Андрей Рымин

Древо II Заговорщик

Глава первая — Победителей не судят

— То есть вы утверждаете, что мэл Крас вас не сбрасывал?

Опирающийся на столешницу Черхан Гра нависал надо мной горным пиком с заснеженной вершиной. Его туша заслоняла собой половину обзора, в том числе и стоявшего позади коменданта Фалко, которого завели в караулку минуту назад.

— Наоборот. Удержать пытался.

— А со стороны выглядело так, словно мэл Крас начал вращаться с целью стряхнуть вас.

— Да? — постарался я максимально удивиться. — И зачем ему это было делать?

— Избавиться от лишнего груза. Мэл Крас всего девятая ступень, и ресурс у него подходил к концу. Испугался, что не долетите.

— Плюс личная неприязнь, — добавил Дзон Гон. — Мне докладывали о ваших стычках. Вы не сильно-то дружите.

В тесной комнатке со столом, четырьмя стульями и малюхонькой кухонной зоной с огонь-камнем и посудной полкой кроме нас с Фалко, коменданта и мастера-наказателя каким-то хреном поместились ещё Гайда Мох и кудрявый мужик в салатном, который здесь же чуть раньше приводил меня в форму. Не ахти какой кабинет, но снаружи на стене по-прежнему находиться опасно. Пусть уже и не в тех масштабах, но бой с сектами продолжается. Недобитые магмары плюются огнём, муры, строясь в живые пирамидки, карабкаются по головам и спинам своих собратьев наверх, редкие не проскочившие внутрь форта вместе с длинноногами гломы нет-нет появляются, где их не ждали.

— Не путайте соперничество с враждой, мастер Дзон Гон. Борьба за первенство на занятиях не помешала нам с мэлом Красом объединить усилия, когда речь зашла о спасении людей. Ещё раз повторяю: я сам спрыгнул вниз.

— Но это же сумасшествие! — стукнул кулаком по столу Черхан Гра. — Вы же не идиот, Рэ! Там шансы были один к ста. И не в вашу пользу. На что вы рассчитывали?

— Рассчитывал убить сколопендру, — пожал я плечами. — Наш дядя Ремай…

— Это я уже слышал, — оборвал меня комендант. — Там действовала целая команда боевых силаров. И никто из них не лез твари в пасть. Никто никогда не лез!

— Кому-то всегда приходится быть первым, — гордо вскинув подбородок, заявил я. — Метод Рейсана Рэ… Мне нравится, как это звучит. Пока сто процентная эффективность.

— Пффф! — шумно выдохнул Черхан Гра. — У меня на него никаких нервов не хватит. Дзон, поговори с ним. Пора заканчивать этот балаган.

— Хорошо, хорошо.

Мастер-наказатель поднялся со стула и шагнул к месту, где только что стоял генерал-комендант. Сам же Черхан отошел к кухонному уголку и зазвенел стаканами, наливая себе воды.

— Давайте ещё раз, мэл Рэ. Вам пришло в голову, что, пролетев рядом с мордой сколопендры, вы заставите её погнаться за вами. Потом, увидев под собой раскрытую пасть, вы вспомнили рассказ дяди про то, как армейские силары залезли в брюхо такого же секта и порубили его изнутри. И вы решили спрыгнуть, чтобы повторить их подвиг. Причём, мэл Крас вас отговаривал и пытался удержать. Но вы укусили его и вырвались. Все верно?

— Совершенно, — со всей серьёзностью кивнул я.

— Мэл Крас, вы подтверждаете эти слова?

— Конечно, — поспешил согласиться Фалко. — Всё так и было. Вон, у меня даже укус до сих пор виден.

И левитант вытянул вперёд правую руку, над запястьем которой виднелся красный рифлёный овал. Молодец. Сообразительная тварь. Кроме меня к нему сейчас все спиной. Беспалевно успел сам себя цапнуть. А мне, наоборот, след настоящего укуса пришлось прятать от лекаря, чтобы не вызвать ненужных вопросов. Радуйся, падла. Радуйся. Не отчислят сегодня.

— Если всё так, — развёл Дзон Гон руки в стороны, поворачиваясь к Черхану, — Я считаю необходимым наградить юных мэлов. И наградить серьёзно. Они оба герои и смельчаки. Рэ так и вовсе совершил настоящий подвиг.

— Герои?! — грохнул стаканом о стол генерал-комендант. — Хочешь, я расскажу тебе, как всё было? Видя, что сколопендру не получается остановить, один трус подговорил второго, и они решили удрать. Но Крас не рассчитал свои силы. Когда понял, что не дотянет подельника, сбросил его твари в пасть. Как вам такая история?

— Бездоказательно, — покачал головой Дзон Гон. — И не объясняет попытку Рэ оправдать того, кто якобы пытался его убить.

— При всех нестыковках звучит всё равно правдоподобнее, чем собственная версия, но мастер-наказатель прав, — задумчиво проговорил Гайда Мох. — Причины нам не известны, но имеем мы результат, лучше которого сложно придумать. Был бы я на ранг выше, покопался бы у них в головах. А так… Не тащить же их на первый ярус к тамошним судьям.

— Победителей не судят, — обиженно пробурчал я.

Наезд коменданта задел до глубины души. Да, брешу по полной программе. Но и он ведь не прав — не в трусости дело. Хотя, с точки зрения Фалко ситуацию Черхан описал прямо один к одному. Но пофиг! Я в одиночку завалил чудище, которое они всей толпой удержать не смогли. Где восторженные вопли? Где хлопанье по плечам и сотрясание в множественных рукопожатиях моей геройской ладони? Где — сцуко — мой орден с брюликами? Кидалово. Чистой воды кидалово. Я так не играю.

— Победителей не судят… — как бы пробуя фразу на вкус, медленно повторил Черхан. — Хорошо звучит, надо запомнить.

И, снова повернувшись ко мне, затряс наставленным на меня указательным пальцем.

— Только это вас и спасает, господа-дезертиры. Невероятное везение сегодня помогло вам — сколопендра мертва. У меня нет доказательств, и потому награду вы получите. Официальная версия прозвучит вашими словами, но знайте — я остаюсь при своём мнении. Ни один разумный никогда не полезет чудовищу в пасть по собственному желанию. Ни один. Слышите?

В этот момент в дверь караулки настойчиво постучали.

— Да?! — грубо рявкнул Черхан. Всё-таки я своим враньём его раскачал неслабо.

— Господин генерал, — на пороге возник офицер в кожаных латах с металлической пластиной на груди и в шлеме с выступающими боковыми полями, как у средневековых самураев. — Все крупные секты снаружи выбиты. Если сейчас начать зачистку периметра, к темноте успеем закончить.

— Хорошо. Готовьте людей. Сейчас я выйду, и будем спускаться.

Кивнув, воин удалился, прихватив с собой также выскочившего за дверь лекаря. Но своё дело офицер успел сделать — отвлёк Черхана от нашей проблемы и сбил настрой гневаться.

— Гайда, ты нам внизу не нужен. Пока здесь останься. Выбьем сектов, пришлю за тобой. Дзон, пойдём. Твои молнии нам понадобятся.

— И мы с вами, господин генерал-комендант, — поспешил я вскочить из-за стола, испугавшись, что нас оставят сидеть в караулке с мастером-счетоводом. Ну его нафиг, этого менталиста четвёртого ранга. Мысли читать не умеет, но хитрющий же дед. Лучше я клевцами помашу. Благо — спасибо лекарю — усталость ушла вместе с ранами.

— Ещё чего! Со стен ни ногой. Даже будь у вас ресурс, не взял бы. С роем воевать — не учеников дело.

Тоже мне огорчил. Не очень-то и хотелось. Я ступеней сегодня себе и так уже набил выше крыши. Главное, что в караулке сидеть не приказывает, а стены — это самое то. Они длинные и видно с них во все стороны. С удовольствием прогуляюсь и осмотрюсь.

Выйдя вслед за наставниками из комнаты, располагавшейся в угловой башне, я сразу же повернул голову влево. Как там арена? Держится? Да вроде всё норм. По крайней мере на стороне, доступной моему взгляду, проблем я не вижу. Секты, в основном муры, пытаются выстроить у стены гигантскую стремянку из своих тел, силары наверху всячески им мешают. То заклинание какое-нибудь прилетит, то арбалетный залп жахнет, то камни на бошки посыпятся. Непонятно, зачем Черхан вообще собирается вести солдат вниз. Наши там потихоньку и сами всех насекомышей перебьют. Разве что процесс хочет ускорить.

А снаружи как? Отвернулся от колизея и двинулся к другому краю стены. Пять шагов — и вот я уже смотрю на окрестности форта. Прикольно. Раньше ведь я кроме ствола и второго яруса над головой ничего в этом мире не видел. Если, конечно, территорию академии не считать. Впрочем, сторону для знакомства с древом я выбрал не самую удачную. Восточное направление ограничивало обзор всего несколькими километрами холмистой местности с садами, лугами и каменистыми гребнями. Причём, как я знал из подслушанных разговоров, обжитая земля тянется чуть ли не до середины изгиба, уступая дикой растительности только на слишком уж крутом склоне. В общем, несмотря на то, что гляжу с высокой точки, до линии горизонта рукой подать.

Ух ты! Это что же, соседний аллой вдалеке? Смутные очертания чего-то массивного проступают из сего-голубой дымки по курсу. Видимость здесь, конечно, пипец. То ли влажность высокая, то ли в воздухе ещё чего-то намешано, то ли мана создаёт эффект мглы. На далёкие расстояния смотреть бесполезно. Предел — километров сто. Хотя, может, от дня зависит. Заснеженную вершину Эльбруса я как-то из окрестностей Армавира имел удовольствие наблюдать. А бывает, что и хребта под Горячим Ключом с моего девятого этажа не видать.

Но что-то я отвлёкся. Дали далями, а вблизи-то что? А вблизи секты — в основном дохлые, но и живых хватает. Сбежать из форта, реши я вдруг вернуться к первоначальному плану, вариантов нет. Сторожа внизу бдят, да и Черхан забрал с собой на зачистку внутренних территорий далеко не всех воинов. Как они там, кстати, уже выступили?

Снова поменял позицию. Ага, двинулись. Сразу из нескольких дверей в основаниях башен быстро выходили солдаты. Силаров тоже хватало. Сейчас выстроятся полумесяцем и зашагают к арене. С противоположной стороны форта, наверняка, выступит ещё один такой же отряд. Со слаженностью действий у них тут всё норм. Сигналы миганием фонаря передают наподобие азбуки Морзе.

— Поговорим, пока никого?

Неслышно подошедший со спины Фалко, смотрел настороженно. Теперь мы, значит, меня снова боимся? И правильно. Очень правильно. Думаешь почему я тебя-мразоту не сдал? Отчисление для тебя-дерьма кусьего — слишком лёгкое наказание. Ты у меня будешь страдать по-взрослому. Сбросил прямо чудищу в пасть. Такой подлости не то, что Рейсан, даже Сашка-добряк не простит.

— Поговорим. А как же, — повернулся я к Красу. — Подходи ближе, не бойся.

— А кто боится?

Фалко нарочито широко шагнул в мою сторону. Член школьного театрального кружка, бл@. Я вижу тебя насквозь, сыкливая шавка.

— Понимаешь, почему я тебя не сдал?

— Свою задницу прикрываешь. Твоя же затея — удрать с арены. Я бы тоже молчать не стал.

— Молодец. Правильно понимаешь.

Пусть думает, что причина такая.

— Будешь и дальше молчать, доживёшь до конца обучения.

— Иди в корни, Рэ! Мы в расчёте, и запугивать меня смысла нет. Ты обманул меня, я спасал свою жизнь. Всё по-честному.

— Гляди, какой честный… — прицокивая языком, я покачал головой. — Отплатил за попытку убить молчанием. Значит, слушай сюда!

Стремительным рывком — на эмоциях мне даже шурс не потребовался — я подтянул к себе не успевшего отпрянуть Краса и принялся быстро шептать ему в ухо:

— Отныне ты мой должник, мразь! Попрошу что-то сделать — сделаешь. И иначе никак. Поверь, тебя убить будет проще, чем сколопендру. Никто даже не поймёт отчего ты сдох. Понял меня?!

Так как одна моя рука в этот момент обнимала Фалко за плечи типа, по-дружески, а вторая крепко сжимала стиснутые в кулаке яйца Краса, ответить членораздельно у пацана не вышло. Что-то промычал и вроде как утвердительно затряс головой.

— Умничка, детка. — Я медленно разжал пальцы. — Я рад, что мы, наконец, поняли друг друга. Веди себя хорошо и на людях не стану тебя унижать.

— Аййй, — согнулся Крас, приседая. — Больной ублюдок! Ыыыы… Ты что творишь?!

— Беги жалуйся.

— Ты ещё пожа…

Резкий удар в область паха заставил его снова согнуться.

— Йоооо!

— Эй, что у вас там происходит?

Стоявший в паре десятков метров от нас возле башни солдат быстро зашагал в нашу сторону.

— У мэла Краса живот прихватило, — крикнул я служивому, опережая Фалко. — У вас здесь нужник рядом есть?

— Ведро в караулке, — ткнул алебардой на дверь позади себя воин. — Или к основанию башни спуститесь по винтовой — там чуть приличнее. Проводить?

— Спасибо, мне уже лучше, — жестом остановил Крас солдата. — Я тут постою, подышу.

Сказал и бочком, бочком пополз вдоль защитного парапета подальше от меня. Похоже осознал своё место. Вон, с каким ужасом поглядывает. Вопрос — надолго ли? А вот и проверим, как выдастся случай. Запугивать негодяев оказывается очень приятно. Будет повод, ещё с удовольствием над летунцом поглумлюсь. Он это заслужил.

Глава вторая — Фанфары сквозь слёзы

Офицер, что вытащил из караулки Черхана, оказался неправ. К темноте они не управились. Скучившиеся первоначально вокруг арены секты, заметив, что их, взяли в кольцо, и сражение превратилось в истребление, принялись по одиночке и группами разбегаться по территории. Не такие уж они и тупые, как я раньше считал. Инстинкт самосохранения есть. Правда, в моём присутствии поблизости пропадает, но я сижу высоко, и достать меня без шансов.

Хотя, некоторые особо проворные и пытались. Вырвавшийся из окружения глом подбежал к стене форта чётко под то место, где стоял я. Попрыгал, подёргался туда-сюда и поймал ледяное копьё, которое его и угомонило. Армейских водников на зачистку не взяли — они со своими вёдрами-бочками ребята не слишком мобильные. Один вот и на нашем участке остался. На две сотни шагов между башнями только он и пяток солдат. Ну и мы с Красом. Непонятно только, мы им помогаем, или они за нами присматривают.

Скорее второе. Когда ближе к полуночи командование объявило о завершении освободительной операции, и из подсвеченных множеством фонарей ворот арены массово повалил народ, нас, тоже было дёрнувшихся к винтовой лестнице, сразу остановили. Без приказа не велено. Пришлось ждать ещё с полчаса пока какой-то наставник, явившийся к стене, не проорал снизу, что всё закончилось, безопасность восстановлена, и юным мэлам можно отправляться в свои комнаты.

Братишка ожидаемо не спал. И хорошо ещё, что только он. Больше я боялся торжественной встречи в дверях корпуса, или на этаже. Но наставники, видимо, хорошо припугнули ребят — дисциплина сегодня железная. Или же просто устали.

— Старший брат! — вскочил Рангар с койки, как только я открыл дверь. — Ну ты дал! Это же просто… Это великий подвиг! О тебе теперь будут…

— Давай завтра, а? Я дико устал. Еле досюда доплёлся.

— Конечно, старший, конечно. Ложись, ложись. Подать, может, чего? Водички налить?

— Не надо. — Зевнул и зашёл в сортир. Общаться сейчас не хотелось, но, выходя, всё же бросил:

— Как наши там?

— Нормально. Только Дзе всё.

— В смысле всё? — застыл я со снятым тапком в руке.

— Глом добрался. Сразу насмерть.

— Дерьмо! — зло выругался я и швырнул башмак в стену.

— Старший брат, ты чего? — испугался Рангар. — Дзе вторая ступень всего был. Самый слабый из наших.

— Дерьмо, — повторил я тише, уже не восклицая, а выражая своё отношение к брату.

Это надо же таким гомном быть? Человек погиб, а он ступени считает. Дерьмовые родственнички! Дерьмовая знать! Дерьмовый мир! Самому бы дерьмом здесь не стать. Дальше молча улёгся и, борясь с наползающими одна за одной чёрными мыслями, незаметно уснул.

Утро, как оно чаще всего со мной и бывает, кардинально поменяло настроение. Лезущее в окно солнце изгнало мрачные думы, и под душем я уже весело насвистывал Клаву Коку. Жалко, конечно, мальчишку, но жизнь продолжается. Я его и не знал толком. Перекидывались несколько раз парой слов — и на этом всё. Там вчера, кроме этого Дзе, неизвестно ещё сколько народа погибло. Серьезная трагедия, но не стоит превращать её в личное горе. Главное, что Фая жива. И Тола. И… Короче все, до кого мне есть дело.

Когда, одевшись и расчесавшись, мы вышли с братом из комнаты, коридор уже был полон народа. И не только моими бандитами. Похоже, вся знать ветви ждала моего появления, чтобы встретить восторженным: «Рэ! Рэ! Рэ!». Горящие глаза, воздетые вверх руки, сжатые кулаки. Теперь я знал, как чувствуют себя футболисты, победившие в важном матче, идя к автобусу мимо фанов. Хорошо хоть, что простакам ход на наш этаж был заказан, иначе бы я оглох. Да и к лестнице едва ли протиснулся бы. И так еле-еле проскользнул мимо Толы, пытавшейся меня приобнять, когда я шёл мимо.

Нет, девочка. Вчера на стене арены моими губами говорили эмоции. Хоть ты в меня и втюрилась по уши, но никаких «нас» не будет. При людях я с тобой зажиматься не стану. Прости.

Внизу картина изменилась не сильно. На выходе из корпуса меня так же встречала толпа. Сотни две человек — явно больше, чем нас было на ветви. Понимают, однако, кто вчера спас их задницы. Правильно, правильно — любите меня, носите на руках, называйте детей в мою честь. Зря я что ли глистом внутри сколопендры ползал?

Поорали немного, поскандировали стандартное: «Рэ! Рэ! Рэ!», посмотрели на мой театральный поклон героя, выслушали супер-короткую речь из нескольких пафосных слов и дружно согласились проводить меня в столовку. Война-войной, а завтрак сегодня по расписанию, и это не менее приятно, чем оказываемые «спасителю академии» почести. Вру — почести, конечно, приятнее.

Зал уже был полон народом. И преподские, и ученические столы ломились не только от тарелок с закусками, но и от облепивших их силаров. На первый взгляд и не скажешь, что здесь людей меньше, чем было вчера. Но потери есть, и сейчас Черхан нам расскажет о них и обо всём остальном. Вон осматривает столовку уже, ждёт, когда все усядутся.

— Все на месте? — вопросительно гаркнул генерал-комендант, вставая из-за стола.

И тут же, обрывая шепотки и переглядывания в попытках пересчитать соседей, сам же ответил:

— Не все. Ох, не все… Мне больно произносить вслух такие цифры, но от правды не убежишь. С прискорбием сообщаю, что вчера при отражении атаки роя на форт мы понесли наибольшие за всю многовековую историю академии потери. В бою с сектами пали: сто восемнадцать солдат и офицеров…

Охренеть! Сделанную Черханом трагическую паузу немедля заполнили тихие но многочисленные звуки страха и удивления — в основном протяжные гласные, вроде «ооо», «ааа», или «ляяя». Последнее относилось ко мне. Больше сотни… Да мы на арене тупо не видели битвы, что не ограничилась ближним к нам участком стены. Армейские же по всему периметру с сектами дрались. И погибали там незаметно для нас.

— … четырнадцать беженцев-ополченцев, двенадцать служащих форта — продолжал комендант, — Три наставника…

Перечисленные далее имена мне ничего не сказали, и я облегчённо выдохнул. Никого из наших преподов среди погибших не было. Уже хорошо.

— И девятнадцать… Да, вы не ослышались. Девятнадцать учеников.

По залу снова пронёсся коллективный разноголосый стон.

— Мы живём в жестоком мире, и смертью никого из вас не испугать и не удивить, — продолжал Черхан Гра, сдвинув седые брови. — Погибнуть в бою — достойная смерть. Души павших поднялись на небеса, а не ушли под корни. Здесь нет сомнений. Но наша утрата…

Дальше комендант минут пять рассуждал о трагедии, какой академия прежде не знала. При всём моём уважении к памяти погибших и сопричастности к произошедшему, я пропустил большую часть общих слов мимо ушей. Терпеть не могу такое. Похороните обоих родителей, постойте на кладбище, сколько я постоял, послушайте траурные речи и плач, порыдайте сами с моё. Нет — я не из чёрствых и равнодушных. Я просто смаковать состояние грусти и боли отказываюсь. Даже драмы по телеку не смотрю.

Наконец, Черхан Гра замолчал. Ненадолго, естественно. Вчерашний наш разговор как бы недвусмысленно намекал на официальную похвалюшку. Интересно, сам будет награждать, или переложит это дело на Дзон Гона? Но я ошибся. Следующая часть выступления коменданта относилось совсем к другой области. В моём случае, к ещё более грустной.

— В силу произошедшего, руководством академии принято решение приостановить занятия в нашем форте. Надеюсь временно. Отправлен запрос наверх. Ждём ответа. Скорее всего к нам прибудет инспекция, опираясь на заключение которой совет кураторов в правительстве и сформирует прошение императору. Мне бы не хотелось терять целый оборот, но, если поступит приказ, нам придётся отправить вас по домам. На данный момент мы не можем обеспечить вашу безопасность. Увы.

Вот это была шляпа, так шляпа! Отправляться домой, где я по идее знаю каждый угол и каждого встречного — очень плохой вариант. Я и здесь-то хожу с постоянным страхом спалиться, а уж там, в присутствии «нежно любимых» папочки с мамочкой — те ещё небось твари — мои шансы встрять устремятся к заветной сотне процентов.

— Но, что мы всё о грустном! — неожиданно выдал Черхан поменявшимся голосом. — Мы живы, мы победили, мы возвысились! Рой снова разбит! Слава империи!

— Слава, величие, мощь! — грянуло дружным ответом.

— Вы воины! — отсалютовал нам сжатым кулаком генерал. — И вчера вы это доказали! Каждый из вас доказал! Я горд вами, силары. Ни один из вас не дал повод обвинить его в трусости.

Взгляд Черхана отыскал мои глаза, и теперь он обращался только ко мне.

— Но есть среди нас… Да-да, даже не среди вас, а именно нас. Нас всех. Пара силаров, которых следует отметить отдельно. Ибо, они герои. Настоящие герои! Эти парни, без всякого преувеличения, спасли сотни жизней. Если бы не их выдумка, арена — наша, казалось бы неприступная цитадель могла и не устоять. Мэл Крас, мэл Рэ, прошу вас выйти на центр зала.

Черхан Гра сам первым поднялся со своего места и, пока он обходил преподавательский стол, мы с Фалко под гвалт приветственных выкриков успели выйти ему навстречу.

— Ну что, силары? Дайте пожать ваши руки.

Комендант протянул свою лапищу. Широченная ладонь. Кожа грубая, пальцы толстые и невероятно сильные. Словно в какой-то заводской станок руку суёшь — аж косточки затрещали. Приобнял нас за плечи, развернул лицом к залу и встал посредине. Пока перестраивались, успел шепнуть:

— Я бы вас обоих отчислил.

Но в голос, обращаясь уже ко всем, сказал совершенно другое:

— Эти парни, рискуя жизнями, увели сколопендру от арены. Вы всё видели сами. Отчаянный и смелый поступок, который изменил весь ход битвы. Настоящий подвиг! И он требует награды.

Столовка встречала каждую фразу Черхана новой волной аплодисментов и одобрительных выкриков. Куда только подевались: соперничество и зависть? Общий враг и общая победа сплочают не хуже идей Маркса с Энгельсом.

— Руководством форта принято решение поднять обоим силарам ступени. Вне рейтингового зачёта естественно. То есть без начисления баллов.

И, когда зал отгремел очередной, в этот раз особенно бурной, волной оваций, добавил:

— Все же ваши ступени, полученные во время вчерашнего боя, учтены как раз будут. Всех возвысившихся прошу подойти после завтрака к Гайде Моху. К завтрашнему утру люди мастера-счетовода обновят рейтинги на информационных досках. Хочется верить, что занятия всё же будут продолжены, и ваши достижения не утратят свою ценность.

Баллы-шмаллы… Идут они в пень. Вот халявная ступень — это круто! На моём — спасибо боженьке — уже весьма недурственном уровне каждая новая даётся просто с ипучим трудом. Только на сколопендрах и поднимать репу. Кстати, а как бы узнать, сколько мне до следующего возвышенческого оргазма? Может, там кот наплакал, и награда окажется фикцией? Дольют пару капель — и вуаля, получите тринадцатую. Нафиг, нафиг. Если не прямо сейчас поить силой будут, дома первым же делом «сожру» жёлтую гальку из сундука. Хватит жопиться. Вдруг, дотяну до отсечки?

— И это ещё не всё, — поднял руку с вытянутым вверх пальцем Черхан. — Вчера мы с вами увидели настоящее чудо. Естественно я говорю про прыжок мэла Рэ секту в пасть. Апогей смелости! Храбрость достойная неба! Это первый известный мне случай, когда силар осознанно дал себя сожрать, чтобы поразить врага изнутри. Хитроумный, но невероятно опасный приём. Мы стали свидетелями невероятного подвига, который войдёт в историю. Слава Рейсану Рэ! Слава победителю сколопендры!

И вот теперь я по-настоящему ощутил, что такое истинная гордость собой. Такого скандирования своей короткой фамилии, перемежаемого выкриками «Слава!» я прежде не слышал. Ни сегодня, ни уж тем более в прошлые разы. Столовка тряслась и ревела. Уши буквально рвались от шквала аплодисментов и ора. Ну Черхан! Ну актёр! Надо же было так толпу завести? И это он меня ещё обманщиком и трусом считает. Что бы было, поверь он в моё желание реально спасти ребят?

— Ну хватит, силары, хватит! — перекрикивая толпу, замахал рукой генерал-комендант. Вторая бревноподобная лапа по-прежнему лежала у меня на плече. Кило тридцать точно. В прошлой жизни уже ноги бы подогнулись от такой тяжести.

— Дайте ещё пару слов сказать, и приступим уже к еде.

Не сразу, но зал, наконец, затих. Все взгляды по-прежнему были обращены к нам. Кто с обожанием смотрит, кто с интересом, кто с завистью, кто блестящими от возбуждения влюблёнными глазами — чуть ли ни каждая вторая девчонка готова слезу пустить. Я вытянул шею, стараясь найти в толпе Фаю. Как там моя малышка? Не ревёт случаем? Я и сам от нахлынувших чувств едва сдерживаюсь, чтобы на радостях не всплакнуть. Ощущения вроде тех, что словил позапрошлым летом, когда наши по пеналям на ЧМ по футболу испанцев порвали. Аж нога Акинфеева в памяти всплыла.

Бля! Реально слеза по щеке покатилась. Опозорюсь же! И смахнуть ведь нельзя. Вот засада! Неожиданно вместо Фаи глаза выхватили из толпы Лиси Сай. Рожа ехидная донельзя. Вот оно что, Петрович! Грёбаная менталистка херячит по мне своим колдовством. Поймала момент, когда эмоции прут и пытается заставить меня разреветься от счастья.

Поздно. Как только я въехал в коварный план юной ведьмы, меня сразу же отпустило. Не дождёшься, коза! Сейчас и от слёзки избавимся. Скривив угол рта, я резко дунул на щёку. Снесло. Да и след заодно подсушило.

— Мы решили, что этот подвиг достоин дополнительной награды, — продолжил Черхан. — Мэлу Рэ за счёт академии достаётся ещё одна ступень.

Мёд мне в рот! Ещё одна?! Да я скоро на шурсе смогу до ствола добежать в один присест. Круто мне привалило. Такими темпами я до третьего ранга доберусь скоро. Хрена с два на меня теперь какая зараза косо посмотрит! Я теперь на несколько голов выше любого другого ученика. Не король академии, нет. Бери выше — живой бог, бл@!

Мысленно тряхнул головой. Снова Рейсан выглядывает. Рожу попроще и глубоко дышим. Не хватало мне ещё маничку словить. Давай уже, дядя, заканчивай. Кушать хочется.

— За наградой зайдёте ко мне в кабинет после обеда, — сообщил комендант и уже гораздо громче добавил: — Ну всё, силары. Садимся, и приступаем к еде. Вы себе даже не представляете сколько у нас с вами сегодня работы.

Хлопнул нас с Фалко по спинам и двинулся обратно обходить преподавательский стол. Мы тоже зашагали к своим. Красу было ближе — он почти сразу плюхнулся на своё место, где его тут же обступили подорвавшиеся со стульев кореша. Топая дальше, я непроизвольно следил за тем, как западники поздравляют летуна. Сейчас дойду до своих, и те тоже всей шоблой накинутся. Задумался, засмотрелся…

— Поздравляю, любимый!

Неслышно появившаяся рядом словно по волшебству Тола повисла у меня на шее. Знакомый цветочный аромат, пройдя через нос, саданул по мозгам. Те немедля поплыли. Не успел я оценить ситуацию, как она усугубилась. Причём, резко. Лицо девушки быстро приблизилось, и в мои губы впились её: мягкие, нежные, влажные… Я завис.

— Ай, босс! Жжёшь! — вывел меня из ступора выкрик Линкина, вынырнувший из облака свиста и улюлюканья.

— Давай, давай! — басил Глэй.

— Больше огня! Больше! — хохотала Тайре.

— Сестра… — с надрывом тянул Ферц.

Собрав все душевные силы, я разорвал поцелуй. Разомкнул объятия, отстранился от Толы и, не говоря ни слова, шагнул к своим. А что мне было делать? Наорать на неё? Оскорбить, оттолкнуть? Посмеяться? Возможно…

Но я не смог. Я всё ещё Сашка — скромняга, добряк, нецелованный девственник. Ну ладно, теперь очень даже целованный и не только, но это мне ничего не даёт. В драках смелый. В бою насмерть с тварями из ужастиков тоже не ссу. А тут словно очко склеивается. Бабы — мой бич! Моя ахиллесова пята! Стоит яйца какой-нибудь красотке пощекотать — и превращаюсь в отбитого тормоза.

— Поздравляю, старший брат!

— Две ступени! О древо!

— И Толочка на сдачу!

— Это да. Отжёг, так отжёг!

Смеющиеся возбуждённые лица окружили меня. Чужие руки одна за одной сжимали ладонь, хлопали по спине. Поздравления сыпались в уши. Губы продолжали ощущать её вкус. Начинающий же приходить в себя мозг всего этого старался не замечать. В голове постепенно росла и твердела неприятная и в то же время весьма волнительная мысль:

«Всё-таки она меня поимела.».

И, несмотря на то, что смысл эта фраза несла в себе переносный, я понимал, что и прямого теперь ждать недолго. При всей академии ответил на поцелуй. Кусок похотливого оленя! Безрогого и безмозглого! Теперь вариантов нет. Прости меня, Фая. Надеюсь, ты сможешь понять.

Глава третья — Когда не хватает капли

Когда на выходе из столовки нас, как перед приходом волны, начали разбивать на группы по дару, я сразу заподозрил неладное.

— Рэ, давайте сюда, — помахал нам Вигел Кио, собиравший скоростников в паре десятков метров от дверей.

Других наших тоже позвали кураторы, и банда сразу распалась. Как обычно, мы выбрались из-за стола одними из последних, так что народ уже почти весь разделился на разноцветные кучки. В нашей с Тайре, Рангаром и мной получалось всё так же четырнадцать рыл. Команда шурсильщиков потерь не имела, и этот факт радовал. Бронебой — редкий зверь. Его беречь надо.

— Ну что, силары, — оскалился в хитрой улыбке препод. — Намусорили вчера, теперь айда на уборку. Из Кано скоро начнут подходить обозы. Пока наша задача — выволочь все туши за стену. Затем армейским поможем снаружи. Ну, а там уже посмотрим. Возможно и к сортировке привлекут

Ну вот и стало понятно, о какой работе говорил комендант. Тысячи дохлых сектов сами себя не утилизируют. Обслуге и солдатам не справиться в срок. Привлекают студентов. И не удивительно. В этом деле промедление чревато полной непригодностью форта для дальнейшего проживания на его территории. Оно же на местной жаре через день так смердеть начнет, что капец. Блевать будем дальше, чем видеть. Хотя…

То ли я себя сейчас так накрутил, что внушил себе, будто чувствую неприятный запах гниения, то ли жучьи ошметки уже начали разлагаться, и вонь, которая лезет мне в нос, совершенно реальна.

— Разбирайте маски, — подтверждая наличие смрада, протянул стопку каких-то тряпок нам Вигел Кио. — Переодеться зайдём по пути на малую южную. Наша первая цель, а возможно и последняя на сегодня — это уж как пойдёт — сколопендра. Панцирь этой заразы только нам и по силам, так что поработаем мясниками.

Поменяв свои тоху на серые тренировочные и напялив на головы тряпичные шлемы с прорезями для глаз, вроде тех, что натягивают на себя в фильмах грабители банков, мы шагали к эпицентру вчерашней битвы — к арене. Чем ближе подходили, тем сильнее чувствовался запах дохлятины. Не такой, как вонь от сбитой грузовиком собаки, что три дня пролежала как-то у гаражей за моим домом — тут к стандартным примешивались специфические оттенки и нотки — но тоже премерзкий.

Сколько же здесь было падали… Чёрные туши длинноногов бугорками поднимались из сплошного бурого в зелёную крапинку покрывала. Тысячи муров, десятки гломов, сотни прыгунов, но те ближе к стене в основном. Ничего себе объёмы! Хрена с два мы всё это дерьмо за день вытащим за ворота. Хорошо хоть, что с десяток повозок имеется: в три быхи впряжены, в остальные, что размерами вдвое меньше, по харцу.

Большинство одноцветных бригад юных мусорщиков оседали возле края этого жукастого кладбища. Воздушники и водники магическими кулаками будут сгребать туши в кучки, левитанты и физики займутся погрузкой, все остальные — просто рабочие руки. И спины, на которые можно взвалить поклажу. Одними повозками в любом случае не обойтись.

Но наш путь лежал дальше. Обойдя арену по широкой дуге, мы двинулись к стене форта. Вон она — моя родненькая. Лежит там, где я её порешил. Не уползла за ночь. Подошли, разбились на пары, достали клевцы и принялись кромсать панцирь на сочленениях между «вагонами». На шурсе естественно. По-другому эту броню было просто не взять. Само собой ресурс у всех быстро кончился. Ну, разве что я малость дольше других играл в дятла. Хотя, когда сравниваешь три секунды и десять — это так себе отрыв. Я всего-то на пару метров продвинулся, а тут по окружности вся дюжина будет. Пилить ещё и пилить.

Причём, в прямом смысле. Продуманный препод захватил — видать, у местного трудовика позаимствовал — целую связку лобзиков. Похожи на серп с перемычкой, но суть та же самая. Усиленный нашим братом-бронебоем инструмент, между прочим. Считай, что алмазное напыление по всей режущей кромке. Такими только эту дрянь и возьмёшь.

Дальше тупо пилили хитин, время от времени беря передышки. Я работал с сестрой — то она почастит лобзиком, а я края панциря клевцом подержу, как распоркой, чтобы они не сходились, то сам за «болгарку» возьмусь, то опять поменяемся. Рангар слева кряхтел и ругался сквозь зубы. По мнению брата, такая работа не подходила для благородных мэлов от слова «совсем», но как будто нас кто-то спрашивал. Папаша-Рэ не сподобился отправить в академию с нами сотню-другую чернорабочих из простачья, так что даже его наследнику пришлось помарать белы рученьки по полной программе. Да и не только рученьки. Очень скоро мы все уже были настолько густо обл@паны подгнившей слизью, что я напрочь перестал ощущать мерзкий запах, исходящий от гигантского трупа.

— Давно Толу трахаешь? — неожиданно выдала Тайре, сменяя меня после очередного захода.

— Только начал, — буркнул нехотя, намекая, что разговор развивать не хочу.

Но сестрёнка намёки понимать отказалась.

— Без обид, брат, но ты реально больной извращенец. Трахать девчонку, зная, что та без пяти минут труп — удовольствие, которое мне не понять.

— Конечно, не понять. Ты же девчонок не трахаешь.

Ответил спокойно, а внутри всего холодом обдало. Чёрт! Она же тогда не шутила. Тайре действительно собирается грохнуть Толу. И братца её заодно. Сраная киллерша! Получается, Джи — её заказ. Только хрен ей. Не дам! Как же мне всё это разруливать?

— Я трахаю, кого хочу и когда хочу, — ухмыльнулась Тайре. — И тебя осуждать не собираюсь. Можешь даже разок отодрать, когда я её упокою. Пока ещё тёпленькая будет. Не в этом же дело.

— А в чём?

Надеюсь, сестра не поняла отчего я скривился.

— Нахрена при всех дал себя засосать? Рэ и Джи… Это же кусец полный. Древнейший на всём ярусе клан и ничтожные выскочки? И эта шушера ещё смеет оспаривать наше главенство на ветви. Отец сильно расстроится.

— А кто ему скажет?

Ну вот я и понял, в чём фишка. Руками детей конкурентов убрать. То есть оставить соперников без наследников. А у меня тогда какая задача? Какого боевого силара я должен убить? Кто из преподов перешёл Рэ дорогу? И нахрена в форте куча «наших» людей, про которых говорил коридорный? Сплошные загадки.

— Кто скажет? Прикалываешься? В форте глаз и ушей, что тли под листом.

Тут она права. Папеньке Рейсана стопудово доложат. Об этой стороне своего залёта с Толой я не подумал. Отчего-то сразу захотелось оглянуться по сторонам — не подслушивает ли кто? Хотя, говорим шёпотом и даже Рангару не слышно о чём, но мало ли.

— Не переживай. Отец поймёт, что это издёвка. Плевок в сторону Джи. Неужели мне нужно тебе объяснять такие простые вещи?

Шумно выдохнув, Тайре скорчила рожу: «Кусец, ты даёшь!» и медленно покачала головой из стороны в сторону.

— Повторюсь, брат. Ты больной извращенец. И за это я тебя горячо и нежно люблю.

— Я тоже люблю тебя, сестричка. Закроем уже тему. Джи недолго осталось.

— Отымей её напоследок, братишка. За всех Рэ отымей.

И мы снова вернулись к хитину и лобзикам.

* * *

Перед обедом, когда посетив душевую и переодевшись обратно, мы снова превратились в людей, нас ненадолго отпустили в корпус. Причём, не только скоростников. Фонтанная площадь полнилась народом, спешащим заглянуть перед жрачкой в комнаты по каким-то своим делам. Не знаю, у кого как, а у меня причина заскочить домой была важной.

Силиты должны помочь. Отчего-то я был в этом уверен. На ходу разглядывал жёлтый шарик в груди внутренним зрением. Не видно ли там случайно, сколько мне до следующего оргазма осталось? Вот интересно, как Гайда Мох определяет ранг и ступень? Тупо по размеру на глаз? Очень вряд ли. Скорее менталист видит некие метки, подсказывающие ему степень крутости мага. Как они могут выглядеть? Риски на воображаемой шкале, какие-нибудь лучики, которые можно пересчитать, цифры, проступающие на поверхности маленьких солнышек…

Кольца! Словно на спиленном дереве. Только не в плоскости, а в объёме. Этакие прозрачные сферы, разделяющие шар, как матрёшку на множество более мелких шариков. Ядро в центре — и пошли слои пирога. Один, два, три… двенадцать. Совпадает! Мёд мне в рот! Я смог сосчитать свои ступени! Не знаю как, но я смог!

На радостях тут же выхватил внутренним зрением шар силы проходящего мимо манника. Вижу! Вижу — етить колотить! Четыре полупрозрачные сферы. А Тайре? Ух ты! Восемь уже. До вчерашнего боя семь было. Так что же это, я теперь без помощи мастера-счетовода могу такие вещи определять? Зашибись! На рояле добавились новые клавиши. Может, и не последние, кстати. Кто нас-пожирателей знает, на что мы способны? Какие ещё сюрпризы скрывает мой дар? Ну ничего, выясним. Дайте только время. Пока же надо разобраться с тем, что уже в себе откопал.

Так как братец сразу попёрся в столовку, рыться в сундуке мне никто не мешал. Вот они — мои жёлтые камушки: всего две горошинки, но зато стоят немерено. Курс, как я уже знал — один силит-единичка равен сотне таких же манитов. С двойками и тройками те же пропорции, только между самими рангами камней зависимость не прямая. То есть не один, два, три, а один, пять и десять. С виду сложная схема, но привыкнуть легко. Тем более, когда в деньги всё переводится.

Манит-единичка — вернее мана, его наполняющая, приравнивается ценой к одному талару. Соответственно манит-двойка — пять таларов, тройка — десять. Чтобы стоимость силитов узнать, умножаем на сто. В памяти против воли сразу всплыла взятка, что Фая сунула коридорному за ключ от чердака северного корпуса. Аренда данного помещения на год обошлась малышке в тридцатку. Переплата на лицо, но кто я такой, чтобы учить принцесс тратить бабло?

Вспомнил малышку и сразу расстроился. Мне же вечером ещё предстоит объясниться с ней на счёт Толы и поцелуя в столовке. Так-то между нами официально ничего нет, только дружба, но всё равно неудобно перед мелкой. Да и ревновать стопудово будет. Придётся выкручиваться.

Ладно, лишние мысли в сторону. Приступаем к прокачке. Взял одну из горошин, зажал в кулаке. Сосредоточился… Есть! По руке пробежал огонёк, влившийся в жёлтый шарик в груди. Тот сразу стал капельку больше. Где оргазм? Нет его. Жаль… Берём второй силит. Опа! И снова не дотянул. Бля… Сфера-контур, обозначающая следующую ступень проявилась, но не добрала нужной контрастности. Совсем чуть-чуть не хватило. Обидно — пипец. Получается наградные — халявную силу за счёт академии я получу в куда меньшем объёме, чем мог бы. Потеря-потерь.

Мёд мне в рот! Что туплю-то? Нужно срочно достать ещё камушек. Наверняка же не только Рейсану папаша вручил на дорожку подарочек. Займу. Выпрошу. Отберу. Куплю втридорога, наконец! Мне оно один хрен сейчас выгодно. Только поспешить надо.

Так, кто у нас ещё из богатеньких Буратин? Про другие ветви не думаю — тупо не успеть. Вот-вот начнётся обед. И так большинство ребят сейчас свалят. Линкин? Суры? Рванул дверь напротив. Закрыто… Кто ещё? Сестра плакалась, что её батя обделил в этом плане. У близняшек спросить? Стоп!

Второй клан на ветви по крутости — Джи! Ферц! Нет, в жопу Ферца — этот мне не продаст. Остаётся один вариант. В какой комнате она живёт мне известно. Два десятка шагов по коридору и с надеждой берусь за железную ручку.

— Здесь? Отлично!

Копавшаяся в шкафу Тола резко повернулась ко мне. Удивление на лице быстро сменилось радостью и даже триумфом. Ещё бы. Одна из соседок-подружек — брюнетка в лиловом находилась в комнате и станет свидетелем её победы. Рэ пришёл к своей девушке. Двух смыслов тут быть не может.

— Да, любимый? — расплылась сестра Ферца в лилейной улыбке. — Юмачка, иди. Я догоню.

— Хорошо. Я как раз собралась.

Левитантка подмигнула подруге, одарила меня кокетливым взглядом и выпорхнула за дверь.

— Ну иди ко мне, мой нетерпеливый самец, — поманила меня пальчиком Тола. — Если поторопимся, успеем к горячему.

— Извини, не сейчас.

— Рэ, опять начинаешь!

Тола едва огнём не зажглась.

— Сколько можно? Мне уже надоело в твои игры играть! Как приехали сюда, тебя словно подменили. Где мой, Рей?

— Да подожди ты, — прикрикнул на неё и, подлетев в три шага, схватил за плечи. — Потрахаемся ещё. У меня к тебе важное дело. Очень важное. Срочно нужен силит.

— С древа рухнул? — Тола так удивилась, что даже перестала злиться. — Где я тебе его возьму? Из кармана достану? Мы богатый клан, но не настолько, чтобы силитами разбрасываться.

— У Ферца есть. Я знаю.

— Откуда?! — расширившиеся глаза девчонки выдали Толу с потрохами. Я попал в точку. И надо успех развивать.

— Я Рэ, не забывай это.

— С тобой забудешь, — шумно выдохнула Тола.

— Я серьёзно. Мне срочно нужен это силит. Я заплачу. До ступени совсем чуть-чуть не хватает. С двенадцатой на тринадцатую — представляешь, сколько баллов нам в рейтинг?

— В смысле? — пропустившая мимо ушей последнюю фразу красотка, подозрительно сузив глаза, смотрела на меня. — Как ты это определил?

Опа! Едва не спалился. Следить за словами надо.

— Я чувствую, что она близко.

— Чувствует он, — хохотнула Тола, которая — слава богу — мне попросту не поверила. — Чушь не неси. Нужен силит, готов заплатить — иди договаривайся с Ферцем, раз всё про всех знаешь. Брат как раз у себя. Только он не продаст. Без вариантов.

В общем, что и требовалось доказать. И я знал, что к этому всё придёт, оттого уже настроился на хитрость, которая, если под другим углом посмотреть, больше походила на подлость. Но блин! Мне нужна была эта лишняя ступень! В том числе и, чтобы спасти Толу с Ферцем. Она мне ещё потом спасибо скажет.

Схватил её в охапку, прижал к себе и впился губами в губы.

— Ты любишь меня? По-настоящему любишь?! — пылко спросил, едва завершив поцелуй.

Напрягшаяся было Тола расслабилась в моих руках. Закатила в блаженстве глаза и шумно выдохнула:

— Люблю, тварь ты кусья! Люблю!

— Тогда достань камень. Обещаю, что сполна расплачусь. И не только деньгами. Слово Рэ.

— Но, Рей…

— Никаких «но». Хочешь ответной любви, докажи, что достойна. Это моё последнее испытание. Жду на обеде с силитом.

Одарил зависшую Толу загадочным взглядом, резко развернулся и вышел.

* * *

Обед уже подходил к середине — многие даже успели доесть и сбежать на улицу — а, ни Толы, ни Ферца в столовке по-прежнему не наблюдалось. Дерутся они там что ли? Я уже задолбался переживать. Правда, ещё больше замучился отбиваться от своих ребят, пристающих с расспросами, касающимися моих отношений с огненной мэли Джи. В итоге не выдержал и нагавкал на банду. Мол, не лезьте не в своё дело. С кем хочу, с тем целуюсь, кого хочу, того трахаю.

Время шло. Черхан Гра, как и большинство мастеров, уже покинул столовую. Снаружи наставники снова начали собирать свои трудовые бригады. Похоже, мой план не сработал. Пора топать. Вон и Фалко посматривает в мою сторону. Не хочет первым идти, меня ждёт.

— Любимый!

Со стороны дверей ко мне быстрым шагом спешила улыбающаяся во все тридцать два Тола. Удачно я на Краса отвлёкся. Кричать не стесняется, машет рукой. Хитрожопая баба — понимает, что я на крючке. Привстал и вскинул руку в ответ.

— Что так долго? Весь обед пропустила.

Заботливо приобнял, улыбнулся сочувственно. Пусть все смотрят — она заслужила. Кулак же не просто так сжат.

— Та я не голодная. Нанюхалась с утра дохлых сектов. Аппетита нет.

— Принесла? — шепнул и подвинул руку.

— Ты мне должен две сотни таларов и это только начало списка.

— Умничка.

Твёрдый кругляшок перекочевал из её ладони в мою.

— Ладно, там уже всех зовут, — вернув голосу громкость, кивнула Тола на двери. — Пойдём что ли?

— Пойдём. Только я сначала к Черхану.

— А, точно! Мой герой идёт за наградой, — улыбнулась она. — Ну давай, вечером увидимся.

Тола чмокнула меня в щёку, пробежалась ликующим взглядом по моим парням, подмигнула Тайре с близняшками, что смотрели на неё волчицами, и двинулась к выходу, гордо покачивая бёдрами. Наслаждается моментом. Её право. Я опустился обратно на стул и, не дожидаясь нападок сестры, явно собиравшейся высказаться, потянулся к спрятанной в камушке силе.

Уууу! Минет отдыхает… Какая Тола? Какие девчонки вообще? Какой секс? Бросаю всё, и валю вниз — мочить под корнями сектов. И это же мне сейчас ещё два таких убер-оргазма предстоит пережить?! Мёд мне в рот! Я же скопычусь от наслаждения.

— … и пусть ещё только попробует…

— Подожди, — прохрипел, поднимая на Тайре замутнённый взгляд. — Я не слушаю. Ступень у меня.

— Чего?

Недовольная мордашка сестры замерла в гримасе непонимания.

— На очередную ступень забрался, — всё ещё дрожащим голосом пояснил я и разжал кулак, предъявляя потускневшую горошину использованного силита.

— Тола? — с недоверием произнесла Тайре. — Вот это я понимаю трах по расчету!

— Ничёсе, босс! Даже самые элитные шлюхи…

— Заткнись, Фра, — нехотя отмахнулся от Линкина. — Чтобы шуток я на эту тему не слышал. Кто наедет на Толу, сильно пожалеет. Передать всем.

Услышав в голосах присутствующих, что наперебой кинулись подтверждать понимание приказа, нужную долу искренности, я встал со стула.

— Пойдёмте. Мне к Черхану пора.

— Подожди, старший брат, — вскочил Рангар. — Так какая ступень-то?

— Тринадцатая.

— Ого!

— Ничего себе!

— Окусеть, босс!

На восторженные восклицания моих прихвостней повернулись чуть ли не все оставшиеся в столовой силары. Любопытные взгляды собрались на нас, но подслушать что-либо уже вариантов не было. Всё заглушило привычное: «Рэ! Рэ! Рэ!».

Наоравшись, собрались было всей толпой двинуть к выходу, но тут неожиданно слово взял наш штатный ботан. Замахав поднятыми вверх руками, привлекая к себе внимание, Махавай, чьё лицо отчего-то приобрело помидорный оттенок, сбивчиво зачастил:

— Подождите! Подождите! Вы поняли вообще, что случилось?

— Ну? — в недоумении протянул Рангар.

— Не томи, книжный червь, — щёлкнул манника в живот пальцем Линкин. — Ты о чём?

— Создатель… — запустила руки в волосы Тайре. — А ведь точно!

В этот момент дошло и до меня. Мёд мне в рот! Про этот аспект своего стремительного возвышения я не подумал. Это же реально крутяк!

— Босс поднял в бою три ступени, — торопливо принялся объяснять Махавай. — Ну почти в бою. Это не важно. Комендант, что сказал? Наградные в зачёт не идут, а вчерашние все — чистый рейтинг. Одиннадцатая — десять тысяч двести сорок баллов. Двенадцатая — двадцать тысяч четыреста восемьдесят. Тринадцатая — сорок тысяч девятьсот шестьдесят. Даже с учётом недавнего штрафа босса, у нас остаётся больше тридцати пяти штук. Сами понимаете — это недосягаемый отрыв. Поздравляю, силары! Нашу ветвь не догнать, как и босса в личном зачёте.

— Слава югу! Слава Рэ! — первым взорвался Линкин, но его выкрики тут же потонули в поднявшемся гуле. Теперь уж мои бандиты ревели, как никогда. Всё-таки радоваться успехам босса — это одно, а своей личной выгоде, которую сулили итоговые наградные — совершенно другое. Если занятия-таки решат возобновить, победа нам обеспечена. Осталось только дождаться комиссии и… Может, им вскладчину взятку собрать? Чиновники во всех мирах брать на лапу должны. Ладно, потом разберёмся. Мне надо к Черхану.

* * *

— Поздравляю со вторым рангом, мэл Крас!

Радости в голосе коменданта не чувствовалось, зато Фалко сиял сверхновой звездой. Единственная десятка на всю академию, первый номер в крутости после меня. То есть это он так думает, а я уверен, что Грай вчера, как минимум, одну ступень поднял в битве, в отличие от отсидевшегося за чужими спинами летунца.

— Мэл Рэ, прошу к мастеру-счетоводу.

Я подошёл к Гайде Моху, протянул руку. Тот сцапал мою ладонь сухими цепкими пальцами и на миг зажмурил глаза.

— Ого! Тринадцатая ступень. Тут нам придётся основательно раскошелиться.

— Надеюсь потраченные ресурсы окупятся, — хмуро бросил Черхан, протягивая мне силит-тройку. — Приступайте, мэл Рэ.

Без капли смущения я принял камень. Идите лесом. Я честно заработал. Втянул силу. Ничего. Протянул руку за добавкой. Комендант нехотя вложил мне в ладонь ещё один точно такой же силит. Снова мало. Серьёзный уровень. Даже на этой ступени столько бабла летит в топку. Что же нужно ребятам четвёртого и, уж тем более, пятого ранга? Два мешка жёлтых камушков? Или в одиночку волну сектов похерить?

Неизвестно, но мне-слабачку для поднятия двух ступеней в итоге хватило шести силитов третьего уровня, трёх второго и четырёх первого. В талары переводить я не стал, но и так понятно, что вбухали в меня целое состояние. Да и не до подсчётов мне было — секунд пять, как всё кончилось, а я до сих пор прийти в себя не могу. Волшебные ощущения. Тут хочешь не хочешь, а стойкая зависимость обеспечена. Теперь сделаю, что угодно, лишь бы ещё раз подобное испытать. Грёбаный наркоман! Силоман то есть. Тут все такие.

— Поздравляю, мэл Рэ, — дежурно выдавил из себя комендант. — Ваше везение привело вас к рекорду. В моём форте ещё ни один юный силар не забирался так высоко. Ваш отец однозначно будет доволен. Надеюсь, его слово поможет комиссии сделать правильный вывод. Хоть какая-то польза от вашего подвига.

— Э… — растерялся я. — О чём это вы?

Не обратив внимание на моё фривольное обращение, генерал-комендант делано округлил глаза и хитро улыбнулся.

— Как, вы не в курсе? Ваш отец едет к нам. Послезавтра пожалует. Радуйтесь.

Чего?! Ответ застрял в горле, но паралич всё-таки обошёл меня стороной. Направив все оставшиеся силы на качество натуральности жеста, я медленно, якобы довольно кивнул.

Папаша-Рэ едет проведать своих детишек? Как я рад. Как же я — сцуко — рад!

Глав четвёртая — Угар-перегар

По пути к арене, за которой над разделкой гигантского трупа продолжали трудиться скоростники, я лихорадочно продумывал линию своего дальнейшего поведения. Общение с отцом Рейсана мы сводим к минимуму — это понятно. Но вряд ли тут всё зависит исключительно от меня. Зная о заговоре, можно смело предположить, что хотя бы единожды старший Рэ вызовет нас с сестрой поболтать в узком семейном кругу. Да и просто расспросить детей об успехах любящий родитель обязан. И тут — слава древу — у меня всё чики-поки. Пятнадцатая ступень, подвиг, лидерство в рейтинге. Страх и уважение сверстников тоже в наличии.

Из способного расстроить отца Рейсана — только один проступок. Зато какой! Шуры-муры с дочкой врага. И, если Тайре поверила в историю про жестокую шутку над кланом Джи, то папаша-Рэ далеко не факт, что поведётся на эту сказку.

Может, всё-таки врубить задний ход? Мол, развёл наивную дуру на столь нужный мне силит, а теперь давай досвидания. Тола, конечно, полыхнёт не по-детски. И, дай бог, чтобы вообще меня не поджарила — реально возможность такого исхода присутствует. Но на кону нечто большее, чем задетые чувства и ущемлённая гордость. Жизнь моя, её, Ферца, какого-то боевого силара, которого я должен убить, и ещё целой кучи людей, что обязательно попадут в жернова предстоящего немирного действа. Заговор с привлечением стольких сил определённо выльется в полномасштабную кровавую операцию. Академию ждёт настоящая ночь длинных ножей, и только я один могу предотвратить эту бойню.

Идея не лишена логики, но есть два существенных «против». Во-первых, я уже тупанул и перед бандой выставил сестру Ферца своей узаконенной пассией. Теперь обернуть всё шуткой будет непросто. А во-вторых, и это самое главное, мне было по-настоящему жалко девчонку. Влюбилась же в говнюка-Рэ. Разбитое сердце так просто не склеишь. Страдать будет крепко.

Вот чёрт! В процессе разбора чувств Толы родилось сомнение: а точно ли она любит Рейсана? Или, может, меня, играющего его роль? Тогда это вдвойне жопа. Влюбил в себя девчонку и так жёстко кину?

Да, кого я обманываю? Ведь есть ещё третий пункт и он как бы не более важен, чем первые два. Мне нравится Тола. В физическом плане особенно. Настроился уже терять девственность с этой зашибенной красоткой. Смирился, свыкся с мыслью, нафантазировал себе всякого. И теперь отказаться от самой влажной в своей жизни мечты?

Да ну нафиг! Папаше Рейсана я что-нибудь наплету. В принципе, одна рабочая версия уже есть. Не стану я сливать Толу. Девушка, подарившая первый поцелуй и не только его, спасшая меня на арене, выручившая сейчас, признавшаяся в любви, наконец, всё-таки заняла часть моего сердца. Не ту большую, где властвует малышка-Фая, но тоже важную. Мои чувства к девчонкам разные — пересечений и конкуренции нет. Одну люблю так, другую иначе. Ну, может быть, не совсем чтобы люблю, но близко к тому. Короче, решено.

И соответственно возвращаемся к старой проблеме. В самом скором времени у нас будет секс с Толой. Это не вопрос и не предположение. Это данность. Возможно, сегодня же вечером. Прятаться дальше не вариант — сделаю только хуже. Что мы имеем на входе? Мою девственность — сиречь палевную неопытность и незнание предпочтений Рейсана и Толы в постели. Какие-то свои фишки, наверняка, у обоих имелись. Со вторым ничего не поделать, а с первым…

Был бы тут публичный дом, или шлюхи по вызову, я бы точно воспользовался услугами. Для проверки некоторых теоретических знаний, так сказать. Но чего нет, того нет. Вычислить доступную девку среди учениц, которая без цветов и ухаживаний даст мне-красавчику, и воспользоваться в образовательных целях?

Вполне реально, но тоже есть свои минусы. Отсутствие времени — раз. Мне бы, тупезню недальновидному, раньше этим заняться, глядишь ходил бы уже в мужиках. Те же близняшки Тре по одной, или вместе разом, наверняка согласились бы порадовать босса. Да и со стороны кого отыскать при моей популярности непосильной задачей не стало бы. Вот только решение одной проблемы получением другой взамен — вариант хреновастый. Нажил бы себе ещё одного врага противоположного пола. Девчонки, они такие — отчего-то не уважают одноразовый перепихон. Всем подавай отношения. То, что у меня не было девушки, не означает, что я в этих делах совсем ничего не шарю. Кино, книги, рассказы товарищей — есть, где почерпнуть нужные сведения.

Хотя, кого я обманываю? Даже опробовав Санька-младшего в деле, опытным трахарем я в одночасье не стану, да и Рейсана в постели изобразить в принципе невозможно. А раз не смогу повторить прежнего Рэ, значит остаётся одно — нужно удивить Толу и удивить приятно. Пусть новый Рэ её впечатлит. Наверняка мой предшественник думал в первую очередь о своём удовольствие. А мы возьмём и подумаем о её. В теории-то я знаю все эрогенные зоны и техники их стимуляции. На практике применить прочитанное и подсмотренное в инете тоже смогу. Объясняют там очень наглядно. Что мне может помешать? Лишь одно — моя женофобия. Сейчас-то я в размышлениях молодец, а как прижмётся Тола, обдаст манящим теплом и сладостным ароматом, мгновенно тупку словлю и залажаю всю операцию. Нужна храбрость. А где её взять?

Правильно! В бухле она прячется! И как я сразу до этой простейшей темы не докумекал? Ведь, если принять на грудь, любой страх растворяется в градусе. Я, помнится, как-то, хлебнув коньячку, крепко наехал на пацанов, что решили надо мной поглумиться. Таким трёхэтажным их обложил, что чуваки, впечатлившись, даже не набили мне морду.

Плюс имеется важный побочный эффект — под шафе, как я неоднократно слышал от ребят в универе, увеличивается длительность полового акта. То есть точно не кончу на первых секундах, как оно обязательно произошло бы по-трезвому.

Одна беда — с бухлом в форте туго. И запрет на его распитие — не главная причина отсутствия синьки. Силары под алкоголем теряют магию, что с одной стороны хорошо — не натворят ничего по пьяни, а с другой плохо — горячительные напитки у местных колдунцов не в почёте. И у взрослых, и даже у молодёжи, что нонсенс. Достать наверное невозможно, но я в любом случае попытаюсь. В моём случае бухло превращается в волшебное зелье, без которого карета обернётся тыквой, едва тронувшись с места.

Задумавшись, я не заметил, как дотопал до истязаемой бронебоями сколопендры. В моё отсутствие работа почти не продвинулась. Сегодня стопудово не закончим разделку. Сменив Тайре, я в пару секунд спустил накопившийся ресурс и снова взялся за лобзик.

— Пятнадцатая ступень?

— Ага.

— И как тебе два перехода подряд? Не обделался от счастья?

— Трусы показать?

— Иди в мох, братишка!

С Рангаром тоже перекинулись парой фраз, но дальше какое-то время работали молча. Я снова ударился в думки. Отец, Тола, комиссия… Кого бы спросить про бухло? Грая, Линкина, брата?

— Смотрите, Черхан помочь вздумал.

Проследив направление взгляда Рангара, я присвистнул. Вот это я понимаю работа! Здоровенный смерч затягивал в себя тушки сектов из специально подготовленной кучи. Куда там каким-то повозкам? За несколько секунд всё всосал и ещё за десяток успел утащить груз за стену и вытряхнуть там. Жаль только, что ресурса у коменданта хватило лишь на две ходки.

Пока смотрели на магию четвёртого уровня, отошли немного от смердящего трупа секта. Придвинувшись к братцу поближе, негромко спросил:

— Ранг, сможешь кочи достать? К вечеру?

Услышав про местную водку, брат вздрогнул. Брезгливо так. Словно его передёрнуло. Лицо спрятано под маской-балаклавой, но по глазам видно — скривился.

— Зачем тебе эта дрянь, старший брат?

— Раз прошу, значит нужно. Так сможешь?

— Достать-то можно, почему нет? Барыги из служек, что хочешь притянут. Но очень дорого обойдётся. За кочу их из академии не просто поганой метлой, а с кусьей грамотой. Хрен пристроятся потом куда.

— Сколько за бутылку?

— Таларов пять. Только ты мне сразу на кошелёк перелей, а то я поизносился немного.

* * *

Отмытые и переодетые мы зашли в свою комнату. До ужина ещё полчаса — должны успеть запустить процесс. И первым делом нужно выдать Рангару средства. Монетой, или камнями осторожный барыга брать не хотел, так что только безнал. Вытащил из сундука свой булыжник с золотой окоёмкой, брат достал свой кошель. Хорошо, что на артефакторике Дара Чар рассказывала — простакам в первую очередь, у которых таких дорогих приблуд отродясь не водилось — как пользоваться камнями-кредитками. В теории ничего сложного, а вот на практике я, дурья бошка, так времени до сих пор и не выделил на разбирательства с функционалом платилки. Даже тупо не знал сколько у меня на счёте бабла. Хотя пяток таларов есть точно — в этом можно не сомневаться.

Сжал камень в кулаке, сосредоточился — вуаля! Перед внутренним взором вспыхнули незримые цифры. Да я богач! Типа, раньше не знал. Три сотни таларов на карте. Правда, двести, считай, уже не мои, но и так охренеть сколько бабок. Забавно, но поначалу я думал, что кошельки — хранилища маны. Типа, из них, как из манитов можно в любой момент заправиться. Ещё помню тогда мысль промелькнула: «И нафига им эти голубые горошины, когда удобнее таскать с собой один нормальный аккумулятор, вместо трёх сотен пальчиковых батареек?». Дурак был. Теперь понимаю, как глупо звучала та версия. На самом-то деле этот магический прибор лишь фиксирует сделки, а сама мана, обеспечивающая кредит, хранится в государственном банке на всё тех же манитах.

— Давай сюда.

Рангар протянул свой «кирпичик» — кстати, в отличии от моего, с серебряной каймой. Камни соприкоснулись, и я мысленной командой перевёл брату десять таларов. Удобная хрень. Воровать бесполезно — у каждого индивидуальная настройка. То есть только хозяин может кредитке приказывать, и перекодировка доступна лишь в банке, где её производят исключительно по законным причинам. И даже пин-код никакой не нужен. Технологии, однако.

— Кинул с запасом. Остаток вернёшь.

— Само собой, старший брат.

Проводив взглядом выскочившего из комнаты Рангара, задумался: оставит себе долю посредника, или честно расскажет про цену, на которую договорится с барыгой? Поизносился он. Небось в понг кому-то продулся неслабо. В очередной раз позорит фамилию.

Тфу! Размышляю, как грёбаный Рэ. Лишь бы только бутылку принёс, а там пусть хоть что делает. Сейчас, кроме предстоящего посвящения в мужики, меня ничего не волнует. Скорее бы уже что ли час икс. Задолбался трястись.

