Тата Сван. Блонда и Мир Демонов

Глава первая. Рычащий Новый мир

Шаг вперед сквозь Арку портала — и мы с Маришей очутились в новом мире. Я с любопытством оглянулась за спину. Хотела увидеть в последний раз выражение на лице ректора, когда тот понял, что птичка в моем лице улетела, а в качестве компенсации ему может прилететь разве что плюха огромного размера.

Конечно, леди не пристало так поступать, и бабуля наверняка бы осудила меня за подобный поступок, но ужасно захотелось показать ректору высунутый язык, или, на худой конец, фигуру из трех пальцев. Не получилось. За моей спиной не было никакой портальной арки, а профессор Адам Смит, замыкающий нашу колонну, просто возник в воздухе из ниоткуда.

Мир, в котором мы оказались, был пропитан влагой, солнцем, зеленью и какофонией звуков. Наверное, как раз влажность и солнце сделали возможным это буйство растительного мира.

Небольшая круглая площадка диаметром метров в десять, явно искусственного происхождения со всех сторон была окружена деревьями великанами. Любому из них не составляло ни малейшего труда укрыть своей кроной, сквозь которую не мог пробиться ни единый лучик света, весь наш студенческий городок в Академии.

И, тем не менее, солнце беспрепятственно освещало лица моих спутников. Складывалось впечатление, что мы стоим на дне необычайно глубокого колодца, стены которого построены из стволов растительных монстров, густо перевитых лианами, плющом, виноградными лозами, укрыты мхом и лишайником.

Положив руку на сердце, должна признаться, что я не имела ни малейшего представления об истинной классификации окружающего гербария. Да и мох от лишайника вряд ли смогу отличить. Просто сам факт эпохального события — путешествия между мирами требовал этакой романтичной возвышенности в чувствах и ассоциациях.

Впрочем, этот тонкий, лирический настрой души сразу же прошел, как только я услышала возмущенный голос Маришки.

— И как же прикажите пробираться через эту зеленую хрень.

К этому времени моя подруга, бросив мне под ноги, рядом с моим рюкзаком, свою дамскую сумочку внушительных размеров, подошла к краю площадки и попыталась преодолеть растительную стену.

Будь на месте Маришки кто нибудь другой, да та же Милка Ковальчук, наши обнимашки непременно продолжались бы и после переноса в иной мир и, наверняка, еще часа четыре мы бы изливали свои души в стремлении донести подруге то, как же нам было плохо друг без друга.

Но когда речь идет о Марише не стоит на это рассчитывать рассчитывать. Подруга убедительно продемонстрировала свою радость встречи со мной, крепко потискав меня, при этом у меня сложилось впечатление, что я ежик, который невзначай попал в стиральную машину. Потом за пару минут изложила все самое главное с ее точки зрения, из того что произошло со времени нашего расставания.

А теперь, будучи уверенной, что я никуда от нее не денусь в ближайшее время, переключилась на другую задачу. С завидным энтузиазмом пытаясь проделать дыру в зеленой стене, окружающей место нашего прибытия.

При этом ее нисколько не смутил тот факт, что окружающий мир, по-видимому, был широко представлен не только флорой но и фауной. Во всяком случае, отдельные громогласные рыки, раздававшиеся казалось бы в непосредственной близости от площадки, тут же будили в голове образы чего-то огромного, размером с экскаватор и с зубами как у тираннозавра рекса.

Лично мне, сразу после того, когда я услышала особенно громкий рев, сначала захотелось назад в академию, а потом я начала осматриваться в поисках безопасных кустиков. Так, чисто на всякий случай, вдруг моя физиология окажется сильнее меня, и мне понадобится уединиться.

Подходящих для уединения кустиков в поле зрения не оказалось. Площадка, в центре которой мы все столпились, естественно, за исключением Мариши, которая с остервенением продолжала пинать ни в чем не повинную зелень уже ногами, представляла собой этакий архитектурно-магический шедевр.

Идеально ровная, идеально круглая, площадка покрытая черной базальтовой плитой. Причем, плита, по-видимому, была вырезана из одного огромного куска каменной глыбы невероятных размеров, поскольку являлась цельной конструкцией. По бокам площадку окружала зеленая стена. И далеко-далеко вверху — идеально круглый диск неба. Это даже не колодец. Это огромный стакан, на дне которого стоит группа растерянных юнцов. и не может понять зачем и почему они тут оказались.

Да еще эти страшные рыки и оглушительный гомон птиц, шипение змей, курлыканье улиток. Ладно, снова меня понесло не туда — улитки, наверняка, не умеют курлыкать. Хотя кто знает, чего можно ожидать от местных улиток. Лично я поостереглась бы загадывать.

Хотя, с другой стороны, наверное, в этих голосах из преисподней есть и хорошая сторона. Если в лесу шастают такие предположительно крупногабаритные животины, то нам, тонким и звонким, ну за исключением профессора адама Смита, передвижение в лесу не представит никакого труда. Нам бы только зеленую завесу, отделяющую площадку от обычного леса, преодолеть. Ну, и, по возможности, не попасть на обед к обитателями местного террариума.

Правда, глядя на то, с каким энтузиазмом Мариша принялась за решение проблемы преодоления зеленой преграды, у меня не было ни малейшего сомнения, чтостена долго не устоит.

А вот с профессором могут быть проблемы. За последние пару минут он значительно прибавил в росте и соответственно в весе и теперьявлял собой мощного великана под два метра с четвертью ростом. Одновременно профессор снял с себя академическую униформу: мантию и шапочку, и остался в набедренной повязке радикально красного цвета. Апрофессор-то у нас — пижон.

Впрочем, отсутствие одежды легко объяснимонесусветной жарой и влажностью, которая провоцировала обильное потовыделение и желание немедленно утопится.

Надо и нам с Маришей взять пример с профессора и переодется во что нибудь легкое.

А вот необъяснимые изменения размеров профессора Адама Смита и то, что он вместо того, чтобы провести с нами, его подопечными, хотя бы минимальныйинструктаж, занялся сооружением в центре площадки непонятной конструкции из элементов, которые поочереди доставал из своего немаленького рюкзака. Вот это вызывало у меня определенную тревогу.

Это, а еще совершенно потерянный и неприкаянный вид остальных участников экспедиции. Даже мои клевреты в лице троицы баронов из Лесного края молча и растеряно оглядывались вокруг.

А когда наша мажорка — леди Тина Брэвер, попыталась обратится к профессору с вопросом, тот гневно на нее шикнул и посоветовал дождаться, когда он закончит свою работу таким тоном, что та испуганно ойкнула и замерла.

К этому времени Маришке надоело пинать зелень одними только ногами, без применения технических средств и она подошла ко мне, с целью поискать в моем рюкзаке или в своей необъятной сумочке, что нибудь поувесистее.

Одновременно начали проявлять признаки жизни и мои однокурсники. Первым прорезался голос у принца Оси.

— Совершенно не понимаю, почему я согласился принять участие в этой дурацкой экспедиции. Меня же ждали дома. — С этими словами, как будто прорвало плотину. Все, без исключения, мои спутники — будущие маги, начали убеждать друг друга в том, что у них не было ни малейшего желания заняться охотой на Духов.

В том числе и бароны разбойники из Лесного края, от которых я ожидала больше энтузиазма, вдруг прониклись глубоким пацифизмом в том ключе, что охота — это зло и, если выбирать между непонятными Духами, и вполне знакомыми барышнями из числа горничных в замках их родителей, то выбор становится очевидным.

«Ну вот, а что я говорил, — раздался у меня в голове голос Демона Голубого Хамелеона. — Классическое ментальное внушение, при чем со встроенным ключом отмены на определенное событие. В нашем случае в качестве ключа служит перемещение в другой мир».

А вот тут непонятно, — удивилась я. К чему эти сложности? Зачем отменять внушение? Ну пребывали бы все в глубокой уверенности, что вызвались добровольцами ради высокой идеи. И кому от этого плохо.

«Все-таки, Блонда, ты была невнимательной на занятиях или просто тупишь.

Вас зачем сюда всех отправили? Чтобы вы своими страхами и болью, питали местных Демонов. И чем больше эмоций вы выплескиваете наружу, тем выше ваша цена. Ты посмотри как колбасит твоих спутников от одной только мысли, что они оказались тут помимо своего желания. Да у них у всех эмоции просто зашкаливают».

— Эй, — вмешалась в наш разговор Маришка, которая совершенно индифферентно отнеслась к стенаниям остальных участников экспедиции.

— Блонда, ты с кем это болтаешь? И почему голос мне кажется таким знакомым, прямо как у Милки Ковальчук?

«Ну вот, — прокомментировал ее вопрос Демон Голубого Хамелеона, — я сразу заподозрил, что с твоей подругой что-то не в порядке. Похоже, она менталка от рождения».

Напрасно он это сказал. Могу предположить, что Маришка восприняла слово менталка от рождения в качестве синонимов врожденных болезней типа олигофренка, дебилка, ну, и иже с ними.

Моя подруга откровенно рассвирепела, не знаю как у нее это получилось, может быть, воздух здесь какой то особенный, ну, типа морской с йодом, только ее возмущение даже я почувствовала. Шарахнуло по мозгам почти так же, как тогда, когда принц Иллиан ломился ко мне в комнату.

«Э! — испуганно закричала Милка, Блонда, — немедленно скажи своей подруге, чтобы она успокоилась. Иначе мы можем меня потерять. А без меня вам в этом мире туго придется».

— Маришка, расслабься, сказала я обнимая свою лучшую подругу. Ты все неправильно поняла. Сейчас я тебе все объясню Вот только давай все же наденем на себя что нибудь легкое и постараемся приободрить ребят. Кажется, они начинают соображать, что влипли в большую неприятностью.

— Ну, и кто им доктор, — тут же успокоилась подруга. Я всегда завидовала этой ее способности мгновенно переходить из состояния полной внутренней мобилизации к умиротворенному спокойствию.

— Достаточно посмотреть на этого Халка, — это она так профессора Адама Смита обозвала, — и на ту несуразную конструкцию, которую он лепит из веточек и гвоздиков, чтобы понять, что мы в полной заднице.

— Но это вовсе не значит, что я позволю какому-то типу обзывать себя дурой от рождения.

— Подружка, должна тебя огорчить, но менталистка и идиотка это совершенно разные понятия. Менталистка — это маг, который управляет разумом.

— Что правда? — удивилась, Маришка. — Так значит я маг. Вот здорово. Всегда хотела огненными шарами пулять. А почему я должна огорчатся?

— Забудь, к слову пришлось. И ты еще не совсем маг, просто, судя по болезненной реакции Демона Голубого Хамелеона, у тебя имеются прекрасные задатки, чтобы им стать.

— И не делай такие удивленные глаза, вредина белобрысая. Переигрываешь. Кому-нибудь другому будешь голову морочить о том, что не понимаешь разницы между ментализмом и кретенизмом. Ладно, признаюсь, почти поверила. Во всяком случае, ярость ты сыграла вполне натурально.

— Ой, Блонда, ну не сердись. Смешно же. Этот твой Демон Голубого Хамелеона так прикольно перепугался. Мне про него лорд Арден рассказал. Я ведь с ним и еще с графом Пэтерсом всю ночь проболтала. Им твой папенька, лорд Лэстер приказал ввести меня в курс дел, прежде чем организовать встречу с тобой. Они мне все рассказали и про Эдем и про магию и про мир Демонов и Духов.

— А еще то, что ты теперь у нас — Блонда Лэстер Рин Корнелли. А так как я твоя сестра, то у лорда Лэстера в семье прибавка. Прикольно так почувствовать себя аристократкой.

— Ну, а утром мы с графом Пэтерсом порталом прыгнули в ваш город. Миленький такой городок, мне понравился. Потом добрались на таком смешном автомобиле в Академию и сразу заглянули к тебе в комнату. Ты, как всегда, где то шлялась и мы стали искали тебя в Академии. Там нас поймала эта ваша сумасшедшая, Сира Улисса и прицепилась ко мне как банный лист. «Принцесса, вы вернулись. Принцесса не уходите». Я оставила ей на растерзание графа Пэтерса, а сама бросилась тебя искать. Ну вот и нашла. Теперь мы здесь.

Так что не сердись. Все же отлично, Блонда, правда.

Я с огромным облегчением выслушала Маришкин рассказ. По крайней мере, не будет мучить совесть, что я затащила лучшую подругу в эту халепу, а она ни сном ни духом.

Все-таки здорово, что мне не придется рассказывать все Маришке Вот только не хотелось бы ее огорчать, что стать Рин Корнелли ей не светит. Ну, да придется. Куда деваться. Пусть она лучше от меня узнает, что дворянкой ей не быть. Во всяком случае в ближайшем будущем, пока замуж за аристократа не выйдет. Или подвиг какой совершит, чтобы сразу титул из рук Императора получить. Нет, замужество надежнее.

Подберем подруге какого нибудь маркиза или графа поприличнее и — нет проблем.

— Маришка, начала я виноватым тоном. Тут понимаешь, какое дело. Мы с тобой, конечно, как сестры. Но только на Эдеме в вопросе родственных отношений рулит Реестр. Это такой артефакт. Он еще от древних остался. Вряд ли эта штука ошибется второй раз подряд. Так что не бывать тебе Рин Корнелли.

Ну вот, зараза ты все таки, Блонда, мысленно обругала я себя. Расстроила лучшую подругу. У Маришки даже глаза заблестели, наверное от слез. И взгляд в сторону отводит. Не могла как нибудь потактичнее это все сказать. Мариша же такая легко ранимая натура.

Стоп, Блонда, что то здесь не так, тут же насторожилась я почувствовав некую несуразностью происходящего. И где шляется этот чертов внутренний голос, когда его совет может пригодиться. Ага, вроде прорезался, да еще ехидный такой.

«Блонда, — выдал мне мой внутренний голос. — Мариша, конечно, легко ранимая натура, приблизительно как бегемот или носорог. Кто там из них более душевно легко ранимый выбирай сама. Ты что серьезно могла хоть на секунду вообразить, что Маришку отсутствие титула может огорчить до слез. А тебе не кажется, что твоя подружка уж слишком невинную рожицу строит и глазки отводит. Тебе это ничего не напоминает? Спорим, сейчас попытается переключить внимание подальше от темы родственных связей. Про птичек вспомнит или про бабочек. Или, например, что-то совсем банальное, типа — какое небо голубое».

— Ой, Блонда, посмотри, какой красивый цветочек.

— Где ты видишь здесь цветочек, стерва белобрысая. Здесь сплошной камень. — Рявкнула я на Маришу. — В глаза смотри. И колись, что там с нашими родственными связями. И не вздумай мне соврать, иначе я за себя не ручаюсь.

— Да, — философски произнесла Мариша. — С цветочком неувязочка вышла. Кто же знал, что они тут не растут.

— А вообще, Блонда, я здесь совершенно не причем. Мне бабуля до твоего совершеннолетия запретила говорить, что мы с тобой сестры.

— Какая бабуля, — растерянно произнесла я.

— Как какая? — Наша с тобой родная бабуля.

— Ну, ничего себе, приплыли… А как же дядя Миша, тетя Тамара? Они что и мои папа с мамой?

— Нет, Блонда. Мы с тобой — обе приемные. Нас бабуля откуда то увезла и в чужие семьи устроила. Только твои Папа Игорь и Мама Зина погибли в авиакатастрофе, когда тебе было пять лет. Вот бабуля тебя к себе и забрала.

А папа Миша умер, когда мне уже 17 было. Мама Тамара почти сразу замуж выскочила и в Швецию умотала со своим хахалем.

— Я ведь тоже совершенно случайно узнала, — продолжала вздохнув Маришка, — что мы с тобой сестры. Папа Миша по завещанию мне деньги оставил, так что я каждый месяц получала некоторую сумму. Он же директором завода был. Не так, чтобы много, но на жизнь хватало. А как мне 18 лет исполнилось, явился какой-то хмырь и предложил подписать бумаги на отказ от доли в предприятии, иначе мне деньги перестанут поступать.

Я, конечно, расстроилась и случайно проболталась об этом бабуле, когда у тебя в гостях была. Да она и сама сразу поняла, что что-то не так. Ну, пришлось рассказать.

А вечером заглянула в кафе мороженное. Помнишь, «Сказка», прямо возле вашего дома. Настроение паршивое. А там за столиком бабуля сидит пломбир уплетает. А перед ней этот хмырь стоит и что-то рассказывает.

Я тут же темные очки нацепила, на голову платок надела, в сумочке случайно завалялся, Космополитеном прикрылась и сзади за столик присела, так чтобы у бабули за спиной оказаться. Интересно, о чем они там разговаривают. Только почти ничего не услышала. Типу позвонили. Он белугой заревел: «Еще и дача

сгорела. Дотла!» И из кафе выскочил. Из окна видно было, пока он в своей машине дверь открывал, мимо панелевоз ехал. Который бетонные плиты перекрытий доставляет. Их по две шалашиком устанавливают, знаешь, огромные такие. Так вот одна плита с фиксаторов слетела и прямо на машину. Ауди всмятку. Дальше я не видела.

Меня бабуля, даже не оборачиваясь, к себе подозвала. Как будто знала, что я у нее за спиной сижу. Потом жутко обругала. Сказала что приличная леди никогда не оденет на себя такое. Это она про платок. А уж потом рассказала о том, что мы с тобой сестры, только нам нельзя до совершеннолетия слишком часто бывать в обществе друг друга. Иначе возможно неправильное развитие у обеих. Что-то там с эмоциональной зависимостью.

И еще взяла обещание, что я до твоего совершеннолетия буду молчать как рыба, и даже намеком тебе ничего не выболтаю, иначе нам обеим будет плохо.

— Маришка, — обреченно сказала я, — мне исполнился двадцать один год два года назад. Ровно через месяц после смерти бабули. Ну и чего же ты все это время молчала?

— Понимаешь, Блонда, — смутилась Маришка. Я не сообразила узнать у бабули, когда у тебя наступит совершеннолетие. У нас в стране вроде с 18 лет, у америкосов с 21, а в некоторых странах вообще в 25 лет. И, главное: я совершенно не представляю сколько нам с тобой лет. Похоже, в свидетельствах о рождении специально все напутали. Во всяком случае, бабуля твердо сказала, что я старшая сестра и должна о тебе заботится. А по паспорту ты на полгода меня старше. Короче, решила перестраховаться.

Думала, устрою тебя на работу, мы пойдем в ресторан, закажем вино, вкусняшек всяких и я тебе все расскажу. А ты возьми и исчезни.

— А хочешь я тебе смешную историю по поводу нашего родства расскажу, — попыталась растормошить меня Мариша.

Меня с Земли сразу в кабинет лорда Лэстера забросило. Тот был в курсе, ожидал меня и тут же вызвал сэра Бэрримэра. Приказал сначала оформить мне документы, потом провести обзорную лекцию, подробно обо всем рассказать и только после этого сопроводить к тебе. Только зачем-то предупредил сэра Бэримэра, что бы на этот раз все прошло безо всяких фокусов. Так и не поняла, про какие фокусы он говорил, но вид у него был самый суровый. Даже мне не по себе стало.

Мы вытащили из какого-то чулана такого симпатичного мальчишку, Стива кажется. Представляешь, он в этом чулане отчеты писал, причем гусиным пером.

— Барона Стива Николса, — уточнила я. — Я его прекрасно знаю. И даже кое чем ему обязана. До сих пор в сомнении то ли поблагодарить, то ли пришибить при встрече.

— Ух ты, — восхитилась Маришка. Так он — барон. Никогда бы не подумала. А на вид такой стеснительный. Не то что граф Пэтерс. Тот тоже к нам подвалил.

— Так вот, в кабинете у сэра Бэримера Стив начал мне документы оформлять. Когда понадобилось вписывать второе имя, я им и сказала, что ты моя сестра и пусть вписывают такое же имя как и у тебя. А этот Стив ни в какую. Уперся и говорит, придумывайте что нибудь другое. Я даже под угрозой расстрела Марина Лэстер Рин Корнелли писать не стану. Короче написал просто Марина а потом попросил капнуть на уголок капелькой моей крови.

И ты представляешь, Блонда, когда я капнула кровь, над листом вспыхнуло такое голубое сияние а, самое смешное, что вместо Марина в строчке с именем появилась надпись Мариша Лэстер Рин Корнелли. Все просто обалдели. Потом почему-то стали ругаться и выяснять, кто пойдет к лорду Лэстеру отчитываться о выполнении приказа.

Пошел сэр Бэрримэр. Быстро вернулся. Сказал, что шеф убыл водку пить или вешаться. Вроде еще не решил. Ты не находишь, Блонда, что у этих вояк странный юмор. И еще у сэра Бэримэра синяк под левым глазом появился. Говорит об дверной косяк ударился. Врет. Уж я то на такие синяки насмотрелась, когда с Семеном тусила.

— Ой, посмотри. А ваш Халк закончил свою халабуду. А что, совсем неплохо получилось. Абстрактненько так и даже символично. Напоминает табуретку под зонтиком. Правда?

Наверное, необходимо обладать Маришкиным видением мира, чтобы в этом переплетении металлических трубок, реек и решеток углядеть табуретку. Ну хорошо, при изрядной доле воображения, можно было сравнить с зонтиком силовой щит, отсвечивающий зелеными сполохами и прикрывающий конструкцию сверху. Но вот где она увидела табуретку. Об этом я и не преминула ей сказать в слегка упрощенной форме.

Лично мне устройство понравилось, оставляя странное впечатление сочетанием хаотичности и функциональности. На то, что это был некий техно— магический агрегат, а не плод вычурной фантазии обезумевшего профессора, однозначно указывали расположенные поверху магические кристаллы, периодически генерирующие пучки света.

Понять бы еще, для чего эта штука необходима.

Послушай Милка, — обратилась я к Демону Голубого Хамелеона. Может быть, все, что мы тут напридумывали, касательно зловещих планов Академии, обыкновенный приступ паранойи на почве неумеренного потребления алкоголя. И профессор Адам Смит вот прямо сейчас, на наших глазах соорудил замечательный прибор, который одновременно защищает нас от внешних угроз, притягивает Духов, и обеспечивает хлебом насущным. Типа фитчи уровня Бога.

Сам посмотри как красиво кристаллы пульсируют. Да еще разными цветами.

«А то, — тут же согласился со мной Демон Голубого Хамелеона. — А еще эта штука, по мере необходимости, периодически доставляют сюда девственниц, ну и девственников естественно, для удовлетворения потребностей духовных.

Одна только неувязочка вышла. Как ты знаешь я не пью вообще. И рад бы, да не дано. Так что прошу мою личную глубоко лелеемую и холимую паранойю не путать с банальным алкогольным бредом.

А особо любознательным сообщаю, что эта штука, которую ты решила наделить в силу своей техно-магической необразованности божественными свойствами, обычный портальный маяк. Служит для того, чтобы группа захвата не ошиблась с координатами десантирования».

— Всем подойти ко мне, — зычным голосом скомандовал профессор Адам Смит, повернувшись спиной к шедевру маго — технической мысли. Я должен вам объяснить, зачем вы здесь и с чем вам предстоит столкнуться.

Однокурсники, которые к этому времени потихоньку расползлись по площадке, немедленно выполнили приказание, ну разве что мы с Маришей немного задержались.

Кажется, за время своей трудовой деятельности по возведению абстрактного монумента профессор еще немного подрос и теперь буквально пары сантиметров ему не хватало до двух с половиной метров роста. Рядом с этим великаном мои однокурсники смотрелись испуганными овечками на фоне матерого медведя.

— Сразу же хочу пояснить причину, по которой вас отправили в мир Демонов и Духов. Как вы все знаете, в силу непонятных причин неделю назад из вивария академии исчезли все Духи. Это были не привязанные духи и без них невозможна инициация будущих магов, ваших однокурсников. К сожалению, Академия не располагает денежными средствами, которые бы позволили купить такое количество новых духов. Даже не хочу вам говорить в какую сумму оценивается один не привязанный дух, а уж когда речь заходит о 150, так это просто уму непостижимо! Впрочем, неважно. И тогда было принято непростое решение.

— Мы должны поймать этих духов и спасти Академию, — с гордым видом сделав шаг вперед, произнес принц Ося. — Мы готовы. — Похоже, он уже смирился с тем, что попал в этот мир и решил получить профит из сложившейся ситуации. Что значит принц. Осю дружно, невнятными но героическими выкриками, поддержали мои клевреты. Этак Ося у меня и контроль над массами перехватит. Что-то нужно предпринять.

Впрочем, как оказалось, ничего предпринимать не надо. Профессор Адам Смит издевательски засмеялся. Нет даже не засмеялся, откровенно заржал.

— Глупцы, да всех ваших усилий не хватит на то, чтобы за год поймать хотя бы одного не привязанного духа. Скажу вам больше. Мы перенеслись в место, от которого до ближайшей аномалии, рядом с которой появляются духи добираться недели две. За это время от вас в этих лесах даже косточек не останется.

Академия заключила сделку с местными аборигенами. Вас продали демонам высших кругов. В обмен Академия получает по десять не привязанных духов за каждого из вас. А теперь просто ждите. Маяк по которому сюда прибудут покупатели я собрал и уже включил.

И не думайте, что преподавателям в академии и самому ректору легко далась эта сделка. Но на кону оказалось само дальнейшее существование академии, заведения по праву гордящегося своей многовековой историей. В этой ситуации жертва жизнью десяти, не самых нужных студентов, ради спасения Академии было признано приемлемой ценой.

Впрочем, кого сейчас интересует ваше мнение. Ваша судьба стать сосудом боли и страданий для того, чтобы высшие демоны смогли перескочить на следующий круг развития. Просто надейтесь на то, чтобы вам выпадет счастье попасть в руки Скуббе или Инкубу. Есть шанс, что кому то может повезти. Конечно, тоже смертельно, зато не так больно.

Молчание, последовавшее за этими словами сменилось возмущенными возгласами. Громче всех негодовал принц Ося.

— Это просто так Академии с рук не сойдет. Меня станут искать. Я принц Озерного края.

Ему единственному профессор Адам Смит снизошел до объяснения.

— Уж вас-то, Вильборд Остербах, точно никто искать не станет. Ваш дядюшка сразу при вашем поступлении в академию надоел мне, интересуясь нельзя ли устроить какой-нибудь несчастный случай, чтобы вы гарантировано никогда не вернулись в Озерный Край. Хорошую цену предлагал.

Право же, не заключи я магический контракт при зачислении на работу в Академию, в котором было указано, что я не могу ближайшие пять лет нанести вред никому из жителей Эдема, обязательно согласился бы на это заманчивое предложение.

Новость, озвученная профессором пронзила Осю. Он на глазах поник, присел на свой рюкзак и, казалось, потерял интерес ко всему вокруг.

Следующая фраза профессора прозвучала контрольным выстрелом в голову для всех присутствующих.

— После того, как станет известно о вашей гибели, вашим ближайшим родственникам будет сделано следующее предложение: В случае, если ваши родственники официально откажутся от всяческих претензий к Академии, они получат значительные денежные компенсации и преференции при поступлении в Академию других членов семьи.

То ли вид убитого горем Оси, то ли осознание ужасных перспектив, заставило замолчать моих товарищей по несчастью. Каждый из них примерял на себя, станет ли кто-нибудь из близких интересоваться их судьбой настолько глубоко, чтобы вступить в жестокий конфликт с могущественной академией или удовлетворится предложенной компенсацией.

И, судя по всеобщему унынию, все без исключения пришли к неутешительным для себя выводам.

— И последнее: если кто нибудь из вас надеется обмануть свою судьбы, ну, например, перерезав себе горло, то можете даже не пытаться. У всех у вас стоит ментальный блок на подобные действия. Установленный профессором Сирой Улиссой.

— А как же я? Интересно, за меня тоже десять Духов дадут? Я вроде бы в вашу компанию случайно попала, — заинтересованным тоном полюбопытствовала за спиной у профессора Маришка. — Вообще, я на десять демонов не согласна. Мы с Блондочкой стоим гораздо больше. Блонда, скажи, — попыталась Маришка заручиться моей поддержкой.

К этому времени она с ногами забралась внутрь конструкции, которую так старательно пол дня сооружал профессор.

Наверное, решила доказать мне, что конструкция-таки напоминает табурет с зонтиком, — подумала я.

Профессор обернулся.

— Выбирайся от туда немедленно! — не своим голосом заорал Адам Смит на глазах теряя остатки человеческого облика и превращаясь в огненного демона. — Ты все сломаешь.

Глава вторая. Злодей поневоле

Совсем недавно, сожалея о том, как мне не хватает Мариши с ее способностью сначала привлекать неприятности на свою пятую точку, а потом превращать их в нечто диаметрально противоположное, я под пятой точкой понимала некую философскую абстракцию.

Сейчас мне удалось убедится, что Мариша не приемлет абстрактных рассуждений и все философские концепции, в том числе и связанные с собственной задницей, тут же воплощает в реальную жизнь. Короче, я сама запуталась со всеми этими абстракциями и концепциями и приключениями на пятую точку.

А по жизни все свелось к тому, что моя только что обретенная сестренка умудрилась каким то образом изогнутся и залезть в хаотичное переплетение реек и трубочек шедевра техно-магической мысли, прямо в самую середину. Наверное, очень хотела доказать мне, что в конструкции профессора присутствовал табуреточный элемент. После этого она водрузила свою попу на небольшую, расположенную горизонтально решетку и размахивая в воздухе ногами принялась дерзить профессору Адаму Смиту.

И не надо думать, что я критикую Маришкину попу. Она у нее вполне спортивная и очень изящная. У меня не хуже. Мы же с Маришкой близняшки. Да все парни в Универе оборачивались нам вслед и пялились на нижние девяносто, когда мы с сестренкой в боевой раскраске приходили на занятия.

Но в данном случае определяющим фактором стала не форма, а содержание. Все-таки к числу Дюймовочек Маришку не удалось бы причислить даже при самой богатой фантазии. Судя по всему, конструкция профессора не была рассчитана на нагрузки значительно превышающие сорок килограмм.

Возможно, если бы профессор проявил деликатность, которая должна быть присуще ученому мужу, то все и обошлось бы. А так он принялся орать. И на кого? На Маришку. Самоубийца. Даже я не всегда рискую повышать на нее голос. Так, разве что под настроение.

Так вот, вполне естественно, моя сестренка разнервничалась. А как обычно в таких случаях поступает женщина? Пытается вернуть себе хорошее настроение одним из двух привычных способов. Лично мне лучше всего помогает заварное пирожное и чашка кофе. А вот Маришка предпочитает приобрести себе новую красивую безделушку.

Вот и сейчас, вместо того, чтобы проникнутся чувством вины и раскаяния и оставить в покое не в чем не повинный портальный маяк, сестренка начала отвинчивать от верхушки магические кристаллы и вставлять их по одному себе в волосы. Как ни странно, они прекрасно держались в ее платиновой гриве и придавали Маришке вид сказочной феи.

К этому времени профессор изошел криком, и мне даже показалось, что он начал уменьшаться в размерах. Роскошная огненная аура, полностью окутывающая Демона еще минуту назад потускнела, оставив после себя отдельные темно красные пятна в случайном порядке расположенные на теле. Профессор Адам Смит больше не кричал. Он натужно сипел, угрожая Маришке всеми возможными карами, если та немедленно не прекратит хулиганить.

«Вот видишь, Блонда, — прояснил мне ситуацию Демон Голубого Хамелеона. Перед тобой — классический конфликт между магической печатью, которая запрещает Демону наносить любой вред жителю Эдема, и страстным желанием профессора немедленно уничтожить твою сестру в особо извращенной форме.

Обычно подобные внутренние противоречия ничем хорошим для Демонов не кончаются. Я бы на месте профессора поостерегся и попытался расслабится.

Маришка делала вид, что не замечает потуги профессора, тем самым еще больше заставляя того беситься, и продолжала один за другим снимать магические кристаллы, украшая ими свои волосы. Надо не забыть узнать, каким образом она их фиксирует.

— Блонда, — поинтересовалась Маришка у меня. — Как ты думаешь, мне идет? У тебя случайно зеркальца под рукой нет.

Ответить я не успела. Вся магическая конструкция, не выдержав над собой такого надругательства, просто рассыпалась, оставив на плите груду несвязанных между собой элементов.

Главное, Маришка не пострадала, с облегчением отметила я, наблюдая как сестренка уверенно выбирается из под обломков, раздраженно отшвыривая в стороны наиболее крупные куски.

— Глупцы, молите всех своих богов за то, что на мне магическая печать, которая запрещает причинять вам вред. — Начал вещать профессор — демон, к которому снова вернулся голос. — Иначе даже чертоги Демонов Боли показались бы вам местом отдохновения. Я покидаю вас. Но знайте, что вам никогда не удастся пробиться сквозь стены, ограждающие эту площадку. Они укреплены магией. А после разрушения портального маяка вас никто и никогда не сможет найти. Слишком сильное заклинание охраняет это место. Даже я, покинув его, не смогу сюда вернутся. Вы так и умрете здесь, мучимые жаждой и голодом.

С этими словами профессор демон снова покрылся кроваво красной аурой и стремительной кометой помчался вверх в небо, оставляя за собой огненный шлейф.

— Стой, — закричала вслед ему Маришка. — Блонда, хватай его. Вот черт, удрал таки.

После этого сестренка подошла ко мне и глядя в глаза твердым голосом заявила.

— Блонда, пообещай мне, что когда мы снова поймаем вашего профессора, ты отдашь его мне, а потом поможешь сделать с ним все, что я хочу.

Поскольку повышенная кровожадность плохо сочеталась в моей голове с образом Мариши, я поинтересовалась:

— А что ты с ним хочешь сделать?

— Ну Блондочка, ну пожалуйста, просто пообещай, не спрашивай. Ну что тебе жалко?

Встретив мой твердый отказ, Маришка вздохнула и призналась.

— Я ему рога хочу отпилить. Ну хотя бы один, левый.

— Зачем? — Изумилась я.

— Ну, представляешь, — объяснила мне сестренка. — Выйду я замуж. И тут вдруг увижу, как мой благоверный заинтересованно рассматривает молоденькую сестру своего приятеля. Вот тогда я и покажу ему эти рога с намеком, что у самого такие могут вырасти.

— Да-а-а, — изумленно протянул в моей голове Демон Голубого Хамелеона. — Какая все-таки твоя сестра удивительно предусмотрительная девушка. Не то, что некоторые.

Хорошо зная Маришку, поняла, что просто так она не отстанет, поэтому пообещала всяческое содействие в деле приобретения спецсредств для воспитания будущего мужа, одновременно в душе пожелав профессору Адаму Смиту никогда с нами не встречаться. Ну вот не лежит у меня душа считать его законченным злодеем и мерзавцем.

— Как жалко расставатся с иллюзиями, — пожаловалась я Милке. — Мне всегда нравился профессор Адам Смит. Подтянутый, уверенный в себе Демон. К тому же, прекрасный преподаватель. А скатился до уровня какого-то чмо из низкобюджетного триллера. Вещает пафосно, но не убедитьельно. Пугает изо всех сил, а совсем не страшно. Ну разве что принца Осю затеррорезировал, — сохраняя объективность вынуждена была констатировать я. — Неужели он так поглупел, вернувшись в родной мир? Тогда, действительно, права Мариша, рога отпилить и забыть. Надеюсь, возвращение к истокам не сказалось на умственных способностях Демона Голубого Хамелеона, — поддела я своего собеседника.

— Леди, — проникновенным голосом ответил мне Демон Голубого Хамелеона. — А давайте вы меня вашей сестре подарите. Думаю, что ваша родственная кровь позволит мне нормально с ней работать. Для окружающих ничего не поменяется. Как была одна блондинка одна штука и одна шатенка, так тот же комплект леди и останется в наличии. Вам привычнее вернуться к обычному виду, вашей сестре это по приколу, ну, а мне-то насколько легче станет, даже трудно представить. Вместо того, чтобы тешить себя иллюзиями, что в голове у моей хозяйки находятся мозги, а не солома, я всегда буду знать наверняка, моя хозяйка— классическая блондинка и свойство всегда поступать и думать мягко говоря нерационально — ее второе я.

— Это он тебя так дурой обозвал, — тут же наябедничал мне мой внутренний голос. — Непонятно только, зачем так завуалировпно.

Детально обдумать эту проблему мне не дала Маришка, которая прекрасно все слышала и вынесла из саркастической речи Демона Голубого Хамелеона главное с ее точки зрения.

— Блонда, а давай и вправду я стану похожей на Милку Ковальчук. Прикольно же. Никто не поймет, где ты, а где я. И на свидания так можно ходить друг вместо друга.

Может быть, немного попозже, Мариша, — обнадежила я сестренку.

— А потом уже обратилась к Милке. — Ладно умник, я совершенно не расположена сегодня разгадывать ребусы. Просто скажи, что не так с профессором Адамом Смитом.

— Элементарно, Ватсон, — в очередной раз продемонстрировал свое знание крылатых Земных высказываний Демон Голубого Хамелеона. Выпендрежник, и, главное, перед кем рисуется. Передо мной. При том, что Все перлы, которыми он так лихо бравирует вытащены из моих же воспоминаний. Ну разве что Маришка удвоила число слушателей.

Впрочем, свою теорию, объясняющую странности в поведении профессора Адама Смита, изложил коротко и внятно.

Милка предположил, что профессор осуществляет свои неблаговидные поступки, связанные с продажей Демонам студентов академии, находясь под действием ментального внушения. Причем сам профессоросознает это внушение, пытается с ним боротся, но ничего не может противопоставить ментальному внушению.

Ситуация усугубляется еще и тем фактом, что внушение вступает в конфликт с магической печатью, которая запрещает профессору наносить вред жителям Эдема. Частично это противоречие сглаживается тем, что сам профессор непосредственно не наносит никому вред, а просто выполняет определенные нейтральные действия, как то: создает портал в мир Демонов, собирает и включает портальный маяк. А когда появятся работорговцы, просто заберет непривязанных демонов и вернется на Землю, не предпринимая никаких действий в нашу защиту. Так его магическая печать и не требует никого защитить. Короче, все та же эквилибристика с формулировками.

Ситуация чем-то напоминала случай лорда Лэстера, только на этот раз речь не идет о внедрении стороннего Духа. И тем не менее, даже факт непрямого нанесения нам вреда конфликтует в голове профессора с запрещающей печатью. Отсюда и резкая интеллектуальная деградация. В ситуации, когда в голове бушует настоящая битва за контроль над сознанием между противоречащими друг другу установками, остается совсем немного свободных ресурсов для всего остального.

Все это выглядело достаточно правдоподобно, но врядли несло практический смысл.

Разве что Маришка проникнется жалостью к проблемам профессора и не станет отпиливать у него рога, в чем лично я глубоко сомневаюсь

А вот то, что Демон Голубого Хамелеона твердо заявил, что внушение такого уровня в академии сможет сделать только Сира Уллиса, представляет далеко не праздный интерес.

В отличии от эльфов демоны не имеют врожденного иммунитета к внушению. Более того, поскольку все их развитие основано на поглощении информационных матриц, они легко допускают внедрение к себе в головы чужих приказов. И тем не менее, демон пятого круга, а именно таковым является наш профессор, не тот объект с которым может справиться менталист слабее третьего ранга. В академии только эльфийка владеет нужными навыками.

— Стало быть ты уверен, что Адам Смит такая же жертва эльфийского коварства, как и все здесь присутствующие, — заключила я.

— Тогда еще одно умное выражение в твою корзину. Сказав А, говори Б.

— Это, что значит? — Переспросил Демон.

Вот видишь Блонда, твой советник только прикидывается умным. На самом деле, он просто нахватался чужих мыслей. Он не может сообразить, что мои слова предлагают сделать выводы из озвученных предпосылок, не преминула я рассчитаться с Демоном Голубого Хамелеона за недавнее его сравнение моих мозгов с соломой. А потом уже вполне серьезно спросила

— Как ты думаешь, если профессор Адам Смит действует под внушением, то что и кто мешает Сире Улиссе поступить подобным образом и с другими преподавателями. Как-то я слабо представляю, что все они настолько прониклись великой идеей финансового благополучия Академии, что тут же записались в устойчивую преступную группировку, осуществляющую незаконную деятельность, которая потенциально чревата повешением.

Неужели никто из них не выступил против, хотя бы из чувства самосохранения. Да тот же профессор Тэтчер, ну никак не тянет на злодея. Он и без Академии неплохо проживет. Всегда может рассчитывать на теплое место в любом Королевстве а то и при дворе Императора.

— Совершенно исключено, — категорически возразил Милка. — Это почему, — даже как то растерялась я. — Вроде все логично.

Все преподаватели — дворяне. На Эдеме дворян не вешают, а подвергают усекновению головы. А в остальном ты, конечно, права.

Ага, значит возражения по форме, а не по содержанию. Тогда идем дальше. А зачем это нужно самой Сире Улиссе?

— Ну-у, задумчиво протянул Демон у меня в голове. — Если подумать, то по большому счету и не к чему. Вот разве, что ректор попросил. И то весьма сомнительно.

— Вот и я о том же. Как-то цель мелковата для средств на нее затраченных Это даже не из пушки по воробьям. Это как атомной бомбой по таракану. Что бы и кто бы не говорил, но передача Демонам для проведения ритуалов десятка потенциальных магов, студентов престижной академии, не сможет долго остаться тайной. И это событие всколыхнет всю Империи не меньше, чем то, которое совсем недавно ее потрясло.

— Да. Блонда ты — гений. Не побоюсь этого слова, — пришел в восторг Демон Голубого Хамелеона. — Беру свои слова про солому назад. Духи сбежавшие из вивария академии совершенно не при чем. Мы — часть оплаты Демонам за вторжение, пусть даже и не удавшееся.

Теперь осталось ответить на главный вопрос, — продолжала я свою мысль. Кто на самом деле за всем этим стоит? Кто заказчик вторжения демонов в империю и зачем ему это нужно?

В детстве я обожала детективы. Зачитывалась Конон Дойлем и Жоржем Сименоном. Представляла, как я стану расследовать самые запутанные преступления. К сожалению, ни бабуля, ни Маришка моего интереса не разделяли. А поверхностное знакомство с органами правопорядка напрочь отшибло всякое желание иметь с ними что-то общее.

И вот, наконец-то, свершилось. Прямо сейчас сбывается мечта моего детства. Я обнаружила заговор планетарного масштаба. Пусть и планета немного не та, зато накал страстей и интрига просто зашкаливают. Казалось, еще чуть чуть и все тайное станет явным. Мысли приобрели кристальную ясность, ум — остроту бритвы.

К сожалению, в нашу беседу с Демоном Голубого Хамелеона вмешалась Мариша.

— Послушай, Блонда, — а давай ка мы сестренку станем называть поручиком Ржевским, предложил мне внутренний голос. — Так, любя. И только среди своих.

Это почему? — тут же заинтересовался Милка.

Это из анекдота, ты его все равно не знаешь, — отмахнулась я. — Там главное концовка: — «А потом пришел поручик Ржевский и все опошлил».

— Между прочим, — продолжила Мариша. — Пока вы дурью маетесь и травите анекдоты, наши спутники вот вот друг друга поубивают. Блонда, может, стоит вмешаться и навести порядок. Мне, в принципе, все равно. Но кто в таком случае понесет наш с тобой рюкзак, станет добывать пищу охотой и обустраивать ночлег? Нет, я, конечно, и сама справлюсь, но зачем же лишать себя мелких жизненных радостей. Опять же, если дело дойдет до драки, то может пострадать вон та прикольная футболка, надетая на красавчика. А я ее для себя уже присмотрела.

Оказывается, за то короткое время, пока мы с Милкой упражнялись в высоком искусстве детективного мышления, мои однокурсники успели разбиться на две враждующих фракции и теперь пытались выяснить, кто из них круче.

В принципе, ничего удивительного не случилось. В лице профессора Адама Смита коллектив только что утратил лидера, ну а природа как известно не терпит пустоты.

Странным оказалось только распределение однокурсников по фракциям. Я ожидала увидеть противостояние Лесных баронов с одной стороны и принца Оси с группой поддержку в синем углу ринга. Ан нет. Неожиданно братья разбойники объединились с принцем Осей. А противостояла им более многочисленная группа из семи человек под руководством леди Тины Брэвер.

— Ты Блонда совсем нюх потеряла со своими детективными заморочками, — укоряюще сказал мне мой внутренний голос. — Смотри, так и голову немудрено потерять. И если только свою, так не очень и страшно. А ежели что с Маришкой случится?

Впрочем, посмотрев на сестренку, я тут же успокоилась. В глазах у платиновой оторвы горело неуемное любопытство и ожидание приключений. Похоже, по— настоящему в этой ситуации ее беспокоила только судьба футболки надетой на Осю, которую Мариша заочно зачислила в свой гардероб. А ведь и вправду зачетная футболка. Какие интересные картинки, похоже магические, объемные да еще и движутся. Скубба на груди, Инкуб на спине и обе фигуры при исполнении своих основных функций. И все так реалистично. Правда, одна неувязка в наличии. Девочки с девочками, а мальчики с мальчиками.

Увидела бы бабуля Маришку в такой футболке, точно прибила бы. Хотя принимая к сведению портрет бабули в подвальной комнате Императорского дворца, может быть, и не Маришку прибила, а сразу всю популяцию Инкубов скопом.

Похоже, Мариша находилась в сомнении. Не вмешиваться и допустить естественное развитие событий, которое вполне могло закончится смертоубийством. Либо таки встать на защиту уникальной футболки и сохранить в полном объеме численный состав наших спутников.

В другое время сестренка наверняка попыталась бы решить эту дилемму самым надежным способом. Подбросить монету. К счастью, для жизни и здоровья моих однокурсников монеты в своих карманах она не обнаружила, а искать что нибудь похожее в своей сумочке в этой ситуации даже Мариша не рискнула, понимая, что поиски могут растянутся часа на два. Поэтому она поступила как обычно, повесив решение проблемы на меня. А потом с чистой совестью стала наблюдать за развитием событий.

К этому времени в руках у враждующих сторон появилось холодное оружие. При этом меньшинство вытащило классические рапиры, годные разве что для исполнения танцевальных па на дуэлях.

Нет, ну какими надо быть идиотами, — восхитился мой внутренний голос, чтобы отправится в экспедицию во враждебный мир, вооружившись не автоматами и гранатометами и даже не шпагами, а тонкими железными веточками, единственное назначение которых — дуэльные схватки. И то в рамках свода правил на тысячу страниц. Ну от Оси всего ожидать можно. На то он и принц. Но бароны из Лесного Края туда же. Они здорово упали в моих глазах.

А вот большинство, объединившееся под флагом леди Тины Брэвер, продемонстрировало значительно большее здравомыслие. Вооруженные кистенями, цепями, топорами и кастетами и другим не конвенционным оружием, они представляли достаточно грозное зрелище. К тому же, чуть ли не вдвое превосходили противников по численности.

Тут же стал понятен принцип распределения по фракциям. С одной стороны — аристократы, с другой — простолюдины, за исключением своего лидера леди Тины Брэвер, мажорки и будущей менталистки. При этом в своих руках леди держала явно боевой артефакт, напоминающий смесь волшебной палочки с колесчатым пистолетом.

А ты уверена, что леди Тина Брэвер — будущая менталистка, задал мне провокационный вопрос Демон Голубого Хамелеона. Сдается мне, что казачок то засланный. Наверняка, Сира Уллиса не могла оставить группу без своих глаз и ушей. Кто ей мешал инициировать леди Тину Брэвер заранее и дать ей задание, от которого та не смогла, а скорее всего и не захотела отказаться?. Думаю, что она уже добралась до шестого ранга. С одной стороны менталист шестого ранга — это почти что ничего. Но с другой, вполне достаточно, чтобы набрать себе сторонников и натравить их на противников.

А ей эта драка зачем. Хотя нет, молчи, прервала я Демон Голубого Хамелеона, который попыталась снова обличить меня в отсутствии дедуктивной логики. Что мы имеем. Бартерная сделка судя по всему накрылась с концами. Надо запускать план Б. Программу прикрытия. Нельзя допустить возвращения членов экспедиции на Эдем. В таком случае драка со смертельным исходом — вполне логичный первый шаг, который позволит уменьшить число потенциальных возвращенцев. Надо понимать, что у самой леди менталистки есть в запасе нечто, позволяющее ей в индивидуальном порядке вернутся на Эдем.

— Эй, Блонда, так что мы будем делать. — Снова вмешалась Маришка. — Пока ты рассуждаешь, они прямо сейчас начнут убивать друг друга.

Может все — таки давай я разберусь с этим бардаком, есть одна здоровая мысль.

— Ладно, действуй Маришка, — вынуждена была согласится с предложением сестренки, поскольку у самой в голове не было ни одной разумной мысли, как предотвратить вооруженное столкновение двух группировок, одна из которых к тому же находилась под ментальным контролем.

В голове, правда, мелькнула паническая мысль о том, что лекарство может оказаться страшнее самой болезни. И, дав Марише карт бланш, я подвергаю серьезной угрозе всю нашу экспедицию.

К счастью, моим опасениям не суждено было сбыться.

Мариша спокойно прошла сначала через группу аристократов буквально на пару секунд остановившись рядом с принцем Осей, засмотревшись на Инкуба, который в это время выполнял особенно замысловатые движения.

Потом прошла через группу простолюдинов, отталкивая тех, кто не успел уступить ей дорогу.

Наконец, подошла к леди Тине Брэвер и банально вцепилась ей в волосы. Затем повалила менталистку на землю присела рядом, и не выпуская светлые волосы соперницы из своего кулака, стала а возить ту лицом по плите. Удовлетворенная предварительными результатами в виде кровавых следов на черном базальте Маришка встала, несколько раз пнула лежащую менталистку ногами по ребрам, сопровождая это действие тирадой следующего содержания.

— Еще раз, сучка, такой номер отколешь, одним разбитым носом не отделаешься. Создашь Блонде малейшую проблему, эта проблема тут же превратится в огромную для тебя неприятность.

Потом, обращаясь к застывшим в шоке остальным однокурсникам, добавила: — Насчет проблемы, это всех касается.

Мертвая тишина, сопровождающая воспитательный процесс нарушилась только судорожными всхлипываниями леди Тины Брэвер да шорохом прячущегося оружия.

Глава третья. Два солдата из стройбата заменяют нанотехнологию

Все-таки прав был сэр Бэримэр, когда утверждал, что общество на Эдеме глубоко консервативно. Если бы потасовка между двумя юными блондинками, да еще с кровавыми брызгами вразлет, приключилась на Земле, то окружающие наверняка не остались бы безучастными к происходящему.

Нет, я не говорю, что кто-нибудь из парней рискнул бы вмешаться в драку между девушками. Но однозначно публика стала бы выражать свои эмоции громкими криками в поддержку той или другой стороны. И нет ни малейшего сомнения, что буквально через пару минут ролик с потасовкой появился бы на ютубе. А учитывая эффективность действий Маришки, наверняка бы набрал не одну тысячу лайков. Вот так поступают в подобных ситуациях молодые люди в цивилизованных странах.

