Выживатель

Пролог. Глава 1. Беглец из карантина.

Пролог

— Сарынь на кичку, работяги. — Весьма громко произнёс Даниил. — Андрей, даже не дёргайся, не успеешь.

Сапёр сдвинулся чуть дальше по коридору, чтобы его могли рассмотреть остальные. Как он и ожидал, Андрей отставил ружье к стене, буквально в полутора метре от себя и спокойно хлебал суп из тарелки. Однако спокойствие резко кончилось и наступил шок, а после и страх, когда все рассмотрели Даню, что стоял в грязной одежде, с перемазанным в песке и земле лицом, вот только при этом держал в одной руке гранату без чеки и не стеснялся её демонстрировать хозяевам дома, во второй удерживал автомат, который в аккурат смотрел куда-то в живот Андрею, правда, на линии огня находилась ещё девушка, но это гостя как-то не волновало.

— Ах да, где мои манеры? Позвольте представиться, Сапёр, вас, Андрей и Михаил я уже знаю, успел подслушать, а, позвольте узнать, как зовут прекрасных дам? — Ухмыльнулся Даниил, глянув на девушку, от чего та сразу сжалась нервно сглотнув. Михаил же напрягся, да так, что у него на лбу выступил пот, в то время как Андрей лишь злобно смотрел на вошедшего.

Глава 1. Беглец из карантина.

Обычный весенний вечер, когда вроде и солнышко согревает, а холодный ветер даёт понять, что зима не хочет уступать свои права, хотя, казалось бы, уже середина апреля. Так уж вышло, что апрель выдался проблемным месяцем для всех. В стране объявили режим самоизоляции, который запрещалось нарушать под угрозой штрафов, однако никто за этим и не следил. Что власти, что народ, прекрасно понимали, что первые делают все для вида, якобы заботятся о народе, а вторые в свою очередь делают аналогично, только якобы исполняя указания власти. Однако те, кто был более-менее параноидален из дома выбирались лишь вечером, дабы не нарваться на один из патрулей, которые бы потратили лишний час времени на отвоз в участок для проведения разъяснительной беседы.

Одним из таких параноиков являлся и Даниил. Он выбирался на пробежку вечерами, примерно за пару часов до заката, однако в отличие от остальных любителей побегать, он ходил не на дворовой стадион, а в лес, так как жил на краю посёлка городского типа. В лесу у него уже была им же подготовлена небольшая тренировочная площадка, хотя пару скамей поставленных срубом, сложно назвать полноценной площадкой, но Даниилу этого было более чем достаточно для того, чтобы заниматься в курсе общей физической подготовки. Стандартный бег в пару километров по пересечённой местности, поворот к площадке, там пару десятков отжиманий от скамьи, столько же приседаний и упражнений на пресс. Для молодого и относительно крепкого организма этого вполне хватало, чтобы держать себя в форме, тем более что Даниил не планировал заниматься подготовкой по серьёзному, ему было достаточно и так. Уже на площадке он обычно после базовых упражнений занимался экзотикой в виде метания ножей в дерево шагов с пяти. Как ни странно, но он прекрасно понимал, что данный навык абсолютно бесполезен, поскольку в живность ножом не попасть, ведь даже голуби, которые кормятся на площадях и те улетят раньше, чем нож оторвётся в полет, ну, а уж люди тем более. Скрытный бросок зачастую слабый и не может пробить одежду, ну, а метать нож в открытую никто не станет. К тому же, во времена, когда у противника может вполне оказаться огнестрельное оружие, баловаться метанием ножа как-то странно, поскольку можно слечь с пулевым ранением ещё только в моменты замаха с ножом в руке. Поэтому для Даниила это была скорее некая дань традиции и тренировка для кистей.

Аналогичной тренировкой были и его попытки заниматься ножевым боем. Нет, конечно, не бой с «тенью», а с вполне реальными противниками, в виде таких же любителей потренироваться в том, что на самом деле вряд ли пригодится. К своему удивлению, он был в группе не самым старшим. В свои-то двадцать лет и ведь нашлись ребята, которым под двадцать пять, а им как малолеткам интересно помахаться на пластмассовых ножичках, да не в рамках спорта или реальных тренировок, а просто по-дружески поспарринговаться, где полностью разрешены броски, заломы, захваты и переводы в партер с последующим добиванием. Собственно это и вышибло из маленького кружка любителей реального боя парочку любителей чисто ножевого, которые не вытерпели, что во время спарринга на ножах, им может прилететь лоу-кик, а следом захват руки и бросок через бедро с последующей серией коротких ударов уже по лежачему.

Помимо такого весьма странного увлечения, Даниил так же имел обширные познания и опыт в других сферах деятельности, которые и характеризовали его как параноика. Даже на пробежку с последующей тренировкой он всегда брал сумку-трансформер с комплектом для оказания более-менее серьёзной первичной медицинской помощи, а так же небольшим набором инструментов. Что характерно, в сумке всегда лежало два ножа, а именно: небольшой пикниковый Опинель и классический Леуку, некогда купленный для походов в лес, однако буквально через месяц заменённый на более современный вариант, поэтому Луку остался в сумке на всякий случай. Помимо ножей, медицины и инструментария в сумке так же была полулитровая бутылка воды и комплект документов удостоверяющих личность, такие как паспорт, военный билет и парочка дипломов о не профильном образовании.

Сумка, даже загруженная таким набором параноика, не слишком мешала бегу, поскольку спокойно фиксировалась на спине за счёт трёх грамотно подогнанных строп. Дабы стропы не натирали кожу, Даниил даже летом накидывал поверх рубашки поло лёгкую кофту. А уж на пробежки в лес тем более. Сезон клещей пока ещё не показал себя на всю красу, однако внутренняя паранойя заставляла его надевать помимо кофты ещё и плотные спортивные штаны вместо шорт, ну и трекинговые ботинки вместо кроссовок. В подобном комплекте бегать, конечно, то ещё удовольствие, но Даниил довольно быстро свыкся с этим.

Все вполне шло своим чередом. Парень, пробежав необходимые километры, выбежал на площадку и после разминки собрался уже в обратный путь, как внутреннее чутье завопило в голос о том, что что-то не так. Вообще, Даниил привык прислушиваться к чуйке, вот только ему было не ясно, что же именно не так. Какое-то время он попросту ходил по поляне, просто пытаясь понять, что произошло. Несколько раз, перепроверив вещи, он убедился, что ничего не потерял, а осмотрев поляну, даже наоборот, нашёл несколько пустых пластиковых бутылок с характерным следом в нижней части от сигареты.

— Какого хера... — Не понимал он, сидя на импровизированной скамье и прислушиваясь к ритму сердца, которое бешено колотилось. Дышать резко стало тяжело и потому парень улёгся прямо на скамью, разводя руки в стороны и максимально расслабляя грудную клетку, что бы вдохнуть побольше воздуха.

Наваждение продлилось минут десять, судя по тому, что в наушниках прозвучали уже три песни, беспроводные наушники запиликали, что заряд аккумулятора у них уже кончается. Так что кое-как усевшись, Даниил подтянул к себе сумку и, сняв наушники, пихнул их в небольшой футлярчик служащий одновременно зарядником для них, но тот лишь мигнул красным огоньком. Не особо парясь по этому поводу, парень попросту подключил футляр вместе с наушниками к переносному аккумулятору, который включал в себя еще и панель солнечной батареи, от которой данный аккумулятор мог заряжаться.

— Ну и какого фига это было? — Тихо спросил парень куда-то в пустоту, расстёгивая при этом кофту и задирая рубашку, чтобы осмотреть внешне, что же так давило ему на грудь, однако никаких синяков там не было.

Так и не поняв, что произошло, но отметив про себя, что следует показаться знакомому педиатру, Даниил поднялся, поправляя одежду и закидывая сумку через плечо. Однако при выходе с поляны возникла проблема. Почему-то не отыскалась тропа, которую топтали в течение далеко не одного десятка лет. Данный факт уже действительно напряг парня и куда посильнее, чем тяжесть при вдохе в груди, которая уже прошла окончательно.

— Че блять... — Довольно громко произнёс он, проходясь по краю поляны в поиске тропы, но дорожка так и не нашлась.

Спасла память. Даниил помнил, как расположены скамейки на поляне и помнил, с какой стороны на поляну выходила тропа, так что, сразу выудив финку, он направился в направлении, где была тропа, попутно оставляя характерные зарубки на деревьях через каждые метров семь. Жирные такие зарубки, сначала подрезая кору снизу и резким ударом срубая сверху, от чего след получался сантиметров восемь в высоту.

К своему удивлению, даже пробродив целый час по тропе и встретив ещё парочку приметных ориентиров, Даниил так и не вышел к посёлку, так что он решил вернуться обратно на поляну. Придерживаясь меток, он смог вернуться, на сей раз не заплутав.

Тем временем уже наступала ночь, так что солнце уже близилось к горизонту. Естественно, что провести ночь на холодной земле или неудобной скамейке, не самая лучшая затея, так что, вооружившись все тем же ножом, парень быстро срубил сухие ветки с ближайших молодых деревцев и покидал в зону огороженного кострища, что представляло из себя кучу пепла уже смешанного с землей, некоторое количество угля и обгоревших головешек, все это было окружено камнями. Выложив ветки классической коробкой, он накидал в центр коробки срубленной коры, после чего принялся поджигать. Благо в сумке имелось два коробка спичек, а вот вместо первичной растопки пришлось использовать мелкие веточки, которые крайне быстро вспыхивали и сгорали, однако хватило двух спичек, чтобы загорелась уже кора и дальше огонь перекинулся на ветки.

Вовремя, поскольку ночь уже практически опустилась и были последние минут десять светлого времени, в которые Даня бегал и срубал молодые деревца стоявшие по округе поляны и, подтягивая их к скамейкам, чтобы не искать их в темноте.

Сейчас он действительно пожалел, что не взял с собою на пробежку телефон, а оставил его на зарядке дома, прихватив лишь плеер, в котором кроме музыки не было ничего интересного. Так бы он хотя бы мог позвонить родне и предупредить, что остался ночевать в лесу, да и в принципе подать сигнал, что потерялся.

Однако вместо этого, Дане ничего не оставалось кроме как переживать ночь, которая уже окончательно вступила во власть, окружая поляну тьмой, которая не могла подступить ближе, поскольку костёр уже достаточно неплохо разгорелся, поглощая и обгоревшие головешки.

— М-да... Хуйня война, главное маневры. — Усмехнулся парень, вытирая клинок о рукав кофты. Впереди его ожидала весьма сложная ночь и тогда он даже не представлял, насколько эта ночь была сложная для других людей.

Глава 2. Кладмэн мудак.

Опыт не спать во время ночных посиделок у костра Даниил уже имел, а потому для него не большой проблемой была подготовка к предстоящему дню. За ночь он успел многое обдумать и принять. Во-первых, его сильно напряг вариант того, что он заблудился, однако поляна, которую он сам расчищал и лично сколачивал на ней скамейки, убеждала парня в том, что это не леший его за нос водит по лесу. Поэтому был напряг номер два, а именно вариант с тем, что он куда-то попал. Причём попал конкретно, ибо знакомые ориентиры хоть и имеются, но они характерны для любого леса Карелии. Конечно, жанр попаданцев Даниилу был знаком, правда, в своей основополагающей вариации, в виде «Янки при дворе Короля Артура». Так что, собравшись с мыслями, он решил, что утром надо будет выходить к реке. Рядом с посёлком, где Даня раньше жил, находился полноценный залив, но тут не так важно что, главное чтобы к воде и желательно пресной. Так же учитывая характерные особенности Карелии, стоило подготовить средства передвижения в условиях болотной местности.

Чем собственно Даниил и занялся. Срубив по краям поляны несколько молодых побегов лозы, он принялся мастерить. Для простейшей остроги ему потребовалось лишь зачистить одно из уже срубленных молодых деревцев, причём зачищенная кора и ветки отправились в костёр, после чего так же зачистить лозу, стругая кору на длинные тонкие полоски, которыми впоследствии заточенные ветки и примотал. Фиксировать тыльники лозы пришлось клиновидным пазом, делая надрез в стволе деревца и противоположной формы угол на лозе, после чего уже вбивать и заматывать, чтобы при колючем ударе острогой, лоза попросту не проскальзывала через оплётку. По-хорошему бы обмотать бечёвкой, но у Дани из тянущегося был лишь медицинский скотч, который крайне плохо держался при загрязнении, ну и резинка маленького жгута RAT, который было слишком расточительно расходовать на такое, ибо жгута всего два, один такой и один Бубнова.

Закончив с острогой, Даниил отложил её в сторону, начав срезать кору с оставшихся побегов лозы, дабы потом сплести в шнурок, переплетая классической косынкой. Армия научила его, что нужно занять руки, чтобы не думать о лишнем. Как ни странно, но это помогало, так что, сплетая уже десятую косынку длинной сантиметров сорок, он скорее думал о том, что хочется спать, нежели о том, что где-то там его родня, которая наверняка волнуется, что он не вернулся с пробежки.

Под конец ночи, его окончательно сморило, и он прилёг на пару часов, подкладывая сумку под голову и удобнее кутаясь в кофту. К тому времени костёр уже догорал, а приготовленные молодые деревца закончились. Острогу ради ещё получаса тепла тратить как-то не хотелось.

Неудобная постель напомнила о себе утром, когда спустя четыре часа сна, Даниил поднялся, морщась от того, что отлежал спину. Так что, размявшись и проведя небольшую зарядку из курса общей физической подготовки, он подхватил острогу, выбирая, куда же теперь направиться.

Тем временем утренний лес был на удивление тихий. Ни пения птиц, ни звуков животных. Лишь ветер качал верхушки деревьев, от чего листва тихо шелестела. Тишина напрягала, а потому Даниил, перехватив своё самодельное оружие, которое больше напоминало посох, направился в противоположную сторону, нежели тропа, по пути так же оставляя метки, но на сей раз уже через метров тридцать, чтобы не сильно тормозиться в пути. Ранее, когда в лесу ещё были тропы, в том направлении находился небольшой гаражный кооператив, от которого имелся выход к небольшому болотцу. Гаражи находились всего в нескольких сотнях метров от поляны, и их можно было увидеть, если пройти хотя бы метров десять в их направлении. Но сейчас Даниил отошёл уже на километр от поляны и не встретил ни гаража, ни залива, даже наоборот, вышел к полю, которое длилось несколько километров и уходило в небольшой лесистый холм. С других сторон поле так же было окружено лесом, за одним исключением. По левую руку от места, где Даня вышел к полю, виднелся характерный лесоповал. Уж что-что, а отличить дерево, которое свалило ветром от спиленного, он мог, так что в надежде найти хоть кого-то, парень направился туда.

Не по полю, конечно же, а вдоль края поля по лесу на удалении метров в двадцать. Возможно, это и спасло его от участи группы людей, что вышли к полю со стороны как раз лесоповала. Только заметив группу силуэтов, Даня укрылся меж деревьев, залегая и наблюдая за людьми через нижние ветки куста. Группа находилась на отдалении в пару сотен метров. Четыре человека: двое в охотничьих костюмах, двое в обычной городской одежде, но что удивительно, охотники, которые шли с ружьями, держали идущих впереди гражданских на прицеле, время от времени подталкивая вперёд. Сначала Даня даже не понял, почему, однако когда гражданские вышли на поле, все стало ясно само собой. Охотники остановились на краю леса, а двое гражданских медленно пошли к центру поля, глядя себе под ноги. Не прошло и минуты, как первый, взвизгнув словно свинья, ринулся было назад, но раздавшийся взрыв, накрыл его осколками. Осколками так же накрыло второго идущего, который даже не успел среагировать.

— Нихуя себе... — Удивлённо прошептал Даниил. Касательно взрыва у него, конечно, было множество теорий, но то, что там полноценное минное поле, это факт.

Охотники же, делая вид, словно ничего не произошло, кинули монетку и проигравший направился оттаскивать тела обратно в лес, отмечая, что эта пара прошла уже сотню метров.

Анализируя случившееся, Даня принял для себя как факт, что выходить к охотникам надо грамотно, а не как гражданское лицо, которое могут запросто вот так послать сапёром. Нет, у него, конечно, был опыт сапёрного дела, но то было ещё в армии, с которой он уже вот как полгода вернулся.

Решив все же проверить, что там случилось, он осторожно, пригибаясь, направился к вырубке. К тому времени охотники уже направились вдоль вырубки, почти не сворачивая, при этом довольно шумно переговариваясь. Так что Даня спокойно проскользнул к старту разминированного участка. Уже по нему он направился ползком, на случай если что-то не разминировали. На первом же десятке метров, Даниил наткнулся на срезанную осколками траву и вывороченный разломанный колышек от ПОМЗ.

— Интересно девки пляшут... Да хуями парням машут. — Раздражённо прошептал парень, оглядываясь, однако поваленные деревья скрывали от него охотников, которые успели учесать метров на двести.

Осознавая, в каком щекотливом положении находится, Даня пополз дальше, предварительно отложив острогу в начале участка и выудив из сумки мультитул и бокорезы. Проползти ему нормально удалось действительно сотню, видимо парочка была уже не первой, кто тут проходил, ну или же растяжки ставились метров через тридцать. Однако уже на сто пятнадцатом метре он почти носом уткнулся в очередную растяжку. Вернее сначала он уткнулся в кусок спирали бруно в уменьшенном варианте с диаметром сантиметров эдак тридцать. Спираль шла не ровно, огибая небольшие ямы. Что характерно, само поле явно было перерыто и если сначала Даниилу казалось, что оно довольно ровное, то сейчас он уже понимал, что это два параллельных холма с низиной между ними, как раз в низине и расположилось минное поле. Подниматься даже на четвереньки и перешагивать спираль, Даня не хотел, поскольку был велик шанс нарваться на той стороне на незаметную леску и сорвать растяжку. По крайней мере, он бы сам так и поставил растяжку, а потому, он двинулся вдоль спирали, попутно оглядываясь уже себе за спину и по сторонам, поскольку с относительно разминированного коридора он уходил.

Преодолев десять метров ползком, Даниил упёрся в небольшой проход меж спиралей, шириной метра полтора. Спирали крепились на небольшие металлические угольники, вбитые в землю, и вот тут уже точно был подвох. Во-первых, любой сапёр просто из уважения к противнику поставил бы секрет на проходе, ну, а во-вторых, в угольниках были едва заметные пропилы, в которые была протянута тоненькая, едва заметная, леска.

— Вот же суки... — Поморщился Даня, тихо поминая сапёров которые это ставили. Он был уверен более чем на сотню процентов, что это классическая охранно-заградительная постановка.

Продолжая тихо материться, он приподнялся на четвереньки и, вставая боком, параллельно леске, осторожно перешагнул её, предварительно рукой прощупав землю за леской. Оказавшись по ту сторону, он уже ножом начал аккуратно прощупывать дорогу перед собою. Основной проблемой сейчас могли оказаться мины с датчиками сейсмической активности или лазерами считывающими живое движение. Вживую он, конечно, с такими не работал, но слухи в армии ходили разные.

Проверив небольшой пяточек метр на метр, он осторожно повел рукой вдоль лески, уходящей от уголка вдоль заминированной территории. Леска все ещё была под неплохим натяжением и уходила аж на пару метров к едва видимому штырьку.

— Ебаный твой рот, сапёр... — Даня тихо матерился и ошарашенно смотрел на штырь. — Это ж каким извращенцем, блять, надо быть...

От штыря леска уходила в две стороны с разворотом градусов на сорок пять. Причём оба направления шли в сторону предполагаемого противника. На штыре же имелась небольшая катушка с двумя подшипниками, расположенная сантиметрах в десяти над уровнем земли. Таким образом, получался блок разгрузки, который позволял прикладывать меньше усилий, чтобы выдернуть леской чеку из взрывателя, ну и заодно позволял повернуть направление лески.

Продолжая проклинать неизвестного ему сапёра, Даниил осторожно направился вдоль одной ветки лески, практически сразу наткнувшись на МУВ-4, где леска была привязана за боевую чеку. Быстро проанализировав ситуацию и понимая, что на другой ветке может находиться взрыватель обратного действия, он сначала пошел в другом направлении, проверил, что же упокоилась там. Однако там был аналогичный МУВ-4, но встала другая проблема, Даня понял, что если ослабит натяжение на одной ветке, вторая может схлопнуться, попросту не выдержав общего натяжения лески, от чего боевая чека покинет своё гнездо и он окажется с парой десятков осколков в теле.

Помогли косынки, которые он плёл до этого, распустив одну из косынок, парень аккуратно продел кору лозы в ушко чеки, привязывая его к корпусу взрывателя. Даня, конечно, не шибко верил во всяких Богов, но сейчас он был готов даже помолиться, чтобы его авантюра прокатила и фиксации лозы хватило, чтобы чеку не выдернуло. Был ещё вариант срезать саму леску, но видя, какой сапёр мудак, Даниил решил не рисковать, так что, зафиксировав аналогично и второй МУВ, он принялся окапывать мины. Как оказалось, на растяжке были установлены вполне классические ОЗМ-72. Не поленившись, Даня окопал их полностью и даже не удивился, когда увидел УЗРГМ выглядывающий из-под мины.

— Кладмэн мудак, прикоп двадцать сантиметров. — Тихо усмехнулся парень, так же лозой крепко обматывая спусковой рычаг, чтобы тот в случае чего не отлетел.

Аналогично оказалось и со второй миной. Там так же нашлась Ф-1 расположенная прямо под корпусом ОЗМ-72 с прижатой скобой. У Дани ушло не меньше получаса, чтобы нормально окопать мины и снять леску. По итогу на другом конце лески ничего не нашлось, так что опасения парня были напрасны, зато теперь он медленно отползал назад, имея в карманах две гранаты и две мины леской примотанные к сумке. Тонкая леска так же пошла на нужды за место предохранительных чек. Лучше конечно под это дело использовать стальную контровку, но за неимением стали, Даня использовал нейлон, ибо это всяко лучше, чем лоза. Правда, тянуть мины привязанные к сумке, с учётом, что каждая весит под пять кило, было весьма неудобно, однако оно того явно стоило.

Глава 3. Лагерь.

Во время того, как Даниил переползал к изначальной точке входа в разминированный коридор, он успел обдумать план предстоящих действий. При этом его вовсе не пугали свежие следы крови на траве. Даже наоборот, было в этом что-то, что напоминало ему детство, которое он провёл в небольшом городке. Название городка не имело значения, да и не осталось от городка ничего, лишь развороченные снарядами руины домов. Ещё в четырнадцать лет Даня успел насмотреться на то, как местные радикалы пускали на убой мирных граждан, а все из-за локального конфликта меж двух ранее братских областей. Тогда парней его возраста вербовали в радикалы обе стороны. Повторялась историческая практика второй мировой войны, когда детей использовали что немцы, что партизаны. Разве что во время той войны все было ещё жёстче. В локальном конфликте детей использовали скорее как глаза и уши, ведь мало кто станет стрелять по безоружному пацаненку, что пришёл попросить у солдат чего поесть. Позже конечно начали стрелять, когда поняли, что дети могут работать и на противника, но тогда уже и направление эксплуатации молодых ребят сменилось. Так, например, их начали отправлять на разминирование путей, ведь детей не так жалко как подготовленных бойцов группировки.

Отвлёкшись от воспоминаний о прошлом, которые были навеяны минным полем, Даниил поёжился, передернув плечами. На всякий случай он решил дополнительно зафиксировать ОЗМки, попутно примотав Р-образную чеку поплотнее к корпусу МУВа. Уже на точке входа в коридор, парень позволил себе подняться, опираясь на острогу. От таких поползновений одежда стала выглядеть не лучшим образом: грязь, характерный зеленоватый натёр от травы, а так же кровь, в которую он уже непонятно где успел вляпаться. Все это вкупе создавало не самый хороший облик для якобы случайно заблудившегося спортсмена. Так что, поняв, что отталкиваться от этой версии не стоит, Даниил направился вперёд по вырубке, опираясь на острогу, дабы не навернутся на поваленных стволах деревьев.

Придумать более-менее нормальную легенду он так и не успел, поскольку перешагивая через очередное поваленное дерево, почувствовал что нога, которой он ступает, упирается во что-то мягкое. Рефлекторно отдёрнувшись назад, Даня чуть не упал, поскольку вовремя успел упереться острогой в землю. Аккуратно заглянув за дерево, он замер, борясь при этом с характерным рвотным порывом. Одно дело видеть просто трупы, а совсем другое видеть трупы изуродованные взрывом. Зрелище далеко не для слабонервных. Кое-как подавив желание вывернуть вчерашний ужин, он принялся обходить дерево, за которым лежало шесть тел, все мужские, в возрасте от двадцати до тридцати лет и все с осколочными и отрывными ранениями.

— Это ж, сука, кто так работает? — В пустоту прошептал Даниил, морщась и вздрагивая от того, что перед глазами словно застыла картинка увиденного. — На убой, без щупов, да даже кошку кинуть и то проще сняли бы...

Наконец обойдя преграду, Даня почти уткнулся носом в ответвление вырубки, причём такое, что даже машина сможет проехать, но накатанной колеи не было. Зато были следы указывающие на то, что вырубка совсем свежая и по ней ходили люди. Хорошо так ходили, вообще не запариваясь о том, чтобы маскироваться. Так что Даниил лишь усмехнулся от такой наглости и двинулся вдоль ответвления, держась на дистанции метров в семь, при этом следуя параллельно ходу рукава вырубки, который местами изгибался, образуя хорошие позиции для засад.

На подходе к одному из таких изгибов парень остановился. Чуйка неприятно заломила в пояснице, предвещая, что дальше может что-то быть. Присев к одному из деревьев, Даня стал наблюдать за изгибом. Действительно, уже минуты через три со стороны изгиба донеслось кряхтение и из кустарника выбралось тело. Тело, одетое в зелёный спортивный костюм, шатаясь, направилось чуть глубже в лес, где остановилось и принялось справлять нужду. При этом не заметив Даниила, что находился буквально в двадцати метрах от него, присевший за деревом.

Тихо матерясь, тело боролось с тем, чтобы нужда не попала на штаны, после чего хотело было направиться в обратную сторону, но тут уже сплоховал Даниил, поскольку его острогу было видно, а упёрта она была к дереву, острыми кольями вверх.

Заинтересованно тело направилось к кустам, за которыми укрывался парень и тот не придумал ничего лучше, чем вжикнуть молнией и подняться, делая вид что разминается. На данный шаг он решился лишь потому, что не видел оружия в руках у тела. Назвать это недоразумение из разряда дворовой гопоты чем-то кроме тела, он попросту не мог.

— Стоять! — Гаркнуло тело и полезло куда-то в карман.

— О! Человек! — Наигранно удивился Даня. — Слушай, мужик, можешь подсказать, как до ближайшей остановки выйти? А то брожу уже третьи сутки и нихрена....

Удивлённое тело само застыло на месте, осматривая парня и прикидывая, что делать, однако решение подсказал сам Даня.

— Ну, пойдем. — Мужчина кивнул куда-то в сторону рукава вырубки и почесал волосы на подбородке, которые сойдут за честь для пятнадцатилетнего паренька, но у тридцатилетнего мужика и на лобке погуще будут.

— Пойдём. — Согласился Даня. — Слухай, а где тут ближайшая приёмка металла, а то я по полю шел, гляжу банки валяются, да подобрал.

Он передвинул сумку, что бы было видно ОЗМки примотанные леской к ремню. Тело удивлённо глянул на Даню и, хмыкнув, указал все туда же.

— А вот там и сдашь, хорошая приемка есть, только ты держи покрепче, а впереди иди, дорога-то тут одна. — Усмехнулся мужчина и, выждав пока Даниил пройдёт вперёд, направился следом.

Дорога действительно было лишь одна. С тропы отворотов не было, так что, пройдя ещё метров пятьсот, Даниил вышел к небольшому забору из металлических прутьев. Огромные ворота с вывеской сверху «ДОЛ Волна» гласили о том, что это детский лагерь и тут уже Даня затупил, от чего потерял инициативу в действии.

— Кунг! — Гаркнул провожатый Даниила. — Принимай потеряшку!

В ответ на крик тела, раздался характерный посыл в известном направлении, но вскоре у ворот показался мужичок в классической горке, причём уже с оружием. В руках у него был укорот. Причём полноценный такой АКС-74у, хотя не видно, чтобы у мужика были запасные магазины в карманах.

— Это ж детский лагерь! — Продолжил играть в дурака Даниил. — А говорил, что к городу выведешь...

Даня нахмурился, от чего его провожатый заржал, разворачиваясь и направляясь обратно.

— Кунг, только ты эт, аккуратнее, он по полю прошёл. — Смеясь, предупредил мужик, уже скрываясь меж деревьев и кустов, хотя, казалось бы, дистанция малая.

— Парниша, давай без глупостей. — Кунг хмыкнул, отходя чуть в сторону. — Заходи, автобус тут время от времени ходит, а торчать все время у ворот как-то впадлу.

— А что это за лагерь такой, если его с сукой охраняют? — Уже более настороженно произнёс Даниил, но все же послушно направился к воротам. Укорот хоть и висел на ремне, но не двусмысленно был направлен стволом в сторону гостя.

Кунг лишь нахмурился, но вопрос проигнорировал, лишь хмыкнул и, заходя следом, закрыл ворота. Внутри периметра оказался действительно детский лагерь вполне советского образца. Пара бараков, здание клуба, столовая, пара хозяйственных построек и в центре этого всего плац с пустующей мачтой, на которую обычно поднимался флаг. Что более странно, в лагере было не так уж много народу. По крайней мере, на улице.

К Даниилу сразу подошёл второй постовой, который до этого спокойно сидел на лавочке, перед которой стоял небольшой раскладной столик. На столе вполне стандартный набор для записи гостей, а именно журнал и стаканчик с карандашами и ручками.

— Так, а это ещё че за хуйня? — Удивился подошедший, заметив мины, повешенные на ремень сумки. Кунг остался позади и лишь выжидающе смотрел.

— Ну... Как что... ОЗМ-72 с МУВ-4. — Пожал плечами Даниил. — Две штуки, хотел взрывчатое вещество изъять, а корпуса на цветмет, они ж металлические вроде как.

Сказать, что подошедший был удивлён, означает мягко приукрасить его состояние. Мужчина находился в состоянии ахуя с некой толикой шока.

— Хера се потеряшки пошли. — Произнес Кунг, стоящий у ворот и почёсывающий затылок. — Хмель, давай его сразу к Смотрящему. Парниш, ты, значит, знаешь, что это и как снимается?

— Более чем. — Кивнул Даниил. — Еще в наличии две Ф-1 с УЗРГМ, тоже хотелось бы сдать.

— Слушай... Как тебя там? — Чуть промедлил Хмель.

— Даниил. — Обозначился парень.

— Короче, Даниил, давай ты сейчас все это здесь оставишь, сам понимаешь, правило безопасности и все такое, а потом мы сходим до старшего и решим че делать с тобой. И это не предложение. — Хмель выудил из кармана ПМ, так же не двусмысленно направив ствол в живот Дани.

— Без бэ. — Согласился Даниил и медленно отвязал ОЗМки, ставя их на стол, к ним легли обе гранаты. Играть в дурака и тем более в великого убиватора он не собирался, поскольку его пасли минимум два ствола, и он не знал местности. В ином случае мог бы и побыковать.

— Вот и хорошо. — Кивнул мужчина. — Топай давай, вон туда. Палочку кстати свою тоже оставь.

Второй рукой он указал на здание клуба. Даня, не имея возможности препираться, оставил острогу у стола. Его, конечно, удивило то, что обыскивать не стали, но местные видимо либо настолько уверены в себе, либо действительно понимают, что гость не идиот и если в открытую все сдал, то не будет пытаться творить фигню.

Клуб действительно был советского образца, с характерными детскими рисунками на стенах, перемешанных с портретами великих деятелей культуры и партии. Даниил даже не стал вглядываться в портреты, поскольку родился уже после той эпохи и на деяния той власти ему было плевать. Шкурный интерес пересиливал интерес к истории.

В самом клубе имелся единственный актовый зал, а так же небольшой коридор с дверьми, как оказалось в кабинеты директора и замов. И естественно, что кабинет директора был занят местным Смотрящим, как выразился Кунг.

Хмель, после короткого стука, открыл дверь, подталкивая Даниила внутрь. Однако внутри у прохода и так находилось несколько человек, так что было весьма тесновато, более того, сам кабинет был весьма маленьким и тесным, не смотря на то, что из обустройства был лишь классический учительский стол по возрасту явно старше Дани раза в два, а так же два диванчика и кресло. Собственно на кресле восседал Смотритель. Стоящие у дверей были как раз теми охотниками, которых видел Даниил, поскольку слишком уже приметный камуфляж. Никто в здравом уме не будет таскать излом в такой местности.

— Смотрящий, тут потеряшка интересный. О, Ярый, вы ещё тут? — Удивился Хмель, тоже заглядывая в кабинет.

— Нет, уже уходят. — Хмыкнул Смотрящий и глянул на Даниила. Охотники аккуратно протиснулись и быстро свалили.

— Да вот, притащил две мины и две гранаты, говорит с поля снял, пока шёл. — Усмехнулся мужчина. — Ладно, я на пост.

Хмель ушёл, оставляя Даниила один на один со Смотрящим, и тот полностью оправдывал своё прозвище или должность, разглядывая гостя. Парень в ответ решил рассмотреть старика. Причём то, что это старик, стало ясно не сразу. Обритый налысо, худщавый мужчина лет шестидесяти на вид, с довольно густой бородой в стиле эспаньолки, при этом большинство возрастных черт попросту отсутствовали. Ни морщин, ни складок кожи, которые появляются к старости, даже мешков под глазами не было. Мужчина выглядел вполне даже бодро и лишь взгляд, уставший и явно удрученный опытом, выдавал в нем старика. Даня прекрасно знал этот взгляд. Такой же был у его командира, который отправлял его в рейды по минным полям противника. Мужчина рассматривал Даниила в течение долгой минуты, словно прицениваясь.

— Как, говоришь, тебя звать? — Поинтересовался Смотрящий, складывая руки на столе. — Присаживайся давай. Да, и расскажи, как же ты мины снял.

— Даниил. — Парень лишь чуть склонил голову и уселся на диван. — А снял просто. Прошёл по полю, увидел, что-то блестит, решил посмотреть поближе и чуть не обгадился когда понял. Спираль Бруно, ток мелкая какая-то, а от неё леска идёт. Классическая такая охранная постановка мины. Только там развилка была, мины рогами поставили, сразу две, обе ОЗМки на неизвлечение, под них эФки подложили. Обе тяги поставили на боевую чеку, при этом вытянув леску на разгрузочный блок. Так что пришлось сначала примотать шнурком боевую чеку к корпусу, что б при снятии одной, не выдернуло чеку у второй, а потом осторожно срезать леску, благо противовесной на том конце не было, и леска наглухо уходила к колу. Ну а потом окопал мины, глянул, а там гранаты, заглушил скобу и достал. Вот и все... А... С чего такой интерес уважаемый...

— Фитиль. Зови меня Фитиль. — Ухмыльнулся старик. — Интересно... Очень интересно... Расскажи о себе поподробнее...

Глава 4. Фитиль.

— Занятно. — Согласился Фитиль, разглядывая военный билет. — Специфическое совмещение специализаций, как так вышло?

— Сначала медицинский взвод мотострелкового батальона, старший стрелок-санитар там, таскал РПК, там же медицинская подготовка, но это в учебке было, затем перевод в боевую часть и там уже отдельного медицинского взвода не было, так что попал в обычный, оттуда уже напросился снайпером. Поначалу не хотели брать, но оно и понятно, я ведь пришёл к ним старшим стрелком, да еще и с санитарной подготовкой на уровне их штатного санитара. Ну, знаете, наверное, эти медицинские сумки ещё советские, где бинтик, ватка и зеленка. Так вот, мы даже в учебке работали с более адекватными, а в части было старье. Пришлось подмазываться и уже на стрельбище показывать, что опыта в стрельбе у меня побольше чем у их снайпера, так что под конец службы сменил РПК на СВД-С и завершил службу уже снайпером... Статусно как-то. Одно дело уходить со срочки каким-то старшим стрелком, а другое снайпером. — Хмыкнул Даниил, пытаясь понять, что так заинтересовало Фитиля в его военном билете.

— Допустим, с саперной понятно, медицинская вроде тоже как. Снайперская подготовка... Средняя дистанция работы? — Спросил мужчина, откладывая военник и разглядывая копии дипломов.

— Пять сотен метров. Дальше с винтовки не работал, не довелось, да и неудобно с ПСО на такую дистанцию работать. — Даня пожал плечами, отводя взгляд от Фитиля и разглядывая портреты великих деятелей партии, висящие на стенах.

— Н-да... Хреновый снайпер получается, но для срочника терпимо. Ладно. Свободен, иди сейчас к Хмелю, он тебя расквартирует. — Хмыкнул Фитиль, отдавая документы обратно и возвращаясь к небольшому журналу, в который он делал пометки когда Даниил рассказывал о себе, а так же вычитывал определённые фразы из него, уже когда парень спрашивал что же это за место.

Место оказалось весьма специфичное. То, что Даня попал в какую-то срань, он понимал и так, но чтобы настолько... Со слов Фитиля можно понять не так уж много, но основные моменты Даниил все же уловил.

Во-первых, данная местность является некой рекреацией, куда неизвестные свыше скинули все то, что бы в нашем мире. Вообще мужчина выдвинул странную теорию, что это все проделки неведомых Богов, которые решили посмотреть, что же будет, если людей пихнуть в непривычные им условия. Смогут ли выжить людишки или передохнут от голодной смерти и распрей друг меж другом. Так вот в этом мире, куда переместили случайных, а может и не случайных, людей, существуют объекты из прошлого мира, как например детский лагерь, где обосновалась группа Фитиля, или же минное поле, в центре которого оказалась землянка.

Во-вторых, помимо их группы, закинуло ещё довольно большое количество людей и далеко не все были добрыми. Так, например, Даня мог увидеть акт казни тех, кто решил поиграть в героя боевиков или же просто попереть против власти. Все же Фитиль установил жёсткую диктатуру, причём больше напоминающую технократию, но с чётко выделенным лидером и группой приближенных из числа старших техников. Остальные члены группы прекрасно поняли, что без техников их жизнь превратится в выживание, и потому приняли такую власть.

В-третьих, в этой рекреации существуют не только люди, но и животные, причём такие, что задерут человека и не поморщатся. Когда Даня увидел фотографии местных волков и лосей, то напряженно сглотнул, представляя, что же эти твари могли сделать с его спящим тельцем, когда он ночевал у костра.

Ну и последний вывод, Даниил уже сделал чисто для себя. Он понял, что Фитиль далеко не глуп и вербует так называемых «потеряшек» которые оказались в рекреации отдельно от групп людей. И вербует не всех подряд, а тех, кто ему интересен и чьи навыки он может применить с выгодой. Так, например, Даня уже получил задачу на ближайшее будущее. Разминировать поле, по возможности вытащить с поля все полезное и осмотреть землянку. Как оказалось, в той самой низине имеется вход в один из холмов, но этот вход видно с противоположного холма. Данную землянку обнаружили, когда группа разведчиков из Лагеря выясняла границы минного поля. Причём поле они обнаружили не сами. При охоте за местным оленем в вырубке, вышли к низине. Зверь понесся вперед и сорвал растяжку. Тушку сразу снесло в сторону, поскольку сорвал тот одну из прыгающих, которая сработала на дистанции менее метра. С тех пор они пытались расчистить минное поле ногами нежелательных элементов из числа преступников.

Однако Даниил заподозрил неладное. Что-то не сходилось в рассказе Фитиля, но что именно, он пока не мог понять. Банально не хватало фактов и знаний о мире, в который он попал. Больше всего его напрягала сама фигура Фитиля. Этот сухой мужчина, был явно не так прост. Нет, он не имел каких-то наколок или черт блатного человека, который сколотил бы банду и кошмарил другие группы выживших, но было в его взгляде что-то такое... Характерное для человека, что посылает бойцов в мясорубку и понимает, что вернутся не все, человека, что допрашивает и так уже осуждённого на смерть.

В общем, Даниил опасался главу группы засевшей в Лагере и будь его воля, свалил бы, но, к сожалению, для себя, вынужден был признать, что их помощь ему потребуется. Ему банально было негде спать, и он не знал что есть. Он не был охотником или грибником, не изучал ягоды и корни, да и травы для него делились лишь на сорняк и подорожник. Именно поэтому Даня согласился на предложение Фитиля.

Впрочем, и предложение со стороны главы Лагеря было весьма скупым. Дане досталась койка в бараке, да стандартная пайка с трехразовым питанием, как правило, давалось простое варево: кипяток, в котором плавают кусочки мяса и какая-то трава. Сказывалось даже то, что не было хлеба. Так что весь обед Дани — миска так называемого супа и стакан компота из местных ягод, после чего Хмель потащил его в барак. Как оказалось, лагерь был больше, чем он виделся изначально, бараков было штук пять, они просто располагались друг за другом и между ними были тропки, уходящие к одной общей дорожке ведущей к плацу. Даниила заселили в третий барак. Чисто логически он догадался, что чем дальше барак, тем меньше социальный статус у живущих там. Да и тем сам барак менее ухожен.

Третий барак представлял собой казарменное помещение на пару больших комнат и две бытовки, все это было соединено длинным коридором. Даню заселили в первую комнату, где сейчас из двадцати коек было занято едва ли десять. Хмель же кинул чистое постельное белье на одну из отдалённых коек.

— Значит так, Даниил. — Обратился он, сразу оглядываясь в сторону четвёрки мужиков, что сидели на койках и рубились в карты. — Час на отдых, потом наш Айболит вернется, сначала к нему отметиться, а потом с разведкой на поле.

Высказав что хотел, Хмель, не обращая внимания на непонимающий взгляд Дани, попросту свалил, оставив того один на один с местными жителями, которых, правда, в бараке было лишь шестеро. Четвёрка в карты играла, да ещё двое просто общались.

Отметив про себя, что к нему вроде пока никто не подкатывает с типичным вопросом про вилку и жопу, Даниил принялся расстилать постельное белье. Однако рано он порадовался, поскольку стоило ему скинуть кроссовки и завалиться на койку, поставив сумку рядом, как к нему подошёл один из игравших в карты.

— Э, салага, а че это ты не здороваешься? — Ухмыльнулся мужик, разминая кисти. — Че, дохрена важный?

— А ты дохрена борзый? — Спросил Даня, кувырком через голову вскакивая с койки назад, поскольку в то место где он лежал прилетел удар.

— Щенок, за базаром-то следи. — Оскалился мужчина. Только сейчас Даниил рассмотрел характерные наколки в виде перстней на пальцах и татуировку чуть выше в виде розы в оковах. При том, что владельцу татуировок было лет сорок и это только навскидку.

Даниил лишь молча смотрел на мужика, встав в привычную для себя стойку. Дико хотелось достать нож, но Даня прекрасно понимал, что если он сейчас выхватит перо, то можно нарваться на мокруху, где ему спокойно вспорют брюхо.

— Братва, а щенок-то с клыками. — Усмехнулся мужчина и тоже встал в стойку, довольно ухмыляясь. — Че, псина, потанцевать захотел?

— Вальсируй. — Коротко бросил Даниил, расслабляя руки, при это напрягая ноги, чтобы отскочить если потребуется. Он не знал уровень боевой подготовки мужчины, а потому надеялся лишь на свою реакцию.

Не прогадал. Бывший зэк наотмашь махнул левой и уже более целенаправленно врезал правой, снизу, целясь в бочину. Вот только и Даня уловил для себя интересный момент, своей левой сбивая размашистый удар и нанося удар правой, коротким хуком, целясь в челюсть, при этом доворачивая корпусом, так что удар зэка пришёлся в пресс, который парень успел напрячь. Короткий размен, от которого Даниил сразу отшатнулся назад, кратко выдохнув, а вот его противник дернулся и видимо разозлился от такой встречи, поскольку из разбитой губы по подбородку потекла тонкая струйка крови.

— Ах, ты ж, сука. — Прохрипел мужик, кончиком языка водя по рассечению на губе.

Мужики до этого сидящие за картами напряглись и поднялись.

— Князь, харэ! — Гаркнул один из них. — Ты ж видишь, пацан не из лохов.

— Да я его по стенке бля размажу! — Взревел Князь и с подскока хотел нанести размашистый удар.

Даниил так и не понял, это у мужика так башню сорвало, что он после одного сбитого размашистого удара, решил нанести второй или же просто бычка не позволила думать логично. Парень нырнул под руку, перехватывая левой рукой кисть противника, а правую заводя поверх бицепса пойманной руки и укладывая себе на локоть, формируя классический треугольник залома, одновременно с этим подбивая ногу сопернику, додавливая корпусом вниз. Привычные отработанные движения и вот тело с грохотом падает на пол, а Даня продолжил уже коленом надавливать на плечевой сустав, от чего с уст Князя сорвался громки матерный вскрик. Все попытки вырваться из залома пресекались додавливанием колена на сустав, что вызывало весьма болезненные ощущения.

— Стоять! — Троица сорвалась было с места, но двое мужиков, что до этого просто сидели и наблюдали, тоже поднялись. — Князь сам нарвался.

Даня оглянулся на говорившего. Примерно такой же, как и Князь, работяга лет сорока с татуировками, разве что не воровские перстни, а вполне логичная летучая мышь, набитая на бицепсе, с подпиской «ГРУ 1998». Даниила такая татуировка удивила и напрягла одновременно. Он прекрасно знал, что такое ГРУ, но татуировки в такой вариации не видел, так что владелец татуировки не шибко внушал у него доверия.

— Парень, отпускай его, думаю, что Князь не будет излишне козлить и поймёт, что попёр не на ту масть. — Хмыкнул ГРУшкник. — Как тебя, кстати, звать?

— Даниил. — Обозначился он, отпуская руку мужика, и почти сразу же кувырком вперёд уходя от возможной атаки, но Князь действительно не стал глупить и лишь поднялся, потирая плечо, тихо матерясь при этом.

— Даниил, на пару слов. — Усмехнулся мужчина с татуировкой и кивнул на выход.

Уже когда они вдвоём оказались в коридоре, он хмыкнул, протягивая руку парню:

— Нехило ты его... Где служил? А... Извиняй, забыл представиться. Меня здесь Кабаном кличут, так что и ты так кликай... Так что, боец, где служил? — Кабан заинтересованно смотрел на Даню, изучая того, но так и не находя то, что искал. А искал он татуировки.

Глава 5. Разведка.

Кабану, как оказалось, уже сорок пять лет, однако он вполне бодро держался и на заслуженную пенсию не собирался, хотя, казалось бы, двадцать лет отдал служению в ВС РФ, после чего ушёл в звании подполковника, последние три года, правда, ведя активный образ жизни, как охотник и инструктор. Инструктор в ВПК, ибо к действующим силовикам его никто не подпустил, там уже тактикульные клоуны все места заняли, за очень редким исключением. Однако Кабану и с детьми работать вполне нравилось, тем более что группа у него собралась хорошая, и из неё вполне можно было подготовить отделение разведки.

Для него перенос оказался таким же неожиданным, как и для Даниила, за одним небольшим исключением, он в отличие от парня, оказался в составе целой группы в тридцать человек, которых перекинуло сразу в детский лагерь, где они и обживаются уже второй месяц.

— Знаешь, что самое запарное оказалось? — Усмехнулся Кабан, сидя на скамейке в курилке, за одним из бараков. Он затянулся сигаретой и, морщась, выдохнул сизоватый дымок. — То, что первые дня три куда бы мы не пошли, везде мля одно и то же. Туман и хоть ты сдохни, но окажешься с другого направления. Три дня так прошатались по округе, радиусом примерно в километре от Лагеря были. Мы его тогда весь прошерстили, нашли пару нычек, да и все.

— А че за нычки? — Спросил Даниил, откинувшийся на спинку скамейки и так же медленно потягивающий сигарету, разве что, в отличие от Кабана, не морщась при этом от мерзкого привкуса дешёвого табака.

— Да нычки, как нычки... Ну, ты ж в прожарке был, видел, наверное, укрепленный окоп. — Кабан затянулся ещё, бросая взгляд на парня.

— Ну, видел, яма фактически, только досками обшиты стенки, чтоб землей не засыпало. — Кивнул тот, стряхивая пепел в небольшое треснутое пластиковое ведро.

— Вооот. — Протянул Кабан, проводя перед собою оттопыренный указательный палец. — Вот такой окоп укрепленный был в одной яме у дороги, накрытый чисто маскировочной сеткой. Хороший такой окоп, за кустами хер увидишь. Вообще случайно на него наткнулись и то, потому что один боец захотел пойти погадить до кустов и на него наткнулся. Когда вскрыли, то офигели, там стволов как не в себя. В ещё одном жратва была, ну, и в третьем одежка.

— Хрена се. — Хмыкнул Даня. — И что, нормальные стволы?

— На маленькую победоносную войну — Усмехнулся отставной подполковник. — Пять укоротов, ещё десять вёсел старых, которые АКМы, ну, и с два десятка всяких гладкостволов, от мурок старых до вполне нормальных вепрей, патроны к этому богатству, по три сотни на ствол, запасные магазины, ну, и мелочь всякая, сейчас уж не вспомню что там именно было.

— Не хило. А что по народу, что вокруг ошивается? Я видел, как парочка ваших двух гражданских в сторону минного поля гнали. — Даниил затянулся, поглядывая на остатки сигареты у себя в руках, которая была без маркировок и с крайне маленьким фильтром.

— А... А вот это смотря кто. Ты просто не подумай ничего такого... Что тебе там Фитиль наговорил? — Спросил Кабан, туша уже начинающий обугливаться фильтр и кидая его в ведро, заменяющее пепельницу.

— Да вроде ничего особого, мол, всякие ахреневшие люди, которые выпав сюда одиночками, решили почувствовать себя героями романа. — Усмехнулся Даня, делая последнюю затяжку и выкидывая уже оставшийся фильтр. Взяв некоторую паузу, чтобы выдохнуть, он продолжил. — Мол, те, кто начинают вредить жителям Лагеря, становятся пушечным мясом, которое отправляют разминировать поле.

— Ну... Почти так. — Согласился мужчина и, оглянувшись, наклонился чуть вперёд. — А как ты думаешь, почему Князь тогда не стал сапёром и не пошёл ногами разминировать низинку? Он ведь не только тебя пытался прессануть.

Подполковник усмехнулся и поднялся.

— Думай, боец. Через десять минут выходим к полю. — Кабан похлопал Даню по плечу и, обойдя скамейку, направился к первому бараку.

Даниил же остался в раздумьях. Слова подполковника его действительно загрузили на тяжёлые раздумья. С одной стороны рассказ Фитиля был подтверждён Кабаном, но при этом был факт, который просто не вписывался в рамки рассказа Фитиля, и причём весьма крупный такой факт, весом под сотню кило, правда, ныне с разбитой губой.

— Что же, сцука, тут такое происходит. — Парень почесал лоб, бесцельно пялясь на ведро и анализируя ситуацию, но все равно не понимая, где правда и кто врёт.

Более всего его напряг тот факт, что Фитиль не упомянул о том, что в рекреации они некоторое время были в отчуждении, а так же что есть какие-то нычки, хотя оно для Дани как раз было понятно. Старик просто не хотел, чтобы у него из рук выскальзывал потенциальный сапёр, с помощью которого можно вскрыть ещё одну нычку, а то, что в землянке именно нычка, парень был уже стопроцентно уверен. Не просто же так к ней пытаются пробиться жители Лагеря. Пока что Даниил не совсем понимал, что за мир, в который он попал, и по каким правилам или законам он живёт. Ему не хватало информации, при том, что, казалось бы, ему данную информацию предоставили и, наверное, простому работяге её бы хватило, но Даня хотел вернуться назад, домой, его все ещё заботило то, что дома осталась родня, а ведь он так и не смог их предупредить.

— Боец! — От размышлений Даню оторвал голос Кабана. — Ты там, мля, вечно сидеть собрался?! Это тебе не очко, чтоб личинку там откладывать, так что подъем нах и живо попиздюхал!

Даниил поднялся, подхватывая свою сумку, и весьма в бодром темпе направился вслед. Все же гневить подполковника, пускай и отставного, он как-то не собирался.

Уже стоя у ворот, он с удивлением для себя отметил, что Кабан сменил поношенные спортивки и майку-алкологичку, в которой ходил до этого, на вполне добротный прыжковый костюм. Даня не мог определить марку, но чёрный цвет костюма смотрелся очень даже неплохо. Поверх костюма Кабан накинул такую же чёрную нагрузку по типу Афганского лифчика, только в каждый подсумок было напихано сразу по три магазина. Таких подсумков штуки три, ещё два под гранаты, однако вместо гранат в одном рация, гарнитура от которой уходила куда-то под лифчик и показывалась только ларингофоном на шее мужчины, а во втором лежал вполне обычный перевязочный пакет. При этом поверх разгрузки на классическом армейском ремне висел АКМ.

— Видок, что надо. — Одобрил Даниил, покачав головой.

Кабан лишь усмехнулся. Вскоре к ним подошли ещё двое таких же. Причём одетых и снаряжённых идентично, разве что обувь и перчатки различались. Кто был в обычных уставных берцах, а кто и в добротных штурмовых ботинках, цена которых в том мире превышала зарплату обычного контрактника. Касательно перчаток, только Кабан имел полноценные перчатки, его товарищи решили ограничиться обрезами.

— Двинули, Кунг, открывай. — Дал отмашку Кабан и двинулся к воротам, у которых дежурил все тот же мужичок. На фоне бывшего подполковника Кунг выглядел обычным таким сантехником, который не занимался физической подготовкой со школы и потому заплыл жирком.

Не удержавшись, Даниил усмехнулся в кулак, проходя мимо Кунга, который до этого пытался казаться крутым охранником, направляя на парня автомат, а теперь все повернулось чуть иначе.

Тройка двинулась цепью, растянувшись на дистанцию метров в пятнадцать друг от друга. Кабан пошёл в центре, перетянув Даниила из хвоста группы в ядро.

— Клин, давай в головняк на полсотни. Ярый, подтянись, крой сектора. — Скомандовал Кабан, после чего бойцы рассредоточились соответственно указанию.

Даниил лишь хмыкнул, на ходу перекладывая инструменты из сумки в карманы.

— Значит так, Данек, сейчас подходим к полю, Ярый, кроешь сапёра. Мы с Клином в обход. — Раздал указания Кабан, зажимая тангету, которую едва можно было заметить на вороте куртки, поскольку размером она была с маленькую петличку. При ближнем рассмотрении можно было заметить и тоненький прозрачный проводок, идущий к уху подполковника.

— Принял. — Тихо отозвался парень, скорее по привычке, поскольку Кабан его не услышал, ну или сделал вид что не услышал.

Группа передвигалась весьма быстро, причём оказалось, что помимо основной вырубки имеется ещё куча едва видимых тропок, по которой с трудом протиснется человек хотя бы средней комплекции, да и на этих тропках регулярно приходится пригибаться или перешагивать поваленные деревья. Однако по одной из таких троп группа вышла к полю минут за десять.

— Расход. — Скомандовал подполковник, и они с Клином двинули в разные стороны, охватывая поле в клещи.

Даня прямо-таки залюбовался на них. Отточенные движения профессионалов, причём явно таких, что сверху плюют на киношных спецназовцев. Без лишних движений и тактикульных стоек, без постоянных приседаний и контролей местности. Кабан и Клин двигались словно синхронно, проверяя опасные кусты сразу на ходу, так же проверив низину сверху. Они не пугались того, что двигались на относительно открытом пространстве, поскольку двигались весьма быстро и не параллельно, что позволяло в случае нападения на одного, открыть огонь другому.

— Так и собрался стоять с открытым ртом, Сапёр? — Усмехнулся Ярый, подтолкнув Даниила в плечо. – Двигай, давай, ещё успеешь насмотреться.

— Ахренеть... — Только и смог произнести парень, направляясь к входу в разминированный коридор на минном поле.

Глава 6. Сапёр.

Чем дальше парень продвигался по коридору, тем больше материл себя и группу Кабана, поскольку он нихрена не подготовился и все что у него было, на случай если потребуется застопорить боевую чеку на растяжке, так это леска. По мнению Дани, для этого куда лучше подошла бы кабельная стяжка, но он естественно попросту зассал потребовать дополнительное снаряжение, а при разговоре с Фитилем и вовсе забыл про это, прогибаясь под давлением его харизмы. А придавливать тот умел хорошенько, сразу объяснив, что Даниил тут никто и звать никак, а так же что если тот планирует нормально кушать и спать не на коврике во дворе, то потребуется поработать. Принесённые им мины и гранаты, конечно, зачлись, но видимо не так хорошо, чтобы вместо жидкого супа с мясом было что-то нормальное. Тот же Кабан выглядел так, что по нему и не скажешь, что он уже второй месяц живёт на такой пайке.

Продолжая перебирать в голове варианты, как он нагло хамил прямо в лицо Фитилю, Даня дополз до заграждений из спирали, которые означали, что дальше потенциально опасная зона.

— Колючки подрезать что ль... — Хмыкнул парень, рассматривая спираль и тут его пробрало. Спираль была новая. Совсем. В первый раз он как-то не обратил на это внимание, однако она мелко поблескивала, словно только из заводской упаковки, хотя, казалось бы, за два месяца могла бы хоть испачкаться да поблекнуть.

Насторожившись, Даниил оглянулся в сторону Ярого, который устроил себе лёжку чуть на возвышенности меж поваленных деревьев и якобы прикрывал спину парня... Хотя Даня был более чем уверен, что именно его спина сейчас и находилась под прицелом бойца из группы Кабана.

Передёрнув плечами, он аккуратно пополз дальше, памятуя, что сапёр, который все это расставлял, был тем ещё извращенцем и походу минировал, отступая, поскольку в низине длиной примерно чуть больше километра и шириной в полторы сотни метров, не было тропок для сапёра, по которым он мог бы спокойно проходить по полю. По склонам тоже не взобраться, слишком уже крутые, да и какие-то рыхлые, по ним скатиться проще простого, да и ухватиться не за что. Только если верёвку скидывать, но велик шанс, что при спуске нарвёшься на растяжку. По крайней мере, именно так для себя Даня обосновал, почему люди Фитиля попросту не спустились к землянке по тросу.