* * *

На ужин Рангар не пришёл. С одной стороны радовало — раз нет, значит занят заданием. С другой — информации никакой тоже нема. Получилось у него, не получилось… Оставалось только гадать. А знать результат мне позарез нужно. Тола уже сообщила на ушко, что ждёт меня вечером. Мол, пора долги отдавать. Причём, судя по её интонации, речь шла совсем не про две сотни таларов, которые я торчал за силит.

Подошла сзади, как только я уселся на своё место во главе стола, нагнулась, обняла за шею. Промурлыкала приглашение и чмокнула в щёку. Спасибо хоть на пустующий стул Рангара не плюхнулась. И так слишком много фривольностей. Самка территорию метит — вся столовая должна лицезреть брачный танец, а то, вдруг, кто особо тупой ещё не понял, что у Рейсана Рэ появилась официальная девушка.

Само собой после такого «приятного аппетита» кусок не лез в горло. Жаренные грудки молодой тли в прошлый раз, когда их подавали к столу, произвели на меня очень приятное впечатление, а сейчас я медленно и угрюмо давился этой вкуснятиной. Хорошо хоть, что молча. Тайре, расстроенная поведением Толы, время от времени метала в меня гневные взгляды. Линкин и Глэй, сидевшие ко мне ближе других пацанов, тоже усердно жевали, не отвлекаясь на разговоры. Хотя переглядывались хитро. Поднимать тему нас с сестрой Ферца я запретил, а других у них, видимо, в данный момент в голове не имелось.

Наконец, организм подал сигнал о своём насыщении смачной отрыжкой, и я понял, что пора сваливать. Лучше я попаду в корпус раньше Толы, а то с неё станется устроить мне торжественную встречу в дверях. Неопределённо махнув своим, поднялся из-за стола и быстро зашагал к выходу. Проходя мимо места, где сидели двойняшки Джи, бросил быстрый взгляд в сторону своей девушки — думал ей улыбнуться, дабы соблюсти этикет — но неожиданно уткнулся в полные ненависти глаза Ферца. Фыркнул и двинулся дальше. Перемирие говоришь? Что-то мало похоже. Не нравится этому «Капулетти», что его сестра снюхалась с проклятым «Монтекки». Как, впрочем, и моей Тайре. Как бы нам с Толой в итоге травиться не пришлось при таких раскладах. Нафиг, нафиг! У Шекспира оно плохо закончилось.

В комнате первым делом попёрся в душ. Так-то мылся недавно, но надо на всякий случай поскрести рожу бритвой — щетина у Рейсана в шестнадцать лезет круче, чем у меня в девятнадцать. Да и подмышки подшаманить будет не лишним. Труднодоступные места хорошенько намылить, причёску поправить, косичку — благо уже научился — переплести. В общем, подготовиться к «ближнему бою» со всей возможной дотошностью.

От мыслей о предстоящем меня отвлёк звук щёлкнувшего засова. Так как я закрывался на ключ, понял, что вернулся Рангар. Запер дверь за собой? Знак хороший. Обычно брат такими вещами не заморачивается. Выключил воду, вытерся, оделся, ещё раз пригладил волосы, которые сейчас не мочил, и вышел из сан. узла.

— Достал, старший брат! Еле-еле, но всё же достал!

Возбуждённый Рангар победно тряс зажатой в руке бутылкой с бесцветной прозрачной жидкостью.

— Ни в какую не хотел браться. В форте с этим делом кусец как строго. Стражу за кочу дерут нещадно, прислугу сразу в шею. Откуда-то из Академгородка приволок в итоге. Битый час его ждал. Сдачи нет, извиняй. Он и так больше хотел. Еле выторговать получилось.

— Спасибо, — сдержанно поблагодарил брата, забирая заветный сосуд.

Сдачи нет. Ага, как же. Приханырил остаток. Да и хрен с тобой. Деньги-то всё равно не мои.

— Ты уходишь?

Спросил, но с такой интонацией, что любой дурень поймёт — выгоняют.

— Да. Зайти надо кое к кому.

Можно было не гнать. Эта шаболда вечерами один хрен не сидит в комнате. Сейчас стопудово отыгрываться побежит.

— Смотри, в этот раз не продуйся.

Рангар вздрогнул.

— Старший брат, откуда ты…

— Я всё знаю. В том числе цену кочи.

Ляпнул нагло, но фокус сработал. Рангар клюнул и соответственно сразу наделал в штаны.

— Прости, Рэй! Прости! — рухнул он на колени, стыдливо пряча глаза. — Меня кинули. Не хотел тебе говорить. Позор же. У них фишки битые были. Я всё отдам! Всё отдам!

— Битые фишки? Доказать сможешь? — неожиданно во мне встрепенулся Рейсан, возжелавший возмездия.

— Ну… — замялся Рангар. — Я так думаю. Если обыскать комнату…

— Не серьёзно, — строго оборвал я его. — Да и плевать я хотел. Ты меня обманул, брат. В малом, но это не важно. В первый раз я тебя прощу, но второй станет для тебя последним. Это понятно?

Обалдеть! Это я всё сказал? Вроде же не пил ещё? Одного вида бутылки хватило? Оскара мне! Оскара — сцуко! Крёстный отец — молодые годы. И таким спокойным голосом говорил… Почти сам себя испугался. А уж Рангар-то и вовсе белянку поймал. Вон, как от рожи кровь отлила. Белый, как мел.

— Да, старший брат. Да. Никогда больше. Клянусь! Прости дурака! Не рассказывай господину. Древом клянусь! Никогда!

— Я сказал, ты услышал. А теперь пошёл вон! Ночуй где хочешь, но чтобы до завтра я тебя не видел.

— Да, старший брат. Да. Ухожу. Как скажешь.

Выскользнувший в коридор Рангар аккуратно закрыл за собой дверь, и я со спокойной душой перевёл взгляд на бутылку. Удачно получилось. Теперь не увидит меня в некондиции. Интересно, пробка откручивается? Нет, тупо вытягивается вверх. Откупорил и поднёс к носу. Градус есть. Пахнет то ли какими-то травами, то ли фруктами. Кстати, о последних. Запустив руку под подушку, вытащил оттуда контрабандный рангун, что я втихаря прихватил из столовки. Закусон есть. Запивон… Вода из-под крана сойдёт за неимением лучшего. Взял пару казённых кружек, что имелись при комнате. Одну наполнил над раковиной, во вторую плеснул кочи на пару пальцев. Ну, с богом!

Выдохнул, опрокинул в себя, запил, цапнул зубами рангун. А ничего так. Идёт лучше водки. По крайней мере той дешёвки из гипера, что я пробовал в прошлой жизни. И кисленькое местное яблочко в тему — забивает вкус жгучего пойла на раз. Так тёпленько в груди сразу. Приятно…

Тфу! Гены твои алкашские, Саня! Не зря бабушка меня шлангом от стиралки хлестала, когда я в первый раз, синьки хлебнув с пацанами, явился домой на рогах. Предрасположенность от деда передалась. Нельзя мне бухать. Но сегодня оно во благо. Для дела благого то есть. Или как там… Нечёсе! Уже повело.

Срочно повторить! Налил малость побольше. Как лекарство же — не удовольствия для. Растягивать смысла нет. Выдохнул, влил в горло, куснул рангунчика, запил для надёжности… Вах! Хорошо!

Это я что ли Толу боялся? Подать сюда цыпу! Там титечки… пэрсик! Нужно ещё накатить. Ууух! Даже горло не жжет. Достойный самогон, импортный. Коча… вот же придумали слово тупое. Чача! Вот это по-нашему, по кубански. Где мой кореш-грузин с третьей группы? Гия — замечательный человек! Мало того, что всего на пятнадцать кило меньше весит, так ещё вечно тащит, то вино, то прозрачную, как слеза гор, виноградную чачу, что его бабушка из Туапсе делает. После пар дегустировали в общаге не раз. Натуральный продукт, не то что… Да нет, эта местная тоже вполне себе годное пойло. Давай, друг-Алавидзе, за тебя! Будь здоров!

Опрокинул ещё. Как легко идёт всё-таки. Можно и не закусывать вовсе. Перерыв — позор тамады. Давай, Гия, ещё по одной. Как дела там у нас? Зачёт вытянул по дифурам? Привет нашим передавай. Бабушке моей расскажи, что я в норме. Да что в норме, вообще в шоколаде. В магической школе учусь, баблом направо налево швыряюсь, чудищ одним пальцем валю, тёлочки пачками…

Стоп! Я чего тут бухаю с воображаемым другом? У меня же задание… То есть миссия. То есть цель… Или, как там его? Надо это… девственность терять. Ага. С этой, как её? С Толой. Точно!

Я поднялся с кровати, на которой сидел. Не фига себе! Вот так штырит. Слабак всё же этот Рейсан. Треть бутылки ещё не допита, а его так колбасит. Не тот вес у дрыща — ему много не надо. Погодите. Так ведь он — это я. А кто я? Я — дебил. Перебрал бл@!

Глубоко вздохнул, собрал разбегающуюся картинку в кучу. Прислушался к своим ощущениям. Боюсь Толу?

— Гы-гы.

Вот же ржач. Так и тянет на ха-ха. Боюсь Толу! Эту мягенькую, округленькую, которая так сладко пахнет… Почему я её должен бояться? Девчонка меня хочет. Ну круто же, чё? Достаточно выйти из комнаты, сделать двадцать шагов и… Стоп! А презики? Не, подожди… Какие тут нафиг презики? И вообще, у меня план. Да. Сейчас я ей покажу, что такое по-настоящему неземное удовольствие! Неземное…

— Гы-гы.

Они тут на земле не бывают. Древляне, бл@. Белки. Точно! Белки — родичи кроликов. Сейчас мы с ней, как кролики…

На автомате хлебнул ещё раз из горла и поставил, наконец, почти опустошённую бутылку на тумбочку. Я готов, Толочка. Встречай своего героя.

С этой мыслью я вывалился в коридор и, не удосужившись закрыть за собой дверь на ключ, твёрдой, но слишком витиеватой походкой двинулся к комнате Толы. Время не позднее, но мне повезло — никого на пути я не встретил. Или это им повезло? Настроение боевое. Попадись кто, потрепал бы за щёчку. Прикольно же, чё?

Стучаться не стал. Хуля нам-кабанам. Звали? Вот он я — прибыл по приглашению.

— Здарсьте, красавицы!

Выпалил заготовленное и только потом заметил, что девушка в комнате только одна. Подготовилась, выпроводила заранее подружаек. Опытная, девчуля. Молодец.

— Пришёл! — просияла Тола. — Заходи. Заждалась уже.

Вместо тоху, короткое красное платюшко — смесь ночнушки с халатом. Волосы распущены, глазки подведены, губки алые. Пэрсик! Сочный…

Подлетела, задвинула засов, взяла за руку и потянула к кровати. Так сразу? Ну, хорошо — я готов. А, нет. Усадила напротив себя. Подозрительно смотрит.

— Ты пил что ли? Рэ… Кусец! Кочей прёт, как от листового на празднике урожая.

— Будешь жизни меня учить, детка?

Резко вскинулся и аккуратно стукнул кончиком пальца по носу. Гляди-ка, попал! Кто тут пьяный?

— Эй! — взвизгнула Тола, отшатываясь. — Что за…

— Цыц!

Напрыгнул Винни-Пуховским Тигрой и сцапал в охапку, повалив на кровать.

— Рэ!..

— Молчать!

Положил на лопатки и заткнул поцелуем. Ммм… Сладенькая. Ответила. Страстно. Значит всё правильно делаю.

— Грязная тварь! В обуви на постель…

Договорить ей не дал, снова впившись губами в сахарный ротик. Как же здорово! Руки в ход — начинаем облапывать. Нежно и грубо одновременно. Пусть чувствует мою силу. Я главный. В этот раз не она меня собралась трахать, а я её.

— Узнаю прежнего Рэ, — простонала, когда я сжал дыньки сквозь ткань. — Раздевайся уже. Хватит тряпки мять.

Я привстал и, красуясь — теперь тела я своего не стыдился — в два приёма содрал пояс и распахнул тоху, стягивая его с плеч. Смотри, детка, какой торс я тебе притащил. Сиськи — камень, пресс — кубиками. А что у тебя?

Прихватил ночнушку за полы возле выреза и рванул в стороны. Что-то треснуло нитками — похоже, порвал ей халат. Но мне было плевать. Как завороженный, я смотрел на два полушария, что открылись моему взору. Это чудо! Воистину! Сейчас я их съем…

Опустил голову и зарылся лицом в это мягкое счастье. Мёд мне в рот! Как же здорово! Вертолёт только — падла — настиг. По-хорошему бы мне протрезветь от таких впечатлений, а меня только крепче накрыло. Бошка мигом отказалась соображать. А ведь я и так… Синий тупезень! В жопу мысли! Отдайся инстинктам!

Обцеловывая каждый сантиметр её тела, двинулся вниз. Штаны сброшены, готовность три сотни процентов.

— Аааа, — застонала она, когда я…

Нет, дальше мозг отключился. Чего-то там я с ней делал, но уже не соображал что именно. Сознание заволокло плотной радужной пеленой счастья, и это меня устраивало более чем. Удовольствие, удовольствие, удовольствие… И частые стоны Толы. В какой-то момент мне даже показалось, что я слышу:

— Саня! Санечка! Тварь ты кусья!

Мятые сползшие простыни, пот, перегар, жар двух тел, что пытаются слиться в одно. Я пытаюсь её поглотить, стать одним целым с ней.

— Двай, Рэ! Давай! Саняяя…

А вот я говорить разучился. Зверям чужда речь. Я рычу. Я реву. Я нашёл свою самку. Дорвался.

Бесконечность блаженства. Две бесконечности. Три. Время… Его для меня больше нет. Оно не существует. Есть только здесь и сейчас. Вечность кайфа…

И пик! Сначала её, потом мой. Кажется она что-то кричала, но я уже не мог разобрать слов. Сознание убежало куда-то. Я…

* * *

— Просыпайся.

Меня кто-то толкал в бок чем-то твёрдым. Где я? Как же меня жёстко прёт. Во рту спиртюган, в бошке шум.

— Скоро девчонки придут. У себя дрыхнуть будешь.

Бля! Я у Толы же. Мы тут… трахались? Правда что ли? Смутно помню… Не. Снилось наверное. Разлепил глаза. Лежу в чужой комнате. Голый. У кровати стоит завёрнутая в простыню девушка. Света мало, но ясно, что это она — моя огненная красотка.

— Извини. Что-то я перебрал.

Промычал и кое-как сел. Капец лажа. Синька — чмо. Вот придумал же способ побороть в себе страх, ишачины кусок. Теперь мало того, что Тола пошлёт лесом-полем, так ещё и вопросов не оберёшься. Плохо помню процесс, но уверен, что настоящим Рэ там даже не пахло.

— Извинить? — наклонилась ко мне красотка. — Да я в тебя в следующий раз сама кочу залью.

Тёплые руки нежно обвили шею. Быстрый поцелуй тронул губы.

— Пьяный Рэ — просто зверь. Я три раза кончить успела. Завтра деньги отдашь, и, считай, ты прощён.

С тихим смехом Тола отстранилась и направилась к дверям сан. узла.

— Одевайся и кыш отсюда. Завтра поболтаем ещё, — бросила она громким шёпотом, перед тем как исчезнуть в душе.

Подняв с пола тоху, торопливо оделся. Отыскал в полумраке чоботы, сунул ноги, что как ни странно остались в носках, и нетвёрдым шагом двинулся к выходу. Осторожно выглянул в коридор. Хоть и плющит ещё, но уже протрезвел немного — понимаю, что лучше в таком состоянии на глаза соседям не попадаться. Убедился, что никого нет и со всей доступной сейчас моей заспиртованной тушке скоростью, относительно тихо промчался к дверям своей комнаты.

Фух! Рангара нет. А… Я же сам его изгнал. Нафиг, нафиг — в последний раз здесь бухаю. Закрылся на засов и, не раздеваясь, плюхнулся на койку. Спать, спать, спать. Думать завтра. Сейчас думалка в никакашке. Все мысли долой.

Но только одна, самая настырная, опережающая в своей навязчивости даже такие могучие как: «Я больше не девственник!» и «Толе понравилось!», упорно не хотела валить из моей многострадальной бошки.

Она назвала меня Саня. И Санечка. И не раз. Как такое может быть? Хрень же полная. Как?

Но, спасибо усталости физической и моральной, а особенно коче и её пагубному влиянию на организм малолетнего трезвенника, вскоре и эту мыслю удалось побороть. Я заснул. И какие я видел сны. Какие приятные сны…

Глава пятая — Тихой сапой

Разбудил меня лучший в любом мире будильник — мочевой пузырь. Из зашторенных окон уже сочился свет. Утро в самом разгаре. Голова на удивление не трещит, и желудок в порядке. Хорошо быть спортсменом с отличным здоровьем. Разве что во рту кошки нассали, но это мы сейчас устраним зубным порошком, который тут заменяет пасту.

Пока приводил себя в порядок: умывался, принимал душ и прочее, раскладывал по полочкам свершения вчерашнего вечера. Я мужчина — сие есть неоспоримый факт. Причём, в грязь лицом не ударил, хотя и очень старался. Сегодня новому повзрослевшему мне идея с бухлом уже не казалась разумной, но пронесло и слава богу. Впредь допинг, он же лекарство от страха, мне нафиг не нужен. Женофобия побеждена. Хоть сейчас подавайте мне Толу, повторю всё по-трезвому. С удовольствием повторю, кстати. Секс, как выяснилось — штука безумно приятная и совсем не страшная.

С братцем в принципе тоже вышло удачно. Он и раньше-то был послушным, а теперь вообще будет ходить ниже травы тише воды. Хотя, в этом мире ниже травы только дикие ходят и ещё какие-то там иные. Надо не забыть про них инфы нарыть, кстати. Если на мироведение Муравьед не расскажет, Грая поспрашиваю — уж этот точно знает про всё, что под корнями творится.

И всё-таки утро — самое мудрое время дня. Вчерашняя загадка, не дававшая мне заснуть, на свежею голову разрешилась мгновенно. Саня, Санечка — всё же просто до смеха. АлекСАНдр, РейСАН — оба имени содержат причинный слог, породивший в обоих мирах уменьшительно-ласкательное, что так меня напугало. Уж не знаю, как маленького Рэ звала мама, но любовница — слово «девушка» я пока даже в мыслях произносить побаивался — в мгновения страсти и нежности использует привычное моему уху сокращение. Ну что же, Саня, так Саня — я как бы не против. Приятное совпадение. Очень мило звучит.

Мило… Бля! Я же совсем позабыл о Фае! Надо было хотя бы шепнуть ей, что сегодня на чердак не приду. Небось, ждала, сидела там в одиночестве, переживала. Ведь столько всего надо обсудить. Битва с сектами, мои подвиги и награды, поведение Толы, открыто заявившей свои права на меня — наверняка всё это её волнует. А я… Я бесчувственная скотина. Залез в душу к девчушке и теряюсь теперь. Подумает ещё, что я её избегаю. Сегодня же поговорю! Нельзя с этим тянуть. Вот только время бы подобрать подходящее. Вечера у меня отныне взрослыми играми заняты.

Ой, время! А не пора ли на завтрак бежать? Выглянул в коридор.

— Который час?

— Полседьмого, босс, — откликнулся Влар, как раз подходивший к выходу с этажа. — Доброе утро!

Нормально. Успеваю. Закрыл дверь на ключ и поспешил за воздушником.

В столовке уже было людно. Кивнул Граю, поздоровался с Гором, подмигнул Лиси Сай, сделавшей вид, что меня не заметила. Нашёл взглядом Фаю, но та, не поднимая глаз, понуро сидела над пустой тарелкой, погрузившись в неведомые мне мысли. Махнул Линкину, рассказывавшему что-то парням, активно жестикулируя всеми конечностями. Проигнорировал мрачный взгляд Ферца и улыбнулся его сестре. Та игриво ответила.

Но этого моей новоиспечённой девушке показалось мало. Вскочив со стула, Тола перехватила меня, спешащего к своему месту и, нежно обняв, смачно чмокнула в губы. Сказать, правда, ничего не сказала, но это был тот случай, когда жесты и мимика красноречивее слов. Отношения узаконены, парень окольцован. Если бы не брат, наверняка бы уже заняла место рядом со мной, и пойди-попробуй её потом выгнать.

Но спасибо создателю, что в семействе Джи уродились двойняшки. Моя однояйка по имени Тайре такого развития событий явно не перенесла бы. Стоило мне усесться за стол, как расположившаяся напротив сестра, через этот самый стол перекинувшись, зло прошептала:

— Плевок, говоришь? А точно в сторону Джи? Завязывай с этой куснёй! Ещё пара таких обнимашек с этой шалавой и я в корни провалюсь от стыда.

— Не лезь. Я знаю, что делаю, — прошипел ей в ответ с грозным видом.

— Ты знаешь, я знаю, все знают, — передразнила она. — Да вас вчера на весь этаж было слышно. Кровать хоть цела осталась? Завязывай балаган, говорю. Позоришь наш клан!

— Позже обсудим.

Подтверждая, что разговор окончен, откинулся назад и перевёл взгляд в другую сторону. А что мне ещё оставалось? С хрена ли я должен перед Тайре оправдываться? Пусть идёт в мох.

— Старший брат, можно?

Поджавшей хвост шавкой, Рангар стоял возле своего стула, не решаясь усесться без разрешения. Раскаялся? Похоже на то. Молодец. Я не изверг — сверх нужного издеваться не стану.

— Садись, брат.

Благодарно кивнув, Рангар занял своё почётное место по левую руку от меня. Разрулили всё вроде — теперь можно спокойно пожрать. С аппетитом, кстати, всё норм. После синьки есть хочется — не то слово.

* * *

Вонь от начинающих всё сильнее загнивать дохлых сектов явственно ощущалась даже возле выхода из столовки. Вигел Кио снова собрал свою бригаду мясников-грузчиков и повёл на объект. Вчера мы, увы, успели проделать едва ли половину работы. А ведь всё это смердящее дерьмо после разделки нужно ещё погрузить на телеги и вывезти за ворота. Денёк обещал стать весьма нудным и запашистым.

Пока шли развлекался, обкатывая свой новый причпокс — измеритель ступеней. Сверстники в этом плане ничем интересным меня порадовать не могли, так что сразу направил магический взгляд на нашего препода. Никаких проблем — сферы-контуры, как на ладони. Десятая по порядку чуть жирней остальных, а всего их семнадцать. Надо же, всего на две от Вигела отстаю. Не так просто эти грёбаные ступени даются. Каждая последующая — шаг в два раза длинней предыдущего. Не удивительно, что третьеранговых силаров на нашем ярусе не так много. Пойди на такую высоту заберись. Теперь понимаю, почему наверх переехать — задача не из простых. Чтобы взрастить среди своих магов целый десяток трёшек, клан должен быть, или невероятно богатым, или отправлять своих воинов на корни — кромсать сектов в режиме комбайна. Последнее, в принципе, можно, вот только оттуда, увы, не всегда возвращаются.

По пути опять зарулили в раздевалку, чтобы сменить тоху и нацепить балаклавы. На лавочку рядом со мной свои шмотки аккуратно раскладывал Грай.

— Ну что, знатный? — как бы невзначай придвинувшись поближе ко мне, шёпотом спросил здоровяк. — Как наказывать летуна будем?

Ну даёт дикий! На раз мои мотивы прохавал. Интересно, он один такой умный, или половина видевших наш полёт допёрла, что Фалко меня сбросил специально? Так-то я был уверен, что кроме Черхана никто не заподозрил обман.

— Мысли читаешь, или Крас болтать начал?

— Тут хватит глаза иметь и в бошке не солому. Раз не сдал его, значит мстить собираешься.

— И что, все так считают?

— Да не, — хмыкнул Грай. — Солома тут у большинства в голове. Моя помощь понадобится?

— Я подумаю.

Загадочно ухмыльнулся и натянул маску. Хорошо иметь в друзьях такого зверюгу. Дикий мне ещё пригодится и, возможно, не только в том деле, про которое он говорил.

* * *

Сколопендра сегодня уже не просто воняла, а превратилась в настоящую химическую бомбу. Мерзкий запах пробивался в нос сквозь тряпичную защиту без всяких проблем, глаза ощутимо резало и даже во рту появился привкус, которого раньше там не было. Приходилось время от времени делать паузы и отходить в сторонку, на подышать чуть менее изгаженным воздухом, чему я был вдвойне рад, так как Тайре никак не желала успокаиваться и, пока я пилил лобзиком броню твари, словами пилила мне мозг.

Вот и сейчас, отпахав свою смену, сбежал на пару десятков шагов и, усевшись на траву, принялся отчищать стебельками руки от слизи. Толку мало, да и скоро опять засрусь по новой, но лучше так, чем никак. К сожалению накопленного со вчера ресурса нам не хватило, чтобы закончить всё без возвращения к лобзикам. После обеда Вигел Кио обещал позвать физиков, дабы те рычагами перевернули тушу, и мы смогли добраться до пузика и завершить разделку, но до этого пахать ещё и пахать.

Рядом на газон опустился Рангар, так же временно уступивший инструмент напарнику-северянину.

— Я всю ночь не спал, старший брат, — с грустью в голосе начал он. — Всё думал о своём поступке. Надо было просто помощи у тебя попросить, а я… Стыдно было. Дурак! Теперь в сто раз того хуже. Ты прости меня, если сможешь. Древом клянусь, никогда больше не подведу! Ни словом, ни делом. Я…

— Да хватит уже, — оборвал я исповедь грешника. — По три раза в день будешь мне изливаться? Я тебе всё сказал. Закрыли тему.

— Хорошо, старший брат, извини. Не буду больше, — сдался Рангар. И тут же, словно теперь собрался спрашивать у меня разрешение на каждый пук, зевнув, сообщил: — Я прилягу.

Откинувшись назад, брат завалился на спину в траву, но тут же вскочил, тыкая в небо пальцем.

— Гляди, сапа падает! Ого, здоровенная какая!

Я тут же задрал голову вверх, одновременно нащупывая на поясе рукоять клевца. Не хватало нам тут ещё сап каких-то.

Мёд мне в рот! На приличной пока высоте по воздуху плыла в нашу сторону огромная серая медуза с круглой шляпкой и идущими от неё вниз к какой-то тёмной хреновине тонкими верёвкообразными щупальцами. Размеры пока не понять, но брат прав, здесь «Ого!» очень в тему. С воздушный шар точно. Опачки! А не он ли это и есть? Ну-ка, ну-ка… Присмотрелся внимательнее. Нет, скорее гигантский парашют, как по телеку показывают, когда освещают армейские учения. На таких мега-кругляшах танки сбрасывают и другую тяжёлую шнягу. Сейчас спустится, разглядим получше. Главное, что явно не какой-то новый неведомый мне сект. В учебнике Махавая таких летающих медуз точно не было.

— Интересно, грузовая, или кто-то важный спускается? — не отрывая глаз от приближающегося парашюта, пробормотал Рангар.

— Скорее, и то, и то, — поделился своим мнением парень из западников, так же наблюдающий за спуском хреновины в пяти метрах от нас. — Корзина же бортовая. Сейчас подлетят чутка, и узнаем. Рулевой левитант явно к учебному корпусу ведёт.

Я прикинул траекторию. И действительно — управляемое падение направлено на площадку у ГУКа. Там как раз приличный пятачок без деревьев имеется. Возможно для этого и оставлен. Жаль, далековато от нас — подробностей не разглядим. Но людей, коли те в корзине имеются, точно заметим.

— Ага, с пассажирами, — возвестил Рангар и так очевидное, когда парашют тихой сапой подкрался к земле, и нам стали заметны фигуры, торчащие из открытого кузова летающего грузовика. Человек десять навскидку. Один то ли стоит на каком-то приступке, то ли значительно выше других, так как возвышается над остальными жлобиной-орком в гномьем строю. Ещё один висит над карзиной метрах в пяти, посаженным на паутину строп пауком.

Шмяк — приземлились достаточно мягко. Сейчас их и приличный участок вокруг накроет гигантским куполом.

— Глянь, воздушник толковый! — прицокнул Рангар языком. — Ловко работает.

Не то слово. Невидимые порывы ветра, направленные умелым силаром, аккуратно развернули матерчатую медузу в полёте, скомкали, изогнули и, сложив едва ли не в трубочку, заставили шлёпнуться на траву, не задев, ни корзины, ни деревьев, ни близкого здания.

— А ну за работу, бездельники! — весело выкрикнул Мастер-Кио, заканчивая затянувшийся перекур. Зрелище опускающейся на территорию форта парашюта-сапы само собой привлекло к себе внимание всех, в том числе и побросавших лобзики ребят возле туши гигантского секта. Я ещё раз провёл липкими ладонями по траве и, поднявшись, зашагал к своему рабочему месту.

— Небось, та сама комиссия прибыла, — сообщила свою версию Тайре, передавая мне пилу-серп.

— Скоро узнаем, — небрежно, словно мне было пофиг, отмахнулся от продолжения разговора я и с усердием вгрызся в ненавистную броню лобзиком. Осточертела мне уже эта сраная пендра. При жизни реально милее была. Если сегодня не добьём разделку, я завтра сгоню сюда всех бесполезных силаров, врублю пылесос и на шурсе нон-стоп расхренячу эту смердящую электричку к свиням собачьим. Надоело уже вонь глотать.

* * *

Перед обедом, когда нас после посещения душевой ненадолго одарили свободой, я по-быстрому заскочил в корпус. Пора бы уже вернуть долг, а то натурой такую сумму отдавать буду до местной пасхи. Достал кошелёк, сунул в карман и поспешил к Толе. Та, как и её соседки, была в своей комнате. Обрадовалась, причём, в большей степени присутствию при моём визите подружек. Любовь любовью, а положняк тоже ценит неслабо. Картинно облобызала, наговорила нежностей и попросила лыбящихся девчонок в ускоренном темпе двинуть в столовку, не дожидаясь её. Я, деликатно помалкивая, стерпел все завуалированные подколки и ехидные взгляды и, дождавшись, когда мы остались одни, вытащил из кармана кредитку.

— Ну вот, — с притворной обидой протянула Тола. — Я думала, ты меня трахнуть зашёл.

— Не хочу второпях, — ничуть не смутился я. — Утром деньги, вечером стулья.

— Чего? — непонимающе уставилась она на меня.

— Говорю, сначала нужно финансовые вопросы решить, а потом уже трахаться. Я деловой человек.

Ага, деловой человек. Так и прёт деловизмом. Посерьёзнее надо. Совсем охренел, прикалываюсь где не попадя, словами играю не в тему. Вчерашняя коча поднялась из печени, или токсичной сколопендровой вони надышался сверх меры? Довыёживаюсь же.

Не споря дальше, Тола извлекла из шкафа свой золочёный булыжник, и вскоре две сотни таларов перебрались на счёт мэли Джи.

— Ферцу сама передам. Всё-таки это его деньги. Знаешь, как было сложно его уболтать?

— Уж догадываюсь.

— Вечером тебя жду?

— А подружки не взвоют, постоянно гулять допоздна?

— Я тебя умоляю, — рассмеялась красотка. — Они в соседней комнате вместе с тамошними чучершами просидят ушами к стене сколько потребуется. Да ещё и добавки попросят. Из них половина — мушки нетраханные. Не лишай детвору праздника.

— Тогда непременно загляну, — усмехнулся я, осознав, что в этом мире инета с порнушкой нет, и звуковое сопровождение жаждущим зайдёт на ура даже в отсутствии видеоряда. Как ни странно, открытие про наличие слушателей не напугало, а наоборот возбудило. О, какой я самец! На мои выступления билетики продавать можно. Вот только замочную скважину я в следующий раз обязательно чем-нибудь залеплю. К зрителям я пока не готов.

— Коча осталась, или мне заказать?

— Иди в мох. Вчера праздновать повод имелся.

— Ммм, — картинно задумалась Тола. — Где бы ещё сколопендру достать?

— До вечера.

Выскользнул за дверь и быстрым шагом направился к выходу с этажа. Не хватало ещё путь к столовке с ней под ручку проделать. Секс — одно дело, а общение — совершенно другое. Разговаривать больше нужного с этой острой на язычок девчонкой мне совсем не хотелось. И зачем вообще сказал, что зайду? Собирался же вечером с Фаей увидеться. Похотливый ишак.

* * *

Обед ничем примечательным не запомнился. Разве что инриговало отсутствие Черхана Гра, Дзона Гона и Гайды Моха. Вся верхушка администрации форта почему-то предпочла сегодня трапезничать в ином месте. Хотя, какие тут тайны? Наверняка с прибывшими на сапе комиссарами пируют в более приватном формате.

Дождавшись горячего, быстренько слопал кусьи котлетки с пшеничной кашей и, оставив своих бандитов и бандиток доедать без меня, выскочил из столовки на свежий воздух. Со свежим я промахнулся конечно, но воняло и правда уже не так сильно. Большую часть дохлятины общими усилиями уже успели вывезти за ворота. Теперь главное, чтобы Фая тоже не стала рассиживаться и вышла раньше моих подпевал. Обычно она долго не сидит.

Фух. Буквально следом за мной появилась в дверях. Я специально не отходил далеко, что оказаться на траектории всех докушавших.

— Ближе к отбою на чердаке.

Шепнул, не смотря на неё, и сделал вид, что разглядываю кого-то в толпе целителей, кучковавшихся слева.

— Хорошо, — так же тихо и, не поворачиваясь ко мне, произнесла Фая.

Вот только в голосе её мне почудились какие-то нехорошие нотки. Да и лицо малышки не отразило даже мимолётной радости от услышанного. Дуется на меня? В принципе, есть за что. Ну ничего, вечером разберёмся.

* * *

Как Вигел и обещал, после обеда нам на помощь прислали пару десятков физиков с толстыми палками. Ребята в коричневом выстроились вдоль одной из сторон сколопендры, подсунули под объект инструмент и единым нажимом заставили нашего недопиленного динозавра колбаской катнуться вперёд. Зная, что ресурса за неполные два часа передышки много не скопишь, я мысленно похлопал силарам. Молодцы — слаженно сработали, управились на секундном рывке.

Дальше закончить распил было уже делом техники. На брюхе хитиновая броня секта оказалась не столь толстой, как сверху. Часа полтора — и дохлая электричка начала разваливаться на вагоны, которые по очереди грузили на здоровенную телегу-платформу прибывшие с ней армейские левитанты. Вставая с четырёх сторон от обрубка, силары второго ранга — ступени у всех я баловства ради пересчитал — с помощью дара поднимали массивные куски туши в воздух и укладывали на повозку. Та скрипела, трещала, но не разваливалась. И даже катилась потом на широких цельнодеревянных колёсах, влекомая парой впряжённых в неё быхов. Свисающие лапки чудовища гигантскими грабл@ми волоклись по земле, но выносливые секты справлялись с работой, не смотря и на эту помеху. Одна ходка, вторая…

Наконец, мы расправились с последними перемычками, и Вигел Кио, сообщив, что дальше здесь и без нас разберутся, отпустил всех переодеваться и мыться. Довольные, так как управились раньше срока, и до ужина ещё оставалось достаточно времени, мы поплелись к малой юной арене. Чистый, свежий, в своём чёрном тоху я вышел из раздевалки, собираясь посвятить этот подарочный час халявы отдыху и раздумьям в любимой кровати, но не тут-то было.

— Мэл Рэ, вас вызывает к себе мастер-наказатель, — сообщил поджидавший меня возле входа в корпус слуга. — Мэли Рэ, как она подойдёт, прошу передать то же самое.

Посыльный поклонился и утопал. Мне же оставалось только ругаться про себя и ждать Тайре, у которой в силу своего немужского пола процессы мытья и переодевания длились значительно дольше.

* * *

— Вот и что ты опять натворил? — бухтела Тайре, пока мы шли к ГУКу. — С какого перепуга нас вызывают к Дзон Гону, да ещё и обоих? Я точно нигде не светилась. Затрещина одной дуре не в счёт, там даже следов не осталось.

— Да говорю же, не знаю. Сейчас выясним. Может, с этими как-то связано? — кивнул я на корзину недавно приземлившейся сапы, что так и продолжала стоять на пустом пятачке.

Вблизи выглядела она ещё внушительнее, чем издали. Квадратная — стороной метров по пять. И вовсе не из досок сколочена, как мне показалось. Сплетена из каких-то толстых стеблей. Видимо, весит так меньше. Внутри никого, охраны рядом тоже не выставлено. Хотя, что тут брать-то? Если и был какой-то груз, то его уже вытащили и унесли.

— Да нет. Сдались мы этим первачам? Их Черхан сейчас водит по территории. Небось, стены по верху обходят. Инспекция же.

— Комиссия, вроде, — поправил я.

— Один кус. Высоким чинам с первого яруса до такой мелкоты, как мы, точно нет дела.

Кивнув в ответ на приветствие привратнику в фуражке, мы двинулись к лестнице и вскоре уже стояли у кабинета Дзон Гона. На правах старшего я толкнул дверь и первым шагнул внутрь.

— А стучать? — возмутился мастер-наказатель. — Вот, пожалуйста, о чём я и говорю.

Вторая фраза предназначалась не мне. В кресле перед столом Дзон Гона сидел гость. Нога на ногу, руки на подлокотниках, спина ровная — поза одновременно, и властная, и вальяжная. Первая ассоциация — царь на троне, готовится выслушивать жалобщиков. И наряд в тему — смесь кафтана с костюмом-тройкой: чёрные штаны с золотой вышивкой по бокам, такого же цвета рубашка и плащ, тоже украшенные тесьмой, а вот пиджак, или скорее камзол с высоким воротником тёмно-синий. На ногах лакированные ботинки, каких я тут ещё ни у кого не встречал. На поясе ранжи в ножнах. Эмблему на бл@хе не видно.

Но одежда ещё полбеды. Лицо — вот, где сила, власть и уверенность. Карие глаза холодно смотрят из-под чёрных густых бровей. Нос прямой и немного острый, как у римских патрициев. Скулы высокие, губы тонкие, но не слишком. Волосы цвета ночи зализаны назад, виски выбриты, как у меня, короткая толстая косичка собранная из чуть ли не десятка прядей, больше похожа на столбик. Лоб высокий.

— Отец, — склонив голову, вытянулась по струнке проскользнувшая следом за мной в кабинет мастера-наказателя Тайре.

— Отец, — столь же сдержано повторил я, принимая такую же позу смиренного почтения.

Глаза опущены, но главное я уже рассмотрел. Пятый ранг! Пятый, мать его так! Ровнёхонько сорок сраных ступеней. Охренеть! Десять раз охренеть!

И вопрос: «Где он столько нахапал?» здесь ну очень сильно вторичен. Гораздо важнее другое — кто-нибудь вообще знает реальную силу моего могущественного родителя? Отчего-то я был абсолютно уверен, что нет. Хотя…

Один человек теперь знал. Дожить бы этому человеку до вечера.

Глава шестая — Возлюби отца своего

— Расслабились, да, — провёл пальцем по бритому виску отец Рейсана. — Это плохо.

Здороваться с нами, или хотя бы кивать он не счёл нужным.

— К мэли Рэ у меня нет претензий, а вот с вашим сыном общаться приходилось и ни единожды.

С маской участливого сочувствия на лице Дзон Гон медленно кивал в такт своей речи.

— Я поговорю с ним, — прищурив глаза, пообещал Рэ-старший.

— Буду очень признателен, — расплылся в довольной улыбке мастер-наказатель. — Рейсан невероятно талантливый парень: герой, лидер, воин, но про дисциплину и ответственность иногда забывает. Успел угодить к генералу-коменданту в любимчики.

— Хорошо, хорошо, — жестом важного барина отмахнулся папаша-Рэ. — А теперь прошу нас оставить. Хочу поболтать с детьми с глазу на глаз.

— Конечно, конечно, — поспешно вскочил Дзон Гон. — Как генерал-комендант с маршалом вернутся с обхода, обязательно пригласим вас.

Мастер-наказатель подошёл к двери и, слегка поклонившись, потянул ручку на себя. Тут же внутрь проник шум коридора, по которому шагало сразу несколько человек.

— Кто там у тебя? — раздался голос Черхана.

— Прибыл господин Рэ.

— Дрейкус здесь? Так быстро? Отлично!

В дверном проёме возникла широкоплечая фигура коменданта.

— Вы очень вовремя, мэл Рэ. Рад вас видеть. Пойдёмте ко мне в кабинет.

— При всём уважении, мэл Гра, — тоном, в котором уважением и не пахло, начал отец Рейсана, — Я немного занят. Зайду к вам чуть позже.

— Мне кажется, вы не совсем понимаете… — нахмурился Черхан, но в этот момент позади него, загородив собой весь остаток прохода, выросла гигантская туша, и слова коменданта заглушил громовой бас.

— Дрейкус Рэ слишком важный жук, чтобы прислушиваться к твоим просьбам, Гра. Генерала ему отшить не проблема. А как на счёт маршала?

Отодвинув Черхана, в кабинет мастера-наказателя шагнуло существо, напоминающее человека лишь количеством верхних и нижних конечностей. Под три метра ростом, вес даже приблизительно оценить сложно, но точно не меньше нескольких центнеров, широченный бугрящийся мышцами даже через коричневый камзол торс, длинные мощные руки, ноги-древесные стволы, лапы — клешни с короткими толстыми пальцами, шея — пень, на котором сидит голова с бычью размером. А лицо, то ли гоблина, то ли неандертальца: выпирающие надбровные дуги, глубоко посаженные глаза, огромный приплюснутый нос с вывернутыми наружу ноздрями, тяжёлая квадратная челюсть, покрытая тёмной щетиной, широкий лягушачий рот, полный крупных желтоватых зубов.

Не то Халк, не то орк из «Варкрафта», что я не так давно пересматривал. Силар-физик, причём очень пятого ранга. Термино Фа на Раскрытии дара нам рассказывал про таких. Маги этого направления, достигнув четвёртого ранга начинают расти с каждой новой ступенью, а на пятом ещё и меняются внешне, постепенно превращаясь в таких вот горилл. Эта туша, если задействует силу, запросто сквозь стену пройдёт мимо двери. Да и без магии любые ворота вынесет. Илья Муромец отдыхает. Что, в принципе, видно невооружённым глазом.

— Господин, — склонился в поклоне Рэ-старший. Я даже не заметил, как он встал. — Для меня большая честь…

— Пойдём уже, — прогудел человек-гора. — Гра говорит: ты выделишь людей для охраны форта. Обсудим детали.

— Как прикажите, господин маршал.

Кося исподлобья — мы с Тайре всё это время стояли склонёнными статуями — я беспалевно наблюдал за происходящим и всё сильнее охреневал. Превращение отца Рея из царя в смерда прошло настолько стремительно, что мне сразу стала понятна разница между третьим и первым ярусом. Даже самый жирный шмель здесь, наверху будет мошкой — никчёмной и бесправной. И даже пятый ранг Дрейкуса — наконец, узнал его имя — здесь ничего не решал. Хотя… Махавай говорил, что на ветви четвёрок по пальцам, а пятёрок на всём нашем ярусе нет ни одной. Чушь. Вот она пятёрка — стоит слева от меня в черно-синем костюме. Информация у нашего ботана, или устаревшая, или не проверенная. Да и как тут проверишь? Моих способностей ни у кого больше нет, а Гайде Моху одному всех не перещупать. Наверняка, папаша-Рэ старикашке-менталисту руки при встрече не подаст. Стопудово прокачка — секрет. Он ведь даже количество трёшек в клане скрывает.

А что, кстати, с гориллой-физиком? Врубил радар. Ого! Сорок два контура. Этот Шрек силы насосал в четыре раза больше, чем Дрейкус. Сколько же он сектов похерил? Или не сектов? Нет, лучше об этом даже не думать. Я и так последние минуты еле дрожь сдерживаю, а с появлением этого Халка вообще потеть начал. Умом понимаю, что нужно радоваться его приходу — всё-таки разговор с папаней сорвал — а организм-тупица наоборот взгрустнул не по-детски. Ещё чуть-чуть, и капельки на лбу заблестят.

— Твои? — небрежно спросил великан, когда отец Рея уже подошёл к двери.

— Мои, господин, — подтвердил Дрейкус.

— Гордись, Рэ. Достойные воины.

Маршал-пятёрка неожиданно подмигнул мне и, пригнувшись, шагнул в коридор. Наш отец поспешил за ним, и только Дзон Гор на миг задержался, чтобы отпустить нас.

— Идите к себе. После ужина, если у мэла Рэ появится время, вас вызовут.

* * *

Мы прошли уже половину пути до жилых корпусов, а сердце у меня по-прежнему стучало перфоратором. Встреча с отцом-Рея, которого я ждал только завтра, оказалась куда как страшнее первого секса. А ведь это мы еще поболтать не успели. Всё ещё впереди. До ужина чуть больше часа. Затем сам ужин. Потом… Может, этот маршал его прибьёт ненароком? А что, недостаточно раболепный взгляд, и с одного удара в лепёшку. Вот было бы здорово.

Ага, размечтался, ущербный. Даже если физик-гигант решит с какого-то перепуга оставить ветвь без главы самого сильного клана в такое тяжёлое время, то пойди ещё приведи намерение в исполнение. Скоростник пятого ранга умеет телепортироваться в пределах видимости, да и без этого его поймать будет сложно. Шутки шутками, а надумай эти два монстра провести поединок, я бы однозначно поставил на Дрейкуса. В драке один на один бронебоям нет равных — это и я-криворукий готов подтвердить.

Но как же… Как же мне не спалиться? Что говорить и какие вопросы ждать я обдумал сто раз. Тут мне важнее совладать с нервами, а Тайре словно специально масло в огонь подливает.

— Сейчас его этот первач разозлит, и мы с тобой выхватим ни за что ни про что. Ты отца знаешь.

Сестра хмуро смотрела себе под ноги, сморщившись, словно грядущая встреча с родителем гнетёт её не меньше моего. Хотя, ей-то чего бояться?

— Переживём как-нибудь. Нам не привыкать.

— Так-то оно так, но как бы появление этого маршала-переростка не испортило нам всё дело. Прикроют форт и разгонят нас всех по веткам. Сраный рой! И с чего сектам именно в этот оборот припёрло так навалиться? Я жуть, как домой не хочу. Да и руки чешутся твою шлюшку прирезать.

— Потерпи. Я не наигрался ещё.

— Найдёшь другую игрушку. К тебе очередь из дур выстроится, только свистни. И вообще, не мне это говори, а отцу. Готова спорить, он эту тему поднимет.

И лишь бы только её. Столь важные для меня чувства Толы, которые я опасался ранить совсем недавно, сейчас отчего-то ушли даже не на второй план, а на пятый. Грёбаные гормоны! Вот, что с мозгами делает прилив к бошке спермы. Не того я последние дни боялся, ох не того.

* * *

На ужине коменданта и старших мастеров снова не было. Зато озвученный Термино Фа перед началом трапезы приказ — собраться в восемь часов на площади у фонтана всем без исключения силарам — наводил на мысль о завершении переговоров и принятии какого-то решения. Версии вроде бы всего две, а споры о ближайшем будущем академии не прекращались на протяжении всего процесса принятия пищи.

Само собой мы с Тайре беседу не особо поддерживали и уж тем более помалкивали о приезде папаши-Рэ и встрече с гигантом-физиком. Темы, на которые болтать как-то вот, вообще не тянуло. Как, собственно, и аппетит, испорченный этими событиями, не располагал к еде от слова совсем. Приходилось запихиваться калориями из-под палки. Мало ли, вдруг пригодятся. Я и ресурс с маной пополнил на всякий случай. Если раскусят, сдаваться без боя, и безропотно позволять вести себя на заклание я точно не собираюсь.

Наконец, мы наеденные и напереживавшиеся собрались на плацу между жилых корпусов. Сейчас я воспринимал площадь именно, как плац. Строиться в шеренги и стоять по стойке «смирно» не заставляют, но высокое начальство в армейских чинах будет что-то вещать с трибуны, а мы будем хором «гавкать» в ответ. Точно не тусняк на день города возле сцены с эстрадниками.

А вот и наши шишки в погонах. Первым появился генерал-комендант, за ним из скрытого струями фонтана прохода выбрался гигант-маршал, третьим и последним к трибуне поднялся отец. То есть отец Рейсана. Буду я ещё этого урода в мыслях батей звать! Много чести.

Журчание воды тут же смолкло, как и бубнёж силаров. Всё с удивлением и восторгом, а кто-то и с нескрываемым страхом взирали на гориллоподобного великана, рядом с которым Черхан и Рэ-старший смотрелись голодающими воробушками на фоне жирного голубя-короля мусорки. Блин! Это ведь мы с Тайре видели первача-Шрека вблизи, а остальные только сейчас прикоснулись к прекрасному. Неслабый ребятам сюрприз.

— Приветствую вас, юные силары! — начал своими стандартным словами Черхан Гра. — У меня для вас… для всех нас есть хорошие новости. Но позвольте сначала представить наших высоких гостей. Мэл Дрейкус Рэ — глава одного из самых уважаемых кланов на ветви… — Отец Рейсана холодно еле заметно кивнул. — … и Второй маршал империи Хо — мэл Тодомо Викати с первого яруса.

Великан поднял вверх кувалдоподобный кулак и раскатисто прогрохотал:

— Всем возвышения, воины! Слава империи!

— Слава! Величие! Мощь! — пролаяла площадь.

— Господин Тодомо, — продолжил Черхан, как только мы оторались, — Прибыл к нам, как глава комиссии, которой надлежало принять решение о возможности продолжения занятий в нашем форте. И решение это принято! Господин маршал, прошу вас.

Комендант жестом предложил гиганту взять слово, и тот, нехотя, подхватил эстафету. Бугристая рожа Халка неплохо скрывала эмоции, но даже по ней было видно, что маршал тяготится необходимостью распинаться перед никчёмными трерьеярусниками, да ещё и детьми.

— Осмотрев укрепления форта, оценив число и квалификацию стражи, приняв во внимание результаты недавней битвы, в которой вы разбили в слизь и хитин целую армию роя, мы пришли к выводу, что занятия прекращать смысла нет, и вы-ученики в безопасности за этими надёжным стенами. Продолжайте свой путь к силе и славе, силары!

Площадь взорвалась восторженными выкриками и аплодисментами. Похоже, возвращаться домой не хотелось ни только Тайре. А уж, как у меня отлегло — это словами не передать. Прими маршал иное решение, и моя песенка спета. А так ещё повоюем. То есть подрыгаемся скорее, но это всё равно лучше, чем сразу с билетом в один конец в отчий дом.

— И сразу хочу выразить благодарность главе клана Рэ — мэлу Дрейкусу за поддержку в этот непростой для академии и империи в целом момент, — пробасил великан без толики благодарности в голосе. — В силу временной невозможности пополнения гарнизона форта, двести воинов личной дружины господина Рэ будут стоять лагерем вблизи стен академии, ведя патрулирование и будучи готовы оказать помощь в отражении очередного нападения сектов, ежели…

Неожиданно, господин Тодомо, нежно любивший как выяснилось трёхэтажные предложения, завис, уставившись в некую неведомую точку на площади. То ли увидел кого-то, кто сбил его с мысли, то ли, вдруг, вспомнил о чём-то важном. Бугристые брови поползли вверх, рот приоткрылся. Но маршал быстро взял себя в руки и поспешно закончил фразу, словно испугавшись, что пауза выдаст его чувства: —… таковое случится.

— Да-да, я тоже присоединяюсь к словам господина Викати, — закивал Черхан Гра. — Без поддержки клана Рэ мы бы не решились продолжить занятия. Господин Дрейкус, говорю вам спасибо от лица всего преподавательского состава и, более чем уверен, ученики испытывают не меньшую благодарность.

Студеозы немедля подтвердили озвученное одобрительными выкриками и новой порцией аплодисментов. Особенно усердствовали мои хлопцы, от которых не отставали и мы с Рангаром и Тайре. Бурные овации — а, может, он и так собирался сказать пару слов — вынудили отца Рейсана натянуто улыбнуться и после того, как шум стих, сделать короткое заявление.

— Обеспечить безопасность учеников на моей ветви — мой долг, — выделив слово «моей», медленно проговорил он.

На этом официальная часть вечера завершилась, и, пожелав всем доброй ночи, Черхан увёл высокое начальство с трибуны. Возбуждённо переговариваясь, народ потянулся к корпусам, но мы с Тайре не спешили покидать площадь. До отбоя ещё почти час. Наверняка старший-Рэ не станет откладывать разговор с нами до завтра. Так оно и случилось. Уже через несколько минут высокая фигура в чёрном костюме появилась со стороны арки и двинулась в нашу сторону.

Решивший не тратить время на приглашение своих отпрысков посредством отправки слуги, Дрейкус Рэ явился за нами лично.

— Рейсан, Тайре, проводите меня до ворот, — прозвучало повелительным тоном.

— Господин, — склонился в приветствии брат, и ребята из моей своры последовали его примеру.

— Привет от отца, Рангар, — кивнул ему глава клана. Но на этом и всё — звать племянника с нами старший-Рэ не собирался. На других же своих юных вассалов Дрейкус внимания вовсе не обратил.

Пристроившись за родителем, мы быстро шагали прочь от фонтана. Пройдя под аркой, тут же свернули на боковую дорожку, ведущую к одной из малых арен.

— Отец… — начала было Тайре, но тот немедля остановил её коротким: «Молчать!», и следующую пару минут мы шли в тишине по растворяющимуся в вечернем сумраке парку.

— Всё, можно говорить, — наконец прервал молчание отец Рея. — Здесь менталисты нас уже не подслушают. Времени мало, я утром уезжаю. Точные сроки по-прежнему не определены. Приказ передам через связного. Что делать, вы знаете.

Дрейкус остановился. Внимательно огляделся — поблизости никого не было. Перевёл взгляд на нас. Вернее на меня. Никакой отцовской любви и заинтересованности. Холодный, деловой взгляд начальника.

— За сколопендру хвалю, Рейсан. Достойная победа. Но сам поступок… О чём ты думал, связываясь с этим ничтожеством? Мне можешь не врать, я согласен с Черханом. Эта мразь тебя скинула. Что думаешь с этим делать?

— Накажу. Жестоко, — разделив для пущей суровости слова, скорчил я злую рожу.

— Правильно, — одобрительно кивнул Дрейкус. — Никогда не упускай случая преподать урок остальным. Он должен умереть. Красы нас не поддержат, так что в расход мальчишку. Только смотри не подставься. Поручи кому-нибудь. Не Рангару — он, хоть и паршивый, но Рэ. В общем, справишься, голова у тебя есть. Хотя…

Отец Рея на мгновение замер, сверля меня проницательным взглядом.

— Что за балаган ты устроил с этой девчонкой-Джи? Что за глупые игры? Марать честь древнейшего клана на ярусе, путаясь с безродными выскочками? Ты в своём уме, сын?

— Отец, всё обдумано, — напустив на лицо максимальную серьёзность, парировал я. — Мне срочно нужен был лишний силит, и я его получил. Другого способа в тот момент не было.

— Пятнадцатая ступень. Знаю, знаю. Переплюнул меня в твои годы, — впервые позволил себе криво улыбнуться Рэ-старший. — Говоришь не было других вариантов? Ну ладно. Теперь, когда своё получил, избавься от неё.

— Отец, не рано ли? — испугалась Тайре. — Вы поручали мне…

— Я не о том, — оборвал её Дрейкус. — Обоих убьёшь в своё время. Рейсан должен бросить девчонку. Это понятно?

Последнее было адресовано уже мне.

— Да, отец, — поспешил я подтвердить понимание приказа. Права была сестра — крутить с Толой шашни на публику дальше без вариантов. Решения главы клана не обсуждаются, а значит придётся выкручиваться. Сам виноват.

— Вовремя я всё-таки прибыл, — к моему облегчению тут же сменил тему Дрейкус. — Этот бых-переросток готов был приостановить занятия в форте до подхода резервной роты со второго яруса. Рой своей активностью основательно напугал верхи. Еле уговорил его отменить вызов. На корнях солдаты нужнее. А вообще нам на руку, всё что произошло. Гарнизон форта ослаблен, наше присутствие, наоборот, усилилось. Жаль, что внутрь форта дружинников клана не допустили, но моих людей здесь и так немало. Когда начнётся, подходы к стволу перекроем легко. Главное, вы не подведите. Особенно ты, Рейсан.

— Не подведу, отец, — со всей решимостью, на которую был способен, кивнул я.

— Не подведёшь, — согласился Дрейкус. — Или погибнешь в попытке не подвести. Второе я тебе запрещаю.

Я вздрогнул. Это он шутит так? Ну тебя в жопу, козёл! Подведу я тебя, ещё как подведу. И, если я набрался смелости на оскорбления в мыслях, то Тайре отважилась на вопрос вслух.

— Отец, вы знаете больше того, что нам говорят. Что творится с Роем? Секты словно взбесились.

Дрейкус скривился и тяжело вздохнул. Было видно, что тема Роя его тоже волнует.

— Никто не знает. Просто взяли и повалили со всех направлений. Без прощупывания, без подготовки. На корнях было жарко. Причём, не только у нас. Большинство соседних аллоев подверглись такой же атаке. Потери внизу сумасшедшие. С одной стороны это на руку нам, так как император отправляет туда все резервы. С другой, наших тоже на срочной службе хватает, и не всем повезло пережить эту бойню. Ваш брат Рекос — Рангару говорить запрещаю. Хатаре, Катрель, ещё кто-то из младших… Не помню. Но пик позади. Рой уже выдохся, волны иссякли. Скорее всего сбросили избыток популяции. Прогнали через нашу мясорубку всех, кто находился поблизости и теперь будут копить силы, для новых атак. Похожее раньше случалось, хоть и в меньших масштабах. Передышка в месяц-другой у нас есть.

— Тогда я не понимаю, с чего к нам пристали вообще, — удивилась сестра. — Комиссию прислали. Целый маршал-пятёрка…

— Новости снизу только пришли. Но Тодомо — ещё тот жук. Не смотрите на его внешность. Он чувствует, что что-то грядёт, но не знает что именно. Клан Викати в списке на понижение. Надеюсь, последний раз пришлось кланяться этому быху.

На последних словах Дрейкус ещё раз огляделся. Скорее нервно, чем в силу реальной необходимости. Вечер пока ещё не перешёл в ночь, и окрестности прекрасно просматривались. За сотню шагов никого. Даже менталисты высоких рангов не дотянутся, что уж говорить про силаров-подростков, которые произнесенные в соседней комнате слова разобрать не способны. Тоже переживает дядька. Тоже не железный, каким хочет казаться.

— Ладно. Всё, что хотел сказать, я сказал. Ждите команды. До ворот меня провожать не надо. Идите.

— Доброй ночи, отец, — поклонилась Тайре.

— Доброй ночи, отец, — мгновенно спопугайничал я.

Дрейкус Рэ удостоил нас ответным кивком и первым сделал шаг в сторону ворот форта.

Фух! Пронесло. Выдержал испытание. Хорошо всё-таки, что папаша-Рэ гораздо больше любит сам говорить, чем слушать других.

— И, Рейсан, — неожиданно обернулся Дрейкус, похерив мой приступ самодовольства. — На счёт этой Джи. Бросить мало. Унизь её. Хочу, чтобы до этого наглеца-Руфио перед известием о смерти своих ублюдков дошла ещё весть о позоре дочурки. Придумай что-нибудь этакое. Ты умеешь.

Улыбка, на этот раз уже более широкая, но при этом и значительно белее страшная, украсила породистое лицо главы древнего клана. Древнего, многочисленного, могущественного, наверняка невероятно богатого, но при этом абсолютно гнилого, а что хуже всего — моего. Он смотрел на меня, своего наследника, сына, возможно даже любимого, или по крайней мере ценимого и мерзко лыбился, предвкушая веселье, что доставит ему заказанная подлость.

«Ненавижу его!» — неожиданно понял я. Даже больше, чем боюсь. Кусок дерьма во плоти. Но что мне сейчас остаётся? Загадочно улыбнуться в ответ, кивнуть и покорно сказать:

— Да, отец.

Но, богом клянусь! Я надолго сотру с твоей рожи такие ухмылки, когда придёт время! Главное: дожить до него.

Глава седьмая — Имя, сестра!

К моему удивлению, Рангар был в комнате. Похоже, встреча с папашей-Рэ испортила настроение не мне одному.

— Ну, как прошло, старший брат? — осторожно поинтересовался братишка, поспешно вскочивший с кровати, когда я заходил.

— Как обычно, — хмуро отрезал я, давая понять, что подробностей ему ждать не стоит.

— Господин недоволен? Не спрашивал про меня?

— Нет, не спрашивал. За сколопендру хвалил, за остальное ругал. Ты сегодня уже всё, никуда не пойдёшь?

— Никуда, — мотнул Рангар головой, но тут же спохватился и быстро добавил: — Но, если надо, ты только скажи. Пока вы тут это, у Суров перекантуюсь.

— Не будет никаких «это», — зло буркнул я. — Всё, что мне было надо, я от Толы уже получил. Только молчок, понятно?

— Конечно, конечно, старший брат! — зачастил Рангар. — Нем, как тля.

Я зашёл в сортир. Умылся, справил нужду, постоял перед зеркалом, размышляя о предстоящем. Что мне теперь делать с Толой решу завтра на свежую голову. Нужно минимизировать риски и провернуть всё по возможности безболезненно для обоих сторон. И приказ мудака-Дрейкуса выполнить, и под огненный шар себя не подставить. Девку жалко, конечно, но пусть лучше будет жива и унижена, чем мы оба мертвы. Заигрался я в отношеньки и чувства. Нужно всё поскорее разруливать и заниматься исключительно заговором.

Надежда на то, что отец Рейсана выложит карты на стол приказала жить долго и счастливо. Хрен я что узнал нового. Разве что масштабы расширились. Серьёзные надо сказать масштабы. Тут явно речь идёт не о дележе влияния на конкретной ветви. Здесь буча грядёт капитальная, общеимперская. Революция, или что-то типа того. Не будь я наделён важной ролью во всём этом политическом бл@дстве, и не грози смертью оно конкретным подросткам в лице Толы и Ферца, которые мне не совсем безразличны, я бы не стал в эту хню вообще лезть. Я чужак и мне глубоко фиолетово кто и в какой последовательности собирает крошки с императорского стола. Пусть сильные мира сего режут друг друга сколько душе угодно, лишь бы меня в это действо не втягивали.

Отметённая уже вроде идея свалить из академии куда-подальше, в этом свете заиграла новыми красками. Может, ну его всё? Подговорить Грая и попробовать сдёрнуть отсюда. Вдвоём может и получиться, а на корнях уже затеряемся как-нибудь. Там же вроде народу, как грязи. Притворюсь сиротой-бродяжкой, начну всё с нуля.

Вот только спасёт этот ход меня, но не Толу с Ферцем. Возможно, их батя — не меньшее дерьмо, чем Дрейкус, но детей за прегрешения отцов убивать — это зло, с какой стороны не взгляни. Да и кто сказал, что когда всё начнётся под раздачу не попадут вообще левые люди? Та же Фая без моей защиты может пострадать ни за что ни про что. Нет, вариант с побегом я откладываю на самый крайний случай. Будем бороться. И начать эту борьбу следует с поиска союзников.

Пока у меня есть лишь Грай. Но ученики — это несерьёзно. Нужен взрослый. Наставник. Кому бы только довериться? Вигел Кио? Термино Фа? Муравьед? Драм Бор? Тётушка Фарта? Дзон Гон? Сам Черхан наконец? Нет, последнего точно вычеркиваю. После слов дикого про угрозу коменданта пустить его при очередной попытке бегства в расход, связываться с нашим седовласым качком отчего-то не хочется. Генерал наверняка посадит меня под замок и поднимет тревогу. Эта тема при любых раскладах ничем хорошим для меня не закончится. Огласка — мой сто процентный враг. Кому бы я не доверился, главное условие — всё держать в тайне. Плюс, нужно не забывать, что среди преподов есть как минимум один человек Дрейкуса.

Кто он — выяснить шансов нет. Зато есть возможность определить гарантированно непричастного к заговору. Моя цель. Некий боевой силар, мешающий папеньке-Рэ сильнее других. Выстраивать логические цепочки, чтобы его вычислить — занятие долгое и неблагодарное. Есть способ проще. Нужно всего лишь выведать у Тайре его имя. Неужели я сестричку не перехитрю?

Но это я о главном, а встреча с отцом Рейсана принесла мне сразу несколько проблем. Кроме затребованного унижения Толы, есть ещё приказ на счёт Краса. Фалко — мерзкая тварь, но убивать его, пусть и чужими руками… Я ещё не настолько здесь одичал. Защищаясь, прикончу любого ублюдка. Защищая кого-то мне дорогого, тем более. Просто так, по приказу… Нет, я не киллер. Придётся левитанту удрать. Пока это единственное решение, что я вижу. Бросит учёбу, покинет форт, переведётся на корни, или ещё куда. Отлавливать его за стенами академии меня не пошлют однозначно. Дурак же я всё-таки. Сдал бы Краса Черхану, и не было бы этой проблемы. Но, что сделано, то сделано. Сокрушаться поздно.

Ещё раз намочил руки и протёр лицо мокрыми ладонями. Обо всём этом я подробнее подумаю завтра, а сегодня у меня есть ещё одно дело. Вышел из сан. узла, бросил взгляд на Рангара — не спит.

— Я пойду прогуляюсь. Дверь не закрывай.

И, не слушая ответ брата, покинул комнату. До отбоя минут пятнадцать — как раз хватит, чтобы дойти до северного корпуса и подняться наверх.

* * *

Конец лестницы, упирающейся в дверь чердака пустовал. По пути в это позднее время мне тоже никто не встретился. «Эй ты, три-два-рас, выходи со мной на связь.», — постучался нашим условным стуком и подёргал за ручку. С той стороны, будто только того и ждали. Ключ закрутился, защёлкал в замочной скважине, и возникшая в появившейся щели Фая поспешно втянула меня внутрь.

