Настя Любимка

Черный Феникс

Академия ХИЛТ

Глава первая

Я возвращалась из школы с дурным предчувствием. В руке сжимала папку с документами: медкартой, личным делом, аттестатом об окончании одиннадцатого класса, результатами ЕГЭ, которые, впрочем, мне совершенно не нужны. Я не собиралась поступать ни в колледж, ни в университет.

У меня на это просто не было времени. Учеба забирала слишком много сил, а моей маме требовалось лечение.

Поэтому я работала, не гнушаясь любой работой. Дворник? Уборщица, продавец? А когда надо и грузчик? Я была согласна на все, лишь бы платили.

Неудивительно, что мой аттестат пестрел тройками. Попробуй разубеди учителей, что если ты пропускаешь занятия, то это не от того, что тусишь ночами напролет по дворам и сомнительным квартирам.

Я исправно приходила на все контрольные и самостоятельные работы, но выше четверки оценок не видела. Несмотря на то, что ошибок практически не допускала. Мне и правда нравилось учиться, я любила читать, просто у меня не было на это времени.

Я усмехнулась, мои результаты ЕГЭ удивили всех, кроме меня. Да, сто баллов я не получила ни по одному из сдаваемых предметов, зато и ниже восьмидесяти у меня результата нет. Мама так радовалась, когда мы смотрели на сайте итоги…

Я тряхнула головой и ускорила шаг. Дурное предчувствие не желало исчезать, тревога ядовитым жалом вонзалась в сердце…

Лишь на лестничной клетке я немного замедлила шаг, на чуть-чуть, потому что опешила: наша дверь была распахнута, а из квартиры не доносилось ни звука…

Сердце пропустило удар. Мама…мамочка!

Я ворвалась в квартиру ураганом.

— Не трогай ее! — крикнула мужику, который отвесил мощную оплеуху моей матери. — Не трогай, мразь!

Мне было страшно. До крика, до сведенных судорогой пальцев, но я все равно навалилась на урода, посмевшего ударить мою маму.

— Риша, беги! — простонала мама. — Беги, детка!

Бежать?! Ни за что!

Улица учит многому, особенно тому, как защищать себя. Я не занималась боксом или восточными единоборствами, но драться умела.

Я смогла не только оттолкнуть подонка, но и нанести один удар в нос. Отчётливо хрустнуло. То ли мои костяшки, то ли его переносица.

Но я добилась главного — смогла прорваться к маме и загородить ее собой.

Я буду биться на смерть если потребуется, но не позволю прикоснуться к своей мамочке!

Но незнакомец больше не нападал, разглядывал меня и гадко ухмылялся.

— Беги, Риша! — прохрипела мама. — Беги!

— Никто и никуда не убежит, — раздалось от дверей. — Абра, пошел вон!

Мужик, который так и не успел больше ничего нам сделать, мгновенно развернулся, полностью скрывая собой того, кто отдал приказ, а затем и вовсе вышел из комнаты.

Наша однушка и так не была большой, а с приходом нового мужчины и вовсе показалась тесной.

Внутри меня словно пружина сжалась. Я еще никогда и никого так не боялась, как в эти секунды.

Но я никак не могла найти рациональное зерно своему страху. Конечно то, что к нам ворвались неизвестные, страшно. Как и страшно подумать о том, что они могли с нами сделать. Но я испугалась не этого, а того, что находилось внутри мужчины, который подходил ближе.

Наверно, я просто перепугалась, поэтому и чудятся мне огромные раскосые красные глаза будто бы за спиной мужчины… Да, мне всего лишь кажется.

Так, Ришка, не расслабляйся. Кто бы это ни был, а надо как-то ухитриться вызвать полицию…

Пока мужик медленно, как король подходил, я сунула руку в карман и молниеносно передала маме свой телефон. Но та даже не среагировала, телефон с громким стуком упал на пол…

Наверно, именно в этот момент мое оцепенение спало. Кто этот мужик, которого моя боевая мамочка, настолько боится?

— Кто вы? — гулко произнесла я. — Что вам от нас нужно?

Глупо требовать уйти тех, кто имеет власть и силу. А этот мужчина явно был тем, кто имел все и даже больше.

— Значит, дочь погибла, Равьела?

— Кто? — не поняла я и оглянулась на маму.

У нас отродясь никакой Равьелы не было.

Меня зовут Марина, а маму — Раиса.

— Пощади! — вдруг воскликнула мамочка и упала на колени перед мужчиной. — Пощади! Не трогай Риш!

— Дрянь, — скривившись, произнёс он.

— Дрянь здесь только ты. — Рыкнула я и тут же получила пощечину.

Я даже не заметила момента, когда меня ударили. Да, что там, я была готова поклясться, что мужчина не шелохнулся. Но что тогда меня ударило?!

— Пощади! — вновь взревела мама. — Пощади, Аргхарай!

— Ты посмела скрыть дочь, — он буквально цедил эти слова, — и позже ты утверждала, что она мертва. Только поэтому ты была отпущена…

— Что? О чем вы? — щека горела, от обиды и бессилия выступили слезы, но я упрямо вышла вперед, загораживая собой мать. Пусть бьет меня, но не трогает ее!

— Ты ничего не сказала ей, — напрочь игнорируя меня, заявил он. — Тебя ждет казнь.

— Эй! — не выдержала я. — Хватит делать вид, что меня здесь нет! Кто вы? Что вам от нас нужно? С какого черта вы решили, что имеете право наказывать мою мать?

Боялась ли я в этот момент? Ничуть. Во мне зрела уверенность, что я смогу защитить свою маму. Смогу, кем бы этот урод не был.

— Риша, не лезь! Риша не надо! — голос мамы доносился издалека.

Я же видела перед собой цель, того, кто посмел угрожать, того, кто поднял руку на женщину… Прощать? Соглашаться с его бредовыми заявлениями? Пусть катится в бездну!

Нас тряхнуло. Реально пол ходуном заходил. Никогда не слышала, чтобы в нашем городе случались землетрясения.

— Надо же… — флегматично заявил мужчина и наконец посмотрел на меня.

Его лицо скрывала маска, причем мне казалось, что маска не из ткани или пластмассы, а из самого настоящего тумана. Но ведь так не бывает?

— Инициация… — хриплый шепот мамы за спиной. — О боги…

Злость во мне утраивалась, я хотела, чтобы этот мужчина получил по заслугам. Чтобы он вымелся из нашей квартиры, чтобы больше никогда не прикасался к моей матери.

Но прежде, чем я сделала хоть один выпад, реальность резко изменилась. Больше не было нашей маленькой квартирки, деревянного скрипучего пола, низкого потолка… А была огромная площадка под открытым небом.

— Испугалась? — издевательски спросил мужчина. — Передумала нападать?

— Риша, не надо! — Отчаянный крик матери раздался за спиной.

Причём не так, что она за мной стояла, а была на очень приличном расстоянии. Я обернулась и глазам своим не поверила. Потому что мама находилась в метрах ста-ста пятидесяти от меня и рядом с ней стояли мужчины. Как охрана президента. Только вот вряд ли они ее охранять будут. Скорее конвой…

— Без моего приказа ее не тронут, — словно прочитав мои мысли, произнес мужик. — Но если ты настаиваешь…

Я сама не поняла, как кинулась на него прежде, чем тот закончил фразу.

Меня будто неведомая сила подхватила, иначе как объяснить то, что я вдруг совершила такой гигантский прыжок? Секунда и я перед мужчиной, заношу руку для удара. Но тот молниеносно уходит от атаки, зато меня отбрасывает на песок…

— И это все? — лениво спросил он.

Я плохо соображала, только так я могу охарактеризовать происходящее. Единственная мысль, которая билась в моей голове — спасти маму. А ради этого я готова на все.

Меня больше не пугала ни обстановка, ни то, что я не понимала ее природы, как и не пугалась того, что из меня вырывался густой чернильный туман.

Я не знала правильных приемов, не знала стилей боя, но знала, как отбиться от насильников в темной подворотне, когда речь идет совсем не о показушничестве, а о жизни и смерти. Это я и продемонстрировала. Во всей красе.

Да, достать до мужчины оказалась практически невыполнимой задачей, но я училась прямо на ходу. Наблюдала за противником, смотрела какие жесты он делает, вдруг осознав, что туман, который клубится вокруг меня, есть и у него. Та самая маска на его лице — лишь часть туманища, которым он обладает.

И пощечина, которую я получила в квартире, была нанесена этим самым туманом.

Да, я всегда схватывала на лету. А потому пусть и неумело, пусть нахрапом, но начала направлять туман на противника.

В какой-то момент мне удалось подобраться близко, так близко, что я сумела нанести удар прямо в лицо мужчины. Резкий, сильный удар кулаком, который был окутан плотным черным туманом.

Он упал, я навалилась сверху. Его маска разлетелась… мне даже показалось, что осколками. Но откуда в тумане осколки?

Впрочем, это уже было неважно. Потому что мужик, пропустивший удар, контрактовал так быстро, что я и «мяу» сказать бы не успела.

Вот вроде нависала над ним, а теперь сама лежу на лопатках, и с его носа капает кровь прямо мне на подбородок.

Но меня поразило совсем не это… совсем… На меня глядели мои глаза: такие же большие, зеленые, колдовские…

— Хороша, — выдохнул мужчина и медленно поднялся. — Я принимаю тебя.

Казалось бы, что такого он сказал? Принимает там куда-то, но туман взвился из меня столбом. А потом мое тело скрутило судорогой. Боль прошила каждую клеточку тела. Я не кричала, я кусала губы, сжимала кулаки, но кричать не собиралась. Ни за что. Я еще не проиграла.

Я чувствовала, как корёжит мое тело. Казалось, будто меня выворачивает наизнанку, словно мои косточки кто-то безжалостной рукой перебирает и составляет по-своему порядку. Я больше не могла контролировать голос, отчаянный крик разрезал пространство, оглушил, дезориентировал.

Я пыталась перестать кричать, пыталась отрешиться, но чернота, обрушившаяся на мое сознание, пугала до дрожи, до нового приступа и гортанного крика. Я не знала, что должна сделать, чтобы темнота исчезла, чтобы существо, которое таилось в ней, не трогало меня.

А то, что существо было — я не сомневалась совершенно. Оно было настойчивым, давило силой, и явно желало овладеть мной.

Нет уж! Не дамся!

Я уже не понимала, где происходит борьба, только ли в моем сознании или наяву тоже?

Я загребала руками пространство, брыкалась, продолжала хрипеть и гнать непонятное красноглазое существо. А ведь у незнакомца, который похитил нас с мамой, тоже было такое за спиной. Чудовище с красными глазами…

Не хочу! Не хочу!

Не знаю, что именно сработало, мое нежелание или мысль, что я лучше сдохну, чем впущу в свое сознание красноглазого монстра, но давление вдруг прекратилось. И я с удивлением отметила, что монстр-то не один, их полно в этом черном тумане, и просто этот красноглазый сильнее, распугал других…

Однако я ошиблась, он не был сильнее всех. Иначе откуда шипение и злость, которую я ощутила от него? Откуда нежелание смириться и вместе с тем отступление…

Я пока не видела, не понимала, перед кем спасовало это страшилище, только ощущала, словно бы издалека, что неизвестный надвигается, неотвратимо. Мое тело продолжало выгибаться на песке, отстраненно отметила, что голос сорван, а я все еще никак не могу выбраться из этой чернильной тьмы.

В момент, когда я увидела голубые большие глаза, я готова была к новому залпу боли, но его не последовало. Обладатель необыкновенно красивых, кажется, даже не голубых, а глаз морской волны, или они просто меняются, как хамелеон, приблизился то ли к моей душе, то ли к моему сознанию. Физически я все также валялась в песке.

От него исходила мощь, но она не давила, не заставляла отбиваться и не вызывала желания спрятаться. Наоборот, эта сила несла с собой уют и спокойствие. Я не боялась голубоглазого. Он не вызывал паники. Совсем нет.

И пусть я все еще не понимала, какого черта происходит, откуда-то появилось смирение и осознание, что как бы я не поступила, того, что было раньше не вернешь.

У меня не было здесь голоса, я не могла произнести слов, но это оказалось и не нужным, откуда-то я понимала, что должна сделать.

Откуда появилось это знание мне сложно сообразить. Может, оно всегда жило со мной, может, появилось вместе с перемещением в это странное место.

Мне предлагали сотрудничество, долгосрочное, пожизненное. И если красноглазый мог добиться его своей силой, надавить, вымотать меня так, что я оказалась бы на грани жизни и смерти, то голубоглазый не желал причинять вреда, он предлагал стать моим. Но не получив согласия, добиваться бы своего силой не стал. Ушел бы также тихо, как и появился.

Все это пронеслось в голове за доли секунд, как и понимание — уйдет голубоглазый, монстр с красными глазами тотчас же продолжит мою агонию, чтобы получить желаемое — меня.

Выбор оказался не велик. А потому я дала свое согласие. Выбрала второго, хоть и понимала, что он намного сильнее, и возможно, страшнее, просто действует хитростью. Впрочем, хотелось верить, что дело вовсе не в хитрости, а в благородстве.

В последний раз я выгнулась на земле, в последний раз ощутила невероятную боль, а затем вытянулась и затихла. Затихла, прислушиваясь к собственному рваному дыханию и ощущениям, царящим в моем теле.

Что-то изменилось.

— Превращение оборвалось? — донеслось до меня. — Я ошибся?

Наверняка говорил тот мужик, с которым я дралась, но на меня такая апатия навалилась, что выяснять в чем он там ошибся совершенно не хотелось. А вот лежать и ничего не делать хотелось намного сильнее.

В чувство меня привел крик мамы. Как я посмела забыть о ней и тех мужчинах, что ее окружили?

Сама не поняла откуда взялись силы и как я оказалась на ногах.

Вот только вроде лежала, мечтая, чтобы меня никто не трогал, а уже стою и взглядом ищу маму.

Мама жива… и даже почти рядом со мной. Ее зачем-то ведут к нам. И мужик этот рядом, стоит, смотрит на меня вытаращившись.

— Что вам надо? — прохрипела я.

Голос все-таки оказался сорванным. Интересно, сколько времени я провалялась?

— Жива? — мужчина впился взглядом в мое лицо, словно бы у меня третий глаз на лбу вырос.

— Не дождётесь, — сипло ответила ему. И бросилась к маме.

Ноги были деревянными, каждый шаг давался с трудом. Но объятья мамы стоили того, чтобы потерпеть.

Чувствовать ее дыхание, знать, что она рядом… Вместе мы справимся со всем. Даже с этим мужчиной, который слишком хозяйски оглядывает мою мать.

И да, я не дура, понимаю, что не просто так у нас глаза с ним одинаковые, и слова про дочь тоже неспроста, но это не значит, что я приму этого урода, как своего отца! Он чужак и мудак! Точка!

— На что ты готова ради матери? — вдруг спросил он.

— На все.

— Все — меня устраивает. Я забираю тебя.

— Я сказала, что готова на все, убить, к примеру, а не то, что я стану подчиняться такому убожеству, как ты.

— Риша, не надо, — простонала мама.

— Все хорошо, мам. Я не боюсь этого урода.

— Ты разочаровала меня, Равьела, — мужчина перевел взгляд на маму, — на колени.

Я не успела ничего сделать. Вроде только ледяные руки мамы крепко обнимали мою талию, как в следующую секунду я осталась стоять одна, а мама…

Ее насильно опустили на колени, и мужчины нависли над ней, ожидая следующего приказа. Я дёрнулась к ним, но была остановлена холодным тоном мужчины.

— Еще шаг и она умрет.

— Да кто вы? — рыкнула я. — Что вам надо?

Ярость вновь удушающей волной подступала к горлу. Только в этот раз я чувствовала небывалую силу, которой раньше точно не было. А еще, что-то происходило со мной, с моим телом… Меня била крупная дрожь.

