилась. — Это человеческая похожа на нектар…Или иных разумных рас. Сама я никого кроме людей никогда не пробовала, но урод который меня обратил аж слюнями исходил, вспоминая вкус пленных дриад. Да и потом, пусть животная кровь может поддерживать мои силы какое-то время, но одной её все равно не хватает. Недостаточно в ней чего-то вроде и незначительного, но важного…Семен, слушай, будь другом, вынеси в другую комнату салат из ананасов с чесноком, который минуту назад с кухни принесли. И вон те гренки с собой захвати или хотя бы накрой чем-нибудь. Воняют так, что аж буквально нос режет!

Помимо солнечных ванн высокую эффективность в деле борьбы с кровососущей нежитью показали народные предания, видимо опиравшиеся на вполне реальные опыт предков. Маленькая рана, нанесенная осиновой щепочкой, заживала у вампиров в разы дольше пореза, оставленного медицинским скальпелем. Впрочем на безжалостно затыканных зомби колья из того же материала подействовали в разы лучше чем остро заточенные стальные вилы. Древесина данной породы деревьев могла впитывать некоторое количество некроэнергии…А после стремительно теряла её, пусть даже медленно разрушаясь в процессе. В результате обзаведшейся подобной занозой мертвец страдал от нематериального аналога кровотечения или скорее прохудившегося бензобака, и если не избавляла от помехи, то быстро превращался из ходячего трупика в трупик обычный. Чеснок же оказался специфическим контакнтным аллергеном, действующим сугубо на сородичей Виктории. Наши доморощенные ученые пока не могли сказать, чем и как он им вредил, однако запах данного растения ужасно раздражал обострившийся нюх Виктории, да и другие слизистые тоже не миловал. А свежий очищенный от мякоти сок оставлял после себя такие ожоги, которыми люди обычно могли похвастаться только после контакта с кислотой или раскаленным железом. И, несмотря на свойственную кровососам регенерацию, пострадавший во время экспериментов кончик мизинца болел у девушки почти два часа. Но если с чесночными грантами или специфическим ядом против вампиров в мастерских еще обещали чего-то придумать, пусть даже пока работа в этом направлении постоянно откладывалась из-за занятости другими проектами, то вот как выделить и с толком применить экстракт осины, дабы можно было использовать полезные свойства данного дерева в нашем оружии, инженеры и волшебники Новокузьминска пока сообразить не могли.

Глава 11

— Дамы и господа! — Мой голос, усиленный динамиками, доносился даже до самых высоких трибун стадиона Новокузьминска, забитых народом сильнее, чем на любом когда-либо проходившем здесь футбольным матче. Частично потому, что с массовыми развлечениями сейчас было очень негусто, а частично потому, что популярные спортивные команды в наш город даже и проездом вряд ли заносило. По уму, сейчас мне да и прочим членам руководящего совета следовало бы не заниматься общественной деятельностью, а разрабатывать планы новой атаки но вампиров…Но мы были к ней не готовы. Из рабства у вампиров было спасено целых три тысячи четыреста двадцать пять человек, пусть даже не все из них и могли формально считаться представителями вида хомо сапиенс. Однако, землян от этого числа оказалось лишь чуть больше половины. Такой кусок следовало как следует переварить, чтобы новые жители города смогли нормально влиться в наше общество…Или покинули его. А еще короткое боестолкновение с высшей нежитью выявило массу проблем, без решения которых новые военные действия грозили обернуться полным разгромом. Мы и в этот-то раз победили лишь благодаря внезапности и подавляющему численному преимуществу, позволившему задавить залпами орудий и магическими ударами каждый очаг сопротивления. — Я рад приветствовать всех вас на конкурсе, первом Новокузьминском конкурсе боевых дронов и беспилотников! Поаплодируем нашим участникам, дамы и господа!

Трибуны взорвались аплодисментами. И не только аплодисментами. Несколько человек из числа переселенцев, заявившихся на данное мероприятие в своей амуниции, принялись стучать кулаками по доспехам, а то и по щитам. Какой-то деятель от избытка чувств попытался пальнуть в воздух, но раньше чем он смог разобраться как все-таки работает его оружие, дурня скрутили соседи и передами с рун на руки подоспевшим патрульным. Нарушать общественный порядок никто не желал, поскольку даже за игнорирование совершающихся в зоне досягаемости хулиганств, не говоря уж о более серьезных преступлениях, можно было отправиться на недельку разделывать добычу или общественные уборные вычищать.

Первый из дронов, которого выставили на суд общественности и жюри напоминал большую летящую булавку, так как блестящий корпус шарообразной формы и полуметрового диаметра неторопливо плыл по воздуху, опустив к низу длинный и тонкий металлический стержень не то иглы, не то все-таки копья. Словно подпрыгнув, им же он и попытался нанести колющий удар по перемотанному буквально везде синей изолентой манекену…Который без особого труда шагнул в сторону, перехватил руками устремленное к нему острие, а потом взмахнул беспилотником как дубиной и вдребезги разбил корпус об не слишком-то чистый асфальт. Только разлетелись во все стороны обломки реек, проводки, кусочки стекла и части корпуса, оказавшегося на самом деле не более чем фольгой, натянутой на сферический каркас. А еще кверху взвилось нечто вроде маленького темного облачка, которое дернулось туда-сюда, покрутилось вокруг своей оси, да и метнулось в сторону трибун, переполненных зрителями.

— Эй, это не честно! — Во весь голос возмутилась девушка лет семнадцати, вся увешанная шаманскими зачарованными косточками и инструментами. В один из её амулетов и втянулась сущность, до того скрывавшаяся внутри беспилотного летательного аппарата. — Нормальный человек так не сможет, ему же ладони прорежет до кости! А у зверья мозгов не хватит!

— Нормальный человек не будет драться голыми руками! Как минимум он в такую демаскирующую себя со всех сторон блестяшку с расстояния кинет чем-нибудь! А если нет — так стукнет её палкой! — Ответил ей наш главный артефактор, снимая со лба очки и начиная протирать платочком толстые линзы в покрытой рунами серебряной оправе. — Ты зачем свою модель сделала такой блестящей?! Её же в воздухе можно с другого конца города рассмотреть!

— Дух, который управлял моей моделью, очень не любит солнечный свет, вот я и обклеила его новое вместилище фольгой, которая тот отлично отражает от стенок корпуса, — пожала плечами начинающая волшебница…Хотя, пожалуй, не очень уж и начинающая. Одним из требований к сегодняшнему конкурсу было то, что все испытываемые конструкции волшебных беспилотников должны изготавливаться одним претендентом с минимальным привлечением дополнительной помощи. Ведь победителя мы намеревались в серийное производство запустить. — Зато он сам может выбирать цели для атаки и руководства в бою почти не требует! В принципе, можно было бы дрон еще одним слоем ткани обтянуть, но я подумала, так он смотреться эффектнее будет.

— За дизайнерское решение так уж и быть, баллов снижать не буду. За автономность еще один и добавлю. — Высказалась сидящая справа от меня Гуля, внимательно разглядывая насупившую соискательницу. — Но в минусы идет хрупкость конструкции, её медлительность, крайне слабый атакующий потенциал. А еще то, что дух явно темный, раз так выглядит и так боится света. Полоскина, ты чего творишь?! Я же вместе с тобой шаманизм осваивала и мы обе знаем, что подобные твари хорошо управляемые только когда слабые…А отъевшись и поднабрав силенок обязательно попытаются напасть не на контрактора, так на какого-нибудь из союзников.

— Итого минус три, — подытожил Денис, водружая очки на место и принимаясь внимательно рассматривать разложенный перед ним лист бумаги, где создательницей описывался процесс создания данного дрона, приводилась его схема и подробно перечислялись все пошедшие в дело материалы. — В принципе, могу поднять оценку до минус двух. Как я смотрю, модель Полоскиной Юлии не использует чего-нибудь слишком редкого, и вполне доступна для массового производства. Но на большее она, к сожалению, не тянет.

— Оценка этой модели именно как боевой находится на отметке неудовлетворительно. — Несмотря на умоляющий взгляд девушки, мне пришлось согласиться с негативным мнением остальных двух участников жюри. — Возможно, ваше творение подойдет на какую-нибудь иную роль благодаря его относительной дешевизне, простоте и автономности? Скажем, если заменить холодное оружие зарядом взрывчатки и затенить корпус, получится вполне так неплохой камикадзе, способный в ночное время самостоятельно доставить заряд взрывчатки на базу противника с впечатляющего расстояния. Обдумайте эту идею, Юлия, как следует обдумайте.

Конкурс дронов был вызван не столько желанием устроить интересное общественное мероприятие, сколько военной необходимостью. Использованные нами сейчас беспилотники в серьезной военной операции сразу же показали, что их полезность можно назвать в лучшем случае…Ограниченной. Да, разведку с воздуха они осуществляли вполне достойно. Но и только. Сбрасываемые ими кислотные бомбы летели куда попало, а после машина становилась абсолютно беспомощной. Обнаружились у наших вооруженных сил и иные недостатки, которые следовало устранить, но тут хотя бы корень проблем крылся не столько в людях, сколько в технике. Разбираться с ней поручили сразу и начальнику мастерских, и гидьдии магов, ведь дроны содержали в себе как технику, так и волшебство. А мы, покумекав как следует, кинули клич среди всех рукастых и головастых персон нашего города. Матерые профессионалы, способные рассчитать все до мелочей и составить правильный чертеж наиболее простой и эффективной техники, которую можно построить при имеющихся мощностях в зоне досягаемости как-то отсутствовали. Потому приходилось рассчитывать только на материально заинтересованных и талантливых любителей, объявляя открытый конкурс, чей победитель получит более чем приличную награду. Пятьдесят грамм золота, килограмм серебра, а также годовое снабжение разными вкусностями и прочими мелкими, но приятными предметами роскоши из запасов снабженцев из расчета одна штука в день. И вроде бы получилось, судя по числу тех, кто решил побороться за победу. Не знаю уж, насколько я компетентен именно как глава гильдии магов, однако людей мотивировать к началу экспериментов видимо могу…Особенно если результаты этой работы, в случае успешности, обещают одну из самых больших ценностей нашего мира. Безопасную и комфортную жизнь.

Следующий участник нашего конкурса выделялся среди своих собратьев тем, что не являлся человеком. Вернее, был им лишь частично. Способный достичь отметки в полтора метра высоты исключительно при прыжке с табуретки карлик мог бы показаться ребенком, но это только до тех пор, пока не взглянешь ему в покрытое морщинами лицо, украшенное крупными седыми усами. Дриттеж Китокцкин утверждал, будто является квартероном, ростом пошедшим в дедушку-гнома без его же богатырских статей…Но остальные бывшие рабы, которых мы освободили из-под рыцарского гнета, упорно величали своего товарища полугоблином, тыча пальцами в чуть зеленоватую кожу и слегка крупноватые клыки. Однако никто не отрицал, что до попадания в Новокузьминск этот тип уже являлся вполне себе практикующим артефактором…Пусть даже работавшим исключительно по парочке заученных наизусть шаблонов и не первое десятилетие сидящим на цепи в подвале лавки богатого купца. Изготовленное эмигрантом устройство напоминало не то птицу, не то чебурашку, компенсировавшего отсутствие крыльев размахом ушей. Между двух покрытых рунами фанерных плоскостей крепился крохотный гуманоидный торс с руками и головой. Причем намертво крепилась именно непропорционально крупная башка, а вот тело могло в нужную сторону вращаться.

— Как вы видите, эта модель достатоно многонукциональна! — По-русски этот обладатель смешанных кровей говорил с дичайшим акцентом, почти проглатывая некоторые согласные буквы, однако переводчик ему все-таки не требовался. — Огнетресльное или холодное оружие, инструменты, грузы, её манипуляторы дополнительно усоверненствованы, ради того…

Руки разглагольствующего артефактора до локтей скрывали перчатки из проволоки, и жесты, которые он повторял, совершали и конечности беспилотника. Вот только им немного не хватало ловкости. Когда машина попыталась взять протянутое ей двуствольное ружье и выстрелить, то в голема-мишень не попала. И со второго раза тоже. А потом контролирующий латаную-перелатаную марионетку Денис погнал многострадальный манекен в атаку, и крылатый гуманоид поспешно отлетел от него подальше, одновременно пытаясь перейти на тяжелую артиллерию, бьющую по площадям. К поясу конструкта приторочили парочку самодельных гранат, видимо чтобы показать его возможности в бомбометании, и за одну из них взялись искусственные пальцы. И раздавили корпус, заодно видимо активировав детонатор. Взрывом беспилотнику оторвало одно крылоухо, и он немедленно начал выписывать в воздухе головоломные кульбиты, тщетно пытаясь сохранить высоту, но секунд через шесть или семь все-таки вошел в штопор, шмякнувшись о землю. Но не разбился. И даже попытался уцелевшими непонятно как ручками защищаться от голема-маникена, принявшегося безжалостно допинывать своего соперника.

— За многофункциональность и возможность атаковать в любом направлении дам один балл, за неплохую скорость полета в рывке — другой, а последний назначу за общую прочность и живучесть конструкции. — Решил я, рассматривая как управляемый Денисом конструкт безжалостно растаскивает на части летающий беспилотник. Лицо невысокого артефактора сморщилось как сухофрукт не то от горечи поражения, не то из-за неприятных ощущений, вызванных обратной связью. — Но минус за необходимость прямого управления. И минус за то, что удары наносятся просто куда-то в направлении цели. Исправление этих недостатков возможно?

— Даже если и возможно, то полностью бессмысленно, — ответила вместо артефактора Гуля, вчитываясь в сделанное от руки и со множеством орфографических ошибок описание данной машины. — Кристаллы кварца — это еще ладно…Золотая оплетка рунных контуров весом в двадцать пять грамм чрезмерно дорога, но возможно получилось бы изыскать резервы…Но череп молодого тролля в качестве приемника ментального сигнала?! И это в то время, когда мы воюем с нежитью, собаку съевшей на некромантии?!

— Ох, блин! — Тяжело вздохнул Денис, сначала бережно снимая свои очки, а уже потом впечатывая лицо в ладонь. — Ну для кого я техническое задание на конкурс писал?! Кто его читать должен был?! Пушкин?!

— Но разве мы всегда будем воевать с немитью?! — Всплеснул руками низкорослый волшебник-эмигрант. — Есть ме еме и другие враги! Великое мномество! А Пумкин с конкурса все равно снялся, когда понял, мто оторвать от земли свое творение ему не сумдено!

Третье изделие, представленное на наш суд, по своему внешнему виду напоминало кирпич. И по летным характеристикам — тоже. Дрон дрожал, трясся, даже подпрыгивал, но оторваться от земли так и не смог, несмотря на всю ругань своего создателя, утверждающего, будто только сегодня утром прекрасно все работало. В принципе, оно и сейчас работало…Но только если выбросить нафиг из бронированного пенала всю бомбовую нагрузку, без которой данный беспилотник Новокузьминску не требовался. Производство обычных летающих разведчиков мы к настоящему моменту освоили достаточно неплохо, чтобы удовлетворять все свои запросы, да еще и приторговывать ими по случаю.

Четвертый дрон своими очертаниями несколько напоминало вторую из предоставленных на конкурс моделей, но был все-таки заметно ближе к классическим для Земли летательным аппаратам. Два сходящихся под углом в девяносто градусов полуметровых крыла удерживали под собою небольшой прямоугольный корпус с торчащим из него коротким, но острым трехгранным штыком. А еще на самом днище укрепленной рунами прочности металлической коробки, содержащей в себе волшебные и технические компоненты устройства, крепилась обильно утыканная гравием нашлепка, чья бугристая поверхность подозрительно напомнила мне рубашку самодельных осколочных гранат. Выступив против враждебно настроенного манекена беспилотник неторопливо поднялся на высоту пяти метров, проплыв над головой пластикового голема. Я думал, что он сбросит на него свою бомбочку, но слегка ошибся в своих предположениях. Нет, та штука на днище дрона действительно взрывалась, направляя вертикально вниз облако беспощадной металлической шрапнели, раздолбавшей пластиковое подобие человека на мелкие кусочки…Но делала она это не отлипая от корпуса машины. И не вредя ему.

— Заряд действует по принципу направленного взрыва и пока здесь он всего один. — Ломающимся баском поведал юный конструктор то ли пятнадцати, то ли шестнадцати лет, за неимением бороды обросший юношеским пушком. — К сожалению, я не смог придумать, как уместить в эту малышку достаточно надежный механизм смены разряженного порохового картриджа на новый, но не сомневаюсь, что при должном старании это осуществимо.

— В качестве поражающих элементов может быть использован абсолютно любой мелкий твердый мусор, а на стабильной работе самой конструкции взрыв почти никак не сказывается? Неплохо-неплохо, как минимум оценку удовлетворительно от меня ты, парень, уже заслужил! — Прищурился Денис, силясь разглядеть предоставленную модель. Но потом все-таки отказался от этой идеи, прикрыл глаза, сконцентрировался и взял под контроль еще одного латанного-перелатанного манекена, что выбрался из кучки себе подобных развалин. Поначалу мы использовали в качестве основы для големов именно механически усовершенствованных пластиковых кукол, поскольку полученные нами в качестве трофеев схемы ритуалов были заточены именно под гуманоидные конструкции, да и управление именно человекоподобными механизмами людям давалось психологически проще…Однако, вешалки для одежды оказались совершенно не приспособлены для динамических нагрузок и начали разваливаться по всем имеющимся швам уже спустя считанные месяцы активной эксплуатации. — Теперь покажи-ка мне, как эта штука будет вести себя в ближнем бою!

Треугольные крылья не слишком-то хорошо справлялись с тем, чтобы даровать беспилотнику отличную маневренность. Да и скорость у него, если честно, была сильно так себе. Напоминая чересчур крупного атакующего шмеля, конструкция на бреющем полете пошла на таран противника, выставив вперед притороченный к корпусу штык. И пролетела мимо шагнувшей в сторону цели, мимоходом отвесившей дрону смачную затрещину. Аж обмотанная изолентой пластиковая кисть скрипнула и повисла на сломавшемся шарнире от силы удара. Но соединенные под углом крылья выдержали и, мотнувшись в воздухе, конструкт развернулся по широкой дуге, чтобы пойти в новую штыковую атаку, закончившуюся в уже и без того пострадавшем плече манекена. Пластиковое подобие человека пошатнулось, но устояло. И стукнуло обидчика пока еще рабочей конечностью, только на сей раз куда-то по соединению крыльев и короба, внутри которого пряталась начинка дрона.

— Я бы подняла этой модели оценку до «хорошо», — решила Гуля, наблюдая за тем, как вонзившийся в свою цель дрон не только не развалился на части, но и не дожидаясь продолжения побоев вытащил свой штык из плеча манекена, отлетев от него на пару метров. В теле человекоподобного голема осталось четкое видимо отверстие, напоминающая след от попадания пули. А ведь его пластиковая плоть была куда жестче, чем живое мясо! — У неё еще и задний ход нормальный есть!

Я от комментариев воздержался, поскольку усиленно перечитывал технический паспорт машины, которой создатель дал название «Комар». Стандартное уже для Новокузьминска зачарование левитации было наложено на каждое крыло в отдельности, вернее каждое крыло являлось полноценным артефактом, за счет чего дрон получал неплохую маневренность. Один тянет вперед чуть сильнее, второй чуть слабее, как результат — машина поворачивает. Основой для плоскостей послужила на самом деле не фанера, как мне казалось изначально, а упрочненная магией льняная ткань, натянутая на каркас из зачарованной металлической проволоки. Внутри тонкостенного металлического корпуса, прошедшего ту же ритуальную обработку, что и рыцарские латы, располагались мумифицированные остатки сердца какого-то крупного монстра играющие роль накопителя магической энергии, костяной дом духа, являющегося своеобразным мозгом машины, а также небольшой мобильный аккумулятор, питающий камеру мобильного телефона. Сущность в свое творение парень вселял самую простую и тупую какую только мог, чтобы минимизировать вероятность бунта. По идее основным режимом боя беспилотника являлся именно подрыв небольшой управляемой мины, чьи поражающие элементы хоть и несут смерть всему оказавшемуся в фокусе удара беспилотника, но не дадут обитателю иного плана бытия пировать на убитой добыче. Впрочем и при штыковой атаке вероятность хорошо пожрать обрывков чужой ауры для узника металлического ящика тоже крайне невелика, он к своему вместилищу привязан очень надежно, а зачарованные стальные стенки отлично экранируют. В результате трапеза будет напоминать попытку поесть супа сквозь плотную ткань, водички со вкусом-то может и удастся нацедить пару ложечек, а вот о мясе или хотя бы капусте какой останется только мечтать. Ну а обретет свободу дух, вырвавшись их своего узилища, разрушится поводок в виде управляющего костяного брелка, через который сознание владельца и устанавливает контроль над беспилотником.

— Да, неплохая модель, — с довольной улыбкой кивнул Денис, одним глазом взирая на импровизированную арену, а вторым кося в документы, расписывающие «Комара» прямо таки в идеальном свете. Надо будет проверить, насколько прочитанное соответствует действительности, уж как учащиеся льют воду в свои работы, я прекрасно помню. Однако на фоне предыдущих машин творение молодого артефактора выглядело прямо-таки лебедем, величаво опустившимся с небес в стаю замызганных куриц. Да и зрителям, судя по гулу на трибунах, это испытание нравилось куда больше, чем предыдущие фиаско. — А я уж боялся, что весь этот конкурс станет пустой растратой ресурсов и времени…Но испытания еще не закончены!

Когда беспилотник в третий раз устремился в таранную атаку, манекен уворачиваться или смирно стоять на месте не стал. Наоборот, он рванул навстречу хищно выставленной вперед полосе заточенного железа. С хрустом клинок вонзился в торс искусственного подобия человека на всю свою глубину, ну то есть сантиметров пятнадцать. Будь он всего чуть-чуть подлиннее, и острый кончик бы высунулся из спины, чтобы блеснуть на солнце, однако и без того «рана» получилась серьезная. Живому существу она бы гарантировала серьезное кровотечение, без надлежащей медицинской помощи или серьезной регенерации скорее всего ведущее к смерти, да и не совсем живые вряд ли бы сочли подобную травму ничего не значащей царапиной. Вот только и сам беспилотник не остался невредимым. Лобовое столкновение отжившей свое машины и испытываемого прототипа оказалось губительным для одного из крыльев, которое в общем-то осталось целым, но треснуло. И разрушился рунный контур, скрытый внутри этой фанерной плоскости. А на втором дрон летать не смог и плюхнулся на землю, подобно пчеле с оторванными крыльями.

— Необходимость ручного управления — минус, а скорость находятся в лучшем случае на среднем уровне…Но все остальное — выше всяких похвал! — Решительно заявил я, пытаясь вспомнить, а как зовут этого молодого человека, который на занятиях гильдии появлялся, но за пределы стен не ездил. Особыми резервами жизненной или духовной энергии он не отличался, чудес в создании рун, шаманизме или классической магии не показывал, да и на зачистку территории от разны тварей не ездил, оставаясь в лучшем случае стены с посохом сторожить. Слишком молод еще…Но к счастью всего нашего анклава, относительно юный возраст ни капли не мешал ему шевелить мозгами, создав на редкость удачную модель техномагического беспилотника. Скорее всего, именно она и победит в конкурсе. А если и нет, то для анклава все равно выдался удачный день, поскольку в активы Новокузьминска можно записать нового инженера-конструктора. Пусть без классического образования, зато умеющего органично сочетать достижения технического прогресса с результатом волшебства.

— Да не такой уж он и медленный! — Возразила мне Гуля. — Пять баллов из пяти возможных!

— Я бы сказал скорее четверка с большим и жирным плюсом, вашей модели требуется некоторая полировка схем, прежде чем она станет идеалом… — Призадумался Денис. — Но для того и служат прототипы, чтобы при взгляде на них можно было увидеть, что можно улучшить, а что уже и так хорошо! Высший балл!

К сожалению, второго маленького чуда не случилось и второй модели беспилотника, годной для массового внедрения в вооруженные силы Новокузьминска мы не получили. Лучший из предоставленных конкурентов «Комара» едва-едва заслуживал троечки по пятибалльной шкале, заметно уступая творению юного гения в надежности и в то же время изрядно превосходя его по дороговизне и уникальности используемых компонентов. Впрочем, лично я сильно огорчаться не стал и на церемонии награждения тряс победителю руку с искренним энтузиазмом. Две разных производственных линии для беспилотных летательных аппаратов город бы все равно пока не потянул…Пока. А когда возможности для расширения производства одушевленных механизмов все же появятся, скорее всего мы используем их на что-нибудь другое. Расходную искусственную пехоту например. Или самоходные артиллерийские установки, что в отличии от уже имеющихся броневиков не будут жрать топливо, довольствуясь лишь чистой энергией и самостоятельно накапливая заряд.

Глава 12

— Орудие, которое было установлено на костяной треноге вампиров, восстановлению или перепроектированию не подлежит, — уверенным тоном заявила Гуля, которой и было поручено изучить данный вопрос. Шаманизм был ближе всего к тем принципам, по которым работала использованная вампирами большая пушка. — В его основе лежала здоровенная хрустальная призма, с заключенной туда сущностью не до конца выясненной природы, скорее всего являющаяся каким-то демоном. Именно тварь и наносила те магические удары через специально оставленную щель в своей тюрьме, когда её специальной магической палкой в метафорическую жопу тыкали. Во время столкновения треноги с землей артефакт несмотря на сложную систему амортизаторов треснул в паре мест, узник получил возможность вырваться на свободу и воспользовался ею, попутно иссушив энергетическим вампиризмом наводчика-тюремщика, а также сотни полторы прислужников нежити и рабов, находящихся близ здания администрации. Но задерживаться для дальнешей охоты монстр не стал, а исчез непонятно куда, не то став невидимым, не то и вовсе покинув наше измерение. На этом у меня все, передаю слово следующему докладчику.

— При изготовлении бронетехники нежить использовала примерно полтора десятка различных ритуалов, дабы при помощи волшебства усилить характеристики получающихся машин. — Заговорил Егор, который помимо своей роли главы разведчиков по праву мог называть себя и одним из самых опытных магов нашего анклава. — Вот только тринадцать из них либо по своей итоговой эффективности не особо отличаются от тех, которые проводятся в мастерских Новокузьминска…Либо и вовсе те же самые. Мелкие различия есть, они именно мелкие, общего же куда больше.

— Видимо мы с кровососами используем одни и те же рецепты, созданные неведомо кем и неведомо когда, — недовольно пробурчал начальник мастерских. — Во всяком случае, нам неведомо…

— Может, просто одинаковые проблемы диктуют одинаковые решения, опирающиеся на законы физики, то есть тьфу ты, магии? — Предположила сидящая с ним за одной партой женщина, совмещающая практическое колдовство с преподаванием в средней школе. — Гипотетический велосипед могли независимо друг от друга изобрести представители совсем разных цивилизацией, но как ни крути у конструкции все равно бы имелись руль, колеса и педали.

— Сравнительная оценка эффективности разных версий ритуалов затянется еще как минимум на пару-тройку дней, поскольку заняться ею практическому некому, все итак пашут как лошади. Скорее всего, времени уйдет даже больше, может и целая неделя. — Сказанное Егором лично для меня не стало сюрпризом. Мало того, что приходилось разбираться с добычей, так еще и почти всех малолеток и пенсионеров, на которых обычно в гильдии спихивали нужную, но не слишком опасную и физически тяжелую работу, пришлось отправить к нашей новой зимней даче. Вблизи построенного на скорую руку укрепления то и дело стали появляться какие-то эфирно-призрачные змеи, которые стаями по счастью не нападали, но упорно отказывались убиваться свинцом или даже пламенем. Нет, в конце-концов уничтожить их можно было и без волшебства, но это почти всегда вело к огромному расходу боеприпасов и пострадавшим. А вот маги применяющие пустотную кляксу укладывали тварей с одного удара. — Передаю слово Семену, теперь пусть он отдувается.

— Мои новости несколько более радостные. Тщательное изучение трофеев и допросы пленников позволили обогатить наш арсенал шестью рунами, чей механизм действия ничем принципиально не отличается от уже используемых нами символов. — Начал свою часть доклада я, внимательно осматривая собравшихся в школьном классе людей. Или, возможно, нас уже можно было назвать самыми настоящими магами? Здесь и сейчас собрались самые опытные, самые уважаемые, самых успешные и самые упрямые исследователи волшебства, которые не опускали руки, несмотря на многочисленные неудачи и всегда хотели знать больше. А также делились друг с другом результатами своей работы, чтобы в свою очередь получить от коллег тщательно собранные крупицы бесценной информации. — К сожалению, три из них получают статус запрещенных, так как требуют для своей работы жертв. Информация занесена в архивы гильдии, однако доступ к ней буду иметь лишь для главы, его заместителей и руководителей высшего звена. Да и то не для использования, а лишь для того, чтобы они понимали, с чем столкнулись. Исключением также могут стать представители рабочей группы, если Совет одобрит проведения экспериментов в этом направлении с целью поиска пути оптимизации чар или если ситуация станет критической, не оставив нам другого выхода.

— Было ожидаемо, что при изучении военных трофеев с нежити мы рано или поздно наткнемся на подобный трындец, — констатировал Денис, снимая со лба очки и начиная протирать стекло тряпочкой. — Ладно, жили мы раньше, без этих рун и еще проживем…Хотя чисто для справки и представления о возможностях противника было бы интересно узнать, что они делают.

— Первая руна, вернее даже целая руническая конструкция — телепортационный маяк, при помощи которого едва не уничтожившая всю нашу армия тренога переместилась на специально подготовленную площадку. — Ответил я, морщась как от неприятных воспоминаний, так и от гадостных предчувствий. Как оказалось, та чертова штуковина действительно не использовала маскировку, а возникла из воздуха. Вернее, где-то её построили и разместили на специальной площадке. Откуда она по запросу передислоцировалась на новое место. В составлении новых планов битв придется учитывать, что империя нежити обладает способностью мгновенно передислоцировать часть своих сил в нужную точку. Хорошо хоть ограничений у вампиров просто тьма… — Основой для её систем послужили артефакты-ключи, содержащие то ли духов, то ли души ритуально замученных разумных существ, которые сначала умирают в одном месте, а потом реанимируются и окончательно отдают концы в другом. Их суть таким надругательством рвется на более-менее равные части и используется одновременно в качестве целеуказателя и проводника. Одна жертва, находящаяся, в каком-то смысле находящаяся в двух местах одновременно — одна точка перехода. В уничтоженной нами машине имелась возможность прыгнуть сразу по трем десяткам координат. Плюс энергии на телепортацию она сожрала уйму, жаль ознакомиться с накопителями где та хранилась невозможно — база где-то в Саратове, если не дальше.

— Даже если использовать полуразмных троллей или нечто подобное, то рвать души — это как-то перебор, — вынужденно признала Гуля. — Хотя телепортация конечно могла бы сильно упростить нам жизнь, пусть даже такая ограниченная…

— Предлагаю оставить в покое троллей и прочую полуразумную фауну, лишь по случаю жрущую людей, а использовать вампиров и их прислужников, если конечно кровососы подойдут по техническим характеристикам. В конце-концов, раз уж они активно используют нас для изготовления подобной мерзости, то пусть не обижаются, когда их досыта накормят собственным лакомством. — Раздался мрачный голос пожилой женщины, сидящей в задних рядах и даже сейчас продолжающей машинально зажигать и гасить пламя в своей ладони. Отрабатывала контроль. Бывшая сотрудница какого-то лакокрасочного магазина прославилась в гильдии магов тем, что к тренировкам подходила с настоящим фанатизмом, занимаясь ими практически везде и практически всегда. — После того как я по вине этих тварей похоронила родителей, свекровь, мужа, трех детей и двух внуков, рука моя не дрогнет. И муки совести за их страдания мучить не будут.

— Собирайте среди Совета подписи в поддержку своей идеи, Алла Сергеевна, — буркнул сидящий рядом мужчина, годящийся мстительнице в сыновья, однако обладающий абсолютно седой головой. — Если что, мой голос у вас уже есть, мало кто из этих тварей достоин всего лишь пули в затылок…Семен, а что еще ты решил запретить?

— Название второй руны в переводе на русский язык должно звучать как «некротрансформа неживого». — Продолжил я свое выступление. — С её помощью броневикам вампиров и прочим полезным, но подверженным износу техническим устройствам придется часть свойств относительно нормальных ходячих трупов, в частности возможность к самовосстановлению за счет поглощения живой добычи. Желательно разумной, но все же не обязательно, просто у зверей коэффициент полезного действия сильно пониже будет. Сами кровососы, ну по крайней мере высшие, пусть и могли бы сами активировать чары, собрав по чуть-чуть силы от десятков доноров и отделавшись истощением, но предпочитали устраивать гектакомбу на семь-восемь жертв.

— Викторию такое количество энергии либо превратит в безумного зверя, либо вообще нафиг высушит. Как и других союзных низших вампиров, если они у нас появятся. — Констатировал Денис, произведя нехитрые математические вычисления. Наша не совсем мертвая и не совсем живая соотечественница могла выпить удивительно много крови и впитать оттуда впечатляющее количеств праны…Однако, её аппетиты и максимальная вместимость все же имели свои границы. — Третью запретную руну изучал я, и она полностью бесперспективна. Это боевое заклинание, создающее вокруг заклинателя небольшое облако отравы, смертельной для живых, но у ходячих мертвецов вызывающая максимум легкую часотку. И для нас сей знак тупо бесполезен, если не захотим в камикадзе поиграть.

— Оставшиеся три руны относятся к типу боевых или условно боевых. Опыты с воссозданием уже были проведены, пусть часть экспериментов над масштабированием еще не была закончена. И пусть они не принесут нам ничего принципиально нового, но вполне способны пополнить имеющийся арсенал. — Продолжил я свой доклад, внимательно оглядывая народ. Никого, кто выражал явное возмущение тем, что в нашей библиотеке пополнился раздел с запретными знаниями, заметно вроде не было. И это отлично. Времени и так мало, на споры его терять жаль, а я больше чем уверен — место добытой информации под замком в надежно охраняемом хранилище. Где-нибудь между основами обогащения урана и особенностями продлевающего жизнь ритуального каннибализма светловолосых людоедов-ариев. Возможно когда-нибудь исследователи смогут на их основе создать нечто полезное для человечества, однако в общий доступ такие сведения лучше не давать, дабы не искушать людей. — Первой хочу упомянуть руну: «Камуфляж», позволяющую сливаться с местностью в оптическом диапазоне. Против обычных людей и прочих противников, полагающихся на зрение, засады с её использованием должны быть крайне эффективны, однако ходячие трупы, духов, зверей или обладателей тепловизоров обмануть не удастся. Вторым по полезности является: «Паралич», вроде бы основанный на частичном блокировании биологических электрических импульсов паралич. Захват в плен живых целей с ним станет заметно проще. Последней в списке является «Игла крови». Чары хоть и наносят прямой ущерб, а также довольно легко находят свою цель, но по своей пробивающей способности примерно соответствуют одиночной автоматной пуле. Я думаю, данный знак стоит отнести к числу нерекомендованных к изучению. Голосовать будем?

— Нафиг! — откликнулся из задних рядов кто-то из соратников Дениса. — Нет пользы от этого дерьма, да и ну его к черту, у нас уже не одна полка в библиотеке подобной мутью забита. Лучше объясните мне, почему мы уже который раз побеждаем этих упырей, а из арсенала их трюков так ничего полезного ухватить и не можем! Ни по инжереной части, ни по целительской, ни менталистику, метаморфизм или хотя бы какой-нибудь фокус бытового назначения…

— Называть воюющую с нами империю нежити магической цивилизацией будет не очень-то правильно, поскольку именно волшебства они используют не слишком-то и много. Все работы, которые могут сделать рабы и слуги, делают рабы и слуги. И промышленное производство не исключение, — мне оставалось только развести руками. — К сожалению это не значит, что их методы не эффективны. Концлагерь, где десятки тысяч прикованых к своему рабочему месту невольников день за днем делают одну и ту же деталь для конвейера, вполне себе способен обогнать по показателям наши земные заводы. Особенно когда принуждение к труду возведено в ранг искусства, и надзиратели головами отвечают за результативность подчиненного им контингента. Безусловно, имеются отдельные вампиры, которые выполняют работу ученых или инженеров, причем очень грамотных, ведь у них за плечами целые века опыта. Но они птицы редкие и ценные, которых в захолустье редко встретишь. Так, например, подкованный в плане техники упырь, благодаря которому противник наладил производство броневиков, находится где-то в Саратове. Он разработал общий план и спустил их исполнителям, которые с трудом гвоздь от шурупа отличат, зато отлично натасканы выискивать среди рабов тех, кто сможет справиться с поставленной задачей.

— С магией кровососов тоже все не просто. Часть их приемов в принципе не доступна ни слугам вампиров, ни тем более нам, поскольку основана на физиологии немертвых, — скривилась Аня, которая помогала мне систематизировать и обрабатывать информацию, что теперь пополнит собою архивы гильдии. — Вот например у нас есть конспекты по метаморфизму одного из не очень молодых низших вампиров, который пытался подняться повыше в иерархии себе подобных, надиктованные кем-то влиятельным и опытным. Сидит в плену жена слуги этого упыря, которая может их прочитать и с грехом пополам перевести на русский. А толку?! Даже начальные упражнения опираются на базовые инстинктивные способности, присущие всей нежити подобного типа, вроде обострения клыков и ускоренного роста когтей…Которыми живые люди в принципе не обладают!

— Господа волшебники, простите, что прерываю, но тут срочные новости! — В дверь сунулся мальчишка неопределенного возраста, который в принципе не знал, сколько ему лет, да и на русском говорил с изрядным акцентом. Один из малолетних переселенцев, который очень хотел выслужиться перед коренными обитателями Новокузьминска, но в силу скромных физических кондиций пока не подходил ни для военной службы, ни для работы в мастерских, а потому занял нишу курьера. Наладить работу внутреннего телефона в принципе не представляло особых сложностей и отняло бы совсем немного времени…Но отняло. А подобные мальчишки, которые привыкали зарабатывать себе на хлеб с маслом полезной общественной деятельностью, имелись в большом количестве. — Было поймано радиосообщение конвоя с востока, который направляется к нам. Они уверены, что их заманили в засаду и в самом ближайшем будущем хотят атаковать, а потому просят помощи!

— Трындец, — только и смог сказать я, а потом с размаху попытался протаранить собою мгновенно образовавшуюся в дверях пробку, но был с позором отброшен обратно спружинившими спинами людей. Чародеи, подавляющее большинство которых так или иначе состояли в рядах вооруженных сил нашего анклава, от таких новостей дружно рванули наружу, чтобы как можно скорее занять свои места по боевому расписанию. И застряли в дверях, образовав толкающую, пыхтящую и ругающую пробку, которую с места было стронуть не так-то просто! Секунд пять или шесть продолжалась вся эта катавасия, а потом старенький дверной косяк на входе в школьный класс с легким треском взял и оторвался от стены и был вынесен в коридор на плечах наиболее нетерпеливых чародеев. Похоже, как минимум работа столовой в нашем анклаве была поставлена как надо, ну раз уж несмотря на постоянные стрессы и обильные физические нагрузки, народ не только не исхудал, но и начал в большинстве своем уверенно кабанеть!

Прибытие каравана с востока, везущего цистерны самодельного горючего для зажигательной смеси и бензиновых двигателей, мы ожидали достаточно давно. Заранее обговоренная по радио оплата пылилась на складах кладовщиков минимум неделю. К сожалению, наших соседей с той стороны сложно было назвать сколь-либо процветающими. Или хотя бы прочно удерживающими свою территорию. После Конца Света Уровень воды во всех водоемах вблизи южной части Уральских гор значительно поднялся и теперь ручьи и жалкие речушки в пяток метров шириной, где раньше утонуть можно было только спьяну, разлились как минимум десятикратно. А кое-где на дно ушли целые районы, пусть даже глубина новоявленных болот, из которых торчали деревья и опустевшие здания, редко где превышала человеческий рост. И в этой мути водился кое-кто поопаснее щук или мутировавших сомов, пусть даже аналогично им дышащий жабрами, а также покрытый чешуей. Рыболюди. Сгорбленные гуманоиды ростом от полутора до трех с половиной метров были абсолютно безжалостны и владели примитивным оружием, к которому в обязательном порядке добавлялась отнюдь не примитивная магия. В своей родной мокрой стихии или хотя бы рядом с нею их чародеи ультимативно уделывали всех, заставляя людей массово тонуть в паре литров жидкости, возникшей вокруг головы. Или разрывали изнутри хлынувшей сразу во все стороны кровью. К грубым прямолинейным атакам, вроде водяных лезвий или хлыстов, дробящих в своих объятиях машины и динозавров, представители данной расы тоже особых антипатий не испытывали. А самое поганое заключалось в том, что объединив свои силы передвигающиеся на плавниках маги могли наносить удары по площадям на расстоянии до пяти километров, лишь бы прямая видимость была. В глубине суши их возможности заметно слабели, но, к сожалению, не сходили на нет. И потому человеческая цивилизация уцелела лишь там, где от взгляда и целенаведения можно было спрятаться за чем-нибудь достаточно массивным. Лучше всего с этой задачей справлялись деревья Бузулукского бора, огромного лесного массива, раньше считавшегося заповедником несмотря на наличие залегающих у самой поверхности нефтяных месторождений. Даже до Конца Света там иногда ловили нечистых на руку дельцов, плевавших на экологию ради возможности пробурить в укромном уголке маленькую скважину, самому сделать бензин и торговать дешевым топливом. А уж сейчас биоценоз сей природной жемучижны оказался основательно подпорчен несколькими крупными анклавами партизан. Пожалуй, они бы могли и вовсе свети на нет древнюю чащобу, если бы не боялись так сильно остаться без защиты деревьев, прикрывающих их со всех сторон и уравнивающих в дальности поражения десяток мужиков с охотничьими ружьями с группой покрытых чешуей и снабженных жабрами колдунов.

— Конвой ехал по автомагистрали, которая идет к Оренбургской области по каким-то холмам. Раньше там были автомобильные мосты, но они рухнули после землетрясения зимой, однако проехать по склонам все равно можно. Внезапно часть путей резво уползла вниз, прихватив с собою передовой дозор. А сразу вслед за этим замыкающие машины внезапно провалились по самую верхушку колес в болото, которого на этом месте раньше ни один человек в упор не видел. И проезжающие по тому же месту бензовозы тоже не заметили. — Делился информацией Мирохин, уже когда нас трясло на сиденьях штабного броневика. — Пока по ним никто не стрелял и каких-то иных атак вроде не было, но если это не засада с грамотным использованием рельефа местности, то я готов сожрать свой офицерский диплом и зажевать его трудовой книжкой.

— Хм, а это точно рыболюди? — Я раскрыл у себя на коленях автомобильный атлас и попытался найти тот район, где должен сейчас находиться конвой. И каких-либо рек там отмечено не было. Или озер. В общем и целом мы довольно засушливый регион, а уж на возвышенности с водоемами вообще не очень. Удаляться же от родной стихии твари не любили настолько, что наши патрули с конкретно этим врагом пока ни разу так и не пересеклись. Если бы не фотографии и как-то привезенный по случаю покрытый чешуей антропоморфный трупик весом в пару сотен килограмм, мог бы и усомниться в их существовании. — От охраняемых нами границ далековато, а для нежити сделать крюк километров в семьдесят-восемьдесят не так уж и трудно. А может и залетные какие гастролеры…

— Война план покажет, — хмыкнул Мирохин. — Когда пристрелим уродов, тогда и сможем посмотреть на них внимательнее, чтобы узнать, кто они.

— Шансов, что мы доберемся до них вовремя, чтобы предотвратить атаку, нет вообще? — Осторожно поинтересовалась Аня, выполняющая роль нашего штатного медика. — Дороги ведь вроде расчищены уже более или менее, а за превышение скорости нас никто не оштрафует.