— За тобой не следили? — нервным шёпотом беглого зека поинтересовалась малышка, едва закрыв за мной дверь.

— Вроде нет. Фая, я хочу тебе…

— Точно нет? Ты мог не заметить! Молчи!

Прошипела скороговоркой и замерла, приложив к двери ухо. Секунд десять стояла, прислушиваясь с поднятым вверх пальцем. Наконец отмерла и, поманив меня за собой, на цыпочках двинулась к косому окошку, у которого мы обычно сидели.

— Он узнал меня, — дрожащим шёпотом произнесла Фая, когда мы опустились на расстеленное возле окна одеяло.

— Кто узнал, — так же тихо переспросил я.

Продуманная стратегия разговора умчалась в тартарары. Похоже, мои шашни с Толой её мало волнуют. Принцесса напугана, и это мне даже на руку. Приступов ревности можно не ждать. И вообще, с чего я решил, что они будут? Это я к ней испытываю что-то похожее на любовь, а она во мне может видеть лишь друга. И то в лучшем случае. Снимай-ка, Санёк, корону — не все девушки в этом мире мечтают заполучить тебя в женихи. Кто ты такой, чтобы небожительница с первого яруса вздумала за тобой волочиться?

— Кто, кто! Маршал Тодомо! И зачем я попёрлась на площадь? Никто же не проверял.

— Маршал? Ты его знаешь?

— Конечно! Он друг моей матери. Часто у нас бывает. Ещё лялькой меня нянчил. Он всё ей расскажет.

На Фаю смотреть было жалко. Губки бантиком, глаза — вот-вот влагу пустят, бровки в кучку.

— А твоя мама разве не знает, где ты?

— Да откуда? — вскинулась малышка. — Отец с ней в последнее время почти не общается. Мама была против этого брака. Она меня любит. Она бы не позволила меня отправить сюда.

— Ты думаешь, мэл Тодомо расскажет ей? Тебя заберут наверх? Ну так там же этот Гео. Зачем матери тебя ему возвращать?

— Я не знаю, — всхлипнула Фая. — Но я не хочу обратно. Мама думает, что сможет меня защитить, но это не так. Наследный принц не тот человек, который принимает отказы.

— Значит, бояться нечего, — максимально непринуждённо пожал я плечами. — Господин Тодомо умнейший силар. Если он желает тебе добра, то ничего твоей матери не скажет. Женщин — уж извини — иногда стоит не посвещать в некоторые вещи.

— Да? Ты правда так думаешь? — с надеждой взглянула на меня Фая своими голубыми глазищами. В темноте чердака цвета глаз, конечно, было не разобрать, но их образ я унесу с собой в могилу. Как забыть эти небесные васильки?

— Конечно. Я более, чем уверен. Можешь об этом не переживать.

Успокоитель, бл@! Да, что я знаю про этого Тодомо и про его взгляды на «правильно» и «хорошо»? Сейчас вернётся к себе наверх и настучит Фаиной матушке. Вот заберут мою малышку на первый ярус, и буду я локти кусать. Точно тогда в Рэ превращусь и начну резать людей направо налево во спасение собственной задницы. Хреновая перспектива, ничего не скажешь.

— Ну, раз ты так считаешь, — выдохнула принцесса, — Тогда ладно. Притворюсь, что поверила и попробую успокоиться. Как встреча с отцом прошла? Вы же говорили сегодня? Или завтра к себе зовёт?

Привет, раунд два. Вот теперь мне вздыхать и надеяться. Лишь бы только она меня поняла.

— Говорили, — пробурчал я. — Лучше бы и не приезжал вовсе. Даже здесь не дает жить по-своему. Такое потребовал, что и рассказывать тебе стыдно.

— Ну уж нет, — хитро улыбнулась Фая. — Рассказывай давай. Кто тут тебя ещё поймёт и поддержит. Уж точно не твоя огневичка.

— А что ты знаешь про Толу? — немного обиделся я. — Она мне очень помогла между прочим.

— Сбросить напряжение помогла? — рассмеялась принцесса. — Знаю, знаю. Наслышана. Девчонки второй день шушукаются о вашей кроватной борьбе, что весь корпус слушал. Горячая штучка.

Спасибо темноте чердака, что скрыла мои покрасневшие щёки. Мелкая пигалица умудрилась меня смутить.

— Ничего личного, просто секс, — нашёл я в себе силы отшутиться.

Фая прыснула.

— Ничего личного? Вот так сказанул! Ты же не думал, что я буду тебя ревновать к этой Толе?

— Вообще-то думал, — второй раз за минуту смутился я. — Со стороны оно наверное смотрится…

— Да что же я дура какая? — снова хихикнула Фая. От дурного настроения девушки не осталось и следа. — Знаешь, как моя мама говорит? У мужчин есть четыре основные потребности: есть, пить, драться и трахаться. Лиши мужчину хотя бы одной из них, и он перестанет быть мужчиной. Я же понимаю, зачем тебе эта огневичка. К чему тут ревновать? И вообще, мы друзья, и должны радоваться друг за друга. Я рада, что ты хорошо провёл время. Продолжай в том же духе.

Ого! Удивила, так удивила. Не женщина, а мечта любого альфа-самца. Естественные потребности… Нет, я точно попал в другой мир. Попробуй найди у нас такую девчонку. Вот только она не знает всей правды. И рассказать я ей её не могу. Хотя очень хочется. Хоть с кем-нибудь поделиться бы своими проблемами. А, к чёрту! Частично ведь можно.

— Отец запретил мне с ней… Встречаться.

Фая недоверчиво наклонила голову набок.

— А как он узнал?

— Тайре сдала, — не растерялся я.

— А вы тайно.

— Такое не скроешь, — покачал головой я. — Да и это не всё. Я подвёл отца, поставил пятно на клановой чести. В открытую замутил с низкородной. Мы же вроде как древняя кровь, а Джи — выскочки.

— Знакомая песня, — вздохнула Фая. — Такое и у нас на первом ярусе сплошь и рядом. Поднявшийся снизу клан ещё ни одно поколение никто не держит за ровню. Как тебя наказали?

— Я должен унизить Толу, — выдавил я из себя. — Просто бросить, отцу теперь мало. А мне её жалко. Она ведь влюбилась в меня.

— Да… — протянула Фая. — Твой отец ещё хуже моего. Но про влюбилась ты это брось. Если и влюбилась, то не в тебя, а в твою злую маску. Хотя, мне кажется, этой гордячке больше нравится твоё положение, чем ты сам. Я же видела, как она в столовой на тебя вешается. На публику играет. Красуется. Я знаю историю Джи — они действительно очень быстро поднялись. Деньги есть, сила тоже, а вот уважения коренной знати яруса не хватает. Здесь ты жертва, а не она.

— Может ты права, а может и нет, — неопределённо проговорил я. — Но, что это меняет? Отца я ослушаться не могу. И дело тут не во мне. Он ведь и ей отомстит. Он может. Дрейкус Рэ — страшный человек.

— А не думал ей всё рассказать? — встрепенулась Фая. — Она же не дура. Должна понять, что ничего ей не светит. Были бы у вас взаимные чувства, я бы первая тебе посоветовала следовать за своим сердцем. Ты знаешь мою историю. Но ради задетого самолюбия идти против главы клана Рэ… Попробуй ей объяснить.

А ведь я тоже думал об этом. Малышка умна не по годам. Признание выглядит самым простым вариантом, если не знать все нюансы. Вот только я уже взвесил все плюсы и минусы. Вторых больше. Слишком рискованно. Импульсивная Тола даже сама того не желая может выдать меня. И это, если она вообще согласится, что далеко не факт.

— Плохая затея. Я знаю Толу лучше тебя. Она не поймёт.

— Зато поймёт её брат.

Мёд мне в рот! Это выход! Ферц ради блага сестры сделает всё. Как я сам не додумался?

В сердцах я сцапал малышку в охапку и крепко обнял.

— Спасибо, умняшка моя, — прошептал ей на ухо. — Это отличный совет.

Худенькое тёплое тельце плотно прижалось ко мне. Тонкие ручки обвили шею. Малолетка, а грудь уже выросла почти взрослая — упирается мягкими бугорками…

— Хватит вспоминать Толу, — хохотнули мне в ухо. — В живот давишь.

Я отпрянул. Вот ведь гормоны дурацкие! Совсем не в тему эрекция.

— Извини, я…

— Да нормально всё, — шутливо толкнула меня в грудь Фая. — Мужские потребности. Разберись с Толой и найди себе для этих дел кого-нибудь породовитее, чтобы папочку не срамить.

В ответ мне оставалось только смущённо кивнуть и подавиться полезшим наружу смехом. Прикрыв рты ладонями, мы немного похрюкали над шуткой принцессы, но продолжить разговор, когда приступ весёлости схлынул, уже не смогли. Образовавшаяся неловкость подталкивала к завершению встречи. Коротко попращались, и я как всегда первым конспирации для покинул чердак. На цыпочках спускаясь по лестнице, я думал над последним пожеланием Фаи. Найти себе кого-нибудь породовитее? А ведь я, кажется, уже нашёл. Пусть только подрастёт немного, а через пару лет…

* * *

На завтрак мы с Рангаром пришли одними из последних. Я поздно лёг и с утра вылёживался в кровати по максимуму, не желая вылезать из-под одеяла, начиная тем самым очередной мерзкий день. Времена, когда на первых парах в академии мы всюду ходили исключительно бандой, за ненадобностью канули в Лету. Кроме нас с братом все уже были на месте. Стоило мне зайти внутрь столовки, как Тайре поймала мой взгляд, и, шагая к столу я вынужденно наблюдал за переменами, происходящими на лице сестры.

Приветливая улыбка держалась на нём секунд пять. То есть ровно до того момента, пока меня не сцапала Тола, уже привычно повисшая мне на шею с приветственным поцелуем. Я вежливо ответил тем же самым и как ни в чём не бывало продолжил путь к своему стулу. Усевшись, поздоровался со всеми и кивнул сестре. Та уже смотрела волчицей.

— Ты что творишь? — прошипела Тайре, перегнувшись ко мне через стол. — Ты чем отца слушал?

— Я знаю, что делаю, — резче, чем собирался, шикнул на неё в ответ я.

— Нам нужно поговорить.

— И поговорим.

— После завтрака в книгохранилище.

— А занятия?

— Раньше приходить надо. Уже объявили. Завтра начнутся.

— Хорошо.

И, отведя взгляд от Тайре, я принялся наполнять тарелку. Значит, сегодня не учимся? И плохо, и хорошо. Успею провернуть всё задуманное. Нечего малодушно откладывать в долгий ящик дела, как бы они не были неприятны. И раз сестра сама напросилась, с неё и начнём.

* * *

Библиотекарша одарила меня милой улыбкой, но, заметив шагнувшую следом за мной в двери Тайре, сразу же изменилась в лице.

— Рейсан, на секундочку, — поманила она меня к себе пальцем. — А вы, милая, поднимайтесь в читальный зал. Он сейчас подойдёт.

— Хорошо выглядите, мэла Кай-Мути, — вспыхнул я деланной доброжелательностью. — Как ваши дела?

— Между прочим, мэли, — не менее даланно изобразила обиду тётка.

Незамужняя значит. Ну что же, у неё всё впереди. Сороковника ещё точно нет. Вполне себе годная баба. Накрасить, переодеть — и вообще секси будет. В прошлой жизни я на такую бы слюни пускал.

— И я тебя просила звать меня Саса.

— Хорошо, Саса, как скажешь, — пожал я плечами.

— Так-то лучше, — на мгновение вновь расцвела библиотекарша, но потом тут же скривилась. — Я к тебе хорошо отношусь, Рейсан. Но завязывай сюда своих подружек водить. Вам что, комнат мало? Мы с тобой только на собрания договаривались. Любитесь где-нибудь в другом месте. Хорошо?

— Это моя сестра, — сообщил я, прищурившись. — С сестрой-то хоть можно?

Но вопреки моим ожиданиям, мэла Кай-Мути не бросилась извиняться, а только надула щёки и, медленно покачивая головой, изрекла:

— Если у вас и с сёстрами можно, то это проблемы вашего клана. А ко мне сюда, чтобы последний раз с этим делом.

И пока я стоял с открытым ртом, переваривая услышанное, добавила совсем другим голосом:

— А сам заходи. И почитать, и не только. Я тебе всегда помогу, чем смогу.

— Ага, — только и смог кивнуть я.

Поднимаясь на второй этаж, медленно приходил в себя. Кажется, меня только что обвинили в инцесте. И тут же намекнули на интим. Ничего себе развратная тётка эта Кай-Мути! А так и не скажешь. Надо будет поаккуратнее с ней, а то ещё изнасилует по обоюдному согласию. Я ведь и согласиться могу.

Тайре, похоже, уже успела обследовать зал на предмет лишних ушей, так как при моём появлении как раз выходила из дальнего от лестницы ряда заполненных книгами стеллажей.

— Чисто, — сообщила сестра, присаживаясь за один из столов.

Я опустился на стул напротив неё.

— Ну объясняй давай, что это за кусня? Ты приказ отца слышал? Какого древа ты опять с этой шлюхой носами трёшься? — накинулась на меня Тайре.

— А ты сама хорошо отца слушала? — напал я в ответ. — Мне её унизить приказано. Это не мгновенное дело. Нужна подготовка.

— Какая к корням подготовка? Обзови шлюхой на людях и пошли её в мох.

— И она на всю академию примется верещать, что папочка Рейсанчику по попе нашлёпал и дружить с красоткой Джи запретил. Накуса мне такая слава?

Тайре задумалась.

— Тут ты прав. Язык у неё без костей, — нехотя согласилась сестра. — Тогда торопиться не надо. Может… Нет, не пойдёт. Или… Сам что придумал уже?

— Подставлю её, — зло ухмыльнулся я. — Придумаю, как лучше обтяпать и выставлю дурой.

— Это мне нравится, — осклабилась Тайре. — Это по-нашему. И Краса опустить не забудь. Я тоже подумаю, и над тем, и над тем. Если что дельное в голову придёт, поделюсь.

— Ерунда, — небрежно отмахнулся я. — На счёт этих смертников можешь не переживать. С детишками разберёмся. Плёвое дело.

Договорив, опустил голову на руки, упёртые локтями в столешницу, и тяжело вздохнул.

— Меня другое волнует, — произнёс я, понизив голос и подлив в тон тревоги. — Смогу ли я не подвести отца в главном? Вот там-то посложнее задача.

Тайре сузила глаза и тоже пригнулась к столу.

— Ты справишься! — отрезала коротко. — Пятнадцатая ступень, бронебой. Кого ты здесь не сможешь убить? Против шурса защиты нет.

— Даже у него?

По телу пробежала дрожь. Слова сказаны. Игра начата. Обратной дороги нет.

— А что он? Он тоже человек. У него такое же хрупкое тело, как и у остальных.

Стиснув губы, Тайре жгла меня взглядом.

— Он силар, — ответил я не менее жёстким взглядом. — Боевой. Опытный. И отнюдь не первого ранга.

— Смертны все. Главное, вовремя нанести удар.

— Он почувствует, — прошептал я. — Он раскусит меня. Не подпустит к себе. Он слишком опытен.

— Не почувствует. Он же не менталист. Сколько раз ты уже стоял рядом с ним?

— То другое.

Замолчав, я изобразил потуги на лице, имитируя внутреннюю борьбу, и после небольшой паузы выдохнул:

— Я боюсь его! Мне стыдно в этом признаваться даже себе, но это так. Я сколопендре в пасть прыгал, а тут…

— Что?!

На мгновение я испугался, что Тайре мне засадит по роже. Щёки сестры вспыхнули, глаза налились кровью.

— Ты, Рейсан — мать твою — Рэ! Ты никого не боишься! И уж тем более его! Не хочу это слушать!

— Это другой страх! — рявкнул я на неё. — Не трусость! Я не знаю, как объяснить. Ты ведь тоже его боишься, хоть и не осознаёшь этого.

— Что за бред?! — прошипела Тайре, багровея ещё сильнее.

— А ты прислушайся к себе, сестричка, прислушайся, — процедил я сквозь зубы, придвинувшись к ней ещё ближе.

По пылающему в её глазах пламени я понял: настал тот самый момент. Пан, или пропал! Зло стиснул губы, свёл в галку брови и прошипел:

— За весь наш разговор ты ещё ни разу не назвала его по имени. Думаешь, это случайно?

— Пффф! — фыркнула Тайре и, оглашая мою победу, выплюнула мне в лицо серией:

— Черхан! Черхан! Черхан! Ты доволен, братишка?! Черхан!

Глава восьмая — Зрелища

Весь путь к жилым корпусам мы проделали в абсолютном молчании. И дело не в том, что в библиотеке мы обсудили всё, что хотели, и у нас совсем не осталось о чём поговорить. Просто посрались неслабо, и даже произнесённое в конце ругани «мир» делу не помогло. Сестра по-прежнему дулась на меня труса, посмевшего и её — героиню без страха и упрёка тоже записать в таковые. За добытую информацию мне пришлось заплатить десятиминутной прослушанной лекцией на тему: «Рейсан Рэ размяк и вообще слабак».

Само собой Тайре не пожелала признать, что боится Черхана, но в мой страх поверила, и ненужных подозрений мне удалось избежать. Маленькая победа достигнута. Казалось бы даже легко, но понервничать пришлось основательно. Особенно я струхнул на словах сестры: «В академии тебя словно подменили.» Слава создателю, это был всего лишь оборот речи, но с Тайре нужно впредь откровенничать осторожнее. Если кто и раскусит меня, то только она.

Фонтанная площадь встретила нас неожиданно малым числом присутствующих на ней силаров. Пара девчонок, о чём-то болтающих, сидя у воды на оградке, и незнакомый мне паренёк, топающий к дверям восточного корпуса. На улице такой погодистый день, а они все по комнатам прячутся. Но в коридоре на этаже было так же пустынно. Мы с Тайре переглянулись.

— К нам в форт что ли цирк приехал, пока мы болтали? — подозрительно прищурилась Тайре. — Все на арене?

— Или где-то маниты за так раздают, — поддержал я. — Ну-ка проверим, из наших есть вообще кто.

Сестра дёрнула дверь своей комнаты. Закрыто на ключ.

— К Сурам загляни.

Но к рыжим попасть тоже не удалось. Ни Рангара, ни Глэя с Дастами у себя застать так же не вышло, и только в соседней комнате обнаружился лежащий с книжкой в руках на своей койке Махавай.

— Где все? — окликнул я ботана.

— Ой, босс! — подскочил книгочей. — К воротам ушли. Там из Кано обозы вот-вот начнут подъезжать. Всем желающим разрешили со стен поглазеть на погрузку. По мне, так унылое зрелище, но сами понимаете, со скуки и толкотня простачья — представление.

— Понятно, — соврал я и захлопнул дверь. На самом деле я не понял, чем может привлечь местных ребят погрузка дохлых сектов в телеги, но я бы туда тоже сходил. Та стена форта, где находятся ворота, выходит на противоположную от ствола сторону, и с высоты наверняка можно разглядеть много чего интересного.

— Пойдём сходим? — предложил я сестре.

— Без меня, — хмуро буркнула Тайре. — Пока никого, лучше полежу-подумаю над твоими проблемами.

— Ты хотела сказать: над нашими? — понизив голос, решил поправить её.

— Над твоими, — твёрдо произнесла сестра. — У меня нет проблем. И знаешь почему? Я их себе не наживаю.

— Что придумаешь, сообщи, — холодно заявил я и, отвернувшись, направился к выходу с этажа.

* * *

И действительно, вся верхушка стены с обоих сторон от ворот была забита подростками, среди которых тут и там возвышались фигуры солдат и наставников. Ну точно зрители на трибунах. Не так уж и далека от правды была мысль Тайре про бесплатный цирк. И раз учеников допустили на представление, значит билетом послужил наш двухдневный труд. Обычно-то нашему брату-студенту на укрепления хода нет, а тут сделали исключение. Что ж, случаем грех не воспользоваться.

Присмотревшись, я заметил Рангара и Глэя. Ага, топаем к левой башне. Часовой возле лестницы неожиданно отдал честь, приложив кулак к сердцу.

— Поднимайтесь, мэл Рэ. Самые шустрые уже на подходе.

Я кивнул и шагнул в проём. Человек отца, или после поверженной сколопендры весь личный состав проникся ко мне уважением? Скорее второе. Подсадной бы не стал так палиться. У них тут профессионализм слишком ценится, чтобы лажать в мелочах.

Поднимаясь по широким ступеням, винтом убегающим вверх, вновь вернулся мыслями к своей первой победе. Вот узнал я имя своей жертвы, и дальше что? Единственный человек, которому я точно не доверюсь. Свезло, так свезло. И это я ещё молчу про косвенные неутешительные выводы, что принесло мне это знание. Если папаша-Рэ доверил своему наследнику убийство не кого-нибудь, а самого главы форта — силара четвёртого ранга на минуточку — то, значит, предстоящая операция едва ли будет походить на точечный выверенный укол. Скорее мы увидим побоище с кучей жертв и с толпой задействованного в атаке народа. Вряд ли бы Дрейкус осознанно отправил сынка на убой. Типа, завали генерала, а дальше, хоть пожар, хоть потоп. Наверняка план отхода и последующего прикрытия тоже имеется. Вот только меня в него посвятить позабыли. Не Рейсана в смысле, а Сашку.

Стена встретила шумом и плотной толпой. Для юных зрителей открыли только участок до следующей башни. Сотня метров на полтысячи рыл — VIP-ложей здесь даже не пахнет. Тем более, что все выстроились линией вдоль парапета, и жмутся плечо в плечо. Благо, протискиваться мне далеко не потребовалось — мои парни расположились на лучших местах, вблизи от привратной башни. Впрочем, не только парни. Первой меня как раз заметила одна из близняшек Тре.

— Гляньте-ка, босс явился. Давай к нам. Мы тут тебе местечко нагрели.

И Соль — кажется это была она — упёрлась плечом в бок стоявшего рядом Влара и легко сдвинула его со всеми, кто находился за ним, освободив кусочек пространства между собой и сестрой. Похоже, врубила дар физика. Что называется — применение в быту. Я не стал отказываться и быстро втиснулся в дырку. Упругие тела сразу же прижались с обоих сторон. И действительно тёплое место. Я бы даже сказал горячее.

— Мы уже думали, что ты с Толочкой остался пошалить, но потом заметили твою огненную и совсем потерялись в догадках, — проворковала мне на ухо Соль. — Где был, босс?

— Тола ни единственная девушка в форте, с которой я иногда общаюсь, — парировал я, подумав о Тайре, и только потом понял, что фраза получилась двусмысленной.

— И правильно, босс, — хитро улыбнулась красотка. — Такому парню как ты одной девушки мало. Надо хотя бы две и лучше, чтобы одновременно.

Ого! Что за день-то сегодня такой? Второй раз уже интим предлагают. Причём, тут даже про групповушку речь. Толу жалко, конечно, но, может, не так уж и плохо, что Дрейкус приказал её бросить? В отсутствии официальной подруги передо мной открываются такие возможности… Просто одна влажная фантазия за одной. Взрослая тётя, близняшки. Теперь-то я уже знаю, что с женщиной делать. Ломаться как целка не буду. Но в сторону пошлые мысли. Я пришёл сюда на ветвь посмотреть.

Загадочно улыбнулся Соль и перевёл взгляд за стены. Вдаль убегают покрытые садами, виноградниками и какими-то ещё культурными насаждениями холмы, рассекаемые тут и там скальными выступами. Километров через семь-десять возделанные участки сменяет лес и дико растущий кустарник. Потом всё — бугристый характер местности ограничивает обзор. Ветвь явно не загибается вверх, отходя от ствола, и величие аллоя можно понять только смотря на объекты второго яруса, что раскинулись бескрайней сетью веток и листьев над головой. Вправо-влево горизонт тем более супер близок — всего километров пять. Но это не значит, что там доступные людям земли заканчиваются. Просто начинающийся оттуда изгиб не разглядеть даже с высоты стен. Лакро Хай как-то обмолвился на уроке, что окружность ветви у основания равна примерно тридцати лигам, но не зная значения этой местной меры длины, я пока не готов оценить масштабы доступной человечеству территории.

Но то дали, а вблизи всё гораздо интереснее. Всего в полукилометре от стен раскинулся парой десятков улиц небольшой городок. Одна, двух и даже трёхэтажные дома пестрят яркими черепичными крышами. От форта к поселению убегает мощёная плиткой дорога, сливающаяся на подходе к нему с совсем уж широким трактом, идущим от ствола куда-то дальше по ветви. Движение на большаке оживлённое — вереницы повозок ползут в обе стороны, как и пешие путники.

Ещё бы, главная и единственная транспортная артерия, связывающая нашу часть яруса с остальными. Да и вертикальное сообщение с верхом и низом тоже стартует от основания этой дороги. Трудно представить, когда сам не видел, как оно выглядит, но по извлечённым из разговоров с ребятами крупицам инфы я знал, что там, у ствола, есть какие-то лифты, а так же гигантский винтовой тракт, что тянется от корней до самого соцветия, пересекая по пути осевые, которые соединяют между собой ветви каждого яруса.

Но то всё глобальные вещи, а у нас тут на местячковом уровне в данный момент наблюдался настоящий транспортный коллапс, который усугубл@лся в режиме реального времени. Дорога, идущая к форту от Академ-городка была уже и так под завязку забита повозками, а с тракта на неё сворачивали всё новые и новые обозы. Навскидку пара сотен единиц подвижного состава на всех. Эх, нам бы столько транспорта, когда мы дохлятину вывозили за стены.

За ней-то народ и спешил. Напротив ворот, на обочинах справа и слева штабелями лежали тысячи сектов, чьи тушки туда свалили за прошедшие дни солдаты, расчищавшие периметр форта от трупов. Да и мы вклад неслабый внесли. Вон, даже куски сколопендры просматриваются из-под насыпи буро-коричневых муров. Огроменная био-свалка, смердящая на версту. Даже здесь наверху чувствуется исходящая от могильника вонь. Хотя с той, что пришлось пережить при разделке, она в сравнение не идёт, так что желания плюнуть на всё и свалить нет.

А вот ребятам внизу завидовать не приходится. Первые «падальщики» уже подогнали телеги к началу завала и судорожно грузят сырьё. Пришедшие следом огибают их и тоже пристраиваются к кормушке. Процесс идёт быстро. Обочины заполняются на глазах. Скоро места возле куч уже не останется. Всё больше и больше возниц сворачивают с дороги и гонят своих быхов по лугу, чтобы подойти к свалке с тылу. Но и это не панацея — таких умников слишком много, и манёвр превращается в гонку по пересечённой местности. В жизни бы не подумал, что дохлятина имеет такой большой спрос. И оказывается, я не один здесь такой.

— Ужас. Такая суета, и всё из-за каких-то дохлых сектов, — удивлённо пробормотала Тихоня, стоящая по другую сторону от Соль.

— Что знает богатенькая девочка вроде тебя о заботах простаков? — хихикнула Тре. — Личинкам кусов подавай только животную пищу, а этот корм весьма дорог.

— Я думала, кусы сено едят, — смутилась Тихоня.

— Когда вырастут, да. А личинками только мяско. Правда, свежесть любая.

— Фу гадость!

— Зачем ты её просвещаешь? — приобняв меня за талию, потянулась ближе к месту разговора вторая сестричка. — Она теперь кусов вообще есть перестанет.

— А кто ещё этой комнатной девочке откроет глаза? — весело откликнулась Соль. — Не всю жизнь же ей прятаться в папиной цитадели? Пора начинать видеть мир, как он есть.

— Да ну вас, — фыркнула Тихоня. Зачем меня перед боссом позорите? Лучше объясните, почему мы дохлятину за так отдаём, раз она денег стоит? Убивали, затем таскали, а теперь стоим и смотрим, как наши денежки простачьё растаскивает.

— А всё просто, мэли, — раздался за спиной голос Драма Бора. Мастер-возвышенец оказывается проходил мимо и невольно подслушал разговор.

— Существует закон, согласно которому военные не имеют права заниматься реализацией трупов убитых сектов. Сие есть непозволительная трата сил и времени. Солдаты должны воевать, а не искать выгоду. Мы ведь тоже по документам часть армии. Приходится соответствовать.

— Спасибо, мастер, — кивнула Тихоня, и толстяк продолжил свой путь по стене. Я же ещё раз прокрутил услышанное в голове. Определённо логика в этом всём есть. Удивляет только отсутствие в армейской иерархии звания прапорщика. При такой кормушке под боком сам бог велел зародиться классу пиявок, жирующих на доступном леваке.

Но раздумывать о прекрасном и вечном уже было некогда. Внизу, наконец, началось то самое зрелище, ради которого все мы здесь собрались. Места у кормушки закончились, и продолжающим прибывать фермерам осталось лишь два варианта: либо ждать, пока кто-нибудь, загрузившись, отъедет, либо с боем отвоёвывать себе доступ к куче смердящего богатства. Само собой большинство выбирало второй путь, и сырьевые войны грянули во всём своём ложном величии.

Никаких санкций, заградительных пошлин, дележа сфер влияния и картельных сговоров. Только честная толкательно-пихательная конкуренция и благородный мужской мордобой. Сразу стало понятно, отчего при каждой телеге по несколько человек. Одни грузят, другие отбиваются от желающих их подвинуть. Крупные ватаги работают слажено. Видно, что готовились — все при палках-дубинках. Но оружия серьезнее нет. Некоторая законность присутствует даже в этом бедламе. До убийства и серьезных увечий у них не дойдёт. Чисто шишки и синяки нам на радость.

Ребята уже вовсю улюлюкают, подбадривая задиристых фермеров. Избираются любимчики, делаются шутливые ставки, радостными криками встречаются наиболее лихие наскоки. Почти, как на стадионе сидишь — шумно, гамно, задорно. Эффект толпы заставляет активно болеть и тебя. Вскоре я уже тоже вовсю наслаждался просмотром забавного зрелища. Куда там футболу и боксу! Здесь всё куда как азартнее. Опрокинутые повозки, пришпоренные ударом палки исподтишка быхи соперников, перегрузки с чужой телеги в свою, волочимые по земле в разные стороны туши длинноногов… То. что мы собирали два дня, предприимчивый люд из большого города растащит за час. Сколько же кусьих ферм в окрестностях этого Кано? Вот бы взглянуть хоть глазком на такой большой город.

И собственно я не сильно ошибся. Часа через полтора, когда народ внизу малость подвыдохся, а нам стало наскучивать зрелище, количество вновь подходящих телег начало уступать числу отъезжающих с отвоёванным ценным грузом. Да и сам смердящий ресурс почти кончился. От огромных некогда куч остались смешные ошметки: оторванные лапки и крылышки, да редкие валяющиеся в слизи тушки муров. Опоздавшие и за них ещё подерутся, но это уже без меня. Народ начал сваливать потихоньку, и мне стоит уйти со стены раньше Толы. Пока план не придуман, лучше её избегать.

Не удержавшись, я легонько шлёпнул по попкам близняшек Тре и, не дожидаясь ответной реакции, удрал вниз по лестнице. Путь к корпусу, проделанный в одиночестве, принёс несколько дельных мыслей, но только намётками. До обеда ещё оставалось немного времени, которое я собирался потратить на разработку плана по профилактическому унижению Толы без пагубных последствий для её и главное моего здоровья.

Но моим замыслам не суждено было сбыться. Стоило мне подняться на этаж, как дверь комнаты сестры распахнулась, и немного внешне повеселевшая в моё отсутствие Тайре поманила меня к себе.

— Я всё придумала, — сообщила она, задвинув засов. — Выставим твою шлюшку на всеобщее обозрение. Предложишь ей претвориться листовой девкой, привяжешь к кровати и свалишь, забыв закрыть дверь. Зрители, будь уверен, найдутся. Я даже простаков с верхних этажей подгоню. Посмеёмся всей академией, а ты потом скажешь при всех, что тебе игрушка наскучила. Как тебе такой план?

Я задумался. Жестковато, конечно, но моя собственная идея с изменой и последующим принародным сравнением достоинств новой пассии с посредственными навыками старой не намного лучше. Ещё неизвестно какой из вариантов «понравится» Толе больше. Засветить свои формы, весьма надо сказать аппетитные — не такая уж и большая беда. Стыдиться ей в принципе нечего. Пусть посмотрят и позавидуют: девки ей, парни мне. По мне, так причисление к «наскучившим игрушкам» обиднее, но раз сестра хочет этого, значит сделаем, как ей хочется. После нашего последнего разговора её надо задобрить.

— Хороший план, — кивнул я. — Давай только обсудим подробности.

Через десять минут, к возвращению близняшек с Тихоней мы успели разложить всё по полочкам, и я со спокойной душой покинул комнату сестры. Дальше Тайре уже сама донесёт инструкции до наших бандитов. Её задумка, ей и координировать действия. Сама вызвалась. План не хитрый. Должно получиться. Лишь бы только у Толы не было пунктика на счёт ролевых игр. Что, впрочем, при её развязности и темпераменте мало вероятно. После минета в библиотеке я очень удивлюсь, если она мне не даст себя привязать к кровати. Сто пудов согласится. Ещё и отодрать пожёстче попросит.

* * *

В столовую я специально явился с небольшим опозданием. Мимо Толы с Ферцем шёл медленно, и фокус сработал — огневичка не преминула воспользоваться моментом и вскочила для дежурного поцелуя, что мне и требовалось.

— После обеда пошалим? — шепнул я ей на ухо.

— С удовольствием, — жарко дохнула мне в шею она. — Предупрежу девчонок, чтобы где-нибудь погуляли часок.

— Давай у меня. Хочу тебе сделать сюрприз.

— О! — заинтересовалась Тола. — Сюрпризы я люблю. Позовёшь?

— Постучу тебе в дверь три раза. Через пару минут иди.

— Договорились, любимый.

Ещё один поцелуй, и вскоре я уже садился на своё место, довольно подмигивая сестре.

Суп-пюре с какими-то похожими на переваренного кальмара упругими кубиками, запечённые целиком патасики, на десерт пирог с красной малинообразной ягодой. Вкусно всё, но я себя сдерживал. Предстоящий стресс — а он точно будет и у меня — встречать на переполненный желудок не хотелось. Доел, запил местным чаем и потопал домой, предварительно выслушав Тайре, шёпотом отчитавшуюся о полной готовности банды. Рангар предупреждён — в комнату не заявится. Остальные, кого Тайре решила вовлечь, свои роли знают. Теперь всё зависит от моего актёрского мастерства и испорченности Толы.

Дома в первую очередь проверил, не скрипит ли входная дверь, бесшумно ли ходит туда-сюда засов. Потом подготовил лишние простыни, которым предстояло заменить отсутствующие верёвки. Достал из кармана выданную сестрой чёрную широкую ленту. Опробовал на себе — плотная, совсем ничего не видно. Белый платок, что послужит кляпом, аккуратно сложил в несколько раз, но засовывать себе в рот для проверки не стал — вдруг, Тола потом побрезгует. Повалялся минут пятнадцать, продумывая слова, которые скажу Ферцу. Специально предупредил Тайре, что сам постерегу брата Толы пока будут длиться «смотрины», чтобы успеть донести до Джи своё видение ситуации и его роль в ней. Надеюсь парень поймёт свою выгоду и не поджарит меня, ни в процессе, ни после. А заодно и сестру удержит от необдуманных поступков. Отчисление из академии за применение дара против другого ученика, конечно, спасёт их от смерти, но моему обугленному трупу от этого легче не станет.

— Всё готово, босс, — появилась в приоткрытой двери рыжая голова среднего Сура. — Джи в своих комнатах. Стучать?

— Давай, — запустил я старт операции, и поднялся с кровати. Выдох, вдох. Выдох, вдох. Я смогу. Я мудак, но так надо. Сейчас рыжий подаст Толе условный сигнал, и та явится. Коридор уже очищен от случайных свидетелей. Никто не должен спугнуть мою жертву. Какое же я всё-таки дерьмо. Я спасаю ей жизнь. Я спасаю ей жизнь. Я спасаю ей…

— Готов, красавчик? Кочи принял?

Хитро улыбающаяся Тола закрыла дверь на засов и медленно двинулась ко мне, расстёгивая на ходу пояс тоху.

— В этот раз хочу по-трезвому. Но простой трах оставим детишкам. Сегодня будешь моей самкой.

Последнюю фразу я произнёс нарочито серьёзным голосом — властно и грубо.

— Ого! — прищурилась Тола. — Кажется, я начинаю догадываться про какой сюрприз речь.

— Ты плохо себя вела, девка. Придётся тебя наказать.

— Простите, хозяин, — с воодушевлением бросилась подыгрывать Тола. — Я такая дрянь! Такая дрянь! Накажите меня!

— Раздевайся, шлюха.

— Как скажите, господин.

Девушка высвободила руки из рукавов, скинула с плеч края тоху и, плавно повиливая бёдрами, заставила одежду саму сползти вниз. Трусиков на ней уже не было.

— На кровать! — приказал я, сопроводив слова указующим жестом. — Лицом к стене! Руки на спинку!

Тола послушно и быстро выполнила все указания.

— Замри!

Подошёл сбоку и начал привязывать заготовленной простынёй правую руку девчонки к кованой спинке кровати.

— Будете пороть, господин? — с поддельным ужасом в голосе поинтересовалась Тола.

— И пороть тоже.

Обошёл кровать и занялся второй рукой. Есть. Вроде не слишком туго, но сама хрен отвяжется. Теперь займёмся лицом. Ленту на глаза и с обратки под волосы, чтобы не соскользнула. Со спины, кстати, совсем не видно.

— Ой! Я боюсь вас, мэл Рэ!

Судя по голосу, Толу происходящее возбуждало и даже очень. Та ещё извращенка. Не даром её так к гомнюку-Рейсану влечёт.

— Много болтаешь, девка. Ну-ка открыла рот.

Не знаю, чего она ожидала, выпячивая пухлые губки и высовывая язычок, но явно не кляп, что впихнул я быстрым движением. Впроем, его появлению у себя во рту она тоже не сильно расстроилась.

— Ууу, — игриво, насколько это было можно понять из мычания, простонала Тола и выгнула спину.

Мёд мне в рот! Вот это орешек! Не смотри, Санёк, не смотри. А то провалишь всё дело. Она ещё и повиливает мишенью. О Господи!

Я с трудом отвёл взгляд от манящего зрелища и медленно, чтобы голос не сильно дрожал, вопросил глупое:

— Хочешь меня?

Утвердительно-пригласительное мычание было ответом мне. Я едва не рванул с себя тоху. Капец! Нахрена я вообще согласился на это? Пошёл Дрейкус в жопу! Надо быть полным дебилом, чтобы осознанно отказаться от такой сладкой конфетки. Но увы, я как раз этот самый дебил и есть. Я умею разделять «нужно» и «можно». Мутить дальше мне с этой секс бомбой нельзя, а чувства… Она, если и любит, то Рэя, не Сашку.

— Недостаточно хочешь! Подумай над своим поведением, пока я смываю грязь.

И, дёрнув дверь сан. узла, я подскочил к душу, где врубил воду на полную. Теперь осторожно обратно. Не сорвалась с крючка? Вроде нет. Крутит тазом восьмерки. Но это ненадолго. Пара минут — и ей надоест меня ждать. Надо сработать стремительно.

Плавно отодвинув засов, бесшумно выскользнул в коридор. Мои парни уже наготове — одни контролируют выход на лестницу, другие следят за дверьми комнат, чтобы никто не выперся раньше времени и не поднял шум. Тайре тоже здесь. Глаза сужены, указательный палец на губах. Рядом с сестрой Рангар с Линкином. Брат насуплен, хорёк, наоборот, лыбится, как довольный удав.

При взгляде на Фра меня пробрало омерзение. Сейчас эта мразь будет в щёлочку пялиться на прелести моей, пусть и фиктивной, но девушки. А потом вечерком сто пудов ещё и вздрочнёт, вспоминая чудесный орешек. Вот зачем он попался мне сейчас на глаза со своей предвкушающей рожей? Всю решимость, как ветром сдуло. Казавшееся недавно терпимым в один миг сделалось слишком гнусным и гадким, чтобы такое позволить.

Нахер! Пошли они все! Я не дам этой стае шакалов подглядывать в щёлочку и пускать слюни! С какого хрена сестричка за меня всё решает? Зачем только позволил себя уговорить? Хотят посмотреть? Ну так пускай смотрят в открытую! Но сначала…

Вытащив из кармана ключ, я быстро вставил его в замочную скважину и повернул. Раздавшийся щелчок громом прогремел в тишине коридора. Тола наверняка тоже слышала, но это уже не важно.

— А как же… — Начал Линкин, на чьей кусьей роже ухмылка мгновенно сменилась непониманием.

Но Тайре тут же перебила его:

— Ты что творишь?! — зло прошипела она, — Мы же договорились!

При этом левая рука сестры незаметно переместилась за спину хорька, после чего тот вздрогнул и напрягся ещё сильнее.

— Собирай своих зрителей. Представление скоро начнётся, — одарив Тайре ледяным взглядом, приказал я. И, не слушая возражений, шагнул дальше по коридору, бросив брату:

— Ты, за мной.

Возле комнаты Ферца остановился.

— Соседей Джи — к лестнице. Вежливо. В комнату никого не пускать. Когда выйду, держи дверь снаружи.

Рангар торопливо закивал.

Я дёрнул ручку. Закрыто, но я-то знаю, что он там внутри. Негромко постучал, дождался когда дверь откроется и, без приглашения шагнул через порог, отодвинув шатена-менталиста, чьего имени так до сих пор и не знал. Как, впрочем, не был знаком и с остальными соседями огневика. Жильцы, кстати, присутствовали в полном составе.

— Парни, пойдите-погуляйте. У меня к Джи разговор.

Силары переглянулись.

— Да не бойтесь. Не съем я вашего друга.

— А кто боится? — нерешительно произнёс долговязый громобой с оттопыренной верхней губой.

— Не надо, Сейв. Выйдите, пожалуйста.

А вот Ферц, что явственно читалось в его взгляде, меня действительно не боялся. Несколько другие чувства. Много «добрых» и «нежных» чувств.

Ребята спорить не стали и организованно покинули комнату. Там их сейчас вежливо проводят к лестнице, чтобы не мешались под ногами. Эти свидетели нам как раз не нужны.

— Я насчёт твоей сестры.

Время идёт. Каждое слово — шаг к будущим крикам, которые наверняка прозвучат, как только Толе надоест ждать Рейсана, зачем-то вышедшего в коридор, и она выплюнет кляп.

— А что с ней? — вскочил Ферц с кровати.

— Мы расстаёмся.

— Одумался, Древняя кровь? — немного успокоился парень. В глазах даже радость мелькнула. Уж ему-то эти отношения сестры с врагом поперёк горла стояли. — Зачем вообще лез?

— У неё потом спросишь, кто к кому лез. Но это не важно. Ты любишь свою сестру?

Ферц опешил.

— Чего?

— Желаешь ей добра?

— Не пугай меня, Рэ. Что случилось?

— Пока ничего. Но ты знаешь моего отца. Ему донесли про нас. Мне придётся сделать ей больно, я брошу её, но лучше малая кровь, чем большая. Даю тебе слово, я хочу вам помочь.

— Ты что вообще несёшь, Рэ? — вот теперь в голосе Ферца страх чувствовался. — Какая кровь? Если хоть волос…

— Ты умный парень, Джи, — оборвал я его и придвинулся ближе. — Обещай, что удержишь свою сестру от мести мне, а я в ответ даю слово, что больше никогда не посмотрю в её сторону.

— Да она тебя сама бросит. Я всё ей расскажу. Я…

— Ты мало её убеждал? Не ври себе. Ты же знаешь, что по доброй воле она сама от меня никогда не откажется. Повторяю: я хочу помочь. Пожмём руки, и больше ты меня со своей сестрой не увидишь. Не дай ей наделать глупостей. Огонь — дар опасный. И для вас самих в том числе. Я не хочу, что её выперли из академии.

— Ты кусок кусьего дерьма, Рэ, — сообщил мне Ферц, протягивая руку. — Я не дам ей сжечь твою родовитую задницу. Доволен? И чтобы больше никогда! Понял? Никогда!

— По рукам, Джи.

Я крепко пожал его ладонь, кивнул со всей серьёзностью для закрепления успеха и, резко развернувшись на сто восемьдесят градусов, рванул на себя дверь. Что-то там снаружи больно шумно становится. Ого! Нормально так зрителей Тайре нагнала. Весь коридор забит: и парни, и девушки, и свои и чужие. Ближе к выходу на лестницу топчутся простаки. Но сильного галдежа нет, народ предупреждён. Только тихие перешёптывания. На лицах любопытство и полное непонимание происходящего. А вот Ренгар по-прежнему хмур и решителен — стоит на посту.

Я быстро закрыл за собой дверь и кивнул брату. Ферц вроде за мной не рвётся, но мало ли. Поднимется шум, наверняка выскочит поглядеть что происходит. То есть попробует выскочить. Ни на кого не смотря, уверенным шагом направился обратно к своей комнате. Возле той коридор, наоборот, был расчищен на три метра в каждую сторону. На пустом пятачке только Тайре, Влар, Линкин и оба Даста. Последние при оружии. Зная дар водников в белом, к таковому на автомате причислил полные кувшины, что стоят на полу у стены рядом с Хайко и Хико. Понятно. Команда пожарников. Испугалась сестричка, не знает, что я затеял. Боится, что Тола, освободившись, в сердцах шибанёт огненным шаром. Тайре в отличие от меня каменеть не умеет, и вся надежда на водный щит. Разумные меры предосторожности — задуманное мной вполне может привести к фаер-шоу.

— Почему не по плану?! Идиотом себя выставляешь! И меня заодно! — прижавшись ко мне, скороговоркой зашипела сестра. — Она уже бесится там. Ты всё испортил. Что теперь?! Что?!

— Готовьтесь, — окинул я хмурым взором заполненный людьми коридор.

Стадо уродов. Одни чуть получше, другие совсем дерьмо, третьи… Взгляд на мгновение задержался на Линкине. Что-то не так в поведении Фра. Какой-то он чересчур напряженный. Да и Тайре с Рангаром сами на себя не похожи. Особенно брат. Но с этим потом разберусь, а сейчас пора творить зло. Как бы мне это не было мерзко, а обратной дороги нет. По крайней мере в конкретный момент. Обстоятельства загнали в угол, да и сам я хорош — пошёл на поводу у сестрички, испугался, поплыл по течению.

Достал ключ, открыл дверь, быстро проскользнул внутрь и закрылся изнутри на засов.

— Ты где шляешься?! Совсем окусел?! Привязал меня и свалил! Стою тут на коленях, как дура, жопу морожу!

Естественно Тола уже давным давно истратила остатки терпения и выплюнула кляп. Похоже, ругалась тут вслух, раз Тайре за дверью услышала. Но самые «добрые» слова само собой дожидались меня.

— Отвязывай давай, извращенец сраный! У меня уже никакого желания трахаться нет. Сам с собой в такие игры играй! И повязку сними эту конченную!

Молча подойдя к изголовью кровати, развязал и снял ленту. Тола тут же принялась крутить головой, осматриваясь.

— Ну хоть один, — произнесла она на порядок спокойнее. — Я уже думала, что за дружками пошёл. С тебя ублюдка станется. Думаешь я не знаю, как вы дур из началки в прошлый оборот толпой пользовали? И про оргии с простачками, что за талар дают, тоже в курсе. Отвязывай давай.

Знаешь и всё-равно бежишь к Рею Рэ. Что у тебя в голове, Тола? Что у тебя в душе? Ну да и я не лучше тебя.

Забрал с кровати кляп, засунул в карман вместе с лентой — потом сожгу нахрен. Поднял с пола её красное тоху и чешки, положил всё на подоконник, открыл окно, втянул свежего воздуха и повернулся к ней.

— Между нами всё кончено.

— Ты окусел, Рэ! Что значит кончено?! Я ради чего тут страдала?!

— Ты мне противна.

Лицо каменное, а внутри жжёт всего. Нет, я точно не люблю её. Даже близко нет. Но как же всё это мерзко… Унизить, чтобы спасти. Толу, Ферца, себя. Сначала казалось, что первое в этом расстрельном списке имя самое важное. Теперь понимаю, что нет. Спасаю я в первую очередь себя. Слаб ты, Сашка. Слаб, ведом и труслив. Где водичка прозрачная, смело ныряешь, а где тина и муть плывёшь по течению. Если таким и останешься, этот мир сожрёт тебя с потрохами.

Но за кислыми мыслями пришла злость на себя. Соберись, тряпка! Делай, что должен! Сейчас выбора нет, но одна битва ещё не война. Выживи, закрепись, окунись в дерьмо и восстань дерьмо-фениксом, который всем этим ублюдкам надерёт задницы! Цель одна — засрать планы Дрейкусу. Остальное вторично.

— Это ты мне противен, вонючая древнекровка! Если прямо сейчас не отвяжешь, я завизжу на весь корпус.

Я молча склонился над ней и по очереди отвязал сначала одну, а затем и вторую руку. Пощёчины, которую я ожидал, не последовало. Соскочившая на пол Тола прожгла меня ненавидящим взглядом и двинулась в обход кровати к подоконнику. Но я был ближе.

— Ой…

Её тоху и тапки, задетые моей рукой, отправились вниз, на площадь.

— Ты что творишь, урод?!

— У тебя же есть запасные, — пожал я плечами. — Спустишься и поднимешь.

— Ах ты…

Она даже не поняла, как я на шурсе подлетел к ней за спину и выкрутил руки. Рывок к двери, отброшенный в сторону засов. Распахнул пинком и вытолкнул Толу наружу. Голую. Под десятки взглядов.

Хотели посмотреть? Смотрите, суки! Рейсан Рэ вам ещё и не такое покажет!

Глава девятая — Истинный Рэ

Захлопнув за Толой дверь, я так и остался стоять, держа ручку. Окаменел безо всякого дара. Даже дышать перестал. Только сердце колотится, как поршень в цилиндре. А снаружи тишина.

И вдруг вздох — хором, громко. Как будто сотня подводников вынырнуло на поверхность и синхронно сорвало маски. Тут же свист. Тут же смех. Тут же визг. Но не Толин. Её слова следом:

— Что, твари, сисек не видели?! Ну смотрите, смотрите.

И не менее зло, но значительно тише — словно сквозь сжатые зубы:

— Ненавижу!

Дальше шум сплошной стеной: улюлюканье, выкрики, гогот. Сейчас полыхнёт. Я напрягся. Но нет. Монотонность всё тех же звуков. Похоже, обошлось. Постоял ещё немного и, отпустив ручку, вернулся к кровати. Плюхнулся в обуви и снова застыл. Думать ни о чём не хотелось. Просто лежал и смотрел в потолок. Всё потом. Я устал. Я выжат морально.

Постепенно снаружи всё стихло. Шоу закончилось, и народ разошёлся по комнатам. Интересно, припрётся Рангар, или зассыт попадаться мне на глаза после этого треша? Я бы на его месте зассал. Отпустило немного, начали возвращаться мысли. А одна, так и вовсе грызёт мозг по полной. Я не потяну! Чёртова маска Рэ убивает меня. Никаких сил уже нет соответствовать их обо мне представлениям. А играть роль Рейсана надо! И играть хорошо. Дрейкус в зрителях, пусть и не личным присутствием. Этой твари докладывают про каждый мой шаг. Везде глаза, везде уши. Но уж эта сцена с Толой его точно устроит. Принимайте, дорогой отец, нижайший поклон от покорного сына.

В коридоре шаги: быстрые и уверенные. Дверь, которую, находясь в прострации, я не закрыл, резко распахивается.

— Ты труп, Рэ!

На пороге Ферц. Глаза красные, бешеные. Выставленные вперёд ладони наливаются огнём.

— Ты конченная тварь! Я тебя…

— Ты сожжёшь только комнату.

Я так устал от этих эмоций на взводе, что даже не испугался. Что мне его огонь после того, как я сам выжег себя изнутри?

— Я второго ранга. Просто превращусь в камень.

Голос спокойный. Как будто со стороны себя слушаю. Как лежал, закинув руки за голову, так и лежу.

— Встань, урод!

Огненный шар так и не полетел в меня. Остальное не важно.

— Остынь, Джи. Я тебя предупреждал. Мы пожали руки.

Естественно я не встал. Даже позу не поменял.

— Сраный трус! Древнекровка вонючий!

Удар Ферца пяткой по основанию койки ощутимо тряхнул кровать. А вот это уже лишнее. Псих меня разозлил. Шурс — великая вещь. Мгновенно оказался возле него и толкнул грудью в грудь. Прижал к стене, упёрся лбом в лоб.

— Чего ты хочешь, Джи?

— Хочу, чтобы ты сдох!

Перехватить кулак на ускорении — плёвое дело. Вывернуть руку, завести ему за спину — ещё проще. Здесь не занятия по боёвке, сейчас притворяться не надо. В драке у меня слишком большое преимущество, чтобы он мог на что-то надеяться. Да он и не надеется, пар выпускает, душу отводит. А я вот уже не злюсь. С чего злиться? Эмоции парня понятны.

— Я дал тебе слово. С твоей сестрой всё. Иди и успокой её. Так было надо.

— Какая же ты тварь… — простонал Ферц, уже не пытаясь бороться. — Как тебя ветвь вообще держит? Мой клан отомстит. Вам недолго осталась командовать югом. Молодая кровь теснит вас стариков. Убирайтесь наверх пока не поздно!

— Всё сказал?

— Сказал — да, сделал — нет. Ты ещё пожалеешь!

— Ну и славненько. Бывай, Ферц.

Выпихнул его за дверь, задвинул засов и улёгся обратно. Это было ожидаемо. А вот дальше… По крайней мере здесь, в академии, он мне вряд ли что сделает. А там, за стенами, пусть его родственнички хоть всех Рэ вырежут подчистую. Только спасибо скажу.

До ужина я так и валялся, размышляя о своей скорбной доле, сложных выборах и дерьмовых поступках. Лежал бы и дальше, но не приди я в столовку после случившегося, засру весь эффект представления. Почтенная публика должна лицезреть своего героя и его довольную рожу, иначе к чему это всё?

Выждал немного, дабы «зрительный зал» успел точно заполниться, и вышел из комнаты. Коридор уже пуст. Лестница с площадью тоже. Редкие встречные с опаской поглядывают, но поздравлять, как и осуждать не спешат. Хотя, может слухи ещё не до всех дошли? Это вряд ли. Такое шоу, да чтобы ещё не у всех на устах? Ни за что не поверю.

В столовке уже все бренчат вилками. Зал полон. Мои упыри на месте, а вот Толы, как и братика её нет. Впрочем, не удивительно. Я на их месте тоже бы поголодал вечерок. У ребят не то настроение. Кусок в горло один хрен не полезет.

А вот я кушать должен и с аппетитом, хотя его нет как нет. И улыбку надменно-самодовольную держать на лице беспрестанно. Я же победитель, герой. Наказал низкородную выскочку. И некоторые, судя по одобрительным взглядам, именно так и считают. Правда и осуждающих не меньше. Да и откровенно ненавидящие встречаются. Но в большинстве своём силары посматривают робко, исподтишка. Особенно простаки. Для этих я вообще небожитель — могучий и злой.

Но пусть думают, что хотят. Для меня важны только несколько взглядов: ледяной Яхо, что один из немногих, кто не отводит глаза, сожалеющий, с готовой навернуться слезой малышки принцессы, пустой равнодушный ковыряющегося в тарелке Грая, что брошен мельком, и пришибленный бегающий моего любимчика Фалко. Ну хоть последний порадовал. Его страх мне на пользу. А вот северянин мне теперь руки не пожмёт. Разве, чтобы сломать — это он, кстати, запросто. Дикий — человек-загадка, его не прочтёшь. Фая же мне расскажет всё вечером. Если вообще дверь откроет. На чердак схожу в любом случае. Трусливо прятаться от разговора не стану, каким бы неприятным он не был.

За моим краем стола настроения совершенно другие. Бандиты довольны и веселы. Встречают радостными приветствиями. Только брат и сестричка молчат, а по Линкину видно, что зубастую лыбу выдавливает через силу. Хорёк тоже чего-то боится. Знать бы ещё чего.

Сел на стул, закинул в тарелку пару котлет, плюхнул бобовой пюрешки, потянулся за резанными овощами. Перегнувшись к сестре, подмигнул ей:

— Ну как тебе мой вариант?

— Плохо. Ты всё испортил, — недовольно буркнула та. — После ужина поговорим.

Я пожал плечами — мол, мне похер — и, усевшись обратно, приступил к еде. Разговор за столом шёл про Толу. Ржать-то ржали, но из слов очевидцев «прохода по подиуму» я понял, что держалась девчонка достойно. Не рыдала, не истерила, не пыталась прикрыться. Гордо прошествовала к своей комнате, где и скрылась, на дорожку ещё раз пожелав зрителям сдохнуть в муках. В общем, ждать суицида не стоит. Там душевной травмой, в отличие от полыхнувшего Ферца, даже не пахнет.

Находиться дольше необходимого в компании моих бандерлогов совсем не хотелось, так что, наскоро закидав в рот калорий, я поднялся из-за стола и поманил сестру. Говорить хочешь, так чего резину тянуть? Вышли из столовой одними из первых и свернули на боковую аллею. В книгохранилище после ужина самое людное время — там нам сейчас поболтать не дадут. Остановились у одиноко растущего рядом с дорожкой высокого дерева. Лавочек отчего-то на территории академии нет. Я прислонился к стволу, закинув за спину руку.

— Ну и что не так?

— Что не так? Издеваешься? — вскинула брови Тайре. — Это по-твоему унижение? Да она прошла мимо нас, как первая дочь создателя. Половина болванов со страху глаза отводили. Хоть бы крикнул вдогонку ей что-нибудь. Что за мягкотелость? Я не узнаю тебя, брат.

— А позволить подглядывать за девушкой Рэ, значит, лучше?

— Какой девушкой? Шлюхой? Подстилкой? Надоевшей игрушкой? Так в этом вся суть! Ты смеёшься над ней вместе со всеми. Ты показываешь, как Джи опустилась. Привязанная, голой жопой наружу и не пытается вырваться, не завет на помощь. Наоборот, выпячивает давалку и ждёт не дождётся, когда ты ей всадишь. Ты правда не видишь разницы?

— Вижу позор! — не выдержал я. — Ещё утром она для всех была моей девушкой, и тут: идите смотрите.

— Ты слаб, Рей, — покачала головой Тайре. — Ты и раньше не был способен сделать правильный выбор, а теперь и вовсе размяк. Всегда я должна за тебя думать. Вечно ты не можешь понять без моих подсказок, что лучше для клана. И это первый раз, когда ты пошёл против меня. Не послушался, сделал по-своему. Давно надо было рассказать отцу, кто из нас принимает решения. Глядишь, он бы уже официально мне власть передал, и не пришлось бы зависеть от твоих закидонов. Давай, чтобы в последний раз такое. Всю жизнь ждал моего совета, как ману, а тут в этой долбаной академии начал не пойми что творить.

Мёд мне в рот! Вот это новости! Рейсан, что же, номер два в этой паре? Фиктивный босс? Зиц-председатель? А настоящая глава подростковой мафии Тайре? Теневой кардинал… Твою за ногу! И как я не замечал?! Хотя… А какие я тут многоходовки планировал? Оскорбление Лиси? Принуждение Краса к махачу? Липовый развод дикого на бабло? Мелко. В такую фигню Тайре даже не лезла. Наверное мои задумки устраивали, да и не успеть ей везде. С тем же Граем я сработал стремительно. И Рейсана такие расклады устраивали? Да ну нафиг! Не верю!

— А может, я просто вырос? Повзрослел, поумнел?

Паливо, или нет, а под этой конченной сучкой я ходить не желаю.

— Что ты сразу взбрыкиваешь чужим харцем? Я не ругаюсь с тобой и не обвиняю. Я говорю всё, как есть. Каждый должен заниматься своим делом, Рей. Ты — мускулы, я — мозг. Так было всегда и так будет. Но организм должен работать слажено, да?

— Да, — со всей серьёзностью кивнул я. — И голова у этого организма должна быть только одна.

— Никто и не спорит, — ухмыльнулась сестра. — Одна и есть. Давай не будем создавать урода и ломать то, что отлично функционирует. Ладно, пойдём в корпус. Что сделано, то сделано. Следующий на очереди Крас. Тут сложнее. Мне нужно будет подумать. Завтра продолжим.

Я молча отвернулся и первым шагнул в сторону корпусов. Тайре права — здесь нужно подумать. Но не над разборками с Фалко. Тут образовалась проблема позаковыристее и решать её нужно как можно быстрее. Хрена с два ты будешь вертеть мной, коза хитрожопая. Твой тупой братец сдох, а у нового Рейсана пусть пока и не железные яйца, но бошка точно не хуже твоей.

* * *

К моему удивлению, Рангар был дома. По-прежнему хмурый и какой-то задумчивый. Не лежал, сидел на кровати, опустив подбородок на упёртые в колени руки. Но с моим появление встал. Пространный взгляд вмиг сменился решимостью.

— Старший брат, я… Ты простил меня, я… Я тут думал…

— Думать полезно, — прервал я мычание. — Что-то хочешь сказать? Так не мямли, говори давай.

Рангар шумно выдохнул. Закрыл глаза, снова открыл.

— Это Тайре меня к Лиси послала. Я бы сам никогда…

— Чего?!

Признание братца так красиво легло в нить моих недавних размышлений, что я малость прифигел.

— Сказала, что я так тебе помогу. Что я должен ради тебя… И чтобы молчал, не злил тебя лишний раз.

Вот ведь сучка! Красиво подставила. Аплодирую. И братишка хорош, не зассал от меня скрыть такое. Не впервой, видимо.

— Почему сейчас говоришь?

Не ору, не рычу. Тихо, медленно и спокойно. Не дай бог спугнуть.

— Потому что сейчас по-другому. Сейчас она обманула, сказала, что ты приказал. А потом грозить начала. Я же не знал! И Линкин не знал! Но он трус, а я за тебя! Я всегда за тебя, старший брат!

От волнения Рангар даже начал слегка заикаться. Глаза давно смотрят вниз, губы трясутся.

— Я ещё удивился тогда: зачем оно тебе? Подставляешься же? Но я знаю свое место. Думать — не моя сила. Говорят делать — делаю. Но вот так отдать под чужой хер свою бабу…

— Что?!

Вот тут я не выдержал. Схватил братца за грудки и встряхнул.

— Чего ты сказал?! Какой к кусам хер?!

— Это Тайре всё! — выдохнул Рангар. — Я не знал, древом клянусь! Я не знал!

Я отпустил его, и брат тут же рухнул на колени.

— Рассказывай по порядку. Кто, что, когда, зачем?

И он начал рассказывать. Подробно и быстро. Тут не нужно было быть опытным следаком, чтобы понять — он не врёт. Страх на роже такой, что того и гляди лужу сделает. А вот у меня лицо, наоборот, всё сильнее горело огнём. Ну сестричка… Ну Тайре… Похоже, кардинал решил выйти из тени. Надоело руководить бандой через меня? Надумала официально прибрать власть к рукам? Или боится, что новый размякший я облажаю всё дело в час икс со своей самодеятельностью?

Но какой подлый ход! Какой план! Верх коварства. Навешала мне на уши лапшу про подглядывание, а сама приказала хорьку пока меня нет трахнуть Толу. Потихоньку, прикинувшись мной. Причём так, чтобы видели все. И Рангар в соучастниках. Его ролью было, когда Джи раскусит подмену, влететь в комнату со словами: «Чего бесишься, шлюха! Теперь моя очередь. Старший брат же тебе приказал обслужить нас всех.» И ведь он дебил правда думал, что это моя идея. И Фра падла туда же. Привыкли моей сучке сестре доверять.

Господи! Бедная Тола! Это вам не пройтись голышом. Это… Я убью эту суку! По воле случая я спас девчонку от по-настоящему страшного. Пойди всё по плану Тайре, я бы стал презирать сам себя. Но сначала бы я оторвал хорьку яйца… Или? Сцуко! А как бы я себя на самом деле повёл? И к какой бы части спектакля вернулся от Ферца? Да и кроме меня. Что реакция внешняя?

Не реши я в последний момент всё переиграть, шуму было бы ой-ой-ой. Огненные шары, водные щиты, нереальный скандал, подключение преподов к разбирательствам. Кто знает, где у них тут границы дозволенного, но в моём мире такую жесть однозначно определили бы в разряд преступлений и очень серьёзных. Но это, если бы Тола смогла доказать, что её изнасиловали. Тайре хитра. Со стороны всё смотрелось бы, что девчонка сама согласилась. Пришла добровольно, позволила себя привязать, кричать начала лишь, когда поняла, что за ней наблюдают. Да и не факт, что она бы вообще стала раздувать эту тему. Вряд ли их папенька заботливее и терпимее моего. Такой позор аукнулся бы самой Толе в первую очередь. Ей проще стерпеть и замять, чем стать в глазах своих порченой.

Ну Тайре… Ну тварь! Убью суку! И ведь выбора у меня снова нет. Брат не поймёт, если после его признания я всё спущу на тормозах. И ведь есть еще Линкин. Он теперь тоже знает, что моя сестра играет против меня. Вот только в отличие от Рангара Фра не явился с повинной. Ты встрял, хорёк! Ты за это ответишь! С него и начну… Нет!

— Иди в сортир. Сиди тихо, не высовывайся и жди команды. Будь готов ко всему. Ты же не подведёшь меня, брат?

— Никогда!