А что мы наблюдаем сейчас? Кажется, какой-то американский генерал аналогичную ситуацию емко описал двумя словами. «Шок и Трепет». Хотя вспомнила, он это сказал совсем по другому поводу. Ну, да неважно. Главное, слова вполне соответствуют происходящему.

Похоже, что эти парни никогда в своей жизни не присутствовали при разборке соперниц между собой. Или, страшно подумать, на Эдеме не принято выяснять отношения между женщинами, вцепившись в патлы друг другу. Тогда чем они компенсируют такую возможность? Неужели подсыпают яд сопернице в кофе? Дикость полнейшая.

И в этом обществе нам с Маришкой предстоит жить как минимум ближайшие пять лет. Конечно, при условии, что удастся живыми вернуться на Эдем. Ужас. Ну, я то как-нибудь привыкну. А каково сестренке придется?

Похоже, гробовая тишина, наступившая после спича в духе «Блонду не беспокоить, а иначе пасть порву, моргала выколю», несколько обескуражила мою сестренку. Все же после очередной блистательной победы, как правило следующей за разборкой в ночном клубе, Маришка привыкла купаться в аплодисментах и лучах славы. Правда, там ее соперниками выступали обычно не дамы, а молодые люди, не всегда трезвого состояния и всегда неадекватного поведения.

Не стоит забывать и то, что в таких разборках неукоснительно соблюдалось правило, Маришку не обижать ни при каких условиях. Арбитрами, обеспечивающими его выполнение выступали гопники из бригады Семена, местного авторитета, который на свою беду однажды предложил Маришке стать своей подругой.

Мы тогда еще юные первокурсницы, сбежали из универа после второй пары и сидели в нашем любимом кафе «Сказка», лакомясь мороженным. Поводом для того, чтобы сачкануть, послужило то, что Маришка записалась в секцию парашютного спорта и сегодня ее ожидал первый прыжок. Подруга потребовала морально поддержать ее и убедила меня, что порция мороженного и мое присутствие на летном поле лучший допинг в этой ситуации.

К нашему столику подошла, вернее подвалила компания из пяти человек, подчеркнуто бандитской наружности. Молодых людей семнадцати — двадцати лет, одетых в спортивные костюмы с лампасами и худи возглавлял парень постарше. Этакий начинающий босс мафии из глубинки. Поддельный ролекс на правой руке, крутая, явно китайский контрафакт, мобила в левой, солнцезащитные зеркальные очки, это в полутемном-то кафе и — вишенка на торте — зубочистка в уголке рта, создавали незабываемый образ, глядя на который я с трудом подавила приступ смеха.

— Семен, — коротко представился нам с подругой лидер местной гопоты и, не откладывая в долгий ящик, тут же приступил к главному.

— Бикса, — обратился Семен к Марише, — ты хочешь стать моей девушкой?

«Наверное, насмотрелся мексиканских сериалов», — подумала я, а потом некстати вспомнила бабулю. Если возникнет конфликт, надо постараться, чтобы бабуля ничего не узнала. Жалко парня. Семен мне чем-то понравился.

Впрочем, все закончилось совершенно мирно. В последнее время Маришка тоже подсела на латиноамериканские теле шедевры. Наверное один и тот же сериал смотрят, интересно, что сейчас показывают, надо программу полистать, заключила я, наблюдая как моя подруга вскочила из-за столика и с криком:

— Такого уверенного в себе мужчину я искала всю свою жизнь, — бросилась на шею ошеломленному Семену. — Я согласна стать твоей подругой до конца наших дней.

«Ага, как же, — не преминула про себя съязвить я. — Всю жизнь искала, все свои семнадцать лет и два месяца. Предыдущий, которого ты нашла на прошлой неделе и сразу на всю жизнь, красавчик юрист с четвертого курса, кажется, вчера подал заявление в ректорат с просьбой предоставить ему академ отпуск в связи с переездом в другой город по семейным обстоятельствам. И это после третьего свидания с Маришкой».

Интересно, сколько этот Семен продержится. По виду он покрепче. Впрочем, все что связано с моей сестренкой прогнозу не подлежит. Как оказалось, я ошиблась и на этот раз.

— Блонда, можешь никуда не ехать, — деловым голосом сообщила мне Мариша, продолжая удерживать Семена мертвой хваткой за шею. — Меня мой парень отвезет. Правда дорогой?

Опешившему от столь резкого развития отношений, лидеру молодежной банды оставалось только согласиться.

Это было первое и последнее свидание Маришки с Семеном.

Через пару дней мы случайно встретили Семена в ночном клубе, сидящго у барной стойки в окружении своих бойцов и с бокалом в руке. Мариша с визгом на весь зал

— Это мой парень, — попыталась бросится Семену на шею. Тот подавился вином и стремительно скрылся в мужском туалете.

Через час, так и не дождавшись возвращения любимого, сестренка призналась мне, что, наверное, Семен до сих пор обижается на ее невинную шутку. Шутка состояла в том, что Мариша уговорила своего поклонника совершить вместе с ней прыжок с парашютом из самолета. Непонятно, как ей удалось обмануть тренера и включить Семена в группу, а, самое главное, как ей удалось вытащить из его парашютной сумки основной парашют и набить ее тряпками.

«Ну и чего бы я так обижалась», — жаловалась мне подруга. Я же его сразу предупредила, чтобы он ничего не боялся и, если что нибудь случится с основным парашютом, то обязательно сработает запасной. Никакого риска. Три раза повторяла. Мог бы и догадатся, что его ждет нечто необыкновенное.

— Зато знаешь как красиво было! Такая яркая разноцветная гирлянда из тряпок в воздухе. Только Семен очень громко кричал, отвлекал всех. А когда уже на земле сразу после приземления я подбежала чтобы поздравить его с первым удачным прыжком, ну и немного извинится за сюрприз, он тут же улизнул и спрятался от меня в мужском туалете. Потом его ребята подъехали и зачем-то привезли белье и новые брюки. Наверное, решил замаскироваться. А меня выгнали из секции, — жалобным голосом закончила свой рассказ Мариша. — Ну почему мне все время так не везет с парнями.

После этого случая Мариша приобрела всеобщее уважение у местной гопоты и кличку «Отмороженная на всю голову». Правда, вскоре эту кличку поменяли на «Разбивательница яиц». Это после того как сестренка неудачно двинула ногой в ночном клубе очередного приставучего поклонника. А тот, вместо того, чтобы извиниться и приложить лед к причинному месту, взял и пожаловался в ментовку.

Мы потом три дня уговаривали бабулю отозвать заявление, по которому парню светило семь лет за сексуальное насилие. Правда, следователь, который вел дело, сначала пытался обвинить во всем Маришу, по после того, как от него внезапно ушла жена, отбыв с хахелем на Майорку, резко поменял свою точку зрения. При этом громко плакал у бабули на кухне и обзывал всех мужиков козлами, а себя продажным копом.

Ладно, проехали. Совсем некстати воспоминания навалились.

Впрочем Маришка, не получив причитающихся ей аплодисментов и криков восторга, совершенно не расстроилась. Наоборот, всеобщая растерянность показалась ей вполне удачной атмосферой, для того, чтобы реализовать свою мечту дня. Подойдя к принцу Осе и пристально глядя ему в глаза, она скомандовала:

— Раздевайся.

Чуть раньше я упомянула о том, что на площадке наступила гробовая тишина. Так вот, я ошибалась. Какая может быть тишина, если леди Тина Брэвер всхлипывает, кто-то из Лесных баронов пытается засунуть шпагу в ножны, а со стороны прилегающей территории раздаются рыки зверей и птичий щебет. Так вот, после этих слов Мариши замолчали все. Даже птицы. И звери. Принц Ося затравленно огляделся вокруг и, не увидев в глазах однокурсников сочувствия и понимания, обреченно вздохнул и начал расстегивать пуговицы на ширинке.

— Ты что делаешь, извращенец? — Возмутилась Мариша. — Немедленно застегнись. Футболку снимай. — После этого обратилась ко мне — Блонда, поищи в рюкзаке что-нибудь из наших запасов этому лишенцу.

В другое время, возможно, я бы и не удержалась от замечания типа «с каких пор содержание моего рюкзака стало нашими общими запасами», так просто из вредности. Но только не сейчас, после того как сестренка за считанные минуты подавила намечавшийся вооруженный конфликт. Героям надо идти навстречу, во всяком случае в мелочах, — благоразумно решила я, доставая из рюкзака тенниску ярко розового цвета с нелепо двусмысленной надписью на груди «Я вас Ана-нас». Интересно, как она ко мне попала? И что бы это могло значить. Я точно такую не покупала. Наверное, девочки из салона баронессы Риолы подарили.

Вырвав из рук принца Оси футболку с Инкубом, которую тот до последнего судорожно пытался удержать в своих руках и со словами одень это красавчик, тебе пойдет, Маришка всучила ему мою розовую тенниску. А после того как принц Ося напялил розовое непотребство на себя критично его оглядела и сделала вывод.

— Ну, вот я же говорила — твой размер. Сидит как влитая.

После этого внимательно рассмотрела свой трофей. Обругала Осю за то, что тот подсунул ей ношенную и к тому же не стиранную вещь. Правда, после того как принц объяснил, что футболка является артефактом и в стирке не нуждается, поскольку всегда сохраняет первозданную свежесть, тут же его милостиво простила.

А потом громко скомандовала:

— Всем мальчикам отвернутся. Девочки могут оставаться на своих местах. Мне нужно переодеться. Я не намерена устраивать здесь бесплатный стриптиз.

Впрочем, тут же в голову моей сестренке пришла удачная мысль. Наверное, возникла сложная цепь ассоциаций со словом бесплатный. И она уточнила предыдущее распоряжение.

— Желающие могут не отворачиваться. Но это будет стоить по тысяче золотых с носа.

— А можно в долг, — поинтересовался один из представителей фракции простолюдинов. — Профессор Адам Смит не рекомендовал брать с собой в экспедицию деньги.

— Хорошо, — подумав, согласилась Маришка. — Будете должны.

Вот тут-то и стал очевидным тот факт, что дворянство на Эдеме в финансовом плане значительно уступает другим социальным слоям общества. Во всяком случае, представленным в нашей академии. Все простолюдины, а это, в большинстве своем, выходцы из богатых купеческих семей, тут же выполнили обратный разворот, а дворяне во главе с принцем Осей принялись с независимым видом рассматривать окружающее нас зеленое месиво.

Возмущенно фыркнув в спину принцу Осе, и пробормотав что-то типа, «мог бы и скидку попросить», Маришка одним резким движением сорвала с себя блузку.

Я заранее предвкушала развлечение и на этот раз не ошиблась. Все-таки не зря в универе мою сестренку называли мастером динамо. Под блузкой на Маришке был одет совершенно целомудренный топик, нейтрально голубого цвета.

— Облом, — огорченно констатировал один из зрителей.

Робкий ропот в толпе «а как же стриптиз», Маришка подавила одним своим взглядом. Потом, облачившись в футболку принца Оси, сказала.

— Рано вам еще на стриптиз ходить. Картинки смотрите, — и гордо расправила плечи. В ответ на это движение Инкуб и Скубба тут же отреагировали новыми позициями.

— И вот что еще, — добавила Маришка. — Деньги отдадите в первый же день по возвращению в Академию. Иначе на счетчик поставлю.

«Это она у Семена нахваталась, — сообразила я. — И когда только успела?»

Значительно поправив свое финансовое благосостояние, Мариша тут же развила бурную деятельность. Первым делом, вытащила из уже нашего совместного рюкзака баклажку с водой и мою любимую черную тенниску с орлом, сестренка рванулась к принцу Осе, заставила его переодеться, вручив черную тенниску и забрала себе розовое. «Жалко парня, — на ходу пояснила она мне свой поступок. — Нельзя ему в таком ходить. Засмеют».

Потом подхватила под руку все еще судорожно всхлипывающую менталистку. Оттащила испуганную девушку в сторону и заставила ее умыться, сливая воду на руки из баклажки. Дала вытереться розовой футболкой, а потом долго с ней разговаривала, пытаясь успокоить. Как и можно было предугадать, разговор окончился новыми бурными рыданиями леди Тины Брэвер на этот раз на плече у моей подруги. В это время Маришка что-то утешительное шептала девушке на ухо одновременно поглаживая ее по голове.

Вообще складывалось впечатление, что на площадке действовала одна только Маришка, а все остальные исполняли роли статистов, произносящих нужные реплики в нужное время, а по окончанию застывающие в нелепых позах.

Да я сама — яркий тому пример. К стыду своему, за последнее время всего-то и смогла дать Маришке добро на подавление конфликта и достать из рюкзака розовую тенниску в ответ на запрос от сестренки. Даже Милка в голове за все это время ни слова не сказала.

Конечно, Маришка — прекрасный тактик, но как орговик слабовата. Пора бы и мне включиться в работу если есть желание выбраться из этого балагана.

Воодушевленная собственными призывами я громко скомандовала.

— Всем подойти ко мне.

Похоже, мои однокурсники совершенно потеряли мотивацию к действию. Кратковременное возбуждение, вызванное обещанным, но так и не состоявшимся стриптизом окончательно погрузило их в апатию. Едва шевеля ногами десять человек собрались передо мной. Сбоку встала Мариша, притащившая за руку леди— менталистку. «Да непросто будет их расшевелить, подумала я разглядывая унылые лица. — Странно это. Вроде, молодые ребята. Энергия должна бить через край. А непосредственная угроза жизни вообще обязана привести к тому, что адреналин в крови должен зашкаливать».

— А это типичный откат после отмены магического внушения. Не переживай, к вечеру будешь беспокоится только о том, что бы всех угомонить, — наконец проявил себя Демон Голубого Хамелеона. — Пользуйся моментом, пока они не пришли в себя. Можешь протолкнуть самые идиотские решения.

— А что? Дельная мысль, — вынуждена была согласится я. — Пока в голове появилась только одна идиотская мысль, которую я тут же озвучила.

— В связи с чрезвычайной ситуацией, требующей неординарных решений, которые позволят нам всем вернутся на Эдем, объявляю матриархат. Отныне экспедицией руководит совет, состоящий из: Блонда Лэстер Рин Корнелли, Блонда Мариши Рин Корнелли и леди Тины Брэвер. Председатель совета — леди Блонда. Заместитель по боевой и политической части — леди Мариша. Член совета с совещательным голосом — леди Тина.

— А что, весомо так прозвучало, — одобрила мою инициативу Маришка. — Почти как при выборе президента. Жаль, народа у нас маловато, ну да ничего думаю людей еще наберем. Нам бы еще сотни две три народа и вперед, можно кого-нибудь завоевывать. Чингисхан вообще говорят с семью человеками начинал.

«Может быть, я все же погорячилась, назначив Маришку замом по боевой части, — мелькнула в голове мысль. Уж очень серьезно она к этой должности отнеслась. Как бы не объявила войну Империи. Ну, конечно, предварительно завоевав мир Демонов и Духов».

Даже будучи в состоянии полной душевной опустошенности отдельные индивиды попытались выразить свое несогласие с моим нововведением. Идея матриархата плохо сочеталась с образом жизни на Эдеме, где всем заправляли мужчины. Правда, оказалось достаточно одного Маришиного грозного окрика, чтобы бунт был подавлен на корню.

Для того, что бы глупые мысли не смогли появиться в головах и в дальнейшем, я решила пойти проверенным способом. Загрузить всех работой по самое не могу.

Первым делом, нужно провести инвентаризацию ресурсов, для чего скомандовала всем присутствующим составить список всего, что находится у них в наличии, выделив в отдельные разделы продукты питания и воду, оружие, инструменты, спальные принадлежности, а главное — артефакты с детальным описанием возможностей последних.

К счастью, письменные принадлежности оказались в наличии у всех мои однокурсников. Они входили в обязательный список, который профессор Адам Смит раздал участникам экспедиции. Естественно, у всех, за исключением меня и Маришки. Я так и не выбрала время, чтобы заглянуть в этот список.

Впрочем, я и так прекрасно знаю, что лежит у меня в рюкзаке.

— Ты в этом уверена, — поинтересовался у меня внутренний голос. — Хочу тебе напомнить, что твой рюкзак по твоей же просьбе собирала Нора — девушка с ресепшна. У тебя утром голова болела после церемонии награждения. И ты отмокала в ванной. Не исключено, что розовый топик станет не единственной для тебя неожиданностью.

В то время, когда парни ни шатко ни валко выполняли мое распоряжение, леди Тина Брэвер принесла и робко протянула мне список, подготовленный еще на Эдеме, сверяясь с которым менталистка собирала свои вещи.

При этом она постоянно оглядывалась на Маришку, словно пытаясь в ее лице найти защиту от злобной Блонды. Похоже, сестренка тоже прочувствовала настроение девушки и громко зашипела мне в ухо, так, что ее слова стали достоянием всех обладающих слухом в радиусе метров в пятьдесят.

— Блонда, не смей обижать девочку. Ей и так от вашей сумасшедшей эльфийки досталось.

Нет, ну все-таки как несправедливо устроен мир! Добрая и пушистая Маришка проводит с леди Тиной Брэвер воспитательную процедуру по типу фэйсом об тэйбл, в адаптивном переводе мордой в грязь, и все равно остается доброй и пушистой. А Блонда, стало быть, злая и коварная.

— К этому тебя обязывает бремя власти, которое ты взвалила на свои плечи, — ехидно прокомментировал ситуацию мой внутренний голос.

Из интересного в списке значился только артефакт, на который я обратила внимание во время недавнего конфликта. Смесь волшебной палочки с пистолетом, как я его для себя обозвала, был ментальным усилителем, способным на кратковременно на ранг повысить характеристики мага. Естественно, не все характеристики, а только те, что связаны с менталом. По большому счету штука совершенно бесполезная в нашей ситуации.

Остальной перечень: фляга воды, универсальный суточный пищевой рацион, личная одежда, спальник, — вызвал у меня некоторое разочарование.

Я все-таки надеялась, что менталистка является обладательницей какого нибудь тайного средства перемещения на Эдем, в крайнем случае сигналки, передающейSOS.

Поскольку остальные участники экспедиции продолжали копошиться у себя в вещах, я решила провести краткий допрос леди Тины Брэвер, с тем чтобы окончательно определиться в своем отношении к ней. «Для того, чтобы получить правдивые ответы на свои вопросы необходим напор и психологический прессинг», — вспомнила я рекомендацию из какой то книжки. Там, если память мне не изменяет, допрашивали фиолетового осьминога из параллельной Вселенной. Не совсем уверена, что методика описанная в фантастическом детективе приемлема в нашем случае, ну так другой все равно нет.

Итак приступим. Напор и психологический прессинг.

Ты прошла инициацию?

Да.

— Духа для инициации предоставила тебе Сира Уллиса?

— Да

— На данный момент ты менталист шестого ранг?

— Да

— Сира Уллиса поручила тебе следить за участниками экспедиции?

— Да

— Ух ты, — восхитился Демон Голубого Хамелеона. — Блонда, у тебя прекрасная интуиция. Четыре вопроса — и все в яблочко. А давай, по возвращению на Эдем начнем в рулетку играть. Ставим только на красное и черное. Большие деньги поднять сможем. А ты не можешь спросить что нибудь такое, что бы ответ был не да, а, например, «нет». А то как-то слишком однообразно получается.

Мне и самой показалось, что в допросе не хватает драйва и некой непредсказуемости.

Поэтому следующий вопрос поставил менталистку в тупик.

— Зависла, — констатировала Маришка. — Блонда, я же тебя просила не обижать девочку.

— Да что я такое сделала, — попыталась оправдаться перед сестренкой, — на самом деле, испытывая определенное чувство вины. — Подумаешь, спросила есть ли фашисты в деревне.

Маришка укоризненно покачала головой и принялась в который раз за сегодняшний день утешать леди Тину Брэвер.

Похоже, моя сестренка прониклась чувством заботы и сострадания к другому существу. Обычно она была эмоционально равнодушна ко всем, за исключением меня и бабули. Даже ее приемные родители и парни, которых она определяла в свои поклонники, не могли рассчитывать на серьезное сопереживание.

Впервые Маришка изменила сама себе в двенадцать лет. Тогда ей на день рождения подарили декоративного кролика. Сестренка с рук его не выпускала. Громогласно объявила бедного Тотошку злобным хищником.

— А как может быть иначе с такими то зубами? — Звучал ее аргумент, напрочь отметая все попытки убедить ее, что кролики — грызуны и по определению питаться должны капустой и морковкой.

Двух недель хватило на то, чтобы кролик с остервенением начал рвать палку докторской колбасы, запихивая ее в свою ненасытную утробу и злобно поглядывая на окружающих. К счастью, вскоре после того, как Маришка заговорила о том, что Тотошке необходимо начать охотится на живую дичь, кролик куда-то исчез. Правда, люди осведомленные потом еще долго боялись ходить вечером близлежащим парком. Особенно после того, как по городу прошел слух, что ночью в городском зоопарке что-то похожее на кролика попыталось загрызть крокодила.

И вот через столько лет — новый объект патронажа. Бедная леди Тина Брэвер. Интересно, чем она так прогневила судьбу. Сначала Сира Уллиса, теперь Маришка.

Между тем сестренке удалось окончательно успокоить менталистку и она увлеченно обрисовывала ей текущую ситуацию и наши перспективы.

— Ты пойми Тинка, у нас тут как в армии. Знаешь основной армейский девиз?

— Нет, — призналась леди Тина Брэвер.

— Ну, как же можно такое не знать, — возмутилась Маришка. — Ладно запоминай: Два солдата из стройбата заменяют нанотехнологию. Теперь тебе все понятно?

— Нет, — обреченно ответила девушка, — ничего не понятно.

— Ну, какая ты все-таки бестолковая, объясняю. Солдаты — это такие парни в пилотках, которые ходят строем и, если им послать воздушный поцелуй, то они сразу все сбиваются с шага и их начальник начинает ругаться. Смешно так получается.

Про солдат поняла?

— Да.

— Теперь стройбат. Мне Семен рассказывал, что это — такие элитные части, в которых служат настоящие звери. Им даже оружие выдавать запрещают. Сам Семен туда чуть было не угодил. В последний момент удалось отмазаться.

Про стройбат понятно.

Да.

— Ну, а нанотехнологии — этосовсем просто. Это такая фитча в Сколково по деребану бюджетных денег. Теперь-то, наконец, ты все поняла?

— Ага, согласилась с Маришкой леди Тина Брэвер, — и умоляюще посмотрела на меня.

Я только и смогла в ответ сочувственно развести руками.

Глава четвертая. Правильное планирование — основа бытовых неурядиц

Итоги инвентаризации меня откровенно огорчили. Нам кровь из носу необходимо вырваться из зеленой ловушки в течении ближайших двух дней. В противном случае можно утешатся только одной мыслью, что стать каннибалами нам не грозит, поскольку от жажды мы умрем значительно раньше, нежели чувство голода станет непереносимым.

Воды в наличии на два дня в режиме жесткой экономии. Продуктов на неделю, при этом нет почти ничего сладкого и мучного, вкусняшек, которые могли бы поднять девушке настроение. Сплошные универсальные сухпаи. Приятным исключением на общем фоне выглядел список Армандо Джентилле — крепыш, вооруженный кастетом, вспомнила я. В его списке продуктов значились чай и кофе, причем неприлично дорогих сортов. Лорд Лэстер предпочитал только эти марки.

— Не удивительно, — прокомментировал ситуацию Милка. — Наследник владельца торгового дома Дим и Дже не станет брать с собой дешевую продукцию или продукцию конкурентов. Да и не осталось уже у торгового дома Дим и Дже в Империи конкурентов.

Вообще надо бы решить проблему с именами, пришла мне в голову разумная мысль. Не дай бог дело дойдет до столкновения, да хотя бы с теми же зубастыми динозаврами, которые ни на минуту не замолкают, оглашая лес своими рыками, перемежающимися отчаянными предсмертными визгами тварей поменьше, которым, судя по всему, не удалось избежать встречи с монстрами.

Ну не стану же я командовать во время сражения: «барон Арнольд Келлер» — так зовут одного из лесных разбойников, — «Постарайтесь попасть ему в левую заднюю лапу»

А так у нас кроме Оси и Тины никто до сих пор позывных не приобрел.

Правда, вот так с маху ничего толкового в голову не приходит. Думаю перекрестить баронов из лесного братства в Ниф-Нифа, Наф-Нафа и Нуф-Нуфа будет верхом неприличия, а на Атоса, Портоса и Арамиса они еще не наработали.

Можно, конечно, к выбору ников подключить Маришку, но тогда почти гарантированно получим список — Первый, Второй, Третий и дальше по порядку до десяти.

Ладно будем решать задачу поэтапно, а пока барона Арнольд Келлер перекрестим в Арика, наследника кофейного монополиста в Джи.

Из оружия, судя по спискам, только то, что я увидела во время конфликта между тупоголовыми и … другими тупоголовыми. Несколько слабеньких защитных амулетов. И шедевр техномагической мысли — амулет для охлаждения пива. И снова отличился Джи. Мне нравится ход мыслей этого молодого человека. Надо к нему присмотреться.

Оставался еще неисследованным рюкзак профессора Адама Смита, который тот забыл в спешке, покидая нашу компанию. Я возлагала на него определенные надежды, но решила лично заняться изучением содержимого немного попозже, предварительно распределив личный состав на неотложные хозработы.

А то, что я начала изъяснятся в духе сержанта Петренко, так не только у Маришки был воздыхатели из числа резко покинувших наши славные вооруженные силы. Я тоже успела от своих поклонников чему-то научиться.

И в принципе я согласна с ней, что у нас тут должно быть почти как в армии. Во всяком случае, до тех пор пока не вернемся на Эдем. Вот только мне в голову запали другие армейские принципы. Главный: «Тащить круглое и катать квадратное», и заниматься этим «От забора и до обеда»

Как минимум подобный подход должен отбить напрочь всякие мысли относительно междоусобицы, а заодно и по поводу легитимности матриархата, как формы правления в нашей экспедиции.

— Маришка, забирай парней и посмотрите, нельзя ли все-таки пробить дыру в этой зеленой стене. — Попросила сестренку. — Я, конечно, верю профессору, но это тот случай, про который говорят «Доверяй но проверяй».

— И вот еще что, в ближайшее время возникнет необходимость в удовлетворении естественных физиологических потребностей. Так что попытайтесь нарубить веток и соорудить в дальнем конце площадки какое-нибудь место для уединения.

Впрочем, о каком дальнем конце площадки может идти речь, если сама площадка в поперечнике чуть больше десяти метров.

— Вот так, Блонда, только ты собралась покорить мир, как тут же на первый план выступают гораздо более важные задачи, и наиважнейшая среди них связана с обустройством туалета. Прими это и смирись. Такова жизнь. Утешив себя подобными мыслями и убедившись, что Маришка правильно поняла задание, я приступила к мародерке, разбирая рюкзак профессора и одновременно пытаясь выяснить у леди Тина Брэвер что нибудь, способное помочь нам выжить.

Как ни странно, впервые за время прибывания в этом мире мне улыбнулась удача. Наверное, сохраняя объективность, историю с порчей портального маяка и последующим убытием профессора можно отнести к этому же разряду. Да вот только гложут меня смутные сомнения, удача ли это или злой рок. Опять же, все связанное с Маришей требует учета в отдельном списке.

В рюкзаке профессора обнаружилось устройство, в котором Демон Голубого Хамелеона тут же опознал переносной магический дистиллятор, способный из воздуха конденсировать до двух литров воды в час. «Милка, два вопроса. Зачем демону может понадобится вода, ведь он создание полностью энергетическое. И открой мне страшную тайну. Как все таки называется этот мир. Неужто кроме 15/67 и мир Демонов и Духов, нет никакого названия поприличнее.»

«Может быть, ты действительно не совсем безнадежна, хотя подобные вопросы нужно было задавать раньше, еще на Эдеме.»

— А этот мир действительно имеет вполне благозвучное самоназвание— Мирта. Что касается того нуждаются ли Демоны в воде и пище, тут так сразу и не ответишь. Некоторые, такие как я, привязанные к амулетам, однозначно нет. Да ты и сама это знаешь. А вот ваш профессор-демон вполне мог строить свое тело преобразовывая материальные компоненты и скрепляя их духовной энергией. В этом случае вода и мясо лучший выбор.

— Тебя не это сейчас должно интересовать, Блонда. Лучше внимательно послушай то, что тебе леди Тина Брэвер рассказывает, — посоветовал мне Демон Голубого Хамелеона.

А ведь, действительно. Пока я потрошила рюкзак профессора, менталистка закончила излагать грустную историю своего детства и раннего отрочества. Классическая мелодрама. Мама рано умерла, папа лорд тут же женился на молоденькой. В семье никто девочку не любит, перспективы на удачное замужество неблагоприятное, поскольку существуют проблемы с приданным.

И тут подвалило счастье, умерла троюродная тетка о которой никто никогда и не вспоминал, и в завещании оставила приличную сумму в пользу своей племянницы.

К большому неудовольствию ближайших родственников деньги по завещанию подлежали целевому использованию, а именно: должны были уйти на оплату обучения в академии и никак иначе. В противном случае, все передавалось в фонд защиты голубых светлячков. При этом голубых светлячков необходимо было сначала обнаружить, поскольку в зоологических каталогах Империи такой вид не числился.

— А тетка то у Тины не без фантазии, — одобрительно отметила я

Мачеха из вредности пыталась не отпустить падчерицу на экзамены. Вполне себе уважительная позиция — ежели не мне, то не доставайся ты никому. Опять же светлячкам помощь.

Леди Тина проявила несвойственную ей твердость духа и банально сбежала из дому, за что и была тут же официально лишена семейной поддержки и объявлена отрезанным ломтем.

В результате денег на жизнь нет, по завещанию было оплачено только обучение в академии, перспективы смутные, помощи ожидать не откуда. Вот тут и выскочила как черт из табакерки Сира Уллиса и быстро вербанула леди в качестве агента, оказывая определенную материальную помощь и обещая протекцию в дальнейшем. Ну, и, первым делом, провела инициацию с тем, чтобы повысить эффективность работы своего шпиона.

К заслуге леди надо отнести тот факт, что она не строила иллюзий относительно своей судьбы. Леди Тина знала о том, что на самом деле стоит за экспедицией. Хотя эльфийка и обещала ей, что по условиям сделки она вместе с профессором вернется на Эдем, сама леди предполагала, что это станет возможным только, если бартер не состоится. В противном случае, она разделит участь других участников экспедиции.

Что же касается инициированной ею стычки, то тут леди действительно выполняла ментальную установку эльфийки, заложенную на случай провала основного плана.

Короче, сплошной треп, розовые сопли и ничего интересного за исключением одного разговора. Леди вспомнила что Сира очень ругалась после моей инициации духом в ее кабинете. И больше всего эльфийку бесило то, что, по ее словам, инициации-то как таковой и не произошло. Сира заявила, что дух меня слишком боится поэтому никогда не сможет нормально развиваться и стать эффективным симбиотом.

Но бесило эльфийку вовсе не это. Оказывается, она надеялась, что, поскольку я не получила должной подготовки, а сама куратор "забыла" провести ритуал обязательный для процедуры инициации, то дух, внедрившись в меня, должен был по ее расчетам быстро подавить мой разум и сделать одержимой.

Тот самый второй путь для тех, кто покидает академию вперед ногами. Уж не знаю, чем это я так не угодила Сире Уллисе, но то, что ее надежды не оправдались никоим образом не улучшило отношение эльфийки к Блонде.

К сожалению для нее и к счастью для меня у несчастного, запуганного ментального духа не возникло ни малейшего желания сражаться со мной за контроль над моим сознанием.

Ради любопытства попробовала к нему обратиться. Почувствовала в голове слабый отклик с едва различимой мыслью по типу — тетя не бейте меня больно по голове. И это весь результат адаптации за два дня. Милка, ты же говорил, что ему надо немного прийти в себя, пообвыкнуть. А по-моему, все стало гораздо хуже, чем было сразу после инициации.

Ну вот, нашла крайнего. Сама зверушку до смерти перепугала, а я виноват. Но, похоже, тут эльфийка права, ничего у тебя с этим духом не получится. Ищи другого.

— А с этим что делать?

— Да просто шугни его из своего тела и нет проблем.

— И куда он денется?

— Куда, куда. Наверняка развоплотится. Все-таки он без носителя уже не сможет существовать. А носителем у него прописано твое тело, в другом он вряд ли приживется. Тут почти как со мной, привязка по крови прошла.

Блин, мало мне своих проблем было, теперь еще думай, что с ментальным духом делать. Хотя эту задачу я, пожалуй, знаю как решить.

В это время со стороны команды, которая пыталась пробить проход во внешний мир раздались испуганные крики. Парням под руководством Мариши удалось очистить от зелени небольшой коридор, скорее тамбур, глубиной метра два и габаритами с небольшую дверь. Работа была организована по простейшей схеме. Основным рубящим инструментом являлся топор. К сожалению топор боевой и плохо приспособленный к хозяйственным работам. К тому же единственное оружие, способное пригодится в борьбе с зелеными насаждениями. Ну не рапирами же лианы протыкать.

Один из парней, сменяясь в порядке очередности, рубил топором, двое других ему ассистировали, сгибая, наклоняя и доламывая непослушные растения, а остальные оттаскивали зеленые обрубки в противоположный край площадки, где к этому времени из них уже образовалась изрядная куча. Процессом азартно руководила Маришка, активно вмешиваясь, часто не по делу, во все этапы, начиная от смены рубщиков и заканчивая указанием кому куда и что тащить, опять же, что в первую очередь надо рубить, и кого наклонят. При этом она поддерживала общий энтузиазм азартными криками а при необходимости и дружеским пинком. Ей в этом дружно содействовали Инкуб и Сукубба, вытворяющие нечто совершенно немыслимое.

Не могу сказать, что парни стали намного живее, нежели сразу после ментального отката. И тем не менее определенная активность начала проявляться. Во всяком случае я увидела пару вполне осмысленных и заинтересованных взглядов, бросаемых на футболку Мариши.

Определенные опасения вызывал шум и треск, раздававшийся ровно напротив предполагаемого туннеля, судя по звуку метрах в семи вперед по прямой. Складывалось впечатление, что нам навстречу пробивалась бригада спасателей, привлеченная нашей деятельностью. Вот только у спасателей вполне могли обнаружится в наличии большие и острые зубы, а помощь они собирались оказывать нам не из гуманитарных, а исключительно из гастрономических интересов.

Впрочем, проверить эту версию так и не удалось. Как только толщина стены истончилась до некоторого критичного размера, в дело включилась пресловутая магия. Все, кто в это время находились в зеленом тупике, числом в четыре человека, в том числе и Мариша, вылетели оттуда с хлопком, напоминающим выстрел пробки от шампанского, и приземлились в центр злополучных остатков конструкции профессора, доломав все, что не успела сломать моя сестренка.

— Кажется, никто серьезно не пострадал, — отметила я, глядя на то, как участники коллективного полета подымаются, потирая ушибленные места.

Судя по испуганным визгам и громким шлепкам падающих увесистых тел со стороны спасателей, последних постигла аналогичная участь.

А пустое пространство в зеленой стене, очищенное усилиями десятка человек на глазах заросло растениями, вернув себе первозданный целостный вид.

— Магию можно победить только другой магией, — менторским тоном заявил мне Демон Голубого Хамелеона. — И, кстати, посмотри наверх, ты ничего странного там не видишь?

Идеально круглое голубое пятно высоко над нашими головами на глазах меняло цвет, наливаясь багрово красным оттенком.

«Через час окончательно стемнеет», получила я ответ на незаданный вопрос. Здесь время немного отличается от того, что на Эдеме, и сутки короче на шесть часов.

Ну и отлично, успокоила я сама себя. А то думала, что этот сумасшедший день никогда не закончится. И тут же включилась в рутину административно хозяйственных забот.

Команде из трех человек во главе в Джи поручила разжечь костер и начать готовить ужин на всю экспедицию, при этом дала право конфисковать любые необходимые припасы из любого рюкзака, передав им копию списка с продуктами

Подумав, усилила это направление леди Тиной, и вручила им переносной дистиллятор профессора.

От своих любимчиков, баронов из Лесного края плюс Оси, потребовала в кратчайшие сроки решить проблему сортира, пригрозив, что в противном случае им светит на постоянной основе перейти на должность ассенизаторов.

Остальным приказала готовить спальные места для всех.

Сама же решила заняться неотложной задачей, воспитанием мага, способного вытащить нас из ловушки. Все-таки прав Демон Голубого Хамелеона. С магией можно бороться только другой магией. Значит, нам нужен маг, по самым скромным оценкам не ниже второго ранга. Интересно, сколько времени уходит на подготовку такого специалиста.

— От двадцати до пятидесяти лет, — тут же услужливо подсказал мне Милкин голос.

— У нас нет столько времени, — возразила я. — Постараемся уложится в три дня. В конце концов, мы же талантливы.

— А я так вообще гениальна, — уточнила Маришка, присоединяясь к нашей беседе.

Что значит правильно сформулированная задача. Тут, главное, поменьше детализации, надо дать возможность исполнителям проявить сметку и инициативу. И в этом я оказалась на высоте. Если честно, просто не представляла, как можно разжечь костер, не имея, судя по спискам с перечнем вещей, ничего воспламеняющего. Оставалась возможность попытаться разжечь костер с помощью трения двух деревяшек друг об друга. Правда дрова, которые мы отвоевали у зеленой стены, нуждались в просушке на протяжении ближайших десяти лет. С некоторых обрубков вода просто капала.

А уж проблема с туалетом, по моим понятиям, вообще не подлежала решению. Разве что у принца Оси в кармане завалялось пару динамитных шашек. С помощью который он сможет сделать подходящую яму в базальтовой плите.

Первой ласточкой, принесшей мне радостную весть, явилась Леди Тина. Она смогла разобраться в устройстве дистиллятора и даже запустить его, правда, для этого Маришке пришлось пожертвовать тремя магическими кристаллами, которые сестренка на постоянной основе вплела в свои волосы. Так и не выяснила, как кристаллы все-таки держатся в волосах. Маришка категорически отказывалась расставаться со своими украшениями. К этому времени кристаллы перестали пульсировать разноцветными вспышками, а излучали мягкое зеленое сияние. Почти как пресловутые изумруды для бального платья, совершенно некстати вспомнилось мне.

Пришлось пообещать Маришке, что кристаллы будут возвращены в целостности и сохранности при первой возможности, а в качестве компенсации сегодня сестренку ожидает сюрприз.

Вслед за леди Брэвер доложился о выполненной работе Джи. Он продемонстрировал мне горящий костер, на котором был установлен металлический сосуд в котором варилась каша. И если в сосуде я с трудом опознала какую-то необычайно важную деталь из портального маяка, то все остальное, огонь и дрова, тут же отнесла к магическим выкрутасам.

И оказалась права только наполовину. С огнем все просто. В списках с перечнем вещей присутствовал раздел — личные вещи. Так вот наследник и надежда владельца торгового дома, будучи от природы сибаритом, прихватил с собой в качестве личных вещей коробку с сигарами с Земли, естественно укомплектованную микрогильотиной и вечной зажигалкой. Так что проблема с огнем была решена просто между делом.

Страшно подумать, сколько все это стоит. Может быть, ее стоимости и хватило бы на сто пятьдесят не привязанных духов. И к чему тогда вся эта экспедиция.

Я только совсем недавно из разговора с сэром Бэримером, поняла, откуда такие запредельные цены. Оказывается, сам человек может попасть с Земли на Эдем без проблем. А вот его вещи переносятся или нет в зависимости от того, насколько они пропитаны аурой владельца. Так что, если непосредственно перед перемещением посетить модный бутик, и полностью обрядиться в эксклюзив, почти гарантированно окажешься на Эдеме в неглиже. С сигарами вообще полная засада, даже намного хуже, чем с алкоголем. Наверное, силы обеспечивающие перемещение, плохо относятся к табачному дыму. Надо не менее пяти лет носить с собой коробку сигар не выпуская ее из рук, чтобы появилась возможность и то не стопроцентная, переместится с ней на Эдем. Даже не хочу думать о качестве пятилетних сигар, по моему они должны за это время превратится в труху. Впрочем, есть идиоты, которые готовы за все это платить несусветные деньги.

— Не забывай, в из число входит и твой официальный отец, лорд Лэстер, — не преминул меня уязвить мой внутренний голос.

Впрочем, я отвлеклась. Так вот, возвращаясь к нашим баранам, вернее к дровам, здесь действительно не обошлось без магии. Те самые зеленые куски лиан за прошедший час благополучно высохли и прекрасно горели.

— Нормальный способ самоочистки плиты, — подтвердил Демон Голубого Хамелеона. — Думаю за два — три дня они вообще должны будут стать трухой, а потом и совсем исчезнут. Представляешь, во что бы превратилась площадка, если бы магически не очищалась. А ее бы до верху завалило мусором.

— Слушай, Милка, забеспокоилась я, а с нами случайно по этой же схеме ничего не произойдет. Вдруг плита признает нас достойными самоочистки. Ляжем спать, а к утру и исчезнем.

— Не должно бы, думаю, это касается только неживой органики. Хотя вещи может и стоит сложить на решетку от портального маяка. Целее будут.

А уж после того, как краснеющий и смущающийся принц Ося доложил, что отходы человеческой жизнедеятельности исчезают с плиты вообще минут за десять, и мое поручение выполнено установкой невысокой ширмы, я окончательно уверовала в свой организационный талант.

Распорядившись группе, занимающейся оборудованием спальных мест заняться вещами, а также не маяться дурью и сделать отдельные площадки для мальчиков и для девочек, в противном случае пообещав, что все исполнители проведут ночь шагая по периметриту площадки в дозоре и охраняя сон остальных, я приступила к главному на сегодня.

— Мариша, — сказала я сестренке, — будем делать из тебя мага.

— А, может, не надо, — осторожно поинтересовалась она у меня.

— Надо, Мариша, надо. Нам без мага никак.

— Ладно. — легко согласилась со мной сестренка. — Только можно я приведу себя в порядок. Все-таки первый и последний раз становлюсь магом. Это замуж можно выходить раз пять и то там к каждой новой свадьбе положено новое платье шить. Передай мне сумочку.

Ну вот, спрашивается, кто мне мешал сказать сестренке, да не заморачивайся. Ты и так красавица. Потом передать своего ментального духа, дня три потренировать Маришку и глядишь сделали бы дыру в зеленой стене без особых разрушений и стихийных бедствий.

Так нет же. Сама. Своими руками протянула сестренке ее дамскую сумочку. А подумать, отчего вместо обычных полутора килограмм она весит за пять, слабо.

Глава пятая. Маришка и ее сумочка

Дамская сумочка Маришки давно приобрела статус вещи легендарной. Впервые сестренка продемонстрировала ее мне, когда мы праздновали Маришкин двенадцатый день рождения. Поистине знаменательна дата. Именно в этот день сестренке преподнесли кролика людоеда. Тогда же дядя Миша, незадолго до того вернувшийся из командировки в Италию, подарил дочке подлинную сумку Гуччи. К тому времени мы с Маришкой уже во всю зачитывались Cosmopolitan и могли оценить подарок. Правда немного смущали ее размеры. По самым скромным моим прикидкам классическая дамская сумочка должна была быть раза в четыре меньше, нежели та, с которой Маришка начала с гордостью ходить в школу, отказавшись от школьного рюкзака за ненадобностью.

Не сомневаюсь, что за десять лет сестренка неоднократно меняла саму сумочку, при этом оставаясь приверженцем одной и той же модели. Как ей удавалось это сделать для меня всегда оставалось загадкой, поскольку Гуччи выпустили ограниченную партию таких сумочек, всего пятьсот штук, причем черт знает сколько лет тому назад. Единственная правдоподобная версия, это то, что дядя Миша оптом скупил всю партию и с тех пор и по нынешний день она хранится в тайной комнате в Маришкиной квартире. Версия выглядит полным бредом, зато все объясняет.

Постепенно сумочка заполнялась вещами. При этом некоторые предметы получали в ней постоянную прописку.

Впервые я столкнулась с этим феноменом, когда мы сидели после школы в кафешке и в сумочке зазвучал звонок мобилы. В поисках источника сигнала Мариша начала выгрузила на столик гору различных вещей, в конце — концов потеряв надежду обнаружить телефон, заявила, что она наверняка забыла его дома и по возвращению надо не забыть посмотреть входящие, принялась загружать вещи назад.

Успокоив себя, тем, что подруга вовсе не утратила способность соотносить причину и следствие, а просто она так видит мир, я внезапно обратила внимание на упаковку презервативов, лежащую в числе других безделушек.

В наши с Маришей тринадцать с половиной лет у нас не было друг от друга тайн, касающихся личной жизни. Мы иногда обсуждали достоинства и недостатки знакомых парней, но мысли о переходе от теории к практике пока в голову не приходили. Поэтому я очень удивилась и осторожно поинтересовалась у подруги, зачем она носит с собой презервативы.

В ответ получила развернутую лекцию, касательно многообразных возможностей по использованию резинотехнических изделий. Перечень насчитывал не менее двадцати способов применения, от защиты фотоаппарата при съемках под водой до изготовления рогатки. Непосредственно контрацепция в перечень не попала.

В настоящее время Маришка использовала кондомы в основном для борьбы с компанией хулиганов, которые облюбовали скамейку под ее домом для ночных пьяных посиделок. При этом взрослая часть жильцов предпочитала не связываться с малолетками, справедливо опасаясь, что после проведения мероприятий по вразумлению, могут сами быть обвинены в нанесении побоев несовершеннолетним. Печальные реалии нашей правоохранительной системы.

А вот десять литров воды залитые в резинку, а потом сброшенные с седьмого этажа в район пьяного куража, оказывали на компанию самое благотворное влияние, правда всегда воспитательный процесс сопровождался матами и угрозами, на которые Маришке было наплевать с того самого седьмого этажа. Трех сеансовакватерапии оказалось достаточно, чтобы компания поменяла место своей дислокации.

С тех пор упаковка презервативов заняла почетное постоянное место в дамской сумочке Мариши, так никогда и не будучи использованной по основному назначению. Сестренка предпочитала другие способы контрацепции.

Еще одним знаковым предметом из сумочки Мариши был разводной гаечный ключ.

С ним сестренка не расставалась последние пять лет. К этому времени умер дядя Миша, а тетя Таня умотала в Швецию и сестренка осталась жить одна. Внезапно на Маришу помимо душевных переживаний, свалились и обычные житейские заботы. На паре по мат анализу подруга громким шепотом известила меня а заодно и всех остальных присутствующих в аудитории, о том, что у нее на кухне прорвался кран и, хотя она предотвратила возможное наводнение с помощью презерватива и новогодней гирлянды, тем не менее, не могла бы я составить ей компанию для того, чтобы засвидетельствовать ее окончательную триумфальную победу над непокорной сантехникой.

Мое предложение вызвать сантехника было с негодованием отвергнуто, поскольку в этот период своей жизни Маришка жила под девизом — талантливый человек талантлив во всем. А поскольку она — Маришка уже доказала свой талант, более того даже не талант, а гениальность тем, что никто у Универе не мог так как она делать мейкап, то проблемы с краном будут отлетать от нее как подсолнечная шелуха.

Не будучи в силах ни в чем отказать сестренке, я, конечно же, составила ей компанию, а потом оперативно вызвала знакомого водопроводчика из нашего дома. Поскольку добираться ему к дому Маришки пришлось всего то минут двадцать, вода не успела залить квартиры ниже пятого этажа.

Водопроводчик, потрясенный размером денежного вознаграждения, врученного ему Маришей за своевременное предотвращение глобальной катастрофы, подарил моей сестренке разводной гаечный ключ со словами о том, что она, наверняка, и сама бы справилась, да вот только у нее гаечного ключа не было. Тем самым вернув Марише уверенность в собственной гениальности. А железка с тех пор заняла свое постоянное место в ее сумочке.

Ну и, наконец, третьей знаковой вещью из числа постоянно прописанных в сумочке был небольшой томик стихов Мальденштама. Впервые я увидела его в том же кафе Сказка после очередного звонка мобилы, раздавшегося из сумочки. К этому времени шутка о том, что «я наверное забыла телефон дома», потеряла свою новизну, поэтому Маришка о чем-то увлечено болтала со своим новым поклонником, а я с любопытством разглядывала груду предметов вываленных на стол в процессе извлечения телефона. Мое внимание привлекла небольшая книжечка карманного формата в кожаном переплете. Открыла и наткнулась на строки

Из полутёмной залы, вдруг,

Ты выскользнула в лёгкой шали —

Мы никому не помешали,

Мы не будили спящих слуг…

Помню, как мне внезапно стало невероятно стыдно. Всегда считала свою подругу немного бесчувственной и вдруг представила, как она по ночам зачитывается поэзией серебряного века, роняя слезы на подушку.

— Правда клевая штука, — спросила у меня Маришка, закончив телефонный разговор. — Я ее специально вчера на барахолке купила. У меня столик для компа шатается, думаю как раз по толщине под ножку можно будит подложить. А что, прикольно так будет смотреться.

Я редко занималась воспитанием своей лучшей подруги. Но тут меня буквально переклинило. В итоге через неделю Маришка на память цитировала все стихотворения из книжицы. Правда в первое время на мою просьбу почитать по памяти что нибудь из Мандельштама странно реагировала. После первой же строфы сестренку буквально выгибало дугой, волосы вставали дыбом, усы топорщились а ногти превращались в когти. Классическая реакция ведьмы, которую окатили ведром святой воды.

Я одно время даже подумывала, не записаться ли в телешоу «Экстрасенсы рассказывают» со своим номером, демонстрируя Маришу. Даже провела натурфилософские исследования на предмет влияния на Маришу стихов Гумилева, Цветаевой и Саши Черного. Еще хотела исследовать зависимость от влажности, температуры и времени суток, целый план изысканий наметила. К сожалению, сестренка быстро адаптировалась к поэзии, тем самым разрушив на корню мои надежды стать первопроходцем в отдельно взятом научном направлении.

А томик Мандельштама с тех пор занял свое почетное место в дамской сумочке моей сестренки.

Тем временем, гора предметов, выложенных из сумочки Маришки, вплотную приблизилась по размеру к той, что осталась после разрушения портального маяка.

— А что она там ищет, — поинтересовался у меня Демон Голубого Хамелеона.

— Ну, конечно, зеркальце, — удивилась я его наивности. — Ну, может быть, еще свою косметичку.

— У-У-У, — внезапно громко завыл мой собеседник.