Практически через десять метров от места установки ведьм, Даниил наткнулся на полноценное поле ямок. Вернее, сверху это вряд ли можно было рассмотреть, но снизу, выглядело как небольшие холмики и ямки, явно прикопанные с любовью.

— А что же это тут у нас? — Ухмыльнулся парень, ножом вскрывая верхний слой дёрна, который легко поддался, поскольку был срезан до этого.

Вполне обычная ПМН-2, уже во взведённом состоянии. Даже никаких подкладок из гранат или МС-3. Даня лишь хмыкнул, откладывая мину в сторону. В этот раз сапёр явно сплоховал. Причём даже не один раз.

— Блять, ну что за мудак? — Парень гневно сплюнул на землю, морщась. Он чувствовал себя так, словно его развели, поскольку он преодолел уже вторую сотню метров, вскапывая лишь ПМНки установленные классическим методом, да различные растяжки с Ф-1 и РГД-5, которые ставились банально за кольцо.

По итогу у него по карманам скопилось уже восемь гранат, из которых шесть это Ф-1, все зафиксированы леской, чтобы не отлетела скоба. Он уже даже подобрался на дистанцию, с которой видно вход в землянку, казалась бы, ещё какая-то сотня и вот уже она, таинственная нычка, но именно на этой сотне Даня упёрся в хитросплетения. Заметил он его сразу, поскольку леска висела достаточно высоко и, казалось бы, вела к ПОМЗ-2м, но не все было так просто. Характерную рубашечку ПОМЗа можно отличить сразу, а вот его колышек пришлось ещё поискать, хотя, вроде бы, что проще? Видишь ПОМЗ, режь леску и снимай растяжку, которая теперь точно не принесёт проблем, поскольку постановка была на чеку через карабинчик.

Любитель посрезать леску подорвался бы в шести из десяти случаев. Даня это прекрасно изучил ещё во время локального конфликта, когда под ПОМЗ пихали неизвлекайку, но тут все оказалось ещё хитрее. Колышек отыскался только в пяти метрах от самой мины, и было в нем нечто странное... В установочном колышке имелся пропил, куда собственно и была установлена леска, но на другом конце как противовес висела прищепка, от которой отходили два тоненьких проводка, уходящие куда-то под землю. Выход проводков из-под земли не требовалось искать долго. Даня просто прикинул, где можно прикопать мину так, чтобы она накрыла группу, которая пойдёт этой тропой и оказался прав, когда ещё в паре метров от колышка обнаружил МОН-50, развернутую с левого фланга так, чтобы сектор поражения накрывал участок в метров шесть тропки, а это потенциально два или три бойца группы.

Тихо офигевая от коварства, Даня решил на всякий случай изучить ещё и МОНку. Там уже он впал в ступор. С одной стороны к ней подводился электродетонатор, а с другой был установлен МУВ, от которого так же отходила леска и, как ни странно, но леска уходила против хода коридора. Через два метра леска была привязана к небольшому колышку, на котором висела привязанная Ф-1, причём на сей раз растяжка была поставлена уже за чеку.

— Нихрена себе. — Прошептал Даня, усаживаясь на пятую точку рядом с растяжкой и думая, как он будет это все снимать.

То что он не заметил растяжку с гранатой, его не напрягало, она была вне того коридора, что он прокладывал, однако сама схема выглядела очень даже серьёзной. В представлении Дани сразу обрисовалась картинка, как идёт группа и нарывается на такую растяжку. Если в группе совсем идиоты, то нарываются, чем инициируют и ПОМЗ, и МОНку, и эФку. Если в группе дофига уверенные в себе саперы, то срезают леску и группу накрывает МОНка и эФка. Если в группе реально сапёр, то он аккуратно снимет контакты и ПОМЗ, проходя дальше, но это если группа торопится. Даня же никуда не торопился. Схема разминирования была обратно противоположна схеме минирования. Сначала он снял гранату с колышка, попросту срезав леску, поскольку она была поставлена именно на срыв, а не на ослабление натяжения. Так что ничего, к счастью парня, не взорвалось.

Подстраховав себя и обезопасив гранату леской, привязав скобу к корпусу УЗРГМ, так же просунув леску в отверстие для предохранительной чеки, он пихнул гранату в сумку, где она стала уже девятой. ПМНки он, кстати, собирать не стал, просто откладывая в стороны.

Теперь же ему предстояло снять ПОМЗ, но для этого требовалось либо снять прищепку, либо зафиксировать чеку. Даня выбрал второй вариант, сначала, на всякий случай, примотав чеку к корпусу запала мины, после чего направился разглядывать прищепку с клеммой. Казалось бы, обычная хозяйственная прищепка с наваренными клеммами, однако хвостовики стянуты леской и тревожить лишний раз не стоит, чтобы они не разомкнулись и губки с клеммами не сомкнулись.

— Щас бы ещё вспомнить как эта хуйня снимается. — Прошептал парень, морщась и доставая бокорезы.

Перекусывать проводку не хотелось, однако это был максимум, что он мог сделать, так что, перебравшись в сектор, который МОНка не накрывала, он улёгся на живот и аккуратно срезал первую клемму. Взрыва не последовало, и тогда он срезал вторую, раскладывая их по разные стороны, дабы не замкнулись. Наконец выдохнув, а, как оказалось, он задержал дыхание, пока срезал клеммы, парень направился снимать ПОМЗ, что уже не составило труда, ведь ему требовалось лишь смотать леску и, окопав колышки, вынуть их. К удивлению, он даже не обнаружил прикопанных гранат под колышком ПОМЗ, а ведь ожидал, что хитровылюбленный сапёр подложил туда хотя бы РГД-5, без чеки, прижав скобу каким-нибудь уголком, а сам корпус колышком мины.

С МОНкой оказалось гемороя куда больше. Даня вовремя заметил, что корпус мины не совсем уж целый. Её явно вскрывали, так что, обезопасив оба взрывателя, он перехватил мину поудобнее, начав расковыривать корпус.

Внутри, оказалось, что запальная втулка выломана, как и часть взрывчатого вещества, но зато на их месте имеется МД-5м, к которому скотчем примотаны два провода, ниже запала провода аккуратно так оголены. При этом провода соединяются в классическую цепь из батарейки и электродетонатора.

— Ну, никакой нахрен самодеятельности. — Даниил лишь поморщился, выломав батарейку из цепи. – Кажется, я где-то про такое уже читал....

Разобравшись с МОНкой, он решил, что с этого захода трофеев хватит. До землянки, конечно, осталось совсем чуть-чуть, но у Дани были свои мотивы, чтобы за одну ходку не добираться сразу до цели. Во-первых, он хочет остаться нужен Фитилю, поскольку у Даниила есть вполне серьёзные опасения, что как только он зачистит путь до землянки, то его могут пустить в расход, или опустить, судя по тому, что такие как Князь присутствуют в местной иерархии не на прежних местах зэка, то есть, не на дне. Во-вторых, его все ещё напрягал намёк от Кабана, касательно всё того же Князя. По словам Фитиля всё выходило красиво, ибо все полезные и добрые остались в лагере, а все криминальные и опасные для общины элементы стали сапёрами по неволе. Все это не могло пока сложиться в общую картину, но Даня понимал, что ему не хватает опыта, чтобы оценить ситуацию полностью, но этот опыт есть у Кабана, вот только спрашивать его в лоб как-то не хочется.

Пока он ползком продвигался по коридору в обратный путь, его вдруг осенило. Даниил в голове перебирал возможные варианты, как-то так вышло, что в одном из вариантов оказалось, что именно ребята Фитиля кошмарят других местных, а выживших используют как чернорабочих или сапёров, собственно такой вариант и объясняет наличие таких лиц как Князь, но тогда для Дани становится непонятен мотив Кабана. Кабан как-то не вписывается в бандитскую тусовку. Все же, как знал парень, людей связанных с военным делом в блатном движении не шибко любят, считая, что те ходят под властью, мол, власть дала оружие, чтобы они убивали тех, кто власти не желателен.

— И что же блять делать? — Тихо прошептал парень, тормозя и оглядываясь. Он прекрасно понимал, что его, скорее всего, пасёт Ярый, а Клин и Кабан находятся неподалёку, чтобы сапёр не сбежал.

В сознании Дани развернулось тяжёлое противостояние паранойи и страха. Паранойя требовала свалить от этой мутной группы, а страх все шептал, что пуля 7,62 летает куда быстрее, чем парень может убежать. Да и неизвестная территория, может сыграть на руку разведчиков, которые уже изучили тропки и вполне спокойно могут его нагнать прогулочным шагом, пока он будет со всех сил топить по вырубке, убегая. Другие направления для побега Даниил даже не рассматривал, поскольку в низинке минное поле, а разминировать на бегу он не умеет. Вернее умеет, но это, скорее всего, будет единоразовая акция с летальным исходом, что вообще не желательно, поскольку возможности быстро сохраниться и загрузиться для корректировки маршрута, у него нет. С двух других сторон наверняка были Клин и Кабан. Так что все же вариант с побегом пришлось оставить на будущее.

Остался единственный реальный вариант. Попытаться показать, что он полезен не только как сапёр и что его следует оставить в группе Кабана. Да и следует достать как можно больше информации о мире и ближайших поселениях, желательно вообще карту, но Даня уже понял, что карты тут нужно составлять практически по новой, ибо местность неизвестная.

В не самом приподнятом настроении, он вышел с минного поля, оглядываясь. Его тут же встретили, и это был все тот же Ярый, что приветливо улыбался пока ствол АКМа в его руках был направлен куда-то в ноги Даниила.

Глава 7. Решение.

— Ну, что, Сапёр, много там ещё возиться осталось? — Поинтересовался Ярый, присматриваясь к Даниилу, а именно к карманам на одежде парня, которые топорщились от набитых в них гранат.

— Основной путь пройден, но там жопа. Зови Кабана, вопрос порешать надо. — Даня спокойно оглянулся назад, окидывая низинку с возвышенности. К его удивлению, отсюда все на низине сливалось, так что ни спирали, ни скрытых им ямок от ПМНок, не было видно.

Ярый лишь коротко что-то буркнул в рацию и уже вскоре к ним вернулась двойка из Кабана и Клина.

— Рассказывай. — Сходу приказал подполковник. Именно приказал, причём таким тоном, что Даниилу захотелось выдать весь план, что родился в его голове за долгие минуты ожидания.

— Значит так. В коридоре имеется много подлянок, мне ручного инструментария банально не хватило, чтобы все снять. — Даня выудил МОН-50 из сумки. — Кабан, узнаешь?

— Ну, и? — Раздражённо произнес мужчина, лишь мельком глянув на мину.

— А то, что она поставлена сразу на два взрывателя, тебя не удивляет? — Хмыкнул парень. — Там такие схемы постановки наверчены... Короче, я протиснуться могу, а вот человек без сапёрной подготовки банально наебнётся на сейсмодатчике. Слышали про такие? Так вот эта херня срабатывает на неосторожные движения и считывает движения в определённом секторе, который ещё нужно обозначить и он, зараза, меняется из-за того, что мина стоит в охранном положении, я как издалека увидел, так и офигел. Так что там больше одного не пройти. Короче, потребуется основание койки какой, ну, чисто рама без ножек, с пружинками или сеткой, чисто давление на землю снизить, ибо даже лежа к ней вообще не вариант подбираться. Также потребуется канат, метров тридцать минимум, плотный. Флажки для обозначения коридора, ибо я его, конечно, очистил, но он петляет сапёрной тропой, где шаг влево-вправо означает подрыв. Плюс нужна палка. Металлическая, метра два в длину, если есть советский багор, то сойдёт. Свинцовые грузики и леска, метров десять лески. Нужно все, иначе я схему не сниму.

— Ну и списочек. — Хмыкнул Кабан, прикидывая что-то в уме. — А не проще траллить? Кошкой сдёрнуть и делов.

— Умно, а ничего, что схема стоит вдоль тропы и детонация схемы может вызвать детонацию соседних растяжек и все кто будут в низинке окажутся фаршем, да и вне низинки тоже, там и на склонах МОНки, которые даже эту точку накрывают. — Даня указал себе под ноги.

На сей раз Кабан действительно задумался, а Даниил чуть ли не молился, чтобы его блеф не раскусили.

— Хорошо. Ярый, со мной. Клин, кроешь Сапёра, чтобы к нему ни одна падаль не подобралась. — Скомандовал Кабан и повернулся к парню. — А ты, снимай пока соседние растяжки и вот что, выкладывай все снятые гранаты и мины, мы их попутно отнесём в Лагерь.

Даниил лишь кивнул и достал из карманов восемь гранат, передавая их Кабану и Ярому, те сразу распихали их по своим карманам. Из сумки же Сапёр достал только ПОМЗ, вместе с установочным колышком, прикладывая его к МОНке.

— Все? — Поинтересовался Кабан, запихивая мины в небольшой подсумок, который был рассчитан под сброс магазинов и крепился к ремню на боку.

— Да, мелких мин, кстати, противопехотных нет. Ну, ПМНок всяких, чет не видел. — Даня лишь пожал плечами. — Только растяжки разные, да вот, схемы с МОНками.

Упоминать про то, что МОНка с секретом, он не стал, тем более что корпус он загнул как было. Так что если кто из местных решит проверить взрыватель, то его ждёт бум. Чего Даниил и хотел, поскольку он уже не питал надежд по поводу своего мирного пребывания в Лагере. Слишком уж много мелочей, которые ему явно намекали, что его ждёт жопа.

— Ладно, тогда расход. — Скомандовал Кабан, и они с Яром направились обратно по вырубке.

Даниил мельком глянул на Клина и, отметив для себя ряд фактов, повернулся, направившись обратно в коридор. Отмеченные факты его очень сильно не радовали. Клин держал оружие не на предохранителе, правда его палец расположился за спусковым крючком, но это не так много значило, ибо ствол все равно был направлен в сектор, где находился Даня, пускай и под углом, пускай и в землю, но в его направлении.

«Загасят, как нехуй загасят и прикопают, когда буду не нужен. Почему Князя не гасанули, хотя тот быковал? Да потому что Кабан и все остальные тоже сидевшие! Они все тут из братвы и им, такая автоматная рожа, без отсидки, нахрен не нужна. Сделаю дело и все, пошёл в расход или на черновую... Нет уж... Суки, я вам так не дамся», — пронеслось в голове у парня, когда тот, смотря под ноги, спокойно прошёл мимо кинутой спирали к бывшему полю закладки ПМНок. Присаживаясь, он скинул сумку, перекладывая гранату из сумки в карман, попутно доставая нож. Закинув сумку за спину, Даня принялся вновь быстро окапывать ямки, куда тут же принялся расставлять отложенные в стороны мины и накрывать их дёрном. При этом он все это делал, находясь спиной к входу в коридор, чтобы наблюдателю не было видно его действия. Сапёр и так понимал, что Клина оставили не потому, что его действительно нужно охранять, а для того, чтобы ценный кадр не свалил или не устроил какую гадость. Более того, Даниил прекрасно понимал, что у него свободы действия осталось от силы полчаса, за которые ему нужно как-то устранить наблюдателя, а потом свалить. Однако сначала требовалось проверить коридор до конца.

Быстро вернувшись к месту, где он снял МОНку, Даня принял шерстить дорогу дальше, лишь морщась от того, что ему попадаются ПОМЗы. Их он уже игнорировал, попросту переступая и действуя крайне нагло. По итогу Сапёр снял лишь гранаты, оставив за спиной четыре мины ПОМЗ-2м, на вполне стандартных растяжках.

Он уже стоял перед входом в землянку, но при этом понимал, что в случае чего у него лишь три гаранты, что просто смешно, против АКМа у наблюдателя, да и против возможной угрозы внутри землянки тоже.

Вход представлял собой довольно большую круглую дверцу, размерами примерно как на подводной лодке, так что если хорошенько пригнуться, то вполне можно втиснуться и ребятам комплекции Кабана, а он тот ещё шкаф.

— Лишь бы не было растяжек. — Прошептал парень, становясь спиной к склону на расстоянии локтя от входа и осторожно оттягивая дверцу. Почувствовав лёгкое сопротивление, Даня тут же прекратил оттягивать, пригнувшись и осматривая проем.

В небольшой просвет, шириной не больше полутора сантиметра было прекрасно видно угрожающе натянутую леску.

— Да ну твою ж налево. — Поморщился Сапёр, припоминая каким мудаком он считает того, кто это все ставил.

Однако не столько растяжка была проблемой, сколько запах, что ударил по ноздрям, стоило ему приоткрыть дверь. Запах сырости и гниения, смешанный с трупным запахом. Упорно сглатывая рвотные позывы, Даня натянул ворот кофты повыше, затягивая капюшон, это конечно не помогло, но хотя бы он попытался что-то сделать для своего комфорта.

С растяжкой все было просто, поскольку Сапёр мысленно перебрал все возможные варианты и отметил для себя, что, скорее всего, там простая растяжка на срыв лески, так что все, что он может это перерезать леску, поскольку дверь открывается наружу, то никаких стаканов с гранатой, падающих сверху, ждать не стоит.

Срезав леску, Даня ещё чуть оттянул дверь и, не заметив других лесок, приоткрыл достаточно, чтобы можно было заглянуть внутрь. А внутри все было обставлено весьма скудно. В свете, прорывающемся снаружи, Сапёр разглядел раскладушку, на которой лежало тело, тумбу, а так же большое количество уже знакомых армейских ящиков. Растяжка так же нашлась. Снизу, практически под самым входом была зафиксирована МОНка, направленная в проем.

Осторожно юркнув в землянку, Даня принялся осматриваться, оставив дверцу приоткрытой, чтобы внутрь просачивался свет, так что в полутьме он принялся осматривать помещение.

Замеченные ящики, предназначенные для хранения взрывчатых веществ, мин, гранат и снарядов, разных форм и предназначений, оказались практически все пусты. Единственный ящик, который был не тронут, хранил в себе ПМД-6. После осмотра ящиков, Даня перешёл к осмотру комода, поскольку ему крайне не хотелось возиться с телом, что лежало, укутавшись в старый советский плед, который раньше выдавали в поездах.

В тумбе нашёлся лишь блокнот и карандаш. Казалось бы, вполне рядовые вещи, но содержимое блокнота было более чем ценное, поскольку там был схематичный набросок местности, некоторые пометки, а также записи на манер дневника. Обрадовавшись находке, Даня сразу пихнул его в сумку и вздрогнул от мысли, что теперь требуется осмотреть тело. Для начала он проверил саму койку, на случай если Сапёр-мудак напоследок решил себя заминировать, однако, не заметив ничего особо выделяющегося, Даниил сдернул плед и отшатнулся, содрогаясь в рвотных позывах, выпуская на пол ту самую похлебку, что съел с утра. Тело пролежало несколько суток в сыром помещении и, судя по всему, в земле водилось много червей, поскольку на тело нельзя было взглянуть без отвращения, а вернее в то, во что его превратили черви и опарыши.

Пересиливая отвращение, Даня все же аккуратно ножом приподнял край подушки, сначала заглядывая под неё. Как ни как, на теле была военная форма, причём полевая, с фальшпогонами старшего прапорщика. Именно поэтому для Сапёра не стало находкой обнаружить ПМ в кобуре. Изъяв его из-под подушки, Даниил сразу сунул кобуру в сумку, предварительно выудив сам пистолет и проверив работоспособность. С сожалением он отметил, что в магазине осталось три патрона, а запасного магазина и вовсе не было, но зато пистолет был вполне рабочим, по крайне мере затворная группа довольно мягко ходила и резко возвращалась в исходное положение. Так что, дослав патрон в патронник и пихнув пистолет в карман кофты, Даня направился к выходу из землянки.

Выглянув из неё, он сразу кинул взгляд в сторону разминированного коридора. Что и следовало ожидать, по нему уже двигался Клин, желающий посмотреть, что же там, в землянке, поскольку Даня пропал из зоны видимости на несколько минут.

— Клин! Давай сюда! Помощь нужна! — Окрикнул Даня, высовывая за дверь лишь голову.

Клин же блеф раскусил, а потому вскинув оружие, разрядился парой выстрелов в сторону двери, но не попал, поскольку Даниил, заметив движения бойца, сразу нырнул назад. Потеряв цель из виду, Клин заторопился вперёд и закономерно нарвался, причём на ПМНке.

Услышав взрыв, Даня выглянул, но на сей раз уже с пистолетом наготове, однако и с его позиции было видно, что тело все, поскольку человек не может существовать нормально, когда его нога валяется на склоне в паре метров от него. Казалось бы, дистанция метров триста, но парень отчетливо видел ногу в черной штанине. Проблема с наблюдателем решилась сама собой, чему Сапёр был только рад.

Глава 8. Расход.

Осматривая тело, Даня задавался целой кучей риторических вопросов, ответы на которые он не нашёл и скорее всего так и не найдёт. Во-первых, какого фига мина рванула так конкретно. Он чётко видел, что правую ногу Клина рвануло ниже колена, превратив в ни что, вторую и вовсе оторвало, откинув в сторону. При том, что рванула обычная ПМН-2. Причём во время крайне быстрого размышления с попутным мародерством, Сапёр даже прикинул мысль, что пропустил прикопанный тут фугас, но в том-то и дело, что ящиков под добротные ФАБы или иные крупные снаряды, не было. Как и не было следов разрыва фугаса, однако были следы, что противопехотка добротно так рванула, оставив мелкую воронку и вскрыв дёрн.

Вторым вопросом стало поведение Клина, чей нагрудник Даня уже накинул, бегло подтягивая лямки. Однако этот вопрос парень списал просто на опасение со стороны бойца. В принципе, с его позиции можно было в овраге разглядеть лишь верх Сапёра из-за извилистости низины и небольшого перепада высот. К тому же, для них Даня все ещё был потенциально опасным чужаком, причём опасность была равноценна пользе. В теории, Клин мог кинуться вперёд чисто потому, что Даниил проник в нычку и было видно открытую дверь. Что было в нычке, боец не знал и скорее всего, предположил что оружие, по аналогии с первыми найденными нычками, а потому решил сразу устранить Сапёра, чья потенциальная опасность превысила полезность. По крайней мере, Даня надеялся, что Клин не был идиотом, а потом решил действовать наперёд, в конце концов, он даже мог предположить, что если Сапёр проник к нычке, значит, никакой мины нет и это был обманный манёвр, дабы отвести двух из трех наблюдающих за ним.

Третьим же вопросом являлся сам житель нычки, но о данном вопросе Даня решил подумать потом, поскольку в данный момент он активно так драпал из низины, прихватив с собою лишь разгруз с трупа, его оружие и гарнитуру к рации, которая так и покоилась в подсумке. Как ни странно, но по карманам у Клина ничего не лежало, даже банального складного ножа. Впрочем, он все равно был бы бесполезен парню.

Уходя, он окинул взглядом оставшееся минное поле, прикидывая, скольких банда в Лагере ещё погубит на этом участке. Подсчёты были не утешительные. На ПМНках как вариант ещё одного, да дальше на ПОМЗах. Растяжку в нычке он снял, а МОНку в наглую заглушил и убрал в сумку, на случай, если пригодиться. По крайней мере, с зафиксированной чекой, примотанной к корпусу взрывателя, она рвануть не должна.

Первый вопрос так и не давал покоя Сапёру, а потом он решил вернуться к телу Клина. Помня где он прикопал остальные мины, он вскрыл один из прикопов и выудил ПМН-2.

— Как же, мля, тебя застопорить? — Задумался парень и, решив рисковать до конца, попросту ножом срезал нажимной привод, чтобы обезопасить себя от ненужного нажатия, саму мину на леске подвесил к сумке.

На все это уходили драгоценные секунды, складывавшиеся в минуты и потому, когда Даня отошёл метров двести от низины, уже выходя в лес, со стороны вырубки донёсся хлопок выстрела. Сапёра спасло то, что двигался он относительно быстро и уже оказался меж деревьев, однако все равно, свистнуло рядом и выбило щепу из соседнего дерева.

Не дожидаясь следующего, он подкосился, пригибаясь и осторожно приземляясь на три точки, подставляя при падении левую руку, а правой перехватывая пистолетную рукоять автомата. Помятуя, что на сумке висит мина, Даня осторожно улёгся и отполз в сторону, пытаясь скрыться в складках местности, но это ему удалось плохо, поскольку после первого выстрела через секунду последовал следующий и уже не одиночный. Короткая очередь из четырёх выстрелов, результатом которой стало скошенное молодое деревце, что находилось чуть дальше от Сапёра.

— Сука, да откуда ж ты лупишь? — Даниил чуть выглянул из-за корня дерева, пытаясь высмотреть стрелка, однако тот грамотно занял позицию в вырубке и потому его не было видно.

Понимая, что в бою против двух спецов он проживёт от силы минуты три, Даня принял единственное правильное решение, а именно отход. Поэтому, прижав приклад автомата локтем, при этом удерживая его по направлению вперёд, он принялся на четвереньках отползать, петляя меж кустов, дабы меньше тревожить местную растительность. В след полетело ещё две очереди, но те наткнулись лишь на деревья, после чего стрелявший видимо решил, что пора прекратить попросту тратить патроны, надеясь зацепить противника наобум.

Прикинув, что он углубился в лес уже метров на восемьдесят, Даня поднялся и, пригибаясь, рванул вперёд, перехватив оружие уже двумя руками, но не в красивое тактическое положение, а во вполне обычное. Удерживая левой рукой автомат за накладку на газоотвод, он направил оружие себе за спину, в направлении возможного противника, при этом сдвинув сумку к левому боку, чтобы в случае чего упасть на правый бок и сразу открыть огонь.

Однако это не потребовалось, поскольку Даниил не был идиотом и не перебегал от дерева к дереву, а напрямую ломился по уже пройденному маршруту, которым он ещё утром выходил к полю. Причём маршрут шёл практически напрямик, так что обогнать его не должны были. Из неприятного, разве что, тяжелая сумка, которая так и норовила при беге ударить по спине, да автомат, который пусть и был на ремне, но все же давал неплохую нагрузку на руки.

Наконец выбежав к своей поляне, Даня остановился. Ноги подкосились, и он упал на бок, наконец, давая себе отдышаться. Он ощущал себя загоняемым зверем и прекрасно понимал, что Ярый и Кабан вполне могут двинуть за ним следом, разве что не бегом, а более осторожно, так что таким рывком он выиграл себе от силы минут десять, в лучшем случае.

Тихо матеря все на свете, парень, резко сел, укладывая автомат на колени и чисто по привычке отстёгивая магазин. Патроны были, поскольку до этого с данного АКМа по Сапёру стрелял Клин. Он уже и не помнил, сколько тогда было выстрелов, а потому отметил для себя, что патронов в магазине двадцать. Проверять патронник смысла не было, но Даня перестраховался. Аккуратно отведя затворную раму, он убедился, что патроны все же есть. Быстро проверив остальные магазин, он так же убедился, что и они не пусты, а потому примкнув полный, парень быстро распихал остальные магазины по подсумкам. Разобравшись с оружием, Даниил решил, наконец, глянуть найденный блокнот, а в частности карту.

Как оказалось, карта была разделена на несколько страниц, но интересующего его направления не было, вернее, ориентиры на нужном направлении отсутствовали. Зато, по прикидкам парня, по правую сторону от поляны находилось здание. При учёте, что взять землянку за нулевую координату и низину с направлением с запада на восток, а бывший владелец блокнота так и сделал, то здание находилось юго-восточнее, причём с условным масштабом, оно было в четырёх километрах от нуля. Так же от того здания шла дорога, но бывший владелец увёл дорогу в край страницы, однако на других страницах продления дороги не было.

— Мда... Топографисту выговор, с занесением в рожу. — Поморщился Сапёр, поднимаясь и убирая блокнот обратно в сумку.

Прикинув направление и местоположение дороги, Даня двинулся восточнее поляны, дабы не пересечься с возможной погоней. Помня геометрию, а в частности построение треугольников, он прикинул, что ему требуется пройти примерно метров четыреста, после чего повернуть ровно на девяносто градусов и ещё метров триста на север.

На сей раз, Сапёр передвигался уже не бегом, а просто быстрым шагом, закинув автомат цевьём на левую руку согнутую в локте, при этом правой рукой придерживая автомат за пистолетную рукоять. Здесь уже пришлось петлять по маршруту, отклоняясь от направления на пятнадцать или двадцать метров, чтобы не маячить в прямом коридоре и в случае чего оказаться к противнику не спиной, а хотя бы в пол оборота.

Весь путь Даню не покидало ощущение, что лес мёртв, а за ним самим крадётся смерть. Ублюдская такая смерть, дышащая свинцом в спину и, видимо чистое совпадение, что дыхание похоже на пулю, которую попросту не успеваешь заметить или учуять. К тому же, чутье молчало. Оно молчало и не хотело отзываться даже на все потуги парня, что силился хоть как-то понять, идёт за ним кто или нет. Паранойя вопила, что за ним пошла целая группа разведки, которую возглавляют Ярый и Кабан, но внутренняя чуйка была спокойна, даже когда Сапёр достиг первой контрольной точки и резко изменив курс, направился на север.

Даниил попросту не мог поверить, что его просто взяли и отпустили. После того как он фактически кинул их и смародерил оружие, которое в нынешних условиях может принести им бед. Даня не хотел признавать того, что его могли посчитать слабым сопляком, который в нынешних реалиях не выживет и подохнет даже с автоматом. Однако реальность вносит свои правки и не ясно, то ли парень просчитался, то ли карта была слишком коряво нарисована, но к дороге он вышел уже метров через сто, причём было видно, где она заканчивалась, поскольку данный участок дороги шёл прямой кишкой.

Обычная просёлочная дорога вела к самой обычной шиномонтажке, которая представляла собой пару гаражей и одноэтажное здание с вывеской «Шиномонтаж». Даже с точки выхода к дороге, Даня видел, что двери в гаражи распахнуты, а внутри все вывезено подчистую, да и само офисное здание пустует. Чистили грубо, потому как дверца одного из гаражей прям отогнута с силой.

— Мда... Мне там ловить нечего. — Тихо хмыкнул парень, оглядываясь и направляясь в другую сторону, дальше на юго-восток, передвигаясь параллельно дороге, на отдалении от неё метров в семь.

Через сотню метров дорога делала весьма крутой поворот, уходя почти ровно на восток, было ясно, почему делался поворот: дальше на юго-восток начиналась болотистая местность, причём с пролеском, так что передвигаться там было бы весьма затруднительно даже на своих двоих, не говоря уже про машины.

Быстро перебежав на другую сторону дороги, Даня так же чуть углубился в лес, двигаясь параллельно грунтовке, окончательно убеждаясь, что преследования нет. Однако рисовалась проблема жажды, поскольку во рту было ощущенье, что кошки нагадили, после того как он опустошил желудок в землянке. Был конечно вариант нафильтровать что-то из болота, однако там бы с трудом справились армейские фильтры, а у Сапёра при себе был лишь активированный уголь, да и того лишь один блистер. Самодельный фильтр с такой работёнкой попросту не справится, а получать пищевое отравление как-то не хотелось. Даня лишь подбадривал себя мыслями, что любая дорога где-то начинается и куда-то да ведёт.

Более того, в этом мире, который Фитиль назвал «Резервацией», существуют различные объекты из мира, где Даниил был раньше, и где осталась его родня. Поэтому велик шанс, что дорога действительно приведёт в какой-то городок или хотя бы деревеньку. По крайней мере, парень на это надеялся.

При этом вокруг не было живых звуков. Даже со стороны болота, что шло ровно по правому краю дороги, не было ни единого «ква». Лишь шелест рогоза на ветру, которому вторила листва на верхушках деревьев. Казалось бы, Даня шёл относительно на удалении от открытого пространства, но прохладный ветер пронизывал тело, забираясь под одежду и заставляя тех самых пресловутых мурашек бегать по коже. От неприятных ощущений парня передёрнуло, и он поморщился, мысленно ругая самого себя за то, что не надел вчера вечером на пробежку ветровку.

В сознании сложилась картина дома, когда он ещё одевался. Окрик матери, интересующейся тем, не слишком ли поздно он собрался бегать и надолго ли на этот раз. Как оказалось, очень надолго.

Глава 9. Другие возможности.

Окружение сменялось с пролеска до небольших полей, шириной в несколько сотен метров, если оценивать навскидку, которые так же переходили в пролесок, а позже и в полноценный лес. Даня продолжал двигаться параллельно дороге и по внутренним ощущениям прошёл уже километра три, пока, наконец, не упёрся в небольшую отвилку. От основной грунтовки куда-то в лес уходила маленькая тропинка, но достаточно широкая, чтобы смог проехать легковой автомобиль или квадроцикл, однако явно заросшая травой.

Именно у отворота Сапёр решил сделать перерыв, поскольку до этого упрямо шёл практически без остановок и передышек. На привал он устроился в небольшом овражке метрах в двадцати от дороги, предварительно проверив овраг на наличие растяжек. Все же данная низина была слишком удобной позицией для обустройства засады на небольшом съезде. Тут уже включилась паранойя, которую Даня когда-то давно загнал в самую глубину подсознания, и которая не появлялась с тех пор, как его семья покинула зону локального конфликта, и он перестал рисковать своей ещё детской жизнью за жизнь мужиков, что осознанно выбрали путь воина и убийцы. Ему же просто не предоставили такового выбора.

Как ни странно, но ловушки в овраге не обнаружилось, поэтому спустившись вниз, Даниил спокойно устроился там, срезав ножом пару мелких деревцев и кинув их как сидушку к одному из склонов. Усевшись и откинувшись спиной на склон, он вытянул ноги вперёд, довольно жмурясь и расслабленно выдыхая. Давая ногам отдохнуть, Сапёр занялся тем, что давно хотел проверить. Аккуратно положив автомат на колени, он снял мину с сумки, так же доставая мультитул, чтобы вскрыть корпус. Однако стоило ему вскрыть крышку, как он тут же хотел её откинуть в сторону.

Вместо привычной закладки тротила, там был спрессован порошок белого цвета, причём добротно так спрессован, и Даня даже примерно представлял, что это такое. Осторожно отложив крышку в сторону и поставив мину на крышку, он закрыл лицо ладонями, откидываясь на спину.

— Твою ж мать... — Тихо прошептал он, понимая, в какой жопе находился всю свою пробежку. По его прикидкам, вместо тротила в мину запихали нитрат аммония, который по сравнению с тем же тротилом был опаснее в эксплуатации, да и являлся одним из составляющих аммонала. Однако Даня не являлся профильным сапёром и это скорее были его догадки дилетанта, но на всякий случай он решил оставить эту мину здесь, руководствуясь простым принципом сапёрного дела «не знаешь — не трогай».

Краткосрочный отдых прервался резко, поскольку парень решил свалить подальше из оврага, просто на всякий случай, ему все ещё было стрёмно, что он бежал и во время бега ему по спине била мина, в которой могло находиться инициирующее взрывчатое вещество вместо тротила. Первичная мысль о нитрате аммония уже казалась сомнительной, но проводить химический анализ не было ни сил, ни времени, ни возможностей.

Выбравшись из оврага, он направился уже вдоль тропки, по которой явно ездили, причём недавно, поскольку уже через метров пятнадцать зарослей, оказалось, что это все неплохая такая маскировка из накиданного дёрна вместе с высокой травой. Кто-то запарился и замаскировал съезд с дороги, делая вид, что данный отворот не используется, там ничего интересного нет, однако стоит пройти чуть вглубь, как оказывается, что дорожка на самом деле вполне широкая и тут мог бы протиснуться микроавтобус. К тому же, судя по весьма глубокой колее, в которой отпечатались шипованные шины, кто-то недавно здесь ездил.

Тихо цокнув языком, Даня прикинул, какие неприятности он может встретить дальше, и потому на всякий случай пихнул перевязочный пакет в карман штанины, а в подсумок гранату Ф-1, потому как в случае ранения пакет ему никак не поможет, а вот при ведении боя на короткой дистанции, граната вполне может решить парочку возможных проблем.

— А где наша не пропадала? — Прошептал Сапёр и, оглянувшись на грунтовку, направился по колее, придерживаясь правой стороны, поскольку если противник правша, то велик шанс, что нападать он будет с левой стороны, наиболее удобной для ведения огня, ибо по правую руку было поменьше зарослей кустарника, да и в принципе местность была поровнее, ибо тот же овраг был слева.

Колея шла достаточно глубоко и метров через двести выходила к полю, причём достаточно большому, но, что более интересно, в поле находился хутор, причём как с картин срисованный. Главный дом из кирпича, окрашенный в белый цвет, с соломенной крышей, рядом конюшня с деревянными резными навершиями в форме голов лошадей. Сама конюшня из дерева, причём построенная, как говорится, практически без гвоздей, добротным срубом. Чуть в стороне от конюшни склад, соединённый с небольшой ветряной мельницей, работающей, поскольку ветер в поле гулял. Помимо этого имелся огороженный хлипким плетёным заборчиком загон для скота. Самого скота не было, как не было и лошадей, вместо лошадей в конюшне стояла машина. От леса до хутора было метров сто, так что Даня видел, что в конюшню двери распахнуты и одной из стойл переоборудовано под небольшую мастерскую, где мужчина в обычной рабочей спецовке возится под капотом детища советского автопрома. Парень в машинах не разбирался, даже с трудом отличал тринашку от девятки, так что для него это просто была машина из старых, которые он видел на старых плакатах, которые застал у друга, заядлого любителя легковых автомобилей.

Помимо этого мужика, был ещё молодой парень, что курсировал от склада до мельницы, перетаскивая мешки. У парня на груди висело ружье, причём самозарядное, но с трубчатым магазином. В то время как у мужчины, что возился с авто, не было видно оружия вовсе. Вскоре из хаты вышла девушка лет девятнадцати и, окрикнув мужчин, позвала их обедать.

Даня прикинул по внутренним часам и согласился, примерно был час дня, так что да, самое время пообедать. Сам он также хотел есть, но больше хотел пить. Как на зло, словно дразня его, девушка что-то крикнула парню и тот, скрывшись в складском помещении на несколько секунд, вытащил оттуда пятилитровую баклашку с водой.

Нервно сглотнув, Сапёр закусил нижнюю губу. В его сознании уже не было противоборства. Для себя он чётко решил, что вода будет принадлежать ему и плевать каким путём. Решив поймать удачу за хвост, он принял положение лежа и перехватив автомат на локти, принялся подползать к хутору, пытаясь при этом укрыться в траве, что была достаточно высокой, поскольку большая часть поля была засеяна какой-то дикой зерновой или злаковой культурой. Даня так же не был агрономом, причём по аналогии с машинами, не мог отличить рожь от пшеницы, а уж о сортах и думать не хотел, не забивая голову лишней информацией, тем более что в школе биологию он бессовестно прогуливал, занимаясь разведывательно-диверсионной деятельностью и в основном связанной с сапёрным делом, а сапёру как-то плевать, ставит он растяжку в поле пшеницы или в поле ячменя.

Тем временем на хуторе все затихло. Люди скрылись в хате и видимо настолько были уверены в своей безопасности, что даже не выставили дежурного. К своему же удивлению, Даня не заметил ни одной растяжки, от чего начал сомневаться в умственных качествах жителей хутора.

— Как вас, блять, ещё не поимели? — Тихо, практически одними губами, прошептал парень, покачав головой. Он приблизился до дистанции в десять метров, где уже начиналась очищенная от ростков территория,

Осторожно приподнявшись на четвереньки, Даня рванул к конюшне. Она расположилась перед домом, если смотреть от его точки выхода из зарослей. Укрывшись за стеной, он глянул в сторону дороги и на позицию, с которой рассматривал хутор. Как ни странно, но позицию было не видно, ибо она была укрыта кустарником. Парень лишь печально глянул куда-то в землю, качая головой и мысленно браня жильцов за то, что они совсем не запариваются над подходами к жилью, однако брань прервалась резкой мыслью о том, что он ничего не знает о хуторе, так что вполне может быть, что это место крышует кто-то сильный и потому на него не рискуют нападать.

Выглянув из-за угла здания, Сапёр отметил для себя, что у хаты нет больших окон, а те, что есть, находятся под крышей чисто для того, чтобы проникал свет. Продуманно, ибо в таком доме вполне можно перезимовать, особенно учитывая факт наличия печки, дымоход которой было видно с другой стороны крыши. Невысокий дымоход, но зато каменный, ровно и ладно сложенный.

Не боясь быть замеченным, Даня вскинул оружие в направлении входа в дом и двинулся к двери, двигаясь сначала вдоль стены конюшни, а после короткой перебежки в пару метров дистанции меж зданиями, и вдоль стены самой хаты. Сквозь открытые окна стали слышны разговоры тех, кто был внутри. Причём голосов звучало пять, два женских, два мужских и один принадлежал ребёнку лет двенадцати, но тот прозвучал лишь раз и ему тут же шикнули в стиле «не болтай с набитым ртом». Более того, за полторы минуты подслушивания, Даниил даже узнал, что парня зовут Андрей, а мужчину Михаил. Андрей занимался тем, что перемалывал зерно и планировал потом съездить в какой-то Торжок, чтобы его продать, в то время как Михаил как раз ремонтировал машину, чтобы Андрей смог съездить. В общем, вполне мирная жизнь, которую Сапёр хотел нарушить своим появлением. Стоя у двери, он обдумывал два варианта. Первый, метнуться на склад и быстро схватив, что попало, скрыться в поле, после чего уже ночью провести полноценную зачистку, ну и второй, попытаться решить все мирно. Но мирно, в стиле «Сарынь на кичку». В итоге он выбрал второй вариант и, удерживая автомат правой рукой за пистолетную рукоять, при этом прижав локтем приклад к боку, он второй рукой вытащил гранату из подсумка, чисто зубами вытаскивая леску и поджимая большим пальцем, чтобы в случае чего, вернуть на место. Прижимая активную скобу к телу оборонительной гранаты, он осторожно потянул дверь на себя и зашёл в дом. До боли знакомая планировка, представляющая из себя веранду, а по совместительству спальню, из которой короткий коридор вёл в кухню, а оттуда в ещё одну спальню. Он остался в коридоре, поскольку и из него было видно кухню, где за столом сидели пять человек и беззаботно обедали. За шумом разговора никто не услышал дверь, которая даже не скрипнула, выдавая гостя. Его заметил лишь ребёнок, который оказался девочкой лет четырнадцати. Она заметила парня и застыла, удивлённо глядя на вошедшего.

— Сарынь на кичку, работяги. — Весьма громко произнёс Даниил. — Андрей, даже не дёргайся, не успеешь.

Сапёр сдвинулся чуть дальше по коридору, чтобы его могли рассмотреть остальные. Как он и ожидал, Андрей отставил ружье к стене, буквально в полутора метре от себя и спокойно хлебал суп из тарелки. Однако спокойствие резко кончилось и наступил шок, а после и страх, когда все рассмотрели Даню, что стоял в грязной одежде, с перемазанным в песке и земле лицом, вот только при этом держал в одной руке гранату без чеки и не стеснялся её демонстрировать хозяевам дома, во второй удерживал автомат, который в аккурат смотрел куда-то в живот Андрею, правда, на линии огня находилась ещё девушка, но это гостя как-то не волновало.

— Ах да, где мои манеры? Позвольте представиться, Сапёр, вас, Андрей и Михаил я уже знаю, успел подслушать, а, позвольте узнать, как зовут прекрасных дам? — Ухмыльнулся Даниил, глянув на девушку, от чего та сразу сжалась нервно сглотнув. Михаил же напрягся, да так, что у него на лбу выступил пот, в то время как Андрей лишь злобно смотрел на вошедшего.

— Полина. - Тихо ответила девушка, пытаясь отвести взгляд, но все ещё мельком поглядывая на оружие в руках гостя.

— Татьяна... А это Лика. — Представилась женщина и кивнула в сторону ребёнка, причём буднично так представилась. — Ты шо, не местный?

— Местный я или нет, вас это волновать не должно. — Грубо ответил Даниил. — Мне откровенно похрен, под чьим небом вы ходите и кто вы такие, поскольку я могу вас спокойно порешать, выебать труп Полины, Лики и ваш, Татьяна, а потом свалить и, уж поверьте, напоследок я хорошенько все заминирую, да так, что когда ваше небо приедет разбираться, что за выстрелы тут были, они потеряют ещё человек пять, как минимум. Кстати, Андрей, это ведь у тебя Беретта самозарядная? Хорошее ружье, одобряю, мне бы такое пригодилось.

— Бандит. — Коротко бросил мужчина, морщась.

— Бандит, звучит обидно, я скорее просто отбираю у богатых и отдаю бедным, то есть себе. — Даниил лишь пожал плечами. — Что поделать, таков мир. Бандитами являются те, кто от вас в... Семи километрах, наверное, по дороге в сторону пустого автосервиса. Вот там да, там жопа и бандиты, которые сколотили целую банду в четыре десятка голов, базируясь при этом в детском лагере, уж поверь, там бы такой как ты, быстро стал либо чернорабочим, либо пошёл разминировать поле с растяжками и я сильно сомневаюсь, что у тебя есть навыки, за которые ты мог получить погремуху Сапёр. Ну а что бы они сделали с дамами и думать не хочу, она тебе, кстати, кто, невестка?

— Сестра. — Все так же тихо ответила девушка, опасливо косясь на Сапёра. После его слов напряжение значительно возросло, поскольку местные даже не представляли, что в относительной близости от них есть полноценная банда.

— Так что, приступим к конструктивному диалогу или мне потом все узнавать самому, обирая ваши тёплые тушки с парой лишних отверстий в теле? — Усмехнулся парень. Ему даже начинало нравиться грабить и, кажется, он стал понимать мародеров и бандитов.

— Говори, чего хочешь. — Ответил за всех Михаил, от чего Даниил расплылся в улыбке.

Глава 10. Договор.

Информации было много, причём информации, знай которую, Даня бы не сунулся в Хутор. К счастью для себя, Даниил был не так глуп, хотя во время рассказа Михаила, он подумывал о том, чтобы завалить мужчин и выбить информацию с женщин, но те как оказалось, почти ничего и не знали, ведь делами ведали мужчины.

Общество откатилось чуть назад, вновь лишив всех прав женщин. Как бы современные феминистки не кричали, что у женщин прав нет, по сравнению с «Резервацией», прав у женщин дофига и больше. В нынешних условиях, женщины исполняли роль хранительниц очага и словно в древности, вели хозяйство, помогая мужчинам, которые занимались войнами, дипломатией и торговлей. По рассказу Михаила можно было судить, что даже в так называемый Торжок не пускали женщину без сопровождения мужчины, банально потому что там обитают криминальные личности, которые попросту выкрадут одинокую девушку, как бы она не была вооружена. Группа мужчин всегда сильнее одинокой, пусть и подготовленной, девушки.

— Интересно все выходит, впрочем, оно и ясно. — Хмыкнул Сапёр. Он уже спокойно сидел в компании Михаила и Андрея. Женщины были отпущены, дабы не сидели без дела. Более того, сейчас мужчины сидели в более разряженной обстановке, поскольку Даниил убрал гранату, предварительно застопорив скобу, а так же перетянул автомат на ремне за спину.

Казалось бы, ещё минут десять назад, он был вполне готов творить мокруху, но то ли Михаил оказался достаточно красноречив и дипломатичен, то ли Даниил решил не лишать жизней мирняк, но все потихоньку сошло на нет. Впрочем, Даня ещё чувствовал подлянку в мужском составе населения Хутора.

— Так вот, завтра я поеду в Торжок, там комендатура. Потеряшек по типу тебя направляют туда для дальнейшей расквартировки и направления на работу, однако судя по тому, что ты умудрился завалить бандита, то наверняка попадёшь в гарнизон. — Хмыкнул Андрей, сложив руки на груди и рассматривая собеседника.

Сапёр прекрасно понимал, почему он так спокоен. Пока где-то на северо-западе группа Фитиля в Лагере промышляла ловлей потеряшек для дальнейшего использования как нештатных сапёров, где-то на юго-востоке несколько больших групп объединились в некий союз поселений и собирали людей для обустройства Резервации, чтобы жить, а не выживать. В принципе, Даня был бы не против попасть в этот самый союз и стать его гражданином, но сказывалась оборотная сторона медали. В союзе шли внутренние разборки между теми, кто в том мире был кем-то, а тут его заставляют работать наравне с менеджерами. Бывшие «начальники» собрали свою группу и, к сожалению для местных, не передрались за то, кто будет более важным начальником среди и так важных начальников, а вполне так качественно сколотились в полноценную группу рэкетиров, что кошмарили рынки и крышевали ларьки. Местные торговцы ничего не могли поделать, ведь у их «крыши» была своя крыша в администрации, поэтому на вызов о рэките и насилии на тему «выбивания долга», никто из комендатуры, которая по совместительству была полицейским участком, не выезжал.

Даниил лишь мысленно материл людей, что даже в ситуации, когда требуется работать совместно для выживания, все равно находятся твари, которые гадят там же где и живут. Впрочем, этого и стоило ожидать. Только сформировавшаяся система управления уже успела прогнить, а потому пользы от неё было куда меньше чем вреда. Однако защита дальних хуторово, по типу того где жил Михаил с семьёй, относилась к пользе от системы. Если Хутор в определённый момент не выходил на связь, туда выезжала маневренная группа защиты, так же и по звонку из Хутора о нападении. Даня прекрасно понимал, что перебей он жильцов Хутора, и хода в этом направлении ему не будет. Люди здесь живут своим хозяйством, вещей у всех мало, а потому опознать на нем куртку убитого Михаила, будет не такой большой проблемой и тогда возникнет большое количество вопросов.

— Ну-с, проблема улажена? — Поинтересовался Даниил, глядя на мужчин. Те лишь согласно кивнули. В ходе переговоров они пришли к выводу, что Даня является потеряшкой, который попросту сначала попал к бандитам и потому в штыки воспринимает всех. Сам парень не против такой трактовки, тем более что отчасти это правда. Это позволило ему договориться о ночлеге, приём пищи и даже о душе. Как оказалось, в конюшне организован аналог бани.

Ночлег на чердаке склада, возможность нормально пожрать и помыться. Можно было сказать, что Сапёр был вполне счастлив, если бы не тот факт, что его так просто приняли, после того как он заявился с оружием. И этот факт его сильно напрягал. Впрочем, чутье молчало, а уж ему Даня привык доверять.

После обеда мужики занялись своими делами, а Сапёр направился на чердак, обустраивать лежанку, а попутно разбираться с оружием. В помещении было темновато, ибо свет пробивался через небольшое окошко под потолком, впрочем, такого освещения вполне хватало, чтобы работать. Больше мешали запахи. В помещении было сухо, но дико пахло разными травами и вяленым мясом. Казалось бы, пахнет вкусно и приятно, а сбивает с рабочего настроя. Обед-то состоял из вареной картошки с луком и солониной, а тут такие запахи копчёной рыбки и вяленой ветчины.

— Не отвлекаться. — Шептал Даниил, разобрав автомат Калашникова до состояния неполной разборки и рассматривая основные узлы.

После осмотра он аккуратно протёр тряпочкой патронник и, накрутив обрывок ветоши на шомпол, протёр ствол от нагара. Клин стрелял мало, но у Дани нет запасного автомата, поэтому он решил ухаживать за оружием в любой удобной ситуации. Тем более по опыту работы с оружием он мог сказать, что оружие может оказаться с нагаром и через неделю после стрельбы, даже если ты чистил через полчаса после того как отстрелялся. Закончив с проверкой и чисткой автомата, Даниил взялся за пистолет Макарова и к своему сожалению обнаружил, что пистолет повидал много всякого говна, ибо ствол был засран по самое немогу, местами даже порыжев. Решив узнать, кто же такой гандон, парень выудил из сумки блокнот с дневником того прапорщика.

— Олег Дмитриевич, да вы пидорас. — Хмыкнул Даниил, откладывая пистолет в сторону и берясь за чтение дневника.

С первой же страницы можно было узнать, что старший прапорщик некогда был участником того же конфликта, где принимал участие Даниил, потому как служил в одной из дивизий, что подавляла конфликт. Что интересно, сам по себе Олег не занимал должность связанную с сапёрны делом, поскольку был штабистом, но ведь и Даня не был штатным сапёром, однако минно-взрывное дело знал на достаточно серьёзном уровне.

На чтение дневника у парня ушло несколько часов, но оно того стоило. Олег Дмитриевич Приходько проснулся ранним утром не у себя в кровати, в объятиях жены, а в некой землянке, в окружении армейских ящиков с известными ему маркировками. Не понимая, что происходит, он предпринял попытки установить, где именно располагается его временное укрытие. Оказавшись видимо неудачником по жизни, он практически сразу нарвался на бандитов, которые заинтересовались его фигурой, однако прапорщик успел сбежать, попутно отстреливаясь и, как он описал в дневнике, даже ранив двух преследователей. Вернувшись в укрытие, Олег быстро вскрыл ящики и расположил простейшие растяжки на входах в низину. Как ни странно, но это подействовало, и когда за ним по следам двинула поисковая группа, то нарвавшись на растяжку, бандиты отступили, видимо решив, что нахрен им это счастье не нужно.

Помимо мин и гранат, в ящиках так же имелись рационы питания, так что прапорщик, пересидев сутки и лишь дополнительно заминировав подходы к своему укрытию, решился на вылазку. Пометив своё укрытие как ноль для координат, а низина раздела север и юг, он направился на юго-восток от нулевой координаты, в противоположное направление от бандитов и быстро вышел к шиномонтажке. Однако и тут сказалась его неудачливость. У гаражей тогда находилась группа вооружённых людей, что выстрелами отогнали его от зданий. Второй раз, наткнувшись на бандитов, Олег хотел было устроить локальный джихад местным аборигенам, но возвращаясь в укрытие, передумал. Видимо здраво оценил свои навыки и запас патронов, который не превышал и половину магазина к Пистолету Макарова. Решив окончательно разобраться с местностью вокруг укрытия, прапорщик направился в обход, на сей раз с востока на север.

И в третий раз похождения Олега закончились неудачей. Нарвавшись на волков, он вынужден был драпать, ведя зверей на растяжки. Лишь чудом избежав травм и изведя волков на растяжках, прапорщик, не унывая, продолжил продвижение на восток и весьма скоро наткнулся на небольшую охотничью сторожку, где жила группа людей. Жила, потому что когда он туда пришёл, то обнаружил лишь тело изнасилованной девушки, что была ещё жива, но в крайне плачевном состоянии. Мужчину он так и не нашёл.

Попытки выходить девушку, не окончились успехом. Она попросту угасла, несмотря на относительно хорошее питание, постельный режим и надсмотр со стороны прапорщика. Сказывалось отсутствие лекарств. Захоронил он её вблизи своего убежища, где и выхаживал пострадавшую.

По своей глупости, он забыл о такой вещи как трупный яд и, несмотря на изредка принимаемые водные процедуры, умудрился заболеть. Север исследовать прапорщик не стал, поскольку участились подрывы на растяжках, уже дважды бандиты приводили людей, которые шли по низине и собирали растяжки ногами. Решив временно приостановить попытки изучить местность, Олег занялся более серьёзным минированием, расставляя все, что у него есть. От простых растяжек с гранатами и заканчивая колючей проволокой, которая так же нашлась в ящиках.

На этом записи в дневнике и прекращались, однако Даня и так примерно представлял, что было дальше. Олег Дмитриевич, отравился трупным ядом, плюс нахождение в сырой землянке не шибко хорошо сказалось на его здоровье, как и не самая хорошая пища. В какой-то момент он просто уснул и не проснулся. Сапёру его было даже чутка жаль, впрочем, именно такая судьба его и ожидала. Даже он понимал, что одиночке выжить крайне сложно, когда кругом могут быть враги.

Рассмотрев карту, начирканную на одном из листов блокнота, Даниил решил добавить к ней известные ему территории и ориентиры. У него не было мыслей о мести, и он прекрасно понимал, что мужика из той сторожки забрали люди Фитиля. Более того, он так же прекрасно понимал, что с группой Фитиля ему бодаться бесполезно, пока он один, а потому желательно влиться в союз, но не на регулярной основе, а как вольнонаёмный охотник. В конце концов, Даня не был земледелом или ремесленником и все что он мог предложить, так это свои знания и навыки сапёра и оружейника. Даже на санитара он походил плохо, ибо все, что знал это чуть больше чем первая медицинская помощь, не говоря уже о снайперском деле, хотя данная специализация значилась в его военном билете.

Решив для себя, что об этом он подумает завтра, парень все же взялся за чистку пистолета, хотя без нормальных ершей и чистящего раствора это было бесполезно, так просто ржавчину ему не выбить.

Во время чистки Даня услышал звук, который никак не вязался с окружающей средой, а именно, звук приближающихся машин. Перебздев, он быстро произвел сборку пистолета и, подхватив свои вещи, кинулся на первый этаж. Выглянув, Сапёр увидел два пикапа проезжающих по дороге и люди, сидящие в кузовах, явно были не просто так вооружены.

— Вот же суки... — Поморщился парень и, оглядевшись, рванул в поле, скрываясь в зарослях. Рванул за пару мгновений до того как в его сторону прозвучал выстрел с гладкоствольного ружья.

Глава 11. Выживатель.

Чуйка активно заверещала и потому Даня успел вовремя пригнуться, ныряя в заросли. Выстрел его все равно достал, мелкая дробь дернула ухо, щеку и чуть дальше виска. Все по касательной, но очень неприятно. Уже в зарослях, Сапёр оглянулся и поморщился. Группа на пикапах явно не грабить приехали, потому что весьма быстр рассредоточились, занимая укрытия.

— Пацан, выходи! — Гаркнул кто-то со стороны дома, но Даниил даже и не думал сдаваться.

Перехватив автомат поудобнее, он медленно пополз в глубину поля, отдаляясь от хутора.

— Даю последний шанс выйти и решить все мирно! — Кричал все тот же, однако парень понимал, что мирно уже не будет. Выстрел прозвучал, его задело и вот уж что, а это он простить никак не сможет.

Стиснув зубы от боли, Даня чуть ускорился, приподнявшись на четвереньки. Помыться ему так и не удалось, но он хотя бы нормально пообедал и смог попить.

