Селина Катрин

Космические приключения Ивара

Глава 1. Наставник

Я медленно потянул на себя штурвал, не отпуская обеих рук. Страшно хотелось вытереть пот со лба, но я лишь резко выдохнул, чтобы убрать настойчиво лезущую в правый глаз прядку волос. На стареньком голографическом экране корабль задрал приплюснутый нос, набрал скорость и виртуозно протиснулся между двумя астероидами, оставив позади звёздную взвесь и пыль.

— Фу-у-ух, — я откинулся на кресло симулятора.

— Долго ты ещё играть будешь? — прозвучал за спиной сварливый голос Шантара.

— Я не играю, я тренируюсь! — возразил я, метнув негодующий взгляд на наставника.

— Играешь! Всё это управление что гражданскими флаерами, что боевыми птицами — второстепенное и вообще ненужное до тех пор, пока ты не сможешь построить элементарного маршрута в космосе. А ну-ка, покажи мне свои расчёты!

Экран передо мной мигнул, отразив несколько формул с интегралами и комплексными числами.

— Так-так-так, неплохо-неплохо, — пробормотал Шантар, просматривая моё домашнее задание.

Я тихонечко выдохнул. Только бы наставник не догадался, что я подсмотрел расчёты и нагло их «скатал» из планетарной инфосети. Старик нахмурил лоб, став похожим на шарпея, и поджал тонкие губы, испачканные в жирном соку томасского тунца.

— Всё правильно? Можно мне теперь пообедать? — желудок выдал громкую трель.

Я потянулся рукой в сторону блюда с рыбой, которую совершенно не любил, но сейчас готов был съесть даже в сыром виде. Шантар больно шлёпнул меня по руке.

— Не так быстро! Рассчитай-ка мне минимально необходимый запас топлива для космического корабля А-класса, снабжённого пятью ракетами и парализующей сетью, чтобы переместиться на три парсека.

Экран вновь мигнул, и на нём появились новые данные и старая формула. Я потянулся рукой, чтобы переставить числа, с отчаянием закусил губу. Корабль А-класса — это значит, что надо заложить его массу… Парализующая сеть ничего не весит, а вот пять ракет — это ещё примерно пять сотен килограммов… три парсека… Надо взять интеграл или просто умножить? Шварх! Что же там было написано в учебнике? Неужели Шантар догадался, что я совершенно не готовился к занятию? Или всё-таки там было уравнение? Нет, интеграл, определенно интеграл по трём парсекам.

Немного подрагивающей рукой переставил данные. Неужели сеть совсем не влияет на топливо? Наверно всё-таки влияет, но куда ж её воткнуть? Хм-м-м…

— Ну, давай-давай, время истекает, — подбодрил меня наставник, поглядывая на наручный коммуникатор со встроенным хронометром, где с оглушительной скоростью потухали и вспыхивали терции. — Маршруты и расчёты топлива надо уметь делать быстро.

Я почувствовал, как снова потею на нервной почве. Зачем мне строить маршруты? Это имперские служащие в Космическом Флоте прокладывают их и согласовывают, чтобы не задеть друг друга и пройти в воздушных коридорах и при посадке на планету. Когда-нибудь у меня будет огромный личный корабль с ракетами и лазерными пушками, и все будут прокладывать маршруты так, чтобы обойти меня! А я буду грозой космоса, звёздопроходцем или космическим пиратом! И топливо… зачем рассчитывать минимальный запас, если можно просто доверху залить весь бак? Были бы кредиты! Шантар, старый дурак, даже не догадывается, что после того, как я сдам экзамены, и за мной пришлют шаттл на Захран из Космического Флота, я сделаю ручкой и угоню какой-нибудь шустрый корабль. Здесь как раз главное уметь управлять им! Эх, есть-то как хочется, со вчерашнего вечера во рту ни сухаря.

Неожиданно в памяти ярко вспыхнула нужная формула. Точно, а парализующая сеть — это дополнительная константа! Я живо накидал на виртуальном экране ответ наставнику.

— Ивар, ты меня сегодня бесконечно радуешь! — громкие хлопки по моему плечу выдернули меня из собственных размышлений.

Я перевёл взгляд на хронометр Шантара и скривился:

— Долго вычислял.

Желудок издал ещё одну громкую трель, и я вновь потянулся к блюду с томасским тунцом. Рыба к этому моменту уже остыла и начала неприятно попахивать, сообщая о том, что ещё каких-нибудь полчаса, и она вовсе станет несъедобной.

— Ничего-ничего, зато решил задачку, дальше легче пойдёт. Почему ты так долго высчитывал интеграл? Ты не думал о том, что если будешь удирать от космофлота, то тебе надо понимать на какое расстояние сможешь уйти на остатках топлива? И стоит ли пускаться в погоню за торговым кораблём или же можно просто потратить на них парализующую сеть?

— Я думал об этом, но парализующая сеть — очень дорогая штука, а на торговом корабле может не оказаться товара, иметь её при себе и тратить просто бессмысленно…

Я с ужасом замер, поняв, что произнёс это вслух. Тяжелейшая оплеуха Шантара обожгла мою щёку и отправила меня из кресла симулятора для пилотов прямо на пол.

— Я так и знал! Щенок! Ты, неблагодарный мальчишка, всё то время, что я учу тебя, на самом деле думаешь лишь о том, как стать пиратом!

Наверно, я был слишком голодным, потому что в кои-то веки вместо того, чтобы извиниться и смиренно сносить побои наставника, я вдруг набрался храбрости и сказал ему в лицо всё, что думаю по этому поводу:

— И что в этом плохого?! Что плохого в том, чтобы стать космическим пиратом? По крайней мере, я не буду голодать и думать всякий раз, а хватит ли мне денег на пропитание! И у меня будет большой собственный корабль, на котором я буду бороздить просторы космоса, вместо того, чтобы проживать свой век на грязной отсталой планете в какой-то дыре, куда меня сошлёт Космический Флот за ненадобностью! Не о таком будущем я мечтаю!

— В какой-то дыре?! — как заведённый, закричал Шантар, нервно трогая себя за блестящую лысину. — Когда я подобрал тебя на улице, питающегося помойными крысами и одетого в пластиковые полимеры, мой дом тебе не казался дырой!

Мы схлестнулись с наставником взглядами. Несколько долгих томительных секунд я смотрел в выцветшие глаза Шантара, а затем стал медленно ощущать подступающий к горлу комок страха. Шварх! Зачем я всё это ему сказал? Надо было со всем согласиться, убедить старика, что я мечтаю стать офицером Космического Флота, каким некогда был и он сам. Шантар — мой единственный шанс громко заявить о себе и выбраться с планеты с синдромом Кесслера[1]. На орбите Захрана так много мусора, что с неё даже ракета не может взлететь, не врезавшись в какой-нибудь обломок. Космический флот, конечно же, обладает новыми технологичными кораблями, которые способны в автоматическом режиме рассчитать маршрут и увернуться от столкновений, но они не станут этого делать просто так. Они вытащат меня, только если бывший офицер Космического Флота скажет, что здесь живёт виртуозный пилот, ради которого стоит затратить столько кредитов.

В тот момент, когда я уже был готов пойти на попятный, плечи Шантара вдруг поникли, а взгляд сделался бесконечно усталым.

— Наверно, это моя вина, что я никогда тебе не давал достаточной мотивации. Ивар, пойми, что я не всегда был дряхлым седым стариком, живущим на захламлённом Захране. Когда-то я был подающим надежды офицером космического флота, у меня были награды и даже собственный корабль!

Я покосился на сервант, на центральной полке которого стоял золотой кубок, а рядом лежала пара круглых медалей с тщательно расправленными, но давно потерявшими цвет ленточками. Медали выглядели как-то совсем уж невнушительно, а вот золотой кубок привлёк моё внимание в первый же вечер, как я оказался в доме Шантара. Я всегда задавался вопросом, почему старик живёт так бедно, если кубок можно переплавить и продать хотя бы на вес собственного золота. Вот только старик пылинки сдувал с этого кубка, а сам сервант был оснащён сигнализацией, выключающейся лишь с наручного коммуникатора наставника, с которым он не расставался даже во сне. Однажды я всё-таки решился и попытался снят ь коммуникатор с руки Шантара, когда тот спал, но, как оказалось, старик спал очень чутко. Ох, и досталось мне тогда! Никогда не забуду! В наказание он практически не давал мне еды неделю, а тёмно-фиолетовые синяки с боков сходили почти два месяца.

Я передернул плечами, вспомнив ту историю. Видимо, не дождавшись на моём выражении лица нужного пиетета и восхищения, Шантар измученно покачал головой, словно споря сам с собой, а затем махнул рукой и произнёс:

— Ладно, молокосос, идём, покажу тебе настоящий космический корабль.

Я был настолько заинтригован словами наставника, что даже пропустил мимо ушей его очередное оскорбление. Пожалуй, «молокосос» за всё время проживания с Шантаром было далеко не самым обидным обращением в мой адрес.

Старик быстро сменил растоптанные тапки на уличные мокасины и открыл дверь, намекая, что нам надо выйти на улицу. Мы бодро пересекли задний двор, на котором росла редкая пожухлая прошлогодняя травка, гордо именуемая моим наставником словом «газон». Этот газон он заставлял меня стричь каждую неделю неудобными садовыми ножницами, но я это делал всего лишь раз в месяц, а остальное время тратил на тренировки на симуляторе для пилотов или просто отдыхал подальше от глаз наставника. Всё равно на бедной на минеральные вещества почве Захрана трава скорее медленно умирала, чем произрастала.

Мы достаточно быстро подошли к покосившемуся ангару из плохо сколоченных, а местами подгнивающих досок. Я прекрасно знал, что в этом ангаре хранится садовый инвентарь, которым я, собственно, пользовался, чтобы привести в порядок скудную растительность вокруг дома, да громоздкая снегоуборочная машина, ни разу не использовавшаяся по причине отсутствия снега на Захране.

В инфосети я читал, что когда-то давно, когда мусора на орбите планеты было ещё не так много, климат Захрана несколько отличался от текущего. В атмосфере не было такого количества углекислого газа, который задерживал тепло, исходящее от нагретой земли, и зимой даже выпадал снег. Сейчас же о том, что такое и как выглядит снег, я знал лишь потому, что Шантар время от времени требовал от меня размораживать и чистить его холодильник. Лишь раз, взглянув на снегоуборочную машину, мне стало сразу понятно, что наставник не выкинул её лишь в силу своего скаредного и скупого характера. Как-никак, даже на такой планете как Захран утилизация мусора стоит кредитов, а крупногабаритного — тем более.

Шантар, тяжело дыша и кряхтя, распахнул ржавые створки ангара и неожиданно расправил плечи, на глазах сбросив добрый десяток лет.

— Ну вот, стоит красавец! — заявил он, а в голосе проскочили нотки гордости.

Я, уже привыкший к странностям в характере Шантара, всё равно не мог опасливо не переспросить:

— Где? Вот этот снегоуборочный комбайн?

— Ах, ну да, ты же не видишь сквозь проекцию… — Шантар потянулся к своему коммуникатору и стал быстро нажимать на виртуальные клавиши.

Миг — и снегоуборочная машина подёрнулась дымкой, а через секунду передо мной предстал настоящий космический корабль! Это была некогда самая популярная и доступная по кредитам модель для личного пользования «Воробей-19». Что-то среднее между гражданским флаером и военным шаттлом, пожалуй, всё-таки ближе к последнему, но без какого-либо встроенного оружия.

Я с самого детства грезил космическими кораблями, воображал, какой угоню в первую очередь, чтобы начать свою беззаботную пиратскую жизнь, а потому с лёгкостью мог отличить даже новейшую «Ласточку-121» от прошлогодней 120-ой. «Воробей-19», открывшийся моему взору, выглядел как самый обыкновенный космический корабль, внешняя обшивка которого со временем поистрепалась и слегка потускнела, но стоит залить в него топливо, протереть от пыли штурвал и клавиатуру, прогреть двигатели, поменять масло, и я готов был биться об заклад, что этот красавец полетит!

— А почему я не видел его до сих пор? — всё ещё приходя в себя от шока, почему-то шёпотом спросил я.

С ума сойти! Столько времени у меня прямо под носом находился корабль, которому всего-навсего пройти небольшое техническое обслуживание — и можно в космос лететь! А я почти два года убил на то, чтобы выслушивать несправедливые упрёки Шантара в тщетной надежде стать первоклассным пилотом на какой-то тренировочной машине! Где, как не в космосе, оттачивать свои навыки?

— Это моя собственная разработка, — горделиво сообщил старик, а голос его едва заметно потеплел от явно нахлынувших воспоминаний. — Проекционный объёмный щит, который может вывести голограмму любого загруженного в неё объекта. Я специально загрузил в память корабля снегоуборочную машину, чтобы никто не покусился на моего красавца!

— Э-м-м… — протянул я.

Чем больше я пялился на «Воробья-19», тем быстрее угасал мой восторг. Захран — планета с синдромом Кесслера. До сих пор я рассчитывал, что корабль Космического Флота пришлёт за мной либо юркий шаттл с самой современной автоматикой, либо большой лайнер, который просто сожжёт лазером весь мусор на своём пути. А вот «Воробей-19», стоящий передо мной, явно не был оснащён ни передовым компьютером, ни ракетами, ни даже мало-мальски сносными лазерными пушками. Вообще ничем. Покинуть планету на таком невозможно.

— А лазеров почему нет? — задал я вслух вертевшийся на языке вопрос.

— Почему-почему?! — неожиданно разозлился мой наставник. — Ивар, я вообще-то тебе корабль показать пришёл, каким снабдил меня в своё время Космический Флот! А ты ещё спроси, почему у него такие большие уши или такие большие глаза!

Я приблизился к кораблю, чтобы рассмотреть места, где должны были крепиться лазерные установки. Шантар истолковал мои действия не совсем правильно, подумав, что я хочу заглянуть внутрь, а потому проворчал:

— Эх, желторотая молодёжь, ла-а-адно, сейчас покажу панель управления кораблём. Подожди, мне отпереть его надо. Я не летал с тех самых пор, как… — я видел, как наставник подошёл вплотную к «Воробью», копаясь в своём коммуникаторе, но мне было слишком интересно, можно ли всё-таки доукомплектовать шаттл лазерами или нет, а потому я нырнул под корму.

В какой-то момент я поймал себя на том, что скрипучий голос наставника до меня больше не доносится, да и не ругается он на меня за то, что я заставляю его ждать. Именно в этот момент раздался оглушительный треск деревянных досок, крыша ангара проломилась, откуда-то резко повалил едкий сизый дым с запахом палёной синтетики. Я закашлялся, быстро вынырнул из-под носа корабля и обнаружил безжизненно валяющееся тело старика в грязно-сером халате и мокасинах.

— Шантар? Наставник? — пролепетал я, так как полуоткрытый рот наставника и капающая из него слюна совершенно не способствовали моему самообладанию.

Перевёл взгляд. Благодаря огромной дыре в ангаре, дым очень быстро развеивался. Передо мной сквозь мутную завесу стал проступать силуэт ещё одного явно подбитого космического истребителя последней модели. Что-то скоростное, обтекаемое, с самоперезаряжающимися бластерами… Было. Раздалось шипение, дверь корабля плавно отъехала в сторону.

Глава 2. Цварг

Когда я увидел пришельца, то оцепенел от страха. Как-то до сих пор мне почему-то не приходило в голову, что в космосе существуют другие формы жизней, помимо людей. Ну, то есть всем обитателям Захрана было известно, что существуют ещё и другие обитаемые планеты, но инфосеть Захрана никак не соединялась с межгалактической инфосетью, так как металлический мусор на орбите слишком сильно фонил и фактически изолировал нас. Вот так и получилось, что до сегодняшнего дня я даже не задумывался о существовании других разумных существ, отличных внешне от человека.

Пришелец ухмыльнулся мне, обнажив острые, как бритва, клыки.

Я стоял около тела Шантара и думал о том, что ему-то, собственно, теперь уже всё равно, а мне, наверно, стоит как можно быстрее отсюда сматываться.

Дым окончательно развеялся, и я увидел у пришельца длинный массивный хвост с острым шипом на конце, развёрнутый в мою сторону. Этот ужасный монстр сделал шаг по направлению ко мне, оскалив белоснежные клыки. Наверно, это стало последней каплей для моей неустойчивой психики, и я рванул к «Воробью-19», но в панике не рассчитал расстояние до него, пребольно впечатался головой в корму и осел на пол.

— Ма-а-мочки… — почему-то у меня получилось даже всхлипнуть.

Неожиданно так жалко себя стало. Ну вот, наставника только что убили, сейчас убьют и меня. Эх, а ведь так хорошо день начинался!

Фиолетовый пришелец с острыми клыками, рогами и хвостом вдруг начал гортанно хохотать, запрокинув голову. Он неистово хохотал целую минуту, а то и больше, да так сильно, что слёзы потекли у него из глаз. Чем больше смеялся инопланетянин, тем сильнее мне становилось не по себе. Этот искренний заразительный смех нервировал, было ощущение, что смеются надо мной.

— Эх, пацан, прости, не удержался, — отсмеявшись, выдавил из себя пришелец.

— П-п-п-ростить? — эхом повторил я.

— Да уж больно у тебя эмоции вкусные, такой юный ещё. А я уже долбаных два месяца не ел нормально, — «пояснил» мой новый знакомый.

— Э-э-э-э?

Меня собрались скушать? Час от часу не легче. Пожалуй, стать чьим-то обедом на сервировочном блюде с яблоком во рту хочется ещё меньше, чем просто умереть.

— Да не смотри на меня с такими дико вращающимися глазами! С Цварга я, для нас эмоции как деликатес. В достаточно развитом мозге при возбуждении нейронные клетки генерируют электрические импульсы. В зависимости от рода возбуждения — страх, восторг, голод, и прочее, — импульсы соответствуют колебаниям разных частот. Вот бета-волны, которые испытывают гуманоиды при страхе — это м-м-м… — и пришелец приложил три пальца к губам, громко причмокнув. — Я вот этими рогами колебания улавливаю, — и он выразительно постучал по устрашающим остроконечным рогам на голове.

Я сглотнул слюну, так ничего не поняв из объяснений цварга. Пришелец ещё раз усмехнулся и подошёл поближе, осматривая старенький ангар Шантара, его содержимое и, разумеется, «Воробья-19».

— М-да, вот уж не думал, что Шантар в такой лачуге на старости лет жить будет! С его-то скупердяйством, я был уверен, что у него как минимум миллион кредитов на оффшорных счетах припрятан.

Пришелец и дальше что-то говорил про моего наставника, а я во все глаза рассматривал его. Мне хотелось верить в то, что хвостато-рогатый цварг ещё не убил меня не потому, что планирует съесть позднее, а потому что я ему вовсе как еда неинтересен.

Цварг отдалённо походил на человека наличием пары рук, пары ног и головы, но на этом внешнее сходство заканчивалось. Кожа пришельца напоминала по цвету баклажан, а совершенно жуткие рога, хвост и клыки, виднеющиеся всякий раз, когда незнакомец улыбался, могли ввести в состояние анабиотического шока. Пальцы были у пришельца обычные, разве что с чуть удлинёнными ногтями, а ноги ниже колен скрывались сапогами.

— А у Вас там ступни или всё-таки копыта? — невольно вырвалось у меня.

Цварг посмотрел на меня с выражением такого презрения, что мне стало сразу же неловко за свой вопрос, а затем показательно-страдальчески закатил глаза, будто бы я уже в десятый раз спросил одно и то же.

— Я уже рассказал о себе, что являюсь цваргом или по-другому энергетическим вампиром. И не смей путать с кровососами! Теперь, думаю, что самое место и время представиться тебе. Сладенький, ты кто вообще такой? И это ты Шантара кокнул или кто другой? — с этими словами фиолетовый монстр надвинулся на меня, а его острый шип, словно кинжал, особенно ярко блеснул в солнечном свете.

— Я…я…я… — от страха у меня помутилось перед глазами. — Я ни-ни-никакой не сладенький, и во-во-вообще не видел, ка-а-а-ак умер Шантар, — отчаянно заикаясь, стал объясняться. — Я его ученик. То есть был учеником. То есть был пилотом. То есть он учил меня на пилота.

Цварг остановился рядом с телом моего наставника и нахмурил свой фиолетовый лоб.

— Как-то мне всё это не нравится, — задумчиво произнёс он, побарабанив пальцами по губам. — И в первую очередь мне не нравится то, что ты меня боишься. Надо что-то с этим делать. Нет, мне, конечно, приятно и очень вкусно, но ты так быстро отощаешь, а ты и так вон какой худой.

Мой мозг из этой тирады выхватил лишь «очень вкусно» и «вон какой худой», что заставило моё тело задрожать крупной дрожью. Интересно, а цварги клыками раздирают внутренности своей жертвы, когда она ещё жива, или перед этим благородно ломают ей хребет? Вон клыки какие огромные…

— Р-р-р-р! Да перестань же трястись как осиновый лист! Сейчас же! — зарычал пришелец недовольно. — Прими как факт, что если я захочу, то убью тебя одной левой, ты и моргнуть не успеешь. Зарубил себе на носу?

— Как-то от этого знания легче вот прямо совсем не становится, — промямлил я совершенно честно.

В следующую секунду пришелец вдруг размазанной тенью метнулся ко мне, подсечка — и вот уже у моего сердца острый, как нож, хвост, а у горла — не менее острые клыки.

— Вот так. Как я сказал, ты не успеешь и моргнуть, — прорычал этот пришелец мне прямо в лицо, а затем неожиданно подал крепкую сухую ладонь. — Давай, вставай, пацан, нечего на холодном полу разлёживаться. Заболеешь ещё!

Эта внезапная демонстрация силы и скорости реакции, многократно превосходящей мои собственные, а затем странная забота почему-то сработали. Обо мне никто никогда не заботился «просто так» и не подавал руку. Шантар если и кормил или учил меня чему-то, то всегда требовал от меня оплаты в виде ведения хозяйства, уборки двухэтажного дома, стрижки газона и другой не менее тяжёлой и грязной работы.

— Вот, так-то лучше, — морщины на лбу пришельца разгладились. — Давай знакомиться. Меня зовут Рэй. А тебя?

— А меня Ивар, — представился я.

Моя рука всё ещё находилась в огромной ладони Рэя, а потому он сжал мои холодные пальцы ещё крепче — у меня даже пробежали мушки перед глазами, — потряс их в воздухе и отпустил.

— Говоришь, Шантар учил тебя пилотировать? На этом корабле? — он кивнул головой в сторону «Воробья-19».

— М-м-м… да, учил, но на домашнем симуляторе. А этот шаттл Шантар показал мне только сегодня, я впервые о нём узнал.

Левая бровь Рэя скептически поднялась вверх.

— То есть он учил тебя пилотировать лишь на симуляторе, и до сих пор ты ни разу не поднимался на корабле даже в атмосферу?

— Ну… да…

— Г-хм, а Шантар точно тебя учил на пилота? Ты уверен в этом? — переспросил Рэй.

— Ну, конечно, я уверен! Да я вообще очень ловко пилотировать умею, между прочим! Я тренировался каждый день в течение двух лет по столько часов, по сколько у меня получалось! Моей целью до сих пор было стать настолько виртуозным пилотом, чтобы сам Космический Флот решил отрядить корабль, чтобы забрать меня с этой планеты! И смею сказать, что за последние два года я значительно приблизился к этой цели, — а затем добавил уже совсем тихо. — Вот только расчёты делать не научился и маршруты… не очень даются.

Но последняя фраза, кажется, уже не долетела до ушей моего нового знакомого. Он с особой тщательностью осматривал тело моего наставника и коммуникатор на его руке, лежавшей поперёк туловища. Шантар замер в такой позе, будто бы прижимал к себе больную руку, при этом я не видел ни крови, ни каких-либо других следов насильственной смерти.

— М-да, очень необычно, очень, — пробормотал Рэй, снимая коммуникатор с руки мертвеца. — Слишком всё странно, чтобы быть простым совпадением. И это надо же, какое невезение! Именно моё задание…

— Невезение? Задание? — повторил я, ничего не понимая. — А разве это не ты убил моего наставника?

Рэй посмотрел на меня, и неожиданно я увидел, как тёмно-фиолетовые глаза становятся ярко-алыми. О-о-ой, мне вновь стало не по себе.

— Ну, то есть я думал, что это как-то связано с твоим приземлением, — быстро-быстро забормотал я, ощущая, как стремительно потею под немигающим взглядом красных глаз. — Я был под кормой «Воробья-19», когда твой корабль проломил крышу ангара, а когда вылез, Шантар уже бесчувственно валялся тут…

— Не ерунди, пацан, — раздражённо оборвал меня фиолетовый пришелец. — Ты видишь тут лужи крови или следы синяков от удара?

— Нет, но…

— Вот и хватит выдвигать глупые гипотезы! — рявкнул Рэй. — Ни я, ни мой корабль со смертью твоего бывшего наставника не связаны! А теперь всё, надоел! Дай мне подумать.

Мне отчего-то стало до слёз обидно. Что теперь со мной будет после смерти Шантара? С Захрана я так и не выбрался, и теперь Космический Флот вряд ли пришлёт за мной корабль. На «Воробье-19» пробиться сквозь толщу мусора на орбите нереально, это чистой воды самоубийство. Обязательно какая-нибудь мелкая гайка или винт прошибёт обшивку, и на такой скорости это станет фатальным. Несмотря на то, что это шаттл, у него нет даже элементарной защитной сети.

— Говоришь, Шантар тебя готовил в ККФОМ-цы? — вырвал меня из горьких дум голос Рэя.

— Какафонцы? — эхом откликнулся я, по-идиотски хлопая ресницами.

— Ну да, как ты там сказал? Твоей целью до сих пор было стать настолько виртуозным пилотом, чтобы сам Космический Флот решил отрядить корабль за тобой на Захран. Разве не так ты сказал?

— Э-э-э-э, да. А причём тут какафонцы?

— Да не какафонцы, а ККФОМ-цы! — рыкнул неожиданно Рэй. — Пацан, на тебя вообще никакого терпения не хватит! Кадеты Космической Федерации Объединённых Миров! Сокращенно ККФОМ. Ты в какой системе планировал служить? У них несколько филиалов, есть неплохая академия на Эльтоне, но там правда директор — тот ещё шилохвост, любит совать свои склизкие щупальца, куда не следует…

Я сглотнул, представив себе директора Эльтона, почему-то сразу расхотелось служить в системе, о которой говорил Рэй.

— Сладенький, а ты чего снова боишься-то? — мигом отреагировал на смену моего настроения цварг. — Ещё немного, и у меня такими тепами диабет от переедания бета-волн начнётся! Давай уже, успокаивайся.

— Я не боюсь, — слабо запротестовал я. — Я просто… не думал о том, где служить. И… вообще как-то не знал, что есть другие системы… — я усердно стал ковырять носком старенькой кроссовки деревянный пол в ангаре, лишь бы не смотреть на цварга.

Мне вдруг стало отчаянно стыдно за то, что оказывается, я так много всего не знаю. А ведь раньше я даже не догадывался, что моё невежество простирается так далеко. Шантар учил меня лишь вычислительной математике и кибернетике для построения маршрутов. Он ни разу не рассказывал мне ни о Космическом Флоте, где когда-то служил офицером, ни о других планетах и их представителях, а в инфосети Захрана этой информации просто не было.

— Хм-м-м… — промычал что-то невнятное Рэй. — Нет, я, конечно, в курсе, что Захран несколько отрезан от космоса из-за синдрома Кесслера, что ведёт весьма консервативный образ жизни, да и развитие человеческой цивилизации в принципе оставляет желать лучшего. Но неужели Шантар тебе даже этого не рассказывал?! Как ты вообще собирался поступать в Космический Флот?

Я покраснел до кончиков ушей и отвернулся. Захотелось расплакаться, я часто-часто заморгал, пытаясь не допустить того, чтобы у меня потекли слёзы. Вот ещё чего не хватало! Чтобы этот цварг стал свидетелем того, как я позорно разревусь, словно кисейная барышня.

— Ну-ну, пацан, переставай слёзы лить, — неожиданно тёплая ладонь опустилась на моё плечо. — Ты же не виноват в том, что родился на Захране, а твой наставник оказался последним скрягой даже до скудных крупиц знаний. Уверен, что Шантар что-то разглядел в тебе, потому что в противном случае он просто бы не стал тратить своё время на занятия с тобой.

Я не удержался и всё-таки хлюпнул носом, а Рэй продолжил:

— Ты мечтал стать первоклассным пилотом, у тебя теперь есть «воробушек» и время, чтобы тренироваться. Продолжай в том же духе, и когда-нибудь у тебя обязательно получится всё то, к чему ты так давно стремишься.

От слов цварга стало чуточку проще. Действительно, корабль у меня теперь есть, хотя его состояние требует технического обслуживания, кредиты на которое ещё надо откуда-то достать, да и ко всему, больше нет наставника…

— Так-с, что-то я тут засиделся. Моим заданием был Шантар, но раз его теперь нет в живых, то полагаю, что и моё задание можно считать оконченным. Мне пора возвращаться.

— Постой, погоди, — тут же разволновался я. — А ты понял, почему Шантар умер?

— Да, конечно, чего тут понимать-то? Вон, коммуникатор прямо на груди лежит. Готов биться об заклад, что кто-то заразил его вирусом, который в нужный момент сделал из коммуникатора электромагнитную нанобомбу, испустившую импульс такой силы, что искусственное сердце старика просто не выдержало.

— А что такое электромагнитная нанобомба? — протянул я, поняв в лучшем случае треть слов цварга.

Рэй, развернувшийся в сторону своего корабля, махнул рукой:

— Всё, пацан, рад был познакомиться, но у меня действительно больше нет времени на тебя.

— Постой! А ты можешь взять меня с собой? — я бросился вслед за пришельцем. — Я… я… я готов убирать твой дом и стричь газон! Я очень хочу убраться с этой планеты!

Фиолетовый пришелец, шустро забираясь в свой корабль, кинул мне через плечо:

— Прости, пацан, но мой корабль рассчитан лишь на одного гуманоида. Да и нет у меня газона, а квартиру давным-давно роботы убирают. Желаю тебе всего хорошего! Заканчивай обучение пилотированию, вылезай с Захрана и, быть может, как-нибудь пропустим с тобой по пинте пива на Мартхоле.

— Но я хочу с тобой… — моих слов Рэй уже не услышал.

Дверца корабля закрылась за могучей фигурой фиолетового пришельца, а я вдруг почувствовал в глубине души нарастающее отчаяние. Мне казалось, что с отлётом Рэя у меня исчезнет последний шанс на то, чтобы выбраться с этой проклятой планеты. И что он там сказал про нанобомбу? Что это вообще такое и как работает? А вдруг мне тоже угрожает такая смерть, а я и не знаю? Я вновь шмыгнул носом.

Именно в этот момент дверь стоящего передо мной инопланетного корабля с грохотом отлетела в сторону, как будто кто-то её открыл изнутри мощным пинком ноги.

— Агр-р-р-р! — взревел Рэй, стремительно перепрыгивая через торчащие колом доски пола вблизи его летательного аппарата.

Цварг молнией метнулся к уже остывающему телу моего наставника, наклонился и стремительно стянул с его кисти коммуникатор, одновременно что-то тыкая на устройстве.

— Швар-р-рх! Галактическое скопление тебе в пятую точку! Нет, это надо же! Вот ты всегда, Шантар, был мерзким пихряком, но чтобы так нагадить, да ещё и с того света!

Я почувствовал, что цварг не просто так вернулся за коммуникатором наставника.

— Рэй, что-то не так? — опасливо спросил я, смотря, как фиолетовый хвост пришельца живёт своей собственной жизнью: нервно дёргается и бьёт острым концом по полу, проламывая ветхие доски.

— Не так? Не ТАК?!!! — взревел пришелец, вновь посмотрев на меня совершенно жуткими ярко-алыми радужками глаза, что как я уже выяснил, свидетельствовало о крайней степени бешенства. — Да этот старый маразматик не мог придумать ничего лучше, чем активировать свой вирус именно тогда, когда я прилетел на Захран! Судя по коммуникатору, устройство заражено уже давно, вот только это ж надо было так подгадать, чтобы активировать электромагнитную нанобомбу именно тогда, когда мой корабль оказался в зоне поражения?!

— Ну, Шантар, наверно, и сам не хотел умирать, разве нет? — я побаивался гнева своего нового знакомого, а потому на всякий случай втянул шею в плечи.

Рэй ещё несколько долгих секунд смотрел на меня, громко сопя и раздувая ноздри, а затем моргнул, и цвет его глаз стал постепенно возвращаться в норму.

— Да, ты прав, пацан. Определённо прав. Но если я узнаю, что он сдох специально, чтобы насолить мне, я ему ух! — Рэй погрозил мёртвому старику кулаком.

А сразу после этого цварг вдруг обернулся ко мне и натянул на себя подозрительно широкую улыбку. От вида блеснувших острых, как бритва, клыков мне уже в который раз за сегодняшний день стало дурно.

— Ива-а-а-ар, — растянул моё имя Рэй, а я в ответ по моему позвоночнику пробежался рой мурашек. — Ты, кажется, хотел полететь со мной? Ты же отличный пилот и у тебя есть корабль, чей двигатель был выключен в момент действия нанобомбы. Будь добр, доставь меня, пожалуйста, на станцию космофлота!

— Э-э-э-э… я не могу…

— Я, между прочим, в отличие от твоего наставника действующий офицер и могу замолвить за тебя словечко, чтобы тебя взяли в ККФОМ-цы, — продолжал соблазнять меня фиолетовый пришелец, грозно наступая.

Я сглотнул ставшую неожиданно вязкой слюну.

— Я не могу, правда, Рэй…

— Хорошо, не хочешь протекцию в ККФОМ-цы, могу заплатить тебе кредитами, как за услугу перевозки пассажира. Твой «Воробей-19» рассчитан на двоих гуманоидов…

— Рэй, послушай, я хотел бы, но… — я попытался перебить цварга, но всё было тщетно.

— Не хочешь на станцию космофлота доставлять, не беда. Доставь на Марктхол, — цварг сощурил глаза.

— Дело в том, что…

— Да что с тобой не так-то, пацан?! — наконец вскипел фиолетовый пришелец. — Назови уже свою цену, заводи двигатели и полетели!

— Да это-то я и пытаюсь сказать! Я не могу этого сделать, хотя и сам рад бы убраться отсюда подальше! — не выдержав, закричал я на Рэя, а по щекам потекли предательские слёзы.

Если бы он знал, сколько лет я мечтал увести чей-нибудь корабль и просто улететь с этой треклятой замусоренный планеты, где сквозь постоянную дымку в небе даже солнца не видно! Сколько лет я мечтал бороздить просторы космоса, наслаждаться видами небесных тел, дышать или свежим отфильтрованным воздухом корабля, или просто наполненным кислородом воздухом какой-нибудь другой обитаемой планеты. О, если бы я только мог!

— Отставить реветь! — неожиданно гаркнул на меня Рэй, и я затих. — А теперь с толком, с чувством, с расстановкой. Почему мы ты не можешь пилотировать «Воробья»?

Шмыгнув ещё раз носом, скорее для проформы, я стал объяснять:

— У тебя корабль последней модели, наверняка и автоматика есть для построения маршрутов, и лазеры, чтобы расчистить путь, и защитная сетка на случай, если всё-таки какая-нибудь гайка врежется в корпус. «Воробей-19» не был на лету уже много лет, он, во-первых, требует технического обслуживания, которое стоит кредитов, а у меня их нет. Во-вторых, даже если его поставить на воздух, у него старое программное обеспечение, нет никакого оружия и даже механических щитов. Ни-че-го! В открытом космосе или для использования шаттла в качестве личного транспорта на планете с расчищенной орбитой, он вполне сносен, но попытаться на нём выбраться с Захрана — чистой воды самоубийство!

Всю эту тираду я выпалил на одном дыхании, однако она не произвела на Рэя никакого впечатления.

— Собирайся, — махнул он рукой. — Разберёмся по ходу дела.

Я заподозрил в его голосе неуверенность, но не стал акцентировать на ней внимания. В конце концов, мне предлагают выбраться с Захрана, кто я такой, что отказываться от такого шанса?

Глава 3. Прошлое Шантара

Должен признаться, что Рэй меня несколько удивил. Перво-наперво я ожидал, что мы будем решать, что делать с «Воробьём-19». Речи о том, чтобы лететь на его умершем личном «Тигре» не шло вовсе. Во-первых, мёртвый двигатель — это мёртвый корабль, это знал каждый, даже я. Во-вторых, военный истребитель цварга был рассчитан исключительно на одного гуманоида в отличие от «Воробья», на котором мы могли бы уместиться вдвоём и взять с собой ещё кое-какие припасы.

— Где у Шантара припрятано что-нибудь ценное? — прозвучало первым, что я услышал от цварга.

— Ну-у… у нас вообще не особо деньги водились, — замямлил я. — Разве что…

— Разве что? — подбодрил меня хвостатый цварг, впившись в меня глазами.

Он так подобрался и сощурил глаза, что я сразу подумал о том, что образ дьявола в захранских народных сказках был срисован с жителей Цварга. Приплюсовать к хвосту, клыкам и рогам их алеющие глаза, когда они злятся, так вообще от дьявола не отличить. А ещё, как я понял, цварги питаются эмоциями, и страх им нравится особенно сильно. Выходит, моё положение либо слишком безнадёжно, либо я редкостный мазохист, раз сам набился цваргу в попутчики. От последней мысли я глупо хихикнул.

— Ну, есть сервант с кубком и медалями, но он стоит на сигнализации, — протянул я, вспоминая всё ценное, что было в доме Шантара.

— Показывай!

Пока мы шли до дома, Рэй с гримасой брезгливости на лице рассматривал мутное серое небо, прошлогоднюю пожухлую траву и бормотал что-то про парниковый эффект и радиационное заражение грунта отходами, при этом он умудрялся слегка шевелить рогами и высоко поднимать свой массивный хвост, явно опасаясь его запачкать. Как только мы вошли в прихожую, в нос ударил отвратительный запах томасского тунца, которого я так вовремя и не успел съесть горячим, а он уже успел испортиться.

— Фу-у-у-у, мерзость какая! Тут что, кто-то сдох год назад, а у Шантара отбило нюх?

— Э-э-э-э, ну это мой сегодняшний обед, — почему-то отчаянно краснея, сообщил я. — То есть это было обедом. Я не успел его съесть, так как Шантар требовал от меня расчётов, а потом мы пошли в ангар…

Брови цварга взлетели вверх ещё выше, а мне стало совсем неудобно. Вообще-то томасский тунец — вещь весьма вкусная, если его есть сразу же, как только он приготовился. Это уже когда он остывает, он становится вначале невкусным, а затем и вовсе ядовитым.

— Теперь я понимаю, почему ты так отчаянно рвался со мной в космос, — покачал рогатой головой Рэй. — Когда мы прилетим на любую мало-мальски сносную в плане питания планету, я обязательно накормлю тебя настоящей едой, а не тем шлаком, коим пичкал тебя скряга Шантар.

В ответ мой желудок издал особенно громкую трель, а я лишь сглотнул набежавшую слюну. Эх, поесть бы!

Рэй без дополнительных указаний с моей стороны сам подошёл к серванту, достал из кармана собственного комбинезона коммуникатор бывшего наставника и бросил мне:

— У тебя, судя по всему, искусственных имплантов нет, но, тем не менее, отойди от меня подальше, не хочу, чтобы тебя задело в случае повторного срабатывания нанобомбы.

— Э-э-э? — вопросительно промычал я, тем не менее, пятясь назад ко входу в помещение.

В мозгу промелькнула позорная мысль о том, что, похоже, я не распознал сумасшедшего в инопланетянине. Неужели этот фиолетовый дьявол, тьфу, то есть цварг, сейчас добровольно запустит бомбу в своих руках?! Вот ведь дьявол! То есть цварг!

— Сигнализация на серванте настроена на коммуникатор Шантара. Сейчас произойдёт одно из двух: либо коммуникатор просто снимет сигналку, и мы сможем открыть дверцу, либо повторно сработает электромагнитная нанобомба. Во втором случае мне она ничего плохого не сделает, а вот сигнализация и вся электроника, которая находится в радиусе действия поражения, отключится. Собственно, желаемое мы получим при обоих раскладах.

И прежде, чем я успел крикнуть «подожди», Рэй что-то набрал на безнадёжно устаревшем коммуникаторе наставника, красный огонёк на серванте вспыхнул зелёным цветом, а затем потух.

— Ну, вот, что и требовалось доказать! — довольно потёр руки Рэй, а его хвост заходил ходуном от нетерпения. — Та-а-а-ак-с, что это? Кубок… хм…

Цварг с задумчивым выражением лица подбросил пару раз кубок в воздухе, а потом просто выкинул его за спину. Я бросился за предметом моих грёз, падая на живот и вытягивая руки вперёд, в последний момент ловя ценнейшую вещь.

— Ты что?! Может, у вас на Цварге и не ценится золото, но у нас здесь, на Захране, это один из драгоценных металлов! Более дорогой и редкий — разве что платина! — негодованию моему не было предела.

Золотой кубок приятно грел руки, и я уже мысленно прикидывал, за сколько кредитов смогу сбыть его в ближайшем ломбарде.

— Пацан, жаль тебя расстраивать, но это не золото, — флегматично заявил пришелец, беря обе медали в руки.

— Как не золото? — возмутился я. — Да Шантар меня к нему на лазерный луч не подпускал! Да это же кубок, полученный им за….

— Это подделка, причём очень дешёвая, — перебил меня Рэй.

— Ка-а-ак подделка? — растерялся я, переводя взгляд с кубка на цварга и обратно.

— А вот так, — Рэй выразительно пожал плечами. — Это пирит, «золото дураков». На Захране данный минерал широко не распространён, возможно, поэтому ты о нём не слышал. Но в любом случае ценности этот кубок не несёт.

— И ты вот так просто на глаз смог отличить золото от пирита? — восхищённо выдохнул я.

Это сколько скрытых способностей, оказывается, есть у цваргов по сравнению с людьми!

— Да нет, — он едва заметно поморщился, — там снизу гравировка ювелира с указанием даты и материала изготовления. Шантар потому и не подпускал тебя к кубку близко, чтобы ты не догадался, что это лишь дешёвая имитация.

Я, разумеется, тут же посмотрел на ножку кубка и с разочарованием простонал. «Пирит, 3047 год, мастер-ювелир Крайсер Таурс» гласила гравировка.

— А я думал, что этот кубок Шантар получил в награду за особые заслуги, — испытывая глубокую обиду на наставника, прошептал я себе под нос.

А было ли правдой хоть что-то из того, что мне рассказывал и показывал хитрый старик?

Рэй каким-то чудом меня услышал.

— Не переживай, пацан, так бывает. Шантар всегда был тем ещё пройдохой и пытался пустить пыль в глаза. Он никогда не выделялся на фоне остальных, скорее уж отставал от средней массы, когда был ККФОМ-цем.

— А откуда ты это знаешь? — удивился я.

— Так мы с ним вместе учились в одной академии какое-то время, потом я, правда…э-э-э… перевёлся в другую систему. Ну и потом, на службе, несколько раз пересекались, — неохотно ответил Рэй, а затем резко перевёл разговор. — Медали, к моему удивлению, настоящие. Правда, они всего лишь из серебра, но да ладно, на безрыбье и морской ёж рыба. Сойдёт, уж пару десятков кредитов нам за это дадут.

— Рэй?

— Да, пацан?

— Ты говорил, что мой наставник был твоим заданием. Что это значит? Почему ты прилетел? — задал я давно волнующий меня вопрос, а сам пошёл к шкафу с одеждой.

Рэй убедил меня, что моя текущая одежда оставляет желать лучшего, и в шкафу Шантара я наверняка найду что-нибудь менее дырявое и более презентабельное из вещей, которые в молодости носил сам наставник. Уповая на скаредность характера моего наставника, цварг был уверен, что старик бережно хранил даже то, что ему теперь уж точно никогда не пригодится. И он оказался прав. Поначалу мне было неловко шарить в вещах Шантара, но Рэй вновь без колебаний заявил, что покойнику они всё равно ни к чему, а если я буду ходить и дальше в обносках, то это рано или поздно отразится на моей репутации. Я совершенно не понял, о чём толкует цварг, но согласно пожал плечами. К слову сказать, сам Рэй был одет в обтягивающую футболку, подчёркивающую мускулистые ноги, кожаные штаны и какое-то пижонское чёрное пальто, чуть поблескивающее на свету. Так мерцает гектосплав нитей натурального дорогостоящего хлопка и синтетических волокон, улучшающих свойства ткани, как горделиво пояснил мне сам хозяин одежды.

— Ох, какой же ты почемучка! — покачал головой цварг. — Шантар некогда был офицером Космического Флота, но его с позором понизили в ранге и сослали на Захран в качестве наказания за некоторые проступки. Сейчас это не имеет значения. Он должен был просидеть на этой планете десять лет, чтобы прочувствовать, так сказать, всю свою вину и раскаяться. Но за это время на орбите планеты мусора ещё немного увеличилось, посадка и высадка с Захрана стала ещё более дорогой, а сам Шантар… в общем, в Космическом Флоте появилось множество других более молодых и сильных ККФОМ-цев. Так и получилось, что из временного изгнания твой наставник ушёл на пенсию.

— Что же он такое сделал? — искренне удивился я, перебив Рэя и даже отложив понравившиеся тёмно-синие штаны в сторону. — Что его сослали на Захран на десять лет?

— Поставил себе аппарат искусственного кровообращения.

— Чего?

— Проще говоря, искусственное сердце.

— А зачем? И как это связано со ссылкой на Захран? Неужели в Космическом Флоте запрещено ставить себе искусственное сердце? Ты тоже считаешь, что десять лет жизни в изоляции на мусорной планете — это адекватное наказание?! — тут же засыпал я Рэя вопросами.

— Ивар! Я не успеваю ответить на один вопрос, как ты меня засыпаешь новыми! Ну, так же нельзя! — возмутился цварг. — Давай ты их будешь копить, а затем задавать одним скопом?

Я, следуя интуиции, промолчал. За этот день от Рэя я узнал информации больше, чем за весь последний год от Шантара и планетарной инфосети вмести взятых. Наверно, действительно, надо постараться вести себя тише, не перебивая. Рэй посверлил меня некоторое время взглядом, а затем с лёгкими нотами недовольства продолжил:

— Шантар никому не сообщил об операции. Он всегда сильно отставал по физическим показателям, ещё даже будучи ККФОМ-цем. Всё-таки Вы, люди, слабая раса. Космофлот совершенно не против улучшающих здоровье имплантов или вживлённых симбионтов, одно условие — обязательно сообщать об этом начальству. Шантар не сказал. Он сделал операцию тайком на одной из планет, где на наличие медицинских лицензий Межгалактическая Полицая смотрит сквозь пальцы, после чего его физические показатели заметно выросли, он даже получил пару медалей, — Рэй потряс серебристыми кругляшками на ленточках в воздухе. — Я, в целом, понимаю его мотивы. Операция незначительная, шрамов на теле не осталось, а с новым аппаратом кровообращения его тут же зауважали коллеги, поднялся авторитет в глазах начальства, опять же, на горизонте замаячило повышение… Возможно, он собирался рано или поздно сообщить об импланте, но оттягивал этот неприятный момент. Однако правила в Космическом Флоте придуманы не просто так. В один несчастливый для Шантара день его вытащили с обычного дежурного патрулирования какой-то захудалой системы и экстренно бросили в качестве поддержки в соседнюю, так как его корабль был ближе всех к нужной планете. На Тракете среди заключённых вспыхнул организованный массовый бунт. В то время правительство системы отправляло осуждённых каторжников на Тракет ради добычи топлива для экспериментальных пушек, работающих на ядерном магнитном резонансе.

Я поморщился, так как если до сих пор мне в целом рассказ Рэя был понятен, то теперь я уже начинал терять нить повествования.

— Не важно, — Рэй махнул рукой, увидев мою гримасу. — Суть в том, что у Шантара было совсем несложное задание. Надо было пройти по коридору и запереть ворота, чтобы бунтовщики не вырвались в поселение. И он этого не сделал.

— Почему? — я всё ещё глупо хлопал глазами.

— Почему-почему! Да потому же, почему на него сработала электромагнитная нанобомба! Шантар как всегда сэкономил, и вместо того, чтобы поставить себе нормальный аппарат из медицинских биополимеров, поставил тот, что дешевле — с металлом. И пройти через тот коридор, напичканный ядерным магнитом, означало для него смерть.

— А-а-а, — я сделал умный вид, поняв, что ещё немного, и доведу цварга своими вопросами до точки кипения.

— А возвращаясь к твоему вопросу, почему я прилетел, отвечу коротко. Шантар уже много лет не пользовался своим служебным каналом, позволяющим передавать информацию за орбиту Захрана, ну за исключением разве что всяких журнальчиков…

— Журнальчиков?

— Не важно, — мне показалось, что Рэй почему-то смутился. — А в последние месяцы объём информации, передаваемой по каналу, заметно вырос. Вот меня начальство и отправило проведать старого знакомого и разузнать, что да как.

— Ясно, — кивнул я, рассматривая несколько рубашек.

Мне понравилась ярко-оранжевая с зелёным горошком, но она явно была мне великовата в плечах. Большую часть своей осмысленной жизни я мастерил одежду себе сам из пластиковых полимеров, найденных на свалке. Такая одежда плохо грела, что, в целом, было не таким уж большим недостатком, учитывая климат Захрана, зато хорошо защищала от ветра и прямого дождя.

Когда Шантар нашёл и приютил меня, он выдал мне комплект вещей из настоящей вискозы и нейлона, сшитый роботами на фабрике, как гласила этикетка. Однако, к моему глубокому разочарованию, все выданные мне вещи были однотонные, скучных болотного и тёмно-смоляного цветов. И вот сейчас, когда Рэй сказал, что мне следует переодеться, мои глаза разбегались от разнообразных пёстрых тканей в шкафу бывшего наставника. Сразу вспомнилось, что мультимиллиардера Игнара Радосского, члена аппарата управления планетой, по инфосети всегда показывали в чём-то позитивном и ярком: жёлтом, золотом или даже красном.

Более спокойный светло-бежевый свитер с незатейливым голубым рисунком на груди выглядел, на мой вкус, существенно проще, зато подходил мне в плечах и подходил к джинсам.

— Надевай свитер, — скомандовал Рэй, бросив короткий взгляд на вещи в моих руках.

— Но почему-у-у?! — разочарованно взвыл я, так как уже хотел надеть оранжевую в зелёный горох рубашку.

— Пацан, прекращай, или я не пущу тебя на корабль! Это же… полнейшая безвкусица! — воскликнул Рэй так, будто бы я предложил что-то неприличное.

— Но я хочу оранжевую рубашку!

— Ещё полчаса назад ты вообще хотел остаться в своих обносках! Ты хотя бы понимаешь, что твой внешний вид угробит не только твою репутацию, но и мою?! Я просто не могу появиться на людях и нелюдях с помощником, одетым вот в это! — цварг даже побледнел и схватился за волосы от представленной картины.

Скрепя сердцем, мне пришлось вернуть рубаху цвета тыквы обратно в шкаф и переодеться в то, что Рэй счёл подходящим.

Глава 4. Запчасти для воробья

— Предлагаю слить из «Тигра» топливо, снять лазерную установку и взять другие запчасти, чтобы подлатать «Воробья», — внёс я, на мой взгляд, вполне рациональное предложение на повестку дня, когда мы с Рэем стояли в ангаре и изучали объём предстоящих работ.

— Снять лазерную установку? Слить топливо? Ты что вообще такое говоришь, пацан?! — взорвался Рэй праведным гневом. — Ты хотя бы понимаешь, что сейчас предложил?! Это настоящее кощунство! Это же новейшая модель «Тигра», выпущенная в этом году, только что с конвейера! Конкретно этот «Тигр» вообще-то из ограниченной коллекции с усовершенствованным двигателем…

— Был. Это был «Тигр» с усовершенствованным двигателем, — тихо заметил я. — Нет двигателя — нет корабля.

— Не напоминай! — фиолетовый хвост с остроконечным шипом на конце взметнулся выше моей головы, и я невольно сделал шаг назад.

Рэй стоял, возмущённо скрестив руки на груди, и всем своим видом показывая, что не даст и пальцем тронуть свой корабль. Моя надежда на то, что из одного мёртвого корабля и одного устаревшего мы сможем собрать что-то более или менее летающее и способное выйти на орбиту Захрана, таяла с каждой минутой.

— Рэй, ну зачем тебе «Тигр»? Даже если мы сможем каким-то чудом выбраться с Захрана…

— Помолчи.

Я тяжело вздохнул. Похоже, цварг и так прекрасно понимал, что возвращение на планету с синдромом Кесслера ради того, чтобы забрать мёртвого «Тигра», а затем ещё и вложиться в его ремонт, полностью переоснастив всю электронную часть — будет стоить целое состояние. Даже если бы этот «Тигр» был сделан из платины, всё равно он бы не стоил затраченных на это кредитов.

Я сделал шаг по направлению к «Тигру», чтобы посмотреть, как установлены лазерные пушки, но был резко отброшен в бок.