— Неужели спятил, — испугалась я. — Или является фанатичным приверженцем идеи, что истинная женская красота не приемлет украшательства. Ну типа сектантов из Адвентистов седьмого дня.

Впрочем я тут же поняла, что послужило причиной неадекватного поведения Демона Голубого Хамелеона не задумываясь к нему присоединилась

У-У-У, — громко с надрывном выли мы уже дуэтом, тоскливо глядя на опешившую Маришку и бабулину статуэтку, которую сестренка только что достала из сумочки и водрузила поверх томика Мандельштама.

Вы чего это? — Поинтересовалась сестренка и, не получив ответа, решила составить нам компанию.

У-У-У, — громко и художественно выли мы уже втроем, до смерти перепугав остальных участников экспедиции. После того, как бароны разбойники обнажили свои рапиры, а Джи вооружился кастетом, я решила, что пора заканчивать этот балаган.

Успокоив парней и леди Тину, тем, что мы якобы с леди Маришей занимаемся продвинутой формой медитации я спокойным голосом поинтересовалась у сестренки.

— И как это понимать? Где ты взяла бабулину статуэтку и, самое главное, зачем ты ее сюда притащила?

— Как это где, у тебя в комнате, конечно. Мы когда тебя искали, то я увидела ее на твоем столике. Еще удивилась, что она тут на Эдеме делает. А потом граф Пэтерс сказал, что это твое главное оружие и ты перебила им кучу народа. И вообще ты со статуэткой ни на минуту не расстаешься. Вот я и решила ее с собой прихватить, вдруг ты ее случайно забыла. Думала верну сразу, как только тебя встречу. А потом все закрутилось, не до того стало. А правда, что ты бабулиной статуэткой наследного принца прибила? И теперь у Императора нет наследника. Мне сэр Бэримэр про это рассказывал.

Ну вот, — с укором произнес мой внутренний голос. — Нужно было сразу сэра Бэримэра в черный список внести. А заодно и сержанта Пэтерса. А ты все миндальничаешь.

— Ладно, — согласилась я с ним. — Как только вернемся на Эдем, тут же займемся профилактической работой под лозунгом «Болтун — находка для шпиона». В конце концов, не так уж они и виноваты. Ну, болтают много. Ну, немного выдумывают от себя. Но ведь ни кому попало, а Маришке. Ей можно.

— Все, Маришка, — объявила я. — Твои пять минут, выделенные на красоту, окончены! Собирай все назад, только бабулину статуэтку оставь, надо подумать куда ее понадежнее спрятать. И приступим к ритуалу превращения тебя в мага.

К числу многочисленных достоинств моей сестренки следует отнести и то, что она прекрасно меня чувствует. Если я начинаю о чем-то серьезно говорить, то никогда не встречаю возражений с ее стороны. Вот и сейчас, вся добрая сотня предметов мгновенно была возвращена в сумочку, оставив на виду только сиротливо стоящую бабулину статуэтку, а сама Маришка уставилась на меня с видом, демонстрирующим готовность выполнять любые указания.

Процесс передачи ментального духа от меня к Маришке прошел безо всяких эксцессов. Как я и предполагала, наша с Маришкой близкая родственная связь, позволила духу прижиться у сестренки. Я мысленно потянулась к испуганному существу и четко продиктовала ему все этапы. В качестве пряника послужило обещание, что он переселяется к доброй и заботливой тете, которая никогда не станет его пугать, а будет только заботиться. Ну а кнутом послужила угроза остаться со мной навсегда.

Дух материализовался у меня на ладошке, а потом перебрался к Маришке в считанные секунды, исчезнув в ее теле.

— Щекотно, — констатировала сестренка, прислушиваясь к своим ощущениям. — Ой, он, кажется, со мной разговаривает, после чего на полчаса выпала из реальности, общаясь с приобретенным духом.

Ну вот, Мариша — уже инициированный маг, а ты как была бестолочью так ею и осталась. Когда теперь удастся найти не привязанного духа и провести инициацию? Зато, у меня есть Зазочка, впервые с момента попадания на Мирту вспомнила я о своем браслете. Зазочка тут же отозвался у меня в сознании волной радости и восторга. Жаль конечно, что ты здесь ничем мне не сможешь помочь. Ощущение радости сменилось недоумением. Типа: «а что тебе надо, Блонда?» Забей, Зазочка. В этом мире указать мне дорогу из зеленой ловушки ты не сможешь.

— Ну ни фига себе! — Непроизвольно вырвалось у меня, когда зеленая стена, окружающая площадку внезапно покрылась густой сеткой ставших видимыми силовых линий. Голубая паутина плотно укутывала все вокруг, за исключением приличного по размеру пятна на пятиметровой высоте. Складывалось впечатление что из силовой сети кем-то или чем-тобыл вырван изрядный клок. Именно на это пятно указывала стрелка, которой Заза обычно отмечал мне нужное место в академии.

— Зазочка, так это— выход из ловушки, — не поверила я сама себе. На это мой браслет снова откликнулся взрывом радости.

— Спасибо, мой дорогой, — поблагодарила я. С этим надо переспать, а завтра мы непременно отсюда выберемся. В конце концов пять метров это не так и высоко. Что нибудь придумаем.

Не знаю, о чем так долго болтали моя сестренка и ее дух-симбионт, но, вернувшись к действительности, Маришка заявила, что теперь она точно стала магом, причем магом ментальным и при желании уже сейчас может убедить всех присутствующих парней начать ходить строем.

Предложение тут же продемонстрировать свои вновь приобретенные навыки было мною на корню зарублено и я порекомендовала сестренке в дальнейшем тренироваться на кроликах, а сейчас прекратить маяться дурью, присоединиться к всеобщей трапез и ложиться спать.

— Не ниже пятого ранга, — задумчиво сказал Демон Голубого Хамелеона, обдумав слова Мариши. — И это сразу же после инициации. Твоя сестра потенциально внекатегорийный маг, — заключил он.

К этому времени окончательно стемнелопо меркам местных реалий.

— на Мирте никогда не бывает полностью темно, — объяснил мне Милка. — Просто небо становится темно багряным. Самые страшные монстры выходят на охоту, а всякая мелочь забивается по норам. Исходя из того, что лес вокруг нас погрузился в напряженную тишину, можно было предположить, что, динозавры, пугающие нас своими рыками на протяжении всего дня относились к категории мелочи.

Было необычайно приятно сидеть вокруг костра. Сначала съесть свою порцию каши, потом напиться ароматного чая и, наконец, завалиться втроем сверху на спальники, тихо болтая ни о чем и глядя на темно багровый круг высоко над головой, который время от времени пересекали крылатые силуэты.

Похоже, аналогичное умиротворенное настроение охватило и парней, расположившихся метрах в пяти от нас. Напрочь было забыто сегодняшнее противостояние. Они о чем-то перешептывались, иногда приглушенно смеялись.

— Еще немного и начнут пугать друг друга историей про черную руку, — хихикнула Маришка. Потом продолжила. — А мне папа Миша рассказывал, когда в детстве укладывал спать, что студентами они часто выезжали на природу, ночевали у костра и пели песни из своего детства. Я даже запомнила одну строчку.

Взвейтесь кострами синие ночи, мы пионеры дети рабочих…

— Блонда, а почему мы с тобой в Универе никогда не выезжали в лес на природу?

— Не знаю, — задумалась я. — Вроде, ребята пару раз приглашали. Наверное, бабуля нас не правильно воспитала.

— Не знаю, кто такие пионеры, — подключилась к беседе Тина, — но детей рабочих здесь вы точно не встретите.

— А чьи дети наши спутники? — тут же заинтересовалась я. — Про тебя я уже знаю. Еще знаю про принца Осю, лесных баронов и про Джи, вернее про Армандо Джентилле — уточнила я, поскольку не успела ознакомить остальных с новыми позывными. Похоже, что он из всех присутствующих — самый богатый. Наследник владельца торгового дома Дим и Дже.

— Да ты что, Блонда, — тихо рассмеялась Тина. По сравнению с другими он едва сводит концы с концами. Ну, не считая, конечно, аристократов — меня, принца и баронов. Мы на фоне остальных бедны как церковные мыши.

— Анри Шрарц, — начала перечислять она. И я тут же вспомнила крепыша с топором, — сын президента гильдии ремесленников. К тому же, его отец владелец нескольких заводов по изготовлению боевых артефактов. Всех артефактов, которыми вооружена армия, — подчеркнула Тина.

— Семья Фуко контролирует практически всю торговлю между Запретным Лесом и Империей. Сущие крохи, которые от этого пирога отщипывают дворяне из лесного края, грабя наземные караваны, позволяют им отправлять своих детей в Академию. Можете представить сколько же зарабатывают на торговле сами Фуко.

Никогда бы не подумала, что белобрысый парнишка, которого я шугнула с парты в первый свой день в Академии является потомком Креза.

О Томе Андерсоне леди Тина знала немного, хотя ее шпионский куратор Сира Уллиса очень интересовалась этим парнишкой. Разве только то, что отец Тома владел каждым вторым рыболовецким судном в Империи.

— И, наконец, Тим и Бим Скорценни. Братья. Из тех самых Скорценни, — многозначительным шепотом произнесла Тина. И в ответ на мой недоуменный вопрос, из каких таких Скорценни, просто растерялась.

Потом придвинулась к моему уху и шепотом, едва слышно произнесла:

— Наркотики, казино и бордели по всей Империи. У них в клане говорят: сейчас война началась, вот наследников и определили в академию от беды подальше.

Ну ничего себе. Оказывается у меня в в однокурсниках не только Крезы, но и еще Аль Капоне присутствуют.

— Маришка, — твердо заявила я. — Надо надо срочно менять приоритеты. Я тут собиралась в ленное управление получить город Торбан, бывшую вотчину лорда Ардена. Теперь осознала мелочность и никчемность своих запросов. Пока не построим финансовую империю, на замужество можешь не рассчитывать. Не могу я тебя бесприданницей отдавать в чужие руки. Перед людьми неудобно.

— И как академия рискнула отправить деток таких родителей на заклание Демонам. О чем думал тот же ректор, — продолжала я расспрашивать леди Тину. Судя по твоим словам, родители любого из здесь присутствующих так называемых простолюдинов, не напрягаясь смогут академию по кирпичикам разобрать.

— А при чем тут лорд Итон? — удивилась Тина. Он давно уже в академии ничего не решает. Всем заправляет Сира Уллиса.

— Блонда, неужели ты думаешь, что я у нее одна такая? Да она всех менталисток контролирует. На втором курсе — трое, на третьем и четвертом — по пятеро и на последнем — двое, зато уже квалифицированные магички четвертого ранга. Да и сама Сира маг второго ранга. С таким количеством менталистов не то что академию, провинцию в Империи можно захватить.

Нужно уточнить, отметила я про себя, почему все менталисты о которых я слышала, исключительно женщины.

— И вообще мне кажется, — продолжала леди Тина, что ей зачем-то нужен крупный скандал. Скандал в масштабах всей Империи. Типа того, что «Император не в состоянии защитить своих подданных!» А для этого наш состав экспедиции идеально подходит.

А что, вполне сочетается с тем, о чем я знала раньше, ну или догадывалась. Сюда и одержимость наследного принца и неудачное вторжение вполне вписываются.

— Принцип раскачивания лодки, — вынуждена была согласиться я с собеседницей.

— Тогда последний вопрос, почему при таких деньгах родители не купят своим отпрыскам дворянские титулы. Неужели это так тяжело.

— Вообще нет проблем. У тех же Скорценни мать — маркиза, да и остальные имеют родственников из первого списка. Вот только будучи дворянином ты обязан, во-первых, десять лет отслужить на государственной службе. Но, главное, не это. В соответствии с законами Империи дворянин автоматически принимает на себя обязательства по заботе о жизни, здоровье и благосостоянии любого человека, который поступает к нему на службу. Причем на всю жизнь. Так что в этом раскладе тот же отец Анри Шварца должен всю жизнь заботится о каждом рабочем своего завода, даже о тех, кто давно уволился.

— Тоже мне проблема. Да за деньги любой закон можно так переиначить, что это самому Шварцу пенсионеры будут деньги должны.

— Конечно, можно, — тут же согласилась со мной леди Тина. — Любой закон, за исключением того, соблюдение которого отслеживает Реестр. А вот с Реестром никто шутить не рискует.

— Да, — философски заключила Маришка, внимательно прислушиваясь к нашей беседе. — этот ваш Реестр подсунул местным магнатам большую свинью.

После этого тут же переключилась на другой вопрос.

— Блонда, а почему мы палатки не установили? Папа Миша рассказывал, что они в лесу всегда в палатках ночевали. Вдруг дождь пойдет.

— На Мирте никогда не бывает дождя, — сообщил Демон Голубого Хамелеона.

— Никогда не говори никогда, — парировала Мариша. — Никогда не идет, а вот сегодня ночью возьмет и пойдет.

— Блондочка, ну давай поставим хотя бы одну палатку. Ну, пожалуйста. Я никогда в палатке не ночевала.

— Леди Мариша, у нас есть несколько палаток, но мы никак не сможем установить их, — принялась объяснять сестренке леди Тина Брэвер. — Для этого нужно вбить колышки, к которым привязываются растяжки, в землю. А здесь нет земли, здесь базальтовая монолитная плита. В нее ничего вбить не удастся.

— Это все из за отсутствия нужных навыков, — возразила Мариша. — Необходимо просто взять что нибудь поувесистее, — добавила она вытаскивая откуда то бабулину статуэтку. — Тащи сюда свои колышки, сейчас забьем. И в качестве демонстрации своих намерений размахнулась бабулиной статуэткой у со всего размаха стукнула ею по базальтовой плите.

— Звездец котенку, — услышала я в голове голос Демона Хрустального Хамелеона, прежде чем многометровая базальтовая плита под нами пошла глубокими трещинами.

Глава шестая. Магический армагеддон и его последствия

Испуганно ойкнул Заза.

— Зазочка, покажи мне что происходит, — крикнула я вслух не до конца понимая зачем я это делаю. Мир вокруг меня расцвел неестественно яркими красками. К знакомой мне уже голубой сетке силовых линий, наброшенной на зеленую стену, добавилось буйство алого прямо у нас под ногами. Казалось базальтовый монолит, лежащий в основе площадки раскалился до немыслимой температуры и прямо сейчас готов взорваться от внутреннего напряжения на мелкие кусочки.

По плите ежесекундно пробегали темные волны, напоминающие те, которые оставляет после себя камень, брошенный в воду тихого лесного озера. Источником волн служил ослепительно черный сгусток, отдаленно по форме напоминающий бабулину статуэтку. Почему-то он оказался в руках не у Маришки, а у меня. И ястояла в самом центре нашей площадки.

Прекрасно понимаю, что за словосочетание «ослепительно черный», мне бы наша школьная учительница литературы Софья Павловна надрала уши, но вот никакими другими словами описать эту пугающую жуть не могла. Временами на плите внезапно возникали толстые красные жгуты, напоминающие пиявок. Они медленно ползали по монолиту в стороны леса, а потом так же внезапно исчезали, оставляя после себя глубокие разломы в теле камня.

Ко всему этому с неба прямо в центр площадки, там где валялись обломки портального маяка, буквально в меня, вернее в бабулину статуэтку, вернее в ослепительно черный сгусток у меня в руках, начали непрерывно бить самые настоящие молнии. Электрический шнур состоящий из десятка слившихся вместе молний возникал в багряном небе и заканчивался в моих ладонях. Столб плазмы пару метров в обхвате приближаясь к статуэтке истончался до размера иголки меняя свой цвет от желтого до фиолетового. Невесомый поток электронов внезапно обрел массу и плотность, и многотонной плитой буквально вдавил меня в монолит.

Плиту периодически встряхивало как при землетрясении с такой силой, что невозможно было устоять на ногах. Все это буйство света и красок сопровождалось какофонией звуков. Оглушительный треск ломающейся плиты. Удары грома, сопутствующие молниям. Низкий, переходящий в инфразвук гул, сопровождающий движение волн и едва различимые на этом фоне испуганные вопли моих однокурсников. Непонятно, как удавалось сохранить слух в этом реве.

Я валялась на небольшом обломке черного базальта, сбитая с ног очередным подземным толчком, ошеломленная и оглушенная, отрешенно смотрела в небо откуда к площадке с невообразимой высоты тянулся шнур молний. В голове осталась только одна мысль, выжить в этом аду невозможно, но я до сих пор жива. А может быть и нет.

Время остановилось. Мысль многогранным кубиком лениво перекатывалась у меня в голове, позволяя рассмотреть ее со всех сторон. Ведь невозможно никому выжить, когда на расстоянии вытянутой руки от тебя бьют сотни молний.

Потом кубик перевернулся на другую сторону и я подумала: «Тогда кто же это вопит?» Едва слышно на фоне всего остального, но тем не менее, человеческим голосом.

Странно, возник новый вопрос, после того, как кубик снова повернулся, неужели еще кто-то выжил помимо меня. И, кажется, я слышу Маришку. Хорошо, если бы она уцелела.

И еще один поворот.

Нет, ты ничего не слышишь, ничего не видишь, все вокруг — иллюзии, которыми вспыхивает твое затухающее сознание.

Не знаю сколько это продолжалось. То ли несколько минут, то ли много часов подряд, но потом внезапно вся эта круговерть прекратилась, и я погрузилась в небытие.

Очнулась я от того, что Мариша, лежа рядом со мной и обнимая меня, плакала, и все время повторяла.

— Блондочка, не умирай, ну, пожалуйста. Не оставляй меня одну.

Вокруг стояла неестественная тишина, нарушаемая только рыданиями Маришки. Никаких молний, никакой тряски. Багряный круг неба высоко вверху выглядел после всего случившегося родным и приветливым.

Через полчаса мне, наконец, удалось более-менее прийти в себя. Самое удивительное, что в этом, почти космическом катаклизме, все остались живы. Более того, никто вообще не пострадал. Единственной жертвой, умудрившейся потерять сознание оказалась я.

Впрочем, и Маришка и Тина пребывали в глубокой уверенности, что я своим поступком всех спасла. Парни толком ничего не видели, так не смогли подняться со своих лежаков, наблюдая вакханалию электричества лежа. На этом фоне и я и статуэтка остались незамеченными. Похоже и ослепительно черное пятно и концентрические темные волны и красные пиявки, впрочем как и энергетическая сетка на зеленой стене, не были видны обычным зрением. Удивительно, но многочисленные разломы в теле базальтовой плиты обошли парней стороной.

Со слов Тины, после того, как Мариша ударила бабулиной статуэткой по плите, я выхватила ее из рук сестренки и прыгнула со статуэткой в центр площадки, а потом высоко подняла ее над головой, вобрав то ли в себя, то ли в фигурку энергию молний, сравнимую с суточным лимитом небольшой атомной электростанции.

Все-таки человеческая психика имеет ограниченный ресурс на способность переживать и бояться. Наверное, поэтому не стоит удивляться тому, что уже через час все участники экспедиции, за исключением меня и Мариши, сбившись тесной группой на единственном более менее целом куске плиты, забылись тревожным сном.

Мы с Маришей, обнявшись молча сидели в центре площадки, в том самом месте, куда еще недавно обрушился невероятный по своей мощи поток энергии, и без слов разговаривали друг с другом.

Способность разговаривать без слов уже не казалась чем то необычным, а воспринималась как удобная опция, полученная в награду за путешествие в магический мир.

— Что будем делать? — непривычно серьезным тоном поинтересовалась у меня Мариша.

Не знаю, но однозначно отсюда надо уходить. Как только рассветет, собираем вещи и в дорогу. Думаю, это место своей магической энергией притягивало всех зверей в округе. Недаром они пытались пробиться нам навстречу, когда мы рубили дыру в стене. Это не потому, что мы такие вкусные. Их привлекает не к нам, разве что приятным дополнением к основному блюду, а к концентрированной магии. Это — магический мир, и его обитатели неравнодушны к местам, где присутствуют сильные заклинания. Их притягивает к ним, как магнит притягивает железные опилки. Сейчас они разбежались, испуганные адским грохотом, но пройдет совсем немного времени, и они снова потянутся сюда.

Защита на стене разрушена и у нас не возникнет трудностей с тем, чтобы покинуть площадку.

— Заза, покажи еще раз, — попросила я свой информационный браслет.

Картинка, появившаяся у меня перед глазами, дополнительной реальностью украсила окружающий мир. Там, где еще совсем недавно зеленая стена была укрыта плотной мелко ячеистой сетью силовых линий, остались только редкие обрывки голубых нитей. Плита под ногами утратила свою огненную ауру и представлялась холодным булыжником. Даже бабулина статуэтка, больше не сияла ослепительно черным провалом в другой мир, а выглядела как обычная безвкусная фигурка с оплывшими линиями и невнятным безжизненным силуэтом.

Буйство энергий не прошло даром для Зазы. Он как будто возмужал, стал серьезнее и больше не впадал в беспричинную радость лишь при одном упоминании своего имени. Прибавил мой информационный браслет и в своих магических возможностях. Помимо энергетических областей, он стал показывать мне ауры окружающих людей. Блеклая, светло салатная у леди Тины Брэвер. Розовые, практически одинаковые по цвету и интенсивности у баронов Лесного края. Чуть более яркая, с голубым оттенком — у принца Оси. Из общего фона выбивались только две ауры. Необычная, серебристого цвета у Джи и ярко-зеленая, ослепительная аура у Мариши.

— Я же говорил, — впервые за все это время подал свой голос Демон Голубого Хамелеона, — твоя сестра потенциальный внекатегорийный маг. Маг менталист.

После этих слов меня окончательно отпустило. Все это время я подсознательно боялась обратится к Милке. Боялась, что с Демоном Голубого Хамелеона что-то могло случиться и не могла себя заставить заговорить с ним, чтобы убедиться в ошибочности своих предположений. А вдруг в ответ на мое обращение я ничего не услышу.

— Спасибо, Блонда, — поблагодарил меня Демон Голубого Хамелеона, который уловил мои мысли, связанные с ним. Ты первый мой хозяин, который беспокоится лично за меня, а не за то сколь эффективно я смогу выполнять свои обязанности.

— А теперь прекращаем взаимное сюсюканье и объяснение в любви, и давай перейдем к действительно важным вещам. Прежде всего, хочу тебя огорчить, ну или обрадовать, это с какой стороны посмотреть. Тебе больше не светит стать ментальным магом.

— Это почему же? — Возмутилась я, мгновенно утратив чувство признательности и благодарности к Демону Голубого Хамелеона. Умеет же сволочь вывести девушку из равновесия.

— А ты ничего странного в своем Зазочке не заметила? — Язвительным тоном продолжил третировать меня Демон. — Ладно, не буду говорить загадками. Ты и в обычное время особой наблюдательностью не отличаешься, а уж после всего, что случилось, и подавно.

— Короче, твой любимый Зазочка в процессе катаклизма сожрал офигенно большой кусок твоей информационной матрицы, после чего перескочил на пару кругов вверх по эволюционной лестнице и вместо того, чтобы покинуть браслет и зажить жизнью свободного Демона четвертого круга, слился с твоим телом и стал твоим личным духом. А сам браслет у тебя на руке — отныне ничего из себя не представляющая железка.

— Так что, поздравляю. Ты теперь — инициированный маг пятого ранга с духом симбионтом четвертого круга. Должен сказать, что сочетание совершенно противоестественное. Это как если бы ученику первого класса передали в управление современный пассажирский Боинг, причем на высоте десяти тысяч метров и предложили совершить перелет из Англии в Канаду. Впрочем, ничего естественного от тебя и ожидать не приходится. Ты же, Блонда, ходячее недоразумение.

Все-таки умница у меня этот Демон Голубого Хамелеона. Еще пару минут назад я прибывала в полной растерянности не имея по настоящему серьезного желания ничего предпринимать. А сейчас меня просто распирало желанием материализовать Демона и попинать его ногами.

Похоже, аналогичные чувства испытывала и Маришка, поскольку Милка тут же завопила.

— Блонда, угомони свою сестру. Нечего на мне оттачивать свои навыки менталистки и так реагировать на критику. Я еще не все сказал.

— Пусть говорит, — подумав, расслабилась Маришка. — И почему Блонда не сможет стать ментальным магом? Мы же сестры. У меня ведь все получается.

— Да потому, — объяснил Демон Голубого Хамелеона, что в одном теле не могут находится два духа. — Они не уживутся вместе и тот, кто посильнее обязательно рано или поздно выкинет второго. У тебя, леди Мариша, прижился демон менталист. А Блонда получила Зазу

— А Заза у нас кто? Правильно, черт его знает, кто у нас Заза. Но точно не менталист.

— И вообще, Блонда, я бы на твоем месте поостерегся, все-таки иметь симбионтом духа во много раз тебя сильнее, это — прямой путь к одержимости. Я, конечно, тоже кое-что получил сегодняшней ночью и постараюсь тебя защитить, но моя специализация — иллюзии, так что особенно можешь на меня не рассчитывать.

— И не подумаю, — фыркнула я. — Заза никогда меня не обидит. Правда Заза? В ответ получила волну радости и спокойной уверенности, что вместе нам будет здорово. В отличии от Демона Голубого Хамелеона Заза так и не научился общаться со мной мыслеречью. Он прекрасно понимал мои слова, обращенные непосредственно к нему и реагировал на них ответной эмоциональной волной. Ну и, конечно, выполнял мои просьбы из числа тех, которые соответствовали его возможностям.

Вот только понять, что же Заза реально мог делать, помимо того, чтобы показывать энергетические линии и ауры окружающих, было еще той задачей. А не зная его возможности, я не могла дать нужные команды. А без мысленного образа действия, которое я ожидаю от симбионта, дух самостоятельно ничего не предпринимал.

— Проблема в том, — просвещал нас Демон Голубого Хамелеона, — что Заза какой-то нетипичный дух. Он не боевой-стихийный, не ментальный, не целительный и не портальный. Он изначально был информационным духом с очень ограниченными возможностями, задача которого связаться с системой и воплотить в мозгу пользователя виртуальный интерфейс, способный оказать справочно-информационную помощь. И это для духа информационного браслета потолок. Выше они не развиваются.

— Только вот на свое несчастье Заза попал в шаловливые ручки нашей Блонды, — продолжал язвить Демон голосом Милки. — И та слепила из него невесть что. Так что со способностями Блонды, как мага, предстоит еще разбираться методом тыка.

— Попробуй, например, представить и скомандовать своему Духу, — предложил Демон, что ты паришь невысоко над поверхностью плиты.

Я поддалась на провокацию и проделала соответствующий эксперимент. Единственным результатом послужила волна недоумения со стороны Зазы.

— Да, — резюмировал Демон Голубого Хамелеона, — похоже, левитация — не твоя стихия.

— На этом проблему Зазы отодвигаем в сторону, — скомандовала я. — Позже сама определюсь со своими умениями.

— Главное сейчас решить, куда нам идти. И уходить ли вообще с этого места. Может быть, я ошибалась в том, что нам здесь угрожает опасность.

В этот раз Демон Голубого Хамелеона продемонстрировал свои лучшие качества, как советник.

Он детально описал наши перспективы как в тактическом так и в стратегическом плане.

Демон подтвердил мои опасения касательно, того, что с этого места надо немедленно уходить.

— Ты права, Блонда. В ближайшее время эта площадка станет местом паломничества тварей всех типоразмеров с которыми нам лучше не сталкиваться.

— В какую сторону идти, совершенно не важно. По размерам Мирта мало чем отличается от Земли. Девяносто девять процентов суши покрыты джунглями, перемешивающимися небольшими открытыми пространствами. Рек практически нет. Изредка встречаются небольшие ручейки, втекающие либо вытекающие из лесных озер, которые представлены на Мирте в невообразимом количестве. Два огромных моря, практически океаны, на полюсах шарика. Несколько горных цепей — ближе к экватору. Это, что касается географии.

Разумная жизнь, если под разумом понимать способность к мышлению Демонов высших кругов, сосредоточена в горах. Там, на подвластных территориях, каждый владетельный демон строит свои чертоги, нечто отдаленно напоминающие средневековые замки, окруженные местами обитания вассальных Демонов.

В остальных местах, помимо монстров всех видов, размеров и способностей к человекоубийству. изредка встречаются аномальные области, порождающие Зародышей духов. Рядом с этим аномалиями иногда можно встретить охотников из других миров, в первую очередь с Эдема, поскольку такие места считаются лучшими для охоты на непривязанных Духов.

Демон Голубого Хамелеона слышал, что в лесах встречаются еще два вида разумных существ: дикие племена гоблинов, живущих почти что в каменном веке и, промышляющие охотой на зверей.

А еще, по слухам, особо невезучим охотникам удавалось встретиться с немногочисленной сектой эльфов изгнанников, так называемых, черных эльфов. Черные эльфы передрались на Мирту с Эдема сравнительно недавно, где то сотню лет тому назад и прославились невероятной жестокостью по отношению к своим пленникам, другим разумным.

Впрочем, наш собеседник готов был предположить, что все рассказы о черных Эльфах не более чем страшилки, предназначенные для отпугивания от Мирты конкурентов охотников. Что, по-моему, звучало не совсем логично, поскольку гибель среди охотников и так достигала сорока процентов и не один разумный человек по доброй воле сюда не сунется. А людей, от природы лишенных здравого смысла, подобными страшилками не испугать.

Касательно же стратегических перспектив, то они базировались на шести НЕ.

Нас никто на Мирте НЕ станет искать. Если нас таки кто нибудь и станет искать, то все равно нас НЕ найдут. Мы НЕ сможем самостоятельно без знания нужного направления или координат найти аномальную область. У нас НЕ получится построить портал или подать сигнал бедствия. Мы НЕ доберемся до горных массивов, поскольку для этого нужно будет пройти тысяч десять километров по джунглям. По той же причине мы НЕ сможем попасть на побережье океана, особенно учитывая тот факт, что нам в принципе нечего там делать, разве что рыбу половить.

— Ну что же, — заключила я по итогам обстоятельного анализа нынешней ситуации, сделанного Демоном Голубого Хамелеона. — Вижу только одну перспективную стратегию. Находим в лесу озеро побольше. Рядом с ним строим крепость. Потом выкорчевываем джунгли вокруг, распахиваем земли. Засаживаем их. И полученный урожай используем для производства пива. Используя артефакт, принадлежащий Джи, валяемся под пальмами и пьем охлажденное пиво.

— А с помощью древесины, полученной при корчевании джунглей поддерживаем сигнальные костры. Как тебе такой вариант, Мариша?

— Блонда, тебе бы все шутить, — а подумать о том, где мы возьмем хмель для пива, в голову не приходит.

— Учти, что я безалкогольное пиво не пью. И пальмы здесь не растут, — поддержал сестренку Демон Голубого Хамелеона.

— Тогда, что ты предлагаешь? — Поинтересовалась я у Мариши.

Та тут же предложила свой вариант, первыми двумя пунктами, совпадающий с моим.

— Находим в лесу озеро побольше. Рядом с ним строим крепость. Потом захватываем племя гоблинов. Объявляем о создании Королевства. Строим несколько городов вокруг. Находим все близлежащие аномальные территории. Берем их под свой контроль. Захватываем остальные племена гоблинов. На их базе формируем регулярную армию. Объявляем войну Высшим Демонам. Побеждаем и покоряем их.

Мне, с одной стороны, стало как-то не по себе от плана Мариши. Может быть, зря я ее определила в структуре власти по военной стези. С другой стороны, просто гордость почувствовала за сестренку. Это не мои жалкие потуги с пивом. Тут по-настоящему грандиозные планы звучат.

— Хватит, хватит солнышко. Дальше и так все ясно. Объявляем войну Эдему, захватываем его, ну и так далее. В конце концов, ты становишься Императором Вселенной.

— Не я, а — ты, Блонда, — уточнила сестренка. — Я же твой зам по военно-политической части.

К этому времени багряный цвет небес сменился на голубой. Начали просыпаться другие участники экспедиции. Мои слова о том, что в ближайшее время мы покидаем площадку, встретили полное молчаливое одобрение. Да и не мудрено. Вид исковерканного базальтового монолита, рваные многометровые дыры в зеленой стене, сквозь которые виднелись переломанные деревья великаны, а главное — воспоминания о пережитом нынешней ночью, не оставляли ни малейшего желания задерживаться на месте нашего появления на Мирте.

Парни под руководством леди Тины, тут же включились в работу. Безо всяких понуканий с моей стороны был разожжен костер, на котором варилась каша. Спальные принадлежности собраны в рюкзаки.

Через десять минут приготовления к движению почти закончились.

Поступая совершенно интуитивно, не рассчитывая на ответ, я обратилась к Зазе.

— Зазочка, в какую сторону нам лучше идти?

Каково же было мое удивление, когда я увидела перед своими глазами стрелку, четко указывающую направление движения.

— Заза, а что там? — Попыталась выяснить я у своего духа. В ответ получила эмоциональную волну, убедившую меня, что идти нужно только в эту сторону. Другие направления слишком опасны. И еще я почувствовала, что выходить нужно немедленно, потому что времени у нас почти не осталось.

К сожалению, стрелка, указывающая путь вперед, внезапно исчезла.

— Уже никто никуда не идет, — подтвердил мои опасения демон Голубого Хамелеона.

— К бою! — Скомандовала я своим спутникам, наблюдая за тем как из леса, окружающего площадку со всех сторон начали появляться невысокие фигуры людей одетых в травянистые юбки и вооруженные примитивными копьями. — Поприветствуем наших гоблинов!

«Напоминают папуасов, — подумала я, — не хватает только разноцветных перьев в голове и ожерелий из ракушек на шее». Судя по приключенческой литературе, которой я зачитывалась в детстве, папуасы были умелыми бойцами, но не способными один на один противостоять пирату вооруженному абордажной саблей. Правда, не в соотношении один к десяти прикинула я численность потенциальных противников в сравнении с составом нашей экспедиции. Да и оружие, которым были вооружены мои спутники, в целом проигрывало вооружению пиратов.

Надеюсь, они не людоеды, попыталась утешить я саму себя. Хотя. эту надежду тут же поколебало появление на сцене предводителя папуасов. В отличии от остальных бойцов, в голове у него таки торчали разноцветные перья, а на шее висело ожерелье. Только ожерелье не из ракушек, а из пары десятков копченных человеческих ушей.

Глава седьмая. От дохлого эльфа уши

Гоблины возникали из леса один за другим совершенно бесшумно, кольцом окружая нашу площадку, но пока не предпринимали попыток к атаке. Вождь или шаман, так сразу трудно сказать, но в любом случае лицо ответственное прятался за спины трех папуасов ростом повыше остальных. Высокий статус охраняемого лица подчеркивало и то, что наконечники копий у телохранителей были не каменные, а металлические, судя по цвету, сделанные из бронзы. Вождь, оставаясь за спинами телохранителей, отдавал приказы резкими выкриками, совершенно не ассоциирующимися у меня ни с одним знакомым языком.

Наконец, противник закончил подготовительный этап, связанный с занятием атакующих позиций. В ответ на очередной приказ-выкрик, гоблины дружно в едином порыве выставили вперед свои копья, так что вся площадка напомнила мне шею бойцовского пса, на которую злой хозяин нацепил строгий ошейник, это тот самый, шипами внутрь.

— А дисциплина-то у них на высоте, — вынуждена была признать я.

— Маришка, — скомандовала я мыслеречью. — Попробуй взять контроль над этим попугаем с перьями.

— Ничего не получается, Блонда. Я уже пыталась. Давай я заставлю всю эту шайку одновременно бросить в нас копья. Чувствую, должно получится. Тотошка подсказывает, что они все так напряжены, что и без команды готовы нас атаковать. На счет три. А ты за секунду до этого скомандуешь нашим, чтобы все попытались укрыться. В расщелины сигануть, или просто упасть на землю, Копья должны выше пролететь. Так мы их всех и разоружим.

А ведь сестренка молодец! Не потеряла голову в экстремальной ситуации, вполне рабочее предложение. Может получится, — промелькнуло в голове. — Только кто такой этот Тотошка? Наверное, она так своего духа — менталиста назвала.

— Всем приготовиться, — скомандовала я громким голосом, рассчитывая на то, что гоблины — аборигены Мирты и вряд ли понимают язык, на котором разговаривают жители Эдема.

— По моей команде все должны упасть на землю и постараться спрятаться как можно лучше. Кто сможет, прыгайте в расщелины, остальные прячьтесь за обломками, рюкзаками, сворачивайтесь калачиком. После того, как над нами пролетят копья вскакиваем и все вместе атакуем вождя, мужика, у которого перья в голове. Только постарайтесь его не покалечить. Он нам нужен в качестве заложника.

— Мариша, начинай, — это снова мыслеречью.

— Раз, два…, — отсчитывает сестренка

— Ложись, — крикнула я участникам экспедиции и тут же сама мешком повалилась на землю, накрыв голову руками. Действие на удивление бесполезное и бестолковое когда речь заходит о возможности получить удар копьем, но уж больно стереотипы въелись в голову. В Голливудских боевиках главные герои всегда так поступают, после того как швыряют во врага гранату. А чем моя сестренка хуже гранаты? По эффективности поражения может даже и превосходит ее.

— Три, — крикнула Мариша и выдала ментальный приказ для папуасов.

Даже мне на мгновение захотелось что нибудь швырнуть куда подальше. К счастью в руках ничего не оказалось, за исключением бабулиной статуэтки, которую я не выпускала из рук всю ночь со времени катаклизма. А на то, чтобы швыряться бабулиной статуэткой, у меня в башке такой запрет появился, возникший в следствии предыдущего опыта ее использования, что никаким ментальным приказом этот блок не перешибить.

И это она так долбанула практически без тренировки, восхитилась я своей сестренкой!

— А если бы у ее сестры Блонды в голове была не солома, а мозги, то ее сестра Блонда вооружила бы Маришку тем самым артефактом — гибридом волшебной палочки и колесцового пистоля, которым размахивала леди Тина Брэвер и который на ранг усиливает способности мага менталиста, — сообщил мне мой внутренний голос. И для того, чтобы окончательно меня морально добить уточнил: рост на один ранг приблизительно соответствует усилению воздействия в десять раз.

Выждав несколько секунд, для того, чтобы копья наверняка успели приземлиться, и, не заметив ничего режуще-колющего в ближайшем своем окружении, я вскочила на ноги и начала лихорадочно оглядываться в поисках противника. На поляне не было ни одного живого существа, за исключением участников экспедиции.

Ну вот, дожилась, от расстройства я села на попу. За что мне такое наказание? Я же, если и употребляла алкоголь, то в совершенно умеренных дозах, а тот случай на девичнике у красотки Джо не считается. В конце концов, мы свою третью подружку замуж отдавали. И неправда, что из за этого расстроилась свадьба Джо с его парнем. Просто у нас слишком гомофобное общество. И травку ни разу в жизни не курила, а уж о чем-то более серьезном даже не помышляла.

И тут — такое. Похоже, я сошла с ума. Сначала мне мерещатся гоблины, а потом мерещится, что они исчезают. Наверное, и ночной армагеддон не более, чем воспаленный бред моего сознания.

Хотя во всем этом надо детально разобраться. Если папуасов не было с самого начала, тогда то, что мне кажется, что они исчезли, не считается. И я сумасшедшая только на половину. А если они все таки были, то никуда пропасть не могли и снова же от обвинения о том, что у меня крыша поехала остается только пятьдесят процентов.

А быть на половину идиоткой и не быть на половину идиоткой это в сумме — одна целая идиотка. Или все таки ни одной идиотки после сложения не остается. Что-то я со знаками напутала. Тяжелая выпала ночка.

— Блонда, прекращай кокетничать, — включился в обсуждение моего психического здоровья внутренний голос. — Лучше попытайся побыстрее разобраться в том, куда исчезли папуасы. А не то они снова вернутся, и боюсь, что Маришина задумка с копьями во второй раз не прокатит. По правде говоря, она и в первый раз не очень сработала.

— А касательно, того, что красотка Джо не создал семью из-за общественной идиосинкразии к однополым парам, будешь кому другому заливать. Вы втроем так нажрались, что невеста опоздала на собственную свадьбу на два дня. Хорошо, хоть вас в самолет не пустили, когда вы собрались лететь в Лас-Вегас, насмотревшись фильмов о том, что все уважающие себя девушки устраивают девичники в этом центре азарта и распутства. И при этом купили билеты в Тынду. Ты в курсе, что в Тынде нет ни казино ни мужского стриптиза?

— Блондочка, а что мы теперь будем делать? — Раздался в голове голос Мариши, которая полностью освоила мыслеречь и активно этим стала пользоваться. Сестренка всегда по возможности старалась идти по пути минимальных физических усилий. А в этом случае даже рот открывать не приходилось.

— Эти гады так шустро попрятались за деревья, что я не успела толком колдонуть. А Тотошка говорит, что если объект вне зоны прямой видимости, то сила внушения резко падает.

— А давай их сейчас атакуем. По-моему, главный, ну тот, который с перьями, прячется вон за тем поваленным бревном.

К этому времени на ноги встали и другие участники экспедиции, за исключением Джи, который умудрился прыгнуть в расщелину и застрял в ней.

— Включай мозги, Блонда, — скомандовал мой внутренний голос. Понятно, что у тебя была трудная ночь, но такими темпами она перерастет в трудный день. И вообще не пора ли попросить помощь зала.

— Зазочка, — обратилась я к своему Духу. — Покажи мне, куда подевались эти гоблины.

Картина желто красных бледных аур, прекрасно различимых даже в густой зелени, окружающей площадку, окончательно подорвала мизерные остатки моего оптимизма, касательно результатов намечающейся битвы. Навскидку вокруг площадки собралось не менее трехсот душ. При этом настоящий шеф гоблинского войска на самом деле так и не появился нам на глаза. Тот, кого я по ошибке зачислила в вожди и который, действительно, прятался за поваленным бревном, судя по интенсивности и насыщенности ауры, мог претендовать разве что на должность командира отделения.

Чуть глубже в лесу пылала ярчайшая желто-зеленая аура настоящего вождя. Тоже менталист и еще что-то из боевых умений, скорее всего физика, типа телекинетики, — заключила я, потихоньку приобретая навык определять способности мага по цвету их аур. Подарок от Зазы — еще одно скрытое умение, поняла я.

Самое неприятное, что судя по интенсивности ауры, вождь гоблинов по силе был почти равен Маришке а то и превосходил ее. Вот только Маришка сможет освоить свои умения и воспользоваться полной силой еще очень и очень не скоро, а сомневаться в квалификации нашего противника не приходилось.

— Маришка, никаких атак, — скомандовала я. — Переходим к плану Б.

— Это к какому? — Уточнила у меня сестренка. — Руки в ноги и бегом, подальше и побыстрее? Нет проблем, только надо сначала Джи вытащить, он плотно застрял в расщелине и не определиться в какую сторону бежать.

— Нет, не к этому плану Б, к другому.

— У нас никогда не было другого плана Б, — возмутилась сестренка.

— Мы и этот план случайно придумали, после того как красотка Джо уронил на себя в галерее авангардного искусства инсталляцию, состоящую из пустых пивных бутылок и окурков, попытавшись дотянутся до самокрутки, которая лежала в центре композиции. Он тогда с тобой забил, что в самокрутке настоящая трава.

— Блонда, — не нашла Мариша другого времени, чтобы в очередной раз прояснить вопрос, который она мне неоднократно задавала последние три года, и все время надеялась получить новый ответ. — Ну скажи, ты же пошутила, когда сказала, что эта гора хлама стоила пятьдесят тысяч долларов?

— Мариша, если люди готовы платить десятки миллионов долларов за кусок холста черного цвета, то почему бы им не заплатить пятьдесят тысяч за вполне годные к дальнейшему употреблению пивные бутылки. И вообще, оставим рассуждения об искусстве на потом.

— Как ты правильно уточнила, план Б в этой ситуации нам не подходит, переходим к плану В. У тебе нет под рукой какой нибудь белой тряпки?

Светло желтая футболка леди Тины Брэвер, по моим понятиям, послужила вполне адекватной заменой белому флагу. Размахивая футболкой у себя над головой и сжимая в другой руке бабулину статуэтку, я двинулась в направлении вождя племени гоблинов, время от времени громко выкрикивая:

— Моя не стрелять. Моя — твоя мир, дружба, жвачка. Моя дарить твоя огненный вода и красивый бусы. Выходить вверх руки.

Первой забеспокоилась Мариша.

— Блонда, с тобой все в порядке? Ты как-то странно разговариваешь.

Ее тут же поддержала леди Тина.

— Леди Блонда, — дополнила она слова сестренки. Может быть, вам лучше отдохнуть, полежать немного. А переговоры возьмем на себя мы с леди Маришей. Парни предусмотрительно промолчали, не рискуя вмешиваться в разногласия среди членов матриархального триумвирата.

— Да, что вы понимаете в искусстве дипломатии, — возмутилась я. С папуасами надо разговаривать простыми короткими словами. Это при том условии, что они вообще наш язык понимают.

Мои действия принесли ошеломительный успех. Из-за поваленного ствола выбрался тот самый папуас в перьях, которого давеча я ошибочно приняла за вождя всего племени. Он пошел мне на встречу с высоко поднятыми вверх руками. Гоблин произнес.

— Моя не стрелять. Моя, твоя — мир, дружба, жвачка.

Сначала я даже было подумала, что папуас меня передразнивает, но его последующая речь, убедила всех в моей дипломатической гениальности.

— Моя твоя плохо понимать. Что есть огненный вода? Моя — мир. Плохо не делать. Я помогать тебя. Ты помогать меня.

Я с гордостью посмотрела на свидетелей своего триумфа.

— Главное — найти правильные слова, которые может понять твой собеседник, а леди Блонда только что блестяще продемонстрировала, как это делается, — объяснила леди Тина Брэвер ситуацию парням, которые наконец всем скопом извлекли Джо из трещины, и с удивлением прислушивались к диалогу двух косноязычных переговорщиков.

Наверное, мы бы и дальше продолжили переговоры в этом ключе, но гоблин, услышав слова леди Тины Брэвер, тут же встрепенулся и разродился тирадой.

— Так среди вас есть оказывается люди, которые умеют нормально изъясняться? — поинтересовался он возмущенно. — Какого черта вы тогда доверили переговоры человеку, который двух слов связать не может? — Продолжил гоблин. — Зачем вручили белый флаг этой, не совсем разумной леди?

— Эй ты, придержи язык, — оборвала его Маришка. — Ты говоришь о моей сестре. Она более, чем разумна. Просто у нее была очень тяжелая ночь.

Дальнейшие переговоры прошли в деловом конструктивном русле. Буквально сразу после того, как был задекларирован основной принцип о взаимном нейтралитете с возможностью дальнейшей трансформации в дружбу, число аур наших недавних противников, судя по картинке, которую транслировал Заза, резко уменьшилось. На прилегающей территории осталось от силы два десятка гоблинов.

К величайшему моему сожалению, та самая насыщенная желто-зеленая аура, которую я приписала настоящему вождю гоблинов, внезапно исчезла, как будто рубильник выключили. А я очень хотела познакомится с разумным, обладающим силой внекатегорийного мага.

— Похоже, мы пока не представляем особого интереса для сильных мира сего. Так, мимолетное любопытство и адью, — подтвердил мои мысли Демон Голубого Хамелеона.

Мои расспросы относительно гоблинского куратора, которые я ненавязчиво задавала папуасу переговорщику, наталкивались на решительное «моя-твоя не понимает». Судя по рассказу гоблина, именно он и его племя являются полновластными хозяевами ближайших пяти кочек и мшистых пней. А уж о трех сотнях воинов вообще речь не могла идти, поскольку все племя гоблинов насчитывало двести пятьдесят особей, включая женщин, детей и стариков.

Гоблины приняли нас за охотников на Духов, с которыми изредка встречались. Охотники, как правило, не конфликтовали с папуасами, более того щедро одаривали за помощь, которую те оказывали при поимке не привязанных духов.

А помощь, как правило, заключалась в том, что аборигены неплохо знали окружающие места и охотно предоставляли свои услуги в качестве проводников.

Правда, в последние пять лет племя не встречало охотников, зато столкнулось с черными эльфами. На счастье гоблинов, это был небольшой автономный отряд черных эльфов, разведывавших неизученные территории в поисках аномальных зон. Потеряв добрую половину воинов, гоблинам удалась одержать победу.

Материальным подтверждением великой победы служили два десятка закопченных ушей черных эльфов, которые Йо-Йо, а именно так звали вождя и по совместительству шамана племени, носил на шее. К чести вождя, наш собеседник достаточно адекватно оценивал победу над черными эльфами.

— Нам просто повезло, — признался он мне гораздо позже, во время пира, устроенного племенем в нашу честь. — В составе отряда черных эльфов не было магов, одни только воины. И то мы потеряли по пять бойцов в обмен на одного убитого черного эльфа. А будь среди них самый слабый маг, мы бы не устояли.

У черных эльфов очень сильные маги, а у гоблинов — слабые, всхлипнул пьяный до не могу вождь племени и, образно говоря, упал лицом в объедки. Правда, через некоторое время очнулся и полез с разговорами к Марише.

К этому времени закончился изматывающий дневной переход от нашей разрушенной площадки к месту обитания племени гоблинов. К стыду всех участников экспедиции, папуасы дали нам сто процентов форы в вопросе передвижения по лесу. Они бесшумно скользили между стволами деревьев великанов, аккуратно ступая босыми ногами по земле укрытой опавшими листьями, обломками веток, плесенью и белесыми грибными плантациями. Ни одного зеленого пятна на нижнем ярусе джунглей, по которым мы шли, не было. Разве что с невообразимой высоты свисал кусок лианы, потерявший опору там высоко в верху и раскачивающийся у нас над головами. Вокруг царил серый полумрак. Прямые солнечные лучи не могли пробиться сквозь густую крону деревьев и только многократно отраженный, преломленный и рассеянный свет позволял ориентироваться в этом мертвом царстве. Полумрак дополняла неестественная тишина, нарушаемая только отдаленным едва слышным глухим гомоном звуков, доносящихся издалека, из крон деревьев, где светило солнце, буйствовали яркие краски и кипела жизнь.

Странно, а где же наземные монстры, которые вчера пугали нас своим рычанием, — подумала я. Никогда не поверю, что туша весом в пару тонн может порхать с ветки на ветку. Впрочем, сил на то, чтобы предаваться праздными, да и не праздным размышлениям тоже, у меня практически не было.

