Стивен Батлер

Гоблины в отпуске

Steven Butler

NOTHING TO SEE HERE HOTEL

Text Copyright © 2018 by Steven Butler

Illustrations Copyright © 2018 Steven Lenton

© Бурмакова О.П., перевод на русский язык, 2021

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2021

* * *

Брэнде Огден,

моей БЛИСТАТЕЛЬНО неугомонной учительнице английского.

Это вы во всём виноваты!

Стивен Батлер

Моим искромётным тёте Джилл и дяде Киту Икс.

Стивен Лентон

Троллий отзовик. Вы просматриваете отзывы на отель «Проходите мимо» в Брайтоне

Отель «Проходите мимо»

Внимание! Мы рады любым гостям (кроме людей… НИКАКИХ ЛЮДЕЙ!).

1079 отзывов

№ 1 из 150 отелей в Брайтоне

Набережная Брайтон, Великобритания

00 11 2 334 4556

E-mail отель

Франческа Саймон

Отзыв оставлен 2 дня назад

«Ошеломительное и сумасбродное волшебное приключение! А сколько здесь шуток!»

Джереми Стронг

Отзыв оставлен 13 дней назад

«Потряклассная история о троллях, гоблинах и других необычных существах. Надевай резиновые сапоги – и вперёд, в самый странный отель, в каком ты можешь оказаться. Надеюсь, я его никогда не найду! Ужасно смешно».

Крессида Коуэлл

Отзыв оставлен 29 дней назад

«Уморительно смешно и изобретательно! Я в восторге от невероятных существ и главного героя, у которого одна тридцать шестая тролльей крови…»

Ящ-Ерица Слизина Питон (Чешуйчатая тварь)

Отзыв оставлен 33 дня назад

«Этот отель получает от меня пять слизистых звёзд».

Жаклин Уилсон

Отзыв оставлен 54 дня назад

«Магический отель, известный своими эксклюзивными и уникальными гостями. Шеф-повара следует поздравить с изобретением Странной Кухни. Весь персонал очень дружелюбен, но избегайте менеджера (если на вас нет костюма кошки)».

Кейи Умански

Отзыв оставлен 75 дней назад

«Какой интересный отель! Немедленно забронируйте мне номер!»

Мы рады волшебным существам!

ОТЕЛЬ «ПРОХОДИТЕ МИМО»

Набережная Брайтон

Великобритания

Ищете место для расслабленного отпуска или для передышки от серых будней, когда вы только и делаете, что таитесь в логове, мешаете переходить мосты или являетесь скучным туристам? Тогда вам идеально подойдёт отель «Проходите мимо». Мы невероятно гордимся тем, что являемся лучшим секретным местом отдыха для волшебных существ во всей Англии!

Желаете пополоскать чешуйки в бассейне, попробовать изысканные деликатесы от нашей экстраординарной паучихи-поварихи Нэнси (её дикобряки в липком джеме из птичьих потрошков – это нечто!), почитать заклинания в библиотеке или просто остудить мозоли в роскошном грязевом спа? Гарантируем: каждый найдёт у нас то, что ему по душе!

Чтобы подтвердить бронь, пожалуйста, заполните приложенную форму.

1. Не все бабушки добрые

Давай поговорим о бабушках…

В сказках бабушки, бабули или нянюшки – милые, весёлые маленькие пышечки, которые подсовывают тебе карманные деньги за спиной у мамы и папы и которых время от времени нужно спасать от большого злого волка.

Но… это не сказка. Это реальная, настоящая жизнь, и моя бабушка совсем не такая. Моя бабуля напугает любого большого злого волка. Забьёт до полусмерти. Проглотит, чавкая и пуская слюни, и выплюнет кости – и это ещё до завтрака.

Наверное, стоит пояснить…

Моя бабушка – ТРОЛЛЬ.

Злой тролль.

2. Отель «Проходите мимо»

Фух! Теперь, когда я выложил всю правду о бабуле, остальной мой рассказ не покажется тебе совсем уж бредятиной.

Меня, кстати, зовут Фрэнки… Фрэнки Банистер. Привет!

Знаю, ты наверняка думаешь, что мне поджарили мозги или я вывихнул их и обратно не вправил: бабушка-тролль – что за чепуха? Но это только начало; читай дальше, и я всё объясню. Очень скоро ты поймёшь, что я говорю правду… Моя бабуля действительно огромная троллиха, и в остальном моём рассказе нет ни слова лжи.

Ну же, ещё несколько страниц – и сам всё увидишь.

Готов?

Тогда вперёд!

МОЯ БАБУШКА – ТРОЛЛЬ

Лет сто назад, в те древние времена, когда люди носили шляпы-цилиндры и всё было чёрно-белым, мой прапрапрадедушка Абрахам Банистер, сокращённо – Эйб, отправился на обычную утреннюю прогулку вдоль берега, и БА-ДУМЦ! – изменил историю нашей семьи НАВСЕГДА.

В самом дальнем конце набережной, у скал, дедушка заметил что-то странное. Что-то ОЧЕНЬ странное и ОЧЕНЬ большое.

По словам папы, дедушка Абрахам собирал редкие виды растений и животных. Он путешествовал по миру в поисках всего странного и экзотического… поэтому от того, что он увидел тем чёрно-белым утром, его закрученные усы завились КАК НИКОГДА.

Эйб заметил троллью девицу (троллицу), которая стирала бельё прямо перед стоком большой канализационной трубы и распевала песни в своё удовольствие.

Как ты уже наверняка догадался, этой троллицей и была моя прапрапрабабушка Отрыжуля Бука; и не успел кто-нибудь крикнуть «НЕТ, ЭЙБ, ПОСТОЙ! ОНА ЖЕ СТРАШНАЯ!», как они влюбились друг в друга, убежали и поженились по полному тролльему обряду, с обменом слюнями, где-то в канализации под главной улицей Брайтона.

БЕЗ ПАНИКИ! Дальше не будет таких сопливых-слюнявых-любовных гадостей, обещаю.

Промотаем на сто лет вперёд, и вот он я: Фрэнки Банистер, самый юный член семейства. Нетрудно догадаться, что родословное древо у нас безумное. В нём есть и тролли, и люди, и гарпии, а временами встречаются ведьмы и духи луж. Мой дядя Студжер вообще болотный карлик!

Мой папа Барджес – человек наполовину, а мама Рани – полностью, так что выходит, во мне магических существ на четверть. Точно знаю, что на одну тридцать шестую я тролль.

Наверное, с первого взгляда ты бы даже не заметил, что я не совсем человек. Волосы у меня всегда растрёпаны и большую часть времени закрывают острые кончики ушей, поэтому единственное, что действительно выдает моё происхождение, – это цвет глаз. Как у папы и остальных моих родственников, чья родословная восходит к бабуле Отрыжуле, глаза у меня цвета меди, словно блестящий пенни. Это первый признак тролльей крови.

Ладно. На самом деле я очень хочу рассказать тебе во всех подробностях о месте, где я живу.

Прошло сто лет с тех пор, как бабушка и дедушка построили отель «Проходите мимо», а моя семья всё ещё живёт и работает здесь. Это лучшее во всей Англии тайное место для отдыха магических существ. Удивлён?

Дедушка Абрахам отбросил концы за много лет до моего рождения, бедолага. А вот бабуля Отрыжуля всё ещё топчет землю. Тролли живут на сотни лет дольше людей.

Бабуля называет себя хозяйкой отеля, но она редко вылезает из кровати, поэтому всю работу делаем мы с мамой и папой. Каждый день мы носимся кругами, как машинки на человеческом автодроме, пытаясь не дать куче магических существ всё тут разнести. Для семьи Банистер странное – это нормально.

Ну что, ты мне уже веришь? Ха! Не сомневался, что так и будет! Я мог бы часами рассказывать тебе об отеле и о том, как он выглядит, но это наверняка суперскучно. Не хочу, чтобы ты швырнул книгу на другой конец комнаты с криком «НЕНАВИЖУ ФРЭНКИ БАНИСТЕРА!», поэтому вот тебе карта. Карты НАМНОГО интереснее, а остальное ты узнаешь из моего рассказа.

Знаю, что ты думаешь…

Как магический отель может оставаться тайным, если он такой ОГРОМНЫЙ? Любой, у кого есть хоть немного мозгов, оказавшись рядом с ним, сразу заметит что-то странное. Но тут в игру вступает троллья магия… С фасада отель выглядит точно так же, как любая другая гостиница на берегу моря, и только эта часть видна людям, поэтому никто ничего не подозревает! Остальную часть отеля бабуля Отрыжуля заколдовала, и она совершенно невидима.

Единственный признак того, что в конце набережной Брайтон у всех на виду стоит огромный магический отель, – это то, что иногда в одну из невидимых башен врезается чайка. Это довольно забавно. Если присмотреться как следует, можно заметить, как чайка мчится над городом к морю, и – БУМ! – несчастная птица останавливается в воздухе с жалобным воплем, а потом улетает, теряя перья, сконфуженная, как тираннозавр в балетной пачке.

Но люди ничего не замечают. Туристам, расхаживающим по набережной, куда интереснее покупать мороженое и плескаться в море, а не смотреть на удивлённых чаек. Так отель удаётся сохранить в тайне с тех самых пор, как много лет назад Эйб и Отрыжуля его открыли.

Мы также используем несколько хитрых трюков, чтобы отвадить случайно забредающих туристов-людей. Например, видимая часть отеля всегда выглядит потрёпанной и старой. Окна никогда не моются, и краска на фасаде не обновлялась со дня постройки.

На лестницу у входа наложено заклинание, которое наполняет ноздри любого человека, который на неё встаёт, запахом, который он ненавидит больше всего на свете. Гениально! Представим, что для тебя хуже всего на свете запах собачьих какашек. Если ты хоть одним пальцем наступишь на нашу лестницу, тебе в нос немедленно ударит именно такая вонь, сильнее некуда. Ха! После такого люди призадумаются, стоит ли звонить в дверь.

Как будто этого недостаточно, мои родители добавляют финальный штрих – они притворяются разгневанными гостями отеля. Раз в неделю они звонят в местные газеты и ругаются на то, какие тут ужасные, грязные комнаты или какая отвратительная еда, и оставляют в интернете разгромные отзывы.

Папа так гордится всеми нашими отзывами «НИ ОДНОЙ ЗВЕЗДЫ», что вставляет их в рамки и развешивает над стойкой регистрации.

Итак… мы уже на двадцать первой странице. Ты дочитал до этого места и, значит, веришь мне. Наверное, ты считаешь, что жизнь человеческого ребёнка в невидимом отеле с магическими существами должна быть ПОТРЯСАЮЩЕЙ? Что ж, могу тебя понять… Порой здесь творится настоящее безумие, и это весело, но НЕ ВСЁ сводится к феям, исполняющим желания, сверкающим коронам и прочим чудесам.

Не пойми меня неправильно, я люблю свой чокнутый дом, и быть немного троллем довольно здорово, но об этом легко забыть, когда помогаешь маме убираться после недельного визита мистера Вернона, Демона Вони…

Так, я отвлёкся от темы. НАСТОЯЩЕЕ веселье началось в ночь ГРАНДИОЗНОГО шторма.

Я поднимался по лестнице из трёхсот девяносто девяти ступеней в спальню бабули Отрыжули на вершине башни, а в отеле дела принимали интересный оборот…

3. Бабуля Отрыжуля

При посещении бабули у меня всегда возникает в животе тянущее, нервное чувство. Бабуля Отрыжуля всех приводит в ужас. Даже папа начинает дёргаться, когда она раз в сто лет ковыляет вниз со своей башни, чтобы посмотреть, как дела в отеле.

Когда у бабули плохое настроение (а оно всегда плохое), рядом с ней жаждущий крови тигр выглядит милым котёнком.

Триста девяносто семь…

Триста девяносто восемь…

Я наконец добрался до верха и остановился перевести дыхание. Снаружи дождь барабанил по окнам; на вершине башни всё скрипело и стонало. То и дело казалось, что она вот-вот рухнет под порывом ветра, поэтому задерживаться мне не хотелось.

– Просто сделай это, – прошептал я сам себе, сглотнул и постучал в дверь бабулиной спальни. Долго никто не отзывался, и я понадеялся, что мне повезло и бабуля уже спит. Размечтался!

– Входи, пацан, – прохрипела она наконец.

Я открыл дверь ногой, и на лестничную площадку просочилась знакомая вонь плесени и гнилых овощей. Честное слово, она достаточно сильная, чтобы глаза заслезились и затошнило. Сколько бы я ни носил бабуле Отрыжуле ужин и чашку чая из резухи на ночь, так и не смог привыкнуть к отвратительному смраду этой морщинистой старой карги.

В бабулиной спальне царила непроглядная тьма. Я остановился там, куда попадал свет с лестничной площадки, и прищурился, пытаясь разглядеть бабулю во мраке.

– Побыстрее, ты, чирей бесполезный!

Я слышал, как шлёпают друг об друга её губы, похожие на слизней.

– Есть хочу! Что ты мне принёс?

В этот момент за окном сверкнула молния, и я заметил в темноте медный блеск её глаз.

– ДАВАЙ СЮДА ЖРАТВУ, СОПЛЯК!

Я шагнул в спальню и потащился туда, где секунду назад сверкнули бабулины глаза.

Одно из преимуществ быть прапраправнуком троллихи заключается в том, что в темноте ты видишь так же, как днём. Крутой бонус за то, что ты человек с примесью тролльей крови. Но эту комнату наполняла магическая тьма, гуще, холоднее и чернее, чем обычная. Бабуля Отрыжуля обожает закутываться в неё, как в одеяло. Даже днём, с распахнутыми окнами, в её комнате как внутри глубокой пещеры.

– Бабуля, я ничего не вижу, – сказал я. – Ты не могла бы включить свет?

– Нет! – рявкнула она. – Мне нравится, когда темнюще и подземельно.

– Бабуль, пожалуйста…

– НЕ-Е-ЕТ!

Погнутая ложка вылетела из мрака и отскочила от моего лба с болезненным ТУМЦ.

– Ай! – воскликнул я.

– Хватит ныть! – прошипела бабуля. – И ДАЙ МНЕ ХАРЧИ!

– Я всё уроню! – Я знал, что это сработает. Волшебные существа ОЧЕНЬ жадные до еды.

Бабуля Отрыжуля заворчала во мраке, щёлкнула покрытыми струпьями пальцами, и внезапно в банках из-под варенья зажглись сотни свечей. Мерцая, из мрака проступила комната, и она сама – моя огромная страшная бабуля, сгорбившаяся в постели, как слюнявый безволосый буйвол.

Выглядела она… как чудовище. Серо-зелёный шкаф в грязной ночной рубашке, с толстыми алыми мухоморами на плечах и голове. Во время очередной вспышки молнии её глаза сверкнули.

– Привет, бабуль! – сказал я, пытаясь не выдать страх. (Не забывай, она размером с медведя и злее, чем йети с мигренью.)

– ЕДУ! – заорала она, потянувшись за тарелкой у меня в руках. – СЕЙЧАС ЖЕ!

Я сделал шаг ближе. В изножье кровати заворочался её ручной репезад Гурп и зарычал на меня. Я терпеть не могу репезадов, но Гурпа – особенно. Это комок репьёв и шипов размером с футбольный мяч, с ножками-сучками и очень острыми зубами. Я уже сбился со счёта, сколько раз меня кусал этот мерзкий куст. Сейчас он только посмотрел на меня жёлтыми глазами, просеменил по одеялу и забился бабуле под руку.

– Гурп, веточка моя, – со смехом проворковала бабуля.

До появления Гурпа мои родители подбирали разных питомцев, чтобы у бабули была компания, но те всё время пропадали. Очень долго мы считали, что она их спугнула и они быстренько сбежали по крыше отеля, пока однажды утром бабуля не отрыгнула большой комок рыжего меха. Откуда нам было знать, что у неё слабость к бутербродам с кошками? Поэтому мама и папа остановились на репезаде. Это единственное существо, слишком колючее, чтобы его прожевать.

– Пожалуйста, бабуля, – сказал я и протянул ей тарелку киша с тараканами. Она яростно выдернула её у меня из рук. Я и моргнуть не успел, как она запрокинула голову и закинула себе в глотку всё, включая тарелку.

– ПИТЬ! – рявкнула она, едва прожевав.

Я вручил ей чай, и она повторила то же самое – залила его себе в огромный рот и отправила кружку следом.