Рангар ударил себя в грудь кулаком и отправился занимать позицию. В этом можно не сомневаться. Слился в ноль. Если прикажу, будет за меня убивать. А я близок к такому приказу. Достало всё! Натерпелся. Но держи себя в руках, Сашка. Не погаси эмоции, так хоть спрячь.

Я вышел в коридор. Время ещё не позднее — народ бродит нет-нет. Подошёл к комнате сестры, вдохнул, выдохнул, снова вдохнул. Вежливо постучался и только потом дёрнул ручку. Девчонки в отличие от меня ротозея открытой дверь не бросают. Пришлось подождать. Подмигнул выглянувшей в щёлку Тихоне и, отодвинув её, шагнул внутрь.

— Сестра, на два слова.

— До завтра не ждёт? Я в душ собиралась.

Сидящая возле столика с зеркалом Тайре одарила меня недовольным взглядом, но рождённый на эмоциях план отказ исключал.

— Потом забуду. Пошли ко мне. Успеешь помыться.

— Хорошо, — тоном, подразумевающим великое одолжение, согласилась сестра. Или действительно не ожидает подвоха, или делает вид. Так-то сучке после содеянного стоит бояться. Неужели не верит в утечку инфы?

Зайдя к себе, закрыл дверь на засов. Сделал приглашающий жест и уселся на одну из свободных кроватей. Тайре опустилась на койку напротив.

— Ну так что там? На счёт Краса придумал что?

Хорошо, тварь, играешь. Отрицать всё собралась, или будешь действовать по принципу: «лучшая защита — это нападение»? Сейчас и проверим.

— Скажи, сестричка, ты считаешь меня полным дебилом?

— Не поняла…

Всё ты поняла, мразь! К ненависти прибавился некий азарт. Сейчас ты у меня похохочешь!

— Вместе с Толой решила опустить и меня? Сегодня имеют мою бабу, завтра имеют меня? Как ты думаешь, кого Линкин сильнее боится?

Тайре не подскочила, не попробовала убежать, не упала, как Рангар, на колени. Полное спокойствие и ледяной взгляд.

— А чего ты хотел? Дал слабину, получай. Во главе клана Рэ стоят сильные. Потом бы мне ещё спасибо сказал.

Значит атака? Ну, красотка, ты сама напросилась!

— Слабину?!

Выброшенная вперёд рука вцепляется ей в подбородок.

— Оторвать тебе голову?

— Кишка тонка!

Тайре прыгает в шурс. Моя рука скинута, её у меня на горле.

Замерли.

Раз — стоим на ногах. Её шею обнимает мой локоть.

Два — разворот, и коленом по яйцам.

Хотела ударить. Я ждал и отбил.

Три — рывок к двери. Засов в сторону и тут же обратно.

Четыре — апперкотом под дых, и второй рукой по лицу. Больно, но удар я держу. Отшатываюсь и подсечкой роняю на пол. Обоих.

Пять — мы вскакиваем. Тайре бодает меня в нос головой. Кровь облаком. Искры из глаз.

Шесть — не глядя, пинаю. Мимо.

Семь — падаю не пойми от чего, и лицом несколько раз подряд бьюсь об пол.

Восемь — её ресурс кончился. А у меня ещё валом.

Дальше скрутить замедлившуюся сестричку было уже делом техники. Которой у меня, правда, не было, но на шурсе я справился и без неё. Через пару секунд Тайре лежала на койке, уткнувшись носом в подушку. Я сидел сверху.

— И снова ты снизу, сестрёнка, — капая кровью из разбитых губ, прошипел ей в ухо, нагнувшись. — Знай своё место.

— Ты лучше меня лишь в одном, — прохрипела Тайре. — У тебя больше ресурса. Слабак!

Это она зря… Боль и так все барьеры разрушила. Слабак, говоришь?!

— Рангар!

Братец выскочил из сан. узла чёртиком на пружине.

— Тащи сюда Фра!

Он всё слышал, но бросился исполнять без раздумий. Обратной дороги нет.

— Ты ещё пожалеешь. Отец…

— Если я расскажу отцу, тебе жопа! Мой позор — позор всего клана Рэ.

И снова нагнувшись, зло прошептал:

— Ты могла всё сорвать, дура! Или Джи бы свалили из форта, или меня бы за такое турнули. Черхан только повода ждёт. И ты ответишь за свой промах, предательница! Заигралась ты, младшенькая. В конец попутала ветви.

— И что ты мне сделаешь? — с вызовом рыкнула Тайре. — Убьёшь? Мы одна кровь, слабак! И отцу не расскажешь! Я ведь тоже молчать не стану!

— Хуже, деточка. Хуже.

В распахнувшуюся дверь влетел Линкин. Глаза — блюдца. Хорёк не дурак — в мгновение понял всё. Рангар тут же закрылся на засов.

— Босс, прости! Я не знал! Я с утра хотел тебе всё рассказать.

Хотел, как же. Трусливая ты шавка! Сейчас мы над тобой зло пошутим. Очень зло. И сестричку заодно славно пугнём.

— Заткнись, Фра! Снимай штаны!

— Босс…

Хорёк застыл с отвисшей челюстью.

— Рангар, держи руки!

Братец бросился мне на подмогу, и вскоре мы вдвоём уже прижимали извивающуюся Тайре к кровати: он сверху, я снизу.

— Мне повторить, Фра?! Хрен доставай! Живо!

— Я…

Дрожа листом на ветру, Линкин всё-таки содрал с себя портки вместе с трусами. Отвратное зрелище. И с какого перепуга сестричка решила, что Тола может принять его за меня? При такой-то пипирке? Хотя, может, это в комнате холодно?

Я поймал себя на мысли, что происходящее приносит мне удовольствие. Исходящие от пацана волны страха словно подпитывали меня. На лицо сама собой наползла злая ухмылка.

— Иди сюда, трахарь. Показывай, на что годен.

Резким движением руки я потащил на себя штаны Тайре, оголяя округлую задницу. Следующим рывком отправил за штанами трусы. Доступ к нужной части тела получен. Тебе обещали сегодня секс, тварь? Получи и распишись!

— Фра, убью! — доносится сквозь подушку рёв Тайре.

— Босс я… — пятится Линкин. — Я не могу.

— Моя сестра что, уродина?! Хочешь обидеть?!

Глаза залила кровавая пелена. И дело не в каплях снаружи, что стекали с рассеченной брови на ресницы. Меня всего жгло изнутри. Вот-вот из ноздрей пойдёт пар. Гнев схлестнулся с ненавистью за первенство. В голове сквозь бой барабанов пробивается мысленный шёпот:

«Так их! Так! Накажи! Как посмели?!»

— Нет… Я… Нет…

— Не встаёт, мразь?! Я так и думал. Ничтожество! Прячь свою срамоту и уматывай! Расскажешь кому, и ты труп.

— Да, босс! Да! Никогда! Я… — Линкин судорожно напялил портки обратно и, застёгивая пояс, попятился к двери.

— Подожди. Ещё одно.

Вернул трусы и штаны брыкающейся Тайре на место и сделал знак Рангару, чтобы тот поменял хват. Братец переместился ей на спину, попутно заведя руку сучки к лопатке. Та ойкнула и неожиданно затихла. Ни дёргается, ни кричит, ни сыплет проклятиями. Только частое дыхание и слышно.

Я шагнул к Линкину и без замаха на шурсе впечатал в крысиную морду кулак. Как же я давно этого хотел! Сколько удовольствия!

«Мало! Убей тварь! Убей!»

Моргнул, выдохнул. Это что сейчас было? Я едва не превратил руку в камень. Пацан поднимается с пола, куда его бросил удар. Нос всмятку, но это последствия скорости, а не твёрдости. Подключи я вторую способность, и мозги хорька разлетелись бы по всей комнате.

Воображение услужливо нарисовало картину. Чур меня, чур! Снижай градус, Сашка! Ты сейчас их здесь всех порешишь.

Накативший страх вмиг вышиб из состояния берсерка. Что я делаю? Я ли это вообще?

— Умойся, и пошёл вон.

Раболепно тряся головой, Линкин шаткой походкой двинулся к двери сортира. На изгаженном полу кровь Фра, капающая из разбитого носа, смешивалась с моей. Кому-то это всё убирать.

— Завтра ведешь себя, словно ничего не было. Тайре по-прежнему над тобой, но приказы только через меня. Всё понял?

— Да, босс.

— Рангар, тебя тоже касается. Отпускай её, и оба проваливайте. До отбоя, чтобы я тебя не видел. Потом ещё отдельно поговорим.

Подтвердив понимание, брат дождался хорька, и, глубоко поклонившись, оба ублюдка покинули комнату. Мы снова остались с Тайре вдвоём. Она уже села, поправила одежду и теперь молча смотрела на меня странным немигающим взглядом. Офигела, сестричка? Я тоже. И что будешь делать? Проклянёшь? Отречёшься? Расскажешь отцу? Притворишься, что проглотила обиду, а сама втихаря подготовишь ответный удар и ужалишь? И вообще — ругань где? Ты же гордая тварь. Давай, брызжи слюной. У меня ещё хватит ресурса, чтобы заткнуть твою пасть.

Но вместо этого, Тайре встала с кровати, шагнула ко мне и неожиданно обняла.

— Я горжусь тобой, брат. Поступок настоящего Рэ. Беру свои слова про слабака обратно.

Мёд мне в рот! Такой реакции я точно не ждал. Оценила. Насколько же сумасшедший мир мне достался… Зависнув, я на автомате принялся легонько поглаживать её по спине. Сейчас соберу мозги в кучу и скажу что-нибудь подходящее ситуации. Искренне она это, или просто играет на результат, но сейчас я притворюсь, что поверил. Принять слова Тайре за чистую монету и не раздувать конфликт дальше мне выгодно. Хотя, почему-то мне кажется, что она по правде довольна братишкой, что неожиданно повзрослел и начал поступать с её точки зрения правильно.

Одна беда — внутренний голос опять обрёл осязаемость и принялся бормотать в голове:

«Врёшь! Врёшь! Врёшь!»

Что за раздвоение личности? Задолбало уже. Совсем нервы ни к чёрту. Надо завести себе правило: не больше одного стресса в день. А то такими темпами скоро сам с собой начну разговаривать. Сосредоточился и гавкнул на навязчивый внутренний голос, словно обращаясь к реальному собеседнику:

«Заткнись! Я сам знаю!»

И вдруг, несмотря на исходящее от продолжающей ко мне прижиматься Тайре тепло, моя кожа покрылась мурашками. Он ответил. Внутренний голос ответил!

«Чужак?», — удивлённо спросил кто-то внутри, «Ты услышал меня? О Древо!»

Глава десятая — Разговоры в тишине

Тайре давно ушла. Проблему иерархии в нашей паре мы закрыли, но разговор по душам, несмотря на обнимашки, не склеился. Обменялись многозначительными взглядами, перекинулись парой необходимых фраз, и я отпустил её. Теперь должна слушаться. Козни кознями, но, ни на людях, ни в глаза поперёк больше слова не скажет. За спиной тоже вряд ли, ибо гнев мой познала и повторно на рожон лезть не станет. Про себя же… Посмотрим. Так-то у меня тоже коварный план зреет. Но это всё не сейчас. Пока мысли заняты совершенно другим. Или я схожу с ума, или на связь вышел прежний хозяин тела.

Этот голос у меня в голове… Принять его за собственные мысли без вариантов. Он спрашивал. Он говорил со мной. Такое уже не спишешь на нервы и стресс. Тут либо белочка, либо настоящий Рейсан никуда не девался. Сидел всё это время во мне — то есть в себе — и за всем наблюдал. И не просто наблюдал, вмешиваться пытался, пусть и только на уровне эмоций. Признаться, это конкретно пугало.

Моя прежняя, разбитая в пух и прах нынче версия про перенос сознания Рэ куда-то вовне: в моё прежнее тело, в чудную беляшку, где я летал призраком, в совсем другой третий мир — не важно, нравилась мне значительно больше. Теперь же, когда я узнал, что этот урод катается пассажиром у меня в голове, ощущения совершенно иные. А что, если он сможет перехватить управление? Это же будет не просто пипец… Это хуже истинной смерти! Смотреть до конца дней фильм про житьё-бытьё ублюдка в ублюдочном мире — пытка, какой самый креативный палач позавидует. Такого допустить нельзя ни при каких обстоятельствах, а значит, стараюсь забыть про то, что случилось и с Рейсана внутри себя игнорирую.

Как так вообще получилось, что я услышал его? Сильные эмоции приоткрыли чакры? В момент наивысшего стресса обострилось восприятие? Увы, повторение ситуаций, где меня снова пришпилит, я избежать не могу — жизнь тут нервная. Но можно же не прислушиваться. Пусть бормочет себе. Теперь-то я знаю, что никакой он не внутренний голос, и накатывающие на меня время от времени приступы гнева и сволочизма — его работа. А значит, буду готов и смогу правильно реагировать, смогу защищаться.

Нужно только понять, какие права имеются у пользователя номер два. Не админские слава богу, но ограничиваются ли они одним лишь просмотром и передачей эмоций, или он и мысли мои читает? Да нет, не похоже. С чего бы он тогда обращался ко мне: «Чужак»? И удивление такое настоящее. Похоже, у него только картинка, звук, и всё остальное, что приходит через внешние органы чувств. Не позавидуешь чуваку. Жуть, как страшно наверное. Жил себе, горя не знал, и тут бац — кто-то неизвестный перехватывает контроль над твоим собственным телом, и давай хрень творить.

Страшно… А ведь это рычаг! Если надумаю с ним наладить контакт, то нужно давить его страхом. Он про меня не знает совсем ничего, я же владею уже кое-какой информацией. Кто он думает забрал его тело? Толстяк-попаданец из другого мира? Как бы не так. Наверняка списывает всё на высшие силы. Кокой-нибудь демон, злой дух. Что тут у них с мифологией? В этом вопросе я пока полный ноль. Нужно прокачать тему. Потрясу на днях Махавая. Вдруг, есть подходящие сказки-страшилки. Хотя, поведение моё со стороны смотрится…

Бля! Он же и мои разговоры с принцессой слышал! В унитаз тактику устрашения. Не прокатит. С Фаей я слишком добренький. Да и с Граем на человека похож. Остаётся только давить на заинтересованность Рэ в сохранности своего тела. Точно! Навешаю ему какой-нибудь лапши про великую миссию, по завершению которой я свалю и оставлю тушку хозяину. Других мыслей пока на этот счёт нет. Как нет и уверенности, что общение с Рейсаном мне вообще нужно.

Он ведь, как помочь, так и навредить может. Обманет, и я проколюсь. Попаду в лапы к папочке и далее по этапу к менталистам пятого ранга, которые, и прочтут, как открытую книгу, и не ровен час, вообще изгонят меня из тела наследника клана. Оставлю этот сомнительный рояльчик на крайний случай. Но проверить связь и установить контакт в любом случае надо. Если припрёт, я должен быть готов.

Сосредоточился, прислушался, попробовал отбросить все мысли. Нефига. Тишина. Хотя, может он просто молчит? Не будет же чувак круглосуточно трындеть сам с собой. Особенно в моменты, когда ничего, с его точки зрения, важного не происходит. Или вообще спать улёгся. Интересно, требуется ли сознанию сон, когда оно живёт само по себе? Возможно. Но я бы на его месте дрых параллельно с телом. То есть ночью. Вдруг, что пропустишь. Кино-то идёт онлайн, и вчерашнюю серию в записи посмотреть без вариков.

Ну-ка, как я там к нему мысленно обращался?

«Эй, Рейсан, слышишь меня?»

Нет ответа. Наверное, недостаточно концентрации. Сосредоточился и повторил вызов снова. Та же реакция. Не тот эмоциональный фон? Или не хочет общаться? Да вряд ли.

Стоп! Зачем мысленно? В теории он же должен слышать мой голос. Проверим.

— Рейсан, если ты слышишь меня, ответь, — попросил я негромко, но твёрдо.

И снова напрягся, пытаясь уловить посторонние «звуки» внутри себя.

«Я слышу! Я слышу!»

Немедленно раздалось в голове чётко и громко, насколько последнее вообще можно было применить к мыслям. Ого, как заголосил! Похоже, длительное заточение «в одиночке» основательно его утомило. Дефицит общения на лицо. Неожиданно вспомнилась серия «Чёрного зеркала», где героиню запирали в виртуальной пустоте на долгое время, чтобы сломать и подчинить. Нет, там-то, конечно, жесть совершенно другого порядка, но и бедняга Рейсан просидев столько дней наедине с собственными мыслями, страху натерпелся ой-ой. Понятно, что хватается теперь за разговор со мной, как за соломинку, связующую его с внешним миром.

— Я рад, что ты выжил.

«Выжил?! Кто ты?! Как забрал моё тело?!»

О, как я его заинтриговал! А ведь у чувака и так миллион вопросов. Но ничего, пусть помучается. Сейчас я с тобой, Рейсан, беседы беседовать не собираюсь. К такому нужно подготовиться посерьёзнее. Пока же просто почву прощупываю. И результат уже есть. Главное, что он с ходу не кинулся на меня с угрозами и оскорблениями. Значит, или боится, или не видит во мне врага. Будем успех развивать.

— Важно не как, а зачем, — загадочно проговорил я. — Кто я, тоже в свое время узнаешь. Ты выжил, значит небо дало тебе шанс. Жди и будь готов ко всему.

Сказав в пустоту последнюю фразу, я поднялся с кровати, на которой валялся всё это время и шагнул к сан. узлу. До отбоя недолго осталось, надо приводить себя в форму.

«Подожди! Подожди!» — зачастил понявший, что сеанс связи подходит к концу Рейсан. «Поговори со мной! Не закрывайся! Я знаю, кто ты!»

Опа! Я замер на полушаге. О чём это он? Хорошо, что не успел отключиться.

— Ты уверен, что знаешь?

Спросил иронично, но внутри весь напрягся. Успокойся, Санёк. Успокойся. Нельзя, чтобы сердце забилось быстрее, чем нужно. Этот урод не умеет читать твои мысли, иначе бы разговор был другим.

«Пожиратель.» И тут же более резко: «Ты Пожиратель!»

— Догадливый парень, — зловеще проговорил я и завершил сеанс связи, убрав концентрацию.

Отлично! За язык я его не тянул и разубеждать не стану тем более. Мысли он мои не читает, просто делает выводы из увиденного. Молодец — сложил два плюс два. Легенды местные знает. Теперь со спокойной душой можно заниматься своими делами. Раз зачислил меня в Пожиратели, значит будет относиться серьёзно, с почтением. Такие ублюдки, как Рэ, ценят силу превыше всего. Главное: не давать повода усомниться. Закинул ему кость, подсыпал новых вопросов — пусть терзается дальше.

Подойдя к зеркалу, убедился, что последствия драки с Тайре никуда не исчезли. Умыться-то я умылся сразу после ухода сестры, кровь в ранах тоже успела свернуться, но вид у меня в целом битый — с такой рожей чужим на глаза попадаться нельзя. Да и до завтра ссадины и рассечения с синяками на фейсе продержатся стопудово. Таким красавчиком Рейсану Рэ разгуливать по академии не рекомендуется от слова совсем. А значит, пора воспользоваться услугами косметологов. Благо, таких у меня целых три штуки под боком.

Осторожно приоткрыв дверь, я выглянул в коридор. Дождался, когда две идущие по нему девчонки скроются в своей комнате и выскользнул наружу. Дёрнул ручку напротив. Закрыто? Они что, попутали? Пнул пару раз ногой. Услышали. Быстрые шаги сменились звуком отодвигаемого засова. В образовавшейся щели появилась конопатая рожа младшего Сура.

— Босс?!

Отпихнув пацана, я вошёл внутрь. Все три рыжих брата на месте. Четвёртый жилец тоже здесь — подскочил при моём появлении, словно я его поймал за чем-то нехорошим. Линкин теперь долго в моём присутствии будет трястись. А нос, кстати, у него уже прежний — успели подшаманить.

— Господа-лечилы, я вам работу принёс.

Ткнул пальцем себе на лицо и без приглашения уселся на одну из кроватей.

— Надеюсь на Фра весь ресурс не спустили?

— Да ну, босс, там делов на секунду, — откликнулся старший Сур. — Щаз и тебе красоту вернём.

Кох — так звали главного из рыжих — шагнул ко мне и поднёс к моему лицу руки. Знакомый зеленоватый дымок потёк из его ладоней, и по коже сразу же побежало приятное тепло. Волшебный электрофорез. Поколдует минуту, и стану как новенький. Повреждения плёвые. Даже в помощь своих не зовёт. А ведь у пацана всего четвёртая ступень.

Процедура требовала покоя, так что проходило всё в тишине. Мне болтать, и нельзя, и не хочется, а чуваки ссут спросить, кто меня так отделал. Интересно, что Линкин им про свой нос рассказал? И рассказывал ли? Так-то Фра стоит выше рыжих в нашей внутренней иерархии. Мог и отнекаться. Братья Суры — небоевые силары. Хотя, они не совсем, чтобы братья. Старший младшему дядей приходится. Средний первому кузен. Да и рожи у всех троих разные. Общие только клан и цвет волос. Ну и дар само собой тоже.

Магические способности в этом мире детям передаются исключительно от отца. Если папка твой лекарь, то и ты никем другим быть не можешь. Бездарем разве что. А такое чуть ли не в четверти случаев происходит. Главная лотерея в жизни каждого знатного. Причём, чтобы узнать результат, нужно пятнадцать лет ждать. То ещё издевательство. Пятнашка — самый нервный день рождения для каждого подростка. И не только благородных кровей.

С появлением силаров на свет у них тут вообще всё запутано. Если оба родителя с даром — это дело одно. Но и только мага отца вполне хватит, чтобы у плода такого союза появился один шанс из трёх оказаться колдунчиком. Неудивительно, что обществом поощряется и приветствуется бл@дство с целью зачать от силара ребёночка, который в будущем сможет, и материальное состояние семьи приподнять, и государству послужить с пользой.

А самое интересное то, что и у парочки бездарей, хоть и с очень маленькой вероятностью, ребёнок может оказаться силаром. Причём, с любым даром. Вот вам и стимул плодиться в режиме любвеобильного бангладешца?

Хотя они и по другой причине играют тут в кроликов. Постоянная грызня между кланами, стычки с соседями, бесконечная война с роем — смертность здесь сумасшедшая. И среди простых граждан, и среди солдат, и даже среди силаров. Последние и вообще страдают вдвойне, так как в армию загребают, и парней, и девчонок. Обязательная воинская повинность. Забирают на три оборота срочниками, а дальше, хочешь — домой, хочешь — подписываешь контракт, и мочи сектов дальше.

Там ведь помимо зарплаты ещё и опыт идёт. На корнях в заградительных отрядах проще всего ступени прокачивать. В смысле быстрее. Ребята на периметре фармят силу безостановочно. Правда и мрут там, как мухи. Но одно без другого никак. Не даром же природа, стараясь поправить баланс, одаривает родителей-магов двойнями не в пример чаще, чем обычных людей.

Но службу можно нести не только на фронте. Большинство небоевых силаров остаётся на ярусах, где приносит государству пользу иным трудом. Некоторые, особо блатные, так и вовсе только на бумаге числятся в призванных. Да и с боевыми такое бывает. Детки первоярусных шишек в большинстве своём служат родине именно в таком формате. В общем, всё как у нас — социальная несправедливость во всей своей красе.

— Готово, босс, — сообщил Сур, отведя от моего лица руки. — Проверяй работу, — кивнул он на дверь сан. узла, где над умывальником, как и у меня, висело зеркало.

— У себя посмотрюсь, — отмахнулся я, поднимаясь. — До завтра.

Всё-таки очень удобно иметь под боком собственную бригаду врачей. На троих небось и руку откушенную отрастить смогут. Тут такое запросто. Инвалидом силару стать не судьба. Только трупом.

У себя, хоть и знал, что рожа теперь точно огурчиком, не утерпел и глянулся в зеркало. От драки с Тайре ни следа. Можно спокойно идти на чердак. То есть не спокойно, конечно — нервничал я перед встречей с малышкой конкретно — но по крайней мере, не прячась от чужих взглядов. Бросил в карман пару таларов на взятки охране, если поймают на обратном пути, когда буду возвращаться домой после отбоя, и вышел из комнаты. Запер за собой дверь и вскоре уже шагал через площадь к северному корпусу.

Как выяснилось, волновался я зря. Стоило попасть в наше тайное убежище, как Фая бросилась мне на шею.

— Бедный! Представляю, как тебе тяжело.

Глупенькая наивная принцесса? И да, и нет. Эта малявка единственная, кто действительно меня понимает, чувствует, как мне хреново. Даже придумывать ничего не пришлось. Не нужны ей были мои оправдания. Представление на публику, маска Рейсана, приказ урода-отца, которого невозможно ослушаться — она знала все мои тайны. По крайней мере ей так казалось.

Прижавшись друг к другу боками, мы сидели под своим маленьким окошком и болтали о жизни. Точнее она говорила, а я молча слушал, время от времени вставляя редкие фразы. Вот зачем? Зачем этот чёртов Рейсан объявился? И без него-то несладко было, а теперь и вообще отстой. Зная, что этот мудень слушает каждое твоё слово и за каждым пуком следит, хочешь не хочешь, а на автомате начинаешь фильтровать базар.

Задолбало играть роль! Задолбало притворяться! Хочется хоть немного побыть собой! Хочется искренности. Пусть даже и частичной. По-настоящему открыться Фае я не могу, но даже маска доброго Рэ приносит удовольствие.

Сцуко! А ведь я теперь и вообще никому не смогу открыться? Рейсану у себя в голове не заткнёшь виртуальные уши. Если я собираюсь вытянуть из чувака какие-либо полезные сведения, то нужно это делать быстрее. Как только он прохавает, что я обычный пацан, знать не знающий, нахрена я попал в его тело и не имеющий божественной миссии, барчук сразу же пошлёт меня в мох. Деваться некуда, берём быка за рога. Тянуть смысла нет.

— Зато теперь ты исполнил волю своего отца, и можешь вздохнуть свободно, — неожиданно решила вернуться Фая к началу нашего разговора.

«Исполнил, ага. Это только начало…» — тут же резанул по мозгам шёпот Рея.

Мёд мне в рот! Я задумался и, сам того не желая, перевёл внутренний приёмник на «вкл».

— Покой нам только снится, — на автомате ответил принцессе и мысленно рыкнул на Рейсана:

«Не отвлекай!»

«Ты слышишь меня?! Не уходи! Подожди! Поговори со мной!» — мгновенно прилетело обратно.

Капец! Я вывел формулу кодировки. Могу к нему обращаться не вслух.

«Позже.»

Отключил Рэ и поднялся с одеяла, на котором мы с Фаей сидели.

— Ладно, малышка, потопали спать. Завтра снова занятия.

Попрощались, и я первым, как мы уходили всегда ради соблюдения конспирации, покинул чердак. Тихой мышью по лестнице, тенью вдоль стен корпусов — и нырь к себе в южный. Отбой отбоем, а двери всю ночь держали открытыми. Не тюрьма же.

Рангар уже вовсю давил храпака. Молодец братишка. Пока я морально настроился нужно пробовать. Спящий мне не помеха, беззвучная связь налажена. Разделся, лёг на кровать, укрылся, закинул за голову руки. Пора.

«Рейсан? Готов к разговору?»

«Да! Да!» — мгновенно откликнулся Рэ.

«Хорошо. Только сразу предупреждаю: всех ответов не дам. Я не в праве.»

«Почему? Почему я?»

Молодец! Не разочаровал меня. Вопрос конченного эгоиста. По легенде Пожиратель разрушит весь мир, а его волнует в первую очередь собственная шкура.

«Ты избранный. Решение принималось не мной.»

«Я… Что со мной будет? Что ты собираешься делать?»

Голос виртуальный, а страх всё равно чувствуется.

«Когда я исполню предначертанное, я верну тебе твоё тело. Ты будешь жить.»

В этот раз ответ пришёл с небольшой задержкой.

«В чём оно? Твоё дело? Чего ты хочешь?»

В мысленном голосе слышится облегчение. Немного отпустило Рейсанчика. Да ты, барчук, ещё тот трусишка. И это мне нравится.

«Я ничего не хочу. У меня есть путь, и я должен его пройти.»

«Я не понимаю…»

«Понять сложно. Но ты справишься. Думай, взвешивай, не ищи простых ответов.»

А играть в таинственность прикольно. Рейсан фильмов не смотрел в игры не резался, и тупой пафос, над которым любой мой земляк просто поржал бы, принимает за чистую монету.

«Я тут уже обдумался весь! Смотреть за собой со стороны не очень-то весело! Я хочу знать…»

«Не дерзи.», — оборвал я его, вложив в эту мысль айсберг холода. Лордику нельзя давать и намёка на слабину. «Я могу снова оставить тебя в одиночестве.»

«Нет! Нет! Прости!» — поспешил исправиться Рей. «Я слушаю.»

Прокатило. Боится. Или делает вид, что боится. Попробуем запутать его ещё больше.

«Не все мои поступки доступны твоему пониманию. Та же Фая. Зачем я по-твоему с ней вожусь? Зачем делюсь тайным?»

Рейсан снова задумался, что выразилось несколькими секундами тишины.

«Хочешь её к себе привязать? Влюбить в себя? Как ты вообще узнал, что она принцесса?»

Сама рассказала. Но ты-то, дружок, уверен, что полез я к малявке, уже зная, кто она есть. Не веришь в мою искренность. По себе других судишь. И это снова же хорошо.

«Я умею заглядывать внутрь людей.» — с умным видом выдал я ересь. «Но я вижу и знаю не всё. В некоторых вопросах мне будет нужна твоя помощь.»

«Какая помощь?»

Рейсан явно напрягся. Почувствовал подвох? Боится, что заставлю играть против своих? Но с чего бы ему так думать? Пока по идее я всё делаю с его точки зрения правильно: активно качаюсь — ступени-то останутся ему, когда всё закончится, наращиваю авторитет, исполняю приказы отца. Последнее наиболее важно. На это и будем давить.

«Слушай внимательно и не перебивай. Хочу объяснить тебе главное. Я и ты сейчас — одно целое. Мой успех — твой успех. Мой провал — твоя смерть. Моя тоже, но в отличие от тебя, я умру только в этом мире. Предначертанное не сжато во времени. То есть спешки у нас с тобой нет. Хотя, чем быстрее путь будет пройден, тем лучше. Я не хочу проживать твою жизнь за тебя. Сейчас для нас с тобой самое важное: не дать никому узнать о моём пришествии в мир. Ваше пророчество — чушь. Но глупцы, верующие в него, постараются мне помешать. А потому, мне нельзя провалить задание Дрейкуса».

Специально назвал его батю по имени. Пусть видит разницу в восприятии.

«Если он обнаружит подмену, всё может закончиться очень плохо. И для него, и для меня, и для тебя. Я не всесилен. Меня можно убить. И пленить тоже можно. Если в твою голову полезут менталисты пятого ранга, я буду вынужден стереть тебя и уйти. А мне не хочется всё начинать заново в другом теле. Выбор нового избранного — непростая задача. Так что помоги мне и тем самым поможешь себе. Мне нужны знания.»

Я замолчал, передавая ход Рэ. Но тот не спешил отвечать. Или ждёт продолжения, или переваривает то, что я здесь наплёл. Верь, Рейсан. Верь. Чувак, волшебным образом поработивший твоё тело, не может врать. Пожиратель — не человек, у него своя логика. Ты всё равно ничего не можешь с этим поделать. Как ты будешь бороться? У тебя нет на меня управы. У тебя нет рычагов. Молчать глупо. Брехать опасно.

И то ли гипноз мой сработал, или может зависший совсем по другой причине Рейсан просто долго тупил, но раздавшийся в голове голос, наконец, выдал именно то, что я и хотел услышать:

«Я помогу. Что ты хочешь узнать, Пожиратель?»

* * *

Дерьмо! Дерьмо! Дерьмо! И ещё раз дерьмо!

Рейсан знал немного, но и услышанного мне за глаза хватило, чтобы прочувствовать всю глубину жопы, в которую я угодил. Нет, я и раньше догадывался, что цель заговора — отнюдь не смена руководства конкретного форта. Дрейкус говорил про низвержение целых кланов. Причём, не только с других ветвей, но и с ярусов. Даже с далёкого первого. Передел влияния по всему древу — вот, что тогда решил я. Государственный переворот с водружением на трон новой задницы — вот, что оказалось на самом деле.

Я со своим заданием «грохнуть Черхана» здесь даже не пешка, а малюсенькая фишка на огромной игральной доске, от которой зависит чертовски мало. Да и сам Дрейкус — максимум конь, или слон. Главные фигуры сидят значительно выше, а кто игрок Рейсану и подавно неведомо. Кто будет посвящать пацана в такие подробности? Он знает про всю эту хрень только в общих чертах.

Собрался бороться… С кем? Ты в своём уме, Сашка? Дрейкус — та ещё мразь, и ему навредить очень хочется. Но глобально я повлиять ни на что не смогу — это факт. Как это не грустно, но нужно смотреть правде в глаза. Максимум, на что я способен — это мелкая пакость в масштабах предстоящих событий.

Ну не вальну я нашего коменданта, и что? Осложню людям Рэ задачу по захвату форта, увеличу объемы пролитой крови в локальном побоище. Они один хрен будут брать укрепление, охраняющее подходы к стволу. Стратегически важный объект. Такой бунтовщики у себя за спиной не оставят. И что, если учеников отправят на стены отбивать штурм? Что тогда?

Тогда к крови солдат и взрослых силаров прибавится юная кровь моих сверстников. И в этом виноват буду я. Или нет? В смысле с чего я решил, что ученикам дадут отсидеться по комнатам в любом из возможных раскладов? Начнись сражение, и тысяча «если» столкнётся с тысячей «вдруг». К чему приведёт та, или иная последовательность событий никому не известно. Мои действия, как и бездействие в равной мере могут обернуться кровавой баней, и выход здесь только один — сделать так, чтобы битва за форт вообще не началась. А значит, вариантов у меня нет. Я должен предупредить Черхана.

Пусть я не в теме конфликта и знать не знаю, кто виноват, а кто прав, а в сторону уйти и пустить все на самотёк мне совесть не позволит. Возможно действующая власть в лице нынешнего императора и его приближённых в своём правлении перегнули все палки, и доведённый до ручки народ с радостью поддержит восстание. Без понятия. Может оно так и есть. Проводить соц. опрос я не буду. Не чужаку лезть в такие вещи. Но я знаю одно: за свержение режима выступает клан Рэ, а они точно зло. Я же, хоть и не тяну морально на праведника, но человек принципов. У меня есть свои взгляды на «правильно» и «хорошо». Я не убийца, и не ссыкливая шкура! Я сделаю, всё что смогу! Подставлюсь, но сделаю!

Хотя… А зачем подставляться? Неожиданно пришедшая на ум хитрость растянула мои губы в улыбку. Как я сразу до этого не допёр? Всё ведь просто. Дорогой папочка, будьте готовы — любящий сын вас порадует. И вас, и ваших высоких друзей — жаль не знаю имён. Вам точно понравится. Правда, вы не узнаете, кто преподнёс вам такой приятный сюрприз, но это не важно. Я же не выслуги для, я от чистого сердца. Не за ордена и медали, за совесть.

А что милее всего — ваш настоящий сынок тоже останется в полном неведение относительно принадлежности дарующей длани. Александр Углов вас имел и вертел. Но это уже между строк.

Глава одиннадцатая — Дедушка Ленин

Утром — о чудо — мой боевой настрой никуда не делся. Решение принято. Сливаю заговорщиков коменданту, а дальше пусть разбираются со всей этой революцией сами. Моё дело маленькое — не дать сестричке завалить Толу с Ферцем и самому не превратиться в убийцу. В любом случае, государственный переворот, в который вовлечено столько сил, поставит крест на моей и не только учёбе, чьей бы победой это противостояние не завершилось. По крайней мере в этом году. А значит, мои притворяшки придётся сворачивать и таки пускаться в бега.

Эх… Плакали мои мечты: сидеть здесь ещё как минимум год, копя ценные знания. В сытости, в сухости и в относительной безопасности. Хочешь не хочешь, а возвращаемся к первоначальному плану.

Оно ведь палка о двух концах. Выгорит задуманное у заговорщиков — воссоединюсь с папенькой, маменькой и остальной частью своей милой семейки. Тут мне и крышка. Рано, или поздно родственнички спалят подмену. Надают им по шапке сторонники нынешней государственности — детям изменника тоже непоздоровится. Наследника клана уж точно к стенке поставят. Всё, как в любом цивилизованном обществе. А раз так, начинаем стелить соломку и готовимся свалить под шумок. Когда всё начнётся, им здесь будет не до меня.

Определившись со своим, хоть и не самым радостным будущем, я неожиданно повеселел. Лучше знать, что плохое случится, чем всё время бояться возможности оного. Сделаю то, что должен и начну новую жизнь в этом мире с нуля. Чистый лист, чистая совесть и никаких Рэ поблизости. Осталось только сделать последний шаг и дождаться реакции на него. Вряд ли руководство решит превентивно убрать детей заговорщиков из академии. Доказательств никаких нет, а заложники внутри стен всяко не будут лишними.

А главное, что я знаю, как передать Черхану послание, не спалившись. Записка. Банальная записка от анонима, подложенная втихаря. Причём не самому генералу — это слишком рискованно — а кому-нибудь, кто её гарантированно передаст. Да, я помню, что среди преподов есть предатель, и возможно даже и не один. Но у меня на примете имеется кандидат, который однозначно стоит вне подозрений. Изгнанная из клана тётушка на двойного агента не тянет, как ни крути. Презрение в её голосе, которое я услышал в свой адрес ещё при нашей первой встрече, было слишком уж настоящим, чтобы оказаться игрой. Тем более, что тот момент не требовал показухи. В ней я на девяносто девять процентов уверен.

Да и к Фарте Кай-Рэ подобраться значительно проще, чем к нашему генералу. Черхана ведь где можно вообще поймать? В столовке беспалевно к нему хрен подойдёшь. Во время очередного обращения к ученикам с трибуны, что торчит посреди фонтана, тем более. А в кабинете коменданта бываю с завидной регулярностью только я. Но я же не дурак, сам записку подкидывать. У меня для этих целей имеется надёжный подручный. Не из банды — этих как раз даже косвенно нельзя привлекать к операции. Дикий. С Граем нас уже связывает одна очень страшная тайна. Уверен, что он не откажет.

— Доброе утро, сарший брат, — прервал мои размышления вышедший из сан. узла Рангар. — Душ свободен.

— Доброе, — не вставая, махнул я ему. — Что-то долго ты там. Следы рукоблудства хоть смыл?

— Да я… Не… — замычал он, смутившись. Похоже, моя шутка попала в цель.

— Надеюсь, не Толины прелести вспоминал? — решил я развить успех. А про себя подумал: «И не задницу Тайре»

— Да я просто мылся, старший брат. Не, ну правда.

На секунду мне даже стало жалко покрасневшего бугая. Он же на полном серьёзе оправдывается.

— Расслабься. Шучу я.

Встал с койки, обогнул Рангара и, зайдя в сортир, закрыл за собой дверь. Пошутил я как раз про «расслабься». Вас-уродов надо держать в постоянном тонусе. Вчерашний урок был нагляден, но снижать обороты нельзя.

* * *

В столовой меня ждала новая радость. Тола с Ферцем, пришедшие на завтрак раньше нас с братом, синхронно проигнорировали моё появление. Ни ненавидящих взглядов, ни колких слов, ничего. Словно их враг — а тут можно было больше не строить иллюзий — и не прошёл мимо них в какой-то паре шагов. Молодцы. Тактика игнора в нашем случае — идеальный вариант для обеих сторон.

Тайре же, наоборот, радостно улыбалась, как будто и не дрались вчера. И, что важнее, словно я и не отдавал Хорьку приказ её трахнуть. Вот ведь жирные тараканы в бошке у сестрички. Такую уже не вылечить. Зато Линкин по-прежнему под впечатлением. Куда только делись его дурацкие шутки? Где ужимки и мерзкие хохотки? Сидит, склонившись над тарелкой и вяло ковыряется вилкой в еде. Таким он мне больше нравился. Надеюсь, «колдовство» продержится хотя бы неделю-другую.

На идущей первой после завтрака парой физре я осознал, как соскучился за эти дни по занятиям. Как тот жеребец, застоялся в конюшне. Что бег, что подтягивания, что прыжки, что тягание тяжестей — всё в удовольствие. И даже промолчавший в ответ на моё приветствие Яхо Гор не смог испортить мне настроение. Я знал, что он не оценит моего поступка и был готов. Необходимая жертва. Страх и уважение одних в обмен на ненависть и презрение других. И ничего тут не сделаешь.

А вот дикому было, похоже, вообще наплевать на разборки знати, и мои «плохие манеры». Если на случай с пробитой грудью поклонника Лиси Сай Грай хоть как-то отреагировал, то моя выходка с Толой его оставила совершенно равнодушным. Поздоровался как обычно и даже глазом не моргнул. У него свои критерии важности тех, или иных событий, и унижение девушки, что неожиданно надоела местному царьку, к серьёзным проступкам не относится точно. Может, у них там внизу жёсткий патриархат, и женщин приравнивают к вещам? Хотя, дело скорее в характере конкретного дикого. Загадочный он всё же чувак.

Мироведение тем более принесло удовольствие. Знания — наше всё. Сегодня Лакро Хай распинался на предмет природных ресурсов, и это было по-настоящему интересно. Оказывается, аллой — чудо-дерево во всех отношениях. Он не только поит, кормит, питает маной, предоставляет жильё. Он ещё и снабжает сырьём.

Так-то я уже знал, что внутри ствола, ветвей, веток и листьев безостановочно течёт по тысячам больших и малых жил пресная, пригодная для питья и любых прочих нужд вода. Спрятанное где-то у основания корневища сердце древа, словно гигантский насос, гонит прозрачную кровь по замкнутой системе сосудов. Найди нужное место, пробури скважину, укрепи её стенки, чтобы не затянуло смолой, и пользуйся. Готовая сеть водоснабжения, созданная самой природой.

Но на этом анатомия древа лишь начиналась. Под толстым окаменевшим слоем коры, покрывшимся за тысячелетия жизни растения в ряде мест настоящим подобием грунта, прятались и другие разнообразные жилы. В отличие от водных статичные. Несколько видов глиноподобных масс, называемых здесь «мёртвыми смолами» и металлы: железо, золото, серебро, платина, медь и другие. Невероятно сложной системе под названием «аллой» для функционирования зачем-то требовался весь этот набор Менделеева, и жителям Великого древа для обеспечения себя всем необходимым даже не приходилось спускаться на землю. Всё, что нужно и так под рукой. Причём, запасы возобновляемые — знай только меру.

И никакой тебе руды. Чистый металл. Словно гигантские оголённые провода пронзают по всей длине огромное дерево сверху вниз и по горизонтали в ветвях. Земные шахтёры плачут навзрыд. Прокапываешь, прорубаешь дыру — и давай срезать слитки. Если целостность нити не нарушается, то всего за оборот жила сама восстановится. Оборвёшь — и на десятки лет штольня встанет. В этом случае процесс заживления совершенно иной. И рукотворные скрепы не помогают от слова совсем. За такую оплошность добытчиков, как поведал Муравьед, и казнить могут. В зависимости от важности жилы. Железные-то часто встречаются и сечением доходят до полуметра, а вот золото, платина и ещё, что пореже, могут тонкой стрункой идти, и попробуй её отыщи — ветвь огромна, а ствол и вообще неохватный.

В стволе, кстати, помимо жил ещё кладки встречаются. Так тут у них называют вкрапления в древесину различных минералов. Это уже не возобновляемый ресурс. Опустошил залежи — и можешь следующую делянку искать. Подобные клады встречаются редко, и растут очень медленно. На прежнем маршруте, пусть и затянулись те штольни сто оборотов назад, шахтёрам такую добычу не встретить. Оттого и хранятся карты добытчиками из поколения в поколение. Прокладка дыр-ходов в древе — работа не из простых, и без силаров её не осилить. Но это, как сказал Лакро Хай, уже тема другого занятия.

* * *

На обед я примчался едва ли не первым. В часовой перерыв мне требовалось успеть уложить сразу несколько дел, и «пожрать» в этом списке занимало не самое важное место. Наскоро напихав в себя первое вперемешку со вторым, сообщил своим, что на Основы возвышения могу опоздать и слинял, не обратив внимание на вопросительные взгляды сестры и Рангара. Выскочил из столовки и припустил к своему любимому двухэтажному зданию. На входе в библиотеку слегка задержался. Нет, не следят. Можно прятаться. Скользнул внутрь и на всякий случай плотно прикрыл за собой дверь.

Жест мэли Кай-Мути понравился.

— Здравствуй, Рейсан, — расплылась в улыбке библиотекарша. — Ты наверх, или просто решил ко мне заглянуть?

Походу, она ждала меня. На голове подобие укладки — этакий какашечно-кремовый кренделёк. Глаза подведены, губы алее обычного. Форменная блуза застёгнута не на все пуговицы. В вырезе виднеются края весьма объёмных полушарий — барышня специально подалась вперёд, дабы улучшить обзор. Совратительница блин! Не дай древо заметит, как у меня естество в штанах напряглось.

— Привет, Саса! — смущённо улыбнулся я. — С удовольствием поболтал бы, но дела, дела. В читальной есть кто-нибудь?

— Да откуда? — вмиг погрустнела тётя. — В обед только ты, да этот пухленький ваш забегаете. Остальные все вечером.

— Потому и сейчас прихожу. Не люблю, когда под ухом галдят. Сделай доброе дело. Если Махавай вдруг заявится, не пускай его наверх. И другого кого не пускай. Хочу в тишине поработать.

— О! — оживилась Кай-Мути, — При всём уважении, милый мой, не могу. Книгохранилище — место публичное. Я не в праве ограничивать доступ ученикам.

— Не вправе, но можешь, — заговорщически подмигнул я.

— Но могу, — хитро улыбнулась Саса. — Для тебя могу. Будешь должен.

— Рэ всегда платят по долгам, — засмеялся я, доставая из кармана талар. — Спасибо! Опять выручаешь.

Но библиотекарша настойчиво отодвинула мою руку с монетой.

— Я разве просила денег? Лучше ты как-нибудь зайди ко мне просто так. Поболтать. Посидим… Может, выпьем чего-нибудь.

Её длинный палец дотронулся до моего предплечья, и ноготок заскользил по коже.

— Хорошо, — отступил я в сторону лестницы. — Как-нибудь загляну.

— Буду ждать, — одарили меня хищной улыбкой.

Причём, взгляд Сасы уже опустился ниже и вовсю жёг мои штаны, где на волю рвались гормоны. Стыдоба-стыдобища! Сдуру я забыл прикрыть срамоту, и теперь притворяться, что я не понял намёки бессмысленно.

Отвернувшись, я шустро поскакал вверх по лестнице. С этими секс-атаками весь настрой улетучился. В смысле рабочий настрой. Я же сюда по важному делу пришёл. Нужно успеть за короткое время подготовить записки. А писать мне их предстоит в весьма непростых условиях.

Перво-наперво взял из стопки, что имелась на общем столе, несколько чистых листов бумаги. Выбрал в банкообразной подставке карандаш поприличнее. Отнёс всё в дальний угол и положил на крайний стол. Затем полез в ряды стеллажей. Походил туда-сюда какое-то время, словно ища что-то конкретное. Потом выбрал более-менее подходящую книгу и снял её с полки.

«Великие дома империи Хо. Первый ярус.» — гласило название. И более мелко по низу: «Редакция тридцать шестая». Ого! За четыре с хвостиком века сколько раз правили справочник. Видимо, с каждой перестановкой печатают заново. Поднялся какой новый клан — привет типография. Вырезали других подчистую — снова здрасьте, издатели.

Вернулся. Положил книгу перед собой на стол, раскрыл на первой странице. Вступление пролистываем. Ага, вот и перечисление кланов пошло. Дальше, наверное, идёт расшифровка с подробностями, но мне так глубоко в тему лезть недосуг. Задача у данного чтива сейчас совершенно иная, исключительно отвлекающая. Придвинул поближе листы, взял карандаш. Ну, начнём.

Старательно вывел по центру вверху заголовок: «Кланы первого яруса». Теперь конспектируем.

«Южную ветвь занимают дома: Фоту — лекари, четырнадцать листьев, Рави — воздушники, двенадцать листьев, Зог — менталисты, одиннадцать листьев…»

Поначалу я регулярно переводил взгляд с книги на лист, на котором писал — давалось, кстати, легко, словно шпарю на русском. Затем стал смотреть на калякающий буковки карандаш реже. Потом ещё реже. Ничего так идёт — строка почти не сползает. Спасибо школе и универу, где пришлось научиться строчить со скоростью автомата. И то, что язык чужой, делу не помеха. Постепенно я вообще перестал глядеть себе под руку. Глаза устремлены в книгу, а запись льётся сама по себе. Десять секунд в таком ритме. Двадцать. Первый лист подходит к концу. В сторону его, и берём следующий. Быстрый взгляд, чтобы запомнить контуры и поставить карандаш на нужную точку. Теперь снова к книге. Погнали!

«Мэл Гра, приношу извинения за свою анонимность, но обстоятельства вынуждают меня сохранить своё имя в секрете. Возможно, озвученное мною ниже и так вам известно, но я не имею права молчать. В империи Хо зреет заговор, в который вовлечены кланы со всех трёх ярусов. К сожалению я не знаю всех имён, но у нас здесь на первом заговорщиками руководит Дрейкус Рэ. Его люди собираются захватить форт, когда всё начнётся. Среди ваших солдат есть предатели. Особенно много их в последнем пополнении, что прислали вам после первого прорыва. Среди мастеров тоже есть, как минимум, один ренегат. Его имя тоже мне не известно, но будьте осторожны. Вас собираются убить до начала сражения.

Пожалуйста, отнеситесь серьёзно к моим словам. Император в опасности. Пока ещё не поздно, передайте послание наверх. Маршал Тодомо Викати точно не входит в число заговорщиков. Ему можно верить. Проделайте всё тайно. Нельзя дать им повод начать действовать раньше времени. Время сейчас — всё, что у нас есть. Но его мало. Поторопитесь!»

Не подписывая послание, я отодвинул лист в сторону и подтянул к себе следующий. Опять быстрый взгляд. Карандаш на позицию. Глаза к книге. Ещё немного, и переворачиваю страницу. Спасибо первоярусным шишкарям — список знати здесь длинный. Чуть меньше половины осталось, а я уже почти всё. Продолжаем.

«Друг-земляной, выручай! У меня к тебе невероятно важная просьба. Записка, что я тебе сунул в карман вместе с этой, должна попасть к Фарте Кай-Рэ. К ней и ни к кому другому. Но так, чтобы она не заметила. Из рук в руки не передавай, подложи. Это вопрос жизни и смерти! Уверен, ты справишься. Только сам её не читай. Не надо оно тебе.

И не разговаривай со мной про это дело. Даже наедине. Кивни, чтобы я понял, когда всё получится, и на этом всё. Я тебе доверяю и верю в тебя. Не подведи, друг!»

Текст второго послания кончился, а лист ещё нет. Пришлось, сделав отступ, усердно юлозить карандашом по бумаге, имитируя продолжение записей. Порадуем Грая орнаментом. Перевернул страницу книги и продолжил ползти взглядом по «знатному» списку. Слава богу, перечисление кланов подходило к концу. Остатков листа под каляки-маляки как раз и хватило.

Всё! Полный перечень великих домов первого яруса благополучно скопирован — это для Рейсана. Две записки-послания подготовлены — это, как оно есть. Надеюсь, что Рэ в моей голове не спалил этот фокус. Едва ли можно определить по одним лишь движениям карандаша в руке, что за текст ложится на лист. Особенно, когда глазами идёшь по конкретному осмысленному списку и о подлоге не ведаешь. Дедушка Ленин писал молоком, я вслепую. Хитрожопость в крови.

Нет, Рейсанчик, ты парень жёсткий и сильный, но умом с надеждой матфака тебе не тягаться. Разглядывая, якобы чем-то заинтересовавшую меня полку с книгами, я аккуратно принялся складывать исписанные листы в конвертики текстом внутрь. На первом бумажном квадратике сверху быстро накорябал: «Кланы, ярус 1» и убрал его в левый карман. Это чисто для отвода глаз. На втором так же шустро вывел: «Граю. Секретно!» и соответственно засунул его уже в карман правый. Туда же чуть позже отправился третий конвертик с самой главной пометкой: «Черхану. Не вскрывать!»

Есть! Первый шаг сделан. Осталось втихаря передать письма дикому, а тот уж не подведёт. Готовься, дорогой папочка. Операция: «Подлянка» запущена.

Глава двенадцатая — Она точно не Рэ?

А вот на Основах возвышения я откровенно скучал. Драм Бор, ведущий этот предмет, хоть и нравился мне как человек, а лектором был весьма посредственным. Три четверти пары ушло на какую-то тухлую философию про смысл жизни истинного силара, про его служение и путь к небу. Грёбаная китайщина, какую сейчас модно пихать в однотипные книжки, коих в сети мне попадалось достаточно на глаза в прежнем мире.

Хотя, возможно, виной всему были записки, что ждали в кармане своего часа. Я уже придумал, как и где передам их дикому. Оставалось только продержаться до конца занятий, что было непросто. Приходилось бороться с нетерпением обкатывая свою относительно новую способность на всех и каждом. Куда там Гайде Моху со своим «подержу за руку». Я в секунду определял ступень любого, кто находился в полусотне метров от меня. Не сиди я впереди всех, прорангавал бы весь зал. А так крутиться не вариант. Ограничился только соседями слева-справа, да преподом. Драм Бор, кстати, стоял на пороге прорыва — девятнадцатая ступень, и зазорчик до следующей совсем уж тонюхонький. Без пяти минут трёшка.

В итоге интересного из лекции толстяка я извлёк немного. Оказалось, что ступени на пятом ранге можно копить до бесконечности. В теории само собой. На пятидесятой никаких новых граней дара не раскрывается. Растёт только шкала ресурса, что, впрочем, тоже не мало важно. История сохранила имена по-настоящему великих силаров, перебиравшихся на шестой десяток, но таких можно было по пальцам пересчитать, как поведал Драм Бор.

На такой запредельной высоте каждый шаг — невероятное достижение. Там просто сектов, даже самых суровых, валить уже мало. Нужны трупы магов. Причём, тоже немаленьких рангов. Крутых перцев рождает война. И не с роем, а со своими собратьями. Соседние государства здесь бьются не только за территорию и ресурсы. Прокачка — стимул не менее важный. Ублюдочный мир. Впрочем, это я уже и так знал.

* * *

На Технике боя из раздевалки я выходил с нехорошим предчувствием. Оставленные в карманах снятых штанов записки заставляли переживать. Нет, вряд ли кто-то осмелится рыться в моих вещах, но всё равно стрёмно как-то. Утешало одно — мне удалось как бы невзначай занять место рядом с Граем, и теперь наши с ним шмотки лежат едва ли не одной кучей. Вернусь с арены чуть раньше и беспалевно засуну бумажки ему в карман. Потом, когда будем одеваться, оброню пару слов, которые объяснят мои действия зрителю-Рэ в голове.

Но пока тренировка. И первый приятный сюрприз за весь день. Стойки и переходы-уходы закончились. Вигел Кио на радость всем объявил, что с сегодняшнего дня начинаем изучение и отработку ударов. Пока без манекенов и груш, но и просто махать руками по воздуху оказалось не в пример веселее, чем без конца повторять надоевшие подшаги и увороты.

Я честно загнал себя в пот, стараясь выжать для себя максимум. Тело Рейсана прекрасно знало, как двигаться, но хотелось и самому понять и запомнить динамику базовых приёмов. Не на одном же микрошурсе постоянно выезжать. Если мастер сегодня поставит в спарринг с кем послабее, попробую победить без привычного жульничества. Пора начинать готовиться к жизни вне стен академии, где под боком не будет толпы доноров, что имеются у меня здесь.

Но Вигел Кио не пожелал идти мне на встречу. Понятно, что наставники старались разбить учеников на более менее равные пары по силам, но сейчас была очередь востока выходить против нас. А там серьёзных противников нет. То есть не было. Как идиот я стоял напротив своего старого знакомого и не мог поверить тому, что видел внутренним зрением.

Десятка! Откуда у Хиро Дэя взялась такая ступень? Совсем недавно на первичном «осмотре» Гайда Мох нашёл у восточников только пару семёрок. Одним из них был по-видимому этот самый бугай. Тогда мне было недосуг запоминать каждую рожу. Да и после, когда я ему проламывал грудь, таких высот возвышения у чувака точно не было. Иначе я так легко его бы не продырявил. Второй ранг даёт физикам прочность в плюс к силе. Кости, сухожилия, мышцы, кожа — всё укрепляется, дабы тело могло выдерживать существенные нагрузки, что приходят рука об руку с возрастающей мощью. Что-то вроде того, как на шурсе происходит у нас. Только в отличие от скоростников, грузчики, как на жаргоне звались силары этого дара, бронированную тушку получали не на короткое время, а на постоянку.

— Что, Рэ, думал, мы с тобой закончили? — ухмыляясь, поинтересовался амбал. — Тут тебе не душевая. Придётся драться по-честному.

Это ты так думаешь. Я оценивающе разглядывал противника. Уже простым зрением. На полголовы меня выше и на двадцать-тридцать кило тяжелее. Не Яхо Гор, конечно, но габаритами ближе к северянину, чем ко мне.

— Это точно, — задорно подмигнул я ему. — На арене в спину исподтишка не ударить. Тут стоим? Или пойдём ближе к лекарям? Они тебе могут понадобиться.

Здоровяк загоготал басом.

— Это с твоими-то детскими кулачками? Не смеши меня, Рэ. Без своего шурса ты ничего не стоишь. Тебе по силам только всякую дохлятину вроде Краса пинать.

Пытается меня разозлить, или реально верит в свои слова? Бесстрашный дебил, или хитрая жопа? На всякий случай выбираем последнее. Наверное, снова по приказу Лиси работает. Шлюшка по-прежнему жаждет мести. Небось, напрягла всю ветвь скинуться на силиты для Хиро. Вон как прокачали бойца. Ну ничего, сейчас мы ваши денежки на ветер отправим. С Гором раз справился, значит и этого бронированного долбоклюва побью. Главное, не расслабл@ться — и хрен он меня поймает. Жаль только по-быстрому всё решить не получится. Плакала моя задумка раньше всех удрать в раздевалку. В нокаут его отправить мне вряд ли удастся, но времени на поединок отведено не так уж и много. Победа по очкам — тоже победа.

— А у тебя длинный язык, мальчик, — решил я немного поиздеваться над бугаём.

В слова он со мной собрался играть? Ха! Кто же так оскорбл@ет? Никакой фантазии.

— Таким только жопы лизать. Или Лиси по праздникам даёт подлизнуть что другое?

— Я выбью из тебя всё дерьмо, Рэ! — вспыхнул здоровяк.

— Скучно с тобой, ущербный, — картинно зевнул я. — Подготовься получше. Чтобы завтра вопил веселее. А то я могу и обидеться.

Сигнал мастера не дал Хиро ответить. Не ждал? А я ждал. Стремительно подлетев к амбалу, влепил ему звонкую оплеуху. Урона от такого удара, что дырка от бублика, зато по самоконтролю бьёт хорошо. Рожа Дэя мгновенно окрасилась в красный. Причём, сразу обе щеки.

Пытавшийся вывести меня из себя чувак сам полыхнул пуканом и ринулся в атаку. Естественно на том месте, где я только что стоял уже было пусто. И на следующем, и на третьем, и на четвёртом. С лёгкостью уворачиваясь от наскоков здоровяка, я скакал на микрошурсе по кругу. С одной стороны по печени, с другой в ухо. Пинок под колено, тычок ребром ладони в горло, удар костяшками кулака в бровь — не сильно, чтобы не травмировать руку. Реально у физиков второй ранг — совершенно иной уровень. Ему мои плюхи, как слоновьей жопе горох. Так, больше обидно, чем больно. Даже крови пока не видно нигде.

С другой стороны, зачем мне сейчас его кровь? Я хотел тренировку? Так вот она. Этот неповоротливый шкаф поработает для меня грушей. И уходы отшлифую, и удары различные отточу. Ну-ка хук с левой! Вот сука! Словно в обтянутое кожей бревно саданул. Надо поаккуратнее, а то пальцы себе переломаю. Теперь с правой в корпус, и тут же перепрыгиваем через метнувшегося мне в ноги амбала. Медленно встаёшь, чувак. Медленно. Вот тебе картинно под зад. Жаль Лиси не видит. Ну ничего, ей расскажут. Мы никуда не торопимся. Вон уже первые, завершившие свои поединки, подходят. С зрителями оно веселее.

Неожиданно я почувствовал, что меня пробирает на ха-ха. Здоровенный лось бестолково крутится на пяти квадратных метрах и машет лапами, словно медведь, отгоняющий пчёл. А я скачу туда-сюда, как тот быкоборец с испанской корриды и раздаю элегантные пинки и тычки. Смешно же, ну правда. Нет-нет даже похохатывать начал. Садану его прямым в нос — и гы-гы. Лягну пяткой в пузо — и снова. Проскользну ему за спину, лупану с двух рук по ушам — и опять ржать. Того и гляди гоготать по полной примусь. Нездоровая какая-то шняга.

И только я поймал себя на мысли о расстройстве психики, как в памяти тут же всплыл эпизод в столовке, когда я под воздействием Лиси Сай едва слезу от радости не пустил. Неужто мои эмоции снова подстёгивают? Так ведь этой сучки-колдуньи здесь нет. Стоп! Так она ведь и не единственная менталистка на ветви. Кажись видел я в нашей группе одного паренька из восточников в фиолетовом тоху. Рожу вспомню едва ли, но он точно стоит где-то рядом. И не просто болеет за своего, а в мозги мои лезет. Усиливать чувства способен любой перворанговый мозгокрут. Хрен тебе по всей морде, дружок! Спалил я тебя, и теперь вся твоя магия в жопе. Стоит догадаться, что на тебя давят ментально, и контроль над собой уже всяко удержишь.

Так, пора пополнить запасы. Врубаем пылесос. Есть! Бак полон. Продолжаем глумиться. Иди сюда, шкафчик. Давай-ка мы тебе двинем по яйцам. Что?! Тоже бронированные?! Так что же, того Шрека-Тодомо и клевец не возьмёт? Походу, я недооценил физиков. Чертовски полезный дар. Ну ничего, скорость и ловкость за мной — измором возьму бугая. Тут уже не так долго осталось скакать.

Что за… Меня в спину словно ударила невидимая подушка. Не так сильно, чтобы свалить с ног, но достаточно увесисто, чтобы сбить с шага и заставить споткнуться. Я как раз уворачивался от очередного рывка Хиро, проводимого им с целью сцапать меня и перевести поединок в партер. Выбора не было, уклониться, или отпрыгнуть я уже не успевал. Ускорившись навстречу ему, я со всей своей прошурсенной мощи всадил Дэю коленом в челюсть.

Бля! Что-то хрустнуло. Боль чудовищная! Похоже я раздробил чашечку. А что он? Он ревёт и наваливается на меня всем весом. Падаю на спину. Перекошенное лицо Хиро сверху. Ко мне мчится кулак. Здоровый, бугристый. Кувалда, а не кулак. Пока летит, успеваю его рассмотреть во всех подробностях. И испугаться успеваю, и зажмурить глаза, и даже убрать с пути молота голову.

Почти успеваю. Острая боль выдавливает крик из груди. По правой стороне черепа как будто съезжает кирпич. Сдирает кожу, рвёт ухо и тут же скребёт в обратную сторону, уходя на новый замах.

Дёргаюсь изо всех сил. Нефига! Глаза снова открыты. Окаменею. Пошли в жопу баллы и штрафы! Хотя… Локоть выскользнул из захвата! Эта тварь ещё только замахивается. Сейчас вырву второй и…

Размытая круглая тень опустилась быстрее, чем я принял решение. Мысль: «Этот гад меня лбом саданул!» утонула в фонтане боли, тут же сменившийся темнотой.

* * *

— Поздравляю, коллеги! Мы справились! Дело сделано!

— А мозг, госпожа? Мы спасли его мозг?

— Функции мозга не должны пострадать. Вы вовремя оказали первую помощь. Осколки черепа не задели жизненно важные отделы.

Смутно знакомый голос звучит где-то вовне. Где я? Что происходит? Воспоминания медленно возвращаются. Точно! Этот ублюдочный здоровяк меня вырубил! Я кусок ишака — не успел обратить себя в камень, хотя знал, что всё кончено. Гордец сцуко! Взападло мне такому крутому сдаваться. До последнего не верил в своё поражение, за что и поплатился.

Стоп! А ведь просрал бой я не сам. Помогли мне обделаться. Толчок в спину… Это же явно какой-то воздушник шалил. Сговорились уроды! В команде сработали. На толпу меня победили. Не честно!

Так и сам ведь… Э нет. Мой микрошурс не спалить, а их фокусы — очевидная шляпа. И пусть для сторонних наблюдателей они не видны, но я-то не мог не заметить подставу. Они знали это и знали прекрасно. Значит, готовы к последствиям. А последствия будут! Рейсан Рэ такого никогда не простит. Не боятся? Или…

Мёд мне в рот! Лиси что же, хотела меня того? Прямо совсем того? Несчастный случай на производстве. Обиженный физик, только что перебравшийся на второй ранг, не рассчитал силы. Случайность. Непредумышленное убийство. И свидетелей вроде полно, а улики все в воду. Кроме меня рассказать про атаки менталиста и воздушника некому. Заказчику мокрухи всё сойдёт с рук, как и соучастникам. Терпила Дэй принёс себя в жертву ради любимой. Максимум, что ему сделают — выпрут из академии. Вот ведь сучка! Она точно Сай, а не Рэ?