Все, решено, с завтрашнего дня ежедневная зарядка, потом пятикилометровый кросс и по две тренировки в неделю в тренажерном зале. А то ведь перед папуасами стыдно. Каждый из наши спутников папуасов покидая площадку прихватил с собой по большому куску базальтового монолита из числа обломков, возникших в результате растрескивания. Черные булыжники весом от двадцати килограммов и больше, по утверждению Йо-Йо, представляли не абы какую ценность, поскольку до сих пор сохраняли в себе магическую энергию и позволяли соорудить в районе стойбища малое место силы. К счастью, в борьбе между природной жадностью и здравым смыслом у меня победил последний. В результате, все члены экспедиции, обливаясь потом, постоянно спотыкаясь матерясь и натыкаясь на препятствия, шли можно сказать на налегке, обремененные только рюкзаками и элементами конструкции портального маяка, которые я скомандовала прихватить с собой. Прояви я недальновидность или пойди на поводу у Маришки, которая после слов Йо-Йо тут же отобрала для каждого из парней куски базальта весом килограммов по двести каждый, камни смогли бы пригодится нам разве что для водружения обелисков над могилами.

Впрочем все плохое рано или поздно заканчивается. Отмахав за день километров пятьдесят, между прочим, — мой рекорд во всех посещенных мною мирах, я столько даже на велосипеде за один день не проезжала, мы оказались на берегу живописного лесного озера. За два последних дня я успела соскучиться по большим открытым пространствам, поэтому вид водной глади протяженностью чуть ли не в километр, меня откровенно обрадовал. В середине озера возвышался небольшой остров, густо покрытый зеленой растительностью. К счастью на этот раз речь не шла о деревьях великанах, способных своей кроной накрыть все озеро. Джунгли далеко отступили от воды и на поляне устроило свое стойбище племя гоблинов.

Я почувствовала, что аналогичные радостные эмоции испытывает и моя сестренка. Хотя уточняющие вопросы Маришки, с которыми она обратилась ко мне воспользовавшись мыслеречью, внесли определенные коррективы в предположении о сходстве наших чувств.

— Блонда, — поинтересовалась у меня сестренка, — а где мы крепость строить будем? И когда начнем завоевывать гоблинов, сегодня или завтра?

— Мариша, о чем это ты? — возмутилась я. — Это же наши союзники. Мы не станем их завоевывать.

— Так я не про наших гоблинов, — удивилась моей несообразительности сестренка, — я про других. Йо-Йо сказал, что вокруг еще несколько племен обитает, и все они воюют друг с другом.

— А, ну если про других, — извиняющим тоном сказала я, — тогда давай отложим войну до завтра, а еще лучше до конца недели. Надо сначала все разведать.

Наше прибытие было встречено радостными криками. Обговорив с вождем бытовые вопросы, в первую очередь о том, где размещается лагерь нашей экспедиции, мы все дружно рухнули на землю в указанном месте с завистью наблюдали за неугомонной Маришей, которая сбросила с себя всю верхнюю одежду и оставшись в одних черных трусиках, тут же полезла в воду.

Могла бы за стриптиз снова деньги снять, лениво осудила я свою сестренку, испытывая неземное блаженство от одной только мысли, что больше никуда не надо идти и я могу просто валятся на земле и глядеть на воду. Потом перевела взгляд на парней безжизненными телами распластавшимися в окружении разбросанных вещей и заключила. Нет Маришка права, сейчас им точно не до стриптиза.

И все-таки женский организм более эволюционно продвинут и приспособлен к выживанию, нежели мужской, заключила я, плескаясь вместе с Маришкой и леди Тиной в воде и изредка поглядывая на берег, где мужская часть нашей экспедиции медленно возвращалась к жизни.

А ближе к ночи начался пир, который устроило племя гоблинов в нашу честь.

— Похоже, их здорово прижало, — подтвердил мои мысли Демон Голубого Хамелеона. — Чего-то или кого-то они здорово боятся. То ли тех же черных эльфов, то ли нападения другого племени папуасов. Только нас, в качестве союзников, они рассматривают, как спасательный круг. Отсюда и такая радость.

В качестве основного блюда на празднике фигурировало жаренное мясо, которое разнообразила жаренная рыбы. Судя по всему, племя гоблинов не испытывало недостатка в пище, правда, меню выглядело несколько однообразным. Наверное, поэтому каша из универсальных пайков, которую умудрились сварить Джи и леди Тина, вызвали шквал восторга со стороны аборигенов.

В качестве алкогольного напитка использовалась бражка на основе незнакомых мне ягод, похожих на чернику. Напиток в стандартные двенадцать градусов крепости здорово шибал по голове.

— Обрати внимания, Блонда, — вступил со мной в диалог мой внутренний голос сразу после первой кружки напитка, — миры разные, а алкоголики очень похожи друг на друга.

Не трудно было сообразить, что имелось в виду.

Поведение Йо-Йо здорово напоминало поступки одного из бывших парней красотки Джо. Хянни, как любя называл его красотка Джо, был финном по национальности и алкоголиком по жизни. Вот только процесс опьянения у него, радикальным образом отличался от такового, как у обычных алконавтов. Выпив стакан водки, Хянни тут же косел. После этого лоб у него покрывался потом, лицо краснело и через десять минут перед изумленной окружающей компанией представал совершенно трезвый мэн с внятной речью, здравым мышлением и чистыми голубыми глазами. Такой трюк Хянни умудрялся проделать раз пять за ночь. «Уникум, генетическая мутация», — с гордостью похвалялся своим парнем красотка Джо. К сожалению, Хянни вернулся на свою историческую родину в Финляндию, а красотка Джо так и не рискнул составить ему компанию.

Так вот Йо-Йо, судя по всему, обладал аналогичным генетическим набором. Иначе чего бы это ему еще пять минут назад валяться, образно говоря, лицом в тарелке, а сейчас горячо пытаться убедить Маришу, что за ночь проведенную в вигваме вместе с такой красоткой он готов отдать все, что угодно.

— Да — легко, — не задумываясь согласилась сестренка, снимая с шеи вождя его ожерелье из ушей дохлых эльфов и одевая его на себя. — Блонда, правда оно подходит к моей футболке с Инкубами, как ты думаешь? — осведомилась у меня сестренка.

После этого подхватив ошалевшего Йо-Йо под руку, потащила его в жилище вождя. Так же смотрел Семен, когда сестренка потащила его на прыжки с парашютом.

— Бедный папуас, — философски подумала я, провожая взглядом удаляющуюся парочку. — Еще одна жертва некорректной формулировки. Что-то я не слышала, что в его предложении речь шла о сексе.

Глава восьмая. Последствия недопонимания

Между тем, праздник набирал обороты. Все вокруг было освещено багровым светом, лившимся с неба ночной Мирты. Десятки костров, вокруг которых тусовались большие группы папуасов с редким включением участников экспедиции, отбрасывали языками пламени загадочные тени и вызывали ощущение сюра. Все давно насытились и теперь просто от всей души веселились. То тут, то там стихийно начинались пляски, сопровождающиеся прыжками через огонь и размахиванием копий над головами.

Наши парни пользовались немалой популярностью у местных красоток. Я, наконец, внимательно пригляделась к аборигенам. От коренных жителей Эдема их отличали разве что невысокий рост, смуглый цвет кожи и большие лопоухие уши. Почти как у Чебурашки, припомнила я плюшевую игрушку из своего детства. У местных гоблинов вполне европеоидные черты лица, пропорциональное телосложение, темные прямые волосы, а у большинства женщин еще и хорошо развитые формы.

Невдалеке от меня, у соседнего костра, Леди Тина буквально купалась в ауре восторга и обожания со стороны трех красавцев папуасов, которые ловили каждое ее слово и наперегонки бросались выполнять любые желания, при этом злобно косясь друг на друга. Число поклонников Тины легко могло бы перевалить за пару десятков, но при приближении потенциального конкурента на расстояние ближе двух метров, троица мгновенно забывала внутренние распри и объединялась против новичка — тычками и угрозами отгоняя его на безопасное расстояние.

Одна я сидела практически в одиночестве, медленно попивая брагу, которую мне регулярно подливал старый седой гоблин. По эффективности создания зоны отчуждения этот старик значительно превосходил тройку красавцев из окружения леди Тины.

— Таково бремя власти, Блонда, — философски поддакнул мне мой внутренний голос. — Пока все развлекаются, ты обсуждаешь с бывшим вождем племени, а ныне серым кардиналом, важные стратегические вопросы.

— Что, правда? — От всей души удивилась я, пытаясь понять, можно ли мои пьяненькие рассуждения о расовых отличиях отнести к стратегическим проблемам.

В первый же день моего появления на Эдеме сэр Бэример огорошил меня новостью о том, что в этом мире представлены все экзотические расы, которые на Земле встречаются только в фантастической литературе. И Эльфы, и Тролли, и Гномы. На практике, познакомившись с отдельными представителями экзотических народов, я пришла к выводу, что их отличие от обычных людей ничуть не больше, чем разброс по расовому признаку среди землян. Навскидку различие между китайцем и эфиопкой даже больше, чем между Джо и той симпатичной гоблиншей, которую он настойчиво пытается затащить в кусты. А что касается больших ушей, так в школе, в первом классе у нас в группе был Гена Сазонов с такими лопухами, что любому здешнему гоблину мог фору дать.

Ну, а учитывая возможность иметь совместных детей…

Додумать интересную мысль о межвидовом скрещивании мне не дали громкие крики, раздавшиеся в центре стойбища, там, где было расположено жилище вождя. Первым делом я испугалась, что местные мужчины-воины дошли до нужной степени опьянения и таки решили вступится за честь своих дам папуасок, поскольку не один только Джо решил прогуляться с юной гоблиншей к ближайшим кустам. Впрочем, я быстро успокоилась, поскольку крики не несли оттенка агрессии и злобы, а скорее напоминали азартные вопли фанов, болеющих за свою команду.

Вскоре я увидела и причину, породившую шум. Прямо в мою сторону мчался вождь племени, преследуемый Маришей.

— Да погоди же ты, — выкрикивала сестренка в спину перепуганному Йо-Йо, при этом размахивая ножом превосходящим по размеру классический мачете. — Это совсем не больно.

В отличии от полностью одетой Мариши, у совершенно голого Йо-Йо из одежды в наличии была только его травяная юбка, которую он комком судорожно сжимал в своих руках, пытаясь на бегу прикрыть свой фасад.

Зрители из числа папуасов разделились в своих прогнозах на две части. Одни убежденно доказывали, что вождь сможет удрать, на то он и вождь, другие с не меньшим жаром отстаивали точку зрения о том, что от решительно настроенной женщины убежать невозможно. Причем обе стороны поддерживали своих фаворитов громкими криками.

— Нет, не догонит, — высказал мне свою точку зрения старый гоблин. — Сейчас Йо-Йо добежит до озера и нырнет в воду. Там его никто не поймает. Он как рыба плавает.

Прогнозы моего собеседника полностью сбылись. Маришка, не ожидавшая такой подставы, остановилась у среза воды, погрозила кулаком быстро уплывающей в сторону острова фигуре, и огорченно вернулась ко мне.

— Сбежал гад. Такой эксперимент загубил! — Пожаловалась мне сестренка.

— А что за эксперимент? — заинтересовался старый гоблин, вмешиваясь в наш разговор.

— Какой эрудированный папуас, — удивилась я. — Похоже, слово «эксперимент» для него относится к разряду привычных.

Маришка окинула гоблина подозрительным взглядом, потом взяла протянутую ей глиняную емкость с брагой и неохотно ответила, обращаясь скорее ко мне.

— Да я когда-то с красоткой Джо поспорила, что человек при определенных условиях может укусить себя за локоть. Вот и решила проверить. Просто нужно руку из плечевого сустава выбить и одну связку подрезать. Она потом срастется, — успокоила меня Мариша, отреагировав на мое возмущение. — Я в книжке читала.

— Интересно, в какой это книжке ты вычитала такой бред, — поинтересовалась я, не будучи в силах вообразить свою сестренку с анатомическим атласом в руках.

— Ну, это не совсем книжка, — смутилась Мариша, это — манга, знаешь такие японские картинки про героев. Но там все очень подробно было нарисовано.

— Маришка, — я тяжело вздохнула. — Я понимаю, что тебе с блеском удается воплотить образ «какая очаровательная дурочка», но мне-то ты зачем голову морочишь.

— Вождь тонко намекнул тебе, что хочет секса. Я понимаю, ты воспользовалась некорректностью в формулировке, касательно ночи проведенной вдвоем. Объяснила бы Йо-Йо его ошибку и все — довольны. Зачем же членовредительством заниматься? А вдруг он с перепугу в озере утонет. Что мы тогда станем делать?

— Да, ладно тебе, Блонда. По-моему, прикольная шутка. И ничего с ним не случится.

— Нет, вождь не утонет, — поддержал сестренку старый гоблин. — Он плавает хорошо, почти как рыба.

— Ну, вот видишь, — обрадовалась поддержке Мариша.

— А что касается секса, Блондочка, — прошептала мне на ухо сестренка, — так я влюбилась и храню верность своему суженному. Я, наверное, скоро замуж выйду.

— И давно это с тобой, — опешила я, а потом решила уточнить, — и в кого ты влюбилась? Неужели в начальника своего отдела. там на Земле.

— Да ты что, Блонда! Я же тебе сразу сказала, что он оказался еще тем козлиной.

— Я влюбилась в тот же день, как оказалась на Эдеме.

— И кто твой избранник? — Заподозрила я неладное, прекрасно понимая что в наличии только две подходящие кандидатуры — сэр Бэример и граф Пэтерс. Чисто теоретически в группу потенциальных объектов для влюбленности можно было бы дополнительно записать барона Стива Николса и эльфийку Сиру Уллису, но по здравому размышлению, я отвергла эти персоны.

И, как всегда, ответ моей сестренки на вопрос непосредственно ее касающийся, опроверг все мои прогнозы.

— Я еще не знаю в кого влюбилась, — огорошила меня Маришка.

— Так, еще раз, — на всякий случай, решила уточнить я, сохраняя слабую надежду, что это просто местная брага имеет крепость не двенадцать градусов, а сорок пять. Я однажды перебрала так чачи, и тоже плохо соображала

— Ты хочешь сказать, что безумно влюбилась и собираешься выйти замуж, только не знаешь за кого. Ага, — нащупала я логически непротиворечивую версию. — Твой избранник скрывает свое имя. Надеюсь, ты его хотя бы не в маске видела.

Моя отягощенная брагой фантазия тут же представила статного черноволосого красавца в маске и с роскошными усами, который проскакал мимо сестренки на лошади и по дороге похитил ее сердце.

— Под маской усы не видны, — совершенно нетактично принялся критиковать мою фантазию внутренний голос.

— Моя сестренка не станет влюбляться в незнакомого мужчину, у которого нет усов, — парировала я в ответ убойным аргументом.

По ходу дела фантазия начала обрастать дополнительными подробностями. Лошадь под незнакомым мужчиной превратилась в могучего вороного жеребца. В руках у незнакомца появилась шпага, и сердце Мариши он украл сразу вместе с остальными частями ее тела, и теперь моя сестренка свешивается кулем с обоих сторон средства передвижения, будучи переброшенной через седло. Кажется, это так называется.

Внутренний голос в целом положительно отреагировал на сцену похищения Маришки незнакомцем, только попытался у меня уточнить, как это мне удалось по ходу движения отличить лошадь от жеребца.

К сожалению. дальнейшее развитие сюжета самым нетактичным образом прервала его главная героиня.

— Да ты что, Блонда, — обиделась на меня Мариша. — Это сэр Бэримэр или граф Пэтерс. Просто я еще до конца не решила, в кого из них я больше влюбилась.

— А можно я их обоих любить буду? Тогда не надо будет выбирать.

— В принципе, в любви так не принято, — осторожно попыталась образумить я свою сестру. Обычно, влюбленные останавливаются на одной кандидатуре.

— Ну, Блондочка, — начала подлизываться ко мне Маришка. Какое это имеет значение, кого ты любишь. Главное, ведь само чувство, а не объект его приложения. Знаешь, это нечто совершенно потрясающее. Хочется просто так улыбаться, все вокруг сразу стали такими родными. Просто не могу передать словами, что я почувствовала, когда по-настоящему влюбилась. Я когда поняла, что влюблена, так буквально парить в воздухе захотела.

— Это с парашютом что ли, рядом с Семеном, — ехидно уточнил мой внутренний голос. Хорошо, что сестренка ничего не услышала.

— А кроме того, Блонда, ты сама объявила матриархат, уже совершенно деловым тоном продолжила влюбленная, переводя разговор в практическую плоскость. А при матриархате у девушки может одновременно быть два парня. Или даже три, немного подумав уточнила сестренка. Решено, остановлюсь пока на сэре Бэримэре и графе Пэтерсе.

— Наверняка, принца Осю в резерв зачислила, — наябедничал мне внутренний голос. — А вот ты, Блонда, — продолжал доставать меня надоедливый собеседник, — в полном пролете: ни лорда тебе, ни графа и даже принц под сомнением. А я тебе говорил: «Сэра Бэримэра надо брать сразу, еще тепленьким» А ты что? «Повоспитываем еще немного». Вот и до воспитывались.

— А, не страшно, — отмахнулась я от своего внутреннего голоса. — Пусть Маришка себе забирает. Не стану же я с сестренкой из-за мужика отношения портить. Я себе герцога найду. Или даже князя. Нет, не князя — боярина. Стану боярыней Блондой.

— Милка, — решила я потревожить Демона Голубого Хамелеона, который весь вечер сидел тихо, как мышь под веником, и даже не включился в обсуждение отношений между Маришкой и Йо-Йо. Странно это как-то, может, заболел.

— Демоны не болеют, — ворчливо откликнулся демон Голубого Хамелеона. — Что хотела? Спрашивай.

— А почему я до сих пор не сталкивалась на Эдеме с боярами, — поинтересовалась я. — Лорды есть, графы короли, принцы, маркизы, кого только нет, даже Император — одна штука, а про бояр не слышала.

— Все, на самом деле, просто, — принялся меня просвещаться Демон Голубого Хамелеона. — Все эти аристократические титулы достаточно новомодная штука. До этого на Эдеме все население делилось на две части: маги и все остальные. А вот среди магов существовала своя градация — Ученик, Подмастерье, Мастер, Магистр ну и так далее вплоть до Архимага. Идея ввести дворянские титулы пришла в голову деду короля Георга 4. Великий был чародей. Архимаг, которого поискать еще надо было. Его так и называли — Великий. Он не только из магов создал аристократию, но, что гораздо важнее, умудрился ввести Титульный список аристократии, в котором и расписаны все дворянские титулы, их статус, обязанности и привилегии, в Реестр. Ни до него, ни после, никому не удавалось внести изменения в артефакт Древних.

А сам титульный список Карл Великий написал взяв за основу аристократию родного тебе мира. При этом и случилась неувязка с боярами. Информацию Архимаг получал от своих агентов с Земли. Так вот тот, который доклад по боярам писал, то ли в шутку, то ли с пьяну на вопрос о том чем бояре занимаются и выдал: «Друг друга за бороды таскают и выясняют чей род старше». Ну Карл Великий их и не стал в Титульный список аристократии вносить. А остальные все есть. И Князья и Беи и даже Падишахов найти можно где нибудь на окраине Эдема.

— Точно, завистники из Европы подсуетились, наверняка, агенту на лапу дали, — сделал категорический вывод мой внутренний голос. — Не бывать тебе столбовой боярыней. И вообще, Блонда, тебе давно пора идти спать. Ты уже совсем пьяненькая. Тебе в таком состоянии лучше о мужиках не рассуждать. А кроме того, никаких «замуж», пока не построишь финансовую империю.

Утро следующего дня встретило меня ярким солнечным светом, пробивающимся через сетчатый полог палатка, голубым небом и истеричным воплем леди Тины Брэвер.

— Блонда, просыпайся немедленно, там монстр поймал леди Маришу! Надо спасать!

— Почему я должна спасать незнакомого мне монстра? — Спросонья возмутилась я, переворачиваясь на другой бок, и пытаясь сохранить остатки сна. — Сам поймал, пусть сам и спасается. Потом внезапно до меня дошел смысл слов леди Тины — Маришка в беде.

Я резко вскочила, снеся головой небрежно установленную конструкцию, которую парни ее собиравшие, гордо окрестили палаткой офицерской, одноместной, универсальной и, путаясь в одежде, которую пыталась надеть на себя на бегу, побежала вслед за леди Тиной к опушке леса спасать сестренку.

Стоянка папуасов напоминала собой поле сражения после окончания Куликовской битвы. Всюду валялись бессознательные мужские и женские тела, чаще полураздетые, иногда в обнимку. Напрасно я беспокоилась о моральном облике местных дев, мелькнула на бегу мысль, не иначе как в виде психологической защиты, в попытке хоть немного отвлечься и ослабить страх за Маришку.

Впрочем, не все гоблины пребывали в бессознательном состоянии. Десяток наиболее боеспособных воинов во главе с вождем, выстроились на опушке и ощетинились копьями в сторону леса, не предпринимая впрочем никаких действий в защиту моей сестренки.

А буквально рядом с первым многометровым стволом на границе леса я увидела ужасную картину. Моя сестренка вскинула вверх свои тонки рученьки в безнадежной попытке защититься от четырехметрового монстра, который мохнатой рыже-зеленой горой нависал над ней. Больше всего чудовище напоминало смесь гориллы и медведя, вставшего на задние лапы, при условии что существует медведь такого роста да еще с с полуметровыми когтями и пастью, наполненную двумя рядами двадцати сантиметровых клыков, которым наверняка позавидует любая акула. Именно в этой широко раскрытой пасти, из которой непрерывным потоком лилась густая тягучая слюна, судя по позе, буквально через секунду должна была оказаться голова моей сестренки. И если исходить из размера чудовища, в пасть вполне поместится не только голова но и добрая половина туловища Маришки.

Сама не понимая что делаю, я вскинула руку, и в сторону монстра полетела яркая голубая молния. Толстый плазменный шнур сорвался с моей руки и, ударив монстра в грудь, буквально отбросил его на несколько метров назад. К запаху паленой шерсти добавился тонкий скулеж оглушенной твари, которая, тем не менее, быстро очнулась и нелепо вскидывая задом помчалась на четырех лапах в глубь джунглей.

На этом фоне несколько нелогично было услышать мыслеречью испуганные вопли чудовища: «Хорошо хоть жив остался. Да, чтоб я еще раз связался с этими девицами. Да никогда! И детям своим накажу!»

А потом возмущенные крики Мариши: «Блонда, ты все испортила! Я его почти приручила».

— А тварюшка-то, похоже, разумная, приходя в себя после выброса адреналина, вызванного скоротечной схваткой, — подумала я. Недаром, леди Тина просила меня спасти монстра от Мариши. Все-таки с первого раза я все правильно поняла.

Убедившись, что опасность больше никому не угрожает, к нам подошел Йо-Йо.

— Большой Бым на людей не нападает, он грибами и корешками питается.

— Объяснил нам вождь. — Во всяком случае, так старики говорят. — Он очень редко встречается, старается от людей держатся подальше. Видели, какие у него когти? Это чтобы землю рыть.

— Ага, а зубы как у акулы в два ряда — это, чтобы на дантисте сэкономить, — не поверила я. — Классический хищник. Правда разумный и осторожный.

— Мариша, ты где его откопала?

Судя по тому, как сестренка с независимым видом отворачивала глаза и ковыряла носком ботинка землю, на правдивый ответ рассчитывать не приходилось. В конце концов, могут ведь быть у девушки свои маленькие тайны.

— Понятно, — заключила я, художественная пантомима на тему: «Невиноватая я, он сам пришел»

— Блонда, — поинтересовался у меня Йо-Йо. — А ты тоже великая чародейка, как и Мариша? А ты далеко молнией ударить можешь? С берега до острова добьешь?

— Ну вот, Блонда, теперь ты узнала свою новую магическую способность, — подключился к разговору Демон Голубого Хамелеона. — Можешь бить молниями. Поздравляю. А Большой Бым, действительно, хищник. И очень опасный. Только он, охотясь на разумных, после себя следов практически не оставляет. Все скрывает — гораздо разумнее многих людей. Поэтому те же гоблины наивно полагают его безвредным. Маришка конечно могла заставить его какое-то время изображать из себя вьючное — транспортное средство. Но зуб даю, рано или поздно это закончилось бы тем, что мы не досчитались бы кого-нибудь из членов экспедиции.

— Подумаешь, да у тебя и зубов нет, — обиделась сестренка, внимательно прислушивающаяся к тому, что говорил Демон Голубого Хамелеона. — Никуда бы он не делся. Слушался бы как миленький, и на корешковую диету перешел бы.

Потом тут же переключилась на другую тему.

— А и вправду, Блонда, давай проверим, как ты молниями швыряешься. Один раз не в счет. Опять же, тебе тренироваться надо.

Все последующие мои потуги создать молнию ни к чему не привели. Максимум, чего я смогла добиться, это создавать метровый, ярко голубой плазменный стержень толщиной в сантиметр, торчащий у меня из кулака. При этом стержень сохранял свою структуру на постоянной основе и практически не требовал от меня усилий на свое поддержание. После нескольких попыток я смогла уверенно его вызывать и развеивать.

— Прямо как меч Джедаев, — восхитилась Маришка. — А попробуй им ударить по кому-нибудь. Так легонько, для пробы.

К этому времени воины — папуасы вернулись в стойбище, живо обсуждая инцидент с Большим Бымом и похваляясь друг перед другом своей храбростью. Поэтому единственной подходящей кандидатурой для испытания меча остался Йо-Йо. Ну не на девушках же — леди Тине и Марише, мне экспериментировать. Но вождь старался держатся от нас подальше. Это после того как сестренка предположила, что молния у меня не получается, поскольку для ее создания требуется живой объект применения, и предложила попробовать на папуасе.

Все-таки те полчаса, которые Маришка провела в жилище вождя в обмен на ожерелье из ушей эльфов, и, главное, неудача с локтевым суставом, оставили у сестренки некое недовольство Йо-Йо, которое она подсознательно пытается компенсировать, привлекая вождя к очередным небезопасным экспериментам.

— Мы не будем никого разумного резать, — заявила я и направилась вглубь леса к стволу дерева, чтобы попытаться стержнем надрезать древесину.

Лесной великан обладал стволом диаметром метров в двадцать, и это было одно из самых тонких деревьев, которое нам встретилось на пути от места высадки к стойбищу. Ровный мачтовый ствол устремлялся вверх не менее чем на километровую высоту, где и формировал крону. Его крона переплеталась с кронами других деревьев, образуя высоко вверху толстый многометровый зеленый покров, состоящей из переплетенных веток, намертво связанных друг с другом: лианы, листья, цветы и еще невесть чего.

Там царила своя недоступная обитателям нижних ярусов жизнь, наполненная светом, красками и звуками. Буйство растительности порождало буйство других форм жизни. Не удивлюсь, если Большой Бым проводил большую часть своего времени там, высоко вверху, с помощью своих когтей забираясь по стволам деревьев вверх.

Я представила, что у меня в руке бензопила Дружба, которой я пытаюсь свалить дерево на даче у дяди Миши. Папа Маришки часто в детстве брал нас с собой на дачу, которую построил в полупустой выморочной деревеньке, предварительно проведя туда дорогу за счет своего завода. Конечно, же перед поездкой заручаясь согласием бабули.

В деревне дядя Миша пытался привить нам с Маришей любовь к простому сельскому труду. Некоторые неувязки, обусловленные наличием двухэтажного коттеджа и Мерседесом во дворе, напрочь игнорировались и мы воображали себя обыкновенными хуторскими девчонками, которые по утрам выгоняют коров на пастбище, а вечером их доят.

Марише даже удалось однажды уговорить старушку соседку разрешить подоить козу Лизку. А мне дядя Миша дал подержать в руках ту самую бензопилу Дружба, прежде, чем спилить старую грушу в саду.

И вот, вообразив себя мужественным таежным лесорубом, вооруженным бензопилой, я даже глаза закрыла, чтобы ярче представить себе всю эту картину, с криком «Поберегись» со всего размаха ударила плазменным стержнем по стволу лесного монстра. Лес вздрогнул.

— Бежим отсюда! — Не своим голосом закричал Йо-Йо, и тут же реализовал свой призыв в жизнь.

Глава девятая. Падение великана

Прислушиваясь к удаляющимся крикам вождя, особенно к словам «Все пропало!» и «Спасайся кто может», я в первое мгновение даже глаза открывать боялась. Воображала себе самые невероятные ужасы. Наконец набралась мужества, расплющила веки и тут же убедилась, что вопли Йо-Йо плохо описывают ситуацию. На текущий момент все было не так уж и плохо. Просто в ближайшие минуты следует ожидать катаклизма, сравнимого по масштабам с тем, который экспедиция пережила позапрошлой ночью. Так ведь пережила.

Поэтому развеяв плазменный двадцатиметровый хлыст, которым я только что не напрягаясь перерезала ствол не самого маленького дерева, я, схватив за руки леди Тину и Маришу, потащила упирающихся девушек вслед за Йо-Йо. В отличии от мудрого папуаса, жительницы цивилизованной среды обитания плохо представляли последствия падения дерева, в три раза превосходящего по высоте Эйфелеву башню.

В противном случае, они не стали бы с таким любопытством рассматривать результаты моего эксперимента с плазменным стержнем. Отбежав на почтительное расстояние, почти к берегу озера, где к этому времени собралось все племя, я остановилась и стала ожидать дальнейшего развития событий.

— Это все происходит, потому что у тебя такое развитое воображение, правда, ты им совершенно не управляешь, — прокомментировал ситуацию Демон Голубого Хамелеона. — У вас как мухи с котлетами: все отдельно. Отдельно ты, и где-то в на периферии сознания — твое воображение. Ты что не могла представить, что лишь чуть-чуть с самого края немного подрезаешь ствол. Лесорубом себя вообразила. Или ты считаешь, что за тебя Заза думать станет. Так он только на то и годен, чтобы воплощать твои самые безумные фантазии, во всяком случае, в меру сил своих. А после того, как ты раздолбала точку приземления своей статуэткой, сил он набрал немерено. А завтра ты надумаешь, «как на Марсе станут яблони цвести». И перенесет тебя Заза на красную планету без скафандра. И что мне тогда делать? Оставшиеся десять миллиардов лет в одиночестве глазеть на звездное небо, пока ваше солнце не взорвется сверхновой?

В душе я понимала, что брюзжание Демона Голубого Хамелеона было вызвано в первую очередь заботой обо мне. Да же приятно стало. И, тем не мене, не удержалась, чтобы подколоть его.

— В этом мире нет Марса. А, кроме того, люди колонизируют его в ближайшее время, так что одиночество тебе не грозит.

— Как же, колонизируют. Еще два десятка таких фантазеров как ты, и ваше человечество не то что до Марса, из Петербурга в Москву неделями добираться станет.

— И если ты думаешь, что свалившись, дерево сюда не дотянется, то ты опять же глубоко заблуждаешься. У него один ствол высотой не меньше километра, а с ветками и кроной все полтора наберется. А мы от леса в удалении метров на восемьсот.

— Да все я понимаю, — возразила я Милке. — Просто тут чуть ли не самое безопасное место. Крона и ветки упадут дальше, за нашими спинами, где-то в район острова. А от ствола, пусть и двадцати метров в толщину, мы успеем увернутся. Время будет. Ты посмотри как он медленно наклоняется.

К этому времени лесной великан всей своей невообразимой махиной нависал над свободным от леса пространством. Отклонившись от вертикали градусов на тридцать он все еще удерживался в неустойчивом положении тысячами веток и лиан, переплетение которых с кронами других деревьев задерживало стремительное падение.

«Наверное, моя белая полоса в жизни закончилась года за три до моего рождения, — печально думала я, наблюдая за тем, как один за другим с громкими хлопками, напоминающими пушечные выстрелы, лопались растительные канаты метровой толщины, скреплявшие кроны деревьев в единое целое. — А теперь все что со мной происходит можно описать разве что пятьюдесятью оттенками серого».

Ну спрашивается, кто мне мешал держать свой плазменный резак параллельно земле. Тогда бы ствол остался вертикально стоять на пне и будучи удерживаемый кроной так бы и остался недвижимым. Так нет же, я зачем-то провела надрез под углом в сорок пять градусов и ствол съехал с пня прямо как санки с горки.

— Так это потому, что ты себя вообразила почетным лесорубом, — тут же уязвил меня внутренний голос. — Они так задают направление падения дерева, чтобы на своих не свалилось. Только ты, Блонда, какой — то незачетный лесоруб. Обрушила ствол прямо на стоянку своих вероятных союзников. Ну еще не совсем обрушила, — уточнил внутренний голос, — еще минут пять ждать придется. И не вздумай больше глаза закрывать во врем ответственного мероприятии, смотри внимательно, вдруг в сторону резко бежать понадобится.

— Другой вариант, выбери я дерево поглубже в лесу, — продолжала я развивать мысль о непрерывной черной полосе в своей жизни, демонстративно игнорируя язвительные замечания своего внутреннего голоса, — тогда бы дерево, даже будучи надрезано под углом, скорее всего, снова же устояло на месте.

— А так, оно оказалось самым крайним в лесу, вот с одной стороны и осталось без опоры других деревьев. Ну, и упало на свободное место, вернее падает, — уточнила я глядя на то, как после разрыва очередного десятка лиан, ствол еще больше наклонился в нашу сторону.

— Так тебе же, Блондочка, для этого пришлось бы пройти еще метров пятьсот вглубь леса до следующего ствола, — продолжал развлекаться за мой счет внутренний голос. — Помнишь, как ты Маришку критиковала за то, что у нее патологическая нелюбовь к необязательным физическим нагрузкам Это по поводу увлечения сестренки мыслеречью. Вот тебе очередное доказательство вашего родства.

К этому времени большинство жителей племени вместе с участниками экспедиции переместились еще дальше в сторону, с тем, чтобы не попасть под падающий ствол. Отдельные, наиболее хозяйственные папуасы, вытаскивали остатки вещей с места возможного падения ствола дерева.

— И вообще не парься. Что такого страшного произошло, — не оставлял меня в покое внутренний голос. — Не считая того, что, образно говоря, обезьяна в твоем лице получила в руки гранату. Это я так выражаюсь по поводу твоей новой магической способности. А все остальное не заслуживает особых переживаний. Подумаешь, дерево срубила. Все же целы. Вспомни, вы с Маришкой давеча собирались расчищать площадку рядом с водоемом, чтобы засадить ее хмелем и солодом. Вот, считай, первый шаг ты и сделала.

— Солод не сажают, — вмешался в разговор Демон Голубого Хамелеона. Его из злаковых получают по особой технологии.

— И это все, что ты можешь сказать по поводу сложившейся ситуации, — возмутилась я его поведением. — Советник называется.

— Ну почему это все? — Обиделся демон Голубого Хамелеона. — Сейчас я, например, могу посоветовать внимательно отнестись к тому, что на нас свалится. И я вовсе не само дерево имею ввиду, а сопутствующие ему элементы.

Разгадка слов Милки стала очевидно спустя пару секунд. Все время, пока ствол лесного великана со скрипом и треском наклонялся все ниже, сверху сыпались настоящим дождем всевозможные обломки и фрагменты: ветки, листья, обрывки лиан. Но в определенный момент рухнул огромный кусок материального воплощения пространства верхнего яруса. Этакий массив размером с трехэтажный дом, вырванный из кроны падающим деревом, сравнительно мягко приземлился на берег озера недалеко от нас. Как то сосредоточившись на угрозе, которую могло представлять само дерево, я упустила из вида то, что, помимо растительной составляющей наверху, в широком ассортименте был представлен и животный мир. И сейчас эти самые животины, находящиеся не в лучшем расположении духа начали выбираться, выползать, вылетать из мест своего обитания.

Ну, предположим, с птицами мы легко разберемся, для этого достаточно выучки охотников папуасов вооруженных копьями, — успокоила я себя, глядя на то, как из переплетения веток, огромной горой возвышающихся на берегу озера, начали стаями вылетать разноцветные птицы.

Опять же вождя немного приоденем, вспомнила я головной убор Йо-Йо. Все-таки у появившихся пернатых и окраска поярче и перья подлиннее, гораздо подлиннее, — с тревогой уточнила я, наблюдая за тем, как в нашу сторону вылетело нечто трехметровое с огромными крыльями и длинным пилообразным клювом, вооруженным десятками пирамидальных зубов. Нет, это не птица, это — какой-то летающий аллигатор.

Впрочем. проблема птиц с зубами быстро отошла на второй план, после того, как берег стал покрываться всевозможными рептилиями и змеями разных форм и расцветок. Ящериц, змей и лягушек органически дополняли представители класса млекопитающих. Впрочем глядя на зубы двухметровых белок трудно было вообразить, что эти создания когда-нибудь питались молоком, даже в глубоком детстве.

И вообще, мне показалось, что пищевая пирамида, представленная тварями верхнего яруса джунглей, которую мы имели несчастье в данный момент наблюдать воочию — какая-то неправильная. Я твердо помню из учебника по биологии, что в основе пищевой цепочки должны быть травоядные животные. Судя по зубам, когтям и демонстративной агрессии, таковыми здесь и не пахло. Ну разве, что ежик, который зачем-то катится в нашу сторону, свернувшись в шар метрового диаметра, с иглами, мало чем уступающими по размерам копьям папуасов, питается листьями. Точно нет, вот только что развернулся и по ходу движения ухватил трехметрового ужика и тут же его схарчил.

И весь этот шуршащий и шипящий, рычащий ковер двинулся в нашу сторону, то ли признав нас виноватыми в разрушении собственного дома, то ли решив предварительно подкрепится прежде, чем вернуться в джунгли, в естественную среду обитания.

На фоне двух, трех и четырехметровых гадов выделялась змея, своими габаритами напоминавшая трубу большого диаметра, типа тех, из которых прокладывают магистральные газопроводы. Навскидку все племя гоблинов могло разместится в ее брюхе, причем оставались вполне обоснованные сомнения, достаточно ли будет этого количества для полного насыщения исполина.

Конкуренцию ей мог составить разве что увеличенная копия нашего старого знакомого Большого Быма. Старший брат превосходил мелкого раза в полтора и выбравшись из переплетения веток на берег с недоумением тряс головой, то ли будучи оглушенным падением, то ли в полной прострации от самого факта своего полета.

— Ой какой большой! — Радостно взвизгнула Маришка и тут же попыталась взять животину под ментальный контроль. — Он нам грузы переносить станет, — сообщила мне сестренка мыслеречью, — когда мы крепость строить начнем.

Похоже, перспектива превратиться из грозы джунглей в бессловесную тягловую силу несколько смутила потенциального строителя. Снова, как и в случае с предыдущим Большим Бымом, я ясно различила его мысли.

— Да, это же те самые сумасшедшие чародейки, про которых маленький Мук всех предупреждал. Одна ездить верхом на нем собиралась, а вторая молниями била. А мы еще над ним смеялись. Надо бежать. И после этого Большой Бым Старший полностью повторил маневр своего младшего собрата и вскидывая зад на четырех лапах галопом умчался в лес.

— Ну, вот и этот удрал, — огорчилась Маришка. — Да что за невезуха у меня в последнее время постоянно случается. И она начала перечислять свои неудачи загибая пальцы. — Адам Смит удрал вместе с обоими своими рогами. Йо-Йо удрал, так и не позволив мне выиграть спор с красоткой Джо. Маленький Большой Бым удрал, а я так и не успела на нем покататься. Большой Большой Бым удрал, и теперь не понятно, как мы станем строить крепость. Внимательно посмотрев на свою ладонь, на четыре согнутые в кулак пальцы и на торчащий в сторону мизинец сестренка заключила, — надо эту тенденцию ломать. Потом осмотрелась вокруг и, не заметив ничего представляющего интерес, за исключением огромной змеи, медленно, но неуклонно приближающейся к сбившимися плотной толпой гоблинам, поинтересовалась у меня.

— Блонда, а ты случайно не знаешь, для чего нам эта змеюшка может пригодится? Только думай быстрее, пока и она не удрала.

— Странно, когда это Маленький Мук успел всем рассказать про то, что ты его молнией шандарахнула. Еще и часа не прошло с тех пор, поинтересовался у меня внутренний голос.

— Слава всегда находит своих героев, а вообще думаю, что это обычная телепатия, — отмахнулась я от внутреннего голоса, задумавшись над вопросом сестренки. Ничего умнее, нежели выпотрошить гада и из полученной шкуры сделать дирижабль с маху в голову не пришло.

— Ну вот, — хмыкнул Демон Голубого Хамелеона. — Для тебя, Блонда уже телепатия стала обычным явлением, ну, типа разговора по мобиле. Растешь как маг. Для инициированного духом мага что самое главное? Правильно, воображение и отсутствие тормозов в голове. А все остальное дух семибионт сделает, при условии, что ему силенок хватит. А вот в части воображения у тебя, действительно, никаких стопоров нет. По-моему, у вас на Земле это называется «Без царя в голове»

— Лучше прекращай хамить и посоветуй, что мы со змеем переростком делать будем, — огрызнулась я. — Учитывая практически полное отсутствие у него мозгов, это же один огромный — преогромный желудок, не думаю, что Маришка сможет взять его под контроль. И у меня ничего не получается. Я уже несколько раз пыталась его молнией ударить. Безрезультатно, даже плазменный меч длиннее полуметра вызвать не могу. А для змея таких размеров это все равно, что средство для удаления перхоти.

И на наших папуасов рассчитывать не приходится. Они конечно блестяще себя проявили. Практически вся живность, которая не успела скрыться в джунглях и не взлетела, как большинство пернатых в воздух, оказалась перебита. Этой участи не избежал даже летающий динозавр с пилообразным клювом, напугавший меня в самом начале. Крокодил с крыльями на свою беду прежде, чем взмыть в небо, попытался перекусить папуасами, и тут же был нанизан сразу десятка на два примитивных, но необычайно эффективных в руках у гоблинов копий.

Из серьезных противников остался только этот злополучный змей. К счастью, скорость его передвижения не намного превосходила вальяжную ходьбу взрослого человека. Но вовсе не факт, что тварь не в состоянии ускориться. Кроме того, я где-то читала, что те же питоны при атаке на жертву способны сделать резкий рывок на расстояние, равное длине своего тела. А учитывая длину тела нашего противника, в такой ситуации следует надеяться только на то, что змей окажется далеко за нашими спинами. От его головы до ближайшего папуаса оставалось метров пятьдесят, а длина гада далеко превосходила сотню метров. Правда, в этом случае все, что встретится на его пути, учитывая массу змея, тут же превратится в однородную мясо-костную субстанцию. Ориентировочно такая участь угрожает доброй половине племени и нам с Маришкой за компанию. Похоже, все это понимали, и мои союзники папуасы напряженно застыли, ощетинившись копьями в ожидании чуда.

— Советник, не тупи, — снова дернула я Демона Голубого Хамелеона. — Если есть идеи срочно говори, а иначе я командую всем разбегаться в разные стороны, при этом совершенно не факт, что такое поведение на спровоцирует змея на решительные действия.

— Блонда, не суетись, — совершенно расслабленным голосом попытался успокоить меня Демон. — Вот ты знаешь теорию роялей?

— Какую к черту теорию роялей и причем здесь музыка? — Начала паниковать я, в очередной раз убедившись, что с молнией у меня ничего не получается, а отдавать команду броситься в рассыпную я не хотела буквально до боли в зубах. Может быть, дар предвидения прорезался, но я была твердо убеждена, что при малейшем резком движении с нашей стороны змей извернется и одним ударом своего хвоста тут же перебьет половину племени.

— В чем-то ты права, — все тем же умиротворенным тоном, продолжал вещать Демон Голубого Хамелеона, самым наглым образом игнорируя панические нотки в моем голосе. — К теории роялей музыка не имеет никакого отношения. А вот к нашему случаю сама теория роялей имеет самое непосредственное касательство. Ее еще называют «Дуракам везет». Считай до трех.

И не получив с моей стороны поддержки сам начал отсчет.

— Раз. Два. Три!!!

При счете три, ствол дерева, о котором все благополучно забыли в пылу сражения, наконец, разорвал последние нити, поддерживающие его в наклонном состоянии и с грохотом рухнул на землю подбросив вверх горы песка и океаны воды. А кроме того межу делом, как соломинку, перешиб пополам змею. Гад конвульсивно подергался некоторое время, а потом затих, вызвав на лицах у окружающих выражение сопричастности к настоящему чуду, которое вот только что у всех на глазах и свершилось.

Ну а дальше начался цирк с конями. Сначала мне долго пели осанну, причем все подряд, начиная с членов нашей экспедиции, и заканчивая самым последним папуасом. Слава богу, Мариша в это время занялась чем-то важным и не принимала участие во всеобщем помешательстве. Еще немного и я бы сама уверовала в свою гениальность, способность к ясновидению и врожденные полководческие таланты.

Касательно энтузиазма гоблинов все быстро прояснилось. Оказывается мое предположение относительно того, что папуасы не испытывали затруднений с продуктами питания было глубоко ошибочным. Просто в нашу честь на пир выставили чуть ли не последние запасы, а полуголодное существование было нормой существования племени. Так вот, благодаря обрушению части кроны и наплыву разных зверушек, племя смогло пополнить свои продовольственные ресурсы на несколько месяцев вперед. Именно этим, разделкой туш, засолкой, сушкой и копчением мяса были заняты все дееспособные члены общины, естественно, за исключением тех, кто высказывал восхищение моей гениальности. Похоже, наиболее ушлые папуасы активно пользовались этой возможностью, чтобы избежать участия в общественно полезном труде.

Участников же нашей экспедиции переполнял энтузиазм, вызванный заявлением Йо-Йо о том, что в связи с грандиозной победой вчерашние праздничные мероприятия будут продлены на три дня. Похоже, парней здорово зацепило совместное ночное времяпровождение с местными красотками и они не прочь были продолжить веселье. Да и леди Тина целый день выглядела, как кот объевшийся сметаной.

Меня же по-настоящему беспокоил только один вопрос. Что мы станем делать с тушей убиенного змея? По моим самым скромным оценкам стометровое в длину тело диаметром больше двух метров содержало навскидку более трехсот тонн высококачественного мяса, напоминающее деликатесную курятину. Как утверждал старый гоблин, который последнее время не отходил от меня больше, чем на пару метров. Ну или мясо какой-то другой птицы, похожей на земную курицу. Я так и не разобралась в нюансах. В любом случае, по утверждению папуаса это очень-очень вкусно.

Вот только почему никто не задумывается, что произойдет с этим деликатесом через день-два в условиях жаркого влажного климата. И куда собирается перекочевать племя, когда от запаха тухлятины на берегу озера станет невозможно дышать. Единственным выходом, который я видела, это немедленно начать рубить тушу змея на куски и оттаскивать в лес как можно дальше. Еще лучше закапывать. Хотя при таком объеме материала, наличными силами процесс затянется не меньше чем на неделю. Так что, это не выход. Да и шкуру до слез жалко. Я еще не простилась с мечтой построить дирижабль, используя змеиную кожу как оболочку для баллона с газом.

— Ага, захихикал у меня в голове Демон Голубого Хамелеона Милкиным голосом. — Построить аэроплан и улететь к едрени фени.

Увлечение Советника крылатыми фразами моего родного мира стало в последнее время меня откровенно раздражать.

— Где ты откапываешь эту низкопробную лексику?

— Так ведь из твоей головы, Блонда, — продолжил веселье Демон Голубого Хамелеона. — Ладно, посмеялись и хватит. Тебя интересует почему вождь, наш премудрый Йо-Йо, не озаботился вопросами, которые тебе представляются на первый взгляд неразрешимыми. Да все очень просто. Ты совершенно забыла, что находишься на Мирте а не на своей родной Земле.

А у этого мира есть одна удивительная особенность. Магия. Конечно, папуасы не самые сильные чародеи, по правде говоря, совсем никакие. Но уж одним заклинанием они владеют виртуозно от мала до велика. Это заклинание хранения я продуктов. Причем, это чисто врожденный дар гоблинов. Никому другому так и не удалось овладеть этим заклинанием. Папуасам оно заменяет ваши холодильники. И если ты думаешь, что вон те молодые люди с копьями наперевес бегают по туше змея вперед-назад, выражая тем самым свой энтузиазм по поводу великой победы, то ты ошибаешься. Они просто консервируют таким образом мясо. Ну, а если этот вопрос для тебя прояснился, то я бы посоветовал тебе поинтересоваться, чем это так увлечена твоя сестренка.

— Да, уж тут для меня нет никакой тайны, — поставила я на место зарвавшегося Советника. — Конечно, исследует ствол дерева на предмет использования его древесины для построения крепости. Наверное, прикидывает как мы его пилить будем, вдоль или поперек. Вот только я за эту работу не возьмусь даже с закрытыми глазами. Моего воображения просто недостаточно, чтобы представить процесс распиливания на чурки бревна по диаметру превосходящего пятиэтажный дом. А ты сам говорил, что без четкого представления процесса Заза ничего сделать не сможет.

— И ничего не надо распиливать на чурки, — заявила Мариша, подходя ко мне. Мы из самого этого дерева крепость сделаем. А что, высота получится офигенная. Не всякая крепостная стена такую имеет. Сама древесина прочности невероятной, я уже проверила. Ее даже топор не берет. Отскакивает как от камня. Так что, ниши, залы окна и бойницы придется все-таки тебе Блонда выжигать своей молнией. Ну да ничего, ты справишься, — уверенно обнадежила меня сестренка ни на секунду не сомневающаяся, что я преисполненная энтузиазмом тут же включусь в эту работу.

— А куда ты денешься? — поддел меня внутренний голос. — Не станешь же ты по пустякам Маришу обижать.

— Давай, мы за эту работу завтра возьмемся, надо еще проект крепости нарисовать. Все же не типовая конструкция получается. А сейчас, Блонда, надо поскорее туннель в стволе пробить. Очень далеко оббегать ствол, чтобы на другую сторону поляны попасть. А поверху перелезть не получается. Слишком высоко. Вождь, правда, приказал подземный переход под стволом рыть. Но это работенка дня на три не меньше.

Как ни странно к работе по выжиганию в стволе дерева небольшого по габаритам туннеля я достаточно быстро приноровилась. Мой плазменный резак оказался идеальным инструментом для этого. Прожигаешь прямоугольный контур, этакую дверь габаритами метр на два и глубиной в метр а потом под углом отрезаешь деревянные ломти, которые тут же оттаскивают помощники. Образуется ниша. После этого процесс повторяется. И так много много раз. Я думала, что никогда не закончу этот туннель, но как раз к моменту, когда небо стало приобретать свой багряный ночной цвет, нам удалось пробить сквозной проход выйти на другую половину поляны.

И вот я снова практически в одиночестве сижу в обществе старого гоблина у костра и пью брагу. Маришка, воспользовавшись тем, что Йо-Йо похвалялся своими невероятными талантами в плавании и личным бесстрашием, поймала его на слабо и теперь пытается затащить вождя на верх ствола с тем, чтобы заставить его сигануть в воду с двадцатиметровой высоты. Пока вождю удается отбиться.

.

А я же, пребывая в расслабленном состоянии, от нечего делать занялась арифметикой. Если дерево имеет высоту в километр и диаметр двадцать метров, то объем древесины составит триста тысяч кубов. Для перевозки такого груза понадобиться шесть тысяч вагонов или состав длиной в девяносто километров.