— Не прикасайся к моему кораблю! — угрожающе прорычал Рэй.

Я повторно тяжело вздохнул.

— Ладно, тогда предлагай свои варианты. Что будем делать?

— Что нужно для того, чтобы «Воробей-19» взлетел? — вопросом на вопрос ответил цварг.

— Топливо, техническое масло, возможно, свечи и фильтры, но это не точно, надо лезть под корму корабля. Но это только чтобы взлететь, а чтобы вылететь за геостационарную орбиту — лазерные пушки и, желательно, защитная сетка, но я о таком даже не мечтаю.

— Гм-м-м…

— Рэ-э-э-й! — позвал я спустя десять или даже двадцать минут обоюдного молчания.

— Ну что ещё? — огрызнулся цварг.

— Мы так и не нашли никаких сбережений в доме Шантара, а его счета тоже пусты, судя по данным с коммуникатора. Нам просто не на что купить новые детали, но мы можем воспользоваться твоим кораблём, как донором. Чем тебе не нравится эта идея?

— Всем. Это мой корабль, понимаешь, Ивар?

Рэй обращался ко мне по имени крайне редко, и я понял, что спорить с цваргом, по крайней мере, сейчас, действительно не стоит.

— Тогда что мы будем делать?

Рэй неожиданно посветлел лицом:

— Слушай, ты говорил, кажется, у Вас тут ломбард недалеко?

— Да, но нам нечего закладывать… Две медали не в счёт, они покроют разве что стоимость фильтров… — растерялся я.

— Не парься, пацан, и предоставь всё это мне, — он махнул рукой. — Пойдём, только кубок Шантара возьму. И плащ какой-нибудь с глубоким капюшоном из его гардероба прихвати мне, кстати, чтобы рогов видно не было, да и вообще чтобы местные меня не пугались. У Вас же тут представители других рас редко бывают.

— Я бы сказал никогда…

Пока мы шли к ломбарду, а Рэй кутался в тёмно-лиловый плащ, я всё никак не мог понять затею цварга. Кстати, тот первый попавшийся длинный плащ с капюшоном, который я протянул ему, он с негодованием отмёл в сторону, сказав, что эта вещь ему не идёт. Пришлось потратить ещё добрых полчаса, прежде чем Рэй нашёл в ворохе одежды Шантара тряпку, окрестив её «вполне сносной». Мне было искренне непонятно, зачем цварг подобрал плащ под оттенок своей кожи при том, что он не хотел, чтобы эту самую кожу кто-либо увидел и показывал на него пальцем, но Рэй лишь фыркнул, что я совершенно ничего не понимаю в стиле. Разумеется, с этим утверждением спорить я не стал.

— Кошмар, как Вы тут вообще живёте?! Вот из той кучи фонит колебаниями и воняет так, как будто кто-то сдох, — цварг скривился, показав как относится к Захрану.

— Ничего удивительного, там за ней располагается приют для бездомных животных, — пожал я плечами.

— Фу, мерзость какая, — передёрнул плечами Рэй, и даже кончик его хвоста появился на миг из-под полы плаща.

За моё недолгое знакомство с этим цваргом я почему-то достаточно быстро привык к тому, что он всё время чем-то недоволен. Его брезгливость и отвращение к Захрану мне были абсолютны понятны, наверное, я бы и сам так реагировал, если бы не вырос здесь, а оказался впервые. Что касается его отношения к домашним животным, мне вдруг стало действительно любопытно, откуда такая неприязнь:

— Рэй, а у тебя же тоже есть хвост и клыки.

— К чему ты клонишь, пацан? — низко зарычал цварг.

— Ну-у-у… у животных тоже есть хвост и клыки, вы в чём-то схожи, разве они не должны тебе нра… — закончить я не успел, так как Рэй схватил меня за свитер и приподнял в воздух, заставив смотреть себе прямо в стремительно краснеющие белки глаз.

Именно в этот момент я понял, что зря ляпнул про схожесть цваргов и бездомных животных.

— Слышь, сладенький! Я отношусь к высокоразвитой и высокоинтеллектуальной расе цваргов и являюсь действующим офицером Космического Флота! Я эмоциональный вампир, а не кровососущий! Ты это понял?! Не животное я! Кивни, если понял.

Я лихорадочно закивал головой, как болванчик, а в ответ Рэй неожиданно мягко опустил меня на землю и добавил:

— Всё. Извини, не хотел тебя пугать. Просто бесит, когда сравнивают с кровососущими. Конечно, ты не мог этого знать, я слегка погорячился.

Чуть оправившись от шока, я не смог удержаться и не спросить:

— Рэй, а почему ты меня называешь «сладеньким»?

Цварг остановился и показательно закатил глаза, всем своим видом говоря, как же я ему уже надоел с вопросами. Я и сам чувствовал, что после того, как ненароком оскорбил инопланетянина, лучше было бы помолчать, но уж больно непонятно мне было его нетипичное для Захрана обращение. Шантар часто называл меня «болваном», «олухом», «желторотиком», «молокососом» и тому подобными обидными словами, которые я научился игнорировать. Рэй же за всё время нашего знакомства пару раз обратился ко мне по имени, чаще предпочитая нейтральное «пацан», но несколько раз в его речи звучало странное «сладенький». Что это? Может так принято обращаться у цваргов к тем, кто тебя младше? Или это какая-то шутка из космофлота, о которой я просто не в курсе?

— Да потому что, когда ты боишься, эмоции у тебя сладкие уж больно! — «пояснил» Рэй.

Меня так и подмывало переспросить, а как это, «сладкие эмоции», но мы уже подходили к ломбарду.

— Рэй, а что мне делать в ломбарде?

— Предоставь этот вопрос мне. От тебя требуется молчать и стоять где-нибудь в сторонке, — успокоил меня цварг.

— Рэ-э-эй, ты что, хочешь кубок Шантара продать? Ты же сказал, что он из пирита и ничего не стоит…

— Да, но ты-то об этом не знал. На Захране этот металл крайне редкий, и есть шанс, что мы облапошим оценщика, получив за него столько денег, как если бы он был из настоящего золота.

— А как же надпись на кубке?

— Не беспокойся, пацан, всё продумано. Гравировку я шипом подкорректировал, она теперь не читается.

— А как Космический Флот относится к тому, что ты намеренно обманываешь честных граждан других планет?

— Как-как! Пацан, ты меня уже утомил! Я, действующий офицер, выполняя задание, оказался застрявшим на Захране. А этот кубок — форменное надругательство над самим Космическим Флотом как организацией, объединившей под своей крышей существ с разных планет! Шантар отлил этот кубок у какого-то умельца, сделав вид, будто получил его в космофлоте за особые заслуги. Уничтожить эту фальшивку, можно сказать, дело чести. Вот я его и уничтожаю, экономя своё собственное время и кредиты. Ведь скупщик золота имеет профессиональную печь и точно захочет расплавить кубок, перед тем как продать его.

— Но…

Мне подумалось, что логика Рэя где-то даёт брешь, но сходу я всё никак не мог сформулировать, где именно. Я чувствовал себя так, будто силился вспомнить забытое сновидение: вот-вот вспомню и схвачу его за хвост, нужно буквально пару мгновений.

— Всё, теперь молчи, а я буду говорить.

В этот момент мы зашли в ломбард. Здесь было достаточно малолюдно, ломбарды — вообще не самые популярные заведения на Захране. Какая-то неуклюжая тётка прощалась со скупщиком, ещё один тип в лохмотьях ошивался у витрины с наручными коммуникаторами. Рэй чётким и размашистым шагом преодолел расстояние до ресепшена, где сидел уставший скупщик.

— Добрый день, слушаю Вас. Вы пришли выкупить вещь или предложить что-то ценное? — дежурным тоном сообщил он, не отрываясь от экрана компьютера.

— Ценное. У меня есть золото в форме кубка. Хотел бы уточнить, сколько Вы за него нам предложите.

Скупщик поднял взгляд, и, не вглядываясь в лицо Рэя, находящегося в тени капюшона, протянул руку. Мой новый знакомый мгновенно положил туда липовую награду Шантара. Всё это время я стоял за Рэем, не дыша, так как боялся спугнуть удачу. Мне казалось, что вот-вот либо работник ломбарда, либо посетитель заподозрят в фигуре в лиловом плаще пришельца и вызовут Планетарную Полицию. Но то ли Рэй не первый раз работал под прикрытием, то ли нам сегодня несказанно везло, никто не задался вопросом, почему в жаркую погоду человек пришёл в ломбард, кутаясь в плащ с капюшоном.

— И да, у меня ещё есть две медали из серебра. Их тоже оцените, пожалуйста, — медали скользнули в другую руку скупщика.

Пожилой мужчина поправил на переносице увеличивающие стёкла, поковырял пальцем гравировку на кубке, а медали неаккуратно швырнул на весы. Моё сердце ухнуло в пятки, когда скупщик стал всматриваться в бывшую надпись на ножке фальшивки.

— Милейший, так что там с серебром?

— Ась? — скупщик отложил кубок и посмотрел на число на весах. — Шестнадцать кредитов за обе медали.

— Шестнадцать кредитов?! Да это вообще-то награды моего сына за школьные победы! Это же такая память! Они должны стоить, как минимум двадцать пять кредитов!

Я сморщился, как от проглоченного лимона. Враньё шито белыми нитками… Ну какой из меня школьник? Какие награды? Но, видимо, сегодня был день Рэя, так как оценщик, бросив на меня косой взгляд, вернулся к разговору:

— Всё переплавится, сэр, неважно, что серебро представляет из себя сейчас. Восемнадцать кредитов — моя окончательная цена.

— Хорошо, — вдруг пошёл на попятный Рэй, — ну, а за кубок? Его же Вы тоже переплавите?

Последнее слово заставило оценщика глубоко вздохнуть и кинуть кубок на весы тоже, предварительно переложив медали на клавиатуру компьютера.

— Семьсот граммов, так-так-так… по последнему курсу это…. Пятьсот двадцать два кредита. Смею уверить, что это очень хорошая цена, и вряд ли кто из моих коллег даст Вам больше.

— Пятьсот двадцать два?! Вообще-то я рассчитывал как минимум на шестьсот! — наглости Рэю было не занимать, и на миг я даже восхитился им.

— Мужчина, — сварливо пробасил оценщик. — Это ломбард, а не ювелирная лавка. Мне ещё переплавлять Ваше золото, это, знаете ли, тоже кредитов стоит!

— Но не семьдесят восемь кредитов же! — стоял на своём наглый цварг. — Пятьсот пятьдесят кредитов за кубок, или я ухожу искать другой ломбард.

Рэй говорил так, что даже я поверил в его блеф, и стал судорожно вспоминать, где в районе находятся другие заведения, принимающие драгоценные металлы. Но в этот момент хитрый цварг обернулся и подмигнул мне.

— Ладно, Ваша взяла. Пятьсот пятьдесят. Но учтите, это красная цена в базарный день. Тут ещё…

— Замечательно, — бесцеремонно перебил его Рэй. — Я согласен. Как быстро Вы переведёте кредиты на мой счёт? Я, знаете ли, спешу.

— Прямо сейчас и переведу. Мне только надо проверить кубок на то, что это золото. Знаете ли, много обманщиков последнее время развелось, которые выдают пирит за золото. У меня машина для проверки металлов в соседней комнате. Подождите буквально пять минут.

И с этим словами пожилой мужчина подхватил кубок Шантара и вышел в соседнюю комнату. Я стоял, ни жив, ни мёртв, слыша собственное сердцебиение в ушах. Что же делать? Ещё каких-то пара минут — и наш обман вскроется!

— А теперь, пацан, быстро уносим ноги и хвосты, — прошипел мне на ухо Рэй.

Пока я осмысливал сказанное, лиловый плащ уже скрылся за входной дверью, а в соседней комнате разнеслось:

— Да это же не золото! Это пирит!

Не мешкая, я перегнулся через стойку ресепшена, схватил медали, сунул их в карман джинсов, и, не дожидаясь оценщика, выпрыгнул на улицу.

— Что ж ты такой нерасторопный-то? — сердито проворчал Рэй, хватая меня за шкирку. — Бежим!

И мы побежали.

Глава 5. Побег с Захрана

— Сточные канавы на Цварге чище, чем то недоразумение, что ошибочно именуется «улицей» у вас здесь! Одни помои на каждом углу! — возмущённо комментировал Рэй, начищая свои чёрные лаковые сапоги до блеска.

Я же всё никак не мог отдышаться после незапланированного спринта, организованного мне цваргом. Мы, целые и невредимые, стояли в ангаре на заднем дворе Шантара.

— Не беспокойся, пацан, всё продумано! Предоставь этот вопрос мне! — спародировал я его, когда моя селезёнка, наконец-то, перестала судорожно сокращаться от взрывной аэробной нагрузки.

Сколько раз я уносил ноги от планетарной полиции, сбегал с уроков в школе, воровал еду из магазинов, но так быстро я ещё не бегал ни разу.

— Да ладно, всё обошлось же, — отмахнулся Рэй, которому пробежка пошла только на пользу и не вызвала никакого негатива. Фиолетовый цвет лица стал чуть насыщеннее. — Ну, прошвырнулись мы немного, ну и что такого? Считай, что ноги размяли, свежим воздухом подышали.

Я зло глянул на цварга. Свежим воздухом? На Захране? Он что, издевается? Мой полный ярости и негодования взгляд был принят и понят Рэем без слов.

— Ладно, сливай с «Тигра» топливо, масло и всё, что тебе необходимо для того, чтобы поставить «Воробья» на крыло. И про пищеблок не забудь, у меня там контейнеры со вполне сносной едой оставались. Прихвати их тоже. Я как-то не горю желанием тащить еду из этой помойки после того, как понюхал твой обед, хотя обычно и принято пополнять запасы на любой планете, где делаешь остановку.

Мой желудок в очередной раз выдал грустную трель, а я мотнул головой. Я пропустил обед, а на улице уже начало смеркаться, и подходило время ужина. К сожалению, в отличие от цварга я не был уверен, что всё обошлось. Как-никак, оценщик видел «школьника» клиента, попытавшегося его обмануть. И даже если он не запомнил мою внешность, сколько времени уйдёт у него на то, чтобы взять видеозаписи с камер наблюдения, вырезать моё лицо и послать в Планетарную Полицию? Час, может, два. Ещё минут двадцать или тридцать будут искать меня по базе, в которой я, к сожалению, есть, так как меня всё-таки пару раз ловили за мелкие правонарушения, ну и ещё полчаса уйдёт на то, чтобы установить, где я нынче живу. Так как последние два года место жительства я не менял, меня совершенно точно найдут. Итого, суммарно три часа у нас есть на всё-про-всё, чтобы подлатать «Воробья» и куда-нибудь смотаться подальше от жилища Шантара. Благо вещи уже собраны и помещены в космический корабль; мы заранее переоделись, обыскали весь дом и даже похоронили труп старика на заднем дворе.

Не мешкая, я стал быстро двигаться и обновлять «Воробья-19», начиная с самого необходимо. Если бы Рэй так не протестовал изначально против того, чтобы сделать «Тигра» донором, то у меня была бы масса времени, чтобы перебрать оба корабля и сделать лучшее из имеющегося, но, к сожалению…

— Кстати, пацан, — внезапно обратился ко мне цварг, вальяжно опираясь бедром на полусгнившую столешницу, и в очередной раз копаясь в коммуникаторе Шантара. — А откуда ты понимаешь что-либо в кораблях? Ты, вроде, говорил, что скряга-Шантар учил тебя на пилота, а не на бортмеханика.

— Да, так и есть, — неохотно ответил я. — В школе бесплатная еда подразумевалась лишь для младших классов. Для учащихся средних классов за обеды надо было платить, а у меня ни кредита в карманах не завалялось. Я как-то гулял в квартале богачей и увидел, как под капотом флаера мужчина просит подать ему гаечный ключ. Игорка, а мужчиной оказался отец моего одноклассника, фыркнул и решил, что ему интереснее кататься на аэросёрфе, чем помогать отцу. Ну, я и подал мужчине ключ, а потом ещё какой-то инструмент, и ещё… А когда тот вылез из-под капота флаера и увидел, кто ему помогал весь вечер, предложил мне помогать и дальше. Оказалась, что у Добрана был свой автосервис, обслуживающий лёгкий гражданский воздушный транспорт. Он предложил мне подрабатывать после школы за два кредита в день, и я, разумеется, согласился. В основном, вся моя работа заключалась в принеси-подай, но никто не запрещал мне смотреть, как работают механики, и задавать им вопросы, общаться. Каждый день я видел десятки самых разнообразных флаеров, шаттлов и транспортных модулей, элитных и юрких, громоздких и мощных. Именно тогда ко мне в голову пришла идея стать первоклассным пилотом. Ко всему, нередко пришедшие за своими флаерами клиенты ругались на то, что в рабочем отсеке слишком грязно. Я начищал их туфли воском, и за это мне оставляли на чай ещё полкредита или даже целый кредит. На эти деньги я не только позволял себе обедать и ужинать, но и время от времени оплачивал старые голографические ролики в инфосети по пилотированию кораблей до-кесслеровского времени и кое-какую литературу.

Я замолчал, переводя дыхание после длинного рассказа, а цварг посмотрел мне прямо в глаза.

— Запомни, Ивар, — сказал он неожиданно серьёзно, — ты не должен мне врать. Никогда. Я не враг тебе. Понял?

Я насупился. И как он раскусил ложь в моих словах? Эту историю я репетировал и повторял столько раз, что уже сам в неё поверил. К тому же большая её часть — правда.

— А как ты узнал, что я вру? — спросил, пряча глаза.

К моему счастью, мне как раз сейчас надо было залить масло в контейнер и промазывать кисточкой все шестерёнки стартера. Действительно сложный ремонт корабля, я бы, наверное, не осилил, но вот такое базовое техническое обслуживание и мелкий апгрейд — вполне по моим силам. Теперь осталось лазеры прикрутить, и минимально необходимые операции по «Воробью-19» будут сделаны.

— Голодный ребёнок «гуляет» по богатому району и просто так помогает первому встречному? Пацан, я тебя умоляю. Эта история изначально выглядит нелепо в твоих устах. Мне очевидно, что ты попытался украсть инструменты у этого… как его… Добрана, он, скорее всего, тебя поймал, отлупил, а в наказание заставил помогать. Так и было?

Я неохотно кивнул головой. В общем-то, так и было. Просто отчаянно стыдно признаваться, что впервые решился на воровство ради еды, и то не удалось.

— Ну, а потом, Добран оценил помощника в твоём лице и даже стал приплачивать за помощь, — удовлетворённо произнёс Рэй. — Кстати, в то, что ты сам вызвался чистить ботинки клиентам, и что вообще клиенты пачкали их в автосервисе, извини, но верится с трудом. Как правило, владельцы флаеров не заходят в отсек, где производится ТО транспорта, они ожидают в комфортабельных комнатах с проведённой инфосетью. Это возвращает нас к вопросу, откуда ты брал дополнительные кредиты на голоролики.

Я упорно молчал. А ведь Рэй не так прост, как кажется с первого взгляда. И эта его изворотливость, проявленная с кубком Шантара, а сейчас излишняя проницательность… Интересно, какое всё-таки звание у цварга? Офицерами называют всех, кто служит в Космическом Флоте, это собирательное название, а не конкретное звание.

Я открутил первый из четырнадцати лазеров от «Тигра» и стал прилаживать его с помощью металлических скоб к «Воробью». По моим внутренним ощущениям, время до приезда Планетарной Полиции у нас ещё оставалось. Хотя бы штук пять лазеров ещё переставить успею.

— Раз уж ты решил играть в молчанку, то я продолжу строить свои догадки, — «обрадовал» меня Рэй. — Владельцы флаеров — люди априори не бедные, а учитывая общее состояние Захрана, это — самый зажиточный слой населения. Было бы логичным предположить, что ты карманничал помаленьку, но не думаю, что это так. Если хоть один из клиентов сообразил бы, в какой момент лишился своего наручного коммуникатора или чипа с кредитами и пожаловался бы Добрану, то ты бы в одночасье лишился своего тёпленького местечка. Скорее всего, ты придумал более тонкую схему, вытаскивал эти самые ценные мелочи у клиентов, ключи от флаера, например, а потом подносил расстроенной женщине или нервному мужчине со словами, что нашёл это «в прихожей автосервиса», «посмотрите, пожалуйста, не Вы ли это обронили?» Осчастливленный клиент на радостях давал «честному» мальчику, нашедшему и предъявившему его утерянное имущество, несколько кредитов в качестве награды. Колись, всё было так?

Но как?! Как во имя глубокого космоса этот пронырливый тип вообще обо всём догадался?! А ведь он описал ситуацию точнее некуда, именно так, как всё было на самом деле!

— Всё так и было, — скрипнул я зубами. — Как ты догадался? — всё-таки спросил, параллельно проверяя надёжность установленного мною лазера. Вроде бы, конечно, не отвалится, хотя приварить не мешало бы. Жаль, времени совсем в обрез.

Цварг неожиданно хохотнул.

— Зря ты так злишься, пацан. Я просто спрогнозировал то, как поступил бы сам, будучи в твоей шкуре с твоими знаниями на этой вонючей дыре, вот и всё.

Я вытер руки о какую-то ветошь и прямо посмотрел на Рэя.

— И всё? Ты не будешь меня бить? Промывать мозги, что воровство — это плохо и недостойно честного человека? Ты же действующий офицер Космического Флота! Даже Шантар, которого, как оказалось, временно отстранили от службы, давал мне как минимум затрещину, если понимал, какие мысли бродят в моей голове.

Рэй нахмурился.

— Ты знаешь, во всех твоих словах мне не нравится лишь один пункт. То, что тебя бил твой наставник. Вот это мне совершенно не нравится. А что касается воровства… Ты был ребёнком и хотел есть, а государство поставило тебя в безвыходное положение. В мире нет ничего чёрного и белого, любая задача решается ситуативно. Об истинной нравственности наших поступков можно заключить лишь по направленности на исход и наличию в них добрых намерений. В данной ситуации ты совершал наименьшее из зол, добывая себе пропитание, а именно — брал немного денег у самого зажиточного слоя населения. Кто-то назовёт это «новой нравственностью», но я называю это жизнью. Вот скажи, хорошо врать или плохо? Разумеется, напрашивается ответ, что плохо. Но стоит ли говорить беременной женщине, что она кошмарно растолстела? Или смертельно больному человеку, что ему осталось жить считанные дни? Не уверен. Вот так же и с воровством в твоём случае.

Я стоял и молча смотрел на Рэя, в который раз за сегодня чувствуя себя невероятно глупо. Именно в этот момент коммуникатор Шантара, что находился в руках цварга, громко пиликнул.

— Что это значит? — с тех пор, как я узнал, что коммуникатор наставника заражён каким-то вирусом и фактически стал причиной его смерти, этой штуки я стал побаиваться.

— А это значит, пацан, что Планетарная Полиция всё-таки засекла наши телодвижения и через пять минут нагрянет в этот ангар. Так что хватай всё, что можно и прыгай за штурвал.

— Что? Пять минут?! — панике, охватившей меня, просто не было границ.

Я же не успел доставить остальные лазеры, да я вообще ещё думал, что у меня в запасе, по крайней мере, час! Что же делать?!

Тем временем Рэй умелым чётким движением впихнул опешившего меня внутрь «Воробья-19» и пристегнул к одному из двух рядом стоящих кресел.

— Надеюсь, у тебя есть взвешенный и продуманный стратегический план наших дальнейших действий? — мой голос прозвучал как-то неуверенно и пискляво.

— Да, конечно, — не моргнув и глазом, ответил цварг, — называется импровизация.

Без паники, только без паники. Надо успокоиться. К сожалению, слова Рэя спокойствия мне не добавили. Где-то вдалеке послышался характерный сигнал планетарной полиции.

— Ну что, пацан, к взлёту готов? — спросил меня цварг.

Я столько раз представлял себя за штурвалом настоящего корабля, а сейчас, оказавшись за ним по-настоящему, вдруг сильно разволновался. Не потому, что боялся, что мы не прорвёмся в открытый космос через мусорный слой планеты, нет, не поэтому. И даже не потому, что в своих мечтах я был капитаном какого-нибудь новейшего гигантского «Альбатроса», восседал в удобном кожаном кресле за до блеска начищенной панелью управления с множеством разных кнопочек, а справа от меня сидел второй пилот и подобострастно спрашивал: «Стартуем?» Я боялся до дрожи в коленях потому, что это был мой первый раз, когда я сел за штурвал настоящего воздушного транспортного средства. Да, в мастерской Добрана я помог обслужить не одну сотню флаеров, но никто из механиков никогда не подпускал чумазого мальчишку к штурвалу! Шварх, да я даже за рулём примитивного автомобиля никогда не сидел!

Сигнал полиции раздавался всё громче и громче, у меня закладывало уши.

— Согласно моему плану, мы уже должны взлетать. Давай, пацан, соберись с духом, и подними эту птичку в воздух, — более серьёзным тоном сообщил Рэй.

Дрожащими пальцами я переключил тумблеры на самой обычной, не виртуальной клавиатуре, как можно более плавно потянул на себя штурвал, и «Воробей-19» взлетел. Некстати ворвавшиеся в ангар сотрудники Планетарной Полиции меня порядком напугали, наш корабль тряхануло, и если бы не своевременная помощь Рэя, не уверен, что я вписался бы в дырку в крыше ангара.

— Фу-у-ух, взлетели, полиция осталась с носом, всё чудесно, — обрадовался цварг. — Самое сложное уже позади.

— Они вообще-то садятся нам на хвост, — нервно оборвал я Рэя, выводя на виртуальный экран то, что творится пока что ещё на земле.

Множество людей, которые сейчас выглядели, как муравьи, быстро ринулись к припаркованным за домом Шантара флаерам синего цвета с узнаваемыми серебристыми полосами. Первые два летальных средства уже оторвались от грунта и стремительно набирали скорость.

— Ты хорошо ведёшь, но нас немного потряхивает. Переключайся на автоматический режим, и мы оторвёмся от них в стратосфере.

— Здесь нет автоматического режима! — нервничая, я почти рявкнул на Рэя, но тот не моргнул и глазом.

— Как нет? А зачем все эти кнопочки…? — он выразительно указал на клавиатуру.

— Это «Воробей-19», которому уже лет тридцать, а не «Тигр» последнего поколения, здесь нет автоматики. Возможно, ты привык, что всё за тебя делает бортовой компьютер, но здесь даже двигатели надо переключать через аналоговое сцепление. Это как если сравнить раритетный автомобиль с механической коробкой передач и современный аэрокар с роботизированным водителем! — я действительно уже кричал, так как видел, что полиция уверенными темпами сокращает расстояние между нами.

— Ладно, ладно, не кипятись так, поддай газку — и в стратосфере…

— Да мы уже в мезосфере, и они не отстают! Рэй, что делать-то будем? Я думал в другую точку Захрана перегнать корабль для начала, но у нас полиция на хвосте, нас тут же арестуют, как только мы сядем.

— Значит, надо прорываться через слой космического мусора, — обрубил Рэй мои стенания на корню. — Бери левее, да-да, теперь держи курс прямо.

— Что ты задумал? — я видел, как с ужасающей скоростью мы приближались к нашей бесславной смерти. — У нас даже защитной сетки нет! Я не успел её снять с «Тигра»!

— Помнишь, я говорил, что у Шантара был свой канал инфосети от космофлота? — крикнул мне Рэй.

Реактивный двигатель натужно шумел, из сопел с неистовой яростью вырывался огонь, вентиляционная система гудела, с трудом справляясь с жарой в крошечном шаттле, где-то в соседнем отсеке дребезжала плохо затянутая гайка. Корабль жил своей полноценной жизнью.

— Ну, канал, и что с того? — не понял я.

— А то, что Космический Флот постоянно поддерживает прокол в слое космического мусора планеты, прожигая его, чтобы не забивался выделенный канал связи. Именно им я и воспользовался для приземления на Захран. У нас маленький корабль, я уверен, у тебя получится пройти по коридору.

Я лишь плотнее сжал челюсти, так как меня уже нещадно вдавливало в кресло и становилось тяжело дышать. Перед глазами совершенно чётко возникли многочисленные обломки искусственных спутников, запускаемых глупыми обитателями Захрана в течение нескольких сотен лет. Ирония судьбы! Люди так сильно хотели выбраться в космос, что сами себя отрезали от него.

— Смотри! Вон там коридор, видишь? — заорал мне прямо на ухо Рэй, но я уже и сам потянул штурвал, увидев расчищенное пространство.

Что ж, теперь остаётся только молиться, чтобы с того момента, как космофлот прочищал канал, какой-нибудь винт или трубка не оказались на нашем пути.

Голова раскалывалась от перегрузки, пот стекал со лба и капал крупными каплями, пальцы дрожали от напряжения, но я вцепился в штурвал до побелевших костяшек и ни на терцию не разрешал себе отвлечься. Было ли мне страшно именно в этот момент? О, да, я безумно сильно боялся. Чихнуть, моргнуть или просто отвлечься. Неправильной формы металлические обломки и полимерные куски искусственных спутников мелькали в иллюминаторах. Цварг вцепился в подлокотники кресла так же сильно, как и я в штурвал. Планетарная Полиция, как и предрекал Рэй, отстала от нас, видимо, посчитав самоубийцами, но мне уже было плевать на них.

Именно в тот момент, когда замаячил «свет в конце туннеля», то есть открытый космос, мы оба одновременно заметили огромную серебристую тарелку, некогда явно бывшую радаром у зонда.

— Осторожнее!!! — заорал Рэй.

Что я мог сделать? Тарелка плавала прямо по центру коридора. Если бы она была ближе хоть к какому-нибудь краю, то я мог бы попытаться её обойти, но с учётом габаритов корабля, это маловероятно.

— Бери ниже, облетай её!

Да я бы с радостью! Вот только где гарантии, что мы впишемся?! Здесь бы точный математический расчёт не помешал, спланированный маршрут, но нет времени! Да кого я обманываю, даже если бы время и было, эту часть теории от Шантара я всегда пропускал мимо ушей, считая, что она мне никогда не понадобится. Решение пришло неожиданно. Молниеносным движением я щёлкнул тумблером и скорректировал курс на тарелку, от всей души желая, чтобы моя затея удалась.

Я действовал скорее интуитивно, чем подчиняясь какой-то логике. Мой замысел был прост. Не успел Рэй начать возмущаться, как тот единственный лазер, что я успел перетащить с «Тигра», сработал и сжёг обломок тарелки. Единственное, о чём я молился заранее, так это о том, чтобы драгоценных секунд хватило сжечь обломок целиком. Так оно и случилось!

Секунда, другая — и мы вышли в космос, двигатель резко смолк, спало и ощущение, будто тебя с силой вдавливают в кресло.

— Фу-у-у-ух, ну ты, пацан, даёшь! — похлопал меня по плечу отстёгивающийся Рэй. — В какой-то момент я, грешным делом, подумал, что ты решил нас угробить, лишь бы не сдаваться в руки Планетарной Полиции.

Только в этот момент я понял, что всё ещё от напряжения крепко сжимаю штурвал корабля и никак не могу ослабить хватку.

— Да, — признался я честно. — Я тоже думал, что мы умрём.

— Ну, — глубокомысленно заметил Рэй, — по большому счёту, вся наша жизнь — одна большая импровизация! Ты молодец, хорошо придумал с лазером.

Я кивнул, не отрицая. Повезло, что хотя бы один лазер я всё-таки успел установить, и он спас нашу жизнь.

— Куда теперь летим? — спросил, выставляя координаты для конечной цели. — Станция космофлота? Марктхол? Рэй, только учти, топлива у нас не так много, чтобы…

— На Тортугу, — перебил меня цварг.

Глава 6. Тортуга

— Рэй, а что такого находится на Тортуге, что мы летим туда? Ты, кажется, что-то упоминал про Марктхол… — поинтересовался я осторожно у цварга спустя минут десять или двадцать после отлёта от Захрана.

В принципе меня устраивала Тортуга как планета по её местоположению. Лететь было ближе, чем до станции космофлота и примерно столько же, как до Марктхолла. Разумеется, что именно находится на Тортуге, и чем она так неожиданно привлекла внимание моего попутчика, я не знал, так как в школе космографию преподавал какой-то старый пень, предпочитающий спать за столом, пуская слюни на планшет с оценками учеников. Большинства учеников такой расклад устраивал, так как из-за обильного слюноотделения старика планшет сбоил, и особо ушлые ребята исправляли себе оценки, делая себя отличниками.

— Видишь ли, Ивар, из-за какого-то сукина сына мой «Тигр» умер, и не просто умер, а погребён на Захране без надежды на воскрешение. Даже полная переборка или замена двигателя моего космического корабля теперь невозможна по причине того, что его не вытащить с планеты с синдромом Кесслера, я уже молчу о том, что «Тигру» пришлось стать донором для «Воробья». Как бы то ни было, у меня есть зацепка в виде этого коммуникатора, и я намерен выяснить, кто же был той сволочью, установившей вирус на устройство твоего наставника.

— Ты взял этот коммуникатор с собой?! — ужасу, написанному на моём лице при виде знакомого устройства, вытащенного из кармана комбинезона цварга, могли бы позавидовать даже жертвы Фрэнси Крюппера, известнейшего потрошителя на Захране. — Там же вирус, запустивший нанобомбу! А вдруг он убил бы и «Воробья»?!

— Ну, не убил же, — флегматично пожал плечами Рэй. — Я вообще не люблю решать задачи из разряда «а если бы да ка бы». История не терпит сослагательного наклонения.

На это мне возразить было нечего. Маршрут до Тортуги представлялся мне смутно понятным, расчёты я делать не стал, всё равно им не стоило бы доверять, да и других предложений, куда лететь, у меня, в общем-то, не было.

— Так вот, отвечая на твой вопрос, хочу сообщить, что на Тортуге, в отличие от Марктхола, есть всё, хотя и цены несколько выше. То есть, если бы нам надо было заправиться и докупить пару запасных деталей, то, конечно же, я бы сказал гнать на Марктхол. Шикарный климат, развитая инфраструктура, можно сделать предварительный заказ по инфосети, а к твоему приезду его уже соберут и упакуют в погрузочные контейнеры и даже счёт выставят. Тебе потребуется лишь приложить чип или коммуникатор для оплаты — и всё, товар твой.

— Та-а-а-к, а что не так с Тортугой? — спросил я, заподозрив в словах Рэя подвох.

— Тортуга… — цварг задумчиво почесал свой подбородок, — понимаешь, пацан, это сложно объяснить. Это такое место, где есть всё, и одновременно нет ничего. Нет, конечно, кое-какие магазинчики с вполне приличным товаром там есть, но даже при его покупке чеков никто тебе не даст. Почти всё, что продается на Тортуге, доставлено туда контрабандой, но даже не это — изюминка планеты. То, ради чего мы туда летим, — это информация. Никто в здравом уме и светлой памяти не укажет Тортугу своим постоянным местом жительства, но фактически там круглогодично пришвартовываются все криминальные личности космоса: контрабандисты и нелегалы, пираты и чёрные звездопроходцы, мелкие жулики и торговцы с истёкшей лицензией…

— Но если Космический Флот знает об этом, то почему же не прикроет лавочку? — перебил я Рэя, немало удивлённый существованием такого рода планеты.

— Ну, тут много причин, на самом деле. Во-первых, космофлот не всесилен, и у них просто руки не дотягиваются всерьёз заняться Тортугой, а во-вторых, как я уже сказал, постоянно там никто не проживает. То есть, если накрыть всю планету, оцепив её кораблями по орбите, одномоментно можно поймать лишь десять или двадцать процентов всех космических пиратов. Остальные же в отсутствие такого места, как Тортуга, где можно сбыть весь незаконно приобретённый товар или найти подработку, разбегутся по всему космосу, и отловить их станет нереально. А так, пока существует Тортуга, существует и некое подобие контроля всех криминальных личностей. Пока совсем уж на разбой в виде убийств и организованных нападений на гражданские корабли они не идут, Космический Флот предпочитает закрывать глаза на мелкие проступки.

— Поня-я-ятно, — задумчиво протянул я, немало удивлённый объяснением Рэя.

До сих пор мне казалось, что если Космический Флот узнаёт о местонахождении какого-либо пирата, то он тут же отряжает военный шаттл на его поимку. Не могу сказать, обрадовало меня или огорчило сообщение Рэя. С одной стороны, надо было радоваться, ведь до сих пор я сам планировал податься в пираты, а тут узнал, что даже существует место, где можно реализовать награбленный товар почти что легально. С другой стороны, если существует целая планета, которая служит перевалочным пунктом для пиратов, и она постоянно заселена лишь малым процентом оных, это говорит о том, что у меня будет масса конкурентов в этом нелёгком деле.

— Так зачем мы летим на Тортугу? — повторил я свой более ранний вопрос.

— Как зачем? Пацан, ты меня не слушал, что ли?! — возмутился цварг.

— Почему же? Слушал… Тортуга — место, где торгуют контрабандным товаром. Но ты ведь сказал, что не собираешься докупать запчасти для корабля! А если ты не собираешься ничего покупать, то я ничего не понимаю.

— И информацией, пацан, мы летим именно за ней, — выдыхая и прикрыв глаза рукой, совершенно бесцветным голосом произнёс цварг.

Он считал, что объясняет мне непреложную истину по нескольку раз в день. Возможно, так оно и было на самом деле. Вот только для меня, как для жителя Захрана, отрезанного от всего космоса, многие очевидные вещи были совершенно неочевидны. А потому, набравшись храбрости, я переспросил:

— За информацией? А это как?

Рэй закатил глаза и с шумом откинулся на спинку своего кресла.

— Пацан, ты меня когда-нибудь в могилу сведёшь со своими вопросами. У нас есть коммуникатор Шантара. На Тортуге у меня есть знакомый спец по… — он на миг запнулся, подбирая слова, — в общем, талантливый программист.

— О! — вот теперь план Рэя мне стал понятен. — То есть ты взял с собой заражённый вирусом коммуникатор, чтобы показать его своему знакомому на Тортуге, а тот уже объяснит тебе, откуда он там взялся?

— Точно, пацан. Десять баллов за смекалку. А теперь, давай ты немножко помолчишь и дашь мне отдохнуть. Честное слово, я бешено устал за последние сутки. Одна беготня от Планетарной Полиции чего стоила, я уже молчу о том, что ты заставил меня поверить, будто это мой последний день в жизни, когда взял курс на ту швархову тарелку.

Я раскрыл рот от возмущения. Нет, это что, я, оказывается, во всём виноват? Разве это моя идея была нести пиритовый кубок в ломбард? Нет, конечно, поначалу я так и собирался поступить, но до того, как узнал, что это фальшивка. А полёт на «Воробье-19» по узкому коридору, сделанному космофлотом для передачи сигнала своим людям на Захране?! Да я вообще не планировал покидать пределы планеты вот так, с одним лазером на борту!

Я повернулся к Рэю, чтобы высказать всё, что думаю по этому поводу, но он уже крепко спал, откинув кресло до лежачего состояния. Его крупные рога чуть шевелились во сне, дыхание было ровным и спокойным, а кончиком хвоста он инстинктивно обвил подлокотник кресла, чтобы не упасть с него, ненароком вспоров ткань.

Я тихо хмыкнул про себя. Ещё вчера я понятия не имел, кто такие цварги, свято верил в то, что мне сказочно повезло с наставником, который наверняка не простой офицер Космического Флота, проводящий свою тихую пенсию на Захране, а всё ещё действующий член космофлота, работающий под прикрытием или собирающий ценную информацию. По крайней мере, Шантар всячески намекал мне на это. До сегодняшнего утра я искренне верил, что когда-нибудь наступит день, и Космический Флот пришлёт за мной огромный корабль. Сам капитан выйдет и пожмёт мне руку, сказав, что им как раз не хватает вот таких вот виртуозных пилотов как я. Ведь техника собирается на конвейерах тысячами, если не десятками тысяч единиц в день, а на то, чтобы обучить человека пилотированию, требуется как минимум несколько лет. Да, я здорово разбирался в космических кораблях, после работы в автосервисе Добрана с лёгкостью мог бы подлатать практический любой транспорт от лёгкого флаера до грузового крейсера, следил за модельными рядами популярных производителей, восхищаясь железной красотой обтекаемых скоростных шаттлов. Но за всем этим я совершенно не принимал во внимание то, что электроника тоже не стояла на месте, а развивалась и совершенствовалась. Удивительно, но Рэй, из которого получился бы отвратительный пилот, чему я уже успел убедиться за наш недолгий полёт, смог вполне сносно долететь на «Тигре» от станции космофлота до Захрана, и если бы не электромагнитная нанобомба, то, скорее всего, и приземлиться. Практически всё за него сделала умная электроника.

Я бросил взгляд на спящего цварга. Интересно, удобно ли ему в этом кресле? Там в соседнем отсеке есть откидывающаяся койка, надо было сообщить ему до того, как он уснул. В животе заурчало. Эх, есть-то как хочется! А впрочем, почему бы и не перекусить? Я немного слукавил, сказав Рэю, что здесь совсем нет автоматики. Одно дело — экстренная ситуация, другое — размеренный полёт в открытом космосе без перегрузок. Хм… Почему бы и не скушать чего-нибудь?

Я скорректировал курс на Тортугу, которая, к счастью, находилась в соседней системе, на это моих скромных знаний хватало, и пошёл перекусить в соседний отсек. Еда в контейнерах, перенесённая мною с «Тигра», оказалось божественной на вкус. Не знаю, что это было странного розового цвета в тюбике, но пюре оказалось одновременно и сытным, и с каким-то кисло-сладким послевкусием. Давно я так плотно не кушал! Впервые, наверно, за всё время полёта порадовался, что потратил драгоценные минуты не на прикручивание дополнительных лазеров к «Воробью-19», а на пополнение запасов продовольствия. На радостях умял целых три тюбика и вернулся обратно в рубку. Рэй всё ещё спал, а я, откинувшись в кресле, открыл карту систему Тортуги и стал внимательно её изучать.

Через восемь астрономических часов проснулся Рэй и потянулся в кресле.

— У-у-уф! Давно я так шикарно не высыпался, — заявил он мне. — Ну что? Как идём? С какой скоростью?

— Идём ровно, всё чудесно. Четверть световой, — отрапортовал я.

— Ско-о-олько? — лицо цварга разочарованно вытянулось. — Это ж… фи-и-и… это ж сколько нам так лететь?

— Согласно расчётам, — а у меня было целых восемь астрономических часов, чтобы таки построить маршрут и всё тщательно рассчитать, — нам лететь пять дней.

— Пять дней?! Да я ж тут помру со скуки! Да я на «Тигре»…

— Слушай, ну я и так переключился на маршевый ионный двигатель. Воробушков тридцать лет назад оснащали только такими да стандартными ядерными реакторами, вот и всё, — я развёл руками, показывая, что не могу сотворить чудо из ничего.

Цварг печально вздохнул, но уже через мгновение довольно потёр ладони:

— Ладно, зато у нас есть время заполнить пропуски в твоём образовании.

Глава 7. Горячая сосиска, слизень кашито и ржавый автомобиль

Моя голова взрывалась от полученной информации. Рэй так рьяно ухватился за меня и так сильно стремился поделиться собственными знаниями, что я уже был готов взмолиться о пощаде.

— Рэ-э-э-эй, ну пожаа-а-алуйста, я больше уже не могу! Дай мне отдохнуть!

— Нам осталось лететь всего ничего, вот прилетим на Тортугу, я пойду искать нужного мне человека, а ты — отдыхать. Итак, на чём я остановился?

— На мосте Эйштейна-Розена… — вздохнул я, никогда раньше не слышавший такого названия.

— Ивар, как же ты собираешься быть пилотом, если даже не слышал о таких вещах?

Как-как? Школу на Захране я чаще прогуливал, чем посещал, так что знания от неё у меня скорее обрывочные. В автосервисе Добрана я просто смотрел, как чинили двигатели механики, впитывал в себя информацию, что как называется, как часто надо менять свечи, куда залить масло и тому подобные вещи. Лишь добродушный Григор время от времени объяснил маленькому пятикласснику интересные факты, такие как: «ионный двигатель работает с очень-очень маленькими атомами, срывая с них электроны и оставляя лишь положительно заряженные частицы, которые разгоняет электромагнитным полем до невиданных скоростей». Примерно из всего этого и складывалось моё образование: частичное посещение обязательной планетарной школы для всех детей, пояснения от механиков в автосервисе Добрана да рассказы дяди Григора, когда у него было на меня время.

В целом, я никогда не стремился узнать больше об устройстве двигателей или о том, какой образ жизни ведут другие планеты, да и информации в планетарной инфосети Захрана, положа руку на сердце, об этом было мало. Я всегда считал, что для пирата самое главное — это молниеносная скорость реакции, умение пилотировать флаер в зоне турбулентности, грамотная маскировка под астероид или же тонкое управление кораблём при попадании под метеоритный дождь.

Однажды, классе в восьмом, Добран дал Игорке покататься на своём личном флаере, том самом, который я когда-то помог починить мужчине. И Игорка, сев за штурвал, достаточно быстро освоился. Это лишний раз меня убедило, что практика вождения кораблём гораздо важнее каких-то сомнительных знаний.

— Ау, пацан, ты меня слышишь? — выдернул меня из собственных размышлений о детстве Рэй.

— Ой, прости, Рэй, задумался, — покаялся я.

— Так вот, если говорить простым языком, мост Эйнштейна-Розена — это туннель в космосе, появившийся из-за деформирования пространства-времени. Массивные объекты, такие как гиганты, сверхгиганты и чёрные дыры, искривляют пространство-время.

— Искривляют время и пространство? — повторил я недоверчиво. — А это как?

— Пацан, представь себе тяжеленный шар для боулинга. Представил?

— Ну… да.

— А теперь возьми этот шар и положи, скажем, на мягкий матрас для сна или батут.

— Шар, очевидно, промнёт матрас.

— Да, верно. А ещё если ты положишь что-то маленькое рядом, например, карандаш или ручку, то оно скатится по матрасу прямо к шару. Так действует сила притяжения на космические корабли. Именно поэтому многие корабли оснащены двумя двигателями: реактивным, чтобы преодолеть притяжение планеты, и ионным — чтобы перемещаться в космосе на скоростях, близких к световым. Но сейчас не об этом. Достаточно массивный объект может настолько изогнуть пространство-время, как в случае с шаром для боулинга и матрасом, что это создаст связь между двумя удаленными в обычном понимании точками.

— В смысле?

— Представь на матрасе две точки. Матрас — это космос, а тебе надо добраться из одной точки в другую. Если ты будешь передвигаться по матрасу пешком, — Рэй смешно зашевелил указательным и средним пальцем, имитируя шаги, — то это займёт о-о-о-очень много времени. Но вот если взять и сложить матрас пополам, чтобы точки совпали, и проткнуть его в этом месте копьём, воспользовавшись им, как туннелем или мостом, ты значительно сократишь расстояние между точками. Это и есть мост Эйштейна-Розена или червоточина. Ещё его иногда называют кротовой норой.

— О-о-о-о, — я был потрясён объяснениями Рэя.

— Так это получается, что можно добраться из одной точки космоса в любую другую, практически не потратив топлива и время на путешествие?! — внезапно осенило меня. — Почему же все тогда не перемещаются исключительно за счёт этих… мостов?

— Мостов Эйнштейна-Розена. Называй их просто кротовыми норами или туннелями, — вздохнул Рэй. — Дело в том, что ни одна из рас, входящих в Объединение Миров, не может самостоятельно построить такой туннель. Для этого надо жить в четырёхмерном пространстве. Возможно, существует какая-то раса, которая строит эти норы, но с нами на контакт они не выходят. Всё, что нам остаётся, — просто пользоваться плодами их работы.

— То есть туннелей ограниченное количество? — быстро сник я.

— Да, и более того, Космический Флот тщательно охраняет и фиксирует перемещения по тем туннелям, которые соединяют стратегические важные галактики.

— У-у-у-у… — приуныл я.

— Кстати, пацан, мы тут уже приближаемся к Тортуге, я её вижу из иллюминатора. Совсем забыл тебе сказать, что надо придумать, что сделать с кораблём, чтобы нас приняли за деловых партнёров или, на худой конец, платёжеспособных клиентов.

— Э-э-э? — не понял я скачка мыслей Рэя.

— Пацан, у всех криминальных личностей есть один такой ма-а-аленький пунктик. Как сам понимаешь, измерить успешность того или иного пирата очень сложно, ведь не станет же каждый бахвалиться: «я а обворовал гражданский транспортник», «а у меня лучшая платина из закрытого мира» и так далее. Если бы торговец контрабандой стал неожиданно хвастаться таким образом, то быстро бы нашлись завистливые конкуренты, которые скинулись бы на голокамеру и невзначай записали «признание» хвастунишки, после чего отправили бы его в Межгалактическую Полицию или сразу в Космический Флот. В любом случае, проигнорировать такую запись соответствующие службы просто не смогли бы.

— Так, это понятно, но причём здесь мы? — я подозревал, что Рэй к чему-то клонит, не говоря об этом напрямик.

— А при том, что у абсолютно всех подозрительных личностей есть что-то, что характеризует их материальный статус, то есть успешность в криминальном мире. Ведь никому не надо сотрудничать с неудачником, из-за которого в ответственный момент погорит всё дело. Чаще всего показателем благополучия и успешности бизнеса является космический корабль, — и Рэй затих, дав мне время переварить информацию.

Информация хотя и была для меня нова, какого-то особенного удивления не вызвала. На Захране многие зажиточные граждане тоже покупали флаеры пафосных производителей не потому, что те быстрее летали или имели принципиально лучший двигатель, а потому, что просто дороже стоили, и всем это было известно. Таким образом, владельцы новомодных флаеров повышали свой уровень престижа в обществе. Я всегда мечтал в детстве, что когда вырасту, угоню себе какой-нибудь гламурный флаер от «Марведеса», «БНВ» или «Аури».

Так или иначе, Рэй пытался донести до меня, что появление на стареньком «Воробье-19» с одним несчастным, кое-как прикреплённым железными скобами лазером — затея малоперспективная. Скорее всего, нас просто никто не воспримет даже как платёжеспособного заказчика.

— И что ты предлагаешь? — нахмурился я, так как мы пролетали мимо Таурина — крайней планеты в этой звёздной системе. Ещё каких-то два-три астрономических часа — и мы будем у Тортуги.

— Да вот я думаю, а как на счёт того, чтобы остановиться на спутнике Тортуги, там тоже есть кое-какие магазинчики, купить пару вёдер красной краски и выкрасить «Воробья-19»?

— Зачем?!

— Ну, сочиним историю, что мы отбились от целой роты… кто там у нас пострашнее внешне… о придумал! Мы отбились от целой роты горилломов в системе Альфа Центавра! Это не просто «Воробей-19», а корабль-счастливчик, единственный, кто смог выбраться из горячей точки и увести ценный груз. Вот так мы и скажем! — Рэй посмотрел на меня, дико довольный своей историей.

Я понятия не имел, кто такие горилломы, но отчего-то идея цварга особого вдохновения у меня вызвала. В то же время после его предложения я тут же вспомнил о голографическом проекционном щите, который некогда Шантар самолично установил на свой корабль.

— Рэ-э-эй…

— Да, пацан, это же вообще какая удача, что мы именно на шантаровском «Воробье-19»! Ведь когда-то, до его изгнания на Захран, шаттл действительно был оснащён оружием. Воробьи всегда комплектуются лазерными пушками или бластерами, ведь…

— Рэй! — я хотел рассказать ему о маскирующем программном обеспечении «Воробья», но цварг был настолько увлечён своей идеей, что заставить его выслушать меня оказалась не таким уж и лёгким делом.

— Да ты не понимаешь! Это же действительно здоровская идея получается…

— Рэй!!!

— Да, пацан?

— Шантар установил на свой корабль проекционный щит, который может маскировать «Воробья» подо всё, что захочешь. Главное, чтобы голография была заложена в программу корабля. Все два года, что я жил у Шантара, я даже не подозревал о том, что в ангаре стоит настоящий космический шаттл. На нём находилась проекция снегоуборочной машины. Мы могли бы просто посмотреть, какие варианты голограмм были в распоряжении у Шантара.

Моё признание вызвало целую гамму чувств на фиолетовом лице цварга.

— Да что ж ты раньше молчал?! — неподдельному возмущению Рэя не было предела.

Он тут же потянулся к коммуникатору и без лишних слов погрузился в него, вызывая прямо над наручным коммуникатором маленькие 3D-модельки из доступной нам библиотеки голограмм. Однако с каждым взмахом руки Рэя моё воодушевление постепенно угасало.

Первой моделью, что показал коммуникатор, была та самая знакомая мне снегоуборочная машина. Следующим вариантом проекции оказался стандартный для Захрана ларёк на колёсах по продаже хот-догов с характерной гигантской пластиковой сосиской в маленьком куске хлеба на крыше.

— Что это? — с явным скепсисом в голосе спросил цварг.

— Ну… у нас это называется «горячей сосиской», — пожал я плечами. Не сосчитать, сколько раз я в школьные перемены разыскивал именно такие ларьки, чтобы перекусить на честно заработанные в автосервисе кредиты.