— Да, хотелось бы мне переместиться в прошлое на год и посмотреть на лицо патрульного, который увидит как по дороге на всех порах несутся наши механические чудовища, похожие на гибрид нормальной машины с самым первым на свете танком. — Чуть улыбнулся Мирохин. — Но, боюсь, успеть совсем-совсем вовремя у нас при всем желании не получится. Дороги разрушены, и хотя по большей части мы их расчистили, спихнув брошенные автомобили и прочий крупногабаритный мусор на обочину, но те же динозавры любят валяться на нагретом солнцем асфальте. Иногда стадами, которые придется огибать. Даже если лететь по колдобинам под сотню, с риском на полном ходу вляпаться в какое-нибудь дерьмо и получить кучу трупов при малейшей аварии, нам потребуется как минимум часа полтора, чтобы добраться до конвоя. Да и выехала группа пусть и быстро, но, к сожалению, все-таки не мгновенно. Минут двадцать мы провозились, пока целых три батальона к бою готовили.

— Можно было бы взять и все четыре, которые еще в этом мире, а не зимние квартиры обустраивают, — пробурчала Аня. — Вдруг этих сил слишком мало будет…

— Совсем недавно все наши вооруженные силы чохом были гораздо меньше и слабее, — возразил ей я. — И потом, вдруг это все затеяно лишь ради отвлечения внимания, а главная цель противника — выманить нас, чтобы позже расправиться с почти беззащитным Новокузьминском?

Самого худшего, то есть нападения из засады на нашу тревожную группу, так и не произошло. Однако и с хорошими новостями, к сожалению, не сложилось. Через десять минут после того как мы выехали за черту города, радисты поймали крайне встревоженное сообщение от обездвиженного конвоя. С холма, на котором застряли машины, открывался довольно неплохой обзор на округу. В частности на крохотный пруд ну или может природное озеро, от которого до дороги было километров двадцать, если не больше. И из этого водоема в настоящий момент вылезали на воздух рыболюди, причем в таких количествах, что было решительно непонятно, а как это они там все помещались-то. Матерящийся через слово радист, разделенный с нами как минимум часом пути, утверждал, что численность противника уже сейчас составляет тысяч пять и только продолжает расти.

— Видимо дорогу испортил какие-то диверсанты, ну или как там у данной расы спецвойска называются. И эти петнюхи-нефтяники врага даже заметить не сумели. — Констатировал Мирохин, нервно барабаня пальцами по пока еще закрытому нотубуку, управляющему особо глазастым разведывательном квадрокоптером. — Но поскольку в прямой стычке явно не отличающемуся высокой численностью отряду врага могли и навалять, рыболюди позвали подкрепление. И его оказалось даже как-то неожиданно многовато… Ведь ближайшая их действительно крупная база, где под водой какие-то сооружения имеются — это Сорочинское водохранилище, и до него от места столкновения гораздо дальше, чем до Новокузьминска.

— Либо представители данной расы до последнего сидели в том озерке друг у друга на головах, набившись плотнее, чем кильки в банку, либо стоит записать в их возможности массовую телепортацию. — К сожалению, второй вариант виделся мне как-то более вероятным, чем первый. — Хотя, может просто какие-нибудь подводные туннели прорыли и совершили марш-бросок, ну то есть марш-заплыв?

— Даже не знаю, что будет хуже. Телепортирующийся противник или противник, чьи стройбаты способны на такие инженерные подвиги. — Невесело усмехнулся Мирохин. — Передай нефтяникам, чтобы драпали. Черт с ними, с машинами, уж на своих двоих-то они должны суметь с холмов спуститься? Там же все-таки не кручи, где без альпинистского снаряжения никуда, нет таких в Саратовской области…Вроде бы.

— Рыболюди даже вне воды неприятно шустрые, — осторожно заметила Аня, которая помимо своих прочих обязанностей также время от времени помогала определить сильные и слабые стороны некоторых монстров на основании вскрытий, видеозаписей и опросов очевидцев. — А без машин у нефтянинов не будет еще и прикрытия от магии…

— Нам не нужно, чтобы люди непременно смогли сами добраться до безопасного места, — возразил ей я. — Нам нужно только, чтобы они оставались в живых к тому моменту, когда мы приедем и сможем насыпать перцу под жабры разным охамевшим судакам.

— Верно, — согласился Мирохин, отбирая у радиста микрофон. — Эй, вы там! Меня слышно? Бросайте все и двигайтесь в противоположенную сторону от того злосчастного озера, если только на пути еще какого-нибудь водоема не будет! Мы уже едем! Топливо?! Да черт с ним, с топливом, пусть сжигают, пусть разливают, да пусть хоть выпьют его, если им так неймется! Мы без бензина не сдохнем, а если уж вам так нужна оплата за него, то беспроцентный займ наш Совет как-нибудь согласует!

Дальнейшая связь стала невозможной, поскольку радист с той стороны наконец-то внял голосу разума и убрался из кабины, спеша по- полной воспользоваться имеющейся форой и максимально увеличить расстояние между собой и приближающимися нелюдями. Когда же мы наконец-то приблизись к тому месту, где перевозящий горючие материалы конвой угодил в засаду, то к небу ожидаемо вздымались многочисленные столбы дыма. И с каждой секундой их становилось все больше и больше. А также я впервые увидел вживую представителей рыболюдей, и вот их-то с каждой секундой становилось все меньше и меньше. Покрытые с ног до головы зеленоватой чешуей земноводные гуманоиды, у которых хорошо развитые верхние и нижние конечности дополнялись плавниками на руках и спинным гребнем, разбегались в разные стороны. И падали убитыми или раненными, когда их настигали обрушившиеся с неба пулеметные очереди или осколки бомб, активно рассыпаемых кружащей над полем боя авиацией. По меньшей мере два десятка бипланов вились в небе, безжалостно уничтожая врагов, вторгшихся на территорию нашей страны. На крыльях летающих машин пламенели алой краской большие красные звезды, а фюзеляж в обязательном порядке был украшен изображением перекрещенного серпа и молота.

Глава 13

— Кто-то расконсервировал военные склады и нашел на них самолеты времен молодости Советского Союза? — Осторожно предположила Аня, наблюдая за тем, как самолеты расстреливают бессильных как-либо противостоять им нелюдей. В воздухе шевелили готовыми разорвать чего угодно щупальцами целые озерца воды, воспарившей по воле гидромантов, но по сравнению с бипланами они были медленными, слишком медленными. Пилоты держали дистанцию между собой и вражескими чарами без каких-либо усилий. Даже то и дело возникающие из ниоткуда лужицы, объемом литров так на пятьдесят, появлялись не там, где сейчас находились летательные аппараты, а там, где те были секунду назад. Возможности наших врагов впечатляли, однако они раньше явно не воевали с представителями развитой технической цивилизации, которые перемещаются сразу в трех измерениях на скорости около полутора сотен километров в час. И потому гидроманты выбивались из сил, но все равно тормозили. А количество наземных целей ежесекундно сокращалось.

— Не думаю, — спокойно возразил ей я, внимательно рассматривая наших врагов. Если бы они попытались соседствовать с людьми, пусть даже вынужденно затопив часть территорий ради размещения своего населения — мы бы попробовали наладить дипломатические отношения. Однако, никаких попыток к началу диалога представители данной расы насколько мне известно не предпринимали, не щадили ни детей, ни женщин, ну и соответственно на наше хорошее к себе отношение рассчитывать не могли. Сгорбленные и покрытые чешуей гуманоиды в большинстве своем были бы чуть ниже меня, однако встречались среди них и гиганты, на фоне которых я смотрелся бы как такса рядом с сенбернаром. Доспехами они обычно пренебрегали, если небольших щитов и каких-то набедренных повязок не считать, однако оружие их выглядело отнюдь не игрушечным! Некоторые примитивные с виду поделки подводных мастеров буквально светились от пропитывающей их магии. — Фанера тех времен, когда реактивные двигатели еще только-только проектировались, давно бы уже превратилась в гнилые опилки.

Боевые беспилотники целыми стаями взлетали со своих грузовиков-носителей, готовясь присоединиться к массовому глушению рыбы бомбами, однако вступить в бой они должны были даже позже обычных броневиков с их дальнобойной артиллерией. Возможности самодельных летательных аппаратов, тащащих под собою бомбы, значительно уступали скорости полета снарядов, которые уже вот-вот должны были обрушиться на противника.

— Кукурузники. Обычные сельскохозяйственные, только перекрасили их. — Припечатал Мирохин, внимательно разглядывая бипланы. Те выглядели хрупкими и уязвимыми, казалось, отвесь им один хороший удар и развалятся…Да только этот удар еще надо было как-то нанести. Пилоты явно были не новичками, и вместо того, чтобы двигаться прямолинейно и равномерно, подставляя себя под возникающие на их пути заклятия, крутили свои машины так, что оставалось только позавидовать крепости их вестибулярного аппарата. Меня бы от таких чудес на виражах уж точно укачало! — Ну и вооружили, само собой…Так, а потеряшки-то наши нефтяные где?

Найти водителей и охрану конвоя, бросивших свои машины, оказалось не слишком сложно. Во-первых, их было человек триста, меньшим количеством по нашим дорогам путешествовать было банально не безопасно. А во-вторых, сбрасываемые с самолетов бомбы падали не где попало, а на самых резвых рыболюдей, которые почти успели подобраться вплотную к нашим соседям. Твари действительно оказались удивительно шустрыми для тех, у кого конечности явно предназначены для нахождения в воде, а не на суше. Да и силы у них было хоть отбавляй. Некоторые из гигантов швыряли в воздух свое оружие не то от избытка чувств, не то по глупости, и хотя до вьющихся на высоте примерно двух сотен метро бипланов ничего не долетало, но отдельные пики и палицы несмотря на земное тяготение умудрялись преодолеть больше половины разделяющего их расстояния.

— Многовато тут этих тварей, — глубокомысленно заметил я, когда изображение на экране стало уменьшаться, поскольку беспилотник набирал высоту, стремясь охватить своими камерами всю округу. Рыболюди превратились в отдельные точечки, покрывающие собою холмы, и от их количества просто рябило в глазах! Однако, во всех этих движениях ощутимо не доставало упорядоченности. Одни старались избежать льющейся с небес смерти, вторые, несмотря на огромные потери, пытались продолжать преследование улепетывающих нефтяников, третьи все ещё карабкались на холмы, где застряли цистерны, хотя пользы от лишней пары тысяч бойцов в данной ситуации не было ни малейшей… — Впрочем, тем лучше. Кто не вернется обратно в свои болота, те в будущем нам проблем уже не доставят. Главное к себе этих уродов слишком близко не подпускать…Кстати, почему еще нет контакта с пилотами бипланов? У них чего, радио не работает?

— Эфир пуст, — неуверенно пожал плечами наш радист. — Новокузьминск я нормально слышу, даже вампирскую пропаганду из Саратова принять могу…Но больше ничего.

Грохот, раздавшийся где-то рядом, заставил меня отвлечься от бесстрастного созерцания и сжать до боли зачарованные перстни в руках, едва не пропоров себе ими кожу. Однако, при всем моем желании обрушить на врага боевую магию, хоть кого-нибудь из рыболюдей не смог обнаружить ни я, ни другие члены экипажа машины. И соседние броневики тоже не стреляли, пусть и активно вращали свои орудийными башнями, пытаясь нашарить прицелами мишени. Хотя противник точно находился где-то рядом, доказательством чего стали две пострадавших машины. Одна из них внезапно стала проваливаться в размягчившийся прямо под колесами асфальт, потеряла управление и завалилась на левый бок, перегородив собою дорогу. Водитель второй всеми силами пытался избежать столкновения, но смог лишь несколько сбросить скорость. Количество жертв явно искусственно спровоцированной катастрофы вряд ли было слишком велико. Пусть обшитые защитной арматурой и самодельной броней транспорты скорее помяли друг друга, чем расшибли на кусочки, однако первые потери мы уже понесли.

— Смотреть в оба! Использовать тепловизор! Пусть духи обшарят округу! — Принялся сыпать приказаниями Мирохин, перебегая по ограниченному внутренному пространству машины от амбразуре к амбразуре и пытаясь высмотреть неприятеля. — Пусть дроны смотрят сверху на каждый долбанный сантиметр! Продублировать мои приказы всем батальонам! Лучше мы упустим тысячу обычных карасей, чем этих чертовых диверсантов, которые к нашим машинам могут на расстояние удара подобраться!

— Беру небо на себя, — отозвался я, завладев ноутбуком и принявшись переключаться между камерами разных устройств. Пусть окружающая нас территория никогда и не распахивалась, поскольку была уже довольно холмистой, однако же и буйных зарослей, способных упрятать в себя хоть целую армию спеценаза, вокруг как-то не вымахало. Даже сейчас, когда благодаря волшебству флора перла в рост как на дрожжах. Видимо камней в земле много или почва сильно неподходящая, раз самая высокая растительность — трава чуть пониже пояса, с редкими островками кустарников. Не такой уж и мягкий ветерок поздней осени колыхал её волнами, заставляя качаться как высохшие и отжившие свое стебли, так и ту зелень, которая еще продолжала упорно тянуться к солнцу. — Но канав, где мог бы спрятаться противник, вроде не видно…

Последние мои слова заглушил грохот орудий, раздающийся справа и слева от командного броневика. Посчитав, что подъезжать ближе уже нет нужны, наводчики открыли огонь по тем врагам, которые хотя бы теоретически находились в зоне поражения наших пушек. С меткостью на подобной дистанции дела явно обстояли неважно…Но учитывая численность противника, важнее была дальность полета снаряда, нежели точность. При таком столпотворении целей в кого-нибудь да попадем! Главное, чтобы недолета не случилось, а то ведь и нефтяники под удар попасть могут…

Еще один броневик вдруг словно потерял в росте целый метр, поскольку его колеса вдруг осели во внезапно раскисший грунт. За тем то же самое случилось со второй машиной, потом с третьей, четвертой, пятой…Экипаж неизменно оставался цел и невредимым, разве только слегка взбешен из-за урона собственной гордости и прикушенных языков, однако транспорт терял ход, пусть и сохранял практически всю свою боеспособность.

— Как они это делают? — Пораженно пробормотала себе под нос Аня, смотря на то, как с влажным хлюпаньем проваливается в землю по самое днище шестая машина. Водитель в последнюю секунду успел почувствовать чего-то не то и попытался передвинуть многотонный броневик, однако несмотря на натужный рев двигателя колеса лишь бессильно проворачивались в грязи. — Там же был асфальт, а не просто грунт…

— Магия, — ограничился я универсальным ответом на все непонятное, что случалось в нашей жизни за последний год. — Только больно уж однообразная какая-то…И странно нелетальная…Скорее всего, какой-то артефакт, действующий по единому шаблону, вроде наших посохов. Только это заточен не на прямой урон, а на трансформацию твердых поверхностей в жидкую грязь. Только вот где сидит его оператор…И почему мы его до сих пор не нашли…

— С тепловизора толку нет! — Красивым женским голосом Отрапортовал один из бойцов, подобно Мирохину скачущий от амбразуре к амбразуре. На голове девушки сейчас красовалось дорогое и сложное устройство, изначально принадлежавшее американской армии. Купить в Канаде подобные игрушки стоило дорого, однако мы все же посчитали необходимым на них разориться, как раз чтобы всяких ушлых невидимок выискивать проще было. Или мимиков, копирующих внешность людей, но не их стандартую температуру тела. — Единственные заметные аномалии — наши собственные машины!

— Духи не видят ничего необычного, — вторил ей сидящий в самом хвосте машины шаман, прямо сейчас ливший из перерезанной куриной шеи парящую птичью кровь в серебряную чашу. Однако до посуды ни капля жидкости так и не долетала, поскольку все перехватывалось кем-то невидимым еще на середине пути. Только воздух вокруг места маленького походного жертвоприношения как-то очень нехарактерно подрагивал. — Но духи взбудоражены кровью и смертью наших врагов, они не хотят работать, а хотят отправиться туда и пировать на угасающих искрах жизни умирающих…

— Если хотят и дальше получать регулярную пайку, а не пожрать от пуза в первый и последний раз, то пусть работают, а не кобызятся! — Сморщился я, продолжая щелкать каналы видеоряда в поисках хоть каких-то аномалий. Сначала мой взгляд зацепился за падающий биплан, который непонятно чем противник все же достал, а потом скользнул по земле. Там ковыляли из последних сил спешащие к нам под бочок нефтяники, которых впрочем никто уже активно не преследовал. Основная масса противника уже сообразила, что показательное избиение человечков сегодня отменяется и потому покрытые чешуей гуманоиды либо неслись со всех лап обратно к водоему из которого на сушу выбрались, либо старательно рассредоточивались по местности. — Хуже студентов, которых на картошку вывезли, вот ей-богу…Так-так-так…На четырнадцать часов! Ориентир — одинокая береза! Шрапнельным туда или зажигательным, а лучше и тем, и тем!

— Что ты там увидел?! — Удивился Мирохин, в то время когда орудие нашего броневика уже стреляло по заданным координатам. И пара-тройка других броневиков тоже, благо радист оперативно передал мое целеуказание соседним машинам.

— Кажется, там трава шевелилась против ветра, — поделился своими наблюдениями я, внимательно следя за тем, как вздымается фонтанами земля и вспыхивает подсохший кустарник. Обмануть человеческий глаз было сложно, но можно. Однако, проделать то же самое с наклоняющимися благодаря движению воздуха растениями явно сложнее. Тут надо либо нематериальностью обладать, либо создавать ну очень совершенную динамичную иллюзию, изменяющуюся в соответствии со своим окружением. — Но я мог и ошибиться…

— Если атаки прекратятся, то значит тебе правильно показалось и мы прищучили этих ублюдков, ну а нет — продолжим стрелять во все, что кажется, — кровожадно хмыкнул Мирохин, совсем не озабоченный проблемой перерасхода боеприпасов. Впрочем, он же военный, а не хозяйственник, который пополняет арсеналы…

— А если мы так и не сумеем диверсантов найти и прищучить? — Осторожно поинтересовалась Аня, крепко держащаяся за край сиденья, чтобы не шлепнуться, если нашу машину тряхнет.

— Значит, они действительно хорошие профессионалы, — пожал плечами Мирохин. — Либо долбают своей магией с действительно большой дистанции….

Новых атак больше вроде бы не было, и три батальона без лишних помех и даже с каким-то азартом принялись перемешивать с землей вражескую армию из своих орудий. Надо отдать противнику должное, колдуны рыболюдей пытались сопротивляться, и даже разделяющие нас километры не стали для них воистину непреодолимой преградой. Взорвать изнутри собственной кровью тех людей, которых они не видели, гидроманты видимо не могли. И утопить тоже. То ли психологические барьеры мешали, то ли для действия данных чар непременно требовалась визуализация, то ли еще чего…Однако, целых четыре огромных капли или скорее уж дистанционно управляемых летающих озера прекратили гоняться за бипланами, а направились в сторону броневиков. Попытки уничтожить их еще на дистанции при помощи огненных пульсаров и пустотных клякс особого успеха не дали, пусть и несколько уменьшили в объеме вражеские управляемые снаряды, а ледяные диски и старое доброе огнестрельное оружие любого калибра нарушающей законы природы жидкостью вообще принципиально игнорировалось. Неудержимые волны захлестнули несколько машин, в том числе и нашу, струи воды хлестали из всех щелей, включая бойницы и стремительно заполняли внутренний объем штабного броневика. Обращенная к противнику часть машины трещала в объятиях стихии, но корпус держался. Человеческое тело раздавить или разорвать было гораздо проще, чем сокрушить толстый металл, укрепленный проведенными над ним ритуалами. Вряд ли вражеские колдуны знали, где действительно находится наше командование и били прицельно, скорее всего, им просто тупо повезло. Радоваться стоило уже тому, что стремительно затекающая внутрь жидкость вела примерно так, как и положено ей от природы, не пытаясь разрывать нас на части, резать, топить в себе или травить какими-нибудь испарениями.

— Покинуть корабль! — Скомандовал я, уже дергая изо всей силы скобу, что вместе с тремя своими товарками запирала один из двух эвакуационных люков. Вернее, это была просто секция брони, которую при желании изнутри можно было вынуть, причем довольно быстро. Прочность корпуса такие модификации снижали не слишком сильно, а учитывая, какая у нас теперь жизнь, вероятность опрокидывания транспорта или закупоривание основного выхода чем-нибудь или кем-нибудь считалась более чем вероятной. Сейчас-то дверь, ведущая в кузов переделанного крупнотоннажного грузовика находилась в полном порядке, однако она выходила на ту сторону, с которой располагались рыболюди. И почему-то мне казалось, что если они увидят хоть одного человека снаружи машин своими глазами, то немедленно покорная их воле вода раздавит его в кровавую пасту. — Да быстрее же, пока мы все тут не утонули!

— Черт, да дергай же ты сильнее! — Мирохин схватился за ту же скобу и, кажется, даже аурное усиление применил, однако металл остался все так же неподвижен. — Что за…Это не приржавело! Это какой-то дятел её еще на этапе строительства намертво приварил!

— Уходим через кабину! — Выкрикнул радист, уже распахивая люк, ведущий к водителю. Тот, кстати, на своем рабочем месте уже отсутствовал, видимо свалив через ведущую в нужную сторону дверь. Шустрый парень…

— Погодите! — Остановила нас Аня, одной рукой как можно выше поднимая связанный с квадракоптерами ноутбук, который я оставил валяться на сиденье и чуть было не превратил тем в груду бесполезного электронного хлама, а второй задирая к потолку большую аптечку. Вода уже достигала уровня пояса и стремительно продолжала подниматься. — Смотрите! Напор слабеет! Этой дрянью уже занимаются!

Она оказалась права. Десятки силуэтов разной степени материальности и четкости вились вокруг нас и других машин, попавших под атаку. Призванные шаманами духи кусали и царапали либо сам воздух, либо поверхность воды в казалось бы абсолютно случайном месте. Однако, это имело быстрый и видимый эффект, поскольку целые сотни литров жидкости внезапно выходили из под контроля рыболюдов и либо растекались по земле в разные стороны, либо начинали вытекать из броневиков через те щели, которые секундой раньше использовали, дабы попасть внутрь. Очевидно, заключившие договоры с нами духи могли видеть и атаковать те связи, при помощи которых вражеские маги держали стихию под своим контролем. Хотя тут мог сказаться также и тот факт, что на ближайших к нам противников был обрушен шквал артиллерийского огня, а дроны проводили прицельное бомбометание. Чтобы атаковать на предельной дистанции гидромантам требовалось собраться в небольшую толпу, и как раз такие сборища целей и становились целью номер один для нас или тех, кто пилотировал бипланы. А как я знаю на собственном опыте, колдовать становится значительно сложнее, когда вокруг тебя звучат взрывы, а тела мертвых союзников одно за другим валятся на землю.

— Есть потери кроме утонувшей рации и мокрых носков? — Соизволил пошутить Михроин, когда вода через бойницы нашей машины стала не затекать, а утекать. Надо бы выбить нашим говорящим с духами какую-нибудь награду, они очень оперативно отреагировали на данную угрозу сверхъественного характера, пусть даже мы заранее обсуждали возможные меры противодействия гидромантии рыболюдов.

— Полагаю, проводку придется менять, да и под капотом могло чего-нибудь перекособочить и шланги порвать, но в целом мы отделались легким испугом. — Откликнулся я, пытаясь скосить глаза так, чтобы заглянуть в до сих пор работающий монитор ноутбука. — Как там дела у наших союзников да и вообще в целом?

— Для рыболюдей все очень-очень плохо, но и мы не можем сказать, что все хорошо. — Откликнулась Аня, которой было куда удобнее следить за обстановкой на поле боя. — Большая часть нелюдей все-таки не погибла, а отпустпает, и наши снаряды показывают на них заметно меньшую эффективность, чем на фанерные мишени, установленные на полигонах. Цисцерны они пробили и вылили топливо, но к сожалению не себе под ноги, чтобы мы смогли запечь рыбу в собственном соку, а аккуратной тоненькой струйкой по боковому склону холма. Нефтяники больше не бегут, а идут нам на встречу прогулочным шагом. Самолеты почти все прекратили стрелять и дают противнику отступить…

— Скорее у них просто боезапас к концу подошел, — хмыкнул Мирохин. — Это же бипланы! Летающие этажерки! Засовывать десятки пулеметных лент и сотни бомб там при всем желании некуда!

Преследование отступающего противника продолжалось минут сорок, прежде чем первые рыболюди канули в воды озерца, к которому наши войска предусмотрительно решили не приближаться даже на расстояние выстрела. Тем более и без того потери противника лучше всего описывались словом «катастрофические». Покрытые чешуей тела и разбросанная в разные стороны требуха пусть и не устилали землю сплошным ковром, однако же такое скопление мертвых нелюдей, пожалуй, могло быть замечено из космоса и безусловно изрядно обогатит собою собою почву этих холмов. Не уверен, сколько всего рыболюдей присутствует всего в нашем регионе, но сейчас это число уменьшилось тысяч на шесть или даже семь. Будем надеяться, теперь экспансия данного народа несколько притихнет, ну или хотя бы сменит вектор куда-нибудь подальше от Новокузьминска. В идеале — на другую планету, которую вот лично мне спасать не нужно.

— Воняет как на бойне, — решила Аня, когда машины остановились примерно в десяти километрах от водоема. Покинувшие свои броневики солдаты принялись неторопливо и методично обследовать территорию, собирая все то, что похоже на добычу. И если какой-то из рыболюдей казался им подозрительно целым, то в него стреляли. — Ладно, пойду я прослежу за тем, чтобы хоть нескольких пленников упаковать не забыли. Авось удастся сегодня заполучить не магию этого народа, так по крайней мере основы их языка. Полноценно воевать под водой мы вряд ли сможем в ближайшем будущем, а значит из речек и озер этих карасей придется вылавливать годами…

Громкое тарахтение двигателя над нашими головами заставило меня отвлечься от девушки и посмотреть вверх. Бипланы один на другим заходили на посадку, выбрав для этого участок ровной местности неподалеку от кучно держащихся броневиков. А еще их определенно стало меньше то ли на две, то ли на три машины, пусть даже я умудрился пропустить моменты крушений и вообще не очень понимаю, как именно противник умудрился достать авиацию. То ли тупо повезло, то ли нашелся-таки среди гидромантов рыболюдей какой-то премудрый пескарь, сообразивший как поразить даже такую высотную и быстролетящую цель. Если верен второй вариант, то это очень плохо. Даже прибей мы умника, наверняка остались те, кто видел его успех, а значит, сможет о нем рассказать сородичам. И значит, разумные обитатели воды обязательно попытаются повторить чужой подвиг в результате чего рано или поздно сообразят, как можно защититься от авиации, пусть и низколетящей.

— Майор Зеленевич, — представился покинувший одну из машин пилот, который от прочих авиаторов отличался погонами с большим количеством звездочек, пришитыми прямо на толстый кожаный комбинезон. — А вы, надо понимать, те самые Новокузьминские сепаратисты, на поиски которых отправили мою группу?

Глава 14

Как это ни парадоксально, но передвигающимся на грузовиках людям пришлось ждать тех, кто летает на самолетах. Пусть в скорости движения бипланы у броневиков и выигрывали со значительным отрывом, даже не учитывая возможность напрочь игнорировать ландшафт, однако приземлившиеся на землю машины, прежде чем снова подняться в воздух, были подвергнуты тщательному осмотру, дозаправке и полевому ремонту. Механизмы летательных аппаратов после довольно долгого беспосадочного перелета следовало тщательно осмотреть, ибо новенькой в самолетах была разве только краска. А вот все остальное находилось в эксплуатации как бы не с предыдущего тысячелетия. Потому и пришлось нам оставить Зеленевича вместе с его людьми возиться с техникой под охраной одного из батальонов, а самим двинуться в Новокузьминск и собирать совет. Наконец-то появившийся контакт с европейской частью страны, пусть даже такой, определенно являлся событием городского масштаба. И от мыслей о том, чем это для нас обернется, меня отвлекали только размышления о таинственных диверсантах противника, которых мы так и не смогли заметить. Однако именно они несли ответственность как за ловушку, в которую попались нефтяники, так и за парочку сбитых бипланов. Оружием рыболюдей, которое все-таки смогло дотянуться до авиации, оказались длинные, тонкие и почти прозрачные иглы явно животного происхождения, в немалом количестве усеявшие собой нижние плоскости машин. Вот только кто, как и когда ими стрелял, мы не сумели понять даже с помощью видео с камер беспилотников, сохраненных в памяти командных ноутбуков. Правда, пара единиц подобного оружия нашлась и там, куда я заставил выстрелить наши пушки, дабы накрыть подозрительный участок травы…Видимо выронили их то ли из колчана, то ли прямо из рук…А вот тел не было. Ни одного.

До Новокузьминска малость поредевшая эскадрилья боевых кукурузников прекрасно долетела своим ходом, но приземляться летчикам пришлось чуть в стороне. Аэродрома у нас в принципе не было, а предложенное в качестве альтернативы футбольное поле на стадионе сочли слишком коротким. Может пилоты и сумели бы там сесть, но решили не рисковать и вместо этого выбрали относительно целый участок дороги, который мы заранее разметили по их просьбе. И там их уже встречала приветственная делегация вместе с одним из немногих автобусов, который мы не стали обшивать листами брони. Вернее, в планах такая его модификация имелась, но недостатка транспорта сейчас не ощущалось, и данную задачу отложили на далекое туманное будущее.

— Внимание, мои духи чуют магию в этих самолетах! — Внезапно подала голос Гуля, рядом с головой которой вдруг возникло маленькое сиреневое облачко и чего-то шептало девушке на ушко. Вернее, передавало мыслеобразы, однако близость шамана и сотрудничающей с ним сущности значительно облегчала обоим работу и взаимопонимание. В принципе, ощущать потоки энергии могли практически любые духи и потому когда-то затрофееные мной с высшего вампира очки теперь не представляли такой великой ценности…Хотя все равно обращались с ними бережно, как с одним из самых главных инструментов в мастерских при артефакторах. Видеть-то обитатели иных слоев реальности волшебство видели, но вот с тем, чтобы детально описать воспринимаемое ими у них, как правило, возникали большие сложности. — Кажется, некоторые внутренние детали прошли через нечто, похожее на наши ритуалы прочности…Но почему-то не корпус и не крылья…А на моторе точно есть чары для снижения веса. Еще у майора при себе какая-то очень необычная фляга, напоминающая тот сосуд, где хранятся последние капли нашей святой воды.

— Интересно…Но не неожиданно. — Решил я, наблюдая за тем, как машины одна за другой прекращают вращать винтами, а летчики медленно начинают отстегивать страховочные ремни и вылезать из своих машин. Всего летательных аппаратов осталось шестнадцать. Изначально эскадрилья насчитывала два десятка кукурузиков, однако один остался на базе военных из-за проблем технического характера, а еще три погибли в бою. Обломки мы нашли, но не пилотов. Только лужи крови, обрывки одежды и отдельные фрагменты вроде полуобгладанной руки со следами от укусов множества тонких и длинных рыбьих зубов. — С учетом того, что мы знали о сотрудничестве официальных властей и существовавших в тайне магических структур, наличие чародеев и даже истинных священников у маршала Крючкова вполне логично. Унаследовал от предыдущего руководства страны.

— Почему серп и молот? Вы решили возродить Советский Союз? — Первым делом поинтересовался у летчиков Мирохин, после того как те наконец-то подошли к автобусу.

— Это не мы, — чуть усмехнулся Зеленевич, поочередно здороваясь со всеми за руку. — Это какие-то энтузиасты гражданской авиации, которые эти машины по колхозам Астрахани и собирали. Они же на них первые пулеметы и поставили…Ну не перекрашивать же было после конфискации!

— Значит, вы прилетели к нам из Астрахани? — Лично меня как-то царапнуло небрежность, с которой было произнесено слово «конфискация». Интересно, а какую-нибудь компенсацию те любители гражданской авиации получили? Хотя бы в виде действительно надежной защиты, раз уж у них забрали технику, позволяющую почти безопасно отстреливать подавляющее число противников в довольно впечатляющем радиусе вокруг своего аэродрома. — А почему вы взялись за бипланы, а не подняли в воздух боевые вертолеты или какую-нибудь нормальную авиацию, которая могла бы всех тех дикарей за секунду с землей сравнять?

— Потом, все потом! — Замахала на нас руками Надя. — Давайте рассаживайтесь и поедем в крепость, пока еще не совсем стемнело, ужин уже в столовой стынет и нас дожидается! Скоро уже настанет пора кормить тех, кто в ночную смену заступает!

— Ужин? — Я с удивлением понял, что действительно наступил вечер, и скоро дороги станет попросту не видно. Хотя…Логично ведь. Нефтяники выехали к нам утром, попали в засаду в районе обеда, пока провозились с рыболюдьми и вернулись обратно прошло несколько часов, а осенью темнеет быстро. — Мда, похоже нам действительно пора. Прошу вас, пройдемте. И все-таки, почему бипланы?

— Нормальная авиация больше летать не способна. — С явной тоской протянул майор, поднимаясь по ступенькам автобуса. Наверняка он привык к гораздо более современным машинам, способным в одиночку разметать десятки бипланов и выйти из боя только потому, что закончился боеприпас. — Эти чертовы дыры извергают из себя достаточно помех, чтобы электроника сходила с ума. А если произойдет заражение вирусом техноэволюции, то мало того, что пилота рождающаяся тварь тут же переварит, так потом еще и вреда от неё будет больше, чем от целой стаи птеродактилей или залетного косяка драконов! Будет охотиться на машины, вскрывать убежища, разорять деревни, рушить заводы и электростанции…А то еще и яйца откладывать начнет, если сожрет достаточно цветмета! Нам именно из-за этих чертовых трансформеров даже рации на борт устанавливать запретили!

— Через радиосигналы эти твари же вселяться не могут…Ну, во всяком случае, у нас пока еще ни одного случая не было, хотя мы ежедневно используем с сотню передатчиков, пусть и большей частью коротковолновых, для ближних дистанций. — Удивился усевшийся впереди нас Егор, от изумления даже оборачиваясь к майору. — Компьютеры у наших умников оживали при попытках выйти в остатки интернета, а также холодильники и телевизоры в близлежащих помещениях…Как-то раз пришлось моим ребятам гоняться за трансформировавшимся утюгом, в который китайцы за каким-то чертом впаяли то ли вай-фай, то ли шпионские жучки…Но чтобы радио безобразничало — вот не было такого!

— У нас тоже не было, — вынужденно признал Зеленивич. — Но приказом маршала категорически запретили использовать любую боевую технику, использующую способную к дистанционной передаче данных электронику, и для радио исключения делать не стали. Хотя и мы их просили, и пехота, и артиллерия…

— Да всем без связи неудобно, — поддержал шефа другой летчик. — Самое обидное, что и сделать ничего нельзя. Пытались электронику и у попов освещать и камлали над процессорами чего-то те колдуны, которые из спецвойск…И ни черта! Не действует!

— Летаем как при царе Горохе — по бумажным картам! — Поддакнул третий. — Стыдно сказать, когда мы к тому каравану начали снижаться, я подумал, что опять заблудились и майор хочет приземлится, чтобы под нашим прикрытием дорогу спросить. Нелюдей заметил уже потом.

— Самое обидное, сделать уже ничего нельзя. — Снова взял слово тот его товарищ, который жаловался на бессилие священников. Кстати, а почему у них ничего не получилось? Раз есть при себе у военных немного святой воды, значит с техникой работали настоящие служители бога, а не обычные рясоносцы. Неужели трансформация техники в каких-то тварей не является волшебством? Или просто на для этого типа магии обычные меры противодействия бесполезны? — После того как Крючкова освященные танки чуть не растоптали, он закусил удила и слышать ничего не хочет про ту технику, в которой есть устройства сложнее мотора. Пытался наш бывший командующий авиацией отстоять свою точку зрения про безопасность раций — так его в младшие лейтенанты разжаловали и поставили штрафбатом командовать. Там и сгинул…

— Это что же у вас теперь и танки не ездят?! — Удивился кто-то из наших вояк. — Там же теперь приборов должно быть больше, чем дырок в сыре!

— Ездят… — Возразили ему. — Но старые-старые. Либо модифицированные, те из которых убрали всю электронику. Управлять конечно стало не так удобно, меткость понизилась и кондиционеров экипажам сильно не хватает, но воевать можно. А вот с ракетами совсем беда, оттуда-то убрать электронику совсем все нет ну никакой возможности…

Беседа о сложностях военного дела после Конца Света продолжалась, а я в это время делал сразу несколько вещей. Держался за вдруг защемившее сердце, учился шевелить от ужаса волосами не только на голове, но и сразу по всему телу, а также впадал в состояние глубокого когнитивного диссонанса, которое большинство людей больше знают как полное офигение. Что значит: «закусил удила?!». Маршал Крючков — главнокомандующий или истеричка в красивом мундире?! Есть прекрасно себя показавшие и проверенные временем устройства, использование которых в военном деле не несет дополнительного риска, но их запрещают, поскольку они имеют некоторое отдаленное родством с той электроникой, которая может стать опасной?! Цензурных слов нет, вот в принципе нет, одни маты на язык просятся. И, самое главное, почему весь остальной генералитет или как там высшие офицеры называются, терпит такое положение дел?!

— Хм, а вы неплохо тут устроились, — Зеленевич с видимым интересом осматривал через стекло автобуса город и его жителей. Пешеходов было довольно много, так как рабочая смена закончилась, и теперь люди шли кто домой, кто к друзьям, кто по хозяйственным делам а кто и на вечерние курсы повышения квалификации. Взрослые активно расхватывали шашлыки из нескольких видов мяса у уличного лоточника, не брезгуя также котлетами и пирожками. Подростки активно толпились вокруг мороженщика, который откровенно не успевал доставать самодельное эскимо из деревянного короба, внутри которого теперь обитал призванный дух то ли мороза, то ли льда. Приведенные переселенцами коровы исправно доились, а запасы сахара на складах должны были испортиться раньше, чем мы их все съедим, и потому цена на лакомство была установлена вполне демократичная. Один автоматный патрон, который и к самодельным охотничьим ружьям нашего производства подошел бы отлично. Бумажки с водяными знаками ныне ничего не стояли, и приехавшие откуда-нибудь издалека гости города могли бы их хоть мешок привезти, а вот обладающие практическим применением боеприпасы люди охотно обменивали на чего-нибудь нужное. — Когда меня послали искать сепаратистов, я думал, что наткнусь на какие-нибудь землянки посреди глухомани, а тут почти нормальный город! Людей так много…

— Если это — много, то мне страшно представить, что сейчас считается нормой. — Медленно произнес я, с трудом возвращая себе способность к членораздельной речи. На мой взгляд, в райцентре до сих пор был пустовато, если сравнивать его с тем городом, который имелся на том же месте год назад. — Плюс немалая часть народа не земляне, а рабы, сервы, крепостные крестьяне и прочие бедолаги, которых мы отбили у разных захватчиков, притащвших с собой помимо всего прочего и живое имущество. Приобщение к цивилизации, конечно, идет полным ходом, но все-таки их от нас все еще отделяет многое, слишком многое.

— Поверю на слово, — пожал плечами майор, с улыбкой наблюдая за тем, как ребятня с азартными визгами гоняется друг за другом во дворе детского садика. Если бы не двустволка за спиной у воспитательницы и не ряды колючей проволоки, натянутые над игровой площадкой, дабы предотвратить нападения воздушных хищников, то эта сцена и впрямь ничуть не отличалась бы от того, что было в старом мире. — Но как по мне, ты придираешься. Новокузьминск по крайней мере выглядит живым, а не руинами или городом-призраком, где в обломках былого величия ютятся выжившие. Люди не выглядят голодными или затравленными, нет драк и мусора, даже нормальные автобусы по улицам катаются…Ха, да когда я привезу обратно фотографии, то их совершенно точно засекретят, чтобы народ не завидовал тому, как сепаратисты живут!

— Этот автобус до мастерской, где его переделают в броневик, не добрался еще, — возразил я, проследив за направлением взгляда летчика и наткнувшись на изрядно заросший грязью, но в остальном совершенно нормальный пассажирский транспорт. — Общественного транспорта у нас пока нет. Просто так мы топливо не тратим, пусть дефицита пока не наблюдается, но восполнять запасы крайне сложно, и потому люди вынуждены ходить на работу и за покупками пешком, ну может используя велосипед или там телегу, куда лошадь запрягли…И, кстати, а почему ты постоянно называешь нас сепаратистами? Мы вроде от России не отделялись, уж я бы знал…

— Вы не исполняете приказов генерального штаба, и этого достаточно, чтобы в канцелярии маршала Крючкова кто-то решил, что Новокузьминск намерен и выйти из состава страны. — Поморщился летчик, стремительно теряя хорошее настроение. — Надо сказать, прецеденты для опасений есть…Вы были бы совсем не первым регионом, который провозгласил независимость. Некоторую часть войск даже приходится направлять не на борьбу с нежитью и прочими инсургентами, а на контроль границ с новоявленными суверенными государствами, чтобы они еще больше свою территорию не увеличили.

— Серьезно?! У нас столько проблем с зимы нарисовалось, а вы там у себя такой фигней страдаете?! — Не выдержал кто-то из прослушивающихся к нашей беседе горожан.

— То, что для тебя есть «мы» и «вы» уже проблема, — возразил ему кто-то из подчиненных майора. — А в военное время не выполнять приказы главнокомандующего вообще-то — преступление!

— Тш! — Попытался предостеречь его Зеленивич. — Это не наше дело. Наше дело просто посмотреть тут, что и как, да подготовить посадочную полосу, на которую может прибыть официальный представитель генерального штаба.

— Нет, ну пусть они ответят! — Продолжал горячиться летчик. — Почему пока мы тут воюем, они в своем медвежьем углу отсидеться пытаются!

— Потому что угол у нас не только медвежий и прочих зверей полный, но заодно богат чертовыми динозаврами и армиями ходячих трупов! — Ядовито отпарировала Надя, сидевшая напротив этого вояки. — Раньше еще и дикари-людоеды с рыцарями-извращенцами были, из тех с кем армия на юге воюет, но тех мы отсюда уже вывели. Больше они к нам через порталы не лезут. Вот только повторить это с населяющими теперь Саратов кровососами, как такого потребовал ваш генеральный штаб, при всем желании не получится. Сил не хватит.

— А откуда вы знаете, если даже не пытались?!

Неизвестно, во что могло бы вылиться продолжение этого спора, но автобус остановился, поскольку мы уже въехали внутрь крепости и застыли перед зданием бывшей школы. Но стоило только выйти из транспорта на улицу, как весь город вдруг заполнили звуки боевой тревоги, заглушая собою речь и испуганные матюги. А после того как сирены наконец замолкли, всем было уже не до того.

— Плакал наш ужин, — несколько отстраненно подумал я, вместе с остальными пробегая мимо бывшей школьной столовой и взлетая по лестнице в класс, который теперь исполнял функции штаба. И при нем всегда кто-нибудь да находился, поскольку именно в это помещение стекались доклады от патрульных и разведчиков. В том числе и те, из-за которых действовать следовало незамедлительно. — Хотя, если тревога ложная…Но вряд ли нам так повезет.

— Какого черта у вас тут происходит?! — Рявкнул во все горло Мирохин, сумевший меня немного обогнать благодаря тому, что на лестнице перепрыгивал сразу через три ступеньки.

— Разрыт портал на западной окраине города! — Раздался в ответ скрипучий старческий голос. Обычно дежурство несли те из ополченцев, кому хотя бы на стене стоять или патрулировать улицы не позволял возраст…Или полученные в бою раны. Чтобы собирать воедино сведения и анализировать их хотя бы в первом приближении, требовался исключительно здравый ум, а не высокие физические кондиции. Была также мысль приучать подростков к серьезной ответственности работой на подобном посту, но от неё быстр отказались. И в качестве магов стремительно восстанавливающие запас жизненных сил юноши и девушки больше пользы приносили, и внимания с усидчивостью им не доставало, поскольку переходный возраст волей-неволей заставляет гулять ветер в голове. — И из него лезет какая-то хрень, больше всего похожая на инопланетную бронетехнику!

— Приплыли, — только и смог сказать Зеленович, отставший от нас буквально на пару метров.