— А если в попугаях считать, а не в метрах, то тогда вообще выйдет нечто невероятное, — подключился к размышлениям мой внутренний голос. И зачем-то громко добавил «Ик».

Нет, в попугаях надо было змеюшку считать, а не дерево, — поправила я сама себя. И тем не менее, потрясенная полученными цифрами, под радостные крики веселящейся толпы, я тихонько побрела спать в свою палатку — одноместную, офицерскую, универсальную.

Глава десятая. Война и мир с точки зрения гоблина обыкновенного

Я очень люблю свою сестренку. Но бывают моменты, когда у меня появляется непреодолимое желание ее прибить. Как сейчас, например. О какой войне, скажите на милость, может идти речь в шесть часов утра, когда небо только начало менять свой цвет с багрово желтого на бирюзовый. И это после того, как в стойбище всю ночь не замолкали пьяные песнопения и восторженные крики, из-за чего удалось сомкнуть глаза буквально пару часов тому назад. Решено, сегодня же потребую установить двухместную палатку, на ночь уложу спать эту егозу рядом с собой и, если она попытается пикнуть раньше десяти часов утра, тут же придушу ее подушкой.

Пока я обдумывала радужные перспективы, гарантирующие мне любимой в дальнейшем не менее восьми часов здорового сна, Маришка окончательно потеряла берега, и, ухватив меня за ногу, попыталась выволочь из палатки. В попытках не допустить насилие я ухватилась за какую-то железную стойку и вся конструкция рухнула мне на голову. Это приобретает характеристики устойчивой тенденции, пришла мне в голову мысль, когда я второе утро подряд с охапкой одежды в руках выбралась из под рухнувшей палатки.

— Зато сна ни в одном глазу, — нашел положительный момент в таком способе пробуждения мой внутренний голос.

Предварительное знакомство с ситуацией подвергло меня в полное недоумение. Я по простоте душевной было подумала, что пока сама пыталась заснуть, а остальные пребывали в любовно пьяном угаре, Маришка активно занималась делами. Достроила из свалившегося дерева крепость, укрепила ее, вырыла ров или, если надоело заниматься строительными работами, объявивла войну окрестным папуасам.

Оказалось, что война таки объявлена и это вовсе не мы выступаем в роли агрессоров. Это нам объявили войну соседние племена гоблинов. И через два часа следует ожидать генерального сражения. Честно говоря, я сначала в войну не поверила, решила, что это очередной Маришкин прикол. Однако Йо-Йо, окруженный десятком своих телохранителей, совершенно печальным голосом подтвердил слова сестренки.

Отсутствие должного уровня активности, со стороны папуасов при этом смотрелось несколько странным. Часть гоблинов мужчин до сих пор спали не имея сил проснутся даже от пинков представительниц лучшей половины племени папуасов. Наиболее сознательные воины, позевывая и почесываясь, вереницей тянулись из леса, к озеру, дабы закончить ритуал утренних гигиенических процедур, а потом включится в хозяйственные работы. К этому времени женская половина племени успела навести относительный порядок на территории стойбища, по мере сил очистив его от хлама и, распалив десятки костров, приступила к приготовлению пищи.

На этом фоне чуждым элементом выглядела стоянка нашей экспедиции, где царил покой, изредка нарушаемый всхрапываниями кого-нибудь из парней.

Решив восстановить социальную справедливость, а заодно и выгадать себе немного времени для того, чтобы разобраться в происходящем, я попросила Маришку провести процедуру подъема в нашем сонном царстве. При этом попросила ее в качестве тренировки командных навыков сделать это в наиболее радикальной форме.

Сестренка меня не подвела. Уже через пятнадцать минут все участники экспедиции, включая леди Тину, под одобрительные выкрики гоблинов совершили двухкилометровый марш бросок в лес до ближайших условных кустиков: девочки — налево, мальчики — направо, а потом были беспощадно загнаны в воду с целью совершения утреннего омовения.

В это время я пыталась выяснить у вождя все, что касается предстоящих боевых действий. Оказывается, когда вчера сестренка предлагала начать войну с соседними гоблинскими племенами, аргументируя это тем, что они и так постоянно воюют друг с другом, она поспособствовала созданию у меня в голове совершенно неверной модели взаимоотношений между племенами папуасов.

Я вообразила себе нечто подобное тому, как сражались между собой индейцы Северной Америки, типа Делавары и Могикане. До полного уничтожения противника и с обязательным снятием скальпов.

Так вот, ничего подобного. В отличии даже от самых продвинутых Земных демократий, которые декларируют абсолютную ценность человеческой жизни, допуская при этом необходимость ковровых бомбардировок, любому гоблину представляется совершенно неприемлемым создать угрозу для жизни другому гоблину, независимо от племенной принадлежности. Этакое абсолютное табу.

Поэтому война среди папуасов была и не войной вовсе, а некими, с моей точки зрения, странными ритуалами, которые протекали в одном из двух видов.

Наиболее распространенный формой военных действий была война за женщин. Племя, которое испытывала необходимость в притоке свежей крови нападало на соседнее племя. Атакующие отвешивали люлей наиболее активным защитникам со стороны противника, потом забирало в плен молодых женщин, причем только из числа тех, которые высказывали свое согласие на смену места жительства и в конце устраивали грандиозный пир по случаю очередной грандиозной победы. В пьянке на равных принимали участие как победители так и побежденные, причем банкет оплачивала исключительно сторона развязавшая военные действия. Иногда, буквально через пару недель, победители и побежденные менялись местами. По моим понятиям это и не война вовсе а своеобразный ритуал сватовства, обеспечивающий недопущение близкородственных браков.

По ходу знакомства с ситуацией выяснилась забавная вещь, которая заставила меня другими глазами просмотреть на Йо-Йо. Племя, в котором мы в настоящее время прописались, полгода тому назад лишилось по этой схеме двух десятков молодых женщин, в том числе, стойбище покинула и жена вождя. С тех пор Йо-Йо, несмотря на активные требования своих соплеменником отправиться на захват женщин у соседей, активно препятствует этим инициативам, поскольку не знает в каком из соседних племен ныне обитает его бывшая благоверная. Он до дрожи в коленях боится нарваться на нее при очередном набеге, ни на секунду не сомневаясь, что при малейшей возможности бывшая тут же вернется и сделает его жизнь невыносимой.

Второй вид военных действий был связан с борьбой за ресурсы. Я уже поняла, что гоблины далеко не процветали с точки зрения «чего поесть». Так вот, если дела в каком нибудь из племен приближаются к критической отметке и народу угрожает голод, а соседи на этом фоне буквально жируют, лишенцы объявляют войну своим более удачливым соседям.

Мое первое предположение — для того, чтобы победить и отобрать провиант у богатеев, оказалось в корне неверным. Схема экспроприации была значительно хитрее и полностью отвечала правилу — не убей ближнего своего. Племя агрессор, вступив в отважную битву с зажиточным соседом, после непродолжительных активных военных действий признавала свое поражение и в полном составе сдавалась в плен к жертве агрессии.

Вот тут-то вступает в действие не задокументированный, но тем не менее обязательный к исполнению аналог местной Женевской конвенции: «Пленных нужно кормить». И кормят, скрипя зубами. Целую неделю! А потом, с чувством выполненного долга, пинками выдворяют непрошеных захватчиков из стойбища.

К чести гоблинов, такой способ улучшения благосостояния используется, действительно, в самых исключительных случаях.

К огромному огорчению Йо-Йо, слухи о нашей вчерашней потрясающей охоте разошлись далеко за пределы окрестностей. И теперь к нашему стойбищу, стремительно обгоняя друг друга, двигаются жаждущие поучаствовать в битве. По самым скромным оценкам, не менее десяти соседних племен решило объявить нам военные действия второго типа.

Впрочем, дальнейшие расспросы позволили сделать вывод, что вождя не стоит перечислять к разряду законченных жмотов. Гораздо большее опасение у него вызывало не предполагаемое расставание с материальными благами, а возможность возвращения блудной жены, которая вполне могла находится в одном из приближающихся племен.

— Ее же потом отсюда не выгонишь, — с тоской в глазах сообщил нам Йо-Йо. — Она же все племя на уши поставит. Я ее с таким трудом уговорил перебраться к соседям. Сказал, что там племя больше нашего, и ей с ее способностями будет, где развернуться.

Какая интересная женщина, подумала я. Надо бы с ней поближе познакомиться. Может быть, стоит обсудить эту кандидатуру на предмет включения в члены правления матриархатом. Так сказать, представителем от гоблинов. С совещательным голосом.

— Зачем же ты так с Йо-Йо, Блонда? — Тут же пристыдил меня мой внутренний голос. — Что он тебе плохого сделал. Он же этого не переживет.

— И то правда, — вынуждена была я согласиться, глядя на совершенно поникшего вождя. — Не будем пока экспериментировать. Но познакомиться нужно обязательно.

Маришка вообще пришла в бурный восторг, когда выяснила, что на ближайшую неделю, до времени прекращения действия соглашения — «мир в обмен на хлеб», она может распоряжаться дополнительными трудовыми ресурсами в размере приблизительно пары тысяч человек. Это, если прогнозы Йо-Йо сбудутся, и нам в плен сдадутся все ближайшие племена гоблинов.

Окрыленная такой перспективой, сестренка мобилизовала практически весь контингент участников экспедиции, за исключением принца Оси и леди Тины, которых зачислила в категорию бесперспективных в деле проектирования будущей крепости. К моему удивлению, выяснилось, что и потомок судовладельца — Том Андерсон и братья Скорценни и даже Лесные бароны обладают определенным опытом в строительстве защитных сооружений. Анри Шварц со своим топором занял нишу грубой рабочей силы, а юный Фуко, тот самый тайный Крез, неплохо зарекомендовал себя в качестве экономиста, способного рассчитать трудозатраты и необходимую численность рабочей силы для воплощения самых бредовых Маришкиных идей.

Поручив бесперспективным Тине и Осе приготовить завтрак на всю кагалу и, утешив вождя тем, что при недостатке пищи Блонда еще одно дерево срубит, сестренка умчалась со своей командой проектировать крепость и готовить фронт работы для ничего плохого не подозревающих гоблинов из соседних племен.

Как-то я утратила контроль над ситуацией, вынуждена была признаться я сама себе. Складывается ощущение, что я плетусь в хвосте событий. Вот и с ребятами до сих пор толком не познакомилась, это после того как месяц вместе в Академии отучились. А Маришке трех дней хватило, чтобы выявить полезность каждого участника экспедиции. И кто у нас в паре с сестренкой после этого мозги, а кто просто так пописать пришел, занялась я самоуничижением. Интересно, что такого важного я еще успела упустить за последнее время.

Договорилась с вождем о том, чтобы тот не стал затягивать процесс покорения соседних племен на целый день, а просто предъявлял каждому вновь прибывшему отряду ультиматум, в соответствии с нашими планами. И далее размещал пленных на участке, выделенном и предварительно согласованном с Маришей. Он должен был хорошо накормить вновь прибывших и тут же подключить их к общественно полезному труду. Опять же по согласованию с Маришкой.

Со своей стороны порекомендовала, в первую очередь, заняться разборкой завала, образовавшегося после обрушения куска верхнего лесного яруса. К тому же, настоятельно потребовала в случае начала разделки Исполинской змеи на мясо, максимально бережно отнестись к ее шкуре, на которую у меня были в перспективы грандиозные планы.

Получив в свою очередь от Йо-Йо клятвенные заверения, что шкура ни капельки не пострадает при разделке и разъяснения о том, что празднества по случаю удачной охоты сегодняшней ночью будут дополнены мероприятиями связанными с грандиозной победой племени над своими соседями.

Кроме того, вождь сообщил, что, поскольку появилась такая возможность, ближе к вечеру он проведет совет вождей соседних племен, куда я вместе с Маришей приглашены в качестве почетных гостей. Статус победителя позволит Йо-Йо объявить себя по факту председателем совета вождей, и в качестве такового он ближе к вечеру проведет мероприятие. Судя по всему. сама процедура вооруженного конфликта — один против всех остальных — не вызывала у вождя ни малейших опасений.

Впрочем, вождь тут же пояснил мне, что не все так розово и благополучно в их царстве. И, когда дело доходит до войны с черными эльфами, потери в живой силе среди воинов зашкаливают. Нередко гоблины гибнут во время охоты. Есть еще одна по-настоящему серьезная страшилка. Те самые Духи и демоны, о которых я как-то подзабыла, применительно к нашим союзникам. Оказывается, приближаться гоблинам к аномальным зонам, где в большом количестве присутствуют свободные не привязанные Духи, смерти подобно. Отсутствие ментальной сопротивляемости, делает папуасов лакомым блюдом для порождения Ада. Гоблины буквально на раз становятся одержимыми.

И тогда у остальных остается только два варианта. Либо связать одержимого и как можно быстрее доставить его к шаману племени, который в первый день, пока дух еще окончательно не поработил одержимого, может провести ритуал изгнания. Да вот только шаманов в округе насчитывается — раз и обчелся. Именно один шаман на громадную территорию. В нашем племени шаман отсутствует уже несколько десятилетий. Так что выход чисто гипотетический, для особо везучих. Остается второй вариант, о котором вождь не смог говорить без содрогания. Тот самый, при котором нарушается табу «не убий ближнего своего». Именно поэтому гоблины с удовольствием подряжаются в качестве проводников к охотникам, но сами никогда по доброй воле не приближаются к аномальным зонам.

Печалька, вынуждена была согласится я. Понятно, почему среди папуасов практически нет магов. Интересно было бы познакомится с их шаманом. Уж не тот ли это ментальный маг невероятной силы, которого я увидела во время нашего первого столкновения с племенем Йо-Йо.

И я принялась с пристрастием выпытывать у вождя информацию по поводу этой загадочной фигуры. Прелюбопытная картинка вырисовывалась. Во-первых, сам Йо-Йо, судя по его безапелляционному утверждению, приходился шаману то ли внуком, то ли правнуком. Причем, вождь причислял себя к плеяде чуть ли не последнего поколения потомков шамана. Соответственно генетически наиболее близким к прародителю. А так большая часть гоблинов могла отследить свою родословную от этого патриарха, возраст которого по самым скромными оценкам насчитывалось не менее пятисот лет.

Это чем-то напомнило мне ситуацию с Чингизханом, который является прямым

прародителем у двухсот миллионов азиатов по всему миру.

Кроме того, шаман время от времени возникал из ниоткуда в разных племенах. Жил там по несколько месяцев как обычный гоблин. Ага, так я и поверила. Давал соплеменникам мудрые советы, а потом снова исчезал.

В памяти у Йо-Йо сохранилось посещение шаманом его племени тридцатилетней давности.

В это время несколько молодых папуасов во главе с тогда еще совершенно зеленым юнцом Йо-Йо, решили организовать экспедицию на остров посередине озера. Племя, сравнительно незадолго до того, после многолетней миграции из далекого края, откуда папуасы были вытеснены непрерывными стычками с черными эльфами, перебралось на берег озера, где и решило обосноваться.

Тогда-то и появился в племени в очередной раз Великий шаман.

Полный шок, вынуждена была признаться я сама себе, когда выяснила, что на посещение острова наложено жесточайшее табу, сродни тому, что и на братоубийство среди папуасов. Так вот это табу и наложил шаман. Продемонстрировав, какие кары ожидают нарушителя этого запрета (здесь рассказ Йо-Йо становится совершенно неправдоподобным), шаман вскоре снова исчез.

— Да, нет тут ничего неправдоподобного, — пояснил мне Демон Голубого Хамелеона, когда я усомнилась в реальности рассказа Йо-Йо в части наказания отступникам, посмевшим нарушить запрет на посещение острова. — Обычное ментальное воздействие с демонстрацией страшилок. Ты сама таким способом Маришкиного Тотошку чуть до заикания не довела.

Фигура шамана настолько меня заинтересовала, что я задумалась о том, как бы его выманить на встречу. Все-таки от маг такого урона на Эдеме!

Прежде всего, надо бы посмотреть на окружающий мир с помощью Зазы. Может и сам шаман где-нибудь невдалеке шастает, решила я. Видимо, вчерашняя охота, все же событие неординарное. А уж намечающееся сражение в формате все на одного, вообще не имеет аналогов. Я поймала себя на мысли, что еще не разу с момента прибытия в стойбище не осматривала территорию с помощью своей первой магической способности. Мысленно представила мир в дополнительной реальности и обратилась к Зазе. Потом отключила способность видеть энергетические поля. Снова включила. И опять дала отбой. Наконец медленно пошла к упавшему стволу гигантского дерева, перегородившему стойбище. Благо и идти от нашего лагеря не больше ста метров. Подойдя к ближайшей от меня деревяшке начала с упоением биться по ней головой с упоением повторяя: «Кретинка, идиотка, дебилка».

Тупица, недоумок и дегенератка, — поддержал меня мой внутренний голос

Психичка, больная на всю голову и просто дура, — включился в обсуждение Демон Голубого хамелеона

А вот последнее было обидно, непонятно отчего так болезненно отреагировала я на дуру.

К счастью, никто кроме Мариши не обратил внимание на мое неадекватное поведение. Сестренка со всех ног бросилась ко мне и, обхватив руками, удержала от очередного бодания со стволом поваленного дерева.

Блонда, что случилось, что с тобой, — в голосе у Маришки отчетливо проскальзывали панические ноты.

— Мариш, ты знала, что я полная идиотка? — Тоскливо осведомилась я у сестренки.

— Ах, тебя это тревожит. Ну, не то чтобы так сразу и полная, — задумчиво протянула Маришка, на глазах успокаиваясь. — А кроме того, Блонда, ведь ты не всегда такая. Иногда ты поступаешь вполне разумно.

— Ах ты, зараза бесстыжая, я тут с тобой делюсь самым сокровенным, — возмутилась я ответом своего самого близкого мне человека.

— Самое сокровенное — это то, что ты — полная идиотка, — поинтересовалась Мариша, мгновенно сообразив, что кризис миновал и теперь можно прикалываться. — Ладно, Блондочка извини. Колись, что случилось?

С каждым применением мыслеречь становилась все более простой в использовании. Возникали новые возможности. Если еще вчера мое общение с Маришей ограничивалось речью, то сейчас я, не задумываясь, смогла передать ей картину энергетического мира. Такой, как я ее видела с помощью Зазы.

— Ух ты, — вырвался восхищенный возглас у сестренки.

Она увидела все то, что открывалось перед моими глазами. Я специально не стала сразу смотреть на то, что привело меня в состояние гроги. Перед глазами на много километров вперед открылось необъятное пространство густо уставленное километровыми столбами желтого пламени. Они по размерам соответствовали деревьям великанам. Все это пространство было накрыто толстым зеленым светящимся пологом, в глубине которого переливались и стремительно двигались разноцветные радужные искры.

— Думаю догадалась — ауры животных, — пояснила я Маришке.

По земле, огибая желтые столбы деревьев, с разных направлений в сторону нашего стойбища двигались растянутые бледно голубые змейки. — А это, слившиеся в одно пятно, ауры десятков и сотен папуасов, которые идут на войну с нами, — продолжала я комментировать сестренке энергетическую картинку.

Жаль не было вилно, хоть. я и надеялась увидеть среди гоблинов, ауру того самого внекатегорийного мага, который произвел на меня сильное впечатление при первом столкновении с папуасами.

После этого перевела взгляд на стойбище. Из интересного — аура срезанного мною дерева. Из желтого, как у остальных живых лесных исполинов, она стала огненно рыжей. Отдельного упоминания заслуживает туша исполинской змеи. Темно фиолетовая лента, по которой пробегали сиреневые сполохи, внушала лично у меня определенные сомнения, а так ли уж безопасен наш вчерашний противник. Ауры аборигенов, ауры участников экспедиции. Снова отметила необычный серебристый цвет у Джо. До сих пор не понимаю, какому магическому направлению это соответствует

— Здорово, до чего же красиво, как гирлянды на Новый год! — Высказала свое восхищение моя сестренка и даже не столько словами, сколько тоном, которым эти слова были сказаны.

— Только, Блондочка, зачем ты головой об дерево билась? Я понимаю, ты у нас натура художественно чувствительная, высоко эмоциональная, но не до такой же степени, чтобы себя идиоткой обзывать, — не удержалась пройтись на мой счет сестренка.

— Это она тебе Мандельштама забыть не может, — отреагировал на слова Мариши мой внутренний голос.

— Ну ничего, Блонда, сейчас мы ей покажем.

И я показала. Просто повернулась спиной к лесу и посмотрела на остров посредине озера.

— Вау, — выдохнула сестренка и села попой на землю.

Глава одиннадцатая. Таинственный остров

Я присела рядом с сестренкой и приобняла ее за плечи. Правда, красиво?

— Ага, — согласилась Мариша, и мы надолго замолчали, любуясь грандиозным зрелищем.

Над островом парила грандиозная сфера нанизанная на столб света, вырывающийся из земли. Снизу с самого острова к сфере непрерывным потоком устремлялись сотни разноцветных пятнышек, небольших сгустков чистой энергии. Как будто пузырьки воздуха оставляемые под водой дыханием аквалангиста.

— Зародыши Духа, — прокомментировал картинку Демон Голубого Хамелеона.

Как только пятнышко приближалось к поверхности шара перед ним тут же открывался небольшой шестигранный лючок, в который и проваливался сгусток. Этот процесс непрерывно проистекал по всей поверхности сферы, оставляя впечатление непрерывной ряби на гладком голубом зеркале.

Время от времени распахивался люк побольше и уже изнутри шара выплывала гроздь, состоящая из сотен сгустков спаянных между собой как икринки в одно целое. Гроздь на секунду застывала над поверхностью, а потом исчезала во вспышке портального перехода.

Колоссальные размеры и невероятная сложность конструкции, состоящей на первый взгляд из многих тысяч деталей, скрадывались расстоянием, и при некотором воображении можно было представить, что над островом болтается воздушный шарик на веревочке, забытый ребенком великаном. Вот только маме такого ребенка не стоило по утрам вставать с постели без скафандра, поскольку ее голова наверняка окажется в безвоздушном пространстве.

Как хорошо, что этот бред у меня в голове принадлежит не мне, а Маришке. С ее своеобразным отношением к окружающему миру и не такие ассоциации могут возникнуть. Похоже я не только умею слышать мыслеречь но и начала различать наиболее эмоционально окрашенные мысли своей сестренки, сообразила я.

Впрочем, если отбросить воображаемого ребенка великана и его маман, подвергающую свою жизнь опасности, то сравнение Маришкой открывающейся перед нами конструкции с воздушным шариком надо признать достаточно удачным.

Гигантская сфера раскачивалась из стороны в сторону иногда немного снижалась, потом снова устремлялась вверх и тут же тормозила, будучи не в силах сорваться со своего поводка. Интересно, а что случится, если перерезать световую веревочку, вслух поинтересовалась я обращаясь сама к себе наблюдая как шар в очередной раз попытался улететь в космос.

Как ни странно я получила ответ на свой вопрос.

— Поверьте леди, в этом случае произойдет, действительно, ужасная вещь. Так что я не советовал бы вам ничего резать.

Я обернулась на голос и приветливо кивнула старому гоблину, который вторую ночь подряд составлял мне компанию у костра. Ты тоже это видишь, поинтересовалась я у гоблина, имея ввиду энергетическую картинку, и с удивлением сообразила, что за те 5–6 часов, которые мы просидели вдвоем у костра, я слышала его голос только однажды, это когда он комментировал Маришкину погоню вдогонку за вождем. Я даже имени его до сих пор не знаю. Интересно, и почему тогда я решила, что старый гоблин — серый кардинал в племени. Не припоминаю, чтобы мне кто то об этом сказал.

— С кем это ты разговаривать? — отвлеклась от созерцания сферы Маришка, поскольку я на автомате перешла на обычное зрение и картинка дополнительной реальности исчезла.

Маришка вслед за мной повернулась лицом к моему собеседнику.

— Знакомься, — представила я старого гоблина своей сестренке. — Старый гоблин. Он развлекал меня своей компанией у костра две ночи подряд. Это в то время, пока ты занималась непонятно чем, — не преминула я немного уязвить сестренку.

— Ух ты, — обрадовалась Мариша. Блонда, — ты завела себе воображаемого друга. Я тоже себе такого хочу. А какой он из себя и почему ты называешь его Старый Гоблин? Наверное, он высокий брюнет, типа нашей подружки красотки Джо, только гетеро.

Признаться меня немного удивили слава Мариши.

— Сестренка, ты о чем? Какой воображаемый друг? Я же сказала: «это Старый гоблин. Я с ним вчера пол ночи брагу пила. Познакомься».

— Блонда, ты, наверное. вчера выпила слишком много и не обратила внимание, что пол ночи просидела одна у костра, а на попытку кого-нибудь подсесть рядом с тобой, тут же злобно рычала, распугивая окружающих. Даже я не рискнула к тебе приблизиться. Дай думаю сестричка в одиночестве тоску пострадает. Говорят для психики полезно.

— Да что же тут происходит, черт побери, — разозлилась я, переводя взгляд с сестрички на ухмыляющуюся физиономию старого гоблина. — Заза, покажи. Фигура моего ночного собеседника совершенно не изменилась. Все та же скалящаяся от наслаждения собственной шуткой морда лица и совершенное отсутствие всяческой ауры. Это при том, что даже у зомби, судя по лекциям профессора Адама Смита, она в наличии.

— В детство впадаем, шуточками развлекаемся? — Поинтересовалась я у Старого гоблина. — А вы не пробовали зубной пастой ночью в вигвамах девочек намазывать. Тоже прикольно. Если надумаете возьмите Маришку в напарники. Ей понравится такое развлечение.

— Знакомься Мариша, — повернулась я к своей сестренке. — Великий Шаман Гоблинов. Как звать не знаю, не представился. Если надумает, то станет видимым, а так пока предпочитает бестелесную форму. Тащи свою косметичку, я попробую на нем тушью крестик нарисовать, чтобы ты могла отслеживать перемещение самого главного папуаса.

— Не надо туши, все равно не поможет, просто давайте еще раз познакомимся, — заявил Великий Шаман Гоблинов, и перед нами появился вполне цивилизованный мужчина лет сорока. Вернее, появился из неоткуда он перед Маришей, а для меня просто радикально поменял свой облик.

— Разрешите представится, Ра-Ра, — в обиходе Великий Шаман Гоблинов, а так же Патриарх, Видящий странное, Ловец Душ ну и еще пару десятков имен не столь распространенных.

— Надо понимать, не обошлось без Отца Нации и Надежды всего прогрессивного человечества, — не смогла удержатся Мариша, скептически разглядывая Старого Гоблина.

— Блонда, что-то он мало на гоблина похож. Скорее, эльф какой-то. Можно я у него уши посмотрю, а то они у него волосами прикрыты? — Поинтересовалась у меня сестренка, напрочь игнорируя присутствие рядом Великого Шамана.

И правда, наш собеседник своей статью далеко за метр девяносто, а, главное, блондинистым цветом волос, мало чем напоминал низкорослых темноволосых папуасов. Кроме того. его одежду — линялые синие джинсы, рубашку гавайку и мокасины на ногах, трудно было спутать с травяной юбкой гоблинов.

— Не стоит, Маришка, думаю при желании Ра-Ра с его способностями к ментальным иллюзиям может не сходя с места себе любые уши приделать.

Не так ли, уважаемый?

— В принципе, вы правы, леди Блонда, — согласился со мной собеседник. Но на этот раз я решил показаться перед вами в своем настоящем виде. Таким, как меня мама родила.

— Врет, — твердо заявила Мариша, которая иногда утрачивала способность к распознаванию фигуральных образов речи. — Никто сразу не рождается весом в восемьдесят килограммов и под два метра ростом. А тому, кто врет даже в мелочах, нельзя верить вообще.

Все-таки сестренка у меня красава. Я сама лихорадочно думала, чем бы этаким уязвить Великого Шамана. Уж очень у него морда довольная была. Шутник, понимаете. Две ночи подряд мне голову морочил.

Но вот на то чтобы так, с носка по темечку, как это у Мариши не напрягаясь получилось, я даже не рассчитывала.

Ра-Ра откровенно завис лихорадочно пытаясь придумать достойный ответ моей сестренке.

— Ладно, пошутили и хватит, — прервала я его размышления, рассчитывая при этом не потерять инициативу в разговоре. — Надо понимать, что вы не только «развлечения для» устроили этот карнавал с невидимостью. Говорите.

— И что я должен вам сказать? — растягивая гласные и слегка картавя, поинтересовался у меня Ра-Ра.

— Уважаемый Великий Шаман Гоблинов, — начала потихоньку закипать я. — Мы не в Одессе и вы не Изя Рабинович, чтобы отвечать вопросом на вопрос.

— О-о-о, — обрадовался Ра-Ра. — Вы тоже знакомы с этим замечательным мастером? Он обещал пошить мне парадный камзол. Пренепременно передавайте от меня привет этому гению портняжного искусства при встрече.

— Для того, чтобы передать привет главному портному всея Эдема, нам надо на этот самый Эдем вернуться и желательно в более менее сохранном состоянии.

— Пустое, — тут же успокоил меня Ра-Ра. Вот как только сделаете то, ради чего я вас сюда вызвал, так сразу же и отправлю вас назад. Хотите на Эдем, а хотите сразу на Землю.

— Блонда, ты слышала, — тут же вычленила в словах Великого шамана главное моя Сестренка. — Этот гад утверждает, что это он нас сюда вызвал. И я полностью доверяю его словам. Можно я его убью?

— У вас ничего не получится, — твердо заявил Ра-Ра, тем не менее поглядывая на Маришку с некоторым опасением. — Меня невозможно убить. Во всяком случае, вам, леди Мариша, это не по силам.

— Я бы не стала это так категорически утверждать, — высказала я свою точку зрения. — Но, в любом случае, сестренка, мы не станем убивать уважаемого Великого Шамана, более того, мы не станем бить его по морде лица, щипать и кусать. И ногами тоже нельзя, — прервала я открывшую было рот для вопроса Маришку. — Во всяком случае сразу, — немного подумав уточнила я. — Сначала мы внимательно выслушаем нашего собеседника.

— И начнем с ответов на самые простые вопросы: господин Ра-Ра, кто вы?

Наша игра в что, где, когда затянулась на два часа. К счастью, одним щелчком пальцев Великий Шаман организовал вполне цивилизованный походный офис. Мне в голову не могло прийти, что в вигвамах папуасов хранятся раскладные стулья, продукт совершенно другой эпохи и иной цивилизации, тем более сразу шесть штук. Нашелся небольшой изящный столик, тут же уставленный хрустальными бокалами, непременной бутылкой шампанского в ведерке со льдом и фруктами. За исключением фруктов, наличие остальных предметов вызывало как минимум удивление. Лед-то откуда и шампанское, как впрочем и все остальное? Те же стулья для демонов маловаты, гоблины ими точно не пользуются, а охотники с Эдема вряд ли включают мебель в предметы первой необходимости отправляясь на Мирту. Впрочем, о чем это я. «Это магия, девочка», — непременно сказал бы по этому поводу моя подружка Красавчик Джо.

Сверху над нашими головами был тут же натянут полог привязанный к четырем металлическим штырям вбитым в землю. Короче, совершенно дурацкий антураж. То ли площадка для пикника на природе без шашлыков, то ли имитация гостиничного номера для общения с дамами пониженной социальной ответственности. Учитывая то, что место на котором мы расположились, окружил десяток папуасов вооруженных копьями, причем воины самого решительного вида, даже покруче тех, что обычно сопровождали вождя, моя сестренка не преминула поинтересоваться:

— Это он так обеспечивает секретность переговоров или щеки надувает, демонстрируя крутизну. Типа подкатывает к нам. Тогда где цветы и шоколадка?

Похоже, Ра-Ра услышал слова Маришки. Во всяком случае, нервно дернул щекой. Не даром же сестренка задала мне вопрос тем самым громким шепотом, который хорошо слышен метров на сорок.

Поэтому дальнейшие приготовления тут же были прекращены, а шампанское заменили чашки с кофе. Йо-Йо, который судя по всему был осведомлен о присутствии вышестоящей особы в лагере, получил указание заняться прибывающими на войну племенами и периодически докладывать обстановку, пятясь задом и почтительно кланяясь, удалился, а мы наконец то приступили к так называемой беседе.

Слова из уст Великого Шамана Гоблинов лились нескончаемым потоком. Наверное, последние сто лет ему не перед кем было высказаться, вот и отвязывался. Наши с Маришкой робкие попытки поучаствовать в разговоре тут же глохли под шквалом новой, иногда совершенно невероятной информации. Так что грех было жаловаться. Сведения которые мы получили на самом деле обладали невероятной ценностью.

— Я, действительно, эльф, тут вы леди Мариша не ошиблись. Меня зовут Рад Улиссо. И сразу предвосхищая ваш вопрос сообщаю, профессор Сира Уллиса — моя внучка. Она организовала отправку вашей группы на Мирту по моей просьбе. Не знаю, зачем Сира придумала эту несуразную легенду с вашей продажей демонам в обмен на не привязанных Духов. Она прекрасно осведомлена о том, что после перехода вы попадете под мое крыло. Наверное, проворачивает какую то свою политическую комбинацию на Эдеме. Меня мало интересуют вопросы связанные с Империей.

Могу только предположить, что Запретный Лес решил поучаствовать в смене правящей династии.

— Должен сказать, леди Блонда, что вам и вашей сестре удалось максимально затруднить мою жизнь. Сначала леди Мариша сломала портальный маяк, и я не смог отправить свой отряд охранителей для того, чтобы доставить вас к себе. Пришлось самому добираться к вам пешком. Ну а потом вы леди Блонда вдрызг разворотили мою портальную площадку. Даже не хочу знать, как вам это удалось. Просто примите к сведению, что теперь ваш обратный переход на Эдем потребует некоторого времени и определенных дополнительных усилий. Это после того, как вы выполните свою задачу, ради которой я выдернул вас на Мирту.

— Теперь главное. Ваша задача. Дело в том, что до последнего времени мне неплохо удавалось обеспечить баланс между всеми главными силами на Мирте. На сегодня это: Высшие демоны, пришлые с других миров, Охотники, гоблины и, наконец, черные эльфы. Причем, последних привел на Мирту я сам. Поверьте, это было нелегко. Меня совершенно не устраивало присутствие здесь сторонников Запретного Леса. Рано или поздно они бы стали пренебрегать моими интересами в угоду Правителей королевства эльфов. Поэтому пришлось выпестовать на Эдеме клан раскольников, а потом перебросить их сюда.

Сейчас все поймете, прервал Великий Шаман гоблинов мою попытку возмутится тем, что он сам породил силу, которая является самым страшным врагом родных ему папуасов.

— Вы слышали о таком понятии, как баланс сил? Это когда внутри системы каждый против каждого, а в результате достигается внутреннее динамическое равновесие самой системы. Так и здесь. Каждая из представленных на Мирте сил отстаивает свои интересы, а при отклонении равновесия в пользу одной из сторон, я с помощью небольшой коррекции восстанавливаю статус кво. В результате ситуация на Мирте стабильна и предсказуема. Во всяком случае так было до недавнего времени.

Все таки мне удалось задать Шаману вопрос, который привел его в некоторое смущение.

— И нафига вам все это равновесие. Неужели для того, чтобы удовлетворить собственное гипертрофированное тщеславие. Этакое ощущение вершителя судеб. Как-то мало верится.

— Ага, — тут же подключилась Мариша. — Кепка не давит?

— Какая кепка, — растерялся Ра-Ра.

— Ну та, которой вы лысину прерываете, — тут же пояснила сестренка.

— Но у меня нет лысины, — совершенно ошалел эльф.

— Блонда, я так больше не могу. Клиент абсолютно не разбирается в головных уборах. Продолжай опрос.

Через некоторое время, придя в себя после пикировки с сестренкой, Шаман наконец, объяснил, ради чего стоило весь этот огород городить.

Оказывается, все дело упиралось в тот самый остров, вид на который открывался перед нашими глазами.

Вся тайна Мирты, все эти духи, демоны, аномальные зоны, все таинственное и необычное, все, все, все было порождением процессов, протекающих на острове.

Пятьсот лет тому назад, молодой тогда еще эльфийский охотник вместе со своей подругой отправились на Мирту, чтобы поохотится на не привязанных духов и немного поднять свое благосостояние, заработав на их продаже. Правда, вторая задача относилась скорее к разряду престижных нежели актуальных, поскольку ни Рад Улиссо, наследник далеко не самого бедного клана в Запретном Лесу, ни тем более его подруга — Стелла Ворд — принцесса эльфов, не испытывали ни малейших материальных затруднений.

Короче, парочка решила совместить неофициальный медовый месяц с сафари. От других охотников их отличало только то, что и Рад и Стелла были ментальными магами огромной силы. Наследственность, этим все и объяснялось.

Парочка решила не идти проторенной дорогой, а попытаться найти еще никому неизвестную аномальную зону Так вот, путешествуя по джунглям в свободном поиске, по ходу дела предаваясь плотским наслаждениям, эльфы столкнулись с непонятным фактом. Дело в том, что их носильщики из числа местных аборигенов категорически отказывались идти в одном из направлений. Парочку сопровождал целый караван гоблинов, обеспечивающих комфортное пребывание эльфов на Мирте.

Во всяком случае, можно предположить, что стулья и столик сохранились с тех самых времен, подумала я. Хоть одна загадка решена.

— Ага, — поддержал меня внутренний голос, — и шампанское со льдом. Как только за пятьсот лет не прокисло?

Заинтересовавшись странным поведением гоблинов, парочка оставила сопровождающих в лагере, а сама двинулась в запретном направлении. Вскоре эльфы почувствовали ментальное воздействие, которое росло с каждым шагом и через несколько километров запрет на дальнейшее продвижение вперед достиг такого уровня, которому в силах был противостоять лишь ментальный маг первой категории. В качества справки. На то время на Эдеме насчитывалось ровно два таких мага — Рад Улиссо и Стелла Ворд. А еще через сто метров перед ошеломленными эльфами открылся вид на остров.

Тот самый вид, от которого захватывало дух у меня с Маришей. Я непроизвольно потянулась к Зазе и мы с сестренкой снова замерли, завороженные грандиозным зрелищем буйства красок и стихий над островом.

— Мы со Стеллой, — продолжал свой рассказ Рад Улиссо, — неплохие пловцы. Без раздумий прыгнули в воду и поплыли к острову. Любопытно, что когда мы доплыли к нему, ментальный запрет тут же исчез, как будто то рубильником выключили.

— На острове много всякого интересного. Вы там обязательно побываете. Но, самое главное на нем, помимо сферы порталов и зародышей духов, которые там непрерывно генерируются, это — рукотворная пещера. Попав туда, и я и Стелла получили по одной вещи.

— Вот — моя. — С этими словами Шаман распахнул ворот своей рубашки и продемонстрировал огромный медальон голубого металла, висящий у него на груди.

Амулет был густо покрыт непонятными знаками и крепился к толстой золотой цепи, которая при необходимости могла обеспечить сносное проживание скромной девушки на протяжении всей ее жизни, опять же цепочка хорошо смотрелась бы на красотке Джо, — промелькнула у меня в голове странная ассоциация.

— Маришка, одернула я сестренку, ты лучше на амулет посмотри. Он ничего тебе не напоминает?

— Как только я надел на себя этот амулет, — продолжил свой рассказ Рад Улиссо, я понял, что отныне вся моя жизнь неразрывно связана с Миртой. Я взвалил на себя бремя ответственности за этот мир и стал хранителем ее тайны. Моя сила как мага невероятно возросла. Только в одном месте на Мирте происходит генерация зародышей Духа. То что делает этот мир уникальным. Здесь — колыбель Демонов, и моя задача как Хранителя ее охранять.

Все это время я неплохо справлялся со своей задачей. Вот только в последнее время возник дисбаланс сил, который мне необходимо выровнять. Черные эльфы заручились поддержкой кого-то из правителей Запретного Леса и наладили контакт с Высшими Демонами этого мира. Они меняют разумных на демонов высоких рангов и массово становятся очень сильными магами. В результате, даже я в одиночку не в силах буду совладать с ними в прямом столкновении. Сейчас в этом направлении движется сотня черных эльфов. Они почуяли магию сердца Митры и будут здесь дней через пять. Если черные эльфы возьмут под свой контроль этот остров, то вскоре они поработят все другие миры. Этого нельзя допустить.

К сожалению, я не могу сделать из гоблинов магов. Они к этому совершенно не предрасположены. Поэтому я попросил свою внучку перебросить с Эдема десяток не инициированных магов, из которых я смогу быстро сделать чародеев высокого ранга, способных бороться с черными эльфами. Конечно, под моим руководством. Поверьте. мне это по силам. Через пару дней вы все станете магами не ниже второго ранга. Естественно, только на время сражения с черными эльфами. После победы я верну вас всех на Эдем, предварительно поставив блоки на воспоминания о том, что вы тут увидели, а сам продолжу свою миссию. Зато все участники экспедиции пройдут начальную инициацию. И это останется с вами навсегда.

— Мутный он какой-то, — обратилась ко мне мыслеречью Мариша. — Ты ему веришь? Мне кажется, что у него крыша поехала от собственной крутизны. Боюсь, не станет он рисковать своей тайной, возвращая нас на Эдем. Тут и прикопает. Или высшим Демонам на опыты сдаст.

— Сестренка, ты сейчас не о том думаешь. Лучше давай узнаем у Шамана, что случилось с его напарницей.

— Уважаемый Рад Улиссо, — тут же поинтересовалась я у Великого Шамана. — А какой предмет получила в пещере Стелла Ворд, и что с ней потом произошло?

Эльфу не очень понравилось, то, что я интересуюсь совершенно незначительными с его точки зрения деталями. Тем не менее, он ответил, не скрывая при этом своего раздражения.

— Стелле досталась какая-то дурацкая фигурка. В виде оплавленного рыцаря с огромным мечем. Не знаю, что она позволяет делать. Да и буквально через несколько минут она совершила портальный переход на Эдем. Прямо из пещеры. Больше мы не встречались. Мельком слышал, что выдала свою дочь за Императора. Потом приключилась какая-то странная история с ее то ли внучками, то ли правнучками. Они исчезли вместе со Стеллой. Больше я о ней ничего не слышал.

— Ну как тебе Санта Барбара? — поинтересовалась я у сестренки.

— Да, — задумчиво согласилась со мной Маришка. — Бабуля жжет. Надеюсь, ты не станешь бросаться к этому типу на шею с криком: «Дедуля, я искала тебя всю свою жизнь!»

Глава двенадцатая. Эльфийские принцессы

— Вообще я ничего не имею против родственников, даже таких мутных, — ответила я Маришке. — В конце концов, и мы с тобой, сестренка, не можем претендовать на звание самых добропорядочных леди года. Но вот гложут меня смутные сомнения касательно общего генофонда. И дело даже не в том, что душа не лежит приобрести такого дедулю. Если исходить из общих соображений, то кандидатура вполне О-ГО-ГО. И маг первостатейный, и харизма блестящая, да и человек, вернее эльф, судя по всему, не бедный. Вот только с математикой не все горазд. Если взять за основу его рассказ, то нашей родительнице на момент нашего с тобой зачатия должно было быть около пятисот лет. С одной стороны этим можно объяснить определенные отклонения в психике, присущие некоторым здесь присутствующим, не будем уточнять кому. Ну, знаешь — поздний ребенок, тяжелые роды. Но все равно — ребенок в пятьсот лет — это перебор.

— Да, — тут же согласилась со мной Мариша. — Помнишь, у нас в классе учился Мишка Скворцов. Так мать родила его с помощью искусственного оплодотворения в пятьдесят три года. Полный придурок.

— Ну, это ничего не доказывает. Остальные парни не намного умнее были, — возразила я. Кроме того, непонятно как это все у эльфов бывает. Может, они в сто лет все еще девочки — припевочки.

— Да ладно тебе. На себя посмотри. Какая из тебя Припевочка? Насчет девочки вообще промолчу. А кроме того, вовсе не факт, что эта Стелла Ворд — наша с тобой бабуля, — продолжила приводить свои доводы сестренка. — Нашу-то Соломией звали. Мало ли где она свою статуэтку достала. Может быть, просто в старом комоде нашла. Я про такое читала. Там один англичанин купил на барахолке подержанный диван и нашел в нем сорок тысяч долларов. Нет вспомнила, не долларов — фунтов стерлингов.

— Нет Маришка. Вспомни эту ведьму — Аденаиду Истермановну. Она утверждала, что бабулю Стеллой зовут.

— Простите, уважаемый Рад Улиссо, — решила я расставить все точки над «И», перейдя от мыслеречи к нормальному общению, — А у вас с сирой Стеллой Ворд общие дети были?

— Да вы что, — возмутился Старый Гоблин. — Она же — принцесса. Поэтому никаких детей вне брака. С этим в Запретном Лесу строго. Тем более, для наследников правящей династии. Гулять в свое удовольствие никто не запрещает, пока в брак не вступил. А потом только между супругами. Не сошлись характером, значит — целибат, холодное обливание по утрам и медитация. Некоторым, говорят, рубка дров помогает. Не знаю, не пробовал. Я сам-то холостой. А уж, тем более, если речь о детях заходит. Это вопрос наследования! Чуть что не так, такая заварушка начаться может. Никто бастардов не допустит. Лично я точно без головы остался бы, и никакая магия в этом случае не помогла.

— К счастью, на Эдеме у меня прямых потомков нет. Ну, за исключением внучки — Сиры Улиссы, конечно. Только скажу вам по большому секрету: она из черных эльфов. Я с ее мамашей здесь на Мирте познакомился. Позже девочку лично обучил магии и на Эдем отправил.

— А к чему эти вопросы, заинтересовался Ра-Ра. Неужто знаете кого-то из потомков Стеллы Ворд. Хотя вряд ли. Вы же с Земли. И познакомиться с кем-нибудь из представителей правящей династии эльфов вам никак не светит. Это не ваш третьеразрядный принц Ося. Там только со своими общаются.

— Слушай, — снова мыслеречью обратилась ко мне Маришка. — А дедуля-то слишком хорошо о нас осведомлен. И то что мы с Земли и про Осю. Это не ты ему у костра по ночам все выболтала.

— Да ни фига он не знает. Ты хоть поняла, что если Стелла Ворд и есть наша бабуля, то мы с тобой, скорее всего, эльфийские принцессы. Причем, законные.

— А то, и заметь, я — старшая. Понятно, теперь какого рожна эта ваша сумасшедшая Сира Уллиса за мной бегала и повторяла как заведенная: «Принцесса, не уходите. Принцесса, останьтесь».

— Надо бы нашего несостоявшегося дедулю подробнее про наших с тобой предков поспрашивать. Наверняка что-нибудь знает. Лично меня больше всего интересует наша таинственная родительница. Откуда взялась и куда исчезла? И почему детей сиротками оставила? Ясно же, что это не моя мама Тамара и не твоя мама Света.

— Потом, Маришка, — пообещала я. — Когда эта заварушка с черными эльфами рассосется.

— Легко, — согласилась со мной сестренка и тут же переключилась на самое интересное. Даже элементы воспитанности продемонстрировала.

— Скажите, уважаемый Великий и Ужасный Патриарх всех Гоблинов, а когда мы на остров отправимся пещеру смотреть? И что с собой брать?. У меня фонарик есть. А веревки понадобятся? Предлагаю не откладывать это надолго. Встали и пошли.

Кажется с вежливостью моя сестренка перестаралась, Ра-Ра точно обиделся на Великого и Ужасного. Аж перекосило всего. Тяжело ему с Маришей придется, если он на такие мелочи реагировать станет.

Тем не менее, ответил Великий Шаман вполне корректно.

— К сожалению, леди Мариша, вы никогда на остров не попадете. Дело в том, что при той концентрации зародышей духов, которая существует на острове, всякий ментально не защищенный разумный в кратчайшие сроки становится одержимым. Да и неразумных тварей это касается. Причем, рост способностей происходит столь стремительно, что за два — три дня обычная ящерка превращается в машину смерти под тонну весом, плюющуюся огнем и прыгающую вперед на двадцать метров. И пытается раздавить любого, кого увидит. Я вам привел вполне конкретный пример. Как то случайно сам притащил на остров маленькую такую ящерицу, с палец размером, хотел посмотреть, что получится и забыл про нее. Потом с огромным трудом угомонил монстра. Так что закрыл я доступ на остров всему живому. Пришлось постараться.

— За последние пятьсот лет, к счастью, кроме меня и Стеллы на острове никто не побывал. Надеюсь, все так и останется. Поэтому-то и надо с черными эльфами разобраться. Я вокруг острова установил ментальный барьер. Всякий, кто к нему близко приближается, тут же испытывает непреодолимое желание повернуть назад. И вы леди Мариша, а уж тем более вы, леди Блонда, вряд ли достигните такого уровня мастерства, чтобы преодолеть мою защиту. А вот круг магов из десяти черных эльфов могут барьер пробить.

— А-А-А, — уважительно протянула Маришка. — Тогда все понятно. А то я никак сообразить не могла, куда это все животные подевались. Значит они сейчас в монстров превращаются.

— Какие животные? — Забеспокоился Великий Шаман.

— Ну как это какие, — удивилась сестренка. — Блонда дерево срубила? Срубила. Я даже представить себе не могу, сколько всякого разного живого в его кроне пряталось. Небольшой кусок на берег свалился, и то мы за полдня всем племенем с трудом всех перебили. Одна змеюшка чего стоила. А тут целая крона упала. Даже отсюда видно — весь остров накрыла. Да там этого зверья разного — десятки тысяч. И не ящерки с палец длиной, а твари побольше. Я все ждала, когда же они с острова по стволу на берег попрутся. А звери оказывается сейчас в монстров превращаются. Наверняка, те кто посильнее жрут слабых, развиваются. А как силенок наберутся, то и к нам в гости заявятся. Вот тогда самая потеха и начнется. А что, спереди черные эльфы, сзади одержимые монстры, которые огнем плюются. Может быть, нам лучше в сторонку отойти. Есть шанс что монстры и эльфы друг друга и перебьют. А кто выживет, ну с теми мы и разберемся.

— А что, Блонда, здорово я придумала? Вполне себе стратегический план на предстоящую битву. Недаром ты меня военачальником в матриархате назначила.

— После этих слов сестренки, глядя на Великого Шамана, я снова заподозрила наличие у нас с ним родственной связи. Уж больно упоительно Ра-Ра стучал головой по мраморной столешнице. Почти как я недавно по стволу дерева. Надо посоветовать ему свой способ. Во первых бить головой по деревяшке полезнее. От этого умнеешь. Во вторых с таким энтузиазмом можно и ценную вещь разбить. Можно конечно и голову повредить. Но голова заживет. А где на Мирте другой такой столик достать — неясно.