— Горячей сосиской?

— Ага, это еда такая на Захране. Перемалывают мясо в фарш, формируют длинные котлеты и кладут их на хлеб. Очень вкусно, между прочим.

— А чьё мясо?

— Ой, Рэй, вот только не начинай!

— И зачем Шантару был магазинчик с «горячей сосиской» на крыше?

— А я почём знаю? — я пожал плечами. — Наверно, прятал свой корабль на общественной парковке. Корабль высокий, и силуэт «горячей сосиски» на крыше проекции показался ему хорошим маскировочным вариантом. Но видимо, через какое-то время школьники достали его просьбой продать «горячую сосиску», и он задумался над другой голограммой.

— О, — ухмыльнулся Рэй во все свои белоснежные клыки, — так себе и представляю, как какая-нибудь хорошенькая школьница просит у Шантара попробовать его соси… агх-м-м-м, впрочем, чего это я, — и он смахнул рукой изображение на коммуникаторе.

Проекция ларька с пластиковым недоразумением на крыше потухла, и на её месте оказался огромный, просто-таки отвратительный зелёный слизень.

— Э-э-э-э… — теперь уже настала моя очередь удивляться и кривиться одновременно. — Что это?!

— О, а это слизни кашито. Они огромные, безобидные и малоподвижные. Теперь, зная о том, что Шантар использовал эту проекцию, я догадываюсь, на какой из планет он сделал себе операцию на сердце.

— А причём здесь маскировка корабля под слизня?!

— Дело в том, что слизни кашито обитают всего на трёх планетах, и их слюна считается очень ценной. Они долго перерабатывают съеденный грунт или листья растений, иногда неделями оставаясь на своём месте, но когда перемещаются, на том месте, где они сидели, остаётся потрясающая по своему составу почва, которую невозможно воссоздать в лабораторных условиях. В этой почве произрастают любые растения, даже гибнущие или поражённые заразой сорта, так как она обогащена слюной слизней кашито. Плоды с таких растений не надо обрабатывать пестицидами, они всегда очень крупные и вкусные. Но размножаются слизни крайне редко и медленно, количество их особей исчисляется всего лишь несколькими сотнями. Сам понимаешь, на слизней кашито запрещена охота, они слишком ценные животные, хотя порой и находятся недоумки, которые собирают со слизня его слюну для чёрного рынка, тем самым убивая несчастного моллюска. Сделав проекцию для своего корабля в виде слизня кашито, Шантар гарантировал полную неприкосновенность своей «птички».

— М-да… — я ещё раз окинул бесценного моллюска неприязненным взглядом и передёрнул плечами от отвращения. — Давай следующую проекцию.

Рэй смахнул голографическую модель. Следующей проекцией перед нами стал примитивный, очень старый, местами сгнивший, а местами проржавевший автомобиль без двух баллонов и с оторванной водительской дверцей.

— О, а это он, что ли, на нашу помойку решил пристроить свой корабль? — хохотнул я, а потом взглянул на Рэя.

Однако цварг моего веселья не разделял. Его ноздри широко раздувались, глаза налились алым.

— Рэй, ты что? Это же просто гнилой автомобиль, — тихо произнёс я, не понимая столь резкую реакцию своего попутчика.

— Это не просто гнилой автомобиль, пацан, — невероятно сухим тоном ответил мне цварг. — Это автомобиль из нашей с Шантаром юности. Помнишь, я говорил, что какое-то время мы учились вместе? Так вот, мы и ККФОМ-цы из других систем отрабатывали практику на планете под названием Зиккула. Рядом с учебным корпусом располагалось огромное озеро, в которое впадала шумная река. Видимо, когда-то очень давно над рекой проходил мост, но из-за аварии, вследствие которой один из автомобилей вынесло за забор и утянуло водой на дно озера, мост закрыли, посчитав его небезопасным. Как бы то ни было, ржавый автомобиль, оказавшийся на самом дне водоёма, был легендой среди ККФОМ-цев. Не было ни одного кадета, кто хотя бы однократно не попытался вытащить бесполезную грузу железа из воды. Но, разумеется, ни у кого не получалось это сделать. И вот тогда Шантар объявил тотализатор на то, что в одиночку поднимет автомобиль на поверхность. Я, помнится, тогда прилюдно посмеялся, уж не считает ли себя человек, еле-еле дотягивающий до минимальной планки по физическим нагрузкам в Академии Комического Флота, сильнее цварга. Я на тот момент уже трижды пытался достать ржавое корыто из озера, но всё было без толку. Практически вся Академия поставила против Шантара. Представь моё удивление, когда на утро мокрый и совершенно грязный Шантар стоял рядом… с этим! — Рэй обвиняюще ткнул пальцем в голограмму.

— Ты отдал тогда ему все свои сбережения? — участливо спросил я.

— Хуже, — вздохнул цварг. — Моя девушка, с которой я на тот момент встречался, заявила, что не станет и дальше общаться с таким слабым цваргом, ведь даже обычный человек оказался сильнее меня.

Рэй отвернулся и замолчал, а я понял, что тема для моего нового фиолетового приятеля всё ещё очень болезненная, несмотря на прошедшие годы.

— М-м-м… Но ведь до сих пор ни один цварг не смог поднять автомобиль со дна озера?

— Да, это так, на что это меняет? Шантар честно поднял ту треклятую консервную банку, продемонстрировав свою силу и ловкость. Ну как… мы все думали на тот момент, что он выиграл спор честно, а потому все, кто участвовал в тотализаторе, отдали ему свои деньги.

— И что, никто не нырнул на дно, чтобы проверить, не осталось ли там автомобиля? — не поверил я своим ушам.

— О, Шантар и тут не прогадал, — усмехнулся Рэй. — Этот прохиндей подсуетился так, чтобы спор выпал на последний день с более-менее положительной температурой. Наутро подморозило, и озеро покрылось коркой льда. Ну, а через две недели наша смена закончилась, и мы убрались с Зиккулы.

Ещё битый час мы просматривали голограммы из библиотеки проекций корабля, но так ничего хотя бы мало-мальски отвечающего нашим запросам, не нашли, а потому Рэем было принято первоначальное решение о промежуточной остановке на спутнике Тортуги — Ооло — для покупки пары вёдер красной краски.

Глава 8. Космопорт

— Пацан, понимаешь, тут такое дело… — Рэй то синевел, то становился более лиловым. — В общем, мои банковские счета сейчас временно заблокированы на снятие кредитов. Ты не мог бы одолжить мне парочку на покупку самой дешёвой краски?

— Не могу.

— Ты же сам понимаешь, что в нашей ситуации это необходимые траты! Я тебе уже объяснял, если мы приземлимся на Тортугу как есть…

— Рэй, у меня нет кредитов.

— Что, совсем?!

— Совсем, — развёл я руками. — Если бы они у меня были, то мне не пришлось бы питаться остывающим томасским тунцом.

— Гм. Тогда поступим по-другому. Сиди в корабле и жди меня здесь, а я попробую достать краску для корабля. Учти! Вполне вероятно, взлетать придётся быстро, так что заведи двигатель заранее и будь готов к перелёту. Договорились?

— Договорились, — кивнул я. А что мне ещё оставалось делать?

Уже когда цварг ушёл, я случайно нащупал в собственных карманах две серебряные медали Шантана. Шварх, а я ведь совершенно про них забыл! Надо было сообщить Рэю о них, но где именно он сейчас на Ооло, неизвестно, а у меня даже собственного коммуникатора нет…

Мы пришвартовались на маленькой и аккуратной станции Ооло. Ещё на подлёте по местной инфосети к нам подсоединился робот, и вежливый электронный голос спросил бортовой номер корабля, с какой целью мы швартуемся, хотим ли мы только заправиться или же планируем высадку на спутник. Рэй чётко сообщил данные корабля и ответил, что один гуманоид планирует посетить Ооло. Уже тогда я понял, что мне придётся сторожить шаттл.

Время тянулось, как старая жвачка. Я успел подремать, перекусить очередным тюбиком чего-то ароматного и розового, поиграть в компьютерную игру, установленную на борту «Воробья-19» и основательно заскучать без Рэя. Как он там один? А вдруг ему нужна моя помощь, а я этого не знаю? Вдруг он попал в беду?!

Я уже основательно накрутил себя к тому моменту, когда дверь в шаттл распахнулась, и на пороге показался скалящийся цварг с немного топорщащимися в разные стороны жёсткими чёрными волосами и дико вращающимися фиолетовыми глазами. Лицо цварга, как и его одежда, была испачкано чем-то подозрительно напоминающим кровь. Увидев острые, как бритва клыки, с которых тоже капало что-то красное, я резко отпрянул, и только потом сообразил, что Рэй улыбается и даже практически хохочет, держа в каждой руке по характерному медицинскому пакету с бордово-красным содержимым.

— Всё прошло удачно? — опасливо поинтересовался я, сглатывая слюну.

Мы, конечно, хотели реалистичности, и чтобы все подумали, что «Воробей-19» буквально искупался в крови, но почему-то мне вдруг вспомнилось, что мой попутчик вампир, да и весь полёт он практически ничего не ел.

— О, — отсмеялся цварг, — ты даже не представляешь, насколько! Заводи двигатели, надо убраться с Ооло раньше, чем они придут в себя.

— А-а-а-а… краска? Надо же покрасить корабль? И кто такие они? Там точно никто не пострадал?

— Слишком много вопросов. Всё потом, давай заводи корабль, уносим ноги и хвосты!

Цварг клыком прокусил один из пакетов, резко сжал его и за несколько секунд облил нашего «Воробья» со всех сторон кровью. Затем повторил этот же приём со вторым пакетом в руках, и впрыгнул на своё кресло. К этому моменту я уже запустил стартер и был готов. Отшвартовались мы от Ооло в спешке.

— Рэй, скажи мне, что это была просто краска, — умоляюще протянул я, когда мы отлетели от Ооло.

— Нет, это была самая настоящая кровь! Теперь ни один нюхач не подкопается к нам! — оскалился цварг, а я испуганно покосился на него.

А так ли хорошо я его знаю? Почему вообще согласился на это предприятие?

— Я изобразил из себя умирающего от жажды вампира. Эти нелюди с удовольствием снабдили меня двумя пакетами и тряслись от страха, когда я их забирал. О-о-о-о, как же здорово я перекусил! С Захрана так брюхо себе не набивал!

— Ты их убил? — с ужасом переспросил я.

— Да нет же! — возмутился цварг. — Просто попугал немного, будто по-настоящему кровь собираюсь пить, и смаковал эмоции.

— Э-э-э…

— Сладенький, ты что, боишься? Я же говорил тебе, что я энергетический вампир! Неужели ты всё забыл? — укоризненно посмотрел на меня Рэй.

Я вспомнил его урок, в результате которого он показал, что может убить меня одной левой и, вопреки всякой логике, успокоился.

— Слушай, Рэй, а почему они так испугались? И поверили в то, что ты пьёшь кровь?

— Ну-у-у…. — цварг почесал свои рога. — Ты же поверил, что я пью кровь. Почему бы и им не поверить в это? А испугались… видишь ли, у цваргов репутация такая.

— Какая? — я понимал, что цварг уже устал от моих многочисленных вопросов, но ничего не мог с собой поделать.

— Э-м-м-м, видишь ли. Мы, жители Цварга, не очень любим иномирных туристов, норовящих посягнуть на недра нашей планеты, да и вообще на всю её целиком. Цварг — очень красивое место с потрясающей природой и климатом. Представь себе сине-фиолетовое небо, бирюзовые облака, реки, озера и океаны от розового до лиловых оттенков, верхушки гор, усыпанные муассанитами, в результате чего они постоянно переливаются то серебром, то золотом. Какое-то время цварги были не против туристов, ведь очень многие из них испытывают невероятные по своей остроте эмоции, которыми мы питаемся. Но некоторые особо ушлые иномирные предприниматели решили построить гостиницы для туристов со всего космоса, а заодно параллельно вывезти под видом сувениров наши муассаниты. Их наглость постепенно прогрессировала, и в тот момент, когда на таможне выяснилось, что один из туристов везёт целый чемодан драгоценных камней, заявив, что ему нечего декларировать, цваргам надоело терпеть. Наш основной рацион всегда до этого момента составляли эмоции, но они были разные. После этого случая цварги стали концентрироваться на страхе и ужасе других существ. Мы создали вокруг своей расы репутацию очень жестоких нелюдей, до смерти запугивающих других гуманоидов космоса. Кроме того, пустили байки о том, что энергетические вампиры могут одной силой мысли воздействовать на мозг любого существа, подчинив его волю себе раз и навсегда.

Я поёжился, вспомнив, как легко оценщик ломбарда поверил в то, что я — школьник. В тот момент я так сильно волновался, что всё списал на везение. Да и вообще, во всё то, что говорил Рэй, оценщик верил достаточно быстро, не задавая вопросов, откуда у нас этот кубок, почему гравировка стёрта, и как у школьника может быть медаль за марш-бросок на другой планете.

— И это всё правда? — волоски на моём теле уже давно встали от ужаса.

Всё-таки мне повезло, что цварг питается не кровью, а именно эмоциями.

— Нет, конечно, не всё. Но правды в этих байках достаточно, чтобы поддерживать репутацию самых неприятных существ в Федерации Объединённых Миров, и больше никто не горел желанием соваться в наш мир.

Я мудро промолчал. В иллюминаторе под нами появилась болотистая местность планеты, сплошь усыпанная постройками в форме гигантских светящихся грибов с прозрачными куполообразными шляпками. Они были то там, то сям соединены мостами, чтобы гуманоиды могли перемещаться с комфортом, не ступая на почву самой планеты.

— Мы подлетаем к Тортуге, — прокомментировал Рэй. — Все эти «грибы», что ты видишь — различные сектора. В одном секторе, например, может находиться космопорт, в другом — рестораны, в третьем — торговые ряды, в четвертом — салоны со специфическими услугами, в пятом — отели, и так далее.

— Специфическими услугами? — слух резануло непонятное словосочетание.

— Неважно, — резко оборвал меня цварг. — Нам во-о-он туда. В тот гриб, у которого отсутствует крыша на шляпке. Только сажай нашего «Воробья» не по центру площадки, а где-нибудь сбоку. Не хочу привлекать лишнего внимания.

Я послушно потянул штурвал на себя, переключил тумблеры, открыл закрылки для того, чтобы быстрее сбросить скорость и шустрее маневрировать. «Гриб» без верхнего прозрачного купола, на который указал мне цварг, был воистину гигантским. Наверно, это был самый большой «гриб» из всех, что попадали в поле моих глаз. Приближаясь к посадочной площадке, я смог разглядеть тонкие световые дорожки, вмонтированные в пол. Очевидно, именно из-за них издалека у меня создалось впечатление, что шляпки «грибов» светятся.

Я сощурился, выбирая место, где можно посадить шаттл. Как назло, именно по центру площадки свободного места было больше всего, а с краёв, как просил Рэй, всё уже было заставлено всевозможными летательными средствами. И тут мой глаз выхватил место между элитным надёжным флаером на четверых и скоростным катером, явно собранным вручную из запасных деталей различных кораблей.

Места между этими двумя кораблями для нашего шаттла было предостаточно, вот только как запарковаться туда, было непонятно. Дело в том, что расстояние до соседней полосы запаркованных летательных средств, когда я подлетел ближе, оказалось чересчур маленьким для нашего неповоротливого «Воробья-19». Так как я уже порядком устал сидеть за штурвалом, да и места лучшего всё равно не предвиделось, я решил поступить так, как многократно поступал, занимаясь на симуляторе в доме Шантара. Я щёлкнул тумблерами, потянул штурвал на себя, чуть прибавил газу…

— Эй, полегче, пацан, ты же не хочешь разбить корабль! — донеслось мне в ухо, но я уже ничего не слышал.

Вывернув штурвал на полный оборот, я вывел шаттл в управляемый занос и боком въехал в свободное место, в последний момент, развернув закрылки и резко затормозив, включив в двигателе обратную тягу. Этот приём я когда-то подсмотрел в головидео, купленном мной за кровно заработанные кредиты в автомастерской Добрана. Он произвёл на меня настолько неизгладимое впечатление, что за пару лет обучения у Шантара парковку боком я оттренировал так, что мог повторить с закрытыми глазами, как в космосе, так и в атмосфере.

— ИВАР! Что это было?! — рявкнул на меня Рэй, вцепившись обеими руками в подлокотники своего кресла, когда корабль остановился в метре от края платформы, идеально посередине между флаером на четверых и скоростным катером.

— А что не так?

— Что не так! Что не так?!! — цварг больше ничего не говорил, просто возмущённо смотрел на меня.

Я пожал плечами и выбрался из кресла. Пора уже, наконец, и ноги размять, а то почти неделю в космосе. Именно в тот момент, когда я ступил на платформу, до моего слуха донеслись громкие хлопки.

— Браво, браво! Виртуозная парковка! Какой стиль! Юноша, браво! — хлопал в ладоши какой-то низкорослый пухлый гуманоид с зелёной кожей.

Я уже более-менее привык к хвосту и рогам Рэя, но маленькие гибкие антенны на голове гуманоида, венчающиеся дополнительной парой глаз, меня всё же смутили. Ко всему, у этого пухлика росла шерсть на щеках и шее, что виднелась из-под ворота комбинезона.

Я так и замер с высоко занесённой ногой, не смея дальше ступить и шагу.

— А я ведь просил не привлекать лишнего внимания, — недовольно проворчал себе под нос Рэй, затем хлопнул меня по плечу и жизнерадостно осклабился.

Я с мелким злорадством отметил, что забавный зеленокожий пухлик испуганно отшатнулся от Рэя. Приятно было знать, что не я один так реагирую на клыкастую улыбка цварга.

— Доброго времени суток! — Рэй шумно прочистил горло. — Прошу прощения, мы с моим напарником слегка увлеклись, паркуя шаттл, так как только что, можно сказать, с поля боя…

— Простите? — глаза у зелёного человечка, без преувеличения, при виде цварга существенно расширились, а после упоминания боевого сражения стали и вовсе занимать пол-лица.

— Да, мы отбились от целой роты горилломов в системе Альфы Центавра! Наш корабль — стреляный воробей, если Вы понимаете, о чём я, — Рэй подмигнул незнакомцу, а я краем глаза отметил, как ещё трое таких же зеленокожих низкоросликов с антеннами на голове, делающие вид, что помогают парковаться другим кораблям, стали прислушиваться к нашему разговору.

— Конечно-конечно, — подобострастно закивал наш собеседник и натянуто улыбнулся, делая вид, что оценил юмор моего напарника. После этого он выудил из нагрудного кармана плоский планшет и спросил: — Вы к нам из Альфы Центавра напрямую? Без транзитных остановок?

— Без транзитов, — не моргнув и глазом, соврал Рэй.

Зелёный четырехглазик что-то отметил у себя в планшете, при этом та пара глаз, что была у него на тонких стебельках, не сводила взгляда с меня и Рэя.

— Цель прилёта? — так же деловито и сухо поинтересовался пухлик.

— Прилетели сюда в поисках клиента, способного оценить наш груз. Надеемся, что сможем найти здесь тонких ценителей, — продолжал вдохновенно врать Рэй.

Я стоял молча, рассматривая вмонтированную в пол подсветку, и стараясь не выдать того, что понятия не имею, как бы выпутывался из всей этой истории, не будь у меня Рэя. Цварг говорил настолько уверенно и беззаботно, что даже у меня закралась мысль, а что за ценный груз мы везём? Может, я о чём-то запамятовал?

— Груз, разумеется, Вы показывать не хотите? Вынужден сообщить, что без предъявления товара сотрудникам космопорта каждый день пребывания на Тортуге обойдётся Вам в полтора дополнительных кредита, — уточнил зелёный гуманоид с антеннами.

Он произнёс это настолько заученным и дежурным тоном, на одном дыхании, что мне сразу же стало ясно, что большинство контрабандистов отказываются это делать. Похоже, и тут Рэй знал действительно правильный ответ на данный вопрос.

— Мы, конечно же, хотим показать Вам наш товар. Но Вы уверены, что хотите смотреть на наш товар? О себе-то я не волнуюсь, но вот Ваша раса обладает не настолько хорошей пищеварительной системой и считается более эмоционально-уязвимой, а я не ел с самой Альфы Центавра… — Рэй многозначительно посмотрел на пухлика, картинно-печально вздохнул и снова улыбнулся во все клыки.

Гуманоид громко сглотнул.

— Да, конечно, — заторопился он, что-то помечая в планшете, а я заметил, как его пальцы мелко задрожали. — Я отмечу, что Вы не возражали показать груз.

— Вот и ладненько, нам пора двигаться. Как я уже сказал, я очень голоден, — видимо, для закрепления эффекта цварг ещё раз продемонстрировал зелёному гуманоиду все свои клыки в широком оскале.

— П-п-прошу прощения, у меня ещё несколько вопросов. Вы к нам надолго? — похоже, несчастный пухлик уже и сам был не рад своей профессии.

— На несколько дней, пока не определились точно. Как пойдёт, — расплывчато ответил цварг.

— С какой планеты Ваш пилот?

— С Захрана.

— С Захрана? — на этот раз все четыре глаза уставились на меня в недоумении.

— Он вытащил меня с Захрана, — зачем-то прокомментировал я, мотнув головой в сторону цварга.

— Сладенький, а тебя никто ни о чём не спрашивает, — хвост Рэя предупредительно шлёпнул меня по мягкому месту.

Мне стало до глубины души обидно, хотя умом я понимал, что у Рэя гораздо больше опыта в таких делах, и я принял решение молчать. Взгляд гуманоида метнулся от меня к цваргу, потом снова ко мне, в оранжевых радужках отразилось неподдельное сочувствие и даже жалость. Впервые за всё время мне в голову закралась мысль, что в рассказе Рэя гораздо больше процент правды, чем он хотел представить мне.

— Итак, — оттарабанил гуманоид. — Один цварг, один захухря прибыли на корабле класса «Воробей-19» из системы Альфа Центавра. Цель прибытия — сбыт ценного груза. Ориентировочное время препровождения на Тортуге — неделя. Всё верно?

— Это он вообще кого захухрей назвал?! — возмущённо вновь влез я в разговор, позабыв о собственном обещании молчать.

Зелёный гуманоид оторвался от планшета и посмотрел на нас с Рэем, антенны на его голове вновь заколыхались, один глаз вопросительно уставился на меня, второй — на моего попутчика. На этот раз цварг предупредительно положил свою огромную ладонь на моё плечо.

— Не сейчас, пацан, не сейчас, пожалуйста. Я потом тебе всё подробно объясню, обещаю, — прорычал он мне сквозь плотно сжатые зубы, а уже потом добавил громче, обращаясь к сотруднику космического порта:

— Всё верно, любезный. Прошу простить моего э-э-э-э… пилота, всё-таки прямой рейс с Альфы Центавра, сами понимаете. Он немного мнэ-э-э… не в себе. Да я был голоден… ну, Вы же понимаете… — Рэй мотнул головой на залитый кровью корабль.

— О! Да-да, конечно, понимаю, — послушно закивал пухляш, стремительно принимая светло-оливковый цвет из насыщенного зелёного. Он явно желал избавиться от нашей компании как можно быстрее и старался не смотреть лишний раз на наше транспортное средство. Похоже, вид крови его совершенно не вдохновлял. Гуманоид проворно убрал планшет обратно в нагрудный карман и, видимо, как предписывали служебные распорядки, громко продекламировал: — Добро пожаловать на Тортугу, планету, где можно приобрести всё что угодно!

Однако именно в этот момент один из подслушивающих пухляшей не выдержал и решил вмешаться в наш разговор. Видимо, в отличие от своего собрата, он не так сильно брезговал видом крови, и любопытство пересилило страх к цваргу.

— Простите, а почему на Вашем корабле там много крови?

— Так мы же с Альфы Центавра! Там все горриломы взбесились, какой-то вирус их поразил. Рвут голыми руками и зубами! Отбивались до последнего! Еле ноги и хвосты оттуда унесли, — Рэй картинно взмахнул хвостом, показывая, как он ему дорог, но в то же время, не забыв продемонстрировать дотошному пухлику смертельно опасный шип.

Гуманоид почесал шерстяную шею и благоразумно сделал шаг назад.

— Странно, мы ничего не слышали о вспышке вируса на Альфе Центавра…

— Так я же уже говорил, — раздражённо перебил его Рэй. — Это не просто «Воробей-19», а корабль-счастливчик! Единственный, кто смог выбраться из горячей точки и увести ценный груз! Именно поэтому мы прилетели на Тортугу, так как такого как у нас, больше нет ни у кого. Все, кто хотел перевести это, остались там…

Я уже сам запутался, что такое «это» и где это таинственное «там», но почему-то эти слова убедили нашего второго собеседника.

— А ну тогда, конечно, понятно. На Тортуге только самый лучший и редкий товар и только платёжеспособные клиенты! Добро пожаловать на Тортугу, планету, где можно приобрести всё что угодно!

Рэй торжественно кивнул, соглашаясь с пухликом. Все уже собирались разойтись, как подслушивающий наш разговор третий низкорослый зеленокожий гуманоид, сотрудник космопорта Тортуги, еле слышно пробормотал себе под нос:

— Хм-м-м… странно, я думал кровь у горилломов голубого цвета.

Вся наша четвёрка резко обернулась к говорившему.

— Ой, это я так. Сам с собой. Извините. Просто у Вас корабль в красной крови…

Все синхронно повернулись к Рэю. Я готов был взвыть в голос. Опять из-за слишком буйной фантазии этого цварга мы практически попались на удочку. И куда теперь бежать? Корабль заводить-то долго…

— Конечно, у горилломов голубая кровь! Это знает каждый мало-мальски образованный гражданин Федерации Объединённых Миров! — Рэй сказал это настолько пренебрежительным тоном, что мгновенно я и двое пухликов почувствовали себя полнейшими неучами.

Весь его вид был полон хладнокровия, невозмутимости и лёгкого высокомерия.

— Так почему корабль в красной… крови? — рискнул повторить свой вопрос третий сотрудник космопорта. — И почему Ваш пилот постоянно молчит? Вы что-то с ним сделали? Он может ответить на этот вопрос?

Семь пар глаз с нетерпением уставились на меня. Я почувствовал, как начинаю покрываться испариной.

— Э-э-э-э…. м-н-э-э-э…. — проблеял, совершенно не представляя, как выкрутиться из сложившейся ситуации.

Шварх! А я же даже не знаю, чья кровь на шаттле! Надеюсь, у сотрудников космического порта Тортуги нет сканирующих приборов криминалистов. С другой стороны, если я сейчас же что-то не придумаю, то они вполне могут вызвать настоящую Межгалактическую Полицию. Что там Рэй говорил про горилломов? Что они рвут голыми руками? Страшные, наверно… И почему я не спросил, как они выглядят?

— Да, Ивар, какого шварха лишь я отвечаю на вопросы достопочтенных сотрудников космопорта? — Рэй повернулся всем телом ко мне, а я чуть не поперхнулся от его наглости. Это же он приказал мне перед посадкой молчать в тряпочку и уверил, что сам со всем разберётся!

Однако резкий тон и недовольство в голосе цварга обернулись непредсказуемым образом. Пухлики переглянулись, и теперь во взглядах всех троих чётко угадывалось сочувствие по отношению ко мне.

— Кто-нибудь кроме Вас смог покинуть планету? — решил помочь мне один из них, задав наводящий вопрос.

— Нет, только я и Рэй, — честно ответил, так как Захран действительно покинули лишь мы вдвоём.

— Сильно испугался? — сочувственно спросил второй, неверно истолковав моё замешательство.

Я вспомнил тарелку в коридоре из комического мусора, то чувство паники, которое обуяло меня в тот момент, и активно закивал головой:

— Безумно страшно. Так сильно я ещё ни разу не пугался. Но мы прорвались и смогли выбраться.

Рэй дёрнулся, чтобы что-то вставить в разговор, но увидел, как глаза на стебельках троих гуманоидов возбуждённо заколыхались. Видимо, моё признание пришлось им по душе. Цварг одобрительно сжал моё плечо.

— Продолжай в том же духе, ещё слезу пустить можешь, и они нам точно поверят, — шепнул он мне на ухо.

— Ты говоришь «мы». Много кораблей было?

— О, да, — я вспомнил Планетарную Полицию, которая гналась за нами до самой мезосферы, и даже слегка передёрнул плечами. — Но никто не смог покинуть орбиту планеты.

— Какой ужас, — воскликнул первый встретивший нас гуманоид, слегка подрагивая от волнения. — Они тоже заразились вирусом? Или он действует только на горилломов?

— Не знаю. Но мой наставник Шантар, человек, тоже умер от вируса, — сказал я абсолютную правду.

Трое сотрудников космопорта Тортуги резко закивали головами и куда-то отошли, чтобы посовещаться.

— А хорошо у тебя получилось задурить им головы, — похвалил меня цварг. — Хотя, конечно, над некоторыми моментами надо бы поработать. Но в целом, хвалю.

Гуманоиды вернулись к нам, низко поклонились и один из них произнёс:

— Мы принимаем во внимание пережитое Вами потрясение и стресс, а также благодарим за новую информацию. На Тортуге информация — это самый ценный товар, и о том, что в Альфе Центавра началась страшная эпидемия вируса неизвестной природы, мы узнали лишь благодаря Вам. Если бы маршруты наших постоянных клиентов и впредь пролегали бы через эту систему, то Тортуга понесла бы колоссальные убытки. Мы посовещались и решили, что в знак благодарности за предоставленную информацию разрешаем Вам поселиться в любом отеле пятого сектора на три дня совершенно бесплатно.

— О-о-о-о, — выдал я, глубоко потрясённый щедростью этой расы.

— И пожизненный беспошлинный влёт на территорию Тортуги, — подсуетился Рэй.

Шесть пар оранжевых глаз с недовольством покосились на наглого цварга.

— Сами посмотрите на наш корабль! — воскликнул Рэй, указывая на жуткие кровавые пятна на «Воробье-19». — Вы хотя бы можете представить, сколько соратников моего пилота было растерзано голыми руками! Да если бы не виртуозное пилотирование моего коллеги, чему Вы сами стали свидетелями, то Вы никогда бы не знали о вирусе в Альфе Центавра, я уже молчу о том, сколько кораблей с ценным грузом пропало бы, прежде чем кто-либо разобрался, что к чему!

— Ладно, — произнёс один из них, скривившись, — и пожизненный беспошлинный влёт на территорию Тортуги.

Когда Рэй скрылся в нашем шаттле, чтобы взять вещи, один из зелёных гуманоидов просеменил на коротких ножках ко мне и шепнул доверительно:

— Цварги! — на его лице было написана смесь омерзения и опаски. — Из любого горя умудряются извлечь прибыль. Соболезную твоей утрате, и тому, что пришлось тебе пережить, не говоря о том, что один только перелёт с Альфы Центавра на Тортугу вдвоём с вампиром не каждому под силу. Должно быть, ты действительно силён духом, раз кровосос не сломил и не выпил тебя до сих пор. Ну, ничего, захухря, не вешай нос! Я видел, как ты паркуешься. Ты опытный пилот и с лёгкостью за эти три дня найдёшь себе подработку на Тортуге подальше от этого упыря. Желаю тебе удачи! — и с этими словами он низко поклонился и ушёл к другому, подлетающему на остановку шаттлу.

Глава 9. Пентхаус для молодожёнов

— Рэ-э-эй?

— Да, пацан?

— Ты уверен, что эти зелёные пухлики имели в виду, что мы можем поселиться в пентхаусе самого дорого отеля? — сказал я, наблюдая, как цварг скинул вещи и плюхнулся в огромный мраморный бассейн на балконе нашего двухэтажного номера.

— Ну, они же сказали «любой отель», ничего не упомянув про категорию номера. Вот я и взял самый лучший, — довольно заявил цварг, открывая ещё один кран в бассейне, из которого потекла бирюзовая ароматная пена.

— Но…

— Пацан, успокойся, у меня всё под контролем, — отмахнулся от меня цварг. — Иди лучше на свой этаж, там тоже есть ванна с бассейном и, по-моему, даже сауна. Вызови массажистку, полежи на горячих камнях, отмокни в пене… Всё, проваливай давай, хочу насладиться благами цивилизации в одиночестве. Эх, давно я так не отдыхал!

— А если нам придётся за всё это платить? Рэй, ты не считаешь, что немного наглеешь? Да и как-то это некрасиво по отношению к тем симпатичным пухликам с шерстяными щечками…

— П-ф-ф-ф, пацан, я тебя умоляю! — он закатил глаза. — Мы только что продали бесценную информацию о безумно опасном вирусе в Альфе Центавра. Да шерлоки наварят на этом троекратно, поверь мне! Уж кто-кто, а шерлоки из любой информации могут извлечь прибыль, уж поверь мне на слово!

Я посмотрел на цварга скептически, так как испытывал муки совести за то, что мы так беспардонно обдурили этих зелёных пухляшей, которые от всей души мне искренне сочувствовали.

В этот момент на пороге нашего номера появился отельный робот на универсальных гусеничных лентах вместо ног, но с подобием гуманоидного лица и двумя длинными механическими руками, увенчанными сразу семью пальцами. То ли создатели робота решили, что чем больше пальцев, тем красивее, то ли они сами точно не знали, сколько пальцев должно быть у существа, чтобы было удобно хватать предметы. В одной руке он держал огромный поднос, уставленный многочисленными тарелками с блюдами, от запаха которых я почувствовал болезненный спазм желудка, в другой у него находилась бутылка розового игристого вина.

— Добрый вечер, прошу прощения за вторжение, — произнёс электронный голос. — Пожалуйста, примите этот ужин для молодожёнов в качестве комплимента от лучшего на Тортуге отеля Шангри-Лу. Желаю приятного времяпрепровождения!

В гробовой тишине робот поставил поднос с едой и вино на столик в нашем номере и выкатился в коридор, шурша своими гусеницами.

— О, отлично, я уже проголодался! Давай сюда вино, — скомандовал Рэй довольным тоном, как только дверь за прислугой автоматически закрылась.

— Рэ-э-э-эй?

— Да, пацан?

— Ты ничего не хочешь мне сказать?!

— Хочу. Я страшно хочу промочить горло, я уже неделю как не пил, тащи сюда бутылку вина, да поскорее!

— Р-э-э-эй!

— Что не так, пацан?

— А почему нас здесь считают за молодожёнов?

— А, так тебя это разволновало? Так это ж ерунда. При заселении в Шангри-Лу, если поставить галочку, что мы молодожёны, то ужин от отеля идёт в подарок. Я был страшно голодный после недели болтанки в космосе, да и ты, наверно, сыт по горло этими консервами. Вот я и решил, что сытный полезный ужин нам бы не помешал, — он блаженно оскалился, откинувшись на бортик и включив функцию гидромассажа в своём бассейне.

— Рэй, но молодожёны!!! — возмущению моему не было предела.

— И что?

— А если они обнаружат, что мы оба мужского пола?

— Ой, пацан, расслабься, кого волнуют такие мелочи? — отмахнулся цварг.

— Меня волнуют! Вообще-то на Захране у нас нет браков между мужчинами.

— П-ф-ф-ф, удивил кота селёдкой! Да на половине планет, входящий в состав Федерации Объединённых Миров, запрещены однополые отношения, однако это не отменяет того факта, что они разрешены на другой половине. К тому же, откуда хоть кому-нибудь знать о законах на территории Захрана? Это известно лишь тебе, ну и теперь мне. Уверяю, ты во всём открытом космосе больше не встретишь ни одного захухрю. Или уже забыл, как сложно было нам самим вылететь с твоей родной планеты?

— Нет, не забыл, но всё же…

— А согласно слухам о цваргах, однополые отношения вообще не считаются ничем особенным. Неси уже вино!

Я молча выдохнул, покачав головой, передал в руки Рэя бутылку и последовал его совету, поднявшись по роскошной белой лестнице на второй этаж. Какое-то время настроение у меня было скверным, так как я переживал, что шерлоки откажутся платить, узнав какой номер мы выбрали, а потом через некоторое время отогнал все эти мысли прочь. Да какая мне, собственно, разница?! Рэй сказал расслабиться, значит можно расслабиться. Почему я вообще предаюсь унынию, ведь всё так замечательно складывается?! Ещё неделю назад я жил на планете-свалке и питался вонючим томасским тунцом, а уже сегодня в моём распоряжении огромная двуспальная кровать со свежим бельём, личный бассейн с гидромассажем, сауна, а этажом ниже меня ожидает вкуснейший ужин!

Когда через два часа полностью разомлевший от воды, сауны и умелого массажа местным роботизированным персоналом я спустился вниз в роскошном отельном халате, Рэй уже был полностью собран и одет. Его влажные чёрные волосы были завязаны в жёсткий конский хвост, пальто блестело ещё сильнее, чем обычно, что наводило меня на мысли о том, что Рэй успел воспользоваться услугами химчистки при отеле. Цварг поправлял у зеркала манжеты, деловито осматривая себя со всех сторон и смахивая несуществующие пылинки.

— Хорошо смотрюсь? Нигде складок нет? — спросил он тоном, каким обычно спрашивают девушки, как они выглядят, когда собираются на свидание.

— Да вроде… как обычно, — пожал я плечами.

Рэй пренебрежительно фыркнул, услышав мой ответ, но комментировать его никак не стал.

— Мы куда-то идём? — задал я интересующий меня вопрос.

За окном уже смеркалось.

— Не мы, а я. Я куда-то иду, а ты остаёшься здесь в номере. Плотно ужинаешь, можешь зависнуть в инфосети Тортуги, почитать последние новости или же лечь спать пораньше. Меня не жди, я отправляюсь на дело.

— На дело? Это искать того самого компьютерщика? — заинтересованно переспросил я.

— Э-э-э… ну… и его тоже. Да.

— Он работает по ночам? — удивился я.

— Это же Тортуга, пацан, тут нет понятия дня и ночи, — натянуто произнёс цварг. — В общем, иди, отдыхай, развлекайся, а к утру я обязательно вернусь.

И с этими словами Рэй подмигнул мне и вышел из нашего номера. Я задумчиво почесал затылок, пожал плечами и приступил к ужину, который, к слову, оказался просто восхитительным. Давно я не ел настоящих свежих продуктов. Хотя кого я обманываю? Я никогда не ел настоящих свежих продуктов! Шантар, конечно, заботился обо мне, но консервы, полуфабрикаты и рыба, выросшая в грязном океане, не шла ни в какое сравнение с ужином для молодожёнов в Шангри-Лу. Какое-то время провёл на балконе, наслаждаясь видом причудливых зданий-грибов и их фосфоресцирующих в ночной темноте шляпок.

Удивительно, Тортуга — первое место, не считая спутника Ооло, в котором я оказался, проведя всю свою жизнь на Захране. До знакомства с Рэем я даже не знал о существовании такой планеты. Я столько лет мечтал выбраться с Захрана, ставшего свалкой всевозможных отходов, что совершенно не думал о том, что буду делать и где жить после того, как выберусь с родной планеты. На тот момент мне казалось практически невозможным преодолеть орбиту небесного тела с синдромом Кесслера. Что теперь делать? Куда податься? Рэй хочет выяснить, кто заразил вирусом коммуникатор Шантара и стал невольным виновником гибели его «Тигра». Пока он занимается этим делом, разумеется, я буду с ним. Всё-таки Шантар был моим наставником целых два года, и я обязан ему, несмотря на то, что, как оказалось, старик во многом меня обманывал. А что делать дальше? Рэй вернётся на службу в Космический Флот, а я останусь с видавшим виды «Воробьём-19» с одним-единственным лазером на борту и без каких-либо действительно полезных знаний о космосе.

— Да какая разница, что будет потом? Можно подумать, я на Захране строил более далеко идущие планы, — я сердито оборвал собственные невесёлые размышления, перевернулся на другой бок, взбил мягкую подушку и заснул на огромной двуспальной кровати для молодожёнов.

Утро было чудесным. Робкие синие лучи голубой звезды пробивались сквозь полуприкрытые жалюзи, в кровати было тепло и уютно. Ещё никогда в жизни я не спал на матрасе из натурального латекса, и это мне безумно понравилось. Такие матрасы я видел лишь на рекламных билбордах Захрана неподалёку от элитного района. Да и в кои-то веки никто не будит меня увесистыми пинками, чтобы я срочно добежал до угла квартала для утилизации скопившегося за день бытового мусора по ночному тарифу!

Я сел в постели, громко зевнул, довольно потянулся и, надев мягкий отельный халат, отправился на первый этаж. Рэй говорил, что обязательно вернётся ночью или к утру, а значит, пора планировать, чем мы займёмся сегодня. Интересно, он смог найти своего компьютерщика и выяснить, кто же установил вирус на коммуникатор Шантара?

Этажом ниже стояла абсолютная тишина. Я заглянул во все комнаты по очереди, но вещи оказались нетронутыми и лежащими именно так, как я их оставил вчера вечером. Судя по всему, цварг всё ещё не вернулся. Это слегка обеспокоило меня, но так как на часах было лишь семь утра по местному времени, я решил не волноваться и заняться своими делами. После того, как я принял душ, переоделся и позавтракал остатками вчерашнего ужина, цварг всё ещё не появился в нашем пентхаусе. Цифровые часы, вмонтированные в стену над входной дверью, показывали 9:58.

Я подошёл к окну, чтобы посмотреть на соседние «грибы». Они уже ярко светились, сквозь прозрачные купола смутно виднелись многочисленные фигуры представителей разнообразных миров, ночная смена закончилась, в магазинах, ресторанах и лавках на работу заступали новые работники. Хм-м-м… И что же теперь делать? Сидеть в отеле и продолжать ждать Рэя, который обещал прийти к утру, или отправиться на его поиски? А вдруг он попал в беду? Да и вообще, Тортуга большая, быть может, если я выйду погулять, то найду что-то или кого-то, кто сможет помочь в нашем деле? Смог же я убедить шерлоков, что мы действительно побывали в настоящей передряге!

До зуда в кончиках пальцев захотелось пройтись по Тортуге и посмотреть, что же здесь продают такого особенного? Да и Рэю я не обещал сидеть в номере безвылазно, а значит, никакого слова не нарушу. Так почему бы не прошвырнуться? И с этими мыслями я решительно шагнул из номера.

Просторный ультрасовременный лифт с кондиционером беззвучно открыл двери. Я шагнул внутрь, и только когда двери за мной закрылись, понял, что на панели нет кнопок. Да собственно никакой панели в лифте вообще не было — лишь металлическая отделка и классические зеркала в пол.

— Доброе утро, уважаемый гость отеля Шангри-Лу, куда бы Вы хотели попасть? — спросил меня вежливый женский голос.

— Э-э-э-э… — с непривычки я растерялся.

На Захране лифтов с голосовым управлением ещё не изобрели или же мне просто не доводилось ездить в таких.

— Простите, я Вас не расслышала. Пожалуйста, говорите громче. Куда бы Вы хотели попасть?

— Вниз?

— Уточните запрос. Если Вы хотите попасть на технический этаж, пожалуйста, приложите пропуск персонала к магнитному считывателю.

— Э-э-э, нет! Мне надо на улицу!

— Уважаемый гость отеля Шангри-Лу, при заселении Вы отметили, что являетесь захухрей. Вынуждена Вас предупредить, что гигантские комары, обитающие в болотах Тортуги могут нанести захухре непоправимый вред. Если Вы всё-таки настаиваете на том, чтобы я отвезла Вас на нижний этаж, пожалуйста, позаботьтесь об экипировке и средствах защиты от комаров.

— Агр-р-р-р!!! Не надо на улицу!

— Простите, Вы сказали «мне надо на улицу»? Пожалуйста, говорите громче. Вы точно хотите попасть на поверхность Тортуги?

— Н-Е-Е-Е-Т!!!

— Уважаемый гость отеля Шангри-Лу, куда бы Вы хотели попасть?

Я был готов взвыть от этого лифта, я был как раз в том состоянии, которое испытывает Рэй, когда я донимаю его своими вопросами.

— А какие есть варианты? — рявкнул я на лифт, уже ни на что не надеясь.

— Я могу Вас доставить к открытому бассейну с видом на Тортугу, в ресторан Шангри-Лу, в СПА-зону, в тренажёрный зал, конференц-зал, — добросовестно принялся перечислять лифт.

Я молча слушал, пытаясь выловить ту информацию, которая мне нужна.

— …и на ресепшн, — закончил лифт.

— О! Мне надо на ресепшн! — решительно заявил я.

— Я Вас услышала, дорогой гость. Еду на этаж с ресепшн, — откликнулся лифт, и включилась какая-то ненавязчивая мелодия.

Я почувствовал, как меня чуть приподняло в воздух, и обрадовался тому, что мы тронулись вниз. Обычно там, где располагается ресепшн, там и выход из отеля. По крайней мере, так строят отели на Захране.

В тот момент, когда двери ультрановомодного лифта с голосовым управлением открылись, и я шагнул на мраморную плитку и оказался в просторном помещении с многочисленными стойками регистрации и персоналом в форменных пиджаках. В помещении было достаточно светло, а через огромные прозрачные окна практически в пол достаточно крупно виднелись болота Тортуги. Я даже смог различить отдельные кустарники и деревья. Лифт, очевидно, доставил меня в «ножку» здания-гриба, а не на тот уровень, где шляпки грибов соединялись мостами, образуя переходы. Я окончательно осознал, что с прогулкой по Тортуге мне придётся повременить хотя бы потому, что я понятия не имею, как выбраться из этого проклятого отеля.

— Вы доставлены на ресепшн. Спасибо за то, что воспользовались услугами Шангли-Лу, — напутствовал меня лифт на прощание, и двери позади бесшумно закрылись.

— Шва-а-арх, — обречённо простонал я, осознавая, что придётся повторять всё заново.

— Уважаемый гость, я могу Вам чем-то помочь? — ко мне подплыла миловидная девушка в строгом брючном костюме со светлыми волосами и планшетом в руках.

В первую секунду я принял её за человека и невероятно обрадовался сему факту. Людей на Тортуге я до сих пор ещё не видел. Но мгновением позднее третья, а за тем и четвёртая рука этой милой девушки попали в поле моего зрения. Ко всему, когда девушка своей пятой рукой поправила причёску, промелькнуло слегка вытянутое ухо, напоминающее по форме морскую раковину.

— Я могу Вам чем-то помочь? — вновь спросила девушка, а я понял, что просто некультурно пялюсь на её руки и уши, раззявив рот от удивления.

— Э-э-э-э… да… Вообще-то я искал своего м-м-м… друга… то есть, наверно, я всё-таки искал выход из отеля, — окончательно смутился, потому что у незнакомки ко всему ещё оказался слегка раздвоенный язык.

— Своего друга? Простите, а из какого Вы номера? — деловито уточнила шестирукая девушка.

— М-м-м-э-э… не помню сам номер, но мы остановились в Вашем пентхаусе, — промямлил я.

Вот ведь болван! Даже на табличку с номером на двери не посмотрел, так спешил погулять по Тортуге! Хорошо хоть здесь нет ключ-карт, а вход в номер по биометрическим параметрам, иначе я совершенно точно забыл бы или потерял карту.

— О, так Вы из пентхауса! — девушка очаровательно улыбнулась, смахнула что-то в слайде, а затем её улыбка медленно потускнела. — Пентхауса для молодожёнов. Так вы ищете цварга, да?

— Да, — обрадовался я, не обращая внимания на изменения в состоянии блондинки. То, что цваргов нигде не любят, я уже прекрасно знал, а потому нисколечко не удивился такой реакции. — Фиолетовый такой, с рогами на голове и острыми клыками, а ещё глаза становятся алыми, когда он злится… — начал я торопливо перечислять приметы Рэя.

— Знаю-знаю, — закивала сотрудница Шангри-Лу. — На весь наш отель Ваш друг — единственный цварг.

— Отлично! Так Вы его, получается, видели? Знаете, куда он пошёл? — я испытал настоящий душевный подъём. Ура! Кажется, я нашёл человека, тьфу, инопланетянку, которая видела Рэя!

— Гх-м-м… А разве Ваш друг ещё не возвращался? Поймите меня правильно, я всё-таки сотрудник отеля, и не имею права сообщать такого рода информацию о постояльцах, — весь вид девушки говорил о том, что она бесконечно сожалеет, но не может ответить на мой вопрос.

— Нет, не возвращался, — я решил надавить на жалость. — Он обещал вернуться к утру, но так и не вернулся. Я так волнуюсь, так волнуюсь! — я картинно заломил руки.

— И Вас не смутило, что Ваш э-э-э-м-м… друг покидает Вас на ночь глядя?

— Ну-у-у… — я быстро соображал, что бы такого сказать, лишь бы не соврать откровенно, так как мало ли, какой лапши на уши навесил хитрый цварг этой блондинке, — Рэй, выходя из номера, сказал, что хочет найти что-то редкое на Тортуге. Я был уверен, что он хотел сделать мне сюрприз, — выкрутился я.

— Ох, — девушка печально покачала головой, всплеснув третьей и четвёртой рукой одновременно, а ещё две прижала к сердцу в сочувствующем жесте. — Конечно, я не должна этого говорить, но всё-таки, учитывая ситуацию… пентхаус для молодожёнов… Ваш цварг вчера в районе половины одиннадцатого подошёл к стойке регистрации, и спросил меня, как пройти в сектор со специфическими услугами.

— Сектор со специфическими услугами? — я практически улыбнулся, но потом поймал на себе скорбный взгляд блондинки и одёрнул себя, понимая, что должен вести себя подобающим образом.

Девушка почему-то всхлипнула и полезла меня обнимать.

— Знаю, это так ужасно. Но поверьте, так бывает! Не Вы первый, не Вы последний…

О-о-о-ох, не знаю, куда там намылился вчера Рэй для поиска своего компьютерщика, но я из него всю душу вытрясу, что же это за услуги такие специфические? Самому интересно стало!

— Э-м-м, милейшая, — я попытался отодрать от своей груди рыдающую девушку, но это оказалось не так-то просто, ведь у девушки было целых шесть рук. — А мне Вы не подскажите, где находится этот самый сектор? Со специфическими услугами?

— И что, Вам тоже туда надо?! — глаза у блондинки увеличились, заняв половину лица.

— Э-э-э-э… — протянул я, понятия не имея, о чём идёт речь, и сделал то, чему научил меня Рэй, а именно напустил туману. — Ну, Вы же понимаете ситуацию.

— О-о-о-о! Да-да, конечно. Это же Ваш… друг. Конечно, я всё понимаю. Сектор тринадцать. Вам необходимо выйти из нашего здания и пройти мимо шестого и восьмого. Скажите лифту, что хотите попасть на общий уровень.

— Общий уровень?

— Ну да, общий уровень. Вы могли при подлёте обратить внимание, что постройки Тортуги напоминают грибы, шляпки которых соединены мостами. Вот этот уровень и называется общим. В каждом персональном «грибе» есть этажи для персонала, технические этажи и прочее — всё это располагается в «ножках», отельные номера люкс-класса и наиболее фешенебельные рестораны с панорамным видом обычно находятся выше общего уровня, в них можно попасть только на лифтах или по лестнице.

— О-о-о, спасибо, — потрясённо произнёс я.

Глава 10. Сектор № 6

Я был морально готов к тому, что попаду на некое подобие захранского рынка или торгового центра, но, тем не менее, не был готов к увиденному. Шестой сектор встретил меня обилием всевозможных павильонов. Здесь находились большие светлые гипермаркеты с прозрачными витринами и роботами-зазывалами и маленькие неприветливые киоски с закрытыми жалюзи и надписью: «Вход строго по предварительной записи!» Все эти павильоны, ларьки, эрмитажи и киоски образовывали что-то, смутно напоминающее лабиринт. Возможно, когда-то этот сектор и делился на стройные аккуратные ряды магазинов, но со временем кто-то из продавцов становился успешнее и выкупал соседние павильоны, а когда место совсем заканчивалось, делал пристройки, съедающие часть коридора. Кто-то же наоборот разорялся и, чтобы не платить аренду за киоск, полностью демонтировал его, делая вид, будто его здесь никогда и не стояло. Таким образом, после павильона С-136 мог с лёгкостью идти С-141.

Но больше всего меня поразило количество живых существ. Хотел бы я сказать, что все они были гуманоидами, но это оказалось не так. Мои глаза разбегались от представителей самых разных миров. Наверно, не будь я знаком с Рэем, я бы сейчас упал в обморок от клыков, копыт, хвостов, щупалец, усов, лап и крыльев гостей Тортуги, но я мужественно держал себя в руках. Через динамики под потолком транслировалась какая-то спокойная музыка, но её заглушали звуки толпы разумных существ. Около гипермаркета электротоваров распевал какие-то нескладные частушки робот на широких гусеницах, прозвенела тонкая трель звонка — это клиент подошёл к невзрачному киоску с надписью: «В целях сохранения Вашего инкогнито впускаем только по одному существу», в трёх метрах от меня заклокотал глубокими горловыми звуками крокодил с петушиным хвостом. От неожиданности я шарахнулся в сторону и налетел на гигантскую лиловую улитку с восемью глазами, которая возмущённо заверещала как сверхзвуковой лайнер мне прямо в ухо.