— Только что-то он долго в себя не приходит.

Ладно, харе рассусоливать. Я выжил, и кое-кого этот факт очень сильно расстроит. А вот лекарей огорчать не хочу. Спасибо им — вытащили.

— Воды можно.

— Да, да, конечно!

Одна из докториц, что была приписана к группе Вигела Кио, бросилась подавать мне стакан. Вторая тоже подскочила со стула. В глазах облегчение. Видать, скопыться Рейсан Рэ, их как минимум лишили бы премии. Да и наставник бы сто пудов пострадал. Его задача следить, чтобы поединки не переросли в нечто большее. Прощёлкали они вместе с дежурным воздушником момент. Не успели разнять нас. Наверняка, тоже не знали, что Хиро поднял ступень до десятки. Иначе бы не поставили в пару.

А вот во взгляде тётушки радости нет как нет. Фарта Кай-Рэ, сидевшая за небольшим столом в углу комнаты, на миг оторвалась от какого-то толстого журнала, где что-то корябала карандашом, холодно посмотрела на меня и снова вернулась к письму. Видимо, я сейчас в её кабинете. Или лучше назвать эту комнату процедурной. На операционную-то всяко не тянет. Ни скальпелей, ни зажимов, ни прочего жуткого инструмента. Бинтов, ваты, пузырьков с йодом тоже не видно. Зато есть кушетка, на которой я и лежу.

Привстал, взял стакан, в три глотка опустошил его содержимое. Осторожно переместил себя в положение сидя. Прислушался к своим ощущениям.

— Можете одеваться, мэл Рэ, — кивнула тётушка Фарта на стул, на котором стопочкой было сложено моё тоху. Моё чёрное повседневное тоху. То самое, где в кармане лежали записки. Серое тренировочное, кучей рваного испачканного кровью тряпья, валялось возле кушетки — его с меня, видимо, содрали в процессе оказания помощи.

— Спасибо, — растерянно пробормотал я, обращаясь сразу ко всем присутствующим в комнате женщинам. — Даже ничего не болит.

— Запомните этот день, — обратилась Фарта к коллегам. — Рейсан Рэ кого-то благодарит.

Трусы и носки на мне — это радует. Сверкать голой жопой перед дамами не придётся. Чешки стоят рядом с кушеткой. Обулся, подошёл к стулу с одеждой и осторожно натянул на себя тоху. Попрощался, вышел в короткий коридор, закрыл за собой дверь. И только тогда сунул руки в карманы.

Бля… Так я и знал! Пусто! Записки исчезли. Это фиаско, Саня! Просто пипец какое фиаско. Я в полной жопе. Кто их забрал? Куда дел? Мои тайны уплыли в неведомом направлении, и концы я теперь не найду.

Зато эти концы очень скоро найдут меня. Что сторонники Дрейкуса, что его противники с удовольствием пообщаются с парнем, который решил сдать отца. Вариантов нет, валю этой же ночью. Вернее пытаюсь свалить. Первым делом сейчас иду к Граю. Без помощи дикого мне за стенами форта не выжить. Фае тоже бы весточку передать — пусть сидит не высовывается. Что делать с Рейсаном придумаю потом. Хрен знает, как ему объяснять мои действия. Да и пошёл он в мох. Сейчас есть поважнее проблемы.

Стремительно несущиеся в голове мысли погрузили в себя, и я сам не заметил, как вышел из здания «больнички» на улицу.

— Босс! Ты жив! Я знал! Знал!

Взъерошенный Махавай, в одиночестве встречающий меня возле дверей, приплясывал от радости и тряс воздетыми к лицу руками.

— Они же ничего не говорят! Мы думали, всё! Не пускали к тебе! Тут охрана стояла! Только щас убежали, когда началось!

— Что началось?

Мысли о побеге и исчезнувших записках мгновенно вылетели из головы. Таким Махавая я себе даже представить не мог. Похоже, ботана трясёт не от одной только радости.

— Драка! Бунт! Я не знаю… Но Линкин сказал… А Тайре…

— А ну успокойся и давай по порядку! — рыкнул я на него.

Что за хрень здесь творится? Неужто, пока я валялся в отключке, заговорщики начали действовать?! Опоздал…

— Тот воздушник… Который тебя толкнул. Он сознался. Прямо там на арене, — торопливо запыхтел Махавай. — Его наставник спалил. А потом мастер Кио прижал… И Дэй, как заорёт: — Молчи, трус! А Рангар, как всадил ему! И Глэй тоже. А на них два восточника! И Грай с Тайре… И ещё кто-то и этих. Меня там, сами понимаете, не было, но уже весь форт знает. Еле их растащили. А на ужине потом Черхан Гра так ругался. Там штрафов — не сосчитать. На завтра разбирательства обещают. Комендант сказал, что кое-кто из академии обязательно вылетит.

— Капец, — только и смог пробормотать я. Вот это они отожгли!

— Босс, — снизив голос, прошептал Махавай. — Тайре говорит, они тебя убить собирались.

Всё-таки я был прав!

— А Черхан что?

— Черхан что? Не знаю, — удивился ботан. — Она же не ему говорит. Она нам. Линкин сразу орать начал: — Бить восток! Насмерть бить! Я потому тут и жду. Надеялся, тебя поскорее отлечат, и ты их остановишь. Они же там сейчас… Ой-ой-ой, что они там сейчас!

Бля… Так вот оно что? Там разборки! Конкретные, стенка на стенку. Я резко перевёл взгляд на сереющие в сумерках очертания жилых корпусов.

— Так чего же мы тупим? Побежали туда!

Вдалеке зазвенело звуком бьющихся стёкол.

— Подожди, босс! — тормознул меня Махавай. — Я за тобой не поспею. Пока не забыл.

Ботан вытащил из-за пазухи пачку сложенной в несколько раз бумаги и протянул её мне.

— Когда за твоим тоху на арену бегал, оно само выпало. Я не хотел. Правда, босс. И не читал, не подумай. Не дурак — сразу спрятал. Никто не знает. И я не знаю. Не видел, не слышал, забыл.

Фух! Я мысленно выдохнул. Хоть где-то мне повезло. И ведь какой молодец Махаваюшка! Допёр, что лучше пока у себя придержать. Нашла бы одна из врачих, и очная ставка с Черханом была бы мне обеспечена. Хо-хо! Мы ещё поживём! И ещё повоюем!

Небрежно, словно мне возвращают оброненную тетрадку по мат. анализу, взял записки из рук пацана и засунул в карман.

— Спасибо. Как раз сегодня кое-чего себе выписал в книгохранилище. Ерунда, но второй раз сидеть с карандашом… Ладно, я побежал. Догоняй.

Отвернулся от округлившего глаза Махавая и припустил к корпусам. Не удивляйся, друг-умник. Это я для Рейсана.

Звон очередного выбитого стекла совпал с полыхнувшей с той же стороны вспышкой. Ого! Магия в ход пошла! Они там совсем что ли рехнулись?

— Стойте!

По соседней дорожке к корпусам спешил небольшой отряд стражников, возглавляемый нашим преподом по Раскрытию дара.

— Невероятно рад, что вы живы, мэл Рэ, — приветственно вскинул руку Термино Фа. — Давайте с нами. На территории форта введён комендантский час. Ученикам запрещено покидать пределы центральной площади.

Несмотря на вежливые слова, тон наставника не давал усомниться, что я слышу приказ. Мне ничего не оставалось, как присоединиться к отряду. Я пересёк газон и поравнялся с бегущим Термино.

— Что там происходит?

— Беспорядки в вашу честь, мэл Рэ. Подробностей не знаю. Меня сорвали с обхода.

Вот и западный корпус, к которому наша больничка ближе всего. В окнах уже горит свет. Но далеко не во всех. Чем мы ближе, тем сильнее шум, что доносится из арки-прохода. Возле неё, кстати, стоит охрана. Несколько солдат повёрнуты лицом к площади. Стало быть задача — никого не выпускать. А вот снаружи пожалуйста. Отдали честь Термино — все преподы наши в чинах — и расступились. Несколько метров туннеля — и мы выскочили во внутренний двор к фонтану.

Мёд мне в рот! Вот это кипиш так кипиш! Парни, девушки, наставники, стражники, служки. Гвалт стоит сумасшедший. Похоже, большая часть обитателей форта решила собраться этим вечером здесь. Кто-то куда-то бежит, кто-то что-то, или кого-то несёт, кто-то замер и стоит-смотрит на противоположную сторону площади — там у восточного корпуса основная толпа.

Возле фонтана суетятся фигуры в салатном. Лекари: взрослые и ученики. Очень много. Похоже, тут все, кроме Фарты Кай-Рэ и тех двух, что ей помогали меня ставить на ноги. Но и желающих поправить здоровье не меньше. Одни сами подходят, других подносят. Вот это жесткач! Надеюсь, трупов хотя бы нет. Настоящую войнушку устроили.

И восточный корпус тому лучшее подтверждение. Уже в нескольких окнах нет стёкол. На втором этаже полыхает пожар — Термино Фа как раз туда кинулся. Кому, как не водникам это тушить? В сгущающемся сумраке светящиеся глазницы всех этажей показывают одно и то же кино: мечущиеся туда и сюда силуэты, мелькающие снаряды: стулья, тумбочки, куски мебели… Разобрать невозможно.

— Гляньте кто?! Это же Рейсан!

— Живой! Живой!

— Жив!

Ко мне со всех сторон начали подбегать люди. Трясли за руки, хлопали по спине, ободряюще что-то кричали. В один миг меня окружила толпа галдящих наперебой ребят. В основном незнакомые парни и девушки. Ничего себе! Я и не думал, что кому-то кроме моих бандитов, да немногих товарищей небезразлична моя судьба.

— Живой, здоровый? — выдернули меня из толпы сочувствующих сильные руки. — А ну давай на трибуну! Пусть видят, что их герой жив!

Вынырнувший неизвестно откуда Дзон Гон потянул меня за собой к фонтану, выключенному по причине позднего часа. Через гущу людей, через каскад заполненных водой секций, через фигурные бордюры и частокол форсунок. На стойке выход мановода. Ладонь мастера-наказателя легла на светящуюся полусферу, и его голос тут же обрел объёмность и громкость. Матюгальники закреплённые на стенах по периметру площади разом выдали:

— Внимание! Рейсан Рэ жив! Он стоит рядом со мной! Немедленно прекратить беспорядки!

И мне тихо:

— Давай, парень. Скажи что-нибудь.

С трибуны и в микрофон… Звёздный час, мать его! Моё слово, мой голос… Они что-то значат. Нет, я всё-таки правильно поступаю. Я не бессильная фишка! Если можешь сделать что-то полезное — делай! Черхан узнает про заговор. А дальше… Дальше я смогу спать спокойно, зная, что я, если и не помог, то пытался. Я не пустое место и я не буду стоять в стороне.

— Я здесь! Я с вами, силары! Так просто Рейсана Рэ не убить! Хорош пачкать руки об это дерьмо! Закругляемся! Это приказ!

Глава тринадцатая — Неочевидные цели

Они выходили долго. В сопровождении взрослых силаров и стражи: парни, девушки, наши, не наши, битые, сильно битые, едва живые. Очень редко, кто цел-целёхонек топал, не прихрамывая. Некоторых выносили. Некоторых выволакивали. Правда, последних, продолжающих сопротивляться было уже немного. Моё воскрешение очень помогло Черхану с наведением порядка.

После того, как матюгальники выплюнули моим голосом приказ закругляться, шум внутри восточного корпуса начал быстро стихать. Перестала грохотать падающая мебель, закончили биться окна, начали уменьшаться, а потом и вовсе исчезли языки пламени в объятой огнём части здания. Но главное — постепенно сошли на нет крики: полные ненависти, страха и боли, от которых всё замирало в груди.

А вот внизу на площади многоголосый гам только рос. Побитые бурчали, недовольные возмущались, сочувствующие галдели, наставники орали на первых вторых и третьих, солдаты перекликались с командирами, стараясь перекричать толпу. Но громче всех ревел наш генерал-комендант. Возвышавшийся утёсом в самой гуще бурлящих человеческих вод Черхан Гра безостановочно размахивал лапами, раздавая команды. Занят дядька, руководит процессом. На меня даже ни разу не посмотрел.

Но тут он был в меньшинстве. Почти каждый, выходивший из корпуса, первым делом бросал взгляд в сторону трибуны, где стояли мы с мастером-наказателем. Я отвечал им взаимностью, выискивая среди десятков парней и девчонок знакомых. Рангар, Тайре, Грай, Суры, Дасты, близняшки, Глэй, Влар… Лица у всех разной степени битости, тоху порваны, волосы растрёпаны, кое-где видна кровь. Но в большинстве своём улыбаются. По-разному правда. Кто-то с облегчением, кто-то с грустью, кто-то вымученно, кто-то с искренней радостью и только сестру фиг поймёшь — приличное расстояние и слабый свет фонарей не позволяли разглядеть все детали, но мне показалось, что ухмыляется Тайре победно, с издёвкой. Мол, смотрите, как я… Как мы-Рэ наказываем своих обидчиков. Или что там ещё у неё на уме?

А вот взгляды восточников выражали совсем другие эмоции. Злость, презрение, страх. Если кто из них и не сопереживал раньше Лиси в нашем с ней конфликте, то теперь, после устроенного моими ребятами побоища, точно не питает ко мне добрых чувств. Про ближайших сподвижников менталистки и говорить нечего. Те, кто спускался на площадь своими ногами, смотрели на меня с нескрываемой ненавистью.

Сама же мэли Сай взглядом своего по случайности выжившего врага решила не удостаивать. Впрочем, лёжа на носилках, это сделать было непросто. Королева востока и так тратила все силы на поддержание относительно гордой позы — подбородок вверх, глаза смотрят в небо, руки скрещены на груди. Но по вздрагиваниям понятно, насколько ей больно. Наверное нога сломана. Да и в целом выглядит красотка не очень секси. Отделали её знатно.

— Ладно, спускаемся, — положил руку мне на плечо Дзон Гон. — Ноги всё равно мокрые. Давай, как пришли.

Мы снова преодолели каскады фонтана вброд и присоединились к народу на площади. Жаль, сверху было отлично всё видно. Хотелось дождаться, когда выведут моего несостоявшегося убийцу и взглянуть на состояние Хиро Дэя. Как там наш амбал-двушка? Получилось ли отделать прокачанного бугая, или его шкуре теперь всё нипочём?

— Я так испугалась! Я подумала…

Зарёванное личико Фаи уткнулось мне в грудь. Тоненькие ручки сдавили бока с неожиданной для такой хрупкой малявки силой. К телу прижался комочек тёплого дрожащего счастья.

А, к чёрту!

Я подался навстречу и ответно стиснул малышку в объятиях. Представляю, что ей пришлось пережить. Сообщи мне кто о её смерти, я бы наверное ещё и не так ревел.

— Всё хорошо, моя маленькая, — прошептал я, гладя её волосы. — Я с тобой.

Но тут же взял себя в руки и мягко отстранил девушку.

— Не здесь, малышка. Не время.

Принцесса умничка всё поняла и, еле заметно кивнув, мгновенно растворилась в толпе. Свидетелей куча, но ладно. И так мои походы по вечерам в северный корпус наверняка уже ни для кого не секрет. Нас с Фаей ещё Лиси тогда в арке застукала. Пусть думают, что Рэ очередную игрушку завёл. Одну из. Нельзя давать злопыхателям повода думать, что у нас всё серьёзно. У меня слишком много врагов. С Толой проехали, но теперь для отвода глаз нужно срочно завести себе пару новых фиктивных любовниц. Или не очень фиктивных. Но это потом. Сейчас есть дела поважнее.

— Ваша живучесть сравнима только с вашей везучестью, Рэ, — обдал меня ледяным взглядом Черхан, успевший только что о чём-то пошептаться с Дзон Гоном. — Признаюсь, сейчас мне больше всего хочется вас добить. Вы только посмотрите, что устроили ваши дружки.

— Хотите на меня это всё повесить? — с вызовом спросил я.

— Я бы с радостью, мэл Рэ, — прорычал комендант. — Жаль виновник вы здесь только косвенно. Но не переживайте, мы найдём виноватых. И в этот раз наказание не ограничится баллами. Завтра головы полетят — это я вам обещаю. Шутки кончились. У нас трупы здесь! В том числе знатные трупы! Худший оборот в моей практике. И всё из-за вас.

— Да о чём вы вообще, мэл Гра?! Причём здесь я?!

Меня тоже прорвало не по детски. Едва не убили, а теперь ещё я во всём виноват. Охренеть логика!

— О том, что когда в академию приходит наследник клана подобного вашему, грызня царящая снаружи перемещается вслед за ним. Своим поведением, своим статусом, своим… Даже одним своим именем вы притягиваете к себе неприятности! Попробуйте просто учиться, мэл Рэ! При всём уважении к вашему отцу… При всех его заслугах… Как только вы дадите мне повод, я вышвырну вас за порог!

И разъярённый Черхан, отвернувшись, широкими шагами двинулся прочь.

* * *

По комнатам нас разогнали уже ближе к полуночи. Остановить побоище было лишь первым этапом. Пока слуги наводили порядок в восточном корпусе, лекари массово ставили на ноги горе-вояк. Когда западники и северяне уже давно смотрели сны, вторая половина учеников только приходила в себя. Наверх поднимались в сопровождении наставников и солдат. В коридорах на всех этажах теперь стража. Без приказа даже высовывать нос наружу нельзя. Комендант объявил временный домашний арест для всех учеников южной и восточной ветвей. Причём, часть этих самых учеников прямо с площади увели на допрос. В том числе моих брата с сестричкой.

В итоге заснул я, так и не дождавшись возвращения Рангара, да и проснувшись не обнаружил его. Или их оставили ночевать в ГУКе, или теперь я единственный Рэ в академии. Впрочем, оно вполне ожидаемо. После вчерашней тирады Черхана отчислению моих родственничков, выступивших зачинщиками побоища, удивляться не приходилось. Вот только радоваться мне такому повороту, или расстраиваться я не знал. Скорее последнее. Вряд ли данный инцидент заставит Дрейкуса отложить операцию на длительный срок. Наверняка к моему заказу просто прибавится пара новых имён, и крутись как хочешь. Спасибо тебе, Лиси Сай! Убить не смогла, зато подложила конкретную свинку: жирненькую и грязно-вонючую.

По внутренним часам и уровню освещённости за окном примерно определив время, я выглянул в коридор.

— Прошу вернуться в комнату, мэл, — мгновенно отреагировал один из стражников.

— Так завтрак же.

— Вас пригласят.

Пришлось подчиниться. Завалившись на койку, я занялся своим любимым делом. Размышлять в этом мире мне приходилось слишком долго и часто. Ну прямо великий мыслитель. Ещё бы толк с того был. Вот строишь тут планы, строишь… А потом бац — и какая-нибудь спонтанная хрень портит всё. Собирался подсунуть Граю записки и заняться Красом, а теперь сижу взаперти, и неизвестно, что будет дальше. К тому же думалось на пустой желудок хреново. Я ведь и ужин вчерашний пропустил. Все мысли хочешь не хочешь скатываются к жратве. Такой вот я раб желудка.

И слава Древу, ближе к обеду нас-таки решили покормить. По крайней мере голос из коридора призывал всех силаров выходить из комнат и отправляться в столовую. Само собой в сопровождении взрослых. Явившийся в помощь солдатам наставник уже ждал у лестницы. Выступающий сегодня нашим почётным конвоиром Бернан Тре был хмур и молчалив. Кроме приветствия никто больше от него ничего не добился. Да и с расспросами ребята особо не лезли. У всех вид зашуганный и понурый. Не сошедшие с лиц синяки, которые лекарям вчера выводить было некогда, отражали прибитое настроение учеников.

Только несколько из попавшихся мне на глаза соседей по этажу щеголяли свеженькими чистенькими мордашками. В том числе Тола и Ферц. И это понятно. С хрена ли им в драку лезть по такому радостному поводу, как убийство Рейсана Рэ? Спасибо ещё, что хотя бы не лыбятся и вообще в мою сторону не смотрят. Игнор — ты мой благодетель! Не хватало только злорадства в глазах бывшей девушки.

— Босс, с возвращением в мир живых, — похлопал меня по плечу Глэй.

— С возвращением, босс!

— Мы верили!

— Я не сомневался!

— Нашего Рея так просто не убить!

Ребята из банды обступили меня кольцом, перегородив коридор. Вчера нам пообщаться не дали, но немного остывшие за ночь эмоции всё равно оставались сильны. И хотя выражали свои чувства силары не громко и сдержано, в глазах парней и девчонок я видел искреннюю радость. Не такие уж они и уроды. Вон как кинулись за своего вожака глотки рвать. Преданность тоже серьёзная добродетель. Жалко, если окажемся по разные стороны баррикад. Ещё один плюсик к моему выбору — свалить ото всех этих разборок подальше.

В столовой на этот раз мы оказались раньше начальства. Дожидаясь Черхана Гра со товарищами я успел хорошенько закинуть дровишек в топку. Но только я решил, что завтрак в функциональном плане для меня завершён, как в зале появились отсутствующие. Причём, не только комендант, мастер-наказатель, мастер-счетовод и остальные. Рядом со взрослыми шли не ночевавшие в своих комнатах студеозы: Рангар, Тайре, Грай, Лиси Сай и ещё двое парней из восточников. Всё-таки не отчислили. По крайней мере пока.

Опачки! А где Линкин? Только сейчас я понял, что не видел Фра вчера вечером, выходящим из корпуса. Куда делся хорёк? Неужели…

— Приветствую вас, силары!

Черхан Гра не стал усаживаться на своё место, как большинство наставников, а остановился перед преподавательским столом и замер, скрестив на груди руки. Дзон Гон встал справа от него, Гайда Мох застыл слева. Официальное построение руководства форта сразу натолкнуло на недобрые мысли. Сейчас будут выносить приговор. Вон и подсудимых пока держат рядом, не отправили по ветвям.

— У меня сегодня очень грустные новости. Вас стало ещё на восемь человек меньше.

По залу прокатился вздох удивления.

— Восемь! Восемь? Как восемь? — на разные голоса зашептала толпа.

— С прискорбием сообщаю, что пятеро силаров погибли во время вчерашних беспорядков. Среди них двое знатных. Причём, оба были наследниками в своих кланах. Страшная потеря, как для академии, так и для всего яруса. Юные Фра и Дэй имели огромный потенциал. Соболезную их родным и друзьям.

Мёд мне в рот! Линкин мёртв! Клянусь Древом, я не желал его гибели! При всей своей мерзотности он был человеком. Причём, моим человеком. Он мог ещё послужить… Бля! Заткни свою грязную думалку, Рэ! Я мысленно потянулся к Рейсану. Но не словами, а импульсом гнева. Опять свои эмоции транслирует, гад.

— То, что вы видели вчера — обычная межклановая грызня. Но!

Черхан возвысил голос до уровня грома.

— Но в сотый раз повторяю: академия — часть имперской армии. А в армии любые родовые разборки жестоко караются. Запомните вы уже наконец — ваше детство закончилось! Дома можете резать глотки и избивать друг друга сколько душе угодно, но здесь никаких заговоров, никаких убийств, никакой мести. Это называется — дисциплина! И привить вам её не менее важно, чем научить вас сражаться. Кем бы вы не были дома, и кем бы вам в миру не приходился сосед по корпусу, в академии, как и на воинской службе, что придёт следом, вы просто солдаты империи Хо, и только ваш дар, ваши звания и ваши боевые заслуги могут вас отличать друг от друга. Мастер-наказатель, вам слово.

Дзон Гон кивнул распалившемуся Черхану, чья широченная грудь начала слишком быстро ходить туда-сюда под тоху, и перехватил эстафету:

— Расследование вчерашнего инцидента привело к установлению следующих фактов. Во-первых, на занятиях по Технике боя, имела место попытка убийства силара группой лиц по предварительному сговору. К счастью завершившаяся неудачей. Покушение на Рейсана Рэ организовала ученица с восточной ветви — Лиси Сай. Вина оной мэли подтверждена непосредственными исполнителями: Кало Джейем и Райлем Сэхо. Ещё один участник данного преступления — Хиро Дэй погиб во время беспорядков. Руководством форта было принято решение отчислить из академии всех троих поименованных силаров. Далее ими будут заниматься законники.

Пять плюс три, равно восемь. Я хоть до сих пор и прибывал под впечатлением от известия о смерти Линкина, а сразу всё понял. Рангара с Тайре не тронули, выгоняют только восточников. Как удачно-то получилось! Несмотря на трагичность ситуации, я почувствовал радость и облегчение. Кстати, Хиро мне было ни капли не жалко. Склеил ласты — и поделом. Ещё одним врагом меньше. Черствеешь, Сашка. Черствеешь.

— Во-вторых, — тем временем продолжал Дзон Гон, — Нами установлен зачинщик случившихся после ужина беспорядков. На так называемый поход за правосудием своих товарищей подбил покойный ныне мэл Фра. Проступок крайне серьёзный, но собственная смерть избавила главного инициатора массовой драки от наказания. Тем не менее южная ветвь, подавляющая часть силаров которой откликнулись на призыв Линкина Фра, также понесёт наказание. От отчислений некоторых участников данного побоища нас удержал лишь факт не применения мстителями оружия и боевых видов дара. Напротив, отдельные силары южан были вынуждены останавливать своих противников, взявших в руки клевцы. Более того, со стороны востока имел место случай атаки огненным шаром, в следствие которой погиб ученик. Ну а действия покойного мэла Дэя, убившего с помощью силы не только Линкина Фра, но и ещё двоих, пытавшихся его остановить силаров, бросают тень на весь его клан. Это уже за гранью понятий чести и совести. Мы решили не применять никаких санкций по отношению к сразившему преступника Граю безродному. Но южная ветвь… — мастер-наказатель взял паузу, — лишается всех набранных баллов, что общих, что личных.

Зал дружно охнул. Но интонации разные. У наших, если не считать друзей Ферца, пострадавших за компанию, явное облегчение. Подумаешь баллы! Учебный год не так давно начался — можно и наверстать. У восточников разочарование — ждали более сурового приговора. Всё-таки это мы на них напали, а спровоцировавших атаку всего несколько человек на всю ветвь. Вот она круговая порука. Нечего было своей сучке-Сай власть вручать. У остальных, выступавших в конфликте сторонними наблюдателями, в основном удивление. Наверняка, многие надеялись, что хотя бы младших Рэ пнут под зад.

Кстати, как там мои брат с сестрой? Я незаметно перевёл взгляд на Тайре. Та улыбалась. И не просто довольно — хитро. Вид победителя, добившегося всего, что хотел. Перед глазами сразу встало её вчерашнее лицо, с той зловещей ухмылкой, что так меня удивила. Фра, говорите, зачинщик? Уверены?

И тут я всё понял!

Стремительно перегнулся через стол и пальцем поманил сестру.

— Уверена, что от мёртвого Линкина нам больше пользы?

— О чём ты, брат?! — изобразила она удивление.

Но, то ли Тайре специально вложила в отрицание выдающий её полутон, то ли я, наконец, научился читать свою сучку-сестрёнку, а после короткого вопроса, что стал для меня ответом, сомнений у меня не осталось. Вчерашнее побоище, кроме явных задач: отомстить и защитить авторитет клана Рэ, затевалось ещё с одной целью — незаметной для других, но очевидной для меня.

Моя хитрая и злопамятная сестричка убрала чужими руками единственного свидетеля своего позора, не входившего в клан. Подставил я беднягу-хорька тем приказом… Конкретно подставил. Ещё один труп в копилочку протухающей совести. Не первый, но чувствую далеко не последний. Я Пожиратель — и этим всё сказано. Похоже, легенды не врут — своей тупостью я реально похерю их мир.

Глава четырнадцатая — Под новым углом

В этот раз я даже не стал удивляться отсутствию каких-либо траурных церемоний. Что после первого прорыва сектов, что после отражения нашествия роя, всё ограничилось речью Черхана. Ни пышных похорон, ни торжественной передачи тел родственникам, ни поминальных застолий. В этом мире смерть была слишком обыденным событием, и погребение, как и другие схожие ритуалы, отсутствовало, как вид.

С уходом духа бренная оболочка воспринималась местными, как кусок мяса, и в случае с простыми людьми труп почившего превращался в еду для всеядных личинок, умудрявшихся переварить даже кости. Выражение: «кусий корм» здесь не являлось иносказательным, как я считал раньше. Безотходное производство, замкнутый цикл. Человек всю жизнь ест жуков, чтобы в итоге накормить их собой. Грустная правда жизни. Впрочем, грустная исключительно для меня. Местных данная традиция не смущала.

Правда, этот круговорот мяса в природе касался только обычных людей. Тела силаров сжигали, а пепел закапывали, как удобрение, на ветвях и корнях, якобы возвращая тем самым позаимствованную энергию обратно великому Древу. Роль похоронщиков брали на себя огневики. Магическое пламя справлялось с работой не хуже напалма — быстро, надёжно и никакого расхода дров. В нашем форте, как и на любом другом стационарном военном объекте, имелся свой крематорий — маленькая, забранная в камень комната с вытяжкой и без окон. Один единственный огненный шар — и через несколько минут можно собирать пепел.

Хорошо, что братья-Дасты вчера ещё до прихода на помощь Термино Фа, когда на третьем этаже одарённый простак жахнул магией, оказались поблизости и предпочли продолжению драки пожаротушение. Случись иначе, и пепел биологического происхождения засыпал бы половину восточного корпуса. Этот момент Черхан в своей речи, как и Дзон Гон опустил, но вмешательство водников однозначно пошло в зачёт, при определения нашего наказания.

Об этом я узнал во время последовавших за завтрако-обедом посиделок у Суров. Традиции традициями, а помянуть Линкина, не водкой, так словом требовалось. Как-никак Фра погиб, защищая авторитет моего клана, пусть даже это и официальная версия. Так-то я был уверен, что роль заводилы хорёк вчера на себя взял исключительно по настоятельной просьбе Тайре. Сестра, кстати, согласно кивавшая слушая мою короткую речь, по итогу добавила пару слов о старшем из младших братьев Линкина, что по её мнению справится с ролью будущего главы клана Фра не хуже почившего наследника. Вроде бы и без наезда сказала, а мне в память врезалось. Получается, потеря хорька в стратегическом плане совсем не важна для нас-Рэ. И всё-то у Тайрочки моей учтено, всё продумано.

Дольше необходимого в компании «любимой» сестрички мне находиться претило. Сочтя свою миссию похоронного оратора выполненной, я откланялся, сославшись на головную боль, являвшуюся следствием вчерашней травмы. Рангар на удивление тут же вызвался отправиться со мной в нашу комнату, дабы присмотреть за хворающим старшим братом и поухаживать за мной при нужде.

— Давай рассказывай что ли, как оно было, — забравшись на койку, велел я Рангару, когда тот закрыл дверь изнутри.

— Что оно, старший брат? — насторожился он. — Я и сам не всё видел.

— Ну так хотя бы, что видел рассказывай. С самой арены. С чего вообще взяли, что я погиб?

— Так череп он тебе проломил, — потупив взгляд, сообщил Рангар. — На лбу кости вовнутрь вмялись, из глаз кровь пошла. С такими ранами не живут.

Пипец! Представив картинку, я мысленно вздрогнул. Интересно, повезло просто, или мне, как Пожирателю, ещё и повышенная живучесть положена?

— Наставники тебя сразу на носилки — и бегом к выходу, — приняв мое молчание, за приказ продолжать, пошёл дальше брат. — Лекарши рядом трусят. Вигел, правда, сразу вернулся. Как раз к моменту, когда воздушник наш своему однадарцу из восточников предъявлять начал. Мастер Кио этого куса Райлема за грудки сцапал и к центральному столбу прижал. Тот в пять секунд раскололся.

Про дальнейшее я уже кое-что знал, но не затыкать же говорливого братца? Время от времени уточняя детали и задавая вопросы, я выслушал рассказ Рангара о событиях вчерашнего вечера. Неслабую они тут войнушку устроили. Не прикажи изначально Тайре оставить клевцы дома, мясо бы получилось конкретное. Да и дар не использовать, тоже воля её. Мстя-мстёю, а последствия сестричка себе хорошо представляла. Ещё один плюсик к теории устранения Линкина.

Кстати, Фра она пустила впереди всех не только, чтобы роль главного заводилы на него скинуть. Хорёк первым угодил под каток по имени Хиро Дэй, который озверел и попёр крушить всех по-взрослому, когда увидел, что вытянутую из комнаты в коридор Лиси Сай мутузят толпой. Ну как толпой? Тайре с близняшками упражнялись в красивых ударах, а остальные подбадривали.

Рангар сказал, что, халкуя, чувак в две секунды угробил троих пацанов, включая Линкина, которого Тайре как раз и отправила разобраться с физиком. Тупо поразбивал головы о стены. Хорёк даже молнией влупить не успел. Если бы не Грай, что с половиной своих простаков также находился на этаже, трупов было бы значительно больше. Как выразился брат, дикий этого быха мгновенно приштырил. На шурсе пробежал по стене, над головами забивших коридор ребят и всадил Дэю в глаз припасённую на всякий случай заточку. Какой-то длинный и тонкий штырёк, вроде гвоздя-сотки. В рукаве тоху прятал. Опасный всё же чувак наш Граюшка. Самый опасный в форте, если не считать Тайре.

«Рейсан, как думаешь, твоя сестра подставила Линкина, или просто совпадение?» — решил я мысленно воззвать к «сожителю». А что, он свою двойняшку не любит. Вон как радовался, когда я её раком загнул.

«Всё верно, пожиратель.», — мгновенно откликнулся Рэ, «Убила чужими руками. Она это любит.»

«Спасибо. Помог.», — бросил я, собираясь отключить связь. Но Рейсан, видимо догадавшийся, что я так прощаюсь, тут же зачастил в голове:

«Подожди, Пожиратель! Подожди! Скажи, в чём моя вина? За что болью наказывал? Я же ничего не делал, даже не говорил ничего в тот момент.»

Опа! Это о чём он вообще? Какая-такая боль? Чему там вообще болеть у него, у сознания в чистом виде?

Стоп! Кажется я понял — это он про мой импульс гнева, что я в него кинул, когда Рейсан слишком навязчиво принялся размышлять о полезности Фра. Зашибись! Я его теперь наказывать могу! Сразу же захотелось «приласкать» своего встроенного соседа по полной программе. Но вместо этого я мысленно сообщил:

«Громко думаешь. Отвлекаешь. Старайся держать свои эмоции под контролем.»

«А… Я постараюсь. Не надо больше так бить. Просто скажи, если…»

«Говорить долго.», — перебил я и разорвал связь. Пусть думает, что я сука бездушная. Ну а что? Пожиратель же.

— Получается Дикий нам сильно помог…

А эта задумчиво произнесённая фраза предназначалась уже Рангару.

— Ага, старший брат, очень сильно. Он и простачьё с верхних этажей помог против востока поднять. Линкин глотку рвал, руками махал, ногами топал, а этот сказал тихо, и всё — дело сделано. Он там у них за хозяина. Лучше любого знатного с простотой управляется.

— Надо ему спасибо сказать, — протянул я. — Рэ ценят преданность. Дикий заслужил.

— Ага, ага, — закивал Рангар. — Сейчас я его приведу.

Похоже, старые обиды забыты. Братец уже не катит бочку на Грая. Хотя, возможно просто допёр, что с земляным связываться себе дороже.

— Э нет, — начал я подниматься с кровати. — Тут случай особый. Сам схожу. Пусть будет сюрпризом. Жди здесь.

* * *

Встреченные в коридоре на этаже Грая парни и девушки, завидев меня, сразу кланялись. Раньше вроде бы меньше почтения было. Однозначно вчерашняя вакханалия пошла на пользу авторитету Рэ. Подойдя к комнате дикого, без стука дёрнул дверную ручку. Закрыто. Пару раз пнул ногой. Не слишком вежливый стук, но по-другому мы барчуки не умеем.

— Идите в корни! — напутствовал из-за двери Грай хриплым голосом.

— Ты чё, дикий, ветки попутал?! — возмутился я с примесью удивления. — Открывай давай.

— А, это ты. Сейчас. Подожди немного.

Внутри раздались звуки какой-то возни: шуршание, быстрые шепотки. Пару раз громко скрипнула койка. Потом снова шёпот. И вот, наконец, шлепки босых ног по полу сменились временной тишиной. Ещё пара секунд — и Грай открыл дверь.

— Рад видеть живым и здоровым, знатный. Заходи.

Я шагнул внутрь. Так вот оно что! Слева от входа, скромно улыбаясь, жались к стеночки две девчонки: одна в голубом, другая в салатном тоху. Сразу две, Карл! И симпатичные. Очень даже. А Грай-то не промах!

— Девушки как раз уходят, — кивнул им на дверь дикий. — За этим заходили… За мылом. Ага.

Я проводил взглядом выскользнувших в коридор симпатяжек и улыбнулся закрывшему за ними дверь Граю.

— У меня, если что, тоже мыла полно. Закончится, отправляй ко мне.

— Да не вопрос, — ответно осклабился дикий, — У меня тут в очереди дюжина мыльниц. Могу организовать хоть сейчас.

— Ладно, ладно, я пошутил, — поспешил я отказаться от предложения, пока деловой настрой окончательно не сошёл на нет. — У меня там своих хватает. Я к тебе заглянул спасибо сказать. Очень помог вчера моим с местью. Я у тебя в долгу.

Грай, оторвавшийся на время моей речи от застилания кровати, с серьёзным лицом кивнул пару раз и, завершив начатое, пригласил жестом присаживаться.

— Мы с тобой вроде как почти друзья, знатный, а за своих даже почти друзей я рву глотки, — сообщил дикий, когда мы, как и во время моего прошлого визита сюда, расположились на койках напротив друг друга. — Да и помочь свалить отсюда ты мне обещал. Где я найду ещё одного покровителя твоего уровня? Давай поаккуратнее уже. Мне ты нужен живым, Рейсан Рэ.

— Не поверишь, но себе я нужен таким не меньше.

Мне нравилась прямота земляного. Эмоции эмоциями, но практические соображения на первом месте. Я ему нужен, как и он мне. Вернее, он мне нужен гораздо сильнее, но об этом распространяться не стоит.

— Но знаешь, вчера я сказал «да» твоему громобою и повёл своих людей бить восточникам рожи… Это было в последний раз. Теперь только, если ты позовёшь лично. Передай своим, что дикий подчиняется только Рейсану и больше никому.

— Линкин был слишком дерзок? — прищурился я. — Больше этого не повторится. Ты знаешь.

— Да нет, — отмахнулся Грай. — Мальчишка был глуп, плохо кончил, но дело не в этом. Твоя сестра. Без тебя заправляет она, а у меня к ней доверия нет. Ты знаешь… — дикий наклонился ближе и понизил голос, — Она вашего Фра специально загнала под физика. И повесила на пацана всех муров. И своего добилась, и сухой из росы вышла. Ты там приглядывай за ней. Как бы тебе самому не начала дорогу переходить.

— Приглядываю, — серьёзно подтвердил я, удивляясь проницательности дикого. — Ты прав, она слила Фра, воспользовавшись моментом. Там были кое-какие счёты.

— Накажешь?

— Не на публику.

— То само собой.

— Слушай, а чем ты того физика заколол? — решил я перевести тему.

— Шилом, — пожал плечами Грай. — У меня всегда при себе.

— Ого! И не отобрали? — удивился я.

— Почему же? Отобрали конечно. Просто у меня ещё есть.

— Покажи!

— Да пожалуйста.

Неуловимым движением фокусника дикий достал из рукава тоху узкую железку двадцати сантиметров в длину. Вот ведь маньячела — даже трахается, не убирая заточку.

— На, — протянул он мне мини-оружие.

Тяжёленькая, грамм сто точно есть. И правда похожа на гвоздь, но не круглый, а с ромбовидным сечением. С одной стороны плоская шляпка-упор, с другой острие. Не шило. Скорее чудной ножик без ручки. Повертел в руках и вернул хозяину.

— На шурсе и палец оружие.

— Палец короткий, — со знанием дела парировал Грай.

— Зато их на каждой руке по пять штук, — попробовал я отшутиться.

— Ты страшный человек, знатный. Разрываешь врагов голыми руками. Сколопендра не даст соврать.

Мы дружно посмеялись, потом отпустили ещё по паре острот, затем разговор сам собой ушёл от серьёзных тем. Поболтали о том, о сём, обсудили некоторых общих знакомых, поделились взглядами на будущее обучение и наши перспективы. Несмотря на грубые манеры, Грай был приятным собеседником. Лишь через полчаса я спохватился, что слишком долго торчу в гостях у простака, к которому заглянул сказать спасибо.

— Ладно, почти друг, пойду я пожалуй.

Поднялся с кровати и похлопал так же вставшего дикого по плечу.

— Давай-давай, знатный. Скоро жрать позовут, а мне ещё тех мыльниц надо домылить успеть.

— А после еды что, никак? — хохотнул я.

— А после еды у меня с одной западной стрелка забита.

— Обалдеть, — покачал я головой. — Не много на один день? Куда торопишься?

— Жить тороплюсь, — показал ровные и на удивление почти белые зубы Грай. — Все ходим под Древом. Вдруг завтра помирать, а я ещё не натрахался?

Факер-террорист с философским уклоном. Я широко улыбался. Чёрт возьми, мне нравится его позиция! Крайне жизнеутверждающая. Почему я об этом не думал? Сам ведь по минному полю хожу. Нехрен откладывать на потом, то что можно сделать сейчас.

— Ладно, увидимся на ужине.

Только что явившееся откровение уже гнало меня вниз. Пошло всё в задницу! Сейчас я постучусь в одну дверь…

— Подожди! Чуть не забыл, — остановился я, не дойдя до двери пол шага. — Я тут кое-чего из одной книжки выписал. Хочу, чтобы ты прочитал и запомнил. Вдруг, пригодится.

Вытащил из кармана записки — собственно за этим я сюда в первую очередь и приходил — и передал Граю. Тот принял, повертел в руках, слава Древу, не пытаясь тут же развернуть и прочесть, потряс вверх-вниз, как бы взвешивая, и со странным выражением лица переспросил:

— Что-то важное? Срочно?

— Да нет, не особо, — сообщил я Рейсану у себя в голове. — Прочитаешь, как сможешь. Только другим не показывай.

— Хорошо, — кивнул дикий. — Как смогу прочитаю. Увидимся, знатный. Следи за здоровьем.

* * *

В дверь комнаты сестры я уже стучал тихо и не ногами.

— А Тайре спит, — сообщила одна из близняшек, выглянувшая узнать, кто пришёл. — Их же всю ночь промурыжили.

— И пусть спит дальше. Я к вам. После вчерашней трёпки, всё тело болит. Массаж нужен.

— О! — обрадовалась девчонка, — Это легко, босс. Тебе в две руки, или лучше в четыре?

— В четыре, конечно. Жду вас у себя.

Красотка согласно кивнула и тихонько прикрыв дверь, скрылась в комнате. Вот и всё, Сашка — обратной дороги нет. Живём, как в последний день. Да и от Фаи угрозу отведу таким образом. Вот бы ещё кочи немного принять для храбрости. Хотя и без неё облажаться не должен. С близняшками Тре, что у Рейсана, что у меня в первый раз. Сравнить с оригиналом не смогут.

Рангар тоже спал. Ну что за слабаки мои родственнички? Грая ночью вон точно так же допрашивали, а он огурец-огурцом. Придётся тренировать выносливость кузена против его воли.

— Подъём, братишка.

— А, да, Рейсан… Ты вернулся. На ужин что ли пора?

— Какой ужин? Аппетит сначала нужно нагулять. Шуруй на свежий воздух.

— Э… — затупил спросонья Рангар. — Сходить погулять?

— Именно, именно, братец, — подтолкнул я его к двери. — Ко мне сейчас гости придут. Четвёртый в таких делах лишний.

— А… Ну так бы сразу и сказал, — немного обиженно промычал Рангар и, зевнув напоследок, покинул комнату.

Впрочем, одиночеством я наслаждался недолго. Всего минуту спустя в дверь нежно поскреблись. На пороге стояли мои стилисты-массажисты в одинаковых коричневых тоху. Губки подведены красным, светлые волосы собраны в высокие хвостики, голубые глазки светятся неподдельным интересом.

— Раздевайтесь, босс.

Ух ты! Хотят поиграть. Прозвучало, как: «раздевайтесь, больной». Так-то они ко мне на ты обращаются.

— До трусов хватит? — с удовольствием принял правила я. Притворяются, что не понимают, для чего их позвал. Ну так я тоже тогда притворюсь, что мне нужен просто массаж.

— У нас тут учебное заведение, мэл Рэ, а не дом удовольствий. Ложитесь.

Убрав с пустующей кровати подушку, я опустился на неё животом вниз, подложив скрещенные руки под подбородок. Без тоху и без носков, но в трусах.

— Вам расслабл@ющий с маслом, или силовой укрепляющий?

— Мне ветку сакуры и шоколадное обёртывание на сдачу.

— Чего?

— Расслабл@ющий, конечно. За укреплением я бы к Сурам пошёл.

Отчего-то лёгкий мандраж, что я ощущал всего пару минут назад, с приходом девчонок сменился игривым азартом. Интересно, попробуют меня возбудить, как в тот раз, или пуганные и больше без прямого приказа совращать не отважатся? А вдруг и с приказом не станут? Может, я себе напридумывал то, чего нет?

— К Сурам за массажем? Ну и вкусы у тебя… Ой!

Прыснувшая над собственной шуткой близняшка поняла, что ляпнула лишнее.

— Лекари помогут избавиться от боли и не более того, — пришла ей на помощь сестра. — Мы же доставим удовольствие. Руки физиков способны не только рвать и ломать.

И упомянутые руки вслед за густой струйкой масла опустились мне на спину. Массаж начался, и мне тут же стало не до разговоров. Мёд мне в рот! Да я тут и без всякого секса взлечу на небеса. Бабуля! Не к тем ты меня специалистам водила. Антицеллюлитный, поясничного отдела, воротниковой — мать его — зоны. Да разве это массажи? Сплошное издевательство над организмом — ни толку, ни кайфа. Один плюс, что бесплатно, по какой-то там программе для жирных малоимущих сирот.

Плечи, лопатки — и вниз до самого основания задницы. С левого края трудится Соль, с правого Айла. Или наоборот. Хрен из однояйковых разберешь, да и не смотрю я — уткнулся в простыню рожей и ловлю дзен.

Тактично перемахнули прикрытое трусами пространство и принялись за ноги. Каждой сестричке по нижней конечности. Спустились до пяток и пошли снова вверх. Что за пальцы! Что за ладони!

— Переворачивайтесь на спину.

Я ждал этого момента. И Санёк младший ждал. Чего уж стесняться? У труселей кров свободный — палатка торчит будь здоров. И как такое массажировать будете?

Легко. Любой, кто когда-либо смотрел в интернете на постановочные сеансы массажа, заканчивающиеся сценой двадцать пять плюс, без проблем смоделирует дальнейшее развитие событий. Под шуточки и смешки мои трусы убежали к лодыжкам, и скользкие от масла ладошки близняшек переметнулись на новый объект. Дальше на помощь рукам пришли губы…

И через час, когда сёстры Тре покинули мою комнату, я уже знал о себе и организме Рейсана много нового. Оказывается, промежутки между оргазмом и готовностью к следующему заходу чертовски малы. Оказывается, таких циклов в короткое время возможно уместить аж четыре. Оказывается, в душ три человека одновременно помещаются без всяких проблем. Оказывается, мои теоретические познания в сексе прекрасно переходят в практическую область.

Да что уж там. Оказывается, я в этом деле силён, и даже шурс, если грамотно применить дар, в сексе вовсе не лишний.

Ещё раз спасибо тебе, друг Грай. Открыл глаза. Помог взглянуть на вопрос под другим углом. На ужине я думал не об учёбе, не о сестре, не о заговоре и даже не о Соль с Айлой.

Гулять так гулять! Крас подождёт, Тайре тоже. Фая поймёт и простит. Я почувствовал запах крови, познал вкус сладких мужских побед. Сегодня я из инертной человеческой особи превратился в самца. А потому доедаю и…

Топаю в книгохранилище. Да-да, мэла Саса Кай-Мути, тебя я тоже намерен поиметь этим вечером.

Глава пятнадцатая — Шесть лучших дней

Увы, но в виду отмененных сегодня занятий книгохранилище тоже оказалось закрыто. Пришлось отложить визит к библиотекарше на неопределённый срок и вместо этого поваляться в кровати, дожидаясь отбоя. Лежал и думал: идти сегодня на встречу с Фаей, или перенести заодно и её. И, если идти, то рассказывать ли про тройничёк с сёстрами Тре?

В итоге решил, что после случившегося принцесса наверняка будет ждать, и заставлять её переживать некрасиво. Да и замалчивать свои подвиги… Слухи всё равно ведь дойдут. Пусть лучше узнает от меня, чем из сводок сарафанного информ. бюро.

Но вскоре выяснилось, что боялся я зря. Может, для этого мира такие девчонки не редкость, но у нас бы любой мужик мечтал о такой жене, как моя малышка. Фая восприняла новость не просто спокойно, а с довольной улыбкой.

— Приглашай их почаще. Говорят, для мужского здоровья полезно сбрасывать семя два-три раза в день.

— Для физического здоровья не знаю, но для психики оно хорошо точно, — поспешил поддержать я настрой собеседницы.

Относится к сексу, как к техническому процессу, так и не будем разубеждать мелкую. Может, не доросла ещё, чтобы смотреть на постельные утехи иначе. А, может, благородным девицам на первом ярусе прививают именно такой взгляд на вещи. Я только за. Да и права она, если разобраться. Разделять секс и любовь можно и нужно. В старину вон правители разной степени важности преспокойно совмещали наличие супруги с гаремом наложниц, и ничего. Чем я, будущий глава клана Рэ, хуже тех султанят?

Стопе, Сашка. Во, как тебя понесло. Условную корону Дрейкуса примерять начал. Побег и слив папеньки исключают карьерную лестницу в фамильных пенатах. И про Фаю в качестве жёнушки можешь тоже забыть. Твоя задача: её защитить, самому не скопытиться, а дальше у каждого свой путь в этом мире. Причём, твой в идеале короткий. Ведь возможность вернуться домой наверняка есть. Её не может не быть, иначе что это за галимое попаданство?

— А что с психикой? — подняла одну бровь Фая. — Силаров, что хотели тебя убить, убрали из академии. Чего теперь-то переживать?

— Ты слишком хорошо обо мне думаешь, — рассмеялся я. — Мои враги не ограничиваются той шайкой восточников. Но боюсь я не за себя. Они ведь могут попытаться навредить тебе, чтобы сделать мне больно. После наших обнимашек на площади, уже ни для кого не секрет, что ты мне небезразлична. Вот на счёт чего у меня болит голова.

— И всего-то? — растянулись в улыбке пухлые губки малышки. — Ты же сам говорил, что с близняшками замутил, чтобы в том числе от меня внимание отвести. Так в чём проблема? Заведи себе ещё нескольких подружек-любовниц. Тебе каждая вторая не откажет. То есть две из трёх. То есть… Древо! Я хочу посмотреть на силарку, которая пошлёт тебя в мох. Найдётся такая, покажи.

— Тола считается?

— Иди ты! — захохотала принцесса. — Разве что она. За её подружек уже не поручусь. Развлекайся, Рей. Устрой конкурс.

Эх, принцесса, принцесса… Знала бы ты обо всех моих головных болях. Нет у меня времени на бикини-конкурсы, порно-кастинги и прочие пикап-челенджи. Час икс близится, а мне ещё столько всего нужно успеть. Пока нахожусь в академии хотелось бы выжать из учёбы максимум пользы. Но всё равно приятно, когда о тебе так заботятся. Того и гладишь, сама начнёт кандидаток в подружки подыскивать. Не удивительно, что засыпал я в хорошем настроении. Проблем выше крыши, но по крайней мере одна — отношения с Фаей — меня перестала тревожить. Малышка поддержит меня в чём угодно. Похоже, и правда, влюбилась.

* * *

Трудовой день начал бодро. На физре измотал себя сверх обычного. У Драма Бора на Основах возвышения по-настоящему старался слиться в медитации с Древом, что якобы открывало впитывающие ману каналы пошире. Не преуспел в этом сомнительном деле, и ладно. Зато мир с самим собой не нарушил. Решил учиться прилежно — учусь.

Обед затолкал в себя за пять минут и свалил из столовой. Мои уже начали привыкать, что босс постоянно куда-то бежит, постоянно торопится. За пол дня из меня два десятка слов еле вытянули, и то если на всех поделить. Некогда мне болтать ни о чём. Меня знания ждут. Ну и секс, как приятное к ним дополнение.

Библиотекарша сияла счастливой улыбкой и примитивной местной косметикой. Вон, какой я молодец — сам того не желая, заставил женщину следить за собой. Раньше невзрачная серая мышь, нынче яркая аппетитная дама. Одежда, осанка, выражение лица — всё поменялось. На новую Сасу Кай-Мути смотреть было одно удовольствие. Тут уже и никаких домогательств не надо, ученики сами начнут похотливые взгляды бросать. Я не исключение.

— Шикарно выглядишь, Саса.

— Ой, Рейсан! — довольно прищурилась женщина. — Не смущай меня так. Я ведь могу и неверно истолковать комплимент.

— Неверно? Это как? — пошёл я с ходу в атаку. — Я парень прямой. Что на уме, то и на языке. Хочу сказать красивой женщине, что она красива и говорю. Или тебе нужны визуальные доказательства моей искренности?

Подохренела, да? Считай это местью за моё смущение в прошлый раз. Перед тобой уже не тот стеснительный мальчик. Сейчас сам буду тебя совращать.

— Ой! — только и смогла она выдавить из себя. Но замешательство длилось не долго. — Не откажусь взглянуть.

— Вот, пожалуйста, — сделал я два шага назад от высокого стола, что закрывал обзор Сасе. — Самая честная часть любого силара-мужчины. На твёрдость проверять будешь?

— Буду! — взволнованно выдохнула библиотекарша, поднимаясь со стула. — Наверху никого. Глянь, никто не идёт?

— Чисто, — сообщил я, закрывая входную дверь. — Как замкнуть?

— Никак. Замок только наружный. Но ты не переживай, в это время никто не заходит. Можем подняться наверх.

Удивительно, но весь первый этаж здания занимал склад одежды. Причём, вход в него был с обратной стороны от дверей, ведущих в книгохранилище. Я давно уже обратил внимание на это странное решение архитекторов. По сути библиотекарша ютилась в маленьком холле, имевшим лишь пару функций: вмещать её массивный стол-стойку и предоставлять доступ к лестнице, ведущей непосредственно к книгам.

— Наверх, так наверх.

Я галантно пропустил даму вперёд, но уже на середине пролёта не выдержал и положил руку на покачивающуюся передо мной мясистую ягодицу. Не, а чё у них тут платья в обтяжку? Саса не отстранилась. До второго этаж так и дошли паровозиком. Первый же стол стал концом пути — долго не думая, прижал к нему библиотекаршу грудью, задрал подол и стянул вниз ажурные трусики.

Мёд мне в рот! Вот это вид сзади! Ныряю!

Дальше стало уже не до мыслей. Бурный и, что главное, шумный половой акт увлёк нас всецело. Не знаю, сколько раз кончила Саса, но я первый быстрый заход, не вынимая, сменил вторым медленным, но не менее жарким. Сестрички Тре хороши, но взрослая женщина, изголодавшаяся по мужской ласке, в плане страсти заткнула Соль с Айлой за пояс. В какой-то момент я даже забыл, зачем я сюда на самом деле пришёл. Но нет. Дело прежде всего!

— Я возьму книгу, — пропыхтел ей на ухо между толчками.

— Хоть все перечитай, — простонала она в ответ.

— На совсем возьму. Унесу.

— Нельзя…

— Можно!

— Меня… Ах… Накажут.

— Мне прекратить?

— Нет!

— Возьму книгу?

— Бери! Ах! Ах…

Мелькнувшие за перилами круглые глаза Махавая только подлили масла в огонь. Бедняга. Так он вообще перестанет в библиотеку ходить. Я ускорился.

— Хорошая девочка. Давай! Давай! Ещё!

Из книгохранилища я уходил, пряча под тоху Историю империи Хо. У меня мало времени, и знания я с собой унесу все, что успею освоить. Акция: два в одном — пользуя Сасу Кай-Мути, заодно воспользуюсь и её служебным положением. Совмещу приятное с полезным, так сказать. А вот встречи по вечерам с Фаей придётся, наоборот, ограничить. Выводим на первый план чтение. Оно мне сейчас важнее.

* * *

На боёвке снова пришёл наш черёд выходить против севера. После случая с Толой Яхо Гор со мной перестал здороваться даже кивком, и погром, учинённый моими бойцами в корпусе восточников, возврату уважения лысого поспособствовал мало. Тем не менее он не стал кривить рожу, когда наставник разбивал всех по парам и свёл нас, как прежде.

Первым делом я просканировал здоровяка. Слава Древу — всё та же восьмёрка. Хватит с меня физиков-второступков. Один уже едва в «лучший мир» не отправил. В этот раз я решил не щадить спарринг-партнёра, и опробовать на Горе — благо гурша он крепкая — один новый приём из репертуара жулика-шурсера. Как не хотелось мне подружиться с северянином, а, видимо, не судьба. Свалю из форта, и разойдутся наши дорожки. Ни времени, ни смысла теперь нет пытаться расположить его к себе. Да и лучше оно для Яхо — держаться от отступника-Рэ подальше. Так что сжигаем мосты без зазрения совести.

В чём была моя основная проблема в предыдущих схватках с непробиваемым жлобом-физиком? В невозможности нанести сопернику ощутимый урон. Превращать кулак в камень нельзя — это сразу заметят. А без этого моя скорость при ударе опаснее для себя самого, чем для этого мышечного амбала. Кости себе могу переломать влёгкую.

В чём решение? Да всё в том же читерском шурсе. Нужно просто не отрубать его раньше времени. Я ведь как распределял ускорение в схватке? Строго дозировал впрысками. Что при манёврах, что при ударах подключал дар только импульсно, исключительно для разгона. А ведь режим шурса не только делает моё тело быстрее. Прочность тоже в комплекте. Даже, не двигаясь, при активированной способности я делаюсь крепче. Достаточно не отрубать шурс до столкновения кулака, ноги, локтя, колена — нужное подчеркнуть — с телом противника, и мои кости и сухожилия выдержат эту нагрузку. Да, расход ресурса так значительно выше, но и результат по идее будет совсем другим.

Но это в теории, а на практике лучше бы мне было опробовать новую схему на ком-то послабее Яхо. Эта мысль пришла в голову одновременно с командой Вигела Кио к началу боя. Гор, не медля, рванул в атаку, и мне тут же стало не до рассуждений. Первые двадцать секунд я был занят исключительно уворотами и уходами. Всё-таки северянин — самый сильный противник из всех, с кем мне пока приходилось драться. Только приноровившись к его манере боя и войдя в ритм, я смог отыскать нужный миг, чтобы попробовать фокус с чуть более длительным впрыском своего чудо допинга.

Удар с левой в челюсть отозвался весьма ощутимой болью, но и Яхо прилично тряхнуло. Голова физика откинулась назад, сам же северянин едва удержался на ногах. Мути нет в глазах, не поплыл, но удивление во взгляде бальзамом на душу. Через несколько секунд пляски вокруг да около провёл прямой с правой. Кости снова выдержали — и его, и что важнее мои.

На этот раз Гор попятился. Атакующие броски мигом сменились защитными стойками и осторожностью, какой за ним раньше в поединках со мной не водилось. Но с тактикой он просчитался. Давать мне-шурсильщику пространство и время — ошибка, за которую я принялся наказывать здоровяка стремительными проникающими уколами. Трижды в корпус, два раза в лицо и после короткой паузы на подзарядку контрольная серия: ухо, нос, рёбра, челюсть.

Яхо Гор падал медленно. Даже с отключенным ускорением я успел нагнать заваливающиеся набок тело и на всякий случай вывернуть временно обмякшую руку под болевой захват. Предосторожность оказалась не лишней. При ударе об опилки физик пришёл в сознание и тут же попытался подняться. Неа. Лежи, друг. Хватит с тебя.

Наставник, наблюдавший в том числе и за нашим поединком, имел то же мнение. Бой тут же остановили, и я быстро слез с поверженного противника.

— Потяжелел у тебя удар, Рэ.

Прогресс на лицо — Гор удостоил меня первой короткой репликой. Завтра надо будет повторить.

И мы повторили. Новая техника оправдала себя в полной мере. Теперь медлительные — естественно в сравнении только со мной — ребята вроде Яхо мне не страшны на боёвке. Чуть более длительные рывки на шурсе не палятся, да и природной скорости тренированного тела Рейсана мне хватало в большинстве случаев. Постепенно я начал подключать дар только в самом конце движения. Просто победить Гора не сложно. Нужно ведь и для себя пользу выжать из спарринга. И я выжимал. Пару бы недель — и уверен, я бы смог одолеть его и без всякого шурса. Буз нокаутов и нокдаунов, но не суть. В реальном бою я спокойно уделаю без оружия любого физика первой ступени. Да и второй скорее всего тоже. Всё-таки нам-бронебоям достался самый охренительный дар. Тут грех жаловаться.

* * *

После побоища в восточном корпусе жизнь форта наконец повернула в спокойное русло. Ни каких-то серьёзных конфликтов, ни козней сестры, ни внезапных прорывов сектов. Учёба, тренировки, еда, сон и секс. Следуя совету малышки, я почти каждый вечер баловал себя расслабл@ющим массажем в четыре руки со всеми вытекающими, а на третий день, когда «История империи Хо» была, наконец, дочитана, поменял книгу на «Путеводитель по соседним аллоям», расплатившись натурой с на глазах молодеющей библиотекаршей.

Казалось бы сущая благодать, но один очень важный вопрос — хотя, на самом деле зависших проблем у меня имелось значительно больше — не давал мне покоя. Время шло, а Грай всё никак не давал понять, что задание выполнено. Утром четвёртого дня моё терпение лопнуло. На физре, выгадав момент когда рядом никого не было, я как бы невзначай поинтересовался у дикого:

— Ну как, заглядывал в мою писанину?

— А как же, — хитро улыбнулся тот. Причём, мимика его меня совершенно смутила. Для него это шуточки что ли? Думает, в игры играем?

— И? — мой одновременно серьёзный и подозрительный прищур заставил его губы вновь выпрямиться. — Я могу быть спокоен?

— Не переживай, знатный. Всё хорошо.

Ответ Грая заставил меня облегчённо вздохнуть. Ну, хоть здесь всё в порядке. Хотелось бы выспросить подробности: время, место и способ передачи письма немало интриговали. Но Рейсан на своём наблюдательном посту бдит, и моё любопытство не стоит разоблачения фарса. Главное, что дело сделано. И вдвойне радует, что доставленная до генерала инфа не наделал шума. По крайней мере видимого нам, ученикам. Наверх-то весть наверняка пошла. Черхан не дурак и не фраер, живущий по принципу: «Я важная шишка, я сам разберусь.». Процесс контрзаговора уже сто пудов стартовал, и от меня на этом этапе больше ничего не зависит. Можно спокойно заниматься своими делами.

Лекции, иногда интересные, а иногда ни о чём, регулярно сменялись практикой. Поставленный против меня Вигелом парень-водник от запада за два спарринга на боёвке основательно укрепил мою веру в собственные честные силы. Без всякого шурса я играючи отделал заместителя Фалко, которого наставник, сделав правильные выводы, больше не выбирал в пару, ни мне, ни кому-либо из моих бойцов, включая даже Тайре и Тре. Так же влёгкую уложил на последующих занятиях громобоя-восточника и его одноветочника-воздушника, выставленного мастером Кио потом. И только утром седьмого дня милый моему сердцу вяло текущий учебный процесс был бессовестно нарушен Черханом, поднявшимся из-за стола с давненько не звучавшем в столовой, очередным объявлением.

— Силары, прошу минуту внимания. Сегодня у нас воистину неординарное событие. К нам в южный форт академии прибыл новый ученик.

Зал ожидаемо накрыло тишиной заинтересованности. Судя по всему такое тут действительно редкость. Я, как и все, с любопытством обшаривал столовку глазами, стараясь выловить новое лицо. Второгодника подкинули что ли?

— Причём, прибыл сверху, — сделав паузу, продолжил Черхан. — И даже не со второго яруса. С первого.

Тишину мгновенно сменил взволнованный шум. Мёд мне в рот! Что это ещё за приколы? Какого чёрта у нас понадобилось небожителю с самых верхов? Ещё один наказанный папенькой недоросль?

— Мэл Гэдро, подойдите ко мне.

По зову Черхана откуда-то из тени ведущего в кухню коридора на свет выступил высокий светловолосый парень в чёрном — час от часу не легче — тоху и медленно, уверенной и можно даже сказать важной походкой направился к преподовательскому столу.

— Я сам удивлён не меньше вашего, — развёл руки в стороны комендант, вышедший первояруснику навстречу. — Такое на моей памяти впервые. Со второго яруса по разным причинам юные силары иногда ещё попадают к нам, но чтобы с первого… Видимо, тот прорыв роя, что мы с вами недавно отбили, сильно впечатлил маршала Тодомо. Вернее, не сам прорыв, а наш бой. Иначе я не могу объяснить решение мэла Викати отправить к нам своего двоюродного племянника. Или вы, Кайран, приоткроете нам завесу над этой тайной? — повернулся Черхан к подошедшему к нему юноше. — Впрочем, я не настаиваю, — тут же поспешно поправился мастер Гра. — В любом случае для нас большая честь принять вас у себя в форте.