– Объеденище! – довольно вздохнула она.

Закончив облизывать губы и ковыряться в зубах, бабуля снова уставилась на меня. «Быть может, она хочет что-то сказать?» – подумал я и стал ждать. Кто знает, вдруг сегодня она, наконец, скажет «спасибо»?

– Нечего там стоять и пялиться, прыщ, – произнесла она наконец. – Проваливай!

Дважды повторять не пришлось. Я развернулся и рванул было прочь.

Но я же говорил, что в эту минуту дело приняло интересный оборот? Как ты уже мог убедиться, я никогда не вру.

Когда я был уже у двери, бабуля ахнула.

4. Вспышка во тьме

– Пацан! – бабуля практически выплюнула слово мне в затылок.

Я обернулся и увидел, что она сидит в кровати прямо, широко раскрыв глаза цвета меди и шевеля ушами, как будто пытается что-то услышать. Она схватила лежащую возле кровати ржавую слуховую трубку и сунула в ухо.

– Что случилось? – спросил я, видя, как сморщилось от сосредоточенности её лицо.

– Шшш! – прошипела бабуля. – Кажется, я что-то слышала… – Она снова ахнула, выпрыгнула из кровати, уронив слуховую трубку, и протопала к окну. Бабуля может быстро двигаться, когда хочет, но обычно делает это только ради добавки.

– Что? – я подбежал к окну следом за ней. Из-за ярких банок-светильников в окне трудно было разглядеть что-то, кроме наших отражений. – Что ты слышала?

Бабуля не ответила. Она снова щёлкнула пальцами, и все свечи в комнате погасли. Внезапно мир внизу стал видимым. Там, в огнях фонарей, были другие отели и рестораны, выстроившиеся вдоль набережной. Из окна я видел, как волны разбиваются о берег и каждая вспышка молнии делит небо пополам.

– Что ты слышала? – снова спросил я, но бабуля по-прежнему не обращала на меня внимания. Она не сводила глаз с ночного неба над океаном.

– Вот! – вдруг крикнула она и указала на что-то за окном.

Прищурившись, я попытался разглядеть, что это.

– Там, пацан! СМОТРИ!

Ещё одна молния осветила небо, и я, наконец, увидел, на что указывала бабуля. Высоко в небе большой чёрный ворон отчаянно бил крыльями, сражаясь с ветром и дождём. Он взвился вверх и растворился в ночи.

Ещё одна вспышка молнии – и я увидел ворона ближе. У него на спине кто-то сидел! Маленькая сгорбившаяся фигурка пыталась удержаться на нём изо всех сил.

– Что это, бабуля? – удивился я. – Фея?

– Гоблин, – ответила она. – Это почтальон.

От волнения у меня волосы на затылке встали дыбом. Кто послал нам сообщение гоблинской почтой?

– БЫСТРО, ПАЦАН! – рявкнула на меня бабуля. – Он там долго не продержится. Беги, впусти его!

5. Быстро!

Перепрыгивая через две ступеньки зараз, я мчался на первый этаж:

вниз и поворот,

вниз и поворот,

вниз и поворот…

– Ну же, Фрэнки, скорее! – пыхтел я себе под нос.

Мысли метались у меня в голове всё быстрее. Буря усиливалась. Казалось, картинки из книги «Реальные приключения капитана Киля» ожили. Что, если гоблин-почтальон сдался и улетел?

Должно было произойти что-то по-настоящему интересное, и я не собирался упускать такой шанс. Гоблинская почта доставляла только ПОТРЯСАЮЩИЕ послания.

Я добрался до двери внизу башни и ворвался в неё, не глядя…

– Ой-й!

Я не успел остановиться и врезался в Нэнси, нашу повариху. Она закричала от страха и упала назад, на ковёр, замахав в воздухе ногами. Всеми восемью.

Наверное, стоит пояснить: Нэнси – гигантский паук. Она и правда ОЧЕНЬ большая! Нэнси – последняя представительница вида оркнейский грильяж – работает в отеле с самого открытия.

Если Нэнси встаёт на задние ноги, то касается головой потолка и с лёгкостью дотягивается от плиты через всю кухню до солонки и перечницы. Поэтому еду для множества гостей она готовит со скоростью вихря.

Но не представляй больших и страшных пауков из фильмов ужасов. В Нэнси нет ничего чудовищного. Её трудно испугаться – она говорит с шотландским акцентом, носит очки, фартук в цветочек, пушистые тапочки на четырёх задних ногах и сине-фиолетовую перманентную завивку.

– О, Фрэнки! – воскликнула она, моргая всеми восемью глазами. – Куда ты так торопишься?

– Некогда объяснять, – пропыхтел я. Всё, о чём я мог думать, – как попасть к маме на стойку регистрации и впустить ворона и его всадника-гоблина в отель. Бежать было ещё далеко. Между мной и первым этажом тянулся мегатриллион коридоров и лестниц. – Буря! Ворон! Гоблин!

Нэнси вскарабкалась на ноги и потрогала мой лоб, словно проверяя температуру.

– Ты в порядке, ягнёночек мой?

– Гоблин-почтальон, Нэнси! Там, среди бури! – наконец удалось прокричать мне. – Нужно рассказать маме!

– О-О-О! – У Нэнси засверкали глаза. – Гоблинская почта? Так неожиданно!

– СКОРЕЕ!

Нэнси решительно кивнула, схватила меня под руки и закинула на спину.

– Как скажешь, солнышко!

С этими словами паучиха помчалась по коридору верхнего этажа, а я крепко держался за щетину у неё на шее. Я обожал кататься на её спине. Мало что может обогнать паука породы оркнейский грильяж.

Нэнси клацала ногами по коридорам, как восьминогая ракета, иногда взбегая на стены и на потолок, чтобы обогнуть гостей, высунувшихся из спален, чтобы узнать, что за шум.

– Извините! – крикнула Нэнси, пробегая мимо мадам Мак-Криди, древней банши, которая приехала вчера. Бедная старушка от шока заорала так громко, что в коридоре взорвались все лампочки.

За считаные минуты мы добрались до вершины большой спиральной лестницы, которая вилась через середину отеля вниз, в вестибюль на первом этаже.

– Почти на месте, Фрэнки, – выдохнула Нэнси, оглянувшись на меня. Я зажмурился и стиснул зубы, а она начала перепрыгивать через десять ступеней разом. – МИГОМ ДОМЧИМСЯ!

Когда мы преодолели следующий поворот лестницы, я увидел, что вверх по ступеням плывёт леди Леонора Грей. Обычно она пугает туристов во дворце Хэмптон-Корт, но каждое лето делает перерыв и является в наш отель.

Привидения такие странные! Им не нужны комнаты, или кровати, или туалет; вместо этого они снимают лестницы, чтобы бродить вверх-вниз и стонать себе под нос. По-моему, мало похоже на отпуск!

– Горе мне! – завывала леди Леонора. – Я В ОТЧАЯНИИ!

– Осторожно! – крикнул я.

– С ДОРОГИ! – присоединилась ко мне Нэнси, но леди Леонора нас не слушала. Привидения НИКОГДА не слушают. Они слишком заняты завываниями и скрипом зубов, чтобы обращать внимание на других – даже на мальчика верхом на гигантском пауке!

– Ну ладно, – крякнула Нэнси и, даже не пытаясь замедлиться, промчалась прямо сквозь леди Леонору. Обожаю бегать сквозь привидений! Мама и папа всегда меня за такое ругают, но это ТАК весело. Как будто ледяная шипучка разливается по коже.

– НИЧЕГО, ЧТО Я ТУТ?! – завизжала леди Леонора позади нас. – Какая грубость!

Мы преодолели почти половину большой лестницы, но на очередном повороте я увидел ещё больше гостей впереди. Семья чертешишек карабкалась вверх, таща за собой чемоданы. Они уставились на нас широко раскрытыми глазами.

– Ну и дела, – сказала Нэнси, галопом мчась на чертешишек. Я надеялся, что у неё есть план. – Держись, Фрэнки! – Прежде чем я успел хотя бы подумать о том, чтобы напустить в штаны от страха, Нэнси закинула на перила шёлковую нить паутины и, за мгновение до того, как мы влетели ПРЯМО в перепуганных чертешишек, она ПРЫГНУЛА!

6. Небесная дверь

Когда я просил Нэнси бежать быстрее, то не мог представить, что в итоге буду орать как бешеный петух и хвататься за её завивку, потому что мы будем падать вниз головой к стойке регистрации.

Всё, что случилось дальше, было как в тумане. Мы летели, словно комета с двенадцатью хвостами, посреди спиральной лестницы. Это всё, что я помню, помимо громкого звука ЦЗЫН-Н-НЬ, когда нитка паутины, наконец, зацепилась за что-то и мы повисли прямо над полом. Я открыл один глаз и чуть не расплакался при виде чёрно-белой плитки в считаных сантиметрах перед моим лицом.

– О, чудесно! – как ни в чём не бывало улыбнулась Нэнси. Она спустила меня на землю, резко обрезала паутину и встала, оправляя фартук. – Я миллион лет не плела хорошую паутину. Может, свяжу из неё перчатки…

Из-за жуткого полёта я на секунду совершенно забыл, почему мы пытались так быстро спуститься по лестнице. Но потом увидел маму на другой стороне большого круглого вестибюля. Рядом с ней стоял Ууф, наш мастер на все руки.

– Привет, Фрэнки! – окликнул меня Ууф, размахивая огромными зелёными руками. Бац! – он нечаянно сбил вазу с цветами, стоявшую на краю стойки регистрации.

Мама замерла с раскрытым ртом. Казалось, будто она проглотила осиное гнездо.

– Мама! – я поднялся на ноги, подавляя тошноту и пытаясь не упасть снова. У меня в голове словно покрутили венчиком для взбивания яиц.

– ФРЭНСИС! Что за дела?! – рявкнула мама. Ненавижу, когда меня называют «Фрэнсис». Родители используют это имя, только когда ругаются. Это их тайное оружие. – Ну же, я жду объяснений?

Я оббежал фонтан в середине вестибюля и подошёл к каменной стойке, по которой мама сердито стучала пальцами. Ууф с грохотом повторял за ней, но не хмурился, а ухмылялся.

– Ты С УМА СОШЁЛ?! – вскрикнула мама. На её лице шок сменился гневом. – Не могу поверить, что вы с Нэнси решили попрыгать с канатом! ПЕРЕД ГОСТЯМИ!

– Мам, мы не просто так. Послушай…

– Ох и достанется тебе, Фрэнсис!

На мгновение мне показалось, что у неё из ушей повалит пар.

– Ты знаешь, как это опасно? ЗНАЕШЬ? А У ТЕБЯ КАКОЕ ОПРАВДАНИЕ, НЭНСИ?

Если бы бабуля Отрыжуля не была папиной прапрабабушкой, я готов был бы поклясться, что в этот момент вижу её характер в маме.

– Эм… миссис Банистер… Рани… я могу объяснить… – Нэнси пристыженно теребила кружевной край фартука.

– Мам, да послушай же меня!

Мама открыла рот, чтобы снова заговорить, но я знал, что если позволю ей выйти из себя, то не смогу вставить ни слова.

– ПОЧТА ПРИШЛА! – заорал я изо всех сил. Эхо моего голоса разлетелось по вестибюлю и ушло вверх по лестнице. Как будто тысячи Фрэнки орали один за другим. И это сработало.

От удивления мама проглотила слова и наморщила лоб. Закрыла рот, открыла и снова закрыла.

– Что? – спросила она наконец через несколько секунд.

– Снаружи почтальон. – Моё сердце как будто собиралось отстучать мелодию по рёбрам. – ГОБЛИН-ПОЧТАЛЬОН! ОТКРОЙ ДВЕРЬ!

– Почтальон? – вскинулась мама. – Почему ты сразу не сказал?

Мама очень гордилась нашей работой с клиентами и ни за что бы не оставила волшебное существо на улице в такую ужасную погоду.

– Ууф, найди мистера Банистера, – сказала Нэнси. – Ему тоже стоит знать.

– Ууф найти, – согласился огр и потопал в сторону кухни.

Стойка регистрации была вырезана из камня с извилистыми тролльими письменами по краям. Это была часть тролльей магии, благодаря которой отель оставался невидимым. В середине плоской поверхности находились три большие замочные скважины, окружённые золотыми символами – рыба, змея и шмель.

– Морская дверь или небесная? – спросила мама, вынимая большой медный ключ, который висел у неё на шее на цепочке.

– НЕБЕСНАЯ ДВЕРЬ! – проорал я, слишком возбуждённый, чтобы говорить нормально.

В ответ мама вставила ключ в скважину с изображением шмеля и повернула с громким ЛЯЗГОМ.

Внезапно пол вестибюля ожил у нас под ногами. Спирали из чёрных и белых плиток, расходящиеся от фонтана, начали вращаться в разные стороны, щёлкая, как шестерёнки часов.

– Уи-и-и! – засмеялась Нэнси, кружа по комнате в противоположном направлении. – Я как будто глотнула бренди из мух!

Мне пришлось проглотить хохот, когда мимо прогрохотал диван, на котором металась Глэдис Поттс, пудель-оборотень. Она была в человеческом обличье и жевала старую газету, но от неожиданности начала выть, а её уши превратились в комки кудрявой белой шерсти, и сзади сквозь платье прорвался хвост-шарик. Она быстро превратилась в пуделя полностью и удрала из вестибюля в сторону оранжереи.

Замок со змеёй открывает переднюю дверь, а если бы мама повернула ключ в скважине с рыбой, фонтан в середине комнаты отодвинулся бы в сторону и открыл глубокий колодец, который идёт под отелем до самого моря. Эту дверь используют в основном отдыхающие русалки и морские лобстериты.

Механизм в полу начал замедляться, и вестибюль перестал кружиться. Я взглянул вверх и увидел, как последний уголок потолка, на десять этажей выше, отодвигается в сторону. Теперь между нами и бурей не осталось никакой преграды, и дождь падал прямо вниз.

– Ты что-нибудь видишь? – спросила мама, перекрикивая бурю.

Нэнси обняла меня за плечи, и мы оба, щурясь, смотрели вверх. Я поджал пальцы на ногах, надеясь, что гоблин-почтальон заметил, как с лязгом открывается небесная дверь. Но сквозь дыру в потолке были видны только ночь и дождь. И вдруг…

БУ-У-У-У-У-УМ! Гром и молния рванули одновременно. Буря была прямо над нами. В черноте сверкнуло белым, и я увидел очертания ворона и его всадника, которые со свистом мчались к нам.

– КАРРР!

Птица влетела в небесную дверь как пуля. Её крылья были плотно прижаты к бокам, и на секунду я испугался, что она не управляет полётом. Птица летела клювом вниз, прямо в пол. Если гоблин-почтальон скоро не выйдет из этого пике, они оба разобьются о плитку в лепёшку.

– О нет! – ахнула мама.

– КАРРР! – ответил ворон, продолжая мчаться вниз сквозь середину лестницы. Внезапно я понял, почему мама так рассердилась на то, что мы с Нэнси спрыгнули с лестницы. Зрелище было ужасающее.

Нэнси закричала и отвернулась, а я закрыл глаза и приготовился услышать отвратительный хруст ломающихся об пол костей…

Я ждал…

И ждал…

Но ничего не происходило.

Я открыл один глаз и взглянул вверх.

На вытянутой руке статуи водяной ведьмы, украшавшей центр фонтана, сидел самый большой ворон, которого я когда-либо видел. Он скрёб когтями по руке статуи и хлопал крыльями, разбрызгивая дождевую воду во все стороны.

– КАРРР!

На вороне были крохотные кожаные лётные очки, уздечка и вожжи вокруг клюва. На его спине красовалось узорчатое седло, обвешанное десятками мешков, бутылок и матерчатых сумок, а в седле сидел промокший до нитки гоблин.

Он снял такие же лётные очки и погладил ворона по голове.

– Очередная безукопречная посадка, не сочетайте за нескромничанье, – сказал он скрипучим голосом.

– З-здравствуйте, – выдавил я.

Гоблин криво усмехнулся и подмигнул мне.

– Приветик.