— И-и-и-извините, я не специально, — тут же выпалил я и ретировался как можно быстрее, прикрыв уши руками.

Внезапно моё внимание привлёк огромный аквариум, внутри которого плавали причудливые оранжевые в алую крапинку рыбки с длинными радужными хвостами, а на дне росли фосфоресцирующие водоросли, на стволах которых вместо листьев располагались иголки. Я остановился напротив сего чуда, рассматривая его содержимое. Одна из крохотных рыбёшек подплыла ко мне поближе и, клянусь, глядя мне в глаза, произнесла: «Купи меня!» Не знаю, как я услышал её слова через толщу воды и закалённое стекло, но я даже обернулся, чтобы удостовериться, что она обращалась именно ко мне. «Да, да, ты, человек, купи меня!» — повторила рыбка. Я уставился на неё во все глаза.

— О, добрый день! — из-за аквариума появился рептилоид с жёлтой чешуей вместо кожи. — Вам понравился мой товар? Этим прелестным муоранам всего два месяца, уверяю, товар свежий.

— Их что, едят? — ужаснулся я тому, что живое создание, которое способно на связную разумную речь, можно съесть.

— Обычно нет. Достаточно вставить в ухо или в нос, муорана сама найдет путь к головному мозгу.

Меня резко затошнило. Зря я так плотно позавтракал.

— А что они делают? — я не хотел этого знать. Вселенная, я совершенно не хотел этого знать, но моё любопытство — настоящий порок.

— Перестраивают слабые токи головного мозга на восприятие звуковой речи. Муораны — природные трансляторы, запоминают и переводят до трёх тысяч языков, в том числе и те, которые состоят из шипящих звуков, квохтанья, карканья, кваканья, свистков и щелчков.

Бр-р-р-р… Нет, транслятор, вещь, бесспорно, полезная, но чтобы вставить какую-то рыбину себе в ухо или в нос и дождаться пока она доберётся до твоих мозгов… Бу-э-э! Нет, это не для моих нервов.

— Э-э-э-э, спасибо, я пока не уверен, что хочу покупать муорану, — я стал пятиться от аквариума.

— Если Вы ищете живой транслятор, то уверяю, на всей Тортуге лучше не найдёте, — продолжал убеждать меня гуманоид с чешуёй.

— Спасибо-спасибо, я как-нибудь… потом вернусь! — я растянул губы в фальшивой улыбке и юркнул в первый попавшийся проход между павильонами.

Поплутав ещё минут двадцать по сектору шесть в тщетных поисках нужного мне моста, я набрёл на оружейный мегамаркет, в котором, на удивление, было совершенно пусто. Витрина поразила меня многообразием всевозможных гранатовых разрывателей, термооблучателей, карманных микробластеров, плазменных бомб, бронебойных жилетов и защитных шлемов на любую форму головы с рогами, внешними глазами и чем-либо ещё. Большинство видов оружия я видел только на картинках в инфосети, и сейчас возможность посмотреть воочию и, если повезёт, потрогать своими руками, вскружила мне голову. «Оружейная лавка мистера Тростера», гласила вывеска.

— Хм-м-м, а почему бы не зайти? — сказал я сам себе.

В конце концов, кто-то установил вирус на коммуникатор Шантара, а это значит, что вполне вероятно нам придётся вступить в бой с неизвестным противником, возможно, даже в рукопашный. Да и «Воробей-19» обладает всего-навсего одним действующим и весьма скромненьким лазером. Хотя бы для того, чтобы, не напрягаясь, пролететь через астероидный пояс, было бы неплохо доставить на борт ещё парочку лазеров или защитную сетку…

Не удержавшись, я сделал шаг в мегамаркет. В конечном счёте, просто посмотрю на то, какое оружие нынче используется в космосе.

— О! Давненько ко мне не заходил захухря! — тучный шестирукий гуманоид, явно собрат девушки с ресепшн Шангри-Лу, торжественно выплыл мне навстречу, как только я оказался внутри оружейной лавки. Я мысленно изумился, как настолько упитанный мужчина так ловко огибает стеллажи и витрины.

— Э-э-э-э… — растерялся я. — Откуда Вы знаете, что я захухря?

— О, да о Вашей виртуозной парковке судачит вся Тортуга! — светловолосый мужчина подмигнул мне. — Я ведь правильно Вас узнал? Не обознался? Меня зовут Тростер, и я хозяин этого магазина! Так приятно с Вами познакомиться!

Гуманоид сразу двумя руками вцепился в мою правую конечность и стал усиленно сотрясать её в воздухе, позабыв спросить моё имя. Остальные его четыре руки что-то взволнованно жестикулировали в воздухе, показывая, как Тростер рад тому, что я зашёл в его магазин.

— Нет, не обознались, — признался я, лихорадочно соображая, что ещё может быть известно этому не в меру общительному гуманоиду.

— Вы ищете что-то для самозащиты или для корабля?

— Видите ли, я ищу… — начал я, но меня беспардонно перебили.

— Могу предложить Вам плазменный огнемёт с рассеивающим эффектом и радиусом поражения до двадцати метров, — он взял четырьмя руками с полки что-то металлическое с длинным вытянутым дулом. — Вот этот ремешок перекидываете за спину, а здесь надо снять предохранитель, нажать одновременно на кнопочку тут, тут и тут. Ну и, конечно, щёлкнуть затвором.

Мд-а, хорошее оружие, если у тебя есть в наличии хотя бы четыре свободных руки.

— Э-э-м, это не совсем то, что я хотел бы. Мне бы что-то…

— Что-то менее громоздкое? — тут же подхватил гуманоид, вновь меня перебив. — Как Вам такая «красотка»? Миниатюрная пушка на частицах антиматерии, экономичная, не требует перезарядки, а, следовательно, не поставит Вас в неудобное положение в неподходящий момент.

Мне в руки положили пушку, больше похожую на игрушечный детский пистолет, вот только я не смог сдержать сдавленного «оха», чуть не уронив «красотку» на пол. Она была непомерно, просто невероятно тяжёлой! Сцепив зубы, чтобы не ударить в грязь лицом, я быстро запихал её обратно на полку. На Захране я часто бегал от Планетарной Полиции и разгневанных хозяев продуктовых магазинов, у которых я таскал что-то съестное, но никогда не занимался тяжёлой атлетикой. Фу-у-ух!

— Н-н-нет, не моё, — выдохнул, украдкой вытерев вспотевший лоб.

— Понимаю-понимаю, для такого мужественного молодого человека как Вы нужно что-то более солидное, — закивал продавец, не заметив того, что моих скудных сил еле хватило на то, чтобы не уронить драгоценную «красотку».

— Мужественного молодого человека? — повторил я машинально, заподозрив, что надо мной издеваются.

— О, да! Шерлоки рассказали, что Вы практически в одиночку смогли отбиться от нашествия взбешённых горилломов и увести на своём корабле ценный груз! Вы рисковали жизнью ради товара! Я, как хозяин оружейного мегамаркета, считаю, что это воистину бесстрашный и героический поступок, на который способен лишь настоящий мужчина! Глубоко восхищён Вашей храбростью! — он с такой силой похлопал меня по плечу, что я чуть не согнулся под тяжестью его массивной руки. Одновременно с похлопыванием меня, он неожиданно стукнул себя по лбу сразу тремя ладонями, словно его что-то осенило. — О! Как же я сразу не догадался! Да Вы же наверняка планируете вновь отправиться в Альфу Центавра? Неужели ради мести за своих собратьев Вы готовы презреть все опасности распространения вируса? И Вы не побоитесь вновь столкнуться с разъярёнными горилломами?!

Разубеждать продавца в том, что я собираюсь туда лететь, было мне не с руки. В конечном счёте, всё сведётся к объяснениям, для чего мне нужно оружие. В итоге, я вздохнул и поступил так, как уже неоднократно поступал, а именно — напустил на себя загадочный вид и ответил максимально расплывчато, чтобы собеседник сам придумал себе объяснение.

— Потенциальная опасность, как известно, необычайно притягательна.

Гуманоид согласно закивал головой, отчего его тройной подбородок заколыхался, словно желе. Про себя я мысленно окрестил его «чокнутым толстяком», но всё равно продолжал вежливо улыбаться.

— А как Вам вот такая позитронная граната? — в руки мне упал крошечный салатовый шарик из гладкого алюминия.

От неожиданности я чуть не выронил гранату на пол, но успел поймать её в воздухе.

— Белиссимо! У Вас потрясающая скорость реакции! — заявил этот сумасшедший.

— Я же мог её уронить! — почти закричал на него, мои пальцы всё ещё подрагивали от пережитого стресса.

— О, ничего страшного, не переживайте так! Она взрывается от соль диез четвёртой октавы.

Я шумно сглотнул, надеясь, что у меня не получилось издать звук соль диез четвёртой октавы. Шварх, кому вообще нужно такое оружие?! Кажется, я начинаю догадываться, почему в этой оружейной лавке совершенно нет посетителей помимо меня. Да никому и в голову не придёт покупать что-то, для чего нужно или четыре руки, или титаническая мускулатура, или абсолютный слух!

— Вы знаете, я, пожалуй, пойду, — произнёс я сдавленным голосом, вручая позитронную гранату обратно в одну из шести здоровенных ладоней продавца.

— Подождите-подождите, — у меня сложилось впечатление, что я — единственный клиент, который зашёл в этот мегамаркт за всю неделю, если не за месяц, так как гуманоид мёртвой хваткой вцепился в меня всеми шестью руками. Ну, то есть почти всеми. — Вы же ещё не всё посмотрели! Я понял, Вам нужно тайное оружие, как у спецагентов Космического Флота!

Я уже решительно собрался оторвать от своего рукава конечности этого не в меру наглого типа, как неожиданно меня заинтересовали словосочетания «спецагент Космического Флота» и «тайное оружие». На любую другую фразу я бы не повёлся, но всё, что касалось космофлота, всегда вызывало у меня повышенный интерес, а после знакомства с Рэем — теперь трёхкратный.

— М-м-м… возможно, — дал я себя уговорить и отвести в соседний зал.

Стоило мне только перешагнуть порог, как я с горечью осознал, что сделал это зря, так как оказался в самом настоящем женском бутике.

— Вот, посмотрите, — гуманоид радостно схватил кричаще розовый бюстгальтер с белыми рюшами, каждую чашку которого я мог использовать как панаму, — это отличный бронежилет из углеродных нановолокон, защищает от всех видов пуль…

— Меня оно разве что от солнца защитить может… — пробормотал я себе под нос, слегка опешив.

— Простите, что Вы сказали?

— Говорю, не мой размер!

— А, ну да, ну да, — блондин окинул взглядом мою щуплую фигуру и с боевым кличем: — Я знаю, что Вам нужно! — неожиданно проворно для своей массы тела понёсся на другой конец павильона.

Пока он искал что-то особенное для особенного клиента, я быстро сделал несколько шагов по направлению к выходу из этого дурдома, но был вновь остановлен продавцом.

— У меня есть губная помада с нейротоксинами мгновенного действия, стоит лишь накрасить губы Вашей жертве…

И почему что-то мне смутно подсказывает, что ни Шантар, ни тем более Рэй ни разу в жизни не пользовались губной помадой с нейротоксинами?

— М-н-э-э, я действительно уже спешу, извините, — я бочком попытался протиснуться мимо назойливого продавца.

— А как Вам свинцесодержащий тональный крем? Жертва будет умирать долго и мучительно, до последнего не понимая, как смогла отравиться! — фонтанировал идеями гуманоид, держа в каждой руке по тюбику с убийственной косметикой. — Это настоящий раритет, поверьте! У меня есть все оттенки от тёмного индиго до цвета морской волны! Вы нигде больше такой не достанете, кроме как в моём магазине!

— Нет-нет, спасибо, — пятясь, я попытался выйти из оружейного мегамаркта, но Тростер оказался на редкость приставучим типом.

Перегородив выход из магазина своим тучным телом, он показывал мне всё больше и больше каких-то немыслимых и совершенно бесполезных для меня вещей. Пришлось собраться с духом и предпринять самую действенную попытку эвакуации из этой лавки. Как там говорили шерлоки? На Тортуге только платёжеспособные клиенты? Что ж, остудим пыл продавца.

— Уважаемый Тростер, у Вас потрясающий товар, то только, к сожалению, у меня нет кредитов.

Шестирукий гуманоид так и застыл, держа в воздухе различные штучки якобы для спецагентов космофлота.

— Что, совсем? — не понял он.

— Совсем, — честно признался я.

— Но у Вас же не может при себе ни быть совершенно ничего ценного?! — вновь переспросил Тростер, просто не веря в такой расклад событий.

Очевидно, неплатёжеспособные клиенты для продавцов Тортуги — это нонсенс. Теперь понимаю, почему Рэй так старался с нашим маскарадом.

— Ну, разве что грошовая медаль из серебра, которая явно не покроет и трети стоимость любого из Вашего замечательного товара… — я достал медали Шантара из карманов брюк в надежде, что теперь от меня уж точно отстанут, но продавец вновь повёл себя непредсказуемо.

— О! Вы знаете, мне сейчас как раз поступил заказ на холодное оружие с серебряным напылением, но, к сожалению, мой поставщик опаздывает и не может вовремя поставить мне металл. Сроки изготовления заказа уже начинают меня поджимать, и если я не отдам обещанный клинок вовремя, то клиент потребует от меня выплаты неустойки… — толстяк поморщился, показывая, как неприятно ему думать об этом. — Я бы с удовольствием купил бы у Вас эту медаль. Что скажете?

Первой моей мыслью было «Да, конечно!», но уже спустя мгновение, я осознал, что у меня нет межгалактического банковского счёта, как, в общем-то, и нет документов на то, чтобы открыть его. И что-то мне подсказывало, что внутренний захранский счёт здесь работать не будет. Тростер понял мои колебания по-своему, а потому произнёс:

— Предлагаю Вам бартер, молодой человек. С учётом стоимости серебра на рынке я могу предложить Вам… — его руки закопошились, вытаскивая многочисленные баночки, флаконы и тюбики с соседнего стеллажа.

Я грустно вздохнул, так как уже внутренне смирился с тем, что сделка не состоится. Желания приобрести что-либо у Тростера за всё время пребывания в оружейной лавке у меня так и не возникло. Возможно, надо будет прийти сюда с Рэем. Его банковский счёт, насколько я понял, заблокирован лишь на снятие, но не на пополнение кредитов. Если Тростеру действительно нужно серебро, то он купит его за кредиты, а Рэй позаботится о выгодном для нас курсе. Именно в этот момент в левой средней руке продавца появился мужской спрей-одеколон в небольшом стильном тёмно-синем глянцевом флаконе.

— Что это? Одеколон? — я подозрительно уставился на протянутый мне предмет.

— О, это парализатор мгновенного действия! — довольно оскалился гуманоид. — Новейшая разработка с Танорга. Вы просто брызгаете на жертву, и она цепенеет, хотя продолжает дышать, а все жизненно-важные системы — функционировать, но при этом она ничего не слышит, не видит, и даже не осознаёт, что время продолжает идти. Когда парализатор перестаёт действовать, для жертвы это выглядит так, будто бы ничего не произошло.

— И… насколько хватает парализатора? — подозрительно спросил я.

— По-разному, всё зависит от расы жертвы. Как правило, от нескольких минут до получаса. Подумайте, очень действенное оружие, можно легко пустить спрей по вентиляции в космический корабль, а затем изрубить всех в капусту! — жизнерадостно сообщил мне продавец оружия.

Я мысленно содрогнулся, представив себе такую картинку, после чего подумал ещё, и решил, что вещь действительно стоящая. Правда, Рэй мне, наверно, все уши поотрывает, если узнает, что я потратил одну из двух серебряных медалей Шантара на этот парализатор, но с другой стороны, зачем ему вообще знать, что я прихватил их из того ломбарда?

— Идёт, по рукам! — решительно заявил я.

Глава 11. Сектор № 8

Довольный Тростер указал мне путь на мост, ведущий в сектор номер восемь. Уже приспособившись к потоку живых существ, я ловко лавировал в толпе инопланетян, не обращая внимания на гвалт и шум, от которого у меня время от времени закладывало уши. Всё моё внимание было сосредоточено на световых указателях, вмонтированных в пол. Я сразу не заметил их, но Тростер любезно пояснил мне, как местные торговцы ориентируются внутри секторов. Оказывается, просто-напросто надо было посмотреть на пол!

Мой левый карман брюк приятно оттягивал флакончик с одеколоном-парализатором, а в правом лежала вторая медаль Шантара.

Перейдя по крытому мосту в сектор номер восемь, я на миг задержал дыхание. Если в секторе номер шесть я одуревал от громких звуков и толкотни, то в этом секторе к какофонии всевозможных криков, шипений, кваканий и чавканий добавились ещё и совершенно невыносимые запахи. Зато людей, то есть разумных живых существ, здесь было явно меньше, чем в предыдущем секторе. Почему я говорю «разумных живых существ»? Да потому что весь сектор номер восемь представлял из себя сплошной зверинец. Я даже мысленно удивился, почему тот гигантский аквариум с муоранами стоял в секторе с электроникой, а не здесь. По всей видимости, ушлый владелец муоран, не желая арендовать место среди этой вони, смог как-то убедить владельцев «гриба», что торгует именно трансляторами речи, не акцентируя внимание на том, что они живые.

Я мельком посматривал по сторонам, придерживаясь светодиодной разметки. В какой-то момент дорогу мне преградил громоздкий робот-уборщик, требуя от меня отойти в сторону, чтобы он мог помыть пол. Пришлось подчиниться. Я шагнул вбок и прижался спиной к прутьям какой-то клетки, не особо интересуясь, кто же там внутри. Моё отсутствие интереса живо сменилось его присутствием, как только огромная волосатая лапища с когтями длиной сантиметров в десять легла мне на плечо. Я медленно обернулся, стараясь не выдать своего испуга, и встретился с вертикальными зрачками жёлто-красного медведя. Толстые бивни торчали из-под верхней губы животного, а с них капала слюна.

— Ма-а-мочки, — пролепетал я шёпотом, как это бывало со мной в минуты опасности.

Зверюга была выше меня раза в полтора, гораздо шире, грозно скалилась, а самое печальное во всём этом было то, что её передняя лапа всё ещё покоилась на моём плече. Широкое расстояние между прутьев давало ей свободно высунуть свои конечности практически по локоть. Я бы мог попробовать достать из кармана новоприобретённый парализатор и воспользоваться им, но что-то мне подсказывало, что этот медведь гораздо быстрее растерзает меня когтями на кусочки.

— Хо-хо-роший мишка, жёлтый мишка, а теперь о-о-отпусти меня, — глядя в вертикальные зрачки животного, произнёс я, заикаясь от страха.

К сожалению, чуда не произошло.

— Отойдите немедленно от клетки с ведьмедем! — истошно кто-то закричал позади меня.

— Я бы с радостью, — зло процедил сквозь зубы, продолжая смотреть на скалящегося монстра.

— Я его ещё не кормил сегодня! — добавил мне храбрости всё тот же некто позади меня.

Просто отлично!

— Молодой человек, отойдите немедленно, пока он не вцепился в Вас, иначе он будет считать Вас своим обедом! Ой…

Краем глаза я уловил гуманоида в каком-то цветастом балахоне в цветочек.

— Ой-ой-ой! — тембр голоса хозяина этого монстра изменился на испуганный. — Зачем же Вы подошли так близко к клетке? Т-ш-ш-ш, — он прямо в пасть медведю сунул гигантский початок кукурузы.

Овощ исчез в пасти дикого животного за доли секунды.

— Зачем расстояние между прутьями решётки делать таким огромным?! — огрызнулся я в ответ, чувствуя, как лапища животного, несмотря на сладкое подношение, сомкнулась на моём плече ещё крепче. — Давайте следующий початок, пока он мне ключицу не сломал!

— Да-да, конечно, вот! Просто обычно я торгую копытными, а тут мне поставщики без предупреждения передали ведьмедя, и у меня не было подходящей…

— Меня это не интересует! — к моему стыду, мой голос сорвался на фальцет, когда эта жёлто-красная куча шерсти раскрыла свою пасть и разом проглотила ещё два початка кукурузы. — Вы что-нибудь можете сделать? Как-то отвлечь его?!

— Э-м-м… боюсь нет, он считает Вас своей добычей, и как только у меня закончатся початки, он примется за Вас…

— ЧТО?!

— Не волнуйтесь, у Вас есть ещё минута или две в запасе, у меня целая корзина кукурузы.

Минута или две! Я мысленно обрадовался, потянулся рукой к штанам, но в этот момент медведь отвлёкся от кукурузы и уставился на меня. Длинные когти вонзились в моё плечо, и я понял, что до парализатора я просто не дотянусь.

— Послушайте-ка, как Вас там, а не могли бы Вы достать из кармана моих брюк флакончик с парализатором…

— Нет.

— Что нет? Ваш зверь оцепенеет, и это даст время мне выбраться из его мёртвой хватки!

— Нет! А где гарантия, что это не яд? Если Вы покупаете этого ведьмедя, то, конечно же, я сделаю с ним всё, что Вы хотите.

— И сколько же он стоит?

— Триста пятнадцать кредитов.

— Ско-о-о-олько?!

— Триста пятнадцать, но учитывая ситуацию, готов продать Вам его всего за триста.

— Но у меня нет такой суммы! — паника медленно начинала меня накрывать, так как початки кукурузы в корзине хозяина ведьмедя медленно подходили к концу.

— Нет?

— Нет!

— Хорошо, с учётом того, что Вы попали действительно в затруднительную ситуацию, давайте сойдёмся на двухсот пятидесяти.

— Вы не поняли! У меня нет кредитов!!! — скосив глаза, я уже увидел плетёное дно корзины.

— Как нет?! Что? Совсем?

— Совсе-е-ем…

— М-м-м… ну, может быть, у Вас есть хоть что-то ценное? — продолжал выпытывать меня хозяин зоопавильона.

— Да, есть, небольшая серебряная медаль в правом кармане.

Через секунду я почувствовал, как мой карман опустел.

— Хм-м-м… и впрямь, негусто. Что ж, за эту цену могу предложить Вам купить леграсса?

— Леграсса?

— Это карликовые ящерицы-хамелеоны, выведенные в лабораторных условиях. У меня как раз осталась одна непроданная.

— И чем мне поможет сейчас леграсс?

— Мы выпустим её, и ведьмедь погонится за ней, отпустив Вас.

— То есть леграсс будет съеден? — уточнил я. Всё-таки совесть мне не позволяла вот так просто согласиться на план хозяина зоопавильона.

— Да, скорее всего. Но не беспокойтесь, эти ящерицы очень глупые. Так как? Вы согласны? У меня заканчивается кукуруза.

Жертвовать чьей-то жизнью, пускай и ящерицы-хамелеона, мне отчаянно не хотелось, однако быть съеденным диким животным желания было ещё меньше. Окончательно принять решение меня заставила фраза гуманоида:

— У меня последний початок остался.

— Согласен! — выпалил я, больше не размышляя.

Прошло несколько томительных секунд, и я увидел, как гуманоид впустил рядом с моей ногой в клетку к ведьмедю что-то маленькое и голубое. Когтистая лапища ведьмедя тут же ослабила свою хватку, и жёлто-красный зверь метнулся за улепётывающим леграссом. Всё произошло настолько быстро, что я даже не успел опомниться.

— Ну, вот и всё! Вы свободны, — заявил довольный хозяин зверинца. Как оказалось, это был худой долговязый тип с залысиной на голове и какими-то зелёными пятнами по всему телу. Он мне совершенно не понравился. — Отходите от клетки скорее, пока ведьмедь занят леграссом!

Я уже практически послушно шагнул от клетки, как бросил взгляд внутрь и увидел дрожащую от страха ящерицу, загнанную жёлто-красным монстром в угол клетки.

— Нет, я так не могу, — с этими словами я достал из кармана брюк парализатор и, прежде чем худой плешивый инопланетянин успел сказать хотя бы слово, надавил на кнопку спрея.

Ведьмедя мгновенно окутало серой дымкой, и он застыл.

— Что?! Что ты наделал?!! — продавец схватился за остатки своих волос на вытянутом черепе. — Ты его убил?! Ты должен мне триста пятнадцать кредитов!

— Я его всего-навсего обездвижил, — фыркнул я, в душе надеясь, что действительно лишь обездвижил, так как проверить действие парализатора в оружейной лавке я не догадался. — Иди ко мне, маленький. Давай-давай, выбирайся, — я поманил леграсса оставшимся початком кукурузы.

— Да что ты себе вообще позволяешь, молокосос?! Это вообще-то редкий вид дикого животного! Да я пожалуюсь на тебя шерлокам, и тебе навсегда будет закрыт влёт на территорию Тортурги! — продолжал сотрясать воздух хозяин зоопавильона.

Леграсс какое-то время сидел на месте, глядя поочередно на меня, ведьмедя и худосочного гуманоида. Потом, видимо, принял какое-то решение для себя и быстро засеменил к моей руке с початком кукурузы.

— Какого шварха ты кормишь ящера? Да ещё и моей кукурузой?! С тебя три кредита за кормление…

Я подхватил на руки леграсса, отдав ему еду и выпрямился. Не знаю, что на меня нашло, но в этот момент я понял, что с меня хватит. Как будто какой-то тумблер внутри меня резко переключили.

— Во-первых, я тебе не «молокосос», — даже голос мой прозвучал необычно холодно. — Во-вторых, этот ведьмедь жив-здоров и прекрасно себя чувствует. — Я сделал несколько шагов, чтобы поскорее отойти от клетки, в которой уже очнулся шерстяной хищник, озирающийся по сторонам и пытающийся сообразить, куда же пропала его жертва. — Ну, а в-третьих, если Вы пожалуетесь на меня шерлокам, то я направлю ответную жалобу, в которой сообщу, что Вы содержите опасное дикое животное в ненадлежащих условиях.

С этими словами я развернулся и пошёл прочь от павильона. В след мне донеслось растерянное:

— А ящер? А кукуруза?…

— Леграсса я купил, он теперь мой, а початок кукурузы пойдёт в счёт моральной компенсации, — крикнул я противному плешивому гуманоиду, не оборачиваясь.

Ящер сыто икнул, съев весь овощ, после чего проворно вскарабкался по рукаву, обвил тонким хвостом мою руку и крепко вцепился лапками в ткань свитера, уютно устроившись на плече.

— А не такой уж ты и глупый, как попытался тебя изобразить твой бывший хозяин, — сказал я, задумчиво почесав цветную шкурку хамелеона, принявшего бежевый с голубым окрас в тон моей одежде. — Как тебя назовём?

— Ик! — ещё раз икнула моя ящерица.

— Хм… А как на счёт Тикки? Тебе нравится?

Леграсс задумчиво почесал лапкой свою шею, а затем потёрся мордочкой о мою ключицу. Я воспринял это за знак согласия.

— Ну что, Тикки, а теперь мы идём искать моего друга Рэя. Нам тут совсем чуть-чуть до тринадцатого сектора осталось.

Вот так, решив немного прошвырнуться по Тортуге, посмотреть, что здесь к чему, и поискать своего напарника, я стал обладателем спрея-парализатора, замаскированного под мужской одеколон, и карликового ящера-хамелеона, про которого я, к слову, так и не узнал, чем он питается. Сейчас мне как никогда требовалась помощь и дельный совет Рэя. Вмонтированные в пол светодиодные указатели направляли меня и чётко показывали, где выход из этого безумного сектора с лабиринтом из вольеров, террариумов, аквариумов и насестов с гнёздами. Наученный горьким опытом, я шёл строго по центру проходов между павильонами, следя лишь за разметкой на полу и не обращая внимания на толпу любителей экзотических животных, а потому и не заметил, как на кого-то налетел.

— Прошу проще… — практически на автомате произнёс я и сбился посреди фразы.

Передо мной стояла фигуристая девушка с пышной грудью, туго обтянутой тонкой тканью эластичного комбинезона. Когда она вдыхала воздух, казалось, что вот-вот, и не до конца застёгнутая молния разъедется полностью, обнажив её эффектно выпирающие полушария. Эта особа напоминала представительниц Захрана, но от них её отличала ярко-малиновая грива густых волос, невероятные фиалковые в золотую крапинку глаза, чудесного лилового оттенка кожа и очаровательный хвостик с мягкой пушистой кисточкой на конце.

— О, это я прошу прощения, я была столь неаккуратна, что испачкала твою рубашку, симпатяшка, — она потянулась рукой к моей рубашке, и только сейчас я обнаружил на ней синюю гелеобразную субстанцию.

Я попытался отряхнуться, но девушка проворно перехвалила инициативу:

— Позволь мне, я знаю, как правильно удалять пятна от чернильной ягоды.

Я не возражал. Я не возражал настолько, что когда она практически прильнула ко мне всем телом, чтобы оказаться поближе, так как нас обтекала толпа посетителей, я не сказал ни слова. Ежевичный аромат её духов ударил мне в голову похлеще любого алкоголя, а её дыхание на моей щеке вызвало лёгкую тахикардию.

— М-м-м… и что же здесь на Тортуге делает такой юный симпатяшка? — спросила она, плотно прижавшись ко мне.

— Я… я… э-э-э… — до сих пор ни одна девушка не подходила ко мне так близко.

Её пушистый хвост заскользил по моему бедру, рождая приятную щекотку.

— Планировал сбыть ценный товар? — она хитро подмигнула мне.

— Не совсем… — врать, глядя в фиалковые глаза, оказалось мне не под силу, — я вообще-то ищу друга.

— Да вроде ты уже нашёл, у тебя милая ящерица на плече.

— Н-нет, не в этом смысле. Я ищу друга в тринадцатом секторе…

— О, вынуждена сообщить, что у тебя очень специфичные вкусы, — её руки трогали меня далеко не только там, где было пятно из чернильной ягоды, но мой мозг почему-то отказывался соображать. — Как говоришь, тебя зовут?

— Ивар, меня зовут Ивар.

— Приятно познакомиться, Ивар. А меня зовут Даянира, но для тебя просто Даяна. Можно я буду называть тебя Ивом?

— Взаимно… Да, конечно, можно…

— Эх, жаль, Ив, что у тебя при себе ничего ценного нет. Ты точно-точно не собираешься продавать груз? — вздохнула девушка.

— А? Что? — очнулся я от наваждения. — Не понял. Какой груз? Откуда ты знаешь, что при мне нет ничего ценного?

— И тут шерлоки наврали! Эх, жаль будет разочаровывать местную мафию, но теперь ничего уже не попишешь.

— Прости, кого?

— Видишь во-о-он тех парней за мной, которые опёрлись на террариум с пустынными змеями? — спросила Даяна, вытаскивая руки из моих карманов брюк. — Они ожидают, что ты толкнул ценный груз, а, следовательно, имеешь при себе массу денег либо наличкой в виде платины, либо кредитами на банковском счету. Но у тебя ни того, ни другого. Я даже чипа не нашла или наручного коммуникатора.

Я проследил взглядом туда, куда мотнула головой моя новая знакомая, и мельчайшие волоски на моём теле встали дыбом. Там стояли три огромных амбала, каждый из которых был выше меня ростом как минимум на целую голову, а то и две. Все трое принадлежали к разным расам, но объединяла их одна общая черта — массивный верх, широкие плечи, наличие огромного количества мускулов на руках, ногах и даже шее.

— Мафия не любит, когда я прихожу ни с чем. Они заподозрят меня в обмане, ведь, как известно, на Тортуге не бывает неплатёжеспособных клиентов. Шерлоки всё тщательно проверяют, прежде чем выдать визу. Тебя отколошматят просто из чистой вредности.

— Шва-а-а-арх, — простонал я в отчаянии. Стоило ли спасаться из лап ведьмедя, чтобы попасть в руки местной мафии?! — Я… я не хочу с ними драться… у меня даже оружия при себе нет!

— Левый карман твоих брюк значительно оттопыривается, я даже вначале подумала, что это ты так рад меня видеть, — томно мурлыкнула мне прямо в ухо девушка с лиловой кожей.

— Что? — опешил я. Сладкий ежевичный аромат заметно тормозил мою мозговую деятельность.

— Я говорю, что нашла в кармане твоих брюк какой-то спрей. Готова съесть свой хвост, если это не перцовый баллончик или какая другая ерунда из магазина для розыгрышей, гордо именуемого себя оружейным. Рекомендую воспользоваться, Ив.

И в этот момент я вспомнил про парализатор. Точно! Он у меня есть, а, следовательно, и есть шанс успеть воспользоваться им против амбалов.

— Спасибо, что напомнила, — пробормотал я севшим голосом, наблюдая, как три типа из явно криминального мира уже отлепились от террариума, который подпирали последние пять минут.

Первый, наиболее крупный индивид, имел коротко стриженные волосы, тонкие усики и огромную блестящую серьгу в ухе. Его лицо не было омрачено печатью интеллекта, а одежда выглядела подобающей морде — широкие разношенные спортивные штаны и майка размера XXXL. Второй, не менее грозного вида тип, в отличие от первого жевал жвачку, неприлично широко открывая рот и чавкая ею. Абсолютно лысый с татуировками по всему телу и даже черепу, он производил совершенно жуткое впечатление. Ну а последний гуманоид, самый медлительный и интеллигентный из всей троицы, выглядел откровенно скучающим. Если бы не сбитые в кровь костяшки пальцев, то можно было бы подумать, что он затесался в эту компанию случайно.

— Даяна, поему ты вообще предупредила меня об этих типах?

— Не знаю, — девушка беззаботно пожала плечами, — ты показался мне симпатичным. И мне понравилось, как ты разговаривал со своей ящерицей. — Она тряхнула своей роскошной гривой малиновых волос и добавила, — а теперь ты должен начать ко мне грязно домогаться.

— Я должен… ЧТО?! — на этих словах я отшатнулся от Даяны, но она предвидела мою реакцию и ловко поставила подножку своим хвостом.

Миг — и я потерял равновесие. Девушка проворно схватила меня за край свитера, с явно неженской силой дёрнула на себя, а затем молниеносно крутанулась, разворачивая в воздухе нас обоих. За доли секунды получилось так, что я прижимаю Даяну к какой-то клетке, наваливаясь на неё всем своим телом, а мои руки… О, когда я осознал, где находятся мои руки, то забыл как дышать. До сих пор мне ещё не доводилось трогать девушку, а тем более, настолько красивую. Мысли о том, что надо найти Рэя, выяснить, кто установил вирус на коммуникатор Шантара, а где-то рядом ошиваются трое громил, моментально испарились у меня из головы. Я буквально оцепенел, ощущая под невесомой тканью идеально гладкую тёплую женскую кожу и вдыхая пьянящий голову ежевичный аромат.

— Убери от девушки свои грязные лапы, щенок! — зарычал кто-то мне на ухо и резко отдёрнул от Даяны.

Я посмотрел на девушку, но она лишь послала мне в ответ извиняющуюся улыбку.

Глава 12. Драка

Что делать, если ты оказался на чужой планете, напротив тебя стоят три огромных здоровяка неизвестной расы, собираясь хорошенечко навалять тебе просто потому, что им так захотелось, а из оружия у тебя только парализатор, замаскированный под нелепый мужской одеколон?

Я чётко осознавал, что попал в нехороший переплёт. Даянира отошла в сторонку, явно чтобы наблюдать за тем, как будут разворачиваться дальнейшие события.

— Ну что, заплатишь моральную компенсацию по-хорошему или будешь юлить? — спросил один из незнакомцев, разминая свои кулачищи.

— А не много Вас… на одного маленького меня? — промямлил я, с ужасом понимая, что хруст суставов пальцев здоровяка перекрывает другие шумы.

Самое интересное, что после того, как эти трое подошли ко мне, толпа стала нас обтекать, словно русло реки, и ни один прохожий не бросил в мою сторону даже заинтересованного взгляда. Похоже, вот такие вот разборки на Тортуге, кто кому должен кредитов, были здесь не в новинку.

— Понятно, значит, по-плохому, — загоготал второй громила с усиками, вставший плечом к плечу к первому и тем самым полностью перекрывший мне обзор и всякую надежду на спасение. Третий член разбойной шайки остался стоять позади этих двух. — Люблю по-плохому!

Я панически соображал, что же мне теперь делать. Меня припёрли к стенке трое заметно превышающих меня в весовой категории типов уголовной внешности. Я прекрасно понимал, что если достану спрей, то успею обезвредить максимум одного противника. Другие двое стоять столбом не станут и быстро выбьют баллончик у меня из рук.

Неожиданно мне пришло в голову, что на моей стороне играет моя масса, а точнее её отсутствие. Худой, даже по меркам Захрана, этим здоровякам я доходил едва ли до груди, а по ширине и вовсе был в несколько раз меньше. Идея пришла совершенно внезапно, как только один из бугаев шагнул ко мне с замахом на удар в лицо. Недолго думая, я крикнул:

— Тикки, хватай его за нос! — и бросил ящера в лицо мафиози с татуировками.

Похоже, хамелеон настолько хорошо слился с цветом моей рубашки, что заметила его лишь Даяна. Тикки не растерялся и не подвёл меня. Он всеми четырьмя лапками и даже мелкими, но острыми зубками вгрызся в нос моего противника, стремительно меняя цвет своей чешуи на тон кожи бугая. Совершенно не ожидавший внезапного нападения, мафиози истошно завопил, одновременно поднеся свои лапищи к лицу и пытаясь оторвать от себя моего храброго леграсса.

— Твою… что это?! Уберите это от меня!

Второй, стоявший рядом с ним громила, всё никак не мог понять, что случилось. Со стороны всё выглядело так, будто первый разбойник просто стоит и орёт что-то невнятное, держась за своё лицо. Тикки идеально слился с его кожей.

— Что за шварх? — протянул он растерянно, оглядываясь на напарника.

Этого замешательства, а также моих скромных габаритов мне хватило, чтобы присесть и поднырнуть у него между ног, вместе с этим выуживая из кармана брюк парализатор. Ещё секунда — и ничего не подозревающий третий член шайки оказался временно нейтрализованным. Сразу после короткого пшика спрея в лицо я с силой пнул разбойника чуть ниже коленной чашечки, массивная туша слегка покачнулась и с грохотом рухнула на пол.

Как раз к этому моменту второй громила сообразил, как я так ловко исчез из-под его носа, и обернулся ко мне.

— Ты мелкий сосунок… — начал он орать на меня, но на этот счёт у меня уже был заготовлен в руке спрей с парализатором.

Второе тело упало на пол примерно тогда же, когда я краем глаза успел заметить, что первый бугай всё-таки оторвал от своего носа хамелеона и собирался его хорошенько приложить головой об стену. Моего хамелеона! Это взбесило меня настолько, что я ударил ему в его злополучный нос кулаком вместе с зажатым металлическим баллончиком. Результат превзошёл все мои ожидания!

Взвизгнув от боли, мафиози откинул от себя Тикки и вновь схватился руками за нос, из которого во все стороны фонтаном брызнула алая кровь.

— А-а-а-а!!! Больно! — он покачнулся от удара, машинально сделал шаг назад, чтобы поймать равновесие, но вместо этого споткнулся о ногу парализованного напарника.

Один из них уже как раз начинал приходить в себя, когда поверх него рухнул татуированный здоровяк. Раздался звук, похожий на хруст рёбер, сдавленное «ох» и сиплое:

— Этот малявка и тебя отделал, да?

— У него удар просто каменный… я думал, что раз шерлоки соврали на счёт ценного груза, то значит и с горилломами всё это преувеличение, но по ходу нет.

— Ась? Что… произошло? — спросил тип с усиками и серьгой в ухе, только приходя в себя.

Его я повалил вторым.

— Я всем вам троим надрал задницу! Вот, что произошло! — я прочистил горло и постарался произнести это как можно громче и внушительнее. К этому моменту Тикки уже забрался вновь на моё плечо и принял бежевый цвет изрядно потрёпанного свитера. — Я победил сотни горилломов в системе Альфа Центавра, неужели вы, жалкие слабаки, думаете, что втроём смогли бы меня одолеть?!

Не знаю, что за чушь нёс мой язык, могу объяснить это лишь нехилым приливом адреналина в крови.

— Ты какой-то слишком вёрткий, я сейчас схвачу тебя за шкирку, и мы померяемся силами, как мужчина с мужчиной! — зашипел всё тот же оскорблённый тип с тонкими усиками и серьгой в ухе.

Ох, и кто меня за язык тянул?

Словно в замедленной съёмке я смотрел, как верзила рывком встал с пола, приблизился ко мне и схватил за грудки. Но едва он натянул ткань свитера, чтобы поднять меня в воздух, кто-то позади меня крикнул:

— Отпусти его, не то пожалеешь!

Амбал перевёл взгляд куда-то за мою спину и неполную минуту смотрел на того, кто произнёс эти слова, при этом лицо его стремительно приобретало мертвенно-бледный оттенок. Уже секунд через десять я отметил, как у него мелко затряслись пальцы, а ещё через двадцать он отпустил меня и рванул прочь.

— Эй, погоди, помоги встать! — крикнул один из его дружков, тот, которому, как мне показалось, сломали рёбра.

— Сам вставай! С этим прытким мальчишкой ещё и цварг оказывается! Вы как хотите, а я сваливаю!

— Рэй! — счастливо заулыбался я, когда увидел своего напарника.

Двое ещё недавно валяющихся и стонущих громил чудесным образом растворись в толпе.

— Рэюшка! Сколько планет, сколько метеоров! — визгнула от радости Даяна и бросилась обнимать цварга.

— Даяна? — в свою очередь удивился Рэй. — Ты что тут делаешь?

— На Тортуге или конкретно здесь? Впрочем, то же, что и всегда, зарабатываю средства на скромное существование. Не все же такие удачливые и сидят на окладе от космофлота, — она игриво ударила его маленьким наманикюренным кулачком в грудь.

Рэй едва поморщился при упоминании своего места работы.

— А здесь? Что ты делаешь конкретно здесь, в восьмом секторе? — нахмурился цварг.

— По Тортуге ходит слух, что двое отважных храбрецов увезли нечто очень ценное с Альфы Центавра, не побоявшись сразиться с целой армией горилломов. Местная мафия заплатила мне за то, чтобы я выяснила, насколько груз ценен и стащила ключи от флаера, если он ещё не продан, или же украла кредиты с банковского счёта, если товар реализован. Признаться, до встречи с Ивом я думала, что всё эти россказни про горилломов — чья-то удачная выдумка, но…

— Ивом? — по лицу Рэя пробежала тень неудовольствия.

— Да, мы уже познакомились. Я даже не ожидала, что работа в этот раз доставит мне столько удовольствия. Когда мне сообщили, что этот симпатяшка и есть моя цель…

— Ивом?!

— Ну да, Ивом, он разрешил так к нему обращаться.

— Когда это вы успели настолько близко познакомиться, что ты уже называешь его Ивом?! — Рэй сузил свои глаза, а его голос прозвучал на несколько тонов ниже.

— Ах, перестань, если бы я не знала тебя, то подумала бы, что ты ревнуешь, — звонко рассмеялась девушка с малиновыми волосами.

Цварг перевёл взгляд на меня:

— А какого шварха ты вообще вышел из отеля, пацан? Что я тебе сказал?!

— Ну, Рэй, тебя не было до самого утра, и я волновался, — промямлил я, утыкаясь взглядом в носки своих разношенных кроссовок.

Сейчас, походив по шестому и восьмому сектору Тортуги, я понял, что идея выйти из пентхауса на поиски Рэя оказалась не такой уж и хорошей.

— Что ты на него накинулся? — вступилась за меня Даяна. — Ив, между прочим, до твоего прихода уложил всех троих мафиози на обе лопатки!

— Да ну-у-у? — цепкий взгляд Рэя впился в мою щуплую фигуру. — Очень интересно послушать твой рассказ, как же у тебя это получилось, Ив, — последнее обращение он выделил голосом специально, будто издеваясь надо мной. — А ещё не забудь рассказать, у кого ты украл этого глупого ящера.

— Я её не крал! И вообще это леграсс, карликовый ящер-хамелеон. Его зовут Тикки, и он мне уже два раза жизнь спас! — возмутился я, а по вытянувшемуся лицу цварга понял, что крупно влип. Теперь придётся рассказывать всё от и до. Я глубоко вдохнул, выдохнул и как на духу выложил всё, что со мной случилось, лишь немного умолчав о том, что не смог разобраться с ультрамодным лифтом. Сознаваться в последнем было отчаянно стыдно.

— То есть ты променял две серебряных медали на вот это недоразумение из магазина розыгрышей Тростера и никчёмного глупого ящера? — спросил меня Рэй в конце моей отповеди.

— Вообще-то, — вновь влезла в наш диалог Даяна, — хамелеон Ива очень умный. Я своими глазами видела, как он послушался его команды, и атаковал. Я уже молчу о том, что слишком уж подозрительна та история с ведьмедом.

— Хм, — почесал подбородок Рэй. — Как-как говоришь, ведьмедь выглядел?

— Ну, большой такой, жёлто-красный с огромными бивнями, — описал я, активно жестикулируя руками и показывая, насколько огромными были эти бивни.

Даяна и Рэй несколько секунд пристально смотрели на меня, а затем переглянулись и шумно разом разразились громким хохотом. Из глаз Рэя потекли слёзы:

— Ой, пацан, я не могу, ну ты и насмешил меня…

Я почувствовал себя глубоко уязвлённым этой парочкой хвостатых.

— И что смешного в огромном ведьмеде? — произнёс я холодно, вспоминая, какого страху натерпелся, когда это косматое и когтистое чудовище сдавливало моё плечо.

Цварг продолжал хохотать, держась за живот, а вот Даяна улыбнулась и всё-таки ответила мне:

— Видишь ли, все, кто имеет бивни, — травоядные по своей природе. Тебя никто бы не растерзал и тем более не съел.

— Но… — я растерялся, и весь мой пыл куда-то мгновенно улетучился. В тысячный раз я почувствовал себя полнейшим идиотом, — зачем тогда было всё это представление?

— Всё очевидно, — пожала плечами девушка. — С помощью того робота-уборщика хозяин зоопавильона заставлял незадачливых прохожих подходить к клетке с якобы опасным хищником на непозволительно близкое расстояние. Затем он запугивал жертву тем, что не кормил животное, и объявлял его стоимость в триста с лишним кредитов, которой, разумеется, у большинства гуманоидов при себе не водится. Когда прохожий уже готов был от отчаяния выложить любые деньги, лишь бы остаться в живых, хозяин зоолавки предлагал схему с леграссом. Вот только леграсс у него был натренированным, как и ведьмедь, и по приказу хозяина прикидывался растерзанным диким хищником. Не удивлюсь, если хитрый пройдоха продавал одного и того же хамелеона различным простофилям по пять раз на дню.

— И как я должен был это понять? — совсем уж печальным тоном спросил я.

— А тебя не смутило, что хищник ест кукурузу, а не мясо? — сквозь слёзы выдавил из себя Рэй. — Я не над тобой смеюсь, пацан, извини, а над этим горе-зоопродавцом. Ты же ведь кинул его и как красиво! Он надеялся, что облапошил тебя, взяв твою серебряную медаль, а ты на его глазах напал на ведьмедя, выманил тренированного леграсса, да ещё и последнюю кукурузу прихватил, заявив, что это за покрытие «морального ущерба»! Гениально, просто гениально!

Я вспомнил, как жалобно лепетал продавец зоопавильона, когда я уходил с Тикки, и всё увиденное и услышанное мною предстало совершенно в другом свете.

— Ну, а ты почему так сильно задержался, Рэй? — всё-таки небольшая толика обиды на цварга во мне осталась. — Тебя не было всю ночь, и к утру ты так и не вернулся!

— Э-э-м-м-м… ну, я был занят, — тут же неожиданно смутился цварг, бросив косой взгляд на Даяну.

— Пф-ф-ф, я тебе не жена, и не невеста, твоя личная жизнь меня не волнует, — фыркнула красотка. — Вот пускай они за тобой и бегают по тринадцатому сектору Тортуги.

— Даяна, ты всё неправильно поняла! Да я же по делу туда ходил! Я тебя искал! — возмутился Рэй.

— Меня? В секторе специфических услуг? — её брови взметнулись вверх. — Вот это что-то новенькое, честное слово, таких объяснений я ещё не слышала. Ну что ж, ты меня нашёл. Внимательно тебя слушаю, что за дело?

— А тебе напомнить, где я тебя встретил впервые? Где мне было тебя искать? — понизив голос, проворчал цварг. — Дело, между прочим, по твоему прямому профилю. Пойдём в отель, всё расскажу подробно.

— Ну, пойдём, — пожала плечами девушка, и мы отправились в Шангри-Лу.

Глава 13. Аукцион в системе Бетельгейзе и траскский конь

— Ва-а-ау, пентхаус Шангри-Лу?! — Даянира присвистнула, как только двери ультрасовременного лифта с голосовым управлением разъехались в стороны. — Да, Рэй, я всегда знала, что ты любишь устраиваться с комфортом, но чтобы та-а-ак… Как ты только согласовал эти траты у своего начальства? Даже представить себе не могу, чтобы скряги в космофлоте так раскошелились…

— Вообще-то, это не космо… — начал я, но получил резкий тычок под рёбра, призывающий меня придержать язык за зубами.

— Ей незачем об этом знать, — тихо прошипел Рэй.

Тем временем Даяна вышла на балкон и, не скрывая своего восторга, крикнула оттуда:

— Вау! Вот это джакузи! А какой вид! Закачаешься!!!

Рэй едва заметно усмехнулся.

— Ну, что, ребятки? Выкладывайте, какое у вас ко мне дело? — весело сообщила Даянира, когда вернулась в общую комнату и с удовольствием плюхнулась на огромное мягкое бескаркасное кресло.

Её стройные ножки в обтягивающем коротком комбинезоне отвлекли моё внимание настолько, что я забыл, какое у нас к ней дело.

— Вот, — Рэй кинул ей через всю комнату коммуникатор Шантара. — Посмотри, скажи, что об этом думаешь.

Девушка ловко поймала устройство и тут же углубилась в него. Я недоумённо уставился на цварга. Конечно, я не считал Даяниру глупой девушкой, но откуда она сможет узнать об этой вещи больше, чем цварг за время перелёта до Тортуги? Прежде, чем я успел открыть рот, Даяна сообщила:

— Коммуникатор явно казённый, кнопочный, такой выдавали несколько десятков лет назад служащим офицерам на Космическом Флоте. Судя по незначительной утечке оперативной памяти и подвисанию на две миллисекунды при загрузке операционной системы, коммуникатор чем-то заражён. Вирус или червь, с ходу не скажу, но кто-то попытался запрятать свои следы, так как после загрузки ничего подозрительного в глаза мне не бросается. Для дальнейшей диагностики необходимо подключиться к устройству.

— Валяй, — кивнул Рэй. — Можешь воспользоваться кабинетом и инфосетью номера, если она тебе понадобится.

Девушка, не отрываясь от устройства, вышла за дверь, на которую кивком головы указал Рэй.

— Это и есть твой компьютерщик? — восхищённо выдохнул я, провожая взглядом точёную фигурку Даяны.

Только сейчас до меня дошло, что цварг искал на Тортуге всё это время именно её.

— Да, Даяна в этом деле настоящий профессионал. Не зря её наняла мафия, чтобы тебя обчистить. Они рассчитывали, что она незаметно приставит считыватель или магнитный сканер к твоему чипу с банковским счётом и отвлечёт, пока кредиты за продажу нашего вымышленного бесценного груза будут переводиться на их счёт. Те три амбала, что сторожили её, были запасным вариантом, чтобы выбить из тебя кредиты силой, если что-то не сложится по плану «А». Надо признать, их план «Б» тоже заметно подкачал.

— О-о-о… — глубокомысленно ответил я, всё ещё никак не сопоставляя в своей голове образ высококвалифицированного программиста и эффектную девушку с пышном бюстом и длинными ногами. — А как ты с ней познакомился, кстати? Ты сказал, когда мы были в секторе восемь, «а не напомнить ли, как мы познакомились»… Можешь рассказать? — попросил я и добавил поспешно. — Если это не секрет, конечно.

— Знакомство с Даянирой, — Рэй прикрыл глаза и чему-то улыбнулся. — Нет, пацан, для тебя не секрет. Это было давно. Мой первый год, когда я закончил Академию, и меня повысили до звания майора Космического Флота. Как сейчас помню то задание. Система Бетельгейзе. В задании, пришедшем на мой коммуникатор, было сказано, что на четвёртой планете от красного сверхгиганта проходит ежегодный нелегальный аукцион экзотических рабынь. Мне разрешили взять с собой несколько офицеров и казённый корабль, на котором мы, не откладывая, сразу же рванули выполнять задание. Согласно плану операции, я и мой приятель переоделись респектабельными покупателями-извращенцами и проникли на объект заранее. Мы должны были заблокировать все выходы изнутри и проследить, чтобы никто из мерзких пихряков не сбежал к моменту, когда начнёт действовать основная группа захвата. Когда начались торги, я сидел в своём кресле, представляя, как переломлю хребты этим чешуйчатым уродам, организовавшим аукцион живых гуманоидов. Представляешь, траски выводили на сцену девушку за девушкой с тех планет, где рабство даже никогда не существовало как слово. Разумеется, все жертвы похищений были до смерти напуганными и заплаканными, так как понятия не имели, какая судьба им уготована дальше.