— Я принял тебя, обратно слово не вернуть. Потенциал был… — Явно с сожалением, вдруг сообщил мужчина. — И пусть и ты разочаровала меня, но взрослая дочь для семьи — удача. Я выдам тебя замуж, и ты родишь сына.

Я опешила, но не спешила его перебивать.

— Я мог бы казнить вас обеих, но оставлю тебе жизнь. Равьела, прими с честью свою смерть.

— Чего?!

Я не знаю, как это произошло. Вот я стояла на земле, вот сжимала в ярости кулаки, а вдруг выгнулась дугой, ослепленная вспышкой нереальной боли, а в следующий момент вовсе оказалась в воздухе.

Мало того, я вдруг ощутила себя большой, сильной. Не до конца соображая, как я это делаю, я взмыла в небо и коршуном спикировала на мужчин, что держали маму. Как не задела мамочку — не знаю. Вот только ее не коснулась тьма, которую исторг мой рот. Черное пламя! Смотрелось красиво.

Чтобы там со мной сейчас не случилось, подумаю об этом позже. Я странная птичка?

Да и пусть, если это поможет мне вырвать мать из лап урода, который угрожает ей смертью.

Мужчина не выглядел сильно удивленным, хотя по нему сложно было что-то сказать, чернильный туман охватил его тело на манер брони, даже глаз и тех видно не было. А потом его тело совершило сальто назад и передо мной оказался совсем не человек.

Дракон?!

Огромный, с темно-фиолетовыми крыльями, казалось они закрывали собой небо…

Я что, тоже дракон?

— Феникс, — подсказал кто-то в моей голове. — Черный феникс.

А дальше мне было не до слов. Я взмыла в небо ровно в тот момент, когда дракон совершил прыжок, и практически вмял меня в землю. Не получилось, я успела раньше, на пару секунд, но их хватило, чтобы оказаться в небе и набрав высоту, спикировать на спину дракона.

Я рвала когтями его плоть, совершенно обезумев от этого действа. Я хотела причинить боль, я желала подавить его своей силой, заставить отступиться от нас с мамой.

Борьба выматывала, дракон носился по полю как оглашенный, желая скинуть меня со своей спины, он катался по земле и пару раз я практически потеряла сознание от боли, но все также продолжала цепляться за его спину, и исторгать из себя пламя.

— Риша, остановись! — отчаянный крик матери, обрушился подобно лавине. — Остановись!

Но даже если бы не ее просьба, я все равно бы повисла сломанной куклой на боку дракона.

Я знала, что и ему досталось, но из нас двоих в самом плачевном состоянии была именно я. В какой-то момент я стекла на песок, по телу прошла судорога, я выгнулась и с удивлением отметила, что вернулась к человеческой форме. Вскользь отметила, что дракон больше не нападает, да и дракона-то, кажется, тоже нет… А вот мужчина вполне себе появился, окровавленный, хромающий, он упорно шел ко мне.

А затем и вовсе опустился передо мной на колени и властно потребовал:

— Спи!

Глава вторая

Пробуждение было приятным. Во-первых, от того, что рядом находилась мама, которая гладила мне волосы, нежно касалась моих щек, и пела колыбельную. Прямо как в детстве.

Во-вторых, меня наполняла невероятная энергия, теплая, родная и… долгожданная?

Я не понимала природу этих ощущений, но впервые чувствовала себя цельной. Как будто наконец получила то, чего мне не доставало.

— Меня, — подсказало сознание, — ты получила меня, хранительница.

Память обрушилась лавиной, заставляя меня зажмуриться. В голове пронеслись все события, которые случились с нами за последние… а сколько дней?

— Два, — подсказал все тот же голос. — Ты провела в беспамятстве два дня, хранительница.

Я понимала, что не сошла с ума. Пусть в это было сложно поверить и проще было списать все на сумасшествие. Голос в голове — прямое тому доказательство. Вот только я отчетливо помню, как менялось мое тело, как я боролась и выдумкой все это было не назвать.

— Кто ты и почему зовешь меня хранительницей?

— Потому что ты и есть хранительница. Но не я тот, кто должен тебе все объяснить. Мы поговорим, позже, твоя мама волнуется.

И мне пришлось подчиниться. Не потому, что хотела. А потому, что голос был прав, мама волновалась. Она звала меня, а я не слышала ее и безучастно смотрела перед собой. Моргнула, показывая, что просто задумалась и тут же крепко обняла маму.

— Как же ты меня напугала, — прошептала мамочка, — Риша, солнышко мое…

— Прости, — выдохнула ей в плечо и зажмурилась.

Но мама была бы не мамой, если бы быстро не взяла себя в руки. Да, она чуть всхлипнула, сильнее прижалась ко мне, но тут же отпустила. Осторожно погладила по голове, утерла невольные слезы на глазах и посмотрела серьёзно. Так, как умела только она.

— Прости меня, детка. Я о многом должна тебе рассказать.

— Подожди, — остановила ее и резко села. Тело отозвалось гулкой болью, но быстрой, словно просто затекло, а не меня избивали, как боксёрскую грушу. — Не могу понять…

Я разглядывала маму и не верила своим глазам. Нет, она не вылечилась за эти два дня, но стала выглядеть иначе.

Мертвенная бледность куда-то ушла, щеки порозовели, однако напрягло меня совсем не это. Щеки! Откуда у мамы такие щеки! Изменился ее вес! Мама всегда была как щепка. Болезнь никого не красит. Изнуряющая, долгая, неизлечимая.

Когда кровь дурная, ничего не поделаешь…

Лишь отсрочить… нам удавалось только отсрочить и как-то, смирившись с диагнозом, жить… Но сейчас… Каким образом за два дня, мама если не вернула почти нормальный вес для женщины ростом в сто шестьдесят семь сантиметров, то явно приближалась к нормальной отметке? Раньше она весила едва тридцать пять килограмм!

— Риша, я почти здорова. — Видя мои метания отозвалась она. — И пусть мне не вернули моего иллами тьмы, но магия свободно струится по телу.

— Иллами? — выцепила незнакомое слово.

— Феникс, твой феникс — иллами тьмы, — мама смотрела на меня напряженно. — Вы уже успели познакомиться?

— Представиться друг другу, почти.

— Хорошо, значит твой иллами мудрый и позволил мне самой тебе обо всем рассказать. — И замолчала, явно подбирая слова.

Я не торопила ее. Глупо торопить. И так ясно, что я не просто Марина Иваненко, а какое-то иное существо, судя по всему, вообще не с Земли. Как и моя мама, точно не Раиса, а…как там мужчина говорил, Равьела? Наверняка ей очень тяжело дается истина. Но я подожду, мне явно некуда торопится.

— Что ж, начнем с главного. Я — старшая дочь рода Вольного Ветра, семнадцатого по старшинству нашего мира, который зовется Тантерайт. Всего великих родов тридцать. Мое истинное имя — леди Равьела Амарель тер Винд тан Аргхарай.

Усраться просто! Я уставилась на маму, как удав на кролика. Как она вообще это все выговорила?

— Вижу, ты впечатлена, — усмехнулась мама. — А теперь по порядку. Приставка «тер» в моем имени указывает род, от которого я веду свое начало, приставка «тан» указывает на семейный статус, если он есть, то называется фамилия мужа.

— А второе имя? Оно указывает на предка?

— Верно. Таковы правила именования. Амарель была моей прабабкой, очень талантливой хранительницей.

— Значит, ты замужем. — Я вздохнула. Нет, я в курсе, что дети не из капусты берутся.

Но мама никогда не обсуждала со мной моего отца. Эта тема не то, что была запретной в нашем доме, однако ей становилось физически плохо, когда она заговаривала о нем. А потому я никогда о нем ее не расспрашивала.

— И да, и нет, Риша.

— Как это?

— Все очень сложно, — мама потерла переносицу.

— Пятьдесят три года назад я вышла замуж за твоего отца. Это был договорной брак. Так принято между высокими родами.

Сказать, что я опешила, значит не сказать ничего. Пятьдесят три года назад? По паспорту моей маме всего тридцать восемь лет! Я всегда считала, что она родила меня на третьем курсе вуза, а отец, позабавившись с доброй и красивой девчонкой, просто бросил и ее, и приплод любви. Меня то есть. А так как я родилась болезненной девочкой, то маме со мной поначалу пришлось очень тяжело, я даже в школу пошла не как все дети в шесть-семь лет, а в восемь.

Мамин взгляд был понимающим и вместе с тем извиняющимся.

— Мне сто восемь лет, детка.

Почему-то мамин возраст принять оказалось тяжелее, чем какого-то иллами, туман, который наверняка разновидность магии, да и вообще мое превращение в красивую черную птичку. Почему красивую? Да потому что я в этом уверена.

— Спасибо, хранительница, — раздался мягкий обволакивающий голос в голосе.

Я не смутилась, но отвечать фениксу не стала.

— Пятьдесят три года назад ты вышла замуж, значит прожила в браке чуть больше тридцати лет…а двадцать лет назад что-то заставило тебя сбежать и скрыть, что у тебя есть я?

— Примерно так. — Мама набрала побольше воздуха и явно с трудом произнесла. — Долг любой жены — подарить наследника. Но только в великих родах первенцем обязан быть мальчик.

— А если рождается девочка?

— Ее убивают.

— Что?

— Ты не ослышалась. Дочь может родиться позже, но не быть первой. В этом случае глава рода обрывает ее существование, — по лицу мамы катились слезы. — Мы любили друг друга, Риша. Я и твой отец любили друг друга. Может немного странной любовью, но в договорных браках и того нет. А нам повезло, да повезло.

Я потрясенно замерла. Ничего себе откровения!

— Первый раз я родила спустя семь лет брака, — я заметила дрожь в руках мамочки и потянулась к ней. Но она мягко оттолкнула мою руку. — Сына. Мертворожденный.

Мама вздрогнула, на миг прикрыла глаза и продолжила.

— Затем было еще четыре беременности. И в пятый, последний по традициям раз, это тоже был мальчик. Он прожил несколько минут, ни повитуха, ни целители, ни сила рода не смогли вернуть его к жизни. За тот час, что пытались помочь моему сыну, я думала умру. Это тяжело, Риша…

Я потянулась к маме, но та легонько отстранилась.

— После, твой отец принял решение в отношении меня и моей дальнейшей судьбы.

— О чем ты?

— Жена главы рода должна родить наследника. Ей дается на это пять попыток. После — ее или возвращают роду с позором, или убивают.

— Варварство! — вообще на этот счет у меня имелись другие слова. Но мама не любила, когда я бранилась при ней.

А потому мне оставалось только закусывать губу и сжимать кулаки в негодовании.

— Ты стала моим шестым ребенком, Риша. Шестым и последним.

— А те, кто был до меня, после первой дочери, их что же, убили?

— Нет, Риша. Они родились мертвыми, твои сестры обе были мертвы. И я не уверена, что смогла бы принять твоего отца после убийства нашего ребенка несмотря на то, что это мой долг.

— Не называй его моим отцом. — Выдохнула я. — Он лишь донор.

— Это не так, Риша. Он, можно сказать, спас нас, хотя думал, что спасает только меня.

— Скорее обрекает на мучительную смерть, — раздался шелестящий голос в голове.

— Как это? — спросила тут же.

— Она была хранительницей. А значит, другой мир должен был ее убивать. Медленно и мучительно. Так как она не получала необходимую силу.

Я закашлялась. Мама всегда болела… И очень сильно.

Я внимательно посмотрела на притихшую мамочку, по щекам которой бежали слезы.

— Ты ведь знаешь, что он просто отсрочил неизбежное, да, мама? Мой феникс сказал, что ты была хранительницей, а значит другой мир тебя медленно убивал, а ты всегда болела… И выходит, покидала этот мир беременной?

— Мы не знали, что даже после отказа от иллами я не стану простым человеком. Мы думали, что магия навсегда покинет меня и там, на Земле, у меня будет второй шанс. Твой отец пожалел меня и пошел наперекор традициям и законам. Он сохранил мне жизнь, а я, пусть и не предполагала, что наша с ним ночь принесет свои плоды, сохранила ее тебе. Он снабдил меня сферами магии.

Мама виновато улыбнулась.

— Сферами?

— Я потратила их на тебя, ты родилась слабенькой, врачи давали мизерный шанс, что ты выживешь… Я была в отчаянии. В новом для себя мире, я лишь пару раз сюда путешествовала до того… А потом, когда ты впитала энергию, пошла на поправку. Твои каналы схлопнулись, и я была уверена, что ты — обычный человек и никогда не сможешь пользоваться магией. Но… Мне было все равно, главное, что ты жива! А мне хватало и тех крох, которые есть на Земле…

— Погоди, но он, — я так и не смогла заставить себя назвать мужчину отцом, — кричал, что ты его обманула. Как бы ты это сделала, если ты не знала о беременности?

— Он появился внезапно, нас только выписали из больницы, и я доверила тебя соседке, бабушке Рите, чтобы сбегать в аптеку. Он понял, что я родила недавно. И я сказала, что мой ребенок мертв.

— И он поверил?

— Да, я тогда и сама не верила, что ты выживешь.

— А больше он не появлялся?

— Нет, — мама покачала головой, — я фиктивно вышла замуж за сына Риты, и вязла его фамилию. Может ты вспомнишь дядю Мишу?

Откровенно говоря, не вспоминалось. Как и бабушка Рита…

— Очень добрые люди, которые помогли мне освоиться, и тебя любили… Миша удочерил тебя, а спустя пять лет, когда скончалась бабушка Рита, мы развелись. У него сейчас своя семья, я же уехала с тобой в другой город.

Голова пухла от обилия информации. Кажется, я теперь понимаю, почему так сильно болела моя мама. Я попыталась успокоиться и как-то проанализировать услышанное.

— Ты говоришь, что по закону первым должен родиться мальчик, и на это дается пять попыток. А что потом? Если жену не убивают, а возвращают в род?

— Чаще всего, ее убивают там. Потому что такие женщины считаются паршивыми овцами, портящими кровь. Я уже говорила, что великих родов тридцать, так вот, мой род мог оказаться на последнем месте, а то и вовсе лишиться статуса великого рода, если бы меня вернули, а не сказали, что я умерла при последних родах.

— То есть ты для этого мира — мертва? И что будет если все узнают, что это не так?

Как-то легко далось мне осознание, что мы в другом мире. Сама себе удивилась.

— Меня убьют, род Аргхарай упадет в рейтинге, а значит лишится значительной части своего влияния и могущества. Род твоего отца — пятый… во всяком случае был, когда я покидала Тантерайт.

— Значит и меня убьют?

— Нет, уже нет. На это несколько причин… — Мама тряхнула головой, отчего ее волосы рассыпались по плечам. — Самая главная из них — ты прошла инициацию… И обладаешь силой, которая присуща наследнику рода.

— Что?

— Тебе больше ничего не угрожает, — раздалось в моей голове. — О тебе уже знают, как и о том, что твой иллами — черный феникс. Твой отец больше не имеет над тобой власти.

— Не понимаю, — мысленно обратилась к фениксу, — поэтому он меня усыпил, а не добил?

— Добить бы не вышло. — Усмехнулся невидимый собеседник. — Как только бы ты не смогла сражаться, это сделал бы я, и у старого дракона шансов выстоять против меня не было.

— А это не слишком самоуверенно?

— Спроси у своей матери, какой род первый из великих.

— Мама, а первый из великих родов, кто? — послушно повторила вслух.

— Черные Крылья, они же Черные Фениксы.

— Это шутка такая?

— Я никогда не стану шутить такими вещами. Мой род Вольного Ветра, испокон веков является хранителями сильфов. А первый в рейтинге, род Даррак, он же Черные Крылья. И этот род является хранителем фениксов, черных.