7. Грызопасть

– Значит, это отель «Проходите мимо»? – сказал гоблин, осматриваясь в вестибюле и кивая своим мыслям. В зубах у него была тонкая глиняная трубка, и жёлтый дымок поднимался и вился вокруг его головы, как венок. Казалось, что дождь и ветер были ему нипочём. – Кто бы мог подумать, что такому шелузявому старому коротышу, как я, доведётся доставлять сообщения в такое шиковое место? Моя старая мамуша не поверила бы своим гляделам.

Он посмотрел вверх и поморщился: дождь всё ещё падал в открытую небесную дверь. Гоблин посмотрел на маму:

– Звиняйте, леди… Не могли бы вы, случайно, её закрыть?

– Конечно-конечно! Простите! – выпалила мама и сунула ключ в замок со шмелём. Едва она его повернула, потолок вернулся на место с громким стоном металлических шестерёнок. – Вот и всё.

– Пасип! – сказал гоблин. Он стянул шерстяную шапку и выжал из неё дождевую воду, а затем отряхнул кроваво-красную униформу. – Ужасная, капризульная погода. Меня чуть не унесло в Тимбахту!

Мама выскочила из-за стойки регистрации и присоединилась ко мне и Нэнси у фонтана.

– Может, я могу предложить вам чашку чая, мистер…

– Я вам не МИСТЕР! – расхохотался гоблин. – Звать меня Грызопасть… Граберт Грызопасть… но пока и простенькое Грызопасть сойдёт.

– Здравствуйте, Грызопасть, – сказала мама с самой профессиональной и гостеприимной улыбкой.

– Ишь, какой почёт, – ответил Грызопасть. – Боюся, нету у меня времени чаи распивать. Работа почтового гоблина никогда не заканчивается, мне ещё кучищи писем развозить, и…

– Что происходит?

Все подскочили и повернулись к папе, который вышел из библиотеки со стопкой книг. Он провёл там весь день, разбираясь с проблемой Чернильных Клякс. Семейство Клякс сняло страницы книг и переставило все буквы, чтобы освободить место для чернильного багажа.

– Неужто небесная дверь открывалась? – спросил он.

– Пап, это гоблин-почтальон!

Папа посмотрел на меня, потом на маму и Нэнси. Нахмурившись, он окинул взглядом поверх очков весь вестибюль в поисках гоблина.

Нэнси вежливо откашлялась и указала вверх, на статую, на которой восседали Грызопасть и его ворон.

– Приветик, – сказал Грызопасть и коротко кивнул.

– Надо же! – ахнул папа и едва не уронил книги.

– Гоблин-почтальон Грызопасть к вашим услугам.

– Добро пожаловать! Не желаете чаю? – папа склонил голову в ответ.

– У него нет времени, – вмешалась мама.

– Верняк. – Грызопасть дёрнул за поводья ворона и слетел на пол. – Пасип, но мне ничего такого не надоть. Я здеся по работе.

Маленький гоблин спрыгнул со спины птицы, открыл большую сумку, подвешенную к седлу, и принялся в ней рыться. Я уже тысячу лет не видел живого гоблина и не мог отвести глаз.

Я живу в отеле для волшебных существ и поэтому каждый день вижу странное и безумное, но это было необычно даже для нас. Гоблины терпеть не могут находиться рядом с людьми и всегда держатся обособленно, поэтому мы редко видим их среди гостей нашего отеля.

Я и забыл, какие они низенькие. Когда Грызопасть опустился на пол, стало заметно, что он едва достаёт мне до колена. А из-за морщинистой бледной кожи он больше походил на репу-переростка, чем на живое разумное существо.

– Вот и оно! – Грызопасть со смешком достал крохотный свиток золотой бумаги.

Просто свиток? Я надеялся на сундук с волшебными сокровищами, или на яйцо дракона, или, по крайней мере, на крутую книгу заклинаний от давно потерянного родственника. Ведь у нас в роду была пара ведьм…

– Так-так-так. – Грызопасть развернул свиток и начал громко читать:

КОРОЛЕВСКАЯ ДЕКЛАРАЦИЯ ОТ ДВОРЦА НОРНЫХ ГОБЛИНОВ!

Мама ахнула и оперлась о моё плечо, чтобы не упасть.

– Норные гоблины? Что им от нас нужно?

– Они же никогда не поднимаются на поверхность, – заметил папа. – Верно?

Волосы у меня на затылке встали дыбом. В мире есть много видов гоблинов, но я НИКОГДА не видел норного гоблина. Они живут глубоко-глубоко под землёй, рядом с центром планеты.

Принц Грогба, сын Королевы Гальюны, наследник трона Темнючей и Грязнючей Бездны, устал до зуда в пальцах ног и прибудет для отдыха от его Царственных Обязанностей в отель «Проходите мимо». Приготовьте пиршества, веселения и опразднения к его священному припутешествованию, или вы все умрёте. Спасибо!

Никто не проронил ни слова.

Мама растерянно взглянула на папу, а папа просто изумлённо покачал головой.

– Принц? – сказала наконец Нэнси.

– Принц г-гоблинов едет с-сюда? – выдавила мама.

– Придётся поменять всю отделку, – вздохнул папа и в панике забегал взад-вперёд. – Нужно заказать в десять раз больше еды, и заполнить погреба жабным грогом, и разбить сады, и увеличить бассейн, и заменить ВСЮ МЕБЕЛЬ!

– Когда он приезжает? – спросила мама у Грызопасти. Глаза у неё были раскрыты так широко, словно вот-вот вылезут из орбит.

– Эрм-м-м… – пробормотал Грызопасть, нахмурился и перечитал послание на свитке. – Ум-м-м… – Он перевернул свиток и прочитал надпись на обратной стороне. – А, вотеньки где…

Все задержали дыхание.

– Завтра, – с ухмылкой сказал Грызопасть. – В полдень.

8. Ты дочитал до этого места!

Что ж, давай ненадолго остановимся и поговорим о том, что ты уже знаешь.

Уверен, ты и представить не мог, что все эти невероятные события могли произойти на самом деле! Ты наверняка думал, что к этому моменту ты с уверенностью скажешь: «Точно, я был прав: Фрэнки Банистер просто чокнутый».

Признайся… ХА-ХА!

ВОТ И НЕ СКАЖЕШЬ!

Мы дошли до восьмой главы, и я знаю – ты ждёшь не дождёшься узнать, что случилось дальше… А поскольку следующие несколько часов все были заняты тем, что бегали как безголовые курицы, пытаясь подготовиться к приезду принца, я предлагаю перейти сразу к следующему утру, когда мы ждали прибытия Грогбы.

9. На следующее утро

– Фрэнсис!

Я открыл один глаз.

– Фрэнсис! Просыпайся и спускайся! – Папин голос раздавался из помятого приспособления, похожего на тромбон, которое торчало из стены прямо над моей кроватью. Тролли изобрели это надоедливое устройство сотни лет назад, и называется оно крикофон.

Главный громкоговоритель стоял в кухне, подключённый к машине, немного похожей на старинную печатную машинку; каждая кнопка соединяла его с одной из комнат отеля. Я мог представить, как папа нажимает кнопку, подключённую к моей комнате, и завывает в трубу.

Я сел, протёр глаза от сна и, как обычно, кивнул портрету прапрапрадедушки Абрахама в рамке на стене.

– Доброе утро, Эйб.

Мне так хотелось хотя бы раз встретиться с ним.

На портрете дедушка Абрахам одет как путешественник и стоит посреди густых джунглей, а рядом с ним – мальчик примерно моего возраста, с зелёными глазами и чёрными как смоль волосами. Не знаю, кто этот мальчик, но я хотел бы оказаться на его месте. Ужасно круто было бы путешествовать и делать открытия со стариной Эйбом.

Я зевнул и оглядел свою комнату. Всё здесь было устроено именно так, как мне нравится.

Я никогда ничего не могу найти, если всё разложено аккуратно. А вот если в комнате идеальный беспорядок, то я точно знаю, где что находится. Мои комиксы «Министерство мутантов» свалены на полу, одежда – кучей в изножье кровати, а коллекция книг «Реальные приключения капитана Киля», оставленная дедушкой Абрахамом, сложена на подоконнике.

Капитан Катастрофус Киль был большой знаменитостью волшебного мира. Гоблин-пират, он жил в давние времена, и если бабуля говорит правду, в те дни они с Эйбом крепко дружили. Обожаю читать про его сорвиголовотяпские приключения. Это мои самые любимые книги. Я даже повесил плакат с ним над камином.

О, к слову о каминах…

Я посмотрел на него.

– Доброе утро!

Ничего не шевельнулось.

Не беспокойся, я не разговариваю с каминами по утрам. Сейчас объясню…

Я протянул руку и пошевелил пальцами.

– Соня, просыпайся!

Мерцающие угли внизу под решёткой сдвинулись и открыли один глаз.

– Эй, дружок, – сказал я. – Хочешь ВКУСНЯШКУ?

Кучка углей развернулась, и на кровать запрыгнул Хоггит, мой карликовый угольный дракончик.

Ха-ха! Я выжидал лучшего момента, чтобы рассказать тебе про Хоггита. Он, конечно, размером всего лишь с некрупную собаку, но для меня он лучший питомец в мире! А когда он, наконец, выдохнет огонь, то ПОТРЯСЁТ ВСЕХ! Папа говорит, что нужно набраться терпения, однажды Хоггит станет маленьким, но поистине адским пламенем.

– Привет, малыш! – сказал я. Хоггит плюхнулся мне на ноги и начал мурчать.

– Гр-р-ро-о-ор! – простонал он, глядя на меня огромными глазами, и выдохнул в воздух маленькое колечко дыма – так он говорит «ПОКОРМИ МЕНЯ!»

Внезапно мне стало стыдно. Я пообещал вкусняшку только для того, чтобы выманить его с лежбища в камине, а теперь оказалось, что у меня ничего для него нет.

– ФРЭНСИС, НЕМЕДЛЕННО СПУСКАЙСЯ! – на этот раз из крикофона раздался голос мамы. – ТЫ ПРОСПАЛ! ПРИНЦ ВОТ-ВОТ ПРИБУДЕТ!

– Пойдём-ка, малыш, пока они не позвали к крикофону бабулю!

Хоггит помахал хвостом и перепрыгнул с кровати на большое мягкое кресло.

Я быстро накинул на себя что-то из кучи для стирки и посмотрел в зеркало. Штаны помяты, а на футболке – пятно, но какая разница? Все будут слишком взволнованы, чтобы обращать внимание на такие мелочи.

Я подошёл к креслу и сел, взяв Хоггита на колени. Потом я набрал нужную комбинацию на маленьком переключателе в подлокотнике и ухватился покрепче, потому что кресло затряслось и начало проваливаться сквозь пол.

Видишь ли, моя комната находится в тайном уголке над библиотекой, и в неё не ведут никакие двери или лестницы. Вот почему я думаю, что это ЛУЧШАЯ комната во всём отеле. Прапрапрадедушка Абрахам использовал её как место уединения, где хранились все его книги и заметки о странных животных. Он же придумал специальный лифт-кресло, код от которого был известен только ему.

Я просил и умолял, и, наконец, несколько лет назад в качестве подарка на день рождения родители разрешили мне перебраться в эту комнату. Они дали мне коды от переключателя в кресле, и когда я их выучил, то скормил бумажку Хоггиту. Теперь только я знаю, как запустить лифт-кресло, и мама не может ворваться сюда и велеть мне навести порядок.

Кресло, дребезжа, ползло по рельсам в стене библиотеки. Я как раз проезжал мимо раздела тёмной романтики, как вдруг увидел внизу стайку пылевушек, каждая размером с картошку, которые цепочкой скользили по полу. «Быстрее, быстрее, быстрее», – пели они себе под нос. Последняя пылевушка посмотрела вверх и увидела над собой нас с Хоггитом в кресле. «Быстрее, быстрее, быстрее! – прокричала она мне писклявым голоском. – Быстрее, быстрее, быстрее!»

Кресло бухнулось о пол библиотеки, и я с не отстающим ни на шаг Хоггитом побежал за пылевушками на поиски остальных.

Я был очень взволнован от мысли, что сегодня увижу норного гоблина, но не понимал, почему мама и папа так носятся с этим принцем. Гоблины – противные грязные существа. Какая им разница, есть ли пыль на каминной полке или складки на простынях?

Я свернул в арочный проход, который вёл из библиотеки в вестибюль. На секунду мне показалась, что на пути никого нет, но потом я заметил на лестнице мистера Квакума, нашего садовника. Он украшал перила цветочными гирляндами.

– Вот ты где, Фрэнки! – сказал он с улыбкой. – Поспеши-ка в сад. Все уже собрались там, и твои мама с папой немного паникуют.

Горацио Квакум начал работать на нас недавно. Он пришёл в отель как санитарный инспектор, но, обнаружив, что здесь полно волшебных существ, решил остаться. Видишь ли, мистер Квакум – жабер, хотя с виду и не скажешь. Он из тех, кого называют «смешалками»: выглядит совсем как человек, но когда открывает рот, оттуда вылетает длиннющий язык, так что он может ухватить что-нибудь на другой стороне садового сарайчика. Всю жизнь мистер Квакум скрывал свой ОГРОМНЫЙ секрет, не представляя, что рядом существует целый волшебный мир! А потом нашёл нас. Теперь он женат на миссис Венере, ГИГАНТСКОЙ росянке, которую дедушка Эйб привёз в отель крохотным росточком много лет назад, когда исследовал перуанские джунгли.

На миссис Венеру приятно посмотреть – у неё красные и зелёные зубы и руки-усики. Но в последнее время с ней возникают проблемы, потому что она всё время засыпает на газоне с открытым ртом. В прошлом месяце Хоггит забежал туда, чтобы поймать мячик, и она чуть его не проглотила.

– Спасибо, мистер Квакум, – сказал я.

Летя по коридору, я миновал зачарованную швабру, которая лениво плюхала воду на плитку. Мама явно приставила её к делу с раннего утра.

Я распахнул дверь кухни и едва успел пригнуться, когда прямо над моей головой пролетела соусница. Она сбила швабру и упала на пол.

Очертания Нэнси у плиты были как будто размыты. Она балансировала на одной ноге, а семь других конечностей мешали, взбивали, резали, хватали с полок специи, переворачивали содержимое сковородок, замешивали тесто и отправляли противни с едой в духовку. И всё это одновременно!

– Пюре из тараканов! Болотная трава! Джем из потрошков! Яйца единорога! – бормотала Нэнси.

Да, такую еду любят волшебные существа. Со временем привыкаешь, а кое-что оказывается на самом деле вкусным… Уверен, ты не знал, что единороги откладывают яйца!

Я проскочил мимо Нэнси в оранжерею и сразу увидел, что большинство гостей собрались снаружи, на террасе.

Я быстро пробрался через ряды горшков с растениями мистера Квакума и миссис Венеры, вышел в стеклянную дверь, и… мне в лицо влетел скелет сардины – ШЛЁП!

Ты этого не ожидал?

Я тоже…

10. Приём для благородного гостя

Сад заполняли гости, разодетые в лучшие наряды. Волшебные существа всегда могут унюхать, что скоро будут еда и развлечения.

Они парили в воздухе, ошивались вокруг столов с едой, пока Нэнси и Ууф были заняты готовкой новых блюд, сбивались в кучки на террасе, болтая друг с другом, и сидели на заколдованных скамьях, которые висели в воздухе над клумбами. Из сотен домиков размером со скворечник выглядывали крохотные личики фей.

Я разглядел маму возле водяной горки, где она, лихорадочно жестикулируя, объясняла что-то миссис Данч.

Миссис Данч (для друзей – Берол) – это очень морщинистая и очень, очень старая русалка. Насколько помнят старейшие обитатели отеля, она приезжает к нам на лето каждый год и сразу по прибытии втискивается в бикини с морскими звёздами.

Сейчас же эта древняя форель сидела наверху горки, слушала маму и ела сардины, как кукурузу, – обгладывала мясо рыбы и швыряла скелет с хвостом и головой через плечо.

Теперь было понятно, откуда мне прилетело в лицо.

– Фрэнки! – крикнул папа с другой стороны террасы. – Ну-ка иди сюда! Ты пришёл одним из последних, – укорил он. От беспокойства у него явно сводило плечи. – Почему ты всегда опаздываешь?

Кажется, я никогда не видел папу таким нарядным. Волосы у него оставались растрёпанными, но он втиснулся в костюм, который надевал на свадьбу. Костюм был немного побит молью и тесноват в некоторых местах, но для папы и это было достижением.