Да уж, если эмоциональный вампир говорит «до смерти напуганные», то даже представить себе боюсь, в каком состоянии были те несчастные. Я передёрнул плечами.

— Меня трясло от отвращения и омерзения, но мне надо было высидеть весь аукцион, не выдав себя. И вот, когда время первого акта стало подходить к концу, на сцену вывели девушку с малиновыми волосами. Даяну подвели к позолоченному пьедесталу, на который выставляли весь живой товар для осмотра, а она вместо того, чтобы рыдать, вцепившись в рукав ведущего, громко возмутилась, как они себе представляют восхождение на эту каменную глыбу на шпильках.

Почему-то я моментально вообразил себе эту сцену и невольно улыбнулся. Я знал девушку меньше двух часов, но нисколько не усомнился в словах цварга. По моим представлениям Даяна никак иначе себя повести просто не могла.

— Торги за неё разгорелись нешуточные, — продолжил Рэй. — В какой-то момент я обнаружил себя, отчаянно вдавливающим вмонтированную в подлокотник кресла кнопку торгов. А эта безрассудно глупая девица, как я подумал в тот момент, лишь поднимала и поднимала ставки на себя, отпуская колкие дерзости на счёт собравшихся. Я поддерживал игру до тех пор, пока мне не пришло сообщение, что у меня нет таких средств на банковском счету. И…

— И чуть мне всё не испортил! — оборвала его Даянира, незаметно вошедшая в комнату.

— Шварх! Я хотел спасти тебя!

— Пф-ф-ф, — фыркнула девушка. — Ты хотя бы представляешь, каких сил и связей мне стоило попасть именно на этот аукцион?! У меня без твоего вмешательства всё шло просто замечательно! Я была уверена, что меня купит Альташ-ибн-Харизандр, который за последние пять лет на тот момент кроме этих нелегальных аукционов вообще нигде не появлялся, боясь облавы. Да наживка уже почти клюнула, как в торги вмешался какой-то наглый цварг!

— Наглый цварг?!

— Ну, а как ещё называть цварга, который повышал ставку после любого чужого предложения? Мне пришлось импровизировать, и раззадорить Альташ-ибн-Харизандра, молясь, чтобы он был готов потратить на меня столько кредитов. Благо, он на тот момент являлся одним из богатейших трасков галактики, — вставила в рассказ свою лепту Даянира.

— В итоге её купил этот противный рептилоид и сразу же потребовал выдать его приз ему, не дожидаясь конца аукциона, — махнул рукой Рэй на замечание девушки. — Я дождался перерыва и бросился в ту комнату, в которую отвели Даяну.

— И обнаружил связанного траска с кляпом во рту на кровати и целую и невредимую меня, сливающую файлы этого козла себе на флэш-карту, — закончила Даяна с улыбкой. — Ты тогда, Рэй, и мне всю операцию сорвал, и чуть своих ребят не подвёл, так как не успел вовремя вернуться в зал торгов.

— Женщины! Вот и спасай вас после этого! — обиделся Рэй.

— А я хоть раз в жизни разве просила о том, чтобы меня спасли? — наигранно весело удивилась Даяна.

— Ладно, хватит с историей нашего знакомства. Рассказывай, что ты успела накопать.

— Только после того, как ты сообщишь, кому принадлежал коммуникатор, — в свою очередь выставила условие Даяна, вновь опускаясь в бескаркасное кресло и вертя на пальце наручный коммуникатор Шантара, словно лассо.

— Ты его не знаешь. Его зовут Шантар, он бывший офицер Космического Флота, которого послали на Захран в качестве наказания за то, что он не сообщил своему начальству, согласно уставу, о сердечном импланте. Мы были с ним в некотором роде знакомы, ещё когда учились в академии в качестве ККФОМ-цев. Не так давно аналитические приборы показали, что последние месяцы Шантар стал чаще выходить на связь в межгалактическую инфосеть по зашифрованному каналу, прорубленному космофлотом, но при этом объём информации, передаваемый нам, не изменился.

— И тебя послали проверить, в чём дело? — догадливо уточнила Даяна.

— Да, всё так. Только когда я подлетал к дому Шантара, мой «Тигр» неожиданно потерял управление и рухнул прямо на крышу его ангара…

— Ох, сочувствую, — покачала головой Даяна. Потеря личного транспорта, да ещё и «Тигра»… Это действительно тяжело.

— А что удалось выяснить тебе? — влез я в разговор, так как мне не терпелось узнать, кому мой бывший наставник перешёл аэротуннель.

— Я обнаружила на коммуникаторе Шантара траскского коня, который должен был активировать электромагнитную нанобомбу, в случае, если хозяин устройства приблизится к работающему ионному двигателю…

— Космическому кораблю, иными словами, — перебил её Рэй.

— Да, — кивнула Даяна. — Кому-то очень надо было, чтобы ваш Шантар остался на Захране. Это вдвойне удивительно при том, что, насколько мне известно, эта планета с синдромом Кесслера, и выбраться с неё весьма затруднительно…

— Только если ты не офицер Космического Флота, — продолжил вслух свои рассуждения Рэй.

— Выходит, никто не хотел убивать моего наставника? — вставил уже я. — Он умер из-за того, что решил показать мне своего «Воробья»?!

— Наставника? Он тебя учил? — удивилась Даяна.

— Да, пилотированию… — протянул я.

— Ого! То есть благодаря тебе вы с Рэем выбрались с Захрана? Ты, должно быть, просто виртуозный пилот! — в словах Даяны было столько искреннего восторга и восхищения, что я сразу почувствовал, как заливаюсь краской.

— Вообще-то мы выбрались благодаря моим знаниям, — недовольно пробурчал Рэй, угрюмо наблюдая за тем, как девушка резко вскочила со своего кресла и подбежала ко мне, чтобы потрепать по волосам.

— Такой симпатяга, а ещё и такой скромняш, оказывается! — приговаривала она в процессе.

От сладковатого ежевичного запаха и приятного массажа головы у меня сама собой на лице нарисовалась блаженная улыбка.

— Гхм-м! Если я вам не мешаю, — сердито вклинился Рэй, — мы вообще обсуждали дело. Даяна, у тебя всё?

— Да, у меня всё, а что там ещё надо-то? Исходя из вышесказанного, Шантар учил Ива пилотированию кораблей, втайне от космофлота занимаясь чем-то не совсем легальным при участии трасков.

— Почему нелегальным? — не удержался от вопроса я.

— Да потому, что занимайся Шантар чем-то легальным, ему не пришлось бы прятать свою связь с трасками, — фыркнул Рэй.

— Ну, и траски не стали бы подстраховываться, устанавливая на его коммуникатор вирус, — кивнула Даяна. — Как бы то ни было, нам надо лететь в систему Бетельгейзе, чтобы выяснить, что задумали эти недоразвитые.

— Нам?! — вопрос от меня и Рэя прозвучал синхронно.

— Ну да, нам, — пожала плечами Даяна. — Неужели, ребятки, вы решили развлекаться вдвоём, оставив меня на Тортуге тухнуть со скуки? Нет, так не пойдёт! Я с вами.

— Даяна, погоди, ты должна кое-что знать, — Вмешался Рэй. — Видишь ли, мы с пацаном прибыли на… э-э-м-м стареньком двуместном «Воробье-19» всего с одним лазером на борту. Я подлетал к ангару на своём «Тигре» как раз тогда, когда Шантар собирался показать «Воробья» Ивару. По злой иронии судьбы вирус сработал и уничтожил мой корабль, в то время как в десяти метрах от него стоял незаведённый шаттл Шантара. Полёт будет мало того, что некомфортабельным, так ещё и совершенно небезопасным.

— Не беда, разберёмся, — беззаботно тряхнула своими малиновыми локонами Даянира.

Рэй покачал головой. Я недоумённо перевёл взгляд на фиолетового цварга. Похоже, Рэй действительно рассчитывал на то, что девушка откажется от поездки с нами.

— Это ещё не всё, Даяна, — он тяжело выдохнул и, мне показалось, что даже его хвост как-то печально опустился на пол.

— Ну, давай, Рэюшка, заинтриговал, так заинтриговал, — Даяна лукаво подмигнула ему. — Если ты сейчас же не скажешь, что ещё за скелеты в твоём гардеробе водятся, я умру от любопытства!

— Я… — Рэй мялся, ему явно было неприятно об этом говорить, — я влез в это дело по самые рога и хвост без одобрения Космического Флота. Точнее, как раз выяснить, что замышляет Шантар, было моим заданием…

— … но погиб твой «Тигр», и для тебя стало делом чести наказать ту тварь, что угробила корабль, — закончила за него Даяна. — Это всё?

— Почти. Перед отлётом я э-м-м-м…. несколько повздорил со своим руководством, и мне было приказано не возвращаться, пока я не выполню задание. Если мы попадём в какую-либо переделку, то космофлот не пришлёт нам свою поддержку. Мы летим на свой страх и риск, без страховки, — последние слова Рэй произнёс на одном дыхании.

— Ф-и-и-и, всего-то, — Даяна улыбнулась. — Рэй, ты мялся, как подросток, чтобы сообщить, что для меня будет всё как обычно? Я тебя умоляю, если бы мне требовалась поддержка космофлота, то я бы уже согласилась на одно из тех ванильных предложений, что они шлют мне ежемесячно.

— Ты не понимаешь, это действительно может оказаться опасной затеей! — попытался убедить её Рэй.

— Тем более! В таком опасном предприятии профессиональный хакер вам будет только в помощь! К тому же на Бетельгейзе я была неоднократно, вспомню старые добрые времена, — заключила Даяна, подмигивая.

— Пацан, ну а что ты скажешь? — Рэй обернулся ко мне в надежде на то, что я встану на его сторону.

Мы синхронно переглянулись с Тикки и согласно кивнули головами.

— Мы с Тикки только «за»!

— Отлично! Значит, завтра же и выдвигаемся.

Глава 14. «Нам нужен корабль побольше»

— Я тут подумал, — сообщил мне на второй день полёта Рэй, которому пришлось уступить кушетку для сна Даяне, — нам нужен корабль побольше.

Цварг хотел было сесть в кресло рядом со мной, но вещей Даяны оказалось так много, что какое-то время ему пришлось просто монотонно перекладывать сумки девушки под панель управления корабля, а затем ещё и как следует примять их, чтобы всё влезло.

— Что? — мне показалось, что я ослышался.

— Ты, Тикки, я, Даяна, а ещё продукты, которые мы забрали из мини-бара пентхауса Шангри-Лу, всё это не влезает в нашего «Воробья». Здесь совершенно негде развернуться, а нам ещё как минимум две недели лететь до системы Бетельгейзе!

— Да я совершенно не спорю, что нам не помешает корабль побольше, — осторожно отозвался я. — А ещё желательно оборудованный бластерами и защитной сеткой. Но откуда ты предлагаешь взять на него кредиты? Новый корабль в аэротуннеле не валяется, даже такой небольшой как наш «Воробей» стоит целое состояние!

— То есть с идеей о том, что нам нужен корабль побольше, ты согласен?

— Согласен.

Рэй со словами «нам даже крюка делать не придётся» вбил новые координаты в бортовой компьютер и, посвистывая, удалился в подсобку. Я лишь скептически хмыкнул, так как прекрасно знал, что банковский счёт цварга заблокирован, да и в целом далеко не каждый житель Захрана мог позволить себе хотя бы скромный флаер, я уже молчу о просторном космическом шаттле на несколько человек для межгалактических перелётов. Если бы я только знал, на что подписался.

* * *

Прошло несколько дней, в течение которых мы посменно дежурили у штурвала, спали на единственной кушетке и ели всё то, до чего не дотянулись перепончатые лапки Тикки. Этот леграсс оказался на редкость прожорливой ящерицей, но пока что наших запасов хватало с лихвой. Выписываясь из пентхауса Шангри-Лу, Рэй предусмотрительно обчистил весь мини-бар, а ко всему ещё и заказал пару десятков блюд с собой, записав их стоимость на номер.

— А-а-а-а! — взревел Рэй. — Твой ящер съел мою колбасу! Вот, полюбуйся!

Именно такими криками меня разбудил цварг после неполных шести астрономических часов сна.

— Что? — спросонья я не мог понять, чем жирным и, судя по запаху, крайне острым тыкают мне прямо в лицо. Скандалы, закатываемые мне цваргом по поводу того, что кто-то съел его продукты, были настолько частыми за это путешествие, что я уже научился не обращать на них внимание. — Рэй, убери, чтобы это ни было.

— Нет, как только приземлимся на любую обитаемую планету, выкинем за борт этого мелкого проглота! Никаких запасов не хватит, чтобы прокормить это вечно голодное животное!

Я таки протёр глаза кулаками и взглянул на объеденную палку колбасы, а затем на Тикки, забившегося от страха под мою подушку. С одной стороны, я прекрасно понимал ящера, так как разгневанный цварг с алыми глазами мог напугать кого угодно. С другой — я уже неплохо знал Рэя, чтобы понимать, что он лишь поскандалит, выпустит пар, но на деле меня никогда не обидит. Следовало надеяться, что и Тикки, так как он стал моим питомцем.

— Рэй, ты только понюхай, как она пахнет, — скривился я от едрёного запаха. — Здесь же специй жуть сколько, наверняка несвежая. Тикки тебе только одолжение сделал, к тому же остался изрядный кусок…

— Вы только его послушайте! — сокрушался Рэй. — И давно ты гурманом заделался? Ещё недавно, помнится, ты питался стухшим тунцом на Захране, а теперь смеешь критиковать мою колбасу?! Да попадись мне твой ящер за процессом поедания моих продуктов на глаза, я ему хвост оторву! И не говори потом, что я не предупреждал!

— Мальчики, если вы там ещё не устали ссориться, знайте: мы подлетаем! — донёсся до нас звонкий голос Даяны из-за тонкой перегородки.

Рэй бросил колбасу на стол и тут же исчез за дверью. Я переглянулся с выползшим из-под подушки Тикки. «Он что, правда может оторвать мне хвост?» — спрашивали меня круглые от испуга глаза ящера.

— Не знаю, — пожал я плечами. — Но давай ты впредь не будешь трогать еду Рэя?

Ящер тихонечко вздохнул, всем своим видом показывая, что колбаса съелась сама собой, а он тут вообще ни при чём.

Когда я, позёвывая с риском вывихнуть челюсть, вышел в рубку, то увидел, что мы медленно приближаемся к бугристой буро-оранжевой планете, подтормаживая ионным двигателем. Уже издалека мне стало понятно, что на этой планете жаркий засушливый климат и практически нет воды. Голубых океанов или морей на М-14 не было совсем, лишь кое-где между горными хребтами раскинулись небольшие серые озера, которые из окна иллюминатора «Воробья-19» смотрелись скорее грязными лужицами неопределённого цвета. Маловероятно, чтобы на такой планете кто-то постоянно проживал, возможно, временная колония-другая, но не более. Тем более маловероятно, чтобы здесь можно было приобрести новый корабль. А если мне не изменяла память, Рэй в первую очередь намеревался приобрести судно побольше.

— Рэй, напомни мне, — протянула Даяна, разглядывая планету через окно иллюминатора, — а разве на М-14 есть что-то помимо гоночных трасс?

— Ты всё правильно помнишь. Только горы, кислотные озёра и трассы, — оскалился цварг, обнажив белоснежные клыки.

— Ты решил поучаствовать в тотализаторе, чтобы подзаработать денег нам на новый корабль? — высказал я своё предположение, смутно ощущая тревогу.

— Ну, можно и так сказать, — уклончиво отозвался цварг.

— Класс! Так и знала, что офицеры космофлота нет-нет, да и пользуются инсайдерской информацией! Иначе откуда у каждого второго служащего по собственному кораблю? — довольно потёрла руки Даяна. — Уже предвкушаю лица организаторов тотализатора, когда мы сделаем ставки на какую-нибудь тёмную лошадку и сорвём жирный куш! — и она уверенно направила нашего «Воробья» на единственную станцию на геостационарной орбите планеты.

— Даяна, что ты делаешь? — забеспокоился я.

— Как что? На М-14 высаживаются лишь участники аэрогонок, а я направляю наш корабль на станцию, на которой ведётся трансляция, на ней же принимаются ставки и выплачиваются кредиты. Рэй, я шлю запрос на посадку? Что мне сказать? Ив, перехвати, пожалуйста, управление. Лететь в космосе на автопилоте — это одно, а вручную пришвартовываться к станции — другое.

Я молча сел на место Даяны, а она расположилась рядом у передатчика.

— Скажи, что ещё один пилот просит разрешение на участие в ближайшем заезде, — тем временем ответил цварг.

— Что?! — спросили мы хором с Даяной и переглянулись.

Я не дёрнул штурвалом лишь потому, что ещё не успел за него взяться. Даяна после слов напарника выглядела озадаченной, а я же очень надеялся, что на моём лице не был написан откровенный ужас.

— Рэй, какие аэрогонки? Я никогда не участвовал в аэрогонках! Да я второй раз в жизни сижу за настоящим штурвалом космического корабля! — попытался я достучаться до Рэя.

— Расслабься, пацан! Там у всех маломощные корыта на магнитных подушках, ты всех сделаешь одной левой. Вспомни, сколько ты тренировался на симуляторе Шантара. Да один твой прорыв через захламлённую космическим мусором орбиту Захрана чего стоит! Помнишь, как ты ловко подстрелил ту тарелку? У тебя отличная скорость реакции, а это главное, что требуется от пилота. К тому же, когда я был на М-14 последний раз, там выступали одни новички.

— А если я всё-таки не приду первым? — речь цварга меня слегка успокоила, но я всё равно продолжал волноваться.

— А если придёшь не первым, то у нас есть Даяна. Она подключится к главному компьютеру и поменяет время твоего старта так, чтобы всё выглядело, будто бы ты сделал круг быстрее остальных. Не парься, мы ничем не рискуем.

Именно в этот момент динамики шаттла ожили, и мужской голос произнёс:

— Говорит станция М-14. «Воробей-19», запрос на стыковку получен. Сообщите, пожалуйста, сколько членов экипажа на борту? Вы собираетесь сделать ставку и быть зрителем или же предлагаете своего участника?

Я молча посмотрел на растерянную Даяниру, затем перевёл взгляд на Рэя. Он лишь слегка кивнул. Даяна хмуро покачала головой, но нажала на кнопку передачи речи и произнесла в микрофон:

— Станция М-14, говорит «Воробей-19». На борту трое гуманоидов. Предлагаем своего пилота на ближайший заезд. Есть места?

Она отпустила кнопку, и мы все трое напряжённо замерли. В динамиках раздалось ненавязчивое шуршание, которое нервировало меня больше, чем тишина. Тикки вскарабкался по моему рукаву на плечо и вместе со всеми уставился на динамик.

— Отлично! У нас как раз не хватает одного участника! — отозвался мужской голос по ту сторону. — Ближайший заезд через три астрономических часа. Разрешаю стыковку. Назовите, пожалуйста, позывной пилота и пришлите номер его лицензии на вождение.

Даяна вопросительно посмотрела на меня, я развёл руками:

— У меня нет водительской лицензии.

— Не беда, — тут же отозвался Рэй. — Это всего лишь формальность, чтобы убедиться, что ты совершеннолетний. Им подойдёт и номер твоих захранских документов.

— Рэй, но у меня нет документов… — я вжал голову в плечи, ожидая бурю эмоций, так как до сих пор я как-то не упоминал цваргу об этом моменте.

Реакция не заставила себя долго ждать.

— Как нет документов?! — возмутился цварг. — Какого шварха я узнаю об этом лишь сейчас? Почему ты не сказал мне раньше? Шварх! Ивар, ты сдурел путешествовать по открытому космосу без документов? А если нас остановит Межгалактическая Полиция, как я им объяснять буду, кто ты такой?!

Рэй очень редко называл меня по имени, и когда он так делал, я понимал, что дело действительно серьёзное. Чаще всего цварг снисходительно обращался ко мне — «пацан», иногда мог сказать «сладенький», в случае, если я на что-то слишком эмоционально реагировал, но по имени он меня не называл практически никогда.

— Рэй, но я не виноват…

— Неужели так сложно было, когда мы собирались с Захрана, захватить с собой документы?! Ты понимаешь, что если ты несовершеннолетний, то меня могут сослать на какой-нибудь астероид без инфосети до конца жизни, заявив, что я тебя похитил?! Тебе вообще есть восемнадцать или сколько там надо по Вашим дурацким захранским законам?

— Не знаю…

— Как можно не знать, сколько тебе лет? — вмешалась Даяна.

— Воробей, как слышно? Почему молчите? Сообщите позывной пилота и его водительской лицензии!

— Как можно быть настолько безалаберным, чтобы оставить свои документы на планете с синдромом Кесслера?! Я же ведь по-человечески дал тебе время собраться!

— Воробей, меня слышно?

— Я был о тебе лучшего мнения, пацан!

— Ты не знаешь даже сколько примерно тебе лет?

От воцарившегося гомона голосов я схватился за голову, не зная, на чьи вопросы отвечать. Несправедливые упрёки Рэя смешивались с неподдельным удивлением Даяны, а на фоне до нас пытался докричаться связной станции М-14. Даже Тикки от волнения стал шумно перетаптываться по моему плечу, ничуть не добавляя мне спокойствия.

— А вот так! — закричал я неожиданно, перекрывая всех разом. — Я рано сбежал из дома, потому что отец постоянно пил и бил меня! Да, я не знаю, сколько мне лет! О документах, когда сбегал, не думал, потому что было не до этого. Я даже понятия не имею, когда у меня день рождения!

В глазах вдруг резко защипало. Шварх! Рэй вынудил признаться меня. О причинах побега из дома я не рассказывал даже своему бывшему наставнику. Признаваться, что собственный отец тебя избивает, а ты настолько слабый и хилый, что не можешь дать отпор даже пьяному человеку, мне до сих пор было невообразимо стыдно. Я всегда комплексовал по поводу своей внешности и отсутствию мускулатуры в должном объеме. Мне всегда казалось, что если я стану космическим пиратом, то это меня начнут бояться другие люди, а не я их. Отчасти именно поэтому я мечтал о том дне, когда стану уважаемым разбойником.

— Ну-ну, пацан, не разводи сырость, — вмиг смягчился Рэй и похлопал меня по плечу. — Документы, в сущности, такая ерунда! Мы что-нибудь обязательно придумаем. Ну, а то, что у тебя опыта мало в управлении кораблями и есть пробелы в знаниях — я это устраню. Даю слово! Ты станешь лучшим пилотом в космосе! Да космофлот ещё локти себе грызть будет, что не они приехали и не вытащили тебя с Захрана лично!

— Правда? — я почувствовал, как слёзы текут у меня по щекам.

— Шварх! Конечно, правда, пацан! Я вообще-то слово дал, а мы, цварги, своих слов не нарушаем! — оскорбился Рэй.

Даяна молча обняла меня со спины и крепко прижала к себе. Её сладкий ежевичный аромат мгновенно укутал и успокоил. Я был искренне благодарен ей за то, что она не попыталась меня развернуть, и не видела моего зарёванного лица. Мне было откровенно стыдно за свою минутную слабость.

— «Воробей-19» как слышно?! Приём! — истошно заорали в динамик.

— Что будем делать? — тихо спросила Даяна.

— Делать будем то, что умеем лучше всего — импровизировать, — бодро заявил Рэй и нажал на кнопку связи. — Станция М-14, вас слышно! Прошу прощения, были помехи в связи. На борту три гуманоида. Видите ли, в качестве пилота от нас будет выступать захухря, а как Вы знаете, планета Захран не так давно вошла в Федерацию Объединённых Миров. Его документы, к сожалению, в данный момент находятся в космофлоте на переоформлении, но уверяю Вас, у нас очень опытный пилот с большим стажем…

— Захухря? — перебил голос из динамика. — Так это же планета с синдромом Кесслера…

— Вот-вот! Представляете, насколько хорош наш пилот?!

— Гм-м-м… Это, конечно же, впечатляет, но мы не можем допустить к гонкам пилота без лицензии и документов, Вы же понимаете, что это противоречит всем правилам организации соревнований. Мы делаем всё согласно букве закона…

— Как, Вы-таки не слышали о виртуозном пилотировании Ивара с Захрана?! — невежливо перебил Рэй. — Да как Ваши соревнования вообще могут называться честными, если Вы по липовым причинам не допускаете пилота, который вырвался из сектора заражённых бешенством горилломов на Альфе Центавра? Да он единственный, кто справился с управлением, когда более сотни других пилотов оказались бессильны!

— Ивар, справившийся с управлением на Альфе Центавра, говорите? — неуверенно произнёс голос.

— Да, посмотрите инфосеть! О его невероятном таланте знает вся Тортуга! Право, я сомневаюсь, что нам вообще стоит рассматривать М-14 как потенциальные аэрогонки, на которых не стыдно будет выступить. Если уж Вы ничего не знаете о таких пилотах, как Ивар с Захрана…

Я отчаянно дёргал Рэя за рукав его пальто, но он совершенно не обращал на меня внимания. Какой, к шварху, виртуозный пилот?! Да меня раскусят ещё раньше, чем я пристегнусь в кресле управления! Кибергонки на виртуальном экране — вот то, к чему я привык, а никак не настоящий кросс на планете с неизвестной мне силой притяжения и нехилым таким риском потерять корабль! Зачем он меня так нахваливает?!

— Простите, а Вы кто? С самим Иваром я могу побеседовать?

— Я личный секретарь Ивара. Поймите, с моим нанимателем последнее время хотят поговорить все кому не лень, бесплатно выцыганить очередное интервью, после чего продать его в местный цифровой журнал и заработать на этом целое состояние. Именно по этим причинам Вам придётся разговаривать со мной, а не с Иваром, — высокомерно заявил Рэй, коварно подкинув голосу по ту сторону динамика идею о том, что моё участие может принести популярность М-14 и повысить ставки.

— Гм-м-м, что ж, ради такого аса, как Ивар с Захрана, мы, пожалуй, сделаем исключение. Можете не переживать на счёт номера лицензии, я внесу пометку, что документы на переоформлении. Швартовку разрешаю. Ваш стыковочный шлюз номер шестнадцать.

Рэй отпустил кнопку связи со станцией М-14.

— Ну, как я его? Я же говорил, что что-нибудь придумаю, — он довольно потрепал меня по плечу. — Давай, пацан, теперь твой ход! Надо пришвартоваться так, чтобы не разнести им пол-отсека, а то неудобно получится. Справишься?

— Справлюсь, — проворчал я.

На симуляторе Шантара я научился производить стыковки весьма ловко, но при этом всё это было визуальной 3D-игрой, в которой цена неудачи — проигрыш и откат до предыдущей точки сохранения. Здесь же цена неудачи была гораздо, гораздо выше. Я потянул штурвал на себя, щёлкнул тумблерами, ещё чуть снизил скорость и прицелился на шлюз номер шестнадцать.

Глава 15. Хакер в действии

— Вот это ловко! Ух, с ветерком! — весело прокомментировала мою швартовку Даяна, когда её длинные малиновые волосы разметались по всему салону, а сама она устояла лишь потому, что успела юркнуть в соседнее кресло.

Я украдкой, чтобы никто не заметил, вытер пот со лба. Не хотелось бы, чтобы кто-то из нашей команды узнал о том, что я с перепугу спутал тумблеры и вместо того, чтобы втянуть закрылки и уменьшить площадь поперечного сечения шаттла, поменял угол работы двигателя относительно центральной оси корабля. В итоге «Воробей-19» эффектно, словно вращающийся штопор, целиком влетел в открытый шлюз номер шестнадцать.

— Это было впечатляюще, пацан, но давай в следующий раз ты будешь предупреждать о таких выкрутасах, — недовольно произнёс Рэй, явно заподозривший что-то неладное.

Его пару раз успело приложить о стены шаттла, но ни помятости на лоснящемся пальто, ни набухающих где-либо по телу синяков или ушибов я не заметил. Похоже, цварги замешаны из более крепкого теста, чем люди.

— Угу, предупрежу, — послушно ответил я, а про себя мысленно добавил «если действительно буду планировать что-то эдакое».

Я настолько разнервничался на тему своей посадки, что чуть не открыл дверь «Воробья-19», когда шлюз ещё не полностью наполнился пригодной для дыхания смесью.

— Эй-эй, полегче, симпатяшка! Я понимаю, что ты уже рвёшься на гонки, но я хотела бы ещё пожить, — пожурила меня Даяна.

— А-а-а-э-э-э, — глубокомысленно ответил я, резко отдёрнув руку от двери.

— Ну что, думаю, план всем понятен, но стоит его обговорить ещё раз, — вклинился Рэй. — Сейчас идём, регистрируем Ивара как участника, после чего он отчаливает на М-14 для участия в аэрогонках. Обычно трасса закольцована, надо проехать несколько кругов, все стартуют немного в разное время, чтобы не мешать друг другу и иметь возможность пройти опасные повороты в одиночку. Тот, кто показывает лучшее время — выигрывает. У тебя будет восемнадцать стандартных минут. За это время желательно хотя бы три-четыре круга всё-таки облететь, чтобы не было подозрительно. Даяна за это время влезет в главный компьютер, нарисует красивые числа и слепит из первых двух заездов тебе ещё парочку, чтобы выглядело всё так, будто ты успел больше всех кругов накатать. С тебя — аккуратно полетать и не разбиться. Нам как победителям дарят новый корабль. Задача ясна? Вопросы есть?

Я стоял, несколько опешив от такого инструктажа. Ну и ну…

— Да, Рэй, у меня есть всего один вопрос, — произнесла Даяна. — Когда ты, говоришь, посещал М-14 в последний раз?

Мы обернулись к девушке, которая рассматривала соседние корабли через иллюминатор. Шлюзы на станции М-14 были сделаны из прозрачного стеклопластика, а потому всех участников предстоящих аэрогонок можно было рассмотреть, не выходя из «Воробья». Одного беглого взгляда мне, как заядлому любителю космических кораблей, хватило, чтобы понять, что никакими «маломощными корытами на магнитных подушках» здесь и не пахнет. За толстым стеклопластиком находились сплошь яркие, спортивные флаеры, явно переоснащённые более мощными двигателями, и имеющие идеальную обтекаемую аэродинамическую форму.

— Да совсем недавно, лет тридцать или сорок назад. А что такое? — произнёс цварг.

Именно в этот момент дверь нашего корабля автоматически открылась, так как в шлюзе номер шестнадцать процент кислорода сравнялся с процентом внутри шаттла.

— Вау, это было феерично! — захлопало в ладоши голубое существо с несколькими парами щупалец вместо рук и абсолютно лысой головой. — Позвольте, — он перевёл взгляд на меня, — это Вы тот юный гений, кто так блистательно посадил эту железную птичку? Дайте, я пожму Вашу руку!

— Э-э-э… — отозвался я, не горя желанием соприкасаться со склизкими щупальцами этого осьминогогуманоида.

К счастью, Рэй преградил дорогу этому существу, не давай добраться до меня:

— Прошу не принимать как личное оскорбление, но мой наниматель не любит пожимать руки. Если он хотя бы кому-нибудь их пожмёт, то тут же набегут другие желающие лично засвидетельствовать ему своё почтение, потом начнут клянчить автографы, а этому уже не будет конца и края, — Рэй улыбнулся своей фирменной улыбкой, оскалив острые клыки.

Если осьминогогуманоид и обиделся, то виду не подал. Улыбка Рэя на всех без исключения действовала весьма внушительно.

— Да-да, конечно, я всё понимаю, — засуетился осьминогогуманоид. — Пройдёмте, зарегистрируем Вашего пилота. До старта осталось меньше двух астрономических часов! А ему ещё корабль менять. Или его сразу на М-14 доставят? Впрочем, это сейчас не так важно…

Существо направилось к выходу из шлюза, я тихо выдохнул.

— Ах, да, моя помощница была настолько неаккуратна, что опрокинула в полёте на себя еду, — протянул Рэй, будто вспомнив, — Вы не могли бы также показать по ходу дела, где здесь сантехнический узел?

— Это не проблема, пойдёмте с нами, — голубое существо кивнуло Даяне, которая замерла на пороге корабля, но девушка вместо того, чтобы отправиться с ним и Рэем, сделала шаг внутрь шаттла.

— Ой, простите, я такая неуклюжая, я ещё не только свою одежду заляпала, но и нашего пилота. Сейчас всё возьму и обязательно догоню Вас, — и она ослепительно улыбнулась.

Рэй как-то особенно долго посмотрел на неё, потом на меня и со словами «я скоро буду», отправился вслед за гуманоидом с щупальцами. Когда дверь шлюза за ними закрылась, Диана стремительно нагнулась за одной из своих сумок, лежащих под торпедой, и наспех стала доставать из неё диковинные инструменты.

— Не то, не то, это те зажимы, но слишком большие… — бормотала она про себя, вытряхивая на кресло множество тонких отверток, причудливых клемм и зажимов, разнообразных форм чипов и других вещей. Среди всего этого хаоса почему-то особенно сильно меня удивил молоток.

— Ты испачкала мою одежду? — уточнил я, почему-то не припоминая этого эпизода в полёте от Тортуги до М-14.

— Пф-ф-ф, нет, конечно! Рэй любезно обеспечил меня пропуском на выход из этого шлюза, а я воспользовалась отмазкой, чтобы не идти след в след за ними, так как мне будет в этом случае сложно смотаться.

— А зачем тебе сматываться?

— Ив, соберись! У нас же был план, в соответствии с которым я должна подключиться к их главному компьютеру. Не буду же я его взламывать прямо у них на глазах.

— А-а-а-а… — умно протянул я. — Понятно. А молоток тебе зачем?

— Иногда надо действовать тонко.

— Ась?!! — мне показалось, что я ослышался.

Даяна вдруг поперхнулась, и только спустя секунду я понял, что она смеётся.

— Ах, Ив, ты таким забавным иногда бываешь! Как, по-твоему, можно ещё вывести из строя материнскую плату за пару секунд?

Я заткнулся, осознавая, что ничего не понимаю в арсенале Даяны, но готов ей верить на слово. Ещё какое-то время мы молча сидели. Девушка с малиновыми локонами потрошила сумку с ожесточением серийного убийцы, настигшего свою жертву, а я наблюдал за её действиями.

— Нашла! — воскликнула она неожиданно. — А я-то думала, что потеряла его, когда взламывала базу ядерного оружия Тахона…

— Что?!

— Вот, держи, вставь себе его в ухо, — Даяна сунула мне под нос что-то миниатюрное телесного цвета.

Я поймал себя на мысли, что даже если бы она попросила вставить меня в ухо муорану или любую другую гадость, я не смог бы ей отказать. Одна улыбка этой девушки ударяла мне в голову похлеще шампанского.

— Раз, два, три… Сосисочная, как слышно?

— Отлично! Это же передатчик! — обрадовался я, наконец, поняв, что она мне дала.

— Ага. Всё, давай, стартуй и лети отсюда на М-14. У тебя осталось не так много времени, — к этому моменту девушка уже вооружилась до зубов всяческой инопланетной техникой. — Не бойся, я всё время буду на связи.

Я немного растерялся от скорости, с которой всё говорила и делала Даяна. Вот она общается со мной, шутит на счёт молотка, а её руки параллельно собирают крошечную микросхему и подключают к собственному наручному компьютеру, загружая какие-то данные. За время полёта я привык к общительной и заводной Даяне, а собранного профессионального хакера Даяну я ещё не знал.

— Слушай, я тут подумал, — мне в голову пришла запоздалая мысль. — Этот корабль обладает необычным программным обеспечением, которое позволяет ему натянуть в качестве проекционного щита любой образ из заранее заданной библиотеки. Ты не могла бы загрузить в него что-то современное, похожее на те флаеры… — я мотнул головой в сторону иллюминатора. — Согласись, будет подозрительно, если среди всех них выиграет гонки «Воробей-19». Даже этот тип с щупальцами думает, что я поменяю корабль.

— Да, конечно, отличная идея, Ив! А я всё голову ломала, что это за файлы с какой-то снегоуборочной техникой и слизнями кашито у вас на борту хранятся, но зная Рэя, я предпочла не спрашивать, — она засмеялась. — Ладно, вылетай на М-14. Пока ты будешь лететь, я загружу и натяну на шаттл новую проекцию, не беспокойся об этом. Что-то ещё?

Даяна остановилась в дверях «Воробья» с кожаной сумкой наперевес и ободряюще подмигнула мне. Я отвёл глаза. А что я мог сказать? Что у меня волосы на затылке встают дыбом, когда я думаю о том, что мне придётся в одиночку отправиться на аэрогонки? Девушка потрепала меня по растрёпанным волосам, отчего моё сердце совершило кульбит, и произнесла:

— Не дрейфь, Ив, всё будет хорошо! Ты же хотел стать пилотом, а это отличный шанс заявить о себе, — и исчезла за дверью раньше, чем я что-либо успел ответить.

Я вздохнул, включил стартер и сообщил диспетчеру, что планирую покинуть станцию. Было несколько странно вот так вот в одиночку куда-то лететь, пускай даже на планету, которая находится в получасе полёта от станции. За все эти дни я настолько привык к обществу инопланетян, что без задорного смеха Даяны и сварливых речей Рэя чувствовал себя в шаттле некомфортно. Тикки, каким-то чудом поняв моё настроение, лизнул раздвоенным языком меня в щёку.

— Ну, хотя бы ты меня не бросил, — улыбнулся я хамелеону, потрепав его по холке.

Чем ближе я подлетал к М-14, тем отчётливее становились видны коричнево-рыжие горы и вулканы, песчаные пустыни, местами окрашивающиеся в чёрный цвет, какие-то невнятные топи с приземистыми широколистными растениями, крупные трещины в земле, кольца кратеров и тонкий серпантин, пролегающий через всё это великолепие. Время в запасе ещё оставалось, а потому я решил покружить над трассой для аэрогонок, присмотревшись к ней внимательно. Дорог было очень много, причём как закатанных свеженьким жидким асфальтом, так и разбитых с расплавленными по центру колеями из-за горячих двигателей флаеров. К сожалению, какие будут использоваться именно в этом заезде, я так и не понял.

— Симпатяга, у меня есть для тебя хорошая новость! — раздалось у меня в ухе неожиданно. — Я загрузила супер-мега-ультрамодный образ спортивного флаера в базу «Воробья-19», и твои соперники просто удавятся от зависти, увидев, на чём ты прилетел!

Я обрадовался голосу Даяниры так, будто видел её ни час назад, а как минимум целую неделю.

— Даяна! Ты здесь?! В смысле там! А почему так долго молчала?

— Хей, полегче, симпатяшка, не ори мне в ухо так громко, а то меня быстро вычислят. Я пока занимаюсь подключением к головному компьютеру станции. Ты сам как? Готов стать самым известным пилотом галактики?

Я не ответил на этот вопрос, так как и сам не знал на него ответа.

— Даяна, слушай, а почему Рэй не дал этому осьминогогуманоиду с щупальцами пожать мне руку? Мне, конечно, и самому не хотелось этого делать, но Рэй никогда не страдал повышенной чуткостью и внимательностью к моим желаниям.

— Этому сомнительному октопотроиду-то? Так он опасался за то, что тот узнает о тебе слишком много информации. Несмотря на свою внешнюю безобидность, в отличие от шерлоков, это раса весьма хитра и обладает кое-какими способностями, которые они предпочитают держать в секрете.

— В смысле?

— Присоски на щупальцах умеют измерять электропроводимость объекта, если дотронуться ими до оголённого участка тела. Проще всего это сделать через рукопожатие.

— Э-м-м… И что же можно узнать через электропроводимость объекта?

— Ну, знаешь, пару лет назад очень популярны были в галактике Андромеды умные весы, которые, пуская крошечные токи по телу, могли сказать процент жира и мышечной массы гуманоида.

— Рэй не дал октопотроиду узнать мой вес?!

— Ив, каким же ты бываешь иногда наивным, — в наушнике прозвучал заливистый смех Даяны. — Нет, конечно же, никого не интересует твой вес. Но через электропроводимость живого существа можно так же узнать, есть у него наноорганический симбионт, кибернетический имплант или внедрённый чип…

— Но у меня нет ничего из этого перечисленного!

— А самое главное, — подчеркнула Даяна, совершенно не обидевшись на то, что я её беспардонно перебил, — по сумме различных показателей тела и факта отсутствия имплантов можно определить биологический возраст существа.

— О-о-о-о… — протянул я, наконец, поняв, к чему клонила собеседница.

Если мне нет восемнадцати, то наш обман моментально вскрылся бы, и меня не допустили бы до аэрогонок, с позором выгнав со станции М-14. А ведь при этом Рэй, офицер космического флота, назвался моим секретарём. Он вполне мог потерять свою работу!

— Даяна?

— Да, дорогой?

— А откуда Рэй узнал о способностях октопотроидов?

— Ив, ты что? Рэй же цварг! Он скорее всего почувствовал нервозное состояние того индивидуума, когда он хитростью захотел просканировать тебя.

— А ты?

— А что я?

— Откуда ты знаешь?

— Ой, — Даяна залилась смехом, — Ивчик, тебе разве не говорили, что некоторые вопросы задавать девушкам просто неприлично?

Почему-то после этой фразы я густо покраснел. В голову тут же хлынула масса вопросов о Даяне, ответы на которые я хотел бы узнать, вот только вряд ли я когда-либо наберусь храбрости спросить её об этом.

— Даяна?

— Да, дорогой?

— А насколько будет нетактичным спросить тебя, какой ты расы?

По ту сторону моя собеседница хранила молчание, и я уже вообразил себе, что невероятно сильно обидел девушку. Готовый к извинениям, я совершенно был сбит с толку вопросом:

— Прости, отвлеклась на подбор пароля к административной учётной записи. Что ты спросил?

— Я поинтересовался, какой ты расы.

— Ах, это… мой отец был цваргом. А вот мать — понятия не имею, я её никогда не видела, но судя по моему геному, она с Эльтона.

Эльтон… хм, знакомое название, где же я его уже слышал? Кажется, Рэй что-то упоминал про академию для ККФОМ-цев на Эльтоне. А, ладно, скоро мой заезд, будет глупо опоздать из-за того, что слишком долго с воздуха рассматривал трассу. Я плавно потянул штурвал и направил свой шаттл к группе из пары десятка скопившихся флаеров. Непринуждённый разговор с Даяной меня отвлёк от панических мыслей и принёс если не уверенность в победе, то толику спокойствия. Октопотроид, а теперь благодаря Даяне я знал, как называется представитель расы с лысой головой и многочисленными щупальцами, махнул флагом, разрешая посадку. Я хмыкнул, отметив про себя отсутствие даже примитивнейшего устройства для подачи сигналов кораблям с земли. Сэкономили эти октопотроиды на организации гонок явно по максимуму. Именно в тот момент, когда я моргнул дальними фарами и дал понять, что посадку начинаю, в динамике прозвучал слишком серьёзный голос Даяны:

— Ив, я только что взломала головной компьютер октопотроидов, тебе нельзя участвовать в аэрогонках!

— Но почему? Что случилось?

Я продолжал снижаться, так как всё ещё не понимал, зачем отменять участие. План, придуманный Рэем, был действительно хорош.

— Сейчас… тут Рэй пришёл, даю ему ухо.

Несколько секунд шуршания, а затем громогласный рык цварга:

— Пацан, разворачивай шаттл, уходи оттуда, быстро!

Глава 16. Аэрогонки

— Рэй, но я ничего не понимаю!

— Долго объяснять, пацан, вали оттуда, забирай нас и сматываем удочки!

— Ну, уж нет, — что-то внутри меня вдруг взбунтовалось. Мне надоело, что цварг постоянно понукает меня, решает, что я должен делать и где быть, а я в ответ обязан его беспрекословно слушаться. Тем более, дважды обидно было оттого, что Рэй позволяет себе такое обращение со мной в присутствии Даяны. — Будь добр, объясни мне, иначе я отсюда с места не сдвинусь.

В этот момент октопотроид, подававший сигналы, вышел в центр площадки перед всеми флаерами и начал что-то объяснять, смешно размахивая своими многочисленными щупальцами. Я не вслушивался в его речь, так как был занят разговором с Рэем.

— Я передумал. Решил, что эти аэрогонки опасны для тебя. Судя по данным октопотроидов, на последних заездах всегда кто-то погибал.

— П-ф-ф-ф, — фыркнул я. — Я с самого начала прекрасно понимал, на что мы идём. Не верю, что на тот момент, когда ты посещал М-14 в последний раз, никто из участников ни разу не погибал.

— Пацан, ты не понимаешь! У них на планете нет даже медицинского пункта! Если с тобой хоть что-то случится, заденет другой флаер или ещё какая ерунда, это может обернуться фатальным исходом! Никто тебя не вытащит оттуда!

— И об этом ты тоже знал на тот момент, когда предлагал мне поучаствовать в аэрогонках на М-14, — уверенно возразил я. — Рэй, я хочу узнать настоящую причину. Почему ты хочешь, чтобы я снялся с гонок.

Краем глаза я заметил, как октопотроид показывает длинными склизкими щупальцами сразу на несколько дорог, ведущих от платформы, но гораздо важнее мне было услышать ответ Рэя. В наушнике послышался тяжёлый вздох.

— Пацан, а ты становишься умнее день ото дня.

— Рэй, не меняй тему. Почему ты не хочешь, чтобы я участвовал?

— Они поменяли условия аэрогонок. Больше это не закольцованная трасса. Победителем станет тот, кто первым доберётся до финиша, причём пользоваться можно будет любой из дорог. Единственное ограничение — не отрываться от земли больше, чем на пятнадцать метров.

Слова Рэя доходили до меня несколько секунд, прежде чем я сообразил, что он пытался до меня донести. А пытался он до меня донести следующее: Даяна не сможет отредактировать видеоматериалы и сделать вид, будто я совершил самый быстрый круг. Я бы мог ещё хоть как-то посоревноваться с флаерами, имей возможность подняться высоко в воздух и придать воробью ускорение ионным двигателем, но и тут октопотроиды тоже наложили свои ограничения.

Организатор аэрогонок прекратил махать своими щупальцами.

— Ив, послушай, — передатчик вернулся к Диане. — Я наложила на твой корабль проекцию спортивного флаера, но от этого он не стал манёвреннее, и не приобрёл элементарную защитную сетку. Речь идёт не о том, насколько ты классный пилот. Посмотри вокруг, все остальные участники приехали на настоящих спортивных флаерах. Мелкие камни и песок из-под них разобьют лобовой стеклопластик, как только вы выедете на дорогу без жидкого асфальтового покрытия. Участвуя в этих аэрогонках, ты рискуешь не только кораблём и репутацией, которую так тщательно тебе создавал Рэй, ты рискуешь собой.

Я посмотрел в боковые иллюминаторы шаттла и признал, что Даяна была права абсолютно во всём. И в том, что у соперников техника гораздо лучше, и в том, что «Воробей» не выдержит, если в него посыплются камни и песок на большой скорости. Но в душе вдруг стало невероятно серо и тоскливо. Неужели Рэй и Даяна не верят в меня настолько, что заранее готовы снять меня как участника? Неужели их слова о том, что я стану самым известным пилотом в галактике, были всего лишь дружеским подбадриванием, а на деле они так не считают? Получается, они изначально думали, что я могу показать хорошие результаты лишь посредством жульничества?

— У тебя есть ещё десять секунд до старта, чтобы отказаться от аэрогонок. Ив, вылетай с платформы, а я сымитирую неполадку в проекции «Воробья». Всё будет выглядеть, как…

Я не стал дослушивать Даяну, жёстко перебив её:

— Даяна, Рэй, я благодарен вам за заботу и рад, что вы сказали мне правду. Но я уже принял решение участвовать в аэрогонках и его не изменю. Увидимся на станции.

И дальше, ничего не слушая, я сосредоточился на том, что происходило на платформе М-14. А происходило здесь многое. Октопотроид, до сего момента размахивающий флагом, положил его на землю и пронзительно свистнул. Флаеры, в толпе которых я стоял, оглушительно взревели двигателями и рванули с места. Уже на самом старте при съезде с платформы двое из них не поделили одну из закатанных свежими полимерами дорогу и столкнулись друг с другом, образуя затор. Раздался режущий слух звук мнущегося металла, повалил густой серый дым, частично закрывающий обзор. Благо флаеры ещё не успели набрать скорость, и было понятно, что пилоты остались целы. Остальные участники сориентировались быстро: кто-то молниеносно поменял решение и стремительно понёсся по соседним трассам, кто-то снизил скорость и облетел груду металла, теряя на этом драгоценное время.

Из-за того, что Рэй и Даяна отвлекли меня разговором, я пребывал несколько секунд в дезориентации, и тронулся с места одним из последних, когда большинство уже покинуло платформу. Дорогу выбрал машинально ту, что не была покрыта полимерами или жидким асфальтом, но и не оказалась полностью разбитой.

— Почему ты выбрал эту козью тропу, а не нормальную трассу?! — незамедлительно раздался у меня в ухе сварливый голос Рэя.

Очевидно, наши аэрогонки уже транслировали на станцию М-14.

— Потому, что там больше всего участников, и они будут сталкиваться, как это сделали вот эти двое! Хороших трасс всего три, а флаеров два с лишним десятка, если ты не заметил, — рявкнул я.

К моему удивлению, Рэй замолчал и больше меня ни о чём не спрашивал. Я же торопливо пытался вспомнить, как выглядела с воздуха та дорога, которую я выбрал, и какие препятствия могут быть на её пути. На бортовой компьютер Даяна мне уже заботливо скинула крупномасштабную топографическую 3D-карту планеты с отметкой финиша, но, к сожалению, на ней не было информации по качеству дорожного полотна.

Трасса передо мной оказалась свободной и относительно прямой, я обрадовался, что могу разогнаться, не отвлекаясь на лавирование между флаерами и тонкое пилотирование, чтобы вписаться в очередной резкий поворот. Мой воробей набрал высоту в десять метров над уровнем земли, таким образом, мелкие камни и песок практически не царапали борт корабля, но в то же время ограничение касательно пятнадцати метров над уровнем трассы соблюдалось.

Я слишком отвлёкся на изучение карты местности, поглядывая на дорогу одним глазом, а потому, когда Тикки со всей мощи своих ящерных челюстей укусил меня за палец, выводя из состояния транса, это стало для меня полной неожиданностью.

— Ай, Тикки, ты что, сдурел?! — заорал я на леграсса, но тот в ответ лишь махнул хвостом на две пока ещё крошечных точки вдалеке.

Мы стремительно нагоняли два гоночных флаера, один ярко-алый с четырьмя выхлопными соплами, а второй насыщенного горчичного цвета с тюнингованной откидной крышей. Похоже, оба пилота так же, как и я, посчитали, что на этой трассе у них больше шансов на победу, в итоге, всю дорогу они старательно «бодались» друг с другом. Но не это было самое страшное. Самым страшным было то, что, судя по скинутой мне Даяной карте, мы приближались к горе, а дорога проходила прямо насквозь неё. То есть всех нас троих ожидал туннель.

— Даяна? — мой голос прозвучал несколько напряжённее, чем мне бы хотелось.

— Да, дорогой? — моментально отозвалась девушка, как будто только и ждала, когда я её позову.

— Скажи мне, пожалуйста, высоту туннеля, к которому мы приближаемся.

— Секунду.

Я подлетал вплотную к двум флаерам, занявшим собой всю дорогу. Они летели по отношению друг к другу на опасно близком расстоянии, постоянно совершая обманные манёвры и пытаясь вытолкнуть друг друга с трассы. Пока что ни один из них ещё не успел заметить меня. Я искренне восхитился мастерством пилотов, потому что не представлял, как чутко и быстро надо реагировать, чтобы флаер не накрыло потоками турбулентности соседа.

— Туннель в самом узком месте составляет двадцать два метра в высоту, — отрапортовала Даяна в мой наушник.

Фух, двадцать два метра в высоту, это отлично! Я смогу пролететь над ними, пока они будут делить дорогу и даже сверху ещё запас пространства останется.

— Ты пролезаешь по высоте над флаерами, если они продолжают лететь так же, но есть небольшая проблема, — вернула меня с небес на землю Даяна.

— Какая? — судя по карте, после ближайшего поворота я уже влечу в туннель.

Решать, что делать, надо было как можно быстрее.

— Туннель сужается по ширине до одного флаера. Эти двое встанут один над другим, чтобы не потерять преимущество.

— А если я встану сверху третьим?

— Даже не думай! Если ты попробуешь протиснуться сверху третьим, то нарушишь правила аэрогонок, и автоматически выбудешь из соревнований. Я даже не говорю о том, что это просто крайне опасно.

— Ну, это мы ещё посмотрим, — пробормотал я себе под нос.

— Ив, мы не будем видеть тебя, когда ты будешь в туннеле… — начала Даяна, но её перебил Рэй.

— Пацан, пожалуйста, только не делай глупостей. Сейчас по расчётному времени ты придёшь в финал где-то четырнадцатым, это очень даже хорошее место. Не призовое, но всё равно, хорошее.