— Ну что вы, господин генерал, — широко улыбнулся белозубой улыбкой голубоглазый блондин. — Какие тут тайны? Вы совершенно правы. Посещение вашего форта натолкнуло моего уважаемого дядю на мысль, что мне будет полезнее пройти обучение здесь внизу. Ближе к простым людям… — пренебрежительно брошенный эпитет прозвучал оскорблением, — … ближе к рою и опасностям, каких нет у нас наверху. Я собираюсь пойти по стопам маршала Тодомо и связать свою судьбу с армией. Как минимум один оборот я проведу здесь, а дальше уже будет видно.

— Мое почтение мэлу Викати, — довольно кивнул Черхан. — Мудрое решение. Будем надеяться, такая перестановка пойдёт на пользу и вам и нам. Ещё раз повторю: для нас огромная честь принять силара из столь почтенного клана в наши ряды. Прошу вас, присаживайтесь за стол восточной ветви. Вы хоть и с западной там у себя наверху, но это не имеет значения. Определяю вас туда, где на данный момент имеется ощутимая нехватка, что силаров, что баллов. В вашу комнату вас проводят после завтрака.

Первоярусник небрежно кивнул, словно старший младшему и, гордо прошествовав к указанному столу, уселся на ближний к торцу стул, предварительно согнав оттуда взглядом какого-то громобоя.

— Кусец! Это что же, теперь нам лизать этой первухе задницу весь оставшийся оборот? — шёпотом возмутился Рангар. — Впился он нам тут со своим дядей-маршалом.

— Не нравится мне это. Ох и не нравится, — присоединилась к брату сестра. — Ни на ноготь не верю я в эту чушь про поближе к народу и к рою. Первоярусников учить начинают с четырнадцати, а этот хлыщ наш ровесник. Ещё и ступень небось сильная. Как бы не второй ранг у гадёныша.

Обе реплики родственников я счёл за лучшее оставить пока без ответа. Второй ранг? Да у этого белокурого красавчика ступень выше, чем у меня! Семнадцатая сцуко! Семнадцатая! Как у Вигела Кио. У взрослого, на минуточку, опытного силара, мастера академии. Случайность? Прихоть властного сумасброда? Не верю.

Этот крутыш прибыл к нам с определённой целью. Какой — неизвестно. Но скоро мы это выясним. Похоже, записка сработала. Наверху зачесались. И быстро ведь как! Всего несколько дней — и ловите засланца. Сплошные загадки и непонятки, но ясно одно — держаться от этого Кайрана Гэдро мне нужно подальше. Как никак в отсутствии папеньки я здесь главный Рэ, и копать красавчик-первушник начнёт под меня. Призвал на свою голову демона — наслаждайся, Санёк.

Глава шестнадцатая — Самая крутая макака

Как было легко догадаться, новичок попал в нашу сильнейшую группу, и на первой же сегодняшней паре — физре мы имели удовольствие наблюдать его преисполненную достоинства рожу на малой южной арене. Хорошо хоть, что прибыл «Его Величество» на занятие с опозданием, и неловкая процедура знакомства, наверняка бы развернувшаяся в раздевалке, отменилась сама собой. В промежутках между упражнениями раскланиваться с мэлом первушинком было как-то не в тему. Сам же Кайран Гэдро с приветствиями и рукопожатиями ни к кому не лез и, в отличие от нас, даже не бросал на соседей любопытные взгляды. Похоже, мы для него выступали в роли декораций. Чувак явно спустился на первый ярус не друзей заводить. Дай бог, чтобы и не врагов наживать.

На всякий случай я предупредил Рангара и Глэя, чтобы те с дуру не начали цеплять первыша. По негласным законам любого «приличного общества» я, как король школы, должен был показать новичку, кто здесь самая крутая макака, но в случае с родственником аж целого маршала обычные правила не работали. Эта птичка стратосферного полёта третьеярусной гопоте вроде Рейсана не по зубам. Лучше пусть и дальше держится сам по себе, в наши низменные делишки не влезая.

В этом плане Кайран пока радовал. Продемонстрировав хорошие, но отнюдь не выдающиеся результаты во всех дисциплинах, первыш быстро переоделся и был таков. Ни взгляда, ни слова. Словно рядом никого не было. Зуб даю, снобу выделили отдельную комнату. Какие соседи? Спасибо, что племяшу маршала весь этаж не отдали.

— Как бы наш с тобой список не пополнился теперь новым именем, — прошептала мне на ухо сестра, когда, специально немного отстав от ребят, мы оказались на дорожке одни. — Родственник Тодомо однозначно наш враг.

— Ждём приказа отца, — приблизил я губы к её уху в ответ. — Пока держимся от Гэдро подальше. Не нам такие вещи решать.

— Ты прав, наше дело — исполнять приказы, а один так и застрял в отложенных. С Красом нужно что-то решать. Время идёт. Отец может расстроиться.

Тайре права. И даже тон без наезда. Но всё равно, нехрен ко мне лезть с советами и папашей пугать. Типа, я сам не помню про Фалко.

— Отец сроков не ставил, — холодно бросил сестре. — Не бойся, я не забыл про Краса. План есть, просто жду подходящего момента. Понадобится совет, я к тебе обращусь.

И, давая понять, что разговор окончен, я ускорил шаги. План есть — сказано громко. Убивать я даже эту падаль не стану. Тем более по приказу Дрейкуса. Задача вынудить Фалко самостоятельно свалить из академии, что избавит меня от необходимости мочить левитанта. И давно уже рождённая мысль по этому поводу с появлением первоярусника заиграла новыми красками. Пожалуй, время пугать Краса пришло. На сегодняшней боёвке и начнём.

Но сначала предстояло отсидеть не особо мной любимое Раскрытие дара, пообедать, заглянуть к Сасе за новой книгой и послушать Лакро Хая на Мирознании. С первым этапом справился без проблем. Со вторым и третьим тем более. Ещё в прошлое посещение библиотеки допёр до идеи, что продуктивнее трахаться не после еды, а до. Так и жрачка в животе не трясётся, и шанс напороться на случайных подглядунов вроде Махавая значительно меньше.

В столовку пришёл к середине перерыва. Тоже плюс. Спокойно поем без всяких не нужных мне сейчас разговоров. Мои как раз поднимались из-за стола. Большинство учеников предпочитало до занятий успеть заскочить домой, и в зале ко второй половине обеда оставались считанные единицы. Неторопливо хрустя жареными патасиками, я наблюдал за покидающими столовку ребятами. Обслуга уже вовсю занималась сбором грязных тарелок. Преподы тоже ушли. Вскоре кроме меня и пары шушукающихся о чём-то за восточным столом пары простачек в жёлтом в зале не осталось силаров.

Хотя, нет. Кое-кто задержался ещё. Из коридора, ведущего к сан. узлам, выглянула знакомая мордочка Фаи. С животом что ли плохо малышке? Нет, похоже, пряталась от кого-то в сортире — настороженно осматривает столовку. Заметила меня, обрадовалась и взглядом показала, что ждёт на выходе.

Быстро проглотив недожёванное пока Фая пересекала зал, опрокинул в себя компот и поднялся со стула. Принцесса жалась к колонне в тенёчке у входа сразу за дверью.

— Я так и знала! — вполголоса зачастила она, как только я подошёл. — Говорила же, что маршал Тодомо узнал меня! Вот, пожалуйста — прислал Кая. Теперь будет за мной приглядывать через племянника. Гэдро знаешь какой противный? Я его с детства терпеть не могу. Правильный, послушный, весь такой из себя молодец. И полные штаны гордости. Надеюсь, мэл Викати хотя бы маме не рассказал. Вот дёрнул меня создатель сунуться тогда на площадь! Любопытная дура!

— Подожди, ты уверена? — пригнулся я к малышке. — Он к тебе подходил? Говорил что-то?

Если Фая права, то, значит, этот первушник явился не по мою душу. Или два задания совмещать будет: и за мелкой присматривать, и под заговорщиков копать. Не многовато для одного молодого силара? Хотя, с чего я решил, что реакция власти ограничилась отправкой в форт пусть и прокачанного, но всё же подростка? Может, там за стенами в кустах уже прячется рота местного спецназа?

— Нет, не подходил, — перепугано затрясла своими русыми бубликами малышка. — Ну его в корни. Мне и взгляда хватило. Так улыбнулся, что всю пробрало. И подмигнул ещё.

Скривившись, Фая умолкла, но тут же, выпучив испуганные глазки, дрожащим голосом зашептала:

— Знаешь, Рей, нам пока не стоит встречаться. Кай не оценит нашу дружбу. И дядя его не оценит. Эх… И так стали видеться реже. Скучаю по тебе, но пару недель нужно подождать, посмотреть, как себя поведёт Гэдро. Пожалуйста, не обижайся.

На мгновение мне показалось, что сейчас малышка добавит: «Люблю тебя.», но нет, на «не обижайся» её речь завершилась. Видимо, время для подобных слов ещё не пришло. Грустно, но принцесса права. Если первыш направлен маршалом присматривать за принцессой, то Рейсану Рэ стоит держаться от Фаи подальше. С другой стороны, такой расклад меня радовал. Когда начнётся буча, мне будет гораздо спокойнее сваливать, зная, что у моей малышки имеется такой серьезный телохранитель.

В ГУК, чтобы ни у кого не возникло вопросов, шли по отдельности. Мирознание из всех лекций я любил больше всего, но сейчас хотелось поскорее отсидеть время и рвануть на боёвку. Перед глазами уже висела перепуганная рожа Фалко. Терпи, Санёк, скоро мы похохочем.

Но стоило мне услышать тему урока, как желание побыстрее свалить с пары в момент улетучилось. Иные! Уже ни раз и ни два я слышал про разумных — не людей разумеется — живущих где-то внизу, но до подробностей дело так и не доходило. Подумывал уже утянуть в следующий раз у Сасы соответствующую книжку, а тут такой сюрприз. Расправляем уши и слушаем. Боёвка и Крас подождут.

— Всего, кроме людей, в нашем мире… по крайней мере в известной нам его части, имеется три вида разумных существ.

Глаза Лакро Хая сияли довольным блеском. Было видно, что тема одна из его любимых.

— Но одну строчку в списке занимает коллективное сознание роя, так что по факту мы имеем лишь две расы собратьев по разуму, и к гуманоидным с натяжкой можно отнести только одну из них. С филли и начнём. Прошу открыть учебники на восемьдесят шестой странице.

Аудитория дружно зашуршала листами имевшихся по одной штуке на стол талмудов.

— Вот, — открывший книгу на указанном месте Махавай повернул её в мою сторону.

Читать пока нечего. Половина разворота отдана под заглавие, на другой достаточно умело оформленная картинка. Так вот они какие эти филли? С иллюстрации на меня смотрели мужчина и женщина в грубой одежде из материалов явно растительного происхождения. Не ткань, а скорее плетение из толстых волокон. И коллекция «Пляжный сезон — палеолит». На парне трусишки с поясом, у девушки дополняет тот же самый наряд коротенький топик, едва скрывающий увесистые буфера. Кроме этого на обоих навешано дохрена всяких цацок: ожерелья, браслеты, шнурочки, верёвочки. Лук у бабы в руках и копьё с костяным наконечником у мужика завершают картину. Дикари одним словом.

А художник хорош. Несмотря на огромное сходство, сразу видно, что изображены здесь не люди. Слишком тонкая талия при вполне соразмерных пропорциях остальных частей тела. У девушки эта фишка смотрится особенно круто. Словно мултяшная красотка — девяносто, тридцать, девяносто. Жаль вида сзади нет. Но главное, всё-таки лица. Очевидно, что мы с ними произошли от разных приматов. Несоразмерно огромные глаза, малюсенький едва заметный носик, пухлые губы и уши…

Чёрт! Эльфы что ли? Даже в мелком масштабе художник смог передать остроту кончиков ушных раковин. У мужчины. У женщины их скрывала пышная тёмная шевелюра. К сожалению чёрно-белая картинка не могла рассказать о цвете волос, но почему-то я был уверен, что как минимум они отдают зеленцой. С чего бы ещё дикарке держать их распущенными, как не маскировки для? В сорняке же живут.

Последнее я уже узнал от Муравьеда. Разглядывая картинку, я слушал начавшего вещать Лакро Хая. Да дикие, да живут под аллоями. Но не близко к корням, глубже в чащу. С людьми дел почти не имеют. Агрессивные. Предпочитают сначала пустить в глаз стрелу, а потом уже общаться. Наш язык знают, но свой у них тоже есть. Малочисленны.

Стоп! Чего-чего? Втрое ниже среднего человека? Да филли оказывается та ещё мелюзга. При стандартных людских пропорциях тела троекратное уменьшение приведёт соответственно к снижению массы в двадцать семь раз. Живые, мать его, куклы. Как ещё их там всех секты не пережрали в отсутствии магии? Даром-то они в отличие от нас не владеют.

Ах, вот оно что!

— Перемещаются филли на скорости ненамного уступающей той, что достигают наши бронебои на шурсе, — ответил на мой мысленный вопрос Муравьед. — Причём, никакого ресурса, кроме обычных физических сил им для этого не требуется. Другая нервная система, другие мышечные реакции, другое строение тела. Не обращайте внимание на сходство с нами. Филли — не маленькие люди. Они — иная форма жизни, родственная нам только внешне. Не смотря на свои размеры, эти твари невероятно опасны. Нужно благодарить создателя, что их народ не плодится, как большинство сектов, по выводку на оборот. Достигни они многочисленности, стали бы проблемой для нас. А так… Наши с филли интересы практически не пересекаются.

Лакро Хай ещё долго рассказывал про малорослый народец. Я уже было подумал, что со вторым видом иных он решил познакомить нас на следующей паре. Но нет. Просто, как вскоре же и выяснилось, о другом народе-соседе у людей имелось чересчур мало знаний, чтобы растягивать изучение трахотаров даже на половину урока.

Под изображением каменного великана, как эту расу принято было называть не в научных кругах, имелась честная сноска, гласившая:

«Внешний вид трахотара обозначен условно.»

И дело здесь было даже не в том, что людей, видевших данных существ, можно было по пальцам пересчитать. Просто у каменных великанов в принципе не существовало какой-то одной формы тела. Очевидцам доводилось встречать трахотаров, как в образе человекоподобной фигуры, так и в нескольких других ипостасях. Похоже, здесь мы имеем трансформеров, не скованных ограничениями. Живые кучи булыжников, способные подобно конструктору Лего собираться в любых вариациях.

Инфы про них крайне мало. Живут далеко, возле горной гряды, прикрывающей долину аллоев с юга. Этим скудость данных и обусловлена — в те края люди забираются очень редко и ещё реже возвращаются оттуда. Три сотни лиг сорняка — это вам не хухры-мухры. Чтобы пробиться на такое расстояние в экспедицию должна отправляться целая армия. Самим трахотарам до мягкотелых двуногих козявок, слава Древу, нет дела, и в гости к людям великаны тоже не шастают.

А ведь явились бы с войной, и хрен бы их удалось набуцкать даже армейским соединениям боевых силаров. Случавшиеся в походах конфликты показали полную неэффективность любых атакующих способностей. Ни молнии, ни огонь, ни грубая сила не брали каменных монстров. На контакт трахотары тоже не шли, игнорируя попытки затеять с ними переговоры. Хотя свидетельства общения существ между собой при помощи звуков имелись. В общем, народ, ни то снобов, ни то пофигистов, которому на нас пофиг. Как феномен интересны, а на практике… Вряд ли мне доведется с такими встречаться вживую. Знания чисто для галочки.

* * *

В раздевалке я оказался чуть ли не раньше всех. Пришлось пробежаться к арене, объяснив сие действо разминкой. Задуманное требовало не упустить момент максимального сближения двух интересующих меня объектов. Вот, кстати, и первый из них.

Болтающий о чём-то с товарищами Фалко показался в дверях. Якобы не замечая его, я старательно делал вид, что вожусь с обувью, безуспешно пытаясь вытряхнуть из тапка несуществующий камушек. Крас сразу меня обнаружил и, как и предполагалось, не желая пробираться мимо своего «лучшего друга» по тесному проходу, опустил зад на одну из первых лавок. Отлично! Теперь дело за Гэдро.

Слава Древу, Первушник не заставил себя долго ждать. Возглавляя осмотрительно пропустивших его вперёд восточников, Кайран вошёл в раздевалку. Не замечая по своей привычке никого вокруг, племянник Тодомо двинулся к свободной лавке. Сейчас… Ещё немного…

Пора! Стоило Гэдро поравняться с натягивающим на себя серое тоху Красом, как я метнул в Фалко невидимый щуп. Раз — и раскочегаренный до максимальных оборотов пылесос вытянул из левитанта, и ману, и ресурс подчистую. Свои я втихаря слил заранее, освобождая бак специально под это дело.

Ю-ху! Торкнуло! Крас так и застыл с заведённой в штанину ногой. Глаза анимэшнее некуда. Нижняя челюсть отвисла. Зрелище — весь день бы смотрел. Главное — не заржать. Лыбиться тоже нельзя. Я тут вообще не причём — сижу обуваюсь. А Грай-то лучше держался. Фалко слабак — того и гляди завизжит.

Хотя, нет. Наоборот, губы стиснул, плечи втянул. Сидит прожигает перепуганным взглядом спину удаляющегося Кайрана. Молодец, Красик. Всё правильно понял — это первоярусник тебя так. Как? Чем? Почему? Непонятно. Но к старшим ты не побежишь. Кому тут жаловаться на племянника самого маршала? Да и не поверит никто. Логика поведения очевидна. Посмотрим, как ты в следующий раз запоёшь. А он будет и будет скоро — это я тебе обещаю.

Обдумывая варианты поведения Краса, я только к середине пары врубил, что сегодня нас будут ставить в пары с восточниками. Шип мне в тапки! Вигел же меня с Кайраном сведёт! И что мне с этим красавчиком делать прикажите? Набить настолько благородную рожу чревато последствиями. Закусит наверняка. А я же хотел держаться от родственничка Тодомо подальше. Не нужен мне с ним конфликт. Вот ни капли не нужен.

Значит, ляжем. Вариантов нет. Только не сразу и без позорной сдачи. Задача — достойно продержаться до завершения поединка, и пусть наставники отдают победу первушнику по очкам. Совсем терять лицо Рейсану Рэ нельзя.

Я не ошибся. Распределяя противников, мастер Кио не стал делать новичку поблажек и выбрал к нему в пару сильнейшего бойца юга — меня. Хотя, какие семнадцатой ступени поблажки? Парень явно не избалованный маменькин сынок. Чувак, мечтающий о карьере в армии, априори должен быть крутым рукопашником. Да, на физре каких-то чудес Кайран не показал, но кто сказал, что он их вообще собирался показывать? Выпендриваться перед жалкими мошками, какими мы в его глазах выглядим, такой снобище не станет. Это ниже его достоинства.

Каких-либо слов перед началом поединка Гэдро для меня не нашёл. Я тоже ограничился кивком. Мол, рабочие будни, ничего личного. Тренируемся. Одновременно с командой наставника никто в атаку не бросился. Я-то понятно — нового противника неплохо сначала бы изучить. Но Кайран… По идее он не должен серьёзно воспринимать сверстника с третьего яруса. Чего ждёт тогда? Чего кружит со мной хоровод? Неужели убитая в одно рыло сколопендра прибавила мне в его глазах столько баллов?

Первый выпад. А он быстрый! Едва успел увернуться на шурсе. Бью в ответ. Скользнувшая по моему предплечью рука отводит удар в сторону. И тут же вторая дотягивается до рёбер. Не может быть! Он что, тоже жулит? Да нет, наверное показалось. Разрываю дистанцию — и в защитную стойку. Тело Рея само среагировало, не нравится ему, когда его бьют.

Уже через десять секунд я понял, что никаких поддавков здесь не требуется. Тут бы день простоять, да ночь продержаться. В смысле дотянуть до конца поединка. Чувак — просто ветер. Без всякого шурса носится вихрем. Еле успеваю блокировать, уворачиваться. Редко контратакую сам. Это вам не с тяжеловесным Гором плясать. Танец высшего уровня.

Минута. Я пока на ногах — это подвиг. Но атаки Кайрана становятся злее. Расслабленный в начале поединка взгляд Гэдро постепенно наполняется напряжением. Первушник как будто торопится меня поскорее добить.

Пропускаю косой в плечо. Уходя от следующего, пригибаюсь. И тут же ловлю подбородком колено первушника. В глазах искры, но сознание, слава Древу, при мне. Из падения на спину кувырком через голову на ноги — и в сторону.

Продышаться бы. Да и баки почти пусты. Пылесосом по зрителям — и блокирую ногу Кайрана, что под свист ветра примчалась к уху. Какой быстрый гад!

Бля! Во рту словно граната рванула. Боль безумная. В глазах красная пелена. Боковым перекатом, не глядя, куда-то качусь. Сплёвываю выбитые зубы на выдохе. Голову вверх.

Сцуко! Вернувшееся зрение фиксирует приближающуюся к моей роже подошву. Увернуться без шансов.

Хрясь! Нос всмятку. Я думал больнее не бывает… Бывает! Почему я в сознании?! Почему?! Спасительная темнота, выручай!

Но вместо отключки ещё одна порция боли. Пинок под рёбра подкидывает в воздух. Падение — и вторая нога первыша летит в грудь.

Ненавижу! Жестокого сноба, что добивает поверженного противника, Дрейкуса с его заговорами и приказами, Тайре с её подлостью и расчетливостью, себя-слабака… Весь этот сраный мир с его болью и злобой!

Гнев затмил страх и боль. Шурс на полную! В жопу всё!

К скорости движений добавляется ускоренное восприятие. Ненавистная нога, что уже почти коснулась моей груди, замедляется. Не успею? А вдруг? Колени к себе, руки вниз. Удар сотрясает всё тело. Инерция толкает назад, но…

Я всё же успеваю вцепиться в конечность Гэдро и тащу первушника за собой. Тот такого не ждал. Равновесие, до свидания. Падаем оба. Его голень в захвате, а я уже нашёл пятками точку опоры. Упираюсь в опилки — и со всей силы толкаюсь вверх. Хруст — что надо! Колено Кайрана сгибается в обратную сторону.

Получил, сука! Хрипишь?! А с локтя по вывернутому суставу?!

Шурс мне больше не нужен. Ярость разогнала не хуже волшебного дара. Адреналин снёс крышу к чертям. Со всей дури луплю Гэдро в изломанное колено. Хрип сменяется воем. А я уже сверху, и замахиваюсь кулаком. Сейчас это скорченное от боли лицо превратится в фаршмак…

Воздушный удар пришёл раньше. Словно невидимая стена припечатала об себя и швырнула на опилки. Какого?! Я вскочил и, не соображая что делаю, снова бросился к стонущему противнику. Убью суку! Второй кулак вышиб дух. В этот раз сил подскакивать уже не было. Тем не менее я, упрямо рыча, попытался подняться.

— Хватит! Остынь, Рэ!

Плеснувшая в лицо вода смыла демона, забравшего мой разум. Осознание происходящего хлестнуло страхом и холодом. Что я натворил…

— Победил Рейсан Рэ, — донёсся до ушей голос Вигела Кио. — Лекари, занимайтесь.

Ко мне тут же подскочила одна из женщин в салатном. Но перед тем, как склонившаяся надо мной фигура закрыла обзор, я успел бросить взгляд на пытающегося сесть Кая Гэдро. Он смотрел на меня.

Удивление, непонимание… Но стоило ему заметить мой взгляд, как эти чувства тут же исчезли с породистого лица. Злость, гнев, ненависть.

А чего ты, грёбаный псих, ожидал? А, Санёк? Это только шизик-Яхо радуется, когда ему надирают зад. Думаешь, племянник маршала, уделанный каким-то лордёнышем с третьего яруса, начнёт восторгаться твоими талантами? Ты только что нажил себе ещё одного сверх влиятельного врага. Не мог потерпеть? Не мог дать первушнику выиграть?

На мгновение я перенесся назад во времени, ощутив ещё раз те эмоции и ту боль…

Да пошло оно всё! Что ты мне сделаешь, богатенький мальчик? Нажалуешься дяде? Самому императору? Да посрать! Пусть они для начала на своих стульчиках усидят. Мой отец и его соратники…

Усилием воли подавил Рейсана в себе. И действительно, что я парюсь? Всё равно же собрался бежать. Плевать мне на этого Гэдро. Надо будет, ещё раз морду набью. Я теперь, как Настюшка-Опасность — класть хотел на последствия. Ликуй, академия! Твой король на танцполе! Все же самая крутая макака на ветке не смогла отдать свою власть.

Глава семнадцатая — Слово благородного рыцаря

В этот раз никаких восторженных «Рэ! Рэ! Рэ!», ни на арене, ни за её пределами не звучало. То ли моя кислая рожа, даже после вмешательства лекарей не блиставшая прежней красотой, останавливала моих бандитов от чествования победителя первыша, то ли ребята и сами понимали, что сей подвиг выльется для их босса проблемами, но на осторожных похлопываниях по плечу и негромких признаниях моей крутости всё и закончилось. Только старший Сур, прямо на ужине наводивший мне косметику, отважился высказать общее мнение.

— А всё-таки зря ты его так сурово, босс. Родственник маршала как никак. Первоярусники таких обид не прощают.

— Да пофиг.

Странно, но мне и действительно было пофиг. После драки пришло какое-то равнодушно-расслабленное опустошение. Что сделано, то сделано. Какой смысл переживать? Сам первыш-то вон тоже не парится. Сидит себе неторопливо жуёт кусьи котлеты, и рожа спокойнее некуда. Может, мне тот гнев и вообще почудился? Или…

Неожиданно до меня дошло. А ведь чуваку тупо нельзя меня трогать! Если он здесь на секретном задании, с целью накопать компромат на наследника Рэ, то прямой конфликт с трагичными для объекта слежки последствиями тупо ему не выгоден. Только зачем тогда со мной на боёвке так жёстко? Проверял? Возможно. В любом случае можно теперь смело утверждать, что догадки малышки ошибочны. Явись Гэдро исключительно по её душу, меня бы сейчас как минимум лишили очередных баллов. А скорее турнули бы из академии с волчьим билетом. Надавить на Черхана такой шишке вполне по силам. Вон, как наш комендант мэлу Викати смачно жопу лизал. При всём якобы уважении к моему клану, развёл бы в стороны руки и: «Без обид, мэл Рэ. Приказ сверху.»

Но это мои догадки, а у сестрёнки нашлись аргументы в поддержку другой теории.

— Красиво ты его заманил, — шёпотом поделилась Тайре, присевшая на место Рангара, отошедшего отлить. — Уйти в шурс из состояния лёжа — отличное решение. И не заметил почти никто, и первача застал врасплох. Официально предъявлять ему теперь гордость не позволит. Схватили бы наставники за руку — дело одно. А так… Пустыми обвинениями бросаться такой как Кайран не станет.

— Неужели думаешь, что оставит без ответа? — изобразил я неверие.

— Не оставит, конечно. На завтрашней Технике боя ты выхватишь. Тут без вариантов.

— А может, я его второй раз уделаю.

— Без обид, брат, но вряд ли. У мудака другой уровень. Видно, что лучшие мастера наверху гоняли. Сегодня он тебя недооценил. Завтра свою ошибку не повторит. Постарайся продержаться подольше, но только без шурса. Второй раз мастер Кио может и не простить.

— Вигел понял? — пришёл мой черёд по-настоящему удивиться.

— Конечно понял. Тоже ведь бронебой.

— Тогда почему…

— А с чего ему любить первоярусников? — оборвала мой вопрос Тайре. — Приём был хорош. Тонкая работа — спалить очень сложно. Особенно, если ты не скоростник.

— Плохо. Думал, никто не заметит, — вздохнул я. — Надо было позволить ему себя добить. Нажил себе врага так врага.

— Да брось, Рэй, — положила сестра руку мне на плечо. — Всё ты правильно сделал. Пусть видят, что Рэ никого не боятся. А на мальчишку Тодомо насрать. Им с дядей недолго осталось. Что он тут в одиночку сделает? Да ничего. Нас уже не остановить. В новой империи этот Кайран, если и останется жив, никакой власти иметь не будет. Плевать на него.

* * *

Первоярусник поджидал меня в проходе, ведущем к площади. В сумраке вечера, покрывшем пространство под аркой непроглядной тенью, фигура Гэдро обрела очертания только когда я шагнул под свод.

— Иди сюда, — небрежно бросил он мне.

Забавно. Сынок конкретного шишкаря, а манеры махрового гопника. Ещё бы на корты присел. Естественно я проигнорировал такое обращение.

— Оглох что ли?

Не успел я моргнуть, как он уже стоял рядом, преградив мне дорогу.

— Чего надо? — с наездом спросил я.

— Говорить будем.

Не предложение и не просьба. Кайран сообщал данность.

— Ну говори, — после небольшой паузы разрешил я.

— Не здесь. Отойдём.

Гэдро кивнул на выход из арки, откуда я только что пришёл.

— Мне лениво, — отрицательно покачал я головой. — Говори здесь. И давай побыстрее. У меня ещё куча дел.

Я осознанно борзел. За спиной расположились полукругом мои бойцы: девять парней и четыре девчонки. Ладно, Махавая с Тихоней вычёркиваем. Трое лекарей-Суров тоже так себе драчуны. Но и без них неплохая группа поддержки. Каким бы Рэмбо не был первушник, а против такой толпы ему ничего не светит. Зря он нос задирает. Легко бы мог собственной свитой обзавестись. Местное шакальё, уважающее силу и власть, за первушником в чёрном тоху помчалось бы только свистни.

— Ты, видимо, не понимаешь, мальчик, — с ударением на последнее слово произнёс он. — Разговаривать мы будем вдвоём.

— Ой, дяденька, тебя смущают мои друзья? — картинно округлил я глаза. — Не бойся, говори. Они заткнут уши.

— Хорошо, — пожал Гэдро плечами. — Здесь, так здесь.

И, переведя взгляд с меня на ребят, коротко бросил:

— Пошли вон!

— Сам пошёл! — рявкнул Рангар, видимо, вдохновившийся моей наглостью. Остальные тоже не тронулись с места.

— Как хотите, — пожал плечами первушник.

И не успел я произнести завершающую разговор фразу, как брат с хрипом рухнул на мостовую. И не только он. Глэй, Влар, оба Дзе и близняшки попадали кеглями за какую-то долю секунды. Урод врубил шурс! Вот так запросто, у всех на виду, ничего не стесняясь. Раз — и невидимая в сумраке тень пронеслась по туннелю, укладывая выверенными ударами всех неугодных. Мгновение — и на на ногах, кроме самого Кая, остался стоять только я. Вот же сука! Я даже не успел среагировать и сам уйти в режим ускорения.

— А теперь слушай, — вынырнул из теневого инвиза первушник у меня за спиной. — Задействуешь сейчас дар, сверну шею.

Отчего-то я ему сразу поверил. Решительность чувака не оставляла сомнений — убьёт, не моргнув. Метнул взгляд на своих. Вроде живы — стонут, шевелятся. Опа! А Тайре-то среди битых и нет. Сестрёнка успела удрать. Видимо, тоже на шурсе.

— Шурсанёшь на тренировке, как сегодня, переломаю все кости, — продолжал скороговоркой шептать мне на ухо Гэдро. — Мне плевать на ваши внутренние разборки — запугивай тут всех сколько хочешь — но унижать себя я не дам. Меня предупреждали на счёт тебя. Ты редкостное дерьмо, Рэ. Если хочешь жить, держись от меня подальше. Но я с тобой не об этом хотел поболтать.

В этот момент со стороны столовой под арку зашла ещё одна группа припозднившихся учеников.

— Топайте в обход! — крикнул им Кайран.

И, убедившись, что его послушались, снова обратился ко мне:

— Вели своим не дёргаться. Или снова всех уложу.

Я бросил взгляд на ребят. Рангар кряхтел, пытаясь сесть. Глэй приподнялся на локтях и шумно дышал, словно после быстрого бега. Сёстры Трэ помогали друг другу встать. Остальные тоже старались принять более вертикальную позу. Больше всех преуспевший в этом вопросе Влар уже поднимал руки с повёрнутыми к нам открытыми ладонями.

— Влар, не надо!

Фух! Успел! Сейчас бы воздушник жахнул Кайрана магическим кулаком, и нас с Гэдро обоих бы сбило с ног. Чем бы это закончилось неизвестно, но точно ничем хорошим.

— Никому не лезть! Я сам разберусь!

— Молодец, мальчик, — прошептал первушник, — Послушный.

— Говори, что хотел, — не оборачиваясь к нему, прошипел я.

— Фая Соу…

Я вздрогнул. Всё-таки он здесь из-за принцессы. Или делает вид? Хитрая тактика. Нет, вряд ли. Откуда ему знать, что я знаю, кто она?

— Твои походы на чердак закончились. Сунешься к ней — оторву яйца и заставлю сожрать.

— Идиот.

— Что ты сказал?!

В рыке Гэдро соперничали злость с удивлением. Какой-то хрен с занюханного третьего яруса осмелился назвать его-крутыша идиотом? Ничего, дружок, сейчас мы тебя и вовсе шокируем. Спонтанно родившийся план не пах, а буквально вонял риском, но я уже сказал «А».

— Мэли Хок под моей защитой с первого дня в академии. Думаешь, ради кого я уводил сколопендру от арены? Спроси у принцессы, кто её спас от грызлов. Спроси…

— Молчи!

Кайран в мгновение ока перетёк из-за моей спины вперёд и понятным во всех мирах жестом — приложенным к губам пальцем сопроводил свой приказ.

— Если ты хоть кому-нибудь…

— Никто не знает. Только я, — шёпотом перебил я его.

— Ты знал и всё-равно с ней… — превратились в гневные щёлочки глаза Гэдро. — Как ты посмел, нижайший?! Да я тебя…

— Ничего не было. Успокойся и слушай.

Я не оправдывался, я наезжал. Мягко, без крика. Но мой полный уверенности тон сработал и так. Первушник перестал кипеть чайником. Положив мне на плечо руку, Гэдро кивнул в сторону площади.

— Отойдём немного.

— Стоять здесь. Никого не пускать под арку.

Отвернувшись, от поднявшихся на ноги ребят, я последовал за Кайраном. У выхода на площадь мы остановились. Облокотившись на стену, Гэро скрестил на груди руки и бросил:

— Ну?

— Тебя прислал маршал Тодомо присматривать за ней, — начал я с видом знающего всё и вся человека. — У меня та же задача. Присматриваю, оберегаю, защищаю. Трахать мне и так есть кого. Так что нечего тут гнать. Делаем одно дело. Лучше сам поменьше на эту тему болтай и не привлекай к персоне мэли Хок лишнего внимания.

— Откуда ты узнал про неё? Кто тебе приказал её охранять?

Голос слегка отошедшего от первого шока Кайрана растерял все былые эмоции. Теперь в нём слышались осторожность и удивление.

— А вот этого я тебе сказать не могу. Не моя тайна.

— Да можешь и не говорить. Господин Денсай, больше некому. Я так и знал, что мэл Хок не оставит свою дочь без присмотра.

Гэдро заметно повеселел. Тут ты прав, друг-первуха, без присмотра Фаю отец не оставил. Только поручил он это дело не мудню-Рейсану, а руководству форта.

— Я ничего тебе не говорил.

Кайран хмыкнул. Пусть считает себя умным — у дураков это в порядке вещей. Я же принялся развивать успех.

— Сейчас о моих якобы тайных встречах с принцессой знает вся академия. О нашем с тобой сегодняшнем разговоре тоже узнают все. Слишком шумным он получился. Если после него я перестану ходить на чердак, самая последняя тупица свяжет одно с другим. Пока на Фаю Соу, — я специально выделил голосом липовую фамилию малышки — смотрят, как на странное увлечение Рейсана Рэ, она в безопасности. Выдели её из толпы племянник маршала, и конец — она сразу превратится в самую обсуждаемую во всём форте особу. Нахрена ей такое внимание?

— Разумно, — медленно кивнул Кайран. — Но сначала я поговорю с ней. Если ты врёшь, и у вас что-то было, пеняй на себя — будешь жрать свои яйца.

— Поговори, поговори, — ухмыльнулся я, представляя, как малышка съездит первухе по роже, услышав вопрос про интим.

— Ладно, — бросив взгляд на противоположный от нас край прохода, где стояли мои, прошептал Кайран. — Пока всё. Потом ещё поболтаем.

— Поболтаем, не сомневайся.

Нехрен первушнику думать, что я его боюсь. Хотя, есть немного, конечно. Безнаказанностью от чувака так и прёт. Готов спорить, что ничего ему за применение шурса не будет. Мы-то к наставникам с жалобой не потопаем, но свидетелей беспредела хватает и без нас. Урод-Гэдро выбрал для засады на меня не самое подходящее место.

— Вот кус! Чуть не забыл.

Уже начавший отворачиваться от меня первоярусник неожиданно потерял очертания. В то же мгновение правую ногу пронзила страшная боль. Хруст костей заглушил мой сдавленный хрип. Не давший мне упасть Гэдро присел вместе со мною к стене.

— Это тебе за сегодняшний фокус на тренировке, — весело сообщил он и только потом убрал зажимавшую мне рот руку. — Колено за колено, так сказать.

Ни на сопротивление, ни на ответ меня не хватило. От боли тупо отключилась соображалка. Только пару мгновений спустя я допёр, что эта сука сотворила с моей ногой то же самое, что я с его на арене. Урод! Я-то калечил его в пылу боя, в накатившем безумии гнева. Он же провёл приём исподтишка и с расчётом. Договорились называется. Защитники юных принцесс. Рыцари бл@!

— Прости, знатный. Чуть-чуть не успел.

Красную пелену смыло с глаз. Голос Грая, непонятно откуда здесь взявшегося, послужил обезболивающим. Силой воли я заставил себя сконцентрировать взгляд.

Охренеть! У самого выхода из-под арки застыли три знакомых фигуры. Вернее застыли две. Тайре как-раз вовсю суетилась: отскочила назад, выглянула на площадь — проверяет отсутствие свидетелей, видимо.

— Сейчас у этой статуи ресурс кончится, и я его заколю, — совершенно спокойным голосом сообщил дикий. — Нападение на учеников с применением силы. Очень нехорошо. Ай-ай-ай. На днях мне как раз разъяснили законность самообороны в подобных случаях. Имею полное право.

Я присмотрелся. Так вот оно что! В горле окаменевшего Кайрана торчала заточка. Похоже, Гэдро успел очень вовремя затвердеть. Доля секунды — и первушник повторил бы судьбу покойного Хиро Дэя. Граю явно понравилось убивать многоступенчатых идиотов. Но физик-десятка в сравнении с этой жирненькой жертвой сущая мелочь. Десять процентов от силы Кайрана закинут дикого аж на двенадцатую, или даже тринадцатую ступень. Серьёзный соблазн. Очень серьёзный.

— Не торопись, Грай.

Нога по-прежнему адски болела, но я постарался придать голосу твёрдости.

— Он точно не вывернется на шурсе? — обеспокоенно поинтересовалась продолжавшая вести наблюдение за выходом Тайре.

— Без шансов, — осклабился Грай. — Я давлю со всей силы. Стоит ему сбросить камень, и чпок — труп через десять секунд. Но на шурсе и секунды достаточно. Там кровь по-другому льётся.

Чёрт! Это жопа! Это супер жопень! Смерть первоярусника не простят даже мне. Какая нахрен самооборона, когда дело касается племянника маршала. Тайре в своём уме?! Зачем она позвала дикого?! Да и жаль пацана — не заслужил он такого. Как мне это разруливать?! Как?!

— Слушай меня внимательно, Грай, — прошипел я сквозь боль. — Сейчас ты отпустишь его, и вы вместе с Тайре валите отсюда со всех ног.

— Э… — растерялся дикий. — Плохая идея. Как только я отпущу руку, он сдёрнет.

— Это приказ, Грай! Пошли вон отсюда!

— Поздно. Не шевелись, первыш. Там до сонной жилы всего ничего.

Здоровенный дикий по-прежнему держал шею Кайрана в локтевом захвате. Другая рука на заточке, из-под вошедшего в плоть острия которой уже потекли струйки крови. Ресурс Гэдро кончился, но первоярусник продолжал изображать статую. Понимает, что любое неосторожное движение может привести к его смерти. Вот Грай! Вот ведь хитрожопая обезьяна! Не собирался он его убивать. Спектакль разыгрывал. Но Кайран-то об этом не знает. Вон какие глазищи надул от страха. Так можно и штаны намочить. Срочно развиваем успех!

— Ладно, времени у нас мало. С минуты на минуту припрутся наставники. Кайран Гэдро, я даю тебе слово Рэ, что никто из моих людей — а их в форте гораздо больше, чем ты думаешь — не причинит вреда, ни тебе, ни тому, кто тебе дорог. То же самое касается и уважения, которое будет оказываться тебе всеми нами. Сейчас я прикажу Граю тебя отпустить, но прежде я хочу получить от тебя ответное слово. Обещай, что не станешь мстить, ни мне, ни кому-либо из моих людей в академии.

Я замолчал, передавая ход Гэдро. Ну что, первоярусный сноб, готов повыпендриваться с гвоздём в шее? Или прислушаешься к голосу разума и ухватишься за соломинку, что я тебе протянул? Почётная сдача лучше гордого трупа. Поверь, прозвище «Душегуб» отдано не тому человеку. Безбашенному дикарю, стоящему позади тебя, оно гораздо больше подходит. Ты же знаешь, что он на днях уже кокнул одного знатного силара. Ты же боишься смерти, Кайран. Ты же хочешь жить дальше.

— У меня есть выбор? — наконец, презрительно выплюнул Гэдро.

— Нет, — покачал я головой. — Выбор был раньше, но ты им не воспользовался.

— Ты кусье дерьмо, Рэ.

— Я жду твое решение. Даёшь слово?

— Даю! Провались ты под корни! Даю!

— Отпустить, — с облегчением бросил я Граю.

Тот резко выдернул штырь и, отойдя на пару шагов, неожиданно поклонился первушнику.

— Извините, мэл Гэдро. Такая работа.

Зажимающий рукой рану Кайран зыркнул зверем, но ничего не сказал. Потом резанул меня обжигающим взглядом и молча отвернулся, собираясь уйти.

— Подожди, — остановил я его. — Не надо на площадь с кровью. Там ещё не настолько стемнело. Кох, быстро сюда, — кликнул я старшего Сура. — Убери рану, — указал на шею первушника, когда рыжий подбежал к нам.

Кайран отказываться не стал. Позволил лекарю зарастить оставленную заточкой дырку и стереть платком с кожи кровь — слава Древу та не успела добраться до тоху.

— Вот теперь всё, — подвёл я итог встречи. — Конфликт исчерпан. Можно расходиться. Доброй ночи, мэл Гэдро.

— Это ещё не конец, Рэ, — скорчил страшную рожу первушник.

— Слово Гэдро ничего не стоит? — издеваясь, подначил я.

— Слово Гэдро — алмаз, — гордо вскинулся он. — Я пообещал не мстить в академии, но на учёбе жизнь не заканчивается. В армии у тебя будут большие проблемы, Рэ. У всех у вас будут — я позабочусь. И отвертеться от срочки не выйдет. Моей семье кланы нижайших не ровня. Жизнь ещё всё расставит по своим местам.

Оттявкавшись, Кайран повернулся ко мне спиной и показательно неторопливой походкой вышел на площадь. Напугал, тоже мне. Какой там конец учёбы? Мне бы до конца оборота дожить. Срочная военная служба? Э не. У меня другой путь. Да и выгори у Дрейкуса со товарищами их революция, твоя семья, первышок, в одночасье лишится всей власти. Если вообще не перестанет существовать.

— Чего ждём? — прикрикнул я на Коха. — Давайте, чините мне ногу, и валим отсюда.

— Некогда, брат, — остановила кинувшихся было ко мне рыжих медиков Тайре. — Сюда топает Муравьед с парой стражников. Хватайте босса — и к корпусу. Дома подлечим.

Рангар с Граем тот час же подхватили меня под плечи и подняли с камней мостовой. Нога встретила движение такой болью, что я чуть не взвыл. Нельзя, Саня! Нельзя! Остальные обступили плотной толпой, пряча от любопытных взглядов. В полумраке должно прокатить. Ну, с богом!

Прыгать на одной ноге оказалось той ещё пыткой, да и скорость не та. В итоге я просто её поджал и позволил парням себя нести. Прокатило. Без происшествий добрались до входа в корпус, благополучно разминувшись с Лакро Хаем. Спустя час я уже лежал на кровати у себя в комнате с вылеченной ногой и, слушая шум бегущей воды из душа, где мылся Рангар, размышлял о произошедшем.

Везучий я всё-таки чел. Снова выкрутился. Сначала наживаю себе неприятности, потом из них выпутываюсь. Столько нервов оставил под аркой, что до сих пор всего мелко трясёт. Сейчас бы той кочи накатить… Или массажик с близняшками. Точно! Время не слишком позднее — пойду позову. Организму после такого стресса нужна перезагрузка. Рангар погуляет — прозвучавший отбой брательнику не помеха.

А вот, кстати, ему и компания. Неизвестно чего, или кого дожидаясь, в коридоре торчала Тихоня. При моём появлении манница отпрянула от двери своей комнаты. Подслушивала что ли?

— Чего после отбоя тут топчешься? — в шутку придав суровости своему шёпоту, спросил я. — Девчонки куда-то свалили, а ты без ключа?

— С ключом, — робко потупив глаза, продемонстрировала мне цепочку в приоткрытом вороте тоху Тихоня.

Кстати, сиськи у девки имеются. И побольше чем даже у Толы. В принципе, я на этот факт и раньше внимание обращал, но слишком уж девчонка зачуханная. В отличие от большинства здешних девушек, не стесняющихся выставлять свои прелести напоказ, Тихоня, наоборот, тщательно прятала, что верхние, что нижние выпуклости. Даже на дискаче нарядилась в не пойми-что с юбкой до пола. Монашка. Или, толстуха-попаданка вроде меня, не способная победить свою психологию жирной дурнушки. У меня сама собой вылезла на лицо глупая лыба.

— Ну открывай тогда, — поспешил я выгнать собственным голосом дурацкие мысли.

— Нельзя. Там девочки заняты, — испугано прошептала Тихоня и шарахнулась от двери, как старушка от постера Мерлина Мэнсона.

— Это мне и нельзя? — сделал я страшные глаза. — А ну давай сюда ключ.

Это чем же они там таким заняты? Втихаря жрут печеньки? Признаться, Тихоня меня конкретно заинтриговала. Нехрен мне тут внутри коллектива тайны разводить. Устроили тут, понимаешь, собрание избранных. Сейчас вот возьму и ворвусь. Хотя нет, лучше, наоборот, загляну по-тихому. Жаль, что замочные скважины у них тут не сквозные. Придётся всё-таки открыть дверь.

Отобрав у побелевшей девчонки ключ, я осторожно вставил его в отверстие. Медленно повернул. Выждал пару секунд. Нет, щелчок внутри не услышали. Аккуратно приоткрываем дверь…

— Босс, не надо, — стон Тихони сквозит отчаянием.

Хреновый из тебя часовой, девочка. Просовываю голову в щель…

Мёд мне в рот!

Глава восемнадцатая — Где прячется сила

От удивления я так и застыл с просунутой в приоткрытую дверь головой. Охренеть не встать! Вот так тайное совещание… Настоящее — мать его — лесби-шоу. Похоже, не одного меня стресс подтолкнул к мысли о разрядке.

Поперёк сдвинутых кроватей лежала на спине сестра. Между её разведённых ног оттопыренным задом ко мне расположилась в коленно-локтевой позе одна из близняшек. Вторая, так же повёрнутая филейным тандемом в мою сторону, покачивалась взад-вперёд, сидя причинным местом на лице Тайре. Классический девчачий тройничок. Видел такое сто раз.

Но не вживую же! Фул эйч ди отдыхает. Смотреть не сквозь экран, а собственными глазами на такое… Это я вам скажу — улёт полный. Тем более, когда на главных ролях такие цыпочки. Голые, разгорячённые, аппетитные… Стояк в штанах в один миг начал угрожать целостности одежды. Круче зрелища мне даже в инете видеть не доводилось. Сейчас бы сюда онлайн-вебку — канал бы все рекорды побил.

Меня они не заметили. Ещё бы! Процесс погружает в себя будь здоров. Вон как спинки выгибают. Не будь среди них сестры, не медля, присоединился бы к групповушке. Да и так еле сдерживался. Какая она мне в жопу сестра? Это она Рейсану сестра. А я бы Тайрочке вдул с удовольствием. Спросить что ли у Рэ, вдруг они с сестрёнкой того? А что, вполне может быть. От этого сумасшедшего мира можно ожидать чего угодно.

Нет, Санёк, нет! Держись! Эта сука — табу для тебя. Даже не думай!

Неимоверным усилием воли я подался назад и осторожно прикрыл дверь. Провернув ключ в обратную сторону, поднял взгляд и… Упёрся глазами в Тихоню.

Да! Нет… Да! Нет же, нет… А почему нет?

— Хочешь к ним?

— Я?!

Бледное секунду назад лицо девчонки вспыхнуло краской.

— Не зовут, или сама отказалась?

— Я таким не занимаюсь! Я…

— Девственница?

— Что?!

— Трахалась, говорю, уже с кем?

— Босс! Такие вопросы…

Сцапав Тихоню в охапку, я впился ей в губы. Мягенькая… На талии даже немножко жирка найти можно. Комплексует небось дурёха. Зря. Самый сок девка. Есть за что ухватиться.

Секундное сопротивление сменилось жарким ответом. Магия Рейсана Рэ в действии. Права была Фая — мне отказать невозможно. Проклятое тоху! Была бы на ней юбка, задрал бы и… Треск разрываемой ткани резанул по тишине коридора. Что я творю?! Развернуть, слегка нагнуть…

— Ну не здесь же! Ах… Ах…

Сознание помутилось. Я двигался. Она тоже. Единственное, что я знал — мне хорошо. Мне очень хорошо!

Закончилось всё стремительно. С толчками спермы ко мне вернулся разум. Что, прямо в коридоре?! С Тихоней?! Санёк, ты вообще дебил! Что ты творишь?!

Рывком отстранившись, я натянул на место штаны. Её были порваны — широкая трещина по всей задней части. Смущение накатило волной. Понимая, что надо что-то сказать, я молчал. Мозгочлен бл@! Озабоченная амёба! На ровном месте попортил хорошую девку. И ведь я даже имени её не знаю.

— Спасибо, босс… — томно простонала Тихоня дрожащим голосом.

Похоже, у неё тоже случился оргазм.

— Доброй ночи.

Пробормотал невпопад и бочком, бочком — к своей комнате. Дверь не заперта. Нырь — и скорее под одеяло. Рангар всё ещё в душе. Быстро спать, спать. Хочу следующий день! Этот слишком… Стрессовый. Да. Слишком много всего. Думать завтра. Проблемы завтра. Всё завтра.

* * *

Спасительное утро, как всегда и бывает, покрыло воспоминания о вчерашнем дне мутной дымкой забвения. На завтраке все участники минувших событий дружно делали вид, что ничего не было. По крайней мере не было ничего такого из-за чего стоило переживать. Гэдро восседал в торце восточного стола с прежней равнодушно-возвышенной рожей. Фалко Крас то и дело с опаской косился на первушника. Тихоня негромко перебалтывалась с близняшками Трэ. Судя по обычному цвету лиц всех троих девчонок влажные темы не поднимались. Мир, покой и идиллия.

На физре всё тоже казалось бы шло своим чередом. В какой-то момент, отжимаясь, я даже решил, что вчерашняя тема закрыта. Но нет. На кроссе, когда на дорожке рядом никого не было, со мной поравнялся Кайран.

— Не соврал. Можешь видеться с Фаей.

Бросил и, поднажав, умчался дальше. Надо же, и когда только успел с малышкой пересечься? После завтрака, видать, выловил. Одним геморроем меньше.

На Основы возвышения я пришёл в отличном настроении. Пережить эту скуку моральных сил хватит. Вот только сегодняшняя тема неожиданно меня увлекла. Речь шла о накоплении и сохранении силы, которую, оказывается, имелась возможность напрямую тянуть из аллоя, не убивая это воистину чудесное дерево.

Век живи — век учись. То, что на соцветии максимальная концентрация маны я знал давно, но про «Круг могущества» услышал сейчас впервые. Получается, там наверху, в самом центре дворца императора есть какая-то точка, находясь в которой силар способен качаться, никого не убивая. И скорость той прокачки огромна. Драм Бор сказал, что на второй ранг первоступок там взлетит за минуту. За минуту, Карл! Это около пятисот условных единиц силы, если брать эту единицу за старт. Представляете, сколько надо покрошить муров и грызлов, чтобы набрать эту кучу экспы? То-то же. Блядская несправедливость во всей своей сволочной красе.

Да что там второй ранг. На заветную «трёшку» заскочить дело десяти местных часов. Лёг поспать, проснулся — и ты уже на двадцатой ступени. Собственно переводом на эту основополагающую высоту силаров во дворце в первую очередь и занимаются. Первоярусная детвора, отучившись в своих университетах, по праву рождения удостаивается поднятия ранга до третьего, открывающего прикладную часть дара. Вся юная знать как раз в оборот умещается. Наверху знати много. А вот второй и тем более третий ярус — уже сами качайтесь. Мощностей на всех не хватает.

Сдуру я сначала подумал, что подобная распределительная система весьма демократична, так как ущемляет права власть имущих. Захапал бы себе эту чудо-заправку император с семьёй — и народную индейскую избу остальным. Но нет. Простейшие расчёты легко доказывают бесперспективность такой жадности. Там, где первоступок с нуля улетает на третий ранг, силар с двадцатой ступенью поднимет только одну. Тридцатке же для шага на следующую понадобится полтора оборота сидеть на чудо-зарядке. Про важнейший же переход с тридцать девятой на сороковую вообще молчу. Это уже и вовсе из области фантастики.

Но откуда же тогда берутся такие запредельные объёмы силы? Ответа аж три. Первый источник всё тот же чудесный аллой. Раз в десять оборотов на соцветии вызревает «Зерно могущества». Этот волшебный плод — средоточие избыточной энергии Древа. Ману то магическое растение выпускает свободно сквозь некие ментальные поры, а вот с силой так не выходит. Приходится её заталкивать в специальный сосуд. И вместимость Зерна запредельна. По моим прикидкам, что-то типа триллиона условных единиц. Хватит, чтобы любого закинуть на заветную сороковую ступень. Даже на двоих хватит.

Вот только кто этому любому плод даст, когда можно себя любимого подопнуть не по-детски? Могущество, оно такое — его не бывает много. За сороковой ступенью идёт сорок первая. За ней ещё, ещё и ещё. И на каждой новой твои: мощь и ресурс увеличиваются. Хотя, с другой стороны Зерно можно разделить и на части, дабы подтянуть сразу нескольких высокоранговых силаров. Чаще всего именно так и происходит. Государству важно иметь как можно больше ребят пятого ранга. Девчата тоже сойдут. Один единственный, пусть и супер прокачанный маг на троне, или возле него не принесёт столько пользы державе, сколько могут дать десять послабже. И про разноплановость дара не стоит забывать. У каждой пятёрки свои козыри. Не стоит зацикливаться на одной грани возможностей. В общем сложная кухня.

Забавное совпадение, но именно в текущем обороте дозреет очередное Зерно на нашем аллое. Хотя, совпадение ли? Походу, ещё одна цель заговорщиков. Специально время подгадывали. Да и нирийцы у границ со своей суетой. Небось и соседи не против урвать лакомый кусок. Годовой — мать его — ВВП всей империи! За такой куш бороться есть смысл. Один только тупой Рой гоняется не за чудо-плодом, а за моей скромной и невкусной головушкой.

Кстати, вот он и путь номер два. В Извергах силы всего вдвое меньше, чем в Зёрнах могущества. Стоит убить любого из этих монстров и хапнешь ой-ой. В учебнике, что я брал у Махавая на эту тему ничего не было. Мельком упоминалось существование в природе нетиповых очень редких сектов, и всё — что про характеристики Извергов ничего, что про объём в них силы ни слова. А тема-то интересная. И весьма обширная. Наверное, потому и не стали запихивать в книгу, где всё по верхам. Жаль, ведь Драм Бор тоже по Извергам проехался вскользь.

Из лекции толстяка я для себя уяснил следующее: Изверг — насекомое-мутант, появляющееся в Рое спонтанно. Иногда по десятку лет их не видно не слышно, иногда по две штуки на оборот выползают из сорняка. Твари эти сильны и практически неуязвимы. Определённых форм нет. Каждая особь индивидуальна, что внешне, что в плане возможностей. Обычно имеет в арсенале от двух до пяти видов дара. Размер всегда крупный. Единственный плюс для людей — в атаках на аллои Изверги участвуют редко. Чаще чудищ находят в рейдах отряды рейнджеров, отправляемых в сорняк в том числе и для поиска этих живых самородков.

В общем самые настоящие боссы, как в РПГшных игрушках. Неудивительно, что охотиться за такими ценными и опасными трофеями с самого верха спускаются сильнейшие силары. У каждого государства есть ударный кулак из таких крутых перцев. Хотя, как минимум одного небоевого силара в поход на Изверга берут всегда. Без сборщика пятого ранга валить заполненное до краев силой чудовище — жуткое расточительство. Ведь только достигшие сороковой ступени ребята в жёлтом имеют способность забирать с трупа всю без остатка экспу. Полезнейшая штука.

На этой грани дара сборщиков и держится третий ответ на вопрос: «Откуда берутся большие объёмы силы?». И ответ этот прост — они копятся. Кланы и государства сотни лет гребут экспу из: Зёрен, Извергов, сектов, аллоев, пыльцы-силитов, аккумулируя добытое в живых хранилищах — людях. Увы, такие накопители смертны, хоть и весьма долговечны, и запасы легко потерять. Но! Утечки при передаче силы от одного мага другому можно легко избежать, прибегнув к помощи всё того же пятёрки-сборщика.

И речь даже идёт не про ритуальное заклание стариков, передающих таким образом скопленное наследникам. В этом плане законы местной магической физики весьма гуманны. Энергия держится в трупе силара, почившего ненасильственной смертью, ещё десять дней. Вполне достаточно времени, чтобы вызвать посредника, который выступит передастом за свой честный процент. Даже сюда на третий ярус в этот срок успевают спускаться на сапах. Разве что корни обделены, но там данная услуга и не востребована — высокоранговые силары там умирают исключительно в бою. И это как раз и есть та единственная прореха в системе, которая выводит силу из оборота.

На этом месте Драм Бор и закончил лекцию, сославшись на запредельную ширину темы. Мол, на Раскрытии дара Термино Фа нам ещё расскажет про наёмных убийц в жёлтых тоху, про армейских сборщиков, чья единственная задача — наносить последней удар «жирной» жертве, дабы побольше добыть с трупа силы, будь то крутой сект, или вражеский высокоранговый маг. В общем, всё не так просто, как кажется. Удивительно даже, что расчётливый Дрейкус поручил убрать мне Черхана, зная, что девяносто процентов силы четвёрки уйдёт в никуда. Хотя, в нашем случае сам факт устранения опасного противника гораздо важнее. Неизбежные потери так сказать. На то она и война.

* * *

Сегодняшняя боёвка обещала стать для меня очередным испытанием на прочность. Даже если мастер Кио не сведёт нас опять с первышом, Кайран стопудово потребует выдать ему в противники Рэ. Ущемлённая гордость Гэдро жаждет моей крови. И пророчица-Тайре пообещала, что кровь эта будет. Вопрос только в размере красной реки и в скорости её течения. Что же, я морально готов проиграть, но без боя сдаваться не собираюсь. Главное: снова не психануть и придерживаться исключительно микро-шурса, который даже скоростники не палят.

Но сначала у нас по плану идёт акт запугивания. Дождавшись сближения Гэдро и Краса в тесноте раздевалки, я быстренько выкачал из Фалко ресурс и ману. В этот раз летун был готов. Вернее подготовлен морально, но только в обратную сторону — трясся от одного вида Кайрана. Он бедняга весь день ждал повторения вчерашнего фокуса. И в столовке от Гэдро шарахался, и на физре старался держаться подальше от первыша. В общем, получилось эффектно. Рухнув на подогнувшихся ногах на лавку, опустошённый Крас реально побелел. Хорошая реакция, правильная. Ещё немного, и буду его добивать. Есть у меня для него театральная заготовка. Фалко понравится.

С прогнозами я не ошибся. После технической части тренировки Вигел поставил нас в пару с Кайраном. Неужто надеется, что я ему снова ногу сломаю? Сигнал к бою в миг вымел из головы все лишние мысли. Сейчас мы проверим, на что я способен.

Увы, не на многое. В этот раз Гэдро играться со мною не стал и сразу начал работать в полную силу. Через десяток секунд я уже осознал ту огромную разницу, что имелась между мной-неумехой, опирающимся в основном на мышечную память Рейсана, и по-настоящему сильным бойцом. Не знаю, какие чудо-мастера учили там наверху Кайрана махать руками-ногами, но, если даже пацан-ученик способен на подобное, то что же творят многоопытные дядьки, перенявшие искусство мордобоя у этих наставников?

От мгновенного поражения в поединке меня только микро-шурс и спасал. Но даже с ним драка не растянулась надолго. Чуть больше минуты — и побитый, но не сломленный я въехал мордой в опилки, чтобы больше уже не подняться. Не в том смысле, что вырубился, или сил не осталось. Просто сидящий у меня на спине первушник так качественно вывернул мою руку, что боль не дала даже крикнуть: «Сдаюсь!». Пришлось мастеру Кио самому останавливать бой.

В принципе я остался доволен. Никакой особой жестокости от Гэдро я не увидел. Каких-то подлых приёмов и попыток унизить тоже замечено не было. Ну побил и побил. Один-один — не такой уж плохой результат. Ничего позорного в том чтобы продуть первояруснику, да ещё и такой ступени нет даже для Рейсана Рэ. Зато теперь четыре дня отдыха, на которые нас разведут. После Кайрана мне уже, ни Гор, ни другой кто из возможных противников не страшен. Только разве что Грай, но он с моей ветви, и в пару нас не поставят.

Получается первушник серьёзно относится к своему слову, данному даже под угрозой расправы. Или просто смекнул, что в угоду исполнения его миссии со мной лучше не враждовать. Всё же Гэдро — не маленький капризный ребёнок. Безмозглого сноба с короной на бошке маршал бы сюда с заданием не отправил. Есть ещё вариант, что хитрит, притупляет бдительность, но это плохо вяжется с пунктом «два». В любом случае, меня нынешние серьёзно-деловые отношения с Кайраном устраивают более чем. Козни против него пока строить не буду.

А вот в моих кознях, направленных на одного левитанта, тебе, друг-первуха, придётся поучаствовать. Но знать тебе об этом не обязательно.

Три следующих дня я планомерно и регулярно обворовывал Краса с помощью пылесоса, в присутствии поблизости Гэдро. Результат радовал несказанно. Куда делся прежний самоуверенный, наглый Фалко? Невзрачная белобрысая тень, что от пары к паре пряталась по углам, стараясь правдами и неправдами оказаться подальше от Кайрана, мало напоминала того харизматичного парня, который цапался со мной в недалёком прошлом.

На ужине третьего дня, наблюдая за вялыми ковыряниями Фалко вилкой в тарелке, я понял, что миг настал. Клиент точно распробовал первое блюдо и явно готов ко второму. Само собой речь шла не о еде.

— Слышь, Крас. Поговорить надо.

В этот раз гопника в подворотне изображал я. Та же самая арка, та же густая тень по всему проходу. Только свиты моей рядом нет, а левых людей вокруг, наоборот, больше, чем тогда. Но что поделаешь? Работаем с тем, что есть. Другого места, где можно до отбоя подловить Фалко я всё равно не придумал. Не в столовке же к нему приставать в самом деле.

— Чего тебе? — нехотя повернув в мою сторону голову, откликнулся левитант.

Никакого вызова в голосе. Раздражение и робкая злость. Ещё бы! Чувака пятый день подряд некий хрен с горы загадочным образом выжимает досуха, а тут я со своими неведомыми предъявами. Настроение у Фалко — дерьмо. Не удивительно, что возвращается с ужина в гордом одиночестве.

— Отойдём. Не для чужих ушей.

— Пошли, — равнодушно промычал Крас. — Только предупреждаю: тронешь — сразу Черхану настучу. Или Дзону. Мне сейчас не до разборок с тобой.

— Да насрать.

Мы вышли из-под арки и зашагали влево вдоль стены корпуса. Затем я потянул Фалка в сторону малой южной арены. Топать до неё самой было далековато, но по пути было место, где высокие густые кусты создавали укромное место.

— Что ты ему наплёл про меня, мудак?! — сцапал я Краса за грудки и притянул к себе, как только заросли скрыли нас от посторонних глаз. — Я тебя-тлю ссыкливую пожалел, а ты треплешься о том о чём нельзя!

— Отпусти! — вырвался летунец. — Кому ему? Отвали, Рэ! Я ничего не понимаю.

— Кому, кому! Гэдро!

Услышав заветное имя, Крас вздрогнул и сразу заткнулся.

— Я? — дрожащий голос не мог скрыть в удивлении примеси страха. Густой такой примеси. Можно сказать превалирующей. — Я с ним ни разу не разговаривал даже. Ни единого слова. Древом клянусь!