Пересечь поле проблем не составило. Видимо поисковая группа не шибко хотела разбираться со случайно заблудшим подростком, который хоть и был вооружён, но для серьезного бойца проблем не представлял, а жильцов хутора так и вовсе взял подкравшись. Пока Даниил сваливал в лес, на хуторе мужики уже расслабились и спокойно переговаривались.

— Слышь, Миха, ну и нафига ты нас дергал? Вон, один залп и пацана как ветром сдуло, потом в окрестностях его тушку найдете. — Усмехнулся один из бойцов группы.

— Да вряд ли. — Хмыкнул Михаил, удерживая Беретту М1301 на локтях. — Не выглядел он как пугливый сопляк, подошел грамотно, да и нормально говорил, как тот, кто пороха нюхнул. Опять же, от раздражителей с северо-запада свалил.

— Оп, а вот это уже интересно... — Задумался командир группы. — Выкладывай, что он там про них наговорил.

— Хордо, не нагоняйся, пацан конечно серьёзно выглядел, с разгрузкой, с АКМом, да с гранатой, но не знаю, есть ли смысл верить. Он там говорил, что в каком-то детском лагере обосновались, в семи километрах по направлению к бывшему автосервису. — Отмахнулся Михаил. — Туда соваться бесполезно, на машине не проехать, дорога в гаражи упирается, ну значит и делать там нефиг. Тем более, что там с этого лагеря? Больше потеряете, если пойдете разбираться с братвой. Пока к нам не суются, значит и к ним не лезьте.

— Ну, Миха, тут тебе решать. — Хордо лишь пожал плечами. — Я тебе не советчик. Если пацана найдете, звони, ну или объявится, хотя вон как сиганул, аж пятки сверкнули, обгадился, наверное, так что я бы его не ждал ближайшие пару дней.

— Да он голодный пришёл, так что в лесу ему жизни нет, за дорогой болото, выше по дороге гаражка, Там тоже ничего нет. Могу поставить мешок муки, что он до завтрашнего вечера приползёт, в лесу переночует, поймёт, что это такое и вернётся... Ладно, Хордо, по пивку? — Предложил Михаил, а командир мангруппы даже не думал отказываться.

Тем временем Даня уже пересёк поле и не боясь запачкаться, на четвереньках прополз до оврага, где оставил разобранную мину. Уже в овраге он крайне быстро вернул корпус на место, поправляя срезанный привод. Вот уж что, а ПМНок он в своё время разобрал большое количество, так что механику их работы понимал.

«Два пикапа, дорога так себе, на кочках скачут часто, значит надо на подвеску... Или под колесо? А похер, как пойдет», — Мыслил Даниил, пока быстро подтягивал привод с натяжением его леской. Он решил все же поставить за колесо, при этом используя метод постановки тросика. Колесо вращается, тросик натягивается, в определённый момент тросик перетирается или же отрывается от перекрутки, от чего тяга на пластинку ослабляется, и она жмёт на привод. Взрыв этих мин Даня уже видел, так что машину раскурочит неплохо.

Прокрасться обратно вдоль тропки проблем не составило, однако к своему удивлению он обнаружил, что машины уже развернули и у первой машины стоит и курит водитель. В самом хуторе бойцы рассредоточились, трое наблюдали за полем и болтали о чём-то своём, ещё двое у гаража рассматривали машину. Даню такое поведение хорошенько так поддёрнуло, так что он крайне быстро подполз ко второй машине и вместо того, чтобы ставить под колесо, подлез под машину, быстро приматывая мину к трубопроводу снизу, закладывая мину на него и выводя пластинку над ней. От пластинки он протянул леску к заднему колесу. После чего выглянул из-под машины и не заметив никого, быстро свалил с дороги в лес.

По прикидкам Сапёра, мина должна была накрыть всех, кто находился в кузове. В какой-то момент он засомневался о правильности своих действий, однако ноющая боль на левой части лица напомнила, что его не щадили, а значит и у него нет причин щадить кого бы то ни было.

— Пиздец вам, суслики. — Прошептал одними губами Даниил, расплываясь в улыбке и представляя, как во время поездки резко хлопнет под кузовом пикапа и как двое или трое бойцов слетят на землю с повреждением ног и седалищ.

Отползая в лес, Даниил выждал пока бойцы загрузятся обратно по машинам и свалят. Как ни странно, но Михаил, что их провожал, был явно поддатым, а ведь именно у него в руках был дробовик. Более того, Андрей тоже ходил с покрасневшим носом, тихо матерясь и спотыкаясь на ровном месте.

«Вот уроды, нажрались, когда противник рядом», — Пронеслось в голове парня. Сам он уже вернулся к своему первичному наблюдательному пункту, что был сокрыт кустарником со стороны хутора. Расположившись на мху за корнями деревьев, в небольшой ямке, Даня принялся осторожно готовить позицию, а именно, связывать леску в сетку и привязывать к ней листья с деревьев и ветки кустарника.

На данное занятие у него ушло несколько часов, за которые в хуторе не произошло ничего интересного. Мужики продолжали заниматься своими делами, разве что куда медленнее из-за алкоголя в крови. Женщины же из хаты не выходили. Когда же Даниил уже закончил сплетённое укрытие и расположил поверх ямки, Михаилу почудилось, что со стороны поля кто-то двинулся и потому он выстрелил туда пару раз, но дробь лишь срезала колоски.

От выстрелов зазудели ранки на лице, о которых Даня уже и подзабыл, так что в полутьме укрытия, он нащупал пузырек с перекисью и медицинские салфетки, после чего осторожно принялся утирать кровь с лица. Закончив с очисткой ран, парень заклеил их пластырями. Ранения на лице зачастую не смертельны. Сложные, неприятные, но не смертельные, так что о своём здоровье Сапёр не запаривался, лишь негодуя, что напрягать лицевые мышцы левой стороны весьма болезненно.

После обработки, Даниилу попросту нечем было заняться, и он позволил себе подремать в обнимку с оружием. О своей безопасности он не беспокоился. У группы что приехала не было собак, так что по запаху его не найти. Тропы так же не видно, да и вряд ли его станут искать так близко, тем более что Михаил и Андрей сейчас нажрались, а потому вполне могут не увидеть его, даже если споткнутся о его спящую тушку.

Даниил даже не ожидал, что к нему вернутся сновидения, причём даже не кошмары. В кошмарах все просто, ведь понимаешь всю не реалистичность происходящего. Куда хуже, когда во снах всплывают воспоминания о пережитых событиях.

Промзона. Даня уже полгода как участвовал в конфликте в числе «детской роты», от которой едва ли осталось два не полных отделения. Если в начале конфликта к детям относились как к разменной монете, которая может сползать до окопа противника и посмотреть, сколько там бойцов, а после ещё глянуть наличие растяжек на минном поле, то уже сейчас к ним относились с неким уважением. Выжившие из «детской роты» представляли собой опытных и достаточно неплохо подготовленных бойцов, потому что дети были озлоблены на условия, в которых оказались и не стояли перед моральными выборами, поскольку не умели ценить жизнь, не понимали, что стреляя в противника эту самую жизнь отбирают. Из всех остатков «детской роты» на Промзону попал лишь Даня, поскольку только у него была достаточно серьёзная подготовка в плане минно-взрывного дела, да и он не задавал лишних вопросов, выполняя поставленную задачу. Его ценили, как уже профильного бойца-сапера, и позывной «Малыш» вызывал скорее уверенность, чем насмешки. В Промзоне мало кто мог находиться долго, но Даниил находился там уже второй месяц с того момента, как его перевели в один из секторов после неудачной операции.

Сама промышленная зона делилась на четырнадцать секторов, которые равномерно заняли противостоящие стороны конфликта. По центру зоны шла линия фронта, несколько секторов, которые не принадлежали никому, поскольку здания в этих секторах от постоянных обстрелов уже превратились в руины, а главенствующие позиции давно заминированы. В центральных секторах могли работать лишь сапёры и контрснайперские группы.

К одной из таких и был приписан Малыш, как проводник, поскольку за два месяца он уже изучил сектора смежные с тем, где находилась его позиция. В составе группы помимо Дани были ещё два снайпера и боец прикрытия. Сколько бы Даниил не говорил, что четыре бойца это уже заметная группа и хватило бы трёх, но командир бригады настоял на том, что Малыша в прикрытии не хватит.

В итоге приказ начальства пересилил здравый рассудок, поэтому группа из четырёх человек рано утром, за пару часов до рассвета, выдвинулась на позицию. И начало операции Дане сразу не понравилось. Изучая руины в старенький НСПУ, который он носил с собою скорее как подзорную трубу для работы ночью, Малыш заметил передвижение силуэтов, о чем сразу же сообщил одному из снайперов.

— Вижу. Трое. — Ответил Снайпер, который расположился рядом за упавшим фонарным столбом. В снайперской паре именно он был ликвидатором и потому у него на СВД был установлен пусть и старенький, но теплак. В то время как у второй снайпера был штатный ПСО к его ВСС. Боец прикрытия и вовсе был вооружён АКМом с ПБС-1, в то время как Даниил имел АКС-74у с кустарно приколхоженным подствольником, ради которого пришлось наваривать планку и снимать цевье. Выглядело крайне странно, но Даня уже давно понял, что красоту можно оставить гражданским, а ему нужен функционал.

— Мародеры. — Не громко констатировал второй снайпер, так же наблюдавший за силуэтами, но уже в монокуляр, который заменял ему ночник.

— Плохо, надо валить. — Даниил лишь пожал плечами и, приподнявшись, чуть сместился в сторону, перебираясь из-за поваленного столба к некогда сгоревшей БМП.

— Их или в принципе? — Отшутился боец прикрытия, который ничего не видел и находился чуть в стороне, прикрывая основную тройку с фланга. У него были какие-то проблемы с гарнитурой, а потому при его говоре в канале раздавался тихий треск и лишние шумы.

— Их. Будай, работай с винтаря. — Хладнокровно скомандовал Даниил, убирая ночник обратно в чехол, закрепленный на вещмешке.

— Принял. — Отозвался второй снайпер, отложив монокуляр и, поудобнее перехватив ВВС, занимая позицию для стрельбы лёжа.

Работа лишь по силуэтам, Будай отстрелял магазин, пока первый снайпер его поправлял, наблюдая в теплак куда прилетает пуля. Молча работая, они прекрасно понимали, что группа должна пройти незамеченной, отработать по лёжке снайпера противника и вернуться, но такое отношение к гражданским со стороны ребёнка, их удивляло, ведь Будай чётко видел, что у троицы нет оружия и это просто работяги, которые под покровом ночи пытаются стырить железо с нейтральной территории, продать. В Промзоне это обычная практика.

— Отработал. — Отозвался второй снайпер, меняя магазин и пихая пустой в подсумок под сброс. Снайпера в отличие от того же Малыша, имели добротную экипировку поставленную волантерами, в то время как Даня имел то, что снимет с трупов и постирает. Именно поэтому на нем была потрепанная, но относительно ушитая по фигуре Горка, а так же разгруз из числа китайских копий дорогих зарубежных моделей, единственный плюс которой был в шнуровке на спине. Малышу вполне хватало четырех подсумков под магазины и двух под гранаты, подсумки под ВОГи он повесил на бока пояса.

— Двинули. — Скомандовал Даниил, перехватывая автомат на локти и перебегая дальше к укрытию. — Газон, крой, Булат, Варан, пошли.

Не было тактических перебежек, которые так любили показывать приезжающие инструктора и советчики с соседних стран. Снайпера просто по очереди поднялись и бегом перебежали, перехватив оружия на локти, когда Даня занял позицию у угла дома, наблюдая за улицей. Передвигаясь от укрытия к укрытию, группа вышла на позицию, по пути Малыш снял четыре растяжки в самом здании и вскрыл мину заложенную на самой позиции.

— Располагаемся. — Тихо скомандовал парень и подтянул к стене некогда притащенную им же шину, снятую с колеса камаза.

Сама по себе позиция располагалась в глубине дома, на четвёртом этаже, часть стены которого снесло попаданием снаряда с танка, поэтому снайпера расположились в коридоре, заложив проход в комнату, где имелся пролом в стене. Газон, боец прикрытия, расположился в ванной, прямо в ней разведя небольшой костерок, чтобы нагреть кирпич, по наставлению Даниила.

— Я так и не понял, нахера кирпич греешь? — Поинтересовался Булат, глядя на то, как Малыш, ухватив кирпич стальными прутками, положил его на подготовленную снайперами бойницу.

— Если у противника теплак, то он увидит здесь тепло и отработает в глубину помещения. А значит, будем готовить другую позицию. — Прокомментировал парень и отошёл в сторону, усаживаясь под стену. — Вас же только перетянули на Промку... Сейчас через минут десять мудак проснется и начнет с АГСа закладывать, если теплак у них есть и если верхушки осматривают, то сюда тоже парочка ВОГов залетит, так что вы либо в ванную свалите, либо сядьте.

— Сколько говоришь ему лет? — Усмехнулся Булат, обращаясь к товарищу.

— Четырнадцать. — Газон хмыкнул и уселся под стену, поглядывая на юношу, который спокойно выжидал, закурив сигарету.

Мудак с АГСом проснулся раньше и потому обстрел начался ещё раньше. Боец явно не был скован в боеприпасах, а потому заливал длиннющими очередями, прерываясь на короткие передышки и смену улитки с гранатами. По их позиции прилетела лишь пара ВОГов и то для профилактики.

— Значит теплака нет. — Хмыкнул Даниил, сбивая ещё теплый камень с бойницы. — Работайте...

Снизу резко раздался шум и голоса. Голоса, которые были Дане знакомы и не по воспоминаниям. Сохранявший до этого хладнокровие парень, который не боялся прилетов гранты в здание, поскольку прекрасно помнил, что тогда их группа нормально отработала и вернулась, резко вскочил. Перехватывая автомат, он побежал вниз, на первый этаж и уже на лестнице столкнулся с тем, кого не ожидал. Князь встретил его резким ударом в грудь. К своему удивлению, Малыш боль не почувствовал, но удара хватило, чтобы его повалить.

— Я же говорил, что порву! — Прорычал Князь, но Даня выхватил пистолет, сразу досылая патрон в патронник и открывая огонь навскидку.

Он видел, как пули попадают в Князя, видел как свинцовые болванки проникают внутрь, прорывая одежду, кожу, мышцы, ломая кости, поскольку стрелял он с Пистолета Ярыгина, но мужчина продолжал стоять и лыбиться, словно ничего не ощущая. Даниила от такого зрелища впервые за сон пронзил страх. Животный страх, когда замираешь на месте и сложно двигаться, а попытки кричать скатываются в немое открывание рта, когда словно рыба хватаешь воздух.

— Князь! — Раздался окрик и в тело и так расстрелянного мужчины откуда-то со стороны влетела автоматная очередь, от которой того откинуло в сторону.

Даня с трудом смог повернуть голову в сторону и увидел Кабана, который стоял чуть дальше по коридору и целился в сторону тела, отрабатывая по тому короткими очередями.

— Сапёр, че валяешься?! Добивай! — Гаркнул Кабан. Даниил непроизвольно сжал правую руку и ощутил, что в ней нож. Нахлынуло ещё одно воспоминание, когда он в одной из вылазок на территорию фронта столкнулся с мародёром в драке, но парень тут же согнал наваждение, подрываясь и напрыгивая на уже истерзанное тело.

Кабан ещё дёргался, когда парень наносил удары ножом в горло противника. Успокоился он только когда обезглавленное тело обмякло, а голова отвалилась в сторону. Тут же чуйка подала сигнал и, подняв взгляд, Даниил увидел, что в коридоре на месте Кабана стоит Михаил с ружьём.

— Вот и всё, Малыш. — Улыбнулся Михаил, потянув спуск.

Сапёр дёрнулся, просыпаясь со стойким желанием пойти и сжечь хутор. Он крайне не любил кошмары, но больше его бесили только кошмары, проникающие в воспоминания. Впрочем, как и ожидалось, никто его сон не потревожил, так что на мху он вполне добротно выспался, разве что промёрз немного, да бок стал сырым, однако Даниил предполагал, что скоро разживётся вещичками Андрея. Один фиг ему теперь в нормальный мир хода нет и вопрос его смерти — это скорее вопрос времени, потому как одиночке не выжить, а это значит что его единственный шанс нормально прижиться, это примкнуть к тёмной стороне союза и заниматься рэкитом.

За мыслями о том, как быть дальше, Даня окончательно проснулся и продрав глаза, принялся высматривать что там происходит в Хуторе. К своему же удивлению, он проснулся ночью, но ранней, буквально только-только после заката.

Сдвинув укрытие в сторону, парень приподнялся, перехватывая автомат поудобнее и доставая нож из сумки. Вот уж что, а финкой он орудовать умеет, а глотки спящих лучше резать, чем стрелять в упор и лишний раз шуметь. Так что пробравшись по полю ровно так же, как и в обед, он поднялся у конюшни.

Однако стоило ему прижаться к стене здания, как изнутри донеслись характерные звуки выпуска газов и бултых, сопровождаемый выдохом наслаждения. Даня чуть смутился, однако приблизился к дверце с противоположной стороны в которую она открывалась. И правильно, поскольку уже через секунд десять, дверь резко распахнулась.

— Some body... — Начал запевать Михалыч, вышагивая из туалета, как тут же ему в глотку влетел нож, хорошо поставленным ударом, при этом Сапёр ухватил его под руку, проводя подсечку и роняя на землю.

Песня скатилась в булькающие звуки, потому как Даниил провернул нож, отводя его чуть на себя и расширяя рану. Попутно прижимая ближнюю руку Михаила коленом, а освободившейся рукой, обшаривая одежду мужчины. Как ни странно, но тот вышел в одном тельнике, труселях и сланцах, но в нагрудном кармане тельника нашёлся небольшой фонарик, совмещённый с лазерной указкой. Выдернув нож и на всякий случай нанеся второй удар в шею, но уже с другой стороны, Даня окончательно добил мужчину. Фонарик же теперь упокоился в кармане парня, а тело мужчины в одном из бывших стоил, что было переоборудовано в очко деревенского типа с выгребной ямой.

Оглядев конюшню, Сапёр решил проверить сначала склад, однако как ни странно, но тот оказался закрыт на вполне обычный амбарный замок, так что не беспокоясь о данном направлении, он прошёл к дому. Приоткрыв дверь, он скользнул внутрь и первое что увидел, это расправленный диван, на котором похрапывала жена Михаила, рядом с ней в обнимку спала мелкая.

«Черт... Что же делать... Если уйду, могут поднять тревогу... Они же меня не пощадили, когда я попросил приюта? Не дали мне пожить спокойно... Значит кончать их надо», — Терзая самого себя в мыслях, Даня осторожно приблизился и аккуратно зажав рот женщине, вскрыл ей горло одним чётко поставленным порезом. От крови, что хлынуло на личико девочки, мелкая проснулась, но Сапёр среагировал быстрее. Пока та спросонья ещё ничего не понимала, он зажал ей рот и так же вскрыл горло. Понимая, что другой бы на его месте оставил девочку как игрушку, парень поморщился. Он конечно понимал, что творит мокруху и испытывал даже отвращение к самому себе, но с другой стороны прекрасно осознавал, что это вынужденный шаг и расплата для жильцов Хутора за то, что они решили убить гостя, который не хотел изначально убивать их самих.

В комнате тем не менее шла возня и судя по звукам, весьма интимного характера. Даниил лишь ухмыльнулся.

«Это хорошо. Расслабленный мужик, это самое беззащитное существо на планете», — Пронеслось в мыслях парня, пока он улыбаясь ставил растяжку на входную дверь, самую простую, на кольцо, ибо из трех гранат у него лишь одна не имела предохранительной чеки.

Сняв с себя сумку и разгрузку, он сложил все на диван, туда же лёг и автомат. Вооружившись лишь пистолетом, в котором уже патрон находился в патроннике, парень направился в комнату, перехватив второй рукой нож. Скорее всего Даниилу наврали, и Полина с Андреем не были родней, судя по звуку чуть скрипящей кровати, но сейчас ему было плевать, он чуть приоткрыл дверь, и аккуратно заглянул внутрь.

Парочка уединилась под одеялом, ружье стоит у изголовья кровати и судя по движениям, Андрей в верхней позиции, слишком уж характерные поступательные колыхания одеяла. Решив действовать нагло, Сапёр убрал пистолет в карман кофты.

Осторожно подкравшись, стараясь маскировать шаги под скрип кровати, Даня хорошего замаха нанес колющий удар в шею фигуры, скрытой под одеялом, тут же второй рукой это самое одеяло сгребая так, словно это мешок на голове жертвы. Потянув на себя, Даниил свалил на пол барахтающегося Андрея, что ухватился за его руку и пытался вырваться, но в итоге лишь дрыгая ногами и махая обнажённым органом. Дрыгал он не долго, поскольку Сапёр провернул нож, так же двигая на себя и фактически смещая шейные позвонки. Сил для такого у него вполне хватило, да ещё и рычаг был добротный.

Полина только сейчас увидела фигуру парня и хотела было закричать, но от страха у неё словно встрял ком в горле, так что она лишь молчаливо наблюдала за тем, как её парень обмяк, а одеяло начало пропитываться кровью.

Осторожно опустив тело на пол, Даниил обтёр нож об одеяло и перехватив поудобнее, приблизился к девушке, ухватив её за шею.

— Вот и все, Полиночка, кончились твои защитники, лежат с перерезанными глотками, а ведь я разве просил так много? Я разве стрелял по вам? — Парень ухмыльнулся, нервно дёрнув уголком рта, видимо в попытке ухмыльнутся. – Так, а чего ж вы решили по мне пострелять, а? Это больно, чертовски больно, когда тебе часть уха отрывает дробинкой, а ещё больнее от ощущения предательства, но ничего, Поля, ты тоже сейчас ощутишь боль. А может тебе и понравится.

Даниил расплылся в злорадной улыбке и пихнув нож в карман к пистолету, нанес короткий удар в скулу девушки, прекрасно понимая, что так он не нанесёт много вреда, но зато дискомфорт вызовет явно. Тем временем к девушке начал возвращаться голос, и она открыла было рот, но парень попросту заткнул ей рот её же лифчиком, после чего нанёс хлёсткую пощёчину.

— Ну уж нет, я молчал, когда по мне попали, значит и ты будешь молчать, тварь. — Он презрительно посмотрел на девушку, начав удушать одной рукой, пока второй свёл её ручки у нее же над головой, прижав к кровати.

Глава 12. Потеряшки.

Человеку для счастья нужно не так уж и много, особенно если до этого человек понял, что может лишиться всего. Так, например, Даниил был доволен лишь тем, что, наконец, нормально помылся, постирал вещи, а также переоделся. Все же вещи Андрея ему подошли. К тому же удалось нормально сходить в туалет, хоть и деревенского типа, но всяко лучше, чем под куст, тут хотя бы есть туалетная бумага, что является роскошью.

После помывки у парня даже было ощущение, что с грязью он смысл с себя проблемы, а уж после позднего ужина так и вовсе стало как-то ленно что-то делать, однако Сапёр прекрасно понимал, что это временное удовольствие для него стоило жизни пятерым жителям хутора. Нет, они конечно первые начали по нему стрелять, после того как уже договорились о вполне мирном сосуществовании, но все равно, в груди у парня что-то щемило. Он не чувствовал отвращения к себе, однако некий противный привкус от совершенного имелся. Впереди перед ним встал выбор: становиться мародёром окончательно и гасить всех встречных или попытаться как-то уладить этот вопрос, выйдя к местным властям в лице союза и попробовать поработать с властями. Вот только, для работы с союзом требовалось из себя хоть что-то представлять, а как уже Даня понял, одиночки в Резервации ничего не стоят и расцениваются лишь как временный фарш, если не прибьются к более-менее серьёзной группе.

Поразмыслив в направлении того, что ему делать дальше, Даниил принял как факт то, что требуется найти нормальное убежище, но из известных ему мест были лишь Хутор, землянка, гаражи автосервиса и неизвестная сторожка, отмеченная на карте прапорщика. Последнее как раз было самым интересным вариантом.

Проверив ещё раз одежду, Сапёр занялся подгонкой снаряжения. Свою спортивную одежду он постирал, и она сейчас сушилась рядом с печкой в сауне, поэтому Даниил сейчас стоял в обычной пиксельке, что не так давно выдавали в армии, разве что без шевронов и погон. Пришлось, конечно, чуть закатать рукава, поскольку Андрей был повыше, но вроде нигде не жало и не висело слишком уж явно. Поверх пиксельки все так же устроился черный нагрудник с подсумками. На пояс кобура с ПМом и ножны с финкой. К счастью парня, в доме нашлись рюкзаки, но в нормальной расцветке был лишь старенький РД-54, в который Даня по итогу засунул провизию и пару бутылок с водой, на боковых ремешках устроился дробовик, патронов к которому оказалось чуть больше тридцати. Так же на Хуторе нашёлся небольшой топорик, который Даня тоже не поленился примотать к рюкзаку. В общем, выходила неплохая такая нагрузка, но зато парень теперь имел сменную одежду, провизию чуть меньше чем на неделю, запасной ствол, кое-какой инструментарий и даже туалетную бумагу, если вдруг приспичит.

Из Хутора Даня уходил в ночь, прекрасно понимая, на какую срань может нарваться, вот только у него был вполне реальный стимул свалить до рассвета. Все же сборы и некоторые дела заняли слишком много времени и по внутренним прикидкам парня до конца тёмного времени оставалось меньше часа, а дальше начнёт светать. Ночью по дорогам никто ездить не станет, а вот пораньше с утреца приехать и разобраться, какой гандон пихнул сву под кузов, это вполне возможно, так что, чтобы избежать лишних проблем, Сапёр быстрым шагом направился по дороге, время от времени подсвечивая себе фонариком сквозь кусок красной тряпки, который вырезал с одного из найденных платьев. Вообще, Даня по возможности подербанил всё, что было, но у Андрея из запасной одежды была лишь армейская хбшка, а остальное ему не подходило, кроме красного платья Полины, но во-первых, Даниилу оно не подходило по цвету к его трекинговым ботам зеленого цвета, а во-вторых, оно было из прошлогодней коллекции, так что парень не терзая себя сомнениями, попросту вырезал из платья тряпку для светофильтра на фонарике.

Выйдя к основной дороге, Даня с трудом переборол в себе желание оставить растяжку с МОНкой, которая оттягивала сумку вниз. Избавиться от тяжелой мины было бы приятно, но парень имел в планах возможность закрепиться в уже брошенной сторожке, а для защиты подходов к ней, ему вполне могут потребоваться мины. Так что МОНка так и осталась в сумке, а Даниил направился уже вдоль грунтовки к обнесённой шиномонтажке.

Ночью лес словно ожил. Если днём в нем стояла тишина, то в тёмное время суток раздавались вскрики птиц, а местами и вой животных. Казалось, словно парень попал в другой мир, будто Резервация была облегчённой нейтральной версией, а основное говно начинает твориться ночью. Птицы кричали, а не чирикали, причём кричали так, словно их кто-то насиловал: надрывисто, переходя на хрип и скатываясь в гортанный булькающий звук, но уже через секунду вновь заливаясь высоким тоном, переходящим в бульканье. От таких криков пробирало до костей и не совсем ясно, то ли от страха, то ли от леденящего ветра, что дул со стороны болота, принося с собою запах тухлых яиц. Болото так и вовсе ночью выглядело пугающе, ибо то там, то тут вспыхивали огоньки и тут же тухли. Даня, конечно, знал, что это природные газы, но одно дело читать о них в книгах и совсем другое видеть в живую. Ночью.

Только Даня подумал, что привык к крикам местных птиц и уже не вздрагивал от каждого, как со стороны болот раздался женский вскрик, причём именно женский, поскольку потом он перешёл в матерный вскрик и не более цензурный мужской. Сапёр поморщился, потирая кончиком языка передние зубы, прицениваясь, стоит ли ему спешить на помощь. В конце концов, если он пройдёт мимо, то с него потом никто и не спросит, а с другой, ему нужно как-то хотя бы перед самим собой исправиться в моральном плане. Чувствовать себя исключительно убийцей не хочется, тем более что карма может потом неплохо так ударить в ответ. Даниил в неё не верил, но прекрасно помнил, что его имя означат «божий суд» и кто знает, кто на этом суде окажется в роли подозреваемого. Его родители вкладывали в это имя смысл, надеясь, что парень всегда будет поступать правильно и судить честно, но сейчас он прекрасно понимал, что чашу суда для себя перевесил в сторону зла. Может, для кого его рассуждения и покажутся странным, но Даниил пытался жить честно, относясь к людям так, как они относятся к нему. Однако в Резервации так не работает. Даня уже попытался нормально относиться к людям Фитиля, но по итогу стычка с Князем, а после его и вовсе пытались убить. В Хуторе, он пусть и сглупил, заходя с оружием и сразу угрожая, но все же по итогу вышло мирно... Вернее Даня так думал, а потом ему в спину выстрелили.

От воспоминаний о выстреле как-то неприятно начало щипать ухо и щеку. Даниил чисто рефлекторно дотронулся до пластыря на щеке и тут же отдёрнул руку, поскольку прикасаться было больно.

— Один хер посмотреть стоит. — Прошептал парень и, перехватив автомат поудобнее, направился дальше по дороге, мимо болот. Вскрик донёсся со стороны поворота.

Как оказалось, ночная фауна весьма активно пытается убить чужаков, так что стоило Дане приблизиться до дистанции видимости, как он узрел, что пару людей окружили какие-то подобия ящериц, только более крупных. Их сложно было назвать крокодилами, поскольку это были именно ящеры с тонкими хвостами без ярко выраженного рельефа кожи, скорее похожие на жирных змей с четырьмя лапами. Первое что захотел сделать Даня, увидев этих тварей, это драпануть обратно на Хутор и запереться. Он бы так и сделал, если бы не было опасности, что его там могут поджидать противники. Все же, светать потихоньку начало, так что они могли выехать в направлении хутора.

— Бля. — Только и произнёс парень, ускоряя темп и вжимая тыльник приклада в плечо.

Тем временем парочка загнанная ящерами пыталась отступать по дроге, но три твари обступили их со всех направлений. Парень пытался отмахиваться от них длинной палкой, но это не шибко помогало, девушка же прижимала к себе канцелярский ножик, видимо надеясь, что тот убережёт её от зверей.

Оценив парочку внешне, Даниил констатировал, что это потеряшки, причём первой свежести. Едва ли они пробыли в Резервации хоть сутки, ибо слишком чисто выглядят, максимум обувь запачкана в болотной грязи. Парень лет семнадцати на вид, в джинсах, темно-синей рубашке и кроссовках, с подобием модельной стрижки. Девушка лет двадцати, может чуть постарше, крайне худенькая на фоне полноватого паренька, в джинсах и блузке, разве что вместо кроссовок кеды. Что не характерно, волосы длинные, почти до поясницы и покрашены в красный цвет.

Уже с дистанции в метров пятьдесят, парочка, наконец, заметила подходящего к ним человека. Парень даже начал что-то кричать, но Даниилу было все рано. Остановившись, он упал на колено, создавая упор для оружия, а именно упираясь левым локтем в колено, а правое прижимая к боку. Сместив переводчик огня на стрельбу одиночными, он плавно свёл в одну линию целик с мушкой на теле ближайшего ящера и потянул спуск.

Тыльник толкнул плечо, но зафиксированный автомат не повело, чего нельзя сказать о ящере. 7.62 ПС хорошенько того дёрнула, так что ящер сразу глянул в сторону обидчика, но Даня не останавливался на кратковременном эффекте, отпуская спуск и быстро ловя голову твари на линию прицеливания. Далее он отработал уже двоечкой состоящей из беглых одиночных. Не ожидая такого, тварь даже не стала отклоняться, лишь начав разбег в сторону стрелка, но едва ли пробежав метр, тут же споткнулась, закапываясь мордой в грунт и лишь дёргая лапами.

Две других ящерицы видимо поняли, что игра с завтраком закончилась и пришла особь опаснее, а потому одна ящерица сразу бросилась на парня, сбивая того с ног и пытаясь укусить, вторая так же начала разбег к Дане. Сапёр ожидал, что твари бросятся сваливать, но у тех видимо не было инстинкта самосохранения, так что, уложив вторую так же двоечкой в голову, Даниил стартанул вперёд, поскольку стрелять по борящимся в партере, не было смысла, он мог задеть и парня.

Девушка тем временем подхватила палку, которую выронил парень, и била ящерицу по хребту, что не шибко то и помогало. Парень тем временем пытался удержать ящера, что норовил сделать весьма болезненный кусь в лицо.

Наконец сократив дистанцию метров до десяти, Даня вскинул автомат, становясь в стойку для стрельбы, попросту ухватив оружие за цевье и поджимая локти.

— В сторону! — Гаркнул он девушке, тут же выстрелив в ящерицу.

Зверюга, словив пулю боком, дёрнулась, прогибаясь в спине и задирая голову, вот только стрелок не остановился, выстрелив ещё три раза, все так же в бок твари. Ящерица вздрагивала от попаданий и хотела было броситься в сторону стрелявшего, но словив четвёртую пулю, свалилась на землю.

Бегло осмотрев тварей, Даня пришел к выводу, что кусь от них был бы не смертельный, но весьма болезненный, поскольку в пасти у ящериц имелось под восемь десятков мелких зубцов, каждый из который длинной были не больше сантиметра, при этом не шибко развитые челюсти, отсутствие даже дыхательных отверстий, зато подобие жабр на шее. Глаза как у крокодилов.

— Неведомая хуйня... — Прошептал Сапёр, глянув на пару. — Вы как, целы, не шибко покусали?

— Нет. — Чётко ответил парень, глядя на оружие в руках их спасителя. – Вы — охотник? Можете подсказать как выйти к ближайшему городу?

— Городу... До города далеко, так что пойдем до сторожки. Вас хоть как зовут, заблудшие? — Усмехнулся Даниил, направляясь по дороге дальше. На выстрелы вполне могли поспешить заинтересованные, так что требовалось быстро сваливать.

— Я — Макс, а это Алена... — Ответил сразу за двоих парень и нахмурился, глядя на то, как их спаситель на ходу меняет магазин.

— Ну, значит так, Макс, Алена, добро пожаловать в Резервацию, мир где вас могут убить и выебать, а потом съесть, последовательность зависит от желания нападающих. Так что идёте за мною в след и не сворачиваете с дороги. Двигаемся быстро, а то сюда скоро подтянутся не самые хорошие люди и ты, Макс, будешь драить парашу, а Алена станет сам понимаешь кем. Так что двинули.

Глава 13. Первые сутки гражданских.

Максим рос в небольшой деревушке, коих огромное множество в стране. Такие деревушки потихоньку вымирают, поскольку все молодые уезжают, а те, кто не может уехать, спиваются и замерзают насмерть, ну или же уже засыпают вечным сном от старости. Деревня в которой жил Максим насчитывала в себе едва ли десяток жилых домов, остальные все стояли пустующие и уже давно разграбленные. Местные жители их разбирали на доски, чтобы хоть как-то согреться в холодную зиму. Далеко не у всех есть деньги, чтобы оплатить две машины дров, а ведь это минимум, чтобы продержаться пару холодных месяцев.

Его родители жили в деревне скорее по накатанной нежели от необходимости, поскольку отец много пил, а мать пыталась хоть как-то ухаживать за хозяйством, которое считалось самым богатым на пару окрестных деревень, ведь у них было четыре козы, корова и с пяток кур. Сам Максим учился в ближайшем городе и его потолок представлял из себя уже никому не нужное училище трактористов, которое выпускало скорее техников широкого профиля, которые трактор видели лишь на плакатах времён уже ушедшей эпохи. Многих выпускников ждал путь алкоголя, но Макса как-то уберегло от вредных привычек, поскольку он понимал, что именно на него надеется мать и что ему придётся ехать в районный центр, чтобы пробиваться уже в более крупном городе. Вот только у их семьи было много завистников, да и слухи ходили не самые хорошие. Такие слухи дошли и до местной верхушки. Группы приезжих, которые в городке занимались тем, что крышевали ларьки. Местные два с половиной полицейских не могли ничего поделать с десятком крепких молодых парней с горячей кровью.

В один день вечером они приехали на трёх машинах, сразу объявив, что вводится новый налог на сельское хозяйство. Естественно, что родители Максима не захотели делиться и потому начался грабёж. В ходе грабежа начался пожар, так же на глазах у парня убили его отца и мать. Он сам спасся лишь тем, что сбежал в лес, а бандитам было лень переться за ним, ведь они чувствовали свою безнаказанность, так как один из них был сын областного прокурора и все знали что это им сойдёт с рук.

Тогда Максим думал, что это худшее что с ним могло случиться, но как оказалось, худшее было впереди, ведь убежав в лес, он в нём потерялся. Причём весьма быстро, стоило ему только упасть от усталости после побега, как вокруг словно всё поменялось, резко потемнело, а он сам так и не заметил, как вырубился, то ли от нервного перенапряжения, то ли от усталости.

Проснулся он только ближе к полудню и обнаружил, что спит даже не в лесу, а в какой-то болотистой местности. Так что, тряхнувшись, Макс хотел было направиться по своим следам назад, но их словно и не было. Понимая, что в болоте сгинуть до безобразия легко, парень отломал от деревца ветвь и кое-как зачистив, принялся выходить с болот, проверяя дорогу перед собою. Однако ни через час, ни через два, он так и не вышел в нормальный лес, что заставило его напрячься. Максим прекрасно знал, что рядом с их деревней болот нет в принципе, а он бы при всем желании не мог преодолеть дистанцию хотя бы в два десятка километров до ближайшего болота, что находилось аж за городом, то есть, в противоположной стороне от направления, куда он сбегал.

— Чертовщина какая-то. — Парень остановился, оглядываясь по сторонам и пытаясь сопоставить реально имеющиеся факты и то, что он знал сам об местности в которой он жил.

Размышляя и оглядываясь, он с удивлением обнаружил куст дикой черники и, не постеснявшись, ободрал его, схомячив две горсти ягод. Хоть как-то подкрепившись, он решил продолжить путь, полагаясь уже чисто на удачу.

Удача вела его в нужном направлении, поскольку весьма быстро он вышел к небольшому сараю одиноко стоящему на островке земли сред болотных тропок. Причём сарайчик был явно пустым, судя по распахнутым дверцам, зато сбоку сарая имелась поленница. Не постеснявшись ею воспользоваться, Максим накидал досок и развёл перед сараем костерок, поскольку за время его блужданий время опять близилось к ночи. Потихоньку начинал урчать живот, требуя чего-то более сытного нежели ягоды, а ноги так и вовсе молили об отдыхе, поскольку давно уже не испытывали такой нагрузки. Чисто по своим прикидкам, Максим понимал, что прошёл никак не менее двадцати четырёх километров, однако в болотной местности крайне сложно было считать пройденные километры, поскольку местами ему приходилось возвращаться и делать большой крюк, чтобы обойти заболоченные озера.

Как только темнота начала опускаться на землю, Максима окрикнули. К костру вышла девушка. Она представилась Алёной и была необычайно красива по меркам Макса, который до этого видел только деревенских девчонок, да городских, которые пытались казаться красивыми, штукатуря лица так, что его знакомый мастер отделочных работ открестился бы шпателем. К удивлению Макса, Алёна имела длинные ухоженные волосы, покрашенные в красный цвет, но что ещё больше его удивило, так это то, что она спросила, как выйти к дороге на Питер.

Все что тогда смог рассказать Максим, так это то, что он уже день бродит по болоту, на что Алёна выдала аналогичную историю. Разве что подводка была иной. Она с парнем поехала в так называемый поход. Все складывалось хорошо. Он разжёг костёр, поставил палатку и даже стал жарить шашлыки. Алёна тем временем была послана набрать хвороста, но в какой-то момент у неё дико защемило в груди, так что девушка минут десять не могла нормально отдышаться, уперевшись в дерево. Когда она, наконец, пришла в себя, то находилась все там же, но стоило ей отойди метров пять, как лес резко переходил в болото. Помня направление, в котором он отошла от лагеря, девушка хотела было пойти обратно, но и там наткнулась на болото. Ничего не понимая, она пошла в сторону лагеря и уже через километр поняла, что окончательно заблудилась. Но страшное ждало впереди, ей пришлось ночевать на болоте. Забравшись на большой валун, она сидела полночи, сжавшись в комочек и боязливо озираясь на каждый звук. В ту ночь она очень много плакала от страха, пока не вырубилась от усталости, сама не заметив как. Проснулась уже днём, от шума машин где-то вдалеке. Причём шум был удаляющийся. Надеясь, что в том направлении будет дорога, она быстрым темпом двинула туда, но вскоре потеряла ориентир и снова заблудилась. Плутала Алёна до самого вечера, пока не заметила свет костра вдалеке. Такой ориентир она уже не смогла пропустить при всем желании и почти бегом рванула к костру, но вовремя остановилась, чудом не влетев в заболоченное озеро. Однако быстро найдя обход, она все же вышла к костру.

Максима удивила её история, поскольку он тоже помнил, что в груди щемило, но тогда он списал это на тяжесть бега, а сейчас... Сейчас складывалось ощущение, что их специально куда-то оттащили, но явно не пока они спали, ведь первую ночь они засыпали уже в новом месте.

Долго поразмышлять и пообщаться парочке не дал странный гул, что исходил из-под почвы. Начался он как только солнце скрылось за горизонтом окончательно и ближе к полуночи начал сильно нарастать. Максим не хотел показывать страха, а потому всячески подбадривал Алёну, которая трусила и всё норовила расплакаться, сжимая небольшой канцелярский ножик, которым срезала хворост.

Однако когда луна перевалила за середину небосклона, гул прервался не громким рыком со стороны. Тогда и Макс начал бояться. Алёна предложила действительно дельную мысль, а именно, свалить подальше с болот, ведь она же слышала машину. Сам не понимая, как он согласился, Максим подхватил из костра горящее полено и, проверяя почву перед собою, направился дальше по курсу, которым шёл до этого, оставив при этом костёр гореть, чтобы был ориентир, куда можно вернуться. Алёна последовала за ним и, как ни странно, но через несколько километров, они увидели вдалеке лес и, обрадовавшись, двинулись к нему. Но стоило приблизиться до сотни метров, как девушка заметила, что позади них из воды на сушу выбралась какая-то ящерица.

Понимая, что дикие звери явно не станут относиться к ним миролюбиво, Макс ускорился, но твари не отставали, быстро сокращая дистанцию. Не придумав ничего умнее, парень бросил в одну из них уже слабо тлеющее полено и, ухватив Алёну за руку, бросился вперёд. Лишь чудом они добрались до дороги, не угодив по пути в болотные ямы. Вот только ящерицы последовали за ними. Увидев одну из них вблизи, девушку истошно закричала, а Макс перехватил палку в обе руки, его так же пробрало, так что вслед за Алёной, он весьма громко проматерился, поддержав девушку в плане отношения к данным существам. Твари не торопились, медленно обступая парочку, видимо решая поиграться с добычей.

После крика прошло не так много времени, как Алёна заметила приближающуюся фигуру. Фигура двигалась уверенно и судя по всему, с ружьём наперевес. Девушка толкнула Макса, и тот посмотрел в сторону, так же замечая приближающегося человека, как ему тогда показалось охотника.

— Эй! Мы тут! Помогите нам! — Заорал Максим, но человек не ответил, лишь останавливаясь. Что был дальше, он не совсем понял. Мужчина резко упал на колено, вскидывая ружье, а после последовали громкие хлопки.

Одна из тварей дёрнулась и, начав разбег, завалилась, а вот вторая, что была ближе к Максу, кинулась на парня.

— Ах, ты ж гадина! — Прохрипел парень, скрипя зубами и пытаясь не дать ящерице укусить его в голову. Краем зрения он даже отметил, что Алёна пытается помочь, но после девушка отшатнулась, зажимая уши и вскрикивая, но Макс не слышал, в ушах был лишь тихий шум крови, какой бывает, если зажить нос и пытаться подуть в него. Уши явно заложило.

Ящерица, что активно пыталась сожрать Максима, дёрнулась и вскоре свалилась навзничь. Парень с трудом поднялся и дрожа от нервов, поднял брошенную Алёной палку, опираясь на неё и пытаясь рассмотреть спасителя. Его удивил то, что их спаситель был не многим старше его самого внешне. Невысокий, едва ли выше метра семидесяти, при этом довольно жилист, коротко стрижен и с небольшой щетиной, которой едва ли пара дней. Парень был спокоен и весьма ловко обращался с оружием, что вызвало у Макса опасение. Перед ним был не охотник. Возможно военный, но не охотник. При этом он ещё спрашивал про их состояние. Решив утвердить своё предположение, Максим спросил в лоб, но парень словно и не заметил этот вопрос.

Стоило Максу и Алене представиться, как незнакомец поведал им о том, что они находятся в некой Резервации, где любой встречный может быть потенциально опасен и сделать с ними то, что неприлично даже упоминать, особенно с Алёной. Девушка совсем было перепугалась, но мужчина её подбодрил.

— Алёна, тебе сейчас бояться нечего. Кстати, я забыл представиться, можете звать меня Сапёром, мне так будет удобнее. — Спаситель улыбнулся и что-то в этой улыбке Максу понравилось. У него сложилось такое ощущение, что Сапёр за них готов убить не только ящериц, но и тех самых неведомых бандитов.

— Да... Я и не боюсь... — Произнесла Алёна, нервно сглотнув. — А... Далеко ваша... Как вы её назвали?

— Сторожка. — Подсказал ей Максим.

- Да, далеко ваша сторожка? — Спросила девушка.

— Ну, километров эдак десять. Сейчас по дороге дойдём до брошенной шиномонтажки, а оттуда тропами. По пути зайдём на одно поле. Значит так, определим сразу, все вопросы в сторожке. Вы сами видели, какие твари тут бродят, поэтому сейчас вы полностью слушаете меня. Сказал падать, значит падаете и не высовываете голову. Резервация, это не то место, где можно спокойно прогуливаться. — Сапёр говорил спокойно с неким холодом в голосе, от чего Макса пробрало до мурашек, почему-то в его сознании сразу представилось как их спаситель хладнокровно стреляет по кому-то и явно человеку, а не твари.

— Хорошо. — Согласилась Алёна. — Сапёр, а что за поле?

— Я же сказал, все вопросы в сторожке, сейчас сохраняем тишину. У поля я подыщу вам укрытие, где вы будете лежать и ждать меня. Всё, тишина в эфире. — Грубо бросил Сапёр, и Алёна с Максом действительно замолчали, направляясь за ним след в след.

Глава 14. Дед.

Весь путь, что тройка шла до опустошённой шиномонтажки, Даня думал, как бы ему не сорваться на парочку. Он, конечно, понимал, что это люди гражданские, но даже он, с нагрузкой, так не топал, как эти два детёныша мамонта налегке. Алёна и Максим не пытались маскироваться и время от времени шаркали, лишь с интересом озираясь вокруг и посматривая на Даниила, что тоже подбешивало парня. В какой-то момент он даже отметил мысль, что эту парочку можно бросить, но тут же прервал её, поскольку понимал, что без него они просто сдохнут и не как мученики по заветам великого, а как обычные люди. Мало ли что тут может случиться, начиная от ящеров и заканчивая лапами бандитов, которые, судя по дневникам прапорщика, уже одну такую парочку нашли.

Сделав небольшой привал на шиномонтажке, Даня пустил по кругу бутылку с водой и, судя по тому, как жадно к воде припала девушка, не пила она давно. Максим же сдержался, сделав лишь пару глотков и вернув бутылку Даниилу.

— Как давно в Резервации? — Тихо спросил Сапёр, скидывая рюкзак и кивая девушке. — Алён, садись, по тебе видно, что не привыкла ходить.

— Вторые сутки пошли. — Ответил Максим, присаживаясь на корточки. Алёна засмущалась, но все же уселась на рюкзак.

— Ясно... И говори тише. — Сделал ему замечание Даниил, поправляя ремень автомата, что уже начал натирать шею. — Я про бандитов не шутил. Шиномонтажка — это конечная дороги, если пойти в другую сторону, то быстро упретесь в бандитский посёлок. Сейчас мы пойдём мимо поля, где мне, возможно, придётся пострелять. На случай если начнётся стрельба, вы лежите в нычке и ничего не делаете. Я оставлю вам рюкзак и ружьё. Макс, умеешь работать с таким?

— Нет... — Виновато прошептал парень, чуть морщась. Если бы он умел обращаться с огнестрелом, то мог бы вполне попробовать дать отпор тем бандитам, что приехали к ним в дом, у отца ружье-то было.

— Хуево. — Констатировал Сапёр. — Тогда просто будете ждать, я постараюсь аккуратнее. Всё, подъём, маслим копыта подальше отсюда, на выстрелы могут приехать бандиты.

Алёна молча поднялась, все ещё стараясь не смотреть в сторону Даниила, и это его тоже начинало раздражать. Сознанием он понимал, что девушка, скорее всего, просто ещё не адаптировалась к такой резкой смене ситуации и не понимает куда попала. Однако чутье прямо таки вопило, что это все может сыграть злую шутку, если Дане придётся действовать грубо.

Лишь стиснув зубы, Сапёр передал рюкзак Максиму и направился по небольшой тропке, которая сильно заросла. Прикинув, что именно по этой тропе шарился прапорщик, Даня двинул вперёд, поглядывая вперёд. Стоило им сойти с дороги, как шум, исходящий от парочки усилился раз в пять. Алёна словно не замечала веток и шишек под ногами, которые трещали на всю округу, ну, а Макс словно специально шоркал листвой. Даниилу так и хотелось обернуться и обоим отвесить леща, однако памятуя, что эти ребята не ходили в разведку к окопам противника и не осознают всего возможного спектра проблем от шума передвижения, он не стал их бить, лишь замедлился.

— Под ноги смотрите. — Прошептал парень, оглянувшись. — Моя задача — ваша безопасность, а ваша — не выдавать нас лишний раз.

Алёна и Максим лишь кивнули и даже стали меньше шуметь, но это скорее из-за того, что Даниил снизил темп передвижения, так что вместо желаемых десяти минут, к полю они выходили в два раза дольше. Как только Сапёр заметил просвет, он остановил группу, приглядывая низинку. Из-за особенности леса, такое местечко нашлось быстро. Остановившись, он дал тихий приказ сесть и быстро скидал в низину листву, после чего накидал лапника, который тихо посдирал с ёлок.

— Должно быть мягко. — Прошептал он. — Залегайте и ждите, снизу скатка покрывала, расстелите.

Раздав указания, Даниил проследил, чтобы парочка смогла нормально устроиться, после чего начал закидывать их лапником. Алёна хотела было возмутиться, но Макс зажал ей рот, тихо прошептав, чтобы та не выгребывалась, и что если Сапёр их маскирует, значит реально может светить опасность.

Даня лишь согласно кивнул и, перехватив автомат поудобнее, попутно поправив лямку сумки, направился к полю с другой стороны низины, с восточной, где по идее ещё не ступала нога невольных сапёров.

Как оказалось, с другой стороны растяжек было куда меньше и расставлены они были уже не так хитро, так что Сапёру не стоило труда пробраться все метров шестьсот до землянки, по пути сняв ещё пару МОНок, с два десятка ручных гранат, пяток ПОМЗов и даже десятку ПМН. Дабы хоть как-то это дотащить, Даня решил наведаться в землянку и спереть парочку ящиков, чтобы удобнее было уносить взрывчатку, плюс можно совершить ещё пару рейсов и утащить ПМДшки.

Уже в землянке он заметил странность. Если в прошлый раз он заходил торопясь и лишь поверхностно осмотрел тело прапорщика, то теперь мог наглядеться вдоволь, а ведь было на что. Как оказалось, помимо следов от гниения и обгрызания мелкой ползающей живностью, у прапорщика имелся ряд интересных следов. Осторожно повернув голову трупа, Даниил нервно сглотнул. На шее с задней части имелось раздутие лимфатических узлов, причём уже до уровня опухоли, до этого он видел лишь небольшое посинение.

— Что ж ты сука в дневнике не указал? — Прошептал Даня, морщась. То, что прапор тут все время лежал с неведомой хворью, стало ясно только сейчас. По малограмотности, Сапёр все списывал на трупный яд, который прапор мог подхватить от соприкосновения с телом неудачно спасённой им девушки, однако новые факты подсказывали, что умерший подхватил неизвестную ему болезнь. Из самого похожего, что мог вспомнить Даниил из курса медицинской подготовки — это наружный туберкулёз, который проявлялся на коже похожим образом.

Пытаясь держаться от тела прапорщика подальше, Сапёр быстро вытащил ящики из землянки и принялся укладывать в них мины и гранаты. В итоге у него вышло четыре ящика, что было довольно много. Прикидывая как распределять это все по группе из трёх человек, Даня услышал шум со стороны западной части низины. Сразу по зову рефлексов падая на землю и вскидывая автомат, Сапёр уже из положения лежа начал оттягивать ящики чуть в сторону. Гадать было бесполезно, он и так понимал, кто это может быть.

В своих предположениях, Даниил оказался прав лишь отчасти. С его позиции было видно, как двое мужчин в камуфляжах толкнули двух людей в гражданском в направлении низины. У одного из невольных сапёров были связаны руки перед собою, так что, не удержавшись, он свалился в низину и уже с трудом поднялся, под матерные подбадривания охотников. Присмотревшись, Даня понял, что это старик, которому лет семьдесят навскидку. Причём по одежде даже сложно было сказать принадлежность к работе, обычные коричневые брюки, туфли и вязаный серый свитер. Однако у него были связаны руки, а у тридцатилетнего полновато мужика, которого пнули рядом — нет.

— Какого хера? — Прошептал Сапёр, не совсем понимая, что происходит, но осознавая, что старик спокойно дойдёт до дистанции метров в тридцать от землянки, а дальше ещё две растяжки с ПОМЗ, которые он может и не заметить. На жирного мужика ему было плевать, а вот дедушку вытащить хотелось.

Почему-то у Дани складывалось впечатление, что дедок не так уж прост и ему как минимум стоит помочь. Так что, дождавшись, пока дед спокойно пройдёт почти до конца безопасного коридора, парень подал простейшую команду «чи-чи», которая известна любому, кто имел дело с разведкой. Дед отреагировал сразу, падая на землю, одновременно с этим Даня закинул одну из наступательных гранат на возвышенность, так что деда лишь осыпало землёй, а вот толстяку не повезло, он команду не понял. За что и поплатился.

— Дальше вали! — Гаркнул один из бандитов, спускаясь в низину, второй так же вышел из своего укрытия и с ухмылкой смотрел как чуть ли не обгадившийся от страха мужик, отказывается идти.

— Да че с ним церемониться? — Усмехнулся стоящий на возвышенности и вскинул ружье.

«Сайга», — Машинально отметил Даниил, прицеливаясь и надеясь, что автомат не подведёт. На дистанции в четыре сотни метров, по постоянному положению прицела, целясь примерно в уровень живота. Используя свою сумку как упор, парень затаил дыхание, потянув спуск. Приклад неприятно толкнул в ключицу, но тело погасило отдачу, так что Даня, отпустив спуск, потянул второй раз, но это оказалось лишним. Мужчина уже согнулся, хватаясь ниже живота, так что вторая пуля попала куда-то в область плеча, от чего бандит сложился окончательно.

— Леха! — Окрикнул его тот, что находился в низине. – Ах, ты сука!

Второй бандит попытался выстрелить наугад в направлении Сапёра, однако сказалось то, что у него гладкоствол, а у Дани нарезняк, однако стреляя дуплетом, он запустил два добротных снопа картечи и несколько свинцовых шариков нашли свою жертву в лице толстяка, который все ещё стоял и находился куда ближе, чем Даниил. Словив картечины грудью, мужчина откинулся на один из склонов, поворачиваясь на бок и тихо завывая. Видимо картечины попали, уже потеряв в скорости, так что беднягу не свалило насмерть.

— Ну, че, шакал, побадаемся?! А то я тут с твоей матерью хорошо так лежу, хером ей по губам вожу, пока ты там жмешься! — Проорал Даниил, не меняя позицию.

— Пошел нахер! — Донёсся ему ответ. Бандит быстро перезарядил двустволку и переполз, сокращая дистанцию до сотни метров, потом приподнялся с ружьем наготове, выискивая противника.

Вот только его уже ждал Сапёр. Словно почуяв, что ему хана, мужчина выдал залп с двустволки, но его тут же настигла двоечка в грудь с АКМа. Решив на всякий случай перестраховаться, Даня поднялся и произвёл контрольный по лежащему телу бандита, но то лишь дёрнулось от попадания пули.

— Дед, ты как? — Не громко спросил парень, приближаясь к растяжкам и попросту срезая их, оставляя ПОМЗы на месте.

— Трехсотый... Лёгкое в ногу. — С хрипом ответил старик.

— Хреново. — Произнёс Даня, приблизившись и уже закинув оружие за спину, попутно перетянув сумку ближе.

Положение у мужика было не из лучших, связанные руки не давали ему нормально зажать рану на бедре. К счастью, с наружней стороны, так что артерию всяко не повредило, а вот шкуру подрало по касательной, сорвав кожу и порвав штанину.

— Жить будешь. — Хмыкнул Даниил, освобождая руки деда. — Давно ты тут, дед?

— Да с позавчера. — Он поморщился, потирая запястья и поглядывая на окровавленную штанину.

— Мда, ну значит расклад такой, я Сапёр, со мною двое гражданских, выбор у тебя не велик. Трёхсотым тебя всяко добьют любые, те, кто тебя спеленал, бандиты, в другой стороне, тоже бандиты, так что предлагаю тебе временно вступить в партизанское движение, чтобы протянуть подольше. — Быстро проговорил парень, доставая из сумки небольшой пакетик физраствора, гемостатическую губку и перевязочный пакет. — Пользоваться умеешь?

- А то... — Усмехнулся Дед. — Сапёр говоришь... Меня тогда Пилюлькиным кликай, всё, нехрен мне тут малину портить, так хорошо лежал, покуда ты не припёрся.