Въезд в туннель показался из-за поворота. Как и предсказывала хакерша, дорога сузилась до ширины одного флаера ещё до въезда в буро-коричневую гору. Ярко-алый и горчичный флаеры несколько томительных секунд соперничали за место на дороге, и за какое-то мгновение до неминуемого столкновения с неизвестной мне породой, жёлтый флаер уступил место красному и ушёл на «второй этаж». Почему я считаю, что он уступил? Да потому, что на месте красного флаера я незамедлительно воспользовался бы ситуацией и стал бы теснить соперника вверх до тех пор, пока тот не нарушит границы, оговоренные октопотроидами.

Не раздумывая, я влетел в туннель за флаерами. Резко потемнело, и, прежде чем я сообразил и успел что-то сделать, сработала автоматика «Воробья-19»: разом вспыхнули все фары, а заодно и прожекторы дальнего света с противотуманками для полётов в астероидной пыли. Ослеплённые пилоты передо мной на несколько мгновений потеряли управление, синхронно шарахнувшись в стороны, но, к счастью, не зацепили стен туннеля.

— Шварх!

Световые фары у боевых шаттлов в разы мощнее любого гражданского транспорта, как же я мог об этом не подумать?! Даже мой старенький «Воробей» слепит их настолько, что они ничего не видят.

Секунды растянулись в целую вечность, благо именно на этом отрезке туннель оказался прямым, но ещё совсем чуть-чуть и будет поворот — аварии не избежать. Я нажал на тумблер выключения прожекторов, но как назло, он заел.

— Полный шварх!

Из-за моего яркого света мешал флаерам впереди меня настолько, что они стали резко тормозить, но остановиться полностью до поворота точно не успеют. Руки слушались меня быстрее, чем я успевал обдумывать свои действия. Я набрал команду смены угла наклона двигателя, прибавил скорости и резко перевернул корабль вверх тормашками, протискиваясь по потолку туннеля над двумя ослеплёнными пилотами.

Тикки возмущённо заверещал, вцепившись всеми лапками в мою рубашку. Ну да, если в космосе в отсутствии гравитации автоматика корабля справлялась создавать необходимое поле притяжения, то нивелировать притяжение планеты ей было не под силу. Если бы Тикки не успел за меня схватиться, то уже пребольно шмякнулся бы на полоток «Воробья».

— Прости, Тикки, придётся ещё немного потерпеть, — сказал я леграссу и вновь крутанул штурвал, возвращая двигатель в исходное положение.

Приземлиться прямо перед дезориентированными соперниками я успел за долю секунды до того, как туннель закончился. От возмущения они тут же стали мигать своими фарами, но куда там спортивным флаерам до боевого шаттла! Ослепить меня у них не было и шанса. Ко всему, они заметно сбросили скорость в туннеле, а я, наоборот, набрал её, и расстояние между нами стремительно увеличивалось.

— Пацан, какой смысл было участвовать в аэрогонках, если ты нарушаешь их правила? — однако в голосе Рэя вместо ожидаемого недовольства я услышал тревогу. — В прочем, не отвечай, просто поторопись. Даяна подключилась к центру надзора за планетой и сообщает, что в вашем районе наблюдается сейсмическая активность.

— Какой я по счёту? — я был опьянён своей дерзкой выходкой.

— Сложно сказать, трассы разные, разной длины… — протянул Рэй, но был перебит Даяной.

— Симпатяга, это было просто су-у-упер! Ты влетел третьим, а вылетел первым из туннеля, и главное — никаких фиксированных доказательств, что ты нарушил идиотские требования осьминогов! Я просто в восторге!

— Даяна! Какой я по счёту?

— Ась? А, это, сейчас… с четырнадцатого места ты перескочил на двенадцатое, но на второй трассе столкнулось сразу четыре флаера, а с шестой один не справился с управлением и увяз в болотных топях. Он только что выбрался, но…

— Даяна!

— Ты на седьмом месте, симпатяга!

И-х-у-у, седьмое место, в десятке лучших, не так уж и плохо! Я прибавил скорости, но песок и мелкие камни, поднимаемые потоками воздуха с дороги, слишком громко застучали о днище корабля, напоминая об отсутствии защитной сети. Пришлось снизить скорость обратно.

— Тикки, дай пять! — придерживая штурвал одной рукой, потянулся к леграссу.

Именно в этот момент нас с ящером тряхануло. К счастью, «Воробей» не сошёл с трассы.

— Что? Что это? — выравнивая корабль, я потерял несколько секунд, но быстро вернулся к дороге.

— Это сейсмическая активность, пацан, про которую я тебе сказал, — отозвался Рэй. — Вулкан просыпается, а твоя трасса проходит прямо через него. Посмотри на карту, скоро будет разветвление, если свернёшь направо, то сможешь облететь вулкан сбоку. Маршрут получится чуть длиннее, но существенно безопаснее, да и подозреваю, что качество полотна выше.

Я послушно растянул пальцами виртуальную карту как можно крупнее, и нашёл тот поворот, о котором говорил Рэй. В этой части маршрута все дороги плотно переплетались друг с другом, фактически сливаясь в две. Первая шла напрямик через вулкан, а вторая — в обход. Ещё одна мощная волна сотрясла землю.

— Я помогу тебе! — послышался голос Даяны. — Не снижай скорость, поворот на два часа направо через десять секунд. Девять, восемь, …

Я всматривался в карту и пытался понять, что же мне не нравится во втором варианте. Логически, Рэй был абсолютно прав. Лететь через туннель в просыпающемся вулкане — это чистой воды безумие, вот только у меня начинало нехорошо зудеть в носу, когда я думал о варианте, которым без сомнения, воспользуется большинство участников аэрогонок.

— Семь, шесть …

— Даяна, спасибо, но я полечу напрямик.

— Что?! Послушай… — и её речь оборвалась, а землю сотряс ещё один мощный толчок.

Пришлось ещё немного снизить скорость. Пока я примеривался к трассе, чтобы не выйти за её воздушные пределы, фалангу моего большого пальца вновь укусил ящер.

— Тикки, что там на этот раз стряслось? — в том, что леграсс гораздо умнее, чем о нём отзывался его бывший владелец, я уже давно убедился.

Хамелеон хвостом указал на боковой иллюминатор. Мы приближались к месту сплетения дорог, и, чего следовало ожидать, к нам стремительно неслись с боков сразу четыре гоночных флаера.

— О, кажется, сейчас на перекрёстке будет тесно…

Пришлось снизить скорость ещё сильнее. Я прекрасно понимал, что любой из этих флаеров гораздо манёвреннее меня, и соперничать с ними на полотне глупо. Они мигом вытолкнут меня с трассы, и в лучшем случае я останусь без корабля. Что ж, если я приду в пятёрке лучших, то это тоже хороший результат, лучше, чем ничего.

Притормозить, чтобы пропустить всю четвёрку перед собой, я успел как раз вовремя. Похоже, двое лидеров успели спеться и рассчитывали избавиться от соперников, а заодно и от меня, спихнув всех в туннель. Потасовка меня не задела, так как я пропустил флаеры вперёд, а один пилот всё-таки успел вернуться на дорогу в объезд вулкана. Пилоту на небесно-голубом спортивном флаере повезло гораздо меньше: мало того, что его вынудили сойти с более безопасной трассы, так ещё ему и хорошенько подмяли правый бок, нарушив аэродинамические свойства корабля. В туннель я влетел прямо в след за голубым флаером, и сразу же, чтобы не ослепить пилота, занял положение на потолке.

К этому моменту вся земля мелко дрожала, а потому скорость пришлось снизить ещё больше. Да, я хотел выиграть эти аэрогонки, но ещё сильнее я хотел, чтобы шаттл остался целым. Всё-таки «Воробей-19» не был оснащён даже простенькой защитной сеткой.

Из-за подмятого бока голубому флаеру тоже пришлось снизить скорость. Теперь мы шли с ним вровень — он низко-низко летел над полотном туннеля, а я вверх дном занял место «второго этажа» у самого потолка. Между нами было добрых три, а то и четыре свободных метра, и мне показалось странным, что пилот голубого флаера даже не пытается подняться выше. Какая бы у него ни была защитная сетка, на дороге может валяться всё что угодно, в том числе и обломки флаера с предыдущих заездов.

Словно отвечая моим мыслям, стены в туннеле мелко завибрировали, и впереди откуда-то с потолка отвалился мощный камень. Он упал прямо посередине дороги. Я мысленно порадовался, что лечу вдоль потолка и если на меня что-то и упадёт, то оно не успеет набрать скорость. Секунды шли, мы неслись на огромной скорости к упавшему валуну, а голубой флаер почему-то и не думал подниматься, чтобы облететь препятствие на своём пути. Он взял сильно правее, прижимаясь к стене, но мне с моего ракурса было видно, что флаер не пройдёт. А если он не пройдёт, то взрывной волной накроет и беззащитного «воробья».

— Мокрый шварх! Ему так сильно хочется распрощаться с жизнью, или он не знает своих габаритов?!

Я включил дальний свет, чтобы швархов булыжник было лучше видно, но небесно-голубой флаер упорно пристраивался, рассчитывая протиснуться между ним и правой стенкой туннеля. Даже если я сейчас включу дополнительный двигатель и каким-то чудом удержу управление, не факт, что от столкновения флаера соперника и булыжника на меня не осыплется потолок туннеля. Терции сменялись со скоростью света.

— Шварх! Тысяча астероидов ему на голову!

Понятно, что в рамках правил аэрогонок этого было делать нельзя, но спасение собственной шкуры мне показалась в этот момент более приоритетной задачей. За несколько мгновений до неминуемого столкновения соперника с внушительных размеров камнем я успел активировать единственный лазер на борту «воробья». Луч лазера, некогда позаимствованного у «Тигра», расплавил кусок горных пород перед голубым флаером за доли секунды.

Ни один спортивный флаер никогда не оснащается лазерами. Во-первых, это лишний груз, во-вторых, на любое оружие на борту корабля нужна специальная лицензия, ну и, в-третьих, кто в своём уме будет портить аэродинамические способности флаера установкой никому не нужного лазера? То, что я поставил крест на проекции Даяны, старательно наложенной на «Воробья», и выбыл из списка участников аэрогонок, мне было ясным как день. Если мой полёт в первом туннеле можно было бы хоть как-то оспорить, сославшись, например, на то, что какой-то из флаеров соперников отстал, а я прошёл «вторым этажом», а никак не «третьим», то наличие лазера на борту «Воробья» является прямым нарушением любых аэрогонок.

Когда я вылетел из туннеля, все мысли о том, стоит ли гнать к финишу или же просто сойти с трассы и вернуться на станцию, вылетели у меня из головы. Вулкан, через туннель которого мы летели, извергался! По его склону, наперерез оставшимся участникам заезда нёсся мощный пирокластический поток, стремительно набирая скорость. Лидирующие флаеры ускорились, но с моей точки было видно, что они не успевают. За жизнь пилотов я не волновался — на гоночном флаере в любой момент можно взлететь выше. Также увидел, что высокотемпературная смесь вулканических газов, пепла и обломков пород завалит дорогу к финишу раньше, чем участники успеют пролететь над ней. А в густом дыму скорость флаерам придётся сбросить чуть ли не до нуля, чтобы просто не врезаться друг в дружку, и тогда скоростные аэрогонки превратятся в черепашьи бега. Краем глаза отметил, как помятый голубой флаер, что летел подо мной в туннеле с подветренной стороны, неспешно приближался к конечной точке маршрута. Мысленно пожелал ему удачи и развернул «Воробья-19» к станции.

Глава 17. Форс-мажор

— А я считаю, что Ивар вошёл в тройку лучших пилотов!

— Ваш пилот нарушил правила аэрогонок ещё в самом начале, а потому никак не может занять призовое место! Он поднимался выше пятнадцати метров над трассой! Его дисквалифицировали раньше всех.

— Откуда такие данные? У Вас есть видеозаписи, где он нарушает правила?!

— Нет, но…

— У Вас даже нет видео или голозаписей, но Вы утверждаете, что мой пилот дисквалифицирован?!

— Ширина катосского туннеля подразумевает, что в него может пройти лишь один флаер, а второй — обогнать сверху. Но в туннель Иван влетел третьим, а вылетел первым! Нарушение участником оговоренных воздушных границ налицо!

— Тогда кто же, по Вашему мнению, занял второе и третье место?! Кто кроме финалиста ещё не дисквалифицирован за нарушение воздушных границ?! Признайте, наконец, что у Ивара с Захрана честно заработанное второе место! — мощный голос Рэя перекрывал сразу пятерых октопотроидов.

В центральном отсеке станции собралось множество различных существ, все что-то недовольно кричали, размахивали кулаками и хвостами, но громче всех возмущался Рэй. Его громогласный голос я услышал сразу, как только вышел из шлюза, где оставил порядком потрёпанного «Воробья-19». Даяну с её сочной гривой малиновых волос я увидел практически сразу, но вот подойти к ней оказалось не так-то просто. Все те гуманоиды, что не занимались выяснением отношений с организаторами аэрогонок, взяли Даяну в тесный полукруг, отчаянно перетягивая внимание красотки на себя. Сама девушка строила глазки одному, звонко смеялась над шутками второго, подмигивала третьему, а стреляла глазками и вовсе в четвёртого гуманоида. В моей душе шевельнулся червячок ревности, всё-таки до сих пор в присутствии меня и Рэя полуцварга ни разу не показывала заинтересованности в противоположенном поле, а тут сразу столько гуманоидов.

Не без труда, но я пробился к Даяне. Как только она увидела меня, то с воплями «Иварчик» бросилась ко мне на шею. Позади послышались разочарованные вздохи, а я со скрытым злорадством отметил, что всё-таки значу для девушки больше, чем все эти горе-поклонники.

— Что тут происходит? — спросил я её, как только она разомкнула на мне свои стальные объятия, и мои лёгкие заработали в полную силу.

Мы отошли в сторону.

— Да Рэй попросил меня отвлечь представителей пилотов, чтобы он смог поговорить с октопотроидами, но разразился скандал, а эти так вцепились в меня, что я уже не знала, как от них отделаться. Не знаю, Ив, что бы я без тебя делала!

Она захлопала своими пушистыми ресницами, а я неожиданно почувствовал себя рыцарем, спасшим принцессу сразу от стаи драконов.

— А с гонками что? Какие результаты? Почему Рэй спорит с октопотроидами?

— Как почему? — удивилась Даяна. — Он пытается отстоять твоё законное второе место. Если они признают, что ты долетел вторым, то тебе полагается утешительный приз. Это, конечно, не новый корабль, но деньги тоже весьма приличные.

— А-а-а… — протянул я, немного сбитый с толку.

— Да Ваш пилот даже до финиша не долетел! — донесся до нас голос разъярённого октопотроида. — Что Вы вообще хотите?!

— Кстати, а почему ты не захотел лететь дальше? — заинтересовалась Даяна.

Я пожал плечами.

— Да как-то желания не было. Пришлось лазер задействовать, тот пилот на голубом флаере это видел…

— А лазеры на спорткары не ставят, ты не проходишь по техническим требованиям, — закончила за меня Даяна, задумчиво закусив щёку.

— Да, собственно, именно поэтому, пока не начали чествовать победителя, предлагаю подобру-поздорову, как выражается Рэй, сматывать удочки.

Мы разом обернулись на нашего третьего члена команды, не считая Тикки, но он сцепился в настоящей баталии с октопотроидами. Его глаза алели, а хвост с острым шипом на конце метался из стороны в сторону, делая цварга ещё более угрожающим. Но каким бы страшным в эту минуту Рэй ни казался, октопотроиды с пеной, а точнее слизью у рта пытались отстоять своё. Назревал скандал.

— Насколько я знаю Рэя, с пустыми руками он не уйдёт, — протянула Даяна, глядя на спорщиков.

Страсти накалялись, я видел, что гуманоиды с щупальцами уже на грани бешенства и еле-еле сдерживаются, чтобы не перейти на прямые оскорбления, а так и до драки недалеко. Опять же с учётом комплекции и силы Рэя, я бы поставил скорее на него, чем на пятерых октопотроидов.

— А кто пришёл первым-то?

— А ты разве не знаешь? Это самое интересное! Шерлок Томас. Считается, что у шерлоков медленная реакция, а тут, представляешь, первое место! Никто вообще не ставил на его победу! Лидеры вытеснили его с основной трассы в туннель, туда же, куда полетел и ты, а в итоге именно основную трассу и накрыло пирокластическим потоком. Его флаер, конечно, оказался в весьма печальном состоянии, но к финишу он пришёл первым.

— Это он управлял голубым флаером?

— Ага! Шерлок занял первое место на аэрогонках! Да это тянет на самую громкую межгалактическую сенсацию! — усмехнулась Даяна.

— А что там Рэй кричал про остальных участников? Неужели кроме меня кого-то ещё дисквалифицировали?

— А, так из-за взрыва вулкана всем участникам, кроме тебя и Томаса, пришлось сойти с трассы, чтобы не завалило пеплом. В конце концов, некоторые даже вернулись в воздушный коридор, и формально долетели до финиша, но всё это… — она махнула рукой, показывая своё отношение к происходящему.

— Нет, если бы не Ваш дурацкий вулкан, то мой пилот пришёл бы вторым! А этот Ваш Ивар с Захрана вообще позорище! Летел на самом лучшим флаере, словно на ведре с гайками! Как такое недоразумение вообще пилотом назвали?! — взвизгнул какой-то малый с розовой кожей и витыми, словно у барана, рогами, перебивая Рэя.

Рэй развернулся к розовокожему, схватил его за грудки и резко поднял высоко в воздух. Неприятный тип взвизгнул ещё громче и заколотил своими копытцами по воздуху.

— А ну, ПОВТОРИ, что ты сказал?! — прогромыхал он на весь центральный отсек станции.

Стало безумно тихо, вмиг все смолкли и уставились на цварга и его оппонента. От напряжения толпы гуманоидов волосы у меня на загривке встали дыбом.

— О-о-о… — выдохнул я, осознавая, что сейчас начнётся драка, к которой непременно примкнут все присутствующие.

Чувство самосохранения вопило, что надо сматываться прямо сейчас, совесть же подсказывала, что неплохо хотя бы попытаться помочь Рэю.

Но именно в этот момент кто-то воскликнул:

— Смотрите! Победитель уже добрался до станции!

Все разом обернулись на двери, ведущие в центральный отсек станции М-14. По начищенному пластиковому полу засеменил, смешно переваливаясь, коротконогий шерлок в пёстром гоночном комбинезоне с множеством нашивок и новомодным шлемом в подмышке. Он был совершенно не похож на тех представителей своей расы, которых я видел на Тортуге. Волосы на его голове стояли торчком в разные стороны, таким образом слегка прикрывая вторую пару глаз на тонких стебельках, щёки и шея были гладко выбриты, да и в сравнении со своим сородичам, он был значительно худее в талии.

— Всем здрасьте! — лучезарно улыбаясь, заявил шерлок и остановился по центру помещения.

— О, мы рады Вас поздравить с победой, — отмер один из октопотроидов и бросился пожимать руку победителю своими длинными склизкими щупальцами.

Я брезгливо передёрнул плечами от этой картины, но шерлок совершенно не смутился, и с добродушной улыбкой пожал щупальца поочередно у пяти октопотроидов. При этом после каждого пожатия на его руках оставалось всё больше и больше слизи.

— Десять баллов ему за сохранение лица, — усмехнулась Даяна, будто прочитав мои мысли.

— Простите, а почему Вы называете меня победителем? — наконец, после всех поздравлений, спросил Томас.

Вновь воцарилась тишина. К этому моменту Рэй уже опустил розовощёкого представителя какого-то из пилотов и хмуро наблюдал за картиной чествования победителя аэрогонок.

— Как почему? Вы первым достигли линии финиша! — удивился октопотроид, первым пожавший руку шерлока.

— И единственный, кто вообще это сделал, не нарушив воздушных границ во всём заезде, — тихо добавил второй октопотроид.

— Ваш вулкан взорвался и, насколько мне известно, согласно пункту 3145 подпункту 8 правил аэрогонок при наступлении обстоятельств непреодолимой силы, вследствие которых более 70 % участников не могут достигнуть финиша, победителем считается тот пилот, чей флаер был ближе всего к полосе финиша. На момент выхода из туннеля флаер Ивара был ближе всех к финишу, поэтому ему и принадлежит первое место. У меня лишь второе.

Октопотроиды переглянулись с таким обескураженным видом, что даже мне стало понятным, что ни один из них не дочитывал правила до пункта 3145 подпункта 8. В зале послышались шепотки, октопотроиды бросились проверять свод правил, выводить на проекционный экран момент извержения и считать расстояние до флаеров, пересчитывать самих участников. Рэй вопросительно посмотрел на меня, а я ответил ему не менее растерянным взглядом.

— Не пойму, почему Томас заступается за меня, ведь я воспользовался бортовым лазером. У него есть все… — пробормотал Даяне на ухо, но она резко двинула мне локтем под рёбра.

— Молчи и улыбайся, Ив, на тебя все смотрят. Не дай бог здесь кто-то умеет читать по губам, — пояснила она свои действия.

К этому моменту октопотроиды наконец-таки нашли соответствующий пункт правил.

— Да, Вы абсолютно правы, Томас. Из катоссного туннеля действительно Ивар вылетел раньше Вас, однако, это ничего не меняет. Захухря был дисквалифицирован ещё раньше за нарушение воздушного пространства. Он поднялся в «третий этаж» в предыдущем туннеле, обгоняя двух других гонщиков.

Шерлок нашёл глазами меня, подмигнул, после чего выдал:

— А я настаиваю на том, что Ивару полагается первое место. Обратите внимание на поправку к правилам, которую Вы же внесли совсем недавно. «Флаер участника не должен отрываться от земли более чем на пятнадцать метров».

— Да, всё так, — важно закивал головой один из октопотроидов, — если бы мы написали, что «воздушный коридор составляет пятнадцать метров над землей», то это дало бы участникам возможность летать в туннелях на любой высоте, так как в туннели участники находятся под землёй, а не над ней.

В зале поднялся одобряющий гул голосов. Группа индивидуумов во главе с розовокожим гуманоидом с бараньими рогами закивала.

— Да, именно поэтому второе место принадлежит моему пилоту!

— А третье — моему!

— Минуточку, — поднял шерлок палец вверх. — Повторю поправку ещё раз: «флаер участника не должен отрываться от земли более чем на пятнадцать метров». На моих глазах Ивар перевернул свой корабль вверх тормашками и пронёсся, едва не чиркая дном по потолку туннеля. Согласитесь, как-то странно обвинять пилота в том, что он оторвался от земли больше чем, на пятнадцать метров, если при этом он чуть не разбился об эту самую землю.

Октопотроиды так и остались стоять с открытыми ртами. Идея о том, что флаер можно перевернуть вверх дном в их головы явно не приходила. Они растерянно переглядывались, словно ища поддержки друг у друга, но тут уже вступил в игру Рэй.

— Итак, господа, когда мы выяснили, что первое место принадлежит моему пилоту, прошу показать мне награду победителя. Обратите внимание, что я требую моральной компенсации за то, что моему нанимателю пришлось терпеть…

— Это возмутительно!

— Возмутительно то, что Вы не знаете собственных правил, и нам пришлось напомнить о них Вам.

— Вообще-то не Вы о них…

— Бросьте, бросьте, это неважно. Сейчас речь идет о награде для победителя.

Дальше я уже не стал вслушиваться в спор Рэя и октопотроидов. В зале раздались разочарованные вздохи, и народ мало-помалу начал расходиться.

— И нам пора, — шепнула Даяна, подхватив меня под локоть. — Так нервничала за тебя, что есть просто теперь дико хочется! Целого мамонта в одиночку бы съела!

Я думал, что мы пойдём в шлюз, где стоял наш «Воробей-19», и пообедаем остатками нашей провизии с Тортуги, но девушка удивила, приведя меня в местную столовую станции М-14. Там всё было организовано по принципу шватского стола: бери, сколько и чего хочешь, а оплачивай лишь общий вес еды на робокассе. Помимо морепродуктов, здесь располагались столы с выпечкой, супами и горячими блюдами. Умопомрачительные запахи витали в воздухе, а я вдруг осознал, что очень и очень голоден.

— Ну, приятного аппетита! — жизнерадостно заявила Даяна, беря в руки одноразовый контейнер для еды.

Тикки радостно завозился у меня на плече и разве что не подпрыгивал, предвкушая плотный обед.

— Э-м-м… — замялся я вдруг, остро осознав, что кредитов-то у меня нет совершенно.

— Ив, что такое? — обеспокоилась Даяна. — Ты что, не голоден?

— Да нет, голоден, ещё до аэрогонок последний раз перехватывал…

— Тебе еда не нравится? Опасаешься, что отравишься? Уверяю, хотя октопотроиды и вырабатывают мерзкую слизь, но в еде они знают толк!

— Да нет, не в этом дело…

— А в чём же? — полуцварга нахмурила свой очаровательный носик и упёрла руки в бока.

Тикки недовольно пискнул, ощутимо ударил меня по плечу своим хвостом и уставился на меня с таким же недоумением, с которым смотрела Даяна. Я тяжело вздохнул. Придётся, всё-таки, признаться.

— У меня нет кредитов.

— П-ф-ф-ф! Я уже думала, что у тебя действительно какая-то серьёзная причина, — фыркнула девушка. Сказано это было с такой интонацией, будто деньги — это последнее, что интересует её в этой жизни. — Не парься, хватай всё что хочешь, еда за мой счёт, — и она махнула карточкой со встроенным чипом.

Почему-то мне было стыдно перед Даяной, не так я представлял себе первое свидание с привлекательной девушкой. Ну, скажем, это и свиданием-то назвать было сложно, однако давать девушке платить за себя — это уже как-то совсем перебор.

— Даяна, нет, я так не могу!

— Как? — не поняла девушка и вновь нахмурилась. — Ив, я ничего не понимаю! Ты говоришь, что голоден, но отказываешься идти со мной обедать. В чём дело-то?!

Тикки от негодования снова шлёпнул меня своим хвостом по плечу, но на этот раз ощутимо болезненнее.

— Ай, Тикки! Больно же! — я ссадил ящера с плеча на землю. — Я не могу есть за твой счёт, Даяна. Это неправильно!

Тикки махнул хвостом и проворно забрался на плечо девушки, меняя цвет на малиновый, под стать её густой шевелюре, и показывая, что кто-кто, а он может себе позволить есть за счёт девушки.

— Почему? — растерялась полуцварга.

— Ну… ты девушка, а я парень. Я не могу есть за твой счёт, извини. Мне совесть не позволяет, — упрямо повторил я.

Даяна ещё какое-то время молча меня разглядывала, отчаянно хмуря нос и лоб, но, похоже, моя человеческая логика ей была чужда.

— А если бы, скажем, этот чип принадлежал кому-то другому, не мне, ты бы согласился поесть?

— Э-э-э… ну… да…. наверное, — теперь уже мне было непонятно, куда клонит Даяна.

— О! — полуцварга вновь оптимистично улыбнулась. — Тогда, считай, что это не мой чип, а чей-то другой. Пойдём, наконец, кушать! — она потянула меня за рукав.

— Даяна! Но я так не могу! — я остановился как вкопанный, а девушке пришлось остановиться.

— Ив, послушай, технически, это не совсем мой чип. Меня пригласил кто-то из тех хахалей покушать… Говацио? Или Горацио? Может Говуцио? А, впрочем, не важно, — она махнула рукой. — Я отказалась идти с ним куда-либо, сославшись на занятость и очень строгого работодателя. Так вот, это его чип.

— То есть ты отказала Горацио в свидании, а он в ответ подарил тебе чип с кредитами, чтобы ты поела сама, когда освободишься? — удивился я.

Как же, должно быть, Даяна запала ему в душу, что он согласился просто оплатить её еду без всяких свиданий и совместного времяпрепровождения.

— А-э-э-э, не совсем…. Он одолжил мне свой чип.

Я с укором посмотрел на девушку. Неужели передо мной и вправду высококлассный хакер, который вынужден карманничать?

— Ой, вот не надо, Ив! Он же предложил оплатить мой обед? Предложил! Так что формально, я вообще не сделала ничего плохого! Всё, пойдём кушать, а то тебе придётся ставить мне капельницу с глюкозой.

Я лишь хмыкнул, поражаясь изворотливой логике полуцварги, в чём-то напоминавшей мне Рэя, но возражать против обеда больше не стал. Пока Даяна набирала уже третий контейнер еды, а я стал задумываться о том, что фраза про мамонта не была преувеличением, мне вдруг в голову пришёл вопрос.

— Даяна?

— Да, дорогой? — привычно отозвалась она, накладывая в четвёртый контейнер еду гигантским половником.

Тикки продолжал сидеть на плече девушки, что-то одобрительно мурча ей на ухо.

— А почему ты не согласишься работать на Космический Флот? Ты как-то обмолвилась, что они постоянно шлют тебе приглашения. Пойми меня правильно, если бы ты работала на столь уважаемую организацию, то наверняка у тебя были бы кредиты, чтобы оплатить обед в столовой, да и вообще, тебе не пришлось бы работать на всякие сомнительные личности, как на Тортуге…

— М-м-м… видишь ли, Ив, работа на Космический Флот звучит здорово и классно до тех пор, пока ты в действительности не начинаешь на них работать. Помнишь, Рэй рассказывал о том, как мы с ним познакомились?

Кивнул, такое не забудешь.

— Я тогда тоже работала на государственную организацию, только планетарного характера, а не межгалактического, как Космический Флот, — Даяна поморщилась так, будто вспомнила что-то неприятное. — Это трудно описать словами, но это не они мне не подходят, а я не подхожу им.

Мой полный недоумения взгляд был ей ответом. Девушка вздохнула, взяла контейнеры с едой и направилась к робокассам, попутно поясняя свои слова:

— Понимаешь, Ив, чтобы служить на госкорпорацию, надо обладать определённым складом характера. Так вот, я его не имею. И тут дело даже не в том, что агенты должны полностью отчитываться перед руководством за свои действия, сообщая даже такие подробности, как сколько раз за день ты посетил уборную. Дело в том, что необходимо быть гибким: уметь выполнять приказы, но при этом не задавать неудобных вопросов. Я так не умею. Тот аукцион в системе Бетельгейзе стал моим последним заданием. Я с душой подошла к этому делу… тщательно подготовилась, всё продумала, взломала коды с трёхфакторной аутентификацией личного компьютера Альташ-ибн-Харизандр. Я думала, что руководство хочет раз и навсегда разделаться с верхушкой теневого бизнеса на Бетельгейзе, заслав их всех вместе на какой-нибудь астероид. Но в итоге Планетарная Служба продала эту информацию космофлоту, так как деньги им оказались нужнее, а те в свою очередь вместо того, чтобы засадить засранцев, обменяли флешку на ещё что-то… Я так и не смогла выяснить на что. Когда пыталась найти концы по своим каналам, меня лишь жёстко обрубили, сказав, что агент не имеет права задавать вопросов. Так я и ушла из Планетарной Службы.

— И решила работать на мафию? — уточнил я.

К этому моменту мы уже успешно расплатились за обед чипом ухажёра Даяны и сели кушать за столик у большого иллюминатора с видом на М-14.

— И решила работать на себя, — подчеркнула полуцварга. — Что касается мафии Тортуги, то им нужны всего лишь кредиты. Они не лезут в большую политику, не занимаются работорговлей, да и в принципе весьма чётко обозначают свои цели. По мне, так мафия в чём-то даже честнее, чем все эти лицемерные госкорпорации, потому что у их целей нет двойного дна. Знай себе, берут проценты по кредитам у особо удачливых продавцов.

— То есть меня хотели ограбить, и ты называешь это честным делом?! — искренне возмутился я.

— Ив, ну посмотри на это с другой стороны. На многих планетах жители платят просто грабительские проценты с торговли или с любого другого заработка государству. Причём с тех, кто зарабатывает больше, и берут значительно больше, называя это прогрессивным налогом. Чем мафия хуже государства?

Даяна отставила в сторону первый контейнер со съеденной едой, и с аппетитом приступила ко второму. Пока я медленно пережёвывал макароны с мясом, обдумывая слова девушки, к нам подошёл невероятно довольный собой Рэй.

— Ну что, пацан, поздравляю! У нас теперь есть замечательный корабль, всё благодаря мне! — заявил он, усаживаясь за наш столик с несколькими контейнерами с едой в руках.

Как и откуда он добыл еду, не имея кредитов, я спрашивать не стал. Это же Рэй, он переспорит кого угодно.

— Насколько замечательный? — оживилась Даяна.

— Прошлогодняя модель Спэйс-Икс.

— Ого! — выдохнул я, округлив глаза. На всех нас места хватит, и ещё несколько кают свободных останется.

«Спэйсы» были оптимальной моделью для экипажей, численностью от семи до двенадцати человек, а потому весьма популярны в космосе среди малого и среднего бизнеса. Как правило, экипаж комплектовался двумя пилотами, инженером-космомехаником, врачом широкого профиля и капитаном. Кто-то добавлял в команду телохранителей, кто-то — синхронистов-переводчиков для коммуникаций с негуманоидными расами, кто-то брал на борт обслуживающий персонал, встречались и «спэйсы», занятые открытием новых планет. На борту таких первооткрывателей часть экипажа составляли учёные и лаборанты. Как бы то ни было, но до сих пор я даже не предполагал, что победой в участии на аэрогонках является Спэйс-Икс, потому как финансово позволить его себе мог именно что малый и средний бизнес, а не физическое лицо.

— Неужели ставки были настолько высокими? — не поверил я.

— Вначале октопотроиды пытались мне впихнуть какую-то никчёмную «Шарлотту», — признался Рэй, — но я смог выторговать для нас «Спейс-Икс».

— Ха, — хлопнула в ладоши Даяна, — я же говорила, что Рэй с пустыми руками отсюда не уйдёт.

В то, что с пустыми руками Рэй отсюда не ушёл бы, верил и я, но вот «Спэйс-Икс» — это как-то слишком уж крутая альтернатива.

— И как же ты выторговал этот корабль? — спросил я, подозрительно прищурив глаза.

— Пришлось добавить твоего «Воробья», — вздохнул Рэй, глядя на то, как я сложил руки на груди. — Но нам же всё равно не требовалось два корабля.

Даяна молча переводила взгляды с меня на цварга и обратно, не понимая, из-за чего я прицепился к Рэю. В отличие от меня, она не так хорошо разбилась в космических кораблях, чтобы понимать разницу в стоимости между тем же «Спейсом-Икс» и «Шарлоттой».

— Серьёзно, Рэй? Потрёпанный «Воробей-19» в придачу к «Шарлотте» в обмен на «Спэйс-Икс»?

Рэй оглянулся на ближайшие столики, проверяя, как далеко от нас сидят представители других рас.

— Пацан, какой же ты всё-таки дотошный! — проговорил он беззлобно. — Нет, конечно, твоего «Воробья», разумеется, никто бы не купил. Но ты не забыл, что Ивар с Захрана участвовал в аэрогонках на самой дорогой спортивной модели облегчённого флаера? Вот за «Шарлотту» и гоночный флаер, на котором захухря обставил лучших гонщиков галактики, мне и отдали «Спэйс-Икс». А теперь, нам надо, не привлекая внимания, спешно отчаливать от станции М-14, пока октопотроиды ещё не поняли, что я им втюхал.

— Ты продал им моего «Воробья» под проекционным щитом гоночного флаера?! — я не знал, восхищаться Рэем или же укорять его за необдуманную сделку. Ведь то, что я гонял на обыкновенном шаттле, обязательно вскроется. Это лишь вопрос времени, причём очень короткого промежутка. Достаточно лишь залезть в кабину пилота и запустить бортовой компьютер, чтобы понять, что управление кораблём не соответствует его оболочке.

— Знаю-знаю, ты к нему уже сильно привязался, первый корабль — как первая женщина: никогда не забудешь, но, пацан, нам нужен был корабль больше, ты сам с этим согласился ещё недавно. А теперь давай, собирайтесь с Даяной и сматываем удочки. Наш «спэйс» ждёт нас у третьего шлюза.

Я посадил расстроенного Тикки, который не успел съесть своё яблоко, на плечо, взял контейнеры с остатками еды в руки, и мы с Рэем направились к выходу. Даяна к этому моменту уже собралась и юркнула в коридор в сторону третьего шлюза вперёд нас.

— А что мы будем делать, когда октопотроиды всё-таки выяснят, что перед ними обыкновенный «Воробей-19», а не спортивный флаер? — зашептал я на ухо цваргу. — На нас же подадут в розыск в Межгалактическую П олицию! Ты об этом не думал?

— Я всё продумал, — Рэй поднял палец вверх. — В договоре я прописал «корабль, который пилотировал захухря Ивар». Так что, если октопотроиды обратятся в Планетарную Службу или Межгалактическую Полицию, мы окажемся чисты.

— Фух, — выдохнул я облегчённо. — Раз сделка законна, то можно и не спешить так.

Мы уже пересекли несколько коридоров почти бегом, и я изрядно запыхался к этому моменту. К моему стыду, девушку с малиновыми волосами мы так и не нагнали.

— Пацан, я сказал, что сделка законна с юридической точки зрения. Но это не мешает обманутым октопотроидам навалять нам, когда они сообразят, как ловко их обставили, — заметил Рэй.

— Так чего же мы так медленно плетёмся?!

Глава 18. Профессиональный путешественник

Уже когда мы с Рэем подобрались к шлюзу номер три, у дверей которого топталась Даяна, нетерпеливо постукивая ножкой. Я весь вспотел, со лба капали крупные капли, а в подмышках свитер неприятно прилип к телу. Рэй выглядел не в пример лучше, хотя его дыхание чуть-чуть, но всё-таки сбилось.

— Решили попетлять по станции, чтобы сбить камеры с толку? — понятливо спросила девушка.

Разумеется, я отвечать не стал. Признаться, что моя физическая подготовка хуже девчачьей, было стыдно. Рэй сдавать меня не спешил, так как и сам слегка запыхался.

— Я тут подумал, — хлопнул себя по лбу. — Шантар говорил, что разработал специальное программное обеспечение, чтобы натягивать проекцию на своего «Воробья». Может, стоит его прихватить с собой? Даяна, ты смогла бы его переписать так, чтобы мы могли использовать его на «Спэйс-Иксе»?

Девушка задумчиво почесала нос.

— Мочь-то могу, но мне нужны исходники.

Я взглянул на Рэя. Цварг выругался:

— Галактическое скопление тебе в пятую точку, пацан! А ещё позднее ты вспомнить об этом не мог? Почему не дождался того момента, когда мы отчалим от станции?!

— Не рычи на него, Рэй, — неожиданно встала на мою защиту Даяна, положив руку на локоть цварга. — Пацан прав, программное обеспечение надо забрать. Это уникальная разработка, которая может нам сослужить неплохую службу в предстоящем деле. А то, что он поздно вспомнил — скажи «спасибо», что вообще вспомнил. Откуда ему было знать, что ты продашь его «Воробья»?

— Ла-адно, — тут же оттаял Рэй. — Но времени у нас в обрез. Делегация октопотроидов не осмотрела ещё «Воробья» внимательно лишь потому, что они прерывались на обед. Еда — это у них святое. Но вот-вот они пойдут в шестнадцатый шлюз, и правда вскроется. Сколько тебе надо времени, чтобы скопировать ПО?

— Десяти минут хватит, — уверенно заявила хакерша.

— Хорошо, — кивнул цварг. — Тогда ты — в шестнадцатый шлюз и быстро. Одна нога там, хвост — здесь. Я отвлеку октопотроидов, если они соберутся проверять корабль. Ну а ты… — Рэй обернулся ко мне. — Постой пока здесь, держи свой баллончик с парализатором наготове, только не сверкай им лишний раз. И умоляю, не вляпайся в неприятности за десять минут!

Я так и хотел было возмутиться, когда это я вляпывался в неприятности, но Рэй красноречиво посмотрел на Тикки, потом на Даяну, и я сник. Ну да, единственный раз оказался на Тортуге без присмотра, и за один день меня чуть не съел ведьмедь-вегетерианец, я приобрёл крайне прожорливого леграсса и подрался с тремя амбалами — представителями местной мафиозной группировки.

— Хорошо, Рэй, — согласно кивнул я.

Стоять у входа в шлюз и прислушиваться к шагам, на удивление, оказалось волнительным. Каждую минуту я ожидал, что вот-вот из-за поворота покажутся октопотроиды, поймавшие Даяну и Рэя и требующие вернуть им их «Спэйс-Икс». Почему-то вспомнились слова Даяны о том, что эти гуманоиды умеют своими щупальцами мерить электропроводимость. А если они и зарядом электричества приложить могут? А вдруг их слизь тоже обладает каким-то неприятным эффектом? Б-р-р-р! Надо ни в коем случае не дать им дотронуться до себя!

Я накрутил себя настолько, что стоял с парализатором, замаскированным под мужской одеколон, на изготовке. Наверно, именно своей повышенной нервозностью и вспотевшими руками я могу объяснить то, что когда из-за угла появился незваный гость, я моментально среагировал и нажал на кнопку распыления спрея.

— Гнилой шварх! — в сердцах воскликнул я, рассматривая гостя.

Это был тот самый шерлок с небесно-голубого флаера, который по неясным причинам отдал мне первое место в аэрогонках. Невысокий зелёный гуманоид со второй парой глаз на стебельках застыл неподвижно с поднятой правой ногой. Что же мне теперь делать с этим незваным гостем? С одной стороны, он не выдал меня, умолчав о лазере на борту моего шаттла, а с другой… с другой, я понятия не имел, что ожидать от этого шерлока. Родичи Томаса с Тортуги показались мне вполне милыми и безобидными существами, но конкретно этот шерлок достаточно сильно от них отличался и одеждой, и внешностью, и манерой держаться. Встречающие нас сотрудники космопорта испугались Рэя, а этот не побрезговал пожать щупальца октопотроидам. А вдруг он всё-таки родственник тех шерлоков с Тортуги и проследил за нами, чтобы стрясти с нас кредиты за проживание в пентхаусе Шангри-Лу? Да не, бред какой-то.

Я отошёл от статуи Томаса на свет и встряхнул баллончик с парализатором.

— Проклятый шварх! — вновь произнёс я, понимая, что уже больше половины спрея успел потратить.

Именно в этот момент послышал удивлённый голос:

— Ого! А как это Вы так? Только что были тут, а теперь там? Не удивлён, что Вы самый быстрый пилот на М-14, если даже без корабля перемещаетесь быстрее, чем улавливают обе пары моих глаз! — восторженно произнёс шерлок.

— Шва-а-а-арх, — простонал я, понимая, что нарушил ещё одно требование Рэя.

«Держи свой баллончик с парализатором наготове, только не сверкай им лишний раз». Не сверкнул. Вообще нет. Просто показал первому встречному, как он действует. Рэй меня точно убьёт.

— Я просто очень быстрый, — ответил, отшучиваясь, и спешно пряча баллончик в карман брюк. — А Вы, кажется, Томас?

— Да, Томас. Для друзей и своих — просто Том. А Вы — Ивар, — шерлок не спрашивал, а утверждал.

Он шагнул ко мне, протянув ладонь, а я на миг застыл, не зная, что делать. Даяна уже однажды объяснила мне, что не всем существам можно вот так запросто пожать руку. Да и Рэй просил не влипать в неприятности… Но шерлок выглядел вполне миролюбиво, и объективных причин, почему я не могу ему пожать руку, я просто не нашёл. Том явно не заметил моих душевных терзаний, потому что сам схватил мою руку обеими своими и с силой затряс:

— Ивар, я так рад, так рад нашей встрече! Не могу передать словами! Я хотел познакомиться и лично поблагодарить за то, что Вы спасли мне жизнь! Если бы не Ваш лазер, то мои ошмётки можно было бы уже собирать по стенам туннеля… — самозабвенно тараторил он, а его вторая пара глаз часто-часто колыхалась на тонких стебельках.

— Э-э-э-э… — обалдел я от напора шерлока и немного подвис.

— О! Конечно-конечно! Я всё понимаю! — воскликнул мой бывший соперник по трассе и понизил голос. — Я видел, как Вы в лёгкую расплавили камень передо мной, видя, что я не могу обойти его и подняться в воздух. Только обладая профессионально намётанному взгляду можно было за несколько секунд понять, что я не могу взлететь. Признаться, я сам не сразу понял, что у моего флаера временно отключились магнитные подушки! Вы поступили так благородно! Рассекретили свой шаттл, но решили спасти мне жизнь!

Я переглянулся с таким же ошеломлённым Тикки. Чего-чего, а того, что голубой флаер не может взлететь в туннеле, мне даже в голову не пришло. И спасали мы в тот момент не шерлока, а в первую очередь, себя, так как «Воробей-19» без защитной сетки не выжил бы, даже если бы прибавил скорости, и столкновение голубого флаера и булыжника произошло бы позади нас. Но рассказывать об этом Тому, разумеется, я не собирался.

— Вы поэтому настояли на том, что первое место моё? — спросил я, улучив нужный момент и вырвав свою руку из крепкого захвата шерлока.

— Это меньшее, что я мог сделать для Вас, Ивар! И это было действительно честно. Вы сбросили скорость и убрали перед соперником препятствие, увидев, что он не может его преодолеть, и пожертвовали инкогнито своего шаттла. Если бы Вы наплевали на мою судьбу, то с отрывом заняли бы первое место! Когда я услышал, что Ивар с Захрана будет участвовать в заезде, то, разумеется, сразу же разослал запросы по всем своим связям, а поверьте, у меня их много, — доверительно понизил голос Том, подмигнув мне правым глазом на стебельке. — Уже на момент старта я знал, что Вы виртуозный пилот и единственный, кто спасся от разъярённых горилломов в системе Альфа Центавра… но я даже представить себе не мог, что помимо высокопрофессиональных качеств опытного пилота Вы обладаете невероятным нравственным величием души! Такое рыцарство и в наши дни! Кто бы мог подумать!

— Э-м-м-м. Всегда, пожалуйста, — ответил немного стушевавшись. Рыцарство? Это что ещё за зверь такой? Надо будет у Рэя спросить. Потом спохватился, что ответ шерлоку вышел двусмысленным. — В смысле, я был рад помочь и надеюсь, что больше Вы в такие ситуации не попадёте.

— Точно не попаду, — заверил меня Томас. — Я вообще не пилот, так, чисто попробоваться на эти аэрогонки записался, всегда на новых планетах пробую что-то новое. Я профессиональный путешественник. Вот только из-за того, что флаер помял конкретно, теперь, видимо, все призовые кредиты за второе место придётся вложить в ремонт флаера, а что делать дальше, — непонятно.

— Профессиональный путешественник? — переспросил я, впервые слыша такое словосочетание. — Это как?

— Путешествую с планеты на планету, знакомлюсь с аборигенами, завожу полезные знакомства, узнаю, чем живут те или иные формы жизни, а затем отсылаю информацию на Тортугу. Коллеги уже анализируют и решают, следует ли заключать торговые отношения и посылать корабли. Именно благодаря профессиональным путешественникам наша родина так здорово развилась и является первой торговой планетой, на которой можно приобрести всё что угодно!

— Как же тебя занесло в пилоты? — поразился я.

— Да я вообще управлять кораблями толком не умею, — как-то сразу же сник Томас, а его вторая пара на стебельках глаз меланхолично опустилась на плечи и теперь висела, словно вторые уши. — Я арендовал шикарный флаер, напичканный электроникой, и весь полёт я летел на автоматике. Это последняя разработка с Танорга. Мне требовалось просто поучаствовать… ну, чтобы октопотроиды согласились пойти на переговоры. Все знают, как они относятся к аэрогонкам, и я считал, что моё участие может расположить их ко мне. Конечно же, это не совсем легально пользоваться последними разработками таноржцев, но… я же не пилот, а делать что-то надо было! Я арендовал флаер на Танорге, оставив все свои кредиты в качестве залога за него, а теперь у меня ни кредитов, ни флаера.

— М-м-да, то есть предстоит ещё чинить флаер, да не просто спортивный, а таноржский, — пробормотал я, прикинув, сколько электроники должно было быть в том корабле, чтобы шерлок смог показать настолько высокие результаты на трассе. — Но у тебя же есть призовые кредиты? Наверняка их хватит, чтобы восстановить флаер.

— Не уверен, — пробормотал шерлок. — Октопотроиды готовы взять эти кредиты в счёт оплаты ремонта корабля, но в таком случае мне остаётся не на что здесь жить и есть, пока идёт ремонт. А главное, у меня нет кредитов, чтобы путешествовать дальше и отсылать данные на Тортугу, залог-то за флаер у таноржцев, а это значит, что и зарплату мне тоже не начислят, так как её платят именно за информацию. Более того, по контракту я обязан передавать новости на Тортугу. Если я не сообщу ничего полезного своим, то потеряю работу. Я застрял здесь, на станции необитаемой М-14, без возможности отремонтировать свой флаер или вернуть его на Танорг. Я мог бы плюнуть на залог, но и оплату проезда сломанным флаером тоже вряд ли кто примет. Такими темпами мне скоро на еду кредитов хватать не будет.

Я испытал сочувствие к Томасу. Несмотря на то, что впервые мы встретились соперниками на аэротрассе, не так давно я и сам был в ситуации, когда не знал, будет ли у меня сегодня еда или нет.

— Ты должен пробовать и дальше, — поощрил я его, незаметно для самого себя, перейдя на «ты». — Наверняка найдётся кто-нибудь, кто возьмёт тебя на борт.

— Да кому я нужен-то? — вздохнул Томас. — Я уже опросил всех, кто пришвартован к станции, не нужен ли им ещё один член экипажа, но все отказали. Кому нужен пилот, который даже не справился с управлением таноржского флаера?

— Ну почему, я бы тебя на борт взял. Ты же сам сказал, что у тебя много связей в разных галактиках. Подожди ещё, может, кто-то мимо пролетать будет и заберёт.

— Да я сам бы себя на борт не взял без кредитов, — махнул рукой Томас. — Я лишь бесполезный балласт, а ещё мой сломанный флаер тащить придётся. Ну ладно, хватит обо мне. А как у тебя дела-то? Почему, кстати, ждёшь в этой части станции? Мне казалось, что ты в шестнадцатом шлюзе свой корабль оставил.

Я вспомнил о том, что в данный момент Даяна копирует файлы программного обеспечения со старого «Воробья-19», а Рэй старательно отвлекает октопотроидов, но скорее всего, вот-вот взвоет сигнализация, и нам придётся спешно удирать от обманутых хозяев станции.

— Сейчас жду команду, и мы сразу же отшвартовываемся. А в этой части потому, что мой секретарь обменял мой флаер и на «Спэйс-Икс».

— То есть, у тебя теперь нет гоночного флаера? — уточнил Том.

— Нет, а что?

И прежде, чем я это спросил, я понял, что я сказал шерлоку.

— О! То есть ты не шутил, когда сказал, что взял бы меня на борт! — глазки на тоненьких стебельках вновь поднялись высоко в воздух, Том был вне себя от радости. — Ивар, честное слово, ты не пожалеешь!

Я уже жалел. Мы с Тикки переглянулись, и полный укоризны взгляд умного ящера открыто говорил, что это как раз те неприятности, которых Рэй просил меня избегать.

— Я смогу тебя подменять на «Спэйс-Иксе», пока ты будешь спать! Всё-таки открытый космос — не гоночная трасса! Я сейчас пригоню свой помятый таноржский флаер! Он припаркован в соседнем шлюзе, я мигом! — Томас собрался рвануть дальше по коридору, но я поймал его за рукав.

— М-м-м-м… Том, погоди, — я отчаянно пытался найти причину, по которой не могу взять Томаса на борт «Спэйс-Икса». — Тут такое дело, мы летим достаточно далеко, и Танорг нам не по пути.

— Да не беда! Быть может, в космосе мы встретим инженер-механика, тогда этот флаер станет твоим, так как ты фактически второй раз спасаешь мне жизнь!

Оранжевые глаза на тонких стебельках подпрыгивали от нетерпения.

— Ну, я побежал за флаером? Пришвартуюсь к твоему «Спэйс-Иксу» прямо в открытом космосе? Так, наверно, удобнее будет?

— М-м-м-м… Погоди, Том, есть ещё кое-что, что ты должен знать.

— Да? — тут же напрягся шерлок.

— Мы собираемся в систему Бетельгейзе, это достаточно далеко, да и наша э-э-э… поездка может выдастся весьма опасной. У нас есть серьёзное дело, которым мы занимаемся, а потому я не могу сообщить тебе его подробности.

— О! Так это даже к лучшему! — обрадовался Том. — Чем дальше, тем только лучше для меня! Я же в первую очередь профессиональный путешественник! А опасности? Да я рискую всякий раз, когда контактирую с новой расой. В любой момент я рискую их чем-то оскорбить, вызвать неприязнь или быть съеденным. В команде-то всяко интереснее и безопаснее, чем в одиночку, тем более именно в Бетельгейзе ещё никто из наших не был, и за информацию об этой системе на Тортуге мне хорошо заплатят. В общем, я согласен!

Что мне оставалось делать? Только отпустить рукав Томаса, улыбнуться ему вслед и надеяться, что Рэй меня не четвертует за то, что на борту «Спэйс-Икс» появится ещё один член экипажа.