— Не звезди, ублюдок! — придал я лицу выражение злой подозрительности. — Тогда какого куса он у меня такое спрашивает?

— Что спрашивает? Что? — от волнения Фалко даже не среагировал на оскорбление.

— Почему я тебя не убил?

— Что?! — округлились глаза Краса. — Да ты врёшь!

Последнюю фразу он сдавленно пропищал надломившимся голосом.

— Не веришь, спроси у него сам, — огрызнулся я. — Только будь готов не понять ответа. Этот Гэдро больной на всю голову. Говорит, что ты вкусный.

— Вкусный?

Краса всего затрясло. Непроизвольно он сделал шаг от меня.

— Я же говорю: псих.

— Вкусный… Как это понимать? Вкусный…

На Фалко было страшно смотреть. Лицо побелело, голова по-черепашьи втянулась в плечи, руки прижались к груди.

— Говорит, что выпьет тебя. Уже пьёт. Типа, ты заслужил.

— Заткнись, Рэ! Заткнись! — заверещал Фалко. — Разговор окончен. Идите в мох со своим Гэдро!

Выкрикивая всё это, Крас пятился. Несколько шагов — и, резко развернувшись, левитант бросился прочь со всех ног. Глядя ему вслед, я зло улыбался. Сработало! Сейчас летунец застирает обосранные штанишки и крепко задумается на крайне для него актуальную тему: «Как дальше жить с новым знанием?».

К наставникам он не пойдёт точно. По логике, если о его «храбром» поступке со сбросом меня в пасть сколопендре разболтал не я сам, то за слив инфы в ответе Черхан, больше некому. Ждать с моря погоды и надеяться на: «Авось пронесёт» Фалко тоже не станет. Копать под загадочного первушника, когда вопреки всем законам мироздания пятый вечер подряд встречаешь с пустыми баками? Нет, это не про нашего Краса. Выход один — валить из академии на всех парусах, и, если пацан не дурак, он своим шансом воспользуется. Брехня брехнёй, а только так он действительно спасёт свою задницу. Ему жизнь, мне — плюсик к карме. В теории идеальный расклад. Осталось только дождаться решения Фалко.

Глава девятнадцатая — Последний день мира

— Ты не представляешь, как я по тебе соскучилась.

Зажмурившись, словно довольная кошка, малышка прижалась ко мне. Одна её рука обнимала мою спину, вторая гладила волосы. Так как я сидел по-турецки, а она стояла на коленях, моя голова оказалась у неё на плече. В ответ я обхватил её талию, и какое-то время мы, стиснув друг друга, просто молчали, наслаждаясь взаимной близостью.

От Фаи исходили: приятное тепло и ставший уже родным цветочный аромат. Спокойствие, умиротворение… На душе так легко, как бывало лишь в прежнем мире. И ни капли сексуального влечения, несмотря на тесный контакт. Наверное, это и есть любовь. Ради этой девчонки я сделаю всё что угодно. Не бравада, не импульс — осознание факта.

— Ты моё сокровище.

— Только в сундук не запихивай, — хихикнула Фая и мягко отстранилась.

— С Гэдро больше не встречались? — поняв, что мгновение эйфории прошло, перешёл я к делам.

— Неа, — мотнула головой мелкая. — И слава Создателю! Мне и одного раза хватило. Представляешь, так прямо и спросил: «Мэли Хок, спите ли вы с Рейсаном Рэ?».

— И что ты ответила? — давясь смехом, не удержался я.

— Сказала, что уже пятнадцатый оборот сплю. А мэл Рэ и того больше. Ну и съездила ему по щеке. Кто он такой, чтобы я перед ним отчитывалась?

— Скоростник семнадцатой ступени — вот кто, — убрав с лица улыбку, заметил я.

— Уже семнадцатой? Ого! — удивилась Фая. — Слышала, во втором вашем поединке на Технике боя он тебя хорошенько отделал. Ты с ним поосторожнее смотри. Боюсь, Каю не понравится, что мы снова встретились. Я даже подумала было, что ты перестал ко мне на чердак приходить из-за Гэдро. С него станется с угрозами накинуться, он такой.

— Ваша Светлость, вы часом не окусели? — возмутился я. — В трусы записываете? Думаешь, меня бы остановили угрозы?

Рассказывать Фае про встречу с Кайраном под аркой и полученное в последствии разрешение первыша на наши с принцессой свидания я не стал. Незачем оно ей.

— Прости, — стушевалась малышка. — Знаю, знаю — вечера у тебя теперь заняты чтением. Просто я испугалась. Ты же единственный здесь дорогой для меня человек.

— Да прощаю, глупышка, прощаю, — снова притянул я её к себе. — Ничего на этом свете меня не сможет заставить отвернуться от тебя. Даже если я свалюсь с ветви, знай — я залезу обратно и найду тебя, где бы ты не была.

Фая подняла на меня свои огромные глаза. Даже полумрак чердака не помешал мне заметить в них слёзы.

— Не говори так, — шмыгая носом, всхлипнула малышка. — Мне от таких твоих слов очень грустно. Не смей падать с ветви!

— Да это же образно, дурочка, — чмокнул я её в макушку, ласково поглаживая мягкие волосы. — Не собираюсь я никуда падать.

— Ни падать, ни взлетать, ни под кору проваливаться, — сквозь слёзы прошептала Фая. — Не смей меня бросать! Как я тут одна?

— Не брошу, не бойся.

Хотел было добавить: «Я же люблю тебя.», но в последний момент испугался. Нарвусь на ответное признание, и всё — плакали мои планы. Не факт, что услышав такое, смогу заставить себя удрать из форта, оставив принцессу тут. Тащить же её за собой — преступление, а оставаться нельзя.

Эх, Фая-Фаечка… Как же не хочется мне с тобой расставаться. Но ничего, тебе ещё три с лишним года учиться. Буду жив, приду за тобой. Кто ты не знает никто кроме Черхана и Гэдро. Срастётся у путчистов государственный переворот, или нет, тебя точно не тронут. Главное, чтобы случайно кому-нибудь в горячке боя под клевец не попала, а за репрессии можно не переживать. Кайран, каким бы он мудаком не был, тебя защитит. Наследный принц Гео тебя не найдёт в нашем захолустье. Моя же задача — отвадить Рой от набегов на академию, и я это сделаю. В общем, оставляю тебя с грустью на сердце, но с чистой совестью. Расти красавицей, жди меня!

* * *

На завтрак Фалко не явился. Я уже было подумал, что перегнул вчера с нагнетанием страха, и летунец свалил из академии с утреца пораньше, но потом вспомнил, что ученика за ворота просто так никто не выпустит и ещё больше запереживал. Даже послал младшего Сура как бы невзначай поинтересоваться у западников — куда подевался их кореш.

Оказалось, что Крас приболел. Нет, не вируской — в этом мире с их магической медициной подобной проблемы не существовало в принципе. Аппетит у него пропал видите ли. Спозаранку ушёл куда-то и так и не вернулся. Наверное уже на малой арене — разминается перед физрой.

Но на нашем стадиончике его не было. На прямой вопрос Бернан Тре только пожал плечами и попросил дежурного писарчука зафиксировать штраф за прогул. Мирознание Фалко прогулял тоже, и только на обеде удалось выяснить, что застрял Крас в ГУКе, куда утром и прибыл по какому-то важному делу.

Известие меня не порадовало. Неужели я ошибся в парне, и он таки отважился рассказать обо всём коменданту? Черхан вряд ли в такое поверит, но расследование пусть и для галочки может затеять. Если выяснится, что никаких разговоров про Краса между мной и Кайраном не было, ко мне возникнут вопросы. Я судорожно принялся перебирать варианты возможной брехни, какую попробую втюхать в ответ.

Но обдумать проблему как следует, мне не дали. Несмотря на все мои невольные попытки отвадить Махавая от посещения библиотеки в обеденное время, наш ботан таки заглянул в книгохранилище сразу после физры, и свежий выпуск Имперского вестника благополучно дождался завершения манником трапезы.

— Что там новенького? — поинтересовался жующий булочку Влар. — Давай делись, книгочей.

— На корнях всё спокойно, — не отрывая глаз от страницы, сообщил Махавай. — Рой пока не очухался.

— Пусть нам спасибо скажут, — осклабился Рангар. — Сектов покрошили не счесть.

— Особенно ты, — поспешил поддеть его Глэй.

— А что? На мне прыгун и два мура, — возмутился брат. — Кто из вас вальнул больше?

— Босс немножко тебя обогнал, — хихикнула Соль.

— Самую малость, — присоединилась к смеху сестры Айла.

— Рейсан не считается, — огрызнулся Рангар. — Давай дальше, Мах.

Махавай, успевший за это время пробежаться ещё по паре статей, уже переворачивал страницу.

— Император озвучил имена силаров, что отведают Зерна в этом цикле. Три водника, два воздушника, громобой, пара лекарей, менталист и огневик. Последний с выходом на пятый ранг, остальные на четвёртый.

— Халявщики, — презрительно скривился Рангар.

— Завидуй молча, — снова подколол брата Глэй. — Про нирийцев есть что?

— Продолжают копить силы на ближних к нам ветках. С корней перебрасываются войска на случай возможного нападения. Уже вроде как прошли мимо нас. В штабе армии уверены, что основной удар противника придётся на второй ярус, но и у нас десант тоже наверняка высадят.

Зачитав последнее предложение, Махавай перевёл взгляд на правую половину газетного разворота.

— Ух ты! Интересно!

— Что там? Читай, читай, — послышалось сразу несколько заинтересованных голосов с разных сторон.

— Пишут, у соседей какой-то странный громобой появился, — не заставил себя долго упрашивать умник. — Всего на втором ранге, а уже творит с молниями не пойми что. Какие-то шаровые запускает, обычными на огромное расстояние бьёт, на себя силовой кокон вешает. Ерунда какая-то. Судя по всему, слухи распускают сами нирийцы. Запугивают нас так. Сами понимаете, на войне все средства хороши. Обычная газетная утка.

— Ага. Из глаз молнии, на бошке рога и пердит огнём, — с серьёзным лицом процитировал Влар некое всем известное описание.

Шутка зашла — народ дружно заржал. И только я один молчал с каменным лицом. Знали бы вы, что сидите за одним столом с Пожирателем, небось не хохотали бы сейчас так. Я вот лично был склонен поверить в чудесного громобоя. Газетные утки, газетными утками, а дыма без огня не бывает.

* * *

Проводимая у нас по расписанию лишь раз в две недели Артефакторика преподнесла приятный сюрприз. Ещё одно важное открытие заполнило белое пятно в моей картине нового мира. Теперь я знал, как уних тут организована связь. И это знание многое объясняло.

Оказывается, по всему аллою проложены энергетические провода — близкие родственники мановодов. Только в отличие от последних, эти коммуникации связывали не здания внутри города, а сами города между собой. Единая разветвлённая сеть, протянутая по всем ярусам, ветвям и веткам. Этакая смесь телефона с телеграфом. Послания передают голосом, но не конкретному адресату, а специальному человеку, записывающему текст и направляющему его далее по цепочке. То есть связь не прямая, без доступа к конкретному абоненту. Сигнал идёт до ближайшей станции, те гонят принятое сообщение дальше — и так до конечного получателя, что существенно замедляет процесс.

Но это, если брать обычную линию. А есть ещё экстренные: в главный город на ветви, в центральную стволовую диспетчерскую, на соцветие, в приёмную императора — вопрос уровня доступа. Это уже прямая выделенка, без всяких промежуточных передастов. Очень удобно, но доступно не всем. Да и в целом у государства на мгновенную связь монополия. В замках знати телефонов нема. Только замкнутые внутренние сети для личного пользования. У нас в форте тоже такая есть, но мы — учреждение казённое, выход имеется и на «межгород». Теперь хоть понятно, почему новости от нас наверх поступают так быстро. Как, собственно, и реакция на них.

* * *

На Технике боя Вигел Кио отчего-то решил поменять мне партнёра по спаррингу. Вчера я без особых проблем одолел воздушника, что считался вторым после Краса по силе у западников и сегодня хотел повторить, но уже без жульни с микрошурсом. Наставник же своей инициативой спутал мне все карты. Физик четвёртой ступени, что выступил заменой прежнему пацану не выглядел хоть сколько-нибудь опасным противником. Долговязый, нескладный, медлительный. Без применения дара такому в драке со мной ловить нечего. Что называется — тренировка коту под хвост.

Единственное, что смог придумать полезное для себя — отработка на дылде ударов ногами. Плясал вокруг него Джеки Чаном всё отведённое на поединок время. Руками не бил, шурс не юзал, вовсю веселил народ и сам веселился. В какой-то момент так увлёкся, что даже случайно провёл запрещённый приём. Не в смысле, что жахнул по яйцам, а ударил так, как в этом мире не бьют — крутанул вертушку в прыжке.

На удивление прокатило — достал в голову и, что важнее сам не упал. Вот, что значит тренированное тело — послушность высшего уровня. Я ведь даже не пробовал эту киношную хрень тут ни разу. Эффективность сомнительная. Чисто рисовка. Прошло только потому, что противник — тюфяк и вновинку приём. Зато зрелищность зашибись. Народ дружно захлопал.

Вот только физику никакого урона. Удивлённо глаза округлил и давай снова лезть на меня со своими размашистыми ударами. Кажется, я понял задумку наставника. Вигел специально поставил против меня эту грушу, чтобы я меньше тратился на манёвры. Непробиваемость у пацана ого-го. К завершению боя я так его в итоге и не свалил. Но тренировка в зачёт. Можно считать разминкой перед завтрашним махачем с Гэдро. Круг замкнулся, и мы снова выходим против востока.

* * *

Когда и на ужине за столом западников не оказалось Фалко, я реально струхнул. И, как выяснилось, волновало его отсутствие не только меня.

— Ты понимаешь, что происходит? — прошептала сестра, подозрительно косясь на пустующий стул Краса. — Какого куса этот урод там застрял? Да и Черхан с Дзоном до сих пор не пришли. Не нравится мне всё это.

— Мне тоже не нравится, — буркнул я.

— О чём говорили вчера?

Я чуть лепёшкой не подавился. Откуда… Хотя, чего я удивляюсь? Несколько человек видело, как я увожу Фалко. Надо было не так открыто его выцеплять. Но теперь метаться поздняк.

— Задание отца, — коротко обронил и скорчил суровую рожу.

— Так и думала, — кивнула Тайре. — Тромбовал?

— Ага.

— И не в первый раз, как я понимаю, — прищурилась сестра. — То-то он в последние дни такой смурной ходит. Ты с ним не перестарался случайно? Похоже, кусёныш коменду жаловаться побежал. Вот посмотришь, сейчас Черхан явится и начнёт речь толкать про недопустимость вражды между учениками. Кус с ними с баллами, но как бы что похуже не прилетело.

Тайре как в воду глядела. Войдя в столовку в сопровождении мастера наказателя, Черхан Гра сразу направился в центр зала.

— Спешу огорчить вас, силары, — заняв позицию, пробасил комендант. — В форте стало ещё одним учеником меньше. По неизвестным мне причинам мэл Крас решил прервать обучение и утром написал заявление. Я вынужден был направить запрос в его клан, но весь день, пока ждали ответ, мы со старшими мастерами пытались отговорить мэла Краса. Увы, он своего решения не изменил и, как только мы получили добро от его отца, отбыл в сопровождении выделенной нами охраны. К чему я всё это говорю?

Черхан сделал паузу, во время которой обвёл хмурым взглядом все четыре ученических стола.

— Мы так и не выяснили причину случившегося. Если кто-нибудь из вас знает, что подтолкнуло мэла Краса к такому решению, прошу сообщить. На этом у меня всё. Продолжайте ужинать.

Комендант направился к своему стулу, я же взглядом прирос к тарелке. По коже побежали мурашки, кусок перестал лезть в горло. Ощущение, когда все смотрят на тебя — такое себе удовольствие. Неужто Черхан сомневается, что Фалко сбежал из-за меня? Или его запутал тот мой поступок, когда после победы над сколопендрой я покрывал Краса, или у него просто нет доказательств. Скорее второе. Специально же бросил клич в зал. Надеется, что мои недоброжелатели что-то знают и дружно побегут стучать. Ему нужен повод, чтобы меня порасспрашивать. И не про ссыкуна-Фалко — на него Черхану насрать. В записке, что ему передала тётушка Фарта, значится фамилия Рэ, и вряд ли столь опытный дядька поверит, что дети ничего ведать не ведают про планы родителей.

— Ничего у него против тебя нет, — словно прочитала мои мысли Тайре. — Подозрения не в счёт, а большего взять неоткуда. Ты же с Красом один на один тёр. О чём — не знает никто. Даже я.

Последнюю фразу сестра произнесла с укором в голосе.

— Другое плохо, — покачала головой она, поняв, что я не собираюсь ничего рассказывать. — Приказ отца не исполнен. Он будет недоволен.

— Предлагаешь догнать? — огрызнулся я. — Кто знал, что эта мразь окажется настолько ссыкливой?

— Это да, — протянула сестра. — Такого я даже от этого кусьего выродка не ожидала. Что же ты ему такого сказал?

— Да много чего говорил. Хотел запугать урода, чтобы он в нужный момент опозорился. Ты же помнишь приказ отца? Убить просто. Но ведь Краса нужно было ещё и унизить, а это уже посложнее.

— Ладно проехали.

По обиженному лицу Тайре было видно, что она хотела услышать подробности.

— Крас — кусня. Главное, другой приказ отца выполнить, — добавила она после небольшой паузы. — Чувствую, скоро начнётся.

Здесь наши с ней ощущения совпадали. Сегодняшнее напоминание Махавая о возможной войне с соседями заставило меня снова начать переживать по поводу грядущего путча. Наверняка одно с другим связано. Пока большая часть армии императора будет занята боевыми действиями на фронте, заговорщики попробуют исполнить задуманное. Вреднее для державы, чем внутренний конфликт во время войны с противником внешним, ничего нет — оставшиеся в моём прежнем мире знатоки отечественной истории не дадут соврать. Но разве таких подлецов как Дрейкус, волнует судьба своей родины? Не удивлюсь, если эти нирийцы и спонсируют переворот.

— Выполним, — уверенно кивнул я и поднялся из-за стола.

Скоро начнётся? Ну и пускай. Всех книг мне всё равно не перечитать, а бесконечное ожидание уже утомило. Настроение в жопе. Даже близняшек на массаж звать не хочется. Да что там секс. К Фае на чердак и то идти не хочу. Депресняк капитальный. Если сейчас Черхан вызовет на допрос, всё ему расскажу — и пошло оно в мох. И про заговор, и про то, что никакой я не Рэ, и про Пожирателя, и про Рой. Пусть делает со мной всё что хочет. Я устал так жить. Устал переживать и выкручиваться. Может, он мне поможет? Может, я зря боюсь всех и вся?

* * *

Слава Древу, Создателю и трусости моих злопыхателей — к Черхану меня так и не вызвали. Утром я вспоминал свои вчерашние мысли и не мог понять, что это был за приступ вселенской хандры. Прежде со мной никогда не случалось подобного. Я же — сцуко — оптимист до мозга костей. Вывод напрашивался один — снова Рейсан со своими эмоциями. Видимо, зря я так долго его не проведывал. Рехнётся чувак от одиночества и начнёт меня травить своей душевной болью.

«Рейсан, слышишь меня?» — решил я прощупать обстановку у себя в голове.

«Да, Пожиратель. Спрашивай.»

Тон нормальный — никакого отчаяния.

«Какое наказание стоит ждать от твоего отца за то, что я упустил Краса?»

Ответ меня совершенно не волновал, но нужно же было что-то спросить, раз к нему обратился.

«Скорее всего заставит найти и убить, когда-нибудь позже. Отец такие дела не оставляет незаконченными.»

«Устраивает.»

И я оборвал связь. Точно дело не в чувствах Рейсана. Неужели это моё собственное нытьё? Сдаёшь, Сашка. Впору антидепрессанты глотать. И действительно, поскорее бы оно уже началось. Если ещё на месяц-другой затянется, могу и сорваться.

* * *

— Силары!

Серьёзный до зубного скрежета голос и суровое выражение лица Черхана не оставляли сомнений, что объявление, с которого генерал-комендант решил начать завтрак, имеет статус повышенной важности.

— Сегодня в четыре часа утра без объявления причин и ультиматумов нирийские войска пересекли границы империи Хо. Война началась!

Война!? Уже?! Вот так сразу?! По залу прокатился вздох удивления. Многие, и я в том числе, повскакивали со стульев. На лицах тревога, руки лежат на клевцах.

— Враг вероломен, жесток и очень силён, — перекрикивая поднявшийся гомон, взревел комендант. — Но мы тоже не слабаки!

Могучий кулак Черхана врезался в раскрытую ладонь.

— За нами родное Древо! Наше дело правое, и враг будет разбит! Слава императору! Слава импери Хо!

— Слава! Величие! Мощь! — в едином порыве проревела столовая.

Теперь уже на ногах стояли все до единого человека. Выдернутое из-за поясов оружие воинственно тряслось над головами. В глазах праведный гнев и решимость.

И лишь один взгляд, на который я невольно наткнулся, застыл в холодном спокойствии. Заметив, что я смотрю на неё, Тайре еле заметно кивнула. Я мгновенно взял себя в руки и так же незаметно опустил в ответ голову.

Началось!

Глава двадцатая — Расскажи богу о своих планах

Но война войной, а занятия по расписанию. Через час после пламенной речи Черхана мы уже вовсю потели на физре. Когда страсти немного улеглись, комендант объявил, что эвакуировать нас станут, только если враг слишком быстро и далеко продвинется вглубь ветви, а это в любом случае дело не одного дня. Со слов генерала, в случае прорыва нашей обороны, даже передовые отряды на харцах в теории способны появиться под стенами форта не раньше, чем через несколько суток. И то, если нирийцы не станут отвлекаться на взятие городов и не будут сворачивать во владения кланов на ветки.

Как я теперь уже знал, длина ветви — примерно сто километров. То есть лиг. Спасибо десятичной системе, что используется и в этом мире — данная единица измерения длины не ставила меня в тупик, так как равнялась тясяче шагов. Очень удобно, зная, что шаг — это метр. Ну, или около того. Я прикидывал на глаз по шкале-ростомеру, нарисованной на стене раздевалки.

И вообще с географией тут всё просто. Аллои растут в строгом геометрическом порядке — рядочками один к одному. Всего таких рядов восемь — в каждом по двенадцать деревьев. Этакая аккуратная рощица. Идиоту понятно, что высажена искусственно. Тем более, что у каждого Древа все ветви одинаковой длины и расставлены крестиком на четыре стороны света. Зазор между крайними листьями соседних аллоев смешной. Иногда они так и вовсе друг друга касаются. Высота у деревьев тоже один к одному. Не удивительно, что у местных в ходу вера в Создателя. Вроде как данный предтеча божественной сути и разбил этот дивный сад.

С одной стороны нам с расположением повезло — и не с самого края, и не в центре леска. От большого сорняка один ряд великих деревьев нас отделяет. Так-то эти опасные заросли занимают и пространство между корней по всей роще, но особенно смертоносны они за пределами леса аллоев. С другой стороны, лучше бы жили на рубеже земель обетованных. Хоть с одного края соседей бы не имелось. Угораздило же нашему аллою граничить с юга именно с Древом нирийцев. Вернее с одним из двух гигантских деревьев, что входили в состав их империи.

Но вопросы расположения Древа, как и точка куда я попал от меня не зависели. Как собственно и дальнейшее развитие событий. Я со своей стороны уже сделал всё, что мог. Дальше дело за Черханом и его начальством. Не дураки же — должны понимать, что восстание вспыхнет с началом войны. Не сейчас, так на следующей паре, не сегодня, так завтра за мной, а возможно и за Тайре с Рангаром придут. Время на тонкую игру вышло, настала пора грубых решительных мер. Как загребут, так сразу и сдёрну. Про мои таланты Пожирателя им ничего не известно. Должно прокатить. Шурс — великая сила.

Но час шёл за часом, а по мою душу никто так и не являлся. Пообедали, помедитировали у Драма Бора на Основах возвышения, помахали руками-ногами на боёвке. Ну когда же уже? Отдавшись невесёлым мыслям, я вяло отбывал номер. Гэдро, уложивший меня за тридцать секунд, даже возмутился — мол, я не стараюсь. Ему бы мои проблемы. Ни о чём другом, кроме как о предстоящем аресте думать не получалось.

Следующий день для меня прошёл, как в тумане. Мы чем-то занимались, о чём-то разговаривали, чему-то учились, снова дрались с Кайраном, если моё избиение можно было так назвать. Всё тлен, всё не важно. Вечером я тупо лёг на кровать и лежал до отбоя. Читать не хотелось, секса тем более. Можно было сходить на чердак к Фае, но что я в таком настроении ей наговорю?

Третьи и четвёртые сутки ничем не отличались от предыдущих. Ожидание неминуемого, апатия, хандра, страх. Выловившую меня для разговора тет-а-тет Тайре отшил коротким: «Я готовлюсь». В столовой каждый раз старался поймать взгляд Черхана. Ну что же ты тянешь, мужик? Неужели всех людей Дрейкуса вычислили? Неужели предатель из мастеров уже пойман? Собираетесь взять с поличным, когда начнём действовать? Вопросы, вопросы, вопросы… А на ответы даже намёков нет.

* * *

На пятый день мне поплохело настолько, что я решил забить на завтрак. Сказал брату, что нет аппетита и остался валяться в койке. По утрам комендант озвучивал фронтовые сводки, которые улучшению настроения не способствовали, а у меня оно и так дрянь. Войска империи Хо героически сражались на обоих ярусах — ветви третьего были немного короче и с соседними аллоями не соприкасались — но при этом отступали, неся серьёзные потери. Сказывался численный перевес в силарах, что имелся у нирийцев.

Наше командование уповало только на будущие удары в тыл врага дружинами знати, чьи ветки постепенно смещались за линию ползущего вперёд фронта. Вот только я сильно сомневался, что на нашей южной ветви такие контратаки стоило ждать в сколько-нибудь ощутимом количестве. Слишком уж много кланов было замешано в заговоре.

От размышлений меня отвлёк негромкий стук в дверь. Ну вот оно! Почему-то я не сомневался, что это не кто-то из учеников решил потревожить пребывающего не в духе Рейсана. Ты ждал, Санёк? Вставай и встречай гостей. Обучение в академии для тебя закончилось.

Я поднялся с кровати и подошёл к двери. Тю. А засов-то откинут. Я же не закрывался после ухода Рангара. Не врываются, вежливые. Это хороший знак. Сопротивляться на данном этапе я в любом случае не планировал.

— Вы один?

Не дожидаясь ответа, в комнату проскользнул тот самый лысоватый коротыш-коридорный, что в прошлый раз передавал мне привет от отца.

— Спасибо, что облегчили мою задачу, мэл, — тихо проговорил связной Дрейкуса, беззвучно прикрыв за собой дверь. — Вас непросто застать в одиночестве. Время пришло.

Я оторопело молчал, пытаясь понять, как так вышло, что люди Черхана позволили этой встрече случиться. Они что там, совсем в ус не дуют? Дождались, мать его так! И что мне теперь прикажете делать?

— Сегодня ночью, — продолжал меж тем хриплым шёпотом служка. — Как убьёте генерала, оборвите в его комнате штору и вывесите её за окно. Это будет сигналом для нас. Вот ключ от его двери, — металлический стержень с гребёнкой разнокалиберных выступов лёг в мою руку. — Нам удалось незаметно сделать дубликат. Замок там не шумный.

Я бестолково уставился на ключ, продолжая охреневать, а связной Дрейкуса тем временем уже давал следующие инструкции:

— Госпожу Тайре предупредите сами. Договоритесь с ней о времени, чтобы сработать синхронно. Подготовьте своих друзей из дружественных нам кланов к предстоящему. Но без подробностей. Наши люди проведут захват форта самостоятельно. Задача учеников не путаться под ногами. Опознавательный знак — белая повязка на левой руке. Вот вам на всякий случай запас, — коридорный протянул мне связку широких тканевых ленточек. — Раздайте своим. Но повторяю: ночью сидеть по комнатам. Господину не нужны случайные жертвы.

— Что делать мне, когда… я убью Черхана?

Последние слова с трудом вылезли изо рта. Сука! Три раза сука! Меня всего мелко трясло. Ну как так-то? Вот ведь бл@ дотянули!

— Здесь всё без изменений, — пожал плечами связной. — Спускайтесь в подвал главного учебного корпуса и сидите там пока всё не закончится. За вами придут.

На этом коротышка откланялся, и я снова остался один. Бездумно теребя в руке связку повязок, стоял и глядел на закрытую дверь. Что же делать? Что же, мать его, делать?! Мой план не предполагал того, что случилось. Этого фальшивого коридорного должны были давно замести. Предателя-препода тоже…

Стоп! А вдруг… Нет, не может быть! Тётушка Фарта не для отвода глаз носит приставку «Кай» перед фамилией. Ну не мог я так ошибиться. Или всё-таки мог?

Одно хорошо — взращённое зерно сомнений взбодрило. Я сунул белые ленточки в один карман, ключ от покоев коменданта в другой, наскоро умылся, привёл себя в порядок и побежал на физру. Ночью. Сегодняшней ночью. Что же я дурак не готовил план «Б»? Теперь поздно. Остаётся только доводить начатое до конца. Если Черхан по какой-то причине не получил мою записку, он должен обо всём узнать, чего бы мне это не стоило.

Если раньше я ещё мог себя уговорить не вмешиваться — мол, я здесь чужак, моё дело — сторона, то сейчас после начала войны мне уже мало было просто спасти Толу с Ферцем. Папенька Рэ и компания собираются скинуть нынешнюю власть, воспользовавшись моментом, когда в их страну вторгся враг. К верхам на чужих штыках и крови своих граждан… С моей точки зрения — это подлость, закрыть на которую глаза мне совесть не даст. Вот только как выяснить у Черхана, получал ли он письмо?

Прийти и спросить. Это да. Но встряну я тогда однозначно. И самому генералу дам повод меня задержать, и для Дрейкуса превращусь из провалившего задание непутёвого сына в предателя, и перед Рейсаном спалюсь. Зря что ли хитрил с записками? Но деваться некуда. До обеда жду и, если меня не придут арестовывать, являюсь к Черхану с повинной.

Но почему? Почему же я так сильно ошибся в тётушке Фарте? Может, записки прочла не она? Вдруг, кто-то перехватил? Надо спросить у Грая, как он их ей подсунул. После физры я шепнул дикому в раздевалке, что нам надо поговорить, и на пути от малой арены к ГУКу мы, чуть отстав от ребят из нашей группы, на какое-то время остались вдвоём.

— Слушай, хотел спросить про свои записи, что я тогда тебе оставлял, — начал я осторожно, всё ещё не оставляя надежду не раскрыть карты перед Рейсаном у себя в голове.

Грай сморщился, словно я поднял неприятную для него тему.

— Не обижайся, знатный, но эта ерунда оказалась гораздо сложнее, чем я думал. Одна добрая девочка из кожи вон лезет, стараясь меня научить. Думаю, неделя-другая — и уже смогу прочитать, что ты там накорябал.

Мёд мне в рот! Я застыл на полушаге, стараясь уместить в свою картину мира услышанное. Так он что же, не умеет читать? Господи! Какой же я олень! Ломаю голову над причинами, подозреваю Фарту, строю теории одна другой фантастичнее, а всё просто…

— Не торопись. Спешки нет.

Одновременно с произнесенными словами пришло понимание: игры в секреты закончились. Эх, Сашка… Старался ты выйти сухим из воды, но видимо не судьба. Придётся лично являться к Черхану, и будь что будет.

Но сначала обдумать. Цейтнот — штука сильная, заставляет мозги работать в другом режиме. Голова моментально распухла от ворвавшихся в неё идей. Да, я облажался. Но война ещё не проиграна! У меня есть полдня, на соломку, которую я могу подстелить. Обратной дороги нет. Цели и задачи ясны. Начинаем готовиться.

* * *

На ужине я уже знал, что собираюсь делать. Проблем много, но инструменты для их устранения тоже имеются. Перво-наперво объявил общий сбор у Суров, на который пригласил в том числе и Грая. Дикого предупредил, что возможны траблы — прикроет, если что.

Перед тем, как покинуть столовку, дождался у выхода Гэдро. Терять уже нечего. В жопу секреты.

— Кайран, дело на миллион таларов. Вот две ленточки — для тебя и для Фаи. Повяжите ночью друг другу на левую руку. К отбою приходи на чердак северного корпуса и вот так стучи в дверь.

Отстучав на стене условный сигнал, я вложил ему в руку полосочки ткани. Первушник посмотрел на меня, как на умалишённого, но повязки тем не менее принял.

— Что за балаган, Рэ?

— Дело жизни и смерти, — заявил я как можно более серьёзным голосом. — Это для безопасности Фаи. Завтра всё объясню. Но главное — сидите на чердаке всю ночь.

— Что?!

— Клянусь Древом, Создателем и своим кланом, — протараторил я. — Скажи ей, что это я попросил. Ночь намечается хуже некуда.

— Я могу помочь? Черхан в курсе?

В отличие от меня, Гэдро не ходил вокруг да около, когда чувствовал, что пахнет жареным.

— Извини, Кай, — покачал я головой. — Ты можешь только навредить. Комендант знает. Всё схвачено.

— Я тебе не Кай, — огрызнулся первушник. — Если ты обманул, или мэли Хок подвергнется опасности по твоей вине, пеняй на себя — убью.

— Договорились, — кивнул я и сбежал от продолжения разговора за дверь.

* * *

— Друзья мои, дело по которому я вас сегодня собрал, имеет огромную важность.

Позаимствованный у любителя подобных речей — Черхана пафос так и пёр из меня, но по-другому нельзя.

— Нам придётся доказать, что мы уже давно не дети, и наши кланы могут гордиться нами. Пришло время подтвердить свой высокий статус настоящих силаров.

Проняло всех, но вот горели глаза у ребят по-разному: удивление, воодушевление, страх и только у Тайре непонимание и осуждение — видно, с её точки зрения посвящать свиту в дела заговора до того, как тот перешёл в активную фазу было неправильно. А то, что организованное мною собрание посвящено именно этой теме сомнений у неё точно нет.

Народу в комнату Суров набилось изрядно: сами браться, Влар, Глэй, два Даста, Махавай, замерший у двери со скрещенными на груди руками Грай, сёстры Тре, Тихоня и Тайре с Рангаром. Пятнадцать человек вместе со мной — неслабая банда. Если всё пойдёт наперекосяк, привлеку бойцов к прорыву за стены. Должны же они помочь своему боссу в трудную минуту.

На мгновение я заколебался. А правильно ли я поступаю? Всё-таки самое безопасное сегодняшней ночью — сидеть по комнатам. Но секундная слабость быстро прошла. Родители этих барчуков затеяли всю эту хрень, так что пусть их детки хоть немного загладят вину отцов. Да и что им станется? Охрана форта и преподы учеников априори не тронут, а для людей Дрейкуса пропуском послужат белые ленточки на руках и на крайняк фамилии этих оболтусов. Выгорит у меня с побегом — будет им плюсик каждому к карме.

— Ночью на академию будет совершено нападение.

Народ ахнул, а Тайре сделала большие глаза. Большие и очень злые.

— Специальный отряд нирийцев при поддержке предателей внутри форта попытается выкрасть двух учеников, имеющих огромную ценность, что для нашей империи, что для врага.

— Какого куса, Рей?! — не выдержала Тайре

— Такого!

Разогнанный шурсом и им же укреплённый кулак влетел Тайре в голову.

— Никому не двигаться! — взревел я страшным голосом и, подмигнув Граю, опустился на колено возле рухнувшей на пол сестры. Дикий мгновенно оказался рядом, прикрывая от возможной атаки. Но дураков, как и смельчаков не нашлось. Открыв рты и вылупив глаза, ребята застыли кто где стоял и сидел. Даже близняшки не рыпнулись. А за них, как за близких подруг сестры, я переживал больше всего. Понимают, кто здесь власть. Умнички.

— Жива, — кивнул я на тело Тайре. — Кляп в рот, наволочку на голову и запеленать в простыни, как личинку лайзы.

Грай без лишних вопросов принялся исполнять озвученное. Настоящий профи. Что бы я делал без этого смекалистого здоровяка?

— Думаете откуда я всё это знаю?

Говорил всем, а смотрел на Рангара. Хорошо, что даже братишка не знает про заговор. Могу вешать любую лапшу.

— Меня самого вербовали в предатели. И кто?! Родная сестра!

Войдя в роль, я плюнул в сторону заматываемого Граем в простыни тела.

— Даже не буду озвучивать, что мне обещали в награду. Вы знаете, я всегда возьму своё, но Рейсан Рэ не подлец. А ещё я не трус! И я воин!

Прорычав последнее, замолчал и медленно обвёл всех присутствующих пристальным взглядом.

— Знаете, что сейчас для меня важнее всего?

Догадок естественно не последовало. Напрягшись, все ждали моего ответа на свой же вопрос.

— Выяснить, кто есть вы?

— Приказывай, босс! — мгновенно откликнулся Влар.

— Мы с тобой! — одновременно вскочили с кровати Дасты.

— Я тоже воин и тоже не трус! — стукнув себя в грудь кулаком, пробасил Глэй.

— Я Рэ! — приложил к сердцу руку Рангар. — Настоящий Рэ, — добавил он, бросив презрительный взгляд на спелёнутую в простыни Тайре.

— Мы твои, босс, — двусмысленно улыбнулась Айла и положила ладонь на плечо Соль, лицо которой выражало полное согласие с сестрой.

— Среди нас нет трусов и нет предателей, — высказался за всю рыжую троицу лекарей старший Сур.

— Я верна императору, своему клану и своим сюзеренам, — торжественно произнесла Тихоня, гордо вскинув голову.

Возникшая после её тирады пауза была потрачена на перевод взглядов присутствующих в угол, где тихой мышью затаился последний из моих юных вассалов.

— А что вы все на меня смотрите? — дрожащим голосом пропищал Махавай. — Сами понимаете, боец из меня никакой. Но я не трус. Нет. Я очень даже не трус.

Последняя фраза прозвучала гораздо увереннее и даже с каким-то вызовом, брошенным, видимо, самому себе. Молодец ботан! Единогласно! Можно двигаться дальше.

— Другого я услышать и не ожидал, — подвёл я итог, довольно улыбаясь. — Горжусь вами, друзья. Теперь слушайте, что от вас требуется.

* * *

Спустившись по неожиданно обнаружившейся у Суров верёвке вниз прямо из окна их комнаты, мы бесшумными тенями крались по парку в сторону ГУКа. Спасибо Линкину, оказывается давно обкатавшему данный способ побега после отбоя, лестница, фонтанная площадь и арка — самые опасные части пути вышло срезать. Дело близилось к двум часам ночи. Академия спала. К сожалению не вся, но по крайней мере в учебных корпусах свет ни у кого не горел. У нас тоже.

Оставленные охранять пришедшую в себя Тайре Тихоня с Махаваем сидят сейчас в темноте и наверняка дрожат от страха. Мычание примотанной к кровати заложницы даже у меня вызывало озноб. Представляю, что она пытается сказать. Представляю, какие проклятия изрыгает сквозь кляп в подушку. Представляю, что сделает с пленителями, если получит свободу.

Только хрен ей. Грай спеленал на совесть — у него опыт богатый, Рангар не даст соврать. Кстати, мысль оставить охранять Тайре брата, сейчас уже не казалась удачной. Вдруг, дурень с какого-то перепуга решил бы освободить пленнице рот? Например, чтобы выслушать исповедь на тему «Как я докатилась до жизни такой». А что, с этого идиота станется. Спасибо Махаваю, что убедил меня взять Рангара с собой и вызвался сам стеречь Тайре.

Понятно, что ботана толкнуло на такое решение сжавшееся очко, но зато теперь я спокоен. Неизвестно ещё, кому сейчас страшнее: крадущемуся рядом со мной Рангару, или Махаваю, слушающему замогильное мычание моей злобной двойняшки. Пусть ещё спасибо скажет, что Тихоню ему в пару оставил. Хотя, тут я не за него переживал, а просто избавлял отряд от балласта. Энергия, что я мог при надобности вытянуть из манницы, не стоила присутствия физически слабой и не особо ловкой девчонки в нашей группе спецназа.

Я очень надеялся, что всё у меня получится, и драться, тем более насмерть, нам ни с кем не придётся, но тем не менее у каждого за поясом болтался в чехле клевец. У меня даже два — второй Тайре. Кроме этого у нас в арсенале имелись: ускорение, сила, вода и воздух. Ресурс, мана — у всех до краёв. У Дастов на спинах специальные бурдюки с лямками — армейские, как гордо мне сообщил один из братьев.

ГУК не был крепостью. Охраны на ночь никакой. Даже извечный дядька в фуражке спать отправлялся за стены, в академ-городок. Тем не менее через центральный вход я ломиться не стал. За ним наверняка наблюдают, а я не хочу давать заговорщикам сигнал: «Приготовиться!». Про «Внимание!» и речи нет, а заветного «Начали!» они от меня не дождутся тем более. Хрен им, а не штору в окно. Ждите, родимые, внезапную, но при этом беспалевную побудку всех, кого вы собирались резать во сне. Ну, или Черхан ещё что-то более действенное придумает.

Ребят я с собою дальше не звал. Группа поддержки засела в густых кустах у западной стены ГУКа. С этой же стороны я и влез в одну и открытых фрамуг. Обычая закрывать окна на ночь в обязательном порядке внутри форта к моему удобству не существовало. Очень скоро я уже скользил по ступеням центральной лестницы на четвёртый этаж, где располагались апартаменты троих старших мастеров — единственных силаров, кто проживал непосредственно на рабочем месте.

Ну вот и искомая дверь. Приложил ухо, прислушался — тихо. Давай, Санёк! Через минуту-другую ты, наконец, сбросишь с себя эту грёбаную ответственность. Не ссы! Сейчас Черхану будет не до тебя, а завтрашний день ты встретишь уже за стенами форта.

Дрожащими пальцами я вставил ключ в замочную скважину. Один оборот, второй, третий… Шума ноль. Тяну ручку на себя, проскальзываю внутрь и прикрываю дверь за собой. Мёд мне в рот! Я в хате Черхана! Теперь ищем хозяина.

Я огляделся. Света чертовски мало. В этом мире аж две луны, но они обе сейчас закрыты ветвью второго яруса. Здесь мы имеем что-то типа прихожки. В стороны расходятся сразу три арочных проёма. Ничё так квартирка у коменданта — разгуляться есть где. Выбираю центральный, как самый светлый. Я бы сделал спальней ту комнату, где побольше окно. Так и есть — кровать возле огромных, на полстены створок. Я шагнул внутрь.

Как будить будем? Вежливый кашель, или тихое: «Мэл Гра, я по делу к вам.»?

Бах! Внезапная боль вышвырнула из головы все мысли. Кажется меня ударили чем-то тяжёлым… Или обо что-то тяжёлое. То есть твёрдое. Что за…

— Почему я не удивлён? — проник в уши сквозь звон смутно знакомый голос. — Всё-таки Рэ? А ведь я хотел ошибиться. Правда хотел.

В шурс! Срочно!

— Ай!

За малым не свернул себе шею. Могучие лапы держали крепко — одна за горло, вторая за вывернутую руку. Сам Черхан сидел у меня на спине, прижимая обездвиженное тело к полу.

— Не дёргайся, парень. Все кости себе переломаешь.

Голос спокойный до ужаса.

— Твой отец — сама расточительность. Кто же приходит убивать четвёрку без сборщика? Неужели нирийцы обещали всё компенсировать?

Щёлк! Медвежья хватка коменданта ослабла. Мгновение — и железные пальцы Черхана, разжавшись, соскользнули с меня, как собственно и он сам. Рывком выбравшись из-под обмякшего тела, я с ужасом уставился на торчащее изо лба генерала оперение короткой стрелы.

— Создатель в свидетелях — я не хотел! — донеслось откуда-то из прихожки. — Я…

Стон блаженства прервал незавершённую речь. Убийца Черхана оргазмировал на добытых ступенях.

Кто?! Почему?! Зачем?! Как?!

И вот ответ на все эти вопросы заходит в комнату.

Дзон Гон! В руке короткий арбалет. Обычный, мать его, выстрел в голову, и никакой тебе магии! Так вот, кто предатель?!

— Как знал, что стоит тебя подстраховать, — с грустцой в голосе, несмотря на только что пережитое удовольствие, проговорил мастер-наказатель. — Черхан — слишком сложный противник. Он даже спит с открытыми глазами. Твой отец расстроится, что не ты забрал его жизнь, но выбора у нас не было. В любом случае, главное — захватить форт. И мы это сделаем. Открытая дорога к стволу гораздо важнее упущенной силы. Согласен, Рейсан?

— Безусловно, — прохрипел я в ответ, следя чтобы голос не дрогнул.

Довольно кивнув, Дзон Гон приблизился к трупу и присел над ним, словно желая убедиться, что могучий генерал мёртв.

— Ну что же, — протянул он, поднявшись секундой спустя. — Первый и важнейший шаг сделан. Работаем дальше.

С этими словами мастер-наказатель двинулся к окну. Рывок — и треск оборванной с корнями шторы огласил комнату.

— Люди ждут, — как бы извиняясь, что проделывает данное действо самостоятельно, пожал плечами Дзон Гон и, выбросив большую часть куска ткани наружу, придавил его створкой.

— Спускайтесь в подвал, мэл Рэ. Дальше мы сами.

От вида растекающейся по полу тёмной лужи мне сделалось дурно. Могучий Черхан… Раз — и седовласого богатыря больше нет. Случившееся в голове не укладывалось. А ведь я сам по сравнению с генералом просто жалкая никчёмная мошка, бессильная и хрупкая. Это не игры, Санёк! Это бл@ не веселенький квест с аниматорами. Здесь убивают, здесь умирают, и, если я хочу выжить — а я очень хочу — мне нужно быть сильным. В том числе и морально.

— Спасибо, мастер! — со всей искренностью, на какую был способен, поблагодарил я Дзон Гона и согнулся в низком поклоне. — Я всё объясню отцу. Вина только на мне.

— Оставь про вину, — отмахнулся повеселевший предатель. — Со всем этим разберёмся потом. Сейчас важно другое. Беги вниз. Я тут кое-что доделаю и тоже спускаюсь.

Быстро кивнув, я развернулся к двери и уже собрался бежать, как вдруг…

Бом! Бом! Бом!

Тишину ночи разорвал звон тревожного колокола. Кто-то неистово дёргал било на башне.

— Какого куса?! — прорычал Дзон Гон и бросился к окну, словно надеясь разглядеть в темноте виновника переполоха.

В мгновение ока я оказался рядом с мастером-наказателем. Лишающий заговорщиков элемента внезапности звук, волнами катился по форту. Спасибо тебе, неизвестный звонарь! Ты дал нам шанс! Пусть и не на победу, но хотя бы на возможность таковой.

И тут я уткнулся взглядом в расцветающие светлыми прямоугольниками учебные корпуса.

Бля… Они же сейчас все полезут наружу! Говорите, Дрейкус хотел свести случайные жертвы к минимуму? Срочно вниз!

— Срочно вниз! — проорал мою мысль Дзон Гон и пулей рванулся к двери.

Здесь ты прав, предатель. Мне нужно спешить. Только мы с тобой про разный «вниз». Жопа пришла! И не просто пришла — из неё уже вовсю лезет дерьмо. Готовь ложку, Саня! Очень большую ложку.

Глава двадцать первая — Взгляд смерти

Но с ходу выскочить в коридор у бегущего впереди меня Дзон Гона не получилось. Заняв дверной проём, путь предателю преградила худощавая фигура.

— Дзон? Что происходит? Где мастер Гра?

Морщинистое лицо Гайды Моха в свете фонаря, что старик держал в руке, застыло маской тревоги.

— А ты удачно зашёл, — зло оскалился предатель и со всего размаха всадил свой здоровенный кулак в лицо мастера-счетовода.

— Вот тебе и компенсация, Рейсан, — хохотнул Дзон Гон, поднимая лёгкое стариковское тело Гайды с пола. — Эта рухлядь тоже четвёрка. От Черхана всего на ступень отстаёт. Собирался его сам упокоить, но раз так получилось…

Присев на одно колено, мастер-наказатель посадил перед собой Гайду Моха. Волосатая лапа предателя зажимала рот пришедшему в себя старику.

— Давай, парень. Только быстро. А то сейчас этот мозгокрут надавит на жалость, или страха напустит. Развлекаться у нас времени нет.

Времени нет… Эта единственная чёткая мысль, что осталась у меня в голове. Остальные обрывочные и дёрганные, толкая друг друга, неслись в обезумевшем хороводе. Что делать?! Как делать?! Клевец! Да, клевец! Другого выбора нет! Мне снова его не осавили! Потом страх, потом муки совести… Всё потом! Сейчас действовать! Или будет поздно!

Выдернув из-за пояса один из клевцов, я вскинул его в замахе. Я должен! Я смогу!

Ускоренный микро-шурсом удар едва не развалил голову силара на части. На сжимающую оружие руку брызнуло что-то тёплое. Мозги? Кровь?

Но точно не мои слёзы. На удивление я не почувствовал почти ничего. Тихий голос шептал в голове: «Ты убийца. Ты убил человека.», но, ни ужаса, ни презрения к самому себе я не испытывал. Наоборот, на душе сразу стало как-то по-особенному спокойно. Я смог. Я победил свой страх. Я сделал то, что должен.

А потом пришло оно — наслаждение. Бесчисленные волны удовольствия обрушились на меня, выжигая мозг чередой настоящих оргазмов. Ступени, ступени, ступени… На седьмой я сбился со счёта. Сколько же я вобрал в себя силы? Третий ранг. А точнее? Не важно. Разве же сейчас до того?

— Создатель… — простонал Гайда Мох, спихивая с себя тело убитого мною предателя. — Что же ты натворил, мальчик. Что же ты натворил…

— Я спас вас, мастер, — тихо проговорил я, помогая старику подняться. — Дзон Гон предатель. Он только что убил мэла Гра.

— Черхан мёртв?! — вскинулся мастер-счетовод. — О Древо! Что происходит, Рейсан? Что ты вообще здесь делаешь ночью? Почему звонит колокол? На нас напали?

— Напали, мастер. Мой отец предал империю. Его люди пытаются захватить форт. Я пришёл предупредить, но… Но опоздал.

Я судорожно придумывал речь, способную убедить последнего из старших мастеров в моей честности, но на ум как назло ничего толкового не приходило.

— Спасибо, мальчик, — неожиданно обнял меня старик. — Пойти против клана — решение сложное, но ты выбрал правду и честь. Потом всё расскажешь в подробностях. Сейчас коротко самое важное. Нужно срочно предупредить стены и городок. Вдруг, ещё не поздно.

Что туплю? Менталист четвёртого ранга лучше любого детектора лжи умеет определять правду. Вот она — наша соломинка! Пусть Гайда Мох и небоевой силар, но он может скоординировать действия стражи и преподавателей.

— У людей отца на левой руке будут белые повязки, — с ходу выпалил я самое главное. — Первым делом они постараются открыть одни из ворот отряду нашего клана, что их ждёт за стенами. Нужно срочно бежать…

— Куда бежать, мальчик? — оборвал меня мастер-счетовод. — Скорее к дальногласу! У Черхана он не только в кабинете. Здесь тоже внутренний есть.

И старик, на удивление шустро, припустил мимо меня в спальню коменданта.

— Да будет милостив к тебе Создатель, мой добрый друг, — на мгновение остановился Гайда у тела Черхана. Костлявая стариковская кисть описала в воздухе круг — местный знак прощания, и мастер-счетовод поспешил дальше.

Телефон представлял из себя вмонтированную в столешницу сферу с обрезанным краем. Старик плюхнулся в массивное кресло, приставленное к генеральскому секретеру, но не успел Гайда Мох прикоснуться к шару, как тот засветился и принялся негромко жужжать.

— Генерал, на нас напали! — заорал передатчик взволнованным голосом, как только мастер дотронулся до него.

— Говорит мастер-наказатель, — перебил неизвестного Гайда. — Генерал мёртв. В форте предатели. Их отличительный знак — белые повязки на руках. Немедленно усилить охрану ворот! Снаружи тоже враги! Клан Рэ нас предал!

— Генерал мёртв? — растерянно переспросили с той стороны провода. — О Древо! Враги? Рэ — предатели? А нас тут Рой атакует! Проклятая ночь!

— Рой?! — пришёл черёд удивляться Гайде.

— Воздух! Лайзы, сыпухи! Вы разве не слышали колокол? Их тут целая туча!

Час от часу не легче. Так вот почему звучит тревожный сигнал?! Второй клевец сам собой скользнул в руку.

— Держитесь! — приказал мастер-счетовод неожиданно твёрдым голосом. — Ворота! Ещё раз повторяю — ворота! Передать по постам!

— Так точно, господин полковник!

А Гайда уже тыкал пальцами в тёмные выпуклости на шаре.

— Кто на связи?!

— Майор Фа, — отозвался шар голосом Термино.

— У вас тихо? Колокол слышите?

— Слышим. Что случилось? Мастер Мох, это вы?

— Я, Термино, я! Беда у нас! Черхан убит, в форте предатели! Поднимай всех, и бегом сюда! Клан Рэ спелся с нирийцами! Их отряд, что оставлен нам в помощь, будет прорываться внутрь! Остановите их! А тут ещё и Рой атакует с воздуха. Срочно нужна ваша помощь!

— Собираю всех и выходим. Держитесь, полковник.

Поняв, что спокойный как танк Термино сейчас прервёт связь, я поспешил вставить свои пять копеек. Резко придвинулся к шару и быстро заговорил:

— У некоторых учеников тоже будут повязки. Не обращайте внимание. Это обманка.

— Рейсан? — узнал меня мастер Фа. — Что он там делает? Гайда, вы в нём уверены?

— Более чем, мой друг. Этот Рэ на нашей стороне.

— Хоть одна хорошая новость, — раздался вздох облегчения на том краю провода. — Ладно, не тратим время! Ждите.

Связь с академ-городком оборвалась, но Гайда не торопился вставать.

— Последний вызов, и идём, — пробормотал он, тыкая пальцем в нужную точку сферы.

Шар снова засветился. Раз мигнул, два, три, четыре…

— Что-то не отвечают, — расстроенно пробормотал старик.

— А куда вызов?

— Жилые корпуса. Там под фонтаном скрытая караулка. Ночной наряд — четверо солдат. Старший смены всегда боевой силар. Не нравится мне это, мальчик. Ох, как не нравится.

Ну а мне оно нравилось ещё меньше. Не дать предателям открыть ворота — задача номер один, но удержать учеников в корпусах не менее важно. Мало того, что в суматохе боя кто-то из ребят может попасть под раздачу — ударные заклинания не делят людей на своих и чужих, так ещё и авиация Роя припёрлась. Из прочитанного учебника я знал, что стрекозоподобные лайзы опасны только на открытом пространстве. Крыша над головой гарантированно защитит от этих летающих сектов. Сброшенные же сыпухами грызлы — фигня. Отбиться от этой мелкоты, имея клевцы — никаких проблем не составит.

— Мастер Мох, разрешите мне сбегать на площадь? — взмолился я. — Нужно предупредить ребят.

— Конечно, мальчик. Конечно, — закивал головой старик. — Беги, но будь осторожен. Лайзы. А я в кабинет Черхана — нужно передать на ствол. Внешний дальноглас только там.

Гайда поднялся и быстрым шагом — на большее видно он уже был не способен — засеменил к двери. Я же давно обогнал мастера-счетовода и уже выскакивал в коридор. Лайзы… Как там с ними воюют? Да вроде по-всякому. Главное — не пропустить момент атаки, когда стрекоза бьёт воздушной волной. В книге пишут, что там удар не силён. Если крепко стоишь на ногах, вряд ли свалишься. Расчёт исключительно на внезапность, но темнота работает на сектов. Надеюсь, мои ребята в кустах живы-здоровы.

Первый лестничный пролёт я проскочил, не заметив. На следующем чуть не споткнулся и сбавил немного ход. Не хватало ещё разбить голову о ступени, когда вокруг столько других опасностей. Внизу что-то прогрохотало.

Я замер. Похоже, кто-то вышиб дверь главного входа. И точно — внизу затопало сразу несколько человек. Свои так не входят. Что делать? Я на втором этаже. В окно? Можно. Я дёрнулся по коридору от лестницы.

Стоп! А Гайда? Старик же здесь совершенно один. Они его схватят. Или убьют.

Бля… Тут ведь кабинет коменданта. А в нём единственная связь с внешним миром. Стратегический объект, сцуко! Окно откладывается. Я замер с клевцами в руках посреди коридора. Куда спрятаться? Все двери закрыты. Выбивать замок — слишком шумно.

— Стоять! — рявкнули с лестницы. — Кто здесь?!

Широкий луч фонаря ударил мне прямо в лицо.

— Рейсан? Ты почему ещё не внизу? Твой отец с нас шкуры спустит, если ты где подставишься! Дело сделано?

Говоривший явно знал меня лично. Сколько их там? Ослепили, уроды! Человек пять точно будет. Вот это я встрял!

— Сделано, — кивнул я. — Хорош в рожу светить.

Луч прожектора тут же упёрся в пол под ногами пришедших. Всё-таки шестеро. Ну-ка, волшебное зрение, помогай! Двое силары. Один восемнадцатая ступень, другой девятнадцатая — оба круче меня. То есть были круче. Теперь-то я трёшка. Эх, уметь бы ещё различать направленность дара. На всех шестерых обычный лёгкий доспех стражи форта. По крайней мере не из основного отряда, что трётся под стенами. Вон и повязки на руках.

— Дзон Гона не видел?

— Он мёртв.

— Кус! Как так?!

— С Черханом загвоздка получилась, — скривился я в мнимой досаде. — Повоевать пришлось. Мэл Гон тоже участвовал.

— Дерьмо! — зло выругался всё тот же мужик-знакомец Рейсана. — Господин осерчает. А этот, старик-менталист?

— Тоже мёртв, — не задумываясь соврал я.

Брехать, так брехать. Гайда не идиот. Тоже слышал, как вынесли дверь. Наверху тишина. Надеюсь, старик придумает куда спрятаться.

— Да уж, начали так начали, — скривился высокий брюнет, которого я наконец-то смог рассмотреть. — Все планы в бездну! Ещё и эти кусовы секты! Но наших задач это не отменяет. Давай в подвал — хватит с тебя риска. Раз все мертвы, нам только дальноглас уничтожить осталось. Вы двое, наверх! Убрать трупы! Обыскать этажи! Остальные за мной!

И, раздав команды, брюнет двинулся быстрым шагом по коридору в сторону кабинета Черхана. Зараза! Сейчас они грохнут связь!

Всю мою прежнюю нерешительность словно выключили нажатием кнопки. Сам себе удивляясь, я без замаха всадил клевец в лицо поравнявшегося со мной солдата. Другой помчался к груди командира отряда. Уничтожите вы у меня дальноглас! Хрена лысого!

Но одной смелости для победы было недостаточно. Внезапность помогла сразить первого врага, но второй на мою беду оказался истинным Рэ. В смысле скоростником. Реакция у таких как мы будь здоров. Отскочить, или парировать мой удар он, конечно, не смог, но врубить каменную кожу успел. Клевец звякнул остриём о магическую броню и бессильно отлетел в сторону.

— Ты что творишь?! — взревел силар, сбросив камень и отпрыгнув назад.

Я молча пятился, выставив перед собой оружие. Рэмбо бл@! Куда я полез?! Срочно в шурс — и валить!

Но даже этого мне сделать не дали. Второй за неполные двадцать минут воздушный кулак сбил меня с ног.

— Не убивать! — проорал скоростник и сам ушёл в шурс.

Размытая тень рванулась ко мне. Я тоже задействовал дар. Картинка замедлилась. Кувырок назад через голову — и рывком на ноги. Ощущение, что попал в какой-то вязкий кисель, и этот кисель плывёт, увлекая за собой и меня. Снова проделки воздушника. Хорошо в паре работают, гады.

Бля! Выпав из вновь размякшего воздуха, мгновенно налетел на кулак однодарца. Дыхание вышибло, в глазах потемнело.

— Всё! Держу!

Лицо упирается в пол, руки вывернуты за спиной, сверху на мне кто-то сидит. Чёртов брюнет-скоростник! Разделал меня под орех!

— Ничего не говори. Объясняться будешь перед отцом. Ищите чем связать! Время! Вре…

Чпок! Сидящий на мне силар неожиданно вздрогнул. Я почувствовал, как его пальцы на моих запястьях мгновенно ослабли. Снова в шурс — и рывком в сторону. Миг — и я опять на ногах. Клевцы искать некогда! В бой!

Молнией я рванул к врагам. Первым нужно свалить воздушника! Что за…

Свет упавшего фонаря выхватывает из темноты круглую рожу Глэя. А вон Влар. И близняшки Трэ. Соль как раз выдёргивает клевец из груди поверженного солдата.

— Кажись мы вовремя, босс, — приветственно вскинул руку один из Дастов. Я так и не научился их различать.

Я замер с занесённым для удара кулаком. Бить некого. Рядом только свои. Воздушник предателей валяется с торчащей из брюха здоровенной сосулькой. Оглянулся. Так и есть — грудь только что державшего меня скоростника разворочена другим ледяным копьём.

— Всю воду извели на уродов, — шутливо пожаловался Даст номер два.

— Ещё наберёте, — на автомате пробормотал я.

— Ага, и маны с ресурсом из крана хлебнут, — гоготнул Глэй. — Зачем этим высушенным пятиступкам вода?

Я шагнул ближе и молча сцапал всех троих в объятия. На спину тут же легла ещё одна рука, а за ней ещё две. Постепенно все присутствующие собрались в кружок, где каждый прихватил соседа за плечи. Словно футболисты перед решающим матчем мы стояли, обнявшись и склонив головы внутрь круга.

— Я за вас порву, братья, — с надрывом прохрипел я на эмоциях. — И сёстры, — добавил, встретившись с преданным взглядом Айлы. — Вы меня сейчас реально спасли.

— Да брось, босс, — смущённо пробасил Глэй. — Мы же это… Мы твои люди.

Мои люди… Как же это приятно звучит. И почему я считал этих ребят дерьмом? Стоило прийти настоящей беде, и эти избалованные отпрыски знатных фамилий показали себя с лучшей стороны. На мгновение я даже ощутил вину за свои действия. По сути ведь заставляю их сражаться против своих. Или я для них уже более свой?

— Спасибо!

Ещё раз похлопал по спинам ближайших ребят и разорвал круг. Время идёт. И только теперь я заметил, что в обнимашках кое-кто не участвовал. Стоя к нам спиной, Рангар замер у тела убитого скоростника. Догадываясь, что сейчас услышу, осторожно шагнул к нему.

— Дядя Бретор, — растерянно проговорил брат. — Как так-то?

— А ты думал Тайре в одиночку пошла против клана? — положил я руку ему на плечо. — Нирийцы купили многих.

Продолжая смотреть на покойника, Рангар тряхнул головой.

— Поверить не могу. Мамин брат боготворил твоего отца. Как он мог?

— Ты плохо разбираешься в людях. Пора повзрослеть, Рангар. Не верь всему, что показывают. Люди — самые хитрые и коварные существа.

Брат угрюмо склонил голову, видимо признавая мою правоту, а я уже думал над нашими следующими шагами. Бежать всей толпой к корпусам смысла нет. Ребята свою задачу выполнили — подстраховали меня. Пусть не так, как я планировал, но потащить всех к ГУКу — оказалось верным решением. Черхан мёртв, Гайда оценил мою помощь, и арест мне теперь не грозит. Так может и не стоит валить из академии? Вдруг, да получится отбиться? Война в разгаре, им будет не до меня. Тщательное расследование всех обстоятельств наверняка отложат на более спокойное «потом». Вот только Дрейкус… Папаша всё узнает — тут без вариков. У них здесь случайно нет программы по защите ценных свидетелей? Забудь, Саня! Эвакуируют тебя на верхние ярусы, а там обитают твои главные в этом мире враги — менталисты пятого ранга. Прочтут мысли — и привет. И это, если мы ещё победим.

— Какие же вы молодцы, силары!

Со ступеней в коридор сходил Гайда Мох.

— Враги хотели нас отрезать от связи с внешним миром. Вы очень вовремя пришли спасать друга. Сейчас я сообщу о наших бедах, и к завтрашнему обеду здесь будет резервная рота.

Слова мастера-счетовода меня окончательно убедили — план не меняю. Не греет меня разговор по душам с армейским командованием. Делаю, что должен — и нафиг с пляжа.

— Что там снаружи? — кивнул я на лестницу. — Говорят, секты прибыли. Вам не попадались?

— Как же не попадались, — хмыкнула Соль. — Лайза Глэю спину неслабо подрала. Подлечить пришлось.

— Ага, — продемонстрировал разорванное тоху здоровяк. — Это я ещё успел отскочить. В голову целила.

— На улицу до утра лучше не лезть, — покачал головой старший Сур. — Рваные раны лечить — никакого ресурса не хватит. Мне на Глэе и так пришлось манит выпить. А парни вообще пустые, — кивнул он на своих младших.

— А лезть и не надо, — успокоил я нашего главного медика. — По крайней мере всем. Остаётесь охранять мастера-счетовода. Восстанавливайтесь пока. Обратно мы сами.

— Мы? — подняла бровь Айла. — Кого берёшь с собой, босс? У нас с сестрой немного ресурса осталось. Если что, можем прикрыть.

— Я пустой, — развёл руки Влар. — Пока от кустов до дверей бежали, всё на лайз слил. Их воздухом только и отгонять.