— Тогда почему у меня феникс, если я к этому роду не имею никакого отношения?

— Потому что иллами предоставляют выбор хранителю. Ты могла выбрать из сотен иллами — своего. Чаще наследники берут существ, которые хранят их семьи, но бывают исключения, как ты.

— Я бы не сказала, что дают выбрать, — я поежилась, вспоминая, как проходил мой выбор. — Там был красноглазый, мне казалось, он меня убьет, чтобы завладеть моим телом. А еще были другие, но я не знаю, кем они являются. Всех прогнал феникс, мне показалось, что он самый сильный.

— Не показалось, — в унисон заявила мама и феникс в моей голове.

Я хмыкнула, но комментировать это не стала.

— Все верно, — мама ободряюще улыбнулась. — У тебя случилась спонтанная, неконтролируемая инициация, хотя обычно этот процесс управляем главой рода. Когда наследник готов, назначается день, приглашаются гости. Это большой праздник для рода, Риша.

— Большой праздник? — удивилась я, а потом решила, что да, праздник, обрести могущественного союзника, ведь иллами именно им и является?

— Да, и я обязательно скажу почему. Собираются гости, прямо за силовым полем полигона, глава рода произносит речь и импульсом родовой магии запускает процесс обретения иллами. Если бы все было по правилам, ты бы увидела каждого, кто пришел бы на твою инициацию. Каждого иллами.

— Значит, у отца иллами — дракон? И он лишь пятый в рейтинге? Я всегда думала, что драконы сильнее, чем фениксы и прочие волшебные существа.

Бархатный смех затопил сознание. Мой феникс посмеивался надо мной. Ну и ладно, чем бы птичка не тешилась, лишь бы мозги не клевала.

— Да, род Аргхарай — хранители драконов. Но мы еще вернёмся к этому. Для рода, инициация наследника — праздник, потому что именно наследник запускает процесс обретения иллами у всех остальных детей рода, кто рожден после него. И девочки не способны на это…

Голос мамы сорвался. Испуг явно читался в ее глазах, но она жёстко закончила и только тогда слезинки покатились из ее глаз.

— Вот почему убивают дочерей, если они рождены первыми детьми у великого рода.

— Ничего не поняла. — Честно призналась ей. — Феникс же сказал, что отец больше не имеет на меня влияния? Значит, я могу никакой процесс и не запускать… И вообще, вернемся домой! Ты мертва для этого мира, и я не позволю, чтобы тебя отправили на казнь! Я не могу тебя потерять…

— Извини, милая. Но мы не можем вернуться. Ты не можешь, ты — хранительница. Ты прошла инициацию. Тебе нужно остаться здесь, чтобы жить. Без магии, которой на Земле сущие крохи, ты быстро зачахнешь, и твой иллами не сможет помочь. Пока не сможет. Ему нужно войти в силу, а тебе обучиться всему, что должен знать и уметь хранитель.

Она секунду помолчала, утерла слезинки тыльной стороной руки и продолжила.

— Летописи хранят, что девочки с наследной силой рода, которые проводили ритуал, не выживали. Прецендентов много, потому и существует такой закон, такая страшная традиция — умерщвление девочки, чтобы сила перешла следующему ребенку главы, но… Я верю, Риша, я так сильно верю, что ты сможешь пройти ритуал и выжить, поэтому не думай обо мне, не оглядывайся, и будь, пожалуйста, счастлива. Я нарушила слишком много законов своего мира, чтобы надеяться на снисхождение.

— Я не собираюсь ничему учиться, — вырвалось у меня. — Мне не нужен ни этот мир, ни магия, которой я не просила. Мне нужна ты, мама.

— Послушай, Риша! Ты уже взрослая и должна понимать, что наши желания не всегда созвучны нашим возможностям. Я бы тысячу раз пожертвовала своей жизнью, лишь бы ты жила. А потому не смей сдаваться. Ты полюбишь магию, полюбишь своего иллами и этот мир! Он прекрасен, как и все те, кто его населяют.

— Мама…

— Я возьму всю вину на себя. Ты можешь злиться на отца и его поступки, можешь возненавидеть род Аргхарай, но тебе нужна его поддержка и сила! Род Аргхарай не должен потерять свое влияние! — Мама вскинула руки, не давая мне и слова вставить. — От нее не смей отказываться. Я скажу, что родила близнецов, мальчика спасти не смогли, а ты осталась жива. И я пошла на подлог: оставила вместо себя иллами, это возможно, когда отрекаешься от него, он становится материальным, ненадолго, но этого бы хватило для свидетельствования моей смерти. А сильфы и вовсе могут принимать облик хранителя, человеческий облик. Мой род мастера иллюзий, правдоподобных иллюзий…

Мама словно бы горела от лихорадки. Ее трясло, она говорила, много, сбивчиво и не давала мне и рта открыть. Вся ее экспрессивная речь сводилась к тому, что лишь она одна кругом виновата, и сама план придумала, и осуществила, а мой отец был вообще ни сном, ни духом.

— Ты поняла, Риша?

— Не поняла, — упрямо качнула головой. — Особенно момента про близнецов. Тебя не смущает, что я младше?

— Нет, не смущает, на Тантерайте время идет иначе, тем более, когда я бежала, меня закинуло во временную петлю. Думала, живой не выберусь. Марс и тут помог.

— Марс?

— Твой отец. Его полное имя Марсэмиар Ладоран тан Аргхарай.

— А где приставка «тер»?

— У мужчин она не используется, — отрезала мама. — Они продолжатели рода. Не перебивай меня, Риша. Я все уже решила, да, ты кажешься младше, чем остальные дети Марса, но все объясняется временной петлей, а подтверждается обретением тобой наследной силы. Мне жаль, что я не смогу поддержать тебя во время ритуала, меня должны забрать вечером на суд, но, поклянись мне, что ты будешь жить! Поклянись, что ничего с собой не сделаешь из-за моей смерти!

— Да не буду я ни в чем клясться, мама! Тебе не приходило в голову, что рассказав мне свой план, ты делаешь меня соучастником? — я просто хотела достучаться до нее и чтобы она пришла в себя.

Должен же быть иной выход?

— Тебя не станут допрашивать! Ты не виновата в том, что тебе сохранили жизнь и вырастили. Твой долг — провести ритуал. Ты не сможешь от него отказаться. Иллами во всем тебе поможет, тебе достался один из самых лучших иллами. Пообещай мне, что ты не будешь делать глупостей. Пообещай мне, что не станешь отказываться и выживешь любой ценой. Ты должна жить, Риша.

— Мама…

— Именно, я твоя мать! Как и любой другой родитель, я должна сделать все, чтобы мой ребенок жил. И я делаю, Риша, не обесценивай мои усилия. Прошу тебя, поклянись.

Она смотрела так, что у меня кишки узлом сворачивались. Глаза предательски защипало. В этот момент, я готова была пообещать, все, что угодно…

— Клянусь, — выдохнула со свистом.

— Клянешься, сделать все, чтобы выжить?

Мама настойчиво требовала ответа и смотрела грозно.

— Клянусь, — с запинкой повторила.

— Клянешься, что не станешь мстить за мою казнь и вредить себе?

— Достаточно! — властный голос, заставил меня подскочить на кровати. — Хватит и клятвы о том, что она будет жить.

Я еще пока не видела его, человека, давшего мне жизнь, но его голос уже ни с каким другим бы перепутать не смогла.

— Ты слишком много на себя берешь, Равьела, — медленно приближаясь к нам, заявил он, а я впервые подумала о том, насколько просторна комната, в которой я нахожусь. — По-твоему, я спокойно отнесусь к обвинениям в трусости?

— Аргхарай, — мама побледнела, а я наконец увидела мужчину.

Маски из тумана на его лице больше не было, а вот причина, по которой он двигался медленно — прихрамывание. Неожиданно, но трость ему шла. Солидный мужик.

Знатно я его потрепала.

— За столько лет ты забыла мое имя, жена?

— Но… — мама уставилась на Марса и явно утратила дар речи.

— После того, как я отправил тебя на Землю, я больше не связывал себя брачными узами. Да, у меня есть сыновья. Но женой остаешься ты.

Я думала, побледнеть еще сильнее было невозможно. Но мама даже не белой, какой-то серой стала.

— Мертвой женой, — напомнила я и помрачнела, — насколько я поняла, мама мертва для этого мира, а сейчас и вовсе, собралась признаться во всех грехах.

— Казни не будет, Равьела. Но идея с близнецами мне нравится.

— Что? — хором спросили его.

Я так и вовсе перестала что-либо соображать. Он же так стремился ее убить, запугивал меня смертью мамы…

— Отдыхай, Марьела, а ты, — он долгим взглядом смотрел на маму, — идем со мной.

— Марина, — машинально поправила его. — Меня зовут Марина! И никуда мама не пойдет.

— Риша, спокойно, детка. — Мамочка осторожно коснулась моей руки. — Со мной ничего не случится.

Я не знаю от чего так просветлело ее лицо. Ну не от заявления же, что она все еще считается женой?

И тут меня посетила мысль. А не специально ли отец провоцировал меня? И был так жесток к маме? Может, он намеренно устроил тот цирк в нашей однушке, затем на полигоне, чтобы у меня началась инициация? И если так, значит он подозревал, что ребенок выжил, вопреки заверениям мамы, и также знал, что я обладаю какой-то там наследной силой рода?

Но тогда почему он не объявился раньше?

— Думаю, он ждал, когда его старший сын войдет в пору инициации, а этого не происходило, потому что была ты. — Феникс, до этого молчавший, решил прийти мне на выручку. — Думаю, злость лорда Аргхарай была настоящей, но вот убивать твою мать, ты уж прости, он не планировал. Поверь, исполнители ему бы в этом не понадобились. Спектакль был для тебя.

— Как давно вы поняли? — я смотрела прямо в глаза отца. — Как давно вы поняли, что я жива?

— Равьела, идем, — напрочь игнорируя меня, произнес Аргхарай и опираясь на трость пошел прочь от кровати.

— Риша, все будет хорошо, — мама нагнулась и поцеловала меня в лоб. — Отпусти, обещаю, я вернусь.

Отпускать не хотелось, я вцепилась в ее руки, давая понять, что не согласна.

— Хранительница, им нужно поговорить. Отпусти, она вернется.

— Ты уверен?

— Абсолютно.

И я разжала руки. Неохотно.

Мама улыбнулась и поспешила за отцом. Я поежилась, даже мысленно его так называть мне некомфортно.

Глава третья

К сожалению, с их уходом, мой план расспросить феникса, провалился. Не знаю, что тому послужило причиной, но я опять уснула, причем внезапно, так как спать совершенно точно не собиралась!

И очнулась только тогда, когда меня разбудила мама. Сказать, что это меня разозлило, не сказать ничего.

— Это вы меня усыпили? — прямо спросила маму, которая выглядела слишком счастливой, а я никак не могла взять в толк откуда такие резкие перемены.

Да и одета она была иначе. Непривычно для меня. Мне ближе джинсы, футболки, кроссовки. А не длинные платья с богатой вышивкой. Местная мода?

— Нет, детка. — Мама осторожно присела на стул рядом с кроватью. — Это последствия инициации, твой дар пробудился и твой организм перестраивается. Все в полном порядке, так и должно быть.

— И как часто я буду внезапно засыпать?

— Думаю, теперь только от перенапряжения и опустошения резерва. Не сердись, Риша, ни я, ни отец, насильно тебя не усыпляли.

— Не называй его так, — ощетинилась я. — Я не признаю его своим отцом.

Юношеский максимализм? Возможно, но даже, если Аргхарай действовал мне во благо с этой инициацией, я никогда не забуду, как били маму!

— У тебя есть причины быть на него обиженной, — мама не стала спорить. — Но я все еще его жена, Риша. А жена главы рода — прямо зависит от его приказов. Тебе придется принять это.

— О чем ты? И что в итоге с судом?

— Марс оградил меня от него, сообщив, что это была только его инициатива: отправить жену в другой мир. Разбирательство только началось. Чем это грозит ему, пока сложно судить, но ни меня, ни тебя это не коснется.

— Серьезно? — я подозрительно уставилась на маму и ехидно уточнила. — А как же рейтинг рода?

— Как я уже сказала, жена главы рода во всем должна подчиняться мужу. Во всем, Риша.

— То есть он сказал, что приказал тебе и дочке свалить из этого мира?

— Не груби, Риша. Да, примерно так. Он оставил меня, и тебя в живых, так как наследная сила рода ощущалась в погибшем сыне, твоем близнеце, а ты этой силы не имела.

— А что насчет его новых детей? Ты уже видела его сыновей?

— Видела, Риша. Но сейчас мы не будем их обсуждать. Тебе стоит принять ванну, поесть, познакомиться с окружающей обстановкой.

С этими словами мама взмахнула рукой и одеяло слетело меня. Я покраснела, не знаю почему, но я оказалась абсолютно голой. По идее, чего мне стесняться матери, но я вспомнила, что в моей голове феникс. Даже тот факт, что мама явно воспользовалась магией, меня не удивил, как осознание, что в моем теле живет чужое существо и судя по всему, это мужик.

— У меня нет пола, хранительница. Пока нет, — отозвался феникс в моей голове. — Все иллами подстраиваются под своего хранителя, после ритуала, ты сможешь меня именовать.

— В смысле? Ты хочешь сказать, что станешь девушкой?

— Женского пола, — педантично поправил феникс. — Если тебе этого захочется. Не нужно меня бояться или стесняться, теперь я естественная часть тебя.

— Риша, потом пообщаешься со своим иллами, — строго заявила мама, заставляя вынырнуть из собственного сознания и сфокусироваться на ней. — А сейчас приведем тебя в порядок и наконец накормим.

— Может сначала еда, потом водные процедуры? — Хмыкнула я.

— Тебе помочь встать?

— Я сама, — буркнула ей.

Да уж, к такой маме я явно не привыкла. Откуда властность и требовательность? Нет, она и раньше была стойким оловянным солдатиком, но всегда была со мной откровенна. И если мне запрещалось что-то делать, то всегда доходчиво и толково объяснялось почему. А сейчас, такое впечатление, что она торопится.

— Мама, а ты точно ничего от меня не скрываешь? Раз у тебя муж нарисовался и его приказы ты исполнять должна. Это он приказал меня поднять, искупать и лишь потом накормить?

— Риша, еще слово и я тебя отшлепаю, — строго заявила мама и как в детстве легонько прошлась ладонью по моим волосам. — Мы обе приглашены на ужин, но мыться я тебя зову сейчас по другой причине. Ты сразу поймешь почему, как только погрузишься в теплую воду, а легкий перекус я тебе уже приказала принести.

Я вздохнула с облегчением, но расслабилась рано.

Потому что мама вдруг ухватила меня за ухо и несильно, но ощутимо его сжала.

— Еще раз решишь, что ты для меня важна меньше, чем муж или кто-либо еще и честное слово, я оставлю тебя без уха. Ты — мое сокровище и моя вселенная, детка.

— Марина, — вдруг рявкнули у меня в голове, — да подслушивают вас, и мать ведет тебя туда, где точно сможет говорить с тобой откровенно.

— Думаешь?

— Уверен, — хмыкнул феникс.

— Идем, — я спустила ноги с кровати и с изумлением отметила, что чувствую себя прекрасно, мышцы не ныли и судорогой не сводило.

Словно и не провалялась целых два дня в кровати. Надо же…

Мысленно я дала себе слово ничему не удивляться. На это явно не было времени.

Мимоходом отметила, что спальня, в которой я провела несколько дней, оказалась огромной, при желании можно полдня бродить и ни разу не наткнуться на один и тот же уголок. Ладно-ладно, преувеличиваю, но ненамного! И из нее вели сразу две двери. Первая, видимо, прочь из этого царства сновидений и отдыха, а вторая в пресловутую ванну.