Он забрался на стену террасы, вскинул руки и прокричал:

– ДАМЫ И ГОСПОДА!

Все обернулись к нему и замолчали.

– ДАМЫ И ГОСПОДА…

– И пудели-оборотни, – гавкнула Глэдис Поттс. По такому случаю она надела особый ошейник, инкрустированный бриллиантами.

– Да… и пудели-оборотни, – согласился папа. – Итак, мы собрали вас здесь сегодня…

– И призраки! – возрыдал Рыдающий Норрис, ещё один из наших гостей-призраков. К сожалению, из-за того, что леди Леонора сняла главную лестницу первой, ему пришлось ограничиться ступенями бассейна. Он стоял по пояс в воде и драматично дрожал.

– Да-да, и призраки! – процедил папа сквозь зубы. – Итак, я…

– И циклопы! – проорал Реджинальд Мырг со своего места подальше на стене террасы. Он остановился в отеле с женой и двумя детьми. Каждый из них внимательно следил за происходящим своим единственным глазом.

– И меня не забудьте! – раздался из ниоткуда ещё один голос. Мгновение никто не мог понять, откуда он звучит, пока над газоном не проплыл мужской парик.

Невидимый Альф в молодости пережил несчастный случай в научной лаборатории и с тех пор оставался невидимкой. Хотя его невозможно увидеть, он ужасно стесняется, что с возрастом облысел, и упорно носит старые облезлые парики. Никто не понимает, зачем, но, по крайней мере, так его легче заметить.

– Мы про тебя не забыли, Альф, – заверил его папа.

– Иначе это была бы дискриминация невидимых!

– Ладно! – Кажется, папа был готов разрыдаться. – Дамы и господа, пудели-оборотни, призраки, циклопы и невидимки…

– И огры!

– И писки!

– И русалки!

– И чертешишки!

– ПОЖАЛУЙСТА! – едва не закричал папа. – Все вы! Я обращаюсь ко всем вам! КО ВСЕМ!

Толпа стихла.

– Сегодня в отель прибывает весьма важный гость.

– О-О-О, ВОШХИТИТЕЛЬНО! – воскликнули Коренные Сестрицы, зубные феи-тройняшки Дентина, Деснина и Пастина. – Это штоматолох?

Понять, что они говорят, всегда было очень трудно, потому что у всех троих отсутствовало большинство зубов. Ты, наверное, не знал, что зубные феи едят исключительно кусковой сахар? У них самые плохие зубы во всём волшебном мире.

– Нет, не стоматолог, – сказала мама, взбираясь на стену рядом с папой.

– Какое ражочарование. Я надеялашь, што пожнакомлюшь с хорошим штоматолохом, – вздохнула Дентина.

– Это гоблинский принц, – театрально взмахнула руками мама. – А именно Грогба, принц Темнючей и Грязнючей Бездны. – Она заговорила своим обычным командным тоном, и папа выдохнул с облегчением оттого, что мама взяла всё на себя.

– Мы пригласили вас на приём в саду, чтобы поприветствовать Грогбу. Вы все – почётные гости, и я уверена, что вы так же, как и мы, рады приветствовать в нашем отеле представителя гоблинской королевской семьи. Давайте покажем принцу Грогбе, какой замечательный у нас отель.

– Когда он прибывает? – раздался голос Невидимого Альфа.

– Эм… – мама бросила взгляд на часы и нахмурилась. – Должен был быть здесь минут двадцать назад.

– Тогда где же он? – простонали Коренные Сестрицы. – Он опаждывает!

– Мы все умрём! – взвыл Рыдающий Норрис.

Леди Леонора с мрачным лицом появилась среди толпы. Она переоделась в особенно широкое серое бальное платье, и кружевная отделка на подоле вилась вокруг её ног, как дым.

– Наконец я смогу поговорить с представителем королевской крови, – сказала она, достав из воздуха призрачное зеркало, чтобы полюбоваться своим отражением. – Мне та-а-ак наскучили простолюдины.

– Я так возбуресована! – воскликнула миссис Данч, с хохотом шлёпая хвостом по водной горке.

– Я так нервничаю, что усики дрожат, – сказала миссис Венера из своего огромного горшка, скрипнула шипами-зубами и оскалилась.

Не она одна нервничала. Принц опаздывал уже на полчаса. Все были встревожены и обеспокоены, и с каждой минутой всё больше суетились.

– Когда же он приедет? – спросила мама. – Может, он передумал?

– Он приедет, – ответил папа, и оказался прав. Как раз в этот момент Газон закричал.

11. Прибытие гоблинов

Газон расслабленно дремал посреди сада со времени открытия отеля и обычно выглядел в соответствии со своим именем – как газон. Но на самом деле это был древний дух растительности. Вурдакуст.

Небольшой холмик на траве начал дёргаться. На нём вдруг появились две дырки и отчаянно заморгали, а следом под ними появилась третья дыра, побольше. Внезапно из неё высунулся грязно-коричневый язык.

– Там внизу! – возопил Газон.

Все обернулись и уставились на него. Его редко кто видел бодрствующим. Я провёл в отеле всю жизнь и могу сосчитать на пальцах одной руки, сколько раз он открывал глаза.

– О-о-о! – Газон заёрзал, как будто под ним начиналось землетрясение. – Кто-то теребит мои мягкие местечки!

В траве стали появляться маленькие горки земли, как кротовые кучки.

– Уййй! – взвыл Газон. – У-й-йди!

По обеим сторонам от холма-головы из земли внезапно высунулись две травяные руки-рукавицы.

– Хва-а-а-а-а-атит! – Газон схватил самого себя, как одеяло, и сдёрнул траву с одной стороны сада в сторону, открыв землю под ней. Как раз вовремя…

– БАНДЮГИ КЛЯТЫЕ!

БУ-У-УМ!

Земля взлетела в воздух, и из-под неё вырвался огромный угловатый валун. Он пропахал траву под углом, как остриё гигантского каменного топора. Жаль, что ты этого не видел. Было ПОТРЯСАЮЩЕ!

Мелкие камни и комки земли дождём обрушились на всех гостей. Мы изумлённо ахнули. А потом… воцарилась тишина.

Никто не двигался.

Как будто все одновременно затаили дыхание.

Скрип. Скрип. Щёлк.

– Что это за звук? – спросил папа.

Треск. Скрип. Хрусть.

– Што твориша? – спросили Коренные Сестрицы.

Скрип. Щёлк.

– Дверь! – крикнул Ууф. Надев солнечные очки и огромную соломенную шляпу, он присоединился к нам на улице. Огры плохо переносят прямые лучи солнца. Под ними они превращаются в камень, и уходит целая вечность на то, чтобы снова их размягчить. Он указал на бок большого валуна. – Ууф видит дверь!

– Он прав, – сказала мама. – Смотрите!

У нас на глазах на поверхности проступила широкая трещина, обрисовывая контур больших двойных дверей.

– Вот и они, – пробормотал папа у меня за спиной. – Приготовься…

Внезапно раздался оглушительный звук рогов, и двери в валуне распахнулись.

Я едва не упал с ног, когда увидел, что ждало за ними. Честное слово! Ты за миллион лет не угадаешь, даже если я буду всё время подсказывать.

Вместо стен из камня, которые ожидаешь увидеть внутри большого грязного валуна, только что выкатившегося к тебе в сад, за дверями был длинный коридор, отделанный ярким золотом. На стенах висели светильники из цветного стекла, и всё сияло, как сокровища в открытом сундуке. Мне пришлось щуриться, чтобы рассмотреть детали.

Но даже золотой коридор не производил такого впечатления, как то, что из-за каменных дверей бесконечными рядами, словно армия, маршировали к нам сотни норных гоблинов.

12. Парад

Первый гоблин, выступивший из гигантских каменных дверей, был одет в жёлтую шёлковую мантию и увешан золотом. На маленьких руках были десятки браслетов, а на каждом пальце по перстню. Кожа у него выглядела пятнистой, как залежавшийся сыр; щетинистые рыжие волосы были скручены в узел на макушке.

– Принц Грогба! – сказал папа, выступая из толпы и опускаясь на одно колено. – Это честь приветствовать вас в нашем отеле.

Низенький гоблин посмотрел на папу и скривился.

– Я не Грогба, битоголовый человечишка! – он достал из складок одежд золотой свиток. – Я – Королевский Крикун!

– Мы ждали принша! – заявили Коренные Сестрицы.

– Грогба прибудет в идеально подходящий момент, – сказал Королевский Крикун и посмотрел на меня, маму и папу с такой гримасой, словно от нас воняло.

– Тогда где он? – заорала миссис Данч с вершины водной горки. Она так ёрзала и хлопала хвостом, что трудно было сосредоточиться. – Хочу увидеть принцика!

– По мне, так это крайняя непунктуальность, – заметил Реджинальд Мырг, вынул карманные часы и сердито посмотрел на них, недовольно цокая языком.

– Вы что, ничего не знаете? – огрызнулся на всех Королевский Крикун. – Принц никогда не прибывает без парада!

– Парад? Это ещё зашем? – спросили Коренные Сестрицы.

– Если сначала не будет парада, откуда вам знать, сколько у принца подданных, насколько он богат, и могуществен, и велик, и силён, и потрязамечателен? – Королевский Крикун был возмущён нашим невежеством. – Ну-ка, заткните свои бормоталки и дайте мне делать свою работу.

Он развернул свиток, широко расставил ноги и сделал глубокий вдох.

– Встречайте! – прокричал он тоненьким голоском. – Королевские советники!

В двери промаршировала кучка чванливых гоблинов. На каждом одежды были роскошнее, чем на предыдущем, и хотя ростом они едва доставали мне до колен, я почему-то занервничал.

– Королевские чародеи!

Из дверей появилась ещё одна группа гоблинов; колдуны и колдуньи, пошатываясь, переступали маленькими ногами, обутыми в сандалии. На их нарядах были изображены странные символы, и у всех колдунов бороды были настолько длинными, что волочились за ними по земле.

– Дорогу! – восклицали они и разбрасывали пригоршни шариков, которые взрывались, оставляя ярко-красный дым. – Дорогу!

– Королевские музыканты!

Вышел огромный оркестр марширующих музыкантов, которые держали диковинного вида инструменты и играли что-то живенькое.

Королевский Крикун представил шутов, и слуг, и поваров, и жонглёров, и акробатов. Список казался бесконечным. Он объявил ансамбль танцовщиц живота – покачивающихся и извивающихся гоблинок в коротких кофточках, расшитых сотнями золотых бубенцов. Гоблины шествовали один за другим, но принц всё не появлялся.

– Королевские питомцы!

Вышла группа гоблинов, тянувших на поводках огромных жуков. Жуки проклацали мимо нас, как большие блестящие чёрные буханки.

– Королевский Спиночёс!

Крикун объявлял звания всех гоблинов, которые шли через двери в сад отеля.

– Королевский Носодуй! Королевский Мозоледав! Королевский Ушечистильщик! Королевский Ваннонабиратель! Королевский Туалетоспускатель! Королевский Пупкопылеудалитель!

Я покосился на Нэнси, та подмигнула мне в ответ и улыбнулась.

– Принц Грогба обо всём подумал, – шепнула она.

– Королевские жёны! – продолжил маленький Крикун, когда в двери проплыла со скучающим видом стайка гоблинок. Их платья были расшиты жемчугом, драгоценными камнями и перьями, а на головах возвышались изысканные причёски.

– Где мы их всех разместим? – вполголоса простонала мама.

13. Принц Грогба

Мама не зря беспокоилась. Больше часа гоблины рекой лились в сад отеля, и там уже не осталось свободного места.

Я начал подозревать, что принца вообще не существует. Но, наконец, рога музыкантов заиграли особенно громко.

– Приготовьтесь, недостойные создания, – провозгласил Королевский Крикун. – Настало время прибытия Его Грязнючести.

Я взглянул на золотой коридор и увидел разукрашенную колесницу, которую тянула команда несчастных на вид слуг-гоблинов.

– Раз! – кричали они. – Два!

Колесница достигла двойных дверей. Но где же сам принц? Казалось, в колеснице никого не было, оттуда только высовывалось тонкое длинное перо.

Я огляделся и увидел, что у всех на лицах такое же недоумённое выражение. На наших глазах перо затряслось, затем сдвинулось к боку колесницы, и… и… самый низенький и толстый гоблин, какого я видел ЗА ВСЮ ЖИЗНЬ, спрыгнул на землю.

Грогба был чуть выше пачки муки, но намного, намного шире. Он выглядел как серая тыква в туфлях с загнутыми носами. На нём были розовые и фиолетовые одежды, расшитые крохотными золотыми цветами. Он был увешан всевозможными украшениями. Браслеты и ожерелья звенели при малейшем движении, и перстни на каждом пальце сияли в лучах солнца. На голове у принца был выпирающий во все стороны тюрбан с бриллиантовой брошью в виде полумесяца, которая удерживала ОГРОМНОЕ перо. Оно было в пять раз выше, чем сам принц.

– Приветствую вас, ничтожные наземники! – сказал он писклявым голосом и улыбнулся так, словно отвесил нам комплимент. – Склонитесь к моим ногам. Пресмыкайтесь перед Моим Гоблинством.

– Эм-м… – протянул папа, оглянулся на остальных и жестом велел следовать его примеру, а затем… опустился на одно колено. Мы все сделали так же.

– Ниже! – скомандовал Грогба. – Восхищайтесь Моим Толстовеличием.

Мы все встали на оба колена и склонились вперёд.

– НИЖЕ, ИЛИ УМРЁТЕ!

Гоблины-стражники обнажили мечи и оскалили зубы.

Как нам поклониться так, чтобы стать ниже принца? Пришлось бы лечь на землю и зарыться лицом в грязь.

– О, великий Грогба! – воскликнула мама и бросилась вперёд, кланяясь и кивая, как безумная. – Мы так польщены вашим желанием остановиться в отеле «Проходите мимо». От лица всех присутствующих, персонала и гостей мы приготовили…

– А-А-А-А-А-А-А-А! – заорал Грогба и спрятался за ближайшего стражника. – Человек! Здесь человек! Грязный, тупой, неуклюжий, УРОДЛИВЫЙ, ВОНЮЧЕЙШИЙ ЧЕЛОВЕК!

Мама выглядела так, словно ей отвесили пощёчину.

– Принц Грогба…

– А-А-А-А-А-А-А-А!

– Позвольте объяснить…

– А-А-А-А-А-А-А-А!

– Вообще-то мы…

– А-А-А-А-А-А-А-А!

– …управляем отелем.

Принц перестал кричать и выглянул из-за невозмутимого стражника.

– Что? – спросил он. – Не лги мне, никчёмный человечишка! Стража! Порежьте это на кусочки и скормите моим жукам!

– ПОСТОЙТЕ-КА! – папа выступил вперёд и вскинул руки. – Это правда, принц Грогба. Мой прапрадедушка Абрахам Банистер построил этот отель.

Увидев папу, принц отшатнулся.

– Ещё один! – произнёс он с выражением ужаса на толстом личике. – Чума какая-то!

– Поверьте, никакой чумы нет, – мама старалась говорить спокойным тоном. – Мы – семья Банистер, мы управляем этим отелем.

– Моя прапрабабушка – Отрыжуля Бука, – добавил папа, снял очки и поднял голову, чтобы медный оттенок глаз заиграл на солнце. – Видите? Я полукровка.

Принц Грогба перестал скулить и окинул моих родителей возмущённым взглядом. Во всём волшебном мире не было ни одного существа, которое не слышало бы о бабуле Отрыжуле.

– Ты? – сказал принц папе с таким отвращением, что казалось, будто его сейчас стошнит. – Потомок мистрис Буки?

– Ага, – ответил папа.

– Так и есть! – крикнула миссис Данч с вершины горки.

– Позвольте сказать, – проворковала леди Леонора, выплывая из толпы. Она вынула из воздуха призрачный цветок и протянула принцу. – У Банистеров волшебная кровь, и вам не стоит ни о чём беспокоиться, ваше высочество.

– Н-но… – У Грогбы задрожала нижняя губа.

– Мы приготовили для вас пир, – сказала мама с фирменной улыбкой «Добро пожаловать в наш отель».

– Как мне есть, когда в воздухе ВОНЯЕТ людьми?

– В меню паштет из чаячьих потрошков и кростини из тараканов, – вмешалась в разговор Нэнси.