Ну, слава богу, головой биться перестал, похоже пришел в себя. Нет не пришел. Вскочил и со словами— я должен своими глазами посмотреть, что там на острове творится, побежал в лес.

— А в лес то зачем, — поразилась Мариша. — Может, на дерево забраться решил и сверху посмотреть. Так, отсюда виднее.

Впрочем загадка вскоре разрешилась, когда мы увидели Великого Шамана бегущего к острову по стволу лежащего дерева.

— Ага, — сообразила Маришка. — Это он по срезу на ствол взобрался. Там конечно круто, но если на четвереньках, то вполне можно и не свалиться. Только зачем. Если ему наверх надо было залезть, сказал бы мне. Я давно в одном месте, чуть дальше, веревочную лестницу повесила. И вообще, Блонда, вырезала бы ты в стволе ступеньки наверх. Я покажу как. Мне лесные бароны и чертеж нарисовали. Как на сторожевых башнях. А еще я предполагала, что такой супермен как этот дедуля, вполне может с места на ствол запрыгнуть. Тут же метров двадцать не больше. А вот, интересно, чего это он так резко возбудился. Вполне мог бы кофе допить. Ладно, Блонда, что теперь делать будем?

— Вот что, Мариша, — скомандовала я. — Пока Великий Шаман занимается своими делами, зови сюда всех наших. Обсудим ситуацию. Только про остров ни слова. Знакомим ребят с упрощенной легендой. Хороший Великий Шаман в счет помощи папуасам от нашествия черных эльфов обещал поспособствовать с инициацией, и при удачном раскладе вернуть на Эдем. Никаких зародышей духов, никакого таинственного острова. Благо никто энергетических линий, кроме нас с тобой, не видит и, надеюсь, и в дальнейшем не увидит. Так что остров мы вполне можем сохранить в тайне.

— Энергетические линии никто кроме тебя, Блонда, не видит, — уточнила сестренка. — А я уж твои картинки рассматриваю, которые ты мне передаешь. Так, что думаю это уникальная способность. Слушай, а почему твой советник молчит? Полдня прошло, а от него не то что советов, слова не слышно. Все, все побежала ребят собирать.

Ага, как же — побежала она. На десять метров отошла и рявкнула на праздно шатающихся поблизости гоблинов так, что те как ракеты стремглав полетели в разные стороны собирать участников экспедиции.

— А и вправду, Советник, ты чего все время молчишь, — поинтересовалась я у Демона Голубого Хамелеона.

— Не поверишь, Блонда, — отозвался тот. Боюсь, что если начну с тобой общаться, то этот ваш дедуля меня быстро вычислит.

— И?

— И может поинтересоваться моими возможностями. Для него это не составит особого труда.

— И?

— Что ты заладила И да И. Тоже мне ослик Иа нашелся, — психанул Демон Голубого Хамелеона. — Не уверен, но по моему, я могу вам с Маришкой помочь преодолеть его защиту, наложенную на остров. А этому типу такое точно не понравится. Как бы после этого неприятностей не отгрести всем и по полной. Все таки маг он очень сильный.

— Ой как интересно, — обрадовалась я. Тогда действительно замри и не отсвечивай. Будешь для нас с Маришей тайным оружием.

Совещание с ребятами прошло на ура. Похоже, леди Тине Брэвер больше всего понравился тот факт, что представители правящего матриархата в лице леди Блонды, леди Мариши и леди Тины сидели за столиком и потягивали кофе, а парни стояли напротив и внимали откровениям начальства. Впрочем, после оглашения самых важных вещей, как то: о предстоящей повальной инициализации, надвигающейся войне с черными эльфами и гипотетической возможности возвращения на Эдем, беседа перешла в практическое русло. И уже парни, согнав начальство со стульев, оккупировали столик, разложив на нем бумаги, схемы и чертежи, что — то настойчиво втолковывали Марише, признав за ней лидерство в части предстоящей подготовки к сражению. Потом как-то резко все вскочили и умчались, оставив меня в недоумении размышлять над фразой брошенной на ходу Маришей.

— Блонда, никуда не уходи. Ты мне еще понадобишься.

— Ага, — согласилась я с сестренкой, придя в прекрасное расположение духа. Это как в том анекдоте — И куда ты денешься с подводной лодки. После этого в одиночестве присела за столик и начала радоваться жизни.

Оснований для прекрасного настроения у меня был полный кофейник отлично сваренного горячего (наверняка без магии не обошлось) кофе. Ради этого я готова была простить Великому Шаману многое, даже то, что он затащил нас на Мирту.

В принципе я не кофеман. И вполне в состоянии два-два с половиной часа обходится без кофе. Ну а потом начинается ломка. Все это время, находясь на Мирте, я проклинала себя за то, что не захватила с собой кофе собираясь в экспедицию. И отмазка типа того, что была не в себе после награждения в Императорском дворце, никакого утешения не приносила. А те кофейные зерна, который были обнаружены мною у Джо я конфисковала и зачислила в стратегический резерв на случай, если совсем хреново станет. И вот — наглядное подтверждение того факта, что счастье случается.

А между тем градус напряжения в лагере на глазах повышался. Подтягивались все новые племена гоблинов, которым вождь отводил место под временную стоянку и тут же раздавал ценные указания, подключая прибывших к всеобщему организованному хаосу.

— И не надо меня критиковать за некорректное определение, — не дала я возможности съязвить собственному внутреннему голосу. — Там, где Мариша, там всегда хаос. Правда, хорошо организованный.

Зажигались новые и новые костры, на которых вовсю готовилась пища для вновь явившихся. Дровами служили ветки и обломки стеблей из той огромной горы растительности, рухнувшей сверху вместе с деревом. Многометровое образование на глазах уменьшалось в размерах, растаскиваемое к кострам по кусочкам шустрыми юными гоблинами. Время от времени раздавались азартные визги, это, когда среди веток обнаруживалась очередная тварющка, которая в силу собственной глупости до сих пор не умотала в лес, воспользовавшись ночной темнотой. Неудачница тут же пополняла своей тушкой меню.

Йо-Йо полностью перевел свое племя на ту сторону от гигантского ствола, где расположился лагерь экспедиции. Прямо напротив меня. Сам лагерь и походный офис Великого Шамана, до сих пор охраняемый его личными гвардейцами, смотрелся островком стабильности на фоне всеобщего бардака.

С другой стороны от ствола вождь селил вновь прибывших. Время от времени я просила Зазу включить дополнительную реальность, и прекрасно все видела, не смотря на огромный ствол перегораживающий стойбище. Упавшее дерево освободило в лесу огромную пустую площадку. Так что недостатка в месте для расселения гоблины не испытывали. Сейчас на эту площадку впервые за сотни а, может быть, даже тысячи лет начал попадать солнечный свет. И буквально на глазах из земли стали прорастать зеленые побеги. Может, предложение Маришки засадить все ячменем и начать варить пиво, и вправду имело смысл, лениво думала я, наблюдая за тем, как серо-буро-белесое пространство на глазах покрывалось зеленым ковром. Во всяком случае, пиво в моих глазах выглядело предпочтительнее той браги, которой старый гоблин спаивал меня две ночи подряд.

Впрочем, додумать эту стратегически важную мысль мне не дала сестренка, которая внезапно возникла передо мной, как джин из бутылки, мгновенно разрушив мой заповедник неги. Маришка определила мне фронт работы, судя по предварительной оценке месяца на два вперед, обязала закончить все в ближайшее время. Прикрепила ко мне трех лесных баронов с чертежами и пару десятков здоровых гоблинов и тут же умчалась.

Мне было поручено прорубить еще один туннель в стволе на противоположную сторону стойбища, так как нынешний не справлялся с возросшим грузопотоком. А по окончанию этой работы приступить к сооружению винтовой лестницы прямо внутри ствола, с тем чтобы появилась возможность без риска для жизни взбираться наверх. Оказывается уже были пострадавшие, свалившиеся со среза дерева во время подъема. Там все-таки крутизна градусов в сорок пять, а я где— то читала, что в горах при наклоне выше тридцати градусов уже непременно надо использовать ледоруб и веревки. С нашей стороны в числе пострадавших снова оказался Джи. Вот и не верь после этого в судьбу. Сначала в трещине застрял, теперь с дерева свалился. Хорошо, пока все обошлось ушибами и психологической травмой. Но Джи приобрел стойкую боязнь высоты.

Что касается гоблинов, то они, похоже, отнеслись к возможности скатится на собственной заднице по гладкому срезу ствола с высоты пятиэтажного дома, как к некому захватывающему аттракциону, ну типа американских горок. Мариша даже вынуждена была пост выставить около пня, для того, чтобы ограничить число потенциальных самоубийц из числа папуасов.

— И все бы ничего, — пожаловался мне на гоблинов один из Лесных братьев — барон Арнольд Келлер. Они приноровились смазывать себя жиром. Там срез и так похож на полированный мрамор. А жирный след, который остается после скользящих папуасов, превращает дерево в натуральный каток. Вот Джи на такой след и наступил.

На этот раз я справила с с туннелем меньше, чем за час. Что значит опыт! Если так и дальше дело пойдет, то без куска хлеба на Земле не останусь. Всегда смогу устроится кем-нибудь типа сварщика.

— Или в цирке выступать, — тут же поддержал меня внутренний голос.

С винтовой лестницей все оказалось не так просто. Я обвинила Лесных баронов в том, что они мне подсунули какой-то совершенно неправильный, дурацкий чертеж, в котором невозможно разобраться. Лесные бароны благоразумно молчали, и даже соглашались кивая головами, но взгляды, которыми они при этом обменивались друг с другом, заставляли меня чуть ли не впервые в жизни почувствовать себя тупой блондинкой.

Впрочем, и с этой проблемой в конце концов удалось справится. И уже через пару часов я стояла наверху двадцатиметрового ствола, оглядываясь вокруг и ощущая себя первопроходцем и покорителем. Отправив свою свиту за дальнейшими указаниями к Марише, я в одиночестве наслаждалась окружающим видом. А вид сверху открывался поистине прекрасный. А уж когда подключился Заза, то и вовсе ошеломляющий.

Помимо знакомой мне гигантской прецессирующей сферы, привязанной к столбу света, а так же пятнышек и гроздей зародышей духов, отсюда с высоты я смогла рассмотреть тысячи разноцветных аур различных животных, хаотично передвигающихся по острову. Правда, в настоящее время в их движении появилась явно выраженная упорядоченность. Наиболее яркие ауры, наверняка принадлежащие сильнейшим монстрам, бодро двигались в сторону Ауры Великого Шамана, которую невозможно было ни с чем спутать.

— Похоже, Ра-Ра ввязался в драку с монстрами, пытаясь пробиться к центру острова, — сделал свои выводы Демон Голубого Хамелеона. — И сейчас ему надерут задницу.

Это утверждение Советника полностью совпадало с моей точкой зрения. Рубка там идет неслабая. Суде по дорожке из затухающих аур, принадлежащих мертвым тварям, Великий Шаман смог продвинутся на треть пути в своей попытке достичь середины острова.

— Наверняка пытается пробиться к пещере, — включилась в разговор Маришка, которая приобрела способность неожиданно появляться у меня за спиной буквально из ниоткуда. — Только сейчас вон те большие подтянутся и порвут дедулю как Тузик грелку. Если умный, то сбежит, а если дурак, то нам такого союзника и даром не надо, — подвела итоги сестренка.

Рад Улиссо оказался из числа умных. Он начал отступать, собирая за собой шлейф из сотен аур. Но как только Ра-Ра пересек границу острова, монстры тут же потеряли к нему всяческий интерес и буквально на глазах равномерно рассредоточились по острову, время от времени вступая в драку друг с другом.

Вскоре Великий Шаман, приволакивая ногу и громко чертыхаясь подошел к нам.

— Не знаю что делать, — пожаловался он. — Мне кровь из носу надо попасть в пещеру, иначе мы не сможем победить черных эльфов. Я припрятал там Амулет Силы. Так-то он мне не к чему, а если его постоянно с собой носить, то никакой праны не напасешься. Жрет ее как свинья помои.

— Блонда, — поинтересовался у меня мой внутренний голос. — Ты уверена, что перед тобой стоит наследник великого клана из Запретного леса. Да наши лесные бароны и то вежливее разговаривают. И, если я правильно помню, то на Эдеме свиньи не водятся. И, тем более, никто их помоями не кормит.

— Ладно, запишем это в число других странностей. Будем разбираться попозже, — согласилась я со своим внутренним голосом. — Хотя, может быть, он как и наш Демон Голубого хамелеона на крылатых фразах с Земли поведен.

А, между тем, великий Шаман продолжал.

— Я попытаюсь пробраться в пещеру сегодня ночью. Нам повезло, барьер, который я установил вокруг острова, непроницаем как снаружи, так и изнутри. Так что нападения монстров со стороны острова опасаться не нужно. Вечером проведем инициализацию всех участников экспедиции. К счастью, у меня здесь с собой есть десяток шаров хранилищ с не привязанными духами. А ночью я сделаю еще одну вылазку. Сейчас мне надо отдохнуть перед ритуалами инициализации.

С этими словами Великий Шаман двинулся к торцу ствола, так и не обратив внимание на чудесную винтовую лестницу, которую я соорудила. Лишь бы не навернулся, слезая со ствола, обеспокоилась я.

— Да что с ним случится, выживет, — успокоила меня Мариша через минуту, прислушиваясь к воплям падающего Рада Улиссо, которого угораздило наступить на жирный след, оставленный развлекающимися папуасами. Если даже наш Джи выжил. А дедуля покрепче будет.

Глава тринадцатая. Пьяная инициализация

Кажется недавно я жаловалась на то, что окружающая обстановка вызывает у меня ассоциации с хаосом. Так вот я ошибалась. Все, что происходило вокруг, вплоть до Совета Старейшин, которое Йо-Йо таки организовал, можно характеризовать не иначе как период затишья и благолепия. А вот после того как Маришка, приглашенная вместе со мной на Совет, не мудрствуя лукаво и не заморачиваясь дипломатическими экивоками, разъяснила вождям о предстоящей в ближайшее время битве с черными эльфами, вот тогда-то хаос и грянул. Народ, в лице своих вождей, тут же возмутился и начал высказываться экспрессивно с помощью ненормативной лексики. Сначала мне показалось, что присутствующие негодуют по поводу коварства и лицемерия своих извечных врагов, которые вместо того, чтобы сидеть ровно на попе в отведенном им районе, посмели напасть на добрых и пушистых гоблинов. Ничего подобного. Праведный гнев предводителей племен был направлен непосредственно на мою сестренку, которая между делом сообщила вождям, что вводит на прилегающих территориях матриархат, военное положение и что-то там еще, я так и не разобралась до конца с терминологией. Помимо этого, она возлагает на себя бремя верховного главнокомандующего. Похоже, гоблинский менталитет не слишком приспособлен к матриархату, с сожалением констатировала я, глядя на разрастающуюся бурю страстей.

Буквально все присутствующие, разве что за исключением Йо-Йо, громко визжали, прыгали и размахивали копьями, угрожая вот прямо сейчас перейти от словесных дебатов к нанесению физического ущерба. Да и Йо-Йо, будучи главным на Совете Старейшин, не высказывал ни малейшего желания навести порядок. Он тоскливо переводил взгляд с меня на Маришу, позволяя ситуации развиваться естественным путем. Кажется я понимала, о чем в это время думал вождь. В отличии от остальных присутствующих, его кандидатура сестренки в качестве военного лидера вполне устраивала. Сейчас он думал о другом. Как введение матриархата скажется на взаимоотношении с вновь обретенной женой, которая, как мне успели насплетничать, прибыла на стоянку в составе одного из племен. И судя по всему, перспективы отношений Йо-Йо не вдохновляли. Как бы не дезертировал, забеспокоилась я.

Похоже, пора корректировать менталитет гоблинов в сторону матриархата, отреагировала я, в ответ на особо резкую реплику в адрес сестренки. Заодно и реализуем на практике эксперимент с молниями, предложенный Маришей. Это тот, который она пыталась на Йо-Йо опробовать, да вот только вождь благоразумно успел тогда сбежать. Лишь бы не переборщить, а то и воевать в черными эльфами станет некому. К счастью или к сожалению (для вождей точно к счастью), мои усилия в наведении порядка не потребовались. Вмешалась третья сила в лице Великого Шамана, окруженного отрядом телохранителей папуасов. Незадолго до этого рядом с местом проведения Совета Старейшин был воздвигнут шатер, в котором отдыхал Ра-Ра. Похоже интенсивные дебаты нарушили покой Великого Шамана и он явился перед народом во всем своем величии. Оказалось достаточно двух слов, правда повторенных дважды, чтобы идеями матриархата прониклись все гоблины. Сначала Ра-Ра ткнул пальцем в мою сторону и заявил: «Она главная». Потом немного подумал и указал аналогичным образом на Маришку: «И она главная». После этого Патриарх отбыл назад в свой шатер, а телохранители на некоторое время задержались. То ли руководствуясь приказом Ра-Ра, то ли проявив собственную инициативу, они отвесили по заднице каждому из вождей, включая Йо-Йо, по пять увесистых ударов древками копий и вернулись к своим обязанностям по охране Великого Шамана.

В дальнейшем Совет протекал в деловом конструктивном русле. Мариша раздавала ценные указания, связанные с подготовкой к предстоящему сражению, а вожди благодарили и кланялись, кланялись и благодарили.

По окончанию Совета, несмотря на приближающуюся ночь, деловая активность в лагере значительно усилилась. Все вокруг забегали еще быстрее, костры разгорелись ярче, а крики женщин стали визгливее. Да и ночи на Мирте понятие достаточно условное. Небо из голубого превращается в багрово красное, но при этом окружающие предметы остаются вполне различимыми.

Впрочем, мне показалось, что оживление связано не столько с доведенной до масс информацией о предстоящей войне с черными эльфами, сколько с приближающимся великим пиром.

Я заняла облюбованное мною место за столиком под пологом переносного офиса Великого Шамана. К счастью, шатер, столик и стулья до сих пор не убрали. Надо попросить Ра-Ра сохранить все это хотя бы до окончания войны. Надо же нам где-то военный совет проводить. А потом освоила еще один магический прием. Щелкнула пальцами, привлекая внимание командира отряда телохранителей Великого Шамана, и когда он обратил на меня внимание, указала на пустой кофейник. И что вы думаете? Через пару минут наслаждалась горячим свежесваренным кофе. Все-таки магия — великая вещь. И даже если чудо реализуется силами молоденькой веселой гоблинши, все равно, все, что связано с кофе на Мирте, попадает в разряд магических чудес.

Как-то незаметно рядом со мной за столиком оказался Йо-Йо.

Блонда, как ты думаешь, — спросил у меня вождь. — Вам удастся отбиться от черных эльфов?

Почему вам, а не нам, — поинтересовалась я у вождя. — Разве мы не одна команда?

Просто я слишком хорошо понимаю чего мы стоим в предстоящей битве. — с тоской в голосе ответил мне собеседник. — Все гоблины не справятся с десятком магов. А там их почти сотня.

Надежда только на вас и Великого Шамана. Если вы проиграете, гоблины будут уничтожены и навсегда исчезнут из этого мира.

А разве нет других племен в других местах? — Удивилась я.

Нет, Великий Шаман собрал здесь всех.

Странно, зачем он это сделал, если от вас в сражении почти ничего не зависит? Он же ваш Великий Отец и должен позаботится о своих детях.

Да какой он нам Отец? Ему наплевать на своих потомков. Так, наплодил между делом пару сотен полукровок, занимаясь сексом с молоденькими гоблиншами.

Это правда — Ра-Ра великий маг. Он правит нами уже много много лет подряд. Но правит не как своим народом, а как рабами. Сначала он убил всех наших шаманов. Раньше в каждом племени был свой шаман, теперь остался только Ра-Ра — Великий Шаман. Потом он провел ритуал и среди гоблинов перестали рождаться маги. А ведь раньше каждый десятый гоблин мог колдовать. Способность всего народа гоблинов к магии была обменена на одно заклинание, которым владеют все гоблины. Это заклинание для хранения пищи.

Блонда, ты — хороший человек. За два дня я это понял. Но ты не гоблин и никогда им не станешь. Поэтому если тебе придется выбирать между тем, что важно для тебя и моим народом, думаю ты пожертвуешь нами. Но ты — хороший человек. Ты будешь страдать, и тебе будет стыдно за свой выбор. И поэтому я расскажу тебе, что на самом деле случится через несколько дней.

Великий Шаман — плохой человек. И он тоже не гоблин. Мы для него ничего не значим. Для него свои — это черные эльфы. И он не задумываясь от нас избавится, когда мы перестанем быть ему нужны. А такое время наступило.

Для Великого Шамана самое главное — это он сам. Ты думаешь, что Йо-Йо тупой дикарь, который ничего не понимает. Я все понимаю. Я вижу шар над островом, вижу духов, которые поднимаются в небо, а потом переносятся по всей Мирте. Я знаю, что Великий Шаман — это эльф Рад Улиссо, который притащил в наш мир черных эльфов. И я знаю, что Ра-Ра хочет стать владыкой всей Мирты, а потом и других миров.

Ты думаешь, что нас ожидает битва. Нет, это будет не сражение между гоблинами и черными эльфами. Это будет великий ритуал, в котором нам всем отведена роль жертвы. И вы, маги с Эдема, тоже станете жертвами этого ритуала. А Великий Шаман, Эльф Рад Улиссо получит силы, которые позволят ему подчинить то, что скрывается в пещере на острове. К этому дню он готовился много веков подряд. И этот день грядет. Так что подумай, Блонда, над моими словами. Хорошо подумай. А я хочу насладится Великим Пиром, который состоится сегодняшней ночью. Последним праздником для моего народа.

Потом Йо-Йо встал и, понурив голову, ушел, а я осталась совершенно потрясенная словами вождя гоблинов.

Нет, какой подлец, — категорически высказала свое мнение Мариша, после того, как я вкратце передала ей содержание своей беседы с Йо-Йо.

Мы сидели за столиком, прислушиваясь к песням, смеху и пьяным выкрикам, сопровождающим Великий Пир. По здравому размышлению я решила не привлекать к обсуждению полученной от Йо-Йо информации никого из участников экспедиции за исключением сестренки.

Моя робкая попытка смягчить ситуацию, де, мол, может быть, вождь не все до конца правильно понимает, и на самом деле все не так мрачно, как может показаться на первый взгляд, натолкнулась на резкое неприятие со стороны Мариши. А уж когда к обсуждению подключился Демон Голубого Хамелеона со своим: «Я сразу заподозрил, что вся эта история дурно пахнет» … Тоже мне пророк нашелся, мне осталось только включится в обсуждение мер и действий, направленных на предотвращение превращения великого Шамана Ра-Ра в Черного Властелина.

К сожалению, ничего толкового в голову не приходило, ну разве что за исключением предложения Маришки: подойти сзади и треснуть предателя чем нибудь по голове. Объективно оценив свои силы, пришли к выводу, что нанести серьезный ущерб шаману при этом вряд ли удастся, он же защитными амулетами обвешен, как Новогодняя елка игрушками. А в случае неудачи Ра-Ра может что-нибудь заподозрить.

Меня всегда восхищали Маришкины формулировки типа — «что-то может заподозрить». Это после попытки покушения на жизнь. А может, наверное, и не догадаться, продолжила я логическую цепочку. Конечно, только при условии, что чем-то тяжелым по голове его неоднократно уже били. В детстве.

Дополнительным фактором неопределенности служило и то, что Великий Шаман до сих пор дрых у себя в вигваме, окруженном отрядом телохранителей. Хотя не далее, как несколько часов тому назад обещал провести ритуал инициализации для всех участников экспедиции.

Остановившись на варианте динамического саботажа. То есть при возможности совать палки в колеса и смотреть чем же все это закончится, мы с Маришей подвели итоги совещания. В число обязательных мероприятий попало недопущение проведения ритуала инициализации силами Великого Шамана.

Наверняка ментальную закладку подчинения внедрит в ходе ритуала, — заявил мой Советник.

После чего сестренка, прихватив с собой трехлитровый сосуд с брагой, отправилась доводить парней до кондиции, при которой инициация становится физически невозможной. Пьяным нельзя проводить подобный ритуал, любезно просветил нас Демон Голубого Хамелеона.

А я осталась попивать кофе, сидя за столиком на берегу озера, скрывающего величайшую тайну Мирты, и любоваться фейерверком энергетических сполохов. Не знаю, что ожидает нас в дальнейшем, но вот прямо сейчас я откровенно наслаждаюсь жизнью. Кофе, багровое небо над головой, радостный беспричинный смех со всех сторон и невероятно красивая картинка голубой сферы, парящей над островом. Дабы заглушить остатки своей совести, которые назойливой мухой требовали от меня немедленно куда-то пойти и что-то сделать по предотвращению грядущей глобальной катастрофы, налила себе еще одну чашечку божественного напитка и окончательно впала в нирвану. Опять же внутренний голос в кои веки меня полностью поддержал. Маришка и сама со всем пока прекрасно разбирается. Надо же сестренке оттачивать свои лидерские качества.

К сожалению, все самое лучшее в жизни рано или поздно заканчивается. Вот и сейчас. Не успела я и наполовину проникнуть в тайны бытия и Вселенские смыслы, погрузившись в блаженное самосозерцание, как тут же перед моими глазами возник Великий Шаман Ра-Ра. При этом настроение у Патриарха, судя по кислому выражению лица, в отличии от моего, было далеко нет благостным. «Наверное, кошмары снились», — предположил мой внутренний голос. А может он испытывает муки раскаяния, выдвинула в ответ я свою версию.

Вот уж нет, — подключилась к нашему мысленному диалогу сестренка, которая возникла из ниоткуда буквально через секунду после того, как Старый гоблин вышел из своего вигвама.

Это у тебя интуиция, так работает, — поинтересовалась я у сестренки, — новое умение появилось? Откуда ты узнала, что Великий Шаман проснулся и жаждит общения. Ты теперь можешь предсказывать поведение Патриарха?

Нет, это так работает наша с тобой розовая футболка, помнишь которую я сначала принцу Осе подарила, а потом забрала. Я пообещала подарить ее тому, кто будет мне докладывать о каждом шаге Великого Шамана.

Никогда не подозревала, что агентурную сеть так легко создавать. Это все магия, сестренка, — глубокомысленно заключила я.

Ну и где шляются ваши подчиненные? — Буквально зарычал на нас с Маришкой Великий Шаман. — Я же предупредил, что вечером буду проводить инициализацию. Все должны давно стоять здесь и ожидать меня. Вы что не способны выполнить простейшие мои приказы?

Странно. И куда подевался благодушный, мудрый Старый гоблин? Да тут даже великим эльфийским чародеем Радом Улиссо не пахнет.

— Какое-то чмо, — сделала свое заключение мыслесвязью Маришка. — Слушай, Блонда, а, может, его на острове кто-то типа вампира покусал и сейчас он превращается в монстра.

Нет, сестренка, это у нашего Великого Шамана в преддверии события, к которому он, судя по словам Йо-Йо, стремился несколько сотен лет, крыша начала ехать. Короче, проявляются истинные черты характера, отягощенного запущенной и нереализованной манией величия.

Так что, может быть, все-таки попытаться стукнуть его чем нибудь тяжелым по голове? — В который раз предложила свой рецепт разрешения ситуации Мариша.

Давай, все-таки чуть попозже, — постаралась притормозить я свою сестренку. — Посмотрим, как станут развиваться события. Все-таки с черными эльфами мы своими силами вряд ли справимся.

Не знаю, что там пообещал рядом стоящим папуасам Великий Шаман, наверняка, не розовую футболку, но через пару минут все парни из нашей экспедиции во главе с леди Тиной были представлены пред очами Патриарха. Услужливые гоблины, наверное руководствуясь чувством прекрасного, даже попытались выстроить моих однокурсников в одну линию. Но все их попытки расположить тела парней на одной прямой наталкивались на объективную преграду. Дело в том, что за исключением леди Тины, все остальные доставленные были омерзительно пьяны. Пьяны в той стадии, когда на ногах еще удавалась держатся, но стоять на одном месте не представлялось ни малейшей возможности.

— Как тебе это удалось? — Восхитилась я сестренкой. — Никогда не подозревала, что та самая брага из черных ягод, которую я две последние ночи потребляла литрами, могла дать такой ошеломляющий эффект.

— Это не моя заслуга, — призналась Мариша. Леди Тина проболталась, что у Джи в личных вещах есть коробочка с очень интересным порошком. Под условным названием «Расширяющий горизонты сознания». Ну а дальше дело техники. Причем, по моей информации на завтра даже голова болеть не будет.

— Интересный порошок, — согласилась я, с восторгом наблюдая за очередным пируэтом, который продемонстрировал барон Арнольд Келлер в попытке засвидетельствовать свое почтение Великому Шаману.

— А может быть, Блонда, ты и права. Еще немного и не надо будет никого бить по голове, — согласилась со мной сестренка, наблюдая за тем как физиономия Патриарха приобрела ярко выраженный багровый оттенок. Его, похоже, прямо сейчас кондрашка хватит.

Впрочем Великий Шаман быстро справился со своим раздражением. Щелчок пальцами — и все парни выстроились по струнке напротив него. Потом еще щелчок — на протянутой вперед левой ладони каждого возник деревянный шар. Временное хранилище для не привязанных духов, узнала я эльфийскую поделку. Из шаров появились разноцветные Духи, которые тут же впитались в тела молодых магов. Потом раздались крики боли, судорожные рывки, сменившиеся потерей сознания и безвольным оседанием на песок.

— Тем, кто выживет к завтрашнему утру, я дам дополнительные знания, — заявил Великий Шаман в полной тишине, обращаясь ко мне. А с тобой и леди Маришей я займусь обучением позже. Сейчас мне нужно кое-что вернуть из пещеры.

С этими словами Патриарх направился к стволу дерева, ведущему на остров, оставив нас размышлять, какую еще гадость можно ожидать от нашего внезапно оборзевшего лидера.

К счастью, ни утром, ни даже к вечеру Патриарх так и не вернулся. Да мне с Маришей особенно и некогда было думать о нем. Инициация у парней проходила совершенно неправильно. К обеду только Фуко пришел в сознание и сестренка тут же занялась им, на пальцах и своим примером помогая освоится с Духом.

По словам Демона Голубого Хамелеона, Рад Улиссо он же великий Шаман, использовал при инициализации парней процедуру, которая уже лет триста как была запрещена в Империи под страхом смерти. На самом деле, такой ритуал пользовался популярностью у чародеев запрещенных ныне магических Орденов. Ритуал инициировал новых магов, но одновременно позволял наставнику внедрять в голову послушников ментальные закладки, которые низводили новичков до уровня послушных рабов. Еще одним эффектом такого посвящение в маги было то, что после инициализации выживало не больше половины новичков.

К счастью, по словам Советника, неадекватное состояние моих однокурсников, с одной стороны, воспрепятствовало внедрению ментальных закладок подчинения, а с другой стороны, значительно снизило болевой эффект, который как правило и приводил к смерти молодых чародеев.

Объяснения Демона Голубого Хамелеон, дополненные предположением о том, что Патриарх все-таки попытается внедрить рабские ментальные закладки всем, в том числе, и мне с Маришей, в процессе обучения, смирили меня с мыслью о том, что все-таки в ближайшее время придется брать в разработку Маришкин план. Это который «чем нибудь тяжелым по голове». Я даже сделала определенные шаги на пути его реализации, вытащила из палатки бабулину статуэтку и привязала ее шлеей себе к поясу. Так, на всякий случай. Вдруг в подходящий момент ничего тяжелого под руку не попадется.

Впрочем, все эти мысли мелькали на периферии сознания. Главным было то, что парни продолжали валяться в коме без признаков улучшения. Поверхностное сканирование эмоций, которое провела Мариша, используя свой дар менталиста, показало, что всем им грезятся кошмары из числа тех когда испытываешь беспричинный ужас, а убежать никак не удается.

— Ничего страшного, — успокаивал меня Демон Голубого Хамелеона. — Это нормально. К завтрашнему дню должны прийти в себя. Ты бы лучше не о самих магах беспокоилась, а о Духах, которые к ним подселены. Они вот вот начнут себя осознавать и вместо того, чтобы вступить в связь с носителями почувствуют только бредовые кошмары пьяных магов. Как бы это не отразилось на психике.

— На чьей психике? — поинтересовалась я.

— Ну, в конечном счете, на твоей, во всяком случае, когда все утрясется и ты заполучишь в свою команду десяток не вполне адекватных магов.

Итогом этих страшилок Советника стало то, что Мариша, используя свои ментальные способности, по очереди вступала контакт с каждым из внедренных в парней духов, а потом транслировала им мои утешительно умиротворительные истории, которые я тут же на месте и придумывала, чувствуя себя воспитателем в ясельной группе. Истории, которые пыталась придумать для Духов непосредственно Мариша, были моментально забракованы, так как порождали ярко выраженные эмоции агрессии. Судя по всему, сестренка пребывала не в лучшем настроении, и это тут же сказывалось на окружающих. В результате, нам удалось погрузить всех парней в здоровый спокойный сон, а бонусом стало то, что Мариша приобрела способность без особого труда напрямую общаться с каждым из Духов симбионтов. И у меня сложилось впечатление, что последние в своей внутренней иерархии числят сестренку повыше, нежели собственных хозяев носителей.

Вот в этих заботах и прошел день. К счастью, для меня Йо-Йо, после нашей с ним откровенной беседы, которая состоялась сразу же после того, как Великий Шаман отбыл на остров, охотно подключился к заговору по свержению тирании Патриарха и взвалил на себя большую часть вопросов, связанных с организацией предстоящей битвы с черными эльфами. На удивление вождь продемонстрировал ярко выраженное стратегическое мышление и после того, как Мариша пару раз откровенно проиграла Йо-Йо в поиске наиболее эффективных решений, сестренка торжественно объявила вождя своим первым замом и переложила на него большую часть организационных вопросов, оставив за собой, как она заявила, стратегическое планирование. Короче, готовилась к возвращению Великого Шамана.

Глава четырнадцатая. Интерлюдия. История красотки Джо

Красотка Джо, пребывал в состоянии глубокой задумчивости, когда его нежные нервные окончания пронзил визгливый крик:

— Девушка, быстрее на выход, быстрее! Вставайте же!

Ответная реакция у Джо, как всегда, оказалась на высоте. И железный кулак встретил источник раздражающего звука прежде, чем вклинился голос рассудка.

— Ё-моё! — произнес голос.

Но рефлексы опять не подкачали. Взгляд автоматически прошелся на предмет забытых вещей, руки выхватили все, что плохо лежало. И тело, сгруппировавшись, вывалилось из кабинки колеса обозрения. Взгляд проводил устремившуюся вверх по очередному кругу кабинку и вернулся к человеку под ногами. Джо присел. Приложил два пальца к шее контролера, который так неудачно подвернулся под руку. Кровь застучала бодрым пульсом. Джо передвинул тело так, чтобы оно оказалось в тени:

— Полежи, тут, браток, отдохни немного. День будний — пассажиров немного, — и облегченно вздохнул.

И с чувством выполненного долга направился вглубь парка. Там в тишине, скрывшись от чужих назойливых глаз, можно было воспользоваться излишком кислорода и спокойно раскинуть мозгами.

Яркий летний день уже пережил свой зенит и вовсю звенел птичьим многоголосьем. Джон, пренебрегая лавочками, расположился прямо на траве под кроной внушительного дерева. Привалившись спиной к стволу, он сделал несколько расслабляющих дыхательных упражнения и усиленно зашевелил извилинами.

— Молодец, Маришка! Такую вкусную отбивную захватила. Еще теплая, — думал он, сосредоточенно двигая челюстями, активно разгоняя кровь по черепно-мозговым мышцам лица. Он не оставил без внимания ни одной детали. Оценил свежесть салата, остроту подливки, потерю хрустящих свойств у картошки и хлипкость одноразовых вилок. Подобрал чек за обед, выпавший из салфеток и аккуратно вытер руки. И перешел к расширению информационного поля.

— А что тут у нас?

— а— а— а, — разочарованно протянул Джон, разглядев в Маринкиной сумочке вместо десерта разводной гаечный ключ.

— Однако, дело принимает серьезный оборот, — огорчился он, вытряхивая содержимое из сумки прямо в траву.

— О, надо же, а вот и ключи от бабулиной квартиры нашлись, — уловил он характерный звон. Острый глаз бывшего спецназовца зафиксировал место падения ключей и не дал им потеряться среди зелени. А рука, не дрогнув, выудила добычу.

Ну, надо же, мы их повсюду ищем, а они тут валяются. — Он раскрыл ладонь, позволяя закатному солнцу поставить золотистый росчерк на гранях. — Смотри, Маришка, что я нашел. Я уверен, что теперь и наша Блондочка отыщется.

Джо поднял голову, но его взгляд наткнулся на пустоту. Если бы его подруга оказалась рядом, она бы, наверное, даже услышала, как сперва со скрипом заворочались извилины у него голове, а потом раздался щелчок, словно кто-то переключил тумблер.

Глаза парня подернулись пеленой, и он с силой их зажмурил, тряхнул головой, неожиданно хрястнувшись о дерево. После этого вдруг восстановилась ясность рассудка и пришло понимание серьезности ситуации. Он вновь взглянул на сумку одной подруги и ключи от квартиры другой, и мощные плечи согнулись под тяжелым бременем утраты. Он ощутил такое душераздирающее чувство потери, что стало трудно дышать, сердце бешено заколотилось, а руки крепко сжали сумку и ключи, — все, что ему осталось от девушек.

Глухой утробный рык раздался из его горла, заставив замолкнуть птичий гомон.

Казалось бы, что ему до этих девчонок, которые время от времени прибегали к нему со своими надуманными проблемами. Которым он никогда ни в чем не мог отказать, и всегда прикрывал своей грудью, даже в их самых безумных затеях. Он усмехнулся про себя, вспомнив манифестацию в защиту лемуров. Да, тогда, пожалуй, не он, а девушки прикрывали его, каждая своей грудью и практически обнаженной. Но то был исключительный случай.

И вот, что интересно, они были дороги ему, эти девушки, как очень близкие люди, как сестры, но никогда у него не возникало никаких чисто мужских чувств по отношению к ним. Да, он, пожалуй, вообще ни к кому из людей таких чувств не испытывал. «Не переживай — придет твое время, сынок», — утешала его бабушка Блонды».

Тогда на манифестации ему случайно под руки попался флаг радужной расцветки, и в порыве общего экстаза он накинул его себе на плечи. Слава защитника и борца за толерантность побежала впереди него. А поскольку девушки у Джо не было и не предвиделось, то общественное мнение укрепилось в своих догадках. И к нему потянулись убогие и обиженные. Да Джо и сам рад был протянуть руку помощи всем страждущим. До тех пор, пока бабушка Блонды, не взяла шефство над их компанией.

— Пора это паломничество прекращать! — Как-то сказала она строгим голосом, — ты — не красно солнышко, всех не обогреешь.

К тому времени Джо снискал себе известность компьютерного гения. Работа стала приносить немалые доходы, и он сменил унылую двушку на комфортабельные апартаменты. А оба своих увлечения соединил в одно, создав сайт для поддержки секс меньшинств. И скрылся за аватаром с ником Красотка. А после этого уже принимал заказы и раздавал помощь инкогнито и очень избирательно. Девушки же в шутку стали называть его Красотка Джо.

Гораздо позже Джо понял, что последние десять лет его жизни были во многом запрограммированы бабулей Блонды. А еще он сообразил, что за фасадом милой, улыбчивой и приветливой старушки скрывается личность с железной волей и колоссальными возможностями. Впервые Джо столкнулся с непонятным, когда задолбавшись найти себе место на гражданке, решил вернутся в армию и подписать контракт. Тогда подвернулась оказия встретился со своим бывшим ротным, хотел посоветоваться. Тот, к этому времени дослужился до полковника и занимал немалую должность в столичном гарнизоне. Тем не менее ротный не чурался подчиненных, с которыми побывал в горячих точках. Поначалу разговор в кафешке принял совершенно конструктивное направление. После ста пятидесяти коньяка, бывший командир пообещал всяческую помощь и даже предложил перевести сержанта Джо в свое подразделение. А потом у полкана зазвонила мобила. После минутного разговора по телефону полковник Иванов совершенно трезвым и очень настороженным голосом поинтересовался у Джо:

У тебя в подружках Блонда и Мариша числятся?

И услышав положительный ответ порекомендовал ни в какую армию не рыпаться, а присматривать за девчонками. Потом ничего не объясняя быстро распрощался и исчез.

Джо быстро сообразил, что его успехи в жизни и на финансовом поприще напрямую зависят от Блондиной бабули. И когда бабуля открытым текстом предложила поддерживать имидж гея, поскольку именно в таком качестве он сможет стать подружкой для Блонды и Маришки, отнесся к этому как к некой шпионской игре. Более того увлекся и постарался сделать ее разнообразной.

Сослуживцы на первых порах отнеслись к красотке Джо мягко говоря настороженно. Даже морду пытались набить. Впрочем после ряда профилактических бесед осознал и с воодушевлением включились в развлекуху. Именно они на первых порах и стали лицами сайта для толерантных, ну а история с несостоявшейся свадьбой между красоткой Джо и финном Хянни — полностью заслуга однополчан. Хорошо хоть и вправду в Лас Вегас не отправили, с улыбкой вспоминал Джо приколы своих друзей, обеспечивавших поддержку легенды Красотка Джо — гей.

Впрочем работа под перекрытием не мешала Джо искренне заботится о блондинках. И даже бабулина смерть ничего не изменила в его поведении. Он тщательно следил за Блондой и Маришей, убирая с их пути наиболее серьезные препятствия. Впрочем блондинки и сами могли за себя постоять. Того же Семена и наклонять не пришлось. Он и сам по себе бледнел при одном только упоминании имени Мариши.

Впервые жестокая неудача обрушилась на Красотку Джо, когда пропала Блонда. Он поставил на уши весь интернет, выискивая любую информацию, о том, куда и как могла исчезнуть подруга. Но все его усилия были тщетны. Последний след вел в строительную контору ООО «Духи Мирты», там же он и обрывался. Секретарша начальника подтвердила, что Блонда была у них на собеседовании, ушла ни с чем и больше не появлялась. В уверенных словах солидной дамы можно было не сомневаться. Тем более, что она продемонстрировала запись с камеры наблюдения, где Блонда выходила из дверей этой фирмы.

Джо замкнулся, ушел в себя, вернее в компьютерный мир, и перестал адекватно воспринимать реальность. И вот — результат, теперь пропала Мариша! А ведь она заходила, звонила, искала помощи! Он оказался слеп, недальновиден, и одна утрата спровоцировала другую.

Размазней Джо никогда не был. Он был сильным, волевым человеком. Сержантом в спецназе. Более того, за свои аналитические способности он, после срочной службы, получил предложение продолжить работу. Только Джо сытый военной подготовкой по горло, хотел прокачать мозги, найти себя. Ему намекнули, что такие предложения не терпят отказа. И служил бы он сейчас где-нибудь за семью дверями, если бы не бабуля Блонды. Благодаря ей, он остался свободным гражданским лицом и избежал участи секретного агента.

Она никогда не говорила о своем участии в его делах. Только перед самой смертью попросила:

— Береги девочек, Джо! Это — твоя главная задача.

Как будто знала, что тем грозит опасность.

Параллельно пробегавшим воспоминаниям, в голове у Джо созревал план дальнейших действий.

— Сперва — к колесу, а потом — в кафе, — решил он, возвращая содержимое Маришкиной сумки обратно. Только ключи от бабушкиной квартиры Блонды и чек из ресторана переместились в более надежное место — в карманы Джо.

На месте контролера возле колеса обозрения работала другая женщина.

— Плохо парню на жаре стало, в обморок упал, — охотно рассказала она. — я свои карусели закрыла, сама сюда перешла, а его домой отпустила.

А билетерша в кассе вспомнила девушку, которую описал ей Джо, и только, потому, что та поразила ее: купила аж 10 билетов.

— Смотрю я, в окошко, тихо, никакой компании нет, одна девчушка стоит. Подумала, наверное, остальные ребята ее в другом месте поджидали.

— Да, уж точно поджидали, — зло согласился с ней Джо. Зря он, конечно, того парня на колесе вырубил, может, он бы прояснил, для кого Маришка покупала билеты.

Он развернулся, чтобы уйти, нащупав в кармане чек за обед в ресторане из Маришкиной сумки, но услышал, что его зовут.

— Молодой человек, — махала рукой женщина с соседнего аттракциона.

— Вы случайно не про девушку на колесе спрашиваете?

— Да, — обрадовался Джо, — вы можете помочь? — Он живо нашел фото Маришки на своем мобильнике.

— Она, она, такую красавицу не перепутаешь, ноги от ушей, попа накачанная, как два шарика, модель, наверное, — с тихой завистью проговорила женщина. — Сама она была, я специально смотрела. Думала, может, конкурс у них какой, так полюбуюсь на красоток.

— Как сама? — опешил парень.

— Вот так — сама! Села и несколько кругов прокаталась. Вот только, я не помню на каком круге, — добавила она почему-то шепотом, — у нее гости объявились. И как подсели, я не видела. Мужчины, двое — это точно, но большего не скажу — далеко все-таки отсюда. Один на вас очень похож был. — смерила она взглядом Джо.

— И как выходили, не заметила: у меня тоже работа есть все-таки. Глянула — нет уже ни девушки, ни спутников ее. Только 10 кругов она никак не могла откатать. Это я точно Вам скажу, потому что я свои горки только три раза запускала, а колесо-то оно дольше крутится. Ну, что, помогла я Вам?

— Очень, прямо несказанно вам благодарен, — Джо даже галантно взял руку у смотрительницы горок, чтобы поцеловать, но решил отделаться рукопожатием.

— Да, что Вы, — смутилась та, — отдыхающих мало, катать особо некого, вот и глазеем по сторонам.

— Все-таки, она здесь с кем-то встречалась, — мысленно подводил итоги своих расспросов Джо. — И эти кто-то уволокли мою Маришу. Вот же, гадство! — Джо попытался воспроизвести в памяти недавние события, но даже не смог вспомнить, как сам очутился на чертовом колесе.

У него случались провалы в памяти, последний раз это было, когда вся их группа отмечала дембель в местом кабаке. Тогда он поспорил, что перепьет Вадика Горбушина. Алкоголь на него практически не действовал. Он никогда и не пил с ребятами. Все думали — принципы. А тут начали куражится и подначивать: «Давай, сержант, покажи класс!». На «слабо» давить. Вот он и завелся. После второй бутылки водки, третья у него вообще как вода пошла, только выпал он из окружающей действительности. Очнулся через час — весь мокрый, и память как отшибло. Друзья рассказали ему, что, выпив залпом третью бутылку, Джо начал дышать огнем. Пришлось его поливать водой и гасить, чтобы не спалил все на хрен. Все тогда решили, что это был фокус, как в цирке. Дескать, концентрация спирта в организме позволяла загораться выдыхаемому облачку, когда к нему подносили зажигалку.

Да, ладно, махнул сам себе рукой Джон, — не было никакой зажигалки. Точно, — он вдруг вспомнил этот момент, — не было ни спичек, и никаких зажигалок, просто он выдыхал пламя из горла, как дракон. Там даже на ком-то одежда загорелась. И ребята плеснули на него водой из графина с соседнего столика, а потом и еще пару ведер для верности. Блин! Он дышал огнем! Как это могло быть?

Голова начала раскалываться, как тогда после попойки. Но ведь странно: он уже давно не употребляет спиртного. Джо зашел в туалет и сунул голову под кран, немного полегчало.

Эх, с девчонками бы и в фонтан забрался для полного счастья, — вздохнул он, выходя на улицу. — Ну, что ж, придется попытать удачу в ресторане.

Джо вышел из такси прямо возле входа в заведение. Сверил надпись на вывеске с изображением на чеке и решительно шагнул внутрь.

— Недурственно, — огляделся парень. Это был не ресторан, а скорее, первосортное кафе для элиты.

И как положено в такого рода местах, перед ним мгновенно вырос официант:

— прошу Вас, — он собрался добавить еще что-то дежурное, но увидел в руках у Джона фирменную упаковку для еды на вынос и слегка побледнел. И это было его ошибкой. Потому что наметанный глаз Джо сразу определил виновника событий.

— Попался голубчик, — удовлетворенно хмыкнул Джо. И уставился не мигая на официанта.

Тот под давящим взглядом спецназовца стал лихорадочно вспоминать, чем был заправлен салат из этой упаковки, и не мог ли тот явиться причиной острой диареи у клиента.

Но потом нашел в себе силы, и указав глазами на свободное место у окна, сдержанно предложил:

— проходите сюда, пожалуйста.

Джон занял столик и демонстративно выложил на скатерть две пустые упаковки от обеда и чек. И, не отрывая взгляда от официанта, продолжал тянуть паузу. Работник зала затаил дыхание и впустил в ход свои профессиональные навыки. Очень вежливо обошел клиента и невозмутимо раскрыл перед его глазами меню:

— Что будете заказывать?

Джон нарочито медленно разгладил смятый чек и положил его поверх меню, постучав пальцем.

— Знакомый счет? — добавил он металла в голос и сурово свел брови.

Официант повертел перед глазами бумажку и стал преспокойно читать. Время, место, перечень блюд, их стоимость и количество, короче все, что было напечатано на чеке. Джон понял, что его драматическая пауза затянулась и не произвела должного эффекта. Мозги у него уже полчаса как напряженно работали, потому он не перешел сразу к мордобою, а очень внушительно произнес:

Спрашиваю один раз, кто оплатил чек?

Мужчина с кейсом. — Без запинки ответил официант

Он был с девушкой?

Да

С этой? — Джон вытащил мобильник и показал снимок

Да

А когда они отсюда ушли, и что вы можете рассказать о мужчине?

Служитель кафе пожал плечами.

Бывший спецназовец напрягся.

вы можете сами у него узнать все, что вас интересует

«Нет, все-таки я ему сейчас врежу», — подумал Джо, на всякий случай отодвинув подальше столовые приборы. И прошипел сквозь зубы:

— и каким же образом, позвольте узнать? Вы предоставите мне его домашний адрес или у вас есть номер мобильного?

Официант тоже, на всякий случай, сделал шаг назад, ответив не менее драматическим шепотом:

Лучше! У нас есть он сам, собственной персоной. — И указал на затененный угол возле бара.

Вот как! Премного благодарен. — Джо вложил купюру в меню и встал из-за стола. — Подайте два литра водки. И ведро воды к тому столику.

Воду минеральную или можно из крана, — не моргнув глазом уточнил работник.

На ваше усмотрение,

«Похоже, парень — не дурак и не паникер», — подумал спецназовец и добавил еще одну купюру.