Ну что сказать, размах впечатлял. Ванная комната здесь была примерно как две наши однушки.

— Свободны, — приказала мама девушкам, склонившимся в низком поклоне.

Я и не сразу их заметила, девушек этих, в безликих, серых одеждах. Молча и продолжая нагибать спины, они потрусили на выход.

— Я сама тебе все покажу, — мягко произнесла мама. — Зайди за ширму.

За ширмой нашлись вешалки и даже полки. Видимо, туда необходимо складывать одежду. Так и я поступила.

— В нашем мире практически все связано магией. Люди, которые не могут пользоваться магией, приобретают специальные артефакты и установки, которые в зависимости от наполнения магией, раз в год или полгода подпитывают маги, естественно, за определённую сумму, которую в свою очередь оплачивают сами или патрон.

— Патрон?

— Так называют главу рода или его заместителя, на территории которого проживают такие семьи — без магии.

— Вот как…

— Да, иди сюда, садись.

Мама помогла спуститься по ступеням в мини-бассейн, уже наполненный теплой водой.

Когда я наполовину погрузилась в воду, та зашипела, пошла пузырями, чем меня напугала.

— Спокойно, Риша, это я. Минутку посиди тихо.

Я замерла и почему-то зажмурилась. Не сказать, что сильно испугалась, но просто рефлекторно зажурилась, как в детстве, когда меня пугала ночь и тени от фонаря за окном.

— Все, теперь можно говорить.

Мама села на бортик и опустила ноги в воду. От соприкосновения с ее пальчиками, вода пошла серебристыми кругами, а в воздухе вдруг замерцали блёстки.

Наверно, это и есть магия мамы…

— Послушай меня внимательно. В этом доме, как и в любом, принадлежащем главе рода, неважно какого рода, у главы имеется доступ ко всему, что в его доме происходит. Он услышит и узнает обо всем, если не принимать меры. За годы своего барка я изучила слабые места в защите и сейчас, как видишь, этим воспользовалась.

Прав был феникс!

— Разбирательство начато, но Аргхарай может не потерять свое влияние, если докажет твое право на жизнь. А это возможно только во время ритуала. Точнее, по его итогу, если ты сумеешь дать всем, вступившим в совершеннолетний возраст, иллами тьмы.

— То есть я была права, когда посчитала, что он давно знает о нашем существовании и примчался специально, чтобы спровоцировать мою инициацию?

— Да, это была провокация, Риша. Тщательно спланированная, на основе тех выводов, что он сделал, наблюдая за тобой и мной почти полгода.

— Сколько? — ахнула я.

— Уже неважно. Твой отец нашел способ обелить и свое, и мое имя. Для начала, в пользу тебя и его решения, он предоставил древний манускрипт, по которому ясно, что глава рода имеет право сохранить дочери жизнь. Один-единственный раз. В нем говорится, что с наследной силой рождались дочери, и даже выживали после ритуала, правда, их процент мизерный: всего пятнадцать против восьмидесяти пяти.

— И этого достаточно? — я скептически посмотрела на маму, — ты говорила, что убийство дочерей — закон, главная традиция для великих родов, точнее их глав.

— Верно, и на это никто бы не закрыл глаза, если бы не еще одно обстоятельство.

— Какое?

— Марс нашел доказательства того, что моим детям помогли умереть. И преждевременные роды, а они все были таковыми, вызваны магическим воздействием, магическим отравлением. Меня нельзя назвать паршивой овцой и вернуть родителям.

— Нашел доказательства? — я уцепила важное. — Но, если он их нашел, для чего был весь спектакль? Почему раньше не вернул тебя? Ведь твоей вины не было?

— Потому что на это ушло много времени, Риша, и доказательства найдены, но виновный нет. Нам до сих пор неизвестно, кто и каким образом вредил мне и ещё пятерым женам глав великих родов. Я была не единственной, кого постигла незавидная участь. Но я единственная, кто жив. Марс утверждает, что понял о воздействии еще тогда поэтому спрятал и дочь, и жену в другом мире. И больше не женился, хотя детей еще завел.

Я ушла под воду с головой, чтобы хоть немного привести мысли в порядок. Выходило с трудом.

— То есть вариант с близнецами не нужен?

— Почему же, это смягчающее обстоятельство. Мол, первенец сын — родился с ярко-выраженной магической силой, а ты — нет. Любой целитель скажет, что у тебя длительное время были закрыты магические каналы. А потому, мягкость Марса всем понятна и даже близка.

— Я правильно понимаю, что его сыновья — незаконные дети?

— Почему же? Они признаны отцом, и каждый из его сыновей в будущем может стать главой рода.

— Главой рода? Но разве для этого не наследная сила рода нужна?

— Нет, детка. Это все происходит несколько иначе. Обычно, конечно, первенец мальчик и становится главой рода. Но бывают исключения, когда сила выбирает кого-то из родственников. Ты все поймешь и увидишь своими глазами во время ритуала.

Такой себе ответ, особенно, когда ждешь четких указаний.

— Риша, тебе придется нелегко. Ритуал пройдет сегодня в полночь.

— Сегодня? В полночь? Он там с ума сошел?

— Нет, не сошёл. Ритуалы всегда проводятся в один месяц. Перед началом нового учебного года в Академии ХИЛТ. Ритуал — это экзамен, пройдешь его — поступишь в академию.

— Стремное название. Что за Хилт?

— Академия Хранителей Иллами Тьмы.

— Странное сокращение, если всего по трем словам, то должна была быть Академия Хит, — нервно заявила я.

Голова шла кругом. Мало того, что с папашкой чуть ли не письками мерились, теперь вот ритуал на носу, о котором я толком ничего и не слышала.

— Еще существует Академия ХИС, Хранителей Иллами Света, также Академия ХИЛС, Хранителей Иллами Стихий, — словно не слыша моего замечания, продолжила мама. — Ритуал проводят все великие рода ежегодно. Либо сам глава рода, либо наследник, уже вступивший в силу, или только вступающий, или, как в твоем случае, маг обладающий наследной силой, но не претендующий на главенство.

— Мы приглашены на праздничный ужин, Риша, — мама вздохнула. — На котором Марс объявит о прохождении ритуала. Всех совершеннолетних уже везут в главное поместье.

— И сколько осталось до полуночи? — мрачно спросила я, остро желая вновь уйти под воду.

— Пять часов, детка. А потому, будь хорошей девочкой, и слушай меня внимательно. Очень-очень внимательно. У нас слишком мало времени, чтобы подготовить тебя, но я сделаю все возможное, чтобы на полигоне ты чувствовала себя уверенно.

— Я слушаю, — а что мне еще оставалось?

* * *

Спустя три часа я спускалась с мамой по длинной винтовой лестнице. В отличие от мамочки на мне были удобная рубашка с плотным жилетом, темные брюки и кроссовки черного цвета. Я нервничала. Мама же была скалой. Доброжелательная, легкая улыбка на лице, уложенные в высокую прическу волосы, длинное платье, в котором она чувствовала себя настолько же свободно, как я себя в брюках.

Наверно, лишь сейчас я до конца осознала, что происходящее не сон, и моя мама не просто человек, а маг, который к тому же, имеет знатное происхождение. Ее манеры… Они всегда были утонченными, изящными, и мне она пыталась прививать эти навыки, но я всегда было больше пацанкой, чем принцессой. В смысле, лупила обидчика, а не ударялась в слезы. И могла спокойно есть руками, абсолютно не смущаясь того, что могла измазаться с головы до ног. Мыло есть всегда, как и полотенце с водой. Умыться совершенно недолго, зато, когда соблюдаешь всю эту пляску вокруг еды и своих манер, есть огромный риск остаться голодной.

Я знала, что в просторном холле нас ждут члены огромной семьи Аргахарай. Не только те, кто является близким родственником, но и те, кто приехал на ритуал, в надежде обрести для своих детей иллами тьмы. Мама особо подчеркивала, что здесь будут все совершеннолетние дети рода. Даже те, кто находился в отъезде и далеко от родовых земель, всех в сжатые сроки привезли сюда. Потому что сегодня я— последний день для ритуала. А следующего нужно будет ждать год.

По мне так год — прекрасный срок, чтобы обучиться хотя бы истории этого мира, а заодно хоть каким-то магическим азам. К тому же нормально познакомиться со своим иллами тьмы, научиться с ним превращаться, но мой папенька изволил торопиться.

Еще бы. Ведь если у меня ничего не выйдет, наследная сила гарантированно перейдет к его старшему сыну, причем не отходя далеко от кассы. Вот если бы я умерла не во время ритуала, тогда да, либо ждать рождения нового ребёнка, либо выжидать год, авось к первому сыну и перейдет сила. А ту стопроцентная гарантия — я у мру, сила, выплеснутая из меня в момент гибели, устремиться к более надёжному сосуду.

И чтобы там мама не говорила в защиту моего отца, для меня он остается мудаком. Любви мне его решение вот ни капельки не прибавило.

Сейчас, должен состояться пир, который продлится практически до полуночи. Правда, без пьянящих напитков. Те подадут уже после ритуала, если будет что отмечать.

Видимо, магии вреден алкоголь. Впрочем, все это я выясню позже, а пока, мне надо пережить встречу с братьями которые старше меня почти в три раза. Мама не солгала, что годы на Тантерайте идут совершенно иначе. И двумя младшими сестрами, которым пока рано иметь своего иллами.

— Держись, детка, — шепнула мама, когда мы почти завершили спуск по лестнице и вышли на видимую залу часть.

Для меня стало сюрпризом то, что нас встречали. Ладно бы если бы был только Марс и его сыновья. Но нет, тут явно присутствовали все гости. От волнения перехватило дыхание, а горло запершило. Мы что в цирке? А я слон, которого ведут к гостям за морковку?

Почему-то я разозлилась. Праздник у них понимаешь ли! А мне ни толком ничего объяснить не могут, да элементарно дать потренироваться и приноровиться к магии. Я вообще в себе никаких изменений не чувствую, за исключением того, что откуда-то взялось ощущение, что мне вернули важную часть меня. Но на этом все! Никаких спонтанных вспышек, никаких мини смерчиков, которые показывала мама! Я вот тоже хочу, рукой взмахнула — ветрище поднялся, второй рукой взмахнула, все гости к ногам попадали, а еще лучше, за дверь вылетели.

Пока я размышляла, мы наконец спустились и замерли у подножия лестницы. Толпа чего-то ждала. Может, сольного выступления папаши? Да только тот не спешил выходить вперёд и как-то нас представлять. То, что маму узнали сразу — я поняла по вытянувшимся лицам нескольких женщин и мужчин. Сюрпрааайз!

— Ты сильно не злись, ни к чему сейчас, — проникновенно зашептал в голове феникс. — И мать не вини, кажется, я понял, почему торопится твой отец и почему твоя мама не стала сопротивляться. И причина явно не в том, чтобы ты быстрее умерла.

— А в чем же?

— Сегодня я смогу воспользоваться правом помощи. Да и твой отец, в случае критического момента, сможет, как минимум, дать тебе лишнее время, чтобы прийти в себя. Он удержит твою душу.

— Не поняла?

— Есть особые дни, когда грань истончается настолько, что позволяет черпать магическую энергию в куда большем объеме. Такие дни есть в каждом месяце, но они делятся по роду сил: стихийная, света и тьмы.

— И сегодня день для тех, у кого иллами тьмы?

— Можно и так сказать. В полночь, ты сама поймешь, о чем я говорю. Тебе и часы не потребуются, ты легко определишь, что час пробил, и ощутишь, насколько особенный этот день.

— Пока я ощущаю себя дурой, все кругом знают, что я буду чувствовать и что для меня лучше. Одна я в неведении и мне это, мягко говоря, не нравится.

— Понимаю, — отозвался феникс. — Но времени действительно мало. И начни я насильно вливать информацию, которая имеется у меня, и ты не выдержишь. Можешь и с ума сойти, а может и мозг взорваться. В буквальном смысле. Рано еще, да и я не обрел всю силу, которую должен. В академии будет легче.

— В академии? Ты так уверен, что я туда попаду? Судя по серьезным рожам собравшихся, меня уже заочно хоронят.

— Я поборюсь за тебя, хранительница. И ты не смей сдаваться!

— Еще чего! — фыркнула я. — Я хочу жить.

— Вот и славно, а теперь удели внимание собравшимся. Они ждут твоего слова, даже глава сейчас не должен говорить первым.

— Это то, о чем мама говорила? Поздороваться и подойти к отцу?

— Да. Этого хватит.

— Но не обязательно? Неважно что я скажу, не так ли?

— Ты все-таки вздумала воевать?

— Ты и сам видишь мои мысли. Они мне никто. И моей семьей никогда не станут.

— Но ты можешь использовать их влияние в будущем.

— А зачем? Я сама всего добьюсь. Я не боюсь работы!

— Похвальное стремление. Но ты слепа, как котенок и совершенно не разбираешься в реалиях этого мира. И не понимаешь его иерархии. Марина, будь благоразумной, все, что ты думаешь по поводу своего отца, выскажешь ему лично. Захочешь, так мы ему еще раз морду набьем. А сейчас не время и не место устраивать публичные сцены.

Я вздохнула, мысленно взвесила все «за» и «против» и пришла к выводу, что явно не все знали о планах своего главы и точно не вес его поддерживали. А не в моих правилах обижать невиновных. И уж тем более тех, кто нив чем не виноват. Они пришли, надеясь на чудо — обретение части себя. Как я обрела недавно. Иллами — важная часть магов. Вот это я уже точно усвоила.

— Спасибо, Марина, мне приятно. Но ты немного не права, иллами — скорее верный помощник, трофей, который делает мага сильнее. А то, что ты воспринимаешь частью себя — это магия, к которой у тебя длительное время не было доступа.

— Ты же на всю жизнь? — мягко уточнила я.

— Да, если ты сама не пожелаешь от меня отказаться или я не погибну раньше, чем придет твое время.

— Так, достаточно первой части ответа. Вот и скажи, как тебя иначе воспринимать? Ты — неотъемлемая моя часть. Привыкай, мы крепко связаны.

— Связаны, да, — эхом отозвался феникс.

А у меня в груди поселилось солнышко. Тепло таилось и вдруг вырвалось наружу чернильным туманом, окутывая холл и всех, кто в нем находился. Но это еще полбеды, феникс каким-то образом транслировал всем эмоции, которые испытывал.

— Прости, это я, обрадовался сильно.

— А теперь, судя по их лицам, они считают, что я им обрадовалась.

— Немного, да… — покаянно возвестил феникс.

— Ай, и черт с ними, — фыркнула мысленно, а вслух сказала. — Добрый вечер! Я — Марина Иваненко, старшая дочь Марсэмиара Ладорана тан Аргхарай и леди Равьелы Амарель тер Винд тан Аргхарай. Думаю, со всеми вами, мы еще успеем перезнакомиться. Вам слово.

Я посмотрела на побелевшего, затем побагровевшего отца и усмехнулась. Нет, ну он же не думал, что я назовусь другим именем? Или думал? Тогда, это лишь его проблемы.

Глава четвертая

Я сидела за столом и наблюдала за очаровательными близняшками, моими младшими сестрёнками. На вид им было по тринадцать Земных лет. Они широко распахнутыми глазами смотрели на меня. Однако не решались ни заговорить, ни подойти. Впрочем, последнее было сделать проблематично. Я сидела во главе стола, по правую руку от меня находился Марс, по левую — мама.

Тоже своеобразная дань традициям. Наследник же ритуал проводит, вот и на один день, точнее даже несколько часов, он становится главным.

Я хмыкнула и вспомнила, как папаша с постной рожей читал торжественную речь и приглашал всех разделить пищу перед священнодействием.