Грогба раскрыл рот, и я заметил, как по его подбородку потянулась тонкая нитка слюны. Я же говорил, что волшебные существа жадные до еды. Принц вышел из-за стражника и оправил одежду.

– Что ж, возможно, мне удастся вытерпеть вонь всего двух людей, – пробормотал он.

– Вообще-то, – осторожно вставила мама, – нас тут трое.

– ЧТО?! – Грогба в панике схватился за ожерелья.

Мама указала на меня.

– Здрасьте! – я помахал принцу.

Принц Грогба отчаянно заморгал, открыл рот, чтобы что-то сказать, и… упал в обморок! Лицом прямо в грязь! С восхитительным

14. Настоящие королевские страдания

– Он што, шлёпки отброшил? – спросили Коренные Сестрицы.

– Если да, то можно его съесть? – поинтересовалась мадам Мак-Криди, престарелая банши, и с голодным видом облизнула обветренные губы.

Нэнси отнесла принца в дом, и теперь он лежал на диване в вестибюле, а все гости столпились вокруг. Никто не знал, что делать, поэтому мы просто смотрели на него.

Подданные, стражники и жёны Грогбы как будто совсем не удивились его обмороку, поэтому я предположил, что с ним такое случалось нередко. Более того, многие из них вообще не беспокоились и уже плескались в бассейне.

– Он мёртв! – вскричал Рыдающий Норрис.

– Не говори ерунды! – рявкнула мама.

– Принц Грогба? – позвал папа и осторожно ткнул пальцем в маленький серый комок.

– Он точно мёртв! – простонал Рыдающий Норрис.

– НОРРИС, ПОМОЛЧИ УЖЕ! – мама сверкнула глазами на призрака.

– Но это так! – проскулил тот. – За всю вечность я не знал никого настолько мёртвого. С каждой секундой этот гоблин становится мертвее и мертвее. Он самый мёртвый мертвец, какого я видел!

– А-А-А-А-А! – заорал принц Грогба и резко сел на диване, а Рыдающий Норрис отшатнулся и умчался в ближайшую стену. – Где я?

– Ваше высочество, – мама присела рядом с гоблином. – Вы в отеле «Проходите мимо»… На отдыхе.

– На отдыхе?

– Да, – сказала Нэнси. – Вы ненадолго упали в обморок. Может, устали после путешествия или тюрбан чуток туговат. – Она протянула руки к его красному тюрбану с бриллиантовой брошью. – Давай-ка его снимем, голубчик.

Грогба отшатнулся от неё, словно она попыталась оторвать ему голову.

– Нет! – завизжал он. – НЕ ПОЗВОЛЮ!

Нэнси замерла, широко раскрыв рот и все восемь глаз.

– Я тебя раскусил, воровка! ПИРАТКА! – Грогба ткнул в сторону Нэнси пальчиком. – Твои грязные руки никогда не тронут…

– Тюрбан? – спросила Нэнси.

Мы все уставились на них двоих. Что принц имел в виду? Он совсем с ума сошёл?

В вестибюле воцарилась тишина. Грогба медленно обвёл взглядом наши шокированные лица, а затем опустил руку и улыбнулся слабой нервной улыбкой.

– Ха-ха! – засмеялся он, пожалуй, слишком громко. – Шутка.

Мы всё ещё не сводили с него глаз.

– Ладненько! Может, вам что-нибудь принести? – нарушила тишину Нэнси.

– Да, – сказала несколько растерянная мама. – Мы с радостью обеспечим вас всем, что пожелаете.

Лицо Грогбы исказила высокомерная, ядовитая ухмылка. Он встал на подушку, на которой лежал, раздул толстую грудь и упёрся ручонками в бока.

– Я – принц Грогба! – завопил он. – Правитель Золотых Норнов! Завоеватель Грязнючей Бездны! И мне не нравятся эти мрачные, вонючие ТРУЩОБЫ!

– Может, вы желаете осмотреть свои комнаты? – спросила мама. – Мы приготовили для вас пентхаус люкс с чудесным видом на море.

– Нет! – крикнул принц. – ЭТОГО НЕДОСТАТОЧНО! Я хочу эту комнату.

– Эту комнату? – удивилась мама.

– Да! Эту комнату, ты, болтливая крысица!

– Но это вестибюль, – заметил папа.

– ВСЁ РАВНО! – Грогба ткнул папе в лицо ручонкой. – Хочу эту! Тут высокий потолок и мой личный бассейн с джакузи!

– Это фонтан, – уточнила мама.

– НЕПРАВДА! – фыркнул Грогба. – Это мой личный бассейн с джакузи. Так, а где мои слуги? – он хлопнул в ладоши. – Музыканты! Танцовщицы! Позовите Королевского Ногомассажиста!

Прежде чем мама и папа успели возразить, в вестибюль вбежала толпа гоблинов. Музыканты выстроились на каменной стойке и немедленно начали играть, а остальные окружили принца и принялись ему кланяться.

– Я ЖЕЛАЮ КРОВАТИ! МНОГО КРОВАТЕЙ!

Ещё больше гоблинов, спотыкаясь от спешки, спустились по лестнице, держа над крохотными головами матрасы – на некоторых были простыни и сложенная одежда.

– Это мой матрас! – ахнула Глэдис Поттс, указывая на простыни с рисунком из маленьких косточек.

– РУКИ ПРОЧЬ! – прошипел принц. – Теперь он мой. Всё моё!

По-моему, за всю жизнь я ни разу не лишался дара речи, но в тот момент не смог бы сказать ни слова, даже если бы меня умоляли. Эта шишка-малявка захватила весь отель.

– ТЫ! – Грогба указал на Нэнси. – Я собираюсь искупаться в бассейне и желаю свежие полотенца из паучьего шёлка. СОТКИ ИХ! НЕМЕДЛЕННО!

Батальон гоблинов-стражников окружил Нэнси, направив на неё копья и мечи. Нэнси испуганно ахнула и принялась лихорадочно ткать из своей паутины большие пушистые полотенца.

– Вам всем стоит делать в точности то, что я велю, и в точности так, как я велю, – объявил Грогба всем присутствующим. – Конечно, если вы не хотите лишиться жизни.

С этими словами он скинул на землю свои шёлковые одежды и остался СОВЕРШЕННО ГОЛЫМ, не считая тюрбана и дурацкого пера.

– Глажам швоим не верим! – ахнули Коренные Сестрицы.

Грогба прошествовал к фонтану; его толстый серый зад трясся, как пара маленьких переваренных куриц.

– ПРИЗОВИТЕ КОРОЛЕВСКИХ ПУЗЫРЬКОНАДУВАТЕЛЕЙ! – проорал он, погружаясь в фонтан.

Команда гоблинов-слуг с тростинками в руках вбежала в вестибюль. Они окружили фонтан, упали на колени и погрузили концы тростинок в воду. А затем, сделав глубокий вдох, они принялись пускать пузырьки изо всей силы, на которую были способны их лёгкие.

– Так-то лучше, – сказал принц. – Я уж думал, что придётся провести эти мерзкие дни в ужасной обстановке.

Едва я подумал, что принц Грогба расслабится и перестанет выкрикивать приказы, как его глаза-бусинки остановились на мне. Я тут же запаниковал, поэтому просто пожал плечами и уставился в пол.

– Ты! Отвратительное человеческое дитя!

Я поднял голову и посмотрел на этого противного карлика в ванне с пузырьками. Я не собирался показывать ему, что нервничаю, хотя очень трудно было не ёжиться.

– Беги в кухню! – рявкнул он. – Принеси жабный грог. СЕЙЧАС ЖЕ!

Хотел бы я тебе сказать, что выстоял и не сдвинулся с места. И хотел бы я сказать, что крикнул принцу: «ТЕБЕ НАДО – ТЫ И ИДИ, ГЛУПЫЙ ТОЛСТЯК!» Но нет. Родители приучили меня быть вежливым с гостями, поэтому я даже не успел задуматься, как оказался уже на полпути к кухне… ОБЛОМ!

15. Пс-с-ст!

Я с грохотом открывал шкафчики на кухне и вытаскивал их содержимое. Где же Нэнси держит жабный грог?

Забравшись по лестнице к верхним полкам, я поспешно перебрал бутылки и банки, читая ярлычки на них.

Грог должен быть где-то здесь.

Я спустился на пол и собирался сбегать вниз, в погреб Ууфа, когда…

– Пс-с-ст!

Я замер на месте и огляделся по сторонам.

– Пс-с-ст! Фрэнки…

Крикофон в углу кухни ЗВЯКНУЛ, и кнопка комнаты бабули Отрыжули с щелчком поднялась и опустилась.

– Пацан? Ты там?

– Бабуля? – я подбежал к металлическому рожку и прижался к нему ухом. – Бабуля, это ты?

– Вот ты где, детёныш, – раздался голос бабули Отрыжули. – Что там внизу творится? Мои поганки весь день чешутся. Это всегда означает проблемности.

– О, бабуля, всё ужасно, – сказал я. – Новый гость только приехал, а все уже носятся с ним как рабы.

– Новый гость? Какой новый гость? – спросила бабуля.

– Помнишь, вчера в бурю прилетел гоблин-почтальон?

– И что? Выкладывай, прыщ!

– Он принёс сообщение, что у нас остановится принц Грогба, – сказал я. – Так вот, принц прибыл около часа назад.

– Принц Грог-что? – буркнула бабуля.

– Принц Грогба. Наследник трона норных гоблинов.

– Эти подземники, – сказала бабуля. Я легко мог представить, как она кривится. – Какого лешего они тут делают? Норные гоблины никогда не поднимаются на поверхность и тем более не останавливаются в отелях так близко к человеческому городу. От запаха людей их тошнит.

– Это он уже ясно продемонстрировал, – вздохнул я.

– Что-то тут не так, – пробормотала бабуля.

– Ты не можешь спуститься? – спросил я. Крохотный гоблин ни за что не станет связываться с ней, даже если он принц и с ним армия стражников с изогнутыми мечами.

– Ни за какие коврижки! – отрезала бабуля. – Мне тут уютно, как мушке за рамой! Это вы его впустили, сами и разбирайтесь. Просто наступите на малявку.

Я изо всех сил застонал в крикофон.

– Но вот что, пацан… – я уже почти отвернулся, но бабулин голос меня остановил. – Держи ухо востро. Норные гоблины ни за что не вышли бы на поверхность без очень, очень серьёзной причины. Что-то хитрокрученное творится.

16. Всё хуже и хуже

Вернувшись к лихорадочным поискам, я наконец обнаружил бутылки с жабным грогом в коробке у самой лестницы в погреб, ухватил столько, сколько мог унести, и поспешил обратно в вестибюль.

Я не мог выкинуть из головы картину: Нэнси стоит в окружении стражников. Что мы натворили, пустив в отель сумасшедшего малявку размером с тыкву?

Если нам повезёт, ванна с пузырьками в фонтане достаточно поднимет настроение Грогбы, и он наконец успокоится и перестанет выкрикивать безумные приказы всем подряд.

Я свернул за угол возле столовой, прошёл в арку, ведущую в вестибюль, и…

Остановился и ахнул при виде открывшегося мне зрелища. Как это произошло?! Меня же не было всего минут пятнадцать!

В вестибюле царил полный хаос. Куда ни посмотри, везде копошились норные гоблины. Они переворачивали мебель и разбивали вазы.

Папа стоял возле нескольких разлёгшихся жен-гоблинок, одетый в отрепья, как гоблины-слуги. В руках он держал опахало, сделанное из рукоятки метлы и газетных страниц.

– Обмахивай нас, раб! – командовали гоблинки с кислым видом. Папа мотал опахалом туда-сюда; судя по выражению лица, он не мог поверить в происходящее.

– ГРО-О-О-ОР! – завывал Хоггит, на спине которого ехал Королевский Крикун. Мой бедный дракончик брыкался, чтобы сбросить с себя эту старую гнилую репу, но Королевский Крикун крепко держался за его уши.

Пылевушки шуршали по полу, пытаясь удержать на головах серебряные подносы с закусками. И…

– МАМА! – ахнул я, едва не уронив бутылки с грогом.

Моя бедная мама стояла посреди вестибюля, у фонтана, вместе с гоблинскими танцовщицами живота, одетая в такие же, как у них, звенящие кофточку и юбку. Откуда они взяли вещи её размера?

Пытаясь повторять танцевальные движения гоблинок, она в ужасе посмотрела на меня. ЧЕСТНОЕ СЛОВО, мама иногда слишком серьёзно относится к работе с клиентами.

Я бросился к ней.

– И не думай, КОРОТЫШЁНОК! – заорал Грогба. Я оглянулся на него.

Гоблинский принц стоял на горе из разорванных книг из нашей библиотеки и размахивал одной из папиных клюшек для гольфа.

– Как весело! – засмеялся он, указывая на бедного мистера Квакума. Несколько гоблинов-музыкантов обвязали кончик его длинного языка вокруг перил лестницы и дёргали за него, словно это струна контрабаса.

– Сто лет так не веселился! – сказал Грогба. Он замахнулся клюшкой для гольфа выше головы, отпустил её и восторженно забулькал, глядя, как она пролетает через весь зал и разбивает одно из окон у парадной двери.

Я не мог поверить своим глазам. Гоблины катались по перилам центральной лестницы и раскачивались на светильниках. Один даже кидал дротики в большой портрет прапрапрадедушки Абрахама, который висел над стойкой регистрации вместе с отзывами в рамках.

Если так будет продолжаться, от отеля ничего не останется.

Как раз в этот момент вестибюль наполнился шумом, и все гоблины застыли на месте.

17. Принц разгулялся

– Что это? – спросил Грогба, спрыгивая со своей горки из испорченных книг. – Всем молчать!

В вестибюле стало тихо, и все прислушались.

В разбитое окно у парадной двери лились звуки набережной Брайтона. Для меня этот шум был настолько привычным, что я его практически не замечал, но норному гоблину смесь из музыки, смеха, шума машин и крика чаек должна была взрывать мозг.

Принц подбежал к окну и попытался выглянуть в него. Но даже на цыпочках он никак не мог до него дотянуться.

– Вы! – крикнул он семье Мырг. – Сюда. СЕЙЧАС ЖЕ!

Мы все молча наблюдали, как принц Грогба приказывает циклопам встать на четвереньки и образовать живую лестницу. Затем он проковылял по их спинам и выглянул в разбитое окно.

– ЁЖКИ-ДУРЁШКИ, ПОВЕРИТЬ НЕ МОГУ! – заорал он через несколько секунд. – Лживые, обманные, коварчатые ЛЮДИШКИ!

– Что не так, ваше гоблинство? – спросил я, сгрузив бутылки с грогом на ближайший стол.

– Меня обжулячили! – вопил принц Грогба. – Обхрустели!

– Не знаю, о чём вы… – сказал я. Не хватало ещё, чтобы этот гоблин стал ещё злее!

– Не знаешь?! – Грогба указал прямо в дыру в окне. – Не знаешь, мошенническая обдурительская морда?! Тогда это что?

Я проследил за коротеньким пальцем Грогбы. Он указывал на море.

– ТАМ БАССЕЙН НАМНОГО БОЛЬШЕ МОЕГО! – воскликнул он.

– Это море… – начал я.

– Это моё! – принц выглядел так, словно у него вот-вот случится самый сильный приступ гнева в этом столетии. – Я его хочу!

– НЕЛЬЗЯ! – вырвалось у меня. Грогба в ужасе ахнул. Не думаю, что ему хоть раз за всю жизнь говорили это слово.

– Нельзя? НЕЛЬЗЯ?! – его лицо побагровело. – Я ПРИНЦ ГРОГБА! Я ХОЧУ ЭТОТ СИНИЙ ГИГАНТСКИЙ БАССЕЙН! И НЕМЕДЛЕННО!

– Но он полон людей!

– Людей? – Грогба произнёс это слово так, словно оно оставляло дурной привкус во рту. – Пф-a! Я просто прикажу им ПРОВАЛИВАТЬ!

Прежде чем кто-нибудь успел его остановить, Грогба спрыгнул с подоконника, одним толчком живота распахнул парадные двери и просеменил наружу, под обеденное солнце.

18. Пляж

– НЕТ! – закричала мама. Она пробежала через вестибюль, звеня своим костюмом. – Фрэнки! Останови его! Нельзя, чтобы люди его увидели!

Я развернулся к дверям и увидел, как Грогба удаляется по садовой дорожке. Скоро он окажется на набережной, где ходят сотни туристов-людей.