— Действуйте по обстоятельствам. — проронил он, двигаясь в указанном направлении.

В угол. В котором агент Бейли, плюнув на формальности, расправлялся с бутылкой виски.

Специальный агент Лоран Бейли был фанатично предан своей работе. Его дотошность иной раз до посинения доводила канцелярских крыс и вышестоящее начальство. За двадцать лет безупречной службы у него не имелось даже легкого нарекания в работе. Он был примером для всех вновь прибывающих специалистов. О нем слагали легенды. Его репутация была высока а имидж идеален.

Он работал над ошибками. В месте, с которого они начались.

Конечно, первой его ошибкой в операции стало имя девушки. Блонда. Он неправильно назвал имя подруги в беседе. Ее звали Блонда, а не Светлана, как было указано в досье. И пусть его оплошность невелика, и даже спорна, — всего лишь не перепроверил данные из документов. Но именно она послужила стартовой точкой, с которой началась череда проколов.

Второй неверный шаг был совершен им вполне осознанно. Использование чужих тел применялось всеми и повсеместно, но было официально запрещено. Агенты всегда действовали на свой страх и риск. Потом, конечно, тщательно отрабатывали издержки — затирали память у объектов, восстанавливали поврежденные тела, наводили тень на плетень…

Но в данном случае Бейли посчитал, что цель оправдывает средства. Время поджимало. Возможность для благополучного перехода уменьшалась с каждой минутой. А тут так удачно подвернулся этот Джо! Только и оставалось подняться в его теле к девушке в кабинку на колесе и, распылив парализующий реагент, открыть портал.

Воспользоваться телом человека без согласия для выполнения секретной миссии дело, конечно, опасное, но допустимое. Но какого черта он решил, что ему сойдет с рук использование спецреагента при телепортации. При чем с эффектом стирания памяти в тройной концентрации.

— Не понимаю, — спецагент тяжело вздохнул.

Перед глазами так и стоял образ лорда Бэримора, окутанный потоком голубого сияния. Тот в последний момент ворвался из подпространства и выхватил из рук Бейли баллончик с реагентом. Потом всего несколько слов сказал его подопечной и они растворились в воздухе.

А его отправил опять сюда, в это кафе, где началось его позорное падение. Составлять рапорт.

— Это какие силы были задействованы, чтобы совершить точечный прокол в пространстве, — ужаснулся он уже не первый раз, и, тряхнув головой опрокинул очередные 100 грамм.

— Уволят, ха-ха-ха — уволят! Отправят в катакомбы добывать ордунг… Нет, катакомбы — это еще за счастье. Они могут дезинтегрировать меня. — Агент вздрогнул, и рука непроизвольно потянулась за добавкой.

Конечно, алкоголь не действовал на Бейли обычным образом. Однако, такая простая человеческая привычка помогала расслабиться, привести мысли в порядок и приятно обжигала горло.

Если бы он просто остановился и не лез на рожон. Дескать, ничего не получилось. Объект оказался не управляем. Данные в личном деле были неполные и ошибочные. Но он не мог позволить себе провалить задание. За двадцать лет безупречной службы у него не имелось даже легкого нарекания в работе. Он был примером для всех вновь прибывающих специалистов. О нем слагали легенды. Его репутация была высока, а имидж идеален.

Джо, приблизившись к столику, моментально оценил обстановку, махнув рукой, чтобы поторопить официанта. Нагло завалился напротив сидящего там человека. И вперился в него своим фирменным немигающим взглядом.

Оценил обстановку и Бейли, сразу же узнав Джо.

«Сперва развоплотят, потом дезинтегрируют, и так пять раз».

И решил следовать инструкциям до последней буквы. Достал синюю пирамидку из кейса, водрузил ее на стол. Сделал пасс рукой, чтобы она засветилась мягким неоновым светом и прикрыл салфеткой. Все, теперь и поговорить можно.

Джо, с интересом наблюдавший за манипуляциями соседа подумал: «Зачем надо было включать ночник, если и так светло, а, тем более, зачем потом его накрывать. Странный человек — носит с собой ночники. А для чего вообще человеку ночник»? Его мозги уже достаточно разогрелись после противостояния с официантом, поэтому быстро сделав умозаключение, Джо перегнулся через стол и зловеще спросил:

— Что, бои-и-шься?

Бейли вздрогнул и побледнел, этого он не ожидал.

— Да, не дрейфь, мужик, сейчас мы с тобой выпьем по маленькой, — официант подоспел как раз кстати («высокий класс», — подумал про себя Джо), — и ты мне все расскажешь. — Он вытащил из кармана мобильник.

Тут хваленое самообладание покинуло Бейли. Перед ним на столе лежал смартфон Блонды, который он так безуспешно демонстрировал ее подруге пару часов назад.

— Что за?..

Пей, — протянул ему один из графинов Красотка Джо.

Да, конечно, — согласился тот.

И влил в себя пол литра 40 градусной жидкости. Посидел, перевел дыхание, и выпил остальное. Поставив на стол пустой графин, сделал приглашающее движение рукой в сторону Джо.

«Держи лицо, — приказал себе Джо, — просто держи лицо». Правая бровь слегка приподнялась вверх в знаке крайнего удивления. Но на лице ни один мускул не дрогнул. Он взял в свои руки второй графин и недоверчиво покосился на официанта.

Тот как раз нес ведро с водой и остановился посреди зала. Очевидно, им в голову пришел один и тот же вопрос: не перепутана ли он тара.

Джо настороженно хлебнул из графина. Сивушный запах результата перегонки картофельных очисток рванул ему в ноздри. Горло приятно обожгло. Тогда он показал большой палец растерянному официанту и сделал выдох.

Набравший скорость официант не смог повернуть назад, когда спецназовец легко опустошил и второй графин водки. Но он проходил практику в Париже. Поэтому с достоинством подав ведро воды, не выплеснув ни одной капельки, мягко ненавязчиво поинтересовался:

— Госс-пода жжелают повторить?

Глава пятнадцатая. Поход на Остров

И снова я валяюсь без сна в своей палатке — одноместной универсальной офицерской, прислушиваясь к бушующему веселью пирующих на стоянке. Поскольку численность папуасов, принимающих участие в ночном празднестве, перевалила за две тысячи — ор стоял еще тот. И хочу уточнить, сегодняшняя ночь, это не та, когда Великий Шаман отбыл на Остров с целью вернуть себе таинственный амулет власти. Тот самый, который по словам Патриарха, необходим для успешного отражения атаки черных эльфов, а по нашему с Маришкой разумению, подкрепленному словами Йо-Йо — первейший атрибут в ритуале, после которого Великий Шаман, он же эльф Рад Улиссо, приобретет могущество Черного Властелина, а все окружающие, включая нас с Маришей, станут его покорными слугами.

Надо ли объяснять, что все последнее время мы всячески искали варианты, которые бы позволили предотвратить подобное развитие событий. Так вот, Патриарх отбыл на остров, и — с концами. Сегодня пошла третья ночь с тех пор. С одной стороны, туда ему и дорога. С другой, — растет общее состояние неопределенности. Целый ряд вопросов требует немедленного ответа. Вернется Великий Шаман или нет. Опять же по прикидкам Йо-Йо до прихода черных эльфов осталось в лучшем случае два-три дня, а потом война на полное уничтожение.

К счастью, помимо пьяных ночных бдений, папуасы в дневное время под руководством Мариши активно занимались мероприятиями, направленными на укрепление обороноспособности. Что-то рыли и учились воинственно ходить строем. По утверждению моего Советника — Демона Голубого Хамелеона, толку от этого всего в плане повышения боеготовности — ноль целых и ноль десятых, зато в дневное время гоблинам некогда было размышлять о предстоящей войне с черными эльфами и впадать в панику, а ночью с задачей «не думать» прекрасно справлялось перманентное продолжение пира.

К счастью, все парни, прошедшие магическую инициацию к этому времени пришли в себя и потихоньку начали осваивать свои вновь приобретенные способности. Лесные бароны поголовно стали стихийниками, у Анри Шварца проклюнулись навыки по работе с металлом. Принц Ося в первый же день научился создавать в земле небольшие углубления и быстро превратил площадку, примыкающую к нашим палаткам, в полосу препятствий, состоящую из рытвин и колдобин. После чего получил нагоняй от Мариши и проводил время в безуспешных попытках вернуть поверхность в исходное гладкое состояние. Ну, да пусть тренируется. Ему полезно. И только способности Джи вызывали у меня недоумение. Его серебристая аура до сих пор не проявила себя в конкретных действиях.

Так что к моменту появления черных эльфов, мы, учитывая потенциал руководства матриархатом, то есть меня Маришку и леди Тину, по силам соотносились с противником уже не на уровне первоклассника против чемпиона мира по боксу, а где-то как малолетние хулиганы, сцепившиеся с шайкой великовозрастных гопников, держащих район. То есть вполне могли пульнуть камнем из-за угла, а потом быстро смыться.

Да, какие-то бредово не патриотические ассоциации меня преследуют. И что самое обидное: ни одной рациональной мысли. Вот разве что окончательно выпотрошить змеючку, в шкуру с помощью магии закачать горячего воздуха и, построив дирижабль, начать сбрасывать на черных эльфов камни сверху. Ага, можно еще плеваться. Некстати вспомнилось земное — «Купить фанеры, построить «аэроплан» и свалить к Чертовой матери». Короче. бред полнейший.

Сродни предложению Маришки срубить еще пару-тройку лесных великанов и уронить на головы противника многочисленную флору и фауну верхнего яруса. Сама по себе идея не лишена определенной креативности, вот только боюсь, что без поддержки Великого шамана я смогу прорубить многометровый ствол разве что метра на два — три за раз. А бить туннели, способные ослабить тысячетонную конструкцию, с тем, чтобы она в нужный момент рухнула на врага, это все равно, что играть в русскую рулетку, забыв заменить в револьвере хотя бы один боевой патрон на холостой.

По всему выходило, что без поддержки Патриарха нам полный песец. А с возвращением Великого Шамана, заполучившего артефакт, нам тоже грозит полный песец, поскольку ничего умнее чем стукнуть Патриарха, по его прибытию чем нибудь тяжелым по голове, мы с Маришкой так и не придумали. И даже в случае успеха этой заготовки, мы возвращаемся к первому варианту с черными эльфами. То есть снова же к упитанному северному лису.

Хотя, сегодня вечером я извлекла бабулину статуэтку и прикрепила ее шлейкой к поясу. При этом демонстративно игнорируя возмущенные вопли Демона Голубого Хамелеона, который неровно дышит к бабулиной статуэтке. Вернее, смертельно ее боится. Решила в ближайшее время с ней не расставаться. Так, на всякий случай. Все же предмет продемонстрировал свои уникальные качества в части стукнуть кого по голове.

Эти печальные размышления, перемежающиеся сонной дремой, которую периодически разрушали вопли веселящихся гоблинов, были напрочь сметены Маришкой, бесцеремонно ввалившейся ко мне в палатку.

Сестренка как всегда была преисполнена необоснованным оптимизмом и жаждой деятельности.

— Блонда, быстро вставай, мы идем на Остров, — огорошила меня Маришка своим заявлением. — Надо на месте разобраться, что там происходит.

— Солнышко, — попыталась возразить я, — ты не забыла что мы и вчера и позавчера пытались уже это сделать. И чем все закончилось? Там такая ментальная завеса стоит, что у меня только об одном воспоминании о том, как мы пытались ее преодолеть, начинают зубы болеть. Напоминаю тебе слова Патриарха, что пройти защиту острова по силам только внекатегорийным менталистам. А ты у нас хоть и специализируешься в этом направлении, но до архимага тебе еще ой как далеко. Не говоря уж обо мне. Да у меня, после вчерашней попытки, никогда в жизни так голова не болела.

— Что, и после выпускного не так голова болела? — Заинтересовалась Мариша, которая иногда демонстрировала удивительную способность комбинировать совершенно несвязанные между собой вещи.

Я тяжело вздохнула и не стала развивать эту тему, хотя внутренний голос не преминул мне ехидно напомнить, что после окончания школы я впервые в жизни напилась до такой степени, что даже бабуля приступила к моему антиалкогольному воспитанию только через два дня. И, надо заметить, что с тех пор я на любых алкогольных мероприятиях прекрасно себя контролирую. Да и к молодым людям, которые демонстрируют пылкую влюбленность в меня с первого взгляда, после этого дня отношусь с изрядным скептицизмом. Ладно, не будем о печальном. И вообще это вовсе не я сломала на выпускном нашему первому школьному красавцу — Владу руку, когда застала его обнимающимся с Линкой. Во всяком случае фингалы он точно заработал от Мариши. А надо было сразу на другую сторону улицы перебегать, когда встретил через неделю сестренку. Мало ли что руки в гипсе. Ноги тот целы. И да, сестренка меня подловила. В то утро, после выпускного бала, мне действительно было гораздо хуже, нежели после вчерашней попытки преодоления ментального барьера, охраняющего остров.

— Да ладно тебе, Блонда, — продолжала настаивать сестренка. — Давай попробуем пойти туда ночью. Ты пойми, Блондочка, что я и сама могла бы попробовать пробраться на Остров. Но вот только там тьма всех этих животных, нападавших с кроны дерева. Я могу взять пару-тройку из них под свой контроль, а вот для остальных нескольких тысяч твой меч Джедая очень бы пригодился.

— Ага, можно подумать, что я тебя туда одну отпущу. — Прервала я рассуждения сестренки. — И перестань рассчитывать на эпохальную битву, в которой мы станем огненным мечом крушить орды чудовищ. Если нам и удастся проникнуть через завесу, в чем я лично очень сомневаюсь, то пробираться в пещеру мы будем на цыпочках, изображая из себя двух на смерть перепуганных ниндзя.

— Надо понимать, — вмешался мыслеречью в наш с сестренкой разговор Демон Голубого Хамелеона, — вы, леди Мариша, предполагаете, что ночью этот самый ментальный барьер сладко почивает, уставши от дневных трудов праведных. Ну что же — мысль свежая и не лишенная определенного изящества.

Похоже, мой Советник совершенно утратил чувство почтительности к сестренке, а заодно, возможно, и ко мне, предположила я. И, хотя в целом, я была согласна со словами Демона Голубого Хамелеона, решила чисто профилактически в ближайшее время провести с Советником определенные мероприятия, направленные на восстановление собственного реноме. Самым простым способом представлялось вешать кулон на ночь на бабулину статуэтку.

Впрочем, никаких воспитательных мер с моей стороны не понадобилось. Мариша в ответ на слова Советника обиделась и шарахнула таким эмоциональным ударом, что Демон Голубого Хамелеона взвыл и воззвал ко мне с истеричной просьбой: немедленно угомонить рассерженную сестренку, иначе мы его, Советника, потеряем. Короче, статус кво на ближайшее время был восстановлен.

Зная упрямство Мариши, я решила, что проще будет составить ей компанию в очередном неудачном походе на Остров, нежели пытаться объяснить, почему этого не стоит делать. Опять же и сна не осталось ни в одном глазу.

Выбираясь из палатки по привычке снесла центральную стойку, так что вся конструкция рухнула грудой ткни и только после этого подумала, а зачем собственно говоря я это постоянно делаю. Впрочем ответ был совершенно очевиден. Обрушение палатки приобрело некий сакральный смысл. Во всяком случае, как минимум два раза, это при столкновении с Большим Бымом и падением лесного великана, обрушение палатки предшествовало нашей сокрушительной победе. А кто я такая, чтобы игнорировать приметы на удачу. Кроме того, каждый раз после обрушения палатки Мариша направляла на работу по ее восстановлению принца Осю, аргументируя это необходимостью укрепления дисциплины в нашем отряде и закреплением уважительного отношения к правящему матриархальному триумвирату.

Я предполагаю, что если бы не утренняя рассеянность моей сестренки, то она проделывала бы аналогичные действия и со своим временным жильем. К дополнительным бонусам этой традиции несомненно стоило отнести и взрывообразное расширение словарного запаса у принца Оси. Не знаю, где ему приходилось все это слышать, то ли от папуасов, то ли воспоминания счастливого детства проклюнулись, но каждое утро, при очередном восстановление моей палатки, окружающие слушали все более изощренные матерные загибы со стороны принца Оси. Образовался даже некий клуб фанатов из числа гоблинов, которые по утрам собирались невдалеке от места его работы и восхищенными возгласами приветствовали наиболее удачные высказывания. Да что там папуасы, даже леди Тина, не говоря о парнях из отряда, пыталась незаметно от окружающих записывать реплики принца Оси, а мой Советник просил меня не очень далеко удалятся от палатки, дабы он мог обогатить свой лексикон новыми перлами. Короче, принц Ося на глазах приобретал широкую популярность и уважение в массах. Это тут же сказалось на его эго, придав принцу уверенность в своих силах и даже повлияло в лучшую сторону на его магические способности.

Багровый свет ночного неба Мирты прекрасно гармонировал с отблесками сотен костров, вокруг которых пиршествовали папуасы.

— Такими темпами они съедят все раньше, чем сюда заявятся черные эльфы. — Мелькнула в голове крамольная мысль.

— Не преувеличивай, — одернул меня внутренний голос, — одной змеюшки хватит не менее, чем на неделю. Пусть народ повеселится. Опять же изголодались бедные папуасы. Когда им еще такое счастье привалит?

— Да я это просто так бурчу, не со зла, — вынуждена была согласиться со своим внутренним голосом. — Пусть веселятся. Вот только одного не пойму. Если мяса на всех с запасом хватает, то как каким образом проблема алкоголя решается. Судя по градусу энтузиазма с которым проходит народное гуляние, на такое мероприятие никакой бражки не напасешься.

— Как там говорили классики у вас на Земле, — присоединился к нашему с внутренним голосом диалогу Демон Голубого Хамелеона, который наконец-то очухался после ментального удара Мариши и решил себя реабилитировать. — Очень ты, Блонда, далека от народа. Всю бражку еще вчера выпили, а черные ягоды, из которых ее готовят давно закончились и новый урожай можно ожидать не раньше чем через месяц.

И если бы не наш Джи, то сегодня все бы тоскливо фантазировали на тему предстоящей битвы с черными эльфами. И должен заметить, что подобные размышления ни коим образом не способствуют укреплению обороноспособности. Только вот наш Джи познакомил папуасов с одним из тайных рецептов торгового дома Джи и Дже. Рецепт позволяет из обычной требухи животного происхождения с помощью родовой магии Джентилле за считанные часы готовить отменное пойло. Теперь авторитет Джи у гоблинов сравнялся с таковым, которым обладает весь вместе взятый ваш правящий матриархальный триумвират. Гоблинши все котлы забили требухой. А Джи ходит от одного сосуда к другому, добавляет в каждый по щепотке какого-то порошка, потом что-то неразборчиво бормочет колдуя и через несколько часов можно сливать из котла вполне алкогольное пойло.

— Странно, — отметила я про себя очередную несуразицу. — По всем внешним признакам гоблины живут еще в каменном веке. Каменные наконечники копий, травяные юбки, вожди и шаманы. Только вот котлы у них — явный продукт современных технологий. Огромные бронзовые монстры с ярко выраженными следами заводской штамповки. И таких котлов в самом маленьком племени набирается не один десяток. Интересно, откуда такое богатство? Впрочем, неважно. Магия.

— Ага, — обрадовалась я, наконец, сообразив, почему у Джи такая странная аура — серебристого цвета. Это, оказывается, родовая магия так влияет. Ну а касательно поднятия авторитета матриархата — при необходимости поменяем в триумвирате леди Тину на Джи.

— А как же сам матриархат? — Попытался поддеть меня Советник.

— Что не так с матриархатом? — Удивилась я.

— Ну так Джи — мальчик, а при матриархате вся власть принадлежит девочкам.

— Тоже мне нашел проблему, — осадила я Советника. — При современном развитии хирургии и магической поддержке всегда можно лишнее отрезать, а недостающее добавить. Вот и получится из Джи Джила.

В любом случае приятно. Оказывается кроме принца Оси еще и Джи приобрел авторитет в среде гоблинов. Растут парни. А я как то это упустила. Надо бы и остальных подстегнуть в этом направлении. Впрочем, возможно, в этом и нет необходимости и я, например, недооцениваю популярность лесных баронов среди женской половины папуасов.

Развлекаясь словесной пикировкой с Советником я и не заметила, как мы взобрались на ствол дерева используя лестницу, которую я так старательно в нем вырезала. Неспешно шагая в сторону Острова, вскоре приблизились к невидимой границе, пересекая которую два предыдущих раза получали запредельный по силам ментальный удар.

Идти ночью по стволу лесного великана, освещаемого багровым ночным небом Мирты, не представляло никакого труда. К сожалению, мои навыки не позволяли мне в процессе движения использовать возможности, предоставляемые Зазой. Так что я была лишена счастья наблюдать прекрасный вид энергетических узоров, опоясывающих Остров. Поднявшись на ствол и остановившись, я минут десять рассматривала открывающийся вид, одновременно мысленно транслируя картинку Марише.

Совершенно завораживающее зрелище. Огромная голубая сфера, парящая над Островом и привязанная к поверхности толстым световым жгутом. Разноцветные пятна духов дрейфующих с поверхности Острова к сфере, с тем чтобы быть поглощенными через один из тысяч шестигранных лючков а затем исторгнутыми уже в грозди других духов и в портальной вспышке исчезающих, переместившись за мгновение на тысячи километров. Ауры монстров, мельтешащих по Острову в непрестанном стремлении сожрать себе подобного и не быть сожранным самому.

Как бы мне не хотелось оставаться на месте и часами рассматривать феерию цвета и форм, надо было двигаться вперед. Даже мне, человеку с определенными опасениями выходящему на балкон десятого этажа, ну что поделать — врожденная слабо выраженная акрофобия, не составляло никакого труда шагать по верху ствола толщиной в тридцать метров. К тому же, закругления, присущие всякому лежащему на боку цилиндру, справа и слева от высшей точки при таких размерах совершенно не замечались.

Да и как тут пугаться высоты, если всю тебя съеживает от одной только мысли, что еще несколько шагов и тебе будет больно. Очень, очень больно. Дополнительное возмущение вызывал тот факт, что мои спутники в лице Маришки и Демона Голубого Хамелеона относились к предстоящей экзекуции с философской отстраненностью. Ну с сестренкой все более менее понятно. Она маг менталист и в состоянии блокировать большую часть воздействия. А вот почему Советник спокоен, я не могла понять. Все таки он классический Демон, и, как у всякого демона, у него нулевая защита к ментальному воздействию. Недаром любой негативный ментальный эмоциональный удар Маришки, направленный на Демона Голубого Хамелеона, вызывает у того состояние истерики. А тут, хоть бы хны.

Сказать по правде, я догадывалась, в чем причина неуязвимости Советника к ментальному барьеру, окружающему Остров. Конкретно это заклинание, просто игнорировало демонов всех типов. В противном случае, у Духов, покидающих Остров в своих перемещениях по Мирте, возникли бы серьезные трудности.

Но всяческими подобными рассуждениями я пыталась отвлечь себя от мысли, что вот еще пару метров и бедной Блонде будет очень очень больно. После этого глубоко вздохнула и, обогнав Маришку, решительно шагнула вперед.

И что вы думаете? Мы совершенно спокойно преодолели условную границу защитного барьера, не испытав ни малейшего неудобства. Моему возмущению не было границ. Если честно, то я почувствовала себя полной идиоткой. Этакой капризюлей, которую взрослые уговаривают сделать укол, обещая, что будет совсем не больно, а девочка устраивает истерику не заметив, что укол-то уже и сделали. Для восстановления душевного равновесия надо срочно найти виноватого в своем не самом достойном поведении. Сестренку на эту роль в любом случае определять не буду. С Советника толку мало. Никакой моральной компенсации. Можно, конечно, обвинить во всем Патриарха, но непонятно, где он шляется и что с ним.

Размышляя подобным образом, сразу по пересечению границы ментального барьера, я остановилась, пристально вглядываясь и прислушиваясь, пытаясь обнаружить монстров, которые наверняка притаились где-то неподалеку и с нетерпением ожидают того момента, когда смогут полакомится вкусным мясом.

Драматизм текущего момента вдрызг разбил мой внутренний голос, который поинтересовался у меня:

— Блонда, а тебе не кажется, что в последнее время ты здорово поглупела? Сразу после того, как покинула Землю. Ты же совсем неплохо соображала раньше, а теперь постоянно тупишь и слишком эмоционально на все реагируешь. Даже не верится, что твойIQ был равен 140.

— Тяжело не согласится, — вынуждена была признаться я, и тут же обратилась к Зазе с просьбой показать энергетические потоки.

Окружающий мир тут же расцвел фейерверком красок. Помимо привычной гигантского голубого шара, на этот раз парящего просто над головой, проявилось еще одно грандиозное энергетическое образование. Весь Остров был укрыт куполом, который по непонятным причинам нельзя было рассмотреть снаружи, а вот изнутри он смотрелся половинкой огромного мыльного пузыря с дырой в том самом месте, в котором мы только что преодолели защитный барьер. Впрочем, беспокоится о том что мы сломали ментальную защиту Острова не приходилось. Прямо на глазах, отверстие, сквозь которое мы попали на остров зарастало, пока окончательно не исчезло.

Объявился и кандидат, виновный в нашем успешном преодолении защиты. Конечно, Маришкина теория о том, что ночью все будет хорошо полностью оправдалась, но первопричиной этому стала не ночь как таковая, а все та же бабулина статуэтка, которую я в последнее время таскала на поясе и которая в настоящее буквально обжигала все вокруг, выбрасывая в разные стороны рой плотных багровых сгустков. При этом сами сгустки летели в разные стороны по совершенно хаотичным траекториям, тщательно избегая контактов со мной и Маришей, буквально облетая нас с тем, чтобы атаковать все вокруг. При попадании сгустка на защитную пленку, последняя прогибалась, а самым крупным элементам удавалось проделать дыру в защитном заклинании.

Дополнительным бонусом от бабулиной статуэтки было то, что все островные монстры, судя по аурам, в ужасе разбегались от нас, преследуемые все теми же багровыми сгустками. Потихоньку энергетическая вакханалия, устроенная бабулиной статуэткой улеглась. Ее ослепительное сияние исчезло, оставив в картинке дополнительной реальности, создаваемой Зазой, черную дыру. Отверстия в защитной мембране затянулись, а монстры, в которых превратились животные после попадания на остров, вернулись к своим привычным занятиям — пожиранию ближнего своего. При этом особого стремления вернутся на ту половину Острова, на которой находились мы, чудовища не высказывали.

Мы с Маришей даже не стали ничего обсуждать, а просто понимающе переглянулись и продолжили свое путешествие в поисках входа в пещеру, куда три дня тому назад отправился Великий Шаман.

Глава шестнадцатая. Загадочная пещера

Постепенно голый ствол лесного исполина, соединяющий мостом стоянку гоблинов и Остров, заканчивался, переходя в крону.

— А вот интересно, почему это мы с таким трудом смогли преодолеть барьер даи то только с помощью бабулиной статуэтки. А всяческое зверье, напа'давшее на Остров с кроны рухнувшего дерева, прекрасно себя чувствует, — неожиданно поинтересовалась Мариша. — Им же все мозги барьером должно было выжечь.

— Тоже мне — бином Ньютона, — фыркнул молчавший до того Советник. — Этого зверья единовременно рухнуло на Остров тысяч десять. Вот защита и перегрузилась на время, поэтому каждой животине досталось не очень много. Хотя думаю, мозги им все же прилично поджарило, иначе не стали бы они друг друга так активно изничтожать. Раньше в кроне они ведь как-то сосуществовали. Если сравнивать картинку аур от Зазы двухдневной давности и сегодняшнюю, то их сейчас не больше тысячи осталось. Выжили самые крутые, сожрав остальных. Впрочем, наверное, в этом скорее всего духи виноваты, которые в тела животных подселились, — тут же опроверг сам себя Советник.

— Все-таки какая никакая польза от Демона Голубого Хамелеона в качестве Советника наличествует, — подумала я. — Только надо его все время держать в тонусе, чтобы не наглел и знал свое место в пищевой цепочке.

— Блонда, — одернул меня мой внутренний голос, — откуда у тебя такая агрессия? Ты же добрая девушка глубоко внутри.

— Действительно, — вынуждена быласогласиться я. И с подозрением посмотрела на бабулину статуэтку.

Как только в руки попадает эта вещица, сразу появляется желание кого— нибудь стукнуть по голове. И предыдущие примеры из жизни тому подтверждение. И вправду надо поосторожнее быть с бабулиной статуэткой. Мало ли что она в голову вложить может.

Между тем зеленое месиво веток, лиан, листьев резко встало перед нами стеной, заслоняя поверхность, лежащую далеко внизу. Мы все еще продвигались на высоте нескольких десятков метров над землей, только вместо роскошного деревянного шоссе, лежащего под ногами сейчас, нам предстояло преодолеть растительную мешанину, твердо намериваюшуюсяпомешать нашему передвижению вперед. Особенно крупные ветки вздымались почти перпендикулярногоризонтально лежащему стволу на многие сотни метров вверх. Их менее удачливые товарки, не выдержав тяжести дерева, обрубками торчали вниз. Приходилось тщательно выверять каждый шаг, чтобы не вляпатся в очередную ловушку, устроенную особо хитро переплетенными ветками и лианами.

Дополнтельную пикантность нашему путешествию придавал непрерывно падающий дождь из листьев и растительных обломков. Судя по всему, этот листопад не прекращался с того самого момента, когда дерево обрушилось на Остров. В результате внизу образовалась многометровая подушка из листьев. В перспективе она вполне могла недели этак за три добратся до основного ствола. По моим прикидкам оставшихся на ветках кроны листьев для этого вполне хватит.

Настороженную тишину, нарушаемую шуршанием падающих листьев и хрустом древесного мусора под нашими ногами нарушил отчаянный визг Маришки. По-моему, в последний раз она так кричала, когда пролила кофе на свое праздничное платье накануне школьного выпускного бала. Нет, тогда Маришка кричала громче, успокоила я сама себя, рассмотрев причину такой неадекватной реакции со стороны сестренки.

Причинаявилась в виде очаровательного паучка, в чью паутину со всего маху влипла Маришка. Прелестное создание недоуменно моргало всеми своими шестнадцатью глазенками, не предпринимая никаких агрессивных действий. Да знаю я, что у пауков восемь глаз и нет век, поэтому моргать они не могут, осадила я свой внутренний голос, который наверняка пытался меня язвительно поддеть. Ну так это не простой паучок, а местный мутант. Возможных критических поползновений со стороны Демона Голубого Хамелеона опасаться не приходилось. Свой визг Маришка подкрепила неслабым эмоциональным ударом, к счастью, направленным не на Советника, а так во вне. Так что тот только испуганно ойкнул и затаился.

Решив таким образом проблему внутренней оппозиции, я совершенно спокойным голосом — в какой то книжке прочитала, что безразличный тон помогает справиться с истерикой у собеседника — ага, еще рекомендуют пощечины надавать — тут же поддакнул мой внутренний голос, так вот совершенно спокойным и безразличным голосом поинтересовалась у сестренки

Ты чего визжишь, как будто тебя режут. Ты же всегда хвасталась, что пауков не боишься. Помнишь, как мы были в гостях у Лизки Меньшовой и ты вытащила из террариума, принадлежащего ее отцу, паука птицееда и посадила себе на руку. Потом оказалось, что укус этого паука хоть и не смертелен, но очень болезнен и вызывает судороги. И нас перестали пускать к Лизке домой.

Ага, тут же возразила мне сестренка, потихоньку приходя в себя. Но тот паук был диаметром с блюдце, а этот размером как щит у гоплитов, — никогда не подозревала что Маришка заморачивалась вопросами вооружением у древних греков. Во всяком случае, стал понятен ее энтузиазм на поприще военного лидера нашего матриархального триумвирата.

И смотрит он на меня, как извращенец педофил на очередную свою жертву, которую собирается лишить девственности.

Мое богатое воображение тут же попыталосьвоспроизвести эту картинку, особенно в части того, как паучку, прежде чем лишать кого-то чего-то, надо будет это чего-то прямо на месте восстановить. Своими соображениями я тут же не преминула поделится с сестренкой. К сожалению наш дружный хохот испугал паучка, который стремительно удрал, решив не связываться с двумя великовозрастными идиотками.

А знаешь Блонда, — поделилась со мной своими опасениями Мариша, после того как мы отсмеялись. — Наверное, теперь я стану боятся и совсем маленьких паучков

Да, ладно, не переживай, — успокоила я сестренку. — Вот у меня акрофобия, у тебя теперь будет арахнофобия. Должено же быть у таких красивых и умных как мы с тобой хотя бы по одному незначительному недостатку.

Последующие два часа протискивания сквозь переплетение веток и лиан помимо шороха падающих листьев и хруста веток под ногами, нарушались разве что отдельными нецензурными репликами со стороны Мариши. Судя по всему, она тоже попала в число фанов принца Оси. Надо прекращать шутку с палаткой, потребовала я сама у себя.

Наша настойчивость, в конце концов, позволила нам приблизится к центру Острова, к тому самому месту, из которого бил толстый энергетический жгут, держащий на привязи голубую сферу. Картина, открывшаяся нашим глазам, потрясала воображение. Даже без помощи Зазы мы увидели круглую площадку, идентичную той, на которой очутились пройдя портал с Эдема на Мирту. Только эту площадку образовывала не черная базальтовая глыба а огромный малахит, глубокого зеленого цвета.

По краю площадки располагались статуи кошмарного вида существ, отстоящие друг от друга на несколько метров. В отличии от однородной малахитовой поверхности самой площадки, статуи были выполнены из самых разных по цвету и фактуре материалов. Тут присутствовали отчаянно дикие цветовые сочетания. Даже предположить не могу, из чего были созданы некоторые статуи. Вот та голубая — наверняка отлита из металла, а белоснежная — скорее всего, мрамор. По поводу темно фиолетовой даже гадать не буду. Не смотря на разнообразие форм, цветов и материалов, все статуи объединяло между собой нечто общее. Вид любой из них должен был оставлять в психике нормального человека неизлечимый шрам, ту самую психологическую травму, которая заставляет вскакивать по ночам от ужаса, обливаясь холодным потом. К счастью, утешила я сама себя, глядя на Маришку с восторгом рассматривающую сию кунсткамеру чудовищ, сестренке это на угрожает. Да и я сама как нибудь переживу. Никогда не отличалась излишней впечатлительностью.

Помимо внешнего кольца, представленного статуями неизвестных монстров, в наличии на площадке присутствовало еще семь концентрических кругов. Правда, в отличии от внешнего кольца они не представляли из себя ничего запредельно экзотичного. Просто кольца, образованные густо вырезанными на поверхности малахитовой глыбы иероглифами. Если предположить, что иероглифы имеют отношение к рунической магии, то судя по числу иероглифов, их размерам и сложности, заклинание, которое они должны были описывать приближается к чему-то из арсенала Демиурга. Того самого, который между делом балуется сотворением Миров.

Как и в месте нашего приземления на Мирту, площадка была совершенно чистой от любого инородного хлама. Сам ствол лесного великана упал невдалеке от площадки, а те ветки, которые судя по виду обрубков, должны были располагаться над ее поверхностью просто отсутствовали. Складывалось впечатление, что все инородное, оказывающееся над контуром площадки тут же бесследно исчезало. Впрочем, вскоре мы получили наглядное подтверждение этому предположению Приличный по размерам обломок ветки рухнул откуда-то сверху и, претерпев ряд столкновений с нижележащими объектами, изменил траекторию своего вертикального падения и попал за абрис малахитовой глыбы. Мгновение — и он просто исчез.

Могли бы и световые эффекты добавить, — высказала свое недовольство Маришка, наблюдая за исчезновением прямо в воздухе очередного обломка. Красивее было бы. Особенно, если бы цвета все время менялись. Лучше фейерверка. Халтурщики, — сделала свой окончательный вывод Мариша, а потом поинтересовалась у меня. — Блонда, а если мы с тобой туда пойдем, мы тоже исчезнем? Не хотелось бы. Но если я не ошибаюсь, нам туда, прямо в середину.

Не трудно было понять, что сестренка имела ввиду. Прямо в центре малахитовой глыбы стояла средней величины беседка. Двенадцать малахитовых колон располагались по кругу на расстоянии двух метров друг от друга, а небольшой полупрозрачный купол, лежащий на этих колоннах, прикрывал лестницу, уходящую вглубь.

Гарантирую, что это вход в ту самую пещеру, о которой говорил Патриарх, — продолжила Маришка. — Только он совсем не упоминал про площадку. И вообще я думала, что речь идет о какой-то естественной пещере. А тут явно чья то разумная голова руку приложила. И подозреваю, что к людям эта голова не имеет никакого отношения.

Анализ ситуации, проделанный Маришей, заставил меня гордится сестренкой. Все-таки умница она у меня. А всякое воинственно наносное, это так, образ, скрывающий острый аналитический ум. Правда, следующие слова Мариши заставили меня усомнится уже в собственном анализе.

Блонда, — предложила сестренка, — да ну ее эту зеленую гадость. Давай другую пещеру поищем. Мало ли их на острове может быть. Остров то большой. Вдруг и найдем. Мне сюда соваться совсем неохота. Как представлю, что Великий Шаман туда отправился и нет больше с нами великого Шамана.

Возможно леди Мариша не так уж и неправа, впервые за время нахождения на Мирте поддержал сестренку Демон Голубого Хамелеона. — может, не стоит рисковать. В конце концов, мы можем вернуться и дать бой черным эльфам.

Ага, — сообразила я, — надеешься, что даже в случае нашего поражения ты достанешься в наследство кому нибудь из победителей, разоблачила я Советника. — Предатель.

А вот и нет, — искренне возмутился Демон. — Я просто, в отличии от некоторых здесь присутствующих, могу просчитывать последствия принятых решений. И считаю, что если с черными эльфами у нас и есть некоторые шансы, то попытка пробраться в эту пещеру ни к чему хорошему не приведет.

Впрочем, наша дискуссия тут же прервалась в силу совершенно естественных причин. Я, наконец, сообразила попросить Зазу включить мне энергетическое зрение. Все-таки туплю не по-детски. Наверное, бабулина статуэтка виновата.

Картинка, которую я тут же транслировала Марише, заставила и ее и Советника тут же поменять свою точку зрения. Во-первых, в энергетическом спектре исчезновение предметов, попадающих за абрис площадки, сопровождалось теми самыми разноцветными световыми сполохами, на отсутствие которых жаловалась сестренка. Реально очень красиво, учитывая что тот самый энергетический жгут, на котором болтается голубая сфера, находится буквально в паре десятков метров от нас. Вблизи стали видны разноцветные волны, пробегающие по нему. И излучает этот жгут полупрозрачный купол над малахитовыми колоннами, окружающими вход в пещеру. А еще буквально вся зеленая каменная площадка генерировала небольшие сгустки, тех самых Духов, которые стремительно улетали вверх, подобно пузырькам газа в бокале шампанского, заканчивая свое движение в многочисленных лючках голубой сферы.

Но не эти красивости заставили моих спутников поменять свою точку зрения. Прямо к лестнице, находящейся в центре площадки, вела ярко выраженная тропинка, начинающаяся у края малахитовой глыбы. Тропинку защищал арочный туннель, отчетливо видимый в дополнительной реальности. И самое главное, на тропинке явственно были видны следы человека, которомубез сомнения удалось добраться к лестнице.

Однозначно Патриарх, — сделала заключение Маришка, — только у него ласты сорок четвертого размера, и еще он косолапит при ходьбе. Правда, непонятно почему он босиком разгуливает, у него же мокасины были. Наверное обуть забыл, когда на Остров собрался.

Слова сестренки повергли меня в изумление. Никогда не замечала за ней наблюдательности, свойственной лишьпрофессионалам, типа Чинганчгука Большого Змея. Последующую вслед за этим дискуссию между Маришкой и Советником, посвященную вопросу о том — остались ли следы на тропинке в силу того, что Великий Шаман нерегулярно моет ноги, или это результат его запредельной внутренней энергетики, я демонстративно проигнорировала, отметив про себя, что в перепалку постоянно вмешивается мой внутренний голос, совершенно обособившийся от меня, как от своей основы. Надо с этим что-то делать, решительно заявила я сама себе, поскольку это уже не шизофрения и даже не раздвоение личности, хотя бы в силу того, что при раздвоении личности эти самые личности обычно не вступаю между собой в пререкания. Подумала и решила оставить эту проблему на потом.

Спуск со ствола вниз не представил особой сложности, сопроводивший лишьдюжиной новых загибов из уст Мариши: она умудрилась сорваться с лианы, по которой мы сползали со ствола на поверхность Острова. К счастью, сестренка упала не выше чем метров с двух, что позволило ей полностью сохранить физическую кондицию и окончательно испортить настроение, значительно подорванное спором с Советником относительно природы отпечатков ног Патриарха на тропинке. Спором в котором она проиграла с разгромным счетом. Впрочем стороны решили подвести окончательный итог на основании эксперимента, который заключался в том, что они посмотрят на следы, которые останутся на тропинке после того, как по ней пройдусь я. При этом от меня в категорической форме потребовали снять обувь и подтвердить, что я мыла ноги не позже, чем накануне вечером, отправляясь в палатку спать.

Ну вот, а я еще беспокоилась о том, что бабулина статуэтка вызывает повышенную агрессию. Судя по Марише и Советнику, она в первую очередь приводит к умственной неполноценности. Вкратце поведав своим спутникам то, что я о них думаю, я быстро приблизилась к краю малахитовой плиты и не раздумывая ступила на тропинку. Конечно, обувь я и не подумала снимать. К счастью, вблизи тропинка была видна невооруженным взглядом, что значительно упростило нам жизнь, поскольку видеть в движении энергетическую картинку мы с Зазой до сих пор так и не научились.

Тезис о том, что с умственными способностями в нашей группе не все в порядке тут жеблестяще подтвердился. Мои сапожки, которые верой и правдой служили мне все это время, с тихим шипением исчезли, как только я сделала свой первый шаг по дорожке, ведущей к лестнице в пещеру и я почувствовала голыми ступнями прохладную каменную поверхность.

А все потому, что ты, Блонда, не прислушиваешься к моим Советам, — не преминул съязвить Демон Голубого Хамелеона. — Согласилась бы на эксперимент и обувь целой была бы.

Хорошо, хоть остальная одежда на месте, — философски утешила меня сестренка, снимая свою обувь. — Не переживай Блонда, в крайнем случае сплетем тебе лапти, когда пойдем назад. Зато мы теперь знаем почему Великий Шаман оставил на тропинке следы голых пяток. Блонда, а ты умеешь лапти плести? — забеспокоилась Мариша. — Если нет, то мы что нибудь другое придумаем.

— Пошли уже, выдумщица, — обреченно махнула я рукой. Нам сначала в пещеру попасть надо. Потом будем думать, как назад возвращаться.

К моему глубочайшему удивлению нам удалось достигнуть входа в пещеру совершенно без эксцессов. Правда, где-то посредине сестренка потребовала остановиться и осмотреть тропинку спомощью Зазы. Оставленные нами с Маришкой следы однозначно указывали на правоту Советника. Обычные энергетические отпечатки. Сестренка возмущенно фыркнула и едва слышно пробурчала: “Все равно у него носки воняют. И сам он гад редкостный”.

Следующую остановку мы сделали уже под полупрозрачным куполом, непосредственно перед лестницей, ведущей, как уже стало совершенно ясно, в рукотворную пещеру. Я снова попросила Зазу показать энергетическую пикчу. Отсюда, непосредственно под куполом из которого произрастал жгут, привязывающий голубую сферу, стало видно, что сам жгут представлял из себя некую полую трубку, по которой к сфере время от времени устремлялись огромные сгустки. Сами сгустки медленно формировались на поверхности купола, а достигнув критических размеров устремлялись вверх, напоминая чем то изображение лифтовых кабинок в небоскребе, созданном из стекла. Стало не то чтобы понятно, но, во всяком случае, наглядновидно назначение малахитовых колон, поддерживающих купол. Непосредственноизнутри беседки, в дополнительной реальности удалось рассмотреть, что сами колонны уходят глубоко вниз, не удивлюсь, если прямо к магме. И оттуда, из раскаленных недр, по ним, как по проводящим кабелям, устремляются потоки энергии, трансформирующиеся в те самые сгустки.

Впрочем и механика и энергетика всей этой колоссальной конструкции в настоящее время меня беспокоила меньше всего. Я с опасением разглядывала лестницу, которая спиралью уходила вглубь Острова и по которой нам предстояло спустится. Сама пещера далеко внизу излучала огненно багровый свет, который так любят демонстрировать в своих роликах начинающие операторы из Нейшенел географик, снимая репортажи об извержении очередного вулкана.

Не могу сказать, что это было просто. Впрочем, через полчаса, обогатившись очередными перлами из репертуара принца Оси, мы с Маришей достигли огромного зала. Вопреки моим опасениям ничего демонического из списка — лава, преддверие ада, черти с котлами, в которых варят особо опасных грешников в пещере не было представлено. Более того, окружающий интерьер однозначно можно было отнести к стилю Техно. Пещера была густо уставлена многочисленными аппаратами и конструкциями футуристического дизайна и в большинстве своем совершенно непонятного назначения. Ровный матовый свет излучали огромные световые панели, аккуратно в шахматном порядке подвешенные к потолку. Ну а касательно багрово огненного цвета, так ведь мало ли у кого какие индивидуальные вкусы и предпочтения.

Судя по всему, мы попали в некий центр управления огромным то ли научным, то ли военным комплексом. Подтверждением тому служили и гигантские голографические экраны, закрывающие большую часть стен этого гигантского зала. На экранах демонстрировались самые неожиданные сцены. От изображения отдельных участков на поверхности Мирты, Эдема и даже Земли. А где как не на Земле может находится Эйфелева башня, с толпами разношерстных туристов преимущественно азиатской наружности. И готова поспорить на что угодно, что изображение на экране не что иное как онлайн трансляция, действительность в реальном времени. Впрочем, эта картинка терялась на фоне другой, на которой невообразимонавороченный звездолет, расстреливал световыми импульсами нечто напоминающее черную дыру. Я, конечно, никогда воочию черную дыру не видела, тем паче, что она по определению не наблюдаемая, но сейчас ее без сомнения узнала.

Судя по всему, цивилизация, создавшая все это, относилась к техногенному типу и опережала Земную не очень на много. Так, лет на триста. Световых. Во всяком случае, о назначении некоторых из многочисленных агрегатов, представленных в зале, я могла выдвинуть вполне корректные предположения. Впрочем с позиции мышек, попавших на прием в королевский дворец, все богатство окружающее нас терялось на фоне обыкновенного офисного кресла и стола в центре зала. В кресле за столом сидел наш Патриарх и время от времени бился головой по матово белой пластиковой столешнице.

Глава семнадцатая. Наследие Титании

Для того чтобы добраться к столу, за которым Великий Шаман тренировал свои мозги на предмет ударопрочности, предстояло пересечь половину огромной рукотворной пещеры плотно уставленной самыми невероятными конструкциями, механизмами, объектами поражающими своим видом, формами, дизайном, — все, стоп. Ну, нет у меня подходящих слов для того, чтобы адекватно описать внутреннее содержание и внешние проявления всего того, что открылось нашим глазам. Наверное, именно поэтому я так стремительно направилась к Патриарху. Стол, кресло и сам эльф выступили своеобразным якорем для психики, который не позволял потерять ощущение реальности и заблудиться в дебрях иррационального.

Эко меня по мозгам шибануло. Давно в голове у себя не встречала таких идиотских мыслей, — подвела я итоги собственного психоанализа и с подозрением посмотрела на бабулину статуэтку. Наверняка сновабезобразничает.

Та прикинулась ветошью и старалась не отсвечивать, сменив свой привычный антураж черной дыры (ну теперьхотя бы понятно, почему мне почудилось нечто знакомое в картинке со звездолетом) на огненно багряную маскировочную окраску. Наверное, под цвет стен.

Интересно, а как Мариша воспринимает окружающую действительность. Надеюсь, она не станет заниматься психоанализом. Мои опасения тут же развеялись словами сестренки, которая первым делом обратила мое внимание на то, что среди толпы туристов, взбирающихся на Эйфелеву башню (это на том самом голографическом экране, который показывал сцены с Земли) вышагивает Ким Ли — наш однокурсник по универу. К счастью, ракурс съемки вскоре изменился и мне удалось отвлечь Маришу от проблемы: “ктоэто за девушка, которую Ким так бережно держит под руку”.

В принципе я могу понять сестренку. Ким входил в ближайший круг ее воздыхателей, то есть тот, в котором числилась первая пятерка парней, потерявших голову от ее несравненной красоты. Я сама развлекалась аналогичным образом. И сестренка достаточно ревностно относилась к соперницам, которые пытались посягнуть на принадлежащее ей. Но все-таки сейчас не время и не место выяснять имя гипотетической разлучницы.

Ни звездолет, ни изображение совершеннобезумно ужасного монстра, пожирающего человекообразного аборигена, ни даже пирамида, на вершине которой жрецы совершали кровавый ритуал прямо в режиме он лайн не произвели на сестренку должного впечатления. Все это, как впрочем и десятки других не менее познавательных мувиков, удостоились разве что пренебрежительного фырчанья и заявления о том, что в семнадцатой серии Звездных войн можно увидетьэффекты покруче. А вот монструозная трехметровая конструкция, напоминающая доспехи рыцаря переростка, заставила Маришу буквально застыть на месте.

— Блонда, — с жалостливым тоном осведомилась у меня сестренка, — а ты не знаешь, где тут таблички с ценами, может быть, мы сможем насобирать денег, чтобы это купить?

Она простообескуражила меня своими словами.

Пришлось задать несколько уточняющих вопросов, чтобы прояснить ситуацию. Оказывается, в отличии от меня, убежденной в том, что мы попали в управляющий модуль продвинутой техногенной цивилизации, сестренка ни на секунду не усомнилась, что все это — гигантскийэкспоцентр по продаже различных неликвидов. А предмет, который привлек ее внимание, по ее же утверждению, обычный экзоскелет, в котором можно быстро бегать, высоко прыгать и между делом сокрушать пачками черных эльфов.

Пообещав сестренке что нибудь придумать, мне удалось удержать ее от попытки забраться внутрь инопланетного объекта. А потом еще несколько раз отвлечь от немедленного изучения сначала предположительно рельсотрона, диаметр ствола которого наводит на мысль, что его вероятные противники имеют размеры сравнимые с авианосцем типа “Нимиц”. Да знаю я, что у этого вида оружия не бывает ствола, на то он и рельсотрон.

А потом вообще от какой то невообразимой хрени, в которой Маришка тут же признала термоядерную электростанцию. Если кто-нибудь поинтересуется моим мнением, то эта, так называемая, термоядерная электростанция больше всего смахивала на одну из чудовищных статуй, установленных по периметру малахитовой площадки. И была извлечена оттуда по настоятельной просьбе остальных монументов, которые коллективно впали в ужас при виде этого творения безумного скульптора.