Глава 19. Дорога до Бетельгейзе

— Повтори, что ты сказал?!

Если до сих пор я боялся того, как мы уберёмся со станции М-14, то после разговора с Томасом, страхи перед октопотроидами отошли на второй план. Ведь взбешённый цварг стоял прямо передо мной, а его глаза стремительно наливались ярко-алым.

Мы уже счастливо отшвартовались от станции, когда она засияла сигнальными огнями и сиренами. Даяна ловко и успешно переписала программное обеспечение, некогда заказанное Шантаром, и теперь сидела, полностью погружённая в его изучение.

— Ну, Томас подошёл… и сказал, что он ищет корабль, на котором может улететь… Он сейчас подлетит к нам на своём флаере… Я разрешил…

— Это я услышал. Я не понял, с какого шварха ты вообще пригласил его в нашу команду?! Пацан, ты вообще соображаешь, куда мы направляемся? Это не увеселительная прогулка на планету с пляжами, это система Бетельгейзе, где всем заправляют траски!

— Да, но Томас — профессиональный путешественник, он сказал, что не боится полететь с нами…

— К шварху, что сказал Томас! Ты сам чем думал?! У тебя зачем голова на плечах растёт?! — взревел окончательно рассвирепевший Рэй. — Ты пригласил его на борт «Спэйс-Икса», и даже не как пассажира, с которого берёшь кредиты за проезд, а как члена экипажа — второго швархова пилота! Ты теперь ответственный за его жизнь! Это-то ты понимаешь?!

Такая трактовка событий мне как-то до сих пор в голову не приходила, а потому я боязливо втянул шею в плечи. Хвост Рэя с шипом на конце уже нервно дёргался, периодически царапая новенькую обшивку нашего не совсем честно заработанного «Спэйс-Икса».

— Рэй, прекрати, — вклинилась в наш диалог на повышенных тонах Даяна, за что я был готов в этот момент признаться ей в любви. — Ив пригласил Томаса на наш корабль. В этом нет ничего страшного, что ты так взбесился-то? Зато у нас появляется запасной пилот, Ив теперь сможет полноценно спать, и нам с тобой не придётся его подменять у штурвала.

— Шерлок сможет управлять кораблём?! Даяна, да ты посмотри, как смяло его флаер! Да этот горе-пилот даже по трассе проехаться не смог на таноржском корабле, а ты предлагаешь ему управление «Спэйс-Иксом»?!

— Рэй, ну что ты, в самом деле? — девушка подскочила со своего места и положила цваргу руки на грудь. — Дай Томасу шанс показать себя. Ты сам прекрасно видел аэрогонки с голотрансляций, его усердно выжимали с трассы. Да, шерлок не такой ас, как наш Ив, и не так хорошо чувствует габариты корабля, но мы же большую часть времени проводим в открытом космосе, а «Спэйс-Икс» в отличие от «Воробья-19» неплохо оснащён. Лишние руки в нашем деле не помешают.

— Ну… ладно, — буркнул цварг всё ещё недовольно, но уже смирившись со своим поражением. Обаянию Даяны сложно противостоять, эта девушка способна очаровать даже камень или стул. — А что с его полудохлым флаером делать будем?

Мы все дружно обернулись к иллюминатору, в котором виднелся приближающийся флаер шерлока. Даже наблюдателю, ничего не смыслящему в кораблестроении, стало бы ясно, что флаер держится на честном слове.

— Да уж, крепко его приложили, — хмыкнула Даяна.

Полуцварга высказала вслух наши общие мысли. Вся правая часть флаера оказалась смятой, фары разбиты, с новенького титана слезла блестящая небесно-голубая краска с металликом, а правый двигатель был вывернут под невероятным углом и держался на парочке алюминиевых скоб. Мне было откровенно жаль этот покорёженный флаер, ведь внутри него — великолепная электроника с технологически развитого Танорга. Моё сердце обливалось кровью, когда я думал о том, что этот роскошный гоночный флаер уже больше никогда не полетит. Ремонт такой дорогой машины обойдётся в целое состояние, логичнее и дешевле купить новую. Одна замена правого двигателя будет стоить пару десятков тысяч кредитов… А вот если левый двигатель переставить по центру, частично выровнять металл, заменить разбитые фары и пластмассовые элементы, то флаер, конечно, потеряет аэродинамические свойства, но при этом останется на лету. Вместо гоночного флаера я могу собрать вполне неплохой космический челнок или шлюпку.

— Я тут подумал… я могу попробовать его отремонтировать, — внезапно для самого себя услышал я свой собственный голос.

— А что? — вновь поддержала меня Даяна. — Почему бы и нет? Ив упоминал, что работал в автосервисе, я думаю, у него получится. Во всяком случае, мы ничего не теряем.

— «Спэйс-Икс», ответьте! Это Томас, — раздалось в динамике корабля. — Могу ли я начать состыковку?

Я взглянул на Рэя, в ответ тот нехотя кивнул. Я нажал на кнопку передатчика и ответил, постаравшись сделать свой голос как можно более уверенным и жизнерадостным:

— Привет, Том! Стыкуйся, правый шлюз в твоём распоряжении.

* * *

От планеты М-14, к моему удивлению, нам удалось убраться очень быстро. Разгневанные октопотроиды пытались нас преследовать, но «Спэйс-Икс» живо отлетел на приличное расстояние от станции, а затем ощетинился мощными боевыми лазерами. Кораблям гуманоидов с щупальцами пришлось отступить, так как ввязываться в сражение и терять ещё больше кредитов они не хотели. Что ни говори, а октопотроиды в первую очередь были финансистами. Не зря именно под их чутким руководством аэрогонки получили широкую известность.

Что касается нашего нового члена экипажа, то некоторое время мы с Рэем ругались, прежде чем пришли к договорённости, устраивающей нас обоих. Томасу было сообщено, что мы летим в систему Бетельгейзе, так как коммуникатор бывшего сослуживца цварга оказался заражённым траскским конём. О том, что у нас нет поддержки со стороны Космического Флота, Рэй настоял не рассказывать, как и о его «Тигре», и смерти Шантара. Также была значительно укорочена версия нашего знакомства с Рэем с поправкой на ту информацию, которая уже была известна Томасу благодаря слухам на Тортуге. По окончательной версии я — опытный пилот с Захрана, которого завербовал Космический Флот в лице цварга в системе Альфа Центавра. Я показал настолько головокружительные результаты в пилотировании, что меня взяли в секретные агенты, ведь ККФОМ-цем я никогда не был. Разумеется, всё это большая тайна, и мы просим Томаса ни в коем случае никому об этом не сообщать. Совершенно неожиданно Даяна попросила не упоминать шерлоку о её роли в этой поездке. По всей видимости, она уже успела изрядно наследить на Тортуге и не хотела, чтобы Том передал своим, что она является первоклассным хакером-программистом.

— Мафия попросила меня взломать систему парковки Тортуги, чтобы иметь возможность приземляться без груза и кредитов, а шерлоки очень гордятся своей разработкой, — пояснила она свою просьбу.

Я не особо что-то понял из этих объяснений, а вот Рэй понятливо хмыкнул и кивнул головой.

— В таком случае, чтобы у Томаса не возникли дополнительные вопросы, скажем, что ты наш бортовой врач? — предложил он.

— В таком случае бортовая медсестра, — засмеялась Даяна. — Но боюсь, если у кого-то из вас заболит живот, то меня быстро раскусят. Я прогуливала в школе занятия по медицине и инопланетным расам, а потому не скажу даже, представители каких рас имеют хвосты. Нет, нужно что-то другое. К тому ж я почти разобралась и переписала программное обеспечение с «Воробья-19», и мне в скором времени потребуется доступ в рубку «Спэйс-Икса», чтобы отладить его.

— Может, связист? — предложил я.

Мы сидели в моей с Тикки каюте, устроив мини-совещание. «Спэйс-Икс» оправдал наши ожидания, и теперь у каждого члена нашей команды была своя небольшая комнатка, в которой умещались откидная одноместная кровать, квадратный стол и пара сидячих мест. Даяна в первую очередь, как только взошла на борт «спэйса», отхватила себе каюту с отдельным санузлом, а вот Рэй настоял на том, чтобы наши с ним каюты были смежными. «Это для твоего же блага, пацан», — сказал он тогда. Сейчас же я понимал, что Рэй заранее всё спланировал. С одной стороны, он понимал необходимость таких вот мини-совещаний, а с другой — не хотел устраивать их в своей каюте, но и таскаться через весь коридор или на второй этаж в мою каюту ему было просто лень.

— М-м-м-м… связист звучит неплохо, — протянул Рэй. — Это объяснит, почему у Даяны есть доступ в рубку, правда у Томаса могут появиться вопросы, зачем связисту быть в рубке тогда, когда корабль находится в открытом космосе.

— Связист меня устраивает, — бодро заявила девушка, тряхнув малиновыми локонами. — А что касается моего частого присутствия в рубке, назовём это личной симпатией к первому пилоту, если, конечно, Ив не против, — и с этими словами Даяна подмигнула мне, послав воздушный поцелуй.

Я густо покраснел и упёрся взглядом в носы своих разношенных кроссовок.

— Я буду только рад твоему присутствию в рубке, — проблеял я, смущаясь от такого внимания со стороны полуцварги.

— Вы ещё свидание в рубке назначьте! Я в этой каюте точно не лишний? — произнёс Рэй раздражённо.

Я бы хотел ответить цваргу, что он-то как раз здесь очень даже лишний, но Даяна, к моему величайшему сожалению, опередила меня.

— Рэюшка, не будь букой, — насупившийся цварг был поцелован в щёку, — ради тебя же стараемся! Надо выяснить, кто был заказчиком траскского коня на коммуникатор Шантара. Кстати, у тебя уже есть план?

Цварг, немного помедлив с ответом, сообщил:

— План есть, но мне надо всё до конца обдумать. Сообщу детали непосредственно перед подлётом к системе Бетельгейзе. С тебя, Даяна, полностью доработать программное обеспечение «Воробья» и составить библиотеку образов для «Спэйс-Икса». Корабль в разы больше, чем наш предыдущий, а потому образ снегоуборочной машины здесь точно не прокатит. И обязательно включи в библиотеку что-нибудь военное и сильно вооружённое, чтобы к нам побоялись приблизиться даже пираты. Ну а ты, пацан, — он перевёл тяжёлый взгляд на меня, — должен пересказать мне всё, что запомнил про мост Эйнштейна-Розена, так как мы задержались на М-14, и я не хочу терять время впустую. У нас есть шанс сократить путь, но я хочу быть уверенным, что ты правильно рассчитаешь точку выхода.

Мы с Тикки горестно переглянулись и тяжело вздохнули.

* * *

Путь до системы Бетельгейзе занял целую неделю с учётом того, что нам пришлось дважды воспользоваться кротовыми норами. Парадокс, но большую часть времени «Спэйс-Иксом» управлял Томас. Он так сильно хотел быть полезным на корабле, что постоянно забирал у меня штурвал, и даже сам рассчитал маршрут до системы Бетельгейзе, передавая управление кораблём мне только тогда, когда мы пролетали мимо астероидов, планет или туманностей, где могло понадобиться вильнуть в сторону. Я же, делая вид, что проверяю расчёты Томаса, хмурил лоб, вникал в маршрут, а также наблюдал за тем, как шерлок вбивает новые координаты в бортовой компьютер. Он настолько привык к автоматике на своём гоночном флаере, что делал это, практически не задумываясь.

— А вот это что? — я ткнул пальцем в очередное число на виртуальном экране.

— Это координаты желаемой точки выхода, — проговорил Том. — Вы не обращайте внимания, что здесь шестая по счёту планета получается, а не четвёртая. Я как профессиональный путешественник заметил, что гораздо приятнее оказаться чуть дальше от звезды и изучать планеты по мере приближения к ней, чем наоборот. В этом случае получается смещений корабля под действием силы притяжения звезды столько же, но на то, чтобы их нивелировать, затрачивается меньше усилий.

С тех пор, как шерлок ступил на борт «Спэйс-Икса», он вновь стал обращаться ко мне на «Вы».

— А почему шестая планета, а не пятая? — уточнил я.

— Тут меня не поймаешь, — довольно улыбнулся шерлок, думая, что я его таким образом проверяю. — Звезда Бетельгейзе — сверхгигант, сила притяжения будет огромной.

— М-м-м… — мудро промычал я, впервые осознав, что не позаботился узнать о Бетельзейзе побольше. Как-то до сих пор интересовался больше планетой, на которую нам требуется посадить корабль, а не звездой.

— Что-то не так? В мои расчёты закралась ошибка? — забеспокоился шерлок.

Я и сам не знал, верны эти расчёты или нет, так как их рассчитал бортовой компьютер «Спэйс-Икса», не показывая промежуточных результатов.

— Нет, всё в порядке. Я просто привык вручную анализировать маршрут, — честно признался я, вспоминая зубодробительные интегралы, коими пичкал меня Шантар.

На Захране у меня не было столь умного компьютера, а симулятор наставника учил лишь самому процессу пилотирования. В поездке до Тортуги Рэй показал мне, как строить простенькие маршруты на бортовом компьютере «Воробья-19», но и тот был в разы проще и не учитывал массу параметров. Разумеется, вручную я с трудом решал лишь самые простые задачки Шантара.

— О-о-о-о, — с благоговением выдохнул Томас, широко распахнул все четыре глаза, — вручную! Капитан Ивар, я слышал о таких уникальных личностях, которые могут удержать массу параметров в голове и вручную рассчитать в голове маршрут, но до сих пор считал, что это всё сказки. Для меня огромная честь быть в составе Вашего экипажа!

Я криво улыбнулся, не рискуя разочаровывать шерлока. Испортить свою репутацию ещё успею. Обращение «капитан» так же резало мне слух, но так как именно я нанял Томаса, а не Рэй, мы решили, чтобы роль капитана «Спэйс-икса» формально играл я.

Всё то время, что Том проводил у штурвала, я или занимался с Рэем, навёрстывая упущенные знания об этом мире, или сидел в ремонтном отсеке, занимаясь восстановлением тарножского флаера. К моей радости, флаер оказался помятым больше снаружи, чем внутри. За несколько дней я успел переконструировать гоночный корабль, отсоединив полностью испорченный правый двигатель и отцентрировав левый. Даяна мне сильно помогла, подсоединившись к бортовому компьютеру флаера и перепаяв часть электроники, отвечающей за управление флаером. У нас всё ещё не было запасных частей, таких как фары или целые пластмассовые пороги и молдинги, а потому корабль продолжал выглядеть жутко, но зато теперь я уже был готов поручиться за то, что он будет держаться в космосе далеко не на одном честном слове.

— Ивар, — вырвал меня из собственных мыслей Томас. — Мы подлетаем ко второй кротовой норе. Выход я рассчитал, но предпочитаю передать штурвал Вам. Подмените меня?

— Да, конечно, — ответил я через коммуникатор в ремонтном отсеке, вытер масляные руки о рабочий комбез и поспешил в рубку.

Когда я пришёл в сердце «Спэйс-Икса», там уже собралась вся наша немногочисленная команда. Рэй развалился в кресле второго пилота и о чём-то глубоко задумался, приставив пальцы к вискам. Даяна делала вид, что раскладывает пасьянсы со своего коммуникатора, хотя все кроме Томаса знали, что она занимается сбором и анализом информации по делу Шантара. Тикки гордо восседал посередине торпеды, поедая бутерброд с колбасой и сыром, втрое больше его самого. Этот маленький хамелеон за последние дни съел столько, что Рэй усомнился, что ящер относится именно к породе карликовых леграссов, а не гигантских лактрассов.

— Сейчас Ив пройдёт через вторую кротовую нору, и мы окажемся в соседней от Бетельзейзе системе, — как бы в никуда проговорил Рэй.

Это было кодовой фразой, означающей, что начинается наша операция. Я прочистил горло, так как формально являлся капитаном «Спэйс-Икса» и громко спросил:

— Ну что, все помнят, как надо себя вести и что делать?

Вся команда дружно закивала. Согласно плану, придуманному Рэем, мы должны были при подлёте к четвёртой планете системы Бетельгейзе связаться с космопортом трасков и послать запрос на посадку в качестве частного торгового судна. На нашей стороне играло то, что один из наших членов экипажа являлся шерлоком. Все знали, что родная планета шерлоков — Тортуга — является центром межгалактической торговли не самым легальным товаром. В качестве товара мы будем предлагать помятый гоночный флаер. То, что вряд ли кто-то им заинтересуется, Рэя не волновало. Основная цель всего этого мероприятия была в том, чтобы отвлечь внимание сотрудников космопорта, и у Даяны появилось время влезть в центральную систему планеты и выяснить, кто связывался с Шантаром. Хакерша утверждала, что при желании любые межгалактические связи можно отследить. Тот, кто подкинул моему бывшему наставнику траскского коня, должен был использовать или виртуальную частную инфосеть, или прокси-сервер, но в любом случае Даяна утверждала, что сможет отыскать следы, лишь бы ей дали достаточно времени и доступ к главному траскскому вычислительному центру. По плану Рэя Томас шёл с ним и помогал пудрить траскам мозги, а я оставался и прикрывал Даяну. В глазах самого Томаса именно я должен был быть тем самым хакером, который влезет в компьютер трасков, а Даяна будет прикрывать меня.

— Хорошо, — кивнул я и скомандовал, — тогда все по местам, пристегнуться, сейчас будем проходить через кротовую нору.

Перед «Спэйс-Икс» уже висела тёмная сфера, внутри которой, переливаясь и растекаясь, словно жидкий металл, показалась система Беллатрикс. Я дождался, пока Тикки заберётся ко мне на плечо и крепко вцепится своими крошечными лапками, оглянулся на команду, чтобы убедиться, что все пристегнулись, и потянул штурвал на себя. Переход через кротовую нору прошёл, как он и должен был пройти, быстро. За несколько терций очертания всех предметов размылись, пол расплылся под ногами, рога Рея превратились в длинные и тонкие усы, как у медузы, Томаса растянуло так, будто он выпил сразу несколько бочонков пива, а Даяна стала одним сплошным малиновым облаком. В иллюминаторе картинка вокруг стала расходиться концентрическими окружностями, в глазах зарябило от психоделического буйства цветов. Натянутое на шар пространство из вогнутого стало выпуклым и сомкнулось за хвостом корабля. Ощущение полного сюрреализма накрыло с головой. Наверно, именно так чувствовала себя Ависа в стране чудес, когда на неё воздействовал знаменитый чешимский кот. Миг — и мы уже совершенно в другой системе за тысячи световых лет от того места, где были ещё несколько секунд назад.

— Ну что, — я довольно оглянулся на команду и потёр руки, щёлкнув тумблером автопилота корабля, — добро пожаловать в систему Беллатрикс! Осталось несколько астрономических часов, и мы будем в Бетельгейзе…

— Пацан, кажется, в наших планах появились кое-какие изменения, — произнёс Рэй.

— Рэй, прошу, не перебивай, — я раздражённо оборвал цварга.

Мало того, что он перебил меня перед Томасом, сообщив, что у нас изменения в планах, так ещё и назвал «пацаном». Договаривались же, что при посторонних я «капитан», и все изменения в планах должны исходить от меня!

— Итак, на чём я остановился? Ах да, у нас несколько астрономических часов, за это время необходимо подготовить документы на гоночный флаер…

— Ив, — теперь голос подала Даяна.

— Да? — на Даяну я не смог бы разозлиться, даже если бы она назвала меня «малышом» или «пупсиком» перед целой планетой.

— Боюсь, Рэй прав. Оглянись, пожалуйста.

И я оглянулся. Прямо перед нами завис до зубов вооруженный «Сокол». Слегка потрёпанный катер состоял из двух этажей, нижний из которых представлял собой несколько лазерных пушек, наведённых в нашу сторону, а весь корабль опутывала ярко-синяя защитная сеть. И хотя в некоторых местах виднелись оплавленные куски металла, сами за себя говорившие, что корабль уже неоднократно попадал под обстрелы, защитная сеть катера буквально искрила от вложенной в неё энергии. Холодок ужаса пробежался по моему позвоночнику. Одного взгляда на раскраску «Сокола» мне хватило, чтобы понять, что перед нами не Планетарная Служба и даже не Межгалактическая Полиция, перед нами космические пираты.

В этот момент в рубке раздался сигнальный вызов. Даяна молча потянулась к кнопке приёма.

— «Спэйс-Икс», сдавайтесь. Это пираты. На вас направлены наши пушки, в том числе и на антиматерии. Ваши щиты не выдержат нашу атаку. Мы не шутим. У вас пять минут на размышления.

— Что будем делать? — пискнул напуганный Том, озвучив мои панические мысли.

— Сдаваться, — нахмурился Рэй.

Глава 20. Наёмные пираты

— Шварх! Тысяча галактик им в задницу! Все наши планы шварху под хвост! — выругался Рэй, смотря на то, как «Сокол» подсасывает нас длинным магнетронным щупальцем.

Он ходил взад и вперёд по рубке, заложив руки за спину, а его острый шип на кончике хвоста нервно подрагивал в воздухе, периодически царапая пол корабля с противным скрежетом. Даяна откинулась на своём кресле, прикрыв глаза. На первый взгляд стороннему наблюдателю могло показаться, что она заснула, но я слишком хорошо знал полуцваргу. Вечно активная и болтливая Даяна замерла в чересчур расслабленной для неё позе и закусила щеку, явно мысленно просчитывая различные сценарии развития предстоящих событий. Томас ёрзал на откидном стульчике позади нас всех, и его тревогу выдавали лишь мелко подрагивающие стебельки со второй парой глаз.

Я же чувствовал, как паника во мне медленно разрастается и вот-вот захлестнёт с головой, но при этом старался выглядеть как можно более спокойным. Шварх! Что же теперь делать-то? Неужели мы вот так глупо попадём в плен к пиратам, и на этом наше путешествие закончится? Наш новенький «Спэйс-Икс» отберут в качестве трофея, это понятное дело, а вот что будет со мной? Даяной? Рэем? Томасом? И Тикки? Кстати, последний успел испугаться и куда-то спрятаться. Ладно, туда ему и дорога, может, хоть один член нашей команды спасётся.

В гробовом молчании я наблюдал через боковой иллюминатор, как пираты неаккуратно пристыковывают «Спэйс-Икс» к шлюзу «Сокола».

— Криворукие швархи, — вырвалось у меня. — Да они же нам вакуумный клапан сломают! Вот ведь пихряки! Неужели нельзя осторожней? У нас вообще-то свежий корабль, а не консервная банка с гайками!

— Это не швархи и не пихряки, это варшни, — поправил меня Томас.

Все резко обернулись к шерлоку, а тот от переизбытка внимания мгновенно замолчал.

— А ну, повтори, что ты только что сказал? — прищурив глаза, тихо спросил Рэй.

— Э-э-э… — шерлок заелозил на сиденье под неуютным взглядом цварга. — Ну, капитан назвал пиратов криворукими швархами…

— Это я слышал, — перебил Рэй. — Повтори, что ты сказал.

— Это не швархи и не пихряки, это варшни, — пролепетал Томас, совсем уж стушевавшись под немигающим взглядом Рэя.

— И почему ты так решил? — неожиданно подключилась к диалогу Даяна, предупреждающе положив ладонь на локоть цварга, чтобы он не пугал своим видом шерлока.

— Ну как же… — растерялся зеленокожий пухлик. — Мы в системе Беллатрикс, что соседняя от Бетельгейзе, нас поймали космические пираты… По-моему, всё сходится. Буду крайне удивлён, если это не варшни…

— Тпру-у! Притормози двигателями! — Рэй поднял руку. — А теперь ещё раз и помедленнее. Почему ты так уверен, что это варшни, а скажем, не октопотроиды?

— Во-первых, сам корабль, да ещё и пушки на антиматерии. Это большая редкость в космосе, мало у кого технологии развились до такого уровня. Семьдесят пять процентов оружия на антиматерии собирается на Танорге, а у Тортуги с ними эксклюзивный контракт на поставки. В общем, мы такие октопотроидам просто не продавали. Да и комплексует эта раса очень сильно по поводу своей внешности, всё-таки у большинства гуманоидов руки. Они в жизни не построят и не станут использовать корабль с таким вот щупальцем. Для них это уродство, они бы скорее на нас парализующую сеть набросили, или, как акула, проглотили бы, или…

— Понятно, — перебил я, понимая, что у нас мало времени. — А что «во-вторых»?

— Во-вторых, они представились пиратами, а не звёздопроходцами, как называют себя большинство пиратов. Здесь грань очень тонкая, да и мои сородичи путешественники не раз сталкивались с пиратами, сами понимаете, у нас профессия такая…

— Том, давай побыстрее, — поторопил шерлока теперь цварг. — Ты уверен, что это варшни?

— Абсолютно, — кивнул шерлок.

Вновь наступило молчание.

— И… чем нам это грозит? — спросил я, рискнув нарушить тишину.

Вопрос не был обращён ни к кому конкретно, но я очень надеялся, что Рэй ответит на мой вопрос.

— Да, в общем-то, ничем хорошим, — пожевав нижнюю губу, сообщил цварг. — Варшни — это особый сорт космических пиратов, так называемые наёмные пираты. Они редко грабят корабли ради товара, полезных ископаемых или любых других ресурсов, их специальность — выполнение заказов.

— В смысле? — не понял я.

— Например, решил некий богатый гуманоид найти себе повариху захухрю, но такие в космосе появляются крайне редко. Или же его дорогой сыночек на своё столетие возжелал получить в качестве подарка ведьмедя. Или какой-нибудь мерзкий гад разбил сердце его любимой дочурке, и необходимо отомстить, но так, чтобы никто из родственников этого гада не догадался, кто выступил заказчиком несчастного случая. Во всех этих случаях богатый гуманоид обращается к наёмникам, — пояснил Рэй.

— А-а-а-а, — глубокомысленно ответил я и перевёл растерянный взгляд на Даяну.

— Ой, да ладно, — неожиданно громко хлопнула ладошкой по подлокотнику кресла девушка, тряхнув роскошной гривой волос. — Ничем плохим нам это тоже не грозит. Если это наёмники, то, скорее всего, они выполняют задание и ищут что-то особенное. Вполне вероятно, что у нас нет того, что им надо, в этом случае они нас просто отпустят. Я права, Том?

На лице шерлока был написан откровенное сомнение, однако он неохотно кивнул:

— Да, если они не будут в нас заинтересованы, то просто отпустят. Для них первостепенное — это выполнение задания в кратчайшие сроки.

В этот момент наш корабль резко дёрнуло. Магнетронный щуп окончательно втянул наш корабль внутрь зева «Сокола». Взвыла система сигнализации, а затем кто-то выбил входную дверь в «Спэйс-Икс» и уже через минуту варшни ворвались в рубку, держа нас всех на прицеле своих бластеров.

Варшнями оказались худые долговязые гуманоиды с яркими жёлто-красно-оранжевыми перьями по всему телу. Они что-то гоготали на своём непонятном птичьем языке, а затем один из них отделился от всей компании, шумно прочистил горло и произнёс немного картавя:

— Хто здесь хапитан?

Я видел, как Рэй сделал шаг вперёд, готовясь взять на себя всю ответственность. Почему-то в голове сразу же возникли кадры из старинных видеофильмов с Захарана, где именно капитанов корабля приговаривали к расстрелу, а его экипаж брали в рабство. А ведь Рэй по меркам цваргов находится в самом расцвете сил, да ко всему он ещё и в Космическом Флоте служит! Действующий офицер, как ни крути! Его жизнь стоит во много раз больше, чем моя собственная, если учесть, как много государственных тайн он знает. Вряд ли рядовой офицер мог бы позволить приобрести себе «Тигра». А если у этих варшней задание взять в плен офицера Космического Флота ради получения информации? Никчёмный начинающий пилот Ивар, сбежавший с планеты с синдромом Кесслера, никому не нужен.

И такое странное чувство в этот момент снизошло на меня. Мне вдруг захотелось отблагодарить Рэя за всё, что он для меня сделал. И за то, что вытащил с Захрана, и позволил путешествовать вместе с ним, и за его уроки, и за приключения на Тортуге, и за знакомство и с Даяной, и за то, что он выторговывал для нас «Спэйс-Икс».

Прежде, чем цварг успел что-либо сказать, я громко оповестил пиратов:

— Я — капитан «Спэйс-Икса».

Множество жёлтых глаз с любопытством уставились на меня. Они оценивали мой встрёпанный внешний вид, засаленный комбинезон, который я накинул поверх своей обычной одежды для ремонта гоночного флаера, и слишком юный для капитана возраст. Я постарался ничем не выдать своего волнения, как и не смотреть в сторону Рэя. Испускаемые волны недовольства со стороны цварга я мог сейчас уловить, даже не являясь энергетическим вампиром.

— Вы хапитан? — недоверчиво переспросил варшень.

— Да, я капитан! — я попытался всем своим видом изобразить оскорблённую невинность. Как это так, в моём статусе посмели усомниться? Главный варшень ещё раз осмотрел нашу четвёрку и произнёс:

— Представьте Вашу хоманду, хапитан, — раздался гаркающий приказ со стороны того же краснопёрого варшня.

— М-м-м-м… — учитывая полученную информацию о наёмниках, я стремительно пытался придумать, чтобы такое сказать о членах своей команды, чтобы сделать их максимально неинтересными для пиратов. — Это Томас, — первым я указал кивком головы на шерлока. — Он бывший путешественник и…

— Профессиональный путешественник, — перебил меня Томас, не оценив моей заботы о нём. — И ничего не бывший. Меня с работы ещё никто не увольнял, вполне вероятно, что скоро вернусь на родину с дорогостоящими новостями.

— Ясно, — мотнул головой варшень. Похоже, словосочетание «профессиональный путешественник» звучало для него синонимом «бесполезному балласту». Я тихо перевёл дыхание, но, как оказалось, рано. — А это хто? — палец с длинным, загнутым, как у курицы, когтём, ткнул в сторону Даяны.

На этот раз Даяна обогнала меня с ответом. Хитрая полуцварга за какое-то мгновение преобразилась. Она широко распахнула свои раскосые фиалковые в золотую крапинку глаза, набрала полную грудь воздуха так, что застёжка на её комбинезончике опасно затрещала по шву, и невыносимо плаксивым голосом заявила:

— Я связист на «Спэйс-Иксе». И вообще, мой пупсик уже как три месяца обещает мне, что повысит до штурмана, но всё никак этого не делает! — она демонстративно надула свои пухлые губы и своенравно откинула длинные волосы за спину. — Ну, подумаешь, один раз кнопку перепутала, выпустила какие-то железяки вместо того, чтобы открыть топливный бак. Всё равно же ничего не случилось. Ну, а то, что заправочная подстанция взорвалась, так почему сразу я виновата-то, а? У них самих там всё взрывающееся лежит! Где доказательства?!

Я чуть было не сдержал смешок, но вовремя поймал себя на том, что мы вообще-то под прицелом бластеров пиратов, и стремительно закашлялся, маскируя просящийся наружу смех. Даяна была прекрасна. И как девушка, и как хакер-программист, и как актриса. Она настолько жеманно надувала губы, рассматривала свои наманикюренные пальчики и строила рожицы, что не знай я её лично, то точно бы решил, что на борту «Спэйс-Икса» летит очень взбалмошная особа.

Я поймал на себе полный сочувствия взгляд варшня и тут же закаменел.

— А это хто? — бластер указал в сторону Рэя, а в голосе мне послышалась явственная неприязнь.

— Это мой секретарь, — не замедлил я с ответом.

— Сехретарь цварх?! — с явным недоверием переспросил меня варшень.

Я лихорадочно соображал, что бы такого выдумать про Рэя, чтобы он точно не заинтересовал пиратов, но тот с блеском справился с этой задачей сам:

— Господа, а что Вы, собственно, имеете против цваргов? — спросил он, обнажив свои клыки в фирменной улыбке. — Да, я секретарь нашего капитана, а ещё совмещаю должность штатного психолога. Можем поговорить о ваших проблемах.

Откровенный ужас, пробежавший в глазах варшня, был мне наградой. Весь его вид говорил о том, что даже нуждайся он в помощи психолога, то к энергетическому вампиру он пойдёт в последнюю очередь и явно не по своей воле. На меня ещё раз взглянули, но уже как на умалишённого.

— Это вся хоманда? Врачей или учёных нет? — главный варшень дал знак своим отступить из рубки.

Я внутренне ликовал. Кажется, мы блестяще справились с нашей задачей.

— Нет, это вся команда. Больше на борту никого нет, — слукавил, конечно. Оставался ещё Тикки, но зачем этим варшням знать про него? Заинтересуются ещё ненароком.

Варшни перешли на свой клёкот и стали шумно о чём-то спорить. Спустя несколько минут их главный вновь обратился ко мне:

— А хто у Вас пилот?

И вот тут я хотел что-то выдумать про автоматику и про то, что пилота у нас как такого нет, летаем, можно сказать, «по прямой»… но я замялся, подбирая слова. А Томас, судя по всему, не чувствовал опасности перед наёмными пиратами, а потому ответил вместо меня:

— Так вы с пилотом и общаетесь.

Все варшни разом обернулись на шерлока, а я мысленно застонал. Да, бывает такое, что пилот выполняет функции капитана, но лишь в двух случаях.

— На Вас уже нападали пираты? — последовал логичный вопрос.

И вот тут бы соврать, что нападали, именно поэтому наша команда такая малочисленная, но…

— Нет, — удивлённо ответил чересчур честный Томас.

— А почему на тахом хорабле роль пилота и хапитана совмещает один захухря? — последовал следующий логичный вопрос.

— Так Ивару принадлежит этот корабль. Он поэтому капитан и пилот, — всё ещё не понимая, что сдаёт меня с потрохами, ответил шерлок.

Я хотел побиться головой о стенку. Шварх, шварх, шварх! Одно дело, если бы я как пилот был вынужден взять на себя функции капитана, из-за того, что скажем, он погиб. Совершенно другое дело, когда я настолько успешный пилот, что смог заработать деньги на такой корабль! Я сделал огромные страшные глаза шерлоку, но он не заметил моего сигнала помолчать. Мне хотелось стукнуть Томаса чем-нибудь, чтобы он заткнулся, но, похоже, этот мелкий намерился окончательно от меня избавиться.

— Он сам хупил этот хорабль?

— Нет, он выиграл его на аэрогонках у октопотроидов… — начал было Томас, а затем до него, наконец, дошло, что он только что сказал пиратам. — Ой.

— Сам Ивар с Захрана?!

Варшни вновь закудахтали что-то на своём птичьем языке, бурно обсуждая новую информацию, а затем главный, тот, что был весь в красных перьях, сообщил:

— Всех в хамеру, кроме вот этого… — он ткнул пальцем в шерлока. — Он с Тортухи, даст нам бесплатную рекламу. Его посадим на хорабль и отправим на родину.

Один из варшней что-то уточнил у предводителя. Судя по всему, он спрашивал в одиночную камеру меня сажать или общую, так главный варшень ответил:

— Исхлючительно в одиночную. Мне дохладывали, что этот пилот способен разом уложить трёх мафиози.

Глава 21. Спасение из плена — дело рук самих утопающих

Впервые в своей жизни я оказался пленником у космических пиратов. Если быть точным, я вообще впервые в своей жизни оказался пленником. Когда на меня ловко надели магнитные наручники и куда-то поволокли, я представил себе жуткую сырую камеру с холодным каменным полом и грязными заплесневелыми стенами. Но к моему несказанному удивлению меня отвели в стандартный бокс со светлыми стенами и пластиковым напольным покрытием, чуть меньших размеров, чем моя собственная каюта на «Спэйс-Иксе». Варшни даже заботливо поставили контейнер с едой на единственную откидную койку в этом крошечном, но вполне чистом и сухом боксе. Собственно, помимо койки здесь был унитаз, раковина и небольшая вентиляционная сетка под потолком, чтобы я не задохнулся. Вместо железной решётки, которую нарисовало моё буйное воображение, мою свободу ограничивали стены бокса и самая обыкновенная, но запертая снаружи дверь.

Я хмыкнул и опустился на застеленную кровать. Кусок в горло не лез, а потому контейнер с едой я бесцеремонно поставил на пол. Очевидно, что варшни, услышав, что помимо того, что я являюсь капитаном, ещё и успешный пилот, они поменяли своё мнение относительно нашей команды. Вот только если пилота они искали по-настоящему, взбалмошная бестолковая девушка-связист и цварг-психолог в их первоначальные планы точно не входили. Скорее всего, Даяну и Рэя попробуют как-нибудь нелегально продать, вполне возможно, что в той же системе Бетельгейзе, ведь у трасков так популярны аукционы с живым товаром. Судя по тому, как со мной обращаются, ничего плохого мне не грозит. Заказчику действительно требуется хороший пилот. А вот что теперь будет с моими друзьями? Ведь за то недолгое время, что мы путешествовали вместе с Даяной и Рэем, я вдруг понял, что они заменили мне семью, которой у меня никогда не было.

— Гнилой шварх!

От последних мыслей, что друзей могут продать в рабство, мне стало как-то совсем не по себе. А ведь единственный член нашего экипажа, который остался на свободе, — Томас, — уверен, что всю операцию по выяснению заказчика траскского коня для этого швархова коммуникатора поддерживает Космический Флот. То есть, скорее всего, Томас вот-вот преспокойненько улетит на нашем «Спэйс-Иксе» на свою Тортугу, в полной уверенности, что из лап наёмников нас вызволит Космический Флот.

— Шва-а-а-рх! — простонал я, наверное, в тысячный раз, сидя на откидной койке и уткнувшись локтями в колени.

А это ведь во всём виноват я! Можно было бы отказаться от аэрогонок тогда, когда Рэй просил меня это сделать. Тогда не было бы этого «Спэйс-Икса» и всего остального. Можно было бы настоять на своём, пояснить, что Томас меня неправильно понял, и не брать его с собой в полёт. Можно было, в конце концов, лучше учиться у Шантара построению маршрутов, и выяснить, как защищаются корабли от таких вот внезапных нападений пиратов из засады сразу по вылету из кротовой норы.

От грустных мыслей и самобичевания меня отвлёк настойчивый зуд в щиколотке.

— Тикки, отвали, не до тебя сейчас, — сказал я на автомате, и не больно ткнул ящера кроссовкой под попу.

Я часто так делал, когда леграсс хотел, чтобы я с ним поиграл, а мои руки в этот момент были заняты штурвалом. Тикки обычно демонстративно на меня обижался, громко фыркал, но уже через час или полтора, я обнаруживал его спящим на моём плече.

— О, Тикки! Как ты здесь оказался? — только спустя минуту или две до меня вдруг дошло, что мой любимый питомец оказался в боксе вместе со мной, а ведь Тикки пропал ещё до того, как варшни вступили на «Спэйс-Икс».

Хамелеон радостно завращал глазищами, прыгнул на стену, приняв её светло-бежевый цвет, добрался до вентиляционной шахты, а затем вновь спустился на пол.

— Ух ты! Да ты через вентиляцию сюда попал? Да? Какой ты у меня всё-таки сообразительный, — похвалил я ящера. — Хочешь кушать? — предложил ему свой контейнер с едой.

Тикки, удивительное дело, впервые на моей памяти отказался от еды. Вместо этого он вновь завращал своими глазницами и указал хвостом на дверь, мол, хватит здесь прохлаждаться, давай уже, пойдём отсюда.

— Да я бы и рад, — горестно вздохнул я, — но дверь заперта.

Для наглядности я даже встал и подергал ручку двери вбок, как если бы хотел её открыть. Но чуда не произошло, дверь упрямо оставалась стоять на месте. Тикки какое-то время следил за моими махинациями, затем громко фыркнул и… скрылся в вентиляции.

— Эх, а я-то думал, что ты меня любишь, — произнёс я вслед ящеру.

Было немного обидно, что Тикки решил свалить из моего бокса. С другой стороны, винить его в этом я не мог, так как была бы моя воля, сам бы отсюда свалил. Но долго думать о том, чем заняться в четырёх стенах, мне не пришлось. Буквально спустя пять минут вновь нарисовался мой проворный ящер, только на этот раз в своей пасти, усеянной мелкими зубиками, он нёс… пластиковую карту!

— Магнитный ключ! — не веря своим глазам, вскликнул я, забирая карту с чипом из пасти ящера.

Прямо около замка двери с обеих сторон — внутренней и наружной — располагался дисплей для блокировки двери. Изначально проектировщики корабля считали, что запереться в боксе можно как снаружи, так и изнутри, главное, чтобы был соответствующий ключ. Варшни воспользовались нехитрой архитектурой «Сокола», сделав из боксов подобие тюремных камер.

— Тикки, я тебя люблю! — подхватил я ящера на руки. — С меня плитка шоколада!

Уже когда я приблизился к дисплею, чтобы разблокировать дверь, я вновь почувствовал несильный укус в кисть.

— А теперь что не так? — спросил я, глядя то на разумное земноводное, то на ключ в своей руке.

Тикки тяжело вздохнул, заворчал и попытался мне что-то объяснить размахиванием своего хвоста.

— О, да там же могут охранники оказаться! — вдруг осенило меня, и я хлопнул себя рукой по лбу.

М-да, беглец из меня тот ещё получается. Даже ящер соображает лучше меня. Стыдно-то ка-а-ак… Хорошо хоть свидетелей моего позора здесь нет.

— Что же делать с варшнями, которых я встречу по пути? — сам себе я задал вопрос.

На этот раз Тикки закатил глаза и пополз по моей правой ноге. Тут я сообразил, что пираты меня заперли в боксе в том самом рабочем комбинезоне, заляпанном машинным маслом. Видимо, не ожидая, что я могу носить при себе какое-то оружие, и не желая пачкаться, они даже не стали меня тщательно проверять на предмет посторонних вещей. Это-то и сыграло мне на руку. Я молниеносно сбросил с себя рабочий комбинезон, оставшись в родных штанах и рубахе, достал из кармана баллончик с якобы мужским одеколоном.

— Ну, теперь я, кажется, готов, — не то утвердительно, не то вопросительно обратился я к Тикки.

Но ящер вновь покачал головой и направился к моей кровати. Он захватил зубами простынь и попытался вытащить её из-под одеяла, но в виду его маленького тельца, у него эта затея не увенчалась успехом. Ещё минут пятнадцать у меня ушло на то, чтобы сообразить, чего от меня добивался Тикки. А добивался он следующего: он хотел, чтобы я взял простынь и порвал её на много длинных полос. На это я потратил ещё добрых полчаса. Если кто-то считает, что это легко, пусть попробует сам, не имея клыков, шипов и рогов порвать обшитую со всех сторон ткань на полосы одинаковой ширины. Ладно, с одинаковой шириной я, конечно, перегнул палку. Когда я, наконец, выполнил всё, что хотел Тикки, ящер разрешил мне размагнитить дверной замок.

Послышался тихий «пилик», который в этот момент казался мне громче любой воющей сирены, и дверь бесшумно откатилась в сторону. Я, оглядываясь по сторонам, с парализатором на изготовке вышел из тюремной камеры.

— Ну, Тикки, веди, — шепнул я ящерице, и мы двинулись в путь.

Хамелеон двигался по полу, метра на два или три впереди меня и полностью сливаясь с пластиковым покрытием. Если бы я не знал, что впереди меня находится ящер, то точно его бы не заметил.

Сюрприз в виде удивлённого варшня ожидал нас уже за первым же поворотом. Тут, наверное, сработала моя реакция пилота, и прежде, чем варшень успел загоготать и поднять тревогу, я пшикнул ему парализатором прямо в лицо. Пернатый гуманоид застыл передо мной, широко выпучив глаза и смешно раззявив рот. Недолго думая, я опрокинул его на пол, связал одной из оторванных от простыни лент его руки за спиной. Подумал ещё немного и затолкал ему в рот в качестве кляпа вторую ленту. Именно в тот момент, когда я фиксировал на несчастном варшне его импровизированный кляп, гуманоид очнулся. По его глазам, метавшим молнии ярости, я понял, что варшень совершенно не доволен сложившимися обстоятельствами. Одновременно с его брыканиями подо мной смешно зашевелился и вздыбился хохолок из розоватых перьев на макушке пирата. Я только сейчас обратил внимание, что если все тело варшня покрывали пёрышки от светло-жёлтого то буро-алого оттенков, то только в хохолке они имели нежно-розовый оттенок. «А Даяне пойдёт», — мелькнула у меня в голове злорадная мысль.

— Да ладно, я всего пару перьев выдрал, жалко, что ли? — произнёс я вслух, выпрямляясь над варшнем, который от бешенства вращал глазами не хуже, чем мой ящер.

Свой трофей я воткнул себе за ухо и поспешил за Тикки. В таком же темпе мы уложили ещё пятерых охранников по отдельности, которые дежурили в разных частях «Сокола». Тот момент, когда на радостях я выскочил вслед за Тикки из-за угла, и ко мне обернулись сразу трое варшней, стал для меня полной неожиданностью.

— Э-э-э, а я тут за кофейком решил сгонять, — брякнул первое, что пришло мне в голову.

Кажется, мой побег из пиратской тюрьмы закончится совершенно бесславно. Варшни, не сговариваясь, потянулись за своими бластерами, и именно в этот момент один за другим за считанные терции упали без сознания на пол.

— О, — совершенно искренне обрадовалась Даяна, перекидывая бластер в левую руку, — симпатяга, а я как раз тебя и искала!

Лёгким движением головы она отбросила длинные локоны с лица и ослепительно улыбнулась мне.

— О-о-о… — всё ещё не отойдя от шока, протянул я. Почему-то моё воображение рисовало, что Даяну заперли где-нибудь в медицинском отсеке, накачали наркотой и уже готовят к продаже в качестве экзотической рабыни. — Ты их убила?

— Не-а, лишь оглушила, — подмигнула мне девушка. — Смотрю, ты и без меня отлично справлялся тут, даже к побегу подготовился! Давай сюда свои лоскуты, надо связать, пока они не очухались.

И машинально передал Даяне несколько оторванных от простыни полосок материи. Девушка проворно схватила и стала связывать варшней.

— А ты… как это… освободилась? — дар речи возвращался ко мне медленнее, чем хотелось бы.

— Пф-ф-ф, — подмигнула мне девушка. — Ив, ты иногда такой забавный, у меня нет слов. Меня же заперли в отсеке вместе с моим наручным компьютером, — она помахала рукой у меня перед глазами. — Представляешь, они на роутер от «Сокола» пароль всего лишь шестизначный поставили. Я сначала обрадовалась, что хоть какая-то интересная задачка ожидается, но дело оказалось скучнее некуда.

Я нервно передёрнул плечами. У нас с Даяной сильно расходились мнения, что считать «интересным», а что «скучным». Да я за то время, что просидел в тюремном боксе, уже успел обвинить себя во всём, что случилось с командой, пожалеть, что вообще повёл «Спэйс-Икс» в сторону Бетельгейзе, и чуть ли не навсегда мысленно распрощаться с друзьями, а Даяна всё ещё считала эту поездку «скучнее некуда».

— А где Рэй? — последовал мой следующий вопрос.

Всё-таки я переживал о нём.

— Рэюшка? — откликнулась Даяна, завязывая руки последнего из варшней каким-то чудаковатым узлом. — Без понятия. Но он же цварг, думаю, ещё минут десять-пятнадцать, и он освободится.

Именно в этот момент хлипкая дверь в конце коридора с шумом упала прямо на пол, и в проходе «Сокола» нарисовалась мощная фигура цварга. Его глаза были ярко-алыми, а хвост метался из стороны в сторону, но как только Рэй увидел нас, моргнул, и его радужки стали приобретать нормальный фиолетовый оттенок.

— О, а вот и вы, — произнёс он слегка удивлённо. — Я думал… а, впрочем, теперь неважно. Даяна, в этом секторе корабля все варшни связаны?

— Обижа-а-аешь, — протянула Даяна, но её сияющий вид при этом говорил, что она ничуть не обиделась на вопрос Рэя.

— Ладно, тогда давай, дуй в рубку, подключись к их бортовому компьютеру и выясни, какого шварха им понадобился наш Ивар, — скомандовал Рэй. — А я пока предупрежу Томаса, что планы поменялись, если он, конечно, ещё не покинул «Сокол».

— Уже бегу, — откликнулась девушка и чуть ли не вприпрыжку понеслась в сторону рубки.

Я смотрел на Рэя и чувствовал себя почему-то неуютно. Шварх! Наверно, не надо было называться капитаном «Спэйс-Икса» перед главарём варшней. Рэй с каким-то непередаваемым выражением лица смотрел на меня, а я чувствовал виноватым себя по всем статьям. Но в какой-то момент цварг неуловимо исчез из поля моего зрения, а затем появился прямо рядом со мной и схватил меня в охапку с такой силой, что у меня затрещали рёбра.

— Рэ-э-э-эй, — сдавленно просипел я, — задуфыфь…

— Ах, да, прости, — меня поставили обратно на пол. — Ты как? Тебе ничего не вкалывали? Таблетки есть не заставляли? Как себя чувствуешь? Не тошнит? Голова не кружится? — посыпался град вопросов.

— Да нет, вроде всё нормально… — ответил я, нервно проверяя целостность своих рёбер. Вот ведь непонятно, что снизошло на этого странного цварга. — Меня держали в боксе и даже принесли еду, но мне есть не хотелось…

— А ЕСЛИ ТЫ СЕБЯ НОРМАЛЬНО ЧУВСТВУЕШЬ, ТО КАКОГО ШВАРХА ВООБЩЕ СТАЛ РАЗЫГРЫВАТЬ ЭТУ КОМЕДИЮ С КАПИТАНОМ И НЕ ДАЛ СЛОВО МНЕ?! — неожиданно резко заорал на меня Рэй во всю силу лёгких. Я чуть было не оглох. — Ты вообще представляешь, как сильно я разволновался?! А если бы они и меня с Даяной отправили на «Спэйс-Иксе» на Тортугу? Как бы ты выпутывался из этой истории? Да просто чудо, что они решили прихватить ещё и нас, а я мы с Даяной так быстро выбрались из своих камер!

— Вообще-то, я тоже сам выбрался и даже пятерых варшней уложил, — перебил я Рэя и неожиданно хлюпнул носом.

Ну почему он так на меня орёт? Можно подумать, будто я заранее знал, что варшни ищут пилота, или что Томас решит поделиться информацией, откуда у нас такой корабль. Ну да, Томас оказался на борту «Спэйс-Икса» исключительно по моей инициативе, но не мог же я бросить шерлока без кредитов на пропитание со сломанным гоночным флаером на станции М-14?!

— Да неужто? Пятерых высоченных варшней сам уложил? — недоверчиво переспросил Рэй.

Я бросил взгляд на Тикки, но тот, к моему счастью, был скотиной бессловесной, а потому я нагло соврал.

— Да, пятерых варшней сам уложил и даже руки за спиной догадался связать. А ещё вот, — указал на розовые перья за ухом, — даже трофеи собрал.

Рэй насмешливо фыркнул, покачал головой, но комментировать мои трофеи никак не стал. Вместо этого он отметил:

— Надо поторопиться и сообщить Томасу, что мы уже не пленники на этом корабле.

Я утвердительно кивнул, и мы поспешили в шлюзовой отсек.

— Рэй, слушай, а как ты выбрался из своей тюремной камеры? — набрался храбрости и решил поинтересоваться я. Про Даяну мне было более или менее понятно. Она как хакер взломала систему «Сокола» и могла беспрепятственно передвигаться по кораблю. Но Рэй-то хакером не был, он даже как пилот водил лишь автоматизированные корабли.

— Ну не зря же я цварг, — туманно ответил мне мой друг.

Я почесал затылок, совершенно не поняв ответа Рэя. Ну, цварг, ну и что? Видя моё замешательство, Рэй хмыкнул:

— Пацан, не бери в голову. Я просто давно уже не ел, вот и всё.

— Ты что, съел своих охранников? — ужаснулся я искренне.

— Нет, конечно, — расхохотался Рэй.

И в этот момент мы таки пришли к шлюзовому отсеку. За доли секунд цварг вырубил двоих варшней, охраняющих вход, а ещё через минуту мы уже объясняли счастливому Томасу, что ему никуда без нас лететь не придётся. Когда всей компанией мы направились в рубку, Томас немного отстал и дёрнул меня за рукав.

— М-м-м? — вопросительно поднял я брови.

— Слушай, а как ты освободился-то? Пойми меня правильно, тут целый корабль варшней… Рэй, конечно, цварг, — на этом моменте Том передёрнул плечами, — но даже для него это слишком много…

— Э-э-э… — я переглянулся с Тикки, не зная, что можно сообщить шерлоку, чтобы эта информация потом не разлетелась на все галактики. — Мне помогли, — решил туманно пояснить я, — но это тайна. Так что тс-с-с.

— А-а-а, — важно закивал Том, — конечно, я всё понимаю. Космофлот не оставляет своих агентов в беде. Я, в общем-то, и так не сильно нервничал, когда нас захватили пираты, но теперь уже точно буду спокоен, ведь при поддержке такой мощной организации всё просто обязано пройти хорошо.

Я криво улыбнулся. Да уж, мне бы такую уверенность в собственных силах, но разочаровывать шерлока как-то не хотелось.