– Быстрее! – пропыхтела мама, пролетая мимо меня с зажатым носом. Из-за заклинания на пороге ей в нос бросилась вонь брюссельской капусты. Она её терпеть не может!

– О нет, о нет, о нет! – папа мчался за ней по пятам. – Из-за этого принца все про нас узнают!

Я спрыгнул со ступеней на дорожку и увидел, как Грогба распахивает ворота.

– ЭТО МОЁ! – прокричал он и вприпрыжку зашагал по набережной. По ней прогуливались семьи. По дороге в обе стороны тянулся поток машин. Через считаные секунды принца расплющит машина, а нас всех арестуют за убийство королевской особы… Но главное – секрет отеля будет раскрыт.

– Принц Грогба! – практически визжала мама. Добежав до ворот, она как безумная выскочила наружу.

Принц проскочил мимо пары, державшейся за руки и катившей коляску.

– ХА-ХА! – рассмеялся он. – С ДОРОГИ, ЖАЛКИЕ ЛЮДИШКИ!

Вот и всё. Отель «Проходите мимо» обнаружат, и нас выживут из города.

– У-У-У-У-О-О-О-О! – Это была мама. – ВА-ВА-УИ-И-И!

Мы с папой застыли на месте у ворот, не сводя с неё глаз.

– ЙА-А-АХУ-У-У! – мама вскинула руки в воздух и принялась качать бёдрами. С каждым прыжком бубенцы на её костюме громко звенели. – О-О-О-А-А-А-И-И-И!

«Гениально!» – подумал я. Все на набережной (включая шокированного вида собаку) смотрели на маму, раскрыв рот. Она свистела, и кричала, и кружилась посреди дороги. Машины с визгом тормозили, и водители, высунувшись из окон, пялились на ЧОКНУТУЮ танцовщицу.

– Где он? – спросил папа. – Скорее, пока все отвлеклись!

Я окинул взглядом дорогу и тротуар на другой стороне. На секунду мне показалось, что мы потеряли принца, но потом я заметил, как он вываливается из-под фургона с мороженым и топает по гальке вперёд.

– Он уже на пляже! – воскликнул я.

– Ох, это плохо! – папа схватил меня за руку и потащил через дорогу.

Я смотрел по сторонам, стараясь разглядеть Грогбу. Обычно в будние дни на пляже были только старики, храпящие на шезлонгах, но я уже видел, как издалека приближается большая группа школьников.

– А-А-А! – папа тоже их заметил. Далеко впереди, слишком далеко, чтобы мы могли его поймать, Грогба семенил прямо навстречу целому классу ребятишек. Я не слышал, что он кричит, но судя по тому, как он размахивал коротенькими ручками, я догадался, что он приказывает убираться из его бассейна.

– Нам конец! – сказал папа.

– Придумайте что-нибудь! – закричала нагнавшая нас мама. – Должен быть спо…

– ПРИВЕТШТВУЕМ, ДРАЖАЙШИЕ!

Мы развернулись. Прямо за нами стояли три очень древних старика в помятых костюмах. У каждого была огромная белая борода и редкие гнилые зубы.

– Эм… – сказала мама, – извините, у нас нет времени…

– Это мы, – хором сказала троица. – Коренные Шештришы.

– Коренные Сестрицы?! – ахнул папа.

Все трое вынули из карманов помятых костюмов волшебные палочки и подмигнули.

– Мы давненько не ишпольжовали немношко чародейшства.

Мама, кажется, была готова разрыдаться.

– Гениально, господа… дамы… господа…

– Где этот принш-поганеш? – спросили сёстры.

Папа указал на Грогбу, который вот-вот должен был врезаться в школьников и раскрыть секрет волшебных существ.

– Ох, ёжкины можоли! – воскликнули Коренные Сестрицы. – Нушно быштренько очиштить этот пляж. – Они пробормотали себе под нос несколько странно звучащих слов и яростно замахали палочками.

Я никогда не видел, как колдуют зубные феи, но зрелище было не таким впечатляющим, как я надеялся. Одна палочка сломалась при взмахе, а другую владелица выпустила из рук, и та улетела в море.

– Этого должно хватить.

– Чего – этого? – спросила мама через несколько секунд. – Что вы сделали?

– Шмотрите, шейшас сами фсё увидите, – с гордыми улыбками проговорили Коренные Сестрицы.

Внезапно галька пляжа как будто накренилась у нас под ногами, и воздух наполнил странный скрипучий звук.

– Смотри! – папа указал на землю. Все камни подпрыгивали и ёрзали. Затем один за другим они отрастили ножки и глаза на стебельках. Не успели мы оглянуться, как пляж Брайтон оказался покрыт миллионами крохотных крабов-отшельников. Они бегали туда-сюда и переваливались друг через друга.

– Фу! – вскрикнула мама. – Отвратительно!

– Именно! – обрадовался папа. – У ВАС ПОЛУЧИЛОСЬ! – Он стиснул трёх стариков в крепких объятиях.

Папа был прав. Окинув взглядом пляж, я увидел, что все туристы-люди с криками бегут от наплыва крабов на безопасный тротуар. Коренные Сестрицы расчистили пляж прежде, чем кто-нибудь успел заметить принца Грогбу, который теперь размахивал руками и ногами, отбиваясь от крабов.

– Ууф здесь помогать, – раздался позади нас ещё один голос. На Ууфе всё ещё были солнечные очки и огромная соломенная шляпа, и он замотался в один из маминых платков, позаимствовав его из корзины с бельём для стирки. Маскировка получилась вполне убедительная.

– Поймай его СКОРЕЕ! – сказал папа, указав на принца.

– Ууф хватать Грога! – крикнул Ууф и затопал по крабам. Я ожидал, что он схватит Грогбу и унесёт, но вместо этого Ууф подпрыгнул в воздух и обрушился на него сверху, повалив принца на землю.

– Поймал! – замахал он нам. – Грогба схватить.

19. Крутой поворот

Вау! Мы добрались до ДЕВЯТНАДЦАТОЙ ГЛАВЫ! Интересно, да? Что ж, никуда пока не уходи, потому что подходит время большого, ГИГАНТСКОГО, драматического поворота сюжета. Такой случается во всех самых увлекательных историях…

К тому времени, как мы все убежали с заполонённого крабами пляжа и оказались в отеле, принц Грогба был в отвратительном настроении.

Ууф бросил принца на пол посреди вестибюля, и все отступили, нервно поглядывая на королевскую особу. Гоблины-подданные и остальные гости толпились на центральной лестнице и наблюдали за происходящим в окно.

– НЕНАВИЖУ ВАС! – завизжал Грогба, поднявшись на ноги. – Это худший ОТЕЛЬ В МИРЕ!

– Вот дела, – сказали три старика в мятых костюмах, у которых лица всё ещё переплавлялись в обычные черты Коренных Сестриц. – Какой ворчунишка!

Два раба принца подбежали к нему и помогли надеть золотые одежды. Нэнси подошла со стаканом жабного грога.

– Может, глоточек вас чуток взбодрит? – сказала она. Грогба схватил стакан и швырнул в стену.

– Думаешь, я стану что-то пить в этой СВИНОЙ НОРЕ?! – заорал он на Нэнси.

Если бы лицо принца не было серо-зелёным, я мог бы поклясться, что оно становится фиолетовым от гнева. Это было то ещё зрелище!

– Если бы я знал, что придётся иметь дело с ТАКИМ КОШМАРОМ! – вопил Грогба, бешено размахивая руками. – Я БЫ НИ ЗА ЧТО НЕ СТАЛ ПРЯТАТЬСЯ ТУТ!

Грогба осознал, что сказал, и зажал рот ручками.

– Что? – переспросила мама. – Вы правда сказали…

– НИЧЕГО! – Королевский Крикун бросился вперёд и встал между нами и Грогбой. – Принц ничего не говорил! Мы не прячемся! Кто сказал, что мы прячемся?

– Да… эм… то есть… у нас просто малюсенький коротенький отпуск, – с нервным смехом сказал Грогба. – Мы совсем не скрываемся, и я уверен, что ничего не украл у воюющего с нами клана гоблинов, который теперь за нами гонится.

Грогба уставился на нас огромными глазами.

– Ты, мелкий злодей! – воскликнул папа, закатывая рукава и пытаясь выглядеть крутым. – Ты приходишь в отель моей семьи, оскорбляешь нас, унижаешь, разносишь всё на куски и едва не раскрываешь нашу тайну, ПОТОМУ ЧТО НАРУШИЛ ЗАКОН?!

– Теперь можно его съесть? – спросила мадам Мак-Криди.

– Ууф его плющить! – сказал Ууф и занёс огромную ногу в воздух.

Глаза Грогбы готовы были выскочить из орбит. Он посмотрел на Королевского Крикуна, потом – на нас и снова на Королевского Крикуна.

– Эм-м-м… – протянул он. – СТРАЖА! АРЕСТОВАТЬ ВСЕХ!

И они послушались…

Мы ничего не могли поделать. Оружие у гоблинов острое, знаете ли.

К наступлению ночи мы все уже много часов сидели на полу. Стражники – надутые тыквы – окружили нас с копьями наперевес и заставили всех, кроме гоблинов, сесть посреди комнаты.

Ситуация выглядела совсем безнадёжной. Но тебя наверняка порадует то, что на этом всё не закончилось.

Спорю, тебе интересно, у кого Грогба что-то украл? Мне точно было интересно. Я ни о чём другом не мог думать.

Что ж… скоро ты всё узнаешь.

Принц сгорбился над низким столом и шумно уплетал остатки пира, приготовленного Нэнси для праздника в саду, когда случилось ЭТО.

Я сидел на полу и скучал. Я даже представить не мог, что вот-вот случится БАБАХ!

Самый БАБАХОВЫЙ БАБАХ, какой я только видел!

20. Бабах!

БАБА-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-АХ!

Входная дверь взорвалась, и огромное ржавое пушечное ядро пролетело по дуге через вестибюль и застряло в стене, прямо над портретом прапрапрадедушки Абрахама.

– НЕ ДВИГАТЬСЯ! – прокричал чей-то голос. Я не мог быть до конца уверен, потому что у меня звенело в ушах от взрыва, но мне показалось, что он принадлежит девочке. Он раздавался с парадного крыльца, но было так темно и пыльно, что я не мог разглядеть, кто говорит.

Никто не пошевелил ни одним мускулом. Даже принц Грогба сразу распластался на столе и испуганно молчал.

Широко раскрытыми глазами я смотрел на облако пыли, которое клубилось там, где раньше была дверь.

– Что говоришь, первый помощник Киль? – спросил второй голос из тумана. Он был высоким и скрипучим, как петли на садовой калитке.

– Я сказала… – снова зазвучал голос девочки.

– Что? – спросил скрипучий голос.

– ТИХО ТЫ! – рявкнула девочка. – Ты портишь мой выход. И если уж на то пошло, я ещё не говорила «ОГОНЬ».

– Что?

– Я не отдала приказ!

– Какой приказ?

– ОГОНЬ! – девочка явно теряла терпение. Я слышал, как она топает ногой. – Я НЕ ГОВОРИЛА «ОГОНЬ»!

– О! – сказал скрипучий голос. – ОГОНЬ!

Раздался ещё один оглушительный БАБАХ, и ещё одно ржавое пушечное ядро влетело в дыру в стене и уничтожило гардеробную.

– А, проехали! – крикнула девочка. Раздался звук шагов, и в дыму внезапно проступил невысокий силуэт.

Принц Грогба, судя по всему, узнал эту фигурку, потому что начал бормотать себе под нос «НЕТ-НЕТ-НЕТ».

В вестибюль промаршировала девочка и остановилась, широко расставив ноги и подбоченившись. Она вскинула в воздух крохотный мушкет и выстрелила.

– Меня зовут Буревеста Киль! – прокричала она. – И я пришла вернуть наше сокровище.

– Я пошёл! – воскликнул один из охранников Грогбы, бросил копьё и выбежал из отеля.

– И я! – выдавил другой.

– И я.

– О-о-о-хо-хо! – проворковали хором Коренные Сестрицы, возбуждённо хлопая в ладоши. Через минуту большинство охранников принца оставили пост. Несколько оставшихся опустили оружие и в ужасе наблюдали за происходящим.

– Ха! – засмеялась Буревеста.

Я никогда не видел такое существо раньше. Девочка, несомненно, была гоблином, но совершенно другого вида, чем принц Грогба и его норные спутники. Я читал о её виде в книгах дедушки Абрахама. Шквальные гоблины! Мореходы, которые плавают по глубоким канализациям и океанам и которые НИКОГДА не высаживаются на берег. Что бы Грогба ни украл, это должно было быть большой ценностью.

Норные гоблины были низенькими и толстенькими, а Буревеста – высокой и худой. Если бы она встала рядом со мной, то достала бы до плеча. На ней были длинный синий с переливами камзол и красные сапоги на шнуровке до самого колена, а кудрявые рыжие волосы прижимала шляпа-треуголка.

– Где Грогзад? – спросила она через стиснутые зубы.

Все сидящие на полу указали на принца Грогбу, который на цыпочках крался к ближайшему выходу. Принц застыл и с нервным смехом повернулся к девочке.

Когда Буревеста разглядела Грогбу в толпе, её глаза загорелись мстительным огнём.

– СТОЯТЬ, СТОЧНЫЕ КРЫСЫ! – крикнула она, и… ну… я клянусь, что не вру…

Стену ПРОЛОМИЛ нос гоблинского пиратского корабля. И гости отеля, и гоблины разбежались во все стороны; большие куски лестницы рухнули на пол и раскололись о чёрно-белую плитку.

Заколдованная волна, принёсшая корабль на берег, достигла цели, и мы по щиколотку оказались в воде.

Команда пиратского корабля слезала по деревянным бортам или съезжала по канатам. Это была пугающая компания гоблинов и гоблинок. У некоторых были повязки на одном глазу, или деревянные ноги, или крюки вместо руки, и все размахивали кортиками.

– Взять его! – приказала Буревеста, и её команда бросилась за принцем. Они схватили его и потащили к девочке.

– Я могу всё объяснить! – кричал Грогба. – Я только одолжил!

– ГОТОВЬСЯ К СМЕРТИ! – прошипела Буревеста, выхватывая меч из-за пояса.

Все зажмурились. Все, кроме мамы.

– ПОСТОЙТЕ! – закричала она. Все в зале обернулись к ней. – ЧТО ПРОИСХОДИТ? НЕЛЬЗЯ ТАК ПРОСТО ПРОБИТЬ ДЫРУ В НАШЕЙ СТЕНЕ, А ПОТОМ УБИТЬ ГОСТЯ В ВЕСТИБЮЛЕ. ДАЖЕ ЕСЛИ ГРОГБА – МЕРЗКАЯ ЖАБА!

Внезапно меня осенила невероятная догадка. Я посмотрел на девочку-пиратку. Я посмотрел на корабль. Я посмотрел на команду и понял, что уже их видел. Мысли стремительно закрутились у меня в голове. Какая у Буревесты фамилия?

У меня чуть не подкосились колени от восторга.

– Киль! – ахнул я. Я смотрел на дочь величайшего гоблина-пирата в истории. – Капитан Катастрофус!

21. Кости в сундуке

Буревеста улыбнулась мне, а потом перевела взгляд обратно на маму.

– Простите, мадам, – она сняла треуголку и низко поклонилась, а затем развернулась и ткнула тонким пальцем в кончик носа Грогбы. – Мы много лет искали этого жулика.

– Зачем? – удивилась мама. – Кто вы такие?

Девочка-пиратка заткнула меч обратно за пояс, а затем крепко пожала мамину руку.

– Я – Буревеста Киль, первый помощник на борту «Раковой Ракушки», – объявила она, указывая на корабль за спиной. – Мальчик прав: мой отец – капитан Катастрофус Киль, Очиститель семи сточных труб. Этот слизневый помёт, – она указала на принца Грогбу, – украл его самое главное сокровище, и мы пришли его вернуть.

Все заохали и заахали. В волшебном мире не было существа, которое не слышало бы о безумных приключениях капитана Киля.

– Пустите! – завопил Грогба, пытаясь вырваться из хватки пиратов. – Я передумал. Я совершенно не представляю, о чём вы тут болтаете. Я ничего у вас не брал!

– Где они?! – рявкнула Буревеста.