Наконец, ценой невероятных усилий, фокусов с элементами психологического отвлечения внимания и подталкиванием в спину, мне удалось дотащить сестренку к столу, за которым восседал Патриарх.

Удивительно, что наше появление прошло без какой-либо ощутимой реакции, на которую я грешным делом рассчитывала. Великий Шаман бросил на нас с Маришкой мутный взгляд исовершенно равнодушно продолжил свое увлекательное занятие.

— Что это с ним? — Поинтересовалась сестренка, которая перестала вертеть головой во все стороны и прекратила попытки детально рассмотреть все чудеса инопланетной технологии. Её тоже, наконец, удивило странное поведение Патриарха.

— Блонда, может, он голодный, давай я ему половину шоколадного батончика скормлю, — со вздохом заключила она.

— А почему половину? — Заинтересовалась я. — И вообще откуда у тебя шоколадный батончик? Я точно помню, что в списке продуктов, которые мы составили сразу после попадания на Мирту, шоколада не было.

— Вторую половину я съем сама, — ответила сестренка, — очень хочется местного шоколада попробовать. Это меня Джи угостил. Он сначала решил, что это — его личная вещь. Потом передумал и отдал мне. Ну после той истории с футболкой принца Оси. Причем, заметь, добровольно и без всяких понуканий с моей стороны. Я просто случайно задержала на нем свой взгляд. Не пойму только, почему у него при этом руки дрожали. Наверное он тайно в меня влюбился.

— Нет, — решила я немного подумав. И пришла к выводу, что ятоже ужасно соскучилась по шоколаду, — мы поступим немного по-другому. Половинка батончика — тебе, вторая половинка — мне.

— А что, с Патриархом не будем делиться, — удивилась сестренка.

— Кто такой Козлевич, чтобы с ним делится? Я не знаю никакого Козлевича! — не смогла я удержаться, цитируя моего любимого Булгакова, написавшего «Золотого теленка». И вот только не надо мне лапшу на уши вешать про юного косноязычного журналиста Ильфа и сотрудника НКВД Петрова, вся связь которого с то ли с Мельпоменой, то ли с Каллиопой ну или с Талией (разобраться с вопросом — кто из муз за что отвечает в части писательского дела по прошествии веков практически невозможно) сводилась к наличию брата писателя. Того самого Катаева.

Сестренка окинула подозрительным взглядом Великого Шамана, пытаясь углядеть в нем черты незнакомого ей Козлевича и однозначно согласилась с моим принципом дележа вкусняшки.

Но видно у Патриарха тоже была слабость к сладкому. Во всяком случае, он прекратил биться головой о стол и молча, словно напрочь забыв о нашем существовании, уставился на шоколадный батончик в руках Мариши.

Его холодные, безэмоциональные глаза, резко контрастировавшие с его же полубезумным поведением, заставили нас вздрогнуть и немного повременить с дележом сладости. Некоторое время мы так и играли в эти неправильные гляделки, пока Шаман не опустил глаза и неожиданно его взгляд уперся в бабушкину статуэтку. Он презрительно сморщился и пробормотал себе под нос: «Стеллино отродье… Как я только сразу не догадался. Теперь понятно, как им удалось попасть на Остров. А я думал, что подохну тихо и спокойно, в одиночестве.»

Нельзя сказать, что я осталась равнодушной к «Отродью Стеллы» — похоже Патриарх таким образом оскорбил то ли меня, то ли Маришку, а, скорее всего, нас обеих. Но я решила уточнить этот вопрос после того, как проясню перспективу Патриарха сдохнуть в нашей компании. Основной акцент перенеся на вероятность составить ему компанию в этом мероприятии. Возможно ли, что его кончина предполагается в индивидуальном порядке, и каков шанс у нас с сестренкой избежать его мрачные ожидания. Все-таки наше нынешнее местоположение внушало мне определенные опасения.

Похоже, смятение ума в этой ситуации охватило не только меня но и сестренку. Иначе чем еще можно объяснить то, что Мариша тяжело вздохнув разломала шоколадный батончик на две половины и вручив мне одну из них протянула вторую половинку Великому Шаману Этот поступок спровоцировал неожиданную реакцию. Патриарх суетливо сорвал остатки обертки а потом жадно, буквально одним движением, проглотил лакомство. Ну и что в этой ситуации мне оставалось делать? После того как эльф съел и вторую половинку шоколадки, он несколько оттаял и буквально в двух словах описал нам всю глубину той задницы в которой мы оказались.

Как и всякий уважающий себя сказатель, Великий шаман начал изложение с освещения давно прошедших событий. Оказывается, ранее мы были знакомы с урезанной версией приключений Стеллы Ворд и Рада Улиссо. В расширенном варианте существенным дополнением стало то, что пробить защитный барьер и проникнуть на Остров тогда, триста лет тому назад, эльфам — внекатегорийным магам менталистам, удалось только совместными усилиями.

В то время пещера, вернее зал в котором мы сейчас находились, имела мало общего с нынешним техногенным великолепием. Обычная пещера естественного происхождения с едва различимыми следами вмешательства разумной жизни. И малахитовая площадка сверху напрочь отсутствовала. И Голубой сферы не было, а духи, появляясь на поверхности Острова, медленно плыли вверх, а потом разносились ветром по всей Мирте. Единственный объект, сохранившийся с тех древних времен, это стол в центре пещеры, за которым и сидел наш собеседник. Тогда он смотрелся в центре дикой пещеры совершенно неуместным, этаким чужеродным элементом. Впрочем, и сейчас обычный стол, к которому невесть по какой причине было добавлено кресло, выступал образцом несуразности на фоне продвинутых техногенных изысков.

Тогда, триста лет тому назад, на столе лежали два предмета: хорошо знакомая нам с Маришей бабулина статуэтка и серебряного металла обруч — корона с огромным изумрудом в центре. Короткий эксперимент показал, что обруч, будучи надетым на головы, позволял управлять поведением любого Демона, вплоть до демонов шестого ранга, по всей территории Мирты. Это открывало перед эльфами поистине фантастические возможности и маги немедленно оценили достоинства короны.

Если я правильно понимаю, то эльфы по своему характеру — убежденные эгоисты. Не знаю что лежит в основе их эгоизма, то ли генетическая предрасположенность, то ли социальная среда, но свою выгоду они всегда ставят во главу угла, ну за исключением тех случаев, когда речь идет об обще племенных интересах. Хотя за Маришей, если предположить что она и вправду эльфийка, я особого себялюбия не замечала. Наверное, все же воспитание дает о себе знать. Ну или отсутствие такового.

Так вот, между двумя эльфами, к тому же внекатегорийными магами, Стеллой Ворд и Радом Улиссо мгновенно возник конфликт за право владеть обручем. Вся взаимная симпатия тут же испарилась без остатка. К счастью, спор не перерос из холодной фазы в горячую и разрешился обычным подбрасыванием монеты на предмет орел-решка. Выиграл обруч Рад Улиссо.

Взбешенная Стелла прихватила статуэтку и решила вернуться на Эдем, тем более что ее поджимали сроки, связанные с проблемой престолонаследия в Великом Лесу. А Радрешил остаться на Мирте и продолжить эксперименты с обручем. Тут-то Великий Шаман и допустил фатальную ошибку. Он оставил обруч на столе, надеясь самостоятельно вернуться на Остров через пару дней, чтобыпроводить эльфийку к порталу на Эдем. Он хотелубедиться, что потенциальная конкурентка наверняка покинет Мирту. Какой же ужас испытал наш собеседник, когда по прошествии короткого времени понял, что не в состоянии самостоятельно вернутся на Остров.

И все это время, все бесконечно долгие триста лет Патриарх посвятил попыткампопасть на Остров и вернуть себе обруч — корону.

Судя по его наблюдениям со стороны, Остров был базой для какой то продвинутой техногенной цивилизации. Великий шаман назвал ее Титанией. Он наблюдал, как впервые над Островом появилась голубая сфера, как духи стали переноситься по Мирте с помощью локальных порталов. Видел появление странных гигантских звездных кораблей призраков, появляющихся из ниоткуда и исчезающих в мгновение ока. Догадывался о том, что на Острове ведутся глобальные преобразования, порождающие колоссальные энергетические штормы. И все это время Патриарх чувствовал, что его обруч все так же лежит на столе, ожидая своего хозяина.

Самое смешное, что вплоть до настоящего времени на Эдеме и не подозревают о том, что их охотничьи угодья, место откуда маги получают своих духов симбиотов, и от которого непосредственно зависит уровень магического потенциала метрополии, является на самом деле не заповедным миром природного происхождения, а результатом экспериментов чужой цивилизации.

Впрочем, и немудрено. Вся сила Эдема основана на магии. Магия позволила создать заклинания порталов, обеспечивших проникновение на другие планеты параллельных веток мультиверса. И Эдем, и Земля, и Мирта, и еще семнадцать других планет — на самом деле различные реализации некого единого начала, отстоящие друг от друга то ли во времени на миллиардные доли микросекунды, то ли в пятимерном пространстве на расстоянии миллиардных долей миллиметра.

Короче, там еще минут двадцать около философского бреда в исполнении Патриарха. Просто пропускаем. Маришка, так вообще зевать начала. Даже неудобнокак-то стало за сестренку.

В сухом остатке магия априори подавляет технологии. Поэтому с Эдема легче попасть в параллельный мир, на ту же Землю, нежели долететь к одной из двух Лун, вращающихся вокруг планеты. Так что большинство технологических изысков на Эдеме, к счастью, в том числе и ватерклозеты, были созданы на основе аналогичных образцов из других миров, в которых магия не получила широкого распространения. Неудивительно, что маги с Эдема так и не смогли распознать истинных покорителей Мирты.

По предположению Великого Шамана, планета, обитатели которой экспериментировали на Мирте, не входила в цепочку миров близнецов. Более того, скорее всего она располагалась в той же ветке мультиверса, что и Мирта, вот только на значительном удалении от последней, так навскидку на расстоянии в пару сотен лет. Естественно световых. Так что без звездолетов фиг долетишь.

Впрочем, по непонятной причине сумасшедшая созидательная активность неведомой цивилизации продолжалась лет пятьдесят. А потом все мгновенно утихло. Как ножом отрезало. Что послужило причиной тому, что инопланетяне утратили интерес кМирте Патриарх не знал. Да его и не особенно и интересовал этот вопрос. Стремление заполучить корону приобрело характер навязчивой, маниакальной идеи.

И тогда в голове у Патриарха и родилась блестящий план, над практической реализацией которого он трудился сотни лет. Великий Шаман придумал заклинание, которое должно было, в теории, разрушить защитный барьер над Островом. Только для воплощения этого заклинания необходимо было колоссальное количество энергии, которую Патриарх предполагал получить в ходе людоедского ритуала, суть которого заключалась в том, что под жертвенный нож должны были пойти тысячи гоблинов, сотни черных эльфов, ну и в качестве деликатеса десяток начинающих магов с Эдема, в том числе я и Мариша.

Мое недоумение о том, каким образом, чисто технически, предполагалось угробить такую прорву разумных: задолбаешься горло каждому перерезать, — маг тут же развеял, объяснив, что сначала черные эльфы должны были прикончить гоблинов, потом наша Академическая команда разбирается с черными эльфами, ну а в конце вступил бы в дело сам Патриарх. На десяток магов много времени не понадобится. На все про все с учетом, что вся толпа находилась бы под ментальным контролем Великого Шамана, ушло бы не больше двух часов.

— Я, конечно, не специалист в ментальной магии, — высказала я Патриарху свои сомнения, разрываясь между желанием зарядить Великому Шаману в лоб с носка (недаром ведь меня бабуля в детстве три года балетом заставляла заниматься, растяжка позволяет) и стремлением выведать как можно больше деталей, — то я сомневаюсь, что даже внекатегорийный маг менталист сможет удержать в подчинении почти три тысячи разумных.

В части — ногой в лоб, мой душевный порыв поддержала сестренка.

— Напрасно мы Козлевичу всю шоколадку скормили, — заявила Мариша таким тоном, что всем присутствующим стало ясно: так просто Патриарху это с рук не сойдет.

Впрочем, Рад Улиссо впал в то состояние, котороеобязательно описывают в каждом уважающем себя детективе. Это когда главный злодей начинает безудержно излагать свои злодейские замыслы. Оказывается, последние двести лет Великий Шаман посвятил тому, что устанавливал, и не безуспешно, ментальные закладки в головы и папуасов и черных эльфов таким образом, чтобы в нужный момент они стали послушны его воле. Последним штрихом в этом направлении должна была стать процедура инициализации моих однокурсников. Со мной, Маришей и леди Тиной, Патриарх рассчитывал справится собственными силами, без всяких ментальных закладок. Правда, в силу определенных обстоятельств, этакий эвфемизм для описания состояния парней, которые явились на инициализацию вдрызг пьяными, ментальные закладки юным магам с Эдема не были должным образом внедрены.

Впрочем, к этому времени Патриарха беспокоила другая мысль. Он почувствовал, что защита Острова значительно ослабла, и появилась возможность попасть в пещеру без использования обременительного ритуала. Упаси бог, Патриарха не волновали соображения морально этического порядка. Чистый прагматизм. После обретения короны без жертв, можно было использовать сэкономленные ресурсы в других целях. Все-таки три тысячи послушных и исполнительных рабов — это вам не хухры-мухры.

Патриарх решил, что причиной ослабления защиты стало то, что я свалила дерево великан на Остров и десятки тысяч животных пролетевших сквозь барьер, значительно его истощили. Теперь-то он понимает, что причиной всему послужила бабулина статуэтка, которая смогла повлиять на защиту, даже находясь на значительном удалении от барьера. Великий шаман очень сожалел о том, что раньше об этом не догадался.

Блин. И как это я упустила из виду, что Маришка со мной тоже три года на балет ходила. Хотя нет. Балет тут не причем, это, скорее всего, Ай Ки До, на секцию которого Маришка записалась уже без меня. Сразу после балета. Я-то думала, что сестренка туда целый год бегала только ради тренера — очаровательного молодого брюнета с рельефной мускулатурой. А как только на горизонте появился красотка Джо со своими приятелями, подрабатывающими у Джо моделями на сайте для мужчин определенной ориентации, сплошь мускулистыми гетеросексуалами, так сразу любовь к японскому ногодрыжеству и прошла. Виновата, была неправа. Все-таки, чтобы попасть ногой в лоб да еще и через столешницу, одной балетной растяжки маловато будет. Хорошо, хоть кресло на котором восседал Патриарх было снабжено подголовником. Да и Мариша так и не удосужилась обуться, после того как мы пересекли Малахитовую площадку. Так что перелом шеи Великому Шаману не грозит. А удар пяткой в лоб, после многодневной тренировки битьялбом по столешнице, не должен был причинить здоровью Патриарха хоть какой-то ущерб.

Я сурово взглянула на виновато опущенные в пол глазенки Мариши, и приняла во внимание ее раскаивающимся тоном произнесенное: «А чего он гад всю шоколадку сам съел и хотел всех гоблинов убить. Папуасы, между прочим занесены в Красную Книгу»

С Красной Книгой это, конечно, перебор, но общий посыл понятен, сестренка раскаивается по поводу своей несдержанности. Так что ругать не будем. Но воспитательную беседу провести необходимо. Все-таки сестренка показушница. Спрашивается, чего ногами махать. Хочешь ударить оппонента по голове — попроси у меня бабулину статуэтку и бей пока не надоест. Зачем, спрашивается, я эту тяжесть с собой таскаю? А так всего ущерба — только гордость Патриарха и пострадала. И можно предположить, что сейчас последует ответная плюха. А учитывая внекатегорийный статус Рада Улиссо, плюху можно ожидать вселенского масштаба. Возможно, что после этого проводить воспитательную беседу станет не с кем и не кому.

Я приготовилась к самому худшему. Но вместо гиены огненной, вселенского потопа и прочих изысков из магического арсенала внекатегорийного мага получила только жалобно скулящую фигуру, свернувшуюся эмбрионом в кресле, котороеот удара откатилась от стола метра на три. Фигура закрыла лицо руками и, размазывая по физиономии слезы и сопли, достаточно связно изложила своего видения нашего ближайшего будущего. И сказанное мне совершенно не понравилось.

По словам Патриарха, в пещере, куда мы с таким трудом попали, установлена ловушка на магов. Раньше, при первом посещении Острова в компании со Стеллой Ворд, ничего подобного не наблюдалось. Скорее всего это даже не осознанная западня для магов, а побочный эффект тех преобразований, которые были осуществлены на Острове силами Титанитов. Суть в том, что в пещере духи симбиоты, особенно хорошо развитые, начинают осознавать свою самодостаточность и теряют ментальные печати — ограничители, которые намертво привязывают их к магу хозяину. В результате, через короткое время духи покидают магов и те остаются с минимальным запасом магических силы, данным им от природы. Именно это и произошло с Патриархом. Теперь он — не внекатегорийный маг менталист, а в лучшем случае, заурядная пятерочка. И именно такая судьба в ближайшее время ожидает и нас с Маришей.

А без своей чародейской силы мы с Острова выбраться никак не сможем. И барьер не пропустит, да и звери, почувствовав нашу слабость, сразу же всех сожрут.

И самое гнусное во всем этом, по словам Патриарха, что не имея хотя бы первогомагического ранга, нельзя управлять обручем. Корона всевластия превращается в бесполезную игрушку. С этими словами Патриарх откуда то извлек обруч, украшенный огромным изумрудом и швырнул им в меня. И я чисто рефлекторно поймала корону, а потом не задумываясь водрузила ее себе на голову.

Глава восемнадцатая. Все только начинается

Распахнулась огромная двустворчатая дверь, караульные, ее охраняющие, вытянулись в стойке смирно с таким усердием, что казалось— еще немного, и их разорвет где-нибудь посередине, причем верхняя половина по инерции устремится в голубые дали. Заиграли фанфары, и я в сопровождении неприлично малочисленной свиты вошла в большой Королевский зал. Касательно численного состава свиты в качестве оправдания, могу ответить только словами: «А где взять больше?».

Маришка умчалась в Великий Лес, принимать в управление Королевство Эльфов, прихватив с собой, в качестве сопровождающих лиц, лесных баронов. Надобность в лесных баронах мотивировалась тем, что дорога предстояла трудная и проходила через Лесной край, в котором пошаливали разбойники. Так вот, лесные бароны, как местные жители, по легенде должны были защитить…. Открытым остался вопрос кого и от чего надо было защищать — то ли Маришку, сопровождаемую сотней черных эльфов от разбойников, то ли самих разбойников, представленных как правило местными владетелями и в большинстве своем родственниками наших лесных баронов, от самой Маришки и ее свиты. Лично я склоняюсь ко второму варианту.

Спешка с отбытием Маришки была обусловлена двумя причинами. Во-первых, все жители Великого Леса с энтузиазмом вторую неделю подряд включились в подготовку великого праздника, которого эльфийский народ, по утверждению особо продвинутых подхалимов, с нетерпением и надеждой ожидал последние пятьдесят лет. А именно: коронации наследной эльфийской Принцессы и возведение ее на трон.

Вторая причина заключалась в том, что наследной эльфийской принцессе, то бишь Марише, как-то не комильфо принимать участие в официальных мероприятиях Империи. Поскольку между Империей и Великим Лесом последние двадцать лет существовало состояние холодной войны, вызванное как раз странным исчезновением этой самой наследной принцессы из Императорского дворца.

Будь я на месте эльфов, я бы вместо того, чтобы с воодушевление готовить праздничные мероприятия, занялась бы эвакуацией гражданского населения и мобилизацией всех остальных. Прощаясь, Мариша по секрету мне призналась, что она, как военачальник нашего матриархального триумвирата, совершенно не удовлетворена итогами вооруженного конфликта на Мирте между черными эльфами и гоблинами. Конфликта, который так и затих без проведения хотя бы одной генеральной битвы. Поэтому в ближайшее время, сразу после коронации, она намерена объявить войну Империи. В связи с этим, просит меня как можно скорее приехать к ней в гости в Великий Лес, до начала войны и сопутствующего этому мероприятию закрытия границ. При этом настоятельно рекомендовала прихватить с собой леди Тину, чтобы под руководством матриархального триумвирата силами эльфов победоносно вломить Империи.

Надеюсь, что со временем сестренка сменит свои завоевательные амбиции

на что-то более пацифистское. Только войны между Великим Лесом и Империей на Эдеме не хватало. В крайнем случае попытаюсь уговорить ее объявить войну мне, как Великой сеньоре Орбитессе ну и всей Мирте соответственно. Мои Демоны вместе с гоблинами немного посопротивляются, а потом скопом сдадутся в плен. А что, идея достаточно хорошо себя зарекомендовала в войне между племенами папуасов.

Так вот, из— за отсутствия Мариши и лесных баронов, а так же в силу того, что и Сэр Бэрримэр и граф Пэтерс, будучи высшими офицерами Империи, не могли войти в мою свиту, меня на встречу с Императором сопровождали леди Тина и парни из нашей команды во главе с принцем Осей. Все-таки тренировки с ежедневной установкой палатки не только помогли ему развить командный голос, обогатив лексикон, но и потихоньку научили преодолевать трудности и выковали из него настоящего лидера.

Вынуждена признать, что подавляющее большинство моих мои подданных, представленные в настоящее время Демонами, духами и гоблинами, еще не готовы к светским мероприятиям такого уровня как встреча с Императором крупнейшего на Эдеме государства. Я, конечно, предприняла определенные усилия, направленные на увеличение численности делегации Мирты, включив в ее состав баронессу Риолу, предварительно зачислив ее на должность первой статс-дамы.

А вот девочек из принадлежащего баронессе борделя, кстати

крупнейшего и самого шикарного заведения подобного толка в славном городе Ротсельбурге, так и не удалось уговорить отправиться на встречу с Императором. Массово застеснялись. Хотя при их профессии такая реакция выглядит как минимум странной. А жаль. Глядя на чопорных окружающих дам, блистающих нарядами и драгоценностями, поневоле склоняешься к мысли, что девочки из борделя могли бы неплохо встряхнуть местный бомонд.

Надо сказать, я не оставляла надежду привлечь в свое окружение леди Бланку, которая откровенно демонстрировала мне свою симпатию еще с тех времен, когда стала владелицей моей черной шляпки со страусовыми перьями. Той самой шляпки, которая вызвала фурор, вернее спровоцировала скандал на Осеннем Императорском Балу. Хотя было опасение, что на пути реализации этой идеи мог стать муж леди Бланки — барон Майберт. Все же должность главного аналитика Империи не предполагает тесного общения с потенциальным противником. Ну, посмотрим, как карта ляжет.

Герольд зычным голосом, заглушая звук труб и литавр, огласил присутствующим мой полный титул — Великая сеньора Орбитесса, единовластная правительница Мирты, повелительница Духов и Демонов, Леди Лэстер Рин Корнелли и сопровождающие ее лица. Я впервые услышала то, как звучит мое звание в пафосной обстановке и была несколько огорчена. Должна признаться, что три дня назад, когда мы в тесной компании придумывали мне девиз, герб и регалии, все это выглядело гораздо более забавным.

Однако, допускаю, что мы перебрали с легким игристым. Все таки, как показал итоговый подсчет — по две бутылки на брата, вернее на сестру. Шесть игристого за ночь для меня, Маришки и леди Тины, которая, как позже оказалось, вообще не пьет — это, наверное, перебор. Братья, то бишь мужская половина нашей компании, пили в неограниченном количестве виски, любезно предоставленные лордом Лэстером из своих личных запасов. Иначе чем иным можно объяснить тот факт, что я потребовала себе в качестве девиза, с отображением соответствующей надписи на гербе, сентенцию — «всякая хренотень имеет множество гитик». К счастью Сэр Бэрримэр он же лорд Арден, настоял на другом тексте — «Ни дня без подвига», а силами графа Петерс, при поддержке лесных баронов, удалось отстоять эту редакцию и отвергнуть Маришкину поправку — «Ни дня без котлет».

Так что девиз я получила вполне удобоваримый, как, впрочем, и изображение на гербе — этакая стилизованная блондинка на червонном поле, попирающая изящной ножкой в туфельке на высоком каблуке, поверженного Демона.

Впрочем наше не совсем адекватное поведение можно было частично списать на двухнедельную непрерывную вереницу событий, которые кратко я могу описать только словами: «Полная хренотень».

А все началось с того, что я ловко поймала, брошенную в меня Патриархом корону-обод и без задней мысли совершенно рефлекторно одела себе на голову.

Когда чуть теплый, шероховатый металл коснулся моего лба, и Патриарх, икомната, и Маришка, вообще вся моя жизнь стали чем-то далеким и совсем неважным. Словно сон который развеялся, и теперь предо мной предстала настоящая реальность.

Мучительно ясно передо мной развернулись бесконечные просторы Мирты, ее мглистые долины и бесконечные каменные пустоши, моря, в которых бушевали волны, способные своей массой снести города, и бессильно разбивающиеся о вздымающиеся до небес ониксово черные скалы… Каждый город и лес, каждый ледяной пик и лавовое ущелье, — я узрела все, и все в один и тот же миг.

Но хуже всего было то, что не только я увидела этот странный мир, но и он увидел меня. Каждая когтистая тварь, добывающая себе добычу среди скал, каждый юркий зверек стремящийся лишь прожить еще один день, серокожие, измученные голодом рабы и их рослые, лишь отдаленно напоминающие людей погонщики, и даже огромные, покрытые черной чешуей демоны, в чьих глазах читалась огромная мудрость, и столь же огромная злоба — все на миг замерли, словно опешив, а затем медленно упали ниц в безмолвном поклоне.

Чувство безраздельной власти было переполняющим. Вся моя сущность упивалась им, вопила — «каждая жалкая душонка здесь — твоя! Приказывай, правь! По мановению твоей руки они будут плясать, работать без продыху, один лишь взгляд и они сойдутся в смертельной схватке, будут лить кровь, свою и чужую, пока реки не станут алыми, а небеса не завопят от ужаса увиденного! Прикажи. Прикажи!»

— Блонда, сними ее, сними немедленно, — раздался где-то далеко на периферии голос Демона Голубого Хамелеона, — еще немного и Заза не сможет тебя защитить.

Этот жалкий писк даже не привлек моего внимания. Сознание стремительно погружалось в океан чувств и образов одновременно порождаемых миллионами разумных. Их мечты, стремленияи надежды, боль и радость создавали причудливые узоры, которые ни на секунду не задерживаясь протекали через мой разум, растворяя его, ежесекундно отщипывая по маленькому кусочку, и лишая меня самоидентичности. Наверное продлись это состояние еще пару — тройку секунд и вместо умной и красивой Блонды мир приобрел бы в моем лице бездушную куклу лишенную разума и способную только на то, чтобы пускать слюни.

К счастью, отчаянный крик Советника, выполненный мыслеречью, услышала сестренка. Маришка не стала выяснять причину истерики, устроенной Демоном Голубого Хамелеона, а отработанным движением зарядила мне в голову ногой, целясь в корону. И не безуспешно. Обруч-корону унесло далеко в сторону. А после того, как я безвольной тряпкой сползла на пол, сестренка в чисто профилактических целях еще раз двинула ногой в лоб Патриарху, опознав в нем первоисточник неприятностей, после этого бросилась ко мне, пытаясь привести в чувство.

Не скажу, что у нее это легко получилось. По воспоминаниям Демона Голубого Хамелеона, которыми он в последствии со мной поделился, я не реагировала ни на попытки меня тормошить, ни на хлопанье по щекам ни даже на обливание водой, взятой из фляги Патриарха. Который был тщательно обследован и выпотрошен. В целях инвентаризации. Дело в том, что Великий Шаман тоже впал в летаргическое состояние. Причем неясно, чем оно было вызвано. Уж во всяком случае не очередным пинком со стороны сестренки. Советник предположил, что свой знаменитый бэк кик (удар ногой с разворота) Маришаприправила эмоциональной волной. При этом сила ее намного превышала защитные рефлексыРада Улиссо, — вот и пришлось ему отправиться в нокаут. Похоже, сестренка здорово расстроилась из-за меня. И, слава богу, по словам Советника, что ментальный позыв был строго персонализирован. Иначе и сам Демон Голубого Хамелеона от эмоционального удара такой силы мог присоединится к нашей бессознательной компании.

В таком состоянии я пребывала больше часа. Лишь когда сестренка начала всхлипывать, не будучив силах меня растормошить и приговаривать: «Блондочка, ну пожалуйста, открой глаза. Мне страшно одной». Я наконец пришла в себя.

Бурная радость Маришки по поводу моего пробуждения сменилась настоятельной просьбой — Больше так никогда, никогда не делать. В свою очередь я объявила Маришку своей спасительницей, (естественно на забыв упомянуть при этом и Зазочку и Советника) и заявила, что с такой сестренкой мне ничего не угрожает.

Все это время Великий Шаман пребывал вкоматозном состоянии, блуждая за пределамисознания. Мы решили в ближайшее время не предпринимать никаких попыток, направленных на приведениеего в чувство. Лежит, кушать не просит, ну и слава богу. Тем более, Советник заявил, что непосредственно здоровью Великого Шамана ничего не угрожает. В противном случае, пришлось бы разбираться — швырнул ли мне Патриарх корону просто так или сделал это осознано. Просчитав, что я не удержусь и надену обруч на голову. И тем самым наверняка лишусь разума. Практически не сомневаюсь, что Патриарх понимал, чем для меня закончится эксперимент с короной и сознательно пытался меня прикончить. Единственное, чего Великий Шаман не учел, это удивительные способности моего Зазочки, который по словам Демона Голубого Хамелеона, меня и спас. Эта мысль в моей голове тут же вызвала теплую волна счастья от Зазы.

По окончанию пятиминутки розовых соплей и бурного выражения чувств, мы с Маришей все же попытались понять, что, собственно говоря, произошло, и чего можно ожидать в недалеком будущем. Как ни странно меня в первую очередь заботили не возможности и опасности, сопряженные с обручем-короной, с этим рано или поздно удастся разобраться. Тревогу вызывали слова Патриарха о том, что в ближайшее время наши духи симбиоты сорвут магические печати подчинения, обретут самосознание и нас покинут. Меня смущало то, что ни на моем Зазочке, ни на Маришкином Тотошке никаких печатей подчинения вроде бы быть не должно. Да и откуда им взяться.

Поэтому я, не мудрствуя лукаво, тут же решила выяснить этот вопрос у Советника — все-таки тоже Демон, да еще и пятого круга. На прямо поставленный вопрос: «ослабли ли печати, удерживающие его в камне до такой степени, что он может отправится в свободное плавание, и готов ли Советник покинуть свое место обитания — гигантский голубой сапфир в ближайшее время?» — Я получила совершенно неожиданный ответ. Демон Голубого Хамелеона заявил, что все эти печати ему уже давно до одного места, с тех самых пор, когда он добрался до пятого круга. Только вот он, Советник, не настолько туп, чтобы менять свой нынешний козырный статус на полное непредсказуемости так называемое «свободное плавание». Во всяком случае не раньше чем он, с моей помощью, ознакомится со всеми текстами произведений Уильяма Шекспира, включая те, которые никогда и нигде не публиковались. Ему, как великому в будущем ученому — лингвисту, специализирующемуся на Земных идиомах, это совершенно необходимо. Хотя я тут же предположила, что Шекспир приплетен в качестве обычной отмазки, для того, чтобы ничего не менять в своем статусе, но решила благоразумно промолчать. Пусть Советник потешит свое эго.

Касательно Зазы, Демон Голубого Хамелеона посоветовал мне с этим вопросом обратится к собственному духу симбиоту напрямую. И хоть Заза не владеет мыслеречью, но мои мысленные обращения к нему прекрасно понимает и всегда может мне ответить. Только не словами. Ну, да я все равно все пойму.

Тяжело вздохнув и для чего то набрав в себя побольше воздуха, как будто собираясь глубоко нырнуть, я обратилась к Зазе.

— Зазочка, а ты не думаешь покинуть меня? Может быть, тебе будет лучше одному?

Шквал эмоций, в котором переплелись обида на Блонду — как она может только представить такое, страх остаться одному в этом чужом мире, обещание сделать все, чтобы Блонда не сердилась на Зазу и не прогоняла его, твердая убежденность, что только Заза сможет всегда и везде защитить Блонду от всего плохого, — весь этот коктейль чувств и образов переполнил меня и сменился тихим умиротворением, когда я искренне пообещала, что никогда ни при каких условиях не расстанусь со своим Зазочкой.

С Маришкиным Тотошкой вообще никаких проблем не возникло. Поскольку сестренка напрямую общалась со своим духом симбиотом, то его ответ устроил всех присутствующих за исключением меня — Маришку по содержанию, Патриарха по умолчанию, Советника по приколу. Наглый дух заявил, что если сестренка пообещает никогда не отдавать его злой тете Блонде, то он останется с ней навсегда.

После того, как проблема с симбиотами была закрыта, появилась насущная необходимость решить — а что же мы будем делать с обручем-короной. Для себя, я отчетливо поняла две вещи. Крыша у Патриарха таки поехала. И причиной тому послужил не приближающийся старческий склероз, старичку все-таки давно перевалило за триста лет. Но корень психического расстройства наверняка лежит в ощущение всемогущества, которое испытал Рад Улиссо много лет тому назад водрузивший себе на голову великий артефакт. Одного раза было достаточно, чтобы всю оставшуюся жизнь посвятить поиску возможности снова почувствовать себя богом.

Думаю и бабуле от этого обруча немного перепало. Недаром все знакомые с ней, за исключением меня и Мариши, потихоньку жаловались на ее несносный характер. Впрочем, достоверно известно, что женская психика гораздо устойчивее мужской и ее не так-то просто выбить из равновесия всякими фата-морганами типа мирового господства.

Еще я четко для себя решила: никогда, ни при каких условиях не надевать себе на голову эту гадость.

Тем обиднее прозвучали в слова моего внутреннего голоса.

— На этот раз, Блонда, ты установила рекорд легкомыслия. Может быть, даже мировой. Не прошло и пяти минут с тех пор, как ты клятвенно пообещала не иметь ничего общего с обручем-короной и вот уже развлекаешься, осваивая его возможности.

В свое оправдание могу сказать только то, что я слабая и беззащитная девушка. Очень красивая и умная. Бабуля всегда требовала от нас с сестренкой завышенной самооценки, утверждая, что так легче преодолевать неприятности по жизни. И когда Демон Голубого Хамелеона клятвенно заявил, что в дальнейшем мне от артефакта не грозит никаких неприятностей, а только грозят сплошные печенюшки (похоже лингвистические изыски Советника делают его речь совершенно вычурной), поскольку Заза освоился с артефактом и больше не пропустит в мою голову ничего лишнего. Только то, что сама пожелаю. Просто в первый раз против нас сыграл эффект неожиданности. Слова Советника тут же подтвердил Зазочка окутав меня волной эмоций, наполненных чувством безопасности и нотками интереса. Похоже моему симбиоту захотелось поиграться с артефактом. Ну а когда к уговорам подключилась сестренка, которая сообразила, что может наблюдать картинки и образы, транслируемые короной, вместе со мной, мне пришлось великодушно сдаться.

Нет, все-таки корона — это нечто фантастическое. Слов нет, чтобы передать все те красоты, которые открывались нашим глазам, вернее на физическом уровне глазам многочисленных демонов и духов, по моему хотению превращающихся в продолжение меня. На этот раз мое сознание не расщеплялось между миллионами объектов, а концентрировалось на том или ином энергетическом образовании Мирты, делая духа или демона полностью подвластным мне. Наверное, можно было долго развлекаться подобным образом, осваивая новые и новые возможности короны. Иногда просто неприличного толка. Чем иным, кроме как откровенным хулиганством, можно назвать мою попытку, кстати по наущению Маришки, заставить демона шестого круга сплясать яблочко на глазах у изумленной свиты. Сначала было весело, а потом по отзвукам мыслей Великого Демона, прибывающего полном бешенстве, я сообразила, что как минимум все, находившиеся в этот момент во дворце, в ближайшее время пойдут на алтарь боли, дабы не осталось свидетелей позора их Правителя. Все-таки у Великих демонов с этим серьезно.

Впрочем прервать наше виртуальное путешествие с элементами полного погружения я вынуждена была по другой причине, нежели переживания подвластного мне Демона. Блуждая по Мирте я случайно натолкнулась на духа проплывающего в непосредственной близости от отряда черных эльфов. И тут же пришло понимание, что моя власть распространяется только на энергетических существ. А вот ни черные эльфы, ни гоблины к таковым не относятся.

Впрочем, не это важно. Важно то, что мы ошиблись со своими расчетами, и, судя по расстоянию, передовые отряды черных эльфов находятся от стоянки гоблинов на расстоянии двух — трех часов пути. А я за оставшееся время ну никак не успею привлечь нам в помощь Великих Демонов, чтобы уровнять соотношение сил в грядущей битве. Рассчитывать на помощь духов нулевого круга, находящихся на приемлемом расстоянии просто бессмысленно. Слишком они слабы. Надо было все бросать и самим присоединятся к войску папуасов. Нельзя было в столь ответственный момент лишать гоблинов своего верховного главнокомандующего в лице Маришки и меня в качестве средства огневой поддержки.

Пришлось оставить в пещере Патриарха, который к этому времени пришел в себя и злобно зыркал на нас из под полузакрытых век, категорически отказываясь следовать вместе с нами. Мариша предлагала связать его и тащить за собой как военный трофей, если сам по доброй воле не пойдет. Сестренку удалось отговорить от этой идеи лишь тем, что веревка необходимой длины, которой можно было бы связать Патриарха, понадобится нам самим, чтобы забраться на ствол дерева. Так же на корню был зарублен вариант с моментальным освоением робота экзоскелета. Хотя Маришка и утверждала, что она за пару часов с ним освоится, а потом с его помощью наваляет всем черным эльфам эпических люлей.

Меня в этом варианте настораживало то, что в отличии от сестренки я не была уверена, в предназначении монструозного объекта. Лично мне этот, так называемый, экзоскелет, больше напоминал по своей конструкции тот самый портальный маяк, который соорудил наш профессор Адам Смит, при попадании на Мирту. И который моя сестренка так неосторожно разрушила, взгромоздившись на него пятой точкой. С трудом уговорив сестренку в этот раз не экспериментировать, мы стремглав бросились из пещеры, чтобы возглавить оборону папуасов в битве с черными эльфами.

Не знаю какими словами описать ту самую не состоявшуюся эпическую битву между гоблинами и черными эльфами. По моим понятиям самым запоминающимся событием этого сражения стало то, что Маришка вышла во главе отряда копьеносцев папуасов на встречу с аналогичным отрядом черных эльфов, будучи облаченной в ту самую футболку, которую отобрала у принца Оси. И по совершенноневедомым причинам к двум персонажам, присутствующим ранее на футболке — скуббе и инкубу, добавился третий. Огромный черный, брутальный и накачанный. Начав с безобидных демонстраций кубиков на прессе, онвскоре присоединился к скуббе и инкубу и слился с ними в экстазе. Это было во всех отношениях невообразимое зрелище!!! Ну совершенно неприличные картинки. Сцены, открывшиесяпротивоборствующим сторонам, оказались столь захватывающими, что враждующие стороны долгое время не могли приступить к битве. Когдаже они наконец собрались схлестнутся в рукопашной, в рядах черных эльфов копейщиков появились черные эльфы маги.

Я было на секунду решила, что от зрелища совокупляющихся демонов на футболке у Мариши у целомудренных магов коллективно поехала крыша. А чем еще можно объяснить то, что вместо приказа о начале битвы Верховный маг черных эльфов скомандовал всем своим подопечным встать на колени и начать петь оссану, причем не вообще — типа Слався — Слався, а конкретно Марише.

Впрочем, вскоре все разъяснилось. Оказывается, маги признали в Марише, по ее ауре, ту самую легендарную наследную принцессу эльфов, которая странным образом исчезла двадцать лет назад из Императорского дворца на Эдеме и которую с тех пор безуспешно и безутешно разыскивают все эльфы.

Короче, на фоне привалившего счастья ни о какой битве речь идти не могла. По-моему, единственной, кого огорчило такое развитие событий, стала Мариша. Она так и не смогла продемонстрировать свои таланты гениального военноначальника. Потом Черные эльфы в едином порыве присягнули на верность моей сестренке.

По этому поводу был объявлен очередной пир на всю ночь. По своим масштабам и разгулу он значительно превзошел все, что устраивали гоблины своими силами.

К этому времени я окончательно смирилась с ролью единовластной правительницы Мирты. Поскольку Демон Голубого Хамелеона объяснил мне, что артефакт выполненный в виде короны-обруча, получил индивидуальную привязку и не может быть использован никем кроме меня, вплоть до самой моей смерти. Поэтому, если я не взвалю на себя властные полномочия и не обеспечу за этот счет себе защиту на уровне президента США, в крайнем случае Императора Эдема, то быстро найдутся ушлые субчики, которые попытаются лишить меня короны а заодно и жизни.

Поэтому, первым делом, я разослала по Мирте директивное указание всем демонам и духам всячески препятствовать деятельности охотников, прибывших в мой мир с целью заполучить непривязанных духов. Оказалось, что корона легко позволяет это делать. Объявлю непривязанныех духов основной статьей экспорта Мирты. И я собираюсь установить за экспортом личный контроль. Сама буду определять цены и квоты. А на полученные деньги построю себе на Мирте сначала крепость, а потом и город отстрою. Попрошу Маришку побыть главным архитектором. Она когда-то мечтала об этом не меньше, чем о карьере главнокомандующего.

А еще меня радовало то, как в процессе ночного пира крепятся дружеские, и не только, узы между гоблинами и черными эльфами. Судя по характерным звукам в кустах, лет через десять я вполне могу рассчитывать в качестве подданных не только на гоблинов и энергетических созданий в виде духов и Демонов, но и на подрастающее поколение магов в виде эльфийско папуасских потомков. Да и мои однокурсники из магической академии решили внести значительную лепту в росте населения на Мирте. К сожалению, Черные эльфы в полном составе собрались на Эдем, сопровождая Маришу. Ну, да посмотрим, как там дальше сложится.

На этом фоне даже внезапное появление отряда сэра Бэримера в нашем лагере, не вызвало ожидаемого ажиотажа. Зато значительно облегчило вопросы, связанные с переносом на Эдем.

И вот я стою в большом Королевском зале и гляжу на приближающегося ко мне императора.

— Дочь моя, — громко произнес Император, протягивая мне навстречу руки, обозначая попытку заключить меня в отечески объятия. — Я невероятно счастлив, что дожил до того момента, когда могу увидеть всех своих детей вместе, рядом с собой.

Тишину, наступившую в зале после этих слов Императора, с определенной натяжкой можно было назвать абсолютной, при условии игнорирования скрипа шестеренок в мозгах присутствующих, пытающихся осознать, как внезапное обретение Императором дочери, да к тому же повелительницы демонов, отразится на их личном благосостоянии.

Нельзя сказать, что слова Императора стали для меня полной неожиданностью.

Просто предполагала, что признание отцовства будет сделано Императором в других декорациях. Впрочем, что я понимаю в высокой политике.

Ночные посиделки с сэром Лэстером, как официальным представителем Императора Ричарда Великого — правнука самого Георга четвертого, на которых оговаривались основные положения предстоящего соглашения между Миртой и Эдемом, позволили мне в неформальной обстановке прояснить отдельные неясности, связанные с вопросами собственного генеалогического древа. Картина, открывшаяся мне, потрясала воображение. Я с чувством глубокого превосходства осознала, что дон Педро из латиноамериканского сериала, который является двоюродной бабушкой своего брата близнеца, может нервно курить бамбук в сторонке, в сравнении с нашей с Маришей историей.

Тайная канцелярия досконально изучила этот вопрос и пришла к следующему выводу. Мы-таки с Маришей сестры. Вот только сестры по матери. А отцы у нас разные. Судя по всему, наша с Маришкой биологическая мать была еще той штучкой. И имя у нее оказалось под стать характеру — Титания Неудержимая. Оказывается всем эльфам царского рода положены по традиции вот такие дурацкие двойные имена. Наследная эльфийская принцесса в ранней юности выскочила замуж за престарелого короля эльфов, быстро родила ему дочь, которую назвали Маринеллой Лучезарной, а потом буквально за год свела болезного в могилу.

По статусу Маринелла Лучезарная, она же Маришка, должна была унаследовать трон, но в силу малолетства, на время до ее совершеннолетия, вся власть в Великом Лесу была передана Опекуну, назначенному Советом эльфийских Кланов. Поскольку Титании Неудержимой пост Опекуна, из-за различных политических интриг, не перепал, наша маман подхватила годовалого ребенка и подалась в Империю. Где и была с помпой принята Императором Ричардом Великим. Ну а там слово за слово, и не успели опешившие окружающие прийти в себя от шока, связанного с нарушением всех писанных и неписанных норм, как Титания Неудержимая стала третьей женой Императора и тут же родила ему дочь. Красавицу Блонду. То бишь меня.

В принципе все могло так или иначе потихоньку утрястись. Но тут на горизонте появилась наша с Маришкой бабуля — Стелла Грозная. По информации все той же Тайной канцелярии, бабуля обладала огромным магическим потенциалом, превосходящим даже уровень внекатегорийного мага, скверным характером и владела неизвестным на Эдеме убойным амулетом невероятной силы. Думаю, что речь идет о бабулиной статуэтке. Через неделю проживания во дворце бабуля отправила свою дочь Титанию в один из полностью закрытых миров близнецов, расцарапала Императору физиономию, да так что четыре шрама через всю щеку до сих пор не могут свести лучшие целители, подхватила детей — меня и Маришу, а после этого исчезла. Все попытки найти беглецов, предпринимаемые Тайной канцелярией в течении многих лет, так и не увенчались успехом.

Так вот, возвращаясь к мертвой тишине, установившейся в большом Королевском зале после слов Ричарда Великого, официально признавшего во мне свою дочь.

Похоже, что новость оглашенная Императором стола неожиданностью не только для большинства присутствующих в Королевском зале, но и для членов семьи Императора. Иначе чего бы это у принца Лориана так физиономию перекосило, как будто он пытается лимон прожевать. А наследный принц Иллиан вообще на месте подпрыгнул от неожиданности. Наверное, вспомнил как вновь счастливо обретенная сестричка двинула ему коленкой между ног. Надеюсь, я не лишилась племянников по линии наследного принца. Не должно бы. Все таки целители тут отменные.

Да, не рады, не рады принцы новой родственнице. Впрочем и физиономия самого Ричарда Великого счастья отнюдь не излучала. На лице то ли улыбка, то ли оскал, а глаза такие добрые— добрые. Шучу. Злые у него глаза. Может быть, и правда послушать Маришку, быстро добраться до Великого Леса и оттуда пойти войной на Империю.

А если к общему эмоциональному настрою прибавить мое совершенно негативное отношение к факту приобретения очередного отца, я еще от шока с отцовством по отношению ко мне лорда Лэстер Рин Корнелли, не отошла, так нафига мне такое счастье.

Внезапно атмосфера в большом королевском зале резко изменилась. Полную тишину нарушили невнятные возгласы в разных концах зала. Эти возгласы породили островки шума, которые быстро переросли в звуковую бурю, апофеозом которой стали истеричные крики отдельных, наиболее чувствительных дам.

В ситуации зарождающейся паники и полной неопределенности блестяще проявили себя гвардейцы Императора. Строго по уставу — когда не знаешь что надо делать — делай что нибудь. Руководствуясь этим принципом, гвардейцы со всех сторон бросились к Императору, самым невежливым способом расталкивая гостей. При этом отталкивали неудачников, которые встретчались на их пути, не взирая ни на пол, ни на чин, ни на возраст. Так что в считанные секунды Император и его сыновья были окружены плотной шеренгой гвардейцев.

Здесь по логике было бы уместно продолжить — “ плотной шеренгой гвардейцев ощетинившихся шпагами”, однако, до настоящего времени никто в большом Королевском зале так и не обнажил оружие. Поэтому, глядя на мужественные лица телохранителей Ричарда Великого — все как на подбор высокие, мускулистые с квадратными подбородками, я решила, что в данном случае ситуации более соответствует фраза — “Император и его сыновья были окружены плотной шеренгой гвардейцев, ощетинившихся челюстями”.

Поскольку ни я, ни моя немногочисленная свита в охраняемую зону не попали, наверное, моя причастность к Императорской семье еще не была доведена до нижестоящих ответственных лиц. Так вот в силу этого обстоятельства я смогла наблюдать то, что в это время творилось в зале. Движущей силой паники послужило то, что все многочисленные военные, присутствующие на приеме устроенном в мою честь, сломя голову мчались к выходу из большого Королевского зала. Их легко было вычленить по парадным мундирам, густо украшенным золотым шитьем, аксельбантами и другими побрякушками, столь высоко ценимыми среди военных. При этом поведение офицеров по отношению к другим категориям гостей мало чем отличалось от такового, только что продемонстрированного императорскими гвардейцами.

Это даже на военный переворот не похоже, мелькнула у меня в голове мысль. При перевороте порядка должно быть побольше. Интересно, что все таки случилось. Мое недоумение частично рассеял лорд Лэстер, глава Тайной Канцелярии. Протиснувшись сквозь толпу гостей и пробив брешь в шеренге гвардейцев невдалеке от меня, он обратился к Императору.

— Ваше Императорское Величество. Тревога по черному коду. Все военнослужащие приступили к отработке мероприятий в соответствии с регламентом. — Потом мой приемный отец наклонился к Императору поближе и трагическим шепотом добавил — сорвана защита Сердца Мира. На Земле инициирован источник Магии.

Не знаю, что бы эти слова могли значить, но судя по тому как побледнел Император, ничего хорошего ожидать не приходилось.

Content

Тата Сван. Блонда и Мир Демонов

Глава первая. Рычащий Новый мир

Глава вторая. Злодей поневоле

Глава третья. Два солдата из стройбата заменяют нанотехнологию

Глава четвертая. Правильное планирование — основа бытовых неурядиц

Глава пятая. Маришка и ее сумочка

Глава шестая. Магический армагеддон и его последствия

Глава седьмая. От дохлого эльфа уши

Глава восьмая. Последствия недопонимания

Глава девятая. Падение великана

Глава десятая. Война и мир с точки зрения гоблина обыкновенного

Глава одиннадцатая. Таинственный остров

Глава двенадцатая. Эльфийские принцессы

Глава тринадцатая. Пьяная инициализация

Глава четырнадцатая. Интерлюдия. История красотки Джо

Глава пятнадцатая. Поход на Остров

Глава шестнадцатая. Загадочная пещера

Глава семнадцатая. Наследие Титании

Глава восемнадцатая. Все только начинается