Дед подхватил выделенные ему средства и принялся оказывать самому себе медицинскую помощь. Дане лишь оставалось хмыкнуть, видя как старик отточенными движениями накладывает тугую повязку, предварительно смыв грязь и кровь с повреждённой поверхности.

Оставив Пилюлькина наедине с повреждённой ногой, Сапёр направился разбираться с конвоирами и вторым пленником. Однако как оказалось, картечь прилетела хорошо и на двух сотнях, пробив тонкую рубашечку и попала в грудь. Решив не марать руки, Даня просто оставил тело дотекать от кровотечения, поскольку реальную помощь ему он оказать попросту не мог.

С бандитами все обстояло куда интереснее. Во-первых, у них были патронташи и камуфляжные костюмы, которые уже успели пропитаться кровью, но то куртки, а вот штанцы можно и снять, вместе с ремнями. Во-вторых, у одного из них был вещмешок, в котором покоились две фляги и упаковки галет, к которым прилагалась баночка с паштетом. На боковых креплениях мешка висела сапёрка. Не особо гнушаясь мародерством, Даня раздел тела и поскидывал штаны и обувь в мешок, предварительно оттерев травой от грязи. Так же в мешок отправились патронташи и различная мелочовка из карманов. К великому счастью парня, у бандитов даже нашлось две неполные пачки сигарет и зажигалка. Он, конечно, уже бросил курить, но после произошедшего грех не затянуться.

Самым приятным было трофейное вооружение. Один из охотников имел Сайгу МК под 5,45 и не характерный расширенный четырехрядный магазин, что даже для Дани было новшеством, поскольку в живую он такие не видел, оттого он и принял изначально ружье за простую гладкоствольную Сайгу-12. У второго же имелся ТОЗ-120 с удлиненным патронником под патрон «Магнум». Если у первого помимо полного четырехрядника имелось ещё два полных магазина обычных тридцатизарядных, то у второго к ружью лишь четыре десятка обычных.

— Вы че, на войну собирались? — Прошептал парень, пристегивая ружья к лямкам вещмешка и дополнительно приматывая леской. Однако судя по виду бандитов, те шли не воевать, а убивать.

Глава 15. Сторожка.

Пилюлькин крайне быстро сумел наложить повязку, при этом прикопав упаковки под слоем дёрна, тем самым скрывая следы своего ранения.

— Сапёр. — Не громко позвал старик, поднимаясь на ноги и морщась от боли, все же сейчас он мог только ковылять опираясь на что-то. Ранение не сказать, чтоб серьёзное, но явно болезненное.

— Я здесь. — Отозвался Даниил, возвращаясь уже с вещмешком.

— Ты сильно на трофеи не налегай. У одного из вертухаев был калаш, как вариант мне его всунуть. И тебе рюкзак полегче, и я в случае чего прикрыть смогу. — Усмехнулся Пилюлькин. — Хотя тебя прикрывать сложно. Воевал где?

— Дед, давай все разговоры потом, но про калаш базару ноль. — Согласился Сапёр, отстегивая автомат и кидая старику.

Тот, как ни странно, карабин поймал и, перехватив поудобнее, сразу перекинул оружейный ремень через голову и левую руку, от чего автомат повис на груди, прикладом кверху.

— Тьфу ты... А я думал нормальный калаш. — Пилюлькин разочарованно глянул на маркировки на ствольной коробке.

— Не горюй дед, есть карабин, будет и автомат. — Хмыкнул парень. — Там четыре ящика, надо выносить. В них взрывчатка, как можно быстрее, по ящику на руку, я тебя под руку возьму и быстрым пёхом отсюда, у нас минут десять форы в худшем случае.

— Принял, работаем. — Грубо бросил Пилюлькин и чуть выпрямился. Даня по характерным признакам видел, что перед ним офицер, причём опытный и не штабист. Дед не производил впечатление тыловой крысы, скорее даже наоборот. Сноровисто перетянув ремень оружия под себя, он перекинул карабин за спину, чтобы тот не бил по ногам при ходьбе, после чего поковылял за Сапёром, хоть и припадая на ногу, но выдерживая весьма быстрый темп.

Вдвоём, они словно нагруженные мулы вытаскивали ящики, и Пилюлькин даже не стонал, когда нагрузка приходилась на раненую ногу. Скрипел стиснутыми зубами, морщился от боли, но не скулили и не стонал, хотя Даниил в прошлом повидал много легких трехсотых, которые даже будучи довольно молодыми и крепкими, выли от того что на повреждённую область надавливали. Для себя же Сапёр отметил, что старик ой как не прост и что в Сторожке надо будет того хорошенько расспросить о его прошлом и почему ему руки связали когда на убой потащили.

Уже подходя к замаскированной позиции, где их выжидала парочка гражданских, Даниил подал сигнал, чтобы те поднимались. Максим, видимо выждав некоторое время и выловив идущих в поле видимости, поднялся, оглядываясь.

— Молодец, за осторожность хвалю, за медлительность ругаю. — Усмехнулся Сапёр. — Перехватывай ящики, Алёна, берёшь вещмешок и ящик. Я тащу ещё один ящик, Пилюлькин, в хвост группы, командуешь привал, когда почуешь, что не вывозишь. Переход четыре километра.

Умолкнув, Даниил аккуратно опустил ящики и скинул вещмешок, передавая его подошедшей Алёне, которая, несмотря на вызывающую внешность и общее впечатление простой гражданской девочки с проблемами в стиле: «мой мальчик сегодня не взял меня за ручка, девачки как это пережить», все же ответственно подошла к делу. Пристроив вещмешок поудобнее, девушка подхватил один из ящиков в обе руки, явно напрягаясь от нагрузки.

— Мда... Хуйня затея. Макс значит делаете так. — Даня подхватил подстилку, коей служила старая советская плащ-палатка, реквизированная ещё с Хутора. - Ящики на палатку, равномерно и тащите, она должна тело на сотку выдерживать, а тут кило сорок максимум.

— Это палатка? — Удивилась Алёна.

— Отставить разговоры. — Прервал её Пилюлькин, который уже выломал удобную для себя ветку и быстро начал сламывать с неё веточки поменьше. Сапёр, заметив сие действие попросту протянул старику нож и дело пошло куда быстрее и качественнее.

— Все, режим звукомаскировки, когда будете готовы к выдвижению, цокните языком, если остановка, то сигнал «чи-чи», слышите его, значит сразу падаете и ищите укрытие. Бой ведём только мы с Пилюлькиным. А теперь все молчок. — Приказал Даниил и перетянул автомат поудобнее, правой рукой перехватывая его под магазин, а левой хватая ящик. Алёна и Максим напряглись, явно с непривычки к такому обращению, но все же подхватили импровизированные носилки с ящиками. Дед лишь довольно хмыкнул, перехватывая палку со стороны раненой ноги, второй рукой он перетянул карабин на грудь, удерживая за пистолетную рукоять.

Последовательно прозвучало цокание от всех четырёх, и группа двинулась подальше от поля. Время от времени Даниил сверялся с набросками карты в блокноте, лишь по крупным ориентирам корректируя курс, поскольку компаса под рукой у него не было, да и нормальной карты местности тоже. Однако спустя минут десять пробирания через лес, группа все же вышла на небольшую тропинку, явно грубо прорубленную не так давно. Кто-то по этой тропке тащил что-то тяжёлое, судя по характерным бороздам в засохшей грязи.

Сапёр остановил группу и присев рассмотреть борозды, лишь утвердился в своей догадке. Прапорщик физически не мог вынести девушку на руках, а значит для неё оборудовал волокуши. На этих волокушах и вытаскивал пострадавшую. Борозды две и судя по местами загребённым веткам, вытаскивал он её на классическом треугольнике. Вот только Даниила напрягло, что борозды шли слишком глубоко, а это могло значить лишь две вещи: либо девушка была жирной, либо помимо девушки он тащил ещё что-то. Решив пока отложить данный вопрос на дальнейшее рассмотрение, Сапёр подал сигнал готовности, и группа двинула дальше.

В остальном же, до сторожки по тропе добрались без лишних остановок, лишь дважды были короткие передышки. Первый раз Алёна уже устала тащить, все же она не боец как Даниил и не относительно крепкий парень как Максим, а весьма хрупкая и миниатюрная девушка. Однако лишний раз скандалить не стала, просто остановила группу, молча показав уже натёртые руки. Сапёру пришлось перехватить импровизированные носилки и пойти впереди, оставив девушку нести лишь вещмешок. Вторая остановка произошла уже с инициативы Пилюлькина, который молча подозвал Даниила и указал на окровавленные бинты. Парень спокойно выделил ещё один перевязочный пакет и помог снять уже грязную повязку, полив её водой. Отработанный материал прикопали чуть в стороне от тропы, сразу после того как Пилюлькин наложил новую повязку.

На весь путь ушло чуть меньше часа, так что уже к времени позднего завтрака, они вышли к небольшой сторожке. Однако так это было помечено на карте. На самом же деле это оказалась одноэтажная изба построенная в сруб и прослойкой из мха и бичевки. При этом изба явно имела чердак со слуховым оконцем и пару окон почти на каждую сторону. Дверь была открыта нараспашку, а внутри царил полумрак. Несмотря на общий казалось бы старинный вид, на окнах были стеклопакеты. У одной из стен была сложена поленница, а перед самой избой имелась небольшой костровая зона.

— Чи-чи. — Тихо скомандовал Сапёр, приседая на колено и вскидывая автомат. — Пиля, кроешь, я в заход.

Парень приподнялся, перекидывая автомат за спину и вытаскивая пистолет из кобуры, второй рукой доставая фонарик.

— Принял. — Так же тихо отозвался старик, перехватывая карабин и смещаясь чуть в сторону с тропы от Алёны и Макса, которые просто залегли за ящиками, хотя с их стороны было крайне глупо использовать в качестве укрытия ящики со взрывчаткой.

Аккуратно передвигаясь, Даниил обошёл вокруг избы и заглянул внутрь, подсвечивая себе фонариком. Вот только внутри его ждали лишь следы обыска и борьбы. Даже следов крови не было, что вызвало подозрения касательно того, что описано в дневнике, однако решив перестраховаться, Сапёр двинулся к указанной в записях могилке и действительно отыскал её.

— Неизвестный НЕвыживший. Мужчина, двадцать семь лет. – Шёпотом прочитал парень надпись накарябанную на деревце под которым было прикопано тело. Могилка выделялась лишь характерным бугорком, который оставляют как признак того, что здесь упокоено тело.

— Все чисто. Квартируемся. — Скомандовал Даниил и осёкся. — Пилюлькин, проверь чердак, Макс, заносим ящики. Алёна, на тебе костер, глянь в рюкзаке и в доме на кухне, я там видел кастрюлю, здесь скважина должна быть, так что помой и посмотри, что можно приготовить, только учти что это должно быть на четверых.

Передав старику пистолет и фонарик, Сапёр подхватил один из ящиков и потащил ближе к дому. Быстро закончив с перетаскиванием, он отрядил Макса в уборку дома. Пилюлькин крайне быстро осмотрел чердак и тихо подозвал Сапёра.

— Ну что там? — Спросил Даниил, подходя к деду, что уселся на ступеньках в дом.

— Проблема там, Сапёр. Растяжка. Хорошая такая, по твоему профилю. Только дверцу откинул, как гляжу, леска и уходит она к направленной мине. Не нашей, походу клеймор или ещё что, но трогать без вариантов, а за леской ящики какие-то лежат. Тоже американская маркировка. — Пилюлькин хмыкнул, выпрямляя ноги и чуть морщась от боли.

— Мда, ладно, будем устранять. Но пока не к спеху. Надо пока обжиться, да место вокруг обезопасить. Так что хату крой, а я пока пойду растяжки на тропе ставить. Кстати, хотел спросить, а чего тебя повязали? Вроде как эти мудаки даже крепких парней без связанных рук на тропу пускали. — Хмыкнул Сапёр, прислоняясь плечом к стене дома и поглядывая на тропу.

— Да так уж вышло. — Усмехнулся дед. — Они ж когда ко мне подошли, ночь была. Я костёр развел, чисто землю прогреть, вот они к костру вышли, а я, старый дурак, решил, что вышел один человек, ну и набросился на него, ремень на шею и давай удушать, так его дружки это заметили и уже на меня навалились, руки заломали, скрутили, да потащили куда-то. Мешок на голову надели, ничерта не видно. Но слышу, что в жилое место, лагерь их какой-то, там уже в небольшой кабинет, как допросная, ну их главный походу, высокий такой, весь в наколках, у него ещё набито «Князь», давай меня спрашивать, кто я по масти и прочую их хуйню блатную. А я ни в зуб ногой, как отвечать. Ну и наглость старческую включил. Вот он и решил меня сразу на убой, мол, бесполезный мусор, а руки видать спеленали, чтоб душить их не кинулся...

— Не Князь у них главный. — Хмыкнул Сапёр. — Главный у них Фитиль, а Князь лишь мелкий пахан, который новичков прессует. Но, да и фиг с ним. А погремуха такая... Пилюлькин, откуда она?

— А откуда погремуха Сапёр? — Хитро прищурился дед.

— А потому что я сапёр и есть. — Даня лишь пожал плечами.

— Ну вот, а я и есть Пилюлькин. — Усмехнулся старик, тихо посмеиваясь. — Ладно, чего тебе голову морочить, врач я, майор медицинской службы, в отставке правда, но, как видишь, некий опыт за плечами имею. Да и... Спасибо тебе, Сапёр, что задницу мою старческую с того света вытащил. Там ж, если бы не ты, я б на ближайшей растяжке ласты склеил и был бы уже не трехсотый, а груз двести. Так бы меня там на месте и прикопали.

— Не грузись. — Ответил Даниил, похлопав старика по плечу. — Сам видел какое говно местная братва творит, так что лучше скорее оклемайся и начнём их гнездо тормошить, да и других потерях собирать, а то нехрен, народ по беспределу гасят.

— Эт дело нужное. — Согласился Пилюлькин и поднялся. — Ладно, пойду там Алёнке помогу. Один хрен, если что случиться, изнутри сподручней будет отстреляться.

— И то верно. — Кивнул Сапёр и подхватив один из ящиков, направился к тропе, расставлять неприятные сюрпризы для тех, кто решит к ним сунуться без его ведома.

Тем временем Максим навёл порядок в спальных комнатах, коих оказалось аж две, соединённые небольшой печкой, посредине от которой шла стена, разделяющая две спальни. От одной из спален был выход на небольшую кухоньку и в прихожую, от которой вела ещё одна дверца, в кладовку. Так же из прихожей был выход на чердак по откидной лестнице и в санузел, трубопровод из которого как ни странно, уходил куда-то за пределы дома, в кухне был спуск в погреб. Пилюлькин погреб проверил и обнаружил лишь относительно свежие соления, которые ещё вполне можно употреблять в пищу. Там же обнаружился ящик картошки. Так что с провизией в ближайшее время проблем не наблюдалось, чего нельзя сказать о воде. Скважина, хоть и имелась, но насос, что так же стоял в погребе, прокачивал крайне мало. На нужды мытья посуды и умывания, вполне хватало, а вот ванну уже набрать стоило большого труда, да и Пилюлькин констатировал, что такую воду пить нельзя.

Вместе с Алёной они уже намыли посуду в раковине и вынесли большой казан на улицу, к костру, где начали кипятить воду.

— Ну что, молодёжь, уже распределились кто с кем спит? — Усмехнулся старик.

— А можно отдельно? — спросила Алёна.

— Нельзя. — Строго ответил Пилюлькин. — Делимся на две комнаты. В каждой комнате должен находиться человек умеющий работать с оружием. В нашем случае это я и Сапёр. Но дабы не возникало лишних проблем, Макс и Сапёр вместе, мы с тобою вместе. Возражения?

— Почему мне нельзя с Алёной? — Удивился Максим, от чего девушка нахмурилась и с неким презрением глянула в сторону парня.

— Потому что разрешиловка выросла, а сознание нет. Полезешь ещё к девке, сам не выспишься, и она на нервах будет. — Старик с ухмылкой посмотрел на парня, но тот лишь фыркнул, отведя взгляд.

Глава 16. Быт как на войне.

Сапёр не разделял спокойствия и расслабленности Максима и Алёны. Пускай он с ними и познакомился всего несколько часов назад, но уже прекрасно видел, что эта парочка банально не приспособлена к выживанию в сложившейся ситуации, а потому ему и Пилюлькину придётся всеми возможными силами и способами пытаться оберегать гражданских от опасностей. Памятуя о ночной стычке с ящерами, Даниил решил оставить пару нажимных сюрпризов прямо на тропе, причём в полуметре друг от друга, чтобы наверняка. Чуть дальше от них прям приметную леску поставил, причём опять же, на ПОМЗ. Местные бандиты знанием сапёрного дела не отличились, а потому Даниил не стал хитрить и тратить ещё гранату на постановку усложнённого снятия растяжки. Леску он повесил на высоте сантиметров двадцать. Зверье один фиг не поймёт что к чему, а люди насторожатся и могут пропустить, что на подходах к растяжке ещё мины прикопаны.

Набросав в блокноте схему получившегося минного поля, Даня направился в обход по часовой стрелке, выдерживая дистанцию в пару сотен метров от сторожки и расставляя растяжки, не везде, а в наиболее возможных местах. Например, меж двух валунов, которые так удобно расположились в ста восьмидесяти метрах от дома и являлись удобной позицией для обстрела. Ну, или же небольшой овраг на севере от сторожки, где вполне могло бы расположиться отделение противника, если бы Даниил не прикопал там несколько нажимных и не поставил пару ПОМЗ на классической леске. Решив все же работать наверняка, Даниил расположил МОНку на склоне оврага так, чтобы сектор поражения накрывал овраг по диагонали. Эту он уже поставил на электроконтакт, все так же с прищепкой.

В основном, растяжки приходилось ставить классические. Колышек с ПОМЗ и от него ветка на две стороны, чтобы захватить максимум площади. Таким образом, он вполне обезопасил подходы к сторожке со всех направлений и даже наметил для себя по саперной тропе на каждое направление, дабы в случае опасности свалить.

Вернувшись к дому, он с удивлением обнаружил, что Алёна уже намыв имеющуюся посуду, варит картошку, а негромкая ругань Максима доносится из подвала. Откровенно бездельничал лишь Пилюлькин, который сидел на ступеньках и лениво потягивал сигарету, наблюдая как девушка трудится у костра.

— Ну что, Сапёр, как успехи с безопасностью? — Усмехнулся Старик, подвигаясь чуть в сторону, чтобы парень тоже уселся.

— Относительно спокойно. По контуру защищены. Карта постановки. — Даниил протянул деду блокнот, попутно устраиваясь на ступеньках и так же наблюдая за девушкой.

— Хрена ты. — Пилюлькин зажал сигарету клыками, изучая схему, на которой имелось не менее двух десятков постановок. — Это от кого ж ты так собрался обороняться?

— От всех кто придёт. Пиля, ты лучше мне вот что скажи... — Сапёр чуть запнулся, потупив взгляд и подзависнув, смотря на то, как Алёна палкой поправляет угли в костре. — Так вот, мы ж все примерно в одно время тут. Ну, около двух суток назад. Я, например, чётко помню, что на тренировке в лесу, у меня защемило грудь и я прилёг на скамейку, минут десять, наверное, щемило, а потом попустило, назад пошёл и нифига, даже тропы пропали, переночевал там, потом вышел к полю, ну и повозился чутка с братвой местно, потом вот этих гавриков подобрал, но уже сегодня утром...

— У меня тоже грудь щемило. Думал, уж сейчас сердечный приступ на старости лет хватит. — Усмехнулся Пилюлькин возвращая блокнот и продолжая медленно затягиваться, хотя от сигареты остался бычок. — Тоже в лесу заночевал, по грибы ходил. Так же не смог вернуться, ну, думал, заплутал. До вечера по лесу бродил, а там братки поймали. Кстати, у тебя карта есть какая?

— Самопальная. — Даниил перелистал блокнот до схемы карты.

— Ага... Это лагерь? — Старик указал в метку с надписью ДОЛ, Даня лишь кивнул. – Ну, смотри, на север получается, если по твоим координатам, вот тут, километров пятнадцать, река, через реку мост разрушенный. С нашего берега руины и с того. Вот я сначала к реке вышел, потом понял, что фигня, по памяти ориентировался, дурак старый, пошёл в обратную. Вот тут поле, от него километра на четыре вправо, труба огромная, но не рабочая, на промышленные печи похоже. Ну, или как их, я не техник, чтобы знать, что это такое. Там вроде как ещё здания мелкие, но выглядит все брошенным, я тогда внимания не обратил.

— Мда, ну, и то хлеб. — Хмыкнул Сапёр, дополняя карту. — Ладно, запад и юг разведаны, значит так, я пойду, разберусь с тем, что там на чердаке, а ты молодняк готовь. До заката ещё далече, так что хочу пройтись по восточной стороне, километра на два. Присмотришь за домом, да и мало ли что.

— Слушай, параноик хренов, ты тут такие лабиринты из растяжек накрутил, что мне страшно пойти посрать на улицу. — Усмехнулся Пилюлькин. — Кстати, толчок тут странный. Он к скважине не подключён, а вода в нем есть, да и труба от него куда-то очень глубоко уходит, я пытался копнуть, но она там чисто вглубь идёт, под дом.

— Ну, значит и нефиг париться. — Отмахнулся Даниил. — Мы тут не навсегда. Максимум пару деньков переконтуемся и двинем дальше, меня соседи по типу братвы не прельщают, так что тут закрепились, провели разведку и пошли искать пристанище дальше, уже по разведанным территориям. Тут же, если по карте глянуть, их лагерь, примерно в шести километрах на западе от нас. Да и тебе надо бы отлежаться, а то ковыляющим ты далеко не отмахаешь.

— Не, ну тут уже не поспоришь, товарищ командир. — Хмыкнул дед и поднялся, выкидывая окурок, сожжённый до самого фильтра.

Даниил лишь пожал плечами, даже не зная, что ответить Пилюлькину, а тот и не ожидая ответа, пошёл в дом, смотреть, что же там делает Макс. Даня же, поинтересовавшись у Алёны, когда будет готова картошка и, получив ответ, что через полчаса, направился на чердак.

У двух техников группы работа значительно отличалась, но была важна. Максим пытался понять, что не так с насосом, а Даниил пытался обезвредить растяжку, которая находилась практически над головой у всех. Вот только сама схема растяжки была больно мудрёная, и Сапёр даже не мог понять, что его удивило больше, наличие сразу двух электроконтактов, основного и дублирующего, которые могли сработать на перемещение или наличие сенсора, который считывал фигуру и срабатывал, если фигура высовывалась слишком высоко. Осветив всю схему фонариком, Даня все же поднялся. Ранее он с сенсорами не работал, однако уже чисто по внешнему состоянию мог спокойно сказать, что тот изжил своё. При детальном рассмотрении можно было понять, что весь корпус покрыт ржавым налётом, а сама линза помутнела. Аккуратно сняв электроконтакты и проводку, ведущую к ним, Сапёр стянул их, как и саму мину. Ею действительно оказалась Клеймор.

Перестраховавшись, парень так же проверил пол чердака на наличие подставных досок, под которыми вполне могла находиться нажимная мина. Однако мины не нашлось. Как и не нашлось растяжек, которые предохраняли ящики от посягательств, поскольку сами ящики были накрыты сверху пыльным куском брезента, так что было видно лишь нижние из них.

Стоило Дане стянуть брезент, как он увидел на одном из ящиков рисунок конструкции, которая заставила его задуматься. В ящиках лежали детали мотодельтоплана, в этом парень убедился, вскрыв пару ящиков, вот только у него все ещё оставались вопросы в стиле: «Кому потребовался мотодельтоплан?», «Зачем его заминировали?» и «Кто здесь жил раньше?».

По слою пыли, что был на брезенте, Сапёр сделал вывод, что лежит это добро здесь уже как минимум пару лет и сдохший сенсор с мины, тому подтверждение. Прихватив клеймор и брезент с собою, Даниил спустился вниз.

Макс так же закончил с изучением насоса и пришёл к выводу, что где-то есть кран, который попросту регулирует напор воды снизу, поскольку сам по себе насос был в рабочем состоянии и не сбоил.

— Ну что там? — Поинтересовался Пилюлькин, сидящий за столом и курящий очередную сигарету.

— Бля, Пиля, посадишь лёгкие, да и мне оставь. — Сапёр взял сигарету из пачки, лежащей на столе и закурил.

— Как вы можете эту дрянь курить. — Поморщил Максим, не переносящий курение на дух.

— Ну, вот так и можем. — Хмыкнул Даниил. — Короче, там мотодельтоплан, как положено, с крылом, с мотором и люлькой, правда, в разобранном состоянии, но один фиг. Лежит давно, прям, очень. Да и мина там сдохшая, она бы и не сработала, если растяжку не сорвать. Так что зря все ссыковали, но подгон странный. Насколько я знаю, лагерные у себя там едва ли месяц сидят, а тут это добро словно несколько лет пролежало... Чудеса, да и только.

— Чего чудного? — Хмыкнул Пилюлькин. — С чего ты взял, что лагерные первые кого закинуло? Как я понимаю, мы находимся в какой-то альтернативщине, где кто-то щедро рассыпал объекты из нашего мира, так?

— Допустим. — Согласился Даниил, затягиваясь сигаретой.

— Вот, значит здесь вполне могли быть люди ещё раньше и вполне может быть, что в ходе нашего кочевания мы наткнёмся на группу, которая тут уже несколько лет. — Подытожил старик, туша окурок в небольшую миску, которую он уже облюбовал как пепельницу.

— Нда... Ладно, пока там Алёнка картоху варит, я пойду прикарну часик, Пилюлькин — за старшего, покажи заодно Максу как ружье держать, а то боец в дозор по зарез нужен. — Хмыкнул парень, так же затушив окурок и перехватив автомат поудобнее, направился в спальню.

Засыпая с оружием в обнимку, Даня даже не представлял, что всё произошедшее отзовётся для него новым беспокойным сном. Ему уже давно не снились тревожные сновидения, однако бегство от бандитов, постоянное напряжение, боль, всё сложилось воедино, напомнив о том, что Даниил уже давно хотел забыть. Уже вторую ночь подряд, в своих снах он окунался в своё прошлое.

Снова ему четырнадцать. Пыльная дорога, соединяющая два посёлка. С одного края дороги открытое поле, а слева горный крутой склон. Их шесть человек, двое, Саня и Тёма, идут в голове группы, он и Аня тащат носилки, сооружённые из двух палок продетых в рукава пары курток. На носилках лежит Гоша и у него минно-взрывная рана левой ноги, которую кое-как обработала Аня, прямо на месте облив культю физраствором и замотав старым советским перевязочным пакетом, коих ушло аж пять штук. Гоше сегодня не повезло, он наступил на противопехотную мину, и ему оторвало ногу чуть ниже колена. Ему не повезло, потому что он был самым младшим в группе, ведь ему было лишь двенадцать, и курс подготовки у него длился лишь неделю. Замыкал группу её командир, Сергей, самый старший в группе, единственный кто имел реальное отношение к военным, ведь ему было аж двадцать лет. Для всех ребят в группе, он был кем-то вроде старшего брата, хоть и держался на равных. Их группа была одним из отделений «детской» роты ополчения. И вот сейчас от их отделения осталось лишь пять человек и раненый. Уже никто не верил, что Гоша доживёт до конца, но принцип «возвращаться должны все, кто может», Сергей вбил в их детские головки основательно. А шестеро их осталось, потому что в том поселении, из которого они сваливают, произошла стычка.

Небольшая деревенька, на краю которой укрепилось отделение разведки, возвращающееся с территории противника. Даня, Гоша и Тёма выполнили свою задачу и составили обновлённую карту минных полей противника на прифронтовой территории, в то время как Саня и Сергей провели разведку ветки снабжения на территории противника. Параллельно с этим, Аня и Зина, две медсестры отделения, оказали посильную помощь местному населению, что остались в этой деревне, Гоша и ещё трое парней, ходили при них как охранение. Задачи были выполнены, и отделение отдыхало перед уходом на базу, однако видимо в деревушке кто-то из местных слил информацию противнику, и рано утром в деревню въехала колонна бронетехники противника. Дома, в котором расквартировалось отделение, оцепили сразу же. Так как отделение разбилось на три группы, то противник решил не мелочиться и сразу сравнять все возможные огневые позиции с землёй.

— На улицу! — Гаркнул Сергей, только заслышав шум приближающейся колонны.

Только это и спасло большую часть отделения. Правда, именно большую, трое ребят не успели спуститься с чердака, когда по их дому заработал крупный калибр с БМП-2. В тот момент, Даня распластался на земле, вжимаясь в нее. Хоть он и находился на этой войне уже несколько месяцев, но в такой близкий контакт попадал впервые. Противник очень не любил «детскую роту» именно за то, что те хорошо выполняли обязанности РДГ.

— Перекличка. Кто ранен? — Раздался голос Сергея в наушнике. Даже в условиях близкого грохота крупного калибра и осыпающихся сверху осколков от бревенчатой стены, он пытался сохранять спокойствие, дабы группа не паниковала.

— Зина ранена. — Донеся голос Ани. — Осколочное, живот.

— Тёма, вижу Даню, Гошу, Саню. — Отозвался Артем.

— Гоша, Саня, давайте до Зины, Даня, труба при тебе? — Сергей задал прямой вопрос. У него было понимание, что они нарушают все правила радиоэфира и работают без позывных, но все же, это были дети и потому ему приходилось работать так.

— Так точно. — Отозвался Даниил, даже не приподнимая головы, лишь рукой зажав клавишу. Ему было до жути страшно от того, что в тридцати метрах от него работала техника.

— Тогда давай с прямой наводки, куда бить знаешь... Дань... Подъём Дань, сейчас отработай, нам Зинку вытаскивать надо. — Сергей смотрел в сторону парня, но тот все так же вжимался. Тяжко вздохнув, он лишь гаркнул. — Даниил, блять, подъем и сожги нахуй бэху! Не сожгёшь так нас всех тут передавят к хуям собачьим!

— Так... Точно... — Тихо отозвался парень, сглатывая ком подступивший к горлу и стиснув зубы, перетягивая тубус гранатомета, что был у него за спиной.

Чуть ли не воя от страха, Даня все же приподнялся на локти и пополз в обход дома. Заборов не было, так что уже из-за края он увидел громадного металлического монстра, который внушал лишь страх. Парню казалось, что стоит ему ещё чуть-чуть высунуться и ствол орудия посмотрит уже в его сторону.

Сглотнув вновь подступивший ком, он кое-как взвёл трубу в боевое положение и, положив на плечо для стрельбы из положения лёжа, вдавил спуск. Даня знал, что позади него никого нет, поэтому не боялся, что реактивная струя кого-то заденет. Раздался взрыв, и орудие БМП резко смолкло. Даниил даже не смотрел результат, тут же откинув трубу и перекатом уходя обратно за здание, поджимая автомат к груди, стволом вверх, чтобы не удариться об него при перекате.

— Молодец, а теперь, быстро валим. Состояние Зины? — Задал вопрос Сергей.

— Мертва, кровотечение. Ещё одно осколочное было в бедро, артериальное кровотечение... — Ответил Саня, сглатывая слезы, потому как именно он спал в обнимку с Зинкой, большинство пацанов в группе ему завидовали.

— Херово, отходим. — Скомандовал Сергей, однако видя, что Саня не отползает от трупа девушки, уже практически заорал. — Саня, ну твою налево, хочешь сдохнуть, оставайся, я буду выводить живых!

После чего принялся отползать назад. За ним последовали Тёма и Гоша. Даня пока ещё менял позицию, а Аня пыталась привести в чувство уже мёртвую подругу. Детей на этой войне никто не щадил и все это понимали. И все закрывали на это глаза.

Родители Дани закрыли глаза, когда за ним пришли и Даниил знал, что они так же, со слезами, закроют глаза, когда к ним придут и скажут, что:

«Выражаем соболезнования, ваш сын погиб в неравном бою с превосходящими силами противника».

Даня делал все, чтобы его родителям это не сказали. Он боялся, дрожал, выл, скулил, но стискивал зубы и выполнял приказ ни как мог, а как надо. Именно поэтому он прожил два месяца там, где подобные ему погибали в первые десять дней. Даже сейчас, боясь бронетехники, он все же отработал по ней. Отползая назад, он видел, как горела бэха и лишь морщился от представления того, сколько молодых ребят из-за него сгорело. Впрочем, ему было плевать. За два месяца своего участия в войне он понял, что смерти бояться нельзя, иначе точно умрёшь, потому что не сможешь выполнить приказ и похоронишь всю группу вместе с собою.

Отходить им пришлось через поле, которое вроде как было относительно разминировано и имело свободные коридоры. Сергей скомандовал отход и чтобы впереди группу вели Даниил и Гоша, поскольку именно они проходили сапёрную подготовку. Вскоре группу догнали Тёма и Аня, которые волокли под руки Саню. Артем действовал весьма радикально, как пулеметчик группы, он попросту дал Сане затрещину, от которой тот временно выпал в ноккаут, но весьма быстро пришёл в себя.

— Значит так, эти трусы никогда не сунутся туда, где есть сопротивление, по шуму, шла колонна из трёх машин, Даня сжёг головную, значит там осталось ещё две, у нас фора минут пятнадцать, пока они там разъедутся. Уходим к дороге. — Командовал Сергей, продолжая ползти.

Группа ответила тихим цоканием, означающим согласие и на сей раз их было пять. Саня уже пришёл в себя окончательно и полз самостоятельно, без помощи Ани или Тёмы. Его ещё не отпускала гибель девушки, но себя он смог пересилить, чтобы не подставлять группу, всё же он был снайпером в отделении, и именно от его наблюдательности зачастую зависела жизнь товарищей.

— Гоша! — Вскрыкнул Даня, заметив, что младший отклонился чуть в сторону, обползая воронку, и задел голенью небольшой бугорок. Мина, которая должна была быть рассчитана на нажим крупной массы, сработала, сразу превратив ни в что голень ополченца.

— Блять, Аня, давай к нему, Дань там чисто? — Сергей приподнялся, глядя в сторону места подрыва.

Даниил сразу на четвереньках кинулся к товарищу, коленом наваливаясь ему на бедро выше отрыва, передавливая артерию. Девушка подползла крайне быстро, тут же накладывая жгут, пока единственный оставшийся в группе сапёр, осматривал землю вокруг.

— Чисто. — Не громко ответил Даниил.

— Тогда Гошу на носилки и дёру. Не хватало, чтобы нас ещё в поле накрыли. — Скомандовал Сергей, подползая к ним и помогая Ане накладывать повязку.

Группа всё же вытащила раненого с минного поля, уже в небольшом подлеске соорудив носилки. Вот только уже на дороге, когда они выносили Гошу, сзади послышался шум.

Уйти группе удалось относительно далеко, на двух третях пути, их нагнала бронетехника. Сергей скомандовал: «к бою», но уставшие дети с трудом выполнили приказ. К бою нормально приготовились лишь Даня и Тёма. Именно они остались прикрывать, ибо Сергей решил протянуть как можно дальше, вместе с Саньком они подхватили носилки, отправив Аню бегом в посёлок, чтобы их встретили. Даниил с Артемом залегли на повороте дороги, выжидая противника, однако все что они могли им противопоставить, это пулемёт ДП-27, откопанный где-то на складах и старенький АКМ с подствольным гранатомётом.

— Данька... А.... Данька... Ты боишься? — Усмехнулся Тёма, глядя как у его товарища дрожат губы.

— Боюсь. — Согласился парень.

— Вот и я боюсь, но я ведь не дрожу. Целиться мешает. А у тебя подствольник. ВОГов, кстати, много осталось? — Поинтересовался Артем, переводя взгляд обратно в направлении дороги, где поднимался небольшой пылевой столб.

— Штуки три. — Даня печально вздохнул. — Тём, а мы ведь тут не сдохнем? Я просто подыхать не хочу. Аньке перед уходом на дело сказал, что она мне нравится, даже цветов для неё нарвал, как Сергей говорил, а она сказала, что подумает.

— Дурак ты, Данька. — Тихо засмеялся Тёма, качая головой. — Как пришёл к нам дураком, так ты им и остался. Она ж по тебе и так сохнет, а нос воротит, потому что девка, что с неё взять? Ладно, дистанция твоя, давай вогом работай.

— Да ну тебя. — Фыркнул Даниил, приподнимаясь на колено и упирая тыльник приклада в ногу, потянул спуск подствольного гранатомета.

Хлопок и граната рванула чуть в стороне от машины, заставив ту сразу остановиться. Тут же зарокотал пулемёт Артёма, однако в ответ по ним заработала вторая машина. Даня, не терясь, сразу запустил второй ВОГ, но уже чуть дальше. Тут же со стороны бронемашин пошли дымовые шашки, закрывая их от пулемётчика, при этом со второй БМП продолжал работать крупняк по засаде, да так, что Даня прям почувствовал, как мимо пролетел рикошет, от чего сразу упал на спину, пытаясь укрыться за горой.

— Не трусь, Данька! — Гаркнул ему Артём, достреливая диск. Вот только когда пулемёт умолк, Даня глянул на товарища и понял, что стих он не от пустого диска.

Голова Артёма безвольно повисла на пулемёте, а в затылке зиял — прилетевший сверху осколок камня. Дане по шлему стучали осколки поменьше, но он был параноиком и потому носил шлем и бронежилет, а вот Тёма бронежилет и шлем не таскал, поскольку ему и так было тяжело носиться с пулемётом. От вида товарища, на глазах парня сразу навернулись слёзы и он, лишь прикрыл тому глаза, опуская веки. Зарядив последний ВОГ, он не глядя выпустил его в сторону противника и побежал догонять своих. Пулемёт тягать не стал, тот лишь замедлит, да и пользы от него минимум, как и тело товарища ему пришлось бросить. Просто потому что если Даня начнёт вытаскивать его тело, то погибнет сам. А погибать он ой, как не хотел.

На этом моменте Сапёра разбудили. И единственно что стояло у него перед глазами, это словно застывшая картинка с телом его уже мёртвого товарища. По щекам парня всё ещё текли слезы, но он словно не ощущал этого.

Пока Даниил спал, Пилюлькин успел сделать перевязку и постирать бинты, попутно проведя Максиму небольшую лекцию по оказанию первой медицинской помощи, так что теперь парень мог не только затянуть жгут, но и более-менее правильно наложить повязку. После чего они занялись теорией в плане техники безопасности. Отбирать у спящего в обнимку с автоматом Сапёра оружие, никто не решился, поэтому Пилюлькин показывал всё на карабине и передавал его Максу, чтобы тот сам пытался пощёлкать всё, что щёлкается и подвигать всё, что двигается. Через минут двадцать их занятий пришла Алёна и сказала, что картошка готова. Пока Максим вместе с дедом направились к костру, девушка хотела было посмотреть, как там Даниил, но зайдя в комнату, она услышала тихий шёпот. Парень бормотал во сне, а по его щекам текли слёзы. Удивившись такому, она тут же пошла сообщить Пилюлькину.

— Плохо дело. — Констатировал врач и, отложив обед, направился тормошить Сапёра.

Грубо растолкав Даниила, он похлопал того по щекам, усаживая на кровати и удерживая второй рукой автомат, который Сапёр все ещё сжимал в руках. Однако Даня даже не дёрнулся, покорно позволив себя усадить и со слезами на глазах глядя куда-то вдаль, сквозь старика, что стоял перед ним.

— Как всё запущено. — Поморщился Пилюлькин. — Сапёр, приём, земля вызывает, ответь.

Однако парень не реагировал на лёгкие хлопки по щекам.

— Алён, принеси воды и позови Макса. — Скорее приказал, чем попросил, врач. Девушка тут же сбегала за кружкой с водой. Макс, наблюдавший за всем из коридора, тут же подошёл.

Пилюлькин аккуратно потянул автомат, приказав Максу держать парня, когда Алёна хлестнёт на него водой. На счёт три, девушка вылила содержимое кружки на голову Даниила, врач выхватил автомат из рук парня, а Максим прижал Даню к кровати.

— Суки, че творите! — Гаркнул Сапёр, тут же вырываясь из удержания, которое провёл Макс, явно не имея опыта единоборств.

— Тихо, боец... — Пилюлькин отложил автомат в сторону присаживаясь на кровать. — Алёна, Макс, идите ка на улицу и не подслушивайте. Бегом.

Скомандовав, врач проследил за тем, чтобы парочка свалила на улицу, после чего закрыл дверь и, пододвинув стул к кровати, уселся напротив Дани.

— Ну, давай, Сапёр, рассказывай, где ты так успел нахвататься. Шутки про Вьетнам не принимаются, я сейчас серьёзно, у тебя посттравматический и такое на пустом месте не возникает, более того, у тебя весьма запущенное состояние, так что давай на чистоту, где тебя уже так жизнь помотала? — Врач чуть пригнулся вперёд, уперев локти в колени и положив подбородок на кисти, сцепленные в замок.

Даниил лишь тяжко вздохнул, морщась от неприятных воспоминаний и сна, что отпечатался в подсознании и остался картинкой перед глазами. Рассказывать о таком, он явно не хотел...

Глава 17. Эхо войны.

— Я полевой хирург, а не военный психолог. Так что сильно тебе с этим помочь не могу. — Пилюлькин поморщился, потирая переносицу и глядя на парня, что сидел перед ним, спокойно смотря в пол, не отводя взгляд от определённой точки.

— Понимаю. Я уже проходил курс реабилитации, но то было лет пять назад. Тогда я оклемался весьма быстро, хотя в училище пару лет ещё сохранялись привычки, выработанные на войне. — Даниил лишь медленно кивнул и усмехнулся. — При резких шумах мог под парту залезть и минуты четыре там просидеть.

— Нихрена не смешно. — Старик покачал головой. — Ты сейчас, считай, новые психологические триггеры словил, которые воспоминания ворошат. Оно конечно не мудрено, но видимо тебя тогда не долечили, все же переживания в подростковом возрасте хорошо так отпечатываются на подкорке сознания. Меня больше тревожит то, что ты можешь перегореть, так что тебе нужно как-то напряжение снимать... А на войне это бабы, курево и наркота.

— Сегодня ночью снял. — Хмыкнул парень, глянув в сторону автомата и потянувшись к нему, ухватился за цевье. — Алёнке с Максом не рассказывай.

— О чем? — Заинтересовался Пилюлькин.

— Короче, ситуация не из приятных, за последние сутки это второй такой сон. Первый снился, когда я в лежке задремал. Ну, там двоякая ситуация была, короче хутор, на нем люди, которые под бандитами ходят. Семейка. Вроде как и мирные люди, а по мне с ружья отработали. Беретка их. Как понимаешь, сейчас жители хутора помножены на ноль. — Даня поморщился, поскольку ему было гадко от собственных действий. — Да и... Девка там была молодая...

— Мда, можешь не продолжать. — Старик тоже поморщился, лишь с неким пренебрежением цокнув языком.

— Вот такой вот я уебок. — Парень лишь исполнил классический армейский комплекс «мах руками, жим плечами».

— Не загоняйся. Вон, гражданских из жопы вытянул. Мне Макс уже рассказал, как ты их спас от ящеров, так что... Сапёр, ты, нормальный, адекватный мужик, который просто пережил некоторую срань. И переживёшь ещё. Если не для себя, то хотя бы для Макса и Алёны. Они ж без тебя загнутся нахрен. — Пилюлькин похлопал Даню по плечу и поднялся. — Ладно, пойдём обедать, ты ещё на обход хотел сходить... И... Если что, с ребятами делимся так, чтобы с гражданским ночевал человек, который может его защитить, так что сам выбирай. Можешь сегодня с Алёнкой...

— Да ну тебя. — Усмехнулся Сапёр, поднимаясь и перехватывая автомат под магазин. – Она, конечно, миленькая да красивенькая, но пока что ей надо обжиться. Это мы с тобою люди привыкшие к резкой смене пункта дислокации и последующем вступлении в бой, а эти — два олуха царя небесного, пускай пока свыкаются. Вот увидишь, заревёт она ещё по мамке да подружкам, это пока храбрится, а как спокойствие почувствует, так всё, слезы и сопли.

— И то верно. — Согласился старик и, открыв дверь, направился на улицу к костру, где Максим и Алёна обедали обычной вареной картошкой с солью, запивая водой.

Макс все ещё пытался навострить лыжи в сторону девушки, но та, игнорируя парня, отсела в сторону, выбрав вместо сидушки небольшой пенёк. Парня такой расклад не устроил, и он хотел было пересесть поближе, но Алёна лишь глянула на него с таким сомнением, приподняв одну бровку, да наклонив голову к плечу, что Максим прервал попытки сблизиться.

Сапёр и Пилюлькин подошли молча, причём уселись друг напротив друга, положив оружие на колени. Не сговариваясь и делая все скорее машинально, нежели осознанно. Старик взял свою миску, сразу продолжая доедать уже начатую порцайку, а вот Даня осмотрелся в поисках свободной миски, но её так и не нашёл.

— Ой! Я забыла, простите! — Алёна смущённо глянула на парня и, быстро доев свою картошку, тут же наложила ещё несколько картофелин из кастрюли, протягивая Даниилу миску вместе с вилкой. — Вот, держите, я уже поела.

Парень лишь кивнул и, приняв миску из рук девушки, едва коснувшись её пальцев, не обращая внимания на смущение Алёны, принялся за обед.

Быстро и молчаливо расправившись с порцией, он оглядел присутствующих и, отставив миску в сторону, поднялся.

— Значит так, Пиля, проводишь им курс по работе с оружием и до заката не суётесь никуда из безопасного периметра. Держи, на случай, если я не вернусь. — Даниил вырвал из блокнота лист со схемой поставленных растяжек вокруг сторожки.

- Но вы же вернётесь? - Девушка закусила нижнюю губу, что Сапёру не понравилось. Нет, она была очень даже миленькой, но вот только девичьей влюблённости ему не хватало для полного комплекта неприятностей.

— Алёна, я не тот человек, с которым стоит пытаться играть в романтику. Сэкс — да, можно, а вот на романтику даже и не надейся. Не будет тут всякой влюблённости и прочего говна. Может я и ошибаюсь и ты просто беспокоишься обо мне, но могу тебя заверить, что пока что я видел лишь трёх противников, которые в открытом бою могут меня перестрелять и мне яйца на штык-нож намотать, но один из них уже труп, а два других в шести километрах на запад. — Даниил хмыкнул и перекинув ремень автомата через плечо, поправил оружие, чтобы оно висело прикладом кверху.

Алёна замолкла, смотря на парня с хорошо скрываемой обидой, внешне показывая пофигизм, но по глазам Даня видел, что попал в точку. Поэтому, не желая больше оставаться в опасной компании, он сходил до дома, чтобы прихватить свою сумку и направился по сапёрной тропе на восток от Сторожки.

В принципе, картина местности не сильно поменялась. Все такой же лес, который даже и не думал заканчиваться. Все такое же отсутствие мелкой живности. Ни пения птиц, ни звуков зверей — ничего не было слышно. Лишь шелест листвы наверху от гуляющего в верхушках деревьев ветра. Внизу же ветра почти не было, так что Даниил практически с комфортом совершил переход с пару километров, пока не уткнулся в неизвестного рода развалины. Приметив ещё с дистанции в сотню метров маячившие впереди каменные стены, парень пригнулся, перехватив оружие поудобнее. Его сильно напряг запах алкоголя, причём палёного, смешанный с запахом гари.

— Какого? — Прошептал парень, приседая за деревом и глядя в сторону строений.

На краю поля зрения скользнул силуэт и Сапёр, повинуясь рефлексам, завалился на бок, вскидывая оружие в направлении противника. Нечто звереподобное, под метр в холке и отдалённо напоминающее предка волка, мелькнуло меж деревьев. Не особо запариваясь, Даня вытянул из подсумка гранату, сразу сдёргивая леску и кидая в направлении зверя. Чудом граната не ударилась об ветки и пролетела метров тридцать, приземлившись на мох. Боец нырнул за дерево, когда раздался взрыв, а следом вой зверя, которому, видимо, прилетел осколок от Ф-1.

— Люди! — Закричал женский голос со стороны строения. Истошно так закричал. — Люди! Спасиииите! Умоляю, помогите!

Мысленно прикинув шансы того, что зверя убило взрывом, Сапёр рывком поднялся, вскидывая оружие всторону, где мелькнул силуэт и направился к нему. Не пройдя и метров двадцать, он увидел свалившегося волка. Вернее страшную, накачанную различными допингами и стимуляторами, пародию. Зверю осколком перебило задние лапы, но он ещё рычал и скалился на человека.

Молча вскинув автомат и уперев тыльник приклада в плечо, Даня завершил мучения твари, отработав двумя одиночными в голову. Женщина все ещё кричала в здании, но Сапёр решил обезопаситься, обходя строение по кругу. Как оказалось, это были руины некогда двухэтажного домика, явно сгоревшего, поскольку на стенах имелись чёрные разводы, но что больше удивило парня, так это ярко красное полотно с нацистской символикой, свешенное из окна второго этажа.

Других волков поблизости не нашлось, но следы их были. Были и обглоданные тела, аж три штуки и, судя по обрывкам одежды, какие-то любители леса, поскольку в обрывках узнавались дешёвые камуфляжи с рынка. От самих тел остались лишь разбросанные кости с кусками мяса. Сапёру к такому виду, конечно, не привыкать, но поморщиться заставило, особенно запах.

Решив, что хоронить уже нечего, Даниил направился к самому дому, осторожно встав сбоку от двери и рывком дёрнув ту на себя. Как ни странно, но обгоревшая дверь открылась, изнутри помещения дыхнуло гарью. Непроизвольно поперхнувшись, Сапёр заглянул внутрь, подсвечивая себе фонариком. Увиденное вновь вызвало большое количество вопросов, как и практически все постройки, которые он встречал в Резервации.

На первом этаже, явно бывшего магазина, разместилась полноценная перегоночная. Стоял перегоночный куб, несколько тигелей и столбов, большое количество колб и пустых бутылок. Причём бутылки преимущественно от различных дорогих брендированных вискарей и коньяков.

Поняв, что человек просивший помощи находится на втором этаже, Даниил направился в обход помещения к небольшой бетонной лесенке, ведущей наверх. Второй этаж представлял собой уже чисто руины. Крыша обвалилась внутрь, похоронив под собою большую часть помещений, из оставшихся не заваленными были лишь небольшая каморка, видимо раньше служившая туалетом. Стоило Сапёру открыть дверь, как на него кинулось нечто, да так кинулось, что чуть не повалило на пол.

Девушка в классической форме полиции. Голубоватая рубашка с погонами лейтенанта и характерными шевронами, правда без галстука и с расстегнутыми верхними пуговицами, от чего видно белую майку, надетую под рубашку. Черная форменная юбка, которая очень добротно приталена и на покатых бедрах смотрелась просто шикарно. У Сапёра был небольшой внутренний пунктик на счёт женщин в форме и сейчас этот пунктик вопил сереной. Лейтенант во всю ревела, вцепившись в лямки разгруза парня и пытаясь скрыть чумазую мордашку у него в груди. Сама она была испачкана в саже, даже голубая рубашка местами стала чёрной и насквозь провоняла гарью.

— Шаг назад. — Не громко скомандовал Даниил, отстраняя от себя девушку и взглядом выискивая место, куда бы сесть. Обваленная крыша на уровне пояса создала небольшой завал, на котором Сапёр и уместился. — Взяла себя в руки и рассказала, что и как тут произошло.

Дабы девушка окончательно успокоилась, Даня выудил из сумки бутылку с водой и протянул ей. Каково же было его удивление, когда, казалось бы, лейтенант полиции, вновь разревелась, скрутив крышку, в несколько глотков осушила полулитровую бутылку на треть, лишь продолжая всхлипывать, отрываясь от бутыли.

Парень вновь осмотрел её, но уже более пристально. Зарёванная брюнеточка, которая по росту была выше него на пару сантиметров, да и то из-за того, что была на каблуках. При этом девушка имела весьма спортивную фигурку и явно не брезговала атлетикой, судя по подтянутым ножкам и отсутствию лишних округлостей на ладной тоненькой талии. Из наиболее важных плюсов Даниил сразу мог отметить третий размер. Алёну ему так порассматривать не удалось, но он готов был поспорить на магазин патронов, что товарищ Лейтенант утрёт красноволосой нос в плане фигуры и подготовки.

— Ну, все, хватит уже реветь. — Хмыкнул парень. — Волка я завалил, по тебе видно, что ты из потеряшек и потому давай я сначала тебе кое-что расскажу, а потом ты подумаешь и расскажешь мне о том, что тут было, идёт?

Девушка лишь кивнула, вновь начав жадно хлебать воду.

— Вот. Хорошо. Мы находимся в Резервации. Как я понимаю, это место является сборной солянкой из всего, что было в том, в нашем мире. Здесь есть твари по типу таких вот волков или огромных ящеров, но их я видел на болоте. Ещё здесь есть бандиты, которые организовались в детском лагере и есть другие бандиты, которые организовались в небольшом посёлке. Отдельные мелкие группы под бандитов прогибаются, а есть я. Просто пытаюсь помогать гражданским, которые попали в трудную ситуацию. Я сам здесь лишь третий день фактически, но как видишь, уже разжился необходимым минимумом. В данный момент времени я базируюсь в небольшой сторожке вместе с группой выживших, поэтому давай сразу определимся: тебе ещё моя помощь нужна? Просто я отошёл от сторожки на пару километров не хочу прекращать разведывательный рейд так быстро... А и да, можешь звать меня Сапёр.

Девушка секунд пятнадцать просто собиралась с мыслями, неосознанно допив воду из бутылки. Даниил же все это время разглядывал её ножки, которые были прикрыты лишь порванными колготками и имели большое количество мелких ссадин, к тому же туфли на ножках девушки, имеющие не такой уж маленький каблук, были ушатаны практически в хлам, зияя разрывами.

— Меня зовут Лена. — Для начала представилась девушка, от чего у Даниила появились не самые приятные ассоциации, навязанные недавними снами, вот только та Лена погибла практически у него на руках, за неделю до того как его перенаправили в Промзону. — Началось все с того, что мы с коллегами ехали с места преступления, я как следователь должна была осмотреть и зафиксировать улики... Так вот, выезжаем с загородного участка и долго едем по дороге, пока не остановились у какого-то брошенного поста ДПС, там уже поняли, что дело не чисто, ибо слишком долго ехали. По итогу заночевали в машине, а утром... Утром пришли люди в камуфляжах и с оружием. Мы ещё спали, когда они вскрыли машину и резко нас повытаскивали. Повели куда-то в лес. Не далеко увели, волки набросились, ну я и попыталась убежать. Нашла это здание, да сюда и забежала... А минут через десять один из волков сюда притащил тела, да начал их жрать... Так я тут и просидела, зверь-то не уходил...

Даниил лишь покачал головой, думая как быть дальше. Однако идею подсказала сама Лена.

— Я могу отвести к тому месту, где волки напали... Тебя же, наверное, оружие интересует, машину-то они сразу куда-то отогнали. Я сама плохо в этом всем разбираюсь, больше по бумажкам была... — Девушка виновато посмотрела на Сапёра, но тот лишь ответил непонимающим взглядом. — Не делай из меня дуру! Ты сам сказал, что вокруг бандиты и что это место нифига не наш мир, я уже сама в этом убедилась за пару дней, пока эта огромная зверюга тех бандитов жрала, так что понимаю, знаешь ли, что бесполезная обуза тут никому не нужна. Каким бы там героем ты не был, а тебе нужна польза, ведь так?

— Я и не герой. — Хмыкнул парень. – Впрочем, и не бандит, иначе ты бы так спокойно сейчас и не стояла.

— Да уже плевать! Сапёр, герой ты или бандит, я не ела уже два дня, ничего не пила все это время, не могла нормально спать, жутко устала, вся грязная и провоняла. — Лена опять всхлипнула. — Так что, пожалуйста, помоги мне. Прошу, ты же видишь в каком я состоянии.

— Пошли женские уловки? — Усмехнулся Даниил и спрыгнул с завала, забирая у девушки пустую бутылку. — Ладно, пойдём, вымогательница хренова, но ты права, бесполезные мне нахрен не нужны и их проще добить, чтобы не мучились.

— Да уж не тупая, понимаю. — Произнесла она, шмыгая носом.

— А раз понимаешь, то показывай, что полезного можешь предложить, начнём с места, где волки пиршество устроили. Идёшь впереди и ведёшь. — Сапёр вышел из здания кивая девушке в сторону леса.

Лена лишь кивнула и, словно специально покачивая бедрами, направилась вперёд. Даниилу на неё резко стало похер, поскольку миролюбивый запал закончился, вновь началось дело, где крови следует перестать притекать к голове нижней и вернуться к голове верхней, чтобы думать мозгом, а не тем, что сейчас желает нагнуть следовательницу.

Как оказалось, девушка пробежала лишь метров пятьсот от силы, однако на каблуках и по пересечённой местности. Само поле жатвы имело лишь тела трёх волков и четырёх человек, одного буквально перекусили пополам, остальные же просто валялись там, где их застала сметь от лап и клыков.

— Не хило тут стая попировала. — Хмыкнул Даниил, проходя мимо тел и выискивая чем поживиться. Его все так же мутило от вида такого побоища, но сейчас привычки мародёрки пересиливали отвращение.

Лена к полянке подходить не решалась, стоя чуть в стороне, Даня и так видел, что её чуть не выворачивает от одного только запаха и внешнего вида.

В итоге, потратив пару минут на поиски, он так ничего и не нашёл. Тела были обобраны, а брошенных ружей не намечалось. С ментов так и вовсе даже портупеи с кобурами сняли.

— Нихрена тут нет. — Сапёр недовольно поморщился и сплюнул на землю, поправляя автомат.

Девушка вздрогнула и начала медленно пятиться назад.

— Ну... Я... Я могу как-то иначе помочь. Правда! Ты же не убьёшь такую красивую и сексуальную девушку, которая вовсе не против и давно была одинока? — Она нервно сглотнула, продолжая чуть отшагивать назад, пока не запнулась каблуком об корень дерева и не упала на спину.

Даниил лишь тяжко вздохнул, покачав головой и направляясь к ней, чтобы помочь подняться.