– Понятия не имею!

– ГДЕ БРИЛЛИАНТЫ МОЕГО ОТЦА?!

– Никогда о них не слышал, – брызгая слюной, заявил Грогба.

– ГОВОРИ!

Принц начал ёрзать и вертеться ещё сильнее, так что пираты с трудом его удерживали.

– НИКОГДА НЕ СКАЖУ! – заорал он, дёрнулся в сторону и оказался в полосе лунного света, падавшего в дыру в стене.

По всему залу внезапно замерцали сотни крохотных звёздочек: что-то на голове принца отразило лунный свет во все стороны.

– Ага! – Буревеста промаршировала к Грогбе и сорвала брошь, приколотую к его тюрбану. Огромное перо согнулось и упало на пол.

– Нет! МОИ БРИЛЛИАНТЫ! – заскулил Грогба.

– Хватит ныть! – сказал один из пиратов, связывая ему руки и ноги.

Буревеста подняла драгоценность к свету, и я впервые разглядел, что это не брошь в форме полумесяца, а инкрустированные бриллиантами вставные зубы!

– Сходите за отцом, – велела Буревеста своей команде, и двое пиратов побежали к кораблю и забрались на борт.

Через минуту они снова появились на палубе, таща деревянный сундук.

– Раз-два, взяли! – хором крикнули они и бросили сундук вниз, в руки другим пиратам.

– Постойте-ка, – сказал папа, почесав в затылке. – Там капитан Киль?

– Да, – сказала Буревеста.

– В сундуке с сокровищами?

– Ага.

– Так выпустите его! – Глаза у папы блеснули. Он, как и я, был большим поклонником историй о капитане. – Наверное, там очень неудобно. Может, капитан Киль желает чаю?

Буревеста подняла крышку, и все столпились вокруг, чтобы заглянуть внутрь.

– БАТЮШКИ МОИ! – ахнула мама.

– Он шовшем тошший, – сказали Коренные Сестрицы.

– Выглядит очень аппетитно, – заявила Глэдис Поттс. Она немедленно отрастила пушистую белую шерсть и превратилась в пуделя.

– Это… это… – выдавил я.

– Это просто кости, – закончил за меня папа.

Неужели все члены команды «Раковой Ракушки» сошли с ума? Зачем они столько времени гонялись за принцем Грогбой, если их капитан – скелет? Даже не скелет… всего лишь кучка костей, с беззубым черепом сверху.

– Зачем, по-вашему, нам были нужны бриллиантовые челюсти? – спросила Буревеста. – Смотрите!

Она опустила руку в сундук и аккуратно вставила блестящие зубы в рот черепа.

БЛА-А-А-АРГ! – быстрее взрыва кости собрались снова, и внезапно оказалось, что мы смотрим в пустые глазницы скелета гоблина, который по пояс высовывается из сундука.

– Что? – выдавил я. – Это неправильно… – Мысли опять заметались у меня в голове. В книгах капитан Киль был гоблином, с волосами, кожей и глазами, но никак не скелетом…

– Папа! – Буревеста крепко обхватила его руками.

П-ф-ф-фт! От неожиданности скелет снова выплюнул вставную челюсть, и сотни мелких косточек ссыпались обратно в сундук.

Буревеста повернулась к нам, держа в руках череп капитана Киля.

– У-упс… – сказала она, закатив глаза. – Видите? И так всё время!

Она наклонилась, подобрала бриллиантовые зубы с пола и снова вложила их в челюсти Катастрофуса.

– Шт-что? – кости немедленно снова собрались в скелет. – Батюшки-светы, как голова болит.

– Папа! – снова воскликнула Буревеста. – С возвращением!

– Эм? – капитан Киль посмотрел на свою дочь. – С возвращением? Где я был?

Скелет повернул голову и заметил, что вокруг него столпилась куча народу.

– Здравствуйте, – сказала мама.

– Мы искренне рады приветствовать вас здесь, – добавил папа.

– Кто вы такие? – прохрипел капитан Киль. – Что происходит?

Буревеста похлопала Катастрофуса по костяному плечу, а затем указала на зеркало на ближайшей стене.

Капитан развернулся, чтобы посмотреть на своё отражение, и на мгновение застыл. Очень трудно угадать, какие эмоции испытывает скелет. Кто знал, что брови так важны?

– О, я и забыл про все эти кости, – протянул он.

В этот момент наше внимание привлекло тихое рычание откуда-то сверху. Оно было не очень громким, но отражалось эхом от разломанных стен, и даже капитан Киль, щёлкнув зубами, поднял голову.

Я повернулся и посмотрел на лестничную площадку первого этажа, где были отколоты ступени. Там, зацепившись маленькими пальцами за край, сидел Гурп.

– Гурп! – воскликнула мама. – Что ты тут делаешь?

Топ, топ, топ, топ!

Что-то очень большое и очень тяжёлое спускалось по ступеням с самого верха.

– О нет! – воскликнул папа.

Топ, топ, топ, топ!

– Ой-ёй-ёй! – пробормотала Нэнси. – Кажется, весь этот шум разбудил…

ВАШ ХУДШИЙ КОШМАР!

Бабуля Отрыжуля миновала последний поворот и скривилась, глядя на нас всех. Сначала она ничего не говорила, только смотрела на выбитую дверь, связанного принца гоблинов, скелет, стоящий в сундуке, и пиратский корабль, торчащий из стены. Затем её взгляд остановился на мне и моих родителях.

– Кому-то здесь придётся ой как долго объясняться…

22. Проклятье бриллиантовых челюстей

– Бабуля Отрыжуля! – заволновался папа. – Бабуля… Я могу всё объяснить…

– Ну, давай, Барджес, мелкий комок СОПЛЕЙ! – сказала бабуля. (Хочешь верь, хочешь – нет, но это одни из самых добрых слов, которые она когда-либо говорила папе.)

– Ну… – у папы на лбу выступил пот. – Эм… там были крабы…

– Крабы? – бабуля выгнула одну щетинистую бровь.

– Да. И… эм… большой бум в саду… и матрас Глэдис Поттс.

– Продолжай.

– И купание нагишом… вон тот корабль… о… и Газон кричал.

Бабуля Отрыжуля смотрела на папу как на умалишённого.

– Фух, – с облегчённой улыбкой выдохнул папа. – Теперь всё понятнее, да?

Кажется, впервые в жизни бабуля не нашлась что ответить.

– Кхм! – капитан Киль выступил из сундука и вышел вперёд. – Думаю, я смогу объяснить весь этот хаос.

– Ты кто такой? – буркнула бабуля.

– Ну же, Отрыжуля! Ты меня знаешь, – скелет улыбнулся блистательной бриллиантовой улыбкой.

– В жизни мои пялилки тебя не зырили!

– Неужели? – засмеялся капитан Киль. – Не узнала старину Катастрофуса без кожи?

Бабуля Отрыжуля ахнула и… эм… кажется, даже улыбнулась.

– Катастрофус Киль, ты ли это, старый морской слизень?

– К твоим услугам, – скелет поклонился.

Бабуля большими руками подхватила Гурпа и спрыгнула с разбитой лестницы. Она приземлилась с оглушительным БУМ, от которого затрясся пол.

– Что ты с собой сотворил? – спросила она, опуская Гурпа на мокрый пол. – Где твоё пузо, и твоя кожа, и твоё… – она сделала паузу. – Лицо?

– Долгая история, – сказал Катастрофус, с оглушительным скрипом почёсывая костяными пальцами макушку черепа. – Сказал морской ведьме, что люблю её.

– О, как чудесно! – ахнула Нэнси.

– Так и было, – продолжал Катастрофус. – Вот только беда в том, что ещё я сказал русалке, что люблю её.

– Ой, ничего хорофего фдать не фтоит, – вставили Коренные Сестрицы.

– Так и есть, – кивнул Катастрофус. – Моя возлюбленная ведьма узнала об этом, и – ВЖУХ, ХРУСТЬ – я оказываюсь ходячим скелетом с волшебными зубами, которые всякий норовит украсть. Сороки для меня просто чума.

– Но как это объясняет здешний бардак? – спросила бабуля, шаркая по вестибюлю и оценивая ущерб.

Все повернулись и уставились на принца Грогбу, который был обмотан таким количеством верёвок, что был похож больше на клубок шерсти, чем на гоблина.

– Не смотрите на меня, смерды! – огрызнулся он.

– Вот он. – Буревеста подошла к отцу и указывала на гоблинского принца.

– Буревеста Киль, – бабуля рассматривала девочку-пиратку. – Когда я тебя видела в последний раз, ты была совсем малюшняя.

– Это было давно, – ответила Буревеста. – С тех пор бо́льшую часть времени папа был в сундуке, а я искала этого гоблинского принца-воришку.

– Последнее, что я помню, – сказал Катастрофус, – как мы плыли по канализационной трубе, ведущей прямо в Грязнючую Бездну. Я подошёл к бортовому лееру, и подданные Грогбы схватили меня и утянули мои протезы.

– И с тех пор ты скрываешься? – спросил папа у Грогбы.

– Как тебе не стыдно! – покачала головой мама.

– Я не могу удержаться! – огрызнулся принц. – Бриллианты очень ярко блестят. Мне нравятся блестяшки. Я ХОЧУ БЛЕСТЯШКИ!

– Ну, что теперь делать будем? – спросила бабуля Отрыжуля. – Все знают, что по гоблинскому закону причинённое зло можно исправить только ВЕЛИКИМ СРАЖЕНИЕМ!

– Я очень устал, – махнул рукой Катастрофус. Он потянулся, и кости громко захрустели. – Это обязательно?

Но принц Грогба заорал «СТРАЖА!», и огромный вестибюль внезапно заполнился норными гоблинами. Они вовсе не сбежали! Эти хитрые мелкие вредители ушли за остальными войсками, потому что догадались, что им придётся сражаться с пиратами! Армия Грогбы рекой текла из столовой и из сада; даже на лестнице поджидал батальон с копьями наготове.

Бабуля Отрыжуля посмотрела на Катастрофуса и подмигнула:

– Думаю, это ответ на твой вопрос.

23. Задай им жару!

Стражники Грогбы все как один бросились в бой. Одни метнулись к принцу, чтобы его развязать, а другие помчались на нас, размахивая оружием над головами.

– О НЕТ, НЕ НАДЕЙТЕСЬ! – взревела бабуля Отрыжуля. Она вонзилась в орду гоблинских солдат, как бешеный носорог, и тела-тыквы разлетались на её пути. – РРРА-А-А!

Катастрофус подставил подножку пробегающему мимо охраннику и выхватил его меч.

– Посмотрим, остался ли порох в моих костяных пороховницах.

Я посмотрел на маму, которая кивнула, а затем сдёрнула с вешалки зонтик и бросила мне.

– ПОКАЖИ ИМ, ФРЭНКИ! – прокричала она, перекрывая гвалт вокруг, схватила швабру и врезала ею в лицо гоблину. Не прошло и нескольких секунд, как отель превратился в массу мельтешащих конечностей, колющих копий и взлетающих в воздух кусков мебели.

– ХУЛИГАНЫ! – леди Леонора испустила поток эктоплазмы в лица трёх рычащих солдат.

– А-А-А-А-И-И-И-И! – гоблинский стражник пролетел у меня над головой и с громким плеском шлёпнулся в фонтан.

– Вот тебе! – я обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как Буревеста Киль выстрелом сбила один из канделябров, и он обрушился прямо на кучку гоблинов-тяжеловесов.

От всего этого голова шла кругом.

Нэнси забралась на стену и выпускала большие паутинные сети на ничего не подозревающих стражников, а потом подвешивала их в воздухе.

– Даже не думайте, что просто так отделаетесь! – кричала она на извивающихся маленьких солдат.

Я побежал к фонтану, зонтиком разбрасывая стражников в стороны и пытаясь получше разглядеть вестибюль. Я был уже близко, когда мне пришлось перепрыгнуть через Глэдис Поттс, которая бежала мимо, таща в зубах рукоять от метлы и подставляя её под ноги гоблинам.

О-О-О! А-А-А! И-И-ИК! У-У-УФФ!

Теперь битва шла по всему отелю, но я думал только о Грогбе. Куда сбежал это негодный коротышка? Надо его найти!

– ФРЭНКИ! – услышал я папин крик. Обернувшись, я чуть не расхохотался. Папа направил трубу пылесоса прямо на макушку Королевского Крикуна. Узел рыжих волос напыщенного карликового индюка втянуло в трубу, и он бился, как рыба на крючке.

– ТУДА! – папа указал на библиотеку. – ГРОГБА ПОБЕЖАЛ ТУДА!

Я помчался в библиотеку, увернувшись от одного из приспешников Грогбы, который висел в воздухе. Сначала я подумал, что это магия, пока не заметил перед ним облезлый парик.

– Ха! Хорошая работа, Альф! – крикнул я.

Добежав до входа в библиотеку, я остановился и с восторгом смотрел на то, как пылевушки закидывают книгами отряд гоблинов с мечами – со скоростью, удивительной для комочков размером с картошку.

Но где же принц?

На другой стороне библиотеки мадам Мак-Криди шлёпала метёлкой для пыли нескольких кислолицых жён Грогбы. Жёны в ответ хлестали её длинными нитями жемчуга, украшавшими их роскошные наряды.

– ТАК, НАДОЕЛО! – провизжала мадам Мак-Криди и испустила крик банши, такой громкий, что жён Грогбы откинуло назад, прямо сквозь стену в кухню. – И НЕ ВОЗВРАЩАЙТЕСЬ!

Секунду сквозь дыру в стене виднелись только мелькающие пятки и бьющиеся тарелки, но потом мимо пронеслись розовые одежды, расшитые крохотными золотыми цветами.

– Попался! – крикнул я, подбежал к дыре в стене и нагнулся, чтобы заглянуть в неё.

И действительно, там был принц – он обогнул кухню по краю, чтобы избежать сражения, и нырнул в оранжерею. Но я знал, что он там не задержится.

Грогба направлялся в сад.

24. Где Грогба?

Я рванул в кухню.

Почему я раньше об этом не подумал? Если принц доберётся до сада, то сбежит через тот же валун, через который прибыл, и ему ВСЁ сойдёт с рук!

В кухне царил такой же хаос, как и в остальных помещениях отеля.

– Вот тебе! И тебе! – Коренные Сестрицы размахивали волшебными палочками и создавали посреди комнаты торнадо из чашек и тарелок. Столовые приборы и всевозможные банки, сковородки и прочая утварь пролетали мимо, отскакивали от шкафчиков и полок и обрушивались на Королевских Чародеев.

Древние гоблины-волшебники читали заклинания и бросались дымовыми шариками, но у них не было шансов устоять перед троицей зубных фей.

– И это вы наживаете магией? – засмеялась Дентина, перекрывая гул торнадо.

– Ха! – засмеялась Деснина. – Ноншенш!

– Но ваши бороды прекрашно выглядят на ветру, – с ухмылкой добавила Пастина.

Я вбежал в кухню и протиснулся между Королевскими Чародеями, распихав их в стороны так, что они раскатились по комнате.

– СТОЙ! – прохрипел задыхающийся голос. Я обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть седого гоблина-волшебника в кресле-коляске размером с коробку печенья. Он нёсся прямо на меня. – Я ТЕБЕ ПОКАЖУ, СОПЛЯК!

– О, хватит этого бежумштва! – засмеялись Коренные Сестры. Они взмахнули палочками, и я взлетел в воздух, а старый чародей пролетел подо мной и загрохотал вниз по ступеням погреба Ууфа. – Куда шпешишь, малыш? – спросили они, хохоча и танцуя посреди магической бури.

– В САД! – проорал я. – КАК МОЖНО БЫСТРЕЕ!

Коренные Сестрицы указали палочками в мою сторону, и торнадо из утвари внезапно обернулось вокруг меня.

Со скоростью ракеты я пролетел прямо в дверь оранжереи, а потом со свистом – над горшками мистера Квакума с цветами, папоротниками и большими грибами.

Подо мной туда-сюда бегала команда пиратов Буревесты, гоняя отряд гоблинов-стражников. Большинство из них к этому времени потеряли оружие и просто швырялись друг в друга садовыми инструментами, но я с радостью отметил, что пираты вроде бы побеждали.

Я добрался до дальнего конца оранжереи как раз вовремя, чтобы увидеть, как Реджинальд Мырг швыряет кактус в горшке вслед фигурке в золотых одеждах, которая выскочила за дверь в сад. Это был Грогба! Я почти его догнал.