Его все же не хватил удар. Но сидел он рядом со мной — краше в гроб кладут.

Впрочем, меня это не волновало. А вот с кем бы я хотела познакомиться так с сестрами. Братья мне не особо приглянулись, а уж когда я поняла, что второй по старшинству ребенок Марса — Абра, тот самый хмырь, посмевший ударить мою мать в квартире, то меня держали в четыре руки. И отец, и мать.

Потому что я сорвалась.

И да, таки устроила небольшой скандальчик, вернув оплеуху Абре и сторицей.

В общем, сидел сейчас красавчик в самом конце стола и взирал на гостей через свет своих фингалов. Заслужил.

Феникс мысленно посмеивался надо мной, но в целом мои действия одобрил. Прада обронил, что Абре не позволил отец ответить. А так, все могло быть хуже, и я бы так легко не отделалась. Конечно, я воинственно заявила, что ничего и никого не боюсь.

Так вот, вернемся к сестрам. Они были очаровательными брюнетками с удивительными глазами цвета янтаря. Густого такого, тягучего. Очень красиво смотрелось.

Что примечательно, отцовский цвет глаз был только у меня. А еще я заметила, что среди гостей вообще нет блондинок. Цвет волос варьировался от черного до темно-русого. Единственная женщина, с темно-медными волосами, выглядела белой вороной.

Я вновь перевела взгляд на сестер. Нравились они мне. Сама не знаю почему, но нравились.

Такие задорные девчушки, с собранными на затылке двумя хвостиками и огромными бантами. В платьицах, естественно. Куколки фарфоровые.

И тут я поняла, почему симпатизирую этим девочкам. Они похожи на мою мечту. Когда а одной из витрин я видела таких кукол. Фарфоровых, жутко дорогих. Правда у той куклы, в которую я буквально влюбилась, были завитые локоны и зонтик. Но… как же девочки на эту куклу похожи!

— И правда похожи, — со смешком сказал феникс. — Красивые на Земле игрушки.

— Это не совсем игрушки. Эти куклы не для игр, они очень хрупкие. Они нужны, чтобы ими любоваться.

Отвечая фениксу, я подмигнула одной из близняшек. Та покраснела как маков цвет и тихонечко пихнула рядом сидящую сестру. Та недолго думая подмигнула мне в ответ. Видимо, первая — стеснительная, а вторая наоборот, озорница.

Интересно, а где их мать? У меня сложилось впечатление, что здесь нет ни мам братьев, ни матери этих девочек.

— Привести в дом любовницу, когда в нем находится законная жена — это позор, Марина.

— А иметь детей от любовниц, когда есть законная жена — не позор? — тут же отозвалась я на слова иллами.

— Так для всех он считался вдовцом…

— То-то и оно, что считался…

Я запнулась, потому что неожиданно я почувствовала прилив энергии. Словно мне кто — то батарейку в одно место ткнул. Хотелось немедленно вскочить из-за стола и прыгать, то ли от радости, то ли от переполнявшей меня энергии.

— Оно? — с затаённым страхом, спросила у феникса.

— Да, время пришло.

— Но ведь еще не полночь, — да, мне было страшно и признаваться в таком не стыдно.

А кому бы не было.

— Ты чувствительнее, потому что в тебе наследная сила, до полуночи не больше пятнадцати минут осталось. Но вам пора уходить.

И точно, поднялся Марс, переглянулся с сыновьями и повернулся ко мне.

— Пора!

Мама, все время молчащая за столом, встрепенулась, резво поднялась со своего места и встала позади меня.

— Перед смертью не надышишься, — вспомнилось мне.

— Какой смертью? — отозвался феникс. — С ума сошла? Тебе еще учиться нужно, влюбиться, детей родить…

— Влюбиться? — я фыркнула. — Тут же браки по договоренности.

— Можно подумать ты исполнишь отцовскую волю и выйдешь замуж не по любви. Я скорее поверю в то, что ты разнесешь ему поместье, чем согласишься на договорной брак.

— Ну да, второе вероятнее. — вынуждена была согласиться с иллами.

И больше я не могла стоять на месте. Слушать что там говорит Марс не было никаких сил, внутри меня бурлила энергия. Мне остро хотелось прикоснуться к земле, сырой земле, а еще почему-то захотелось на кладбище. Очень странное желание. Я рванула из — за стола прочь из огромного зала. Рванула сама не поняла куда.

— Ничего странного, тьма — суть твоей магии. Эманации смерти ее подпитывают.

— Я что, некромант?

— Некрокто?

— Некромант?

— У нас нет таких магов. Но я вижу в твоей памяти, чем занимались книжные некроманты и скажу, что да, это будет частью твоей работы. Зависит от направления обучения. Какой факультет выберешь.

— Я выберу?

— Ну не я же, — фыркнул он. — Не беги, там впереди комиссия.

— Мне и с ними надо здороваться?

— Не обязательно, но желательно. Они независимые судьи и…

И я промчалась мимо мужчин в плащах. Наконец-то сообразила, куда меня гнала сила, мой туман или тьма. На полигон. На тот самый полигон, где я дралась с отцом.

— Слушай, феникс, это странно, но я бы не прочь изменить форму. Даже не так, мне кажется, что сейчас это нужно сделать.

— Нужно, — со смешком отозвался иллами. — Но пока рано. Ты как стрела промчалась мимо комиссии, а они должны дать тебе инструкции. Поэтому, пока держи себя в руках.

— Держу, — мрачно согласилась с ним и ковырнула песок.

Страх исчезал, зато появлялся азарт. Не знаю насколько это правильно, но я была рада охватившим меня эмоциям. Лучше пусть так, чем дрожать от ужаса и гадать, что же меня ждет.

Примерно порядок ритуала мама мне объяснила.

Соберутся члены комиссии, часть из них — преподаватели из Академии ХИЛТ, часть из Независимого Союза Тантерайта, куда входят главы всех великих родов. И когда я говорю всех, это означает, что действительно из всех великих родов. А те в свою очередь делятся по силе. То есть великие рода, обладающие иллами света, иллами тьмы и иллами стихий.

Кто именно будет присутствовать при моем ритуале — я не знаю. Может так быть, что в комиссию войдут только «свои», то есть обладающие иллами тьмы. Может так быть, что «своих» и не будет.

Ведь сейчас месяц, когда у всех проходит подобный ритуал. Правда, не все там с наследной силой…

Вообще, путанные у них порядки. Ритуал проводят ежегодно для подросшего поколения. Вот только если в силу вошел наследник, то его проводит он, и для него это — вступительный экзамен в академию. Для остальных членов рода, кто обретает иллами на этом ритуале, вступительным экзаменом будет полоса препятствий, которую они должны будут пройти в новой для себя форме — объединённой с иллами.

И да, самое паршивое то, что наследнику вменяется следить за ходом их превращения и прохождения полосы, при необходимости помогать. Правда, если я правильно поняла, вмешаться я могу лишь в критический момент и то, это не обязательно.

То есть для меня ритуал закончится, когда последний из тех, кто должен обрести иллами — пройдет или не пройдет полосу.

Собственно полигон сейчас являл собой удивительное зрелище: множество непонятных конструкций, охваченных не только чернильным туманом, но и разноцветными всполохами. И ежу понятно, что задействована магия всех направлений.

И только перед самой полосой, строго очерченный круг, в центр которого должна буду встать я, а по линиям круга встанут те, кто сегодня желает обрести илами. Члены же комиссии, распределятся за линиями кругами в шахматном порядке от каждого из новобранцев. И только глава рода имеет право обрести вторую форму и зависнуть надо мной. В круг ему входить нельзя, а вот с воздуха «поддерживать» вполне.

Я вздохнула, посмотрела на небо, затянутое тучами и сквозь которые едва пробивался свет луны.

— Пора, — сообщил феникс и я потопала в центр круга.

По-хорошему я должна была дождаться торжественной речи комиссии, выслушать все их напутствия и только потом идти в круг. Но по большому счету в то, что я выживу и доведу ритуал до конца, мало кто из них верит, а потому речь больше обращена моим родственникам, чем мне.

— Ты справишься, — уверенно заявил иллами.

— Мы справимся, — поправила его. — Мне нужна твоя помощь.

— Я с тобой, — просто ответил он, а по мне прошла теплая волна.

Туман заструился по моему телу, становясь плотным, видимым и таким густым, что в первую секунду я опешила. А потом расслабилась. Сегодня же ночь моей силы. Это нормально, что из меня шарашит магия.

— И она же тебя переполняет, — согласно вздохнул в голове иллами. — Например, у магов с иллами стихий, помимо особенных дней, как этот, есть еще особенности. Те, кто обладает стихией воды в сильный ливень дополнительно заряжаются магией и даже могут летать.

— Дай-ка угадаю, у тех, кто обладает воздушной стихией в особо ветренный день тоже сил прибавляется, и они обретают уникальную возможность сделать то, что в обычный день не могут?

— Верно. И у тех, кто повелевает огнем и землей, тоже есть бонусы от погоды.

— А у нас? Кроме вот таких дней, как сегодняшний, у магов с иллами тьмы, есть что-то еще?

— Тебе не понравится, — честно сообщил феникс.

— Рассказывай, — попросила я, а сама следила за тем, как группа людей шла ко мне и моему кругу, в центре которого я уже стояла.

— Смерть.

— Что смерть? — не поняла я.

— Если ты окажешься рядом с существом в момент его смерти, то получишь дополнительную энергию и способность. Мы отличаемся от стихийников тем, что у магов с иллами тьмы и магов с иллами света, способность приобретается навсегда.

— В смысле? То есть я стану свидетельницей чьей-то смерти, то обрету какой-то крутой навык, типа левитации водников, но смогу ими пользоваться повсеместно, а не только в определенное время?

— Да. И даже развивать его.

— А что, маги с иллами света, тоже должны увидеть чью-то смерть?

— Нет, они должны стать свидетелями рождения.

— Мир несправедлив, — мрачно подытожила я.

— Доброй ночи, леди Марьела Ришан тер Аргхарай. — Обратился ко мне один из мужчин, стоящий у линии круга, а отец грозно зыркнул в мою сторону.

— Марина, — машинально поправила я, немного обалдев от своего второго имени.

Впервые вообще слышу, как оно звучит. Вот почему мама меня Мариной назвала, а ласково — Риша. И для Земли привычно, и с моими Тантерайтскими именами созвучно.

— Буду признательна, если вы будете обращаться ко мне именно так. — Поспешно добавила, понимая, что комиссия ошалела. Нельзя с ними ссориться, мне еще инструкции получать.

— Нервничаете, — произнес другой мужчина и откинул капюшон, являя миру белоснежные волосы. — Напрасно. Вам стоит сконцентрироваться на своих ощущениях. Вам повезло, сегодня ваша ночь.

— Маг с иллами света, Марина, — шепнул феникс. — Все маги с иллами света обладают светлыми волосами: от белоснежного до русого. Маги с иллами тьмы, как ты заметила — темноволосы. А стихийники чаще всего обладают волосами красного, рыжего, медного, янтарного цвета.

— Благодарю за совет, — тем временем ответила белобрысому мужчине.

Вслед за ним, капюшоны начали снимать и другие члены комиссии. Всего наблюдающих за ходом ритуала оказалось десять человек. Все одинаково одеты в черные, практичные, длинные плащи с капюшонами. Но на этом сходство заканчивалось.

Я насчитала трех магов с иллами стихий, трех магов с иллами тьмы, а вот остальные были с иллами света. Прямо значительный перевес. Но вот вопрос, они из Независимого Союза, или тоже преподают в Академии ХИЛТ?

— Что ж, леди Марина, чем раньше приступим, тем лучше. — Вновь заговорил белобрысый, — с вашего позволения, — он переглянулся с остальными мужчинами, — я проведу инструктаж.

Меня пробила дрожь. Надо же, вроде же спокойно стояла.

— Но прежде, леди Марина, выйдете, пожалуйста, к нам, а вы, леди и лорды, расположитесь по силовым линиям круга.

Только сейчас обратила внимание на тех, кто мечтал обрести иллами тьмы. Естественно все трое братьев, в том числе и ненавистный мне Абра, за ним еще пять мужчин, чей возраст я не берусь предугадать. Но юнцами не выглядел никто. И три девушки. Не так много, но и немало!

— Леди Марина? — напомнил о себе белобрысый мужчина.

— Иду.

* * *

Я была сосредоточена. Мне казалось, что я навсегда запомню лица людей, вставших в этот круг и не побоявшихся пройти ритуал.

Во время ритуала могла погибнуть не только я. Кандидаты на обретение иллами тоже могли умереть, причем помогать им никто не станет. Это моя привилегия, которой я могу и не воспользоваться.

Феникс еще шепнул, что это нормальная практика, если происходит смерть на ритуале наследника, так он получает уникальную способность, а заодно и остальные, кто проходит ритуал. Всегда есть вероятность, что кто-то не справится, испугается и перестанет контролировать обрушившуюся на него магию.

Жертва. Так он это назвал.

Меня тогда передернуло от его слов. И я дала себе слово, что не позволю ни себе сдохнуть, ни тому, кто шагнет в мой круг. Они доверились мне.

На самом деле, мне было чему удивиться. Слова того белобрысого задели меня. Он вроде бы и удерживал на лице доброжелательную улыбку. А говорил гадости.

И кругом то мне повезло, что вместо сорока пяти претендентов на иллами, я проведу ритуал всего для одиннадцати магов. Какая удача для женщины с наследной силой! Еще и день особенный, глава рода может помочь…

Взбесило ли меня это? О, еще как. Но я умею играть в такие игры. Спасибо трудовым коллективам, где мне приходилось работать. Каких там змеищ только не встретишь! Он, по сравнению с некоторыми, сущая лапочка.

На его замечания я лишь заметила, что удача — привилегия достойных, а везение всегда шагает рядом с удачей. Он проглотил мое высказывание молча и дальше провел сухой инструктаж, что именно должна сделать, как встать, что должно происходить при перевоплощении и чего не стоит пугаться.

Расстались мы недовольные друг другом. Он тем, что не сумел посеять во мне зерно сомнений и страха, я тем, что нельзя отправить этого судью куда подальше. Кем бы этот мужик не был, а моего уважения он точно не заслужил. Не знаю уж почему остальные хранили молчание, я о комиссии, но кроме этого жука, со мной больше никто не перекинулся словечком.

Вернувшись в круг, я обвела взглядом всех, для кого сегодня должна провести ритуал. Мне понравилось, как серьёзно они подошли к происходящему: спокойные, уверенные лица, сосредоточены на важном деле. Страха я не уловила ни у кого. Как и насмешки, ее тоже не было.

— Начинаем, — шепнул мне феникс, и я послушно расслабилась, позволяя ему трансформировать мое тело.

Было ли больно? Немного. Не так сильно, как прошлый раз. Тем более сейчас меня буквально переполняла энергия, сглаживая все углы и убирая дискомфорт, от еще неумелого превращения. Все приходит с опытом. Мы еще научимся обретать форму быстрее и безболезненно.

— Обязательно, — пообещал феникс и мы взмыли над кругом на полтора метра.

Выше — нельзя. Пока так точно. Из круга можно будет выйти лишь тогда, когда начнется полоса препятствий. А до нее дело дойдет только после обретения каждого из кандидата иллами.

Меня накрыла смазанная тень, но я нес тала отвлекаться, знала, что это Марс в драконьем обличье взмыл в воздух, ровнехонько надо мной, только высоту он взял куда большую.

Чернильный туман густым потоком полился от меня в центр круга. Сначала это была тоненькая струйка, но с каждой секундой она разрасталась, становясь не просто прочным канатом, а настоящим столбом.

— Хороший знак, — заметил феникс, а я продолжила лить свою магию, зная, что в нужный момент, отворится грань, являя нам иллами. — Призыв будет быстрым.