— Не стану я тебя убивать, а на счёт твоей пользы поговорим в сторожке. Впрочем, ты предложила весьма интересный вариант. — Усмехнулся парень, протягивая ей руку.

Лена лишь покорно кивнула, принимая помощь и поднимаясь, после чего начала отряхивать зад юбки, и поясницу, чуть выгибаясь и выставляя грудь вперёд. Сапёра же её слова заставили сильно задумать, как и сама ситуация в принципе. С одной стороны, он был очень даже не против, а с другой, его сильно напрягало, что на востоке есть дорога, а на ней бродят ещё одни бандиты, так что последний вариант для разведки это север.

Выждав, пока девушка отряхнётся, Даниил направился в обратную путь к сторожке, время от времени поглядывая на девушку, что шла следом. Та лишь старалась не отставать, уже не шибко виляя бёдрами и хмуро смотря в спину своего спасителя.

«Мда, хрен их разберёшь, чё у этих баб на уме», — подумал Сапёр и тихо хмыкнул, перехватывая автомат на локти, чтобы руки не уставали при переноске оружия, а шея не напрягалась от давящего на неё оружейного ремня.

Вскоре они уже вернулись к сторожке, где Пилюлькин вовсю занимался подготовкой Максима, который тихо матерясь, пытался быстро снарядить магазин. Алёна всё делала молча и явно усерднее, пользуясь при этом советами старика и не теряя лишнее время на то, чтобы поднимать патроны, ведь она в отличие от Максима их не роняла. Макс в принципе излишне торопился, отчего каждый раз на земле оказывалось от трех до десяти патронов из тридцати, за что парень естественно получал нагоняй от врача и приступал к упражнению заново, тихо негодуя, что Сапёр делом занят, а они нет.

Глава 18. Следствие для следователя.

Стоило Даниилу и Лене пройти по саперной тропе и выйти к Сторожке, как Пилюлькин, заметив их, сразу схватился за ружье, досылая патрон в патронник.

— Сапёр, итить твою, ты кого притащил?! — Дед явно напрягся, прицеливаясь примерно в грудь девушки. — Я все понимаю, человеколюбие и вся прочая херня, но мента нахера притаскивать?

— Осади коней. — Парень перетянул автомат за спину, дабы лишний раз не провоцировать старика. — Ты чего так на служителей правопорядка взъелся?

— В том-то и дело, твою дивизию, что к служителям правопорядка у меня претензий нет, а вот к мусорам много! — Пилюлькин, чуть сместился в сторону, так, чтобы в случае выстрела дробь не задела Сапёра. Макс и Алёна лишь ошарашено наблюдали.

— Так, Пилюлькин, давай решим вопрос нормально, сейчас не те условия, чтобы выдавать место стоянки выстрелами из-за нелюбви к носителям формы. — Даня глянул на Лену, но та словно стала меньше, сжавшись и со страхом наблюдая за стариком с ружьём, лишь взглядом цепляясь за Сапёра и словно моля спасти. Девушка от напряжения даже закусила край нижней губы, однако Даниил лишь покачал головой.

— Значит так, Алёна, ставь чайник, Макс на шухере, Пиля, Лена, идём на кухню, будем разбираться что к чему.

Девушка лишь медленно кивнула и пошла следом за Сапёром к дому. Пилюлькин проводил её взглядом сквозь прицельную планку ружья, после чего оглянулся на парочку гражданских.

— Ну, чего сидите, командир приказал делать, значит, делаете. — Хмыкнул старик.

— А почему он кома... — Хотел было возмутиться Макс, но врач подшагнув влепил ему затрещину. — Потому что у него есть опыт и знания по работе в автономном состоянии. Ты сам видел, что с ним было, когда он проснулся, так вот, это приветы из прошлого и не приведи господь и тебе такими приветами обзавестись. Так что выполняй, если хочешь жить в относительном спокойствии, а не подохнуть в канаве.

— Да какое тут жить! Я вообще словно прислуга! Между прочим, меня парень ждёт, вот уже третий день, наверное, бродит по лесу с поисковиками! - Выпалила Алёна. Пилюлькин конечно ожидал от неё срыва, как и от Макса, но все произошло слишком неожиданно и одновременно. Девушка тем временем не унималась. — Это всё кошмар какой-то! Сначала по болоту бродила, потом вот носилась, да фигня же какая-то! Ну не может такого быть.

— Значит так. — Строго произнёс Пилюлькин, отвесив девушке пощёчину, Макс хотел было сунуться на защиту Алёны, но тут же получил подобную. — Сосунки, успокоились блять. Мы с Сапёром и так группу вытаскиваем, чтобы вы жить смогли нормально. Он же вас от ящеров спас, а так бы сожрали вас. Или вы хотите сказать, что боль сейчас вам тоже приснилась? Послушай сюда, деточка, не знаю как Сапёр, но я уже успел здесь увидеть такое дерьмо, что всеми силами хочу свалить подальше от мест, где обитают местные держатели власти, по крайней мере, те, которых я видел. И ваше блять счастье, что вы встретили Сапёра, а не их. А сейчас, итить вашу ж дивизию, будьте любезны, захлопнули хавальники и делаете то, что сказал командир, и только попробуйте попытаться свалить. Сапёр свой позывной не просто так носит, тут растяжек по округе столько, что вас нашинкует, и вы будете долго подыхать от осколочных ранений, а я ничего не смогу сделать, потому что у меня тут ни инструментов, ни материалов, ни желания оперировать идиотов, уяснили?

Алёна, хмуро смотрела на старика, по её щекам текли слёзы, а вот Максим озлоблено смотрел из-под бровей, явно представляя, как бьёт Пилюлькина от души. Этот взгляд деду был прекрасно знаком, так что, лишь хмыкнув, тот направился в дом.

— И вот ещё, Макс, ты сейчас можешь беситься от такого, но станешь постарше и будешь блять благодарен за подобные жизненные уроки, так что соберись, возьми карабин и следи, чтобы никто не полез через растяжки. Это приказ, боец. — Гаркнул напоследок мужчина и зашёл в дом, прихрамывая на раненую ногу.

На кухне за столом уже устроилась следовательница, однако все её попытки вывести Даниила на хоть какое-то сострадание к ней, прерывались холодным взглядом парня. Тот попросту смотрел куда-то в стену и курил, делая небольшие паузы между затяжкой и выдохом. Сейчас ему было откровенно плевать на девушку, его больше интересовало, что же так взбудоражило старого врача.

Тот, после довольно скоротечной ругани на малышню, все же явился на кухню и уселся за стол. Выудив пачку сигарет, он также закурил, однако сигарету зажал губами в уголке рта и принялся внимательно рассматривать Лену. Та попыталась просто сидеть спокойно, однако бешеный ритм сердца отдавал в мозг, а горло вновь пересохло, хотя до этого она не так давно опустошила полулитровую бутылку. Голод сразу отошёл на второй план, поскольку взгляд старика пробирал до костей, словно Пилюлькин уже вскрыл её тело и как патологоанатом начал осматривать каждый орган на предмет выявления забавных мутаций, будь то пятно в форме бюста Ленина на печени или сросшиеся вместе почки.

— Имя, фамилия, должность. — Хладнокровно процедил старик.

— Лена Турбина, следователь по де... — Ответила девушка, когда её прервали грубым хлопком по столу.

— Пиздишь, не следак ты. Вот вообще нихрена не следак. Ты желторотик, который только оторвалась от конспектиков. Дай угадаю, ты только получила погоны за окончание университета с красным дипломом и только-только устроилась в органы. Так? Сапёр, че она тебе там наплела? — Старик наконец затянулся, после чего стряхнул пепел в миску и глянул на парня.

— Следак, ехали с «провожатыми» после опознания улик на месте. По дороге и провалились. Остановились у поста ДПС, ныне брошенного, там заночевали, но под утро их неизвестное вооружённое формирование повязало, машину угнали, их куда-то потащили, но напали волки, кстати, ахуеть какие волки, я тебе скажу, одного такого завалил, так и то, потому что гранатой ему лапы перебил. — Хмыкнул Даниил. — Так вот, собственно, слушай ситуацию. На них напали волки, я был на месте нападения, реально тела есть, на группу смахивает. Лена убежала куда глаза глядят и наткнулась на хату, двухэтажка, погоревшая, на первом этаже алкозавод с палёнкой походу, ну она на втором этаже и забилась, пока я шакала не завалил и её не спас. Кстати шакал ещё два или три тела оттащил к хате, таки не понял, слишком уж он их разодрал, ну а на поле все полезное с тел поснимали, видимо группа, что машину укатывала, услышала стрельбу и пришла поживиться с товарищей.

— Складно всё слишком. — Поморщился Пилюлькин. — Не находишь? Слишком уж всё вылизано, но если уж есть факты... А теперь, Леночка, рассказывай, но учти, я военный врач и потому прекрасно вижу, когда пациент пытается меня наебать, поверь, многие солдатики пытались откосить, имитируя разные болезни, но все схлопывались на беседе, так что сейчас ты чётко и ясно расскажешь, как там всё это обстояло. Иначе я не посмотрю, что тебя Сапёр припёр, возьму за шкирку и кину на растяжку, у меня с вашей братией разговор крайне короткий.

Девушка нервно сглотнула, переводя взгляд на Даниила, словно выискивая у того поддержки, но парень всё так же залипал на стену, уже потушив окурок. Тяжко вздохнув, Лена начала чистосердечное признание.

— Вы правы, я не совсем следователь, я лишь так, помощница на стажировке и про диплом вы угадали, за диплом с отличием и хорошо сданные экзамены, мне присвоили погоны лейтенанта, в основном по нашему направлению все выпускались младшими лейтенантами, высшее юридическое, специализация уголовное право, военный университет, но нас учили сразу, чтобы в полиции работать. Окончила только недавно, буквально пару месяцев, как только на работу устроилась... И тут такое. — Лена всхлипнула. — Мы правда ехали с места преступления. Я, старший следователь, к которому меня в помощники определили, ну и водитель. Мы правда остановились у какого-то уже полуразрушенного поста и заночевали в машине, думали, что на утро сможем уехать, но рано утром, часов в шесть, по стеклам в машине резко что-то ударило, а потом двери открыли и нас вытащили наружу, тут же повалив лицом в землю. Я сначала подумала, что меня задерживают, нам в институте показывали, как работают полицейские при задержании, тут так же, повалили, руки заломали и ещё коленом надавили на спину. Потом подняли, их было человек шесть, в камуфляжах и балаклавах, с оружием, почти у всех автоматы калашникова, водителя сразу пихнули к машине, он что-то такое рассказал. Его в итоге вместе с машиной и увезли. А меня и следователя в лес потащили, но не далеко, ещё раннее утро было, темновато. Только на поляну вышли...

Тут Лена не выдержала и закрыв лицо руками, разревелась, Даня было повернул голову и глянул на девушку, но краем зрения заметил, что Пилюлькин посмотрел на него и отрицательно покачал головой, под столом показывая раскрытую ладонь, в классическом останавливающем жесте.

— Что было на поляне? — Спросил старик.

— Напали, много волков. Они сначала просто вокруг бродили, но один из тех, что нас вели, выстрелил в сторону волков и попал. Зверь зарычал и потом был вой... Я побежала. Не помню как долго, но было страшно, очень. Увидела дом, ну и побежала к нему, уже в нем спряталась... — Лена поняла, что её плачь тут никого не волнует, а потому начала утирать слёзы. — Потом пришёл один из волков, сначала скрёб дверь на первом этаже, но вскоре ушёл и почти под окнами дома начал громко рычать и чавкать, тела жрал видимо... А затем Сапёр пришёл и меня спас...

— Мда... — Пилюлькин потер морщину на лбу, глянув на парня. — Что скажешь? Признаков вранья вроде как не видел, но актриса блин. Хитрая, что та лиса.

— А чего тут думать? — Хмыкнул Даниил. — Что актриса и хитрая, так оно и видно. Толку с неё мало, разве что спортивная относительно, но тот же Макс как рабочие руки покрепче будет. Даже и не знаю что предложить. Ты запасы лучше моего знаешь, потянем ещё один рот?

— Потянуть-то потянем, но с водой напряжёнка, Макс насос посмотрел, да там видимо какой-то ограничитель стоит, что много прокачивать не даёт, так-то насос хороший, шестерёнчатый, таким не воду откачивать, а масло надо. Запитан он, правда, незнамо как, но работает и то хлеб. — Пилюлькин вновь глянул на девушку. — Короче, Леночка, я тебе так скажу, я твою братию не люблю и к тебе надежд не питаю, будешь косячить, значит огребёшь вдвойне, хотя за командира тут Сапёр, я скорее как врач, да завхоз.

— Кстати, завхоз, а чего вода по кастрюлям не набрана? — Усмехнулся Даниил, переводя тему.

— Как не набрана? Набрана, литров двадцать уже. А что? — Поинтересовался старик.

— А то, что Лене умыться хоть и одежду замочить. — Сапёр лишь хмыкнул, вновь отлипая взглядом от стены и глядя на девушку.

— Кхм... У меня кроме формы ничего нет. — Сразу как-то напряглась следовательница, ибо перспектива ходить в одном белье её очень не прельщала.

— Ничего, у меня в загашниках мародёрки найдётся, как минимум штаны и кофта, насчёт обуви не обещаю, берцы есть, но те размером побольше будут. — Отмахнулся Даня. — Короче, Пилюлькин, сходи пни Алёну, чтобы она чайник в туалет принесла и тазик подобрала какой. А то нехрен, я слышал, как она раскукарекаться решила. Дай бля волю гражданским, они и на хер пару законов и кодексов напишут, кто и когда им пользуется.

Старик лишь усмехнулся и, поднявшись, пошёл на улицу, где к своему удивлению обнаружил Максима, что сидел с карабином на коленях у костра и снаряжал и разряжал запасной магазин, откладывая патроны в небольшую миску. Рядом сидела Алёна и лишь указывала на ошибки. Чайник начинал тихо посвистывать, подвешенный над костром. Довольно хмыкнув, Пилюлькин направился к парочке, дабы нарушить их покой.

— Алён, чайник снимай и неси в туалет, там же тазик поставь. — Скомандовал старик, присаживаясь у костра, напротив Максима. Тот старался не смотреть на Пилюлькина, упорно делая вид, что занят делом, пока девушка пошла выполнять приказ.

— Злишься на меня? Злоба, это хорошо, если в правильное русло направлено, но ничего. Ты ж не идиот все же, а перед Алёнкой нечего дурачка строить. — Хмыкнул врач, сдерживаясь чтобы не засмеяться от вида Максима, который удивлённо на него уставился.

Тем временем Лена и Даниил в одной из спален перебирали скромные мародёрские трофеи и старые вещи парня. В итоге сошлись на том, что девушка после помывки, наденет его футболку, кофту и спортивные штаны, поскольку в камуфляжных трофейных она попросту тонула и могла поместиться в одну штанину. Берцы так же не подошли, но зато в доме нашлись тапочки. Относительно паршивого качества, но для хождения до костра и обратно в Сторожку, вполне сойдёт.

— Значит так, сейчас отмываешься, переодеваешься и будем смотреть, что ты можешь. — Хмыкнул Сапёр, не глядя на девушку, поскольку укладывал вещи обратно в рюкзак.

— Ну, смотря, что надо... — Лена погладила парня по плечику, чуть поводя ручкой из стороны в сторону, при этом слегка улыбаясь.

— Надо много чего. Нам бы, по-хорошему, ещё одного бойца профильного, лучше всего со снайперской подготовкой, или хотя бы боевым опытом. — Даниил не оценил попыток девушки с ним позаигрывать, а потому попросту их проигнорировал.

— Увы, с оружием я крайне плохо обращаюсь. Наш инструктор не очень уж и хотел работать с девушками. — Фыркнула Лена, убрав руку и обиженно надув губки.

Её, такую красивую и всю из себя сексуальную, проигнорировали, хотя до этого за нею довольно многие пытались ухаживать. Однако, встретив парня, который, казалось бы, был даже младше неё, да и не сказать, чтобы красавцем, однако она всё равно словно с глухой стеной встретилось. Да ещё и взгляд у парня был странный. Если тот же Пилюлькин просто относился к ней с неким пренебрежением и отвращением, о чем сразу и заявил, то вот Сапёр словно одновременно смотрел и на неё и сквозь.

— Печально, что могу сказать. — Даня лишь пожал плечами, что слегка так взбесило девушку. Лена стиснула зубы, нахмурившись и шумно вздохнув.

— Сапёр, вот скажи на чистоту, ты же меня решил тащить сюда не потому что я лейтенант и являлась представителем власти. — Она посмотрела на парня исподлобья, однако тот вновь лишь глянул на неё и принялся перекладывать рюкзак. — Ты же сразу видел, что я бесполезная. Такое ощущение, что ты держишь меня за дуру и активно избегаешь разговоров о том, что мне здесь делать. Я уже не маленькая и, знаешь ли, прекрасно понимаю, что в подобной ситуации делают с молодыми и красивыми девушками. Те, кто нас тогда захватили, мне подробно описали, что сделают с моим телом и ведь даже облапали!

— Ну и что? — Хмыкнул Даниил, вновь оглянувшись. — Ты хочешь услышать, что я взял тебя только из-за фигурки? Думаешь, у меня только нижняя голова думает? Да мне как бы и похрен. Руки есть, значит, баба не нужна. Притащить я тебя решил скорее потому, что хочу спасти таких вот потерях, которые попали первые дни сюда. Я уже насмотрелся на местных бандитов, на местных тварей и потому решил побыть спасателем. Всех не спасу, но вот Максима и Алёну смог, Пилюлькина смог и тебя смог спасти. Думаю, что пока хватит. Если кого ещё найду, когда завтра пойду на север, то может быть и подумаю, ну а пока... Отъебись. Ты тут явно не из-за своей пилотки.

Лена словно потеряла дар речи, лишь удивлённо смотря на парня. Её впервые настолько грубо отшивали, и это сильно ударило по самолюбию. Пускай она и была в грязной одежде, растрёпанная, с остатками макияжа, но даже в таком виде могла спокойно дать фору большинству сверстниц за счёт внушительных форм, полученных от генетики и путём долгих фитнес-тренировок в зале. Однако для себя она теперь поставила как задачу, уже чисто из природной женской вредности: заставить парня на неё вешаться.

— Тазик готов. — Громко произнесла Алёна, заглядывая в спальню, после чего направилась обратно к костру.

— Иди, мойся. Воду просто так не выливай, в ней же потом одежду замочим. — Приказным тоном произнёс Сапёр, закидывая рюкзак под кровать и направляясь в коридор.

— Может хоть поможешь? — Поинтересовалась девушка и, подхватив вещи и полотенце, пошла следом.

— С чем? Тебя как маленькую с ковшичка поливать, приговаривая: с гуся вода, с лебедя вода, с Леночки вся худоба? — Усмехнулся Даниил.

— Да хоть и так. Ты на волосы посмотри, тут без чужой помощи не обойтись. – Лена, вновь нахмурившись, глянула ему на спину, лишь поражаясь его непробиваемости. Казалось бы, такая возможность полюбоваться практически обнажённой ею, а может даже и «случайно» потрогать, но нет, парень был словно стена, от которой отскакивали все её попытки его развести.

— Алёна поможет. — Парировал Даня очередную попытку и, открыв дверь в санузел, который представлял из себя весьма маленькое помещение, где стояла небольшая душевая кабинка и туалет, прямо напротив которого была раковина. На полу душевой кабинки стоял тазик, уже наполненный водой, рядом ведро и чайник.

Чуть ли не скрипя от злости зубами, Лена зашла в комнату и с шумом захлопнула за собою дверь, сразу начав раздеваться. Её уже не просто раздражало хладнокровие Сапёра, оно прямо-таки бесило, ведь одно дело, если бы он просто игнорировал всё, но так жестоко, предлагая, чтобы другая девушка помогла ей. Даже не Макс, которого Лена хоть и видела мельком, но успела опознать в нем деревенского парнишу, которому грудь покажи, и он за тобой километр пробежит, прося номер телефона. Однако в Алёне она пока лишь видела соперницу и надеялась на такую же глухую стену со стороны Сапёра и по отношению к девочке. Впрочем, она была не далека от правды.

Сам Даня направился чистить оружие с помощью штатного шомпола и имеющихся тряпок, а также воды, ибо ничего другого у него пока не было. В это же время Пилюлькин пытался объяснить Алёне и Максу, почему те в своих попытках разобраться кто важнее, не правы и что это действительно не сон. Ему даже пришлось их чутка запугать, рассказав, что же с ним на самом деле творилось в плену у бандитов, а не то, что он рассказал Сапёру, но парочке оно пошло лишь на пользу. В какой-то момент этого короткого рассказа, Алёна даже сжалась, непроизвольно качнувшись в сторону Макса, который выловив момент, приобнял девушку... Закончив историю, Пилюлькин поднялся, глядя на обжимающуюся парочку.

— Ладно... Пойду, гляну, может Сапёру надо помочь и... Макс, не надейся, один хрен спите раздельно. — Тихо посмеиваясь, старик направился в дом.

Глава 19. Вахта.

Разобравшись с насущными проблемами и поужинав, Даниил спокойно сидел на ступенях перед домом и курил последнюю сигарету из пачки. Казалось бы, они с Пилюлькиным по-честному разделили полторы пачки на двоих, но сигареты кончились меньше чем за день, причём даже у старика не стрельнуть, поскольку тот свои скурил ещё раньше. Даня лишь тихо матерился, наслаждаясь последней сигаретой и стараясь максимально её растянуть. Приятный кумар от табака позволял забить мысли некой дымкой, чтобы сконцентрироваться на чем-то более важном.

К счастью Сапёра, вечер прошёл относительно тихо. Максим всё так же пытался освоиться с карабином, который ему все же выделил Пилюлькин, высказав, что пацану рановато с гладким стволом работать, тем более с таким как беретта, так как малой банально не реализует весь потенциал ружья. Даниил в принципе не был против. Ему было плевать на вооружение группы, поскольку Макса он все равно не считал за бойца, а вот в Пилюлькине был уверен, так как понимал, что тот на своей дистанции отработает. Слишком уж грамотно он вскинулся, когда Сапёр вывел Лену к сторожке.

Прокручивая в памяти действия старика, Даниил получил для себя ещё несколько вопросов, на которые пока что не мог дать ответ, а спрашивать врача напрямую, как-то не хотелось. Хотя и так висел немой вопрос касательно его отношения к товарищам полицейским.

Впрочем, с Леной он худо-бедно, но поладил, по крайней мере, за ружье больше не хватался, хоть и не расставался с ним. Следовательница же со своей стороны, тоже пыталась быть ниже травы и тише воды, насколько у неё это получалось — уже вопрос отдельный, но после того как она помылась и переоделась, постирав вещи, даже гонор весь пропал. Она больше не пыталась приставать к парню, лишь бросая взгляды и кокетливо улыбаясь, когда Сапёр, почувствовав, что на него смотря, оборачивался. Его это не бесило, но некое раздражение присутствовало. Чутьё потихоньку начинало подвывать, что зря он повёлся на покатые бедра, да красивую форму. Сексуальность сексуальностью, но сейчас он не в том месте, чтобы обращать внимание на девушек. Ему попросту не до этого.

— Feel the river risin... — Донеслось со стороны коридора и на улицу вышел Пилюлькин, так же закуривая сигарету.

Даня не знал, чему удивляться больше, тому, что старик может в блюз или тому, что у него откуда-то родилась целая пачка сигарет.

— Feel the river risin... — Продолжил он, словно не замечая Сапёра и присаживаясь рядом, при этом в классической блюзовой манере протягивая последнее слово.

— When I feel the river risin... — Прохрипели они уже вместе. Даниил ухмыльнулся туша бычок и отправляя его в небольшую канавку перед домом.

— Devil coming up from you... I can't stop the Dogs of War... I can't stop the Dogs of War. — Запели вдвоём, однако окончание смог промычать лишь Пилюлькин, после чего повернулся к Сапёру, протягивая открытую пачку. — Нашёл на кухне в ящике с вилками.

— Я б не додумался туда сигареты кинуть. — Усмехнулся Даниил, выщёлкивая себе сразу парочку.

— Да я бы тоже, но ты посмотри, бабские, тонкие. Баба бы додумалась. — Отмахнулся старик. – Ты, кстати, откуда про псов войны знаешь? Я думал, такое уже позабыли, молодёжь же все по рэпам всяким и прочей попсе.

— Да так. Был у нас во взводе один любитель специфических песен под настроение... Мы как на бэтре или бэхе не поедем, так он всё затянет, то БТР-Батор, то Псов войны, то вообще в горловое пение ударится. — Сапёр лишь пожал плечами, вновь закуривая и морщась от мерзкого привкуса каких-то ягод смешанных с табаком. — Ну точно бабские... Мужик бы в здравом уме такую херню курить не стал.

— Ну дык, а я тебе про что? — Хмыкнул Пилюлькин, затягиваясь и усмехаясь. — Что думаешь дальше делать?

— В принципе или завтра? — Уточнил парень.

— И так, и так. — Кивнул старик.

— Разбогатеть, захватить мир, бабу себе найти, чтобы мозг не ебала... Классические задумки двадцатилетнего максималиста. — Усмехнулся Сапёр, но тут же морщась от гадского вкуса сигарет.

— А если серьёзно? — Дед шутку не оценил, спокойно куря и смотря на уже догорающий костёр, от которого все ушли. Алёна и Макс занимались на кухне заданием от врача, а именно неполной сборкой и разборкой карабина, а также снарядкой магазина на время. Лена же занималась тем, что стирала, а если быть точнее, то уже ждала, пока одежда на печи просохнет. Печь кстати все же затопили, но не так уж сильно, дабы не создавать много дыма и не демаскировать себя.

— А если серьёзно, то завтра с утра схожу на север, я себя блять как на высоте триста семь и пять чувствую, разве что мешок не так сильно давит. С трех направлений возможный противник, отдаление до каждого примерно по шесть километров и хрен куда рыпнешься, так что завтра с утра пойду, гляну, что там с севера. Если тоже срань, то будем ждать пока ты бегать не начнёшь, подгоним снаряжение, чтобы остальные тоже бегать смогли, а послезавтра на собачью вахту марш-бросок до реки, там беглое форсирование и занятие позиций на той стороне. Если там разрушенный мост и дорога, то может, куда и выведет, а то тут херня какая-то, напрягает, что одни бандиты, авось хоть там. Если там тоже бандиты, то ищем позицию для закрепления и работаем налётами. Ну, или форсируем обратно и работаем налётами на лагерь, если уж место их базирования знаем. Примерный численный состав их там не больше сотни, выбить уже человек тридцать и лагерь будет недееспособен. — Даниил задумался, погружаясь в свои мысли.

— Хехе... А Макс ещё спрашивал, почему ты командир... — Усмехнулся Пилюлькин. — Сапёр, ты лямку только в одиночку не тяни. Я понимаю, что ты привык работать на себя, по глазам вижу, что раньше ты в отрыве от группы действовал, но тут у тебя не бойцы, а гражданские, так что сильно не рискуй, мне ребят потом не вытянуть будет на своём-то горбу... Ладно, пойду я уже на боковую, ты как?

— На вахте, до полуночи, потом толкну тебя, под утро уже Макс пускай подежурит. — Даня проследил взглядом, как старик поднялся, опираясь на ступеньку и стараясь не шевелить раненой ногой лишний раз.

Пилюлькин ушёл и скомандовал «отбой». Максим хотел было поупрямиться, но тут же словил подзатыльник с объяснением, что он идёт в утреннюю вахту, а потому в его же интересах сейчас успеть выспаться. Спорить со старшими парень не стал, а потому отправился в спальню, готовиться ко сну. На удивление, Алёна оказалась шустрее и уже минут через пять сопела в первой спальне на двухспальной кровати. Пилюлькин, аккуратно переложил её ближе к стене, а сам улёгся на край, положив ружьё под кровать. Всё так же с патроном в патроннике.

Даниил, как и планировал, остался на вахте, пересев поближе к костру и поддерживая слабое горение, подкидывая мелкую щепу. От нечего делать, он положил автомат себе на колени и принялся перебирать магазины, выщелкивая патроны из одного не полного и запихивая в другой. Таким образом, у него оказалось, что за все время, было потрачено от силы две трети магазина. Однако учитывая, что впереди ещё не ясно когда удастся пополнить боезапас, Даня поморщился. Он крайне не любил действовать на далёком отрыве от базы, ибо пару раз уже ощутил на собственной шкуре, как бывает больно, если вдруг кончаются патроны, после нескольких часов боя, а новые взять можно разве что у трупа. Впрочем, когда он попал в тот бой, где у него закончился боекомплект, отвращение к мародёрству с трупов уже пропало окончательно, поскольку вся его одежда была снята с трупов менее удачливых бойцов. Их роту снабжали крайне плохо, поскольку нормальный детский камуфляж найти крайне сложно, так что выдавали на взрослых, а там, уже кто подворачивал, а кто пытался ушить. Если первые две недели Даня ещё гонял в выданном, то потом, когда при резком десантировании из-под брони, он зацепился капюшоном, и дешёвый костюм попросту неплохо так порвало, ему пришлось искать замену. Новый выдавать не собирались, так что выбор был не велик, либо мёрзнуть в порванной куртке, либо «родить». Через два дня, после миномётного обстрела позиций противника, туда двинула группа контроля, чтобы добить раненых. С ними, для профилактики, отправили детей, чтобы привыкали к виду трупов. Тогда-то, Даня и пересилил себя, хоть и оставил на земле весь свой обед, но всё же, дрожащими руками, кое-как стянул с трупа куртку, просто потому что мёртвому уже бесполезно, а живого может уберечь. С того момента, что-то в Сапёре переломилось, он по возможности начал брать с боя всё, что ему может быть полезно, просто потому что не желал мёрзнуть, голодать и натирать мозоли, когда есть возможность избавиться от этого. Он и раньше не брезговал носить уже ношенное и чужое, но сейчас мог спокойно надеть ботинки, только снятые с трупа.

Погружения в воспоминания прервал толчок в плечо.

— Ты уснул что ли? — Спросила Лена, которая уже сидела рядом и тормошила парня.

Даня сам и не заметил, как на землю опустилась темнота. Глянув на трофейные научные часы, взятые ещё в хуторе, он с удивлением отметил, что прошло часа два как минимум. Решив отложить воспоминания на подальше, Сапёр глянул на девушку.

— О, очнулся. — Улыбнулась та и протянула ему кружку с чаем. — Будешь? Печенья не нашла, так что пока только чай, сахар тоже класть не решилась, не знаю, любишь ли ты чай с сахаром.

— Люблю. — Хмыкнул Даниил, принимая кружку и просто грея об неё чуть замёрзшие пальцы. — А ты чего не спишь? Ты ж вроде как говорила, что не спала двое суток, пока та творина дожирала тела.

— Слушай. Сапёр... Я... Честно скажу, не помню, я в какие-то моменты вырубалась просто. Сама не знаю, сколько я в той каморке просидела. Я когда взрыв услышала, решила сразу позвать. Правда, я была согласна на всё, будь хоть те же бандиты, что тогда обещали меня пару раз по кругу пустить и всю заполнить. В тот момент я как подумала об этом, то решила, что пусть лучше по кругу пустят, но живой останусь, чем какой волчара сожрёт. Только потом поняла, что ты один... Ну... Взрыв один, потом короткие очереди. Вот и решила, что если пришёл сюда, значит знал зачем... — Она грустно посмотрела на костёр. — Решила сначала дуру включить. Прости, но тогда я в тебе увидела мужлана. Весь такой хладнокровный, грубый, с оружием явно как с любовницей. Ты автомат даже держишь, как наш инструктор его держал, а тот был тем ещё фанатиком, всё рассказывал про то как он своим винтовкам имена давал... Кстати, ты же вроде младше меня, так? Ну, Пилюлькин сказал, что тебе всего лет двадцать и что ты успел лютого дерьмица хлебнуть в четырнадцать... Соболезную.

Она попыталась его обнять и, почувствовав, что парень не сопротивляется, все же прижалась к нему, положив голову ему на плечо. Вот только Даниил не противился, потому что ему было плевать на соболезнования.

— Не жалею. — Хмыкнул Сапёр и, выудив сигарету отжатую у Пилюлькина, закурил, даже не глядя в сторону Лены.

— И все же ты хладнокровный. — Печально вздохнула девушка. — Знаешь, до беседы с Пилюлькиным, признаю честно, я думала что ты просто зазнавшийся альфач, который строит из себя крутого. Эдакий рэмбо местного разлива, при виде которого все девки текут... Даже хотела попытаться тебя укротить, думала, как бы тебя так к ногтю прижать, чтобы ты у моих ног ползал, но...

— Но я оказывается просто сложный человек с пост травматическим синдромом расстройства? Да, он мне тоже самое сказал, когда выслушал где я побывал, ну в кратком пересказе. Так что не удивила. Чужое сострадание мне не нужно. Сопли на кулак наматывать я не собираюсь. Сейчас моя задача это выжить самому и вытянуть ваши жопы, чтобы вы не загнулись от суровых реалий этого мира. — Усмехнулся Даниил, сделав ещё одну затяжку. — Ты чего пришла? В душу мне пытаешься заглянуть? Так бесполезно. Просто пообжимать что-то тёплое? Так на печку залезь. От меня-то ты что хочешь?

— Любви, романтики и крепкого мужского плеча, в которое можно порыдать. — Чуть поразмыслив, произнесла Лена.

— Приехали, блять. Я тебе чё, герой из Сумерек? Великий кровосися, покоритель девичих сердец? — Возмутился Сапёр. — Мне вот нахер романтика не сдалась, как и любовь. Не до этого как-то.

— Но крепкое мужское плечо-то подставишь? Да и не только плечо, но мужское и крепкое. — Почти мурлыча, прошептала девушка практически над ухом парня.

— Лена. Ты свои влажные фантазии о мужском и крепком оставь до момента, когда никому не придётся дежурить на стрёме и можно будет нормально уединиться. — Усмехнулся парень. — А пока что, даже не лезь ко мне с таким. Обживёмся нормально и тогда подумаю о твоём предложении, так что иди спать.

— Хорошо-хорошо, малыш, ловлю на слове. — Чувствуя безнаказанность, Лена нежно поцеловала его в щёчку и встала, ловя на себе удивлённый взгляд парня. — Ну, а что? Ты младше, так что для меня ты малыш.

Даниил лишь хмыкнул, пожав плечами и затягиваясь сигаретой, после чего отхлебывая чай. Довольно улыбаясь, девушка всё же ушла спать, где действительно устроилась на печке, поскольку к Максу, который развалился на всю двухспальную кровать, у неё не было никакого желания ложиться.

Оставшись вновь наедине, Сапёр выкинул окурок в костёр, отставляя кружку в сторону. Укрыв лицо в ладонях, он попытался оттереть щёку. От боли начало щемить душу, словно выворачивая наизнанку. Совершенно неосознанно, Лена вновь сдёрнула одну из струн, что вели глубоко в прошлое парня. В те времена, когда он ещё подкатывал к медсестричке из своего отделения. Тогда Аня с переменным успехом его игнорировала, но после возвращения из боя, в котором их отделение уполовинилось, а Гоша остался без ноги, она, наконец, приняла Даню. Тогда ещё молодого и неопытного. Аня сама видела, как тому плохо, ведь он потерял надёжного товарища и больше друзей внутри группы у него не осталось. В ту ночь тоже всё началось с простого поцелуя... Их отношения продились тогда не долго, всего лишь неделю, а потом Аню перевели в другое подразделение, а его кинули в группу проводящую разведку на высоте триста семь и пять. Огневой мешок. Группа разведки практически в полном составе была прижата огнём крупнокалиберного оружия, а дальше заработал миномёт. Тогда погиб Сергей, командир группы и остатки группы попросту растерялись. Командование на себя принял Даниил, выводя группу из-под огня, уже бросая тела и раненых, просто выводя тех, кто выжил. Забрать раненых не представлялось возможным, вызвать подмогу тоже. Тела смогли вытащить лишь на следующие сутки, когда подошла колонна брони и подавила огневые позиции противника. За тот день Даня потерял окончательно всё, что имел на войне. Девушку, с которой успел даже пару раз переспать и последнего друга, который был его командиром. Парень запил, причём для четырнадцатилетнего запил сильно, начал курить, а также словно искал смерти, но судьба берегла его. Целую неделю он совершал вылазки на линию фронта, драконя разные участки противника. По нему вновь работали миномёты, за ним охотились снайпера, но Дане было плевать. Он лишь хотел покоя и как ни странно, нашёл его. Легкоё осколочное ранение. Осколок попал в боковую вставку бронежилета, частично пробив её и вскрыв бок, ещё несколько осколков посекли руки, но скорее вскрыв кожу, чем нанеся серьёзные повреждения.

После ранения и эвакуации, Даня попал в полевой госпиталь...

— А я смотрю, дежурный из тебя так себе. — Усмехнулся Пилюлькин, отрывая Сапёра от воспоминаний.

— Ты чего проснулся? — Вяло спросил парень, глянув на часы. Вновь его воспоминания, словно ускоряли время, поскольку уже далеко так перевалило за полночь, было практически два часа ночи.

— Чего-чего, вахта моя. Пост принял, вали-ка ты спать и вот что... Нехрен, тебя больше на пост нельзя ставить, ты всё на той войне летаешь... — Старик хмыкнул, поморщившись. — Плохо это, не пускает тебя война... Иди вон, к Ленке или Алёне под бок заберись. Лучше к Ленке, а то Макс ревновать будет, они ж с Алёной обжимались тут, пока ты с железом копался.

— Да и пускай обжимаются, главное, чтобы предохранялись. — Отмахнулся Даниил, поднимаясь и чувствуя, как отсидел пятую точку.

— Вот и я им про то же. — Усмехнулся Пилюлькин. — Всё, давай, до утра, тебе ещё завтра разведка предстоит, так что отоспись на сиськах, тебе полезно будет.

— Ну, ты и сваха. — Сапёр лишь покачал головой и направился в дом, перехватив автомат под магазин.

Пилюлькин, оставшись на посту, лишь тихо засмеялся, допивая уже холодный чай, который Лена приносила Даниилу. Сам парень решил прислушаться к совету и, лишь скинув обувь и разгрузку с автоматом, забрался на печь, устраиваясь под боком у девушки. Лена словно почувствовав это, в наглую закинула на него ногу. Впрочем, это Даня не заметил, сразу отрубаясь в сон.

Глава 20. Север.

Сапёру не потребовался будильник, чтобы проснуться к рассвету. В нём вновь брали верх привычки спать столько, сколько нужно и вставать к собачей вахте, когда противник больше всего любит нападать. Впрочем, оно и понятно, ведь молоденькие новобранцы в пять-шесть часов утра сонные и плохо соображают, особенно если не сменялись грамотно и стоят на посту уже четвёртый час.

К своему удивлению, парень отметил, что сейчас ему ничего не снилось, даже наоборот, было некое спокойствие и уют, впрочем, чего нельзя сказать о физическом состоянии. Даня забирался на печь, оставшись в камуфляже, не снимая куртку, однако сейчас та была расстёгнута. Лена, явно просыпавшаяся ночью, в наглую прижалась к нему, запустив руку под футболку парня, при этом положив голову ему на грудь и закинув на него ногу. Удивлённо посмотрев на то, как девушка изогнулась с целью максимально прижаться, Сапёр предпринял попытку аккуратно выбраться, но его цепко держали и когда он начал медленно переползать ближе к краю, ему в кожу на груди впились коготки девушки и та, лишь простонав что-то не членораздельное, прижалась крепче.

— Не, так дело не пойдёт. — Поморщился Даня и просто спихнул Лену с себя, рывком соскакивая с печи.

Как ни странно, но девушка не проснулась и лишь в попытках что-то обнять, оккупировала подушку полностью.

Быстро обувшись и накинув разгрузку, парень подхватил сумку и автомат, направляясь на кухню. В первую очередь, набрав воды в бутылку, а во вторую, в спокойствии проверить ещё раз оружие. Проходя мимо спальни, где ночевали Пилюлькин и Алёна, он увидел, что девочка, словно переняв манеру Лены, сгребла подушку старика в охапку и прижала к себе. Однако деду было все равно.

Проведя ряд утренних процедур, Даня вышел на улицу и застал Макса, который упорно сидел и выщелкивал патроны из магазина в полотенце, чтобы не сильно шуметь.

— Молодец. — Тихо произнёс Сапёр.

Явно сонный Максим оглянулся, однако промолчал.

— В случае чего, тебе защищать Алёнку, так что тренируйся боец. Девушки любят сильных и умных. А сила сейчас, далеко не в правде, как завещал великий брат, а в оружии и навыках. И у кого есть оружие и навыки, тот и сильней. — Даня похлопал парня по плечу и, пристроив сумку на спине, перекинул ремень автомата через плечо.

— Пилюлькин сказал не желать удачи... — Прошептал Макс.

— Правильно. Удача в нашем деле, та ещё сука, может весь путь вести за ручку, а в конце предоставить чек с оплатой... — Усмехнулся Сапёр.

— Возвращайся. — Парень глянул на Даниила, но тот лишь усмехнулся и, перехватив автомат в походное положение, направился в лес, на север.

Собственно лес не поменялся. Все те же деревья, все тот же кустарник и все та же сапёрная тропа, по которой двигался боец, осторожно обходя поставленные им же растяжки. За ночь к их пункту временной дислокации так никто и не сунулся, это удивляло, учитывая, что совсем рядом, всего в нескольких километрах располагалось логово волков. Впрочем, сам факт наличия волков его не напрягал. У него имелся АКМ под 7,62х39 и не полный, но усреднённый такой боекомплект, который он раньше брал для боев в поле. Ко всему прочему, две гранаты в подсумках и три в сумке. Хватит, чтобы устроить локальное боестолкновение с группой противника, если у той не будет бронетехники.

С бронетехникой у Сапёра в принципе не ладилось. Одно дело кататься на БТР или БМП, но совсем другое попадать под огонь того же КПВТ, который деревья переламывает, превращая очередями пролесок в вырубку, а уж что говорить о более серьёзных стволах по типу 2А72, так и представить страшно.

Однако Даниил не позволил себе вновь впадать в воспоминания о том, как он когда-то ползал под огнём бронетехники, переключившись мысленно на рабочие рельсы и словно заглушая все лишние мысли, коих у него было огромное множество. Начиная от невысказанных вопросов и заканчивая похабными мыслями, подтверждаемыми утренним состоянием стояния. В конце концов, он был двадцатилетним парнем и у него были свои чисто физические потребности, о которых порой приходится забывать, чтобы нормально выполнить поставленную задачу.

Задача в этот раз была крайне не простая. Ему требовалось проверить местность в крайне большом квадрате, однако видимо Госпожа Судьба решила разыграть карты иначе и потому, всего метров через семьсот, Даниил вышел к большому полю, которое тянулось на километры вдаль. Прикинув по высоте большого пальца размер деревьев вдалеке, Даня лишь поморщился. До другого конца поля было километров пять и это только навскидку. Однако были ещё некоторые странные моменты, которые парень не учёл. По левую руку виднелся производственный комплекс, причём достаточно далеко, километрах в двух. Обнесённый бетонным забором, с парой явно уже брошенный зданий и полуразрушенной трубой.

— Мда... То ли я херовый топографист, то ли Пиля херовый разведчик. — Сапёр вернулся метров на десять назад в лес и взялся разбираться с набросанной в блокноте схемой местности.

Вспоминая слова Пилюлькина о том, как он шёл, парень изменил маршрут. Во-первых, по правую сторону поля имелась дорога, причём далеко не грунтовка, а заасфальтированная. Во-вторых, Даня просто не видел смысла продолжать путь на север, поскольку выйдя в поле, он становится отличной мишенью, да и если там нет интересных построек, то и нет смысла так далеко заходить. Опять же, дорога могла вполне оказаться той самой, где накрыли ментов в их же машине. Причём, судя по направлению дороги, парень сделал весьма смелый вывод, что уходит она примерно на юго-восток и не куда-нибудь, а к тому самому Союзу, так как в том же направлении располагался и хутор. Так что этот вариант сразу отрезается. Там Дане делать нечего, а мысли побыть вольнонаёмным отпадают сразу, поскольку при нем несколько гражданских, которых там попросту загнобить могут. Другое направление дороги вело на северо-запад, где, по рассказам Пилюлькина, должна находиться река.

Собравшись с мыслями, Сапёр решил всё же сунуться сначала к трубе, осмотреть что там, дабы окончательно убедиться в заброшенности зданий, а после уже двинуться к разрушенному мосту с целью поиска места для форсирования реки. Ему всё меньше нравилось их положение на местности, поскольку почти со всех сторон их Сторожка была окружена потенциально опасными направлениями. Впрочем, другие варианты были ещё хуже, так например на этом вырезке завода и вовсе нереально закрепиться.

То, что это вырезка, Даниил понял быстро. Пройдя параллельно краю поля, но с углублением в лес метров на двадцать, он вышел к краю стены и к его удивлению, стена закрывала этот участок лишь с двух сторон, складывалось стойкое ощущение, что какой-то завод попросту разрезали по диагонали и переместили.

Стены были лишь с северной и восточной стороны, причем начинались буквально с пустого места, с полуобрезанного бетонного блока. Во внутреннем полупериметре, как оказалось, находились ещё и гаражи. И вот то, что творилось у них, Даню сильно напрягло. У гаража стояла машина в полицейской окраске и с мигалкой. С дистанции ему было сложно разобрать модель, но сам факт сильно напрягал.

Прикинув примерную высоту подвески, Сапёр пришёл к выводу, что машина всё же приехала своим ходом, а это значит, что внутри зданий может находиться противник, поскольку единственная полицейская машина, о которой он знал, была угнана бандитами.

Бегло проверив готовность оружия, Даня крайний раз утвердился в том, что и в пистолете и в автомате, патрон находится в патроннике. Мысленно настроившись на боестолкновение, Сапер чуть пригнулся, удерживая АКМ по направлению противника, на ходу скидывая переводчик огня в режим автоматического. До крайнего гаража было метров сто открытого пространства и, решив не рисковать, Даня пошёл, контролируя окна ближайшего здания сквозь прицельную планку. Всё нутро парня вопило о том, что его уже засекли и сейчас будут стрелять. От этого он непроизвольно сжался, поджимая локти к себе и перехватывая автомат под магазин, вместо привычного хвата за цевьё.

Шаг, взгляд влево, ещё шаг, контроль окон, следующий шаг, быстрый взгляд вниз, чтобы не запнутся. Не вертя головой, лишь сосредоточенно высматривая возможные огневые точки противника. В какой-то момент, когда до гаражей оставалось метров десять, край поля зрения словно резанули ножом. В окнах мелькнул силуэт. Сапёр среагировал сразу, довернув корпус, держа потенциальное направление под прицелом, лишь скользнув взглядом вперёд по ходу движением, чтобы больше на это направление не отвлекаться.

Контакт начался резко, причём начал его именно Сапёр, что возможно и спасло ему жизнь. Заметив в одном из окон фигуру с оружием, он отработал по окну короткой очередью, сразу перебегая за гараж, благо дистанция была буквально для одного рывка. По нему в ответ хлопнули из двустволки, судя по спаренному выстрелу. Укрываться за тонкими стенками гаража боец не стал, сразу сдвигаясь за постройки меж задними стенками автобоксов, держа сам проход на прицеле. От дальнего края гаражей до дома, из которого по нему стреляли, было метров тридцать, так что Даня имел все шансы спокойно добраться до здания, а учитывая, что единственный видимый транспорт находился у гаражей, то противнику деваться некуда.

Прекрасно понимая, что стрелок с ружьём может сменить позицию и выйти к нему практически в упор, Сапёр решил пробежаться, прямо до самого конца коридора, при этом удерживая оружие в направлении потенциального противника. Для кого-то это может показаться глупо, мол, он побежал как в какой-то игрушке, ведь на куче видео, где бегают спецназовцы, они опускают ствол в землю, а в случае необходимости, просто вскидывают оружие, вот только Даниил не спецназовец и не снимает красивое видео. Практика и опыт научили его никогда не опускать ствол, если противник может появиться в любой момент, ствол всегда должен смотреть в направлении противника.

Добравшись до угла, парень резко присел, выглядывая и оценивая обстановку. С видимой ему стороны здания был вход, а пространство перед ним завалено грудами разломанной мебели, которую явно выбрасывали из окон. Чуть в стороне, куча брошенных покрышек. Сразу сложилось стойкое ощущение, что здесь раньше играли в различные военно-тактические игры и тренировались шароплюйщики. Слишком уж хороший полигон для таких мероприятий.

Не заметив ничего опасного, Сапёр вынырнул из-за угла, сразу прижимаясь к стене слева и двигаясь вдоль неё. Добравшись до второго края стены, парень выглянул на пространство перед гаражами и к своему удивлению, обнаружил, что из дома выбралось тело в полицейской форме и, неумело удерживая АКС-74у, двигалось к тому краю, за который тогда нырнул Сапёр.

Дистанция была метров сорок, не больше, так что, прицелившись в левую ногу, Даня плавно потянул спуск, тут же отпуская. Отсечь одиночный все же удалось. Как и попасть. Мужчина как подкосился, упал на землю, выронив автомат и начав истошно орать, пуля хорошо так прошила икру, оставив входное и выходное отверстие, а между ними раневой канал в котором месиво.

Раненый сразу закричал и под его крики, Сапёр сразу рванул к входу в здание. Перед дверью остановившись и осмотрев проход на предмет растяжек, однако, не обнаружив таковых, сразу ринулся внутрь. Как оказалось, это действительно было офисное здание, с характерной планировкой в виде зала регистрации и двух коридоров, уходящих в стороны, с множеством кабинетов. Памятуя, что где-то на втором этаже есть тело с двустволкой, Даня двинул сразу на лестницу, потому как тело в форме либо выпрыгнуло в окно первого этаже, либо подошло извне, что вряд ли.

Сапёра встретили практически на пролёте между первым и вторым этажом. Парень поднимался на него вперёд спиной, удерживая на прицеле дверь в коридор второго этажа, оттуда прилетел дуплет, однако стрелок видимо перепутал патроны, поскольку свинцовые пули ударили в стену над головой Дани, выбивая крошку, которая осыпалась на пол. Недолго думая, тот вскинул руки с автоматом, выдавая очередь в дверной проём, чисто покрывая сектор, после чего отпуская автомат и выхватывая из подсумка гранату. Быстро сдергивая контровочную леску, Сапёр запустил гранату в проём, тут же спрыгивая по лестнице вниз и хватаясь за автомат, что повис на оружейном ремне, накинутом на шею. Двухсекундная задержка и взрыв. Уши, которые и так после стрельбы очередями в замкнутом пространстве, словно ватой забило, в очередной раз заложило, от чего появилось ощущения, словно он подводная лодка и где-то в черепной коробке мирно вращаются винты, от которых идёт непрерывное приглушённое гудение.

Сразу после взрыва, Сапёр ринулся обратно на этажный пролёт, держа на прицеле проход, однако по нему никто не стрелял. Поднявшись на этаж, он увидел тело, лежащее в коридоре, как раз с двустволкой и с сильно изорванной на спине одеждой. Что характерно, тело в камуфляже. Не размышляя лишний раз, боец произвёл контрольную отсечку двоечкой в голову тела, чтобы наверняка не встало. От попадание пуль мужчина дернулся пару раз, но и так было ясно, что он мёртв, контроль был необходим только для спокойствия Сапёра.

Бегло оценив обстановку, Даниил отметил, что правое крыло, если смотреть от лестницы, пустое, поскольку дверь выбита и укрываться там некому, так как в коридоре полно мусора и разбитой мебели, в то времени как в противоположном крыле, относительно прибрано. Двинув в выбранном направлении, он вскинул автомат, прижимаясь к правой стене, так как первая дверь была справа.

Когда до проёма оставалось меньше метра, из него появился сначала ствол, после чего уже и физиономия человека. Действуя чисто на рефлексах, Сапёр ударил стволом автомата по стволу в руках противника, сбивая вниз, после чего отпустил своё оружие. Левой, ухватившись прямо за ствол отбитого оружия, резко рванул на себя, параллельно с этим нанося удар в голову.

Мужчина такого не ожидал, видимо надеясь высунуться в коридор с неожиданной стороны и расстрелять гостя, однако к рукопашной схватке был готов. Сразу отпуская свой автомат, позволяя выдернуть его из рук, но помешал ремень, накинутый на шею, от чего мужика попросту дёрнуло навстречу кулаку. Удар пришёлся в челюсть, однако противника не вырубило, так что Сапёр, скользнув рукой вниз, перехватил правой автомат за шейку приклада, резко крутанув ту на себя, при этом левой рукой нанося удар зажатым в ней стволом автомата, в голову. Мужчина, словив резкий удар в челюсть, опешил, но понимая, что последует дальше, принял удар стволом на подставленную левую руку, в классическом боксерском блоке, тут же замахиваясь левой. Вот только Сапёр был не из тех, кто действует по отработанным упражнениям. Скользнув стволом по блоку, он резко отвёл автомат назад, окончательно запутывая ремень на шее противника, и тут же с близкой дистанции ткнул дульником в лицо аппонента.

Не ожидая такого весьма подлого удара, поскольку дульник проскользил по скуле упираясь в глаз, что было весьма болезненно, противник схватился за оружие, пытаясь его оттянуть, но Даня быстро перехватился правой рукой с шейки приклада на пистолетную рукоять и дёрнул спуск. Приглушенно грохнул выстрел. Мужчина дернулся, разбрызгивая на стену позади содержимое черепной коробки, после чего сразу стал обмякать.

Отпустив автомат противника, Сапёр быстро вскинул АКМ и направился дальше осматривать комнаты. Как оказалось, бандиты обжились весьма уверенно. Натаскали матрасы, кинули ящики с обломками деревянной мебели рядом с кострищем в обрезках жестяной бочки, сюда же натащили разной бытовой мелочёвки, начиная от кастрюль и заканчивая кулером.

В одной из комнат нашёлся полноценный склад провизии по нынешним меркам: четыре коробки с армейскими индивидуальными рационами питания, целая коробка с различными продуктами быстрого приготовления, так же с десяток пятилитровых бутылок.

— Для троих многовато. — Прошептал Даниил и не услышал собственный голос, поскольку был всё ещё слегка оглушён после стрельбы.

Решив разобраться сразу, Сапёр обошёл комнаты в поисках сумок и действительно нашёл. Баулы, а так же парочку армейских рейдовых рюкзаков по типу 6ш118. На удивление, не пустых, а набитых мелкими радостями мародёра, по типу спальника, горелки с баллоном газа, а также пачками с патронами и сменной одеждой, впрочем, рюкзаки были набиты лишь наполовину. Вспомнив об одежде, Даня прихватил один из рейдовиков и притащил к телам, сразу занявшись сбором пожитков. А поживиться было чем. С убитого выстрелом в глаз, Сапёр прикарманил ещё одни часы, рацию, разгрузку 6ш116, АК-74М, ПМ и комплект «пиксельки», точно такой же, какую Даня нашёл на хуторе. От чего закрался логичный вопрос: «Откуда?».

Быстро скинув смародеренное имущество в рюкзак, он перешёл к следующему телу. Первое что сразу бросилось в глаза — это импортная двухстволка.

— Беретт шестьсот девяносто два, спорт. — Прочитав вслух название, Сапёр удивлённо глянул на труп полноватого мужичка. — Да вы, батенька, были эстетом.

Закрепив двустволку на боковых лямках, Даня быстро пробежался руками по карманам, но к своему сожалению нашёл лишь небольшой сенсорный смартфон и патронташ на шестнадцать патронов, ещё около двух десятков патронов россыпью в карманах. А вот пистолет его приятно удивил. В кармане кожаной куртки у мужичка лежал СР-1, к которому имелось аж два полных магазина. В штатную ПМовскую кобуру он влезал, хоть и туго, так что, бросив ПМы в рюкзак, Даня сразу прикарманил новенький Гюрзач. Опыт работы с данными пистолетами у Сапёра был и он вполне обоснованно считал СР-1 одним из лучших пистолетов, ныне произведённых, по крайней мере, среди тех, с которых он стрелял.

Разобравшись с пожитками и отнеся рейдовик на первый этаж, Даня двинулся к гаражам, чтобы разобраться с ментом. Почему-то у него была стойкая уверенность, что во втором здании никого нет. Своей чуйке Сапёр научился доверять и потому решил сначала разобраться с раненым, а потом проверить дом.

Мужчина в полицейской форме все ещё лежал, но уже тихо матерился, зажимая рану. Автомат всё так же валялся рядом. Усмехнувшись картине, Даня спокойно приблизился и подобрал укорот, сразу накидывая ремень через плечо, складывая приклад и утягивая автомат за спину.

— Ну, че, мужик, больно? — Спросил парень, легонько пиная тело по раненой ноги.

— Ай, сука! — Завопил раненый, сгибаясь в позе эмбриона.

— То ли ещё будет. — Хмыкнул Сапёр, бегло оглянувшись.

Не заметив ничего потенциально опасного, Даня ухватил раненого за ворот куртки, оттаскивая в один из гаражей, тот упирался, пытался вырваться. В итоге парню это надоело, и он сначала хотел было связать руки раненому ремнём, но потом увидел на ремне подсумок с наручниками, так что всё решилось само собой.

Вскоре, бывший полицейский сидел у стены, прикованной к батарее отопления, стоящей в гараже. Напротив него стоял Сапёр, постукивая по руке ножкой от стула, найденной в куче мебельного хлама.

— Ну, смотри, я задаю вопрос, а ты честно отвечаешь. Если ответ мне не нравится, ты огребаешь. Договорились? — Ухмыльнулся Даниил, приблизившись и присев напротив мента, тот лишь морщился от боли.

— Значит так. Ты, был водителем вот того форда. — Парень кивнул себе за спину. - Однако, когда к вам подвалили бандиты, ты сказал, что ты водитель, а на пассажиров тебе плевать, особенно на девку.

Мужчина нахмурился, от чего Дане хотелось рассмеяться. Он был прав, и они оба понимали это, более того, мусорнувшийся мент видимо уже даже представил, что с ним сделают за такую перебежку.