Когда торнадо из утвари (со мной в центре) вылетело из оранжереи, заклинание Коренных Сестриц мгновенно рассеялось, и я спикировал на холмик посреди Газона, а вокруг меня упали тарелки и чашки.

– У-у-у-у-у! – Газон проснулся во второй раз за сутки.

– Извините, – выдохнул я. Чувствовал себя я так, словно меня долго крутили в сушилке. Я поднялся и на дрожащих ногах огляделся. Ни за что не позволю принцу ускользнуть!

– Ты стоишь у меня на лице! – заворчал Газон. – МАРШ ОТСЮДА!

Пошатываясь, я спустился с холма и пошёл к клочку земли, покрытому грязью и глиной, из которого торчал валун. «Только бы дверь была закрыта! – крутилось у меня в голове. – ТОЛЬКО БЫ ДВЕРЬ БЫЛА ЗАКРЫТА!»

Фух! Она была закрыта. Может, принц Грогба и добрался до сада, но ещё не попал в золотой коридор. Если я останусь возле валуна, ему придётся сразиться со мной, прежде чем открыть дверь.

Я прищурился и всмотрелся в высокую клумбу, ища глазами фигурку, похожую на тыкву. Вот в такие моменты я радовался тому, что во мне есть кровь троллей. Видеть в темноте для меня не проблема. Вот только из-за ярких светящихся лепестков и листьев, торчащих во все стороны, тени между ними становились ещё темнее.

Я не мог разглядеть принца, но был уверен, что он заметил меня. Нужно было быть готовым…

ГРО-О-ОР!

Я оглянулся и ахнул. На террасе Хоггит вырывался и бился в верёвках, которые накинули на его мордочку стражники Грогбы. Они тащили моего питомца к бассейну.

– НЕ-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-ЕТ! – закричал я. Уверен, ты уже догадался, что угольные драконы умирают, если намокнут!

У меня не было выбора. Покинув пост у двери в валуне, я бегом рванул через сад и вверх по ступеням террасы. По-моему, я никогда в жизни так не злился. Троллья ярость бурлила у меня в животе.

– РУКИ ПРОЧЬ! – ревел я. – ЭТО МОЙ ДРАКОН!

Я схватил двоих солдат за рыжие узлы волос на макушке и оторвал от земли. Они отпустили верёвки и стали брыкаться короткими ножками.

– Пусти! – пищали они. – ПУСТИ!

– Сюда, голубчик! – крикнула миссис Данч. Она взбиралась по ступеням водной горки. – Бросай!

Одного за другим я швырнул гоблинов в её сторону.

– У-И-И-И-И-И-И!

Они дугой пролетели над бассейном, и русалка отбила их хвостом с громким влажным ШЛЁП!

Когда оба гоблина-стражника влетели головой вперёд в кучу навоза возле сарайчика, я не мог немного им не посочувствовать; но такая кара ждёт каждого, кто связывается с Фрэнки Банистером. Ха-ха!

И в этот момент началось настоящее безумие.

25. Получай!

Готовься: мы подошли к ГРАНДИОЗНОМУ финалу истории. Готов? Уверен? Что ж, приступим…

Я стянул верёвки с мордочки Хоггита и взял его на руки. Бедняжка дрожал от страха и тихо скулил.

– Всё хорошо, дружок, – успокоил его я, гладя по чешуйчатой голове. – Теперь тебе ничего не грозит.

Взяв его под мышку, я выпрямился – и увидел, как Грогба несётся через Газон.

– Ты меня НИКОГДА не догонишь, смерд! – Волшебные двери как будто почувствовали приближение Грогбы и начали со скрипом открываться. – Ты правда считаешь, что такой ползучий вонючишка может победить такого прекрасносочного принца, как я?

Дверь открылась шире. Ещё несколько секунд, и будет поздно.

Я был готов перепрыгнуть через парапет террасы, когда заметил, что Хоггит в моих руках становится очень горячим.

Я вдруг заметил, что между его круглыми чешуйками проступает огненное сияние. Мой маленький дракончик начал вибрировать, и из его открытой пасти вырвался рокот.

А затем впервые в жизни Хоггит выпустил поток огня, самый грандиозный, какой я видел! Пламя прорезало воздух и полностью охватило валун.

Грогба завизжал и отшатнулся.

– Что происходит? – воскликнула мама, выбегая из оранжереи.

– Хоггит! – крикнул присоединившийся к ней папа.

Я не мог обернуться, пока Хоггит изливал огонь, но по звукам догадывался, что гости отеля и пираты собираются у меня за спиной.

– ВО ДАЁТ! – заорал Катастрофус. – КОЛОССАЛЬНО!

– Держи Хоггита в том же направлении, Фрэнки, – сказала мама.

– Растопи этот валун! – добавил папа. Кажется, он едва не подпрыгивал от восторга.

Ночной воздух стал заполняться запахом гари, и валун засветился жёлтым, потом фиолетовым и, наконец, белым.

– Он вжорветша! – хором возопили Коренные Сестрицы. – Жапеки его как шледует, Фрэнки!

Грогба застыл на месте с выражением ужаса на лице. Он смотрел, как огромные капли текут по бокам валуна и шлёпаются на обгорелую землю, лишая его пути к отступлению.

– У кого-нибудь ешть жефирки? – поинтересовались Коренные Сестрицы.

И наконец…

ПЛЮХ! ШЛЁП! ЧА-А-АВК! БУЛЬК!

Из-под валуна раздалось оглушительное бульканье, и он опустился под землю.

Мгновение царила тишина. Все взгляды были направлены на Грогбу.

У жабовидного жулика рот был открыт так широко, словно он собирался ловить мух. Подняв голову, он увидел, что на террасе собралась толпа – гости отеля и гоблины-пираты, – и резко пришёл в чувство.

– Я… Я… – Грогба яростно уставился на меня. Казалось, что его вот-вот стошнит от гнева. – НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ВСЕХ ГРЯЗНЫХ, ЗЛОВОННЫХ, ТОЛСТОЩЁКИХ, КРИВОСПИННЫХ, СЛАБЫХ, НАВОЗНЮЧИХ, ТУПЫ-Ы-Ы-ЫХ ЛЮДИШЕК! НО ОСОБЕННО НЕНАВИЖУ ТЕБЯ!

Один из гоблинов-стражников, которого миссис Данч послала в полёт через сад, по дороге уронил свой меч. Он торчал из края клумбы, и Грогба бросился за ним.

– Я НАТЫКАЮ ДЫРОК В ТЕБЕ И В ГНУСНЯВОМ ДРАКОНИШКЕ И ИСПОЛЬЗУЮ ТЕБЯ КАК ЧАЙНОЕ СИТЕЧКО!

– Не так быстро! – Катастрофус перепрыгнул через парапет террасы, прямо на Газон.

– Ты ничего не забыл, принц Грог-бука? – сказала бабуля. Она проковыляла вниз по ступеням с террасы и присоединилась к капитану Килю.

Принц высокомерно ухмыльнулся.

– Победа была одержана в честном бою. Теперь по гоблинской традиции настало время наказаний, – сказал Катастрофус.

– Да, знаю, – прошипел Грогба. – Поэтому я забираю вас всех в рабство. Стройтесь в упорядоченную очередь!

– Вот неудавшийся мозгами барабашка! – Буревеста указала мечом на принца. – ТЫ ПРОИГРАЛ!

– Она с ума сошла? – засмеялся Грогба.

– Это правда, – сказала Глэдис Поттс.

– Мы разделались с твоей стражей, – усмехнулся Реджинальд Блинк.

– Возможно, парочкой я утром позавтракаю, – с кривой ухмылкой сказала бабуля.

– О да! – кивнула мадам Мак-Криди, жадно гладя себя по животу. – Восхитительно.

– Ууф ПЛЮЩИТ! – сказал Ууф.

Лицо принца Грогбы на долю секунды сморщилось. У него задёргался уголок глаза, и он начал быстро открывать и закрывать рот. Казалось, можно было разглядеть, как у него в голове вращаются колесики.

– П… ПП… ППР… ПРОИГРАЛ?

– Так точно, – сказал Катастрофус. – Ты и твоя армия проиграли. Прямо сейчас моя команда отводит их на борт «Раковой Ракушки», где их накормят, вооружат и сделают из них морских ослов. Единственный, с кем осталось разобраться, – это ТЫ!

– ПРОШУ, НЕ УБИВАЙТЕ МЕНЯ! – взвыл Грогба. – Я СЛИШКОМ КРАСИВ, ЧТОБЫ УМЕРЕТЬ!

Катастрофус расхохотался:

– Убивать тебя мы не собираемся.

– Не собираетесь? – Грогба облегчённо улыбнулся.

– Нетушки, – Катастрофус медленно пошёл к принцу. – Вор, укравший бриллиантовые челюсти, должен заплатить куда более высокую цену за своё ужасное преступление.

– Какую цену? – У Грогбы задрожала нижняя губа.

– О, она ужасна, – Катастрофус ухмыльнулся и клацнул бриллиантовыми зубами.

– Но это не смерть?

– Нет.

– Фух! Ну, хоть без этого обошлось, – сказал Грогба.

– За кражу бриллиантовых челюстей, принц Грогба, тебе придётся провести остаток своих убогих дней в качестве Главной Прачки на моём корабле.

– ЧТО?!

– Ты будешь шить, и стирать, и сушить, и отскребать – а после долгого плавания моя команда становится ОЧЕНЬ ВОНЮЧЕЙ!

– УБЕЙТЕ МЕНЯ! – взвыл Грогба. – ПРОШУ, УБЕЙТЕ МЕНЯ!

– Ни за что.

В ответ на это Грогба снова взмахнул мечом и начал медленно отступать. Глаза у него были размером со столовые тарелки, и он бормотал какую-то ерунду себе под нос.

– Тебе некуда идти, Грогба, – сказал папа.

Гоблинский принц пятился по клумбе, размахивая мечом.

– Эй, осторожнее с моими цветами, – проворчал мистер Квакум из толпы.

– ЧХАЛ Я НА ТВОИ ДУРАЦКИЕ ЦВЕТЫ! – выплюнул Грогба. – Я – ПРИНЦ ГРОГБА, И Я ВСЕГДА ПОБЕЖДАЮ!

Он отступал всё дальше и дальше от нас, размахивая мечом, пока не зашёл в тень, где сверху и снизу торчало что-то вроде острых шипов. Секунду я не вполне понимал, что вижу перед собой, но потом осознал…

– ГРОГБА! – заорал я. – ВЕРНИСЬ!

– НИ ЗА ЧТО!

Принц шёл прямо в открытый рот храпящей острозубой…

– БОРГУНЦИЯ! – закричал мистер Квакум своей спящей жене.

– МИССИС ВЕНЕРА! – присоединились к нему все остальные, но было уже слишком поздно. Принц Грогба дошёл до дальней части её языка, и…

Миссис Венера захлопнула рот с острыми зубами, сглотнула и сонно облизнула губы.

Медленно подняв огромную голову на шее-стебле, она встряхнула усиками, просыпаясь.

– БУЭ-Э-Э! У меня отвратительный привкус во рту, – с зевком сказала она. И наконец заметила гостей и персонал, которые в ужасе смотрели на неё. – О-о-о, я, кажется, задремала. Принц уже приехал?

26. Странное теперь нормально

Ну же, признавайся. Ты начал читать эту книгу с мыслью «ЧТО ЗА БРЕД!», а сейчас, уверен, сам хотел бы остановиться в отеле «Проходите мимо».

После того как Грогба исчез в шипастых челюстях миссис Венеры, никто не знал, что делать, поэтому мы все перебрались в разрушенный вестибюль и ждали, когда кто-нибудь что-нибудь придумает.

Нэнси принесла всем горячий чай из жуков-рогачей, и мы бродили среди пыли и обломков с несколько обалделым видом.

Тишину, наконец, нарушила бабуля.

– Так! Хватит! – рявкнула она. – ВАЛИТЕ!

Ты же не ожидал, что она скажет что-то доброе?

– Мои мозоли хотят в кроватку, и меня уже тошнит от ваших кривых рож…

– Как скажете, миссис Бука, – сказал с усмешкой Катастрофус. – Всё равно этот суповой набор готов снова понюхать солёный воздух сточных труб.

Он прокричал приказы команде, и минуты не прошло, как шквальные гоблины поднялись на свой корабль и принялись вызывать ещё одну волшебную волну, которая смоет их обратно в море.

Я не мог не грустить из-за того, что герой моих любимых книг покидает нас прежде, чем я успел с ним поговорить как следует. Я провожал его взглядом, пока он, стуча костями по пыльным плиткам, шёл к «Раковой Ракушке».

Капитан Киль взялся за канат, свисающий с борта, и вдруг повернулся и посмотрел на меня пустыми глазницами.

– Абрахам бы очень гордился тобой, мальчик, – сказал он и поманил меня к себе костлявым пальцем.

Я подошёл к капитану; сердце у меня билось так, что отзывалось в ушах.

– Думается мне, нужна небольшая награда. – Катастрофус выдернул из своей челюсти один бриллиантовый зуб и вложил мне в ладонь. – Береги его, – сказал он и подмигнул. Кто знал, что скелеты это умеют?! – Никогда не знаешь, когда он пригодится.

С этими словами он взлетел по канату на палубу, и последнее, что я увидел, – как Буревеста и Катастрофус машут с кормы корабля.

Вот и всё…

Мама и папа взялись за зачарованные швабры и мётлы, а Коренные Сестрицы волшебными палочками с лёгкостью заделали стены и починили лестницу.

Не успел я опомниться, как все разошлись по своим комнатам. Казалось, что принц Грогба никогда не появлялся в нашем отеле.

Не забудь, что я тебе сказал в самом начале. В отеле «Проходите мимо» всегда происходит НЕЧТО НЕВЕРОЯТНОЕ, так что для нас это в целом вполне обычный день.

Бури, и почтальоны на воронах, и вечеринки, и взрывающиеся валуны, и парады гоблинов, и купание в фонтане, и нашествие крабов-отшельников, и преступники, и бриллианты, и пираты, и герои, и скелеты, и проклятия, и сражения, и огненные шары, и кто-то случайно оказывается съеден… для семьи Банистеров всё это простые будни.

Здесь странное становится нормальным…

Ну что, ты всё ещё хочешь к нам?

* * *

Стивен Батлер – детский писатель, лауреат нескольких литературных премий (в том числе «Забавной премии Роальда Даля»), актёр дубляжа и ведущий «Самого большого книжного шоу на Земле». Когда Стивен не стучит по клавиатуре, не вертится на сцене или не кривляется на экране, он пытается высмотреть репезадов в траве в саду и ловит пылевушек в банки.

www.stevenbutlerbooks.com

Стивен Лентон – художник-иллюстратор, живущий в Брайтоне, недалеко от отеля «Проходите мимо»! На его счету несколько наград в области иллюстрации. Когда Стивен не рисует гигантских пауков и престарелых русалок, он любит есть мороженое на пляже Брайтона и высматривать на горизонте корабли гоблинов-пиратов.

www.stevenlenton.com

Стивен Лентон – художник-иллюстратор, живущий в Брайтоне, недалеко от отеля «Проходите мимо»! На его счету несколько наград в области иллюстрации. Когда Стивен не рисует гигантских пауков и престарелых русалок, он любит есть мороженое на пляже Брайтона и высматривать на горизонте корабли гоблинов-пиратов.

www.stevenlenton.com

Content

Стивен Батлер
Гоблины в отпуске

Троллий отзовик. Вы просматриваете отзывы на отель «Проходите мимо» в Брайтоне

1. Не все бабушки добрые

2. Отель «Проходите мимо»

3. Бабуля Отрыжуля

4. Вспышка во тьме

5. Быстро!

6. Небесная дверь

7. Грызопасть

8. Ты дочитал до этого места!

9. На следующее утро

10. Приём для благородного гостя

11. Прибытие гоблинов

12. Парад

13. Принц Грогба

14. Настоящие королевские страдания

15. Пс-с-ст!

16. Всё хуже и хуже

17. Принц разгулялся

18. Пляж

19. Крутой поворот

20. Бабах!

21. Кости в сундуке

22. Проклятье бриллиантовых челюстей

23. Задай им жару!

24. Где Грогба?

25. Получай!

26. Странное теперь нормально