Дасты синхронно повторили жест друга. Мол, звиняй босс — рюкзаки пусты, как и мы. Кстати, идея! Надо у парней рюкзачки одолжить. Так-то в них что угодно можно таскать.

— Пойдём только я, Грай и Рангар. Брат, как с ресурсом? Маниты есть?

— Есть и то и другое, — хмуро подтвердил Рангар. Судя по тону, до сих пор не может прийти в себя после случившегося. Потому с собой и беру. Нефиг тут сидеть думки думать. Глядишь, докумекается ещё до чего-умного, поймёт, что я ему лапшу вешаю. Лучше братца держать при себе.

— Грай?

Спросил для приличия, а сам врубил сканер. Мёд мне в рот! Четырнадцатая ступень! И когда успел только?

— Я тут вторым рангом обзавёлся, — не стал скрывать дикий своих успехов. — Так что всё есть. И каменная кожа тоже.

— Хоть бы спасибо сказал, — косо глянул на земляного один из Дастов. — Того предателя моё копьё между прочим сразило.

— Спасибо, — послушно поблагодарил Грай. — За то что в пузо. Скоростник, которого твой брат продырявил мгновенно откинулся, а с этого было время собрать урожай. Сам виноват, что протупил.

— Та он зараза дохлым казался, — расстроенно вздохнул водник.

— Для таких случаев с собой проверялку носить надо, — довольно продемонстрировал всем дикий свою заточку.

Тем временем Гайда Мох уже отпер кабинет коменданта и скрылся за дверью. Нам тоже надо спешить.

— Ладно, потом всё, — обрезал я разговоры. — Одолжите-ка рюкзаки, — попросил Дастов. — Пока на откате, они вам без надобности, а мне для кое-чего пригодятся.

— Да хоть на совсем забирай. Мы знаем, где ещё взять.

Братья хитро переглянулись, и у меня отлегло на сердце. Возвращать рюкзаки я не собирался.

— Удачи! — вскинул вверх руку, — Берегите мастера.

Рангар с Граем подобрали себе по второму клевцу, и мы бросились вниз по лестнице. Гайда Мох обязательно должен пережить эту ночь. Он мой главный и единственный свидетель. Пусть перед Дрейкусом мне себя уже точно не обелить, но хотя бы нынешняя власть не должна видеть в Рейсане Рэ врага государства.

— Грай, на секунду, — отозвал я дикого в сторону, когда мы спустились в холл. — Твоя задача — набить эти ранцы жратвой. Такой, что не слишком быстро испортится. Столовую вряд ли кто охраняет. Особенно сейчас.

— Валим значит? — довольно осклабился дикий. — Правильное решение. Я сам уже хотел предложить. Больно время удачное. Им тут сейчас не до нас. Чувствую, чем бы ночь не закончилась, про учёбу можно забыть. И тебе дома будет спокойнее, и за мной никто погоню не пошлёт.

— Верно мыслишь. Только сначала кое-какие дела доделаю.

— Это конечно. Я же не дурак, понимаю, что всё это ты не для отвода глаз замутил. Реально хочешь своим помочь. Кабы не моё к тебе уважение, сам бы давно свалил. Это не моя война. Но не боись, помогу тебе, знатный.

— Спасибо, друг.

Я передал дикому рюкзаки, и тот первым выскочил в ночь.

— Ну а мы с тобой к корпусам, — вернулся я к Рангару, стоявшему во время наших шушуканий с диким в нескольких шагах от нас. — Будь осторожен. Никакого геройства. У тебя каменной кожи нет.

— Хорошо. А этого куда послал?

Хмурый подозрительный взгляд и отсутствие обычного «старший брат» в вопросе меня не порадовали.

— За добычей, — загадочно проговорил я. Пусть ломает голову, что это значит.

Слава Древу других вопросов не последовало. Я осторожно выглянул наружу. Рядом с ГУКом всё тихо. Жилые корпуса горят множественными огнями окон, но и там, судя по редким звукам, всё относительно спокойно. Основной шум идёт справа, от выходящих на противоположную сторону от тракта и академ-городка ворот. Очевидный выбор. Сюда ночующим вне стен преподавателям и солдатам добираться дольше.

Помимо арбалетных щелчков и железного звона со стороны ворот доносились какие-то глухие удары. То и дело темноту ночи разрезали вспышки молний. Над стеной проносились блестящие в свете мечущихся фонарных лучей ледяные копья. Возле одной из башен неожиданно зажёгся огненный шар, осветив мельтешащих в воздухе над местом сражения сектов, и тут же умчался куда-то вниз.

Похоже, враги, не дождавшись предателей, что должны были открыть ворота изнутри, начали штурм снаружи. С блицкригом ребята явно обосрались. В том числе и благодаря моим действиям. Если защитники форта продержатся до подхода подкрепления из академ-городка, заговорщики останутся с носом. У них нет времени на долгую осаду. Завтра прибудет армейский резерв — и расклад сил кардинально изменится.

— Перебежками от дерева к дереву. Ты идёшь первым. К аркам не лезем. Входы-выходы с площади наверняка у них под контролем. Возвращаемся под окно Суров.

Рангар кивнул и выскочил наружу. Я бросился следом. Первую половину пути одолели за пару минут. В отсутствии добычи сектам тут нечего делать. Наверняка вьются в районе ворот и над площадью. Ближе к жилым корпусам на глаза стали попадаться единичные заплутавшие грызлы. Не отвлекаясь на них, мы продолжали свой дёрганный бег. От дерева к дереву, от дерева к дереву — с короткими передышками под зелёными крышами. Я уже начал верить, что мы проскочим незамеченными, но как известно такие мысли до добра не доводят.

На очередном броске к следующему укрытию я краем уха уловил стрекот крыльев. Атака с воздуха! Лайза заходила со спины, как я и надеялся. А вот толчок ветра оказался сильнее, чем я предполагал. Устоять на ногах не вышло. Рухнул, заваливая брата на землю и прикрывая собой.

Клац! По окаменевшей спине прошлись чем-тот вёрдым и наверняка острым. У лайз лапки слабенькие, хоть и когтистые, а пасть не настолько здоровая, чтобы слёту откусить от жертвы приличный кусок. Их главное немагическое оружие — хвост, что имеет на конце ножевидное жало. Лупят им, что твой скорпион. Только не над туловищем, а под. Вот и мне сейчас таким прилетело.

Прошуршав над нами, тварь пошла на второй заход. Десяток секунд у нас есть. В учебнике говорилось, что без разгона лайзы на атакуют. Мы вскочили с земли и помчались дальше. Я мысленно считал про себя. Раз стрекозлиха заметила, уже не отстанет. Деревья же как назло закончились. Ближе к нашему корпусу только последний участок кустов, но и до них не успеть. Восемь, девять… Шум крыльев!

Ныряю в шурс. Если эту летающую заразу не укокошить прямо сейчас, подтянутся её сёстры — и жопа. Рангар впереди замедляется, я рывком разворачиваюсь. Вот она! Серая размытая тень даже в моём ускоренном восприятии вполне себе быстро падает сверху. В этот раз к удару воздухом я готов. Расставил ноги, пригнулся. Знакомый кисель наполз, потянул за собой и исчез. После схожей атаки второрангового силара фигня. А вот и хвост с жалом. Изгибается, метя мне в грудь костяным навершием.

Нет. Слишком медленно. Не то, чтобы с лёгкостью, но успеваю отклониться. И само собой луплю сам. Прямо под основание хвоста, в брюшко. Или что это у неё так смачно хрустнуло-чавкнуло?

Всё. Изломанный внеплановым приземлением сект дёргается в предсмертных корчах на травке. Я снова в обычном режиме — надо беречь ресурс. А ведь совсем мелкая дрянь. Всего метра полтора в длину. С поджатым хвостом и скомканными крыльями смотрится совершенно не грозно. Размером с некрупную собаку. Кило двадцать, не больше.

— Сбил? — зачем-то спросил застывший с клевцами на превес Рангар очевидное.

— Не останавливайся!

Бля… Ещё стрекот! Спалили!

В этот раз тратиться на падение и каменную кожу не стал. Сразу активировал дар, и на шурсе срубил вторую лайзу тем же приёмом. Но эта сука припёрлась не в одиночку. Четыре атаки с промежутками в две-три секунды. Я еле успел выпить пару манитов из резервного фонда в кармане, едва не промухав момент, когда энергия подошла к концу.

Но и это было ещё не всё. То ли секты признали во мне Пожирателя, то ли активность товарок привлекла внимание другой эскадрильи, но после короткой передышки нам на головы посыпалась новая порция лайз. В этот раз нападение велось с двух сторон, и Рангару пришлось помогать. Брат на шурсе успешно срубил двух стрекозлих, а я на одну больше. И всё бы ничего — без эффекта внезапности лайзы на серьёзных противников скоростникам не тянули — но поблизости не было кучи силаров, у которых я мог бы натырить ресурса и маны. Читерский пылесос не у дел, а я так привык к халяве, что, не задумываясь, тупо спустил всё под ноль.

— Я пустой, — растерянным голосом сообщил Рангар о своём фиаско.

— Дерьмо! — прорычал я в ответ.

Интуитивно сойдясь спина к спине, мы с выставленными перед собой клевцами застыли на месте. Глаза обшаривали темноту, уши ждали ненавистный стрекот, руки напряглись, широко расставленные ноги упёрлись в землю. Секунда, две, три…

— Кажись кончились. Валим!

Рангар не стал спорить, и мы дружно рванули к последнему укрытию на нашем пути — зарослям каких-то не колючих кустов, где мы уже прятались пока ждали, когда все спустятся по простыням из окна. Уже на третьем шаге я обогнал брата. Сейчас сзади раздастся шум крыльев, и воздушный кулак собьёт с ног. Сейчас… Сейчас… Вот сейчас…

Но нет. Похоже, мы действительно отбились. Если теперь быстро спрятаться у нас появится шанс. Грызлов рядом не видно. Прыгаю с разгона в кусты. Рангар валится следом. На четвереньках поглубже, и только тогда появляется мысль: «Мы прорвались!».

— Братишка, у нас получилось! — расчувствовавшись, трясу сидящего рядом на коленях брата. — Ты молодец!

Рангар глупо улыбается.

— Да что я? Только на твоём длинном ресурсе и прорвались, старший брат.

— Ничего, мы и пустые кое-чего стоим, — улыбаюсь в ответ. Не говорить же ему, что стоит мне забраться в корпус, где силаров полным полно, как я снова заполню баки и буду готов к бою. Тут совсем немного осталось.

— Так ты тоже пустой? — удивился Рангар.

— Пустее некуда. Но это неважно…

Удар по голове, прилетевший откуда-то сбоку, вышиб продолжение мысли. Теряя связь с миром, я медленно повалился на землю. Тело не слушалось, сознание уплывало, но глаза пока видели и видели они страшное.

— Важно. Ещё как важно.

От шёпота Тайре веяло могильным холодом. Звериный оскал обезобразил красивое лицо. Взгляд обещал мне нечто страшнее смерти. С рук капала кровь — кровь Рэ.

Последнее, что зафиксировало моё потухающее сознание — застывшие глаза Рангара и красные линии потёков, идущие прямо по ним. Так смотреть могла только смерть.

Глава двадцать вторая — На чьей ты стороне?

Тепло, мягко, невероятно спокойно. Я на своей любимой двуспальной кровати, подо мной родной продавленный матрац. Бабуля нежно подтыкает одеяло, чтобы любимого внучка не продуло из сифонищей старой рамы и шепчет что-то доброе, успокаивающее.

Подождите! Это не голос бабули! И в тоне ничего доброго нет!

— Любишь связывать, братик? Любишь бить по голове? А как сам? В эту игру можно играть и наоборот.

Тайре! Я сразу вспомнил, где я и что происходит, отчего непроизвольно дёрнулся. Куда там. Лодыжки и запястья сестричка успела стянуть чем-то крепким. Причём, руки были связаны за спиной, а ноги обмотаны по всей длине простынёй. Единственное что могу — изображать гусеницу и вертеть головой.

Чёрт! Рангар! Эта тварь раскроила братишке череп. Волосы слиплись, лицо залито кровью. Против воли я простонал:

— Ты убила его.

— Пришёл в себя, братик? — ехидно поинтересовалась убийца. — Это ничтожество слишком долго позорило клан Рэ. Но до тебя ему далеко. Предать собственный род… Даже не хочу спрашивать, что тобой движет. Отец вырвет правду из твоего поганого рта.

— Отец такая же подлая тварь, как и ты, — не сдержался я. — Продались нирийцам, ублюдки.

Удар в лицо заставил затылок впечататься в землю.

— Ты тупой кус, Рэй. Радуйся, что нужен мне живой. Хотя нет, не радуйся. Ещё будешь завидовать слизняку-Рангару.

Лежи и молчи, Санёк! Лежи и молчи! Но меня капитально накрыло. Словно в горячке боя, страх сменился злобой и ненавистью к врагу.

— Один хер у вас ничего не получится! — плюнул я в неё кровью из разбитых губ. — Форт устоит, и дорогу к стволу для нирийцев вы не откроете! Секты очень вовремя налетели. Будет им что пожрать!

— Да кому она нужна, эта дорога? — хохотнула Тайре. — Детишки всей знати на ярусе у нас в заложниках. У тебя вообще нет мозгов, тупица. А секты… Это же просто дар Создателя! Несколько сотен силаров, которые могли бы помочь защитникам форта, сидят взаперти благодаря прорыву. Даже Рой на нашей стороне.

Сцуко! Об этом я не подумал. А ведь и правда ученики могли бы помочь. Весь мой прежний план основывался на данности, что Черхан знает о заговоре, и вмешательство юных силаров повлечёт за собой лишь ненужные жертвы. В итоге же только действия группы учеников — мои и моих бандитов подарили нам шанс на победу.

Кто знает в каком варианте прольётся теперь меньше крови. Всё просчитать невозможно. Ведь даже в мелочах у меня прокол за проколом. Чего стоит только косяк с Махаваем. Хитрюга-ботан умудрился меня обмануть. Больше Тайре освободить было некому. Прочитал мою записку и молчал до поры до времени. Не знал кому слиться. Боялся, что сестра со мной заодно, а на Дрейкуса у него выхода не было.

— Я убью этого сраного умника! — решил я с ходу проверить теорию. — Гадёныш! Это всё из-за него!

— Для Махавая, в отличие от тебя, верность — не пустой звук, — попала в расставленную ловушку Тайре. — Он предан не тебе, а клану Рэ и его главе. Остальных ты, лживая падаль, смог обмануть, но стоит им узнать правду, как ты не отмоешься от плевков.

Этот малый успех помог мне успокоиться. По крайней мере она не собирается убивать всех, кто мне помогал. Рангар исключение. Видимо, не смогла ему простить того позора, когда брат держал её голожопую перед Линкином.

— Поболтали и хватит, — закончила тем временем меня пеленать сестрёнка. — Я тут тебе и для рта тряпочку припасла. Извини, не могу в кустах бросить. Грызлов потом покормишь, а сейчас у меня ещё куча дел.

С этими словами Тайре грубо затолкала мне в рот кусок наволочки и, схватив за ноги, куда-то поволокла по земле. У края зарослей сестра остановилась. Выглянула наружу, осмотрелась, прислушалась. До окна Суров тут всего ничего. Я даже смог рассмотреть свисающую вниз верёвку. Затем голова вновь запрыгала по земле, и мне стало не до разглядывания окрестностей.

Пара десятков секунд — и вот мы у стены корпуса. Тайре принялась торопливо обвязывать мою талию. Я спокойно лежал, не пытаясь бороться. Зачем? Буду брыкаться, только время потрачу. Налетят лайзы — и жопа. Сестричка-то отобьётся и сдёрнет, а мне помирать. К Дрейкусу ещё не факт что попаду. Надежда на спасение есть: всякое может случиться. Пока жив я не сдамся.

Закончив с креплением груза, Тайре схватила верёвку и, упираясь ногами о стену, шустро полезла наверх. Стоило ей скрыться в окне, как трос натянулся, и я оторвался от земли. Меня сразу же завалило головой вниз, но подъёму это помехой не стало. Стукнувшись несколько раз о стену и ощутимо приложившись о край подоконника, я добрался-таки до цели и, подхваченный чьими-то руками, был рывком втянут в комнату и брошен на пол.

В отличие от большинства соседей у Суров свет не горел. Из-за закрытой двери доносился шум голосов. Кто-то нет-нет пробегал по коридору. Откуда-то издалека доносились приглушенные расстоянием крики и удары чего-то о что-то.

— К вам не ломились? — раздался справа от меня шёпот Тайре.

— Стучались пару раз, — послышался голос Тихони с другой стороны. — Кричали: где Рейсан, где все наши. Но мы молчали, как ты и велела.

— Молодцы. Так и сидите дальше. Мне нужно передать отцу весть про предательство этого куса.

Тайре пнула меня ногой, отчего я дёрнулся и застонал. Прямо в рёбра же! Тварь!

— Не оставляй нас с ним! — испугано прошипел Махавай. — Вдруг он…

— Ничего он тебе не сделает, — зло перебила Тайре ботана. — Он на откате и связан. Не ссы, умник. Я только начала верить, что у тебя есть яйца.

— А, если за ним придут? — не сдался Махавай. — Наши могут мне не поверить. А этот? Дикий? Он же, глазом не моргнув, нас прикончит! Где все вообще? Куда он их всех увёл?

Тем временем мои глаза начали привыкать к темноте, и я наконец разглядел взволнованное лицо предателя. Пухлую рожу буквально перекосило от страха. Что, гад, надеялся Тайре меня прикончит? А вот хрен тебе! Трясись теперь. Будешь сидеть в тёмной комнате один на один с ужасным Рейсаном Рэ. Тихоня не в счёт — от неё помощи в случае чего никакой.

— Куда увёл? Черхану сдал, тварь продажная. Если бы ты, трусливая тля, сразу мне всё рассказал, сейчас бы уже всё закончилось! Если кто-то из наших уже кормит грызлов, их смерть на твоей совести! Так и знай, умник!

— Но я же тебе всё объяснил… — дрожащим голосом начал оправдываться Махавай. — Я не мог. Я…

— Сидите и ждите! — снова заткнула Тайре ботана. — Я должна всё выяснить и помочь отцу. Дверь крепкая. С площади в корпус сейчас никто не войдёт — там полно грызлов, и лайзы по небу носятся. Верёвку никому кроме меня не сбрасывайте, и никто вас тут не достанет. Дикий не левитант — даже на шурсе сюда не запрыгнет.

И после небольшой паузы добавила, метнув на меня гневный взгляд:

— Предателя разрешаю бить, если начнёт дёргаться. Вы силары вообще, или кто?

— Мы справимся, — на удивление твёрдым голосом заявила Тихоня. — Делай, что должно. Мы не подведём.

— Спасибо, Налина, — положила Тайре руку на плечо девушки. — Я всегда знала, что могу на тебя положиться.

Нагнувшись ко мне, сестра быстро отвязала верёвку, на которой меня поднимали и, выбросив её обратно в окно, забралась на подоконник.

— Не дай Махаваю обделаться. Постараюсь побыстрее вернуться. У меня тут ещё одно важное дело осталось.

И Тайре скользнула наружу, скрывшись из вида.

Дело осталось… Эта сучка явно имела ввиду Толу с Ферцем. Пусть я и спутал все планы предателям, а моя злая двойняшка всё равно приведёт приказ папеньки в исполнение. Сейчас у неё в плане срочности возникли другие более важные задачи, но ребятам Джи вынесен приговор. Тайре их попытается убить в любом случае.

Пока Тихоня втягивала верёвку обратно, Махавай осторожно обошёл лежащего на спине меня по широкой дуге и уселся лицом ко мне на кровать. Смотреть в глаза не отваживается. Сидит, вцепившись пухлыми ручками в рукоять клевца и молчит. Закончив, напарница ботана тоже подобрала оружие и присоединилась к предателю.

Охраннички бл@! Самые слабые силары на весь наш корпус, а я даже с ними ничего не могу сделать. Попробовать пошуметь? Вдруг кто снаружи услышит и решит вынести дверь? Против магии она точно не устоит. Только как шуметь? С кляпом во рту громкости никакой. Рядом ничего подходящего, что было бы можно свалить ради грохота. Головой об пол биться — тоже действо сомнительное.

Развязаться, перетереть обо что-то верёвку, освободиться ещё каким-нибудь каком — без шансов. В этом даже шурс не поможет, реши выкачать я из своих сторожей ресурс с маной. Остаётся только уповать на помощь извне. Правда, бандитам своим приказал охранять Гайду Моха, а Грай ждёт в столовке — с этой стороны подмоги не предвидится точно. Выход один — скрестить пальцы на удачу защитников форта. Если наши победят, и люди Рэ свалят ни с чем, солдаты и преподы смогут заняться истреблением сектов. Снимут блокаду с жилых корпусов, а там уже и меня отыскать получится.

Время медленно потянулось. Я лежал, не шевелясь. Не хватало ещё отхватить от ботана-предателя. Этот трус получил разрешение меня бить и с перепугу, реши он, что я слишком сильно шумлю, может запросто переусердствовать. У Махавая во взгляде такая дикая смесь решимости с ужасом, что мне самому страшно. От него сейчас чего угодно можно ожидать.

Другое дело Тихоня. Сидит себе спокойно, думает о чём-то своём. Не раскачивается взад-вперёд, как ботан. Глаза медленно блуждают по комнате. Лицо грустное, но при этом напряжённое донельзя.

О чём она сейчас размышляет? Не о правильности ли своего поступка? Вдруг, терзается сделанным выбором? Может, я для неё не просто бывший босс, что теперь отправлен в отставку? Всё-таки у нас с ней недавно была близость. Очень близкая близость. А что, это шанс!

Поймав лучик надежды, я настойчиво принялся ловить взгляд Тихони. Налина… Наконец я узнал, как тебя зовут, девочка. Мне ведь в прошлой жизни больше всего нравились именно такие как ты — тихие, скромные, правильные. Не встреть я малышку Фаю, мог бы запросто влюбиться в тебя. Ну посмотри на меня, лапа. Загляни мне в глаза. Разве я зло? Разве это я подлец и предатель? Знаю, ты верна клану Рэ. Ну, а верность империи, правящему дому, своему монарху, родине наконец, как бы пафосно это не звучало? Неужели у вас эта лесенка верности не идёт сверху вниз? Посмотри же! Давай!

И о чудо — она посмотрела. Робко, с неким налётом раскаяния. Мол, не нравится мне всё это, но ты извини — так сложилось, так надо. Хотя… Что-то там ещё есть, какая-то непонятная борьба.

Я вцепился в её взгляд. Смотри, девочка! Смотри! Прочитай мои мысли. Загляни мне в душу. Ты же на моей стороне. Ты же хочешь помочь. Прислушайся к себе. Прими правильное решение.

Секунда, вторая, третья… Тихоня никак не отводит взгляд. Видно, что девчонка терзается. Прищурилась, закусила губу, подбородок начал подрагивать. Ну давай! Ну ещё немного! Решайся!

Руки манницы срываются с места. Рукоять клевца врезается Махаваю в висок. Ботан хрюкает и падает на пол. Есть!

— Ах ты!

Сдёрнутая за ногу с кровати Тихоня вцепляется предателю в волосы. Тот визжит и пытается рубануть Налину клевцом. В отличие от девчонки, Махавай не выпустил его из рук при падении. Но длина оружия на ближней дистанции только помеха. Ботан пытается перехватить рукоять, одновременно наваливаясь на противницу и подминая её под себя. Всё-таки он сильнее и весит значительно больше.

Держись, девочка! Вмиг высасываю из Махавая энергию и колбаской подкатываюсь к дерущимся. Руки, ноги? Я и без них кое что могу. Выгнулся, напрягся, дёрнулся раз, второй. Получилось! Стою на коленях. Пусть конечности плотно примотаны к телу, но само тело — тоже оружие. А голова так и вовсе — снаряд. Врубив шурс, клюю страусом. Только не носом, а лбом — куда-то в район лопатки забравшегося на Тихоню ботана.

Полный боли крик и негромкий хруст подтверждают, что урон нанесён нешуточный. Предателя сбрасывает с Налины. Я снова падаю на пол. Освобождённая девушка вскакивает на ноги, стряхивает с рук вырванные у противника волосы и хватает клевец. Широкий замах…

Мимо! Целила в голову пытающегося подняться на четвереньки Махавая, а попала в плечо. Кровь, крик, предатель опять на полу. Острие клевца покидает рану и идёт на новый замах.

— Не надо!

Дрожащий писк ботана врывается в уши. Махавай рывком переворачивается на спину. Пытается отползти назад. Но Тихоня быстрее. Направленное неумелой рукой оружие впивается в дряблый живот.

— Мама! Мамочка!

Хриплый истеричный визг переходит в плач. У меня на глазах убивают мальчишку. Перед внутренним взором мгновенно встаёт тот старый добрый Махавай, что приносил мне книжки, подсказывал на уроках, краснел, заставая меня с Толой в библиотеке. Нельзя же так! Ну нельзя!

«Остановись! Хватит! Стой!» — ору я Тихоне сквозь кляп.

Но чёртова тряпка превращает мои слова в глухое мычание. Да и вряд ли она сейчас что-то слышит. Лицо — маска ужаса. В глазах безумие. Рот перекошен.

От пришедшего осознания становится тошно. Тихоня уже не сможет остановиться. И я её остановить не смогу. Процесс запущен, обратной дороги нет. Сил смотреть на происходящее тоже нет. Я зажмурился.

Плач, визг, хрип… И чавкающие удары, не прекратившиеся даже с исчезновением остальных звуков. Было бы чем, я бы закрыл и уши. Происходящее пугает сильнее сколопендры и Дрейкуса. Хватит, девочка! Хватит! Он уже мёртв.

И вот она долгожданная тишина, мгновенно сменяющаяся рыданиями. Всё, открываю глаза. Тихоня стоит на коленях у измочаленного трупа и, закрыв красными от крови руками лицо, содрогаясь всем телом, ревёт.

— Эй! Что там у вас происходит?

Раздавшийся из-за двери крик приводит Тихоню в чувства. Девчонка бросается ко мне и трясущимися руками пытается развязать узлы. У неё ничего не выходит. В ход идут зубы. Фух! Догадалась выдернуть кляп.

— Клевцом. Клевцом поддень.

Но она не слышит и продолжает бороться с узлами зубами и пальцами. Или просто не хочет брать в руки покрытое кровью оружие.

— Да что там у вас? Сейчас вынесем дверь!

— Не нужно! Всё в норме.

— Рэ?.. Народ, Рэ нашёлся!

Наконец верёвка спадает с запястий. Половина свободы! Выдёргиваю из-за спины руки и помогаю Тихоне воевать с простынёй, что обмотана вокруг моих ног. Несколько секунд — и совместными усилиями мы избавляемся от оставшихся пут.

— Ты сделала всё правильно, девочка, — шепчу, обнимая свою спасительницу.

Та снова принимается плакать, уткнувшись лицом мне в плечо.

— Я хотела… Я сразу хотела, — бормочет Налина сквозь слёзы. — Но это так сложно… Я трусиха. Я жалкая…

— Неправда. Ты смелая, — отодвигаю её от себя и смотрю в заплаканные глаза. — Ты умоешься сейчас и сотрёшь с тоху кровь. Ничего не закончилось. Ты нужна мне. Ты нужна академии и империи, Налина. Будь сильной.

Тихоня часто кивает. Смог отвлечь. Пусть ответственность перетягивает эмоции на себя. Махавая жаль, хоть он и выбрал не верную сторону, но нужно двигаться дальше. Приобнимаю девушку за плечо и подталкиваю к двери сан. узла. Пока она умывается, укрываю тело предателя простынёй, стараясь не рассматривать детали. У нас бы хоронили в закрытом гробу, здесь просто сожгут. Прощай, ботан. Ты был верен не тем, кому нужно.

Времени на сожаления нет. Моя очередь умываться. Обнимашки с Тихоней не прошли даром. Быстренько привёл себя в порядок, насколько это было возможно и, заткнув за пояс клевец Махавая, потянул Налину к дверям.

— Молчи, на вопросы не отвечай. Слушай только меня, держись рядом.

Тихоня твёрдо кивнула. Сильна девка — уже почти в норме. Настоящий боец!

Я откинул засов и потянул ручку на себя. Проскользнул в образовавшуюся щель, выдернул Налину за руку вслед за собой и быстро захлопнул дверь.

— Где вас носит? Что там за крики у вас? Где все ваши? Снаружи что ли был? Грай с тобой? Простаки потеряли. А у нас тут веселье. Грызлов полная площадь. За стенами сектов тьма — западные ворота штурмуют вовсю. Тайре где? Где наставники? Что в других корпусах?

Дверь комнаты Суров обступила толпа силаров. Чуть ли не половина оставшейся в отсутствии моей банды знати. Но многих и нет. Тех же Толу с Ферцем не вижу. У себя что ли сидят? Нужно срочно разобраться что здесь к чему. От вопросов уже уши в трубочку, а мне самому ответы нужны.

— Потом всё! — отмахнулся от самых настырных. — Где Джи?

— Внизу, на прикрытии, — махнул рукой один из парней в жёлтом тоху в сторону лестницы.

— Чего? — не понял я.

— Ну это… Выход на площадь страхуют, — начал объяснять другой силар. — Чтобы, если парни дверь не удержат, огнём туда жахнуть.

— Там наши в холле простаков-низкоступков подтягивают, — помогла чуваку девчонка в салатном. — Грызлов подсовывают по чуть-чуть. Боевые все там.

И действительно. Только сейчас до меня дошло, что вокруг собрались только небоевые силары. Голубые, зелёные, жёлтые, салатные, фиолетовые, лиловые тоху. Ни коричневых, ни белых, ни синих, ни прочих «опасных» цветов рядом нет. Они что там, ресурс с маной на сектов спускают, когда настоящий, куда как более серьёзный враг у ворот? Нужно срочно прекращать этот цирк! Но сначала…

Врубив пылесос, я аккуратно прошёлся по донорам. Спасибо здешним законам магической физики, объёмы энергии не пропорциональны количеству силы. Даже мне, новоиспечённому третьему рангу, заполнить бак удалось, осушив всех присутствующих едва ли на четверть. В суматохе сегодняшней ночи, глядишь, не заметят пропажи.

Теперь к лестнице. Вот где настоящая толчея! Хотя нет, слово «толчея» не подходит. Здесь, пусть и теснота, но порядок. Пролёты заняла живая цепь из ребят — передают наверх из рук в руки какие-то мешки, или свёртки. Тю! Это же дохлые грызлы у них. Сплошным конвейером ползут куда-то на третий этаж.

— Куда эту падаль?

— В окно, мэл. Наружу. Некуда больше.

Убедившись, что Тихоня скользит за мной хвостиком, начинаю проталкиваться вниз. В холле тоже народу полно. Но перед дверью, ведущей на площадь, пространство расчищено. Возле створок стоит пара физиков. По краям от них полукругом расположились ещё две дюжины боевых силаров. Напротив входа воздушники, водники и наши единственные огневики: Тола с Ферцем. В центре несколько простаков с клевцами. Построение выдаёт логику плана. Я мгновенно всё понял.

А вот как раз и демонстрация замысла. Физики синхронно распахивают створки. В образовавшийся проход немедленно врываются грызлы. Снаружи их не счесть — прут друг по другу. Дверь тот час же захлопывается. В натяжку, со скрипом и с видимым сопротивлением. Но люди сильнее сектов.

Готовые к приёму гостей простаки тут же накидываются на жуков с клевцами. Несколько секунд — и свежая партия дичи раздолбана в хлам. Ребята подхватывают трупики сектов и тащат к живой цепочке, стартующей у основания лестницы. В составе группы забойщиков происходят замены, и всё повторяется. Не зря я вспомнил конвейер. Тут именно он и есть. Безостановочная прокачка малыми дозами. Сразу вспомнился мой первый день в этом мире, когда народ гонял грызлов по площади, собирая халявную силу.

Молодцы, здорово придумали! И слабейших силаров подтягивают к новым ступеням, и уменьшают поголовье сектов снаружи. Настоящая командная работа. Не виси над академией облака лайз, можно было бы попробовать сговориться с ребятами из соседних корпусов и повести учеников на помощь защитникам ворот.

Да сложно, да переговоры с соседями займут много времени, да риск очень велик, да жертвы в таком случае неизбежны. Но, что мечтать о несбыточном? Пока ночное небо таит в себе летучую смерть, я на подобное подписываться не готов. Пусть Гайда Мох, или Термино Фа принимают такие решения. Рисковать жизнями подростков — не моя компетенция. Тем более, что смерть, даже при победе сил Дрейкуса, угрожает лишь паре учеников. Этих двоих мне отсюда уводить в любом случае.

Протолкавшись к подножию лестницы, приблизился к Ферцу.

— Пошли наверх. Надо поговорить.

— Отвали, Рэ. Видишь, мы тут в отличие от тебя делом заняты. Иди прячься дальше.

Я знал, что это будет сложно. Но времени на долгие уговоры нет.

— Молчи и слушай, — придвинул я голову к самому уху огневика. — Черхан мёртв, Дзон Гон тоже. Труп моего брата лежит в кустах возле корпуса. Труп Махавая в комнате Суров. Мне продолжать?

Ферц медленно повернулся ко мне. В глазах недоверие с охренением в равных долях.

— Что ты несёшь?! Не верю!

— Пошли наверх, — твёрдо повторил я.

— Я Толу здесь не оставлю.

— Я тоже. Но сначала поговорим. Мне не нужны эмоции. На них нет сейчас времени.

Огневик напрягся. Взгляд, как и мысли в его голове, заметался из стороны в сторону. Но через мгновение он всё же кивнул:

— Пошли. — И уже громче соседу воднику: — Я отойду. Справляйтесь пока без меня.

Прихватив по пути Тихоню, топтавшуюся у основания лестницы, мы протолкались к выходу на второй этаж.

— Давай у тебя, — кивнул я на вход в комнату Ферца. Та была ближе моей.

— Хорошо, — не стал спорить огневик и толкнул незапертую дверь.

Внутри было пусто.

— Налина, жди здесь, — бросил я Тихоне и, шагнув следом за Ферцем, задвинул на всякий случай засов.

— Что происходит, Рэ?! — мгновенно накинулся на меня огневик. — Форт что, штурмуют не секты?

— Люди моего отца и возможно нирийцы. Но второе не точно.

— Что?!

Ферц отпрыгнул от меня. Рука с открытой ладонью выставлена вперёд, другая с клевцом на замахе.

— Заговор с целью передела власти на всём аллое, — спокойным голосом начал объяснять я. — Дзон Гон возглавлял предателей внутри форта. Они собирались открыть ворота по-тихому. Я еле успел помешать.

— Ты против отца? — полезли на лоб глаза Ферца. — Не верю! С какого перепуга, Рэ?

— Я верен империи и у меня есть честь.

— У тебя честь, — нервно захохотал огневик. — Я тебя не первый год знаю. Не смеши. Расскажи про честь моей сестре, ублюдок!

— Я сейчас тебе всё это рассказываю лишь с одной целью, — не повёлся на провокацию я. — Хочу спасти Толу.

— Толу надо спасать от тебя!

— Если люди моего отца прорвутся в форт, других учеников трогать не станут. Но вам с сестрой уже вынесен приговор. Если не прорвутся, вас убьёт Тайре. Она уже знает, что я пошёл против клана.

— Это какое-то сумасшествие, — растеряно схватился свободной рукой за голову Ферц, забыв, что та нужна ему для призыва огня. Кажется я до него достучался.

— Мои ребята в главном учебном с мастером-счетоводом — Гайда теперь за старшего. Я собираюсь на всякий случай увести туда и вас с Толой. Троих я смогу защитить от лайз.

— Троих?

— Тихоня пойдёт с нами. Она поддержала меня и тоже теперь под угрозой.

— Под угрозой? А кто тут не под угрозой? Нужно всем рассказать.

Ферц дёрнулся к двери, но я остановил его выставленной рукой.

— Нельзя. Начнётся паника. Ребята наделают глупостей.

— Так что им, сидеть и ждать? Не зная даже, что враг у ворот?

— А ты готов вывести всех из корпуса к лайзам и грызлам?

Сражённый главным вопросом огневик замер с открытым ртом.

— Тут пусть каждый решает сам, — насупившись пробормотал он через пару секунд.

— Нет, дружок, — надвинулся я на Ферца. — Это война, и здесь решать за всех должны командиры. Ты к таким не относишься. Доберемся до главного корпуса — там связь, там Гайда. Скажут, выводить всех к западным воротам, или, наоборот, к восточным — вернёмся и выведем. А пока, живо вниз за сестрой, и чтобы через минуту были здесь. Мы и так потратили кучу времени.

Ничего не ответив, Ферц шагнул к двери и отодвинул засов. Надеюсь, мои слова возымели действие, и огневик сделает всё как надо. Я подошёл к Тихоне и положил руку ей на плечо.

— Сейчас Джи вернётся и будем прорываться к нашим.

Девчонка молча кивнула. По лицу видно, что решимость восстановлена в полном объёме. Вот бы и мне внутри соответствовать внешнему виду. Со стороны наверное смотрюсь молодцом, а всего трясёт. Что делать, если Тола взбрыкнёт? Что, если в отместку мне пойдёт против? Начнёт на весь корпус орать про предательство, смерть Черхана и прочее. Хоть бей её по башке и бесчувственную тащи на горбу.

Но слава Создателю, мои страхи так и остались пустыми страхами. Не знаю, что и как ей сказал брат, но сестра Ферца осталась верна своей нынешней схеме общения со мной — полному игнору. Одарила презрительным взглядом, и ни единого слова. Такой она мне сейчас и нужна.

— Веди, — буркнул огневик.

Всего через пару минут мы все четверо уже стояли внизу под окном Суров. Первая остановка — кусты. Сейчас засады уже можно не ждать. Штурмуемые ворота, куда скорее всего и отправилась Тайре, с другой стороны. Тем не менее в зелёном убежище нас поджидали первые трудности.

Не знаю как, по запаху, или случайно, но тело Рангара в моё отсутствие смогли отыскать сразу несколько сектов. Выдавшие себя громким чавканьем грызлы вовсю поедали труп. Сдержавшуюся в случае с Махаваем Тихоню немедленно вырвало. Там в комнате в крови девчонки бурлил адреналин, а здесь… Мне самому стало дурно. Убитые секты легли рядом с телом Рангара. Ни хоронить, ни тащить останки парня с собой возможности нет. Прости, брат. Ты отдал жизнь за фальшивого Рейсана, но пусть местный бог сочтёт это за плюс. Удачи в посмертии! Теперь я знаю: оно есть. По крайней мере для некоторых.

То ли поголовье лайз основательно поуменьшили воюющие возле ворот силары, то ли эта пустующая часть форта не привлекала больше стрекоз, но по пути к ГУКу мы подверглись всего паре одиночных атак. Оба раза я на шурсе и опыте легко прикончил летающих сектов. Хоть что-то сегодня далось мне легко. В какой-то момент у меня даже начала появляться уверенность, что пик проблем этой ночи пройден. Ворота судя по всему устояли. С рассветом штурм прекратится. Внезапность, на которую рассчитывали заговорщики, благодаря мне накрылась тазиком. Сдам Джи на попечение Гайды, расскажу про Тайре — и можно валить. Днём подойдёт резерв и…

Небо позади нас вспыхнуло заревом. Полыхнуло так, словно внезапно подкравшаяся гроза жахнула первым разрядом. Мы дружно остановились и обернулись. Короткие молнии магов с природными не идут ни в какое сравнение. Это точно не дело рук какого-нибудь силара. Тем более, что следом за вспышкой округу сотряс удар просто нереально могучего грома.

— Ложись! — заорал я, толкая на землю стоящих рядом ребят.

Родившаяся в чудовищном взрыве повторная вспышка осветила весь форт. Западных ворот и части примыкавших к ним стен больше не существовало. Силой стащив своих спутников в кучу, я распластался сверху прямо поверх их спин. Видал я такое в кино. Сейчас начнут падать обломки. Но сначала…

Ударная волна прокатилась над нами, дёрнув за тоху порывом ветра.

— Уууу, — гнусаво завыла Тихоня.

— Пусти! — попытался вырваться Ферц.

— Лежать!

Бах! Бах! Бах! — заколотили обломки по недалёкой стене ГУКа. Грохоту вторил звон разбиваемых окон. Вокруг нас в траву глухо били разноразмерные куски камня и дерева. Слава Древу, мы далеко от эпицентра взрыва, и здесь осколочный град уже сильно разрежен — обломки падают не так густо. Тем не менее один каменюга влетел-таки в мою затвердевшую спину. Ещё пара мелких досталась обоим Джи по выступающим из-под живого щита частям тел. Тола взвизгнула, Ферц ругнулся, но обошлось без серьёзных травм.

Буквально две-три секунды — и всё закончилось, так же внезапно, как и началось. Я убрал каменную кожу и первым поднялся на ноги. Капец…

— Что это было?

Глаза вскочившего следом Ферца походили на блюдца.

— Ракетный удар, — пробормотал я, не думая, первое, что пришло в голову.

— Чего? — не понял огневик.

— Чего, чего? — тряхнул головой, приходя в себя, я. — Не видишь что ли? Отзащищались наши.

— Ворота… — голосом умирающего артиста простонала рядом Тихоня. — Это конец.

— Это только начало! — зло выдохнул я. — Бежим!

Глава двадцать третья — Александр

За выбитыми дверьми ГУКа нас встречал караул из сестёр Трэ и Глэя. У всех троих физиков, о чём мне сообщило включенное на автомате спец. зрение, ещё оставалось до половины ресурса.

— Что за кусня происходит? — озвучил самый насущный вопрос здоровяк.

— Джи? — удивилась Соль. — А где Рангар с Граем?

— Долго рассказывать, — отмахнулся я. — Погнали наверх. Тут нечего охранять. По крайней мере в ближайшие пять минут точно.

После взрывной волны и града осколков гостей можно было не ждать. Мы были рядом, и то чудом выжили. Все же, кто находился между жилыми корпусами и западными воротами сто процентов мертвы. Как бы не было гадко о таком думать, но мысли про возможную смерть Тайре от прилетевшего осколка стены приятно согрели душу. Должно же хоть где-то мне повезти?

Наверху остальная часть моей банды кучковалась у кабинета Черхана. Из-за двери доносился взволнованный голос Гайды, разговаривающего с кем-то по дальногласу. Не став отвечать на вопросы ребят, я внаглую попёр к мастеру-счетоводу.

— …не меньше двух сотен! Все на харцах! Они уже внутри форта! Выводить учеников поздно! У меня половина людей полегла при взрыве!

Сфера связи орала голосом Термино Фа. Несмотря на смысл услышанного, я почувствовал облегчение. Мой любимый препод выжил. Но про кого речь?

— Бросайте всё, и бегом к жилым корпусам! — перехватил инициативу Гайда. — Нужно организовать оборону!

— Они их не тронут, — встрял я. — Ученики им нужны живыми.

— При всём уважении, полковник, — возразил Термино, не слышавший моих комментариев. — Мы так их только подставим. Если бы у противника была цель — расправиться с учениками, сейчас бы уже гремел второй взрыв. Я увожу своих людей по стенам к восточным воротам. Связывайтесь со стволом. Жду приказов.

Фа отключился, а Гайда, не обращая на меня внимание, уже тыкал пальцами в сферу.

— Генерал Дож слушает, — раздался из дальногласа недовольный и очень уставший голос.

— Это полковник Мох. У нас всё плохо! В форте нирийцы! — зачастил мастер-счетовод на одном дыхании. — Отряд на харцах как-то обошёл линию фронта. Они взорвали ворота. Вывести учеников нет возможности. Собираюсь отдать приказ к отступлению навстречу резервной роте.

— Подожди, Гайда. Не спеши.

Я словно увидел скривившееся лицо неизвестного генерала, через силу выдавливающего из себя слова на том конце провода.

— Всё плохо говоришь? Ты себе даже не представляешь насколько. Не надо навстречу резервной. Они так и не вышли.

В голосе силара слышалась настолько глубокая обречённость, что меня прошибло ознобом. Гайда тоже почувствовал.

— Что случилось, господин генерал? — тихо проговорил старик.

Возникшая после вопроса пауза подтвердила: ответ будет страшным.

— Император убит.

— Что?! — выпрыгнул мастер-счетовод из кресла Черхана.

— Двое из трёх маршалов тоже. И ещё неизвестно сколько силаров.

По голосу генерала было ясно, что тот уже успел переварить новости и с произошедшим смирился, хоть оно и подломило его.

— У меня трёх офицеров прирезали. Меня тоже пытались. Оторвал ублюдку бошку, а что толку… С соцветия пришёл приказ — сложить оружие и не оказывать сопротивление при арестах. Идёт, как они говорят, зачистка армии от врагов государства. Ты слышал, Гайда, я — враг империи! Дожил на старости лет до почётного звания.

— Кто они? От кого приказ? — дрожащим голосом пробормотал Гайда.

Взгляд мастера-счетовода уперся в меня и уже не отлипал. Старик будто искал поддержки. Словно моё присутствие придавало ему сил. От услышанного у менталиста затряслись коленки и он продолжал стоять лишь благодаря тому, что опирался руками на стол.

— Приказ от второго маршала. Форох возглавил армию с разрешения принца Гео. Пока ещё принца. Утром кусёныша коронуют — уже объявлено. Эта тварь наверняка и убила отца.

— Создатель… — простонал старик. — Но нам-то что сейчас делать? Нирийцы в форте, люди Рэ помогают им! Учеников нам уже не вывести! В небе лайзы…

— Кабы я знал, Гайда… Кабы я знал. Захвачены почти все академии и не только на нашем ярусе. Ублюдки хорошо подготовились. А нирийцы… Наш будущий — прости Создатель — император пообещал подписание мира с соседями. На фронтах пауза. Тле понятно, что кусёныш Гео со своими сторонниками заранее сговорились с нирийцами. Эта война — фикция чистой воды. Мы в заднице, Гайда. В глубокой, глубокой заднице.

Генерал на мгновение замолчал, и из дальногласа послышались громкие жадные глотки.

— Я заперся в переговорной, — смочив чем-то горло, продолжил силар. — Но связь с маршалом проводил не я, и личный состав уже в курсе всего. Меня объявили предателем. Ублюдки дали мне час на добровольную сдачу. Потом вынесут дверь. Отступать некуда, Гайда. Мы проиграли.

— А не рано ли сдаешься, Джонко?! — возмущённо прошипел мастер-счетовод. — Если армию им и удастся подмять, то знать точно не простит принцу такой вероломности. Ты знаешь мощь глав сильнейших домов! Ты знаешь сколько воинов они могут выставить!

— Отставить, полковник! — гаркнули с той стороны. — Не сметь оскорбл@ть старшего по званию! Я по-твоему идиот, или трус?

И уже спокойнее:

— Ты чем меня слушал? Дети знати в заложниках на всех ярусах. Думаешь, зачем им нужен ваш форт? От мести благородных кусёныш себя оградил. Решай сам, как быть дальше, Гайда. Приказ маршала — сложить лапки, а я тебе не начальство. Я ведь теперь предатель…

Сфера на столе коменданта снова забулькала серией смачных глотков.

— Мой император мёртв, Грахор и Тодомо мертвы. Скоро я присоединюсь к ним. Допью вот бутылочку и открою ублюдкам дверь. У меня ещё осталось достаточно ресурса, чтобы уйти достойно. Прощай, Гайда.

И генерал оборвал связь.

Мастер-счетовод попытался что-то крикнуть вдогонку, но дальноглас уже вырубился. Старик принялся судорожно тыкать в шар пальцами, но и это не помогло. Видимо, генерал Дож отключил на том конце входящие вызовы. Тогда Гайда Мох тяжело вздохнул и повернулся ко мне.

— Ты всё слышал, Рейсан. Помощи нам ждать неоткуда. Отступать тоже некуда. Похоже, ты зря всё это затеял. Империю Хо уже не спасти. Прежнюю империю Хо.

Я молчал. Старик прав: моя жалкая попытка помешать заговорщикам закончилась полным фиаско. Теперь я понимал, что у меня изначально не было шансов. При таком-то размахе. Чего я добился? Спас старика, которого не факт, что теперь оставят в живых. Подставил ребят, что помогли мне, не зная подробностей происходящего. Стал причиной смерти Махавая с Рангаром. Повысил количество жертв среди преподавателей и солдат. Спали бы в Академ-городке дальше, глядишь нирийцам и стену бы взрывать не пришлось.

Но сцуко! Я хотя бы попытался! Я делал то, что считал правильным. Я не из тех, кто умеет стоять в стороне и молчать, отводя глаза. И я не дал убить Толу с Ферцем — а это изначально была моя главная цель. Ребят ещё можно спасти, как и спастись самому. Что там Термино говорил про восточные ворота? С той стороны форта врагов пока нет. Пора делать ноги. Но сначала…

— Я не о чём не жалею, мастер. Для империи мы сделали всё, что смогли, но теперь пришло время подумать о себе. Я ухожу. Удачи вам, мэл Мох!

— Я не знатен, мой мальчик, — грустно улыбнулся старик. — И тебе удача нужнее. Я уже своё отжил. Беги, Рейсан! Пусть раскроется над тобой длань Создателя! Ты того заслужил.

Глубоко поклонившись мастеру-счетоводу, я выскочил за дверь. Гайда теперь капитан этого тонущего корабл@ и, судя по выражению лица старика, вариант с переходом на шлюпку он даже не рассматривает.

— Ну что там? С кем говорили? Что делаем дальше? — обрушились на меня ребята с вопросами.

Сейчас? Или сначала сбегать за Граем? Могут плохо воспринять. Да и Джи оставлять в их компании страшновато. Решено — вернусь и скажу. Мне тут пять минут делов — к столовке сгонять и обратно.

— Дело — дрянь. В форте нирийцы. Ворота как раз они вынесли. Помните, я говорил вам про двух силаров, за которыми идёт охота? Они перед вами.

Тола с Ферцем, на которых я указал рукой, были удивлены больше всех.

— Охота? За нами? — недоверчиво пробормотал огневик.

— Вы сами не знаете своей ценности, — загадочно заявил я голосом киношного оракула. — Но сейчас важно не это. Мне нужно вас вывести отсюда, или всему конец. Спускайтесь на первый этаж и спрячьтесь в какой-нибудь аудитории. Мастеру-счетоводу вы уже не нужны. Я быстро сбегаю кое-куда и вернусь.

— За Рангаром и Граем?

В больших глазах Глэя было столько преданности и веры в меня, что я не выдержал и отвёл взгляд.

— Да, за ними. Я быстро.

Сказал и бросился к лестнице. До столовки отсюда ближе, чем до жилых корпусов. Одна нога здесь, другая там. Они по мне даже соскучиться не успеют. Взрыв по идее должен был отогнать лайз, а нирийцы и люди Дрейкуса наверняка к нашей едальне не сунутся — у них другие задачи.

Очутившись под открытым небом, рванул во всю прыть. В корпусах горит свет. Каких-то существенных разрушений не видно, крыши целы, а стало быть малышка-Фая в порядке. Конечно, страшно её здесь оставлять, но с собой уводить ещё хуже идея. При всех недостатках Гэдро, он чувак с по-настоящему железными яйцами. Принцессу он не сдаст, а больше её тайна никому не известна. Новоиспеченный император запарится искать сбежавшую от него невесту. Здесь у неё больше шансов, чем со мной, а значит выкидываю из головы грустные мысли и делаю то, что должен.

А это ещё что за… Впереди на лужайке между двух почти параллельных дорожек шло сражение. Несколько человек с пиками набрасывались с разных сторон на противника-одиночку, сидя на спинах харцев. В тесноте круга тараканоподобные секты врезались друг в друга, вставали на задние лапки, кусали соседей и непрестанно шипели. Люди кричали, ругались и остервенело кололи оружием воздух. Пеший боец, что противостоял им с двумя клевцами в руках, двигался слишком быстро. Просто нечеловечески быстро. Скоростник! Грай!

Несмотря на своё численное преимущество, нирийцы — а больше всадникам быть было некем — проигрывали. Рядом с дерущимися уже лежали три дохлых харца и столько же наездников. Точный удар клевцом в покатый лоб секта — и у дикого осталось четверо «конных» противников. Моё спец. зрение уже подсказало мне, что среди них два силара второго ранга. Один абсолютно пустой — видно успел спустить весь ресурс на противостояние с Граем, другой, наоборот, заполнен до краёв — этот, похоже, небоевой. А что сам парень?

Увы, в данную секунду дикий прожигал последнюю каплю «бензина». Ещё мгновение и, потеряв скорость, он уже точно не сможет увернуться от четырёх пик, стольких же пар жвал и восьми вооруженных острыми наростами лап — две передние харцы активно использовали в бою. И что хуже всего, я не могу с этим ничего сделать. Даже на шурсе явно не успеваю помочь. Обидно до слёз! У меня ведь, что ресурса, что маны полные баки! Сейчас на моих глазах убьют друга. Но я не буду просто стоять и смотреть!

Мир привычно замедлился. Я нёсся к дерущимся с поднятыми для ударов клевцами. Сейчас налечу сзади, срублю одного, второго. Отскочу и напрыгну с другой стороны. Но Грая это уже не спасёт. С ужасом я наблюдал, как в серебристом столбике дикого, что светился у него в груди, исчезает последняя доля ресурса. Ну застынь! Ну подожди! Зачем вниз? Давай лучше вверх! Не исчезай!

Мёд мне в рот! Или я выдаю желаемое за действительное, или серебристая шкала Грая начала заполняться. Неужели… Так и есть! Мои собственные запасы ресурса пошли на убыль. С маной та же фигня. Это что же получается? Неужто на третьем ранге я совместно с новой способностью скоростника получил и ещё одну плюшку, как Пожиратель? Могу теперь наполнять силаров энергией на расстоянии? У одних беру, другим даю. Распределитель бл@!

Поглощенный восторженными мыслями я сам не заметил, как на шурсе долетел до поля боя и всадил клевец в спину одного из солдат. Второй кирко-топорик тут же пробил затылок другого. Остроконечный кожаный шлем с металлическими вставками мне помехой не стал. Теперь, как и планировал, в сторону. Высасываю небоевого — и снова в драку. Походя вспарываю горло недавно спешенному Граем нирийцу. Вид крови и смерть врагов уже совершенно не парят. Два удара в условную шею левого харца, один, но более точный в голову правого. Три секунды — и сражение кончено. Грай тоже ушами не хлопал.

— Почему не дождался?! — тут же накинулся я на дикого. — Договаривались же, что будешь сидеть в столовке!

— Какой сидеть?! Ты видел, как бахнуло?! Я думал ветвь со второго яруса рухнула! — зарычал в ответ Грай.

И, схватив меня за плечи, уже тише и без наезда добавил:

— Это был ты?

— Я. Потом объясню. За мной!

Подхватив один из стоявших у дерева рюкзаков, я первым рванулся обратно в сторону ГУКа. Молодец Грай! Жратвы всё же собрал на дорожку.

Вернулись мы вовремя. Ещё один небольшой отряд нирийцев на харцах как раз подъезжал ко входу. И что им тут, словно мёдом намазано? То одни, то другие лезут. Сейчас-то им уже дальноглас по идее без надобности — о внезапности речь не идёт, да и добились вроде всего, чего хотели. От дерева, за которым мы притаились до неприятеля было не больше полусотни шагов. На шурсе преодолеем за пару секунд. Сейчас они спешатся, и можно атаковать.

— Трое силары. Вон тот и вон тот — второй ранг. Этот в плаще — третий. Ресурса у всех половина. Будем бить, свой не жалей. Я пополню.

Грай уже снял рюкзак. В глазах спокойствие и решимость.

— Значит, всё-таки это ты Пожиратель, — словно самому себе сообщил очевидное Дикий.

— Значит, — легко согласился я. — Только я не тот Пожиратель, которым пугают детей в ваших сказках. Я как бы хороший.

— Расскажешь потом, — так же не глядя на меня, пробурчал Грай. — Давай!

Синхронно уйдя в ускорение, мы с разных сторон помчались к ступившим на первые ступени нирийцам. Всё-таки две секунды — это много. Даже несмотря на ночь, нас успели заметить. Выскочившая из руки трёшки молния прилетела точнёхонько мне в лицо. Благо, я успел среагировать на характерное движение и врубил бронекожу чуть раньше, чем разряд вспорол темноту. В глазах вспыхнуло фейерверком, но ни удара током, ни жжения я не почувствовал. Похоже, в камне я полностью неуязвим. Но некогда прохлаждаться статуей, когда дикий, увернувшись от ледяной сосульки, уже врубается во врагов.

Скользя на шурсе между медленно-медленно машущих алебардами воинов, я чувствовал себя богом. Богом смерти, по мановению руки забирающим жизнь. Убивать легко. Стоит ступить на эту красную тропинку и ты уже спокойно шагаешь по ней через трупы. Где ты, прежний белый и пушистый Сашка? Тебя больше нет, ты умер. Здесь и сейчас ты не нужен. Ты просто не потянешь, сойдёшь с ума от рек крови, что рождаешь собственными руками. Тут справился только обновлённый Александр Углов — решительный, суровый, жестокий.

Обычные люди в ближнем бою скоростникам не соперники. За несколько секунд мы перебили не только солдат, но и харцев, бросившихся на помощь хозяевам. При этом я благополучно успел провернуть операцию по перераспределению энергии. Высосал всё из двушек, перед тем, как дикий разнес им головы. Наполнил полученным Грая и только потом осушил громобоя, прежде чем и его отослать к проотцам. Итог — мы с ресурсом и маной, а нирийцы мертвы, плюс оба подняли ступени. Я одну, дикий две. Такими темпами и до четвёртого ранга прокачаться — раз плюнуть.

Искать наших внутри не потребовалось. Оставленный наблюдателем Влар сразу выскочил из ведущего в западное крыло коридора, как только мы зашли в холл.

— Зови всех! Больше можно не прятаться!

Воздушник кивнул и помчался обратно. Я же повернулся к Граю. Пока появилась минутка, нужно расставить всё по местам. Негоже, чтобы мой единственный друг считал меня демоном. Или кем там у них внизу числится Пожиратель? Скрою правду, недоскажу сейчас что-то, и кто знает, какими последствиями обернётся для меня эта скрытность. Запалил козырного туза, вскрывай карты. Грай — правильный чувак, он поймёт. Должен понять.

— Александр, — протянул я дикому руку.

— Чего? — не понял тот.

— Зовут меня так. Жми давай.

Грай прищурился и окинул меня подозрительным взглядом. Но руку всё же пожал.

— Не пойму я тебя, знатный. Какой ещё Ксандр? Тебя так что, мама в детстве звала?

Несмотря на серьёзность момента и красные от крови руки, я широко улыбнулся.

— Никакой я не знатный. Я обычный пацан, умерший в своём мире и очнувшийся здесь у вас. Считай, я забрал у Рейсана Рэ его тело.

— Ты гонишь… — выпучив глаза, медленно проговорил Грай.

И после небольшой паузы добавил:

— А где же тогда сам Рейсан?

— Сидит сейчас здесь, — постучал я себя по лбу, — И бесится, слушая мою речь. Для него-то я как раз Пожиратель. Пугал я его, пугал, а всё зря. Просрали мы академию. И всё потому, что кто-то не умеет читать.

— Не, не верю, — пропустив подколку мимо ушей, покачал головой Грай. — Такого не бывает. Старейшины бы знали.

— А Пожиратели, ведущие себя как я, значит бывают?

— Не знаю. Ты первый Пожиратель, который мне встретился.

— Ладно, потом расскажу всё в подробностях. Идут уже.

Появившиеся в холле ребята подбежали к нам с Граем и выстроились полукругом, ожидая новостей и команд. Откровения продолжаются. Пришло время объясниться и здесь. Поймут вряд ли, простят — точно нет, но я должен им всё рассказать ради их безопасности.

— Друзья, — я медленно обвёл собравшихся грустным взглядом. — Сейчас наши с вами дороги разойдутся, и скорее всего навсегда. Я хочу, чтобы вы знали: всё, что я делал, делалось с благими намерениями. Да, я обманул вас — не Тайре предала клан и отца. Это я его предал.

Округлившиеся глаза и отвисшие челюсти — ожидаемая реакция. А вот отсутствие направленного на меня оружия радует. Ребята в замешательстве. Пока они одуплят, что к чему, мы успеем спокойно уйти. Но я не могу их так бросить: растерянных и опустошённых.

— Сегодня ночью в империи Хо произошёл государственный переворот, — поспешил я продолжить предельно серьёзным голосом. — Часть благородных домов поддержала принца Гео, сговорившегося с нирийцами. Император убит. Его убийцу утром посадят на трон. Армейская верхушка вся вырезана. На третьем ярусе заговором рулил мой отец. Ваши с ним заодно. Я решил пойти против, и ничего не добился. Я обманул вас, заставил обманом помочь себе и тем самым подставил. Не призываю понять и простить, но знайте: врагами я вас не считаю, и сам вам не враг.

— Рангар?

По голосу Соль непонятно, о чём именно она спрашивает.

— Да, он мёртв, — опустил я голову. — Тайре его убила. И я не хочу для вас той же участи. Когда они придут, валите всё на меня. Вы не знали, что делаете. Не знали, кого убиваете. Дрейкус поверит, и Тайре всё подтвердит. Главное, не дайте нирийцам расправиться с вами без следствия. Там на входе десяток их трупов — картина из тех, что может разозлить. Дуйте обратно в аудиторию и ждите удобного случая, чтобы сдаться. Нам же с Граем и Джи пора двигать. Прощайте, друзья!

Я поманил Толу с Ферцем, и те быстро переместились поближе к нам с диким. После секундных колебаний, за ними последовала Тихоня. И правда, про неё я совсем забыл. Девчонку тоже нельзя оставлять. Молчание продолжало висеть в холле ГУКа. Я в последний раз обвёл взглядом мою поредевшую банду и, прижав к сердцу правую руку, кивнул. Надеюсь, вы не ударите в спину. Подал жестом команду Граю, и, отвернувшись от ребят, мы двинулись к выходу.

— И всё равно ты круче всех, босс! — раздался позади возглас Глэя.

— Удачи, Рэй! Мы будем помнить. — Это уже сёстры Тре.

— Не попадись отцу! — Это кто-то из Дастов.

— Выживи! — Голос старшего Сура.

И тут же младший из рыжих негромко и робко начинает скандировать старое и казалось бы навсегда забытое. К моему удивлению, остальные подхватывают и по холлу ГУКа начинает катиться прощальное:

— Рэ! Рэ! Рэ!

Я оборачиваюсь и вскидываю вверх руку. По щеке ползёт крупная слеза. Может, я и проиграл битву, но война, имя которой — жизнь, мной ещё не проиграна. Я ещё поборюсь, и за совесть, и за правду, и за старого доброго Сашку. Может, он и не умер? Может, он просто спит? Но будить его сейчас точно не стоит. Эта ночь Александра.

На ступенях, среди трупов нирийцев, я остановился.

— Сейчас побежим к восточным воротам. Не знаю, что с лайзами, но наши враги наверняка попытаются их перекрыть не снаружи, так изнутри. Будьте готовы к бою. Вы с Налиной и Толой первые, — повернулся я к Ферцу. — Грай за вами. Я замыкаю. Всё, пошли! Пошли!

Огневики и Тихоня слетели со ступеней и сразу повернули направо. Дикий бросился следом. Теперь мой черёд. Клевцы в руках, рюкзак на спине. Срываюсь с места прыжком…

И падаю, отброшенный назад чем-то твёрдым. У меня на пути стоит высокий мужчина в матово-чёрном костюме в обтяжку, в длинном чёрном же плаще и в такого же цвета фигурном шлеме. Лицо скрыто маской, напоминающей морду глома, но не узнать силара без шансов. Знакомый же голос развеивает остатки сомнений.

— Ну здравствуй, Рейсан.

Конец второго тома

От автора

Ну вот и всё, друзья. Второй том завершён. Вы скажите, что финал не особо финалистый — многое не распутано, многое осталось за кадром, великие свершения не свершены, враги не повержены, ответы на многие вопросы пока не получены. Особенно на вопрос: «Каким способом Саня сейчас избежит ататапопопе от рейсанова папика и избежит ли вообще?». И вы будете правы. Полноценное завершение книги со всеми точками и восклицательными знаками ещё впереди. Пока же финал второй книги серии несёт за собой в первую очередь смену декораций. Как вы понимаете, учёба в академии для героя закончилась. А вот куда приведёт Санька новая жизнь вовне, вы скоро узнаете. Надеюсь, третий том вам зайдёт не хуже, чем первые два.

Content

Андрей Рымин
Древо II Заговорщик

Глава первая — Победителей не судят

Глава вторая — Фанфары сквозь слёзы

Глава третья — Когда не хватает капли

Глав четвёртая — Угар-перегар

Глава пятая — Тихой сапой

Глава шестая — Возлюби отца своего

Глава седьмая — Имя, сестра!

Глава восьмая — Зрелища

Глава девятая — Истинный Рэ

Глава десятая — Разговоры в тишине

Глава одиннадцатая — Дедушка Ленин

Глава двенадцатая — Она точно не Рэ?

Глава тринадцатая — Неочевидные цели

Глава четырнадцатая — Под новым углом

Глава пятнадцатая — Шесть лучших дней

Глава шестнадцатая — Самая крутая макака

Глава семнадцатая — Слово благородного рыцаря

Глава восемнадцатая — Где прячется сила

Глава девятнадцатая — Последний день мира

Глава двадцатая — Расскажи богу о своих планах

Глава двадцать первая — Взгляд смерти

Глава двадцать вторая — На чьей ты стороне?

Глава двадцать третья — Александр