— Поэтому ты мне сейчас расскажешь. Где остальная банда? — Ухмыльнулся Сапёр.

— Нет её. — Поморщился мент, видимо смирившись с тем, что врать бесполезно.

— А куда же она делась? — Поинтересовался парень, крутанув ножку от стула и занеся для удара.

- Четверо пошли следаков прессовать, так их волки загрызли, Филин и Глаз со мною поехали, машину загонять. Когда те не вернулись, пошли проверить, а там месиво. — На духу выпалил мужчина, в страхе глядя на выпирающий из ножки гвоздь.

— И вы, конечно же собрали все что можно... Куда вы это дели? – Сапёр, увидев взгляд мента, на всякий случай вновь крутанул ножку.

— В Торжке продали. Глаз сказал, что им столько стволов не надо, а жратвы и воды почти не осталось, вот и сторговались. Филину форму нормальную купили, жратвы дохрена, воды, патронов. Глаз хотел за реку уходить, говорил, там мирняк часто мелькает у моста. — Мент нервно сглотнул. — Говорил, что в округе только Торжок и кодла Фитиля, и что тут по беспределу не поработать и тройке ловить нехрен.

— Как он хотел на ту сторону реки перебраться, тем более с машиной? — Даня надавил коленом на рану, чтобы раненый не расслаблялся, ибо говор мента стал уверенный и Сапёр уже начал подумывать, что тот ему привирает.

— Ай, блять! Да брод там есть! Километрах в четырех дальше по дороге если проехать! Там дорога как раз в брод упирается, но трём там машину не вытолкать если заглохнет, Глаз хотел ещё потеряшек найти, чтобы вытолкнули машину! — Почти завопил мужчина, дергаясь.

— Ну и хорошо. — Парень хмыкнул и выудив нож, спокойно вскрыл глотку раненого, после чего снял с того наручники и взялся за мародёрку, пока тело ещё с хрипом боролось за жизнь, пытаясь вдыхать, но получался только булькающий звук.

У мента нашлись лишь запасные магазины к АК под 5,45, полные, в классическом советском подсумке на четыре магазина. Так же штатный штык-нож, ну и всякое по мелочи, по типу зажигалки, кошелька, сигарет, коим Даня весьма обрадовался и ключей от машины.

Решив сразу разобраться с проблемами, которые могут возникнуть потом, Сапёр направился к форду. Как ни странно, но бак был почты полный, а сама машина на ходу, разве что разгружена. Перегнав её ближе к входу в первое здание, Даня быстро в несколько рейсов закинул на задние сидения рейдовые рюкзаки, а в багажник коробки. Так же и все канистры. В принципе, стало ясно, что Глаз и Филин от мента попросту избавились бы, поскольку при такой нагрузке, места в салоне осталось лишь на двоих.

Для удовлетворения своих интересов, Даниил быстро сбегал до второго дома, обойдя помещения, но ничего интересного не нашел. Впрочем, внутренний хомяк и так радовался. Правда возник другой вопрос, как ему на форде проехать к сторожке. Впрочем, решив с этим разобраться на месте, Сапёр уселся за руль, выкатывая на машине с территории бывшего завода, сразу направляясь по краю поля к точке его выхода из леса. Найти её было относительно сложно, так что Даня лишь прикидывал по виду на трубу промзоны.

Потратив минут пятнадцать на поиски, он всё же обнаружил свой выход и, заглушив двигатель, выбрался из машины, осматривая возможность подъезда. Возможность была, однако потребовалось прорубить кустарник, дабы спокойно заехать и, в принципе, можно было углубиться сразу метров на двадцать-тридцать. Что Даня и сделал, взяв всё тот же нож, которым резал горло менту. Оценив многофункциональность финки, Сапёр довольно быстро расчистил проход и, вернувшись к машине, загнал её в глубь леса, после чего слегка закидал срубленными ветками, вытаскивая с заднего сидения один из рюкзаков. Тот самый, к которому была прикреплена двухстволка. На всякий случай, он оставил четыре классические растяжки на подходах к машине, на случай если кто-то всё же сунется.

Довольный собой, парень быстрым шагом двинул к Сторожке, но, уже подходя к сапёрной тропе, он напрягся. Тишина. Нет, лес и до этого был тихий, но тишина со стороны Сторожки его напрягала сильнее. Казалось бы, уже довольно светло, время на часах около одиннадцати утра, тот же Пилюлькин должен был проснуться и гонять Макса, но было тихо.

Скинув рюкзак на землю, Даня вскинул автомат, осторожно приближаясь к Сторожке по тропке, обходя растяжки. Как оказалось, перед домиком тоже никого не было, что ещё больше напрягало, но и следы боя отсутствовали, как и тела.

Решив всё же перебдеть, Сапёр подкрался к окнам, ведущим в спальню и, заглянув внутрь, никого не увидел, так же и со второй спальней. Ничего не понимая, он перетянул автомат за спину и выхватил из кобуры СР первый, аккуратно дослав патрон в патронник. Зайдя внутрь Сторожки, он, наконец, услышал тихие разговоры со стороны кухни.

Рывком сместившись к дверному проёму в кухню, он вскинул оружие, целясь в пространство комнаты, однако замер от удивления. Пилюлькин стоял у кухонного фурнитура и спокойно пил что-то из кружки, Алёна и Лена стояли рядом. За столом сидели Макс и тот, кого Даня никак не ожидал увидеть.

— Ну, здравствуй, Сапёр. — Улыбаясь, произнёс гость. — Давненько не виделись.

— И тебе не хворать, Кабан. — Даня хмыкнул, убирая пистолет в кобуру.

Глава 21. Неудобная правда.

Сидя за столом напротив Кабана, Сапёр анализировал свои действия и не мог понять, где же он прокололся. Как всё привело к тому, что тот, кто по нему стрелял, вдруг сидит перед ним и спокойно пьёт чай.

Когда Даниил вернулся, Алёна, Максим и Лена резко вспомнили, что у них есть дела. На кухне остались лишь Сапёр, Кабан и Пилюлькин.

— Как обошёл растяжки? — Поинтересовался парень, спокойно доставая пачку сигарет. Выщелкнув одну и зажав зубами, он принялся оглядываться в поисках зажигалки.

— Позвал твоих друзей. Объяснил, что я к тебе с целью поговорить. — Усмехнулся Кабан, спокойно отпивая чай из кружки.

Даня, наконец, нашёл зажигалку в одном из карманов сумки и, чиркнув колесиком, поджёг сигарету, откладывая зажигалку на стол. Тяжко вздохнув, Сапёр посмотрел на Пилюлькина, как на предателя, после чего затянулся.

— Мда... Навешал им лапши с три короба. Как нашёл это место и как понял, что мы тут? — Спросил Даниил, выдохнув сизый дымок.

— А вот это ты можешь помыслить сам. — Мужчина довольно ухмыльнулся. — Можем сыграть в горячо и холодно, если хочешь. Времени у меня ещё пару часиков есть, потом мне, правда, придётся уйти, но у тебя ведь рация Клина, так что мы всегда можем связаться по ней.

— Сыграем. — Хмыкнул Сапёр. — Я расскажу свою версию, а ты, если что, подправишь.

Даниил стряхнул пепел в миску, после чего вновь затянулся. Кабан лишь кивнул, сложив руки на груди и приготовившись слушать рассказ.

— Значит так. Не так давно, был один прапорщик, проснулся он в землянке, на нычке мин и гранат. Поняв, что дело пахнет керосином, он решил пройтись по окрестностям. Наткнулся сначала на ваш патруль из Лагеря, пострелял, после чего ушёл обратно. Вы тогда ещё не прочухали в чем прикол, но с вашей стороны в низине он установил пару растяжек, после чего рискнул пойти в другом направлении, но нашёл лишь уже обнесенную шиномонтажку. Не знаю, что произошло там, но третья его ходка была в этом направлении, и он наткнулся на сторожку, где твои ребята прирезали паренька, даже не похоронив, а девку затрахали до полусмерти. — Даниил сделал пауза, глядя как Кабан удивляется, но лишь согласно кивает. — Так вот, парня он похоронил, а девку оттащил в землянку, попытался выходить, но не вышло. Тогда кто-то из ваших сунулся в низину и подорвался на растяжке, ну, он и решил все расставлять, дабы обезопасить себя. Девка, кстати, по итогу откинулась, а он заболел какой-то мутью похожей на тубик наружный и тоже откинулся.

Пилюлькин с интересом слушал рассказ, попивая чай и глядя то на Сапёра, то на Кабана, который пришёл безоружным, что его и удивило, практически вынудив провести.

— Затем, появляется новое действующее лицо, то бишь я. К тому моменту вы на том поле уже семерых потеряли. Одного бойца и шесть принудительных сапёров. — Даниил усмехнулся. — Я показываю, что не дурак, а потому меня оправляют это говно разминировать. Однако, поняв, что я слишком быстро до всего докопаюсь, ты решил направить меня в нужное русло и в нужный момент забрал с собою Яра, оставив Клина. Не знаю на что ты рассчитывал, но Клина мне устранить удалось, как видишь, на мне все ещё его разгруз и я хожу с его АКМом. Затем я естественно дал по тапкам, а ты, видимо почувствовав выгоду, решил меня не гасить. Потому что я не верю, что такой боец как ты, на дистанции метров в двести промахнётся. Клин-то на четыре сотни превосходно отработал по двери, практически не видя меня, а тут ты, куда более опытный и подготовленный. Так что, допустим, ты просто решил меня пощадить, ибо понимал, что я ничего не смогу в лесу без жратвы, в окружении бандитов. А теперь вопрос на миллион, ты имел связь с Торжком.

От констатации факта, Кабан расплылся в довольной улыбке.

— В правильном направлении капаешь, Сапёр. В тебе прям детектив умирает. — Тихо смеялся мужчина. — Продолжай.

— Естественно, что имея связь с Торжком, ты утром следующего дня узнал, что неизвестный вырезал целый хутор... На счёт машины не знаю, сработала СВУ или нет. — Даня поморщился.

— Сработала. — Подсказал Кабан. — Хорошо сработала, трое тяжелых, с серьезными повреждениями конечностей, а транспорт в минус. Сильно ты им подгадил, тут базару ноль.

— Вот. Так что ты, понимая, что мне собственно нырять больше некуда, пришёл к логичному выводу, что я укрылся в сторожке. — Хмыкнул Даниил. — Поскольку с двух сторон я был отрезан и фактически сжёг мосты, а так же забрал с хутора запас провизии на неделю. А, ну и ещё, по пути сюда от хутора я зашёл на поле, забрать всю взрывчатку, что там была и попутно порешил двух ваших надзирателей, что народ на убой пускали. Что характерно, вон, Пилюлькина вытащили. Его, кстати, ваш Князь обработал, а зря, считай, врача хорошего потеряли.

— Врача? — Не понял Кабан, глянув на старика. — Серьезно?

— Майор медицинской службы, в отставке. — Согласился дед.

— Мда, ну Князь и мудак. — Кабан поморщился. — Пилюлькин же, верно? Ты извиняй, он у нас за безопасника, всех новеньких, кого находят, обычно к нему притаскивают, он же сам следак бывший, раскалывает кто по чем и чего стоит.

-— Ну-с, единственное, что мне не понятно, это твоя заинтересованность в моей персоне и нахрена ты припёрся. — Хмыкнул Даниил, вновь затягиваясь сигаретой.

— Все просто. Ты опытный и подготовленный боец, по тому, как ты от меня ломанулся было сразу видно, но давай я внесу некоторую ясность. Когда ты завалил Клина, я действительно не стал тебя гасить и надеялся выйти с тобою на связь по его рации, но не получилось. Получив информацию из Торжка и позже от дозорной группы, что была выслана на поле, так как группа разминирования не вернулась вовремя, я сопоставил факты и действительно решил, что ты тут. Поэтому сейчас я официально направился в Торжок к товарищу, который меня прикроет, на случай какой перестраховки от Фитиля. Поэтому давай решим сразу. Либо мы с тобою работаем вместе, либо на эту сторону реки тебе хода нет, и ты валишь за реку. — Кабан чуть пригнулся над столом, уперевшись в него локтями.

— Хорошо, допустим, мы будем сотрудничать. Какая от этого выгода мне? Как я понимаю, тебе нужно устранить неугодных, но какой в этом резон для меня? — Усмехнулся парень, отклонившись чуть назад, стараясь держать дистанцию.

— Ну, смотри. У меня есть доступ к современным устройствам, и я могу достать парочку интересных. Что ты думаешь на счёт этого? — Он расстегнул куртку, выудив свёрток из внутреннего кармана и положив его на стол, сразу разворачивая.

Увидев содержимое свёртка, Даниил удивлённо хмыкнул. Он ожидал увидеть что угодно, вплоть до наркоты, но чтобы ему предложили теплак, не самый хороший, но теплак. Пульсар с потёртой маркировкой XM22 . Хотя даже такой в нынешних реалиях имел большую ценность, поскольку давал большие возможности в тактическом плане.

— Ну и кого же мне требуется убить? — Ухмыльнулся парень, переводя взгляд с теплака на хищно скалящегося Кабана.

— Всё просто. Хотя для тебя, наверное, не совсем. Видишь ли, Фитиль очень умный мужик и в начале своего становления он все держал в ежовых рукавицах, все работали, поскольку понимали, что подыхать никто не хочет. Когда же Резервация для нас открылась, то небольшая группа дилетантов, которых до этого гнобили и загоняли под шконку, откололась. Группа тупых и борзых чертей, которым не писаны законы и которые улыбались в лоб, но плевали в спину. Вот они свалили, обосновавшись в руинах завода, а совсем недавно, буквально пару дней назад, оказывается, они потеряли большую часть состава. Мой товарищ, который сидит в Торжке, предупредил, что они приезжали всего втроем на ментовской машине и продали целую кучу стволов в обмен на жратву, снарягу и прочее. — Мужчина ухмыльнулся. — Так что, как понимаешь, их трое и они далеко не так хороши. Загасить их сам, я не могу, братва не поймёт, однако...

— Однако грязную работу ты собираешься сделать чужими руками. Дай угадаю, одного из них зовут Глаз, верно? — Хмыкнул Сапёр. — Пересекался, встречным боем разошлись, пришлось гранату откинуть. С одним АКМом против двух калашей и гладкого переть как-то самоубийственно.

— Вот, какой ты молодец, уже все узнал, все разведал. — Кабан довольно улыбнулся и засмеялся. — Мне б десяток таких как ты и можно было Торжок захватить.

— Ну, допустим я устраню Глаза и его группу, как мне подтвердить, что они всё? Тела их таскать? Или головы срезать? — Даниил поморщился. – Впрочем, резон их устранять и так ясен, пока такая полная группа печенегов под боком, вам сложнее потеряшек ловить. Ты в курсе, что мент, который с ними, это походу водила той машины, что они отжали, двух других на убой пустили. Я уже успел прогуляться, посмотреть. Там полянка, где двух ментов порвали, а так же тела волков, ну и видимо ребят из кодлы Глаза. Кстати Глаз был в пиксельке, ну, как на мне, как и его товарищ, а вот мента они так по форме и оставили. Вроде как я даже его задел, хер знает, когда он проорал, я уже оттягивался.

— Так, а вот этого я не знал. — Нахмурился Кабан. — Впрочем, на счёт того, что они машину отжали у потерях, это факт. Впрочем, да, ещё одна причина для их устранения. Так вот. У Глаза телефон должен быть, сенсорный, вот его и притащишь.

— Нихрена не понимаю... А нафига тебе его телефон? — Удивился Сапёр. — Да и как мне понять, что это телефон Глаза?

— Потому что телефоны в Резервации мало у кого есть. — Хмыкнул Кабан. – Впрочем, даже не заморачивайся. Глаз, насколько я знаю от своего информатора, что был в его группе, этот телефон с одного из потеряшек поднял. Занятная такая мобила, да только Глаз её активировать не смог, статуса видать не хватило или знаний. Фитиль же, сам с мобилой и... Короче, мобилы в Резервации очень полезные, но не для простых работников ножа и топора, как мы с тобою, а для таких технарей как Фитиль, кто в начальниках ходит.

— Мда... — Сапёр отложил бычок сигареты в миску, почесав лоб. — Как связь держать будем?

— У тебя радейка Клина ещё сохранилась? — Поинтересовался Кабан, выкладывая на стол небольшой аккумулятор.

— Ну, допустим. — Кивнул Даниил. — Я так понимаю, это к рации?

— Именно. Частота та же. Наши сдвиг сделали, а у тебя по идее должна была на том же канале остаться, так что по ней связь... — Мужчина глянул на наручные часы. — Ну-с, вроде как всё что надо сказал...

— Кабан. Ты упомянул реку. Я саму реку не видел, но я так понимаю, что она где-то в стороне противоположной хутору. Верно? Что на том берегу? — Поинтересовался парень.

— Да, к дороге выходишь и вот она к реке ведёт. А за рекой... А за рекой насколько я знаю тоже народ есть, даже город какой-то, но там свои заморочки. Знаю только, что нашей братии там поменьше, поскольку у них там некоторое время, примерно месяц назад, какой-то парнишка резко охоту на братву устроил и целую группировку прямо в их лагере в ноль вырезал, а потом ещё и по мелочи соседних прессовал. Там всё очень мутно. — Кабан нахмурился, потерев переносицу. — Впрочем, тебе с твоими, наверное, реально стоит туда податься. Ловить тут тебе нечего, разве что... Сотрудничать. Обмен информацией и все дела. Всё же информация сейчас самый дорогой ресурс.

— Нда. Ладно. Тогда когда на связь выйдем? — Спросил Сапёр, доставая ещё одну сигарету.

— Завтра утром. Каждое утро, примерно на рассвете. Думаю, что ночью ты слегка поиграешься с этой штучкой. — Спец усмехнулся, вставая из-за стола, при этом легонько постучав ногтем по корпусу теплака. — Впрочем, чем раньше ты отработаешь по группе Глаза, тем лучше.

— Тогда до утра. — Хмыкнул Даниил, также поднимались.

Кабан по-деловому протянул руку, Сапёр её пожал.

Завершив встречу на весьма мирной и деловой ноте, они разошлись. Даня, конечно, вывел гостя по сапёрной тропе мимо растяжек, после чего быстро вернулся в сторожку, назначив экстренное собрание.

— Нда... Неловко вышло. — Поморщился Пилюлькин. — Он твоим другом хорошим представился, весьма досконально тебя описал, позывной назвал... Ну и я подумал, что кто из твоих товарищей.

— Нет у меня товарищей среди их шоблы. Нет и не будет. Даже сейчас, Кабан лишь временный союзник. Как только он перестанет нуждаться во мне, меня тут же и порешают. — Сапёр поморщился. — Говно. У них теплаки есть и много, настолько, что они готовы ими разбрасываться... Телефон ещё этот.

Парень выудил телефон из кармана, пытаясь понять, что же в нём не так, но тот даже не включался.

— Батарея может села. — Предположила Лена. — Печально.

— Вот именно, что печально и нихрена не ясно. — Парень потёр веки. — Ладно, хрен с ним. Значит так, сейчас готовность номер один, я иду, собираю растяжки, пакуем по ящикам и уносим. Лена, форд на котором вы ехали, я захватил, стоит в лесу, быстро относим всё к нему и сваливаем нахрен за реку. Должны управиться до вечера. Правда, места там уже практически нет, так что ящики будем крепить на крышу, благо альпшнура дохрена. Всё, быстро собираемся. Пожитки вытаскивайте на улицу и складывайте перед домом. Пиля, я потом растяжку на чердаке поставлю, нельзя мотодельту тут так оставлять, но вывозить задолбаемся. Да и сбагрить пока что некуда.

Раздав указания, Сапёр поднялся и быстрым шагом вышел с кухни, направляясь снимать растяжки. Пилюлькин посмотрел на девушек, потом перевёл взгляд на Макса и лишь тяжко вздохнул.

Сборы проходили весьма быстро, да и собирать было практически нечего, разве что Сапёр притаскивал мины и гранаты, которые Пилюлькин раскладывал по ящикам. Так же Даня приволок рейдовый рюкзак и на радость бывшего врача, всучил тому АК-74М, а Максиму укорот, заодно выдав макарычи. Девушкам выдавать оружие он не решался, но Лена настояла на том, что если вооружаются все, то ей тоже нужен ПМ, поскольку с ним она хотя бы умеет работать. Не став спорить, он все же выделил третий пистолет ей.

Нагрузившись, они в две ходки перетащили пожитки к машине, под конец оставив Алёну и Макса охранять, поскольку последним они выносили ящик картошки и, как ни странно, одеяла, которые накинули на крышу, скрывая ящики со взрывчаткой. Опустив окна, они так же примотали поклажу нагруженную на крышу альпшнурами, проводя под крышей салона. Машина была загружена по самое немогу и с трудом задним ходом катила по полю. Причём за руль посадили именно Алёну, та, как оказалось, имеет права.

Группа покидала Сторожку, которая стала их временным укрытием. Напоследок Сапёр всё же оставил несколько сюрпризов для тех, кто решится сунуться на чердак, но на всякий случай там же повесил записку для тех, кто всё же умеет читать: «Осторожно! Наверху мина с сенсором! Не влезай — убьёт!».

Уже на выезде из леса появились проблемы. Гружёная машина банально не могла перебраться через корни, так что, вооружившись топориком, Сапёру пришлось расчищать путь, пока Пилюлькин и Максим его прикрывали. Лена, все же закомплексовала, что все кроме Макса имеют длинные стволы, у Максимки был обрезанный, и потому потребовала ей выдать карабин. Даниил опять не стал лишний раз тратить свои нервы и попросту выдал его.

Шестидесятипатронник, кстати, перекочевал на автомат к Пилюлькину, хотя тот и предлагал отдать его Сапёру, но парень остался верен своим традициям и предпочёл 7,62, как более удобный для себя калибр.

С трудом выведя машину в поле, группа опять столкнулась с непроходимостью, и на сей раз пришлось срубать мелкие деревца и подкладывать их, чтобы машина могла нормально заехать на мелкие возвышенности. Тогда все узнали, что Сапёр, оказывается, умеет весьма складно материться выдавая целые художественные рассказы построенные исключительно с применением мата и касающиеся создателей данной машины и полиции, которая данные машины закупала. Причём все время, что Даня матерился, Пилюлькин тихо ржал над ним, говоря, что тот зря так напрягается, выдумывая такие красивые истории о совокуплении различных личностей с различными предметами.

— По Фрейду стелишь, Сапёр! Сразу видно, чего тебе не хватает! — Не унимался Пилюлькин, продолжая ржать.

— Это не мне не хватает, это, блять, мудакам из отдела закупки не хватает и тем, кто эти машины в эксплуатацию ставил. Они видимо решили, что раз им не хватает, так пусть другим будет много и во всех позах. — Парень сплюнул, поморщившись, глядя как машина пробуксовывает перед очередным подъёмом.

Все же, спустя некоторое время, они смогли вытащить машину на дорогу, где та поехала более плавно, а группа, разбившись на пары, пошла по бокам от машины. Пилюлькин и Макс с левой стороны, Сапёр и Лена с правой. При этом Алёна вела машину с крайне медленной скоростью, чтобы даже все ещё слегка хромающий старик мог успевать за нею. Все бы хорошо, да только весьма скоро они добрались до реки, а брода не было видно.

Глава 22. Переправа.

Организовав небольшой привал на берегу, Сапёр сразу взялся за выставление дозоров. Так, например, Пилюлькин, получив в личное пользование разгрузку из комплекта ратник, в подсумках которой уже хранился практически полный боекомплект к его АК74М, направился обратно по дороге на отдаление в три сотни метров, занимая позицию в секрете. Связь при этом держали по рации. Сапёр свёл рацию Клима и трофейную рацию для работы на одной чистоте, заодно на всякий случай объяснив Пилюлькину, как ею пользоваться, но тот и сам прекрасно знал, благо к обеим рациям имелась гарнитура с наушником и микрофоном.

Максим же был отослан выше по течению реки на отдаление в сто метров с целью обустройства наблюдательного пункта. Для наблюдения ему был выдан бинокль, найденный в трофеях.

Когда основные направления были прикрыты, Сапёр отогнал машину в зелёнку, чтобы её не так сильно было видно с реки. Уже в зелёнке, он устроил девушкам шоу в стиле «раздевайтесь». На самом деле, парень просто предложил им два рюкзака с одеждой, которой некогда закупился Глаз с товарищами, впрочем, там были и трофеи с мародерки. Некоторые уже прижились в группе. Так, например, Пилюлькин носил футболку изъятую из гардероба Михаила ещё на хуторе.

Оставив девушек разбираться с вещами и примерять, парень занялся более насущным делом, а именно, перебором оружия. У них уже имелся неплохой арсенал, Даня планировал поторговаться с местными на той стороне и потому выяснял, что имеется в закромах его группы.

Впрочем, весьма скоро его отвлекла Лена, которая сначала хотела было перед ним посветиться в нижнем белье, привлекая его внимание, но реакция Сапёра заставила её прекратить сие бесполезное занятие.

— Леночка, на твои сиськи я насмотреться ещё успею, но если мы сейчас будем отвлекаться, то есть большой шанс, что ночевать придётся в лесу. — Сапёр поморщился, возвращаясь к пересчету коробков с патронами.

Пофыркав, Лена смирилась, практически сразу подобрав себе камуфляжный костюм «Варан», в расцветке «темная олива», причем на куртке имелось четыре нашитых подсумка, ещё два на бедрах штанов. Туфли она все же решила сменить на треккинговые боты «Elkland» от гарсингв. Размер, конечно, не совсем совпадал, был велик, так что большой палец имел свободное пространство минимум в сантиметр, но девушка добила внутрь тряпья, чтобы нормально фиксировать стопу в ботинке. Так же ей по вкусу пришлась бейсболка в такой же темной расцветке, под которую она забила волосы, чтобы не мешались.

Алёне в отличие от Лены, с одеждой пришлось повозиться. Из всего имеющегося ей подошёл только безымянный камуфляж, коих большое количество на любом рынке. В расцветке «березка» или же КЗМ-П, с какой-то шнуровкой вместо нормальных петель под ремень на поясе, с дешёвой молнией на куртке и резинках на рукавах и по низу куртки. Выглядело максимально дешмански, но это было действительно единственное, в чем девушка не тонула. Волосы ей пришлось спрятать под куртку, сразу накинув капюшон, поскольку красный цвет весьма сильно демаскировал. С обувью было все крайне сложно, поэтому она решила остаться в своей. Удостоверившись в готовности девушек, Сапёр выдал Лене дополнительный боекомплект к карабину в виде двух полных магазинов на тридцать патронов и ещё два полных магазина к ПМу, после чего отправил сменять Макса на позиции, для дальнейшего переодевания группы. Так же Лене был выдан вещмешок, к которому снизу крепился свёрнутый туристический коврик в темно-зеленой расцветке. Сам вещмешок имел содержимое в виде одеяла, для того, чтобы девушка не отморозила пятую точку, если решит присесть во время дежурства.

Пока девушка сменяла Максима на посту, и тот как сонная муха шёл к их стоянке, Даня успел подготовить камуфляж для парня. Такую же пиксельку, в какой был он сам, разве что к ней доложил портупею и советский подсумок на бедро под магазины АК. Гранаты он пока не стал доверять парню, а вот для Пилюлькина парочку отложил, как и ещё один комплект пиксельки, который оказался последним и явно предназначался для Глаза, поскольку лежал во втором рейдовике. Из обуви обоим досталось по паре облегченных берцев от фарадеев. На головы уставные кепи, что шли в комплекте к пиксельке. В принципе, уже их разношерстная группа начинала походить на вооруженную группу, а не бандитский сброд, одетый как гопота.

Потратив пол часа на ротацию бойцов, а именно, чтобы Максим переоделся и сходил, подменил Пилюлькина на посту, после чего переоделся уже старик, Сапёр, наконец, решил разобраться с бродом. Оставив Алёну и Пилюлькина у машины, дабы те приготовили на газовых горелках легкий перекус, он направился к реке, а вернее к месту, где дорога к реке выходила.

В этом месте было небольшое сужение и так называемый порог. Глубина была не больше метра, но машина явно не проедет, ширина же речки была метров тридцать, что было вдвойне неприятно. Ставить мост слишком долго, а переправу организовать требуется. Как здесь планировал перебраться Глаз, Сапёр не понимал.

На ум парню приходили лишь варианты подвесной постановки, но вставал более серьёзный вопрос, касаемый уже машины. Смогут ли стволы деревьев выдержать нагрузку в несколько тонн. Техническое образование, которое он имел, сейчас ему не сильно помогало, поскольку тут требовался опыт и опыт был, но не с такой широкой рекой, здесь же явно требовалось ставить опоры.

Плюнув на то, чтобы взять реку с наскока, Даня решил взяться за дело основательно и, достав блокнот с карандашом, принялся чертить схему будущей переправы. Потратив на схему минут десять и определенное количество нервов, которые крайне медленно восстанавливаются, он все же решил заручиться помощью Пилюлькина, но тот, к удивлению Сапёра, решил откосить, сославшись на то, что уже старый для такого, а они пришли к совместному решению, запрячь Макса.

Сменив Максима на наблюдательном пункте, Пилюлькин устроился отдыхать, а Даня и Макс взялись за работу. Первым делом решено было протянуть альпшнуры, для того, чтобы в последующем нормально работать, не боясь уплыть в потоке воды. К сожалению, оказалось, что шнуры длиной лишь двадцать пять метров, но тут уже Максим удивил Сапёра, крайне быстро связав два конца самозатягивающимся морским узлом.

— Да вы как сговорились... А ну рассказывай, где так научился. — Поинтересовался Даня, пробуя узлы на прочность, пытаясь разорвать связку, растягивая в стороны.

— Да БЖД нам преподавал бывший моряк, большой любитель яхт на пенсии, он и научил, говорил, что про противогазы и прочую фигню нам знать не стоит, ибо в случае ядерной войны никто не спасётся, а вот умение вязать узлы в хозяйстве пригодится... Так что я могу узлов штук двадцать связать. Мы тогда все пары БЖД только узлами и занимались. — Усмехнулся Макс, глядя на Сапёра с неким превосходством и ощущая, что наконец превзошёл того. Алёна тоже с интересом наблюдала за разговором и хитро щурилась глядя на удивлённого Даниила, радуясь при этом за Максима.

— Мда... Ну да ладно, раз уж узлы вязать можешь, то с этой стороны фиксируешь, а я пойду, протяну их на ту сторону и с той стороны зафиксирую, с двух сторон фиксировать будем, на высоте в полтора метра, уже потом по ним перекатывать стволы и, опирая на них, вкапывать. — Сапёр высказал ближайший план действий и, подхватив шнуры, пошёл к реке.

Дождавшись пока Максим закрепит шнуры на берегу, привязав их к двум деревьям расположенным параллельно, Даниил накинул один из канатов на другой простым узлом, чтобы не тащить сразу два. Форсирование реки с весьма прохладной водичкой, не самое приятное занятие, особенно учитывая, что в одной руке альпшнур, а в другой автомат, который желательно не мочить.

Тихо матерясь и пошатываясь от течения реки, он все же преодолел жалкие тридцать метров и выбрался на другой берег, сразу зафиксировав шнур на ближайшем дереве и весьма туго затянув, на классическую восьмёрку, после чего уже прошёлся по местности, но, как и ожидалось, в радиусе сотни метров от переправы был всё тот же лес и дорога, которая уходила дальше на север. Поэтому затянув второй трос, он направился в обратный путь, сразу послав Макса за Пилюлькиным, чтобы тот перебрался на другой берег и занял позицию там.

Старик оказался умнее Сапёра, потому как перед тем как входить в воду, разделся по пояс и закатал куртку. Держа вещи над головой, он спокойно перешёл через реку, придерживаясь за натянутый шнур и кряхтя про холодную водичку и неподходящий для купания сезон. Уже на берегу, он вытерся полотенцем, которое заблаговременно взял из машины и переоделся в сухую одежду.

Даниил таким страдать не стал, поскольку понимал, что мочиться ему придётся много, собственно поэтому он ходил только с автоматом, а разгрузку и ремень с кобурой оставил в машине. Наконец, обезопасив оба подхода к организуемой переправе, Сапёр и Макс взялись за топоры, принявшись быстро валить небольшие деревца сантиметров под сорок в диаметре, сразу после повала осекая на колья длинной по полтора метра. Оставив Макса рубить дальше, просто показав тому технологию, Даниил подхватил два бревна, саперку и топор, оставив уже на берегу и автомат, а так же куртку и футболку, дабы не мочить всё окончательно.

Вытащив бревна на отдаление в метров десять от берега, он опёр их о натянутый шнур и принялся сапёркой выкапывать небольшие углубления в грунте. Задолбавшись и отмочив пальцы ног до сморщивания, Сапёр всё же смог вкопать две опоры, после чего вбил их обухом топора до высоты как раз примерно метр двадцать, дополнительно закидав ямы камнями, сами опоры он устанавливал впритык с натянутыми тросами со стороны противоположной направлению течения, чтобы то прижимало стволы к шнуру.

Тихо матерясь на тех, кто так Резервацию делал и не оставил нормальной переправы через реку, Сапёр тащил ещё две опоры, чтобы повторить операцию. Пока он был этим занят, Максим срубал основные стволы, длинной по пятнадцать метров с лишним, после чего уже зачищал их от ветвей, так же как делал с опорами.

Когда же Сапёр вернулся, они оба занялись подготовкой несущих балок. Быстро выбив топорами углубление в стволах на отметке в десять метров, они принялись таскать их к опорам. Опять Даня полез в воду, а Макс поправлял с берега. В который раз, Сапёр уже радовался, что заранее замерил ширину машины с помощью оставшегося шнура и на такой же ширине расположил опоры, поверх которых легли балки. Весь процесс занял часов десять, но зато каркас переправы был готов, за это время они пару десятков раз прерывались на перекуры, во время который Даниил матерился и высушивался у разведенного костра. О быстрой переправе уже не стояло и речи. Все прекрасно понимали, что они застряли тут с ночевкой. Уже темнело, когда Сапёр и Макс, уже оба залезшие в воду, ставили последнюю балку. Причём за это время опоры падали и их приходилось вновь ставить. Мост фактически держался на соплях, и потому на ночь было решено его дополнительно укрепить оставшимися шнурами, дабы его совсем не смыло.

Вечером, когда темнота окончательно взяла господство, все собрались у костра, дабы согреться и распределить дежурство. Даже Пилюлькин, который почти все время просидел на другом берегу, перебрался на этот.

Предусмотрительный Сапёр оставил пару растяжек с ПОМЗ на той стороне, на случай если кто решит подкрасться. Все же пошумели они серьёзно, и был крайне высокий шанс ночью нарваться. Аналогично он заминировал подходы к мосту и с другой стороны, так же установив растяжки в пятидесяти метрах от их стоянки. Вот уж чего, а лески, гранат и мин у него было на маленькую победоносную войну с Американцами в джунглях Вьетнама.

— Сапёр. — Негромко позвал Пилюлькин, заметив, что парень опять летает в своих фантазиях.

— Чего тебе? — Отозвался Даниил, кутаясь в собственную кофту. Одежда в которой он работал была повешена в стороне от костра на смастерённой из веток сушилке.

— Да вот, думаю всё, а как так вышло... Что вот все мы, здесь оказались. — Дед задумчиво хмыкнул, отпивая горячий чай из кружки. — Вот ты, что думаешь?

— Я думаю, как переправу быстро организовать и поскорее свалить с этого берега. — Отмахнул Сапёр, поежившись от прохлады.

— Ну, допустим. А ты, Алёна, что скажешь? — Старик заинтересованно посмотрел на девочку. — А то сидишь, молчишь как мышка, выскажи хоть, что думаешь.

— Ну... — Замялась та, смущённо потупив взгляд. — Видите ли, там у меня остался мой парень, так что если честно, я старалась не думать о том, что произошло, просто перестроиться, да ещё и Сапёр практически сразу загрузил делами, не до мыслей было... Но... Я думаю, что это всё какой-то заговор. Ну вот, например, чиновники захотели развлечься. Ну, как в фильме «Королевская Битва», устроить игру на выживание. Вот и стали ловить по лесам тех, кто был один. Вы ведь, с другом по грибы ходили? Вот отошли от него, вас поймали, по голове тюкнули, сюда оттащили.

— Да глупости. — Вмешался Макс, тихо смеясь и с улыбкой глядя на Алёну. – Ну, какому чиновнику это нужно? Размах не тот! Видела какие ящеры?! Мы ж наверняка в игре какой. Поймали нас и в капсулу затащили какую, виртуальной реальности...

— Боль реальная. — Напомнила ему Лена, тихо смеясь над идеей парня. — Могу ударить, проверим, игра или нет. Если вылетят циферки урона, значит игра.

— Ну, полная симуляция погружения. — Как-то обиженно нахмурился Максим. — А вообще... Мне кажется, что я словно герой какого-то романа, ну, по типу «Янки при дворе короля Артура», там же тоже главный герой проснулся под деревом, а в него рыцарь копьём тычет. Вот и я думаю, что нас всех куда-то перенесло и память исковеркало, мол, чтобы мотивации придать. Вписали нам в память, что наши родители погибли, дабы не было цели вернуться домой... А я всё равно домой хочу, меня там родители ждут. Не верится мне, что они погибли.

— Может и так. — Одобряюще кивнул Пилюлькин. — Мне память не тёрли, но может агенты ЦРУ вмешались в моё сознание... Ну... По РенТВ была передача про это...

— Только не говори, что ты поклонник РенТВ. — Рассмеялась Лена, заливаясь звонким хохотом. Остальные тоже тихо захихикали, даже Сапёр не удержался и усмехнулся.

— Ну, а если серьёзно... Я вот думаю, что это какое-то междумирье. У меня друг был, ещё в учебке, он теорией струн увлекался, так вот он рассказывал, что существуют параллельные меры и в какой-то точке они соприкасаются. Что если мы попали в такие ловушки и оказались в каком-то мире, куда скидывает всё, что оказывается в точках соприкосновения? — Лена с интересом посмотрела на остальных. Однако Макс и Алёна задумались, переваривая очередной вариант. Пилюлькин лишь безразлично пожал плечами, а Сапёр нахмурился, глядя в костёр.

— А быть может... Мы все в чистилище. — Негромко произнёс он, понимая глаза с тяжестью во взгляде, которая появляется только у тех, кто повидал дерьма на веку и от которой в глазах словно отражается пепел.... — Все умерли... И сейчас пытаемся вымолить прощение... Вот я, например, умер в очередной драке. Ты Макс, все же был догнан бандитами. Алёна заблудилась в лесу и погибла от обезвоживания или утопла в болоте. Лена в автокатастрофе, ну а Пилюлькин...

— А меня хрен убьёшь, так херня твоя теория. Мне вот теории Макса и Лены нравятся больше. — Нахально усмехнулся дед, сложив руки на груди. – Так, что... Будем считать, что это игра или соприкосновение миров?

— Если так подумать, то это какой-то эксперимент. — Задумчиво произнесла Алёна. — Подумайте сами. Мы точно знаем, что имеются различные группы людей и территория неизвестная никому, на которой приходится выживать. Эдакий дикий запад, аля фронтир, только на новый лад. Ну и вот кто-то сверху, сидит, смотрит, как мы, люди, пытаемся адаптироваться к новым условиям

— Та же теория с чьей-то развлекухой, да на новый лад. — Лена усмехнулась, пожав плечами. — Хоть бы что новое придумала.

— Ну, а что, мне нравится. — Согласился Пилюлькин. — Вполне может быть, как эксперимент инопланетян...

— Так, давай без сюжетов РенТВ. — Усмехнулся Сапёр. — Ладно, вы как хотите, а я спать.

— Я тогда тоже. — Лена чуть закусила нижнюю губу, хитро глянув на парня, но тот проигнориловал.

— Да, идите уж все спать. Я посижу. — Дал добро старик. — Потом разбужу Макса. Сапёр, отсыпайся до талого, тебя на дежурство бесполезняк, ты залипаешь и всё, войну прошляпишь, пока о старой вспоминать будешь.

Все с такой мыслью согласились, кроме Сапёра, но того никто не спрашивал.

Подготовив укрытие из плащ-палаток натянутых меж деревьев, парочки разлеглись по спальникам, для экономии тепла и места. Ну, а поскольку спальников было лишь два, то и спали они в обнимку. И если Алёна и Макс уснули весьма быстро, то Сапёр уснуть не мог. Лена постоянно ворочалась, словно специально прижимаясь к нему объемными частями тела. Под конец он уже не выдержал и просто сгрёб девушку в охапку, прижимая её к себе.

— Сапёр... — Тихо прошептала она ему практически на ушко. — Ты не спишь?

— Теперь нет. — Так же тихо ответил парень, не открывая глаза.

— Алёна и Макс вроде уснули... Может того... Перепихнемся? — Игриво спросила Лена, нежно покусывая мочку его уха.

— Леночка, миленькая... Завтра рано вставать и много работать. Ты мне нравишься, и я бы с радостью тебя отымел где и как угодно, но прошу, дай поспать, вот приедем в безопасное место, тогда хоть каждые два часа приставай, не откажу... — Сонно прошептал Сапёр, игнорируя попытки девушки его возбудить, специально в памяти прокручивая не самые приятные моменты из прошлого, чтобы даже тесная близость превосходного женского тела не создавала лишних проблем в виде естественно реакции эрекции.

— Ну ты и бяка... Обещаешь? — Она печально хмыкнула, но всё же не желая сдавать позиции, чмокнула его в носик.

— Обещаю. Всё, давай спатьки. — Парень зевнул, крепче прижимая девушку к себе. Та лишь согласно кивнула и прижалась, укладывая голову ему на плечо.

Вскоре они вдвоём заснули спокойным и безмятежным сном. Даже Сапёру ничего толком не снилось, зато было спокойствие и тепло, которого он не ощущал очень давно. Это тепло ему не могли дать даже продажные девушки, которых он в своё время заказывал на ночь, надеясь, что близость женского тела сможет успокоить его напряжённые нервы, как когда-то их успокаивала близость Ани, с которой он так же делил спальник.

Глава 23. Другие люди.

Проснулся Даниил по-обычному рано. Не было ощущения сонливости, скорее даже наоборот, он впервые за весьма долгий промежуток времени чувствовал, что выспался. Лена ещё тихо сопела, уткнувшись носиком ему в грудь и, кажется, даже пускала слюни. Парень невольно улыбнулся от столь милого вида и осторожно, стараясь не тормошить девушку, попытался выбраться из спальника. Как ни странно, но ему это удалось.

У костра сидел Максим, уже сменивший Пилюлькина. Он сонно потирал глаза, пытаясь промогаться, но судя по регулярным зевкам, ему не шибко и удавалось взбодриться. Даже кофе, который он заваривал уже раз четвёртый и тот не помогал.

— Ну, как спалось? — Не громко спросил Сапёр, присаживаясь к костру. — Алёнка спать не мешала?

— Да не... Уснули быстро... Прикинь, она даже ко мне прижалась, а говорила, мол, па-арень. — Протянул Макс, тихо усмехнувшись.

— Ну, девочки, они такие, есть однолюбки, есть многолюбки... — Сапёр философски произнёс, взмахивая кистью, словно высказал что-то поистине исторически важное и гениальное.

— И только мужики бывают однолюбы, но многоёбы. — Тихо засмеялся Максим, глянув на Сапёра и пихнув того в плечо. — Спасибо тебе...

— За что? — Удивился Даниил, глянув на парня с непониманием.

— Ну, ты ж Алёнку люто зафрендзонил, и она решила ко мне пойти... Слушай... Вовремя ты мне тогда мозги вправил. Так бы я сейчас скулил от горя, а вроде ничего. — Он задумчиво хмыкнул.

— Алёнке мужик нужен. Баба без мужика дуреет... И феменисткой становится. Ну, или лесбиянкой, если до этого у неё был дурной мужик. Вот она сначала ко мне и полезла, не смотря на то, что парень есть. Дело не в романтике, девушке просто нужен защитник, на которого она может положиться. Ну, а когда поняла, что со мною не вариант, да ещё и Ленка появилась, то решила окончательно тебя охмурить. — Сапёр лишь пожал плечами, качнув головой, словно всё и так было максимально просто и ясно. — Удержи её, а то кто знает... Сбежит девка, если ещё на кого нарвёмся.

— Не сбежит. — Макс заговорщицки улыбнулся. — Всё на мази.

— Откель такая уверенность? — Даня приподнял брось, заинтересованно глянув на парня.

— А вот так... Не всё ж мне тебе рассказывать. — Тихо засмеялся Максим и тут же перевёл тему. — На счёт переправы что думаешь?

— А что думать. У меня есть несколько коробков добротных оцинкованных гвоздей, которые я в одном месте утащил на всякий случай, ибо гвоздь это один из помощников мародёра и возможная валюта... Гвозь, он... Отец строительства короче. — Сапёр лишь усмехнулся. — Досок нащепим топором, затем приколотим. К полудню управимся, если часов в восемь начнём. Сейчас шесть, подъём через час, пока завтрак, пока подготовка... Ладно, мне надо отлучиться до ветра.

Макс лишь понимающе усмехнулся и качнул головой, оставаясь у костра. Даниил же, прихватив автомат и радиостанцию вместе с гарнитурой, пересёк заграждение из растяжек, которое за ночь так никто и не тронул, и направился чуть дальше по дороге к полю.

Выйдя к открытому пространству, Сапёр занял позицию в корнях меж деревьев и, включив рацию, вышел на связь. Как ни странно, но Кабан принял практически сразу, несмотря на то, что контакт они установили на более позднее время. Практически полностью нарушая правила радиообмена, Сапёр решил не мелочиться.

— Короче, группа Глаза устранена в полном составе, даже мента убрал, всё что с боя взял, увез, тела там и лежат на промке, но телефона у него не было, я всё прошерстил, нихрена нет, лишний час на это убил. Приём. — Парень отпустил клавишу, приготовившись слушать.

— Хреново... Куда планируешь уходить дальше? Приём. — Поинтересовался Кабан.

— Дальше по дороге, к воде, там на переправе за реку, ну и по обстоятельствам. Сторожку оставляю, всё, что можно оттуда увёз. Приём. — Сапёр, конечно, соврал про всё что можно, но возможности вывезти мотодельтоплан пока что не было.

— Хорошо, тогда слушай расклад. За рекой имеется поселение, Новый Новокузнецк, поселение вроде мирное, не братва, за главного там Бобров, он военным раньше был, тут осел кем-то вроде губератора и командира гарнизона одновременно. Странный тип, лучше с ним особо не контактировать. Оседать там не советую. Там до вас пару месяцев назад, насколько я знаю, парнишка один водился, позывной Мурло, пацан что надо, в одиночку зачистил группу противника в пять тел, причём изначально завладев их же вооружением. После чего выводил потерях к постам Нового Новокузнецка, гасил местную живность, целую стаю волков порешал, а месяца два назад ушёл в рейд, да так и не вернулся. Мужика только вытащил, как я понял, врача, тот и рассказал, что Мурло в серьёзную зарубу влез, там его возможно и сложили. Приём. — Выдал монолог Кабан, сразу озадачив Сапёра по нескольким направлениям.

— Откуда информация и насколько она точная. Приём. — Поинтересовался Сапёр.

— У меня там свои люди есть. Ладно, удачи тебе, Сапёр, выживи, у меня для тебя потом ещё пара дел будет. Конец связи. — Кабан ушёл с канала, а Даня, выключив рацию, направился обратно к месту стоянки, размышляя о полученной новой информации.

Решив всё же оставить лишние размышления на потом, он по возвращению скомандовал подъём и после завтрака все принялись за работу. На сей раз помогал даже Пилюлькин, поскольку подходы к переправе с другого берега были прикрыты растяжками.

Втроём они управились относительно быстро... К полудню были готовы лишь доски. Корявые, неровные, ибо являлись по факту расщепленными бревнами, но всё же доски. Ещё около часа ушло, чтобы нормально их закрепить на рейках и приколотить. Там же вылезла проблема касательно самой конструкции. Переправа получалась хлипкой, поэтому Сапёр на всякий случай досками укрепил и стыки балок и опор. Вышло коряво, однако вроде держалось.

Дальше пошла монотонная разгрузка и переноска ящиков на другой берег. Поначалу носили все, но очень быстро оказалось, что у Алёны всё очень плохо с координацией и на дистанции в тридцать метров она раза три чуть не навернулась, и это при том, что Сапёр и Макс колотили доски практически через каждый метр и по ним можно было спокойно переступать.

После разгрузки машины и сбора кучки пожитков на том берегу, Даниил уселся за руль и, оставив дверцу со стороны водителя открытой, медленно покатил к переправе. Заехав на мост лишь раза с пятнадцатого, он ещё полчаса пытался преодолеть первую половину, однако приноровившись, весьма уверенно проехал оставшуюся часть.

Уже на берегу вновь загрузили машину, Макс даже сбегал и отвязал шнуры, а Сапёр поснимал растяжки, убирая ПОМЗы обратно по ящикам. Решили всё же накрыть ящики одеялом и перевязать, пропустив шнуры под самой крышей в салоне, приспустив стекла.

Окончательно собравшись, группа решила устроить небольшой перекус. Девочки вновь приготовили лучшее блюдо для полевого выхода. На таганке разогрели готовые блюда из армейских рационов питания, таким же образом приготовили по кружке горячего чая.

После весьма позднего обеда, Сапёр ещё раз проверил группу в плане экипировки и вооружения.

— Ну, считай сутки с лишним провозились. — Недовольно хмыкнул Сапёр, глядя на наручные часы, которые носил на запястье. — Сейчас уже шесть часов вечера, через три часа закат. Как вариант, часик прокатить по дороге медленным темпом, все в том же построении и если ничего не найдём, свернуть в зелёнку, а там встать лагерем.

— Как вариант. — Кивнул Пилюлькин, глядя в сторону. Всё же вид, как парень переодевался в сухое, был не самый интересный. Сапёру все же пришлось напялить один из трофейных охотничьих костюмов, по типу того, что был на Алёне, зато хоть обувь нормальная нашлась — гарсинги.

Кинув мокрую одежду сушиться на капот машины, Сапёр скомандовал выдвижение группы и, вновь построившись квадратом с машиной в центре, они выдвинули по дороге, оставляя за собою построенный, но не сожжённый мост.

От реки дорога забирала больше на северо-запад и буквально через три километра выходила в поле. Причём обширное такое поле, на десятки километров, впрочем, внимание сразу привлекло несколько вещей. Слева, на западе от дороги, километрах в семи, виднелось поселение, причём очень похожее на полноценный средневековый город на новый лад, с высокими бетонными стенами и вышками, за пределами которых находился посад из нескольких изб. Даня даже забрался на крышу машины с биноклем, чтобы рассмотреть, что же находилось за стенами, однако увидеть это не представлялось возможным. Кроме парочки действительно высоких зданий, которые на целый этаж превышали высоту стен, было видно лишь крыши. Зато обнаружилась колея, ведущая к городу со стороны этой дороги, по ней явно не часто ездили, но и брошенной её назвать язык не поворачивался.

— Значит так, группа, перестраиваемся. — Сапёр спрыгнул с машины, убирая бинокль в сумку и перехватывая автомат. — Я в голове, Лена, кроешь тыл, Пиля — левый фланг, Макс — правый, Макс, карабин на левое плечо перехвати, один фиг пока прицельно стрелять не сможешь, а подавлять правое направления с левого плеча удобнее, ибо с правого разворачиваться долго будешь... Алёна, ведёшь аккуратно, меня не давишь.

Парень перехватил АКМ в походное положение и направился по дороге к отвороту. Группа, перестроившись, двинула за ним. Такой медленной процессией они свернули на колею и продвинулись по ней метров семьсот, когда им на встречу из крепости выдвинулась группа на двух квадроциклах. Четверо человек на двух машинах подъехали на расстояние в километр до группы и спешились, останавливаясь. От их группы отделился один, видимо главный и направился к группе Сапёра, который остановил машину и, приказав ждать, сам направился вперёд. Пилюлькин рефлекторно присел на колено, вскидывая карабин и смещаясь чуть в сторону, дабы скрыться в зарослях поля. Макс повторил его манёвр. Алёна, явно запаниковав, нырнула под панель, укрываясь на всякий случай, а Лена лишь спряталась за машину. Оглянувшись, Даниил удовлетворённо хмыкнул. Ребята учились реагировать на неизвестность правильно и это его радовало.

— Назовись! — Крикнули ему издалека, когда между переговорщиками было ещё метров сто дистанции.

— Сам представься! — Гаркнул в ответ Даня, останавливаясь.

Вышедший со стороны квадроциклов чуть помедлил, присматриваясь, однако решил не выгребываться, понимая, что перестрелку начинать не в его интересах.

— Потапов Владимир Дмитриевич, командир дозорной группы. С кем имею честь общаться? — Спустя некоторое время отозвался мужчина, вцепившись в автомат в его руках. Только сейчас Даниил понял, что его так напрягло. Они все в пиксельке и ратниках, причём полном комплекте, со шлемом, КЗС и бронежилетом, поверх которого накинута разгрузка.

— Сапёр, вольный торговец. — Представился парень, чем вызвал удивление со стороны Владимира.

— И чем торгуешь?! — Поинтересовался командир дозора.

— Оружие, взрывчатка, провизия, всякого по мелочи. — Ответил Сапёр и усмехнулся. — Так и будем стоять и лясы точить? До темноты недалеко, а ночевать в поле неохота.

Владимир выудил из подсумка рацию и минут пять с кем-то переговаривался, после чего ещё раз глянул на Сапёра, затем на машину у него за спиной и ещё минуты две с кем-то общался. В конечном итоге он лишь махнул рукой.

— Давайте за нами, вас встретят в посёлке. — Скомандовал Владимир, возвращаясь к квадроциклам. Сапёр лишь выудил рацию и отдал сигнал о выдвижении.

Дозор держался на отдалении всего в пару сотен метров. Им пришлось свыкнуться с тем, что группа Сапёра двигалась весьма медленно и весь путь они преодолели за полчаса.

При приближении стало ясно, что бетонные стены были высотой в добрых пять метров, а вышки метров в десять и на них дежурили бойцы, более того, на паре вышек даже стояли пулемёты по типу стареньких ПК. В посаде, который, оказывается, насчитывал дюжину изб, было весьма людно, там даже имелась небольшая пилорама, где даже несмотря на весьма позднее время, продолжали работать, заготавливая дрова и доски. В остальном же били добротные избы, поставленные в сруб, явно уже местного производства, поскольку видно, что свежие, а одной из изб так и вовсе крышу ещё только начинали крыть.

Как и положено крепости имелись свои ворота: огромные двери на манер ангарных и в данный мент открытые нараспашку. У ворот никто не дежурил и лишь потому, что по бокам стояла пара вышек, на одной из которых имелся пулемёт и боец, скучающий за этим самым пулемётом, хоть и оживившийся при виде гостей.

— Считаешь охрану? — Раздалось в гарнитуре и Сапёр обернулся. Пилюлькин лишь кивнул головой в сторону одной из вышек.

— Шесть человек с видимой стороны. — Отозвался парень. — Итого отделение по вышкам и на дозоре ещё четверо. Не хило.

Пилюлькин лишь кивнул, соглашаясь с мыслями Дани.

Только подъехав к воротам, дозор остановился и спешился. К ним вышел полноватый мужичок в офисной военной зелёнке с погонами полковника, правда с шевронами неизвестных Сапёру войск.

Даниил остановил группу и, вскинув переводчик огня вверх, поставил автомат на предохранитель, после чего перетянул тот за спину. Мужчина лишь хмыкнул, поднимая руку чуть выше головы, приветствуя гостей.

— Давненько к нам вольные торговцы не заглядывали. — Усмехнулся мужчина.

— Да вот, всё времени не было, то банк кредит не выдавал на закупку товара, то таможня документы теряла. — Хмыкнул Сапёр. — Товарищ полковник, представьтесь хоть, а то неудобно как-то.

— Бобров Михаил Борисович, начальник гарнизона поселения Новый Новокузнецк. — Мужчина кивнул. — А Вы, я так понимаю, Сапёр?

— Так точно. — Отозвался парень. — Впрочем, думаю, что нам стоит переговорить в более спокойной обстановке, скоро ночь, а ночью, по ту сторону реки можно было разного дерьма хлебнуть.

— Поверьте, Сапёр, по это сторону его тоже не мало. — Бобров лишь хмыкнул, глянув на машину позади парня. — Ну что ж, заезжайте, стоянку вам уже нашли, но вот с расквартировкой будет проблема, единственная гостиница давно не видела гостей и потому в ней квартируют потеряшек.

— Ничего, нам хватит вполне и одной комнаты. — Согласился Даниил, после чего направился к воротам.

Вскоре, вся группа оказалась под защитой бетонных стен и впервые за долгое время почувствовала себя в относительной безопасности.

Глава 24. Торговец.

Город. Вот что представлял собой Новый Новокузнецк. Это был полноценный город, если судить мерками этого мира. Тот же лагерь Фитиля сильно уступал в размерах и количеству народа, ведь даже навскидку, Даня мог сказать, что за стенами укрылось не меньше пары сотен человек, а ведь ещё посад, в котором ещё человек пятьдесят наберётся. Полноценный такой городишко, как оказалось, с торговым домом, в котором разместилась сразу пара товарных лавочек, небольшая площадь с фонтаном, а так же ряд управленческих зданий. Причём было видно, что здания совсем недавно реставрировали.

— Удивлены? — Поинтересовался Михаил Борисович, заметив, что Сапёр смотрит по сторонам, всё ещё удерживая автомат в полубоевом положении. Переводчик огня конечно в верхнем положении, но патрон в патроннике, а тыльник приклада надавливает на плечо. Даниил был готов вскинуться в любой момент, поскольку ожидал подлянки, но её всё не было.

— Не сказать, чтобы сильно. — Хмыкнул парень. — Гостиница находится в глубине от ворот?

— Да, там даже вывеска «Гостиница «Виктория»». — Мужчина лишь пожал плечами. Он словно специально не отвлекал гостей, чтобы те успели налюбоваться зданиями, и ведь действительно было на что посмотреть.