— Ага, — согласился я, радуясь тому, что за время уничтожения рыболюдей сам боевые чары так ни разу и не использовал. Чувствую, силы сейчас пригодятся, чтобы было чем встретить вражескую агрессию. Случайное прибытие в наши края каких-нибудь путешественников из другого измерения было практически исключено. Мы же все ближайшие к городу порталы не только землей завалили, но и забетонировали, когда время появилось. Проковырять невзначай дырочку в прочном саркофаге будет сложновато…Даже тем штукам, которые смахивают на бронетехнику, пусть и инопланетную. — Это вы удачно зашли…Прикроете с воздуха?

— Если до кукурузников живыми доберемся, — не замедлился с ответом майор, что без особых сомнений со своим подразделением пришел на выручку людям, которых не знал, когда они дрались с пришельцами из иного мира. — И если у вас ленты к пулеметам Калашникова найдутся. Свои патроны мы уже расстреляли если и не в ноль, но близко к этому. А бомб так и вообще нет.

— Доставят, уф, на одном автобусе, уф, вместе с вами, — тяжело пробормотала наконец-то поднявшаяся по ступеням Надежда. Заведующая нашими складами явно пренебрегала физическими нагрузками, видимо считая, что человеку на её должности не престало много бегать. Надо бы провести с ней беседу на эту тему…А то случаи ведь разные бывают. — Сейчас распоряжусь.

— Стойте! Отставить! Не нужно вот прям сразу стрелять! — Внезапно раздался все тот же старческий голос из помещения штаба, а потом опираясь на трость оттуда и воинствующий пенсионер выскочил, передвигаясь с максимально возможной для себя скоростью. В руке у него была сжата рация, которая чего-то хрипела. — Передают, что у этих типов белый флаг! И они хотят начать переговоры!

Добраться до нужной пространственной аномалии по опустевшим улицам удалось не слишком быстро. Пусть мы и проводили учения несколько раз, однако многие горожане при звуках тревоги все равно бежали кто куда и создавали помехи движению, а не искали ближайшее укрытие, где можно переждать опасность и удобно держать оборону. Однако, от места расположения портала не было слышно стрельбы, взрывов или криков. Призраки ведения боя отсутствовали напрочь…Поскольку никакого боя в общем-то и не было. Среди обломков бетона и разбросанной в стороны земли стояло две каких-то вытянутых штуковины, которые и сочли инопланетной бронетехникой. В принципе, сделавшие такой доклад люди вроде бы и не ошиблись. Родиной для данных объектов определенно являлась не Земля, ведь мы ничего подобно уж точно не строили, а серебристый цвет и правильный геометрические формы наводили на мысли об искусственном происхождении. Не сильно большие ступенчатые пирамиды с основанием в десяток квадратных метров и высотой корпуса в человеческий рост, возвышались до уровня двухэтажного дома, опираясь на нечто вроде закрытых со всех сторон гусениц. Только не двух, как у человеческих танков, а шести, две как и положено по бокам, а оставшиеся четыре шли прямо под брюхом. А между этой странноватого фасона бронетехникой стояла девушка или скорее даже женщина, поскольку пропорции её тела были очень уж монументальны. Большая грудь, большой рост, большие руки, большая попа…Большое всё! Не сказать, чтобы прямо уж великанша, но чуть крупнее отнюдь не маленького меня. Облачена незнакомка была в столь же серебристый комбинезон, а оружия в руках не держала, вместо этого сжимая обеими руками древко с прицепленным к нему белым флагом. И десяток ружей, которые недвусмысленно нацелил в её сторону уже находящийся здесь патруль, она внимания демонстративно не обращала.

— Обстановка? — Осведомился я у единственной девушки в составе патрульных, которая давно была готова в любой момент прикрыть напарников барьером.

— Нервная, но не более, — хмыкнула девчонка лет семнадцати, не отводя взгляд от подозрительной группы чужаков. — Она знает русский и говорит, что прибыла для проведения переговоров…Но со мной говорить не захотела, сказала, что начальство подождет.

— Приветствую вас, лидеры города, — не имею представления, как уж эта дама определила, кто именно вышел из подкатившего к порталу автобуса. Вид вроде у нас был не очень начальственный, скорее уж наоборот. Пусть в рукопашной мы рыболюдям не показывали, где раки зимуют, однако сложно сохранить бодрый и цветущий вид после стресса которым является любой серьезный бой вкусе с длительным путешествием туда и обратно по дорожным кочкам, в тесноте бронированного грузовика. — Меня зовут Лара, и я говорю от имени Странствующих Общин! Мы рады говорить с вами и надеемся, что между нашими народами могут быть установлены добрососедские отношения, а возможно и союзы против общих врагов!

— Гм…Мы рады приветствовать вас в Новокузьминске. — Поскольку остальные молчали, переваривая услышанное, то я решил вызвать огонь на себя. Тем более, некоторый опыт в дипломатии вроде бы уже есть. — Нам хотелось бы узнать больше о вашем народе. Ну а дальше, кто знает, может и о союзе поговорим…

Лара улыбнулась и сделала в моем направлении пару шагов. А потом упала, когда поехавший вместе со всеми Зеленевич внезапно выхватил из кобуры пистолет и выстрелил ей в голову.

Глава 15

Сразу несколько вещей произошли то ли полностью одновременно, то ли с разницей в такие ничтожные доли секунды, что эти жалкие мгновения можно было считать несущественными. Между нами и дипломатом Странствующих Общин возникло несколько магических барьеров, причем часть их была вполне привычного вида и явно создавалась волшебниками города, а часть походила на очень мелкоячеистую сетку из зеленых светящихся нитей и видимо использовалась другой стороной. Упавшая на спину Лара утонула в земле, словно в воде, не оставив на виду ни клочка своего тела. В ступенчатых пирамидах открылись десятки прямоугольных люков, и изнутри машин буквально хлынула волна ос-переростков, двигающихся не намного медленнее пуль. Оранжево-черные насекомые были размером с ладонь, и у каждого из заднего сегмента брюшка торчало узкое длинное жало, больше всего напоминающее стилет. Я сумел рассмотреть существ во всех подробностях, поскольку сразу штук пять из них зависло прямо напротив лица, но к счастью попыток ужалить так и не сделало. Кто-то дал автоматную очередь по этому жужащему облаку, но конечно же, маленькие кусочки свинца на него особого эффекта и не оказали, пусть и смогли разорвать на части чисто случайно оказавшихся на пути штук двадцать тварей…Из двадцати примерно тысяч. Зеленвич перевел свой пистолет на меня, прорычал: «Смерть предателям» и выстрелил вторично.

— Не стрелять! — В один голос заорали мы с Мирохиным. А после также синхронно вмазали майору, рефлекторно использовав аурное усиление. Только военный бил своего коллегу по челюсти, а я очень не по-джентельменски пнул по яйцам. Дистанция для подобного удара показалась очень уже подходящей, как и поза самого летчика, расставившего ноги в стороны видимо для большей устойчивости. В результате Зеленевич приподнялся в воздух под действием импульса идущего снизу вверх и закрутился подобно пропеллеру своего биплана благодаря придающему дополнительному направление движения хуку справа. Он почти успел сделать полный оборот, прежде чем гравитация наконец-то взяла свое и доморощенный террорист наконец-то приземлился мордой в землю, так и не выпустив пистолета из руки. Впрочем, еще секунду спустя оружие у него все-таки отобрали наши спутники, попутно вроде бы сломав несколько пальцев.

— Это недоразумение! — Поддержала нас Надежда, пытаясь одновременно и спрятаться за Денисом от заполнивших воздух ос и урегулировать конфликт. Вокруг Гули в воздухе появилось сразу несколько духов, окруживших её голову плотной стенкой и готовых драться с насекомыми за свою призывательницу. Аня проворно заскочила обратно в автобус, который нас сюда привез и даже дверь захлопнула за собой. Правда, судя по тому как уже метался и размахивал руками водитель внутри своей кабины, несколько десятков или даже пара сотен оранжево-черных летунов уже находились внутри. — Произошла трагическая ошибка! Мы приносим свои извинения! Мы этого не хотели!

— Смерть! Смерь предателям! — Продолжал буйствовать майор, крепко придавленный к земле уже пятью мужчинами. Правда, речь его теперь стала несколько невнятной, по причине того, что штук шесть зубов теперь не находились на своем законном месте, а лежали у нас где-то под ногами. — Убью! Всех перережу!

— Верю. Я достаточно хорошо изучила ваш народ, чтобы понимать: пожелай вы действительно меня убить, и использовали бы что-нибудь посерьезнее обычной пули…И тот, кто стрелял, наверное, единственный из присутствующих, у кого нет с собой этого самого «посерьезнее». — Послышался голос откуда-то снизу и из-за наших спин. Обернувшись, я с удивлением увидел голову Лары, которая высовывалась из земли, вернее из асфальта, покрывавшего проезжую часть улицы. Прямо между глаз девушки была небольшая блямба, кажется представляющая из себя расплющенный свинец. Защитные амулеты, которые не дали Зеленевичу пристрелить меня на месте, отклоняли пули. Однако пассивная защита дипломата, похоже, действовала по каким-то другим принципам, придавая телу девушки прочность камня. Это было бы интересно изучить, вдруг получится дополнить подобными мерами безопасности наших солдат…Ну, хотя бы латников. Тогда они, в своих офигительно прочных латах, станут вообще неуязвимы для физического урона, ну может за исключением особо мощных взрывов или обрушения домов прямо им на головы. — Предлагаю сделку: я забываю про этот прискорбный инцидент, вы не обращаете внимания на то, что мне пришлось воспользоваться заблокированным порталом, находящимся в черте Новокузьминска и тем поднять на уши весь город.

— Договорились! — Поспешно заявил я, сочтя такую сделку более чем выгодной для нашей стороны. С учетом того, чем мог закончиться выстрел дипломату в лицо, мы еще легко отделались.

— Убью! Убью! — Продолжал буйствовать Зеленвич, отчаянно дергаясь и чуть ли не пуская пену изо рта…А, нет, пуская. Правда, смешанную с кровью.

— Да ты рехнулся что ли, урод? — Осведомился у своего в некотором роде коллеги Мирохин, занося ногу для пинка. Но потом бывший военный все же сделал над собой усилие и опустил свой сапог обратно на землю. — Какого хрена ты начал палить?!

— Убью! Убью! Смерть предателям!

— Точно рехнулся, — кивнула каким-то своим мыслям Гуля. — Только как-то резко…И слишком уж вовремя…

— Могу ошибаться, но по-моему он зачарован…Очарован… — Присмотрелась к своему несостоявшемуся убийце Лара. — Как правильно на вашем языке называется человек, в чью голову вложили чужие мысли и заставили их исполнять? Кстати, а кто он? Я видела фотографии лидеров этого города и уверена, раньше его тут у вас не было.

Облако огромных насекомых начало втягиваться внутрь своих самоходных бронированных ульев лишь чуть менее стремительно, чем выбиралось наружу. В том числе и те, которые находились в автобусе, непонятно как умудряясь протискивать свои оранжево-черные тельца через крохотные щели, куда и палец не пролезет. Что-то проползло по тыльной стороне моей шеи и уже оттуда стартовало в воздух. Когда и как эта тварь туда забралась?! И ведь не атаковала на инстинктах, а талантливо делала вид, будто никого тут нет… Контроль, который имели посланцы Странствующих Общин над этими дальними родственниками пчел, просто поражал воображение. А ведь неплохое оружие против живой силы противника, если подумать. Больше чем уверен, что вдобавок к жалу, по размеру превосходящему иные ножи, эти оранжево-черные бестии еще и яд имеют. Каких-нибудь мечников или там громоздких но неповоротливых динозавров подобный рой зажалит насмерть в считанные секунды. Да и тем, кто может противопоставить крылатым убийцам чары или там ударную волну от гранат будет совсем непросто. Уничтожить сразу всю тучу, если она вылетала из своего самоходного улья и рассеялась по большой площади, получится разве только чем-то вроде гигантского боеприпаса объемного взрыва или атомной бомбы. А защиту на себе сложновато держать постоянно, и не так уж важно, чары это или какой-нибудь герметичный непробиваемый скафандр. Зеленевич зарычал не то от злости, не то от натуги и еще пару раз дернулся, причем выгибался он с немыслимой силой, так что трещали кости и шатались прижимающие его к земле солдаты. А потом резко дернулся и обмяк. Я уж было испугался, что майор помер, однако секунды через три он застонал и снова зашевелился, пытаясь подняться. Конечно же, безуспешно, поскольку отпускать его никто и не думал.

— Ч-что случилось? — Слабым голосом спросил он, сплевывая изо рта слюну, кровь и, кажется, один выбитый зуб, который раньше почему-то все еще оставался на своем месте. — Почему вы меня держите? И болит…Все болит…

— А ты, я так понимаю, сейчас уже не помнишь того, что натворил минуту назад? — Полуутвердительно спросил я, мысленно уже пытаясь понять, кто и как мог промыть мозги летчику. Конечно, Зеленевич мог быть гениальным актером или просто шизофреником, чье безумие обострилось вот именно сейчас…Но вероятность этого была значительно меньше применения к нему гипноза или какой-нибудь ментальной магии. Вот только кто и где с ним это сделал? Рыболюди? Нет, точно нет. Умей их колдуны так влиять на сознание, и он бы атаковал своих не вылезая из биплана либо же просто протаранил землю. Вампиры или какие-нибудь иные враги, решившие сделать не то спящего агента влияния, не то своеобразную живую бомбу? Возможно, но все-таки маловероятно, ведь подрыв склада с боеприпасами или иная серьезная диверсия нанесет больше ущерба, чем дебош где-то в глухомани, пусть и с оружием. А высшие кровососы, к сожалению, не глупы. Сама Лада, чтобы выбить с нас какие-нибудь уступки на дипломатическом попроище? Не исключено, но шансы маленькие. Они друг друга видели считанные секунды, если бы посланница Странствующих Общин умела настолько виртуозно промывать мозги, мы бы все уже хором прыгали перед ней на задних лапках и были счастливы услужить нашей новой госпоже. Остается только один вариант. Летчик был обработан у себя дома. Теми магами, которые сотрудничали с государственными структурами еще до Конца Света и были унаследованы маршалом Крючковым. А крики «Смерть предателям!», пожалуй, только подтверждают данную гипотезу.

— Натворил? Чего я натворил?

— Вы очень хорошо говорите на русском языке и, кажется, многое знаете о нашем городе, — пока я разбирался с майором, Гуля решила продолжить переговоры с посланницей Странствующих Общин. — Так понимаю, изучали наше общество?

— Разумеется, — даже не стала отрицать этого Лара. — Мы всех наших соседей тщательно изучаем. Особенно таких, с которыми возможен диалог, а не война.

— Мне казалось, если бы мы были соседями, то наши люди уже давно должны были бы встретить друг друга. — Прищурилась Гуля, явно подозревая дипломата в чем-то не очень хорошем.

— А они и встречали. Просто вы нас не видели, ведь когда мы хотим, то можем стать ну просто очень незаметными. — Пожала плечами Лара. — Скажу даже больше, я была направлена сюда лишь после того, как несколько представителей моего народа прожило у вас в гостях почти три месяца. И нашли ваше общество…Приемлемым.

— А я давно говорил, что наша служба безопасности ни к черту не годится! — Пробурчал Мирохин. — Шпионы не просто есть, они уже целыми толпами шпляются!

— Вот только не надо называть моих сородичей шпионами! — Возмутилась Лара. — Шпионы прячутся и выдают себя за кого-то другого, а они не скрывались…

— И как же в таком случае они попали в Новокузьминск? — Скептически поинтересовался Мирохин.

— Вместе с остальными рабами, которых вы освободили, — пожала плечами представительница Странствующих Общин. — Пара месяцев у них ушла на то, чтобы привести себя в порядок после плена и заработать снаряжение, с которым они покинули ваш город. Попутно мои сородичи изучали ваше общество и остались приятно удивлены тем, что здесь их или других попавших в трудную ситуацию бедолаг никто не грабил, не насиловал, не подставлял под кабальные контракты и не поливал помоями просто потому, что они бедны или не люди. Последним доказательством того, что сотрудничество между нашими народами возможно, стало то, что им дали покинуть этот город без малейших преград, ну если не считать попыток отговорить от чрезмерного риска.

— Ага…Мы тут у себя никого насильно не держим. Ну, никого кроме преступников. — Запнулась Гуля, внимательно разглядывая свою собеседницу. — А вы разве не человек?

— Смотря, что считать человеком. Между нашими народами есть некоторые физические различия, которые даже невооруженным глазом увидеть можно. — Только сейчас я обратил внимание на то, что у посланницы Странствующих Общин вообще-то кожа немного странного зеленоватого оттенка, а еще имеются маленькие и аккуратные острые эльфийские ушки. Кажется, теряю хватку. При виде красивой женщины иной расы в первую очередь думаю о том, насколько она опасна или полезна, а о том, чтобы повнимательнее присмотреться к сиськам и прочим деталям красоты как-то даже не думаю. И про то, что в городе среди прочих переселенцев какое-то время обитали самые настоящие дриады ни сном, ни духом. Позор! Надо срочно исправляться, чтобы не потерять свою с таким трудом заработанную репутацию бабника. — Кажется, мой народ вы называете дриадами за нашу любовь к жизни в лесах и способность ставить силы природы себе на службу.

— Но…Это у вас ведь техника, а не какие-нибудь шагающие или там ползающие деревья? — Нахмурился Мирохин, внимательно разглядывая то саму посланницу, то обеспечивающие её безопасность передвижные ульи. И ведь только ими дело, скорее всего, не ограничивается. Вот зуб даю, с той стороны портала имеется куда больший отряд прикрытия, готовый в случае проблем выдернуть дипломата. Конечно, если девушка не является разменной монетой, цена жизни которой не велика. Однако это вряд ли. С заявленной системой ценностей подобный подход плохо согласуется, да вдобавок отношение к людям как к заменяемым винтикам лишь исполняющим свою функцию возникло относительно недавно по историческим меркам. В более ранние же века могли бы всерьез обидеться и войну объявить, если бы узнали, что на переговоры отправилось не обличенное властью лицо и даже не его полномочный представитель, а какой-нибудь третий секретарь пятого точильщика карандашей, чьи слова ничего не стоят.

— То, что мой народ имеет преимущество в одном из возможных путей развития, вовсе не значит, что мы отвергаем все другие, — пожала плечами Лара, тем не менее, не став ничего подтверждать или опровергать. Видимо женщины действительно одинаковы, к какой бы расе они не принадлежали, им все так же не нравится говорить однозначное: «да» или однозначное «нет». Хотя, может, тут больше её профессия виновата? — Или не способны их сочетать между собой. Как вы уже знаете, обычные механизмы довольно плохо справляются с избытком магической энергии в окружающей среде. Однако если это механизмы хотя бы частично живые, то им куда проще. Ну а то, что эта жизнь растительная, особой роли не играет.

— Будем иметь в виду, — кивнула вернувшаяся из автобуса Аня. — А что еще вы можете рассказать о своем народе?

Странствующие Общины, как легко можно понять из названия, были крупным объединением беженцев, переходящим из мира в мир и тем спасающимся от губящего миры катаклизма. По своему политическому устройству оно было чем-то средним между племенным союзом бродячих кланов и федеративной республикой с высокой автономией каждого субъекта. Централизацию власти дриады провести хотели бы, да не могли. Каждый представитель их народа обладал определенной врожденной магией, но вместе с тем для поддержания своего здоровья должен был регулярно вступать в симбиотические отношения с определенными породами магических деревьев, причем не каких-нибудь там молодых ростков, а взрослых и набравших мощи лесных исполинов. А меллорны, ну или заменяющие их какие-нибудь волшебные елки вместе с прочими дубами-колдунами, имели две очень неприятные особенности, сильно осложняющие жизнь жителям Странствующих Общин. Во-первых, данные представители аномальной флоры являлись жуткими территориалами и угнетали друг друга, если между ними не находилось хотя бы несколько километров расстояния. А во-вторых, они были ну реально здоровыми, почти не поддаваясь транспортировке, ибо стволы вымахивали до размеров баллистической ракеты, в кроне можно было спрятать дракона, а корневая система расползалась в стороны чуть ли не на сотни метров, занимая объем не самой многоэтажки. Представители же иных рас в общество дриад на постоянной основе допускались весьма ограничено. Лара честно признала, что на десять её соплеменниц или соплеменников позволяется принимать не более двух чужаков, если только от этого не зависит выживание общины. И да, мужчин у них рождается намного меньше, чем женщин, но представительницам слабого пола уже имеющихся кавалеров вполне хватает, и новых даром не нужно.

На переговоры с Новокузьминском вышло не все кочующее государство, а лишь одна из его составляющих. Община Серебряного Ясеня проживала в том из параллельных миров, откуда к нам наведывались в больших количествах волки, лоси, пещерные медведи, мамонты, саблезубые тигры и прочая мегафауна, которую люди Земли видели последний раз в каменном веке. И моя родинна в качестве места для переселения дриадам не очень-то и нравился: леса нет. Вернее есть, но не такой, какой им нужно. В сибирской тайге слишком холодно, в джунглях Амазонии слишком жарко, а чащобы средней полосы в нашем измерении почти все свели за века интенсивной добычи пиломатериалов. Бежать из только-только освоенных чащоб дриады в ближайшие три-четыре десятилетия вроде как не собирались…Однако и куковать спокойно на лоне природы не могли. Вампиры им мешали, причем те же самые, которые оккупировали значительную часть России. Кровь детей природы ценилась кровососами крайне высоко за вкусовые качества и полезность для быстрейшего роста сил, а потому нежить активно пыталась нарастить объем добычи сего ценного напитка. Тем более, содержать ценных пленников и пленниц было ненамного сложнее, чем людей. Оторванные от своих деревьев на долгое время дриады утрачивали магические способности, да и вообще слабели, чахли…А в конце-концов умирали после пары лет неволи, даже если их не загрызут насмерть раньше, ограничиваясь относительно аккуратным забором «анализов».

— Мы бы хотели покупать у вас железо, сталь и другие металлы вроде того же молибдена или титана, если в Новокузьминске найдутся запасы. — Сообщила Лара собравшемуся ради неё в полном составе Совету. — Наши методы добычи этих материалов не столь трудоемки как горное дело и не калечат природу, но, к сожалению, требуют очень много времени. Не откажутся торговцы и от дешевых тканей, ваша цивилизация достигла в производстве большого количества подобных товаров несомненных успехов. В обмен готовы поставлять зерно и другие виды продовольствия, лекарства, яды, а также сложные артефакты, которые в разы превосходят грубые поделки тех, кто искусство магии начал осваивать меньше года назад.

— Только одни лишь артефакты? — Тут же уточнил я. Контакт с развитой и дружелюбно настроенной магической цивилизацией был как раз тем, что могло помочь нам не только в деле выживания, но и в спасении Земли. Неужели среди всех дриад, которые объединялись с себе подобными из многих миров, не окажется тех, кто пытался докопаться до истоков губящий миры катастрофы? Должны найтись! Им же самим куда проще будет осесть на одном месте, чем продолжать гонку по рушащимся измерениям, с риском забрести в тупик, когда в зоне досягаемости тупо не останется мест, где есть леса, подходящие для проживания их народа. — А как насчет знаний и обучения наших специалистов?

— Это…Возможно, — кивнула Лара. — Только цена уже будет другая. Не золото, а кровь.

— Ты же утверждала, что ваш народ не приемлет рабство? — Удивился Денис. — Или ты имеешь в виду донорство? Вы жизненную силу запасать и хранить умеете?

— Умеем, но я говорю о другом, — покачала головой дриада. — После того как вампиры вторглись в ваше измерение, они получили доступ к большому количеству ходячих трупов, людей для жертвенных ритуалов и обращения в себе подобных, а также разрушительного оружия. И значительная часть этой мощи обрушилась на наши леса, в деле защиты которых Странствующим Общинам пригодилась бы помощь.

— Только-только познакомились, а ты уже о военном союзе просишь, — ухмыльнулся Мирохин. — Значит, хорошо вас прижали.

— Факт, — согласился с ним я. — Но мы поможем…Если ваш народ поможет с обучением чародеев Новокузьминска. В конце-концов, военный союз будет и в наших интересах, ведь если кровососы догрызут дриад, то потом станут точить зубы на иную добычу, то есть нас, уже в два раза активнее. Впрочем, такие вопросы требуют решения всего Совета, а потому предлагаю прекратить пустую болтовню и начать голосование.

Глава 16

Напоминающая цветок подсолнечника лампа-прожектор, работающая от чего угодно, но только не от электричества, стояла прямо перед носом усаженного в зубоврачебное кресло и находящегося без сознания мужчины. Необычный осветительный прибор буквально фонтанировал потоками странного синего света. Мерцающая тень, отбрасываемая его головой на ровную белую стену, была непропорционально большой и занимала, по меньшей мере, четыре или пять квадратных метров. И среди однородного темного фона на ней время от времени вспыхивали иные цвета, образуя то переплетение хаотических линий, напоминающих изображение мозговой коры, то какие-то слишком уж геометрически правильные узоры, куда изредка могла быть вплетена руна или две. Я в демонстрируемых художества абсолютно ничего не понимал, как впрочем и остальные земляне, а вот у приведенной Ладой специалистки лицо то хмурилось, то становилось очень задумчивым, то вновь превращалось в бесстрастную маску. И, кстати, дриадой приглашенная менталистка вроде бы не была…Или являлась какой-то крайне экзотической её разновидностью. Серокожая женщина ростом едва ли метр двадцать могла бы сойти за ребенка, но волосы её обильно побила седина, а лицо покрылось морщинами. Однако как бы там ни было, в голосе официального дипломата, когда она обращалась к пожилой низкорослой волшебнице по имени Фама, слышалось отчетливое уважение, может даже с некоторой толикой опаски.

— Это…Очень…Странно… — Медленно, буквально по буквам, проговорила специалистка по ментальной магии. Вернее, пробормотала она себе под нос какую-то тарабарщину, но Лара оперативно перевела речь своей соплеменницы, которая явилась по зову дипломата всего спустя восемь часов после нашей первой встречи. Специально, чтобы на майора Зеленевича посмотреть. Летчик, облаченный в смирительную рубашку и находящийся под действием сильного снотворного для его же собственной безопасности, представлял сейчас для Новокузьминска проблему даже большую, чем необходимость устроить как минимум пару хороших потасовок с вампирами в местах, удобных для Странствующих Общин. С кровососами-то все относительно просто: обнаружить, уничтожить, желательно понести минимальные потери или обойтись вообще без них. А вот подчиненный маршала Крючкова представлял из себя одну большую головную боль. И отпустить просто так нельзя, ведь явно играющий против нас майор с промытыми мозгами может стать источником невероятной кучи проблем, и удерживать в плену является серьезным таким актом агрессии по отношению к остаткам официальных властей России. — Но да, вы не ошиблись, этот человек очарован. Его разум определенно подвергался целенаправленным ментальным воздействиям, оставившим после себя в сознании множество закладок.

— Каких закладок? — Мрачно уточнил Мирохин, с которым мы уже успели не один раз обсудить сложившуюся ситуацию и прийти к одинаковому выводу. Майор был обработан у себя дома, ну вернее на военной базе, где было расквартировано его подразделение. — В смысле, я примерно представляю, что это такое…Очень примерно…Но чего конкретно они делают?

— Меньшая их часть корректирует уже имеющиеся эмоции или склонности, её можно даже назвать положительной для воина, своеобразным небожественным благословением, облегчающим ратную стезю. Снижен страх, повышена верность друзьям, увеличена ненависть к врагам, облегчена горечь потерь и привита терпимость к мелкого рода лишениям и бытовым неудобствам… — Лара продолжила переводить за своей соотечественницей, которая изучить русский язык может и сумела бы без особых трудов, все-таки менталистам это наверняка проще чем всем остальным, но просто не хотела. — Другие закладки уже больше походят на ту мерзость, которую наиболее древние вампиры и прочие рабовладельцы регулярно вкладывают в головы своих пленников, дабы те лучше работали и меньше бунтовали. Раздуто почтение к авторитетам, сведена почти к нулю готовность перечить старшим, им же искусственно навязан высокий кредит доверия в честь прошлых заслуг, хотя самих заслуг этот человек вспомнить не может. Последняя часть внедренных в его разум включений активирует сложные сценарии действий, что запускаются после определенных событий. Всего таких обязательных к исполнению команд около трех десятков, мы смогли определить приказ ценой жизни не выдавать стратегической информации при попадании в плен, приказ беспрекословно слушаться нескольких человек после произнесения какого-то кодового слова и приказ искать способ разбить те объединения и союзы, которые хотя бы в теории могут сравниться с силами той структуры, куда входит этот человек. Расшифровка всех остальных приказов требует времени, много времени.

— А странного в нем вы что увидели? — Мрачно поинтересовалась Аня, нервно барабаня пальцами по стене. — Разве подобные ментальные конструкции не встречаются сплошь и рядом у подданных тиранов из развитых магических обществ? Насколько я знаю такую породу людей, ради упрочнения собственной власти они ничем пренебрегать не будут.

— Странной является то, в какой манере выполнены эти ментальные закладки. Они похожи на…На… — Дриада-менталистка ненадолго запнулась, явно подбирая слова, и Лада тоже была вынуждена замолчать почти секунд на тридцать. — На гнилые доспехи, вросшие в плоть и защищающие от ударов судьбы, но постепенно отравляющие кровь своей ржавчиной.

— Образно, — вздохнул Денис, который заявился на ментальное обследование вместе с остальными старшими магами, хотя казалось бы менталистика ну совсем не его профиль. — Но совершенно непонятно…

— Тот, кто работал с разумом этого человека, проделал довольно масштабную работу, но работа эта выполнена не просто грубо, а омерзительно плохо. Ультимативные внушения при каждом столкновении навязываемых моделей поведения с истинными желаниями разума даже не расшатывают психику, а корежат её и постепенно сводят с ума. А обязательные к исполнению приказы в момент своей активации нарушат работу имеющихся у воина навыков, превратив его из умелого бойца, способного планировать свои действия в полуживотное, которое кто-то научил носить одежду и пользоваться оружием. — Нахмурилась менталистка, которую явно раздражало общение с какими-то дикарями которым все буквально разжевывать приходится. Однако она все-таки стерпела и продолжила свои объяснения, что лишний раз доказывало: дриадам мы нужны сильнее, чем дриады нам. И потому представители Странствующих Общин будут с нами сотрудничать…Во всяком случае до тех пор, пока их положение не улучшится. И этим временем определенно стоит воспользоваться на полную катушку, выжимая как можно больше знаний авансом и одновременно как можно лучше подготавливая наши батальоны к войне с нежитью. — Но менталист, который работал с этим человеком, просто не мог быть новичком или криворуким неумехой. Так серьезно изменить сознание и не спалить мозги объекту — уже признак мастерства. Он словно специально работал грубо, как раб-кузнец, кующий хрупкие клинки своим хозяевам. Или желал, чтобы обработанный им воин через некоторое время стал безумцем.

— А мог он просто спешить? — Уточнил я, начиная испытывать к Зеленевичу самое настоящее сочувствие. Судя по всему, майор был неплохим человеком. Атакованному каравану, во всяком случае, пришел на помощь без лишних проволочек, пусть даже это не входило в его боевую задачу. Да и вообще майор казался вполне вменяемым человеком…Пока не схватился за пистолет и не начал жаловаться на проблемы с памятью, появившиеся аккурат после стрельбы. — Думаю, вы уже знаете, что наш мир до недавнего времени был очень многолюдным, крупные города насчитывали целые миллионы жителей. И если каких-то магов обязали обработать сразу несколько десятков тысяч человек на верность их командирам, а времени дали от силы пару месяцев…

— Исключено, — непререкаемым тоном заявила дриада-менталистка. — Во-первых, эти ментальные закладки относительно свежие, им максимум полгода. А во-вторых, недостаток времени влияет в первую очередь на количество внушений, а не на их качество. Это как приносить кирпичи и складывать их в стопку без раствора. Даже если покосилась из-за первоначальной небрежности, то выпрямить не сложно, коли есть желание. Однако в двух равных по высоте конструкциях: и в кривой, а потому грозящей рухнуть от малейшего ветерка, и в идеально прямой, а потому надежной, расположено одинаковое количество блоков.

— Чем дальше в лес, тем толще партизаны, — пробурчал себе под нос Мирохин, убирая в карман маленькую фляжку с горячительным, при помощи которого бывший военный явно пытался вернуть себе хоть толику спокойствия. Судя по тому, как дрожали его руки — безуспешно. — А можно было провести над Зеленевичем все эти магические манипуляции быстро и незаметно? Ну, в тайне от окружающих сослуживцев…

— Теоретически да, но все же это маловероятно, — задумавшись, решила Фама. — На такой объем работы нужен хороший сильный менталист вроде меня, и чтобы он работал хотя бы по полчаса в день на протяжении недели. Обычному, слабому но старательному и аккуратному, потребуется месяц куда более длительных ежедневных сеансов, великий может управиться в один присест за четверть суток. И в эти дни объект воздействия будет плохо себя чувствовать, болеть, страдать от симптомов, схожих одновременно и с алкогольным опьянением, и с тяжелейшим похмельем, ведь часть мозга будет не работать, а часть работать на износ.

— Мне казалось, вампирский гипноз работает куда быстрее, — удивился Денис. — Да я сам лично как-то раз видел кровососа, который пытался использовать его в бою!

— Кратковременные внушения или даже перехват управления над телом — это совсем не то же самое, что долговременные ментальные закладки! — Даже возмутилась Фама такой постановке вопроса. — Это как сравнивать большой костер, который сгорит за час и оставит после себя лишь пепел с зачарованной печью, в которой угли будут тлеть и давать тепло целую неделю! А еще чем быстрее идет работа с сознанием, тем выше шансы, что чего-то пойдет сильно не так, и в итоге объект превратится либо в безмозглый овощ, либо в безумца.

— Можете ли вы убрать ту магию, которая опутала сознание майора? — Уточнил я, размышляя, какой же вариант дальнейших действий будет наиболее предпочтитетельным. Отправить маршалу Крючкову его человека с вправленными на место мозгами, что докажет нашу способность сопротивляться возможным инспекторам-эсмиссарам, на самом деле являющимся мозгокрутами? Попытаться оставить Зеленевича да и прочих летчиков у себя, растолковав им ситуацию? Или же просто передать его в наручниках, обвинив в попытке убийства и сделав вид, будто мы ничего не поняли? Был, конечно, вариант еще, сказать верховному главнокомандующему: «Мы все знаем, не возражаем против ваших действий, готовы сотрудничать или даже служить, если с нами поделятся властью…». Однако как-то он мне не нравился, и с сугубо моральной точки зрения, и даже с практической, ведь как доверять тому, кто уродует разум собственных подчиненных? — И сколько в текущем состоянии у майора времени до того, как крыша поедет окончательно?

— Если он будет и дальше жить в том же темпе, что последние месяцы, то у него примерно года два до того момента, когда разум начнет рассыпаться на кусочки. Небольшие проблемы, вроде вспышек агрессии или апатии, ухудшения навыков и частичной амнезии, начнутся куда быстрее, но в целом этот человек останется собой, только станет немного хуже, чем мог бы быть. — Пожала плечами менталистка, явно ожидавшая этих вопросов. — Исцелить же его разум я могу…Но это вам будет стоить дорого. Триста грамм золота, и торга не будет. А еще его придется доставить в мою лабораторию, причем приведение сознания в порядок займет не меньше месяца. Исправлять и восстанавливать как было всегда тяжелее и дольше, чем исказить уже имеющееся.

— Тогда прошу немного подождать, уважаемая Фама, нам надо посоветоваться. Сейчас вам принесут напитков и сладостей нашего мира, чтобы было веселее коротать время. — Вздохнул я, в глубине души ощущая себя настоящим поддонком. Поскольку буду голосовать за то, чтобы майора вернули обратно маршалу Крючкову с гневной писулькой о том, что этот псих устроил стрельбу на ровном месте и лишь чудом никого не убил. Во-первых, если нас будут недооценивать, то мы получим большое преимущество. Во-вторых, может те же менталисты которые колдовали над майором получат гневный окрик сверху, а то и пару оплеух, после чего исправят свою же работу. В-третьих, кто его знает, чем сумеет начинить мозги не самого последнего офицера нашей родины низкорослая волшебница, работающая на дриад. Я был готов работать с представителями данного народа, но доверять им…Нет. Не раньше, чем они этого заслужат. — Народ, пройдемте, надо созывать Совет. Да, знаю, что он лишь недавно разошелся, но что делать…

— Надеюсь, ты не будешь делать глупостей, — пробормотал Мирохин, топая в сторону выхода. — Мы же не знаем, кто и как обработал майора, а выдвигать обвинения в адрес верховного главнокомандующего…Да еще в такое время…Это объявление войны, завернутое в фиговой листочек.

— Не считай меня идиотом, я прекрасно понимаю, что наш город пока спасает тот факт, что он никому и нафиг не нужен. И обвинять Крючкова ни в чем не собираюсь. — Помимо воли, из груди вырвался тяжелый вздох. Ну вот будто мало нам было Конца Света и обратного отсчета до гибели Земли…Еще и власть над остатками моей родины перешла в руки дегенератам, которые превращают немногих защитников страны в своих марионеток при помощи магии, которая сведет людей с ума за несколько лет. И уже не важно, просто ли они некомпетентны или расчетливые мрази, которым нужно избавиться от «старой гвардии» дабы никто править не мешал. — Просто скажу, что Зеленевич стал жертвой каких-то невыясненных злоумышленников-менталистов, а потому ко всем прибывающим из тех же краев стоит присматриваться повнимательнее…А лучше бы проводить их осмотр уже у наших мозгоправов, если мы сможем таких обучить или хотя бы арендовать у дриад. Начни мы открыто катить бочку на верховного главнокомаднующего и тогда он получит законный повод обкатать какую-нибудь собранный из призывников с бору по сосенке корпус на усмирении Новокузьминска. И ему не будут возражать даже те, кому мозги не промывали.

— А был ли мальчик, в смысле маршал… — Внезапно произнесла Аня, идущая следом за нами. — Я в том смысле, что если какие-то маги, считающиеся своими или как минимум союзными, промывают мозги майорам, то что мешает им провернуть ту же операцию с верховным главнокомандующим? И править, используя его как говорящую голову, вернее живую марионетку, которая даже имеет свою память, навыки и честно заслуженную за годы службу репутацию, вот только приоритет номер один для неё безопасность хозяев, номер два — исполнение их воли, на третьем предугадывание капризов…А забота о благополучии страны, нужной исключительно в качестве ресурсной базы, хорошо если идет под номером двадцать-двадцать пять.

— И этим магам не обязательно даже быть землянами, — поддакнул девушке Денис. — Скорее даже наоборот…У нас-то свои доморощенные колдуны пусть и были, но мало и не особо хорошего качества, так как силу на заклинания надо было по капле копить, да и с практикой особо не разгуляешься. А вот из иных миров, где магичь не хочу, могли высококлассные специалисты переехать. И предположить правительству свои услуги, ну а там, кто начальник, а кто дурак, стало разобрать уже как-то сложновато….Патриотизма по отношению к России у таких кадров быть не может по определению, и люди населяющие страну для них не более чем ресурс, который стоило бы прибрать к рукам.

— Блять! — Я остановился так резко, что девушка врезалась мне в спину, а после недовольно зашипела. — Это…Это…Это же может многое объяснить! И то, как бездарно была осуществлена подготовка к Концу Света! И то, что восстанавливать порядок в удаленных частях страны никто не торопится! И то, что с Зеленевичем обошлись как с одноразовым инструментом! И то, что нашей армии запрещают иметь даже гребанные рации!

— Цыц! Тихо! Разорались тут! — Мирохин умудрился исполнить практически балетное па, зажав рот сразу и Ане, и Денису. — Стоять! Молчать! Слушать сюда! Ни слова…Вот слышите, ни слова, ни звука, ни писка, ни гу-гу!!! Ни Совету, ни любимой девушке, никому! Если вы правы…За такие предположения убивают. Причем убивают не только тех, кто их сказал, но также и тех, кто хотя бы теоретически мог оказаться в зоне слышимости. Весь город снесут под ноль, ядерной бомбы не пожалеют, даже если она в арсенале последняя!

— И? — С вызовом осведомился Денис, отрывая ладонь бывшего военного от своего рта. — Что ты прикажешь делать? Сидеть тихо как мыши под веником и молиться, чтобы мы ошибались, а остатки России, пусть катятся в ад под руководством тех, кому наша страна никуда не уперлась, ибо уж они-то точно свалить успеют, да еще и с золотым запасом нашей родины и прочими плюшками, которые нахватать смогли?

— Молчать, думать, собирать информацию и анализировать её. — Ответил я вместо Мирохина, предварительно убрав его руку ото рта моей девушки. — А также готовиться…Может мы правы, и это чудовищных масштабов интрига. Может, столь же чудовищных масштабов глупость. Поскольку результат одинаков, то и действия должны предприниматься почти одни и те же. В конце-концов, наказание возможно лишь за попытку государственного переворота, и никак не за успех.

Глава 17

Идущие вдоль средней разбитости дороги столбы напрочь лишились развешанных там прежде проводов, ведь лом цветных металлов ценился кое-где даже после Конца Света. Ограждение небольшого моста, пересекающего то ли заполненный водой узкий кривой овраг, то ли все-таки озеро столь оригинальной формы, зияло дырой с равными краями. Видимо зимой кто-то не справился с управлением не то испугавшись монстров, не то еще по какой-то причине и сверзился оттуда прямо вниз. Выдержал лед или нет такое испытание, оставалось только гадать, но сейчас никаких следов разыгравшейся трагедии видно не было. Да оно и неудивительно, глубина тут серьезная, метров пять, а то и все шесть. Под темной гладью воды могло комфортно разместиться сразу несколько автомобилей, ни единой своей деталью не высовываясь на поверхность. Расположенные вдоль дороги защитные лесополосы умерли, не выдержав агрессивности окружающей среды. Почерневшие стволы по большей части еще стояли, щерясь во все стороны голыми ветками, однако в этом году на них не распустилось ни единого листка. И даже вездесущий и неистребимый, казалось бы, бурьян вместе с прочей полевой растительностью засох на корню, а лежащие в земле семена не дали всходов, и теперь колеса наших машин хрустели прошлогодним полуистлевшим растительным мусором с редкими вкраплениями искусственного мусора.

— Не думал, что вернусь сюда вот так… — С печалью произнес я, осматривая родные пейзажи. Ну, не сказать, чтобы совсем уж прямо родные, но до Ореховки, сейчас ставшей едва ли не эпицентром устойчиво держащегося на одном месте ядовитого облака, отсюда было уже рукой подать. Километров пятнадцать всего разделяли мою деревню с этой унылой местностью, где напрочь передохла любая жизнь. К блестящему на солнце мини-озеру мы с отцом иногда на велосипедах ездили рыбу ловить, поскольку обитавшие в данном водоеме и исправно ловившиеся самыми обычными удочками караси были заметно крупнее тех пескарей и ершей, которые водились в ближайшей речке и как оголтелые бросались на любых замеченных червей, оставляя мало шансов более серьезной рыбе. — И ведь сюда только ветром отдельные клубы яда доносит…Как далеко до границ самого облака? Вы его, кстати, исследовали?

— Там не совсем яд, там скорее раскаленные вулканические газы, — с трудом ответила зеленая как молодая травка Лада, перебарывая тошноту. Дриада-дипломат была готова на многое ради своего народа, и умела, кстати, тоже очень даже не мало…Но в человеческом транспорте её изрядно укачивало, да вдобавок била в нос вонь выхлопных газов, которые привыкшие к смогу больших городов люди даже и не замечали. А наши новобранцы из числа переселенцев пусть и замечали еще как, но терпели данный дискомфорт куда легче детей природы. — Кажется, в основном летучие соединения хлора и серы, но я не алхимик и не геомант, мало чего в этом понимаю. Главное для меня, что построившие рядом с облаком свою базу кровососы достаточно умело используют эту дрянь, чтобы все наши попытки сковырнуть их оттуда были обречены на провал.