Я — проводник силы. Я та, кто призывает всех свободных иллами, и я та, кто предложит им достойнейшего. При этом не позволит им взять верх.

Странно звучит? Я тоже на слух эту абракадабру не понимала, а вот когда началась практика… Я все поняла. Интуитивно.

Столб расширялся, мой туман заполнил собой уже практически весь круг, когда я ощутила, что реальность изменилась.

Я больше не видела лиц окружающих меня родственников. Все поглотила тьма, та самая, что когда-то окружала меня. На миг сердце сжалось, я вспомнила те ощущения, которые испытала, когда меня пытался добиться красноглазый.

— Я с тобой, — напомнил феникс, и я расслабилась.

Точно, феникс не даст меня в обиду.

— Подумай о приятном месте, представь его, — посоветовал мой иллами, — и тьма отступит, являя тебе то место и… иллами.

Почему-то вспомнилось море. Маме однажды досталась путевка в санаторий на море, и она взяла меня с собой. Знаю, что ей пришлось повоевать, чтобы это сделать, но в итоге, мы провели целых две недели на море. Я хорошо запомнила песчаный берег, на который выбрасывало ракушки, морских звезд и даже медуз. И аромат у моря особенный, волнующий и заставляющий жадно вдыхать его снов аи снова.

— Открывай глаза, пора приступать. — Скомандовал феникс. — У тебя все получилось, твои родственники начали вливать кровь.

Но прежде, чем я распахнула глаза, прочувствовала на себе, что означает «вливать кровь». Я ее не то, что по запаху отличала, я знала имена каждого, кто окропил мою магию своей кровью! Это было ошеломительно! Раньше мы не встречались, но я видела, ощущала, и знала так много о каждом!

К примеру, Абра, хоть и идиот, слепо следующий приказам отца, но не был кровожадным или суперагрессивным. При том, что внешность у него очень внушительная. Он был слишком послушным воле отца, а еще парень коллекционировал папоротники! Он имел ярко-выраженную тягу к растениям. Удивило ли меня это? Еще как!

Второй братец, младше Абры на два с половиной года, обладал несколько флегматичным характером. Он не любил шумных праздников, но обожал изучать… все. От людей до природных, магических явлений. И звали его Гекхар.

Третий брат оказался с шилом в одном месте. Я серьёзно, именно так о таких и говорят. Шкодник, проказник, балагур и весельчак. Любитель сладкого и приключений. Лорд Шалрай. Так и хотелось переименовать его в шалопая.

Но я быстро переключилась с братьев. Меня привлекла кровь одной из участниц ритуала…

Девушка, на вид самая хрупкая из всех, поразила меня в самое сердце. Леди Ламея, даже имя мягкое, ласковое, вот только… Она была бойцом, в прямом смысле этого слова, она не только различала виды оружий, но и умела с ними управляться. Легкая нотка зависти обволокла меня, я тоже хочу обрести подобные знания. Вот никогда бы не подумала, что в таком хрупком теле, столько отваги, и стального характера! Я однозначно ей симпатизировала. Люблю сильных людей.

И кажется, уже знала, какой иллами ждет ее.

Я открыла глаза и пораженно выдохнула. Мы действительно были на том самом берегу. Море волновалось, жадно лизало песок и недовольно возвращалось обратно, чтобы спустя минуту снова обрушиться на берег.

Я недолго любовалась морем, кровь звала меня, требовала выполнить свое предназначение, да и иллами… Я видела всех, кто пришел на призыв. Их было так много! Не только драконы… Множество существ, от которых разбегались глаза.

— Ты справишься, — напомнил о себе феникс, — интуиция тебя не подводит.

Справляюсь. Я прислушалась к своим ощущениям и уверенно направилась к огромному иллами тьмы. Дракон лежал на песке и словно бы делал вид, что его тут нет. Черная шкура с мелкими посеребрёнными вкраплениями на позвоночнике и морде. Он был красивым, могучим… Но, когда тот поднял свои веки и посмотрел на меня, я чуть не отшатнулась. Красные глаза… Те самые красные глаза.

— И чего ты стушевалась? — хмыкнул феникс. — Ты сразу поняла, что это он, тот самый, который хотел тебя.

Отчасти да, поняла. Как и поняла то, что он идеальный иллами для Ламеи! Вот всем нутром это поняла.

— Слушай, а разве не тот, кому я первому найду иллами, станет главой рода?

— Нет, Марина, это не так делается. Хотя первый получивший иллами, особенный, для тебя в первую очередь.

— Почему?

— Это значит, что вы близки по духу. Считай, ты обрела сестру, верную подругу. Ты ведь чувствуешь, что первой должна быть она, не так ли?

— Да.

— Тогда действуй, я помогу тебе.

Глава пятая

Мне было тяжело только в первый раз. Я должна была силой направить красноглазого дракона к той крови, что пела для него и подходила лучше всего, а затем, еще и проконтролировать первый оборот девушки.

Мы выныривали в реальность вместе. Я и ведомый дракон.

На миг, он проявился в центре круга. Красуясь перед всеми, показывая, какой шикарный у него разворот крыльев, гибкая спина и мощный рев. Он был сказочно красив. Серебристые капельки от света луны блестели ярче, маня и вызывая вздохи восхищения.

Все в круге замерли, ожидая, кому же из них достанется этот иллами тьмы.

Я видела, как алчно загораются глаза мужчин, как уверенно расправляет плечи Турарг, ожидая, что я назову его имя. Он был одним из тех пяти парней, что не был мне очень близким родственником. Если я правильно поняла свои ощущения, он был мне кем-то вроде четвероюродного братца. Но его амбиции и высокомерие я не только заметила, но и просеяла через себя.

Их эмоции, чувства, не являлись для меня загадкой. Они добровольно отдали свою кровь, полностью мне открываясь. Я знала, чего каждый из них желает и втайне боится. Видела, какими глазами на дракона смотрела Ламея. Сколько трепета и восхищения, и надежды. Он твой, девочка, он точно твой.

— Ламея! — позвал феникс моих голосом. Мне все еще сложно было сознавать, что чёрная птичка сейчас — это я.

Она не поверила. Ее глаза карамельного цвета широко распахнулись, дыхание сбилось, а сердце забилось птичкой в груди. Но вот удивление сменяется радостью. Неподдельной, яркой вспышкой, опаляя меня теплом и благодарностью.

Дракон замер, внимательно разглядывая девушку, которая сделала первый шажок в центр. Сначала неуверенный, а затем будто пролетела разделявшее их расстояние.

— Он строптивый и своенравный, не расслабляйся, — напомнил мне феникс, и я сконцентрировала свой туман на драконе. Первый оборот, самый важный. Ламее предстоит бой. Я помогу. Я должна ей с этим помочь.

Я взмыла выше над центром круга, остро наблюдая за девушкой, которую поглотил чернильный туман. Секунда и дракона нет, еще секунда и Ламея упала на одно колено. Еще секунда и из ее носа потекла кровь. А сама она вынужденно уперлась руками в песок.

— Ты справишься, — громко произнесла я. — Давай, Ламея, он так долго тебя ждал!

Ее фигуру оплетал уже ее туман, прока робкий, несмелый, он был сизым дымком, но постепенно уплотнялся, наливался чернотой.

Секунды немилосердно текли, складываясь в минуты, ожесточенная борьба продолжалась. Ламея хрипела, цеплялась за песок, но упрямо пыталась взять верх над своенравным иллами тьмы.

Я едва успела отследить момент, когда вместо девушки на песке оказался дракон. Только не было больше красных глаз, они стали золотисто-карамельными, как у Ламеи.

— Умница! — похвалила ее. — Вы оба — молодцы. Возвращай прежнюю форму!

Таковы правила. Я не могла пока дать им разрешения на полет. Только перед полосой препятствий.

И надавила силой, понимая, что Ламею захватила эйфория. Ей хотелось летать. Вот о чем шла речь, когда феникс напоминал о контроле. Мои силы тоже не безграничны. А впереди еще десять делающих обрести иллами. Я бы не хотела упасть от истощения на песок, еще до прохождения всеми полосы препятствий и не завершить ритуал. Это меня убьет,

— Меняй форму, — снова крикнула я и пустила свой туман.

Мгновение и на песке снова лежит девушка. Тяжелое, с хрипом дыхание, но какая шальная улыбка на ее губах!

Покачиваясь, она поднялась и низко мне поклонилась. Вот не до реверансов сейчас! Медленно побрела на свое место в круге.

— Получилось, — выдохнула я, снова ныряя в другую реальность. К морю…

Искать очередного иллами для нового претендента.

И почему-то не удивилась, когда поняла, кто должен стать иллами Абры. Наверно, это было само собой разумеющееся, учитывая его тягу к земле и растениям, и на самом деле, мягкую натуру в могучем теле. Так бывает, что внутреннее содержание не соответствует внешности. Я его даже немного пожалела. Чуть-чуть. Но иллами тьмы ему достался шикарный.

Да, Абра тоже обладал тьмой. Но смерть, по словам феникса, неразлучна с жизнью. А посему… Не было сомнений, когда я тащила в центр это существо. Как и не было сомнений, кто его обладатель. Мне хватило восхищенного вздоха и сильного желания, импульса желания от Абры.

Он хотел такого иллами и мечтал о нем. И почему бы и нет?

У меня же феникс? Значит и у него не обязательно должен быть дракон. А папашка пусть утрется. Планы на Абру точно не оправдаются. Не быть ему главой рода.

Я усмехнулась мыслям девушек, которые решили, что призванный иллами тьмы достанется кому-то из них двоих.

— Абра! — громко позвала я, когда все налюбовались нимфой в центре круга.

Как же вытянулись лица присутствующих. Даже со стороны комиссии меньше удивления было на дракона и девушку, чем сейчас на нимфу и Абру. А вот такой выверт. Что поделаешь.

Его превращение прошло гораздо спокойнее и легче, чем у Ламеи. Но и он сумел меня поразить, вместо нимфы женского пола, он превратился в мужика. Однако в том, что перед нами именно нимфа сомнений не было.

Так же легко он вернул прежнюю форму и низко поклонившись, вернулся на свое место.

Мне ни подбадривать, ни помогать ему не пришлось. Вот что значит, счастливый человек. То, о чем в тайне мечтал, то и получил. А мой выбор отец оспорить не сможет.

До меня только сейчас дошло, что я могу проигнорировать желания кандидата и дать ему совсем не того иллами, на которого тот рассчитывает.

— Именно, — усмехнулся феникс. — Иногда это необходимость, ведь желания могут быть порочными и несущими хаос.

— А у тебя тоже глаза теперь мои, зеленые? — вдруг вспомнилось мне.

Мне нравились синие очи моего иллами и было бы жаль, если они изменились.

— Нет, ты не подчиняла меня полностью. А Ламея подчинила, тот дракон иначе бы не смог.

— Ясно, поторопимся.

— Верно, у нас еще девять иллами не обрели своих хранителей.

Третий раз дался куда легче первого. Очередной дракон, но уже с красной шкурой и несколько меньше того, что достался Ламее. Обладателем этого иллами тьмы стал Турарг и слишком счастливым не выглядел, да и повозиться ему при обращении пришлось. Ничего, думаю, этот иллами поможет ему избавиться от завышенной самооценки.

Катая, одна из оставшихся девушек, тоже получила дракона, еще меньше, чем у Турарга, но осталась довольной выбором.

Младший брат, он же Шалопай, как его я окрестила, получил сильфа. Иллами с темным пламенем. Как он ему радовался!

Я добродушно ухмылялась, глядя как этот проказливый парень выполнят превращение. И видимо, лишь я чувствовала недовольство Марса, все также нависшего над моей головой.

Вообще, нашел чему удивляться. Я не воспитывалась под его хищным надзором, и пусть мой феникс мне объяснил, что наследник старается выбирать только ту сущность, которой благоволит род, я решила руководствоваться чувствами самих претендентов и иллами. Их совместимостью как магической, так и характеров. Потому что все остальное — это издевательство, что над иллами, что над магами.

Поэтому, когда я вновь нырнула в другую реальность, там, где уже не бушевало море, а нежно ластилось, выбору крови последнего братца, не удивлялась. Впрочем, я не верила, что это существо отзовется. В первые разы оно не пришло. Зато вот сейчас вылезло.

Считай, почти дракон. Почти. Всего лишь василиск. Но каков красавец! С изумрудной чешуей. Исследователь, он же Гекхар, будет в восторге.

И я не ошиблась. Парень, а на вид мужчина тридцати пяти земных лет, чуть ли не подпрыгивая шел в центр круга, желая слиться со своим иллами.

Именно на нем я поняла, насколько сильно устала и насколько истощена. Моя магия, рвущаяся бурным потоком, теперь лилась куда в меньшем объеме. Следовало поторопиться.

Двое из оставшихся мужчин получили по дракону: фиолетового и синего цветов.

Оставались два претендента, девушка по имени Замлези и ее брат-близнец Изелма. С ними мне пришлось попотеть. Я все рыскала по песчаному берегу высматривая для них драконов, но не находила. Они оба, я чувствовала это, были прочными узами связаны с родом, гордились им и были нескончаемо ему преданы, пусть и являлись лишь младшей веткой Аргхарай, и не мыслили себе иных иллами, кроме как драконов. Похвальное, конечно, рвение, но…

— Я не понимаю, я не вижу никого подходящего.

— Пятьдесят процентов совместимости вот с этим драконом, — указал феникс. — Для девушки.

— Пятьдесят, в то время как у остальных полное попадание. Тебе не кажется это нечестным?

— У тебя сил мало, Марина. Пора перейти к полосе…

— Но ведь иллами — на всю жизнь! — возразила ему. — Я не имею право отбирать чужого иллами, вдруг вот у этого, с которым у Замлези пятьдесят процентов совместимости, на другом ритуале с кем-то будет все сто? Он что, не достоин лучшего хранителя?

— Достоин, Марина. Сконцентрируйся.

— Пытаюсь.

Я вновь и вновь обращалась к своей магии, рассматривала магических существ и практически отчаялась, когда поняла, что к нам идет кто-то еще…

— Ни черта себе! — воскликнула, увидев это чудо. — Двуглавая гидра…

— Дракон двуглавый. — Поправил меня феникс. — Сто процентов, со обоими претендентами…

— Офигеть… Забираю.

Я примерно представляла, каким шоком станет для всех появление двуглавого дракона. Я и сама была не меньше впечатлена. Особенно его уникальной раскраской. Правая сторона дракона являла миру эбонитовую чешую, левая же имела темно-золотистый оттенок. При это обе головы и их шеи обладали обоими цветами, которые сплелись в удивительном узоре.

— Замлези и Изелма, ваш иллами тьмы, один на двоих.

Явно струхнувшая девушка, при упоминании имени братца, оживилась, воспряла духом. Видно же, что им все и всегда приходилось делать вместе. Вот и неудивительно, что и иллами им вот такой уникальный достался. Вряд ли эту парочку будет возможно разлучить. Не удивлюсь, если в будущем девушка замуж в другой род не пойдет, ну или только в том случае, если братец за ней отправится. Впрочем, учитывая их преданность роду Аргхарай… Мне кажется они скорее сдохнут, но не уйдут.

Близнецы переплели свои пальцы и вместе шагнули в центр круга. Я думала, нас ждет борьба, но этого не случилось. Кажется, это было единственное, такое стремительное превращение. И обратно форму он вернули очень быстро. Надо же, гармоничные какие.

Но мне это лишь на руку. Туман становится жиже, непослушней… а полоса препятствий лишь только начинается.

И кто же пройдет ее первым?