Город словно не переживал бед, хотя и был дополнительно укреплён, а на крышах некоторых домов так и вовсе имелись полноценные огневые позиции. Впрочем, сам по себе городок был не таким уж большим, хотя и гигантским в рамках Резервации. Минут через семь, они, наконец, добрались до гостиницы, рядом с которой имелись гаражи. Все боксы гаражей были пусты, а двери открыты нараспашку.

— Выбирайте, какой вам нравится больше. Как видите, постояльцев не так много. — Михаил оглянулся, проследив как Даниил даёт команду и девушка за рулём, медленно заводит явно гружённую добром машину в ближайший к выезду гараж.

— Можете не беспокоится, тут не украдут... — Начал было НачГар.

— При всём уважении. — Сапёр перебил его на середине фразы. — Пиля, крой машину. Крапа, След, шмотки в зубы на расквартировку, Малой, помоги им вытащить рейдовики.

Алёна и Лена явно удивились только что полученным прозвищам, но решили промолчать, поскольку была совсем не подходящая ситуация для скандалов. Максим помог им выгрузить из машины рюкзаки. Михаил нахмурился, видя как старик, резко перехватив автомат, направился к машине, приседая на капот, после чего дважды постучал пальцем по подсумку с рацией. Сапёр лишь кивнул и, оглядев свою группу, глянул на НачГара.

— Мои люди готовы к заселению. — Оповестил Даниил. — Мы только с дороги и весьма устали, поэтому о самой торговле поговорим чуть позже, если вы не против.

— Да, конечно. — Согласился Михаил Борисович, проводя их до двухэтажной гостиницы, вход в которую действительно был отмечен вывеской.

Вход вёл сразу в небольшой коридор со стойкой регистрации, за которой дежурила миловидная девочка лет тринадцати.

— Эбби, будь любезна, засели наших гостей. — Спокойно произнёс мужчина, улыбнувшись. Девочка с интересом посмотрела на Сапёра и на компанию у него за спиной, после чего поёжилась, явно не от самых приятных воспоминаний и полезла за ключом.

Уже через пару минут они заселились в небольшую двухкомнатную квартирку, которая была чисто прибрана и даже имелся ремонт. Что ещё удивляло, так это наличие различных благ. Полноценная ванная с душем, рабочий санузел и даже телевизор с приставкой и стопкой дисков с фильмами и играми.

— Живём. — Протянул Максим, довольно улыбаясь и оглядываясь.

Вещи было решено кинуть пока что прямо на пол в одной из комнат. Алёна сразу изъявила желание залезть в душ, а Макс завалиться спать, поскольку ночное дежурство, из-за которого он поспал всего часов шесть, а также физические нагрузки при вырубке леса для переправы, вымотали его полностью.

Михаил, поинтересовавшись сколько им нужно времени на отдых, получил ответ «час» и удалился. Лена, последовав примеру Макса, просто завалилась на один из диванов.

— Блин, какой же кайф, наконец, нормальная кровать. — Она расплылась в довольной улыбке, прикрывая глаза и изображая лужицу, постаралась занять максимум площади дивана.

— Рано расслабляться. — Сапёр хмыкнул, присев на один из пуфиков напротив телевизора. Автомат он положил себе на колени, доставая блокнот и начиная подсчитывать, что они могут предложить на торги. Список выходил внушительный:

«Тоз-120 — 1 штука

Беретта 692 спорт —1 штука

Сайга МК под 5,45 — 1 штука

Камуфляжные костюмы — разных вариантов около 10 комплектов

Мины ПМД-6 — целый ящик

Мины ПОМЗ-2м — 6 штук

Гранаты РГД-5 — 5 штук

Гранаты Ф-1 — 5 штук»

Это был тот средний уровень, на который Сапёр был согласен при торгах. Полуавтоматическую Беретту он продавать не будет в любом случае, ибо гладкоствол всегда может понадобиться. Так же не стал продавать и патроны, коих конечно было уже очень много, но патроны лишними не бывают.Так же не стал продавать продукты питания и воду. Избавляясь чисто от излишков. Он так же не стал выставлять для продажи все мины и гранаты, выставив лишь треть. Однако от тех же ПМД-6 он решил избавиться полностью. Всё же ящик с ними весит довольно много, да и нафиг ему не нужна сотня деревянных коробков, хотя в каждом и имелось по две сотни грамм тротила. Так что эта позиция осталась под вопросом. Потому что, во-первых, в ящик они были упакованы явно не на заводе, потому как ни один адекватный техник не станет снабжать мину зарядом и взрывателем, а потом укладывать в ящик, да и ящик был не заводской, а потому весил на треть больше. Сапёр тогда чуть спину не надорвал, пока тащил эту тяжесть, благо хоть силы у него в руках, как дури в голове, так же много.

Закончив с составлением списка, парень оглянулся и завис от шока. Лена, видя, что Макс вырубился и уже похрапывает, решила переодеться, скинув камуфляж который на ней висел бесформенным мешком, скрывая изгибы тела. Нагнувшись, она рылась в рюкзаках, в поисках более подходящей одежды и со стороны Дани открылся весьма шикарный вид на подтянутые округлости, прикрытые лишь небольшим треугольничком черных трусиков, без каких либо рисунков или кружев, но сам вид был очень завораживающий. Лена, словно почувствовав, что на её задницу пялятся, обернулась, но парень вовремя отвёл взгляд, уткнувшись в блокнот.

— Кхм... Да смотри уж. — Усмехнулась девушка.

— А? — Отвлёкся Даниил, поднимая взгляд на неё и делая вид, что ничего не было. — А, решила переодеться... Ну, как вариант, дороги тут хорошие, можешь и в туфлях ходить, только вот гражданской одежды тут нет, разве что мои спортивные штаны да кофту отыщешь, вроде как в вещмешке.

— Сапёр, не будь занудой. — Фыркнула Лена и приблизившись к нему, приобняла со спины, заглядывая в блокнот.

Ощутив, как её груди упираются ему в шею, Даня закусил губу, но смолчал, лишь показывая следовательнице записи.

— Хм... Не много... — Она нахмурилась. — А я думала, что у нас больше халама всякого...

— Хлама у нас в принципе нет, но есть полезная информация, хорошая наводка на хорошие ништяки и большое количество ненужной взрывчатки, которую я применять не планирую. А здесь надеюсь за неё сторговать что интересное... Кстати одежду надо будет нормальную закупить. — Сапёр хмыкнул, делая пометки.

— Как думаешь, надолго мы тут? — Поинтересовалась Лена, положив голову на плечо парня.

— Пока не знаю, но что-то мне здесь не нравится. Чуйка вроде молчит, но гадкое ощущение... Словно я что-то очень важное упустил... — Даня поморщился, потирая лоб. — Нда... Ладно, надо будет с Пилюлькиным поговорить.

— Поговоришь потом. — Прошептала девушка ему на ушко, томно выдохнув и обжигая дыханием, словно издеваясь над ним и стараясь раззадорить.

Однако Даниил лишь ухватил её за волосы и притянул чуть к себе.

— Послушай сюда, Леночка, рано расслабляться, а мужик больше всего уязвим, пока возбужден. Я не хочу подохнуть из-за того, что одна сексуальная следовательница со мною заигрывает, уяснила? — Прошептал он и чуть куснул кончик ушка. — Так что ты либо прекращай насовсем и приставай к другому, либо жди когда точно будет безопасно и тогда чаруй на полную.

Сапёр отпустил её волосы, и Лена резко отпрянула назад, покусывая губки и размышляя, что же выбрать, но всё же решила прислушаться и вернулась к поискам одежды. К этому моменту из ванной выбралась Алёна и тяжко дыша, пытаясь максимально прикрыться коротким полотенцем, направилась в спальню, где дрых Максим.

— Ой, ванная свободна, Сапёр, не подглядывай. — Тихо засмеялась Лена, хватая полотенце из рюкзака и направляясь мыться.

— Больно надо. — Отмахнулся парень и поднялся, доставая рацию. — Прием, Пиля, сейчас спущусь, будем разгружать машину, нужно снять некоторые ящики и подготовить товар...

Старик лишь ответил: «Принял», и Даня направился в гараж, на всякий случай при уходе попросив резервную копию ключей от номера и оставив основные на столике, запер номер снаружи.

Уже в гараже, они вместе с Пилюлькиным занялись разгрузкой, расстелив плащ-палатку на полу и выкладывая на него поочерёдно все содержимое списка. За этим процессом их застал мимо проходящий боец, в случайности которого Сапёр сильно сомневался. В навороченном прыжковом костюме, плейт реиере с несколькими подсумками и затюненным, автоматом, он встал на входе в гараж, с интересом наблюдая за действиями пары.

— Ну и что нынче на торгах? — Поинтересовался боец, глядя, как Пилюлькин и Сапёр, тихо матерясь, стащили с крыши тяжёлый ящик с ПМД.

— Да всякое. Фух. — Отозвался Даниил, шумно выдыхая.

— Потап сказал, что у вас взрывчатка имеется. Глянуть можно, аль для большого босса только? — Мужчина почесал щеку, пытаясь показать своё безразличие, хотя Даня прекрасно видел, как он смотрит на ящики на крыше машины, на которых имеются характерные маркировки.

— Ну, глянь. — Усмехнулся Сапёр, начав выкладывать из одного из ящиков, оборонительные гранаты Ф-1.

Подойдя ближе и увидев гранаты, боец замер, в шоке глядя на их количество и косясь на машину.

— Вы бля, где столько взяли?! — Он нервно сглотнул, пялясь на рядок из пяти Ф-1 и на то, как парень выкладывает ниже ряд из РГД-5.

— Где взяли, там уже нет. — Пилюлькин решил ответить вместо Сапёра и глянул на бойца. — А ты что думал? Мы ж не батраки какие, а профессиональные челноки, которые знают, что требуется нуждающимся в обороне и нападении поселенцам. Автоматы и прочее, достать легко, а ты попробуй гранаты раздобудь, хотя бы вон, десять штук.

Своей маленькой, но пламенной речью, врач попал в нужную точку, поскольку мужчина проникся уважением и одобряюще покачал головой.

— И что же вы за это добро хотите? — Поинтересовался боец.

— Смотря, что ваш босс сможет предложить. — Даниил лишь пожал плечами, раскладывая ружья и камуфляжи.

— Бля, слушай, а есть вариант в обход пару гранат выкупить? Просто если Бобров их возьмёт, то гранаты по большей части уйдут в гарнизон, а сталкерская группа с носом останется. — Мужчина поморщился. — Можем предложить на обмен калаш сто четвёртый, за две эфки две эргдшки.

— Пиля, что скажешь? Мне кажется, что дело пахнет членом, которым прям хорошенько так водят по губам в попытках наебать. — Усмехнулся Сапёр.

— Ну, у нас товар, у вас купец. — Врач пожал плечами. — Ты ж сталкер?

— Рагнар. — Кивнул боец.

— Ну вот, Рагнар, я Сапёр, а это Пилюлькин, у тебя время, пока ваш босс не пришёл, тащи калаш, а там посмотрим. — Усмехнулся Даниил.

Мужчина было удивился позывным, но всё же посыл понял и в быстром темпе вышел из гаража, отправляясь за автоматом.

— Рагнар бля, тьфу. — Поморщился Даня. Старик лишь удивлённо посмотрел на парня и тот пояснил. — Чем пафоснее позывной, чем больше шансов, что боец долбаеб.

— Ну, у тебя же позывной Сапёр. — Усмехнулся Пилюлькин.

— Это профессия. А позывной Малыш, был. Потом стал уже Малышкой. — Даня тихо засмеялся. — Ты сам вообще Пилюлькин!

— Рубишь фишку. — Врач заулыбался. — А нахрена тебе сто четвертый?

— Ну, сайгу-то мы на продажу пихнули, я и хотел в принципе у местного босса выторговать ещё автомат. Думается мне, что сталкерье местное прижимистое и вороватое, так что сто четвертый будет трофейный, и Бобров о нем знать не знает. — Сапёр пожал плечами, окидывая взглядом разложенные товары.

— Хм, как вариант. — Старик согласно кивнул.

Усевшись на опустевших ящиках, Сапёр и Пилюлькин остались ждать, кто же придёт первым. Сталкер с автоматом на обмен или Михаил Борисович. Итог, как говорится, удивил всех. Припылило сразу человек пять, в разномастной гражданской одежде.

— Мужики, у вас тут, говорят, ствол можно купить, да гранат? — Произнёс старший из группы.

— Допустим... Вот только формы на вас нет, кто такие будете? — Хмыкнул Сапёр, отбивая пальцами мелкую дробь по цевью АКМа, что лежал у него на коленях.

— Посадские мы. Я за старшего, Кузнецов Илья Вячеславович. — Мужчина лишь кивнул. — Нам стволы нужны, а то на стенах вон пулемёты, а у нас по ружью на дом, вы ж местное зверьё наверняка видели...

— Что волков, что ящериц. — Кивнул Даниил. — Тут базара ноль. Вот только сами понимаете, стволы кровью добывались, да и шибко выбора нет, вон две переломки и сайга. Мы взрывчатку больше везли, не знали, какие у вас тут нужды.

— Тоже сойдёт, а по цене... — Илья Вячеславович оглянулся, мужики, что стояли у него за спиной, прикрыли вход в гараж.

В гараже стало темновато, однако мужчина включил фонарик, подсвечивая небольшой свёрток. Пилюлькин отодвинулся чуть назад, доворачивая автомат в сторону толпы.

— Думаю, вам будет интересно. — Ухмыльнулся Илья и развернул свёрток, подсвечивая содержимое.

Взору Сапёра предстали различные украшения, от серебряных и золотых цепочек до серёжек с драгоценными камушками. Были и кольца.

— Интересно. Меня не волнует где вы это взяли, но, если ко мне на счёт этого прилетит предъява, то я ж ваш посад по бревнышкам разберу. — Хмыкнул Даниил.

— Обижаешь, челнок, мы баб раскулачили, всем посадом собирали... — Поморщился мужчина. — И так считай за дарма отдаю.

— Да я понимаю, Илья Вячеславович, я ж без претензий... У вас есть куда спрятать? А то вопросы возникнут, если вас со стволами спалят. — Хмыкнул Сапёр.

— Есть, мы ж знали куда идём. Вас как в посаде увидели, сразу поняли, что вы с товаром, а значит можете стволы привезти, вот резко и кинули клич по бабам, кто чем мог, тем и подсобили...

— Сапёр. Не врёт он. Туго мужикам. — Вмешался Пилюлькин, что удивило парня. — Реально туго... Вот что, Илья... Три ствола без проблем, по полсотни к переломкам и четыре магазина к карабину.

Даня хотел было возразить, но промолчал. Внутренний хомяк бесился, но что-то в сознании подсказывало, что Пилюлькин поступает правильно. Так что уже через пару минут, мужики ушли завернув в тряпье стволы и распихав пачки с патронами и магазины по карманам.

— Сапёр... — Позвал было врач, желая объясниться.

— Забей, Пиля, я ж не зверь какой, всё понимаю. Сам радовался бы даже такому подгону в их случае, пускай и за золото... Они ж тоже понимают, что золото нам нахер не надо, им другое предложить нечего. — Даниил поморщился. — Гнилой городишко.

— Гнилой. — Согласился Пилюлькин.

Не удалось им пофилософствовать о гнилье в городе долго, поскольку прибежал запыхавшийся Рагнар, держащий за цевьё укороченный калаш.

— Оп-па... А куда стволы делись? — Поинтересовался Сталкер.

— Ушли. Давай, показывай сто четвертый. — Усмехнулся Сапёр.

— Да чё показывать, смотри. — Рагнар передал автомат в руки Даниила, который сразу перехватил его под пустой магазин, снимая ствольную коробку и рассматривая механизм.

— Вы че, его совсем не чистили? У вас наклёпка под курком сбита, прокладки нет, курок почти слизался. — Сапёр фыркнул. — Он ж сдохнет уже через пару магазинов!

— Мы его складским взяли! — Возмутился сталкер.

— Ложь, пиздеж и провокация. — Отмахнулся парень. — Я за такое максимум две ргдшки дам.

— Да ты охренел! Так не пойдёт. — Рагнар сложил руки на груди. — Три, как минимум.

— Три дам, если к нему ещё запасные магазины достанешь или дульник какой адекватный, по типу ПМСа... — Хмыкнул Даниил.

— Ну, ты и барыга. Три запасных магазина, пустых. — Сталкер поморщился.

— Ну, вот теперь можно и о трёх гранатах поговорить. Эфка и две ргдшки. — Кивнул Сапёр, возвращая крышку ствольной коробки на место и откладывая автомат за ящик, попутно выдавая Рагнару три гранаты, тот лишь кивнул, сразу пряча те в подсумки.

— Уже торгуетесь? — Поинтересовался подошедший Михаил.

— Никак нет! — Отозвался сталкер. — Изучаю ассортимент, облизываюсь на то, что в гарнизон уйдёт.

— Облизывайся, Рагнар, облизывайся. — Усмехнулся НачГар. — Ну что, Сапёр, что можешь предложить?

— У каджита есть товар, если у вас есть монеты. — Хмыкнул Сапёр указывая рукой на разложенные на плащ-палатке гранаты, мины и одежду.

Мужчина довольно ухмыльнулся, потерев руки и рассматривая мины. Даниил, видя этот взгляд прапорщика, лишь мысленно простонал, уже предвкушая весьма долгую и бесполезную торговлю, ведь они всё равно сойдутся на том, что нужно группе Сапёра и гарнизону Нового Новокузнецка.

Глава 25. Послабление.

За торгами, Сапёр и НачГар встретили вечер и начало ночи. К тому времени даже Пилюлькину стало скучно противостояние двух жадных любителей пободаться за каждую кроху. Врач нашёл себе работу по профилю, поскольку за время торгов в гараж ещё несколько раз заглядывали разные жители городка. Кто-то просто поглазеть на шум и матерные вскрики Боброва, от наглости челнока, а кто-то и по делу. Так, например, молодой человек, лет двадцати пяти на вид, в обычной гражданской одежде, поинтересовался, есть ли у них в продаже что по медицинской теме. Слово за слово и Пилюлькин уже вовсю выспрашивал у Алексея, начальника городской медицинской службы, как у них обстоят дела с медициной. Выяснив, что дела обстоят крайне плачевно и рабочих опытных рук крайне не хватает, старик предупредил Сапёра, что сваливает и вместе с Алексеем направился в подобие местного лазарета, под который выделили первый этаж небольшого домика. В пяти комнатах пытались уместить и операционную, и изолятор, и сестренскую, совмещённую с кладовой, и комнату санузла и дезинфекции, ну, и одну палату для пострадавших, которые не могут переносить болезнь или ранение «на ногах».

Пилюлькину потребовалось менее десяти минут, чтобы влиться в местный медицинский коллектив и заработать репутацию ветерана медицинской службы, коим он и являлся. Уже вечером он принялся за оказание помощи, и именно, хирургического вмешательства. Один из бойцов лежал в палате с пулевым ранением и медленно увядал, поскольку ранение было «слепым», и оперировать такой случай никто не решался. Кроме Пилюлькина, у которого был обширный опыт работы с огнестрельными ранениями разной сложности.

Освободились они примерно в одно время и оба с успехами. Если Пилюлькина чуть ли не умоляли остаться, то вот Бобров был не шибко доволен Сапёром. Впрочем, Даниил прекрасно понимал, что местами перегнул. Так, например, в закрома поселения уходило девяносто ПМД, ибо парень решил оставить себя около двух кг тротилла, чисто на всякий случай, так же к ним ушло семь ручных гранат и машина. Причём машина с обменом. Сапёр решил сменить Форд на УАЗ Пикап, который по приказу Михаила Борисовича прикатили к гаражу и Даня смог осмотреть его. Вполне рабочий и на ходу, покрашенный в тёмно-зеленый цвет, он стоил обмена на форд и семьдесят ПМД, причём за мины шла отдельная грызня, ибо Бобров хотел прикарманить весь ящик, но Сапёр методом оценки состояния машины и чисто своих технических познаний в сапёрном деле, сбил цену до семидесяти. В ходе торговли НачГар также сделал Даниилу предложение, от которого сложно отказаться.

Ему предложили побыть инструктором по минно-взрывному делу для сталкерья и гарнизона, с полной компенсацией затраченных на обучение средств, предоставлением проживания, а именно того двухкомнатного номера и постановкой на довольствие в столовой. Причём, предложение было поставлено так, что другие члены группы Сапёра тоже оказывались бы пристроены и при деле, с оплатой труда. Причём как инструктор, Сапёр получал бы талоны на дополнительные порции питания и вещи первой необходимости. Впрочем, Даниил сразу просёк, что талоны на самом деле были нужны для другого. По обмолвкам Боброва выходило, что в городе есть некий черный рынок, который крышуют сталкеры и кто-то из тыловиков гарнизона и вот на рынке уже талоны котируются как нормальная валюта.

— Ну, что скажешь? — Поинтересовался НачГар, наблюдая как Сапёр перекладывает вещи из форда в кузов пикапа.

— А что я могу сказать? Я, конечно, был старшим стрелком в армии и замещал командира отделения, но как инструктор я могу и жестить. — Хмыкнул парень. — Я ведь не гражданский учитель, да и нет у меня педагогического образования. Максимум что я смогу, это преподать им то, чему учили меня и так, как учили меня, но опять же, это было в боевых условиях.

— А сейчас разве не боевые? — Усмехнулся Михаил Борисович.

— Боевые, но бои сейчас другие, более локальные, а там... Там пока ты разминируешь поле, по тебе могла прилететь очередь с АГС. — Поморщился Даниил. — Но так и быть, попробую... Завтра с утра приводи первую группу, человек десять, не больше, ну и площадку надо подготовить, чтобы ставить было где.

— Всё будет. — Согласился НачГар и, наконец, свалив, приказал одному из молодых парней в ратнике, что находился рядом, по завершению перегрузки, откатить форд на стоянку.

В итоге закончил Сапёр уже в темноте, подсвечивая себе фонариком и фарами Форда. Как истинный мародёр, он перелил топливо из Форда в Пикап, а остатки слил в прикупленную в комплекте с пикапом канистру, оставив в форде лишь на донце. Естественно, что на полноценный запуск движка этого не хватило и гарнизонщики, матеря Сапёра, выталкивали её на стоянку. Он, конечно, мог бы оставить чутка, чтобы им хватило доехать, но ведь они ему не помогали при разгрузке машины. Можно сказать, что это была его месть за впустую потраченное личное время.

Закрыв гараж на навесной замок и спрятав ключи в нагрудный карман, парень, наконец, направился в номер, чтобы отдохнуть. Однако там его ждал сюрприз. Алёна и Макс свалили на ночной кинопоказ и последующую дискотеку для молодёжи, а Пилюлькин как ни странно, переодевшись в свою гражданскую одежду, ушёл в гости к коллеге по призванию. Всё это ему сообщила сонная Лена.

Девушка уже успела задремать на расстеленном диване, в одной футболке. Проснувшись, она уселась, прикрываясь одеялом и сонно глядя в сторону шумящего Даниила, который к тому же, включил свет.

— А ты чего припёрся? — Сонно спросила она, недовольно жмурясь от света и потирая веки.

— Могу уйти. — Он лишь пожал плечами и провернул ключ в замке, запирая входную дверь. Перехватив сто четвертый под магазин, парень направился к пуфику, где уселся, откладывая свой АКМ в сторону и начиная разборку автомата.

Лена, явно негодуя, злобно посмотрела на Сапёра и поднялась, начав собираться на ночную прогулку.

— Ты куда? — Спросил Даниил, не отвлекаясь от разборки.

— На дискотеку. — Огрызнулась девушка и, открыв дверь одним из запасных комплектов ключей, вышла в коридор, хлопнув дверью.

Сапёру от чего-то стало печально, но привычка чистить оружие пересилила всё. Сейчас, в полусонном, уставшем состоянии, он был способен лишь на механические действия. Поэтому, протерев основные узлы ветошью, парень собрал автомат обратно и отложив к АКМу, решил сходить, наконец, в душ.

Теплая вода смывала грязь, попутно приятно расслабляя уставшее тело, которое последние дни было напряжено до предела. Казалось, что вместе с грязью с него смывалась и излишняя злоба, которая все это время копилась под маской хладнокровия.

Как бы Даня ни пытался сокрыть ненависть ко всему проходящему, внутри полыхало пламя отвращения и злости. Он ненавидел Князя, ненавидел Кабана, Фитиля, тех, кто тогда приехал на пикапе на Хутор, даже ненавидел Боброва. Мысли рисовали картину, как он их убивает, вскрывая глотки, но мысли так и останутся мыслями, не переходя в действия, поскольку Сапёр умеет контролировать свой гнев. Давно научился. Иначе он бы ещё в училище поубивал всех, кто его бесит. Психологи ему говорили, что такая агрессия и желание устранить раздражитель, является последствием психологической травмы, но Даниил их не слушал. Он лишь научился подавлять агрессию, но она так никуда и не пропала.

Кое-как выбравшись из-под душа, парень вытерся и, лишь повязав полотенце, как набедренную повязку, направился на диван. Стоило его телу завалиться на мягкий матрас, как организм приказал: «Спать», и Сапёр окунулся в мир своих снов, которые на этот раз были как в тумане. Он даже не запомнил, что ему снилось, но был стойкое понимание, что это была какая-то жевачка для мозга.

Проснулся парень по привычке рано и к своему удивлению обнаружил лишь мирно храпящего Пилюлькина, который заснул прямо в пуфике перед телевизором. Оглядевшись, Даня так же отметил, что ни Макс с Алёной, ни Лена, не возвращались. Глянув на часы, он ещё больше смутился. Было уже шесть часов утра, а эта троица где-то пропала.

Понимая, что дело может пахнуть керосином, Сапёр быстро переоделся в свой спортивный костюм, разве что штаны подпоясал портупеей с кобурой, в которой всё так же покоился СР-1. Два запасных магазина и перочинку он пихнул по карманам. На всякий случай накинув кофту, дабы скрыть кобуру под одеждой, он вышел из номера, направляясь на улицу.

Эбби на своём месте не оказалось, однако дверь в гостиницу и не была заперта, так что парень спокойно вышел.

— Вообще что ли нихрена не боятся? — Поморщился Сапёр, оглядываясь.

Собачья вахта, под самый рассвет, самое опасное время, поскольку многие спят, а дежурных, если они не умеют отвлекаться, клонит клюнуть подбородком в грудь и прикемарить. Даня уже брал спящих дежурных как языков, с летальным исходом для последних, собственно поэтому он и приучил себя просыпаться в собачью вахту. Чисто на всякий случай.

Как и ожидалось, в городе царила тишина. Мирные жители ещё не проснулись, а мафия заснула, даже врач спал, осталось решить, кто бодрствовал, комиссар, маньяк или куртизанка.

Накинув капюшон на голову, парень пихнул руки в карманы, сразу нащупав правой перочинку. Оглядываясь, он направился бродить по улицам города. Как ни странно, но Сапёр практически сразу наткнулся на комиссаров, а вернее на патруль из трех бойцов гарнизона, которые сидели у фонтана и о чем-то негромко разговаривали. По мере приближения Даня смог расслышать диалог.

— Да я те отвечаю, там такая девка была, конфетка просто. — Расплылся в довольно улыбке один из бойцов. — Блузочка, юбочка, прям как секретутка.

— Да ну тебя, молодняк пускай развлекается. — Затянулся второй и после непродолжительно паузы, продолжил. — Да и тем более, занята она, с группой челноков пришла же.

— Там из челноков только этот, как его, Минёр. — Отмахнулся первый.

— Сапёр. - Поправил их Даниил, присаживаясь рядом и откидывая капюшон назад. — Впрочем, вы правы. Торговлей действительно занимаюсь только я.

— Во. — Второй лишь кивнул. – Как, кстати, торговля?

— Паршиво. — Даня пожал плечами. — У вас тут на торговлю нихрена нет. Даже не знаю с чем обратно ехать.

— Ну, это да. Из производственных тут только пилорама, тебе бы это, до Измайловки сгонять, километров пятнадцать всего отсюда, там большие сады, оттуда провизию и привозят для города. — Первый оживился. — Кстати, это правда, что ты сегодня занятие проводить будешь какое-то?

— Буду. — Кивнул парень. — Сапёрное дело, а так, сначала надо глянуть, что ваша братия тут умеет. Были уже какие боестолкновения?

— Да не особо... Пару раз разве что всякие левые на квадриках прикатывались, но тех сразу нахлабучили, ещё в начале. Потом со стороны реки приехали менты, посмотрели, уехали, но с ними там парниша один разобрался. Погоняло у него было такое... Странное... — Мужчина запнулся, пытаясь вспомнить.

— Мурло. — Подсказал третий, самый молодой из тройки. — Да только не стало его, месяца два назад сгинул, когда пошёл на запад и зарубился с какими-то чеченцами. Он тогда Алексея, главврача нашего, вытащил из деревни сгоревшей и пошёл мстить. Так и не вернулся.

— Ну, рано или поздно, все не вернёмся. — Сапёр лишь пожал плечами. — Короче, вы больше со зверьём бодаетесь.

— Грубо говоря, да. — Признался второй, самый общительный. — Тут из реально военных не так много осталось...

— Не думаю, что вам стоит такое говорить приезжему челноку. — Усмехнулся Даниил и поднялся. — Впрочем, спасибо за наводки.

Оставив троицу курить у фонтана, Сапёр быстрым шагом направился дальше по улице и, как ни странно, наткнулся на последствия дискотеки. В одном из двориков лежали тела. Причём сразу штуки три. Пьяные в хламину и все в возрасте от восемнадцати до двадцати пяти. Здесь же лежали Алёна с Максом. Парень сидел, прислонившись спиной к стене, а девушку сидела у него на коленях, уткнувшись лбом ему в грудь. Присев на корточки рядом, Сапёр поморщился. От пары явно веяло спиртом. Третье тело было ему неизвестно, но судя по запаху, это тоже был ужравшися гуляка.

— Первый вопрос решён... — Прошептал Даниил, поднимаясь и оглядываясь. Однако, так и не найдя следов, он решил вернуться в номер, оставив парочку на улице.

Каково же было его удивление, когда вернувшись, парень обнаружил Лену, которая тихо матерясь, пошатываясь при этом из стороны в сторону, пыталась скрыть следы бурной ночи. Причём у неё это почти получилось.

— Ну и где ночью шлялась? — Усмехнулся Сапёр, разглядывая девушку, которая активно делала вид что спит, укутавшись под одеялом, вот только брошенные на пол юбка и трусы, намекали, что та только пришла.

Даня приблизился и, принюхавшись, понял, что она тоже находится в подвыпившем состоянии.

— Пиздец. Дал, блять, слабину... — Парень покачал головой и, решив больше не докапываться до Лены, принялся переодеваться. Та всё так же делала вид что спит. В помятой полурасстегнутой блузке, из-под которой выглядывает лифчик.

Одевшись в уже привычную пиксельку с разгрузкой поверх, Сапёр подхватил АКМ, перекидывая ремень от того через плечо и утягивая автомат за спину. Портупею с кобурой он вернул на место, а именно в петли штанов пиксельки.

Закончив со сборами, он направился к столовой, хотя до завтра было ещё несколько часов. Всё это время он провёл у фонтана, от которого до столовой была буквально пара шагов. Составив программу занятия, парень просто остался ждать, наконец, притронувшись к плееру, что всё это время лежал в сумке.

Пролистав практически половину плейлиста Даня остановился на треке, который больше всего сейчас подходил под его настроение, а именно «Корсика — Боевик». Вставив наушники в уши, парень просто откинулся на спину, прямо на каменную стенку фонтана. Ему просто хотелось лежать и ни о чем не думать, но мысли лезли сами.

Не самые приятые. Появились первые звоночки от паранойи и звенели они по души Алёны и Макса. Если с шлюховатостью Лены он ещё мирился и понимал, что девка просто сама по себе ветренная, то вот поведение парочки его напрягало. Он вполне мог простить пьяные выходки Следовательнице, поскольку она изначально не сильно внушала доверия из-за своего распутного поведения. Ну, вот не верил Сапёр, что баба, которая просидела на стреме пару дней, будет вот так кидаться в объятия своего спасителя, так же он не верил в честность её отношений. Скорее Лене просто требовалась эмоциональная разрядка и получить она её хотела единственным способом, которым умела, потому и клеилась к нему. Всё же Даня прекрасно понимал, что Макс ему не конкурент, да и на тот момент явно был занят Алёной, а Пилюлькин... Он просто старый, вот у Лены и был единственный вариант в лице Сапёра, который, как назло, был к ней холоден. Так что парень просто не имел права, чтобы осуждать девушку, которая решила расслабиться. Правда его сильно напрягала её общая манера лезть к мужикам, да и хамить она резко стала. В принципе, тоже ничего особо удивительно он в этом не увидел. Девочка дорвалась до спокойной обстановки, где куча мужиков, которые на её сиськи купятся, а не будут игнорировать как тот же Даня. Из неприятного в сложившейся ситуации, была лишь защищенность секса, поскольку Сапёр сильно сомневался, что Лена, имея большое количество половых партнеров, была на все сто процентов здорова, да и вряд ли интересовалась о здоровье партнёров, поскольку пьяная гайка резьбе не хозяйка, захочет и на саморез налезет. Собственно, небезопасность интимных отношений с Леной было второй причиной, почему Сапёр её упорно игнорировал. Первой была занятость парня и отсутствие безопасной обстановки, когда можно произвести соитие.

Поморщившись от собственных мыслей, Даня поднялся в сидячее положение, оглядываясь. На площадь потихоньку начали выбираться люди, явно нехотя, просыпающиеся после крайне весёлой ночи. Для себя же Сапёр отметил, что тех, кто припрётся к нему на занятие в нетрезвом состоянии, он будет бить, нещадно, сильно и больно.

Впрочем, он даже не знал пока, кто именно к нему придёт на занятие, а потому решил не загадывать наперёд. Встав в общую очередь в столовую, он вытащил наушники и выключил плеер, убирая его в сумку, с которой уже не расставался.

Глава 26. Инструктор.

После весьма лёгкого завтрака, который составил из себя порцию запеканки и стакан чая, к которому прилагались сухари, Сапёра сразу же перехватил Бобров, ведущий за собой хвост из восьми бойцов с уже классическом снаряжение гарнизона. Даниил уже устал считать, сколько у них комплектов ратника, поскольку практически все, кто был вооружён, ходили в пиксельке, бронежилете 6Б45, поверх которого шла разгрузка в комплектации «Старший Стрелок», а так же в шлеме с защитными противоосколочными очками.

— Сапёр, ну, что, принимай группу, пойдём, покажу полигон. — Усмехнулся Михаил Борисович, явно прибывавший в приподнятом настроении.

Парень лишь пожал плечами и направился следом за НачГаром.

Как оказалось, вне стен с западной стороны имелась подготовленная спортивная площадка, с характерным инвентарём в виде турников и брусьев, правда сделанных на кустарный манер. Там же и стрелковая галерея на три сотни метров с отвалами. В местных условиях отвал было сложно реализовать, однако средство отыскалось сразу. Рядом с отвалами под небольшим навесом стоял полноценный трактор, рядом валялся ковш, который крепился на приколоченные петли, само управление такой махиной осталось секретом для Сапёра, но явно местные пытались вытащить из имеющихся средств максимум функционала.

В самой галерее имелись различные укрытия на одной из дорожек, стенки, нагромождения камней, поваленные бревна и прочее, что можно собрать из дерева и камней, имея лишь топоры, пилы, гвозди и молотки.

— Ну, что, Сапёр, командуй. — Усмехнулся Бобров.

Оглянувшись на бойцов и тяжко вздохнув, Сапёр сразу по внешнему виду понял, что ему дали далеко не лучших, а скорее тех, кто просто ходит в дежурство. Среди восьмёрки не было ни одного жилистого и крепкого парня. То заплывшие жирком, то дрищи. Отсутствовал самый желанный типаж для разведки, сухой и жилистый мужичок ростом сто семьдесят и весом под семьдесят пять или восемьдесят кило. Такие обычно выносливые, а это самое важное на войне. Неважно как точно ты стреляешь, если через пять километров марш-броска в полной выкладке ты только и можешь что упасть на землю и стонать от усталости и тяжести.

— Группа стройсь! В шеренгу по росту. — Гаркнул Сапёр, перетягивая автомат на грудь. — Живее, мясо.

Мужики удивились, но принялись строиться по росту, с непониманием поглядывая на парня, который был младше их лет на пять, а некоторых и на пятнадцать.

— Значит так. Мне плевать, кто из вас где и когда воевал, какой у вас опыт ведения боевых действий, как и где вы ахренительно долбились в очко с вашими товарищами по шароплюйству, вернее играли в страйкбол. Так же, меня не интересует, как красиво и агрессивно вы умеете удерживать автомат прогрессивным тактикульным хватом. Пока что я вижу перед собою мясо, которое сидело за стенами, постреливая по зверью. Все же слышали о таком человеке как Мурло? Так вот, могу предположить, что он один не просто так смог вырезать группу противника, а имел реальную подготовку. Моя задача, объяснить вам, как готовиться, самим и заставить вас думать, а не показать парочку новомодных стоечек с оружием. — Громко вещал Даниил, положив руки на автомат. — Михаил Борисович, можете быть свободны, на пару часов я займусь этим мясом и постараюсь сделать из него хотя бы фарш.

Бобров лишь кивнул, усмехаясь. Он ожидал простой лекции, но заметив взгляд Сапёра, лишь мысленно пожалел мужиков. Парниша был зол и НачГару было не ясно, что его разозлило, но сам метод подхода и отрицание общепринятых обучений со стойками для стрельбы, уже давало ему надежду, что из группы оболтусов, в которую он собрал самых косячников, выйдет что-то толковое.

Когда Михаил Борисович ушёл, Сапёр начал проход вдоль шеренги.

— Значит так, магазин отсоединить и взять в левую руку, большим пальцем отвести затвор назад, чтобы я видел, что у вас оружие без патрона в патроннике и разряжено. После моей проверки, вы разряжаете магазин и примыкаете пустой к оружию... — Скомандовал Даниил, осматривая бойцов. — Приступить к выполнению.

Зазвучали характерные щелчки и лязг затворов. Из восьми, у шестерых были полуавтоматические охотничьи ружья Сайга, гладкоствольные, ещё у одного был карабин на базе ручного пулемёта калашникова, а именно СОК-94, у другого ВПО-136.

Проверив оружие каждого, Сапёр лишь согласно кивнул и вернулся на место, с которого его могли видеть все в шеренге.

— Значит так. В ваших интересах слушать, запоминать и анализировать всё, что я говорю. — Хмыкнул он. — Я не инструктор, не преподаватель и не воспитатель. Однако я могу научить вас как не сдохнуть по собственной тупости. Мне плевать, как кого из вас зовут, будь ты хоть Хеймдаль, хоть Пончик, сдохнуть можешь одинаково паршиво, так что рассчитайтесь и будем работать по номерам.

Мужики команду усвоили и назвались справа налево. Боец с карабином на базе пулемёта оказался шестым, а владелец огражданенного АКМа третьим.

— Значит так, формируем две группы. С первого по четвёртый, в сторону. А теперь, третий, шаг вперёд, будешь подопытным, у тебя почти нормальный калаш, только без автоогня. — Ухмыльнулся Сапёр. Боец нахмурился, но вышел вперёд.

— Вот. Теперь начнём с простого. В бою, самое главное не словить пулю, по крайней мере, в нынешнем, поскольку шанс наличия миномёта и поддержки крупным калибром минимален. Спасти свою задницу от попадания пули можно несколькими путями. Либо укрыться от огня противника, либо подавить огневую точку противника первым и занимать позицию за укрытием. А теперь вопрос, как это сделать одновременно?

Даниил приблизился к третьему.

— По команде «контакт», падаешь на землю и делаешь холостой спуск в направлении галереи. Группы, обойдите со сторон, чтобы вам было видно. — Скомандовал Сапёр.

— А как же сапёрное дело? Борисыч говорил, что ты научишь растяжки ставить и прочее. — Усмехнулся шестой — рослый детина под метр девяносто и массой под сотню с парой десятков.

— А для чего вам сапёрное дело, если в прямом боестолкновении с противником вы подохните? — Усмехнулся Даниил. — Или ты думаешь, что ты сможешь нормально подойди к заминированному участку и, как в фильмах, присев на колено, снимать растяжку, маяча в пространстве как полноценная грудная мишень? Так что сначала вы учитесь, как, млять, ползать, а потом может и задумаетесь о том, как ходить. Контакт!

Третий присел, осторожно подставляя руку и подтягивая оружие. От увиденного у Сапёра брови полезли на лоб.

— Мясо, ты чо, в край оборзело? Я сказал, падаешь, а не ложишься! А ну встал! — Скомандовал Даня. Мужчина нехотя поднялся.

— Контакт!

Он вновь попытался сначала сесть, но Даниил предал ему ускорение, надавив на плечо и подбивая голень. Тело сразу свалилось на землю, хватаясь за ушибленную ногу и отпуская оружие.

— Э, ты чо творишь?! — Возмутился один из мужиков, сразу выходя вперёд. Ещё один сразу приблизился к третьему, спрашивая, сильно ли болит.

— Вы, бля, не мясо, вы, итить вас дивизией афроамериканских трансов, телки, вас пока даже на мясо не нарезало. — Сапёр поморщился, сплюнув на землю. — Вас в первом же бою перережут как сосунков. О сапёрном деле и думать забудьте, залупенцы.

— А ты не ахуел, сопляк?! Приехал незнамо откуда, выебываешься тут. — Начал закипать тот что вышел, Даниил глянул на него как на говно и, выхватив пистолет из кобуры, сразу выстрелил в воздух, от чего большинство рефлекторно дёрнулись назад.

— Значит показывать будешь ты. Ситуация приближенная к боевым условиям. У тебя несколько мгновений после команды «Контакт», чтобы упасть, иначе пуля пробьёт тебе плечо. — Хладнокровно произнёс Сапёр, перехватывая пистолет обеими руками и создавая жёсткий кистевой замок, чтобы при выстреле пистолет не сильно дернулся в руках, при этом парень действительно прицелился в плечо мужика. Тот от такого лишь нервно сглотнул. Все, кто стоял позади него, резко сместились в стороны, не желая оказаться на линии стрельбы.

— Контакт! — Гаркнул Сапёр, сместив указательный палец, что до этого лежал на раме вдоль затвора, на спусковой крючок. Мужчина сразу дёрнулся вниз и вовремя, в сантиметрах двадцати над его головой просвистела пуля.

— Ты — больной! — Отозвался мужчина, морщась от боли из-за столь резкого падения.

— Больной. — Согласился Даниил. — Зато ты будешь живой в случае резкого контакта, по крайней мере, пару секунд подольше проживёшь. Ещё есть те, кто считает, что я учу какой-то бесполезной дичи?

Мужчины молчали, со страхом в глазах, глядя на пистолет в руках инструктора. Никто не рискнул высказаться, потому что никто не знал, что противопоставить Сапёру. Никто из них раньше не имел реального боевого опыта и, как максимум, некоторые проходили срочную службу, о которой уже позабыли.

— Ну, раз уж возражений нет, то, мля, поднялись, встали в шеренгу, дистанция в полтора метра друг от друга. Живо! — Гаркнул инструктор, убирая пистолет в кобуру.

Мужики построились, сразу оглядываясь, чтобы выдержать нужное расстояние. Все желающие спорить с Сапёром резко перебороли себя, понимая, что парень с ними не шутит и если гонор друг между другом ещё прокатывал, потому что никто не хотел драться, тот тут были все шансы схлопотать пулю.

— Общая команда, контакт! — Рявкнул парень, положив руки на автомат и наблюдая как все восемь тел упали на землю. — Плохо. Подъём! Пятый, шестой, подставляйте левую руку, не падайте грудью. Показываю.

Сапёр вскинул АКМ, поворачиваясь к группе боком. Дав самому себе команду, он резко нырнул под себя, просто приседая, но перенося вес тела вперёд, откидывая ноги назад и приземляясь на локти уже в позиции удержания оружия.

— Бам, бам, блять. — Громко произнёс он, имитируя стрельбу. — Увидели? Не можете сразу на локти, подставляете руку.

Тут же поднимаясь, Сапёр окинул взглядом шеренгу и подал команду «Контакт!», от чего мужики опять попадали на землю. Вновь инструктору не понравилось, как они это сделали и с какой скоростью. По итогу они целых пол часа потратили только на то, чтобы научиться нормально падать и сразу из положения лёжа открывать огонь. В конце, Даня подходил к каждому, поправлял положение, просто слегка пиная по ногам.

— При стрельбе из положения лёжа, вы должны гасить отдачу оружия, наваливаясь на него всем телом, а для это вы должны правильно улечься. Работая с правого плеча, вы должны зафиксировать правую ногу так, чтобы она была прямым продолжением корпуса, а корпус в свою очередь продолжением ствола. В одну линию выстройте всё тело, при этом левую ногу отводите градусов на сорок пять. Пятки не поднимать! Осколком перебьет пятку и всё. Максимально прижаться к земле. — Сапёр проходил мимо лежащих мужчин, то и дело пиная по оттопыренным пяткам, когда кто-то упирался на носки, вместо того чтобы прижаться боком стопы к земле.

К тому времени нагрянула проверка в лице Боброва и тройки сталкеров, что выделились на фоне гарнизона более навороченной и тактикульной экипировкой.

— Это такая сапёрная подготовка? — Поинтересовался НачГар.

— Это выбивание бойцов из говна. — Спокойно ответил Сапёр. — Встать!

Группа по его приказу поднялась. Мужики уже запыхались от постоянных смен положения.

— А разве не наоборот? Ну, говно из бойцов. — Спросил один из сталкеров, глядя на восьмерку гарнизонных, что тяжко дышали, но даже не рисковали согнуться.

— Нет, именно бойцов из говна, потому что дерьма в них больше. — Усмехнулся парень. — Контакт!

Все восемь сразу упали на землю, занимая позицию для стрельбы, практически синхронно переваливаясь корпусом так, чтобы сформировать прямую линию от ствола до пятки.

— И че это за фигня? — Поинтересовался второй сталкер, глядя на группу. — Слышь, пацан, ты где это высмотрел? Да ни один нормальный инструктор так не делает.

— Поправка, тактикульный пидорас из семейства в жопуебущихся, так не делает, а это положение даже в наставлении по стрелковому делу указано. Если есть претензии, можешь пойти нахрен. Я уже слышал, чем тут ваша братия занимается. Сопля вы, а не разведка. — Усмехнулся Даниил и перехватил АКМ поудобней. — Если есть вопросы, можем сойтись в прямом контакте, боевыми патронами.

— Сапёр... Ты фаталист? — Спросил Бобров, вытянув руку и тормозя уже было ринувшегося сталкера.

— Хуже. Для вас хуже. Я реалист с боевым опытом и прекрасно вижу, кто может выжить, а кто сдохнет в первых нормальных боестолкновениях.— Хмыкнул парень, глядя на сталкера с явным пренебрежением. — И те, кто дрочат тактикул, умирают обычно первыми, противно умирают. От осколочного ранения в кишечник, ведь их плейт не прикрывает низ живота.

— Да чё ты, сосунок, понимаешь?! — Проорал разведчик. – Ты, ваще, кто, инструктор дохера? Умные люди делали плейты, удобные, легкие, можно любую плиту поставить, можно дополнительные пластины прицепить. Самые крутые инструктора американские их таскают!

— Заткни хлебало, слишком много бреда из твоих уст. — Сапёр поморщился. – Плейт — это лишь чехол для защиты груди и верха живота, не более. Всё, я уже понял, что ты идиот и спорить с тобою бесполезно, свали с глаз моих и не мешай мне вести занятие.

Сталкер хотел было ещё что-то возразить, но Бобров лишь усмехнулся, положив руку на плечо разведчику.

— Волк, иди давай со своей группой, вам ещё проверять южный пост. — Практически приказал Михаил Борисович. Сталкеры ушли, хотя Волк пару раз обернулся на Сапёра, морщась то ли от обиды, то ли от ненависти. НачГар лишь покачал головой. — Ну и чем тебе замашки сталкеров не угодили? Вроде нормальные ребята.

— До первого боя. — Хмыкнул Даниил, глянув на лежащую группу. — Магазин отсоединить, отложить в сторону, затем присоединить его снова и дослать патрон в патронник. Магазин должен быть пустым! Нарабатываем технику смены магазина в неудобном положении.

Бобров с удивлением пронаблюдал, как мужики, что до этого казались ему безнадежными затупами, начинают производить смену магазина, запинаясь, тупя, медля, но делая. Он так же видел, что у Сапёра нет никакой подготовки преподавателя, он не сюсюкается, предлагая кнут и пряник, а сразу хладнокровно щелкает хлыстом куда попадёт. Однако его слушались, и это удивляло сильнее всего. Михаил понимал, что дело тут далеко не в одной харизме, которой у парня было хоть отбавляй.

— Будешь заниматься с ними и дальше? — Спросил НачГар.

— Скорее всего. — Согласился парень. — Думаю ещё с посадскими заняться. Кстати, выделяй патроны. Как минимум по сотне на каждый ствол.

Михаил Борисович аж подавился от такого заявления.

— Нафига? Да и не жирно, по сотне? — Удивился он.

- Мало, по сотне. Чтобы они хотя бы начали нормально стрелять, нужно минимум по четыре сотни на каждого. — Усмехнулся Даня.

— Сапёр, я тебя че просил? Научить их сапёрному делу, а ты че делаешь? — Бобров нахмурился, однако Сапёр повернулся к нему и сразу схватил за ворот формы, притягивая к себе.

— Начальник. Тебе реально нужны сапёры, которые сдохнут ещё на подходе к растяжке? — Ухмыльнулся Даниил. — Ты сам сказал, что тебе нужны бойцы, которые смогут поставить растяжки и их снять. Как их тогда назвал? Бойцы с профильной сапёрной подготовкой? Так вот, что бы такие появились, тебе сначала нужны бойцы, а их у тебя нет. Есть только тактикульные клоуны и сброд попочления, поскольку их даже ополченцами не назвать.

Отпустив НачГара, Даниил обернулся к группе.

— Какого хера лежим и расслабляемся? Приказа «отдыхать» не было, так что продолжаем нарабатывать навык смены магазина в положении лёжа! — Рявкнул парень.

Михаил нервно сглотнул. Он, наконец, ощутил, что именно позволяло Сапёру так спокойно работать. Хладнокровный взгляд человека, который уже стрелял по людям и, видя этот взгляд, сразу начинает казаться, что ты будешь следующим трупом в его послужном списке. Вздрогнув от такого представления, Бобров лишь покачал головой, тяжко выдыхая.

— Ладно, сильно их не загоняй, сейчас пришлю к тебе Вячеславыча с патронами, сколько посадских на тренировку возьмёшь? — Поинтересовался НачГар.

— Всех свободных мужиков. — Хладнокровно произнёс парень.

— Ты ж говорил, что с большими группами работать не удобно. — Удивился Михаил Борисович.

— Это, другой случай. Этих я готов тренировать, хоть всех. Они не гарнизон, понимают за что им придётся воевать. — Хмыкнул сапёр. Бобров лишь кивнул и направился раздавать приказы.

Глава 27. Посад.

Посыльный от Боброва пришёл только через полчаса, одновременно с группой из Посада. На удивление Сапёра, пришло семнадцать мужиков, в том числе даже сам глава.

— Илья Вячеславович, вы всех мужиков, что ли подневольно пригнали? — Усмехнулся Даниил, остановив занятие.

Запыхавшаяся восьмерка, наконец, получила перерыв и расселась по своим группам. За эти полчаса они уже успели побегать и попадать. Инструктор выстраивал их по парам и после короткого рывка на десять метров в длину, они падали, сразу принимая положение для стрельбы. По двое, потому что Даня мог контролировать одновременно только двух, все остальные в это время должны были выполнять комплекс, по смене магазина в разных положениях. Сначала стоя, затем сидя и под конец уже в положении лёжа.

— Да какое там, к нам как информация пришла, что ты тут занятие проводишь, так я всех собрал, спросил, кто пойдёт, и не поверишь, все хотят. — Хмыкнул Кузнецов, подойдя и пожав руку парню. Чуть пригнувшись, он едва слышимо произнёс. — Сапёр, пришли те, кто смогли прийти, там ещё раненые и больные рвались. Никто не хочет подыхать при набеге бандитов, а сталкерьё и гарнизон лишь городских защитит.

— В каком плане, лишь городских? — Тихо спросил Даниил, нахмурившись и оглянувшись на отдыхающие группы.

— В таком. В посаде живут те, кто в городе не прижился. Потому никто нас защищать и не станет в случае беды. Как говорится, проблемы негров не ебут шерифа. — Поморщился Илья Вячеславович. — Так что, по-человечески прошу, подсоби, из мужиков подыхать никто не хочет, а среди нас военных нет, максимум охотники.

— Вот же дерьмо. — Сапёр оскалился, скрипя зубами. — То-то я думаю, что мне городок гнилым кажется.... Ладно, строй мужиков в шеренгу.

Посыльный, парнишка лет семнадцати, мялся позади и не слышал о чем переговаривались старшие. Поэтому по окончанию короткой беседы, Кузнецов подозвал парня и помог тому разобраться с патронами, коих выдали целый вещмешок. Бобров все же не скупился, действительно отрядив по сотне на ствол, но только своим восьмерым бойцам, посадским же не было ничего.

— Так, а вам с каким оружием работать? — Даня глянул на мужиков, те лишь переглянулись, не понимая, что делать.

— Сапёр, тут такое дело... — Начал Илья Вячеславович, но замялся. — Считая те три ствола, что ты продал, у нас на посад всего восемь ружей, да и светить их наличие не охота, а то гарнизонные заартачатся и начнут требовать сдать.

Негодуя от творящегося в городе бардака, парень сплюнул на землю и проматерился, после чего приказал посыльному найти Пилюлькина и чтобы тот притащил сюда все имеющееся у них оружие и патроны.

Удивлённый такому повороту событий, глава посада лишь молча смотрел на Сапёра, не понимая, зачем тот пошёл на такие меры.

— Не, мы конечно благодарны, но... Патронов то не жалко? — Спросил один из мужиков, смотря на парня с недоверием и непониманием.

— Мужики. Чтоб вы понимали. Патроны всегда можно раздобыть. А вот навык, навык он будет с тобою всегда, и лучше я сейчас сожгу пару сотен патронов из своего запасника, но вы хотя бы каждый по полмагазина отстреляете и поймёте, как стрелять, чем я эти патроны зажоплю, но вы в стычке шуганетесь выстрела и сорвёте спуск. — Даня поморщился и обернулся к сидящей группе. — Мясо! Подъём! Разбираем патроны, снаряжаем магазины, патроны, если были до этого, пихайте по карманам. По сотне на брата, ни больше, ни меньше.

Сапёр направился к ним, вместе с разложенными по пакетам пачками. Лишь краем уха он услыхал тихое: «А я те говорил, нормальный он мужик, зря вы так бочку гнали, не гнида он».

Мясо сразу разобрало патроны и начало быстрый процесс разрядки имеющихся магазинов с последующим медленным процессом зарядки. Сапёр же, лишь хмыкнул, выжидая, пока придёт Пилюлькин.

Тот и не заставил себя ждать. Посыльный нашёл его в гостинице, всё ещё осыпающимся с ночных посиделок и потому, растормошив, сказал, что его жду во все оружия. Врач спросонья понял не совсем правильно и потому, прихватив всё имеющееся, в том числе и ящик гранат, сразу на пикапе выехал к стрелковой галерее, что сильно так удивило собравшихся там работяг.

— Сапёр! — Окрикнул Пилюлькин, останавливаясь у галереи и выпрыгивая из машины с укоротом наготове.

— Пиля, ты чего такой взъерошенный? — Усмехнулся парень, подходя к машине. — Ещё и пикап пригнал.

— Мне передали, что тебе всё оружие потребовалось. — Дед лишь почесал затылок, оглядываясь. — Че, молодняк натаскиваешь?

— Вроде того. — Тихо засмеялся Сапёр. — Ну, ты, конечно, выдал. Ещё и гранаты с минами прихватил. Хех, ладно, Илья! Собирай мужиков, сначала инструктаж, затем стволы.

Дело, наконец, приобрело нужный Дане оборот. Восьмерка закончила с зарядкой магазинов, и потому к ним был направлен Пилюлькин, дабы объяснил, какие последствия бывают, когда в тебя прилетает пуля и показал базовую помощь при огнестрельном ранении. На то, чтобы объяснить гарнизонщикам, как проводится кулаковое передавливание артерии для остановки кровотечения, у него ушло минут пятнадцать. Все это время Сапёр проводил краткий экскурс об автоматах калашникова, коих у него имелась целая подборка: АКС-74у, АКМ, АК-74М, АК-104. Когда, наконец, закончилась вводная часть для обеих групп, Даня объявил общий сбор в начале галереи и принялся по одному вызывать бойцов, показывая грамотное удержание автомата. Не в стиле различных стоек, а так, чтобы бойца не снесло отдачей. Сначала на холостую, потолкав автомат в ДТК, чтобы стрелок ощутил, куда будет приходить отдача, после чего перешёл к основным стрельбам. Каждый из восьмёрки отстреливал свою сотню из различных положений, порой даже самых неудобных, после чего уходил в «зрительский зал».

Когда вся восьмёрка отстрелялась, Сапёр отправил их в город, сказав, что на сегодня их занятие закончилось. Гарнизонщики поудивлялись, но всё же ушли. Инструктор же повернулся к посадским и приказал встать полукольцом вокруг него.

— А теперь, когда эта шобла свалила. — Не громко произнёс он. — Можно и реальной боевой подготовкой заняться... Стрельба из разных положений это хорошо, но она бесполезна, если ты не умеешь перемещаться во время боя и работать с укрытием. В вашем случае, когда оружия мало, лучше работать парами. Вы же планируете оборонять именно Посад. Так что разберитесь, какой дом будет выгоднее оборонять и, в случае нападения, постарайтесь двух стрелков поставить в одном доме. Одного стрелка можно обойти и закидать гранатами с другой стороны дома, а вот двое уже смогут контролировать подходы. Если же ещё и мирняк будет помогать, смотря за другими окнами, то два стрелка могут свободно перемещаться по дому, отбивая одновременные попытки напасть с разных сторон.