Куда конкретно вел портал, открывшийся вплотную к родной Ореховке, в ближайшие годы я вряд ли узнаю. Ну, слишком много дел у нас есть, чтобы посылать разведку не то в жерло вулкана, не то в еще какое-то место со столь же гостеприимной атмосферой. Но соседняя пространственная аномалия вела практически на задний двор Странствующих Общин. И лезущая оттуда за вкусной и питательной кровью нежить детей природы к настоящему моменту порядочно задолбала. Особенно тем, что нежить каким-то образом слегка перенацеливала разрыв в ткани реальности, заставляя свои отряды появляться в круге радиусом в сотню километров, который ловушками намертво был перекрыть ну просто нереально. А еще могла заставить часть ядовитого облака пройти через портал и накрыть собою округу. Попытки оказать организованное сопротивление и тем более начать преследование по горячим следам оборачивалось ужасными потерями. Пусть вампиров, умеющих управлять то ли ветром, то ли воздухом, насчитывалось всего несколько штук, но при почти неиссякаемых запасах газообразной отравы они легко могли удушить целую армию. Самим же ходячим трупам от вредной дыхательным путям атмосферы было ни жарко, ни холодно, и потому не имелось необходимости осторожничать с дружеским огнем. Ну, разве только чтобы пленников своих же раньше времени на тот свет не отправить. Основная военная доктрина дриад упиралась на высокие индивидуальные навыки отдельных бойцов, расовую магию, да живое оружие, вроде тех же ос-переростков или прирученных саблезубых медведей. Вот только плавать в земле без перерыва хотя бы минут десять или атаковать оттуда не вылезая на поверхность мог максимум один из сотни, и сей народ не мог похвастаться многолюдностью. Заклятия-фильтры, сравнимые по эффективности с костюмами химической защиты, они в принципе знали. Но поддерживать их индивидуально на каждом жителе или животном не могли, как и накладывать на свои поселения. Даже лишь на пару часиков. Чары подобного масштаба отнимали столько энергии, что волшебникам Серебряного Ясеня после их сотворения оставалось бы если и не помереть от натуги, так сесть и высунуть язык от усталости. А без боевой магии драться против кровососов их многочисленных ручных ходячих трупов сородичи Лары очень не хотели, опасаясь огромных потерь даже в случае успеха. Мы, в общем-то тоже бы охотно отлично отложили уничтожение настолько неудобных врагов, занявших очень удобную для обороны точку, на далекое «потом», но намечающийся союз требовалось скрепить кровью наших общих врагов.

— Головные машины останавливаются, непонятно почему. А! Вон! Из земли перед ними вынырнуло шестеро фигур в зеленом камуфляже. — Сообщил нам водитель, а после этого тряска стала постепенно затихать. По дороге ехать было бы, конечно, куда комфортнее, чем рядом с ней…Но если верить разведке дриад, которая уже не первую неделю крутилась вокруг так досаждавшего детям природы оплота нежити, на дорогах кровососы вполне успешно смогли установить наши земные радиоуправляемые фугасы.

Не без труда распахнув ведущий внутрь машины бронированный люк, я первым выбрался наружу и во все глаза уставился на воинов народа дриад. Высокие и мощные фигуры были с ног до головы затянуты в зеленого цвета монолитные комбинезоны, напоминавшие не то водолазные костюмы оригинальной расцветки, не то униформу японских ниндзя из слишком яркой резины…Но скорее всего это была все же кора каких-то растений, просто специальным образом обработанная и в некотором роде даже живая. У пятерых разведчиков, вернее разведчиц, единственными выставленными на всеобщее обозрение частями тела являлись глаза и кусочек переносицы. Единственной персоной, лишенной парочки довольно интригующих выпуклостей в районе груди, являлся остроухий блондин с довольно надменным выражением лица, стянувший с головы свой капюшон. Главным оружием всей группы служили луки, но какие-то странные. Их концы разветвлялись чем-то вроде оленьих рогов на пять-семь венчиков, и между каждым отростком была натянута отдельная тетива. Еще на поясе воины народа дриад носили короткие клинки сантиметров по сорок длинной, однако сразу было понятно — если дошло до рукопашной с применением подобных зубочисток, то бойцам трындец.

— Дальше ехать нам настоятельно не рекомендуется, — заявила Лара, выслушав доклад этого то ли светлого эльфа, то ли самца дриады на непонятном всем остальным, но довольно певучем и крайне богатом гласными языке. — В крепости, что возвели вампиры рядом с порталом, есть ваши человеческие…ми-но-ме-ты. Когда нежить вчера обнаружила попытку просочиться сквозь их рубежи обороны прямо к стенам укрепления, то снаряды на головы отступающих разведчиков падали всего на километр дальше этого места.

— То ли у них чего-то совсем легонькое, то ли кустарщина, — задумался Мирохин. — Наши бьют дальше, жаль только снаряды придется экономить, а то кончились почти и неизвестно еще, продадут ли из Казахстана новую партию…Так, а сколько тут вообще ваших воинов и где? Вы вроде говорили, что здесь будет аналог ударных частей, но кроме этих разведчиков я больше никого не вижу. И дроны тоже не видят, иначе бы мне уже доложили.

— В ударных частях моей общины всего четыре сотни бойцов. Прямо сейчас они рассредоточены вокруг вражеских укреплений и прячутся, чтобы под дальнобойные площадные удары не попасть. Да и ступай войска открыто, вампиры уже позвали бы подмогу из Саратова, — пожала плечами Лада, которой явно было немного неловко за столь малое число своих сородичей. Или она старательно делала вид, будто её неловко, что их в разы меньше, чем нас. Дипломат, все- таки, представителям этой профессии полагается выжимать максимальное преимущество даже из своих недостатков. — Но эти четыре сотни — элитные сотни, где каждый воин равен пяти-шести обычным бойцам…Причем не человеческим, а из нашего народа. И сильные маги там тоже есть. Если вы сможете заставить нежить выйти за свои укрепления, они немедленно вступят в бой…

Рация чего-то затрещала, и поднявший её к уху Мирохин нахмурился, причем с каждой секундой выражение его лица становилось все более и более обеспокоенным.

— Наша спутниковая съемка докладывает, что из Саратова выдвинулась офигеть какая большая толпа нежити. — Спутниковой съемкой мы в шутку называли большой воздушный шар, поднимающийся над землей достаточно высоко, чтобы больше не опасаться птеродактилей и прочих воздушных хищников. Те летали значительно ниже, где им дышать ничего не мешало. Ради возможности нормально сидеть за самым мощным телескопом Новокузьминска приходилось брать с собой зимнюю одежду, термосы с горячим чаем и даже кислородные баллоны, однако результат того стоил. Мы не могли сказать, что видим всё, однако как минимум центр нашей области вполне просматривался. Недостаточно, чтобы подглядывать за оккупировавшими его вампирами, однако крупномасштабные действия противника ускользнуть не могли. — Как бы не сто тысяч тварей. А также сотни две единиц бронетехники, включая трофейные танки. И если они никуда не свернут, то движутся сюда.

— У страха просто глаза велики. Там не может быть ста тысяч тварей, — уверенно заявила Лара. — Вне кладбища нежити в таком количестве просто не хватит рассеянной в окружающей среде некроэнергии, чтобы функционировать. И далеко не каждая сущность, заключенная в мертвых телах, имеет достаточные запасы, чтобы продержаться часа три или четыре при активной работе своего вместилища. А быстрее ходячие мертвецы сюда просто не доберутся.

— Это если только вампиры не накормили своих питомцев до отвала, прежде чем устроить марш-бросок, — возразил ей я. — Не обязательно даже людьми, большое стадо скота тоже могло бы сгодиться…В любом случае, если враг так энергично реагирует на наши действия, значит мы наступили ему на больную мозоль и все делаем правильно.

— Ну, на то, что они забудут про Новокузьминск, в любом случае рассчитывать не стоило. Особенно после того, как одну их базу мы уже разгромили, — вздохнул Мирохин. — Ладно, по крайней мере, если эта орда потом двинется на наш город, то хотя бы зомби доберутся до него уже ослабленными…Вот только бронетехника уродов способна запросто обогнать тварей, бредущих своими ножками…Чего стоим, на меня смотрим? Живей-живей, работать! У нас есть максимум полтора час, прежде чем придет пора сматывать удочки! Рубеж номер один будет прямо здесь! Пускайте авиацию!

Из грузовиков, предназначенных исключительно для перевозки дронов, стали взлетать десятки и сотни маленьких машин. В воздух поднимались как новенькие «Комары», лишь недавно покинувшие мастерские, так и перемотанное скотчем старье, помнившее наши первые опыты по созданию беспилотной авиации и не развалившиеся на части только чудом. Ради этой атаки мы собрали практически все, что только имелось в Новокузьминске, оставив буквально десяток порхающих разведчиков для обороны города. Приближаться к границам ядовитого облака, которым еще и магически манипулировали, людям было смертельно опасно…А вот техника по понятным причинам задохнуться не рисковала, и потому сегодня должна была бомбить, бомбить и еще раз бомбить. Либо до тех пор, пока вражеский аванпост не прекратит свое существование, либо пока дроны не кончатся, либо пока противник силой не заставит нас отступить с занятых позиций. К сожалению, бипланы умотали обратно в Астрахань. И Зеленевич свою машину пилотировал лично, пусть даже и обещал по прилету сдаться психиатрам и доложить начальству о том, что у него случаются припадки. Вспомнить произошедшего майор так и не сумел, однако пересчитал количество патронов в своем пистолете, понюхал пахнущий гарью ствол и вынужденно согласился с тем, что чего-то тут не так…Пока еще этот военный был способен под давлением логических аргументов принимать ту позицию, которая противоречила его желаниям. Неважно, подлинно своим или же навязанным искусственно.

— Облако яда тронулось в нашу сторону! Скорость ветра упала до десяти метров в секунду, но направление пока то же самое, — протрещала по рация, которую сжимал в руке Мирохин. Эта новость была неприятным сюрпризом, но не более. Противодействия вражеской магии мы ожидали, однако дриады уверяли, будто управляющие ветрами вампиры не могут двигать отраву слишком уж быстро. А раз дует по-прежнему в нужную сторону, то значит, чтобы загнать к нам отраву вампирам придется прилагать дополнительные усилия, перемещая отраву против естественного течения воздушных масс. А вот если погода преподнесет сюрприз, сменив вектор движения на противоположенный, то придется отступать на рубеж номер два. Или и вовсе сворачивать операцию. Противогазы-то и костюмы химзащиты, как фирменные так и сделанные своими руками, мы, конечно с собой взяли. И даже учения по их применению провели. Но все же собранные с бору по сосенке батальоны не спецназ какой, привыкший стойко переносить любые сложности, в том числе и резиновую герметичную одежку, где очень скоро становится просто невозможно дышать. Счастье уже, что самых сообразительных из переселенцев удалось с грехом пополам огнестрельным оружием пользоваться…Впрочем, заряжать патроны и стрелять не так уж и сложно. Уж если медведя могут при большом старании научить кататься на мотоцикле, то человек как существо разумное вполне способно заучить последовательность из нескольких нехитрых действий, ведущих к поражению цели. Вот с обслуживанием своих винтовок и автоматов у подобных солдат наблюдаются сложности, не все выходцы из примитивного общества понимают, что тщательная чистка важнее заговоров на удачу, нанесенной на лицо камуфляжной раскраски или там ритуального намазывания приклада кровью убитого врага. Впрочем…Учитывая то, сколько разной магической дряни теперь вокруг, может кому-нибудь из них и удастся сделать свое любимое оружие артефактом. А то и, чем черт не шутит, хотя бы условно живым существом….В последнем случае главное, чтобы оно вдруг бунт не подняло, отказываясь стрелять или самостоятельно выбирая цели для своих пуль.

— Какого черта?! — Вдруг раздался вопль из недр ближайшего броневика. И был он настолько громким, что даже пройдя через щели бойниц заставил меня, да и не только меня вообще-то, рефлекторно дернуться. — Что за хрень эти гнилые пиявки натравили на мои беспилотники?!

Возмущение одного из операторов дронов имело под собой весьма серьезные основания. На перехват наших беспилотников нежить направила свою малую авиацию. Громадные летучие мыши, стаи которых вылетели сразу из трех сараев, набросилась на сделанные в Новокузьминске машины, царапая корпус своими лапами, хлеща крыльями или просто тараня головой. Некоторые животные несли на себе отчетливые следы разложения, но в воздухе их тушки все равно держались довольно ловко. Пытающиеся отмахаться своими клинками «Комары» иногда успеха конечно достигали…Но большей частью случайно и потому, что дохлые зверьки знать не знали о тактике и зачастую мешали друг другу. Правда с учетом того, что некоторые твари весили килограмм пять или шесть, а изделия наших мастеров брони на себе как-то не несли, силы собранные для уничтожения оплота вампиров начала нести первые потери. Хорошо хоть сугубо имущественные…Пока.

— Сейчас мы уберем эту мерзость, но могут быть потери среди ваших летающих големов и в те-ле-ка-ме-ры сейчас вам лучше не смотреть, — пока я наблюдал за битвой, Лара уже успела вырастить прямо на рукаве своей одежды какой-то цветок, из бутона которого неслась певучая, но судя по интонациям сильно нецензурная речь. — Наши маги используют сильные чары Света. Глазам может быть больно.

Глаза от монитора ближайшего контрольного ноутбука я отвел. А вот зажмурить их не догадался, и потому на несколько секунд почти ослеп, когда в небе, там где находилось максимальное скопление дронов и атаковавших их тварей, словно термоядерный взрыв случился. Нет, характерного грибовидного облака не появилось, как и ударной волны…Но брызнувший во все стороны слепящий свет был ярким в достаточной степени, чтобы лицу и прочим открытым частям тела даже стало горячо. Правда, угас он всего секунды через три, но это были довольно мучительные три секунды, когда не помогали ни сомкнутые веки, ни даже прижатые к глазам ладони.

— Ну не фига себе праздничный салют! — В глазах плясали солнечные зайчики, а где-то над ухом раздался голос Мирохина, в котором смешалось сразу и удивление, и испуг. Хоть бы только никто у нас навсегда не ослеп, а то ведь союз с дриадами тогда точно подвиснет… — Собственно, а на кой черт мы-то вам нужны были, если имелась возможность всю эту вампирическую шоблу разом сжечь к едрене фене?!

— К сожалению, Молот Света хорошо действует лишь на всякую мелочевку вроде прячущихся в траве мелких немертвых змеек и птиц-шпионов. Уже обычного живого мертвеца он скорее разозлит, чем ранит, — пожаловалось серебристого цвета пятно голосом Лары. — Да и наши маги могут использовать такие чары лишь три раза подряд…Если больше никаких использовать не будут.

Минуты через полторы-две я все-таки сумел проморгаться и обнаружил, что хотя количество дронов сократилось в итоге на четверть, но от пытавшихся остановить их летучих мышей вообще ничего не осталось. Ну, может мусор какой на земле валялся. И машины, сделанные в Новокузьминске, уверенно двигались прежним курсом, готовясь вывалить на вражеские укрепления свой смертоносный груз. Камеры беспилотников слегка затуманились из-за вставших на пути машин ядовитых испарений, которые вампиры поставили на пути техники видимо просто от безысходности, но все-таки объективы летучих убийц позволили полюбоваться на аванпост нежити, возведенный не на руинах нашей цивилизации, а в чистом поле. И, честно сказать, он как-то не впечатлял. Да, формально территория этого укрепления была весьма значительной, но возведенные из чего попало кривобокие сарайчики, лишенные крыши загоны, заросшие грязью корпуса автомобилей и несколько десятков поставленных на колеса вагончиков напоминали скорее лагерь одичавших бомжей, чем укрепление воинствующей империи, контролирующей территории в нескольких мирах. Более-менее прилично смотрелся лишь единственный трехэтажный особняк, явно принадлежащий самому главному начальству и построенный профессиональными строителями, использующими качественные материалы вместо листов фанеры, жести и неошкуренных стволов деревьев, да четыре окружающих его двухэтажных домика для шишек рангом поменьше. По периметру укрепления шел глубокий ров с какой-то грязной жижей, а также ограда из столбов, между которыми было очень плотно натянуто очень много колючей проволоки. Дабы рабы не смогли убежать и не были съедены случайно забредшими хищниками вполне достаточно, а большего кровососам и не требовалось. Портал в виде мерцающего радужного марева тоже ничем от любой другой пространственной аномалии не отличался. Перенацеливали его, по всей видимости, без участия технических средств, одной лишь магией.

Из сараев побольше и похуже качеством крупными отрядами выбиралась на свободу нежить, причем обычных зомби среди них как-то и не было. Исключительно мутанты, причем изменения шли всего по двум шаблонам, явно навязанным им искусственно. Наиболее многочисленными были громадные человекоподобные туши ростом под три метра и весом килограмм под пятьсот, закованные в грубую толстую броню, сделанную из чего попало: обрезки металла, куски труб, автомобильные шины, кажется, кто-то даже облицовочную плитку использовал. С собой они таскали большущие щиты, а в качестве вооружения использовали как собственные когти, так и длинные дубины, лишенные шипов или каких-то иных выступающих деталей, но представляющих нешуточную угрозу за счет одной своей массы. Вероятнее всего, это были воины каких-то примитивных цивилизаций, чьи тела даже после смерти сохранили навыки владения колюще-режуще-дробящими игрушками. А вот шлемы у всех были глухие, без прорези для пасти. Видимо, чтобы на пойманную живую добычу рот без дозволения вампиров не разевали. Учитывая обычную толерантность нежити к повреждениям, остановить хотя бы один этот неживой танки становилось непростой задачей даже для тех, у кого в хозяйстве пулемет завалялся. Второй крупной группой войск являлись худощавые поджарые твари с вытянутыми вперед клыкастыми мордами, перемотанными множеством ремней. Передвигались данные ходячие трупы весьма шустро как на двух, так и на всех четырех конечностях и легко влезали на стены зданий, сильно напоминая не то гибрид обезьяны с собаками гончих пород, не то оборотней-дистрофиков. Данная разновидность покойников явно была заточена не на столкновение лоб в лоб, а на выслеживание и преследование убегающей добычи в сложнопересеченной местности, вроде леса или городской застройки. Постройки поменьше, но зато чуть лучше качеством и по крайней мере без дырок в стенах и крыше, выпускали из себя охранников с холодным и огнестрельным оружием, причем последнее быстро нацеливалось в небеса…И никуда не попадало, поскольку охотничьи ружья или автоматы Калашникова плоховато подходят для поражения целей, не снижающихся ниже километра. Сегодня в точечном бомбометании не было нужды, и даже к «Комарам» вместо боеприпасов направленного взрыва прицепили либо кислотных слизней, либо зажигательные бомбы. Разведка дриад установила, что последних пленников вывезли в Саратов еще два дня назад а новой партии кровососы наловить пока не успели. Отдельные исключения, вроде личных игрушек, выполняющих грязную работу слуг и запаса деликатесного провианта для заправляющих здесь вампиров были признаны допустимыми жертвами, поскольку чтобы иметь хотя бы шанс освободить их мы должны были бы заплатить куда большим количеством жизней. И не в разы, а скорее уж на порядки.

Глава 18

— Офигеть, — только и смогла сказать Гуля, тряся головой и протирая глаза кулачками даже несмотря на то, что руки призывательницы духов были облачены в тонкие, но прочные боевые перчатки. По счастью, экстренно натягивать поверх брони еще и костюм химической защиты или хотя бы противогаз нам пока не требовалось. Световой удар заставил управляющих ядовитым облаком вампиров потерять контроль над ветром, и отлично видимую невооруженным глазом мутновато-желтую хмарь унесло черт знает куда. Будь разделяющее нас расстояние меньше, и кровососы бы давно всех передушили, однако, как и докладывали дриады, на расстоянии почти в десяток километров их колдовство оказалось малоэффективным. Сами дети природы, правда, на подобной дистанции тоже не блистали…Но вот земляне отлично научились убивать и воевать, когда другую сторону конфликта без бинокля и не разглядишь. — У меня галлюцинации или я и в самом деле это вижу?!

— Если ты про упыря в облегающем комбинезоне, который забрался на крышу самого высокого особняка и пытается размахивать белым флагом, то он не галлюцинация, а объективная реальность, — сообщил я девушке, внимательно разглядывая на мониторе последствия первого налета нашей авиации. Сами дроны уже развернулись и легли на обратный курс, чтобы взять новую бомбовую нагрузку и поэтому любоваться картиной разрушений во вражеском укреплении ничего не мешало. Упавшие с высоты гостиницы часть сараев развалили, а часть подожгли. Особняки кровососов, к сожалению, прикрыло каким-то многослойным магическим щитом и даже кислотные слизни, во множестве размазавшиеся о преграду, не смогли истощить прочность этого барьера, по мерцающим стенкам которого прямо сейчас стекали десятки литров пылающего напалма. Живой и неживой силе противника конечно же тоже досталось. И если бронированных гигантов выбило лишь пару штук, из тех кто оказался в очень неудачном месте в очень неудачное время, то вот потери тех же худощавых немертвых бегунов измерялись, по меньшей мере, десятками. Человеческие фигурки с оружием в руках тоже тут и там лежали на земле. Прислужники кровососов явно не привыкли к воздушным ударам, а потому не знали, как себя правильно вести в подобной ситуации. — Но я так считаю, этот призыв к переговорам нам лучше не услышать. Кровососы явно тянут время. И чего-то я не помню, чтобы они хоть раз заморачивались соблюдением правил ведения цивилизованной войны…

— Факт, — согласился Мирохин, почесывая подбородок. — Они же не знают, что мы уже знаем про идущее из Саратова войско…А может ритуал какой поганый готовят…В общем, каждая минута у них на счету, и затянуть дело переговорами выглядит очень даже соблазнительным тактическим ходом. Но мы, к сожалению, такой роскоши себе сейчас позволить не сможем и потому будем бомбить до последнего.

— А если они согласятся отпустить рабов в обмен на то, что мы уберемся восвояси? — Осторожно поинтересовалась Гуля. — Среди тех ведь точно есть земляне…Да и дриад хоть парочку уроды наверняка оставили для личного употребления, ведь как это так, носить воду и не напиться… А завтра можем и вернуться. Или через неделю.

— Нежить не ожидала того, что ей придется иметь дело сразу и с вами, и с нами. — Возразила Лара. — Иначе не послали бы они своих крылатых тварей на ваши летающие машины совсем без прикрытия от площадных чар. Сегодня мы имеем преимущество…Но вот завтра его уже не будет.

Дроны достигли грузовиков с которых стартовали совсем недавно, и наши инженеры принялись проворно цеплять к ним новые боеприпасы. К сожалению, процесс не всегда происходил гладко. На одной из машин кто-то кого-то толкнул, и в результате сразу пять или шесть кислотных слизней оказалось раздавлено. Точно установить виновника маленькой катастрофы не представлялось возможным…И похоронить тоже…Брызнувшие во все стороны капельки кислоты разъели и человеческую плоть, и зависших в воздухе беспилотников, и кузов машины, и даже стенки многоярусных ящиков где своего часа дожидались другие живые боеприпасы. В результате оказались серьезно травмированы и самоуничтожились новые зверушки, чьи останки окончательно добили поставленный на колеса мини-авианосец. В результате всего секунд за двадцать от большегрузного бронированного автомобиля с его экипажем осталась только груда перекореженного хлама, издырявленная и оплывшая кабина, предусмотрительно куривший далеко в стороне водитель да расползающиеся во все стороны на своих ложноножках обманчиво-безобидные комочки.

— Жуткие существа, — аж вздрогнула Лара, наблюдая за тем, как наши бойцы ловят беглецов, пока они никому под ноги или под колеса не подвернулись, очень стараясь действовать максимально бережно и аккуратно. Вряд ли эти люди даже своих любимых так нежно трогали, как недовольно махающих ложноножками толстеньких откормленных слизней. — Мне даже страшно представить, в каком мире они могли зародиться и чего еще там водится…

— Может, они были выведены искусственно? — Предположил я, самостоятельно подбирая ползущую в нашем направлении тварюшку, развившую очень даже неплохую скорость по меркам своих собратьев. Видимо тряска в грузовике и сидение в ящике вплотную с сородичами ей ну очень сильно не понравились! — Это же как удобно, саморазмножающиеся боеприпасы, которым дай ведро помоев и пополнишь арсенал…

— Маловероятно, — возразила дриада, которая о живых существах и пригодной для их изменения магии знала довольно-таки много. Во всяком случае, химеризацию нашего домашнего скота её сородичи в числе своих услуг предлагали, пусть и по очень дорогой цене. Как и телесные модификации существ разумных. — Такая убойная мощь в таком нелепом теле, не способном ни быстро бежать к своей цели, ни плыть к ней, ни лететь, ни даже закопаться в землю по пути…Это даже не стрельба из пушки по воробьям. Это попытка бороться с появившимся в саду муравейником при помощи тер-мо-я-дер-ной бомбы.

Ветер вновь погнал ядовитую хмарь в нашу сторону…Но потом Лара чего-то скомандовала в выросший на рукаве цветок, и отраву прибило к земле маленьким локальным дождичком. Одновременно противодействовать магии вампиров и драться с нежитью волшебники дриад не могли. Однако против того, чтобы подгадить им оставляя саму потасовку союзникам ничего не имели. И это лично меня очень радовало, обливаться потом в костюме химической защиты не хотелось ну вот прямо абсолютно! Беспилотники с прицепленными к ним бомбами вновь отправились в путь, двигаясь единой волной, а из земли прямо рядом с нами всплыла еще одна дриада, только на сей раз облаченная не в скрывающий все и вся комбинезон, а в нечто вроде украшенной стразами легкомысленной маечки алого цвета и того же материала мини-юбку. Ну, прямо очень мини и даже с чем-то вроде выреза на тыльной части. Девушке определенно не надо было наклоняться ради того, чтобы продемонстрировать всем окружающим свои белые трусики, их и так было вполне неплохо видно. Правда, из образа крайне легкомысленной любительницы амурных приключений несколько выбивался сжатый в руке четырехугольный барабан. Инструмент по размерам мало уступал своей хозяйке, непрерывно гудел, будто изнутри в него бьются очень злые пчелы, да вдобавок верхняя его плоскость была инкрустирована клыкастыми вампирскими черепами, смотрящими во все стороны одновременно. И зубы их непрерывно клацали друг об друга, словно пытаясь даже сейчас вцепиться в живую плоть.

— Боюсь, у нас может быть даже меньше времени, чем вы думаете. — Заявила Лара, выслушав короткий доклад своей крайне фривольно одетой соплеменницы. Только вот почему-то блестяшки на её скудной одежде мерцали в такт гудению барабана и клацанью вампирских черепов. Может конечно это просто показуха…Но я скорее уж поверю в то, что все эти вещи являются частью одного комплекта артефактов, повторить которые мастера Новокузьминска в ближайшем десятилетии не смогут и попытаться. — Маги моего народа прямо сейчас блокируют процесс телепортации…Вернее, ставят помехи оной. А площадок, на которые могут прибыть костяные треноги или передвижные костяные ковчеги, везущие ударные группы вампиров, в этом укреплении целых четыре! И слишком долго ставить палки в колеса нежити не получится, у нас есть максимум минут тридцать — тридцать пять. Потом велик шанс, что кто-нибудь все же прорвется, мы на такое количество тупо не рассчитывали.

— Ничего страшного, война дело такое, всегда чего-нибудь идет не по плану, — успокоил её Мирохин, который и говорил вроде ровно, а вот лицо имел сильно перекошенное. Видимо вспомнил результаты столкновения всего с одной треногой и представил, какие потери нам сразу четыре подобных фиговины нанесут. — Хотя, конечно, сюрпризы такого масштаба встречаются не каждый день… Нас тут явно ждали…Или может вас…В общем, рассчитывали кого-то подловить с голой жопой…

— Четыре площадки для телепортации…Под землей они что ли? — Удивился я, внимательно разглядывая планировку вражеских укреплений. Самым простым, да в общем-то и единственным способом борьбы с противником, который может возникнуть из воздуха, военная доктрина Новокузьминска считала разрушения мест, куда и переносились объекты. Ну, если не привлекать союзные силы дриад, однако в будущем у них ведь может и не иметься такой личной заинтересованности в войне с кровососами. — На поверхности же ничего такого нет!

— Вряд ли, это сделало бы их слишком уязвимыми для представителей моего народа, — неуверенно пожала плечами Лара. — Возможно, какие-то сараи не так просты, как кажутся?

— Тогда надо бить по тем, которые кажутся самыми погаными и должны вот-вот ветра сами развалиться, — решила Гуля. — Что? Это же логично! На такие развалюхи никто сил тратить не будет, ожидая найти там не то склад битого кирпича, не то запас гнилой репы для рабов, не то еще какие «ценности» подобного рода. Вояки, хоть наши, хоть ваши, в первую очередь будут атаковать не особняки кровососов, так казармы прислужников или логова тварей, а про ветхие халупы и думать не станут!

— Ладно, пройдемся частым гребнем ковровых бомбардировок по всему подряд, — признал я правоту слов девушки. — На рейс туда-обратно вместе с перезарядкой у беспилотников уходит минут семь-восемь. Значит, если мы не сумеем найти и разрушить площадки для телепортации, после второй, ну максимум третьей волны бомбардировок надо будет основным силам идти на сближение, чтобы там все основательно пушками с землей перемешать. А не то все будет зря. Когда мы уйдем, противник просто дырки в сараях залатает, да и все.

— Многие кровососы становятся очень трусливы, когда возникает реальная угроза их бессмертию. — Пожала плечами Лара. — Будем надеяться, что если площадки для телепортации окажутся разрушены, нервы у вампиров не выдержат раньше, и они пойдут на прорыв в сторону ядовитого облака. Тогда их будет уничтожить проще, ведь войска моего народа уже давно готовы перехватить нежить.

Еще дважды наши беспилотники обрушивали на вампиров свой смертоносный груз, встречая лишь ограниченное сопротивление. Несколько десятков машин погибло, но оставшиеся сотни с полна расквитались за это с нежитью и её прислужниками, неся окончательную смерть и разрушения. И наносимые там и сям удары действительно позволили обнаружить нам расположение тех мест, куда мгновенно могло бы прибыть вражеское подкрепление. Два ветхих с виду навеса, расположенных на окраине лагеря отказывались рушиться, сколько бы бомб на них не скидывали, поскольку пестрящие дырами крышу защищала магия не менее могучая, чем барьеры над особняками вампиров. Сверхъестественную стойкость также показал и один из загонов для рабов, ограда которого отказывалась падать несмотря на близкие взрывы, а падающие в центр кислотные слизни или потоки горящего напалма уводились в стороны потоками ураганного ветра. Где находится четвертая площадка для телепортации так и осталось неясным, но время утекало, и поэтому вместе с третьей волной дронов-бомбардировщиков вперед двинулись и броневики, двигающиеся широким фронтом.

Скоординировав свои удары при помощи радиосвязи, артиллеристы с максимальной дистанции обрушили сотни снарядов сначала на стену по периметру вражеских укреплений, а потом и на те два фальшивых сарая, которые находились на самой окраине вражеских укреплений. Половина из них промахнулась, либо взрыхлив султанами взрывов землю перед стеной, либо запулив смертоносный подарочек куда-то слишком далеко. Сказывалось то, что у нас было не так уж и много практических стрельб, ведь боеприпасы стоили дорого, пусть даже оплатой и являлся сугубо труд жителей анклава. Однако и пришедшихся в цель выстрелов хватило, чтобы столбы и колючую проволоку внешней ограды разметало вдребезги в первую же минуту. А вот сараи устояли. И после второго залпа тоже, несмотря на то, что его поддержали и беспилотники, сверху вывалившие на них все свои бомбы. И лишь третий массированный удар, когда вместе с начиненными взрывчаткой стальными снарядами в воздух взвились и сотворенные волшебниками огненные болиды, позволил уничтожить один из них, и серьезно повредить второй. К сожалению, за эту маленькую победу нам пришлось заплатить свою цену. Сочтя дистанцию подходящей для применения своих дальнобойных заклинаний, вампиры ударили. И сделали они это не один и не два, а целых два десятка раз, отправляя в нас могущественные чары едва ли не с пулеметной скоростью. Сверкающие алые копья без промаха били по машинам, вгрызаясь в их броню и пробивая себе дорогу внутрь, невзирая ни на толщину стальных листов, ни на упрочняющие ритуалы, которым была подвергнута металлическая обшивка. И уже внутри корпуса они вспухали брызжущими во все стороны кровавыми иглами, способными в клочья разодрать человеческие тела…Маленьким облегчением было то, что отнюдь не всегда пробитие означало гибель экипажа. Ничем не защищенных людей в нашей армии просто не было, даже если они наводчики или водители, а удары этих колдовских «шрапнелин» личная броня и защитные амулеты не держали, так ослабляли. Вдобавок в отличии от обычных кусков металла созданные волшебством конструкты от внутренних стенок броневиков не могли рикошетить, а потому после столкновения превращались в то, чем и были изначально. Чью-то кровь. Убитых у нас имелось порядочно, но все же фатально не повезло лишь тем, кому не повезло получить удар в открытое лицо или там оказаться прямо рядом с местом, где детонировало алое копье, остальные отделывались ранами.

— Все, ах! Можно, ой… Больше не спешить! — С трудом выдохнула Лара, позеленевшая еще больше, хотя казалось бы дальше девушке уже некуда. Командный броневик, куда мы оперативно загрузились, стрелял вместе со всеми, и когда к тряске и вони выхлопных газов добавилась пороховая вонь, дриаду натуральным образом скрутило. Желудок дипломата явно пытался покинуть свою хозяйку через горло, и плещущийся сейчас где-то у нас под ногами завтрак вкупе со стоящей в воздухе кислой вонью являлся тому наглядным доказательством. — Мне доложили…Две площадки больше не работают… Оставшиеся мы удержим, сколько надо столько и удержим…

— Отходим обратно на рубеж один! — Мгновенно отреагировал Мирохин. — Терять людей больше нет нужды, теперь можно спокойно бомбить ублюдков…

К сожалению, вампиры не были идиотами и поняли смысл наших маневров чуть ли не раньше, чем мы успели их завершить. И позволять себя безнаказанно бомбить они больше не собирались, явно придя к выводу, что размен будет не в их пользу, ведь после того как окажется выбиты рядовые монстры и прислужники, наши броневики быстро раскатают оставшихся в одиночестве кровососов несмотря ни на какие защитные барьеры и магические удары. И пусть Лара рассчитывала, что оказавшись припертыми к стенке, враги попытаются отступить, на сей раз расчет на трусость противника не окупился. Из распахнувшихся ворот лагеря прямо к нам потекла настоящая волна мутировавших трупов, среди которой тут и там виднелись не только прислужники с ружьями или автоматами, но и облаченные в балахонистые одежды фигурки с громадными мечами. А сопровождал их десяток чудовищ, напоминающих огромных летучих мышей, вокруг которых мерцало алое сияние. Причем иллюминация нужна была не только для красоты — снаряды, приближающиеся к силам противника, прямо в воздухе перехватывались тонкими усиками красного света и разрезались на части. Видимо вражеское командование, сейчас пребывающее в боевой трансформации, решило, что раз оно проигрывает по очкам в сверхдальнем бою, то нет смысла терять свое пушечное мясо под падающими с неба бомбами и лучше бросить его в атаку. А поскольку одно оно лишь бесславно подохнет, то следует составить ему компанию и прикрыть своей магией, дабы обычные ходячие трупы нанесли обнаглевшим людям хоть какой-то урон. Более того, вампиры выложили на стол уже третью порцию своих козырных карт, и оставалось лишь надеяться на то, что этот козырь у них самый последний. Из глубин ядовитого облака, разгоняя мутную взвесь отравы своими крыльями, появились костяные драконы. Твари, напоминающих сцепленные скелеты крокодила и птеродактиля, были не очень-то и большими. Метров пять, может шесть. И насчитывалось их всего четверо. Вот только тонкие остовы были почти везде прикрыты броней из то ли темного стекла, то ли очень блестящего на солнце металла, и идущие по пластинам этого странного материала матовые узоры очень сильно напоминали рисунок рун. Не следовало долго думать, чтобы понять — силы империи нежити намеревались применить против нас свои аналоги боевых вертолетов.

Глава 19

— Отступаем на рубеж номер два! И даже дальше! — Начал сыпать приказами Мирохин, машинально повысив голос так, словно он пытался доораться до остальных наших вооруженных сил без помощи рации. Впрочем, волнение бывшего военного, сейчас руководящего вооруженными силами Новокузьминска, было вполне понятным. Твари двигались намного быстрее, чем можно было ожидать! И ладно еще, драконы или худощавые мутанты в намордниках, но ведь и закованные в броню амбалы перебирали своими ножищами с такой скоростью, будто их привычной добычей являлись как минимум гепарды! — Держим дистанцию и стреляем! По такой толпе промазать это надо умудриться! А если и промажете, то и фиг с ним, главное не останавливайтесь и давите на газ!!!

Десяток беспилотников, которые пополнили боекомплект чуть позже остальных из-за медлительности заряжающих и не успели сбросить свой груз на цель попытались ударить костяным драконам лоб в лоб. Шестеро оказались слишком медлительными и монстры пронеслись мимо них, как достойные зарплаты мимо честных трудяг, а четверо оставшихся размазались по невидимым, но очень даже существующим магическим щитам словно мухи об ветровое стекло гоночного автомобиля. Твари даже не замедлились, более того, они атаковать начали наплевав на то, что дистанция между нами пока еще измеряется километрами. В раскрывшихся пастях чудовищ заклубился ядовито-синий туман, а спустя мгновение он обернулся стрелами магической энергии, без промаха потянувшейся к броневикам…И в трех случаях атаки нарвалась на энергетические преграды очень вовремя поставленные чародеями моей гильдии. Отразить удары совсем чисто руны не смогли, но сбили прицел достаточно, чтобы колдовство жахнуло рядом с набирающими скорость машинами, но все-таки не точно в них. Да, в разные стороны от места попаданий полетели клочья земли и какие-то подозрительные всполохи, но обшивка боевых грузовиков выдержала это испытание с блеском! Последняя же атака ударила в уже и без того основательно поврежденный алыми копьями броневик и на сей раз надеяться на выживание экипажа явно не имело смысла. Машину всю перекрутило, выгнуло и разодрало в стороны, обнажив её изувеченные внутренности подобно какому-то экзотическому цветку. Не уверен, что от людей внутри осталось достаточно, дабы имело смысл хоронить их хотя бы в закрытом гробу, а не просто зарыть на кладбище символическую пустую коробку. Мда уж…Сочетание скорости, маневренности, прочности и огневой мощи у костяных драконов получилось действительно впечатляющее. Пожалуй, если бы Зеленевич и его коллеги встретили на своих этажерках эту немертвую эскадрилью, то парой десятков бипланов у маршала Крючкова стало бы меньше.

— Черт побери, а в прошлый раз оно как-то полегче было… — Выдохнул я, сжимая в руке зачарованный перстень и дожидаясь, пока враг подойдет на дистанцию атаки. К сожалению, до этого момента оставалось недолго, максимум секунд тридцать, ну может сорок, если сильно повезет. Твари явно двигались быстрее наших броневиков, которые никогда для гонок в общем-то и не предназначались.

— Прошлый раз вы имели дело с тыловыми частями, задачей которых являлась больше переработка ресурсов, чем удержание территории. А сегодня видите элитные силы империи нежити, которые практически все своё время либо ходят в набеги на не самые простые цели и постоянно ожидают того, что их очередную базу какие-нибудь мстители попробуют смести с лица земли. — Заметила Лара, которая от волнения даже забыла про свою тошноту…Или просто в желудке у девушки больше уже совсем ничего не осталось. Однако как бы там ни было, дриада не выглядела встревоженной сложившейся ситуацией, скорее уж наоборот. На её зеленом личике отчетливо читалось мрачное предвкушение, которое я уже не раз видел на лице тех людей, кто собирается предъявить кровавый счет к оплате и сполна расплатиться за свои потери и боль. — Впрочем, в прошлый раз с вами не было и нас…И судя по тому, как действуют кровососы, они еще не сумели сообразить, что имеют дело с Общиной Серебряного Ясеня, а не просто с какими-то человеческими колдунами!

Костяные драконы нанесли по нам новый удар, но огромные синие стрелы, сотканные из магической энергии, оказались разорваны на несколько кусков, не пройдя и половины расстояния, отделяющего их от броневиков. Они были перехвачены другими стрелами, не такими большими, но также не содержащими в себе ни грамма обычной материи. Лучникам дриад, всплывавшим из земли тут и там, но неизменно делающим это на солидном удалении от противника, далеко не всегда требовалась такая тривиальная вещь, как изготовленные в какой-нибудь кузнице боеприпасы. Высокие силуэты в облегающей броне делали на огромной скорости по два-три выстрела, прежде чем снова исчезнуть без следа, не оставляя ответному огню ни шанса. И в зависимости от того, какую тетиву своего артефактного оружия они использовали, нежить оказывалась «обрадована» теми или иными магическими эффектами. Одни снаряды поджигали свои цели растекающимся во все стороны белым пламенем, и большая часть таких влетела под хвост костяным драконам. Другие, обрушившиеся на толпу мутировавших трупов, являлись аналогом бронебойных снарядов и со свистом пролетали сразу через нескольких немертвых, оставляя в их телах аккуратные круглые дыры либо же отрывая части тел к чертям собачьим. Третьи втыкались в землю перед ногами прущей в лобовую атаку орды и создавали вокруг себя то ли зыбучие пески, то ли болото, в котом самые резвые твари взяли, создавая затор…И зачастую оказывались растоптанными идущими следом чудовищами, либо не подумавшими затормозить, либо просто не успевшими это сделать. Имелись в арсенале детей природы и иные экзотические эффекты, заставляющие врага покрыться слоем атакующей соседние цели хищной травы, ледяной коркой или электрическими разрядами, однако они применялись в разы реже основных типов, поскольку требовали то ли особого мастерства, то ли слишком большого расхода энергии.

— Вооот! Это уже другой разговор! — С довольной улыбкой протянул Мирохин, наблюдая за тем, как живые мертвецы один за другим превращаются в груды окончательно дохлого мяса. Пусть дриад на поле боя было совсем немного, но почти каждый из них за несколько секунд вывел из строя двух-трех противников, в рукопашной без сомнения способных растерзать с десяток людей…Ну, если говорить не о наших бойцах, а о тех мирных жителях кто просто взял в руки охотничьи ружья или призывников маршала Крючкова, вряд ли имеющих хорошую военную подготовку. Ну а против каких-нибудь крестьян с вилами, составляющих основную массу населения менее развитых миров, эффективность армии вампиров и представить было сложно. — Только…Почему лучники остановились и опять под землю попрятались?!

— Остановились, чтобы тетивы их оружия могла накопить достаточно энергии на следующие выстрел. Наши артефакты перезаряжаются быстро, но все-таки не мгновенно, — пояснила Лара. — Ну а под землю ушли, чтобы сменить позицию и спокойно ждать возможности для следующей атаки. Я же вроде бы уже объясняла, как действуют наши войска…

— Да-да, но у меня все из головы вылетело, — отмахнулся от неё Мирохин. — Да и немудрено. Все-таки одно дело слышать о вашей тактике, а совсем другое — видеть её своими глазами.