* * *

Я напряженно наблюдала за ловушками и препятствиями, и тяжело дышала. Мне приходилось уговаривать себя держаться. Осталось всего трое претендентов. Всего трое, кто должен сдать экзамен, остальные довольно бодро его прошли. Явно в благодарность мне за то, что я выбрала им иллами тьмы по душе. А может, потому что у них была стопроцентная совместимость, что не маловажно.

А может, потому что мне помогал глава рода. Да-да, я и сама не поняла в какой момент он вмешался впервые, подхватив мой поток тумана, направленный на то, чтобы удержать младшего братца в воздухе, и не дать ему упасть в ловушку, сотканную из света.

Его вмешательство было минимальным, но благодаря нему и его туману, который показывал направления, я могла с минимальными затратами и максимально эффективно помогать ребятам. И помогала. Хотя устала как собака.

Складывалось впечатление, что из меня утекала жизнь.

Феникс на это лишь заметил, что мне не кажется и снова напомнил о том, что нужно продержаться.

Я и держалась.

Не знаю почему так вышло, но в итоге первым полосу препятствий прошел Абра, и ему, кстати моей помощи вообще не потребовалось. А ведь я рассчитывала, что первой полосу препятствий начнет Ламея. С ее-то своенравным драконом. Но, увы, все выходили, мужественно проходили полосу, а она, та, кто по характеру была борцом, продолжала находиться в круге.

Она решила стать последней?

Я отвлеклась от своих невесёлых мыслей и устремила поток своей магии к близнецам, помогая тем продраться сквозь стену огня. Слава тебе господи, что хоть это я могла. Мне, проводящей ритуал, даже физически разрешалось вмешиваться. Правда, феникс советовал это делать лишь в крайнем случае. И я следовала его совету.

Итак, стена пройдена… Но что это? Такое впечатление, что вдруг на полигоне появилась пещера с такой узкой расщелиной, что в нее не то, что двуглавый дракон не пролезет, но и дракону с одной головой туда втиснуться будет проблематично.

И как близнецы это решат?

То, что произошло дальше, заставило заволноваться всех. Меня и подавно. Потому что эти поросята начали массово выкачивать из меня энергию, тянули, тянули, а потом бац! И вместо одного дракона на поле оказалось два. Золотистый и эбонитовый, при этом размерами они были раза в полтора-два меньше двуглавой формы и легко просочились в расщелину.

Я и сама не заметила, в какой момент меня потянуло к земле. Крылья вдруг стали такими тяжелыми, что сил взмахнуть ими не было…

— А ну взлетела, — рявкнул феникс в моей голове. — Неужели ты готова сдаться? Осталась Ламея. Близнецы прошли испытание. Слышишь?

— Не дождетесь! — рыкнула я и взмахнула крыльями, взмывая в небо. — Я выдержу и завершу ритуал. Выдержу, сказала. Но близнецам по шее надаю. Неужели нельзя было магию из пространства взять, эта ночь и для них особенная.

— Не могли, ты их проводник, ты и даешь силу сегодня.

В голове крутились непристойные мысли. Проще говоря, брань нецензурная. Хотелось кричать в голос о том, что мир странный и правила у него идиотские. А я вообще-то жить хочу. Девятнадцать лет — это слишком мало, чтобы отправляться на тот свет.

— Вот, молодец. — Похвалил меня феникс. — Лучше злись, злость сейчас поможет. Ты упрямая девочка, и сильная.

— О да, я сильная, — хмыкнула я. — Прям такая сильная, что от себя тошно. Я не понимаю, что с Ламеей, откуда робость?

— Не робость, а надежда, — тихо заявил иллами. — Ты должна еще их чувствовать…

— Ты ошибся, — я вдруг похолодела от страшной догадки. — Она не подчинила его, или подчинила на краткий срок. Он же взбунтуется…

— Риша, ты справишься.

— …! — все-таки не сдержалась я. — Если бы она пошла первой, но последней?!

— Вот, ругайся, — довольно возвестил феникс. — Ругайся, и дай ей уже отмашку начинать.

— Да я ей сейчас пендаля дам! — рыкнула я. — Она же нас обеих подставляет!

Мой запал сдулся. Я вдруг поняла, почему Ламея не вышла первой. Она ни на секунду не останавливала борьбу с иллами. Пытаясь подчинить, заставить покориться. Ей нужно было принять его форму, а учитывая, что тот бунтовал… Она бы просто не смогла, и считалась бы отсеявшейся.

Черт, я разозлилась уже на себя. Я же видела их совместимость, почему же тогда так тяжко Ламее?

— Потому что некоторым древним существам, Риша, совместимости мало. Еще и нужно право.

— Какое право?

— Право, которое хранитель подтвердит, чтобы обладать иллами.

— И этот дракон из списка тех самых древних существ с причудами в голове?

— Я тоже древний и со своими причудами, — скромно заметил иллами. — Но ты мне сразу понравилась.

— Какая прелесть, — ядовито процедила я, и устремила взгляд на Ламею, которая наконец встала в центр, чтобы принять форму и уже начать проходить полосу.

— Все, не отвлекайся, — тут же посерьезнел феникс. — Нам понадобятся все силы.

— С богом, — выдохнула я.

Я думала, что была напряжена, но я ошибалась. Вот сейчас я была напряжена, да еще как! Словно не в теле большой красивой птички находилась, а была частью лука — тетивой, которую и натягивали, натягивали, пока та не лопнула…

А я «лопнула», когда после первой же ловушки дракон подсунул крупную свинью. А ведь Ламея с той ловушкой и так с горем пополам справилась, ибо ее сволочной дракон таки сразу подвел, внаглую опустив крылья, что мне пришлось буквально выпинывать их своей магией в безопасную зону, каковых было не так уж и много в этой полосе.

Сволочь!

А сейчас он и вовсе, катался по песку и специально совался в ловушки, не давая Ламее защититься. Девушка боролась, конечно, я ей тоже помогала. Как и Марс, который отчаянно направлял мои потоки, когда я промахивалась. Да, я тоже зверски устала, потому что тварь красноглазая и магию из меня тянула.

Я злилась, и особенно на то, что привела такого иллами Ламее. Да, стопроцентная совместимость, но если он твердолобый говнюк, то и пусть бы сидел себе на той грани или где там и вообще не показывался тогда! У иллами тоже есть выбор!

— Он хотел тебя, — напомнил феникс.

— Да мне срать, чего он хотел. Сейчас я хочу подчинения, полного, Ламее. — Я вылетела из круга и парила над девушкой, ей же вслух и крикнула. — Соберись, Ламея. Ты сильнее! Докажи ему, что он не прав. Покажи, что ты готова бороться, готова стать хранителем и не потерпишь неповиновения! Давай же, девочка!

Утробный рык стал мне ответом. Мощный такой, злобный… Но!

Ламея начинала брать верх над этим чудовищем, который явно бы предпочел, чтобы хранитель умерла, а заодно и сдох он. Ур-р-родец.

Лапы разъезжались по песку, загребали его, голова дракона мотылялась из стороны в сторону, крылья бешено колотили бока… Это было жуткое зрелище. Жуткое и вместе с тем завораживающее. Если бы еще и не эти ловушки! Не проклятая полоса и жалкий клочок безопасной зоны.

Ламея брала верх, я видела, как больше не бьют мощные лапы по песку, а упираются в него, наконец поднимаясь. Видела, как сменяется цвет глаз у дракона с красного на карамельный цвет, медленно, очень медленно, но он менялся… я видела, что получалось подчинить иллами.

Вот только эта скотина дернула хвостом, сильно, стремительно, явно в последней попытке насолить Ламее и к моему ужасу у него получилось.

От этого резкого движения, дракон оказался задней частью вне безопасной зоны, там, где сплетались все стихии в особо мощную ловушку. Как зыбучие пески, что медленно поглощают, но при этом по всей поверхности пляшут разноцветные молнии, которые безжалостно жалят шкуру.

— Твою ж мать!

Дракона засасывало, он выл от боли, которые причиняли молнии, а я, не раздумывая кинулась к ним. Я имею право на физическое вмешательство. Я не дам никому умереть! Не дам!

Я пыталась ухватиться за дракона, но от ужаса и боли тот бил крыльями так сильно, что мне приходилось туго: потоки ветра меня сносили и я едва маневрировала. Но все бы ничего, однако ловушка действовала и на меня, те самые молнии были просто жесточайшим разрядом тока. Первый раз, когда в меня попала молния, я чуть не рухнула в эту ловушку от сильной боли и от краткого помутнения сознания.

— Брось ее! — требовал феникс. — Ты ничем не поможешь.

— Не брошу! Я не уследила… — огрызнулась и наконец ухватилась за крыло дракона. Потянула вверх, раздался хруст. Крыло сломалось. — Твою ж мать!

— Выше, хватайся выше.

Дракон уже не просто выл, это был дикий стон и явно желание жить. Как он молотил передними лапами! Ведь жопа, вся, вместе с хвостом была в этом треклятом зыбучем песке.

— Идиот, — рычал в моей голове феникс. — Риша, хватайся, ну же!

И я вновь повторила попытку, хотя сама была на грани. Я держалась отчасти из-за своего упрямства и желания жить, отчасти, потому что Марс, хоть и не имел права вмешаться физически, магию свою направлял так, чтобы мое тело совершало очередной рывок. Чтобы крылья делали взмах. Я буквально чувствовала его над нами, как он парит и как волнуется!

Я держала крепко, понимая, что если отпущу и девушка, и этот придурочный иллами погибнут. И это будет всецело моя вина. Я не уследила, как это и должен делать маг с наследной силой. Я должна была зорко глядеть в оба: Ламея-то свою часть выполнила, ее борьба прошла успешно. А вот я…

— Не время для самобичевания. Марина, давай еще взмах, девочка, давай!

— Я пытаюсь!

Очередная порция молний выбила воздух из легких, на миг я утратила концентрацию и этого хватило, чтобы мои усилия оказались пустыми. Часть дракона, которую я сумела выковырять из песка, снова оказалась там, а я… Я поняла, что у меня больше нет сил. Ни для очередного взмаха, ни для того, чтобы тащить дракона. Магия практически не ощущалась.

— Марина! — обезумевший крик матери не помог.

Третье дыхание не открылось, жизнь ускользала из моего тела слишком стремительно.

— Прости, — прошептала я, не совсем отдавая отчет, у кого, собственно, прошу прощения.

У девушки, которую не могу спасти, у иллами, который погибнет со мной или у матери, которую оставляю одну. Без меня.

— Не смей! Марина! — рычал в голове феникс. — Не смей!

А с его словами в мозг взвинчивался крик матери, вой дракона и отчаянная попытка Марса спасти дочь. Он пытался прорваться ко мне, наплевав на то, что не имел на это права. Белая вспышка откинула его от нас. Магия, которую я ощущала от него, прекратилась.

С чавкающим звуком дракон ушел чуть ли не по самую шею, а вместе с ним и часть меня…

— Марина, сконцентрируйся, слышишь! Сконцентрируйся и открой поток магии, хоть самый слабенький, дай мне его, — лихорадочно шептал иллами в моей голове. — Давай же, девочка. У нас еще есть шанс.

Молнии, словно почуяв, что я не готова смириться, замолотили по нам с утроенной силой. Сознание ускользало, я чуяла кровь, много крови, от которой мутило. Я боролась с тошнотой и наступающим абсолютным бессилием. Это когда ты вообще не чувствуешь своих ног и рук. И окружающее пространство воспринимаешь словно через вату.

Туман, мой туманчик, я должна собрать поток, небольшой поток, ощутить его в себе.

— Умница, — подбадривал меня феникс, — еще немножечко, еще чуть-чуть…

Я слушала его и пыталась бороться с болью от молний. Тьма ластилась брошенным котенком, я ощущала ее, я звала ее, отчаянно. Я ведь так хотела жить, как и хотела спасти Ламею!

Ну же, еще немного!

— Достаточно, и прости, Марина… — выдохнул феникс, а в следующий момент меня пронзила дикая вспышка боли. Такая, от которой удары молний ощущались не больше, чем как комариными укусами.

Казалось, что ломит абсолютно все тело. Мне даже чудился звук треснувших костей.

А потом я заорала. Не своим, совершенно нечеловеческим голосом. Заорала отчаянно, громко, словно кого-то призывала.

Отстранённо, явно не своим сознанием, а сознанием иллами отметила, что из меня вырывается воронка тьмы. Густой туман на краткий миг обволок мое тело, даря краткую передышку от боли, а затем я ощутила чужое прикосновение.

Уверенное, мощное, бескомпромиссное и… надёжное.

— Марина, держи дракона! — Кричал в моей голове феникс. — Держи как можно сильнее!

Как держать, если я вообще не чувствовала своего тела?! Да и еще кто-то тащил меня вверх! Мощно тащил. И зло…

— Держи, Риша, ты сможешь!

«Держу!» — хотелось ответить мне, но все силы уходили именно на удержание Ламеи.

Чужая магия обволокла меня, защищая от молний, и наполняя силами.

Это было странно, непонятно, и вместе с тем хотелось мурлыкать от благодарности. Уверенный рывок и вот я больше не в зыбучих песках, да что там, мы обе не в песках, а в метрах пяти над проклятой ловушкой! И все бы ничего, но нас не потащили в безопасную зону. Нет. Тот, кто нес меня, а заодно и мою ношу, уверенно устремился к финишу полосы препятствий.

Нет, умом-то я понимала, что если бы мы к финишу не попали, то все усилия Ламеи были бы напрасными, как и мои. Но я просто не ожидала от этого неизвестного ни спасения, ни помощи. Он тащил такую ношу, но вроде бы, даже не напрягся. Каким-то лёгким был полет. И то, как он маневрировал между ловушками с нами! Словно играючи обходя, при этом не забывая защищать нас своей магией.

Мы добрались к финишу, но и тут нас не отпустили, наоборот, уверенно развернулись и набрав приличную высоту, спаситель устремился к кругу, где напряженно застыли остальные участники ритуала.

— …! У меня нет сил его завершать, — подумала я.

— А придётся, Марина. — Отозвался феникс, и был при этом таким грустным, что мне это не понравилось

Причем настолько, что я заподозрила огромные неприятности. Чую наше чудесное спасение мне аукнется прямо-таки грандиозной подставой.

— Феникс, я благодарна тебе, что бы ты сейчас не сделал и во что бы это не вылилось. Понял?

— Да, моя хранительница.

— Вот и славно. Прилетели.

Я уже перестала удивляться тому, что происходило. Неизвестный все также крепко держал меня в своих могучих лапах, но при этом завис над местом, где должна была стоять Ламея. Я разжала свои лапы.

Потрясающе, но в линию круга упала уже девушка, едва дышащая, вся в крови и ожогах, но, несомненно, живая. Меня же потащили в центр. Правильно, завершать гребаный ритуал и дать уже Марсу наследника.

Радовало одно — завершать ритуал можно в человеческой форме. Я чуть дернулась, когда мы оказались в центре, показывая, что готова к тому, чтоб меня отпустили, но у неизвестного было свое мнение на этот счет. Плавно, медленно, он опускал меня на песок. И только после того, как я полностью оказалась на земле, убрал свою хватку.

Я обратилась к туману, чтобы сменить форму. Далось мне это, мягко говоря, тяжко. Но далось. А вот встать оказалось чуть ли невыполнимой задачей.

— Поднимайся, — повелительно потребовал незнакомец, тоже вернувший человеческую форму.

Пока я видела только ноги, голые ноги, но что-то детальнее рассмотреть мне не дали. Рывком подняли на ноги, придержали за плечи и талию, чтобы не упала носом в песок и потребовали:

— Завершай ритуал, я поделюсь силой.

Естественно, я взглянула на незнакомца, у которого еще и торс голым оказался. И пропала, абсолютно пропала в его синих-синих, как у моего иллами, глазах.

Глава шестая

Очнулась я от повторения фразы незнакомца и интонации голоса. Мне хоть и обещали помощь, но говорили таким тоном….