Глава 22. Теория вселенского заговора

— Даяна, ты выяснила, зачем варшням понадобился наш пацан? — спросил Рэй, как только мы зашли в рубку.

Рубка «Сокола» оказалась просторной, с большим количеством иллюминаторов и несколькими креслами перед торпедой. Два варшня без сознания валялись связанными спина к спине по центру помещения, а ещё один с кляпом во рту сидел привязанным к одному из кресел. В этом варшне я узнал того самого главного, который допрашивал меня, когда «Спэйс-Икс» только поймали.

— А почему он с кляпом? — вырвалось у меня.

С моей точки зрения было логичнее допросить именно этого варшня, чем перерывать тонну зашифрованной информации и искать причины, по которым нас решили взять в плен. Предводитель пиратов нахохлился и что-то гневно заклекотал, увидев нас.

— Да он что-то кудахтает на своём языке, у меня уши устали, — отмахнулась Даяна. — С техникой куда приятнее общаться: тебя не пытаются укусить, не угрожают бластером и не оскорбляют.

— П-п-простите, — наконец отмер Томас, — а это что, Вы всех троих уложили?

Мы разом обернулись на Томаса и только сейчас вспомнили, что Даяна по легенде всего лишь связист и помощница Рэя. Для обыкновенной девушки, не связанной с мафией Тортуги, она слишком уж ловко общалась с оружием.

— Ну, разумеется, нет, — не моргнув и глазом соврала Даяна. — Это всё Ив, он и меня освободил, и в рубку привёл, что бы я могла проследить за полётом «Сокола», пока он берёт под контроль весь корабль. Вы ведь в курсе, как Ив в одиночку троих мафиози на Тортуге уложил? Что ему какие-то космические пираты! Всё наше пленение было лишь тщательно разыгранным, стратегически продуманным спектаклем, чтобы выяснить как можно больше информации о заказчике варшней.

Я почувствовал, как краснею до самых кончиков ушей, потому что в такое откровенное враньё, как мне казалось в тот момент, не поверит никто. Но Томас моментально поверил и закивал головой, словно болванчик.

— Что касается нашего пилота, то, на нашу удачу, — Даяна всплеснула руками, — эти пираты не совершенно шифруют каналы передачи информации!

— Что совсем не шифру… — начал я, но получил ощутимый тычок под рёбра от Рэя и моментально заткнулся.

— Совершенно не шифруют, — как ни в чём не бывало, кивнула Даяна, а варшень-главарь вновь что-то заворчал через кляп, но его речь было не разобрать. — Оказывается, с нашими наёмниками где-то две недели назад связался некий траск по имени Альташ-ибн-Харизандр. Он попросил пиратов в кратчайшие сроки найти первоклассного пилота, желательно с техническим образованием.

— Забавно, получается, — перебил её Рэй. — Общеизвестно, что самых лучших пилотов готовит Космический Флот. Найти не то, чтобы квалифицированного пилота, а просто хорошего, но при этом не завербованного Космическим Флотом — практически нереально…

— Только если его не вырастить и натаскать самостоятельно, — живо подхватила Даяна и посмотрела в упор на меня.

— А что я? Меня вообще-то Шантар тренировал, — ответил я, не понимая, к чему ведут эти двое.

— Шантар, на чьём коммуникаторе был установлен вирус траскского происхождения, — многозначительно посмотрел на меня Рэй.

— Да, но это бред какой-то получается, — развёл я руками. — Неужели траски наняли Шантара, чтобы обучить меня пилотированию, а затем устранили его до того момента, как я полностью окончил обучение? Вы не находите это несколько странным? — я обвёл глазами задумавшихся Рэя и Даяну.

То, что Шантар имел свои счёты к Космическому Флоту и мог запросто согласиться на работу на трасков, я допускал. Я помнил рассказ Рэя о том, как Шантара сослали на Захран за то, что он не доложил об установке сердечного импланта. И в глазах последнего наказание в несколько десятков лет на мусорной планете явно было несоизмеримо с его проступком.

— Я думаю, они не хотели устранять его, — произнесла Даяна, побарабанив идеальными ноготками по кожаной обшивке торпеды. — Скорее всего, траски хотели гарантий, что их захранорощенный пилот не смоется с планеты. Согласно триггеру вируса, он должен был активировать наномагнитную бомбу лишь тогда, когда в радиус действия попадут работающие двигатели космического корабля. На твою беду, Рэй, этим кораблём оказался «Тигр», а не «Воробей-19», — она бросила сочувствующий взгляд на цварга и продолжила, — Шантар не предупредил даже своё руководство об искусственном сердце, и я очень сомневаюсь, что он стал отчитываться траскам о своём здоровье. Рискну предположить, что траски вообще не планировали устранять Шантара. Лишь не допустить, чтобы он или Ив покинул Захран.

— Не допустить, чтобы я покинул Захран? — я издал нервный смешок. Вот так живёшь, никого не трогаешь, с трудом добываешь кредиты на пропитание, а потом кто-то строит мировой заговор, в котором тебе отведена главная роль. — Даяна, ты не находишь, что это слишком? Если пилот траскам требовался хороший, то его, как минимум, имеет смысл выпускать в космос. По-моему, ты слишком переоцениваешь важность моей персоны.

— Хм, а мне кажется, что гипотеза Даяны имеет право на существование, — задумчиво поскрёб пальцами подбородок Рэй. — Меня самого удивило, что в доме Шантара я обнаружил симулятор для полётов, он был хорошим программистом, но никогда особенно не увлекался пилотированием. С другой стороны, на любой другой планете, которая не отрезана от космоса как Захран, подающего надежды пилота моментально заметил бы Космический Флот и принял в ряд ККФОМ-цев. Пилот-захухря — это своего роды выигрышный вариант, как в техническом, так и в психологическом плане. Подумай, если бы в один прекрасный день огромный космический корабль приземлился бы на лужайке дома Шантара и предложил бы тебе покинуть планету, но на условиях трасков. Сколько бы времени тебе потребовалось, чтобы согласиться на предложение?

Я промолчал, так как прекрасно понял, на что намекал цварг. Покинуть Захран мечтало большинство жителей планеты, а уж мальчишка, который день изо дня тренировался на симуляторе и постоянно слышал от Шантара о звёздах и Космическом Флоте, готов был душу продать за то, чтобы сбежать из этой тюрьмы. Я был готов стать пиратом и преступником, лишь бы не видеть опостылевшей пожухлой травы и не добывать себе еду среди отходов.

Цварг хлопнул в ладоши, привлекая всеобщее внимание.

— Итак, мы считаем, что Альташ-ибн-Харизандр заказал у Шантара обучение пилота для каких-то личных целей, а когда обучение Ивара стало подходить к концу, бывший офицер космофлота неожиданно перестал выходить на связь. Это сильно взволновало траска, скорее всего, он даже попытался прощупать почву, что же случилось с его пилотом. Но, как известно, Захран — планета с синдромом Кесслера, и если сам Шантар не захотел выходить на связь, то никто и ничто не заставит его это сделать. Как итог, траск срочно нанял пиратов, чтобы они нашли хоть какую-то замену пилоту-захухре.

— А пилоты совершенно случайно наткнулись на нас, — закончила речь Рэя Даяна.

В целом, я был согласен со всем, до чего додумалась команда, но одна деталь мне осталась всё ещё не совсем ясной.

— Рэй, а почему ты считаешь, что моё обучение стало подходить к концу? Я же… — я развёл руками, показывая, что пилот из меня не ахти, мне ещё учиться и учиться. Произносить такое вслух, да ещё и при Томасе было очень стыдно.

— Да потому что пакеты информации с Захрана в последние месяцы с трудом пролезали в канал! — фыркнул цварг.

Ах, шварх! А ведь он про это мне говорил… и правда, теперь всё сходится. Моё обучение было ещё явно незаконченным, но этому траску по какой-то причине срочно требовался пилот.

— Остаётся выяснить, зачем Альташ-ибн-Харизандру сдался наш Ив, и прижать его к стенке, а также взыскать кредиты за повреждённого «Тигра», — довольно потирая ладони, подвела итог Даяна.

Рэй согласно кивнул головой, я растерянно пожал плечами, и тут голос подал Том, про которого мы трое совершенно забыли. Всё это время зелёный шерлок стоял в углу рубки, восторженно переводя все четыре глаза с одного члена нашей команды на другого.

— Я так и ничего не понял, — пожаловался он. — Почему вы говорите, что Ив безвылазно сидел на Захране, если он победил горилломов в системе Альфа Центавра? Как он мог быть одновременно в двух системах? И о какой нанобомбе шла речь? И как Шантар мог работать на трасков, если он был офицером Космического Флота?!

Я переглянулся с Рэем. Вопросы Томаса были, что называется, не бровь, а в глаз. И если я ещё мог уговорить Рэя рассказать Тому о том, как погиб «Тигр», несмотря на то, что для цварга потеря корабля — удар по его самолюбию, то сообщать шерлоку о предательстве Шантара было категорически нельзя. Это даже мне слишком очевидно. Космический Флот никогда не потерпит того, чтобы «простые смертные» узнали, что в их рядах есть крысы или изменники. Это государственная структура, которая имеет идеальную, как пальто Рэя, репутацию, и если кто-то будет болтать что-то плохое о Космическом Флоте, то, что-то мне подсказывает, его быстренько заставят замолчать. Любым способом. А рассказать что-либо шерлоку, являющемуся профессиональным путешественником, равнозначно тому, чтобы прокричать на весь космос.

— М-м-м… Том, тут такое дело, — понизил голос Рэй. — Наш Ивар — единственный в своём роде, он не только виртуозно водит флаеры, но ещё и очень силён физически, хотя внешне по нему этого не скажешь. Ты же в курсе про ту историю, как он одним ударом уложил на Тортуге трёх мафиози?

— Ну да… — неуверенно произнёс Том и покосился на меня.

Я прекрасно понимал сомнения шерлока. Всё-таки я был очень щуплым даже для жителя Захрана, я уже молчу о том, как моя чрезмерно худая фигура комично смотрелась на фоне мощного силуэта цварга.

— Ты не смотри, что Ив не выглядит накачанным, у него встроенный экзоскелет, он фантастически силён, — бодро подхватила враньё Рэя Даяна.

Какой к шварху экзоскелет? Я с укором посмотрел на полуцваргу и цварга. Вот ведь два сапога пара! Врут, как будто дышат!

— А-а-а…. вот почему Ивар отказался пожимать руку октопотроидам, — вдруг закивал Томас, а я с ужасом понял, что он поверил во всё это враньё, шитое белыми нитками. — Да-да, я слышал, как октопотроиды оскорбились, — пояснил он на мой удивлённый взгляд.

— Так вот, на самом деле, Ивар не просто пилот, но ещё и специальный агент космофлота, выполняющий функции телохранителя, — продолжал вдохновенно врать Рэй. — Мы с ним как раз летели после успешно выполненного задания по зачистке горилломов в системе Альфы Центавра, когда нас срочно перенаправили на Захран. Там уже несколько лет проживал важный свидетель под личиной старика и бывшего офицера космофлота. Том, ты ведь в курсе, что такое программа по защите свидетелей?

— О-о-о! — воскликнул потрясённый шерлок. — То есть ваш Шантар и не офицер космофлота вовсе, его просто прятали на Захране?!

Рэй сделал устрашающие глаза и зашипел:

— Тихо! Этого нельзя произносить вслух! Ты же понимаешь, что это государственная тайна, за разглашение которой может последовать смертная казнь!

Шерлок торопливо закивал головой и затараторил:

— Я никому не скажу, честно-честно. И что в итоге ваш свидетель? Умер?

Почему-то мне вдруг стало весело. Шерлоки — раса, которая занимается торговлей, их родная планета Тортуга, и, как говорил Рэй, информация на этой планете стоит дороже любого товара. Что-то мне подсказывало, что «по большому секрету» Томас скоро перескажет все наши приключения всем своим собратьям.

— Ивар старался успеть на Захран до последнего, — Рэй сделал скорбное лицо. — Он даже пожертвовал «Тигром» последней модели, так как спасение жизни свидетеля было для него превыше всего. Но, к сожалению, мы не успели. Траски взорвали нанобомбу, убив важного свидетеля. Теперь вывести их на чистую воду — дело чести. Надеюсь, ты, Том, не станешь болтать о том, что Ивар похоронил корабль? Ты же ведь и сам понимаешь, каково отношение общества к пилоту, потерявшему свой корабль? Недавно сам побывал в такой ситуации. А Ивар, прежде всего, пытался спасти чужую жизнь.

— Я, конечно, всё понимаю, — кивнул шерлок. — Ивар уже продемонстрировал мне однажды своё благородство, и я ни на секунду не сомневаюсь, что «Тигр» погиб не из-за его неумелого пилотирования. А где сейчас тот начинающий захухря-пилот, что жил в доме вашего Шантара и чьё место занял Ивар?

— Разумеется, мы доставили его в академию космофлота. Всё-таки кадры на дороге не валяются. Этот мальчик — действительно подающий надежду пилот, и в будущем станет профессионалом, если продолжит обучение, — Рэй кинул многозначительный взгляд на меня.

М-да, а хорошо Рэй устроился. И Шантара обелил, и моё нахождение в двух системах пояснил, и то, куда делся «второй» Ивар, и даже гибель своего «Тигра» выставил как подвиг.

— Ну-с, хватит разглагольствовать, — влез я в диалог. — Судя по расположению звёзд, мы уже подлетаем к системе Бетельгейзе. Предлагаю запереть всех этих, — я указал носком кроссовки на варшней, — в их же боксах, а затем немного поспать.

— Пацан, зачем ты встрял в наш с Томасом диалог? — не утерпел шепнуть мне на ухо Рэй, когда мы занялись делом. — Ты же прекрасно понимаешь, что шерлок после этого приключения вернётся на Тортугу и обо всём расскажет своим. Мы же сделаем тебе и мне первоклассную репутацию в космосе! Да тебе будут платить по тысячи кредитов в неделю…

— Только если Томас вдруг не заметит противоречий в твоей истории.

— Каких противоречий?

— Например, того, что по легенде я заменяю начинающего пилота, но вместо того, чтобы водить неуверенно, почему-то зарегистрировался на аэрогонках на М-14. Или то, что о якобы секретном задании на Альфе Центавра знает вся Тортуга.

— Хм… Ты прав, пацан, надо поскорее запихать этих варшней в их камеры, чтобы не мешались под ногами.

Убирали мы в камеры только тех варшней, которых нейтрализовали я и Даяна. Как оказалось, варшни, охранявшие бокс с Рэем, сами заперлись внутри и при нашем приближении дрожащими от страха голосами заявили, чтобы «этот ненормальный цварг» даже не смел приближаться к их боксу. Я непонимающе пожал плечами, а Даяна хмыкнула и провелась магнитным ключом, чтобы заблокировать двери бокса ещё и снаружи.

Глава 23. План

Когда Томас отправился спать на «Спэйс-Икс», я, Тикки, Рэй и Даяна решили разработать план по выкуриванию траска с его планеты. Пришлось сделать несколько подготовительных вещей, но к тому моменту, когда мы миновали пятую планету Бетельгейзе, все уже знали отведённые им роли.

Согласно нашему плану, Томас и Тикки отправлялись на «Спэйс-Иксе» до поры до времени летать неподалёку с выключенными двигателями, а на проекционные щиты корабля выводился прообраз небольшого астероида. Вокруг планеты трасков дрейфует множество объектов всевозможных форм и размеров, так что ещё один астероид не должен вызвать подозрений. В определённый момент Даяна пошлёт сигнал на «Спэйс-Икс», и Тикки незаметно для Томаса щёлкнет нужным тумблером, чтобы 3D-изображение мёртвого куска пород сменилось настоящей боевой единицей Космического Флота. Самому же Томасу Рэй со скорбным видом сообщил, что поскольку операция проводится Космическим Флотом, а подписанного соглашения с шерлоками о взаимопомощи у них нет, то он просто не может позволить участвовать второму пилоту в пленении преступника. Томас, как истинный бюрократичный шерлок, всегда и везде придерживающийся того, что написано в документах, расстроился несильно.

Тем временем Даяна незаметно подключилась к инфосети системы Бетельгейзе и скачала программу, меняющую голос. Ещё полчаса на её настройку — и у нас появился свой собственный предводитель варшней в лице малинововолосой красотки. Эта невероятно полезная программка даже буквы «к» на «х» заменяла именно так, как картавят варшни. Рэй же взял на себя роль Шантара, рассудив, что Альташ-ибн-Харизандр не в курсе того, что мой бывший наставник мёртв.

— Если бы он точно знал, что Шантар мёртв, то дал бы задание наёмным пиратам найти другого пилота гораздо раньше, чем две недели назад, — вполне логично заметил цварг.

Мы проработали историю, будто обманутый Шантар обнаружил вирус на своём наручном коммуникаторе, разозлился на трасков и назло им вместе с Иваром покинул Захран, но на свою беду попал в плен к тем самым наёмникам Альташ-ибн-Харизандра.

— Главное — выманить этого пихряка с планеты и заставить пристыковаться к нам, — объяснил Рэй свой план. — Наёмные пираты не садятся на планеты без веской причины, так что наше требование встретиться в космосе для обмена пилота на награду будет вполне обоснованно. А когда он, ничего не подозревая о том, что корабль пиратов захвачен нами, пришвартуется, тут-то мы его и возьмём. Тикки поменяет изображение на проекционном щите «Спэйс-Икса» на до зубов вооружённый истребитель космофлота. Ему просто ничего не останется, кроме как сдаться! Ну, что, всем всё ясно?

Мы с Даяной синхронно закивали головами.

— Тогда несколько астрономических часов даю на то, чтобы поспать, и после мы прижучим этого траска!

Укладывался я на первую попавшуюся койку в «Соколе» с каким-то странным предчувствием, что чего-то мы не учли, но чего именно, я никак не мог понять.

Проснулся от вкусного ежевичного запаха и невозможно мелодичного голоса на ушко:

— Симпатяга, пора вставать.

Эх, а такой сон снился потрясающий… Как я выиграл межгалактические аэрогонки, занял первое место, обзавёлся разумным хамелеоном, а ещё друзьями в лице грозного цварга и прекрасной девушки с малиновыми волосами.

— М-м-м… — я сладко потянулся, нехотя распахнул ресницы и увидел перед собой обеспокоенную Даяну. — М-м-м?

— Вставай-вставай, соня, — усмехнулась полуцварга. — Рэй и так уже дал тебе поспать дольше всех, мы уже подлетаем. Одевайся, ждём тебя в рубке. Скоро будем продавать тебя траскам.

Последняя фраза заставила меня окончательно очнуться. Шварх, а ведь действительно, меня сейчас продавать будут! Пойти что ли, зубы почистить? И где Тикки? Почему меня никто не кусает?

Всё ещё зевающий и с помятым лицом, через пять минут я нарисовался в рубке «Сокола».

— Ну, что там творится? — спросил, сонно потирая глаза.

— Пока ты спал, мы вышли на связь с Альташ-ибн-Харизандром и договорились о передаче тебя в открытом космосе около пояса астероидов, что пролегает между четвёртой и третьей планетой Бетельгейзе, — довольно потирая руки, произнёс Рэй.

Его кончик хвоста так и прыгал в нетерпении, а у меня в голове зазвенел звоночек, предвещающий опасность.

— Рэй, слушай, а ты не находишь, что как-то легко они согласились на встречу? Ты не думаешь, что это засада? — осторожно спросил я.

— Кто ж пиратам засады устраивает? — рассмеялся Рэй. — Не, такое себе дороже. Просто траску срочно нужен пилот, и он пошёл на уступки.

— Хм-м-м… — промямлил я, не зная, что на это возразить. Всё-таки Рэй — офицер Космического Флота, ему виднее.

— А твой прожорливый ящер уже на борту «Спэйс-Икса» вместе с Томасом. Они отшвартовались сразу же, как только я договорился о встрече, — тем временем радостно продолжал меня информировать цварг.

Я уставился в иллюминатор, наблюдая за проплывающими мимо астероидами. Интересно, который из них — наш корабль? Может, вон тот с кривым боком и серо-золотыми вкраплениями? Нет, слишком приметный, Даяна наверняка закачала в архив «Спэйс-Икса» что-то попроще. Может, вон тот булыжник, который как будто бы состоит из двух неравных частей? Пока я рассматривал дрейфующие астероиды, какая-то зудящая мысль на заднем плане всё никак не давала мне покоя, но я не мог толком сосредоточиться и понять, что именно меня так волнует.

— Ты просто нервничаешь, — прокомментировал Рэй, уловив моё состояние.

— Откуда ты…?

— Пацан, я же энергетический вампир и такие вещи чувствую. К тому же это твоё первое настоящее задание, было бы странно, если бы ты не нервничал, — он ободряюще хлопнул меня по плечу.

В этот момент раздал тонкий писк.

— Радар засёк корабль трасков. Из-за множества астероидов он их не видел, но они фактически уже рядом. Просят выйти на связь. Выходим? — спросила Даяна.

— М-м-м-м… что-то мне это не нравится, — протянул я.

— Да брось, пацан, не трусь, — оборвал меня Рэй. — В прошлую связь мы договорились на состыковку в открытом космосе, если я докажу, что у меня на борту действительно находится пилот. Рисковать и платить за кота в мешке траски не готовы.

В этот момент Даяна заговорила в передатчик, а её голос изменился на каркающе-птичий:

— Ховорит «Сохол», приближаемся х обозначенному месту встречи. Хах слышно?

— Хорошо слышно, — раздался скрипучий голос, а на виртуальном экране появился просто-таки огромный рептилоид с оливковой чешуёй по всему телу, массивным носом и подбородком. — Итак, я требую показать товар. Сами понимаете, мне хотелось бы удостовериться, что он живой, у него в порядке руки и ноги, и он вполне сможет управлять летающей посудой.

Мини-камера на торпеде «Сокола» с противным звуком повернулась ко мне, мигнула зелёным цветом, и на виртуальном экране появилось моё изображение. Стоит отметить, что испуганный вид, всклокоченные рыжие волосы и помятая рубашка идеально дополняли вид «пленного пилота».

— Э-э-э-э… — протянул я от неожиданности.

— Это и есть тот самый захухря? — противный лысый тип даже придвинулся к экрану поближе, чтобы рассмотреть меня. — Вы что, его голодом, что ли, морили? Чего худой такой-то?

— Задание было найти пилота, а не сытный обед для Вас, — невозмутимо ответила Даяна, а программа до неузнаваемости изменила её голос.

Я вздрогнул от ответа полуцварги. Какие-то несмешные у неё шутки, вот прямо совершенно. Но траск не разделял моего мнения. Он расхохотался, внезапно обнажив сразу три ряда острых, как бритва, зубов и произнёс:

— Да, действительно, тут Вы, Варкаш, попали в точку. На этой неделе я уже ел. Правда после этого пришлось долго и нудно объяснять родителям молодой невесты, куда подевалась их ненаглядная дочурка. А я ведь просил её не надевать красное! — и Альташ-ибн-Харизандр вновь засмеялся каким-то совершенно жутким смехом.

А я неожиданно понял, что передо мной самый настоящий сумасшедший. И волоски встали на моём теле дыбом. Как-то до сих пор мне думалось, что мы будем общаться с гениальным преступником, королём синдиката, но никак не с полоумным лысым рептилоидом, находящим каннибализм чем-то забавным. Я отвернулся от экрана и уставился в иллюминатор, чтобы не выдать своего испуга, граничащего с неподдельной паникой.

— Пилот жив и способен управлять хораблём. С Вас пятьсот тысяч хредитов, как доховаривались, — оборвала веселье траска Даяна, а я поперхнулся от услышанного.

Сколько-сколько за мою душу отдадут кредитов?!

— Переведу сразу же, как только получу товар, — перебил траск. — Мы швартуемся. Конец связи.

И связь оборвалась. Я нервно оглянулся на Рэя:

— Рэй, ты это слышал? Да это же настоящий псих! Он съел свою невесту! — мой голос предательски сбился на фальцет, а сердце колотилось, как бешеное. Я поймал сочувственный взгляд Рэя, а затем и Даяны. — Вас это не удивляет, да?

— Пацан, успокойся, — вновь положил мне Рэй руку на плечо. — Мы тебя им не отдадим. Они сейчас пришвартуются, мы возьмём их, и всё будет хорошо. Никто тебя не съест.

— Но… но… — у меня просто не было слов. — Ты не думал, зачем им пилот, да ещё и за такие деньги?!

— Пацан, ты не просто пилот, ты — Ивар с Захрана! Гуманоид, который смог пройти через мусорный слой планеты с синдромом Кесслера без помощи космофлота, победитель межгалактических аэрогонок на М-14, уважаемый мафиозным сообществом Тортуги и пользующийся гостеприимством целой расы шерлоков. Конечно, твоя голова много стоит!

Если Рэй хотел, чтобы мне стало от этого легче, то от последнего заявления цварга я ощутил, что у меня подкашиваются ноги от страха.

— Рэ-э-эй, ты не думал, зачем им вообще нужен пилот?

— Всё, пацан, хватит ныть. У нас мало времени. Даяна, ты все бластеры собрала? Скинь сигнал Тикки, чтобы он был готов сменить проекцию на «Спэйс-Иксе».

Даяна перекинула пару бластеров Рэю, оба они встали по бокам от входной двери в рубку, готовые к захвату траска. По предварительной договорённости Даяна заблокировала все двери и отсеки таким образом, чтобы пришвартовавшиеся траски прямиком попали в это помещение. Было решено пленить Альташ-ибн-Харизандра именно здесь, так как рубка была самым просторным и удобным с точки зрения драки помещением. Я с грустью продолжал смотреть в иллюминатор, стоя посередине рубки. Драться я особо не умел, но, судя по сумме выкупа, мне физически ничего не угрожало. В качестве обеда сумасшедший рептилоид нашёл бы кого-нибудь дешевле. Но если дело дойдёт до драки, то моя основная задача — не попасть под луч бластера.

Я смотрел, как мимо проплывают астероиды, и что-то не давало мне покоя. Что-то было не так. Но вот что? И почему Альташ-ибн-Харизандру вдруг понадобился первоклассный пилот, за которого он готов отвалить кредитов с несколько новеньких «Спэйс-Иксов»?

Не знаю, долго ли я вот так стоял, кусая губы от напряжения, но в какой-то момент дверь в рубку отъехала в сторону, а внутрь зашли сразу шесть трасков. Пятеро из них были вооружены, а шестым оказался сам Альташ-ибн-Харизандр. Он шёл позади всех, с трудом переваливаясь с ноги на ногу и вытирая тряпочкой пот со лба. Два центнера жира, чешуи и отвратительного чувства юмора.

— Вот так приятная встреча! Даянира! Сколько галактических лет прошло, а я уже соскучиться успел! А где же варшни? — произнёс жирный траск, когда их делегация зашла в рубку.

Глава 24. Факт

Ах, вот почему это имя мне показалось знакомым! Неужели это и есть тот самый траск, информацию с компьютера которого смогла украсть Даяна?

Я невольно с уважением покосился на стройную полуцваргу. А ведь Рэй говорил, что она смогла связать этого траска по рукам и ногам!

— Не могу сказать того, лично я тебе не рада, — грубо оборвала его смех Даяна, беря на прицел Альташ-ибн-Харизандра.

Траски Альташ-ибн-Харизандра времени даром не теряли и наставили оружие против Даяны и Рэя. Один из них даже взял на прицел меня, что заставило меня здорово занервничать.

— А ты мне кого-то тоже напоминаешь, — прищурился траск, рассматривая Рэя. — То, что ты не Шантар, мне очевидно. Старик был захухрей, я лично читал это в его досье. Но, по-моему, тебя я тоже где-то видел… Ты случаем не дезертир с космофлота? — совершенно искренне поинтересовался этот псих так, будто бы спросил «а не сталкивались ли мы где-то на Марктхолле?»

— Мы виделись в тот раз, когда Космический Флот накрыл ваш гнилой гадюшник, по ошибке именуемый аукционом, — прорычал Рэй сквозь зубы, а его глаза налились алым цветом, что даже мне стало страшно. — И в этот раз тебе не отвертеться. Ваш корабль находится под прицелом истребителя Космического Флота. Рекомендую сложить оружие.

— Под прицелом истребителя Космического Флота? — глупо хихикнул траск.

— Даяна, покажи им, — приказал Рэй.

Прошла минута в напряжённом ожидании, мы все внимательно смотрели в иллюминатор, а затем один из ближайших к нам астероидов вдруг превратился в корабль характерного синего цвета с золотой символикой и множеством пушек, направленных в нашу сторону.

— И это лишь один из кораблей! — торжествующе заявил Рэй. — Ещё четверо ждут на некотором расстоянии, чтобы не попасть в ваши радары. Вы окружены. Сдавайтесь!

Все смотрели на Рэя, и лишь я один продолжал наблюдать за «Спэйс-Иксом» и другими астероидами в иллюминатор. И внезапно до меня дошло то, что так навязчиво зудело у меня в голове и не давало покоя.

Псих вновь рассмеялся, да так, что на его глазах выступили слёзы.

— Серьёзно? Корабли Космического Флота нас окружили? Да даже если это и так, в чём я очень сомневаюсь, так как космофлот не стал бы размениваться на такие мелочи, мне всё равно. Пускай стреляют! Только они сильно пожалеют…

Даяна с Рэем удивлённо переглянулись, а я, к сожалению, уже знал, почему, будь здесь даже добрая сотня кораблей космофлота, ни один из них не посмел бы выстрелить.

— Ты совсем ума лишился к старости лет? — процедил Рэй. — Или считать не умеешь? На твой корабль сейчас нацелены пушки пяти военных истребителей!

— Да хоть пятнадцати, всё равно не выстрелят, — отмахнулся Альташ-ибн-Харизандр. — Так, ты, — он ткнул пальцем в меня, — как там тебя зовут? Кажется, Ивар? Иди, пойдёшь с нами.

Я горестно вздохнул и сделал шаг по направлению к траскам.

— Пацан, сто-о-ой, — запретил мне куда-либо двигаться Рэй.

— Ты всё ещё не понял? — поднял бровь безумный траск. — А я был лучшего мнения об офицерах космофлота… Жаль, очень жаль, ты меня сильно разочаровал.

— И чего же я, по-твоему, не понял?! — Рэй бесился, его хвост ходил ходуном, но я уже знал, что мы проиграли, потому что я уже понял, зачем траску потребовался первоклассный нелегальный пилот.

— А то, что на моём корабле находится самая последняя и самая совершенная разработка трасков! Кугельблиц! Знакомо тебе такое слово? Множество лазеров, сконцентрированное излучение которых искривляют пространство-время настолько, что за какую-то долю терции рождается новая чёрная дыра! Если кто-либо из ваших кораблей пальнёт по моему крейсеру, то в итоге засосёт и нас, и вас, и даже вот эту планету под нашим боком.

— Врёшь, — пробормотала Даяна побледневшими губами.

— О, не-е-т, не вру! — радостно осклабился жирный траск, повернувшись к девушке. — Твой друг докажет, что я не вру. Вон, посмотри, как его перекосило. Он же цварг, а потому точно знает, что я не вру.

— Лжецы никогда не испытывают такого торжества, — пробормотал Рэй, подтверждая слова траска. — Но ты сумасшедший, и я всё равно тебе не верю! Чем докажешь, что у тебя на борту кугельблиц?

— Он уже доказал, — севшим голосом произнёс я. — Посмотри на астероиды, Рэй, на траекторию их полёта. Это не эллипс. Тебе не кажется это странным?

Рэй прищурился.

— Такое возможно, только если система представляет собой две гравитационно связанные звезды, но Бетельгейзе — это сверхгигант.

Во всеобщем молчании и под прицелом всё тех же бластеров я подошёл к штурвалу и плавно потянул его в бок, а затем вывел на виртуальный экран многократное увеличенное изображение звезды. Корабль медленно разворачивало, и с каждой секундой мы всё чётче и чётче видели крошечную чёрную дыру, которая находилась неподалёку от газового сверхгиганта и потихонечку засасывала его в себя. Если не знать точно, что искать изначально, то эту чёрную дыру мы бы даже и не заметили.

Зрелище пробирало до мурашек. Бетельгейзе — красный сверхгигант, испещрённый множеством ярко-оранжевых и багряных пятен, которые хаотично меняют положение. Каждую секунду на поверхности массивной звезды взрывались газовые пузыри, создавая вокруг гиганта ослепительный ореол вечно движущихся языков пламени. Но лишь в одном месте эти огненные языки неестественно застыли, закрученные в вихрь и засасываемые в причудливую невидимую воронку.

— Или гравитационно связанные звезду и чёрную дыру, — пробормотал я, глядя на это космическое чудо.

— Альташ-ибн-Харизандр, ты конченый псих! — выплюнула Даяна, очнувшись от анабиоза созерцания космического, во всех смыслах этого слова, зрелища, как чёрная дыра медленно поглощает алую звезду.

— О-о-о-о, — траск засиял почти так же, как и сама Бетельгейзе, — спасибо за комплимент, моя дорогая! На самом деле, всё не так плохо, как ты обо мне думаешь. Я специально создал маленькую чёрную дыру, чтобы, так сказать, потренироваться. С одной стороны, Бетельгейзе еще проживёт сотню-другую лет, а большего мне и не надо, а с другой стороны, у меня теперь есть наглядная демонстрация того, что произойдёт со звездой той системы, которая откажет мне в моих малю-ю-ю-сеньких просьбах.

И сумасшедший траск загоготал, так что его тройной подбородок заколыхался, словно не до конца застывшее желе.

— Ну, всё, мне надоело терять тут с вами время, — резко и без прелюдии сам себя оборвал этот ненормальный, — хватайте этого мальчишку и живо на наш корабль. Мне ещё необходимо, чтобы кто-то аккуратно доставил мою кугельблиц-установку через кротовую нору.

Я сделал несколько медленных шагов по направлению к траску, как передо мной выросла широкая спина Рэя.

— Космофлот тебе этого не оставит так! — выплюнул он, едва не задев меня своим хвостом.

— Уже оставил, уже оставил! — противным голосом произнёс свихнувшийся тип. — Что вы мне сделаете? А ни-че-го! Вы хотите, чтобы в центре одной из систем, входящих в Федерацию Объединённых Миров, образовалась чёрная дыра вместо местного солнышка? Нет. Ну, вот и всё. Так! — он поманил меня пальцем. — Иди-ка сюда, сосунок.

Четыре мясистых руки схватили меня за локти и поволокли в сторону траска. А я, услышав слово «сосунок», на миг оторопел. Уже несколько недель я не слышал никаких пренебрежительных или унижающих слов в собственный адрес. Рэй с самого нашего знакомства дал понять, что негативно относится к методам воспитания моего бывшего учителя, и он никогда не станет меня морить голодом, бить или как-то обидно обзывать. Его неоднократные «пацан» или «сладенький» никогда не носили характер оскорбления, и от обращений ни в коем случае не было обидно. Скорее наоборот, цварг такими словами подбадривал меня.

Даяна так же насмешливо время от времени называла меня «симпатягой» или «дорогим», но и на её слова невозможно было обидеться. А вот «сосунок» прозвучало так… как называл меня собственный отец, а затем и Шантар. И если на Захране я считал это нормой, то теперь, пробороздив космос с Даяной и Рэем, вдруг всё моё существо воспротивилось этому унизительному обращению. Страх перед этим жирным рептилоидом вдруг резко куда-то отступил, информация о том, что он владеет, по сути, совершенным оружием, которое может уничтожать планеты и даже звёзды, — тоже. Осталась только злость. Не знаю, откуда у меня взялась такая сила, быть может, я действительно уверовал, что внутри меня экзоскелет, а быть может, свою роль сыграл Тикки, цепкие лапки которого я постоянно пытался отодрать от своего свитера, но я вывернул свои руки из крепких захватов обоих трасков.

— Руки уберите, — недовольно, но чётко произнёс я. — Сам пойду.

Обескураженные таким поворотом событий оба траска перевели взгляд на своего сумасшедшего главаря, а тот лишь одобрительно кивнул.

— Однако с характером мне пилот попался. Люблю таких!

Мне хватило мозгов не ехидничать на тему того, любит он таких пилотов с перцем и солью или замоченных в собственных слюнях. Вместо этого я демонстративно стряхнул несуществующие пылинки с рукавов своего джемпера.

— Ив, ты обронил свой коммуникатор, — бросила мне Даяна, и прежде, чем я сообразил, что его у меня никогда и в помине не было, в руки мне попал старенький кнопочный коммуникатор на стёртом кожаном ремешке.

— А, спасибо, — машинально отозвался я и под пристальными взглядами собравшихся застегнул устройство на руке.

«Сокол» делегация трасков со мной в качестве пленного пилота покинула достаточно быстро. Как бы Рэй ни рвался в бой, умом он понимал, что ему не выиграть у пяти вооружённых трасков. Даже если учесть Даяну, всё равно, численный перевес не на стороне моей команды, уже не говоря о том, что Альташ-ибн-Харизандр мог реализовать свою угрозу.

Я шёл, как в воду опущенный, думая о том, что теперь мне предстоит пилотировать корабль с установкой для создания чёрной дыры. Фактически я своими собственными руками в ближайшем будущем принесу смерть целой расе разумных существ! Вот ведь шварх! Что же теперь делать? Я настолько глубоко погрузился в собственные размышления, что и не заметил, как корабль трасков отшвартовался от «Сокола». Через стеклопакет иллюминатора я с грустью наблюдал за постепенно уменьшающимся «Спэйс-Иксом». Теперь я больше никогда не сяду за штурвал «Спэйс-Икса», не почешу Тикки по пузику, не услышу недовольное «эй, пацан, это была моя палка колбасы!» и не почувствую сладкий ежевичный аромат Даяны…

— Эй, молокосос, заснул, что ли? Давай врубай все двигатели, и погнали к ближайшему переходу! — вернул меня на землю грубый голос второго пилота. После того, как я переступил порог траскского корабля, первого пилота сделали вторым, а меня посадили на его место. Разумеется, это не добавило теплоты в наши отношения.

Я вздохнул, но послушно щёлкнул тумблерами, нажал кнопку стартера дополнительного двигателя, привычно потянул штурвал на себя и… замер. На запястье мелькнул кожаный ремешок. Я приподнял рукав и с недоумением уставился на коммуникатор, брошенный мне Даяной напоследок. Выключенный чёрный экран, несколько царапин на корпусе, вдавленная и чуть расшатанная кнопка «назад». Знакомо выглядит, хотя все коммуникаторы плюс-минус на одно лицо, то есть на один экран. Интересно, зачем Даяна мне его подкинула? Неужели и вправду хакерша думала, будто гуманоидов со столь совершенным оружием как кугельблиц можно остановить?! И тут меня озарило. Это же тот самый коммуникатор Шантара!

Не помня себя от радости и стараясь не выдать своих мыслей, я дрожащими от волнения пальцами стал постепенно включать все двигатели, подавать энергию на внутренние системы кондиционирования, даже «случайно» включил свет на всём корабле.

— Эй, щенок, полегче! Куда летишь так сломя голову? У нас вообще-то установка для кугельблица на борту! — вновь встрял второй пилот.

— Так надо, — ответил, стараясь максимально сохранить спокойствие в собственном голосе. — Установка очень тяжёлая, а нам предстоит переход через кротовую нору. Я даже настаиваю на том, чтобы включить и прогреть лазеры перед самим переходом.

— Что-о-о? Что за бред, щенок, ты несёшь…

— Вообще-то, я лучший пилот на аэрогонках М-14, — с постным лицом ответил я. Рэй научил меня, что если уж врёшь, то надо сделать при этом всём настолько скучающую рожу, чтобы остальные поверили, будто для тебя это всё обыденность и скука смертная, и ты точно не стал бы ничего выдумывать для этих гуманоидов просто потому, что твоё время стоит дороже. — Если ты не учил физику в первом классе, то объясняю для недалёких. Установка для создания чёрной дыры весит до шварховой задницы как много. Внутри неё атомы не испытывают такого притяжения, как атомы вне её, так как их компенсирует равномерное притяжение со всех сторон. Когда часть установки для кугельблица пройдёт через кротовью нору, и будет уже там, а часть всё ещё здесь, притяжение атомов внутри установки перестанет быть скомпенсированным, и всю установку разнесёт к шварху. Но если заранее прогреть лазеры и сферу, то благодаря этому можно равномерно распределить массу кугельблица, и переход будет возможен.

Всё это я сказал на одном дыхании и с таким видом, будто бы ещё вчера получил Робелевскую премию в сфере квантовой физики. Мне не хватало лишь очков, которые с умным видом поправляют на переносице учёные, по каким-то причинам не сделавшие себе операцию на глазах.

— О-о-о-о… — послышалось от бывшего первого пилота.

— А сосунок-то мозгами варит, бери пример с него, — раздался по внутренней связи голос Альташ-ибн-Харизандра.

Первый пилот отдал на виртуальном экране распоряжение включить лазерную установку. И когда бортовой компьютер показал мне, что вся техника включена, я резко выдохнул, потянулся к своему коммуникатору и включил его нажатием на кнопку, молясь, чтобы сработала электромагнитная нанобомба.

Глава 25. Последняя

— Тикки, пусти! — я пытался вытащить из пасти своего прожорливого ящера целлофан, подозрительно напоминающую обёртку любимой Рэем колбасы.

Упрямый ящер мотнул головой, упёрся всеми четырьмя лапками в откидную столешницу и вцепился крошечными зубками в кусок тонкого пластика только сильнее.

— Фу! Плохой ящер! — я упёрся ногами, но хвост Тикки случайно, а может, специально задел кнопку складного столика. Миг — и я красиво лечу через всю каюту, пребольно шмякаюсь затылком о противоположную стенку и сползаю по ней, словно кусок шварха.

— Зато обёртка у меня осталась, — потряс я трофеем перед носом скалящегося ящера. Тот же деловито поднял мордочку и развернулся ко мне хвостом, сделав вид, будто его эта шуршащая бумажка вообще никогда не интересовала.

— О, Ив, привет! Развлекаешься? — без стука в мою каюту ворвалась Даяна.

Я сделал тщетную попытку встать с пола, но, видимо, крепко приложился затылком, так как некоторые предметы задвоились, и теперь стало сложно понять, какой из стульев настоящий, чтобы опереться на него.

— Ой, да сиди-сиди, если тебе так комфортнее, — разрешающе махнула мне рукой Даяна и плюхнулась в единственное удобное в моей каюте кресло.

— Угу, — ответил я невнятно, предпринимаю вторую попытку встать. — А ты чего пришла? В смысле я тебе всегда рад, но…

— Но просто поболтать я к тебе обычно не захожу, — понятливо закончила за меня Даяна. — Да я, собственно, пришла попрощаться.

Я, уже было вставший на ноги, чуть вновь не потерял равновесие, а потому прислонился плечом к стене.

— Попрощаться? — растерянно повторил. — Как ты нас покидаешь? Но почему? Тебе с нами плохо?

Даяна вздохнула.

— Да нет, мне с вами хорошо, но…

— Но ты с самого начала согласилась на это, так как нашла в коммуникаторе Шантара траскского коня, — неожиданно для себя я перебил её. Похоже, удар о стену задействовал во мне до сих пор дремлющую и отвечающую за догадливость часть мозга. — Ты ещё на станции М-14 сказала, что хотела бы воздать по заслугам тому траску, что устроил аукцион с живым товаром. Это и был тот Альташ-ибн-Харизандр, да? Ты согласилась на это приключение, потому что рассчитывала на то, что поквитаешься?

— Вот ты сам и ответил на свой вопрос, — грустно улыбнулась Даяна.

В этот момент дверь в мою каюту снова отъехала в сторону и в проходе показалась голова Рэя:

— Пацан, а ты не видел палку моей колбасы? Я её в каюте… — и в этот момент он увидел вальяжно развалившуюся Даяну в моём кресле и меня, придерживающегося за стеночку.

— Хм… а что за посиделки, а я не в курсе?

Я поймал на себе встревоженный взгляд полуцварги, и вдруг понял, что она не хочет, чтобы Рэй узнал правду.

— Да вот обсуждаем, как всё здорово сложилось. Даяна — умница, активировала вирус и нанобомбу как раз перед тем, как передать мне коммуникатор Шантара. Вмиг их корабль с установкой для кугельблица оказался бесполезной консервной банкой с болтами!

— Вообще-то, это была идея Рэя, — сказала полуцварга. — Я всего лишь исполнитель. А весь план по активации оружия, которое использовали траски против твоего бывшего наставника, принадлежит ему.

— Да, я как будто предчувствие имел, что ещё пригодится тот коммуникатор, — цварг смущённо махнул рукой, оглядел мою каюту вновь в поисках одного удобного предмета для сидения, но не найдя его, прошествовал к моей кровати и плюхнулся на неё. — Жаль, что заранее в космофлот не отправил документы об уничтожении кугельблица. Так бы мне премиальные выплатили бы, эх…

— Да тебе и так выплатят за поимку опасного преступника, — мягко возразила Даяна.

— Да, но за кугельблиц мне бы дали звание адмирала, — мечтательно протянул Рэй.

Девушка забавно фыркнула. Я, ощущая, что мир не хочет переставать кружиться, нашарил взглядом стул и очень медленно сел на него. К этому моменту дверь в мою каюту открылась в третий раз, и на пороге показался Томас.

— Ох, капитан, как же Вы классно их! Это было ва-а-а-ау как круто! Феерично! Виртуозно! В одиночку целый корабль! Просто ух! Я уже три голодиска записал для своих собратьев о том, как Ивар с Захрана победил трасков одной левой!

— Да… как бы… тут не только моя заслуга… — растерялся я, но Шерлок продолжал тараторить, как он счастлив был оказаться в моей команде.

— Подожди, — голова раскалывалась, и соображать было сложно. — Почему «был в команде»? Ты нас покидаешь?

— Ну, разумеется! — Томас смешно похлопал ресницами второй пары глаз. — Я же профессиональный путешественник. Мне надо вернуться на Тортугу, передать информацию, ну а потом… выбраться в какую-нибудь новую систему или даже галактику.

— А-а-а… — умно протянул я, не зная, как реагировать. И с чего я только решил, что Томас будет всё время с нами? — А как ты доберёшься до Тортуги?

— Так варшни любезно согласились меня подкинуть, — ответил шерлок.

— Да, они вообще после того, как прилетел истребитель Космического Флота, стали удивительно любезными, — хмыкнул Рэй.

— О! — я неожиданно вспомнил о розовых пёрышках, которые ощипал с поверженных мною варшней. Они до сих пор так и были заткнуты за моё ухо. — Даяна, я тут подумал, что они тебе пойдут, — чувствуя на себе внимательный взгляд Рэя, я достал перья и протянул их девушке.

— Ух ты! — воскликнула полуцварга, подпрыгнув на кресле. — Какая красота! — и тут же воткнула их в густую гриву малиновых волос. — Ну что, мне идёт? — она покрутилась по центру каюты.

— Ещё как, — хором откликнулись мы все втроём.

Даяна могла бы вставить себе в волосы любую ерунду или даже мусор, ей всё равно пошло бы.

— Ну, тогда я, пожалуй, тоже пойду собираться.

— А ты куда? — встрепенулся Рэй.

— Да тоже с Томасом на Тортугу на корабле наёмников, а там дальше как получится, — она ослепительно улыбнулась.

— А это не опасно? — озвучил я свои мысли вслух, ни к кому конкретно не обращаясь, когда дверь за Даяной закрылась.

— Так ты же подарил ей розовые перья варшней! Да для неё теперь места безопаснее, чем «Сокол» пиратов не найти в целом космосе, — недоумённо ответил шерлок.

— Что?! — слились наши с Рэем голоса хором.

— Ну, так… — Томас засмущался, — у варшней только на хохолке розовые перья растут. А по всему телу жёлтые или красные. Обычно они дарят розовое перо своим избранницам, когда берут их в жёны или, как у них это называется, в тианы. В знак того, что они будут до конца жизни оберегать, холить и лелеять. А если вдруг варшень разлюбил свою вторую половину, то он вправе попросить у тианы перо обратно, но она может поставить какие угодно условия на возврат пера.

— Ну, так я не самка варшня, а перья у них отобрал силой, — только сейчас я понял, что, кажется, по незнанию совершил непростительную ошибку. Вспомнилось сразу и то, как главарь варшней забрыкался, увидев в рубке именно меня. Не Даяну или Рэя, а меня с розовыми перьями за ухом. О-о-о-о…

— Да-а-а, — перебил меня шерлок, — но есть и второй случай, когда перо из хохолка варшня может оказаться в чьих-то чужих руках, а именно — более сильного соперника. Ты победил тех пятерых варшней голыми руками, а потому имел право выдрать перья из их хохолков.

— А теперь я подарил их Даяне! — я схватился руками за волосы. — Что же я наделал?!

— Да ничего особенного, — фыркнул, смеясь Рэй. Он уже разобрался, что к чему у этой расы. — Теперь Даяна будет из них верёвки вить, а они будут вынуждены исполнять все её желания.

* * *

Мы с Рэем смотрели, как «Сокол» отшвартовался от «Спэйс-Икса» и отправился в сторону Тортуги. Мне было грустно и немного волнительно, потому что на корабле наёмных пиратов нас покинули Томас и Даяна, к которым я уже успел привязаться. Правда, судя по тому, с какими перекошенными лицами варшни встретили нашу подругу, я успокоился, поняв, что не прогадал с подарком. Что теперь делать целыми днями? Рэй с самого начала сказал мне, что выполняет поручение Космического Флота. Скорее всего, он возьмёт себе «Спэйс-Икс» вместо погибшего «Тигра» и оставит меня где-нибудь в космосе.

— Ну, хотя бы гоночный флаер с Танорга у меня остался, будет на чём летать, — ответил я себе на собственные невесёлые мысли.

— Эм-м-м, пацан, гоночного флаера у тебя нет, — вырвал меня из размышлений Рэй.

— Что? — удивился я, не сразу поняв, о чём речь.

— Я подарил его Даяне. Подумал, что перья-перьями, но мне будет спокойнее знать, что она ни от кого не зависит и в любой момент может покинуть пиратов.

— М-м-м-м… — я просто не нашёлся с ответом. Рэй, который так остро переживал потерю собственного корабля, что не разрешал снять с него лазеры, просто взял и подарил гоночный флаер Даяне?! Не может быть! Я немного помолчал, переваривая услышанное. — Ты теперь обратно на службу в космофлот вернёшься, да?

— Нет, пацан. Я решил сделать паузу, — задумчиво произнёс Рэй. — Уже столько лет и без отпуска. Я решил, а почему бы не взять отпуск на годик-другой? Там и без меня полно желающих служить родине.

— А-э-э-э… — я посмотрел на Рэя ещё более непонимающим взглядом. — Но если ты можешь позволить взять себе отпуск на годик-другой, то почему ты не полетел с Даяной и Томасом?

— М-м-м… не люблю наёмных пиратов, нет у них кодекса чести, — поморщился цварг.

— Рэй?

— Да, пацан?

— Но тебе же нравится Даяна?

— Да, нравится, — нехотя признался хвостатый цварг.

— Так почему ты сейчас не с ней летишь на Тортугу, а остался здесь со мной?!

— Ладно. Ты хочешь, чтобы я сказал тебе правду? Потому что я на свою голову пообещал сделать из тебя виртуозного пилота, лучшего в галактике! А цварги своих слов на ветер не бросают!

— И это всё?

— Ну, и Даяна вполне может позаботиться о себе сама. Ты же слышал историю нашего знакомства. А ты сам не способен выжить в открытом космосе! К тебе неприятности так и липнут!

— И это всё?

— Ну, и ты мне нравишься.

— Что, прости?

— Уши надо чистить! Запомни, глухие пилоты в космосе долго не живут. И дай уже поесть что-нибудь своему ящеру, пока он твою штанину полностью не съел!

Конец

Примечания

1

Примечание автора: Планета с синдром Кесслера — планета с непригодной для практического использования орбитой из-за многочисленного космического мусора, появившегося в результате запусков искусственных спутников. Столкновение двух достаточно крупных объектов на орбите планеты приводит к появлению большого количества новых осколков, которые, в свою очередь, сталкиваются с другим мусором, вызывая цепную реакцию рождения новых обломков.)

Content

Селина Катрин
Космические приключения Ивара

Глава 1. Наставник

Глава 2. Цварг

Глава 3. Прошлое Шантара

Глава 4. Запчасти для воробья

Глава 5. Побег с Захрана

Глава 6. Тортуга

Глава 7. Горячая сосиска, слизень кашито и ржавый автомобиль

Глава 8. Космопорт

Глава 9. Пентхаус для молодожёнов

Глава 10. Сектор № 6

Глава 11. Сектор № 8

Глава 12. Драка

Глава 13. Аукцион в системе Бетельгейзе и траскский конь

Глава 14. «Нам нужен корабль побольше»

Глава 15. Хакер в действии

Глава 16. Аэрогонки

Глава 17. Форс-мажор

Глава 18. Профессиональный путешественник

Глава 19. Дорога до Бетельгейзе

Глава 20. Наёмные пираты

Глава 21. Спасение из плена — дело рук самих утопающих

Глава 22. Теория вселенского заговора

Глава 23. План

Глава 24. Факт

Глава 25. Последняя

Примечания