Из четырех костяных драконов один оказался сбит к чертям собачьим и теперь тихонько тлел, превратившись в большой костер, а оставшиеся три хоть и держались в воздухе, но тоже не остались невредимыми. Не то, чтобы монстры были с тыла абсолютно беззащитны: из десятков летящих в спину зачарованных стрел примерно половина оказалась остановлена магическими щитами. Но видимо барьеры с этого направления заметно уступали лобовым, ведь оставшаяся-то все же до огромных крылатых скелетов добралась. И если не скользнула в незначительные на первый взгляд щели, то исправно воткнулась в покрытую рунами металлическую обшивку. Белый огонь, быстро распространяющийся во все стороны от снарядов, сработанных дриадами, довольно легко затекал под пластинчатую броню, уничтожая и не металл, а скрытые под ним остовы. Из вроде бы не пострадавших частей тела костяных драконов тут и там начинали бить языки пламени, словно из прохудившегося газопровода. Но даже в таком состоянии вражеская авиация оставалась смертельно опасной. Руны на их броне засветились и принялись потоком извергать уже прекрасно знакомые нам огненные пульсары, только они летели куда как более крупными гроздьями чем те, которые могли создавать наши маги. Мысленно я уже подготовился к крупным потерям, ведь если самонаводящиеся сгустки энергии ударят всего в пять-шесть машин, те не спасет никакая защита, но как это ни странно, большая часть вражеского волшебства направилась не в нашу сторону, а вонзилась в землю там, где еще совсем недавно находились лучники дриад. И судя по тому, как перекривилось лицо Лары, она испытывала серьезные опасения за своих сородичей…Ну или просто желудок девушки в очередной раз пытался выпрыгнуть из горла хозяйки и уйти в автономное плавание.

К сожалению, этим наши неприятности не заканчивались. Орда мутировавших ходячих трупов под предводительством летающих вампиров, которые вроде бы из своего числа так никого и не потеряли, ускорилась еще больше, хотя казалось бы, дальше им уже некуда. Ну не предназначены лапы и ноги для того, чтобы передвигаться со скоростью пары сотен километров в час! Они должны были от таких нагрузок чисто физически оторваться к чертям собачьим! Вот только не отрывались и даже не замедляли темпа…И ни выстрелы орудий ни пулеметные очереди не смогли серьезно замедлить эту поредевшую в количестве, но все еще очень и очень многочисленную толпу ужасных монстров. Себя вампиры защищали отменно и не один не упал, хотя пришлепнуть их ну просто очень старались, а вот пушечное мясо по полной оправдало свое название. Твари, в прошлом бывшие людьми или как минимум кем-то человекоподобным, падали и катились по земле словно кегли из-за расходящейся от места взрыва ударной волны или куска свинца, прилетевшего встречным курсом. Но поднимались и снова бежали вперед с упорством, явно достойным лучшего применения, если только их не разорвало на куски или хотя бы не калечило, оторвав пару конечностей. Однако даже подобные недобитки уверенно вставали на прежний курс, пусть и вынужденно перейдя с галопа на очень даже шустрое ковыляние. Свое веское слово сказала боевая магия, когда едва ли не целая сотня бешено вращающихся ледяных дисков в разнобой устремились навстречу набегающим чудовищам. Против небронированной живой силы, ну или не совсем живой, они были действительно страшным оружием, работая как гигантские промышленные мясорубки. Вырвавшиеся вперед долговязые бегуны в намордниках потеряли не меньше половины своего оставшегося числа за считанные секунды, поскольку очень немногие смогли либо поднырнуть под летящие горизонтально мясорубки изо льда, либо перепрыгнуть их. А кто не смог, то лишался либо головы, либо каких-нибудь конечностей, либо вообще падал на землю двумя отдельными кусками. Однако броня гигантов, топавших следом за своими более проворными собратьями, оказалась этим волшебным циркуляркам не по зубам. Одна за другой они натыкались на подобную преграду и разлетались в разные стороны сверкающим крошевом, оставляя после себя либо глубокую зарубку на доспехах, либо, в лучшем случае, одно единственное частично расчлененное немертвое тело, которое больше не могло функционировать как раньше по причине потери части черепа или повреждений позвоночника, или еще каких-нибудь столь же тяжелых трав. Кровососам достались пустотные кляксы и огненные пульсары, ибо мы изначально предполагали их хорошую защищенность и еще задолго до выхода из Новокузьминска договорились мочить главных упырей крупными калибрами, но проклятые твари опять обошлись без потерь! Либо уроды избегали чар, доворачивающих к цели, но все же не способных заложить слишком крутой вираж, при помощи головоломных воздушных кульбитов, либо принимая их на свои до жути эффективные барьеры. А сделать еще один залп пока противник не подошел вплотную чародеи Новокузьминска, увы, не успели.

— Да хрен ли эти трупаки такие шустрые?! — Успел громко возмутиться наш водитель, прежде чем командный броневик содрогнулся от ударов, а находящиеся внутри люди и одна дриада почти оглохли. Казалось, будто мы находимся в огромном колоколе, по которому поленившийся прочитать инструкцию к этому музыкальному инструменту звонарь, в прошлом работавший барабанщиком, лупит сразу двумя кувалдами в попытке сбацать нечто энергичное и зажигательное. И пусть первые взмахи огромных дубин, использовали набранную за время бега инерцию, но даже после вступительного сеанса рукопашной обшитый толстыми стальными плитами грузовик трясся весь и сразу, такова оказалась мощь немертвых гигантов. Причем они умудрялись дубасить нас, не переставая перебирать ногами и легко поддерживая скорость броневика, чей двигатель ревел выжимая из себя все возможное и невозможное.

— Какого хрена дриады нас об этих немертвых танках не предупредили?! — Искренне возмутился я, через бойницу в упор всаживая пустотную кляксу в уже малость потрепанного великана, на чьих доспехах помимо множества царапин виднелась и небольшая рваная дыра в районе левого плеча. Явно осколком зацепило не то от бомбы, не то от снаряда…В неё и было направленно заклинание, значительно расширившее пролом и сожравшее большой кусок немертвой плоти под ним. Монстр пошатнулся, но устоял, пусть даже одна рука его повисла как плеть. Но он и второй удержал свой громадный боевой дрын и продолжил дубасить им машину, активно вминая внутрь бронированный корпус. Правда, потом его из соседней машины обдали напалмом, и видимо просочившаяся к телу горящая жидкость пришлась очень не по вкусу той сущности, которая анимировала мутировавший труп, но на место упавшей образины тот час же заявилась другая. Кажется, еще более высокая и широкоплечая, да еще и абсолютно целая. — Мы бы подготовились! Мин противотанковых наделали…Лара, ты меня вообще слышишь?!

— А?! Чего?! — Дриада от всей этой тряски и какофонии была уже даже не зеленой, а какой-то серой, прямо как только-только завязавшийся на ветке помидор. Однако с её рук срывались какие-то то ли лезвия, то ли листья, сплошным потоком лившиеся в щель на крыше…Так, а откуда у нас на крыше эта щель?!

— Выпороть надо вашу разведку! — Рявкнул я во все горло, спуская град огненных пульсаров на излишне быструю и сильную нежить, отшибившую к чертям собачьим своей дубиной правое переднее колес у бронированного грузовика. Машина наша на эту сторону уже как-то подозрительно накренилась, того и гляди завалится…А ведь потеря всего одной опоры не могла так сказаться на длинном автомобиле…Видимо уничтожение других просто прошло как-то мимо моего внимания. — Прямо по голым жопам! Публично! Такая дрянь ну просто не может называться низшей нежитью! А про армию высшей следовало бы знать!

Злость и страх позволили слегка оттянуть тот момент, когда резкая потеря большого количества жизненной энергии заставила пошатнуться от резко нахлынувшей слабости и прицельно упасть в ближайшее кресло. Потому как лучше уж оно, чем грязный пол. Но, по крайней мере, одним гигантом курочащим конкретно наш броневик стало меньше. Ударившие в грудную пластину сгустки разрушительной энергии не прожгли в гиганте сквозных дыр, хотя живую цель такого же размера могли бы и просто разорвать на части. Но все же у них получилось прорваться через переднюю часть доспехов, заставив ребра и плоть немертвого великана украситься глубокими кратерами, полными раскаленных ошметков. И этого монстр не выдержал, картинно завалившись назад, словно подрубленное дерево, но так и не выпустив из рук своей дубины. Мне первоначально казалось, что громилам гладкие большие палки всучили, дабы после боя побольше пленников собирать, пусть поломанных, но живых…Однако судя по тому с какой скоростью и мощью твари орудовали оружием, даже легкого касания хватило бы любому человекоподобному существу, дабы сначала научиться летать без помощи магии, а потом сломать себе шею при приземлении. Ну или просто размазаться в кровавую слизь, как попавшая под сапог лягушка.

После использования сразу двух очень жадных до жизненной энергии заклинаний за очень короткое время перед глазами все темнело, а также тряслось и прыгало. Из-за нахлынувшей слабости тяжело было даже дышать, к каждому веку словно привязали по кирпичу. В общем, просто оставаться в сознании и следить за окружающим миром получалось с трудом, где уж тут воевать…Щель в потолке стремительно увеличивалась в размерах под равномерное и очень быстрое тюканье, чей ритм слегка напоминал работу швейной машинки. Как оказалось, на крышу к нам забрался низший вампир, чей меч и прорезал раз за разом укрепленную ритуалами сталь. Пожалуй, кровосос справился бы со своей работой даже быстрее, но видимо его сильно отвлекала необходимость удерживать перед собой кровавый щит, об который и разбивались щедро запускаемые дриадой листья-лезвия. А также пули из автомата, которым вооружился стреляющий в дыру Мирохин и спущенные Гулей с поводка духи, которые то и дело подлетали к потолку нашей машины, предусмотрительно держась подальше от тех мест где их могло бы достать явно не простым клинком, и видимо пытались укусить нежить за пятки прямо сквозь обшивку. Иначе почему этот дальний родич комаров и пиявок топал как стадо слонов, которых жестокосердный садист-дрессировщик научил канкан отплясывать?

В дыру влетела какая-то темная топорщащаяся шипами сфера, которую Мирохин с воплем: «Граната!» немедленно накрыл огромным баулом, где кажется находились припасы на тот случай, если нам придется покинуть машину и топать до Новокузьминска своими ногами. К счастью, помогло. Ударившие во все стороны тонкие но прочные иглы разорвали в клочья спальные мешки и теплую одежду, позволявшие ночью не околеть и даже не подхватить пневмонию, разбросали в стороны куски сухих пайков, обдали всех нас брызгами сгущенки из консервов старого мира и измельченными до состояния пюре колбасами собственного производства. Однако даже завалившийся назад с воплем боли вояка вроде бы остался жив, а меня всего лишь пару раз весьма чувствительно стукнуло по доспехам. Синяки останутся и чуть на пол не сбросило, но латы остались целыми, если бы не жуткая слабость, то подобные мелочи не заставили бы выйти из боя больше чем на пару секунд. На последних остатках воли и злости я постарался воспользоваться своими навыками пиромантии и создать сгусток пламени, что должно было не опалить вампира, так по крайней мере напугать, все же у нежити страх к огню прописан на уровне инстинктов…И создать огонь получилось! И он обжег свою цель, вернее даже три цели. Дриаду, Гулю и призванного шаманкой духа, похожего на гибрид свиньи со змеей. Хорошо хоть большая часть пламени досталась именно призванной сущности, а не девушкам, которые в один голос заорали нечто возмущенно-нецензурное в мой адрес, пусть и на разных языках.

В порядком расширившееся отверстие попыталась протиснуться нежить, но это был не кровосос, а чудом уцелевший до настоящего время поджарый мутант. Твари дыра с неровными краями все-таки были слегка узковата в плечах, но сдирая огромные лоскуты шкуры об острый металл и хрустя реберной клеткой нежить все-таки сумела до половины влезть внутрь…А потом обмякла, когда практически лишилась головы, измочаленной очередью в упор. Более того, тварь стала позволившей перевести дух затычкой, что своей тушей блокировала путь до сих пор топчущемуся по крыше кровососу. И каждый удар в моей голове отдавался болезненными иголочками, вампир барабанил так, словно умел оборачиваться гигантским пауком и теперь этот кадавр в рамках психологической войны плясал чечетку. Хорошо хоть дубинками супер огромного размера по корпусу броневика больше не молотили. То ли кончились гиганты хотя бы непосредственно рядом со штабной машиной, то ли отстали от нас наконец-то.

— Что?! Всё?! — Нервно и слишком громко спросила Гуля, когда наш бронвик вдруг обдало поверху гудящим пламенем тяжелого огнемета и сразу же после этого все посторонние звуки исчезли.

— Кажется да! — Почти прокричала Лара, осторожно выглядывающая в приоткрытую бойницу. — Монстры все до одного развалились на куски, не знаю уж, какими чарами вампиры их так ускорили, но видимо за форсаж нежити пришлось платить чрезвычайно быстрым её износом…Высшие кровососы улетают в сторону ядовитого облака…Проклятье! Опять не получилось прищучить самых главных уродов, уже не один десяток лет крадущих мой народ!

— Ну, как бы там ни было, кажется, это сражение выиграно, — слабо усмехнулся я, дыша ртом и мечтая заткнуть свой нос какими-нибудь фильтрами. В горячке боя на запахи как-то получалось не обращать внимание, но сей до организма наконец-то дошло, что дышать внутри бронированного грузовика стало ну просто невозможно. Вонь сгоревшего пороха, гарь, источаемые давным-давно мертвым мутантом миазмы гниения… — Только почему мы продолжаем куда-то ехать и никак не останавливаемся?

— Руль сломался, вернее, отвалился, — ответил с пола человек, в котором я с удивлением узнал нашего водителя. Мужчина был бледным как полотно, а его левая рука была окровавлена и выгнута в явно неправильную сторону. — Да и из педалей остался только газ после того, как один из уродов почти достал меня, выдрав к чертовой матери дверцу, сиденье и большую часть приборов управления.

Глава 20

— Ты извращенец! — Припечатала меня зеленоглазая и зеленокожая рыжеволосая бестия, чья серебриста одежда в районе груди грозила вот-вот порваться от натиска парочки распирающих ткань изнутри пленительных сфер. Боевой макияж, делающий её лицо прямо-таки идеальным, только усиливал притягательность сей особы. Честно сказать, я впервые с Конца Света увидел настолько ухоженную и прекрасную представительницу противоположенного пола, которая могла бы в любой момент хоть украсить собой обложку мужского журнала, хоть стать кинозвездой, а хоть и отправиться завоевывать пальму первенства на конкурса мисс Вселенная, имея неплохие шансы подвинуть с пьедестала всяких там землянок. — Но я вынуждена признать, что извращенец ты воистину гениальный! Это ж надо было додуматься, использовать для создания рунных конструктов не энергию, а содержащую её живую кровь и разработать для неё специальное переносное хранилище, куда естественный аккамулятор праны будет закачивать биение сердца! Так примитивно, что это даже не волшебство! Так просто, что им может воспользоваться любой! Так эффективно, что толпа обывателей может в кратчайшие сроки превратиться в армию боевых магов! Да, жестко привязанных к своему оружию и способных нанести лишь пару-тройку серьезных ударов за один раз, но обучение чародеев обычно занимает годы и десятилетия, а не дни и недели!

— София, мне конечно очень приятно слушать твои слова, но я просто физически не могу быть тем, кто впервые додумался до чего-то подобного. — Улыбнулся я девушке, чьи глаза просто горели восторгом, восхищением и энтузиазмом…Фальшивыми, скорее всего. Впрочем, меня тоже сейчас в излишней искренности упрекнуть было сложновато. В конце-концов, заслуга создания школы артефакторики Новокузьминска по большей части принадлежит другому человеку, пусть и получившему трофейные зачарованные перстни в качестве образцов для попыток копирования.

Ну и важность выделения ему наших ограниченных ресурсов для экспериментов обосновал перед только-только формирующимся Советом, не без этого… — Даже в сказках и легендах моего народа, который настоящую магию видел очень редко, присутствуют разные мистические знаки, которые рисовались не чем-нибудь, а той жидкостью, которая содержит в себе саму человеческую жизнь. Кровью.

— Ну да, в этом ты прав. Нет, наверное, во всем мироздании народа, который не додумался бы до того, что кровь — это очень могущественная субстанция, и не попыталась использовать её в качестве основы для краски с мистическими свойствами. — Согласилась со мной девушка, практически незаметным шажочком подвигаясь еще ближе. — Однако, уникальность вашего подхода в простоте и элегантности её использования. Существует много способов создать руны того типа, которые широко используются в Новокузьминске. Одни чародеи используют сложнейшие тренировки, дабы получить полный контроль над своей жизненной энергией, даже в то время, когда он находится вне их тел. Эффективно, не спорю, но если нет таланта конкретно в этой области волшебства, то десять лет тренировок до момента, когда можно создавать сложнейшие объемные конструкты из праны прямо в бою — это хороший результат. Другие применяют сложнейшие алхимические добавки, что не дают текущей в венах жидкости превратиться просто в алую водичку и позволяют лепить из неё, будто из глины или же наносить несколько рисунков один поверх другого без смешивания их в единое целое. Как правило, стоят они своего веса в золоте, поскольку либо компоненты встречаются ну просто очень редко и добыча их сопряжена с огромным риском, либо мастер способный изготовить подобный состав найдет тысячу и одно другое применение своим способностям. Есть артефакты, подобно вашим посохам уже несущие в себе структуру рун. Но даже самый дешевый из них дороже ваших изделий раз так в тысячу.

— Прямо и в тысячу? — Усомнился я, но потом вспомнил, что это на промышленно развитой Земле капельницы и прочие медицинские инструменты, которые мы переделываем в магические посохи, можно в большом количестве найти в первой попавшейся больнице. Ибо их штамповали бездушные механизмы, делающие свою работу с высокой точностью и очень дешево. А вот те общества, которые по своему уровню технического развития находятся в средних веках или хотя бы примерно соответствуют Эпохе Возрождения, столкнутся с рядом серьезных сложностей. Там же большая часть труда выполняется человеческими руками…В случае негуманиодов — какими-нибудь щупальцами. Однако если брать за основу все-таки людей, то лишь величайшие ювелиры каких-то двести лет назад смогли бы сделать ту же медицинскую иглу для инъекций. А какой-нибудь деревенский кузнец предмет диаметром в один миллиметр в принципе не осилит. И те же гибкие трубки для капельницы им уже работа совсем не по профилю, для них совсем другого специалиста искать нужно.

— Ну, может и в пару сотен, но это только в том случае, если удастся найти место с большим выбором артефактов, вроде древнего ордена магов, многие века своей истории зарабатывавшего на торговле или столице великой империи, где есть несколько академий волшебства. — Пожала плечами девушка. И, пожалуй, конкретно в этом вопросе ей можно было доверять целиком и полностью, разнообразные цены товаров и услуг она знает отменно Все-таки стоящая ко мне вплотную красотка, несмотря на свою вполне человеческую расу, является не кем-нибудь, а торговым представителем Общины Серебряного Ясеня. — К нашему счастью далеко на каждый высший кровосос может позволить себе больше двух-трех перстней вроде тех, которые ты взял в качестве трофея с кого-то из Лордов Крови. Высший! Про рядовых вообще молчу, они за редким исключением вынуждены колдовать своими силами. Кстааати! Кажется, я еще ни разу не слышала о том, как конкретно ты смог повергнуть такую тварь, которой по силам в одиночку небольшой город не захватить, так вырезать….Может, расскажешь, если не секрет?

— Честно сказать, тут больше заслуга везения, чем отваги или продуманной тактики, — улыбнулся я придвинувшейся еще ближе красотке, чье пахнущее какими-то цветочными ароматами дыхание теперь касалось моего лица. — На тот момент, я понятия не имел, что происходит, и даже не знал, почему именно надо как можно скорее расчленять тварей, похожих на громадных летучих мышей, не обращая внимания на якобы смертельные для них раны…

Руки словно бы невзначай легли на талию девушки, и она с улыбкой подалась еще ближе вперед, подняв свое лицо вверх навстречу моим губам…

— Русские! Двигайте вперед, не задерживайтесь! Ваша очередь! — Остановил наш почти уже случившийся поцелуй не слишком-то дружелюбный крик канадского пограничника. На сей раз посещение Уайтхорса столкнулось с трудностями, к которым местная администрация прямого отношения не имела. Просто впереди совместного каравана из Новокузьминска и Общины Серебряного Ясеня оказалась длинная очередь их тех, кому с чего-то тоже захотелось посетить сей далекий город не когда-нибудь, а прямо сегодня. — И нелюдь пусть готовится, для неё пост на вторых воротах освободили!

— Ладно, расскажешь потом, — с вроде бы неподдельным сожалением вздохнула девушка, разворачиваясь в сторону канадских таможенников, уже нацелившихся обшаривать первую из груженых дриадами телег. От земного гужевого транспорта они отличались только своими большими размерами да тем, что везло их нечто среднее между покрытыми шерстью яками и кенгуру. Несмотря на покладистость по отношению к хозяевам, недооценивать зверюг не следовало, ведь громадные и вроде бы неповоротливые звери при желании могли очень серьезно вломить почти кому угодно. Когда во время пути на нас опять напали какой-то прыгучий динозавр, то вцепиться в атакованное животное у него даже не получилось. Молниеносно распрямившаяся туша влепила хищнику такой апперкот, что он сразу же изменил направление движения на противоположенное и приземлился секунды через две-три с уже переломанной шеей. — Я навещу тебя сегодня вечером.

— Буду ждать, — улыбнулся я вслед удаляющейся красотке. К сожалению, доверять её словам, действиям и интонациям в полной мере было просто невозможно. Должность торгового представителя в полном хаоса мире априори требует навыков лицедейства, нужных дабы активно торговаться и заключать максимально выгодные сделки, а зачастую также будет совмещаться со шпионской работой, вернее сбором информации. Не сомневаюсь, с отправившимися вместе с нашим конвоем союзными купцами есть и обычные разведчики, не выделяющиеся из толпы и умеющие не привлекать к себе внимания. Однако особа, использующая смазливое личико на полную катушку ради получения дополнительных преимуществ и переиначившая свое имя на земной манер, просто не может не быть агентом влияния своего народа. А потому девять из десяти, что беседа, плавно переходящая не то просто во флирт, не то в откровенную попытку соблазнения, затеяна ею ради налаживания меж нами продуктивных отношений и упрочнения союза, заключенного с Новокузьминском. Впрочем, даже если и так, я совсем не против. Какому нормальному мужчине не понравится, когда такая красотка ищет его внимания? Подвергнуться домогательствам со стороны симпатичной представительницы противоположенного пола нас не пугает! Главное помнить, что у жителей Новокузьминска свои интересы, а у дриад свои. И весело проведенная ночка не поможет моим соотечественникам выжить в изменившемся мире, и даже мне лично кроме хорошего настроения и приятной усталости ничего не даст.

— Опять вы, сектанты коммунистические, — буркнул уже отлично знакомый таможенник, взирающий на караван, отправленный Новокузьминском, словно представитель санэпидемстанции на мышь, которая гоняется за таракном. — Думал, что дальше вам падать уже некуда, так начали еще и с нелюдью якшаться…

— Ты что, расист? Если да, то зачем же пошел на работу, где периодически придется разговаривать как минимум с йети, которые припрутся из леса с вами поторговать, — отбрил я его нападки, а после достал из кармана маленький целлофановый мешочек с патронами и подбросил его в руке. — Кстати, есть сейчас хоть парочка бигфутов где-нибудь в городе или рядом с ним? Поможешь их найти, за мной не заржавеет.

— Уже почти месяц никого из них в радиусе пятидесяти миль от Уайтхорсом не видно и не слышно. — Пробурчал таможенник, требовательно протягивая руку за взяткой. И хотя ответ меня особо не порадовал и никакой практической ценности не нес, перезент пришлось всучить канадцу. А то с него сталось бы найти для нашей группы проблем на ровном месте. — На кой тебе вообще сдались эти обезьяны?

— Да пришла в голову пара идей, — уклончиво ответил я, не спеша раскрывать все карты. В Уайтхорс наши совместные караваны отправились по двум причинам. Во-первых, для продолжения военных действий против нежити было бы очень неплохо обзавестись как дополнительными боеприпасами, так и наемниками. Пусть после уничтожения так осточертевшего дриадам лагеря людоловов рядом с ядовитым облаком армия мертвых к Новокузьминску не пошла, а убедившись в бесполезности преследования вернулась обратно в Саратов, но безропотно снести такую плюху кровососы явно не пожелают. И надо было либо быть готовыми, либо бить на опережение. Идею первоначально предложили наши союзники, имеющие некоторый жировой запас, но Совет её поддержал с большим энтузиазмом. Ну а во-вторых, дриадам очень хотелось поболтать с йети, проживающими не то в Канаде, не то в каком-то из сопредельных с ней миров. Помимо едва ли не хронических конфликтов с нежитью, имелись у детей природы еще и давние союзники. И были ими, как ни странно, тролли, вернее разумный подвид данных громадных гуманоидов, как правило, проживающий в холодных климатических зонах и отрастивший себе густую белую шерсть. — А куда они подевались, если не секрет? Вроде бы раньше у вас их видели часто, пусть они и избегали больших скоплений людей.

— Обиделись они на кого-то из рейнджеров, не то перепутавшего их детеныша с молодым белым медведем, не то просто с испуга выстрелившего в маленького йети, который перед ним из кустов выпрыгнул… — Безразлично пожал плечами таможенник. — Теперь на контакт идут только с теми, кто приходит на их земли, причем один. Если с глупыми вопросами покончено, то давай уже, говори, какие товары везешь и в каком количестве.

— Вот список, — передал я заранее составленную бумагу. — А что, новые таможенные пошлины специально для коммунистов у вас уже снова появились?

— Пока нет… — Пробурчал канадец, внимательно перечитывающий ровные строчки, которые кто-то из кладовщиков Новокузьминска не поленился на принтере отпечатать. — Но со следующей недели введут, чтобы всякие кубинские голодранцы тут лишний раз не шастали…

— Пустите! Ай! Больно! Вы бандиты! Вы не имеете права! На помощь! — Прервал наш разговор отчаянный женский крик, идущий откуда-то от ворот. Развернувшись в ту сторону, я обнаружил изможденного вида даму лет тридцати вместе с грудным ребенком, которого она держала на руках…И которого у неё сейчас не слишком-то бережно отнимали, несмотря на протестующий плач трое мордоворотов в полицейской форме. Вот только почему-то глядя на их рожи возникали серьезные такие подозрения, что к закону и порядку эти люди имеет даже меньшее отношение, чем гардеробщик театра к высокому искусству. То ли презрительные ухмылки на это намекали, то ли выражение глаз, а то ли резиновые дубинки, которыми двое из них без малейших колебаний принялись лупить одинокую и безоружную жертву. И оставалось лишь надеяться, что укутывающие младенца пеленки достаточно толстые, ведь один из ударов мог прилететь по нему в любой момент, пусть даже дама и пыталась как могла прикрывать дитя своим телом. — Я свободная женщина и вправе идти туда куда хочу!

— Заткнись, сука! Ты была свободной до того, как в работный дом на ночь напросилась! — Прорычал тот из них, кто пытался вырвать ребенка из рук, скорее всего, матери, несмотря на удары дубинок пытающейся прорваться в сторону наших караванов. — Вот отработаешь долг, тогда и вали куда хочешь! Может даже с подарочком, будет твоему щенку братишка…А теперь заткнись, если не хочешь, чтобы я тебе все зубы вышиб!

Канадцы на разворачивающееся у них прямо под носом избиение отреагировали…Да никак. Словно ничего особого и не происходило, так, мелочь повседневная. А вот когда унять любителей распускать руки двинулось несколько солдат из охраны нашего конвоя, а также штук десять дриад видимо испытывающих по отношению к жертве побоев женскую солидарность и характерными движениями боксеров разминающих руки, то на них тотчас же оказались наставлены автоматные стволы, сопровождаемые громкими просьбами свалить к чертям собачьим и не лезть не в свое собачье дело.

— Какой кошмпар, — пробормотал я, имея в виду и ситуацию с йети, и местные нравы, и новые торговые поборы. Нет, надо искать новые осколки земной цивилизации, надо! С этими уродами в Уайтихорсе дело иметь уже просто противно! Да и то, что местные бигфуты на людей серьезно обиделись, сильно уменьшает вероятность вступления их отрядов в нашу войну с нежитью. Хотя может Софии и удастся договориться, все-таки вместе с дриадами на громадных телегах прибыла и парочка покрытых белой шерстью громадных гуманоидов весьма звероватого вида, призванных облегчить диалог с их кузенами из иного измерения, рассказав, как хорошо и сытно живется в волшебных лесах.

Хорошие отношения меж Странствующими Общинами и периодически встречающимися им племенами снежных людей зародились на почве главного инстинкта мохнатых гигантов. Желания хорошо пожрать. Отменный аппетит в жизни любых троллей являлся, в общем-то, главной проблемой, ибо громадная физическая сила, прочнейшая шкура и высочайшая регенерация позволяла им большинство иных напастей попросту игнорировать. И если бы не почти постоянное бурчание пустых желудков, силящихся наполнить энергией и питательными веществами могучие тела, то гиганты вообще могли оказаться единственной расой во всем мироздании, которая большую часть своей жизни счастлива по умолчанию. Однако желание жрать гнало их на поиски пищи…И нередко ею становились крупные скопления чьего-нибудь скота или даже вполне разумных существ. Однако северные шерстистые великаны в отличии от своих более теплолюбивых сородичей, отдающих предпочтение высококалорийной мясной диете, были заметно более миролюбивы. Во-первых, они отлично понимали, что сожранные ими людишки ведут к облаве на все подозрительно крупное и зубастое, а толпой представители человечества, ну или иной схожей расы, любого громилу запинают. Видимо в теплом климате с обилием доступной еды весящей сотни килограмм и быстро регенерирующей груде мускулов неплохо жилось и в животном состоянии, а вот необходимость обустраивать берлоги и делать запасы на зиму неплохо так ускоряли эволюцию серого вещества. А во-вторых, йети не привыкли особо перебирать харчами и с большим удовольствием трескали фрукты, овощи и зерно. В общем, все то, что дриады могли выращивать буквально походя и в огромных количествах. Детям природы же от наличия таких соседей вблизи их лесов или даже прямо в них имелось много плюсов. Мохнатые гиганты могли накостылять хищным животным или врагам, явившимся в регион совместного проживания не только за еду, но даже и бесплатно, во имя дружбы и желания пожрать мясца агрессора. Причем убить даже одного шерстистого великана сумел бы далеко не каждый вампир или там динозавр. Удрать от них было и человеку не сильно сложно, йети к быстрому передвижению на дальние дистанции были приспособлены из рук вон плохо, однако попытка загрызть подобную добычу даже для тираннозавра могла обернуться фатальной неудачей, ибо забьют нафиг не кулаками, так дубиной или вообще снятым с пояса каменным топором весом так килограмм на сто-сто пятьдесят, основой которого послужило не самое маленькое дерево. В обмен на продукты снежных людей было не сложно убедить поработать там, где требуется физическая сила, ведь физической силы у представителей данной расы имелось много, и они могли заменить хоть маленький подъемный кран, хоть грузовичок, экскаватор, копающий от забора и до обеда. А вот минусов от близости к йети наши новые союзники почти не испытывали. Огня любые тролли инстинктивно побаивались, ибо пламя являлось одной из немногих вещей, способных их быстро убить или надолго искалечить, а потому дров не собирали, костров не жгли, промышленным производством не заморачивались, да и вообще лесам вредили не больше каких-нибудь лосей или медведей. Одежду если и носили, то сугубо ради приличия — повредить их дубленой шкуре не могла ни погода, ни острые сучья, ни комары. Волшебные деревья в свою пользу не отжимали — те редкие экземпляры, которые осваивали магию даже если и выбирали друидизм, то пользовались им совсем не так, как члены Странствующих Общин. Дриад объектами сексуального интереса не считали, под их стандарты красоты скорее уж подошла бы горилла из зоопарка…

Зачарованные товары из Новокузьминска на рынке на сей раз вызвали чуть меньший ажиотаж, и виной этому были даже не столько дриады, выставившие на прилавок широкий набор ядов и отравленных приманок, питательные концентраты, алхимические лекарства и волшебные стимуляторы, сколько расположившиеся в соседнем ряду конкуренты подозрительно гномоподобной внешности. Только абсолютно лысые, безбородые и вместо кольчуг или там кафтанов эти широкоплечие коротышки предпочитали носить восточного вида цветастые халаты. Их клинки и доспехи, продающиеся в Уайтхорсе далеко не первый день, были сделаны вроде бы из бронзы, но по своим тактико-техническим характеристикам заметно превосходили сталь, прошедшую через ритуальную обработку. Причем намного…Однако и цены нелюди ломили раз эдак в пять выше наших, отчего большинство потенциальных покупателей на товары долго глазели, досадливо крякали, но в итоге все-таки делали выбор в пользу русского производителя. Убедившись, что все идет нормально, и как минимум расходы на путешествие мы все-таки отобьем, я в сопровождении уже знакомой парочки канадских конных полицейских отправился проведать ирландский паб. Возможно, удастся убедить часть кубинских солдат помочь навести порядок на землях России, если свой родной остров они более-менее от всего опасного зачистили…Тем более не просто так, а за хорошее вознаграждение. Уж лучше я заплачу его идейно близким союзникам и надежным торговым партнерам, чем каким-нибудь наемникам, которых в первый раз увижу…

— Товарищ Семен, — устало поприветствовал меня Мигель, обнаружившийся за тем же столиком, где мы виделись в последний раз. Только теперь без выпивки, но зато с грудой каких-то бумаг. — Рад видеть вас…Все в порядке? А то вид у вас какой-то невеселый.

— Есть страшные новости. Мы подозреваем, что остатки армии нашей страны могли попасть под контроль искусных магов-менталистов, превративших высший офицерский состав в своих марионеток. — С ходу выдал я ему имеющиеся в Новокузьминске подозрения. Тщательно обсудив данный вопрос на Совете, в итоге мы все же решили, что от союзников такую информацию скрывать нельзя. А то может и не остаться у нас союзников, если они сначала с каким-нибудь эмиссаром маршала Крючкова поговорят, а потом и сами станут плясать под чужую дудку. — На Кубе случайно не найдется своих магов, способных рассеять наши подозрения или не дай бог подтвердить их?

— Увы, с чародеями у нас все очень-очень плохо, — скривился Мигель, отодвигая в сторону то ли чьи-то дневники, то ли написанный в тетрадке отчет. — Мы обыскали все, что только можно и нельзя. Перевернули вверх дном подвалы церквей, магазины торговцев эзотерическими безделушками, даже провели обыски в домах тех, кто вроде как увлекался спиритизмом и прочими подобными фокусами…Результаты ничтожны и случайны. Не нашлось ничего и близко сравнимого с вашими подарками по эффективности, пусть даже потенциальной.

— Что, совсем ничего? — Поразился я до глубины души. — Вроде Куба не такая уж и маленькая страна…

— Все наши колдуны самоучки, дошедшие до волшебства либо методом тыка, либо благодаря контактам с иными расами, либо благодаря вашим же учебникам. — Развел руками Магиель. — Да вы взгляните на нас с исторической точки зрения. Племена индейцев, бывших коренными жителями острова и проживавших на моей родине до шестнадцатого века, были чуть ли не поголовно уничтожены испанскими завоевателями, и всякие шаманы-колдуны тогда заканчивали свою жизнь на кострах. Чтобы было кому работать на плантациях сахарного тростника, массово завозили рабов, чьи потомками сейчас является большая часть населения…И чего-то я сомневаюсь, чтобы по-настоящему могущественный волшебник мог позволить нацепить на себя ошейник. А те, кто чего-то нахватался по верхам и попадались на этом, скорее всего также были сожжены заживо при большом скоплении народа. Ну, или просто зарублены, восстаний испанцы утопили в крови воз и маленькую тележку.

— И среди плантаторов совсем не было чародеев? — Осторожно уточнил я. — Вроде бы торговать сахаром всегда было выгодно…Да и текучка невольников в те времена наблюдалась такая, что спрятать среди померших от побоев, непосильной работы и тропических заболеваний десяток-другой жертв было бы раз плюнуть.

— Может, и были, — пожал плечами Рауль. — Не среди потомков первых плантаторов, так среди тех, кто выжимал из нас все соки, когда Куба стала зависимым от США придатком…Но когда пришел социализм, они почти все либо сами свалили, либо были вышвырнуты…

Продолжению нашей беседы помешал мощный взрыв, от которого в пабе вылетели все стекла, посуда попадала с полок и со столов, а с потолка посыпалась пыль.

Глава 21

Канадская конная полиция, оставшаяся сторожить меня у крыльца заведения, куда их не пустили, стремительно ускакала прочь. Только один всадник остался как и положено верхом, пусть и держался за шею своего скакуна двумя руками, то вот второй вывалился из седла перепуганной лошади, вероятно вставшей на дыбы или еще какой акробатический трюк исполнившей и теперь волочился по улице, с застрявшей в стремени ногой, на огромной скоростью расчищая собою завалы мусора. Думаю, если парень и выживет, то станет ярым противником четырехногого экологически чистого транспорта. Грохотали взрывы, испуганно кричали посетители паба, к которым присоединились и рыжеволосые официантки, и даже седой бармен, капало прямо на пол пиво из опрокинутой посуды. Товарищ Мигель стремительным рывком схватился за лежащие перед ним бумаги, не давая тем разлететься во все стороны, а после нырнул под стол, не забыв прихватить с собой документы. Немного подумав, последовал его примеру, не став суетиться и куда-нибудь бежать. Внутри помещения, да еще и под слоем прочных толстых досок, было все-таки немного безопаснее, чем на открытом месте. Пусть частью моей одежды являются защитные шаманские амулеты, но слишком мощный осколок привязанные к ним духи могут и не суметь остановить. Да и если случится прямо попадание в паб, то детонация произойдет на верхних этажах, а в подобном укрытии есть неплохие шансы пережить обрушение верхних этажей здания и дождаться, пока растащат завалы. А то и самому наружу выкопаться потихоньку.

— Навесными бьют. Крупный калибр, не минометные трещотки, которые расчет из пары человек на себе упереть может, — хладнокровно оценил раздающиеся тут и там взрывы кубинец, с интересом взирая на абсолютный хаос, захлестнувший видимую через окно часть улицы. Кто-то располагающий довольно серьезным вооружением явно вознамерился смести Уайтхорс с лица земли и, надо сказать, у него вполне неплохо получалось! Во всяком случае, как минимум один трехэтажный дом, стоящий прямо напротив ирландского паба, осел внутрь себя на моих глазах и буквально за доли секунды, когда на его крышу обрушился снаряд и, пробив перекрытия, разорвался уже где-то внутри стен. — Моря здесь нет и близко, парочку крейсеров под окна внезапно не подгонишь. Либо местные проморгали, как к ним по дорогам в черепашьем темпе подводят артиллерийский корпус, либо это работают их собственные пушки, которые развернули против владельцев. И я ставлю на второй вариант.

— Аналогично. Они мудаки, но они не совсем тупые мудаки, которые игнорируют явную опасность и не следят за окружающим миром. Иначе бы их анклав пал, несмотря на отсутствие существенных угроз, — согласился я, вспоминая окрестности Уайтхорса. Каких-либо серьезных холмов, откуда бы могли вести огонь просочившиеся через портал танки или иная подобная бронетехника, рядом попросту не имелось. А тяжелые пушки — они не особо мобильны, даже если к трактору их прицепить. — Хотя не стоит исключать и варианта с налетом авиации, против которой часовые на дорогах физически бессильны. У тех же США воздушные войска всегда были в почете и приоритете, а какой-нибудь амбициозный полковник запросто мог переквалифицироваться в бандитского барона, подгребя под себя аэродром.

— Ну, я бы на это деньги не поставил, — покачал головой кубинец. — С момента катастрофы, изменившей мир, летать стало очень небезопасно. У наших соседей с материка в первые дни хаоса, когда они еще пытались наладить хоть какой-то порядок, количество ежедневных аварий измерялось десятками. В воздухе хватает малозаметных порталов, задеть которые проще простого. А потом добавились еще и те техновирнусые твари, которые обожают инфицировать собою любую сложную технику, превращая её в каких-то волшебных звероподобных роботов. В итоге те самолеты, которые не разбились сами и не были уничтожены после метаморфозы, они частично разобрали от греха подальше.

— В России тоже пришли к подобному выводу, и вместо реактивных истребителей теперь поднимают в воздух тихоходные примитивные самолетики сельскохозяйственного назначения, — я потер подбородок, размышляя о том, а не поставить ли магический щит над нашими головами. Пусть жизненной энергии в моем распоряжении весьма ограниченное количество, но лучше уж слабость, чем близкое знакомство с разрывом тяжелого снаряда. — Думаете, это кто-то из землян пытается захватить город не утруждая себя объявлением войны и прочими любезностями или все-таки чужаки иных миров на огонек забежали?

— Скоро узнаем, — пожал плечами кубинец, смотря в окно, где над домами то и дело вздымались султаны из пыли и обломков, знаменуя новые взрывы. — Уничтожение Уайтхорса не принесет особой выгоды…Ну нет у него соседей-конкурентов, которым бы могли приглянуться эти земли или мешать проживающие на них люди. Тут на пару сотен километров в любую сторону только лес, вымершие или брошенные деревеньки, да пяток захудалых городков, у которых бойцов не хватит нечто столь масштабное провернуть. А вот захват подобной перевалочной базы способен в наше смутно время любого полевого командира быстро превратить в полноценного короля…

— И раз так, значит, скоро обстрел прекратится, ведь город нужен более-менее целым. — Понял я его мысль, а после прислушался к артиллерийской канонаде. Взрывы пока гремели все так же часто, но стали тише, поскольку прицел явно сместился в другую часть города. Пожалуй, уже можно попытаться выйти на улицу и начать прорываться к рынку, где сейчас наши торговцы. А оттуда — к порталу, который свободен почти наверняка, ведь броневики на выходе создали бы нападающим такой огневой мешок, откуда черта с два выберешься. Воевать за Уайтхорс мне видится затеей не слишком рациональной, слишком уж настаивали обитатели данного города на том, что мы им ну вот ни капельки не союзники, да и вообще на территории Канады элемент нежелательный. — Просто с деморализованными жителями и защитниками, когда войска нападавших пойдут на штурм…Или и вовсе предложат Салливану сдаться, обещая ему место управляющего и сохранение большей части привилегий…Кстати, вам требуется помощь с эвакуацией подальше от боевых действий?

— Скорее нет, чем да, — покачал головой Мигель. — Мне поручено быть представителем Кубы в этом городе, и если тут не станут устраивать зачисток мирного населения, то я просто останусь на своем рабочем месте. Может даже новая администрация окажется более дружелюбной, чем нынешняя… А у моих соотечественников свои схемы эвакуации, да и находятся они сейчас довольно далеко отсюда, все-таки нас, как и вас, местные у себя в гостях особо видеть не хотят, и в центр города пускают только ограниченный контингент торговцев.

— Тогда до новых встреч, — попрощался я с одним из немногих деловых партнеров, который меня ну вот ни капельки не бесил. Эх, как жаль, что даже потенциальные союзники по нашим временам такая редкость, что Новокузьминск с ними разделяет полпланеты… — Боюсь, деловые переговоры нам придется перенести как минимум на следующий раз, но тут уж ничего не поделаешь. Форс-мажор масштабом в целую армию…И далеко не факт, что маленькую.

Убедившись, что прямо перед зданием паба больше не падают снаряды, да и стрельбы пока нет, я со всех ног помчался обратно в направлении рынка. И если хоть в чем-то Конец Света людям и помог, так это в том, чтобы обрести хорошую физическую форму. В конце-концов, ничего не является таким хорошим стимулом для напряженной работы мускулов и регулярных тренировок, как угроза ужасной смерти в том случае, если ноги будут нести весь остальной организм недостаточно быстро! Правда, разогнаться до максимальной скорости, которую выдавал на стадионе Новокузьминска, все-таки не получилось по независящим от меня обстоятельствам. Во-первых, замусоренная улица по качеству сильно уступала чистой асфальтовой дорожке, а потому приходилось внимательно следить за тем, куда ставишь ботинок, дабы не поскользнуться на той же банановой кожуре. А во-вторых, двигающиеся встречными, поперечными и какими только угодно только не параллельными курсами обитатели города представляли из себя ту еще помеху.

— Не оставляйте меня-а-а-а! — Жалобно стонала непонятно кому вслед необъятная коренастая тетка, дыша как кит, которого выбросило на берег. Или скорее как страдающий астмой носорог, который ломится вперед напролом под звуки собственного натяжного пыхтения, поскольку с ног она меня чуть не снесла. Лишь в последний момент удалось чуть притормозить и за счет этого пропустить сию живую торпеду женского пола.