Оглянувшись на Пилюлькина, Сапёр удостоверился, что тот тоже слышал и потому приказал разбиться на пары. Выдав двум парам автоматы, парень начал их прогонять по всей галерее, останавливая у каждой преграды и объясняя в каких случаях как из-за неё высовываться. Дальше шли перемещения. Пока один передвигается, второй прикрывает. Классические отработки элементов, из которых и строится общая картина боя.

Прогнав так по галерее всех мужиков, а некоторых и по несколько раз, Даниил, наконец, позволил поработать с оружием, сначала одиночными, по три патрона из положения лёжа. После чего, мужикам вновь пришлось в холостую имитировать стрельбу из положения стоя, а Сапёр проходил и толкал в ДТК. Когда все, по его мнению, смогли нормально держать автомат, он так же по три патрона выделил для стрельбы из положения стоя и столько же для стрельбы из положения сидя, на личном примере показывая, как занимать позицию сидя, чтобы силуэт был меньше, а упор лучше.

Армейские стойки не совсем подходили, и это был один из немногих элементов, который Даня взял не из наставлений, а из наработок инструкторов, но хороших инструкторов, по типу Петрова или Ветра.

Во время стрельб, к ним подошли жены и девушки, принеся поздний обед, поскольку мужчины не вернулись домой кушать, а времени на часах уже было за полдень. Лишь тогда Сапёр глянул на часы и удивился, ведь он не заметил, как пролетел день и близился вечер. Объявив окончание тренировки в семь часов вечера, после того как отстрелялись все, Даня уже было засобирался обратно в гостиницу, но его остановил Кузнецов.

— Сапёр, ты в город? — Поинтересовался глава посада.

- Да, а то сам не жравши, даже в столовой обед пропустил, так хоть на ужин успею. — Хмыкнул парень, укладывая в кузов автоматы и прикрывая их одеялом.

— Кхм... Может ты это, ко мне на ужин? У меня Настя — жена моя — плов приготовила, так всяко вкуснее той баланды, что в столовой дают. — Как-то смутился Илья, виновато глядя на Даниила. — Да и... Короче, не по-совести, ты тратишься, а мы даже предложить ничего не можем взамен.

Сапёр хмыкнул, подзалипнув в точку в пространстве, после чего глянул на Илью Вячеславовича и кивнул.

— Хорошо, только я с товарищем. — Согласился парень.

— Так даже лучше. — Улыбнулся мужчина. — Вот как от ворот, второй дом, сразу узнаешь, у меня перед дверью кресло-качалка стоит. Умельцы наши сделали.

— Заметано. — Согласился Даниил. — Тогда через полчасика подъедем.

Разойдясь с посадскими, Сапёр с Пилюлькиным направились в гостиницу, где собрали свои вещи, закинув в машину. Если по пути до номера они ещё молчали, то на обратном, старик не выдержал.

— Решил валить из города? — Поинтересовался врач.

— Именно. — Кивнул парень. — Гнилой город. Прям чувствую, что гнилой... А знаешь, что мне больше не нравится? Как здесь власть устроена.

— И как же? — Нахмурившись, спросил старик. — Я пока ничерта в местных порядках не понимаю.

— Зато я понял. Есть власть, тот же Бобров. При нём военные, причем две касты. Элита в виде сталкеров, и мясо в виде гарнизона. Мясо чисто бандитов шугать, а вот сталкеры уже для дела. Причем мясо он специально не тренирует, хотя и знает, что без тренировок навыки быстро забываются. А галерея-то у него оборудованная и гильзы на ней валяются, значит занимаются там сталкеры. Так вот, мне он сунул восемь идиотов, которые прям лохи и это у них на лицах написано, потому и не шибко протестовал. На посадских же, он и вовсе как на говно смотрит, потому их и не защищают в случае опасности. — Сапёр поморщился. — И ведь, бляха муха, это удобно. Сам посуди, черный рынок у них есть, торгуют из-под пола всяким полезным барахлом, при этом в руках у Боброва элита в виде сталкеров. Та же группа Волка, а... Ты их не видел. Короче, хвостом за ними ходили, посмотреть, как я тренирую лохов и поржать, видимо. Так что да, валить отсюда надо. Мне у Фитиля больше как-то понравилось, там хоть четкая иерархия и жизнь по понятиям, а тут хрен пойми что.

— Мда... — Пилюлькин почесал затылок. — Я чет такого не видел. Алексей — врач местный — уверял что все хорошо...

— Все хорошо у тех, кто власти нужен для реализации своих дел. Сталкерам хорошо, гарнизону, врачам, может ещё поварам. А остальные, будьте любезны, доедайте то самое, да без соли. — Даня оглянулся, высматривая нужный дом и припарковался у него.

Заглушив двигатель и выйдя из машины, Сапёр подхватил автомат, перекидывая на ремне за спину. Пилюлькин так же решил не расставаться с оружием.

Хозяева дома встречали гостей на пороге. Оказалось, что Настя (жена Ильи) младше его на пять лет, а самому главе семьи, всего тридцать семь. Вот только выглядит он внешне таким потрепанным и староватым из-за того, что месяц до прихода в посад, жил в небольшом брошенном лагере, к которому вышел сразу после провала. Настю он встретил там же, покусанную какой-то ящеркой, которая оказалась ядовитой. Практически весь месяц он девушку и выхаживал, так и не решаясь оставить её одну и отойти от лагеря далеко. К счастью Ильи, в лагере остались закрома бывших жильцов. Как девушке стало лучше, они решили вместе пойти на поиски нового места жительства и вышли к дороге, а уж по ней к одному из постов Нового Новокузнецка. Свою историю они рассказали уже сидя за столом, поедая действительно вкусный плов.

Так же они рассказали тяготы первого времени в городе. Илья, бывший бригадир на стройке и плотник по призванию, первым выдвинул идею посада. Его поддержали многие такие же потеряшки, которым не было места в городе. Однако, уже при постройке первых домов, начались проблемы. Ночью, на одну семью напали волки, а городские на крики даже не дернулись, пришлось мужикам самим отбиваться и отстреливаться. Уже утром, когда Илья поднял этот вопрос, Бобров прямо и заявил, что они сами выселились в посад и пока они ничего городу не поставляют, город и не будет их защищать. По итогу, первым делом мужики поставили нормальную пилораму и в обмен на доски, получили хоть какую-то защиту и продукты. Так они уже полтора месяца и живут, а посад все разрастается и производимых досок уже не хватает, чтобы обеспечивать оплату потребностей посада. Нынче они торгуют уже досками чисто за продукты питания и патроны. Договор о защите закончился две недели назад, а о медицинской помощи пять дней, после чего всех больных и раненых выселили из лазарета в городе, отправив в посад...

Во время рассказа Ильи, Сапёр все больше хмурился, переваривая и усваивая услышанное. Ему все сильнее хотелось набить морду Боброва, но он прекрасно понимал, что не может. Ему просто не позволят это сделать.

— Вот такие вот пироги... — Печально вздохнул Кузневоц. — С котятами, перемолотыми в фарш.

— Мда... — Тяжко произнёс Пилюлькин, задумавшись. Лишь Даня и Настя промолчали, и если женщина просто тихо всхлипывала от такой жестокой судьбы, то парень думал и пытался найти возможный вариант решения проблемы.

— Слушай, а на счёт обстановки вокруг, что можешь сказать? Ну, что находится по эту сторону берега реки? Может есть какие ещё поселения? Бобров вроде говорил, что где-то зерно закупают... — Наконец заговорил Сапёр, глянув на главу посада.

— Есть. Но там скорее колхоз, тоже потеряшки живут. Мы бы туда перебрались, да уже здесь закрепились, а там всё по новой придётся, ни домов, ни возможности жить. Поле оно, конечно, хорошо, но у них там мотоблок, его хватает, да и... Почти всё они сюда отправляют, сами живут бедно. Город все соки тянет. — Поморщился Илья, потирая шею.

— Значит будем решать, но здесь вам оставаться нельзя и это факт... Вымрете, а Бобров и рад будет, прикарманивая ваши пожитки. — Хмыкнул Даниил, сложив руки на груди и отклонившись чуть назад. — Я знаю, что на юге, за рекой есть хороший такой лагерь, но там бандиты засели и бандиты серьёзные, в окрестностях только они шерстят, но зато позиция у них шикарная...

— Ты предлагаешь им Лагерь Фитиля зачистить? — Удивился Пилюлькин. — Ты хоть представляешь масштабы Лагеря по сравнению с Посадом?

— Насколько я видел, реальных профи у них практически нет... Разве что группа Кабана и Фитиль в управ... — Сапёра осенило и он с безумным взглядом уставился на главу посада. — Управленцах! Илья, у тебя есть телефон?

— Был. — Нахмурился мужчина, явно не понимая к чему ведёт парень. — Да только, как и у всех таких же потеряшек, телефон проработал сутки максимум, а потом сломался и не включался.

— Попробуй. — Даня извлёк из сумки телефон, который смародёрил из карманов Глаза. — Ты же вроде как официально управляешь посадом? Просто попробуй включить.

— Ну, да... Что? Зачем? — Удивился Илья и, взяв телефон нажал на кнопку включения и как ни странно, но телефон включился. Засветился экран, показывая экран загрузки системы с какой-то вязью из иероглифов под символом, который напоминал символ «Валькнут», так же три треугольника, углы которых были хитро сплетены, создавая оптическую иллюзию.

— Работает. — Сапёр ухмыльнулся. — А у меня в руках не включался.

— И что это значит? — Кузнецов ошарашенно смотрел на телефон, на экране которого всё ещё происходила загрузка и вокруг треугольников медленно очерчивался круг.

— Честно, вообще без понятия, но Кабан сказал, что для глав поселений это вроде как полезная вещь. — Хмыкнул парень.

Полоска резко ускорилась, и экран погас, после чего вновь включился, показывая стандартную «домашнюю страницу». Тут же звякнуло оповещение, на телефон пришло СМС с пометкой «BG».

Глава 28. Сталкеры.

К вечеру небо затянуло тучами и начала накрапывать морось, стуча по крышам домов барабанной дробью. Даниил оглянулся на окно, не ожидая стука, но заметив, что это дождь, успокоился. Для него это был первый дождь в этом мире и к счастью парня, он нагрянул, когда тот был в теплом и сухом доме.

— Ничерта не понимаю. — Илья хмурился, перечитывая сообщение. — Какая-то игра, какие-то уровни...

Сапёр лишь пожал плечами. Они уже несколько минут пытались разобраться с вводным сообщением, которое пришло на телефон при его включении, но что странно, отправитель прекрасно знал, кому он писал. Даниил ещё раз глянул на сообщение, пытаясь понять, не пропустили ли они чего важного, но текст был все тот же.

«Уважаемый игрок_37981, Кузнецов Илья Вячеславович, поздравляем с активацией персонального системного ключа и подтверждением своего участия в Большой Игре.

Вам полагается стартовый комплект для развития вашего поселения, используйте его с умом».

Лишь Пилюлькин относился к этому со спокойствием, закурив прямо в доме и смотря на то, как более молодые пытаются разгадать смысл сообщения.

— Может там ещё что есть? Ну, на телефоне? — Спросила Настя, посмотрев на мужа с теплящейся в глазах надеждой.

— Может и есть. — Согласился Кузнецов и, свернув сообщение, принялся тыкать в различные программы, но всюду ему писало «недостаточный уровень допуска». Всюду, кроме одной.

Программа больше напоминала мобильное приложение с интернет-магазином, разве что вместо классической цены в рублях у вещей просто были граммовки. Выполнено, как ни странно в простом черно-бело-зеленом виде, с тем же символом на фоне, что был на заставке при включении телефона. Сразу зайдя в личный кабинет, Илья увидел, что «кошелёк» не пустует и там имеется сумма в 15 кило, а так же пометки доступа к товарам лишь нескольких групп. Медицина, патроны, продукты питания. Остальное всё было закрыто. Мужчина даже перепроверил и действительно, предметы, которые никак не относились к данным группам, были отмечены картинками серого цвета, которые обычно бывают в интернет-магазинах, если товара нет на складе.

— Получается, есть возможность «купить» всякого? — Удивился Сапёр, глядя на экран, Кузнецов лишь промолчал и сразу вбил в поиск патроны.

— Сколько патронов мы тебе должны были? — Сухо спросил глава посада, глянув на Даню.

— Забудь, Илья, сейчас тебе надо решать другие проблемы. — Парень нахмурился, посмотрев на врача. — Пиля, давай в обход раненых и больных, Настя, проводишь? Сейчас лучше брать медицину, патроны-то у меня ещё есть, а вот ваши могут без медицинской помощи загнуться, потом решим, что брать, продукты или патроны... Что нужнее будет при переезде...

— Не можем мы переехать. — Поморщился Илья Вячеславович. — У нас четыре человека самостоятельно передвигаться не могут, а ведь на новом месте дома строить... Да и не на чем передвигаться, все машины город забрал...

Тем временем Пилюлькин и Настя ушли к раненым и больным, оставив Сапёра и главу посада наедине.

— Значит пока будете тут. Мы с Пилюлькиным произведём разведку местности, после чего решим, куда сваливать. Если что, у нас Пикап, по семье за раз, на старом Форд Фокусе фиг бы перевезли столько. Дистанции тут не большие, так что если что за десяток рейсов все вывезем. С топливом проблем быть не должно. В Торжке, как я понимаю, им торгуют. Ну а там нам, если что, есть что предложит в обмен на топляк. — Сапёр хмыкнул, достав блокнот и начав перебирать возможные варианты, так же делая набросок схемы местности этого берега.

— Сталкеры уже всё разведали в радиусе десятков километров. — Поморщился Илья. — А так, они фиг расскажут, где что видели.

— А вот с этим, думаю, не проблема. — Даниил довольно ухмыльнулся. — Где там говоришь, сталкерье кучкуется?

— У них свой бар... За столовой небольшое здание двухэтажное, там только они и их дружки из гарнизона. Только... Сегодня ж пятница, они наверняка уже напились. — Отмахнулся мужчина, рассматривая в приложении возможные позиции для заказа.

— Тем лучше. — Кивнул парень и поднялся, подхватив автомат. — Пойду что ль поговорю с Рагнаром.

— А ты его знаешь? - Удивился Кузнецов. — Ты ж тут всего ничего, да и с Волком, его замом уже успел погавкаться.

— Знаю. У нас взаимовыгодный торг был. — Сапёр усмехнулся и направился к выходу. Илья лишь покачал головой, глядя в след парню, однако стоило тому выйти за дверь, как глава посада вернулся к изучению ассортимента, сразу подбирая наиболее важные товары для заказа.

От дождя попрятались все, даже дозорные на вышках, оставив ворота в город без присмотра, чем Сапёр и воспользовался, спокойно проходя, не отвлекаясь на гарнизонщиков.

Не прошло и минуты, как парень начал мокнуть, а дождь превратился в полноценный косой ливень. Тихо матерясь, Даня всё же отыскал нужное здание и, приблизившись к двери, без стука, просто дёрнул её за ручку. Оказалось не заперто.

Войдя в небольшой подъезд, который имел лестничный пролёт, на котором было всего две двери, влево и вправо. Сапёр не долго думая, направился к ближайшей и, как оказалось, прогадал. Дверь вела в квартиру, которую полностью переоборудовали и столовую. Сейчас там никого не было, зато имелись целые ящики с тушенкой и прочими продуктами длительного хранения.

Удивившись зажиточности сталкеров, Даня хотел было вернуться в подъезд, однако, со второго этажа, с которого до это раздавались лишь приглушённые шумы музыки, кто-то начал спускаться, медленно скрипя деревянными ступенями. Чутьё Сапёра резко завопило, и здравый смысл покинул парня, заставив укрыться за дверью. Он и сам не успел заметить, в какой момент выудил пистолет из кобуры, уже патроном в патроннике и снятым предохранителем.

В помещение практически ввалилось тело, медленно переставляющее ноги, в потасканном спортивном костюме и насквозь пропахшее перегаром. Сапёр лишь поморщился от столь неприятного резкого запаха и сунул пистолет в кобуру. Пьяный мужчина даже не глянул, что за дверью, лишь прокряхтев что-то нечленораздельное. Проследив, что тело ушло к холодильнику, Даня вынырнул из своего укрытия и направился в подъезд, а там, на этаж выше.

На втором этаже двери были распахнуты и из левой звучала музыка, а так же доносился смех, в то время как справа были слышны тихие стоны. Решив не прерывать кому-то возможный акт соития, Сапёр двинул налево и практически с порога увидел кальянную. Полноценную такую кальянную, с тремя «самоварами» и большой плазмой висящей на стене. Четверо мужиков сидели на пуфиках, покуривая кальяны и играя в футбол на приставке. Среди четвёрки был и Рагнар, которого сложно было узнать, поскольку все четверо были в спортивной одежде, вперемешку с гражданской, раскрасневшие от алкоголя и курева, да ещё и явно под чем-то веселящим, судя по угашенной улыбке одного из игроков.

— Рагнар. — Не громко позвал Сапёр, стоя в проходе.

— А? — Сталкер откликнулся, повернув голову на звук. — О, Сапёр, какими судьбами? Будешь коньяк?

— Нет, я по делу, пошли вниз, переговорим. — Даня кивнул в сторону выхода и, повернувшись, направился в низ. Рагнар лишь пожал плечами и, поднявшись, пошатываясь, направился следом.

Спустившись на первый этаж, челнок и сталкер остановились на лестничной площадке. Сапёр сразу выудил сигарету из пачки и зажигалку оттуда же, закурил. Комсталк последовал его примеру, разве что сигареты у него были явно подороже и покачественнее.

— Так че те надо, челнок? — Спросил мужчина, щёлкая зажигалкой.

— Информация нужна, что по окрестностям. Обмен так сказать, у меня информация, что там за рекой. — Хмыкнул парень, затягиваясь.

— Обмен это хорошо... — Кивнул заинтересованный сталкер, ухмыляясь. — Тебе как, картой или устно рассказать?

— Картой. — Сапёр задумчиво хмыкнул. — У меня карты местности за рекой нет, но могу быстро набросать, если дашь листок и карандаш.

— Замётано. — Рагнар вновь согласно кивнул и замолчал.

Быстро докурив, они вдвоём направились на второй этаж, в кальянную, которая оказалась по совместительству рабочим кабинетом командира сталкерской группы. Как понял сам Сапёр, в группе насчитывалось всего шесть бойцов и делились они на две тройки. Тройка Рагнара и тройка Волка. Первая тройка была основной и служила ударным костяком, а вторая уже группой прикрытия. Это ему объяснил пьяный сталкер, пока они поднимались. Он даже позвал Сапёра к ним в группу, аргументируя тем, что именно опытных ребят со знанием минно-взрывного дела в группе не хватает.

Уже в его кабинете, в клубах дыма от трёх «самоваров», Даня быстро набросал схему на простом листе А4 миллиметровки, по памяти прикидывая расстояние между ориентирами. Заинтересованный сталкер стоял над душой и то и дело спрашивал, что представляет собой тот или иной объект. Даже в состоянии опьянения он продолжал сохранять трезвость ума и делал пометки на другом листе, подписывая для себя объяснения к ориентирам. Больше всего вопросов вызвал Лагерь Фитиля, но Сапёр соврал, что видел лишь издалека и точно не знает, кто там обитает, но факт наличия людей имеется. Так же упомянул о том, что на хуторе поработали бандиты и что теперь он не жилой. Для обоснования, что он там забыл, он чисто от себя пририсовал, соединив дорогу к реке с дорогой на хутор, дальше по направлению. Сам он туда не заезжал, но пользуясь логикой, прикинул, что так оно и есть.

— Интересно... — Задумчиво хмыкнул Рагнар, разглядывая карту. Сапёру он выдал уже готовый вариант, попросту сделав ксерокопию своей, что сильно удивило парня. Его уже не удивляло наличие электричества, но вот то, что сталкер так легко отдал копию карты со своими пометками...

Не раздумывая, спёр убрал лист с ксерокопией в один из внутренних карманов куртки, мысленно офигевая. На карте имелись пометки о схронах, о которых видимо пьяный сталкер подзабыл.

Попрощавшись с Рагнаром, Сапёр уже направился на выход, однако на лестничной площадке практически нос к носу столкнулся с единственным сталкером, которого не хотел видеть.

— О, да это же наш торгаш! — Пьяно улыбнулся Волк. — Че, сука, приполз к нам? Опять кошмары снились, и ты свою бабищу искал?

Даниил нахмурился, не понимая, откуда у сталкера информация о том, что ему снятся крайне плохие сны, однако вскоре все встало на свои места. Из квартиры напротив, пошатываясь, вышла Лена, на которой из одежды были лишь чулки и расстёгнутая блузка.

— Что, козёл, приполз прощения просить?! — Смотря на парня пьяным негодующим взглядом, девушка усмехнулась. — Так и знала, не выдержишь, такому как ты, другие не дадут. А вот нехрен было мне отказывать!

— Другие, это такие шлюхи как ты что ли? — Поморщившись, произнёс Сапёр, не выдержав оскорбления в свой адрес, пускай даже и от пьяной.

— Да ты! — Взвизгнула Лена, начав поливать парня грязью, припоминая тому, что он сам приполз к ней, когда тому снились кошмарики, а так же, что он как истинный мудак, не обращал внимание на неё, такую прекрасную и сексуальную. Во время своей тирады она так же упомянула, что здесь она нашла, наконец, нормальных мужиков, а не такое тряпьё как он.

Не желая слушать бессмысленный понос оскорблений, Сапёр уже направился к лестнице, но его остановил Волк, вытянув руку.

— Э, слышь, чмо, куда собрался? А ну встал на колени и извинился? — Ухмыльнулся сталкер, рыгнув от подступившись к горлу газов. — Ты че, совсем опух? Такую цацу кошмарить.

Шумно вдохнув и задержав дыхание, Даня мысленно сосчитал до десяти, после чего так же шумно выдохнув и мягко отстранив руку пьяницы, направился дальше.

— Куда пошёл! — Гаркнул Волк, хватая парня за плечо.

Вот только Сапёр поставил для себя мысленный триггер. Некую зону комфорта, нарушив которую, любой на неопределённый срок становится противником. Сейчас её нарушил пьяный сталкер. Даниил в принципе не любил алкоголь и тех, кто его применяет не в медицинский целях, а для внутреннего заливания и согревания души. Так же он крайне не любил, когда его хватают и пытаются задержать. Поэтому, сразу оборачиваясь, он резко ударил по запястью мужчины ребром ладони, вырываясь из захвата. Волк рефлектор отдёрнул руку, а Лена, что до этого продолжала распеваться, какой же Сапёр тряпка, завизжала.

Сталкер, поняв, что парень так легко не дастся, решил всё же проучить наглеца, а потому вновь попробовал схватить, замахиваясь для удара, но алкоголь значительно замедлил его реакцию. Он даже не успел отследить в какой момент его левая рука, которой он и планировал схватить Сапёра, резко сама оказалась вывернута в кистевом захвате, тыльной стороной вниз. Даня же, поймав руку противника, резко рванул на себя и вниз, давя на кисть и доворачивая корпусом, направляя сталкера в неконтролируемый полёт в направлении лестницы и на всякий случай подсекая его ногу лоукиком в голень. В последний момент отпустив кисть мужчины, Сапёр проследил как тот скатился по лестнице приложившись об стенку лестничного пролёта меж этажами.

На визг Лены из комнаты отдыха тут же выскочили остальные сталкеры, толпясь на лестничной клетке. Рагнар, который выскочил первым, лишь молча подошёл, глянув на валяющегося внизу товарища.

— Ну и какого? — Начал комсталк, но Сапёр его перебил.

— Эта шлюха слишком много себе позволяла, а её ебырь решил, что я, назвав шлюху шлюхой, оскорбляю её честь. — Хладнокровно произнёс парень, положив руку на рукоятку пистолета в кобуре. — Если у кого-то ещё есть претензии ко мне, можете высказать сейчас, можем устроить дуэль за её честь, но учтите, что я не Пушки, а потому стрелять буду в голову и уж точно не промажу.

— Какая к черту дуэль? — Нахмурился Рагнар, непонимающе глядя на парня. — Ленка сама ж сказала, что от тебя ушла... Херни про тебя правда наговорила, но её только Волк и стал слушать, на сиськи повёлся, даже грезил тебе рожу набить...

— Вот как проснётся, передайте ему, что если он хочет подраться, то моё приглашение на прямой контакт с применением огнестрела и боевых патронов, ещё в силе. — Довольно ухмыльнулся Даниил и глянул на полуобнаженную Лену. — Ну, а ты, шмара, оставайся тут, с настоящими мужиками. Удачно сдохнуть от венеры, сука.

Сплюнув под ноги девушки, он развернулся и направился на выход. Ему что-то кричала в след девушка, что-то орали сталкеры, но никто не дёрнулся ему помешать. Их останавливал Рагнар, единственный, кто действительно понимал, что пьяный гонор до добра не доведёт, особенно в сторону таких как Сапёр.

Даниил спокойно вышел из обители сталкерского разврата. К этому моменту ливень стих, однако на небе всё ещё висели тёмные тучи, закрывающие закатывающееся за горизонт солнце. Вздрогнув от вечернего холода, парень направился обратно к посаду, морщась от противного привкуса. Ему казалось, что он и сам пропах алкоголем и дерьмом, которым оказалась Лена.

От осознания, что некий промежуток времени, пусть и короткий, рядом с ним находилась такая дрянь, парню было тошно. Он доверился ей, Пилюлькин ей доверился, рассказав про прошлое Сапёра и от чего у того такие неприятные последствия, а она просто плюнула в душу, рассказав это пьяным сталкерам и смешивая его самого с помоями. Впрочем, жалости к ней, Даня не испытывал, даже наоборот, было некое чувство освобождения, словно все сложилось так, как и должно было сложиться.

Сплюнув на землю, Даня поморщился, облизывая пересохшие губы. Такое предательство больно ударило по нервам и защемило душу, от чего захотелось взвыть раненой собакой.

— Сука... Да чтоб я хоть раз ещё бабе доверил. — Сапёр сплёвывал слюну всю дорогу, что шёл до дома главы посада, морщась и жмурясь от неприятных ощущений. — Нахер, лучше бы там и прирезал шмару, чувствовал же, что говно за ней есть...

Встретил его Пилюлькин, уже в посаде, у машины.

— Сапёр! — Окликнул его старик. — Ты куда, блин, ушёл, не предупредив?

— Отвали... — Отмахнулся парень, всё ещё морщась. — Как успехи с ранеными? Че в итоге взяли?

— Да там... — Врач виновато посмотрел на парня. — Короче, на выбор лишь одно из трех направлений. Если брать медицинку, то до талого. Ну, в итоге и набрали. Лекарства, антибиотики, противовоспалительные, гемостатики, много всякого. Я даже нам прихватил, пять небольших комплектов самосборных...

— Отдай Кузнецову три. — Парень вновь сплюнул. — Алёну и Макса нет смысла дёргать, ребята пока отдыхают...

— А Лену? — Удивился Пилюлькин.

— А Лена — шлюха. — Рявкнул Сапёр. — Все, поехали, я карту достал.

Глава 29. Карта сталкера.

— Сапёр, ты уверен? — Переспросил Илья, встревоженно глядя на парня, который уже вовсю переодевался, примерив на себя безразмерный камуфляжный костюм, вместо пиксельки. Черный нагрудник он так же решил оставить, воспользовавшись вместо него советским подсумком, который он спрятал под куртку костюма.

— Уверен. — Спокойно ответил Даниил. — Вам нужнее будет.

— Да оно-то да... Но блин, не по-человечески так. — Поморщился глава посада, сжимая в руках АК-74М.

Кузнецов лишь хотел ещё раз сказать спасибо, пока странная парочка не уехала, но Сапёр словно стал сам не свой и, тихо проматерившись, отдал ему два автомата калашникова, полноразмерный и укорот, к ним ещё два ПМа, так же магазины и патроны, даже пять гранат отсыпал, от чего Илья попросту впал в ступор. Он просто не верил, что это не розыгрыш и что кто-то на полном серьезе станет вот так отдавать оружие со словами «вам нужнее», да и ладно бы какие ружья, но рабочие автоматы, да ещё и с патронами, которых было несколько цинков.

Как мужчина ни силился, он никак не мог понять, что же движет парнем и почему тот так старается помочь жителям посада.

— Зачем? — Лишь смог спросить Кузнецов, глядя на резко свалившееся на него добро и даже не понимая, что с этим всем делать.

— Илья. — Даня негромко произнёс его имя и тяжко вздохнул, перехватывая АК-104 и резким движением отправляя автомат со сложенным прикладом, себе за спину, чисто рефлекторно поправляя ремень, перекинутый через плечо. — Послушай. Вам важно выжить. Это мне здесь терять уже нечего. От моей группы остались только мы двое. Остальные... Нет их смысла напрягать. Алёна и Макс дети, которым не место в этом мире, а Лена... Короче, не по пути нам.

— И поэтому ты резко решил вот так расщедриться?! — Удивлённо воскликнул мужчина. — Да ты же мог это всё продать...

— И что? Что бы я получил? Илья, ну ты ж не дурак. Ну, пожил бы я пару недель в комфорте, сухости, да поебывая местных шлюх. — Поморщился Даниил, вновь вспомнив о Лене и её одежде, в которой она была в последнюю их встречу. — Нет уж. Мне лишние стволы в разведке не нужны, запасной и так имеется, а вот вам реально может быть полезен... Да и не люблю я пятерку. Так что, скатаюсь, разведаю обстановку поблизости и вернусь. Там уже будем решать, что делать с переездом.

Глава посада не сдержался и крепко обнял Даню, хлопая того по спине и прижимая к себе так, что у парня захрустели суставы.

— Возвращайтесь, Сапёр, тебе и Пилюлькину здесь всегда будут рады! — Илья зажмурился, сглатывая подступивший к горлу ком.

— Ну, хорош, давай, тебя жена там небось ждёт, да и больные, так что... Управленец ты или нет?! — Усмехнулся Даниил, смутившись. — Да и нам пора. В ночь всё же...

— Переночуйте у меня! — Тут же вызвался мужчина. — А с утра...

— Нет. — Парень вынырнул из крепких объятий. — Нам пора, тем более, в случае чего средства есть, да и мы едем по местам, где можно остановиться на ночёвку в случае чего...

С трудом, но Сапёр всё же убедил Илью, что тот ничего им не должен и что они справятся сами, так что уже практически к самой темноте, они весьма лихо вырулили на колею, что вела на восток, к дороге.

Пикап передвигался куда приятнее, не задевая порогом неровности дороги, в отличие от Форд Фокуса, на котором они ездили раньше. К тому же, машина избавилась от значительной части нагрузки, поскольку хитрый Пилюлькин сгрузил практически всю провизию и лишнюю воду, так что в кузове лежало лишь несколько ящиков с минами и гранатами, коробка с пайками и пара канистр с водой. Там же шанцевый инструмент и запасная канистра с топливом. От такого облегчения машина сразу начала вести себя более отзывчиво и послушнее, да и не так сильно проседала.

Включив фары, Сапёр весьма быстро вырулил на дорогу и, сверяясь с распечаткой карты, для начала решил проверить юго-восточную точку и в ней заночевать.

На карте данная точка была обозначена как небольшая землянка и располагалась она в двух сотнях метров восточнее дороги. Кстати, как оказалось, Сапёр не прогадал, когда за первичный ориентир взял низину делящую поле ровно на север и юг. Сталкеры пользовались тем же, только их ориентиры были не ясны Дане, да и компасов он у них не видел, но на карте чётко было обозначено направление севера и оно совпадало с направлением на схеме в блокноте парня.

Выехав к месту выхода в лес, Сапёр остановил машину, выбираясь из неё и сразу доставая фонарик и теплак. Смотреть в тепловизор в лесу, не самая умная идея, поскольку деревья вполне могут скрыть силуэт уже на дистанции в несколько десятков метров, и тепловизор внушит лишь ложную надежду на отсутствие возможного противника. Однако парень на всякий случай ещё посветил фонариком, выискивая съезд с дороги. Нашёл. Едва заметная колея уводила куда-то в глубину, к небольшой полянке.

Оставив Пилюлькина у машины, Даня прошёл вглубь тропы и лишь поразился местным пейзажам. Тропа в аккурат выходила за спину землянки, которая находилась на небольшом возвышении, всего метров в пять и походила на курган. При этом сам холм был скрыт кустарником, но с его вершины открывался хороший вид на тропу, от чего это сразу становилось хорошим наблюдательным пунктом для дозора.

На всякий случай, Сапёр обошёл вокруг холма, проверяя местность на наличие растяжек, но, к своему удивлению, обнаружил лишь небольшой овраг, в который, судя по колее, загонялась техника, чтобы скрыть её от тех, кто решит пройти по тропе.

Вернувшись к машине, парень перегнал её в овраг. Уже вместе с Пилюлькиным они подхватили рюкзаки и направились в землянку, организованную прямо внутри холма. Времянка представляла из себя небольшую комнатку вдоль стен которой шли нары, а между ними с одной стороны небольшой столик сколоченный из брёвен, а с другой печка сложенная из камней с применением явно не самопального раствора.

Уже чисто по привычке Сапёр проверил помещение на тему заложенных самодельных взрывных устройств, которые во время его не лёгкого детства, любили закладывать в печку под угли. Вот только здесь таким расточительством явно не занимались, так что единственное, что нашел парень — это старый медный чайник с крышкой, причём даже относительно чистый.

— Ну, добротный схрон. — Хмыкнул Пилюлькин, укладывая рюкзак на одну из лежанок. — В принципе, растяжки поставить и фиг кто подкрадётся.

— Как вариант. — Согласно кивнул Даниил и вышел минут на двадцать. Именно столько ему потребовалось, чтобы обезопасить ночную стоянку.

Вот только помимо постановки растяжек, он так же забрался на вершину холма, раскладывая рацию с гарнитурой и выходя на связь.

— Сапёр в канале, контроль. Ответ. — Негромко произнёс Даня, зажимая клавишу и после отпуская её.

— Лагерь, связь один — один... — Отозвался собеседник в канале, после четвёртого повторения от парня.

— Лагерь, я — Сапёр, вечерняя связь. В Новый Новокузнецк сунулся, место и правда паршивое, часть группы там оставил, отошёл в сторону Приём. — Даниил уселся удобнее, прислонившись спиной к молодому деревцу и смотря на тропу, что вела в обход холма.

— Сапёр... Да знаю я, что там произошло. Мне уже доложили. Дело к тебе есть и думаю, что оно тебя заинтересует. Завтра группа Волка планирует выйти на патруль по сбору потеряшек, примерно в восемь утра, пойдут на запад. Карта у тебя есть. Первая автобусная остановка. Там у них привал, пол часа зовут потерях и едут обратно... Твоя задача организовать засаду. Они поедут тройкой на бобике. Всё должно выглядеть так, словно они закусились с группой Рахима... У тебя есть что под винтовочную семерку? Приём. — Кабан ввёл парня в ступор, тот пытался проанализировать ситуацию, но у него было стойкое ощущение, что в пазле не хватает деталей.

— Рахим... Западнее... Это там где Мурло пропал? Нет, винтовочных нет. Ответ. — Сапёр нахмурился, доставая распечатку и сверяясь ней. Действительно, остановка находилась примерно в районе куда, по словам Кабана, ушёл тот одиночка.

— Да. Он на группу Рахима нарвался. Сам Рахим туда больше не суётся, ему там делать нечего, он на юге трётся у нас с ним контакт через мост... Ладно, на второй остановке утром заберёшь СВД-С, к ней два магазина будет. У тебя же вроде снайперская подготовка есть? Вот и проявишь что знаешь. Приём. — Мужчина замолчал.

— Кабан... Ты говорил, что Лагерь здесь всего месяц, при этом не упоминал, что у тебя уже сеть информаторов и... Твой информатор из сталкеров. Приём. — Даниил задумался, нахмурившись и понимая, что ещё при первой встрече в Лагере, его хорошенько так обвели вокруг пальца, выдав легенду, которую выдают наверняка всем.

— Ну, подумаешь плюс-минус год к месяцу. — Довольно усмехнулся Кабан. — Слушай, ты не Сапёр, ты уже Шерлок, бля. Всё, конец связи.

Эфир замолк, а Даня остался в смятении. Он не понимал, что же происходит, единственное, что пока что ему действительно было известно, так это то, что он стал пешкой в чьих-то играх. Кабан попросту вертит им, как хочет, его руками устраняя неугодных. Опять же, всё складывалось слишком странно. Сапёр никак не мог для себя объяснить, откуда эта дикая свинья имеет столько связей и кто именно из сталкеров всё сливает. Впрочем, касательного последнего, всё было относительно ясно. Парень мог поставить свой АК-104 на кон, что это Рагнар является информатором Кабана.

Решив не забивать голову на ночь сложными мыслями, Даниил выключил рацию и спустился в землянку, где разложил спальник и забрался в него прямо в одежде, лишь сняв обувь. Он вновь засыпал с оружием в обнимку, игнорируя ворчание Пилюлькина.

Глава 30. Волк.

Сон Сапёра практически полностью состоял из ненависти и злобы. В начале сна он грубо надругался над Леной, представляя, как насилует её красивое и сексуальное тело, однако когда грязное дело было сделано, все возбуждение как рукой сняло, и Даня вновь погрузился в воспоминания.

Он только вернулся из конфликта, и ему казалось, что его никто не понимает. Такие простые ценности как теплая еда и вода, никто не ценит. Никто не кладёт под подушку нож, когда ложится спать. В первые дни Даня не мог даже подходить к окнам и практически постоянно окрикивал родителей, которые слишком близко приближались к оконному проёму. Привычка бояться снайперов выработалась быстро, ещё в первую неделю пребывание на Промзоне, когда при нём сняли наблюдателя, что приблизился к окну и получил пулю в шею. Бойцу даже не успели оказать помощь, он сразу упал, распластавшись на полу и отключился, заливая пол кровью из раскуроченной пулей артерии.

Даню не слушали. Списывали всё на психологическую травму и в течение нескольких лет его убеждали, что это все просто дурные пережитые воспоминания и что уже все хорошо и никогда не повторится... Однако сама по себе история является некой спиралью, которая делая очередной виток, проходит по все тому же отрезку, если смотреть на неё, на плоскости, если в объёме она все же смещается вверх, но по тем же направлениям.

Каждый раз возвращаясь от психолога, он курил. Родители ругали сына за такую вредную привычку, даже урезали карманные деньги, но парень считал, что лучше не купит себе булочку в школьной столовой, чем останется без сигарет. Когда же он поступил в училище, то всё резко пошло проще. Некоторые из преподавателей тоже в своё время воевали и, узнав взгляд парня, когда тот погружался в воспоминания, попросту «за глаза» ставили ему оценки, достаточные чтобы получать стипендию, которая все равно уходила на сигареты. Только к концу третьего курса он бросил курить, нашёл девушку и вроде как даже забыл о проблемах, однако армия, пускай и срочная служба, резко ударила под дых. Девушка не дождалась, в первый месяц вновь закурил, но потом бросил, когда перевели боевую часть... В своём сне Сапёр вспоминал свою жизнь, и она проносилась у него перед глазами, как-то неестественно отдаляясь, словно это всё было не с ним настоящим. Словно он настоящий сейчас находится в Резервации, а там, на гражданке в мирной жизни был парень Даня, вполне обычный, пусть и с небольшим осадком от посттравматического синдрома расстройства. Быть может, тот парень мог даже окончательно забыть о травме и вырасти нормальным, устроится на работу, завести семью, зажить спокойно жизнью...

Сапёр резко проснулся. Его будто бы выдернуло из сна с чётким осознанием, что домой он уже не вернётся. Вернее, не вернётся Даня. Вернётся Сапёр, если сможет выбраться из Резервации или понять что здесь происходит. Это место вновь разбудило в нем того самого Малого. Пускай и сменился позывной, но сущность не меняется. Все такой же хладнокровный исполнитель, который пытается выжить.

Проснувшись окончательно и усевшись на кровати, парень глянул на часы и лишь тихо хмыкнул. Всего четыре часа утра, а это значит, что ещё есть время до начала представления.

— Пилюлькин. — Не громко позвал Сапёр, поднимаясь с настила и перехватывая автомат на локти. Старик лишь тихо похрапывал, даже не желая просыпаться.

— Подъем, блять! — Парень дёрнул деда за плечо и тот рывком ухватил Даню за рукав, куртки, поворачиваясь на живот и утягивая руку под себя.

Несмотря на уже не молодое внешне тело, Пилюлькин весьма резво вскочил на колени, при этом второй рукой надавливая на плечо Даниила, прижимая того к койке.

— Раскомандовался, мля... Че не спится? — Проворчал старик, отпустив руку парня и подхватывая автомат, что лежал рядом со спальником.

— То. Завтракаем, морды моем и пешком выдвигаемся. — Сапёр потёр побывавшее в заломе плечо, которое начало ныть.

— Куда выдвигаемся? — Удивлённо нахмурился врач, усаживаясь на лежанку и доставая бутылку с водой.

— Вчера вечером я выходил на радиосвязь с Кабаном, так вот у нас задача: забрать СВД, отработать по группе сталкеров, подстроив всё как нападение целой группы противника. Работать будем из засады, сталкеров трое поедут на бобике. Машину сожгем нахер, так что загружаемся носимым и идём. — Парень недовольно поморщился, разминая сустав. — Ты, бля, где так научился?

— Долгая история... Лучше вот что скажи. Ты ж Кабана через хер опрокинул с мобилой, а сейчас вдруг решил сработаться. — Заинтересованно хмыкнул Пилюлькин. — С чего вдруг?

— Как оказалось, лагерь Фитиля здесь уже год с лишним и у Кабана есть информаторы, что в Торжке, что в Новом Новокузнецке, что в некой группе Рахима. — Сапёр пожал плечом, поскольку второе ещё болело после столь грубого обращения с суставом.

— Ясно... Решил побыть чернорабочим, исполняя приказы свыше? — Усмехнулся старик и поднялся. — Ладно, тебе решать. Куда ты, туда и я, один фиг сидеть и прожирать запасы как-то скучно.

— Пиля, вот именно для того я и хочу выйти сейчас пехом, чтобы не играть под дудку полностью. — Довольно ухмыльнулся Даня.

Оба молча собрались и после ряда утренних процедур выдвинули обратно по тропе, удерживая дистанцию в два десятка метров, при этом, на всякий случай, включив рации с гарнитурами.

Оставив машину укрытой и лишь взяв из неё рюкзаки, они пешком за несколько часов, срезая по лесу, выдерживая при этом направление, вышли к другой дороге, которая вела прямо на юг от Нового Новокузнецка. Сверившись с распечаткой карты, Сапёр указал налево, молча двинув в сторону, параллельно дороге, перехватив автомат с локтей в боевое положение. Пилюлькин же, явно расслабившись, пошёл следом, время от времени поглядывая за спину.

На остановке встретить посыльного было не суждено, поскольку тот пришёл куда раньше и уже оставил чехол для удочек, в котором расположилась винтовка, два магазина к ней и оптика.

— Хрена богатство. — Удивился врач, когда Сапёр вскрыл чехол и достал снаряженные магазины. — БЗшки...

— Вот это бля и напрягает. — Парень напрягся и поморщился, потирая лоб. — Пиздец. Других слов нет.

— Ты эт к чему? — Поинтересовался Пилюлькин, вытягивая саму винтовку и проверяя работоспособность и подвижность затвора.

— А ты подумай. Кабан, хрен знает откуда, на отдалении от своего лагеря может передать человеку СВД-С с оптикой и парой магазинов с бронебойно-зажигательными. Просто по щелчку фактически. Зачем-то хочет убрать группу сталкеров...

— Мда. - -Мужчина, наконец, понял, что так напрягло Сапёра. — Что думаешь тогда делать?

— А что ещё остаётся? — Даня перехватил винтовку. Перетянув автомат за спину, он накинул оружейный ремень СВД себе на шею, сразу примыкая магазин и досылая патрон в патронник.

Пилюлькин лишь пожал плечами и, подхватив чехол, свернул тот и запихал в рюкзак. Запасной магазин к винтовке устроился в одном из карманов куртки у парня.

Путь до первой остановки прошли молча. Каждый думал о своём и не желал нарушать тишину леса, к которой все уже привыкли. Казалось бы, раннее утро, должны петь птицы, но вместо них лишь тихий шум шелеста листвы на верхушках деревьев, которые качает потоками ветра. Ночью опять был дождь, поэтому от одного из сильных порывов, Сапёра окатило моросью, но тот словно и не заметил, лишь утерев лицо от капель.

У него в сознании всё никак не укладывалось происходящее. За последние сутки вскрылось слишком много неприятных факторов. За ними наблюдают и все это часть какой-то Большой Игры, но крайне сложно играть, если даже не знаешь правил, поэтому Даня и пытался сообразить, как действовать так, чтобы не нарушить неизвестные ему правила.

— Едут. — Негромко произнёс Пилюлькин, когда они с Сапёром уже устроились на наблюдательных пунктах у остановки. Расположились по обе стороны от дороги и если снайпер занял лёжку параллельно дороге, чтобы просматривать подъезд, то вот док решил устроиться практически у самой остановки, дабы принять группу если та решит спешиться.

— Принял. Я снимаю водителя, на тебе второй боец, старайся работать по конечностям. Волк нужен живым. — Ответил Даня в рацию, устраиваясь с винтовкой поудобнее, подложив под цевье вещмешок.

Полицейский уазик медленно катил по дороге, попутно оглашая весь лес громкой сиреной. Сапёр ещё с дистанции в двести метров увидел, что командир тройки сидит, на переднем пассажирском, как раз с его стороны.

— Работаем. — Негромко скомандовал парень и, выловив голову водителя в верхний уголок ПСО, плавно потянул спуск.

Приклад непривычно сильно толкнул плечо, от чего винтовку чуть повело в сторону, но результат был достигнут. Грохот выстрела на короткий промежуток времени заглушил сирену, но та продолжила завывать. Водитель, дернувшись назад, чуть отпружинил от водительского кресла и упал на руль, вжимая клаксон, от чего глухо загудел сигнал, а сама машина дернулась чуть в сторону, выворачивая к дереву. Не успев ничего сообразить, Волк чисто рефлекторно дернул ручку двери и выскочил направо. Его товарищ, находившийся на заднем сидении, выскочил влево за что и поплатился, Пилюлькин с такой малой дистанции отработал короткой очередью по ногам, правда бойцу не повезло и врач, поморщившись, наблюдал, как у сталкера подкосились ноги и он упал, пытаясь зажать вскрытую пулей артерию, при этом громко крича весьма не цензурные выражения.

Даня, понимая, что Волку уходить никак нельзя, весьма быстро выловил в прицеле его плечо и быстро дернул спуск. От такого резкого действия выстрел «сорвался», но пуля всё же настигла цель, пускай и выше намеченного, перебивая сустав и превращая плечо в месиво. Боец упал, так же закричав от боли, даже не понимая, что зажимать, сразу теряясь в пространстве.

— Пошли! — Рявкнул Сапёр в гарнитуру, оставив винтовку, лишь закинув вещмешок на плечо и перехватывая автомат, тут же досылая патрон в патронник, вскинув оружие.

Расстояние до машины, которая всё же влетела в дерево, они преодолели секунд за тридцать, сразу подбегая к раненым.

— Не жилец. — Констатировал Пилюлькин, проводя контроль своему, у которого нога оказалась перебита полностью: вскрыта артерия и раздроблена коленная чашечка.

Сапёр, удерживая Волка на мушке, приблизился к тому, но сталкер даже не дернулся к оружию, оставив автомат лежать на земле, а пистолет покоиться в кобуре.

— Пиля, жгут, обезбол.— Парень отпустил автомат, позволяя тому повиснуть на ремне и чуть оттянул под бок, сразу коленом надавливая на плечо раненого, выше раны.

Врач спорить не стал, а потому сразу вытащил из подсумка жгут Эсмарха, вместе и гемостатиком. Пока Сапёр удерживал руки пострадавшего и попутно оказывал пережатие, Пилюлькин затягивал жгут, чтобы остановить кровотечение, после чего засыпал рану гемофлексом и вколол нечто странное из шприц-тюбика с иностранными маркировками.

— Плохая рана, сквозная. — Недовольно поморщился хирург.

— Да похер, он недолго прожить должен. — Даня стянул кисти Волка его же брючным ремнем, после чего потащил в лес, утягивая за эвакуационную плиту на бронежилете, попутно отдав указания Пилюлькину. — Автоматы собери и что полезное у сталкерья.

Старик лишь кивнул и принялся собрать пожитки. Волк слабо реагировал на перемещения, смотря на мир глазами, которые явно застелил кумар. Парень не стал сильно заморачиваться и усадил сталкера под дерево, тут же начав обшаривать по карманам. Каково же было его удивление, когда помимо магазинов к оружию и пистолета, он нашёл небольшой кнопочный телефон, который включился.

Как и в случае с Кузнецовым, сразу началась загрузка с символикой. Оставив мобильник на потом, Даня решил сначала допросить раненого.

— Шакал. — Похлопал он сталкера по щекам, привлекая внимание.

— Чего тебе, уебок. — Отозвался Волк, откинув голову назад и прибывая в неком блаженстве. — Решил мне отомстить, за то, что твою бабу трахнул? Молодец, отомстил, один хрен она по рукам сталкеров пошла, так что за ночь её как минимум шестеро отымело.

— На Лену похер, отвечай, что ты знаешь о Большой Игре. — Спросил Сапёр, скидывая вещмешок на землю и присаживаясь на него.

— О, а не пойти ли тебе нахуй? — Блаженно улыбнулся сталкер, прикрывая глаза. — Так ты из-за мобилы меня решил убрать...

— Я задал вопрос. Очень скоро действие обезбола кончится, и жгут я снимать не стану. Тебе решать, хочешь умирать безболезненно или корчится несколько часов от перебитой ключицы. — Даня спокойно хмыкнул, упираясь локтями в колени.

— Можешь спросить у того, кто тебе про мобилу нашептал. — Глупо усмехнулся мужчина. — Но если ты такой тупой... Большая Игра это Большая Игра и этим всё сказано.

Сталкер залился тихим смехом, который по итогу сошёл в кашель. Даниил лишь нахмурился, не понимая, что несёт раненый.

— Логично, но всё же, для чего нужны телефоны? — Поинтересовался Сапёр.

— Не знаю... Мой так и не включился. — Волк продолжал смеяться, пожав целым плечом, поскольку раненое он уже не ощущал.

— У Боброва есть телефон? — Задал вопрос Парень, окончательно запутавшись в системе работы телефонов.

— Есть. Несколько. — Ухмыльнулся Волк. – Он — игрок. А я — нет.

— Игрок... - Даня вспомнил сообщение, которое пришло на телефон Илье. — Значит ты лишь фарш...

Теперь уже настала очередь Сапёра смеяться. Смеяться от обиды и злобы. От своей глупости. Ему всё ещё было обидно за предательство Лены, за свою глупость, Кабан его вот так развёл, а он ему поверил, что всё это лишь Большая Игра, в которой большинство даже не являются игроками.

— Так ты лишь жалкий статист. — Парень расплылся в довольной улыбке. — Господи, какая же это всё херня.

Даня, не особо размышляя, поднялся и выудив СР из кобуры, попросту произвёл контроль в голову сталкера. 9х21 не пощадил и оставив небольшое отверстие меж глаз, вышел хорошим разрывом кожи ниже затылка, соединяя два отверстия перелопаченным пулевым каналом, в котором смешались все внутренности черепной коробки Волка.

— Вот и всё. — Не громко произнёс Сапёр.

— Узнал, что хотел? — Поинтересовался подошедший Пилюлькин, который нёс на себе два рюкзака и четыре автомата.

— Да... Пойдём, надо замести следы. — Кивнул парень, оглянувшись на врезавшийся в дерево уазик. — А потом в Посад, надо переговорить с Ильей.

Заключение

Сидя под козырьком автобусной остановки, Сапёр смотрел как горит ментовской козлик и курил, затягиваясь сигаретой раз за разом, пока Пилюлькин укладывал трофеи вытащенные из машины, по рюкзакам.

В одной руке у парня была зажата сигарета, обугленный фильтр которой прижег пальцы, что заставило Даню отдернуть руку, выронив окурок. Во второй же был злосчастный телефон, который и ввёл Даниила в состояние некой прострации, когда хочется просто сесть и закурить. На небольшом дисплее виднелось открытое сообщение, которое Сапёр перечитывал несколько раз, но так до конца и не понял его смысл.

«Уважаемый Игрок_Сапёр, поздравляем с активацией персонального системного ключа и подтверждением своего участия в Большой Игре…

Вы выполнили условия для присвоения вам первого уровня. В соответствии с правилами Большой Игры, вы получаете специализацию. На основании ваших действий и совершённых поступков вам присваивается специализация «Выживатель». В данный момент в вашем секторе отсутствуют другие игроки с данной специализацией, поэтому вы становитесь приоритетом для специализаций…. Недостаточный уровень доступа игрока….

Доступные награды за выполненные действия:

1. Разминирование поля с последующим убийством Игрок_Клин – Награда вариативная. 2,5 килограмма личного канала по выделенным позициям.

2. Нападение на хутор с последующим убийством Игрок_37906 Сергеенко Михаил Александрович – Награда вариативная. 2,5 килограмма личного канала по выделенным позициям.

3. Уничтожение не идентифицированных игроков х12 – Награда вариативная. 1,2 килограмма личного канала по выделенным позициям.

Награды добавлены в личный кабинет, срок на обналичивание наград – 47 часов 43 минуты.

Внимание! Специализация "Выживатель" позволяет вам заказывать в качестве награды вооружение и взрывчатые вещества. Отнеситесь к этому серьезно и с умом выбирайте награду. Администрация Большой Игры благодарит вас за участие и ещё раз поздравляет с получением первого уровня. Для дальнейшего повышения уровней выполняйте задания и соответствуйте назначенной специализации.

Внимание! Администрация Большой Игры предупреждает, что единственный активный игрок с данной специализацией автоматически становится приоритетом для специализаций... Недостаточный уровень доступа игрока...

Внимание! Уважаемый Игрок_Сапёр, Администрация Большой Игры рекомендует ознакомиться с описанием специализации и игровыми бонусами доступными игрокам первого уровня».

Сапёр закурил ещё одну сигарету, довольно хмыкнув и глянув в сторону Пилюлькина, после чего поднялся. Подхватив винтовку, парень направился к старику, который молча передал рюкзак с трофейными автоматами сталкеров.

Пешком они в быстром темпе вернулись к своему ночлегу, оставляя позади сгоревшую машину и тела убитых. Все же они решили устроить небольшое представление, якобы машина налетела на мину, ей подорвало переднее правое колесо, после чего её увело с дороги в дерево, ну, а группа, что решила спешиться, попала под обстрел. Как итог: три трупа и сгоревшая машина, поскольку растёкся бензин и кто-то очень добрый стрелял бронебойно-зажигательными по и так пробитому баку.

Пока Пилюлькин готовил машину, Сапёр решил проверить одну свою теорию, поэтому, взобравшись на холм, достал рацию.

— Лагерь, это Сапёр, как слышно, приём. — Не громко произнёс парень.

— Сапёр, слышу хорошо. Приём — Ответил Кабан практически сразу.

— Задача выполнена, вот только... Уважаемый игрок Кабан, будьте, блять, любезны объяснить, что за хрень здесь происходит. Приём.— Спокойно, но настойчиво прохрипел Даниил.

— Говорил же, детективом тебе надо было быть. — Наигранно усмехнулся мужчина и тяжко вздохнул. – Ну, значит слушай сюда, Выживатель...

Ссылка на вторую книгу серии: https://author.today/work/79515

Послесловие от автора.

Уважаемые читатели, прошу вас добавить книгу в библиотеку и поставить ей лайк, если вам интересно продвижение данной серии книг, так же оформить подписку на автора, поскольку данную серию я планирую оставлять бесплатной и думаю что многие из вас понимают, что без вложений книгу продвинуть сложно, а тратить деньги из семейного бюджета на еще одно хобби я не намерен, ибо жена и так временами подгрызает меня за траты на покупку патронов и расходников для обслуживания той коллекции оружия, что я собрал. Да и в копилке у меня хранится на очередной интересный ствол, а не на рекламу книги. У меня есть второй вариант, начать активно пиарить книгу и следующую часть серии "Большая Игра" сделать платной, однако я считаю данный вариант крайним. Если же вы хотите чтобы и дальше данная серия выходила бесплатно, то как указано выше, ставьте лайки, добавляйте книги в библиотеку, подписывайтесь на автора и рекомендуйте друзьям. Я же со своей стороны постараюсь сохранить темп и выпускать по книге в 1-2 месяца.

Спасибо что читали мою книгу, с уважением, Марк Фиттер.

P.S. Отдельная благодарность выражается тем, кто помогал мне с вычиткой, поскольку книгу я писал в короткие промежутки между вылетами. Так что благодарю свою жену и читателей: Phantom D, Роман Кович, Mics.

Content

Выживатель

Пролог. Глава 1. Беглец из карантина.

Глава 2. Кладмэн мудак.

Глава 3. Лагерь.

Глава 4. Фитиль.

Глава 5. Разведка.

Глава 6. Сапёр.

Глава 7. Решение.

Глава 8. Расход.

Глава 9. Другие возможности.

Глава 10. Договор.

Глава 11. Выживатель.

Глава 12. Потеряшки.

Глава 13. Первые сутки гражданских.

Глава 14. Дед.

Глава 15. Сторожка.

Глава 16. Быт как на войне.

Глава 17. Эхо войны.

Глава 18. Следствие для следователя.

Глава 19. Вахта.

Глава 20. Север.

Глава 21. Неудобная правда.

Глава 22. Переправа.

Глава 23. Другие люди.

Глава 24. Торговец.

Глава 25. Послабление.

Глава 26. Инструктор.

Глава 27. Посад.

Глава 28. Сталкеры.

Глава 29. Карта сталкера.

Глава 30. Волк.

Заключение

Послесловие от автора.