— Я ранен! Я истекаю кровью! О Господи! Почему ты оставил меня?! — Выписывал по улице хаотические кренделя, хватался за все руками как клещ и непрерывно голосил какой-то юноша, на первый взгляд, казавший почти абсолютно целым. Ну, в самом же деле, какая-то жалкая ссадина на лбу, содранная на руках кожа и порванные в районе коленок штаны лично меня в детстве не заставили бы даже прекратить гулять и домой направиться за тем, чтобы смазать йодом такие мелкие царапины! Да и будь он действительно тяжело ранен, черта с два бы носился кругами, люди все-таки не курицы без головы.

— Мама! Мама! — Тормошила лежащая в пыли тело с разбитой головой какая-то маленькая девочка, и осталось лишь надеяться, что у неё найдутся хоть какие-то родственники или просто небезразличные люди, которые смогут о неё позаботиться. Спасти женщину не смогли бы даже находящиеся в моих карманах алхимические зелья. Крупный обломок кирпича пробил череп и глубоко углубился в мозг, скорее всего смерть была мгновенной.

— С дороги! — Задел меня плечом какой-то тучный рыжий толстяк с вышитым на шляпе четырехлистным клевером, двигавшийся не иначе как в том самый паб, который я экстренно покинул. И это даже несмотря на то, что я сманеврировал, пытаясь избежать лобового столкновения….Вот только он то же сманеврировал. Причем в ту же сторону!

Снаряды артиллерии, которые раньше взрывались где-то далеко, вдруг снова начали падать на окружающий меня квартал. Вдобавок, где-то рядом началась довольно активная стрельба. Мысленно выругавшись, активировал один из трофейных перстней, окутав тело защитным и чуть светящимся ореолом. Лишаться части своей жизненной энергии было жаль, однако лучше небольшая слабость, чем тяжелое ранение или мгновенная смерть, если не повезет нарваться на шальную пулю. Забежав в узкий переулок, который вроде бы вел в нужном направлении, я с удивлением и некоторым облегчением обнаружил, что тут народа тут гораздо меньше. Собственно только я и какой-то тип в замызганном пуховике, который двигается встречным курсом и заметно хромает на левую ногу, но все равно упорно шагает вперед. Догнать его получалось буквально секунды за три или четыре…А дальше обернувшийся ко мне мужчина вдруг рванул в сторону полу своей одежды, обнажая кобуру где болтался не то УЗИ не то еще какой-то подобный пистолет-пулемет.

— Живым ты меня не возьмешь, тварь! — Рявкнул этот псих, перехватывая оружие двумя руками, расставляя ноги по шире, отклячивая задницу назад и пытаясь нашпиговать меня по меньшей мере десятком пуль…Скорее даже больше, просто основная их часть поразила либо землю, либо стены ближайших домов, либо в небо ушла, когда руку обладателя автоматического оружия вверх увело отдачей. Однако вшитые в одежду шаманские амулеты все равно напряженно вибрировали, свидетельствуя о работе вселенных туда духов. Если бы не эти зачарованные кости, я бы уже истекал кровью как минимум из нескольких ран.

— Да кому ты нужен, дебила кусок! — Сложно сказать, чего ожидал от меня этот тип, но явно не того, что после очереди в упор я прямо на бегу, двигаясь встречным курсом, пробью ему между ног пинком, достойным профессионального футболиста. Глаза психа округлились от боли, оружие вывалилось из рук, рефлекторно рванувших защитить самое дороге, но ныне уже отбитое всмятку, а сам он согнулся в три погибели и скромно прилег отдохнуть у моих ног. Руки буквально сами завладели честно заработанным трофеем, а в голове тем временем зародилась весьма неприятная мысль. Если размазывающий сейчас по лицу сопли, слезы и уличный мусор придурок увидел меня, использующего магию и атаковал без малейших раздумий…То не значит ли это, что там, откуда он бежал, есть нечто похожее и доказано враждебное?! Собственно в него и стреляют…Или это оно стреляет, ведь по мне видно — человек, более того, землянин. И было бы очень-очень глупо предполагать, будто никто кроме обитателей Новокузьминска и знакомой нам нежити больше не сподобился объединить воедино сверхъестественные силы и технический прогресс.

Размышлениям помешала стайка ворвавшихся в переулок испуганно визжащих и крайне скудно одетых негритянок. Возможно даже тех же самых, которые меня в прошлое посещение города пытались и соблазнить, и обворовать. Однако теперь о попытках навязать свои услуги или стянуть чего-нибудь ценное у засмотревшегося на них раззявы женщины даже не думали. И вид пистолета-пулемета в моей руке их не остановил, и не замедлил, разве только заставил соблюдать минимально приемлемую социальную дистанцию, на бегу вжимаясь в стены, но не снижая скорости. А вот по корчащемуся на земле телу жрицы продажной любви промаршировали практически всем стадом, наверняка доставив ему множество «приятных» ощущений от такого массажа ножками. Слишком уж они торопились убраться от тех, кто ввалился в переулок следующими. Пятерки смуглых и гладко выбритых мужчин с автоматами и в бронежилетах поверх пятнистых курток лесного камуфляжа. А еще каждого из них облегал светящийся ореол, как и меня сейчас. Только заметно более тусклый и чуть другого оттенка. Однако видимо того факта, что я использую магию, им хватило, чтобы посчитать случайно встреченного человека своим из числа то ли шпионов, то ли диверсантов каких и дула автоматов оказались отведены в сторону, а их лидер улыбнулся и выкрикнул какое-то длинное цветастое приветствие. Язык был явно использован не английский, но в некоторой мере родственный ему, поскольку корни отдельных слов совпадали. Примерно как у русского, с каким-нибудь болгарским…

— Ага, и вас туда же, — сообщил я этим подозрительным личностям, одновременно выпуская в них остаток обоймы из пистолета-пулемета и создавая ледяной диск.

К сожалению, чары формировались все-таки не совсем мгновенно, и в руках подготовленного человека огнестрел может оказаться быстрее, а потому требовалось как-то эту пятерку отвлечь. Первой инстинктивной реакцией человека, когда ему в лицо тычется ствол оружия, извергающий из себя свинцовый ливень, является попытка искать укрытие, упасть на землю или хотя бы сжаться в комок, чтобы не попал. Обладающие опытом ведения боевых действий люди в принципе могли бы такие порывы души пересилить, хотя они, в общем-то, правильные и сильно способствуют выживанию, но на сей раз противники оказались не из таких. Лишь один прыгнул в сторону боком и на лету попытался пристрелить меня из своего автомата, да и то поразил пулями лишь уличный мусор, а остальные первым делом постарались не устранить угрозу, а рассредоточиться дабы спасти себя…И стали с воплями агонии падать на землю один за другим, когда возникшая прямо в воздухе примерно на уровне бедер громадной циркулярной пилы заметался по воздуху туда-сюда, разрезая свои цели на отдельные части. Защитная магия, впрочем, пыталась ему мешать, отталкивая в сторону и тупя бешено вращающееся лезвие из замороженной воды, но тем лишь выгадывало своим владельцем одну-две лишние секунды жизни, продлевая мучения. Хотя стоит отдать бойцам должное, броситься наутек пытался лишь один из них, а остальные открыли по мне шквальный огонь в попытках не то убить колдуна и тем прекратить действие заклинания, не то просто забрать обидчика с собою на тот свет. И даже не сильно часто промахивались, причем сияющий вокруг барьер и шаманские амулеты хоть и работали сообща, но сумели сдержать отнюдь не все пули, а потому несколько крайне болезненных свинцовых гостинцев попали в живот, грудь и даже левую руку. Вдобавок сила ударов была такова, что меня буквально отбросило назад и уронило на того придурка, который по «выгодному» курсу разменял свой пистолет-пулемет на ушиб наиболее нежных деталей мужской анатомии.

— Возможно, стоило обдумать свои действия лишнюю пару секунд и придумать вариант получше, — мысленно констатировал я, со стоном пытаясь залезть окровавленной рукой в нагрудный карман одежды. Там лежала маленькая фляжечка из укрепленного чарами металла, содержащая в себе зелье лечения. Зарастить в мгновение ока сквозные дыры или заставить регенерирующие ткани тела вытолкнуть из себя свинцовые занозы данный препарат бы не сумел…Но чтобы свести на нет последствия от прямо сейчас образующихся гематом и, возможно, треснувших ребер, этого должно было хватить. И вроде бы даже недостаток жизненной силы он мог компенсировать, пусть и далеко не в полной мере. — Больно, с-сука! А если бы кто-то после исчезновения волшебной защиты выстрелил в голову, вместо того чтобы целить в прикрытий пуленепробиваемой тканью торс, мог бы и вообще помереть…Ай, блин!

Придурок, на котором я лежал, оказывается уже пришел в себя и теперь решил сбросить с себя лишнюю тяжесть, задергавшись изо всех сил. К счастью, случилось это уже после того, как я буквально втянул в себя лекарство, в котором волшебства было больше чем материальный компонентов, а потому тряска и сбрасывание в уличную грязь причинили мне скорее моральный дискомфорт, чем физический. Как и ствол пистолета-пулемета, который владелец вернул себя обратно.

— Не двигайся, падла! Пристрелю! — Заорал на меня этот придурок, который явно не до конца понимал, по каким принципам функционирует огнестрельное оружие. Да и вообще о высоком уровне интеллекта мог только мечтать. Ну вот спрашивается, зачем угрожать оружием тому, кто прикончил тех людей, от кого ты убегал со всех ног меньше минуты назад? Да еще делать это разряженным оружием, чью обойму уже успели опустошить целиком и полностью…Впрочем, возможно ему наш короткий, но жестокой бой с земли было просто плохо видно по причине залепившей глаза уличной грязи. — Отвечай! Ты с колумбийцами или нет?!

— Разве не видно, что нет? — Скептически хмыкнул я, обводя рукой переулок, который стал значительно грязнее и вонючее благодаря покрывающим его людским останкам, истекающим кровью и вывалившим наружу содержимое своих кишечников. Человек может и царь природы, но существо он не самое чистоплотное. Особенно если выпотрошить. И колумбийцы в этом плане от любых других обитателей Земли ничуть не отличались…Если, конечно, мертвые действительно были колумбийцами. Впрочем, пока все указывало на то, что мой не слишком умный собеседник на этот раз прав. И рожи смуглые, и язык был похож на производное от европейского, например испанского, и обладатели примерно таких же рож и примерно такого же говора почти рядом с нами дурью торговали, и наркобороны со своими подручными персоны достаточно безжалостные и отмороженные, дабы попытаться силой оружия и не считаясь с жертвами среди мирного населения захватить Уайтхорс, если это принесет им выгоду. Правда, в данную теорию не совсем вписывалось защитное волшебство, но в джунглях Южной Америки вполне могли найтись какие-нибудь племенные колдуны, даже в третьем тысячелетии работающие исключительно древними методами и заботливо обучающие приемников как наговорами усмирять лихорадку и морить врагов священным танцем, ибо цивилизация с её плодами до них еще как-то не добралась. — И вообще, не тычь мне этой разряженной пукалкой в лицо или хоть обойму смени, прежде чем угрожать. А не то в задницу тебе её засуну.

— А? — Уставился сей индивид на свое оружие, а потом видимо чего-то сообразил и действительно полез рукой куда-то в карман пуховика. Скорее всего, за запасной обоймой. — Ага-ааа. Аааа!

Второй пинок по тому же месту я провел без предварительного разбега, но честное слово, результат был даже лучше. Во всяком случае, сейчас вот действительно старался от всей души, да еще и попытался вложить в свое движение не только одну лишь кинетическую энергию, но и аурное усиление, которому обитателей Новокузьминска научили наемники из иного мира. Любителя пистолетов-пулеметов аж в воздух не менее чем на метр подняло, прежде чем гравитация все-таки взяла свое, и испытывающее ужасающие страдания тело вновь шлепнулось на землю. Я, конечно, не профессионал по части рукопашной или там травматических ампутаций…Но почему-то возникло у меня такое подозрение, что после подобных гимнатисческих упражнений парню можно будет безбоязненно идти устраиваться евнухом в восточные гаремы, если их где-нибудь возродили. Терять-то все равно уже нечего!

Если судить по уму, то упавшее в уличную грязь тело следовало добить, ведь оно теперь почти наверняка считало меня своим заклятым врагом. Но на его счастье я еще не растерял остатки человеколюбия и даже изъятием оружия вкупе с запасными обоймами не стал себя утруждать. Позаимствовал автомат и разгрузку у того колумбийца, чей труп перемазался в крови меньше прочих. По поводу убийства данных личностей совесть, в общем-то, особо не возражала. Во-первых, какой-нибудь огр-людоед и торгующий кокаином наркобарон для меня стоят примерно на одной ступени развития, и для их уничтожения мне боеприпасов ну вот ни сколько не жаль. Во-вторых, даже если эти субчики и не участвовали в производстве кокаина никоим образом, они все равно оставались теми, кто обрушил артиллерийский огонь на мирный город. Ну и в-третьих, шансы того, что эти ребята просто оставили бы в покое подозрительного типа, владеющего магией и встреченного посреди атакуемого ими города равнялись нулю. А у меня нет ни малейшего желания получить пулю в голову или просто оказаться взятым в плен, да даже задерживаться на лишнюю минуту было нежелательно. Кровь из носу надо объединиться с нашими торговцами раньше, чем они пойдут на соединение с остальными силами экспедиции. Я конечно не стану той причиной, из-за которой они могли бы стоять на одном месте как привязанные во время чужой войны, но бросать товары, которые мы привезли на продажу и свою выручку обитатели Новокузьминска точно не будут. Не для того люди каждый день жизнями рисковали и по двенадцать часов в сутки батрачили как проклятые на производстве, дабы плоды всех усилий просто так достались кому-то другому. И потому прежде чем улепетывать во все лопатки и будучи готовыми огрызнуться огнем в любую сторону, люди как минимум возьмут свое, бросив лишь откровенный хлам. А это процесс не слишком быстрый, даже если занимаются им качки в экзоскелетах и значит, какая-то фора у меня есть. Оставшись же один, вернуться на родину я не то чтобы вот совсем никогда не смогу…Однако, шансы на это станут уж больно неблагоприятными. Если мы все-таки разминемся, придется оседать где-то в этих краях и ждать появления нового торгового каравана соотечественников ну или хотя бы разведчиков каких…

Глава 22

Нанесение артиллерийских ударов по городу по счастью прекратилось, но прилегающий к рынку квартал был полон гари, воплей и стрельбы, к которой изредка примешивались взрывы гранат. Честно говоря, в любой другой ситуации предпочел бы обойти столь проблемное место стороной, а лучше спрятаться куда-нибудь и переждать чужую войну, однако конкретно сейчас каждая минута была на вес золота. Чертыхаясь про себя, стараясь вертеть головой чуть ли не во все стороны сразу и двигаясь от укрытия к укрытию короткими перебежками, я двигался по знакомому уже маршруту, каждую секунду ожидая возможных неприятностей.

Первой серьезной заминкой на моем пути стала дымящая на всю округу бронемашина пехоты, в которую очевидно влепили из противотанкового гранатомета или чего-то подобного. Однако, машина с канадским кленовым листом борту хоть и лишилась хода, но часть боеспособности сохранила, поскольку её башня ворочалась туда-сюда, время от времени поливая короткими свинцовыми очередями трехэтажное здание, которое почему-то горело. В разбитых окнах периодически мелькали смуглые личности в камуфляже, в том числе и сжимающие короткие трубы реактивного оружия, однако наводчик оказался настоящим мастером! Он уже пристрелил, по меньшей мере, пятерых колумбийцев с тяжелым оружием, и даже большее количество тех, кто просто пытался бежать из охваченного пламенем строения. И на достигнутом останавливаться явно не собирался. Дождавшись, пока защитник Уайтхорса снова начнет в кого-то стрелять и потому резко переносить прицел вряд ли станет, я метнулся вперед не то как атакующий гепард, не то как заяц, который внезапно узрел вблизи себя этого самого гепарда. Возможно, заметить-то меня и заметили, но на прицел взять не смогли, чему оставалось только порадоваться.

— Странно… — Мысленно пробормотал я, прячась в очередном переулке за каким-то переполненным мусорным баком и отчаянно пытаясь отдышаться. — Если БМП подбита, то как она загнала колумбийцев в здание? Или они туда сами залезли, а БМП к ним подкатила уже потом? В принципе, второй вариант более вероятен. Все-таки было бы логично Уайтхорс перед прямым нападением насытить до предела диверсантами под видом торговцев и создать для них какие-никакие опорные точки, якобы необходимые для хранения продукции или проживания персонала. Туда даже открыто можно было оружие завозить, по нынешним-то временам…Особенно если наладить контакт с кем-нибудь высокопоставленным в администрации мэра и подмазать полицию взяткой.

Доказательство правильности своих предположения я обнаружил всего минуты через две. Внутри большого и красивого особняка, явно принадлежащего какой-то шишке, кто-то с кем-то азартно перестреливался, а в воротах поместья лежала парочка трупов. Один мужчина в униформе канадского полицейского был застрелен в спину из какого-то небольшого пистолета, но благодаря бронежилету умер он не сразу, а только после того как успел развернуться, вытащить из-за пояса нож и вонзить клинок в горло своему убийце…В точно такой же форме. Очевидно, как минимум часть защитников города была не то подкуплена нападавшими, не то перевербована благодаря каким-то разногласиям с Салливаном и его администрацией. С учетом подобной поддержки, факт захвата прикрывающей город артиллерии являлся ну вот ни капли не удивительным, и оставалось лишь гадать, какие еще рубежи обороны данного поселения оказались полностью или частично бесполезны, а то и вовсе стали играть против канадцев.

Небольшая католическая церквушка, обитателей которой я счел обычными дельцами от религии после категорического отказа за любые деньги предоставить хоть каплю святой воды или совершить иное маленькое чудо, горела ярким синим пламенем. Причем в огне туда-сюда метались какие-то крайне подозрительные человекоподобные тени, которые и не сгорали, и никак выбраться наружу не могли. Ничем не примечательное ранее здание по соседству с уничтоженным и возможно оскверненным храмом, которое меньше часа назад и лишнего взгляда не удостоил, по какой-то причине словно резко постарело лет на триста и обрушилось под тяжестью растрескавшихся везде и сразу кирпичей, обломки оказались покрыты толстым слоем наледи, а веяло от него прямо-таки арктическим холодом. Даже на дистанции свыше сотни метров хотелось поплотнее запахнуть одежду и обзавестись непременным атрибутом всех русских в представлениях американских кинорежиссеров, а именно шапкой-ушанкой. Вблизи сей архитекрутрной композиции, явно возникшей благодаря какой-то могучей магии, было не продохнуть от стучащих зубами колумбийцев, которые проводили сортировку согнанного в кучу мирного населения. Дети отводились в одну сторону, женщины в другую, большую часть мужчин заковывали в наручники и связывали друг с другом в длинную цепь, меньшей резали глотки у стены какого-то сарая, где вповалку лежало уже штук двадцать-тридцать свежих трупов. В общем, люди были крайне заняты своими делами, и я решил им скромно не мешать, обойдя далеко стороной, пусть даже это гарантировало лишнюю потерю времени и давало шансы заблудиться. Увы, пройти напролом или спасти пленников у меня бы не получилось при всем желании. К сожалению, к должности главного мага Новокузьминска не прилагается автоматом соответствующего громкому титулу могущества или хотя бы каких-нибудь запретных знаний. А имеющихся сил тупо не хватит, чтобы разогнать толпу в сотню вооруженных и явно привыкших к крови мужиков, вдобавок обладающих поддержкой каких-то своих волшебников. И потому наилучшим курсом действия было двигаться через частный сектор, не маяча слишком долго на отлично просматриваемых и простреливаемых улицах. Благо своей физической подготовке уделял в Новокузьминске не так уж и мало времени, а потому перемахнуть через стандартный забор проблемой не станет…Главное, чтобы не попалось на пути параноика, решившего утыкать свои владения противопехотными минами или ямами-ловушками. Впрочем, вероятность этого была не велика, здесь, почти в центре города, даже обильно применяющуюся по периметру укреплений колючую проволоку почему-то никто не использовал.

— Фак! — Испуганно заорал какой-то неделю не брившийся люмпен в обносках, некогда бывших спортивной одеждой, когда я свалился с ограды в то ли восьмой, то ли девятый двор на своем пути. В руке у отброса был окровавленный нож. Рядом с ним стоял на коленях еще один примерно такой же кадр, разве только отставивший в сторону новенькую и блестящую, явно лишь недавно извлеченную из недр чудом уцелевшего склада, лакированную бейсбольную биту. Она мешала ему сдирать обручальное кольцо с пальца лежащей на земле старушки, скорее всего и являвшейся хозяйкой данной жилплощади. Рядом с ногами ныне мертвой дамы валялась пластиковая лопата для уборки снега, но если женщина и смогла хоть разок стукнуть ею кого-нибудь из напавших на неё бандитов, то на их внешнем виде и самочувствии сей удар ни капли не сказался. — Полиция! Полиция! И на этот раз у меня точно не глюки из-за хреновой травки!

— Гарри, какая еще к дьяволу полиция?! Копам же сейчас явно не до нас! — Второй бандит от неожиданности дернулся, потерял равновесие и шлепнулся на задницу, но потом довольно проворно поднялся на ноги, выронив все-таки содранное с пальца кольцо, но взамен схватив свою биту. Впрочем, он определенно был поумнее своего подельника, так как практически сразу же выпустил из пальцев лакированную деревянную рукоять и преисполнился пацифизма. Для этого ему оказалось достаточно увидеть единственную деталь, которая хотя бы в теории могла роднить мой облик со служителями закона. Автомат, позаимствованный у мертвого колумбийца. — Сэр, мы тут…Ну, в смысле. Все, что здесь есть, принадлежит вам, это без проблем! И старая кляча богата, её сын в госпитале самым лучшим хирургом работает…

— Отправляйтесь в ад! — Напутствовал я преступников, решивших под шумок военных действий избавить видимо давно примеченную ими старушку от любых материальных ценностей и жизни заодно. А после выпустил короткую очередь, буквально патронов на пять-шесть. Причем прицел был взят по кучно стоящим бандитам не на уровне груди, а чуть ниже, чтобы они сполна могли успеть пожалеть о своем жизненном выборе, подыхая с пулями в животе. Понятия не имею, кто выиграет в битве за город, однако вряд ли победители успеют и, самое главное, захотят спасать эту парочку, с воплями повалившуюся на землю. Такие отбросы рода человеческого нормальным людям не нужны, а достигшие успеха бандиты, готовые вербовать в свои войска любую шваль, определенно не станут тратить лекарства на столь никчемные кадры.

Я рассчитывал на то, что в захватываемом городе на одну короткую очередь никто не обратит никакого внимания. Тут чуть ли не со всех сторон подобные звуки слышатся, а то и чего похлеще…Но просчитался. Соседи убитой старушки то ли слышали её крики, когда она сопротивлялась грабителям, то ли были в курсе о творящемся рядом с церковью беспределе, то ли просто в связи с общей накаленностью ситуации находились на нервах. И когда мое тело отработанным передвижением перемахивало через забор, прямо в грудь ему выстрелили из спаренной противотанковой пушки…Ну, так мне показалось. Во всяком случае, грохот соответствовал, да и облако дыма тоже. А силы удара, который вшитые в одежду амулеты погасить сумели далеко не полностью, хватило, чтобы плюхнуться обратно во двор богатой старушки. Отдача у этого явно самодельного карамультука тоже была чудовищной. Во всяком случае, молодую девушку, сжимавшую в руках сей гибрид гаубицы с охотничьим ружьем, аж на попку уронило не то с трещиной в ребрах, не то просто с ушибом той сиськи, куда дуреха приклад упирала. Понятное дело, я этого не видел, но довольно хорошо слышал, когда лежал на земле и пытался прийти в себя после крайне неординарного акробатического трюка.

— Неудачный сегодня день, — пришлось мне констатировать очевидное, пока глаза были заняты созерцанием небесной синевы, как всегда равнодушной к тем игрищам, которые так любят обитающие на земле существа. В соседнем дворе кто-то обиженно хныкал тонким девичьим голоском и жаловался на свои травмы, а на ссадившую меня с забора героиню злобно шипели и просили замолчать. — Ладно, попробуем по улице, как все нормальный люди…Будем надеяться, что крюк я дал достаточный. Да и недалеко вроде уже осталось…

За воротами меня никто не ждал, и дальше к своей цели удалось проследовать без помех, однако когда я перебегал проезжую часть, то видимо чем-то заинтересовал снайпера. Во всяком случае, рядом никого точно не было и звук выстрела отсутствовал, а кирпич прямо на уровне головы вдруг брызнул во все стороны каменными щепками только так! И промахнулся стрелок лишь на жалкие пятнадцать сантиметров…А может и не промахнулся, может просто вшитые в одежду амулеты из последних сил свинцовую пилюлю в сторону отвели. Останавливаться и проверять было как-то не с руки, вместо этого предпочел поддать ходу, несмотря на протестующую боль в мышцах ног. Вроде ведь прилежно занимался физкультурой, пока свою выносливость не дотянул до шести баллов из десяти возможных, кроссы вместе со всеми остальными ополченцами бегал…Так какого же черта нижние конечности все равно после не слишком-то продолжительных нагрузок чувствуют себя так, будто они последние лет двадцать ходили исключительно от компьютерного стола до холодильника, а?!

Рынок Уайтхорса находился в ужасном беспорядке: брошенные и опрокинутые прилавки, слетевшие прямо на землю и растоптанные товары, человеческие тела…В большинстве своем куда-нибудь присевшие или прилегшие, чтобы удобнее было баюкать сломанные руки-ноги вместе с прочими пострадавшими частями организма. Однако причиной их травм определенно являлась давка и паника, а не пули или осколки. Трупов здесь не было, ну или, по крайней мере, на глаза они мне не попадались. И разрушений, творимых крупнокалиберным артиллерийским обстрелом, тут тоже обнаружить не получилось. Зато в наличии оказались почти все находящиеся и ранее на рынки торговцы вместе со своей охраной, ощетинившиеся оружием во все стороны и нервно смотрящие по сторонам. В том числе и дриады вместе с представителями Новокузьминска, уже упаковавшие весь нераспроданный зачарованный хлам и полученную при помощи бартера выручку, но с места так и не сдвинувшиеся. Мешали танки, перегородившие выезд, а также смуглые коротко стриженые мужчины, вооруженные автоматическим оружием и окутанные магической защитой. Однако и атаковать здесь кого-либо колумбийцы не спешили, более того, один из них как раз сейчас о чем-то разговаривал с Софией, и красотка-дриада в данный момент изволила весело смеяться.

— Нет, ну сговориться о предательстве они вряд ли могли. Даже если допустить, что София гений интриги и лелеяла коварные планы за моей спиной, необычайно талантливо изображая из себя обычную вертихвостку, то в Уайтхорсе она в первый раз… А радиосвязь у нас и не до всех границ России нормально добивает. — Принялся рассуждать я, вешая автомат на плечо и вторично окутываясь защитным волшебным ореолом. По ногам медленно разливалась предательская ватная слабость, однако дошагать до своих сумел в любом случае, тут осталось уже вообще два шага. Если из танков гасить не начнут. Однако, шансы на эскалацию конфликта лично мне видятся крайне маленькими. Если раньше масштабную драку тут никто не начали, то и теперь глупости делать вряд ли станут. — Учитывая, что и многие другие торговцы остались тут же в добровольно-принудлительном порядке, но их никто не раскулачивает и даже оружия не лишает — это продуманная мера со стороны колумбийцев. Они рассчитывают захватить город и не хотят портить отношение с теми, без кого эта канадская дыра будет никому и не нужна в общем-то…Не знаю, кто их лидер, но в моих глазах он сейчас заработал дополнительный балл. Причем как по шкале потенциальной полезности, так и по шкале опасности для окружающих. Лучше целых три врага-дебила, чем всего один, но зато умный или хотя бы просто компетентный…

Караулившее рынок окружение колумбийцев при помоем появлении насторожилось, а оружие они и без того из рук не выпускали, однако стрелять никто так и не стал. А стоило мне во все горло рявкнуть: «София!» и привлечь этим внимание как дриад, так других торговцев из Новокузьминска, так и вовсе разошлись в стороны, уступая дорогу безоружной девушке и её сопровождающему из числа каких-то южноамериканских дипломатов…Или парочке шагающих по бокам от своей создательницы деревянных человекоподобных големов, все еще хранящих узнаваемые черты торговых повозок и тащащих в своих конечностях как внушительного размера самодельные гранаты, так и зачарованные топоры.

— Семен! — В голосе остроухой зеленокожей красотки плескалось искреннее счастье человека, который нашел на кого перевалить свои проблемы. — Как я рада, что с тобой все хорошо!

— Я тоже рад, что со мной все хорошо, несмотря на то, что в городе в общем-то все довольно плохо. — Затихшая было артиллерийская канонада вспыхнула вновь. Видимо какой-то узел сопротивления колумбийцам было проще снести с лица земли, чем взять штурмом. — Как тут у вас обстановка?

— Нервная и напряженная, но в целом приемлемая. У нашей охраны, которая осталась около портала, тоже все хорошо…С учетом того, что они стоят на управляемом минном поле. Однако, если верить нашим новым друзьям, то пульты дистанционного управления взрывчаткой находятся в надежных руках. — Ну, в принципе про закопанные вблизи портала фугасы я догадывался. Сам бы нечто подобное сделал, если бы Новокузьминск на регулярной основе торговал с теми, кто не внушает доверия. Неэтично, но практично и лучше риск отправиться под трибунал если когда-нибудь произойдет несчастный случай, чем уничтожение города или хотя бы лишние жертвы при попытке его захвата чужаками. — За две минуты до начала концерта к нам подошел человек генерала Аболеза и сообщил, что сейчас начнется. Да и не только к нам, собственно…Предупредили всех, кто обладает достаточно серьезной охраной или представляет крупные и сильные анклавы.

— Именно так, мистер Семен, — на очень-очень корявом, но все-таки вполне понятном русском языке, подтвердил сопровождающий дриады. — Господин Аболез, то есть прошу прощения, генерал Аболез, категорически не желает, дабы при привлечении к ответственности за совершенные преступления администрации Уайтхорса под удар могли попасть граждане государств, не втянутых в данный конфликт. Изначально я должен был говорить именно с вами…Но получилось так, как получилось.

— Случайности потому и называют случайностями, что подготовиться к ним почти никогда не удается, к мирному населению города он, судя по грохоту орудий, такого пиетета не испытывает, — хмыкнул я, устало усаживаясь на прилавок, за которым раньше стоял торговец итальянскими катанами из Толедо, непонятно почему до сих пор не разорившийся с таким-то товаром. Самого его нигде видно не было, ни живым, ни мертвым. Впрочем, и большая часть холодного оружия куда-то пропала, а меньшую никто особо не торопился присваивать. Может и дождутся эти ножи да клинки сомнительного происхождения возвращения своего законного владельца. — К мирному населению города генерал Аболез, судя по грохоту орудий, такого пиетета не испытывает…В каких же преступлениях он обвиняет администрацию Уайтхорса, раз решил устроить полномасштабное вторжение, несмотря на то, в каком состоянии находится большая часть Земли?

— Грабежи, пытки, работорговля, массовые убийства и, что самое неприятное, боевое применение оружия массового уничтожения. Наемники мэра Салливана попались с поличным в процессе передачи нелюдям иных миров жителей небольшого поселения, которое они захватили при помощи отравляющих газов. — Колумбиец вежливо улыбался, скармливая нам сию ложь…А может быть и правду. Во всяком случае, я не видел ничего плохого в том, чтобы каких-нибудь бандитов выкурить из их нор при помощи хлора или чего-то еще более серьезного. Ну, если бы в Новокузьминске имелись хорошие химики, и если бы у преступников заложников не нашлось. Салливан или тот, кто отвечает у него за военные действия, мог бы поступить также в рамках борьбы с криминалом. А мог бы и действительно уничтожить чудом выживший островок старой цивилизации из сугубо корыстных побуждений. Почему нет? Карающая рука закона осталась в прошлом, теперь справедливость является привилегией тех, кто способен постоять за себя. — Доказательства вины нынешней администрации Уайтхорса являются неоспоримыми, а шансы на то, что повязанные круговой порукой преступники согласились бы предстать перед судом — ничтожными. И потому генерал Аболез как верховный главнокомандующий Восточной Колумбии принял решение применить силу…По возможности точечно и адресно. От его имени я приношу извинения за небольшие форс-мажорные обстоятельства и связанные с этим эксцессы и выражаю горячую надежду, что люди Земли будут друг с другом жить в мире и согласии.

— Мы тоже на это надеемся, — буркнул я, присматриваясь к встающим над городом столбам дыма, мысленно воссоздавая карту Уайтхорса и пытаясь понять, куда же это сейчас лупят с контртеррористическими целями лупят пушки. Похоже, стоящий передо мной колумбиец являлся не просто солдатом, посланным дабы снизить количество сиюминутных и потенциальных проблем со стороны вооруженных торговцев, а чем-то до безобразия напоминающим дипломата. Отдел кадров или иная аналогичная по своим функциям служба в распоряжении генерала Аболеза определенно заслуживала похвалы за свою хорошую работу. И даже если в генералы сей господин произвел себя сам, а до этого являлся мафиозным доном или там начальником полицейского участка, это ничуть не умаляет его достижений. Скорее уж наоборот. — Очень сильно надеемся…А танки выезд собою перегородили, чтобы соглашаться проще было?

— Поскольку в настоящее время контртеррористическая операция все еще продолжается, передвижение по городу ограничено в целях вашей же безопасности. — Развел руками колумбиец. — Однако благодаря тому, что арест коррумпированной администрации проводится с участием представителей оппозиции, не замазанных в преступных деяниях, боевые действия должны прекратиться в течении часа, максимум двух или трех. И тогда вы будете свободны как остаться в городе, так и покинуть его. Разумеется, со всем своим имуществом и желающими примкнуть к вам людьми и не уплачивая те нелепые поборы, которые Салливан ввел своим произволом.

— Что ж…Мы поверим вам на слово. — Уничтожить несколько танков и эскорт из автоматчиков мы бы могли без существенных проблем и потерь. Да и прорваться к порталу, скорее всего, тоже. Будь у Аболеза достаточно сил, дабы блокировать все дырки в ткани реальности, вряд ли бы его люди пытались проявлять чудеса дипломатии. Однако Новокузьминску как воздух нужен доступ к другим сохранившимся осколкам старого мира. Пожалуй, я бы даже мог своим авторитетом продавить оказание помощи Уайтхорсу, уж подрыв нескольких обычных фугасов броневики охраны благодаря рунам легко переживут, а закапывать там десятки тонн взрывчатки или ядерную бомбу канадцам было явно не с руки, арсенал-то ограничен…Только вот не вижу смысла сейчас класть жизни своих людей, вмешиваясь в ситуацию, которую лучше всего описывает абсолютное нецензурное но крайне меткое словосочетание: «Ебала жаба гадюку». — И подождем развития ситуации.

Но в следующий раз, когда пошлем в Уайтхорс своих торговцев, охрану на огороженной стоянке запирать не будем. Пусть лучше в другом мире подождет, на безопасном отдалении от портала и мин, которыми его огородить могут. И надо будет попросить кубинцев поделиться результатами расследования сегодняшнего конфликта, чтобы определить истинных виновников. Уж у них-то профессиональные разведчики наверняка найдутся, ну или на худой конец частные детективы какие-нибудь…

Глава 23

— Я уже как-то не уверен в том, что оставаться в этом городе было хорошей идеей. — Сообщил я сидящей на диванчике дриаде, разглядывая пейзаж за окном мэрии города. Там собранные с бору по сосенке плотники стучали молотками, устанавливая высокую и широкую многоместную виселицу, где предстояло болтаться представителям семейства Салливанов, включая и бывшего мэра города. Казнь прежних хозяев Уайтхорса вообще-то была назначена на шесть часов, но видимо новой администрации придется данное мероприятие слегка отложить, поскольку уже начало пятого, а к работе строители приступили лишь недавно, и за оставшееся время справиться явно не успеют. — Не то, чтобы тут кресла стояли такие уж жесткие, но все-таки нам было назначено на двенадцать. Если такая задержка говорит об уровне уважения, которое генерал Аболез испытывает ко мне и тебе, то значит нам тут совсем не рады.

— Хорошо, что аудиенцию у генерала нам вообще предоставили, не став ограничиваться его заместителями или вообще какими-нибудь секретарями. — Пожала плечами София, которая выглядела несколько недовольной, но не более. И флирта в мой адрес от девушки больше не наблюдалось. Не то ситуацию дриада считала неподходящей, не то намеревалась приберечь свои выдающиеся активы для более выгодного вложения в жадные мужские руки. — Как показывает мой опыт, усилий на них пришлось бы потратить столько же, сколько и на их начальника, но толка было бы чуть. Вообще с одним единственным лидером намного проще общаться, чем с целой группой руководителей вроде вашего Совета. И подобрать правильные аргументы проще, и подкупить…

— Не боишься говорить так откровенно с учетом того, что нас почти наверняка слушают? — Усмехнулся я, откидываясь на высокую спинку мягкого кресла и еще раз осматривая приемную мэра…Или теперь данное помещение следовало называть как-то иначе? Конец Света на данном помещении если и сказался, то вероятно исключительно в лучшую сторону. Кондиционер и большой настенный телевизор, работающие от спрятанного где-то в подвале генератора, это еще ладно…Но сильно сомневаюсь, будто мэр захолустного канадского городка раньше мог позволить себе гарнитур из черного дерева с искусной резьбой на христианскую тематику и инкрустацией из полудрагоценных камней. Интересно, откуда только уперли такую роскошь? Из музея, или все-таки из особняка какого-нибудь олигарха, чье состояние внезапно резко обесценилось?

— Мы пришли с подарками и выгодными торговыми предложениями, — пожала плечами девушка, кивая в сторону небольшого ящичка, плетеного из живой лозы. Причем не просто живой, а еще и активно плодоносящей, несмотря на отсутствие в зоне видимости корней. Тут и там между ячеек высовывались узкие длинные листья и маленькие желтые цветки, которые буквально на глазах завязывали соцветия и наливались светло-розовым соком. Пока нас томили в приемной, София уже штук десять ягодок съела, чтобы они не пропали и не осыпались на пол. — Это же и есть подкуп, официальная и повсеместно уважаемая его разновидность. Мы им бесплатные пробники нашей продукции, ну а они нам свое время, уделенное внимательному анализу предоставленных подарков и возможных выгод.

— В культуре нашего мира термин «подкуп» понимают все же немного иначе, — возразил ей я, а после замолк и стал ждать, когда же нас наконец-то примут…Или выставят восвояси. А может и вывезут в мешках для трупов куда-нибудь в лес, чтобы выбросить в овраг. Последний вариант был наименее вероятным, но все-таки подобную возможность не стоило совсем уж сбрасывать со счетов. Все-таки занявшие город колумбийцы имели у остальных жителей Земли не самую лучшую репутацию…Особенно если они банда, а не армия. Пусть даже довольно неплохо вооруженная, обученная и имеющая некое понятие о дисциплине, проявляющееся в том, что убивали они только тех, на кого с командой: «Фас!» указывало их командование. Не то, чтобы остальные могли сильно расслабиться и чувствовать себя в безопасности, однако насколько мне известно, подвернувшиеся под руку случайные канадцы, если они не оказывали сопротивления, максимум оказывались ограблены и избиты, после чего отпускались восвояси. А после завершения боевых действий, которое произошло аж позавчера, на улицах был восстановлен относительной порядок. Мародеры и просто грабители без лишних сантиментов отправлялись на расстрел, трупы и прочий мусор с улиц убирались, а обыватели с тревогой ждали того, что день грядущий им готовит, но покуда не загонялись ни в концлагеря, ни в рабские загоны, ни даже в контору налоговой инспекции, где их бы облагали непосильными податями. Полное разорение и смерть ожидали лишь тех, кто попал в некие предварительно составленные списки персон, подлежащих обязательному уничтожению. Причем вроде бы за создание данного перечня несли ответственность не столько сами выходцы из Южной Америки, сколько их местные союзники, решившие сполна расплатиться за старые обиды. Во всяком случае, так утверждала парочка подпоенных мной вчера колумбийцев, соблазнившихся настоящей русской водкой. Впрочем, под карательные репрессии разной степени интенсивности неизбежно должны были попасть так же и те, кто чрезмерно богат или слишком для того, чтобы признать — данный населенный пункт сменил хозяина.

Вместо заявленной пары часов бои в канадской глубинке продолжались чуть ли не половину суток. Правда, на улицах перестрелки стихли куда быстрее, и много времени колумбийцам понадобилось лишь на захват личного бункера мэра, парочку особо укрепленных особняков, да полицейские казармы. И то только потому, что нападающие долго и методично долбили артиллерией потолки неожиданно глубоких подземных укрытий, вместо прямого штурма и соответствующих ему громадных потерь. А еще победители сдержали все свои обязательства по отношению к присутствующим на рынке гостям города. Обратно в Россию наш караван вернулся не только с уже закупленными для серьезной войны товарами, но и с парой сотен дополнительных пассажиров, решивших переселиться в чуть менее буйные края. Однако, я и еще десяток человек остался в Канаде вместе с аналогичным количеством дриад. Познакомиться с новыми соседями как следует и, если получится, подготовить следующую партию беженцев из числа землян к тому, чтобы переселиться в Новокузьминск. Желательно на сей раз измеряемую тысячами человек. Места ведь всем хватит, как и питания, и работы… Опять же, колумбийцы в отличии от старых властей Уайтхорса могли оказаться и не против того, чтобы без проблем пропустить через свою новую территорию наших союзников с Кубы или из Белоруссии. А то и сами бы согласились немного повоевать с нежитью за достойное вознаграждение. Пусть не полным составом, но даже парочка батальонов могла очень помочь в деле освобождения Саратова. Было ли это опасно? Безусловно, но не так, чтобы слишком. Примерно на уровне исследования логова опасных хищников, у которых люди — если и не привычная часть рациона, так хотя бы экзотический десерт. В общем, рутина, вполне сравнимая по уровню риска с обычными буднями в реалиях нового мира. И неудача даже не означала непременных серьезных последствий, просто ряд упущенных возможностей…Очень и очень соблазнительных возможностей.

— Проходите, господин генерал примет вас, — сообщила внезапно объявившаяся в приемной секретарша, которую я смутно помнил еще по своему первому посещению Уайтхорса. И по её внешнему виду сразу можно было сказать: «Эта останется при новой власти». Причем при любой власти, если только ту самую власть не захватят либо импотенты, либо завистливые женщины. Мини юбка, едва прикрывающая середину бедер, белая просвечивающая блузка на босу грудь четвертого размера и настолько алая помада на губах, что кажется еще чуть-чуть, и она начнет светиться. В городе была война, смерть, грабежи и почти наверняка случилось не одно и не два изнасилования? Сей офисной леди видимо на них оказалось начихать, поскольку она либо заранее знала куда подует ветер, либо очень оперативно развернулась в нужную сторону, не забыв прогнуться перед тем, кому теперь принадлежит её рабочее место.

Как оказалось, приемная для посетителей соседствовала не с рабочим местом главы города, а с лестницей, ведущей на второй этаж. Поднявшись по ней, мы попали в не такой уж и короткий коридор, где бдил десяток охранников в бронежилетах и штурмовых шлемах, а также парочка очень подозрительного вида мужчин, скорее всего являющихся магами. Один перед лицом держал двустороннее зеркало, через которое внимательно рассматривал всех и каждого, а у второго обе руки были буквально по локоть в золотых браслетах, украшенных вязью рун. Мне и Софии предложили оставить все оружие на специальном столике, а потом внимательно осмотрели и нас, и подарки, однако ничего слишком подозрительного не нашли. Внутри живой коробки, которую принесла дриада, имелось лишь шесть небольших стеклянных пузырьков разной формы и окраски. Или не стеклянных, а из какой-нибудь прозрачной коры…Мой же подарок вызывал и того меньше опасений, ибо внутри подарочной коробки из плотного красного картона скрывалась лишь тоненькая стопка самодельных книг. И пусть внешний вид их был неказист, однако содержащиеся внутри знания должны были стоить дорого для тех чародеев, кто конкретно вот этих фокусов не знает. Возили мы с собой парочку комплектов подобной литературы на тот случай, если подвернется возможность совершить выгодную сделку с каким-нибудь договороспособным волшебникам. Понятное дело, внутри находилась вовсе не вся доступная нам информация о практическом колдовстве. Только чуть отредактированная копия заметок начинающего пироманта, сведенные воедино членами моей гильдии сведения о работе с духами, да пара десятков безобидных ритуалов, которые однако когда-нибудь могут пригодиться. А вот того же способа изготовления кроворунных посохов, алхимических лекарств, летающих артефактов или упрочненных предметов мы туда не включили умышленно. Подобные секреты стратегической важности были предназначены либо для доказанных союзников, либо для тех, кто мог заплатить за них действительно много, и либо доставил в Новокузьминск впечатляющее количество материальных ценностей, либо поделился столь же полезными магическими методиками.

Кабинет, в котором раньше вроде бы работал Салливан, судя по все еще висящей на дверях золоченой табличке, выглядел подозрительно пустым от бумаг. Не то мэр предпочитал возиться с документами дома, не то отсюда завоеватели вынесли все, ну вот совсем все. Никаких шкафов с договорами, законами или хотя бы справочной литературой, единственной крупногабаритной мебелью в помещении являлся большой овальный стол красного дерева, высящийся на четырех гнутых ножках и под его нижней плоскостью не просматривался ни один ящик. Зато на лакированной поверхности стоял поднос с двумя фарфоровыми чайниками и тремя чашечками. И внешность генерала Аболеза, как раз сейчас возящегося с заваркой, лично меня поразила до глубины души. Я мог ожидать всякого: смуглого мускулистого боевика в камуфляже, заплывшего жирком и отрастившего животик старенького мафиози-наркоборона в домашнем халате, военного в обвешанном врученными самому себе медалями до колен парадном мундире, облаченного в офисный костюм клерка с холодными глазами, в которых нет места жалости и состраданию, шамана из числа коренных индейцев Южной Америки в нелепом наряде из шкур и перьев, да хоть перемотанного пулеметными лентами негра с ножом в зубах или какого-нибудь инопланетного осьминого-обезьяна в футуристичном бронескафандре! Но только не пухлого азиатского мальчика лет так тринадцати-четырнадцати, носящего не иначе как школьную форму.

— Да-да, я генерал Аболез. Единственный и неповторимый. Лидер Восточной Колумбии или, по крайней мере, того, что от неё осталось. — Первым заговорил мальчишка, видимо не став ждать, пока мы отойдем от изумления и спросим, не ошибка ли это. А после уселся в кресло…Вернее, в воздух над креслом. Если бы он просто плюхнулся на мягкую седушку, то над высоким столом осталась бы торчать лишь голова с частью плеч, однако парень леветировал с таким непринужденным видом, будто это было в порядке вещей. — Понимаю ваше удивление, но так случилось, что меня за последний год угораздило сбросить лет пятьдесят. Бывает подобное, если ты выпил долгоиграющий и очень трудно выводимый из организма омолаживающий эликсир, который рассчитан на крайне скудный фон магической энергии, а волшебства в мире внезапно становится раз в тридцать больше.

— Гм…Мы представляем русский город Новокузьминск и Странствующую Общину Серебряного Ясеня. — Хорошо, что София решила заговорить первой. Если уж у дриады, профессионально владеющей своим лицом в позе, мимике и голосе проскальзывало удивление, то у меня видимо вообще чуть челюсть не отвисла. — Приятно с вами познакомиться. Позвольте вручить вам небольшие дары, что как мы верим, будут способствовать созданию добросесдских и взаимовыгодных отношений меж нашими народами.

— Я знаю, кто вы. Посланница теперь лесов, чья вечность оказалась столь же мимолетной, как весенняя трава, а также глава гильдии магов русского города с непроизносимым названием. — Пожал плечами взрослый маг в теле ребенка, командующий захватившей город бандой. — Присаживайтесь, выпейте чаю и расскажите о себе и своих делах. К сожалению, у меня теперь не так уж и часто выпадает возможность поговорить с кем-нибудь на равных. Учитывая мой нынешний внешний вид, а также не слишком-то высокую культуру тех людей, что исполняют мои приказы под страхом активации наложенных на их сердца огненных печатей, панибратство легко может перерасти в проблемы с дисциплиной, ну да вы понимаете…Кстати, коллега, а представителя какого ордена я сегодня имею счастью лицезреть?

— Того самого, который дал начало всем другим магическим орденам…Древнего и почетного братства самоучек, — не стал скрывать я очевидного, заодно проверяя реакцию генерала на легкую насмешку. Вроде бы уголки его губ чуть приподнялись, однако это еще ничего не значит. У сбросившего лет пятьдесят волшебника опыта лицедейства может быть больше, чем у Софии…Кто знает, вдруг он далеко не первый раз омолаживающие эликсиры принимал? — Повезло в самом начале катастрофы разжиться некоторыми трофеями, ну а там понеслось…

— Видимо у вас настоящий талант, которому не помешали расцвести даже столь непростые условия, — сделал мне комплимент генерал, отхлебывая собственноручно заваренный чай…Вернее жидкость, которую он назвал чаем. Лично у меня эта подозрительная жижа с отчетливым запашкоом жженой резины и маслянистым блеском на поверхности вызывала какие-то серьезные подозрения. С другой стороны — хотел бы отравить, то налил бы чего попроще. — Я видел артефакты, которые продавали ваши люди. Достойный уровень, не отменный, но и мусором те же магические дроны никто бы не назвал. И вы хотите сказать, что их сделали люди, не получавшие никого полноценного магического образования?

— Сегодняшняя жизнь заставит стать героем любого, кто не хочет исчезнуть без следа. — Если честно, все это восточное словоблудие стало мне надоедать, однако на что только не пойдешь ради высокого искусства дипломатии. Правда, сделать больше одного крохотного глотка «чая» я так и не смог себя заставить, уж больно вкус отвратный. И если стошнит прямо на лакированную поверхность стола, то это будет то еще фиаско. Самое поганое, что это действительно может быть не издевательство, а настоящий элитный напиток. Вроде бы еще до Конца Света попадалась мне статья о каком-то офигительно дорогом сорте, имеющим как раз запах жженой резины. Тогда еще пьющих его мажоров долго высмеивал… — А вы один из чародеев-землян или же пришли в наш мир из иного измерения?

— О, я самый настоящий китаец, между прочим, даже дальний родственник самого Конфуция. — Улыбнулся генерал Аболез, которого скорее всего звали все-таки как-то иначе, просто европейцы напрочь искажали транскрипцию его имени. Или фамилии… — В моей семье всегда были сильны традиции магии, большая её часть входит в Орден Нефритовой Таблицы, если вам это о чем-то говорит. К сожалению, из-за внутренних разногласий мне пришлось покинуть родину и переселиться в Южную Америку, где конкуренция за места силы была все же не такой жесткой, как в более цивилизованных местах…Ну да хватит о былом. Если честно, мне уже давно интересно, что в этих шкатулках.

— Даром моего народа является неиссякаемый источник зелий, которые пригодятся любому и всегда, ведь тара в которой они находятся сама вырабатывает эти составы. — Мило улыбнулась София, ставя открывая крышку своей живой шкатулки и пробегаясь тонкими пальчиками по стоящим там пузырькам. — Восполнение физических сил, восполнение духовных, восполнение душевных. Заживление ран, вывод токсинов, рассеивание долговременных магических эффектов. Дополнительной вишенкой на торте служат ягоды, что несут в себе достаточный запас всех необходимых питательных веществ, чтобы поддерживать здоровье питающихся только ими людей на протяжении нескольких месяцев.

— Щедрый дар, о дочь леса, — улыбнулся Аболез, благосклонно кивая. Мне же оставалось только мысленно присвистнуть. Не знал, что наши союзники умеют такое делать. В Новокузьминске они ничего подобного не предлагали, даже на продажу. Уникальный шедевр или просто мы им больше нравимся как потребители конечного продукта вроде тех же зелий? — И сколько же времени этим флаконам понадобится для того, чтобы самостоятельно заполниться после полного осушения?

— Десять дней, — с легкой заминкой признала дриада. — Но процесс можно и ускорить, если поставить коробку на влажную землю и дополнительно подпитать магией…До двух дней.

— Чуть хуже, чем я думал, но все равно очень даже неплохо. Эта вещь будет полезна тем моим слугам, которые надолго покидают города. — Благосклонно покивал китаец. — Ну а вы чем порадуете, молодой человек?

— Магическими знаниями, которые собрала созданная мной гильдия, — распаковал я куда более скромную коробку. — Не исключаю того, что все они могут быть вам давно известны, но мир велик…А мироздание так и вовсе бесконечно или по крайней мере больше, чем мы способны вообразить. Может что-то из этих методик и прошло мимо библиотеки ордена Нефритовой Таблицы.

— Да, сразу видно, что вы самоучка, молодой человек, — покивал головой школьник, который мог оказаться старше меня и дриады вместе взятых. — Орден Нефритовой Таблицы по меркам остальных магических сообществ Земли довольно вольно относится к передаче своих знаний…Если бы я отдал хоть одну книгу из его библиотеки, не получив взамен ничего равноценного для хранилища знаний, то мое сердце в ту же секунду бы взорвалось, а мозг вытек кашей через нос и уши. Нас часто попрекали излишним милосердием…Итак, чего же вы двое от меня хотите?

— Военной помощи в деле уничтожения нежити, что сейчас обитает в русском городе Саратове. — Первой заговорила дриада. — В обмен на это мы можем предоставить знания, продовольствие, артефакты, золото…Назовите лишь цену, и я обязательно её согласую с теми, кто послал меня. Также мой народ настаивает на том, что если в ваш город не по своей воле попадает хоть одна из наших соплеменниц, то ей будет гарантированна безопасность и возможность дождаться либо нашего каравана, либо наших союзников.

— Мое сердце обливается кровью, и я очень хотел бы сказать: «Да» на обе просьбы такой красивцы, но все-таки вынужден отказаться, — виновато развел руками китайский волшебник неопределенно возраста. — Не в моих правилах давать те обещания, которые не получится сдержать. К сожалению, Восточная Колумбия, остатками которой мне выпала честь управлять, требует всех имеющихся сил. Я бы и Уайтхорс оставил в покое, если бы не тяжесть грехов Салливана. И если сюда придет кто-то действительно могущественный, а всякая шваль и не удержит истинных дочерей леса иначе как по чистой случайности, то его рабы останутся его рабами, поскольку нет сейчас возможности их освободить. Кстати, развей мое любопытство, скажи почему именно ваш народ так жаждет освобождения того русского города.

— Дело не столько в городе, сколько в вампирах, что сейчас там обитают, покинув свои старые склепы и замки ради комфортабельных апартаментов с электричеством, кондиционером и кладбищами на сотни тысяч могил в зоне шаговой доступности. — Поморщилась София. — Эти твари нацелены не просто на мой народ, лидеры данной своры жаждут крови той общины, откуда я родом. Все никак не могут простить старых поражений, к сожалению не ставших для нежити фатальными. Вот уже не один десяток лет твари охотятся на нас при первой возможности, ну а мы вынуждены тратить свои силы на противостояние постоянным нападкам и очень давно хотим отплатить им по полной за пролитую кровь.

— Думаю, они её все-таки не столько проливали, сколько пили, — слегка усмехнулся маг в теле школьника. — А других просьб ко мне у вас нет?

— Как представитель Новокузьминска, я прошу разрешения организовать торговый пост на другой стороне портала, через который идет путь к Уайтхорсу. — Ответил ему я, мысленно вздыхая. План завалить кровососов колумбийскими боевиками, к сожалению, пошел коту под хвост. Мы бы ради возможности избавиться от столь опасных соседей даже потерпели бы наличие у себя под боком весьма вероломной армии…Ни на минуту не ослабляя бдительность и не пуская в город крупные группы подобных союзников. Придется ограничиться более скромным вариантом. Предыдущей администрации города мы тоже пытались предложить создание постоянного представительства вне территории Канады, но были посланы далеко и надолго, а если бы занялись самостроем вблизи их поратов, то тот бы разрушили местные ополченцы. — А также право организовывать переселение всех желающих из Уйатхорса в Новокузьминск.

— Против второго не возражаю, если это будет работать в обе стороны. Люди свободны идти туда куда захотят, и я постараюсь сделать так, чтобы под моей рукой им жилось лучше. — Удивил меня генерал Аболез. Он не может не понимать, что всех агитаторов и торговцев мы теперь будем опекать очень внимательно, дабы не повторить судьбу местной правящей верхушки. А значит, обрушивший на город артиллерию властолюбивый колдун либо хитрит, либо всерьез намерен исполнить сказанное. Ну да в последнем случае флаг ему в руки. Если сумеет организовать свое маленькое королевство, где поданные будут процветать, то только поаплодирую столь мудрому монарху. В конце-концов, правитель может быть жестокой сволочью, однако если неприятности от его нрава достаются отдельным людям, а тысячи простых граждан живут счастливо, то общий баланс все равно останется в большом плюсе. — А вот по первому пункту — сразу нет. Мне, в общем-то, все равно, будут ли торговые пошлины браться с вас либо с тех, кто закупается у вас. Однако тогда некоторые торговцы и путешественники могут решить вообще не заходить в Уайтхорс, а это неприемлемо. Зато могу вас порадовать тем, что налоги будут для всех одинаковы и раза в четыре меньше тех, которые установил Салливан специально для тех, кто ему не нравится.

— Меня устраивает, — поспешил согласиться я. — А что насчет обмена знаниями? Не все же, надеюсь, намертво блокируют взятыми вами на себя обязательства.

— Принесенные мною клятвы довольно строги и избавиться от взятых на себя обязательств практически невозможно… — Призадумался китайский волшебник, постукивая пальцем по подаренным ему книгам. — Однако, не спешите отчаиваться, молодой человек. Я волен распоряжаться чужими тайнами, которые узнал. А узнал я не мало…Ну да думаю, вы могли это сказать по моим ученикам.

— Уверен, что наше сотрудничество принесет пользу всем. Но, если не секрет, где находится тот орден, в котором вы обучались? И вообще, где все остальные маги Земли? — Осторожно поинтересовался я. — Могу ошибаться, но что-то я не вижу, чтобы среди остатков цивилизации нашего мира было много чародеев. Не хочу сказать, что Новокузьминск где обучение практическому волшебству поставлено на поток вообще не имеет аналогов…Но в России про подобные ему города не слышно ни через радиосвязь, ни от редких путешественников.

— Скорее всего, они там же, где и прочие жители большей части нашей планеты. На том свете, — безразлично пожал плечами китаец. — Боевая магия среди чародеев Земли всегда была очень непопулярным направлением из-за своей энергозатротности. А искусство печатей, менталистика, фен-шуй, йога, ясновиденье и прочие разделы волшебства, которые не требуют для тренировок и использования гигантского количества магической силы, плохо подходят для отражения внезапной угрозы или прямого боя. Нет, адепты данных искусств многое могут, но им нужно время на подготовку…И лучше бы не часы, а дни и недели. Вот вы за сколько времени узнали о том, что наш мир вот-вот постигнет беда?

— Только на следующий день узнал о Конце Света, — развел я руками, как бы извиняясь. — Сплю крепко, а у нас как раз ночь была.

— В таком случае мне повезло несравненно больше, — пожал плечами китаец. — За два часа до начала катастрофы позвонил брат и сообщил, что все атомные станции экстренно останавливают, поскольку радиоактивные материалы стали слишком уж активны, и их излучение не только заставляет людей покрываться язвами прямо на глазах, но также плавит металлы и даже разрушает бетонные стены.

— А вы знаете что-нибудь о природе того катаклизма, который обрушился на наш мир? — С робкой надеждой поинтересовался. — Ради способа закрыть эти чертовы порталы, я готов присягнуть на верность хоть вам, хоть Нефритовым таблицам, да хоть кому угодно!

— Порталы есть лишь побочное проявление усиления поток энергии, что пронзают собою все мироздание. — Улыбнулся китаец. — Они не аномалия, которую можно исправить, они часть естественного порядка вещей. Их невозможно убрать из нашего мира, как невозможно отменить реку, что сменила свое русло и теперь течет по земле, где раньше были чьи-то поля.

Глава 24

— О да! Да! Да! Да!!! — Даже не прокричала, а буквально-таки провыла Аня, покрывая мое лицо поцелуями. Вот с одной стороны приятно, а с другой даже как-то немножечко стыдно. В такое состояние я её, конечно, привел далеко не в первый раз, но обычно методы все-таки использовались другие, более мануальные и менее церебральные. Да и все-таки на людях мы сейчас… — Ты сделал это! Черт возьми! Я ведь даже уже не верила…Но ты добыл мне вечный инсулин!

— Ну, не вечный инсулин, а вечный источник обычного инсулина… — Поправил я девушку, которая прекратила восторженно кричать и натуральным образом разрыдалась от счастья. Видимо до этого момента где-то на задворках сознания моей любовницы все-таки царило убеждение, что её песенка спета и смерть придет в тот день, когда имеющиеся запасы жизненно необходимого лекарства протухнут от старости. Запустить вырабатывающий его завод в разрушенном мире было не многим проще, чем космический корабль построить. Однако, несколько дней назад мне повезло натолкнуться на альтернативное решение данной проблемы, и проверка образцов, закончившаяся буквально пару секунд назад, показала, что от выпущенного до Конца Света препарата представленная на анализ жидкость отличается исключительно упаковкой. Но перекачать её в более удобную для хранения и ношения тару дело нехитрое, с ним любой толковый лаборант справится. — И, кстати, ты могла бы и сама его добыть, если бы задала нашим торговым партнерам правильные вопросы, а не опустила руки после первых неудач!

— Ааа! — Буквально провыла Аня, натуральным образом рыдая куда-то в мое плечо. Оставалось лишь порадоваться тому, что сейчас на мне мягкая гражданская одежда, а не боевое облачение, в котором прятать лицо примерно так же приятно, как в груде металлолома. — Я дуууурааа….

— Просто слишком шаблонно мыслишь, — возразил ей я, успокаивающее поглаживая и целуя в ушко. — Не надо было опускать руки после того, как оказалось, что дриады диабет не лечат, поскольку не знают, чего это вообще такое. Надо было внимательно изучить их возможности и придумать, как поставить эти способности себе на службу. В конце-концов, ты же волшебница…И не просто волшебница, а одна из заместителей главы гильдии магов Новокузьминска…

— Уууу! — Ответ не нес в себе смысловой нагрузки, но зато был просто-таки переполнен эмоциями.

Когда мы открыли с дриадами официальные дипломатические отношения, то Аня буквально первым же делом поинтересовалась у зеленокожих остроухих красоток, могут ли они лечить диабет. И столкнулась с серьезной проблемой — собеседницы не знали, чего это вообще такое. Когда же союз окреп, то между девушкой-медиком и её коллегами родом из иного мира последовала новая и куда более обстоятельная беседа на эту тему, результаты которой для моей любовницы оказались неутешительными. Организмы детей леса такой болячке оказались вообще не подвержены. Однако, в медицинских энциклопедиях, посвященных людям и представителям некоторых иных народов, подобная хворь все-таки нашлась, пусть и в разделе крайне экзотических недугов. На ранних стадиях она прекрасно излечивалась стимулированием общей регенерации, являющимся одним из общепринятых методов магического лечения всех известных рас. Начавшая барахлить поджелудочная железа под воздействием волшебства приходила в норму и чтобы она снова испортилась, требовались годы, если не десятилетия. Вот только когда к целителю не обращались слишком долго, ну например в связи с дороговизной услуг подобных специалистов, и болезнь переходила в тяжелую хроническую форму, то следовало готовить не деньги для врачей, а завещание и место на кладбище. Научить организм человека вырабатывать инсулин, если он совсем-совсем не умеет этого делать, дриады не могли…Зато они могли много чего другого, связанного с манипуляциями живой материей. Лучше всего им удавалось взаимодействие с растениями или грибами, однако и животные после знакомства с их изящными ручками могли внезапно обнаружить у себя много нового. Регенерация потерянных конечностей, смена фенотипа и кооррекция генотипа, ускоренное обучение или же просто комплексное усиление…

Обсуждая с Ларой и Софией возможные товары, которые могли бы пригодиться гильдии магов или вообще всему Новокузьминску, я уточнил у них, могут ли дриады создавать для нас некоторые необходимые вещества по имеющемуся образцу и если да, то сколько это будет стоить. Ответ был положительным, вернее мне тыкнули в нос страничкой толстого иллюстрированного фолианта, являющегося своеобразным каталогом их услуг. И валявшегося на столе главы гильдии магов уже не первую неделю. Растение, похожее на торчащий из земли кувшин, к горлышку которого кто-то приделал маленькую рюмку, являлось своего рода биологическим принтером. В меньший сосуд помещался образец, больший наполнялся конечным продуктом, идентичным исходнику. Более того, парочка таких штук у нас уже росла где-то на грядках. В одном на пробу синтезировался напалм для оружейников, другой по заказу поваров создавал один из величайших шедевров цивилизации Земли — конфеты «Птичье молоко». Существовали у этого растения и ограничения. Оно не могло копировать неорганические предметы: металлические изделия, пластик или там микросхемы. И не могло полноценно воссоздать те субстанции, которые имели магические свойства. Даже при регулярном поливе, подкормке удобрениями и подпитке магией, процесс шел не сильно быстро. Если в требуемом продукте имелось высокое содержание редких элементов, которых в почве почти нет, то процесс дублирования мог затянуться на месяцы, а то и годы. Кустики за свою отнюдь не бесконечную жизнь могли запомнить лишь один вид продукта, первый и он же последний, да вдобавок не размножались без помощи дриад. В общем, полезная вещица, но все же не универсальный инструмент, позволяющий заменить собою развитую промышленность. Однако…Инсулин, который был так необходим Ане, являлся органическим соединением самого обычного углерода, у которого каких-либо волшебных свойств нет и не было. И мне его для передачи в медицинскую лабораторию не требовались литры, хватило и десятка грамм, выработанных кувшином за жалкую пару суток.

Почти полчаса мне понадобилось на то, чтобы полноценно успокоить девушку и заставить её прекратить рыдать при помощи успокаивающих слов, поглаживаний и поцелуев. В принципе, сеанс релаксирующей терапии можно было бы и продлить, но, к сожалению, беспощадные часики тикали, и главе гильдии магов Новокузьминска уже требовалось быть в другом месте. Месте, где ему предстоит в течении слишком уж длительного времени испытывать боль и страдания…Впрочем, как и всем другим посетителям тренировочной площадки, пытающимся улучшить свою физическую форму. Волшебного способа нарастить мышцы без усилий мы, к сожалению, пока не нашли. Тем более, кроме работы над собой имелась у меня в этом месте и еще одна задача, причем весьма важная и связанная не с личными проблемами, а с жизнью всего нашего анклава.

— Мирохин! Стой! Да подожди ж ты! — Из-за затянувшегося прощания с Аней к пересменке любителей физкультуры я несколько опоздал. И потому когда под ноги лег асфальт беговой дорожки, а плечи оттянул груженый камнями рюкзак, мои собратья по добровольным измывательствам над собой наматывали уже далеко не первый круг по не такой уж и большой площадке. — Поговорить надо…

— О чем?! — Слегка замедлил шаг главнокомандующий всех вооруженных сил Новокузьминска, который из бывшего как-то незаметно для всех, включая видимо и самого себя, опять стал действующим. Ну, просто не было у нас ему альтернатив, к сожалению, население Новокузьминска не так велико, чтобы имелся резерв кадровых офицеров, способных и в атаку за собой повести, и со снабжением разобраться, и рядовой состав держать в тонусе, вразумляя где матерком, а где и иными методами, еще более неприглядными, зато действенными. — Вампиры наконец-то начали действовать? От Крючкова самолет прилетел? Новые какие-то проблемы еще нарисовались?!

— Тьфу-тьфу-тьфу, ничего такого…Вроде бы. — Поплевал я через левое плечо ну чисто на всякий случай, ну и чтобы отогнать какого-то вконец охамевшего комара размером в пару сантиметров, видимо залетевшего в наш мир через портал прямо из тропиков, но к сожалению покуда не околевшего в суровом холодном российском климате. — Я о завтрашнем суде хотел поговорить…И не беги ты так, а то отстану! Мне вчера дополнительных камней в рюкзак наложили для развития выносливости, теперь сложно темп держать.

— Эх, может лучше бы вампиры опять чего удумали, — сморщился лейтенант так, словно сжевал лимон вместе с кожурой. — Воевать с ними конечно тяжело и опасно, но уже как-то даже почти привычно…А вот одного из своих бойцов к честно заслуженной высшей мере наказания я еще раньше, слава богу, не приговаривал. Или в деле вскрылись какие-нибудь смягчающие обстоятельства?

— Да откуда бы? Там же все ясно и понятно как день, — позицию бывшего лейтенанта я прекрасно понимал и где-то даже разделял. Становиться одним из судей не хотелось до зубовного скрежета, и вовсе не потому, что без проблем найдется как минимум десяток дел поинтереснее. Процесс грозил если и не расколоть наше общество, то как минимум серьезно обострить трения, которые имелись в социуме, образованном такими разными людьми, зачастую даже родившимися не в одном и том же мире. И выносящие приговор личности обязательно станут фокусом централизации недовольства тех, кто останется недовольным вердиктом. Однако есть такое слово: «надо». — Нет, мы конечно выслушаем казненного, то есть тьфу ты, пока еще обвиняемого…И даже попросим дриаду-менталистку подтвердить или опровергнуть его слова. Однако, двух мнений тут быть не может. Расстрел.

Пока я возился с экзотическими растениями, в Новокузьминске случилась одна из тех маленьких трагедий, которые для всех кроме непосредственных участников скорее статистика. А именно убийство. Не какое-нибудь коварное и тщательно спланированное, всего лишь обыденное и почти случайное. Подвыпивший мужчина, пустившийся на поиски амурных приключений, в темном переулке подкатил к полузнакомой женщине, которую считал очень даже симпатичной. Та отвергла его заигрывания в очень ультимативной форме. Он распустил руки, решив показать злоязыкой бабе её место. Она схватилась за оружие, которое в городе было, в общем-то, у всех и всегда. Прошедший отличную военную подготовку и обладающий настоящим боевым опытом солдат, до недавнего времени бывший едва ли не образчиком сделавшего карьеру переселенца, сработал на рефлексах и воткнул свой кинжал между ребер бывшей сотруднице какого-то офиса, ныне читавшей учебные курсы в нашей школе для взрослых. А потом попытался спрятать улики, подбросив труп в ближайший сарай с чьими-то свиньями. Но владельцы хлева на следующее утро при виде полуобглоданного тела молчать не стали, проведенное по еще теплым следам расследование позволило примерно установить маршрут убитой, опрос позволил найти нескольких свидетелей, не видевших ссоры, но слышавших её. Поскольку в числе прочего отстаивающей свою независимость дамой была озвучена кличка обидчика, задержали его быстро. И помимо следов крови на одежде, да толком не почищенного кинжала нашлись у бравого вояки также серьги и револьвер своей жертвы, ибо поддавшись своей рачительной натуре, трофеи у несоставяшейся любовницы он собрать не забыл.

— Слава богу, мы сейчас не участвуем в боевых действиях, а потому решение я буду выносить не единолично. Хоть не так погано на душе будет…Наверное. — Тяжело вздохнул Мирохин. — Но раз все понятно, то о чем ты хотел поговорить?

— О том, как сделать так, чтобы ничего подобного больше не повторялось, разумеется, — пожал я плечами, пытаясь переместить лямки рюкзака на ту часть плеч, которая пока еще не успела настрадаться. — Может, есть у тебя какие-нибудь идеи…А то ведь среди наших солдат из числа переселенцев уже идут шепотки насчет того, что наказать преступника конечно надо, но сделать это можно как-то и помягче. Дать с почетом помереть в бою, например…Или просто в изгнание отправить, пусть даже одного и без оружия. Он пользуется среди них уважением.

— И именно поэтому наказание должно быть максимально суровым. Семен, переселенцев в городе больше, чем коренных жителей Новокузьминска или вообще землян. И в армии тоже. А ведь это по большей части выходцы из примитивных культур, в которых царит право сильного. — Губы Мирохина сжались в тонкую ниточку. — Если они решат, что могут устанавливать свои порядки в одном, то быстро начнут переиначивать жизнь на привычный манер и в прочих аспектах. Не мыться месяцами, оспаривать приказы офицеров, плевать где попало, тяжелую работу сваливать на слуг, а лучше рабов…Такими темпами мы в итоге станем лишними в своем собственном городе, что превратится в бандитское гнездо под стать Уайтхорсу.

— Старому или новому? — Деловито уточнил я.

— Да один хрен! — Рубанул воздух рукой бывший военный. — Что старая администрация была тем еще охамевшим жульем, проворачивающим какие-то мутные делишки, что сменившие их откровенные бандиты, которые достаточно умны, дабы понимать выгоду от нормально функционирующего города…Будь моя воля — расстрелял бы всех!

— Главное, чтобы они первыми нас расстрелять не успели, — хмыкнул я, вспоминая древнего китайского школьника. Конечно, генерал Аболез утверждал, будто он не намерен проводить дальнейшие завоевания, а в нашу сторону так и смотреть не будет…Однако веры ему у меня было чуть меньше, чем пленному людоеду. — Неприятно, конечно, это предлагать…Но, может стоить фокус общественного недовольства убрать, не доводя до суда?

— Устроить сидящему сейчас в камере ублюдку несчастный случай? — С ходу понял мою мысль военный. — И рука у тебя не дрогнет сделать так, чтобы этот придурок от стыда на собственном ремне решил повеситься?

— Что он, что какой-нибудь бандит с большой дороги, разницы нет абсолютно. — Я не был уверен, говорю ли правду или все-таки немножечко лукавлю. Однако не приходилось подвергать сомнению то, что жесткость мира после Конца Света изрядно меня ожесточила. Например убитые в какой-то подворотке колумбийцы в кошмарах ни разу так и не снились, к настоящему моменту почти выпав из памяти. — И лучше бы у него просто сердце не выдержало. Все не так откровенно…

— Заманчиво, но все же нет, — покачал головой военный. — Лучше устроить официальный суд. Да, тихая смерть ублюдка несколько пригасит проблему…Но не решит её. Расстрел, конечно, тоже не самый лучший выход. Однако, по крайней мере, после него остальные солдаты из переселенцев не будут нарушать наши законы, надеясь на снисхождение в связи с их полезностью для Новокузьминска и старыми заслугами.

— Да, наверное, ты прав, — вздохнул я, признавая справедливость сказанного. Вариант будущего, в котором коренных землян подминают под себя почувствовавшие силу переселенцы, переделывая наше общество под свои вкусы был…Возможен. Да, мы показали этим людям лучшую жизнь, но как показывает наша собственная история представители человеческой расы — твари неблагодарные. Безусловно, не все и не всегда. Однако люди бы давно уже покорили звезды, если бы не грызня между собой во имя понтов, ресурсов и желания сидеть на попе ровно, пока другие работают. — Но все-таки, может ты хоть какие-нибудь мероприятия посоветуешь для бойцов, чтобы они поняли: нарушать наши законы им самим не выгодно, ибо ведет к ослаблению всего Новокузьминска?

— Нет, Семен. Дохлый номер. Все необходимое они уже знают, а переделать их стиль мышления при помощи агитации…Это фантастика. Причем даже ненаучная. — Покачал головой бывший лейтенант, прибавляя ход. — Убийства в истории людей случалась везде и всегда…Как и прочие преступления. Честно говоря, я даже удивлен, что это первый серьезный случай, думал, полыхнет намного раньше. Наверное, сказывается то, что все сильно-сильно заняты работой, без которой шансы на совместное выживание заметно упадут, и энергии для того, чтобы делать глупости разным придуркам просто не хватает.

Обливаясь потом, словно на дворе сейчас снова июль и наступил самый пик жары, я попытался догнать довольно шустро передвигающего ноги вояку. К моему огромному сожалению, приходилось признать, что несмотря на некоторые проблемы с алкоголем, физическим кондициям Мирохина оставалось только позавидовать. Несется по асфальтовой дорожке как конь, и это несмотря на оттягивающий плечи рюкзак, груженый камнями! Мой хоть и был на вид гораздо меньше, но гнул к земле так, словно туда металлических кирпичей нагрузили! Чугунных там, свинцовых или вообще из обогащенного урана, обгоняющего по своей плотности и атомной массе практически любые металлы за исключением некоторых столь же радиоактивных коллег, вне лабораторий почти и не встречающихся. Вот интересно, а как военные использовали атомные бомбы против армий вторженцев, если теперь излучение стало в разы более губительным, и способно быстро убить не только людей, но и всю проводку? А ведь они использовали…Неужели спешили использовать только-только собранное изделие, пока оно не испортилось как зачерствевший пирожок? Или просто находящиеся на государственной службе чародеи необходимые технические компоненты зачаровывали…

— Тревога! Шухер! Бросайте всё и все сюда! — Мои размышления и монотонный бег по асфальтовой дорожке прервали вопли кого-то из солдат, который не только кричал во всю глотку, но также подпрыгивал и размахивал руками от переполняющих его эмоций, несмотря на то, что был упакован в отнюдь не легонькие латы. — Из Саратова вышла охренеть какая большая толпа нежити! Сотни тыщ зомби! Целая армада танков! Два десятка костяных треног! И все они идут сюда!!!

Глава 25

Класс, в котором обычно проводил свои собрания Совет, пока еще по большей части пустовал, но судя по громкому топоту в коридоре, сейчас людей в помещении станет больше. Назвать ситуацию серьезной значило невероятно преуменьшить, а потому нам требовались все, кто командовал людьми и каждый, имеющий хотя бы минимальные шансы предложить чего-нибудь дельное. Без полной мобилизации имеющихся сил Новокузьминску против армии врага, контролирующего немалую часть европейской России, было не выстоять — это не случайные банды гонять, и даже не штурмовать отдельную военную базу где-то у черта на куличиках. Сейчас горожанам предстояло лоб в лоб схлестнуться с ударным кулаком той силы, которая уже подчинила себе немалую часть территорий нашей родины.

— Фотографии? — Удивился вошедший в класс мужчина, бывший командиром четвертого батальона, разглядывая разложенные по партам изображения. В один кадр с хорошим увеличением, позволяющем рассмотреть не отдельных тварей, так хотя бы технику, армия врага просто не влезла. И потому чтобы оценить её всю требовалось внимательно изучить целых двенадцать снимков. К счастью, они у нас имелись отнюдь не в единственном экземпляре: уже сейчас на партах лежало пять комплектов и дополнительные должны были вовсю распечатывать в соседнем классе. — А что, прямой видеосвязи с телескопом у нас разве нет?

— Пятнадцать минут назад была, — откликнулась представительница учителей, слегка трясущимися руками перетасовывая снимки. — Но потом на воздушный шар, к которому и прицеплен тот телескоп, напал птеродактиль. Слегка подгнивший, но несмотря на это все равно меняющий свой цвет на зависть любому хамелеону. Дозорные на крышах наших зданий его даже не заметили, пока наблюдатель в эту тушу в упор весь магазин своего пистолета-пулемета не высадил.

— Эээ…Трындец. — Дал взвешенную и обдуманную оценку ситуации командир одного из наших боевых подразделений. — Если это случайность, то я готов сожрать свои портянки, причем даже нестиранными. И что, воздушного шара у нас больше нет?

— Есть, — успокоил его сидящий рядом главный инженер. — А вот телескоп для наблюдателя придется новый где-то раздобыть, поскольку старый эта туша с корнем вырвала и на землю сбросила. И чинить в том месиве из алюминия и битого стекла, которое от него осталось, просто нечего. Хорошо хоть сохранились файлы с уже отснятыми кадрами, оперативно переправленые к нам на землю.

— Что ж, мы долго удивлялись тому, что вампиры не относятся к нам серьезно… — Пробормотала Гуля, рассматривая не совсем четкие фотографии темной массы, заполнившей собою и тонкую ниточки дороги, и обочину, и еще метров сто прилегающего пространства — Теперь можно радоваться, наконец-то дождались того момента, когда лидеры этой клыкастой погани решили удостоить нас своего высочайшего внимания. Даже отправили каких-то компетентных вояк, первым же делом лишивших нас возможности следить за их маневрами…Хотя, пожалуй, полукомпететных. Ведь они все-таки с тем гниловатым стелс-птеродактилем немного опоздали.

— Ну, я бы не обиделся, если бы они подождали еще годик, дав нам времени подготовить армию покрупнее и где-нибудь спереть термоядерную боеголовку. Или начали действовать как клишированные злодеи, посылая на разборки сначала слабейших и тупейших своих слуг в очень ограниченном количестве, дабы враги могли на них как следует прокачаться и набраться сил. — Пошутил я, пересчитывая виднеющиеся на снимках костяные треноги. Впрочем, часть конструкций так называться не могла, поскольку имела целых шесть конечностей и была ощутимо крупнее той конструкции, что одним своим выстрелом могла вывести из строя любой броневик. — Увы, каноны жанра клыкастые уроды решили грубо попрать, и одних только шагающих артиллерйских платформ к нам гонят девятнадцать штук. И еще восемь каких-то других фиговин, даже повнушительнее.

— Это мобильные постановщики крепостных барьеров. — Оповестила всех собравшихся Лара, нервно барабаня своими изящными пальчиками по столу. Время на разговоры и шуточки у нас пока имелось: армия нежити еще только-только покинула Саратов, да и Совет покуда не собрался даже наполовину. Первым делом о чрезвычайной ситуации оповестили меня и Мирохина не потому как мы такие важные персоны номер один, а потому как маячили почти перед самым зданием бывшей школы, бегая по спортплощадке. А остальных пока еще найдешь, пока они все вместе соберутся…Некоторых мы и вовсе не дождемся, ибо они сейчас в ином мире, работают над обустройством наших зимних квартир, откуда вернуться в ближайший час-полтора просто не способны. — И, похоже, мы теперь знаем, чем эти твари занимались с момента вторжения на Землю. Раньше у той группы, которая заняла Саратов, имелось только три постановщика барьеров. И всего шесть боевых треног.

— Человеческих костей в нашем мире хватит с избытком еще и не на таких колоссов… — Призадумался я, рассматривая изображение грозных машин. Или все-таки такой вот своеобразной осадной нежити? — Видимо низкая скорость производства подобной техники обусловлена недостатком специалистов, которые её создают…Что ты можешь рассказать об этой дряни, устанавливающей барьеры?

— Нужны вампирам специально для того, чтобы прикрывать мощными магическими щитами орды подконтрольных им мертвяков от любителей дальнего боя вроде нас или вас. — Пожала плечами дриада, чей народ воевал с нежитью далеко не первое столетие. — Атакующие функции у них тоже есть и даже довольно эффективные на ближней дистанции. Нечто вроде невидимых летающих лезвий. Только используются они редко. Исключительно если кто-то пытается добраться до верхушки кровососов, которая обычно идет в бой под прикрытием одной-двух таких шагающих башен. С вероятностью девять из десяти сразу восемь постановщиков барьеров охраняют сейчас правителя Саратова и его первых помощников.

— В таком случае, думаю, мы знаем, как выглядит походный штаб противника, — Мирохин уверенно ткнул в одну из фотографий, центром которой служил ромб из четырех громадных костяных конструктов. Внутрь незримой границы сей геометрической фигуры с гранью метров в двести не смел зайти ни один обычный ходячий труп, однако пустой она вовсе не являлась. Первым в глаза бросался длинный белый лизумин, который явно раньше использовался не то для свадебных торжеств, не то для катания каких-нибудь высоких столичных гостей. Впрочем, самый главный кровосос мог быть и в огромнейшей карете, которую тянул костяной дракон. Или в непонятной матовой сфере, уверенно левитирующей на высоте пары метров над бездорожьем. А вот тащащиеся следом автобусы и грузовики были предназначены явно для слуг…И запаса элитного живого провианта. — Что еще ты можешь рассказать про эту дрянь? Её сильные и слабые стороны? Радиус действия, на котором она способна прикрывать живую силу противника? Ну, то есть неживую…

— Эта дрянь чрезвычайно эффективна в радиусе примерно десяти-двенадцати ваших километров вокруг себя. Сплошная зона покрытия, может останавливать до трех выстрелов в одну и ту же секунду. Некоторые экземпляры способны также работать на вдвое большем расстоянии, пусть и с зоной действия очерченной узким лучом в две-три сотни метров, да вдобавок ценой повышенного расхода энергии. Не совсем уверена, насколько хорошо она себя покажет против вашей артиллерии, однако обстрел из нескольких десятков наших магических орудий сопоставимой силы даже один постановщик барьеров держит минут пять. — Названные технические характеристики заставили неприятно засосать под ложечкой. Ходячие костяные башни, как показала практика, отстреливают броневики практически как мишени в тире. И дальнобойность с точностью у них заметно выше, чем у наши орудий. С учетом количества подобной техники, нежить потерь при штурме может и вообще не понести. Особенно если твари опять провернут уже знакомый трюк с ускорением. — Подобно боевым треногам постановщики барьеров относительно уязвимы в ближнем бою. Можно вскарабкаться по одной из ног до кабины…Но внутри не один высший вампир сидит, а как минимум два, а обычно и больше. Чтобы упала, надо отшибить не меньше четырех ног, ну или только три, но тогда они все должны находиться с одной стороны. К счастью, сии конструкции довольно медлительны. Не думаю, что они успеют дошагать до Новокузьминска хотя бы завтра. А без них вампиры свое войско вперед двигать не будут, опасаясь обстрела ваших орудий. Скорее всего, к городу нежить подойдет только через день, да и то не с утра.

— С такими длинными ногами и скорость меньше десяти километров в час? — Озадачился Мирохин. — Странно…Может это сознательное занижение их возможностей, чтобы когда будет нужда, они смогли всех удивить?

— Может и так, но если они будут едва-едва тащиться, то это нам на руку, — решил кто-то из задних рядов. — Фугасов в кладовых много, можно дорогу хоть сто раз заминировать…Особенно если дриады помогут, ведь им в землю нырнуть — раз плюнуть.

— У такой большой группы вампиров не может не быть магов, что очень внимательно сканируют каждый метр пути перед армией, — возразила Лара. — Неужели вы думаете, что имея такое преимущество, как возможность скрываться в земле, мой народ не додумался до тактики минных полей? Они устроены не так, как ваши, но ничуть не менее смертоносны…И, к сожалению, кровососы навострились обнаруживать их достаточно неплохо. Ваши фугасы они тоже обязательно найдут, если никуда спешить не будут.

— Проблема, — тяжело протянул Денис, непонятно когда успевший присоединиться к почти уже собравшемуся Совету, протирая свои очки даже не платком, а просто рукавом рубахи. — А еще большая проблема в том, что даже я своими подслеповатыми глазами вижу — если эта орава до нас все-таки доберется, нам придет полный писец! Сколько их там?

— Ширина одной дорожной полосы, если не ошибаюсь, составляет два метра десять сантиметров. На выезде из Саратова их вроде бы четыре, две ведут в город, и две наружу. — Задумался наш главный инженер, вооружаясь извлеченной из кармана рулеткой и начиная делать замеры. — Значит, вот эта узкая полоска на карте равняется восьми с половиной метрам. Можно составить пропорцию и высчитать ширину наступающей орды. А потом и длину, на которую их ряды растянулись. Затем умножаем одно на другое и получаем площадь, покрытую ходячими трупами, откуда уже можно вывести их количество.

— Дорого на выезде из Саратова скорее уж десять метров занимает, — подсказала ему соседка. — Вы про обочину забыли. Она тоже метра два.

— Точно, — поправился инженер, выкладывая перед собой снимки один поверх другого таким образом, чтобы получилась максимально достоверная карта территории, по которой прямо сейчас бредем воинством мертвецов. — Тогда берем двенадцать, считаем и…Так, а сколько ходячих трупов умещается на одном квадратном метре?

— Три, пожалуй… — Неуверенно переглянулся я с Мирохиным. — Плюс- минус…В зависимости от того, как сильно они отъелись или разложились. Нет, твари могут столпиться и плотнее, но тогда им будет двигаться очень неудобно. Все-таки ходячие мертвецы строй держать не могут, они просто толпа.

— Ага…Так. Хм… — Погрузился в расчеты мужчина, а потом для верности достал из кармана маленький калькулятор и немного постучал по клавишам. После чего им же озадаченно почесал свой лысеющий затылок. — Тогда их там тысяч сто пятьдесят-двести. Плюс-минус.

— О-фи-геть, — только и смогла сказать Аня, раздельно проговаривая каждый слог. — Это что? Все до одного покойники Саратова, от которых за годы лежания в земле остались не только рожки и ножки?

— Пожалуй, даже еще с добавками из тех мирных жителей, кто Конец Света не пережил. — Согласилась Гуля с мнением подруги. — И видимо в Саратове упыри не давали всяким динозврам, троллям, саблезубым тиграм и прочим любителям человеческого мяса жрать людей…Не нужны им были в этом деле конкуренты.

— Находясь на подходящей позиции, один наш боец сможет уничтожить с десяток простых ходячих трупов. — Принялся рассуждать инженер. — Если использовать тактику ударил-убежал, то его эффективность в краткосрочной перспективе снизится, но врагов он будет косить до тех пор, пока боеприпасы не кончатся…Ну или силы, если говорить о волшебниках…

— Да только какой смысл о такой ерунде говорить, если спокойно косить эту орду и сматываться нам в жизни не дадут?! — Перебил его Денис. — Ладно, еще эти костяные шагающие танки, но там ведь и обычных танков штук пятьдесят! А у нас в ангарах как-то нет сверхзвуковых бомбардировщик или иных машин, по которым и стрелять-то бесполезно! Если наводчики и успею прицелиться в нужную сторону, то пули все равно не догонят!

— Догонят, если нацелены правильно…Они тоже быстрее звука летят…И танков там сорок шесть, — поправила нашего главного артефактора его сестра, умудрившаяся не только внимательно изучить фотографии, но и подсчитать количество вражеской бронетехники. — Вместе с тремя сотнями БМП вроде тех, которые мы сами наклепали.

— А также не стоит забывать, что обычные и даже чуть усиленные зомби могут составлять отнюдь не сто процентов орды ходячих трупов…И отдельные мутанты могут по боевой эффективности оказаться вполне сравнимы с тем же танком. — Добавила Аня. — Понятия не имею, сколько там разъевшихся тварей, но они точно есть. Если подобные монстры были в гарнизоне отряда, охранявшего уничтоженный аванпост людоловов, то почему бы им в Саратове не отыскаться в куда больше количестве?

— А ведь про то, что в Саратов с запада подтягивается бронетехника, я вам докладывал, — заметил Егор. — Даже фото колонны танков приносил, полагаю, конкретно вот этих танков. А потому претензии к работе разведки не принимаются.

— А их никто и не предъявляет, — пожал плечами его бывший начальник. — Именно из-за твоего доклада Семен и хотел нанять в Уайтхорсе армию наемников, не считаясь с расходами…Жаль, но получилось. Вместо хорошо подготовленных солдат он привез всего лишь толпу гражданских.

— Кого сумел, того и привез. А вообще жаль, да… Конечно, козе понятно было, что нежить готовится втоптать нас в пыль после того, как мы целых две их базы разрушили…Но такого масштаба лично мне даже в кошмарах особо не мерещилось… — Я тяжело вздохнул, а после потер затылок, ощущая, как по спине от нервного напряжения выступает холодный пот. — Даже с учетом тех трех тысяч беженцев, которые переехали из Уайтхорса и могут держать в руках оружие, мы такую армаду своими силами не остановим. Никак не остановим…Если союзники не помогут.

— Боюсь, в этой ситуации мы вам помочь не сможем, — медленно проговорила Лара. — Нет, я конечно же доложу своему начальству, и решение принимать совсем не мне…Но это много нежити. Слишком много, чтобы мы сумели её остановить или хотя бы задержать там, где нет покорного нам леса…Да даже и в лесах остановить такую орду, да еще с поддержкой почти трех десятков их дальнобойных некроконструктов, могло бы не получиться! А армия Общины Серебряного Ясеня переживает далеко не лучшие времена… У нас осталось всего шесть тысяч тех, кого вы бы назвали солдатами…И я не думаю, что большинство из них смогло бы в бою вне лесной чащи уничтожить хотя бы десять ходячих трупов.

— Союзнички, — пробурчала себе под нос заведующая городской больницей. — Заставили нас раздраконить нежить, а теперь…

— Цыц! — Оборвал её сидящий рядом мужчина, которого я честно говоря не узнал. Все его лицо распухло и было покрыто зловещего вида багровыми шишками. Видимо нарвался недавно не то на инопланетных магических пчел, не то на еще какую-то пакость подобного рода. — Если ты не забыла, эти твари, что движутся из Саратова, давно уже хотели нас сожрать, и воевать с ними пришлось бы полюбому!

— Вы можете позвать на помощь другие общины? — Уточнил Мирохин. — Естественно, мы заплатим…Надеюсь, если имеющихся запасов не хватит, ваша община согласится предоставить нам кредит?

— Мы бы сделали это, но… У тех общин, которые имеют хотя бы теоретические шансы прислать сюда солдат вовремя, своих проблем хватает… — Тяжело вздохнула Лара. — К сожалению, по сравнению с большинством наших родичей, мы еще довольно неплохо устроились…Количество погибших за последний год всего в три раза больше количества родившихся. Но я на девяносто девять процентов уверена, что жителям Новокузьминска, если вы захотите переселиться в наши леса, дадут вполне себе приемлемые условия вассалитета. Нам такие достойные союзники очень нужны!

— Спасибо, мы это учтем, — вежливо поблагодарил я дриаду, старательно давя в своей душе вспыхнувшее в её адрес раздражение. В принципе, предложение даже не было таким уж плохим. Утрата суверенитета однозначно лучше, чем гибель, и по крайней мере голодать работающие на дриад люди точно не будут. Однако же, сдается мне, процветания им тоже не видать. Наша реальность слишком сурова, чтобы в ней процветала доброта, а не рациональность. Улыбчивые зеленокожие красотки с острыми ушками получив в свои ручки надежные рычаги влияния запросто могут превратиться в тех, кто мягко стелет, да жестко спать. — У меня будет еще один вопрос, касающий боевой эффективности этих костяных конструктов. Как они проходят через порталы?

— Только через крупные и очень-очень осторожно, — не замедлилась с ответом Лара. — Пространственную аномалию можно растянуть…Однако, если в этот момент удерживающим её чародеям чего-то помешает, то эти громады пережует и выплюнет отдельными косточками. А потеря даже одного такого оружия — вполне достаточный повод для князей кровососов, чтобы смахнуть клыкастую голову одного из своих подчиненных.

— А сузить портал так, чтобы враги прорывались через него буквально по штуке в секунду, ваши чародеи могут? — Тут же уточнил Мирохин.

— Могут, если сильные, — согласилась дриада. — Но это надо стоять к порталу вплотную…Не многие пойдут на такой риск. А уж если вы хотите отстреливать тех, кто будет прорываться через те же врата миров, то таких дураков и вовсе не найдется.

— Странно как-то, — пробурчала Гуля себе под нос. — Сужать можете, расширять можете…Закрывать никак.

— Мы магические существа, — развела руками дриада. — Недостаток волшебства для нас столь же неприятен и вреден, как для вас недостаток воздуха где-нибудь высоко в горах. Чародеи моего народа знают, как усилить токи энергии и открыть проход в соседний мир, если его нет, но учиться обратному…Детям нормальных лесов это просто не нужно, а у тех, кого выгнал из родовой чащи катаклизм просто нет на подобное времени.

— Если мы не можем рассчитывать на победу в бою, то видимо пришла пора вспомнить те планы, которые мы составили ну на совсем крайний случай, — тяжело вздохнул Мирохин. — Осталось только определиться с тем, будет ли это «Ближняя дача» или все-таки «Дальние выселки».

— Это он о чем? — Тихонько поинтересовалась заведующая больницей.

— Два разных плана эвакуации, которые мы подготовили на тот случай, если в Новокузьминске по какой-то причине оставаться будет больше нельзя. — Ответил Егор женщине, видимо пропустившей тот Совет, на котором эти вопросы обсуждались. — Первый предусматривает отступление на позиции в ином мире, ведь ведущий туда портал гораздо легче защитить подавляющем количеством огневой мощи, чем целый город. Поскольку далеко уезжать будет не надо, то мы успеем прихватить с собой довольно много припасов первой необходимости, может даже какое-нибудь оборудование и станки. А раз вернуться можно будет быстро, то Новокузьминск есть хорошие шансы отвоевать обратно через неделю или через месяц. Однако и разумный враг нас при минимальных затратах времени и сил выследит без проблем. И если захочет, то настигнет.

— У нас как раз и подготовленная база для этого плана уже есть, — Аня попыталась найти хоть что-то хорошее в сложившейся ситуации. — Ну, та крепость, в которой мы собирались зиму пережидать будет всяко лучше лагеря в чистом поле или каких-нибудь землянок.

— Только вот вампиры про неё наверняка уже знают. А даже если и нет, то спрятаться всего лишь за одним из порталов не получится, — подтвердила Лара. — Небольшая группа опытных профессионалов еще смогла бы это сделать при некоторой толике удачи, но население целого города…Без шансов.

— Второй план эвакуации носит название: «Дальние выселки», — продолжил Егор. — Мы бросаем город с концами и маршируем в те земли, где есть союзники, которые могут прикрыть. На Кубу, в Белоруссию, к территориям, контролируемым маршалом Крючковым…Как вариант — к дриадам. Шансы на то, что нас там в ближайшем будущем достанут вампиры — минимальные. Вероятность нарваться на какие-то другие проблемы по пути или уже на месте — высокая. Вдобавок место в грузовиках жестко ограничено, много увезти с собой не получится. Да и на чужбине, скорее всего, придется забыть о том, чтобы жить своим умом и идти к кому-то на поклон.

— Полагаю, пора приступать к голосованию того, какой план эвакуации будет нами использован, — тяжело вздохнул я, ощущая, что все успехи, которых удалось достичь, могут пойти прахом. — Лично мне кажется разумным вариант с отступлением в Белоруссию, ведь отсидеться в уголке не получится. Кровососы к нашим зимним квартирам и обходной путь проложить не поленятся, вспомните, как ловко они управлялись с порталом, швыряющим их ловчие отряды по всем владениям дриад. Однако, прежде чем мы покинем Новокузьминск, я прошу у Совета одобрение на проведение еще одного экстренного и чрезвычайного плана, составленного на совсем крайний случай. Плана: «Иерофант».

Глава 26

— Вот они, заразы, — процедил я, через камеры беспилотника рассматривая растянувшуюся на километры орду вражеского воинства. Первоначально нежить занимала куда как более компактную площадь, однако к исходу второго дня марша многие тысячи ходячих трупов стали проявлять признаки усталости, ну или вернее своеобразного энергосберегающего режима. Они подолгу замирали на одном месте, и даже если их подгоняли напирающие в спину товарищи или кровососы, то все равно едва-едва двигали свои ногами, как никогда напоминая тех зомби, которые когда-то впервые украсили собою фильмы ужасов. И это даже несмотря на то, что вампиры периодически загоняли на растерзание своим питомцам оказавшихся слишком близко к дороге динозавров с прочим зверьем. Видимо этих жалких подачек на столько голодных ртов было мало, а у вампиров под рукой не оказалось ни большого количества скота, ни лишних пленников. Да и медлить, загоняя своих бойцов на сельские кладбища, дабы твари могли немного понежиться в комфортном им фоне некроэнергии, клыкастики не желали. — Расстояние до нас?

— Двадцать пять километров, — откликнулся Денис, лично контролирующий перемещения летучих равездчиков. — И от нас до границ города еще восемнадцать…Если бы мы согласились принять бой, то он бы состоялся сегодня. К вечеру, ведь эти костяные колоссы еле тащатся.

— Угу, переставляют ноги недалеко и по одной. Видимо вампирам тяжелее заставить свои творения удерживать баланс, чем прицепить к ним большие пушки, — согласился я с артефактором, а потом изображение внезапно дернулось и пропало. — Черт! Это помехи или…

— Сбили, падлы, — сморщился главный артефактор Новокузьминска, щелкая клавишами и пытаясь переключиться на какой-нибудь другой беспилотник. Естественно, на разведку была отправлена не одна единственная машина, а целая их стая. Иногда на экране вновь появлялась картинка, но либо камера выходила из строя через секунду-другую, либо ужасно болталась и стремительно неслась к земле, теряя обзор и обещая разбиться вдребезги уже в самое ближайшее время. — Причем вся эскадрилья атакована, да еще и чем-то непонятным. На магию не похоже, для снайперской стрельбы вроде далеко…

— Ладно, потом разберемся, если будет у нас это самое потом, — вздохнул я, а после взял рацию. К сожалению, продвижение противника привычными методами не удалось ни остановить, ни даже замедлить. Из десятков закопанных на пути орды ходячих трупов фугасов взорвался лишь один, да и то в тот момент, когда его приводили в боевую готовность, убив нафиг троих саперов. А все остальные нежить обнаружила, обезвредила магией, выкопала и забрала себе. Попытка минометного обстрела с предельной дистанции и закрытой позиции позволила полюбоваться на новый прием из арсенала боевой магии, а именно облако разъедающего все и вся праха, которое оказалось куда более дальнобойным, да еще и самостоятельно гонялось за пытающими сбежать машинами. Минус еще пятнадцать человек. Массовый налет беспилотной авиации по счастью новых жертв не принес и даже позволил нанести противнику какой-то урон, однако за пополнением боеприпаса вернулось всего пятьдесят процентов отправленных в бой машин. А ведь под бомбами сгинула лишь пара сотен тварей, такой размен мы себе позволить просто не могли. — Говорит Семен! Выгружаемся! Инженерам приступить к разметке, работать будем здесь!

Из сотен грузовиков, съехавших с дороги на ничем не примечательное поле, ныне густо заросшее сорняками и даже не таким уж и низким кустарником, высыпало пять тысяч человек. Те, кем было решено рискнуть в надежде на то, что план «Иерофант» все-таки сработает ну или как минимум не убьет нас всех. Большую часть этой орды составляли добровольцы из переселенцев, которым в случае успеха были обещаны крупные поощрения, а водители, некоторая часть гильдии магов, медики, пара сотен солдат и берущие на себя техническую часть рабочие, вынужденно повышенные до инженеров, составляли абсолютное меньшинство. В случае потери важных, но все-таки не незаменимых кадров, обитатели Новокузьминска получат серьезный удар, однако выживут. Но лично я надеялся, что умирать сегодня больше никому из нас не придется. В конце-концов, с теми же вампирами мы вступать в бой даже не собирались, наоборот, приняли все меры, дабы этого не произошло, остановившись за пределами их досягаемости, но все-таки достаточно близко к городу, дабы не обнаружить у себя под боком авангард противника. И пусть клинки и ружья сегодня были при себе у всех, но основным нашим оружием сегодня являлись лопаты. А также ломы и кирки. Ну, за исключением инженеров, вооруженных рулетками, большими транспортирами и сварочными аппаратами.

— Так! Здесь от сих до сих! Два метра в глубину, первоначальная ширина три, с небольшим сужением на двадцать четыре градуса! Ровно по канатам! — Закончив воевать с измерительными инструментами, ближайший к нам инженер опустил на землю заранее заготовленный отрезок толстой веревки, идеально выверенной длины. Еще несколькими обозначил требуемую ширину на разных участках. — Справитесь? Я тогда буду за другим участком наблюдать, чтобы не накосорезили и не размахались чересчур от излишнего энтузиазма!

— Справимся, не бином Ньютона! — Фыркнул я, уже вонзая лопату в твердую неподатливую землю. И, кстати, делая это не первым. Денис уже вовсю изображал из себя малогабаритный экскаватор, отбрасывая в сторону грунт и бликуя очками не хуже, чем фарами. — Переселенцев проверяй, а мы уж пропорции при помощи рулетки как-нибудь выдержим!

Минут пятнадцать стояла относительная тишина, прерываемая лишь шумным дыханием, звяканьем металла о камни, да чертыханиями, когда один землекоп случайно другого задевал.

— Семен, а ты точно уверен, что это сработает? — С сомнением поинтересовалась тяжело дышащая Аня, уперев в землю лопату и прислонившись к ней лбом. Несмотря на то, что погода сегодня стояла по-настоящему морозная, от девушки вовсю валил пар…Впрочем, как и от любых других людей, в настоящий момент активно занятых земляными работами. Они горячие, а воздух холодный, как и подобает поздней осенью. Очень поздней, если сейчас вдруг снег пойдет, то вообще никто не удивится.

— Нет, не уверен, — абсолютно честно заявил одной из своих девушек я, отбрасывая в сторону кусок мерзлого грунта, который даже и не думал рассыпаться на составные части. К сожалению, относительно мягкий гумус кончился еще сантиметров двадцать назад, и теперь я копал не то глину, не то еще какую-то на редкость однородную дрянь, которая с большой неохотой уступала тонкому но прочному металлическому листу лопаты. — Однако, шансы неплохи….

— Отличные шансы! — Громко возразила мне Гуля, с неожиданной сноровкой орудуя не слишком-то новым садовым инструментом, явно перекочевавшим на склады Новокузьминска не то из чьего-то частного домика, не то вообще с какой-то дачи. — Девять из десяти, что мы добьемся того, чтобы на нас обратили внимание…Вот что оно благосклонным будет — поменьше как-то. Но тоже не меньше, чем три из четырех, ведь если призываемая сущность ценит жизненную энергию людей, то от столь большого подарка точно не откажется.

— А оставшиеся двадцать пять процентов ты отводишь на то, что нас всех нафиг сожрут, ну или заморозят? — Деловито уточнила девушка-медик, все-таки возвращаясь к работе. — Знаешь, мне такие шансы как-то не очень нравятся!

— Не обязательно, — возразила ей Гуля, не переставая махать лопатой. Впрочем, даже если бы обе мои любовницы решили дружно отлынивать от работы, на общих темпах создания огромной руны ледяного диска это бы почти не отразилось. Однако даже с учетом такого количества горящих энтузиазмом землекпов, построить трехмерную конструкцию нужного размера, чтобы вместить туда добровольные пожертвования всех этих доноров, было делом не быстрым. Канава, служащая основанием мистического знака, будет в несколько слоев покрыта герметичной полиэтиленовой пленкой. На десяти грузовиках сюда были привезены трубы, что прямо сейчас режутся сварщиками, чтобы листы металла были соединены в уже новой конфигурации, придающей символу необходимую трехмерность. — Может и не сожрут…Может просто соберут всю предложенную прану и свалят по-английски, не прощаясь. Или же скажут: «На вашем счете недостаточно средств». Могучим космическим сущностям, знаешь ли, в силу природы положено работать исключительно по космическим расценкам!

План: «Иерофант», названный так в честь должности какого-то особого верховного жреца и составленный на случай ну совсем уж чрезвычайной ситуации, был разработан давно. В общем-то, практически сразу же после того, как мы наконец-то узнали, как именно работают трофейные вампирские перстни и наши посохи, сделанные по их образу и подобию. Суть его была проста. Если применение данного вида рун по своему принципу подобно покупке, совершаемой в торговом автомате, то значит можно выйти на диалог с тем, кто этот торговый автомат создал…Ну или владеет им в данный момент времени. Приобретение одной единственной шоколадки в магазине не привлечет к себе ни малейшего внимания. Пара десятков, приобретенных за один раз, возможно, отложатся в памяти продавца, сильно выбившись из общего ряда. Сотня почти наверняка станет событием дня и будет вспоминаться еще долгое время. В конце-концов, чем крупнее проворачиваемые сделки, тем больше извлекаемая прибыль. А вот заказ тысяч на пять-шесть — это уже оптовая операция, ради которой работник торговли с охотой будет улыбаться клиенту и пойдет навстречу разным необременительным пожеланиям вроде подарочной упаковки и организации доставки товара до нужного места своими силами…Или вообще вызовет своего директора, поскольку подобное уже вне его зоны компетенции. Нас, в принципе, устроит любой вариант, ведь поскольку речь идет о заключении договора не с хозяином продуктовой базы, а с какой-то могущественной сущностью, имеющей собственную руну, то для неё уничтожение армии нежити должно видеться задачей вполне посильной. При соответствующей оплате, само собой. Мы построим огромный мистический знак и дадим энергию, достаточную для создания нескольких тысяч боевых заклинаний. Однако нас вполне устроят и считанные их сотни, только ударить они должны за десятки километров от того места, где мы находимся. Чарам даже не нужно уничтожать всю армию нежити, достаточно лишь разломать или хотя бы повалить шагающие костяные конструкты. С остальной армадой ходячих трупов, лишенной поддержки своей дальнобойной артиллерии, мы уже справимся потихонечку.

Руной, которую решено было создать в небывалом доселе размере, сразу по нескольким причинам оказался выбран ледяной диск. Во-первых, он очень хорошо себя показал по соотношению цена/качество, а значит, создающая подобные снаряды сущность очень любит жизненную энергию людей, раз не стесняется за неё как следует поработать. Во-вторых, изученные нами магические тексты гласили, что склонность к работе со стабильными элементами вроде кристаллов и камней имеют те существа, что по своей природе очень последовательны и тяготеют к порядку. Дав какое-то обещание они будут стремиться его выполнить, а не станут юлить и изворачиваться, подобно хаотическим духам, контролирующим разные формы энергии. В-третьих, периодически накрапывающий мелкий дождик должен был несколько облегчить манипуляции любыми формами воды, поскольку данной жидкости в окружающем пространстве имелось вполне достаточно. Ну и в-четвертых, сама схема данной руны была значительно проще, чем у пустотной кляксы или града огненных пульсаров. Учитывая то, что возводить основу для мистического знака приходилось в чистом поле, данный факт тоже следовало учитывать. Конечно, сделать все в самом Новокузьминске было бы проще…Однако, чем меньше дистанция до цели, тем меньше должны оказаться потери энергии. Да и город, в котором прямо сейчас еще продолжалась подготовка к эвакуации, лишнему риску подвергать никто не хотел, пусть даже риск нарваться на большие неприятности в процессе призыва был сочтен не слишком великим. Тот, кто активно использует обмен частички своей мощи на фиксированное вознаграждение, должен и понимать, что долговременные отношения ему будут гораздо выгоднее, чем возможность один раз хапнуть задарма предложенной жизненной энергии, дополнив её совершившими призыв людишками, а после сосать лапу. Ведь как минимум от этих торговых партнеров новых заказов уже точно не будет.

— Ааа! Мамочки! — Внезапно раздался неподалеку от нас испуганный и полный боли женский крик, а после воздух наполнил звук выстрелов. С невнятным, но явно очень нецензурным возгласом я уронил лопату прямо себе на ноги, хватаясь одной рукой за пришитый к рукаву перстень с градом огненных пульсаров, а вторым за ремень висящего за спиной автомата…И больно долбанулся носом об прыгнувшее прямо к лицу дно канавы, когда попытался развернуться к источнику шума. Об свой шанцевый инструмент мне споткнуться, конечно, было просто смешно, и этой участи глава гильдии магов Новокузьминска все-таки избежал. Под ноги подвернулось орудие труда то ли Гули, то ли Ани, которые тоже моментально оказались брошены, едва только дело запахло керосином.

— Держу щит! — Денис вытащил откуда-то из под одежды короткий посох и с его помощью создал барьер, который должен был обеспечить нам некоторую степень безопасности. С учетом плохого зрения артефактора это был довольно разумный выбор, ведь даже почти самостоятельно наводящиеся на цель заклинания не принесут много пользы, когда чародей свою цель банально не видит. — Эээ…А я в правильную сторону держу?

— Где они?! Сколько их?! — Простонал я, медленно поднимаясь на ноги и прижимая правую руку к расквашенному носу и смачивая шипы артефакта обильно текущей оттуда кровью. Если вампиры обнаружили нас, поняли чем может им грозить завершение мистического знака и послали какие-то свои спецвойска, умеющие двигаться очень быстро, то нам предстоит серьезный бой…Лучше будет ударить градом пульсаров два раза подряд и надеяться, что этого хватит, дабы хотя бы притормозить элитные силы кровососов. — Девочки, вы чего-нибудь видите?!

— Спокойно, Семен, ложная тревога, — со смешком успокоила меня Гуля, вокруг которой уже вилось целое облако разных мелких духов. — Это всего лишь была какая-то мокрица…Большая, но безмозглая даже по меркам себе подобных, раз кинулась на такую толпу людей в надежде, что сможет нас напугать и убежать с дбычей.

— А? — Повертев головой, я наконец-то обнаружил источник шума, который напугал меня едва ли не до глубины души. Метрах в пятидесяти от нашей позиции прямо на земле валялось огромное насекомое вроде того, которое однажды чуть не сожрало меня и Аню. Плоское сегментированное тело длинной метров в пять, длинные усы, ужасающая морда с провалом пасти, усеянном радами окровавленных крючьев. А рядом с ней сидела и стонала женщина, чья правая нога была почти отгрызена от остального тела и кровоточила несмотря на то, что кто-то из медиков уже успел наложить жгут на верхнюю треть бедра прямо поверх обрывков одежды. — Ну. Наверное, могло быть и хуже. По крайней мере, эти твари если и встречаются толпой, то не уважают тактические хитрости, тупо нападая лоб в лоб. Но почему её не заметили наши охранники?

— Раззявы потому что, — буркнул Денис, устало усаживаясь прямо на край канавы. Видимо на него нахлынула слабость после сотворения магического барьера. — Если бы вампиры наложили на эту тварь отвод глаз или еще какую невидимость, то она бы сделала гораздо больше, чем покусала кого-нибудь. Они монстры, но не идиоты, а потому не станут размениваться на подобные мелочи, которые нашу работу задержат максимум на минуту, если не меньше.

— Пожалуй, — был вынужден согласиться я, когда никаких новых диверсий не случилось, а люди стали потихоньку возвращаться к работе. Которая, между прочим, уже близилась к завершению. Сварщики уже начали соединять вместе трубы, которые будут установлены в нужных местах формируемой исполинской руны. — Надо будет узнать, кто контролировал этот сектор и обязательно нажаловаться Мирохину, чтобы он как следует пропесочил идиотов, что вне городских стен так сильно расслабились. Продолжаем копать! Чем быстрее закончим, тем меньше шансов, что нам помешает не какая-нибудь случайная тварь, а воинство вампиров!

Еще через пятнадцать минут основные работы были завершены, да десять ушло на то, чтобы инженеры тщательно проверили углы, под которыми были проложены линии и соединялись друг с другом громадные трубы. Крупных косяков по счастью не обнаружились, а мелкие стали оперативно устранять, пока дно свежепрокопанной канавы устилали в несколько слоев герметичной пластиковой пленкой и посыпали купленными у дриад реагентами, замедляющими рассеивание жизненной энергии. Без последних, в принципе, было можно и обойтись, но тогда бы эффективность запланированного ритуала заметно снизилась. А мы и так не имели твердой уверенности, что она окажется достаточно велика. Да, здесь и сейчас имелось пять тысяч доноров, готовых расстаться со своей кровью и жизненной энергией ради возможности уничтожить врага…Но вдруг этого будет маловато по сравнению с упоминаемыми в древних текстах гектакомбами, сиречь жертвоприношением тысячи быков, ведь отдадут-то добровольцы далеко не все, оставив себе достаточно, дабы не потерять сознание и своим ходом загрузиться в машины, которые доставят народ обратно в Новокузьминск. Или сразу дальше, если из нашей затеи ничего не выгорит и придется драпать.

— Мы готовы! — Оповестила меня Аня, которая вместе с прочими медиками поспешно вымыла руки, и теперь была готова приступать к пожалуй самому массовому единовременному сбору анализов крови в истории Земли. Только вот отправится извлекаемая из людей при помощи игл и трубок алая жидкость не в пробирки, а прямиком в поджидающий её резервуар, по совместительству являющийся мистическим символом.

— Мы тоже! — Согласилась с ней Гуля, которая вместе с прочими шаманами должна была отвечать за донесение до призванной сущности наших хотелок.

— Все насосы исправны, — добавил Денис, что вместе с прочими инженерами и артефакторами сейчас должен был проконтролировать, дабы кровь заполнила собою не только плоскую основу руну, но и возвышающуюся из неё конструкцию из труб.

— Тогда приступаем! — Я подал пример, первым сбросив верхнюю одежду и закатав левый рукав. Холодный осенний ветер моментально добрался до тела, заставив зябко поежиться. Не хотелось бы простыть…Пусть на фоне иных проблем это всего лишь ничего не значащая мелочь, однако у меня как-то нет желания решать более важные вопросы, одновременно кашляя, чихая или истекая соплями. — Друзья! Коллеги! Соратники! Все вы знаете, как важен сегодняшний день! И я верю, сейчас мы добьемся успеха! Но даже если этого и не произойдет, никто не сможет сказать, будто мы не сделали все, что в наших силах, дабы отстоять то место, которое стало нам домом!

— Как себе речь, — тихонько шепнула Аня, ловко перехватывая жгутом мой локоть. — На троечку…И судя по тому как хмыкает Гуля, она того же мнения.

— Вот большее тебе спасибо за теплые слова, — столь же тихо пробурчал я своей любовнице, которая иногда становилась воистину жуткой стервой! Впрочем, как и бывшая работница салона красоты. Доиграются ведь когда-нибудь! Если они продолжат в том же духе, то дождутся, уйду я от них…На свежие, так сказать, пастбища, как и положенном тем мужчинам, кого прекрасный пол за все хорошее называет похотливыми козлами. — Умеешь ты подбодрить…

Множество тонких алых ручейков потекло вниз, стремительно образуя если и не реку крови, то, по крайней мере, хороший такой ручей, благодаря насосам начавший свою циркуляцию по многоярусному кругу. Единственную на весь Новокузьминск вампиршу мы с собой не взяли, но уверен, ей бы это зрелище понравилось…Или крышу снесло. Все-таки бытие определяет сознание, и хотя наша соотечественница старается оставаться нормальным человеком, инстинкты у неё все-таки те же самые, что и у остальных представителей её племени.

Я не уловил того момента, когда наши действия дали ожидаемый результат, но было это явно не в первые минуты, поскольку очереди к медикам сократились примерно наполовину, а проспиртованная ватка, которой зажимал прокол на своей руке, мне больше уже не требовалось. О том, что мы были успешно замечены, позволили догадаться только лица окружающих людей, дружно задравших головы к небесам и тыкающих пальцами явно во что-то интересное. В небе над центром громадного мистического знака возник десятиметрового диаметра портал, которого там раньше не было. Но он серьезно отличался от знакомых мне пространственных аномалий, представляя из себя не облако всех цветов радуги, а четкий словно циркулем очерченный круг, за которым находилось нечто…Нечто, по всей видимости, очень холодное, поскольку этот разрыв в ткани реальности буквально истекал белым паром, будто огромное леветирующее озеро жидкого азота. И окружающий воздух как-то похолодал, а плещущаяся в исполинской руне кровь заметно загустела, покрывшись ледком.

— Она говорит! — На плечо мне легла тонкая ладошка Гули, заставив содрогнуться всем телом. Пальцы девушки были настолько холодными, что пробрало даже сквозь одежду! Сквозь зачарованную броню! А еще её глаза буквально полыхали изнутри настолько концентрированной синевой, что одну из моих любовниц ночью можно было бы использовать как прожектор! — И другие говорят. Но она не решает, и другие не решают. Решаешь ты. Говори ты.

— Враги, которые идут на нас с той стороны, куда сейчас протянута моя рука. Многие тысячи мертвецов. Мы хотим, чтобы они были уничтожены тобой. — Медленно и четко проговорил я, взирая в лицо своей девушке, одержимой чем-то потусторонним…И могущественным, очень могущественным, раз оно не только открыло сюда портал, но и в легкую подчинило себе не самую слабую шаманку, заодно сходу разобравшись в том, что здесь происходит. С одной стороны, раз с нами вообще открыли диалог, то это хороший знак. Вот только чем обернется для Гули столь близкое знакомство с каким-то воплощением космического холода?! — Возьми энергию, что мы влили в твою руну. Сделай это. Уничтожь их. Если не сможешь одолеть всех, то разорви на части самых крупных.

— Я могу. Но зачем мне это надо? — Сущность, говорившая через Гулю, начала…Торговаться? — Вы взываете к моей силе. Они взывают к моей силе. Если они будут уничтожены, то не станут больше взывать.

— Мы слабы, мы вынуждены взывать часто. Мертвецы сильнее людей, они могут себе позволить взывать реже. И они не производят энергию жизни, а сами пожирают её. — При проведении дипломатических переговоров я решил надавить на самый основной инстинкт для любого участника торговых соглашений. На его жажду дальнейших прибылей. — Если они уничтожат нас, то они станут могущественнее, а поводов прибегнуть к твоей силе станет меньше. Если для нас ты уничтожишь их, мы к твоей силе будем взывать намного чаще. И научим тому же других людей.

— Ты просишь многое, но предлагаешь малое. Даже с учетом того, сколько еще могут дать мне люди, что находятся здесь. — Свечение в глазах Гули приутихло. Что это значит? Сущность, призыв которой был успешно осуществлен, о чем-то размышляет? Или девушка не справляется с обрушившимися на неё нагрузками и вот-вот перегорит, как лампочка, на которую подали непомерное напряжение? — Я хочу большего. В тридцать раз большего.

— Не за один раз, — выдвинул я встречное предложение. Сто пятьдесят тысяч человек в Новокузьминске просто не было, и даже если мы выжмем досуха весь приведенный переселенцами скот, то этого не хватит. С другой стороны, сдавать кровь раз в три дня для некоторых доноров было по меркам старого мира вполне допустимой нормой, если не загружать их серьезными физическими нагрузками. И если Новокузьминск не сможет полагаться на пять тысяч человек в течении трех месяцев, ну пусть четырех или даже пяти, то это будет очень даже приемлимой ценой за уничтожение воинства ходячих мертвецов. — Тридцать таких подношений, как сегодня, но проведенных в разные дни. Сорок, если сбежать не сумеет вообще ни одного вампира. Мы передадим тебе нашу энергию в течении того, что люди называют годом, но наверное все-таки быстрее.

— Сделка заключена! — Провозгласила призванная нами сущность, а после Гуля повалилась на колени, изрыгнула на покрытую изморозью землю и мои ботинки свой завтрак, а потом вполне отчетливо помянула чью-то мать. Однако, помочь ей встать и вообще хоть как-то уделить девушке внимание у меня не имелось никакой возможности, поскольку сознание захватил поток видений, в реальном времени демонстрирующих то, как исполняет сделки то существо, с которым мы договорились. И одновременно это же служило демонстрацией судьбы, которая постигнет Новокузьминск вследствие нарушения договора.

Тысячи некрупных плоских сосулек, напоминающих по своей форме монетки с остро отточенными краями, возникли в воздухе прямо посреди растянувшейся на километры армады ходчих мертвецов. А после начали двигаться по расходящейся спирали на скорости, то ли просто близкой к скорости звука, то ли несколько превосходящей её. И они были настолько же прочны, насколько велика была власть над ними существа, повелевающего кружащимся льдом, а потому маленькие лезвия не затуплялись ни когда пролетали навылет через тела мутантов и зомби, ни если оказывались вынуждены прогрызать себе путь через танковую броню, ни в случае столкновения с опорой костяной треноги, в дополнение к обычной прочности имеющей и нечто вроде пассивных магических барьеров. Считанные секунды потребовались на то, чтобы ужасающая толпа ходячих трупов численностью в сотни тысяч особей при поддержке бронетехники превратилась в груду искореженной гнилой плоти, которая еще дергалась, но уже никак не могла оправиться от полученных травм. Однако за алый кровавый щит, мгновенно прикрывший собою центр армии вампиров, эта магически созданная мясорубка не проникла. Область температур, близких к абсолютному нулю, возникла уже ЗА поднятой нежитью преградой. Развалился на части под собственной тяжестью лимузин, чьи детали стали хрупче мыльных пузырей. Из его обломков в сторону выдержавших неимоверный холод кареты и сферы кто-то метнулся, однако осыпался перемороженной трухой, прежде чем успел сделать хотя бы десяток шагов. Два оставшихся транспорта предводителей нежити словно размазались в пространстве, только один уходил на другой слой реальности, а второй пытался телепортироваться куда-то на орбиту…Но воля существа, с которым я заключил сделку, была сильнее чем те способы, при помощи которых твари сейчас пытались прогнуть под себя реальность. Их передвижные крепости повышенной комфортности остались на том месте, где в них вцепился лед, имеющий больше общего с самой концепцией мороза, чем с банальным физическим явлением. И через несколько мгновений перестали существовать вместе со всеми, кого угораздило находиться внутри.

Эпилог

— Мяя! — Требовательно заявил большой и пушистый персидский кот, становясь на задние лапы, хватая передними меня за бедро и требовательно заглядывая в глаза. Осиротевший домашний питомец, которого мы с Аней когда-то оставили в нашем бывшем доме, не только не погиб после Конца Света, но и никуда не ушел из родной для него квартиры. И, кажется, изрядно отъелся и заматерел. Или это так увеличение магического фона повлияло? Во всяком случае, раньше он точно был меньше! Но как бы там ни было, животное не только прекрасно себя чувствовало, но и явно узнало парочку людей, решивших вернуться в многоэтажное здание рядом со старым кладбищем. И по старой памяти пыталось ими командовать, заставляя уйти с продуваемой всеми ветрами крыши туда, где будет теплее и безопаснее. Или просто выпрашивало жрать. — Мряяау!

— И почему надо было обязательно начинать с самого большого? А если случится какой-нибудь перебой, и оно вниз долбанет? — Недовольно пробурчал Денис, зябко ежась. Февральские морозы стояли такие, что большинство иномирных монстров, не привычных к суровому русскому климату и недостаточно умных, чтобы вернуться обратно в тот портал, из которого вылезли, должны были уже давным-давно замерзнуть нафиг, и сильно этим облегчить людям жизнь. — То, что раздавит тех, кто будет стоять прямо под ним, это еще ладно…Но ведь от удара осколки во все стороны полетят!

— Да вроде не должно случиться таких катастрофических последствий, — задумался я, сгибаясь под тяжестью кота, что пополз по мне вверх, как по дереву. Наверное, не стоило в честь нашей неожиданной встречи подкармливать его колбасой из продуктового пайка…У этого любителя мурлыкать прямо в ухо и так кость пушистая настолько, что этой громадине пора охотиться не на мышек, а на кроликов. Пусть люди в этот район до недавнего времени и не возвращались надолго, однако животное явно не бедствовало и спокойно могло бы процветать в изменившимся мире. Но видимо оно не хотело свободы и вольной охоты, а хотело стабильных и регулярных поставок вкусного корма, удобных живых грелок и регулярных поглаживаний. — Обычный камень, конечно, не самый лучший накопитель для магической энергии, но какие-то капли в нем задержатся. И их вполне хватит на то, чтобы пусть не переселить гравитацию, но превратить обычное падение большой глыбы камня в относительно мягкую посадку, после которой максимум отдельные валуны в разные стороны раскатятся…Ну а претензии по поводу того, что мы начали с самого огромного, можешь предъявлять не мне, а Совету. Лично я голосовал против! Эй, народ! Чего стоим, кого ждем? Травите уже помаленьку!

Наши помощники послушно завращали вороты лебедок, позволяя туго натянутым стальным тросамчуть обвиснуть…Но после они снова зазвенели от напряжения, когда весящая килограмм пятьсот глыба, к которой были прикреплены эти путы, поспешно рванула вверх. Овальной формы каменный монолит был довольно четко разделен на три части опоясывающими его цепочками символов. Первые из выбитых на её поверхности рунных цепочек были теми же самыми, которые заставляли летать наши беспилотники. Не модификацией для более крупногабаритных объектов, а именно теми же самыми, которые и человека в воздух не поднимут…Если не запитать их энергией выше крыши. За стягивание волшебства к революционному изделию наших мастерских отвечала вторая часть мистических знаков, взятая нами из все-таки переведенного на русский язык учебника искусства Фен-Шуй. А третья и последняя группа символов обычно наделяла латы некоторых рыцарей из иных миров способностью к постепенному самовосстановлению, однако и на камень действовали ничуть не хуже, чем на металл. И без них мы обойтись никак не могли, пусть гранитная глыба и весьма прочный материал, однако большое количество магии, прокатывающееся через неё, даже камень заставила бы деформироваться, причем скорее рано, чем поздно.

— Только бы получилось, — сжав кулачки, прошептала Аня, наблюдая за тем, как медленно поднимается в воздух предмет, с которым были связаны надежды всей Земли. Даже если большая часть Земли о важности сего момента и этой конкретной глыбы камня пока даже и не подозревали. Пусть Саратов мы все-таки освободили, благо после разгрома армии нежити его защитников оказалось можно едва ли не пересчитать по пальцам, однако даже с остальной частью России регулярных сообщений еще не наладили. То одно мешало, то другое… — Только бы получилось…

— Уже получается! — Счастливо взвизгнула Гуля, подрыгивая от избытка чувств, а после обнимая свою подругу и целуя её…Правда, в щечку. — Смотри! Портал уже ужимается!

Медленно-медленно двигающаяся вверх зачарованная глыба камня приближалась к центру пространственной аномалии, что вот уже год по ночам освещала собою небо Новокузьминска. И радужное сияние потихоньку уменьшало свой радиус и бледнело. Буйствующие в небесах энергии втягивались в изготовленный нашими усилиями монолит, словно пылесосом. И остатка на то, чтобы соединять воедино два разных измерения уже не хватало. Чем меньше было расстояние между концентрирующими волшебство символами и естественным переплетением магических потоков, тем эффективней работал результат совместных трудов той части гильдии магов Новокузьминска, которая целых три месяца была вынуждена заниматься либо донорством, либо теоретическими разработками. Люди, регулярно сдающие свою кровь для оплаты нашего общего долга, для несения караулов, физических нагрузок и патрулирования в холодное время года решительно не годились, а потому дружненько корпели над книгами, изучая сборники чужих знаний и выискивая те крупицы информации, которые могли бы принести пользу нашему маленькому сообществу.

— Пространственные аномалии действительно в чем-то похожи на реки, в которых вместо воды течет энергия, — усмехнулся я, наблюдая за тем, как самый громадный из порталов вблизи Новокузьминска прекращает свое существование. Вернее, формально он по-прежнему находится на прежнем месте, но поскольку волшебства в нем осталось ненамного больше, чем во времена до Конца Света, то больше не функционирует. — Вот только люди, которые думают, что человек ничего не сможет сделать со стихией, явно не видели, как мельчают и иссыхают даже самые могучие потоки, разобранные на орошение. Левитацию для расхода огромного количества энергии было присобачить проще всего, но можно на такие естественные электростанции и свечение навесить…Или поддержание защитных барьеров…

— Для спасения планеты осталось всего ничего. Повторить сегодняшний успех десять миллионов раз. — Хмыкнул Денис, поднимая повыше воротник своей куртки, дабы спастись от дующего на крыше ветра. — Или чуть побольше. Кто знает, сколько таких пространственных аномалий по планете раскидано.

— Повторим, — успокоил его я, безуспешно пытаясь хоть как-то утихомирить кота, который от избытка чувств чуть своим носом в мой рот не залез! Как он выжил тут вообще с такими инстинктами?! Или людей этот мурлычущий комок шерсти за хищников в принципе не воспринимает?! — То, с чем просто физически не успеет справиться один человек, для суммы усилий всего человечества будет не более чем легкими сложностями…Тьфу! Отцепись, паразит! Дамы, хватит, хихикать, может мне кто-нибудь уже поможет?!

Конец

Content

Мясоедов Владимир Михайлович
Сила СУММ

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Эпилог