Сразу вспомнился директор моей школы, который утверждал, что из такой дрянной девчонки, как я, ничего путного никогда не выйдет. И столько было снисхождения и высокомерия в его голосе, когда он меня отчитывал за драку в мужской раздевалке… А нечего зажимать девчонок в этой самой раздевалке! Тем более младше классом! Те придурки получили по заслугам.

Вот и этот незнакомец говорил ровно таким же тоном. Понимаю, его появление результат действий моего иллами, понимаю, что мне в самом деле помогли, но неприятно же!

Я окинула взглядом незнакомца. Пробежалась по его оголенному торсу, шортам чуть выше колена, кроссовкам… О, кроссовки! Неожиданно…

И вновь вернулась к его лицу.

— Спасибо, — все же сказала ему и попыталась разорвать наш контакт.

А чего он в меня вцепился?

— Я обязан трогать тебя, чтобы помочь, — процедил он сквозь зубы и молниеносным движением оказался за моей спиной. При этом прижал к себе так плотно, что я вспыхнула.

— Марина, возьми себя в руки, — попросил феникс, — сейчас начнется самая трудная часть.

— Самая трудная? А до этого мы что, цветочки собирали?

Но огрызнулась вяло. И сосредоточилась на том, чтобы завершить начатое. Теперь кровь вливать буду я, как и магию. Насколько я помню из объяснений мамы — закрепление ритуала, оно же завершение, будет болезненным для всех участников.

Такое впечатление, что в этом мире все через боль делается.

Вздохнула, сконцентрировалась, попыталась абстрагироваться от странной близости с мужчиной, стоящим вплотную ко мне. Он меня волновал. Впрочем, кого бы не взволновал красавец брюнет с синими глазами, накачанным торсом, который так интимно прижимался сзади?

— Не отвлекайся, помощи от Марса уже не будет.

— Кстати, а где он?

— Еще не оправился после удара, — вздохнул феникс, — он пытался нас спасти, но члены комиссии ему помешали. Сильный залп света, это совсем не игрушки…

Смутно вспомнилось что-то такое, кажется, да, была и вспышка, и попытка прорваться к нам… Я тряхнула головой, потом, я подумаю об этом потом. Главное, что жива, со всем остальным можно будет справиться.

Я обвела взглядом своих притихших «подопечных», заметила, что Ламея, хоть это ей и далось с трудом, все же поднялась на ноги и смотрела на меня так преданно-преданно, что я на миг устыдилась.

И чего на меня так смотреть? Спасла-то в итоге не я, а вон тот красавчик, который зачем-то мне плечи поглаживает…

— Он тебе магию передает, — фыркнула феникс.

— А я-то размечталась, — хмыкнула ему в ответ.

Удивительно, но я наконец-то перестала чувствовать себя желе. Энергия бурлила во мне, тьма вырывалась клубами, дразнила и била ключом…

— Его магия, — опять прокомментировал феникс.

— Феня, ты мне мешаешь…

— Как ты сказала?

— Феня, — повторила. — Ласково от слова феникс.

— Феня, — зачарованно повторил иллами.

— Фенечка, — хмыкнула я.

— Значит, девушка…

— Кто?

— Я. Буду.

— Нет, — тут же возмутилась я, отвлекшись от раны, которую нанесла своей ладони. — Для меня ты — однозначно мальчик.

— А имя женское даешь…

— Да не давала я тебе имени, — отмахнулась от него, — сказала же, что сократила от названия твоего вида.

А дальше мне стало вообще не до разговоров. Черная воронка клубилась у моих ног, разрастаясь, становясь настоящим ураганом, грозящим разрушить все и всех.

— Мамочки, — прошептала я.

— Не бойтесь, это ваша магия, — прошептал незнакомец мне на ухо. Снисходительно так пояснил. — Формулу, леди.

Формулу… формулу… А какую формулу?!

— Вы не учили? — не знаю как мужчина понял. Моего лица он не видел. — Значит будет дольше. Что ж, завершайте.

Завершайте! Надо же! Разрешение дал!

Я разжала кулак, с которого продолжала на землю капать моя кровь, тем самым прекратив щедро окроплять ею песок.

Так теперь закрыть глаза, призвать магию, которая и так столько кругом, хоть маслом режь и отдать приказ о привязке.

У меня были закрыты глаза, но я видела каждого из свои подопечных, даже тех, кто стояли за моей спиной. Видела их, а также их иллами тьмы.

И знаки, которые медленно, одни за другим, проявлялись над их головами. Кажется, все идет так как и должно. Знаки одинаковые, мама говорила о них. Непонятная кракозябля, нечто среднее между китайским иероглифом и арабскими цифрами.

Кстати, а вот больно мне не было. Разве рана на ладони щипала…

— Он на себя перетягивает, Марина…

— Что?

— Потом, — фыркнул иллами. — Продолжай.

Я и продолжила, каждую кракозяблю окутала своей магией. Как только мой туман касался знака, тот вспыхивал чернотой и пропадал. И только с близнецами вышла совсем другая история.

Во-первых, я с чего-то решила, что с ними нужно все делать одновременно. То есть их знаки над головами покрывать моей магией одновременно, а не по очереди. Что я и сделала.

Во-вторых, из знаки вспыхнули не черным светом, а алым всполохом и пропадать не собирались.

— Надо же, — прокомментировал над моих ухом незнакомец, и теснее прижался ко мне. — Не один, а два главы рода. Мужчина и женщина, как интересно.

— Что?

— Не отвлекайтесь, леди, — раздражённо отмахнулся от меня он.

Смотрите какой нервный!

Впрочем, его объяснения не потребовались. И так понятно, что отличились близнецы — значит именно они следующие, кто займет почетную должность главы рода. По мне так справедливо. Я видела их чувства и помыслы, они преданны роду, как ни один из сыновей отца. И по мне, это даже круто, что не только мужчина будет верховодить, кто как не женщина лучше всего поймет чувства и желания, а также страхи и надежды другой женщины?

Главное не допустить того, чтобы Марс накинул на них свою удавку. Все же, эти родственнички мне третья плетень у забора. В общем, очень дальняя родня. И изначально Марс ими не занимался, по идее, у меня есть шанс вклиниться между ними. Нет, свою политику я проводить не собиралась. Но… я вдруг отчетливо поняла, что мне жить здесь. И на Землю меня уже никто не вернет. А значит, как минимум, враждовать нам точно нельзя. А еще лучше — подружиться.

С этим у меня, если честно, туго. Я не умела заводить друзей и никогда в них не нуждалась. Сытый голодного не поймет.

Медленно, но верно оставшиеся метки или знаки, не знаю, как их еще назвать, проявлялись над остальными участниками ритуала. Вот и дошло дело до последней и самой проблемной — Ламеи.

И вот тут-то нас всех тряхнуло. В прямом смысле этого слова. Земля задрожала, скрылась луна и все пространство вокруг погрузилось во тьму. Я не могла с собой ничего сделать испугалась так, как, наверное, ни разу до этого не пугалась.

Неизвестность всегда пугает больше, чем самый лютый ужастик.

— Что происходит? — хрипло спросила я.

Мне не ответили. Ни незнакомец, которого я перестала чувствовать, ни мой иллами… И это напугало меня еще больше.

— Феникс? Феникс, где ты? Ответь мне!

— Она должна была умереть, — вдруг заявил кто-то замогильным голосом. — Ты вмешалась.

— Кто вы? Что вам нужно?

Я не отличалась храбростью, но и молчать считала неразумным.

— Где мой иллами? Вы забрали его?

— Какая непочтительность, — заметил женский голос, — ты займешь ее место.

— А мне нравится, — еще один голос, от которого, чувствуй бы я свое тело, непременно бы покрылась мурашками. — Я против.

— Вот как, — женский голос сочился ехидством. — Что ж, ты будешь жить, если докажешь свое право на жизнь.

Слишком резко вернулась окружающая действительность. Свет, который резанул по глазам, звуки… Я с удивлением отметила, что лежу на песке, а возле меня стоит толпа людей и ругается. Самым натуральным образом. Они спорили. Яростно, грубо…

— Считаю ритуал незавершенным! — явно не в первый раз восклицал блондин. — Самостоятельно она сделала лишь половину!

— Иллами тьмы имел право на призыв и помощь лорда Лейнарда. — Возразил ему кто-то из комиссии.

— Она выбрала лучших иллами, для каждого со стопроцентной совместимостью. Не пожалела ни сил, ни магии… — еще один голос.

— Не пожелала пожертвовать одной жизнью, хотя могла обойтись без призыва и завершить ритуал.

— Я против! И мои коллеги меня поддерживают… — процедил блондин. — Для нее изначально были слишком легкие условия: ночь, когда силы троекратно увеличиваются, количество участников ритуала… А она не справилась!

— У нас спорный момент, пятьдесят на пятьдесят, возможно…

Мужчина не договорил, запнулся, потому что увидел меня, точнее мой взгляд и осознанность, с которой я следила за ходом беседы.

В итоге все разом закрыли рты и уставились на меня.

— Боги! — выдохнул отец, которого я опознала лишь по голосу.

Половины лица у него считай не было — сплошной ожог, который не успел закрыться полностью. Как он вообще при этом на своих ногах стоял — для меня загадка. Ему ж явно требовалась медицинская помощь. И чем скорее, тем лучше.

— Метка Авайны, нить предназначения, — простонал он. — Условие невыполнения — смерть…

Лично я не поняла ничего, но учитывая, какими взглядами на меня смотрели все присутствующие — я явно была покойником. Если не сейчас, то в скором времени.

— Что ж, раз сами боги вмешались, я даю согласие, — вдруг поменял свое мнение блондин. — Все равно она умрет. Полгода на выполнение воли Авайны, тебе не повезло, девочка… Что ж, хоть одним глазом погляди на академию…

И резко крутанувшись на месте, так, что полы его мантии проехались по моему лицу, широким шагом направился прочь. Козел!

— Остановитесь! — не крикнул, вполне тихо сказал мой давешний спаситель, но даже мне захотелось вытянуться в струнку и замереть. — Картанс!

Блондин, который успел отойти на приличное расстояние замер. Я это поняла, по мертвой тишине, увы, увидеть высокомерного урода не получалось, закрывали обзор мужчины из комиссии. Да и отец встал не очень удачно. Словно закрывал меня.

— Вернитесь, и принесите свои извинения леди Марьеле Ришан тер Аргхарай. Немедленно.

И такая сталь в голосе! Попробуй возрази!

Но это я вскользь заметила. Я так-то в шоке находилась. Ладно бы отец такое заявил, но мой невольный помощник? С чего бы такая забота?

— Картанс, не заставляйте меня ждать, — вновь напомнил о себе мужчина.

Люди, как волны моря, разошлись в сторону, открывая моему взору не только побелевшего как снег блондина, но и мужчину в шортах. Если я правильно поняла, то он и есть тот самый лорд Лейн-чего-то-там, не запомнила, которого имел право призвать мой иллами.

Пока я соображала, случились две вещи.

Первая — этот самый Лейн подошёл ко мне и без видимых усилий поднял меня на ноги. Этого ему явно показалось мало, потому что он встал сбоку от меня, да еще придержал за талию.

Эм…

Своевременно, если честно, ноги у меня дрожали.

Вторая — блондин вернулся и низко поклонился мне.

— Прошу прощения, леди Марьела Ришан тер Аргхарай, я был непозволительно груб.

— Не смеем вас задерживать, лорд Картанс, — насмешливо произнес мужчина рядом со мной.

— До встречи…

— Скорой, — хмыкнул мой спаситель. — Завтра.

— Завтра?

Я думала, что блондин побледнел, но ошиблась, бледным он был сейчас.

— Верно, вашему наследнику придется очень постараться.

Лицо блондина посерело, я всерьез опасалась, что его сейчас удар хватит. Но нет. Он взял себя в руки, еще раз поклонился, и не говоря ни слова больше, поспешил прочь.

Вот так дела! И что это было?

— Лорды, вынужден вас покинуть. Благодарю за прекрасную работу. — Выпалив это, мужчина подхватил меня на руки. — Лорд Аргхарай, оформление оставлю на вас…

— Я проведу вас, лорд тан Даррак, — услышала я голос мамочки, все еще пребывая в шоке от действий мужчины. — Покажу покои Марины…

— Мама, — выдохнула я и попыталась слезть с рук незнакомца. — Я могу пойти сама. Извините, но вы почти голый, это неприлично…

Нет, все бы ничего, я сама о приличиях и не думала даже. Наоборот, меня прям плющило от нашей близости. Горячая, гладкая кожа, и аромат, который шел от мужчины, сводили с ума. Да у меня голова кругом шла. Даже шальная мысль имелась — хотелось мужчину поцеловать. А вот это и есть неприлично! И вообще мне не свойственно, с чего вдруг мне так крышу рвет?

— Идемте, леди, — проигнорировав меня, кивнул он маме.

Мамочка даже не пошла, побежала…

— Послушайте…

— Помолчите, я тоже не в восторге от того, что вынужден нянчиться с неразумной девчонкой. Потерпите, как только я удостоверюсь, что ваша связь с иллами восстановлена — уйду.

И тут-то я замолкла. Феникс так и не отозвался… Я что же, потеряла своего иллами?

— Я же сказал, что мы восстановим связь, — раздражённо бросил мужчина. — Не надо орошать мою грудь и шею слезами.

А я ведь этого и не заметила. Того, что плачу. Но слова незнакомца меня успокоили. Феникс вернется. Разрыв нашей связи временный. Только почему он произошел?

— Само получилось, простите. — выдавила я и постаралась больше не плакать.

Что со мной происходит? Может, это запоздалая реакция на все произошедшее? Я ведь и ритуал, точно не сама закончила, меня вытолкнуло непонятно куда, и те голоса… И тут-то меня осенило…

— Блондин, он говорил что-то о полгода… Я что, через полгода должна умереть?

Молчание. И меня крепче сжали.

— Он не имел права говорить в таком тоне. Мне жаль, что вы это услышали.

— Какая разница как, суть ведь не изменится? Он сказал правду?

— Да. Вы умрёте, если не выполните предназначение Авайны.

— Офигеть… — не сдержалась я. — И стоило через столько пройти, чтобы в итоге умереть по прихоти какой-то Айваны.

— Глупая, дерзкая девчонка. Кто ты такая, чтобы так говорить о богине? С волей богов не спорят.

— А убивать просто так — нормально? — естественно я разозлилась. — Что я такого сделала? Не захотела, чтобы умерла Ламея? Да я сто раз пожалела, что нашла ей того иллами тьмы. Они подходили друг другу, полная совместимость, а он… а он вот что натворил! Взял и выкинул их в ловушку! Сам!

Меня встряхнули. Вот так взяли и на руках встряхнули. Что я чуть язык себе не откусила.

— Откуда ты взялась, дикарка? Неужели ты и есть та самая…

— Кто? Договаривай!

— Договаривайте, — поправил он меня. — Я не давал права фамильярничать.

— Ты сам перешел на фамильярный тон, так чего удивляешься? С чего бы тебе можно, а мне нельзя?

— Потому что я — Лейнард тан Даррак…

— Вот и познакомились, — фыркнула я. — А я — Марина! Что от этого меняется?

— Многое, — туманно ответил он. — Твоим воспитанием я заниматься не намерен. Так что помолчи, если хочешь еще раз услышать своего иллами.

— Шантажировать некрасиво. — Буркнула я и уткнулась ему в шею.

Очень хотелось его укусить. Но я сдержалась. Зря, наверное.

* * *

В комнатах, которые мне выделил Марс, Лейн сгрузил меня на диван в гостиной, в спальню не понес, оно и правильно. Я грязная, потная, вонючая, мне в ванну надо, а не в постель спать. Хотя отдыха хотелось. Тело все-таки такую нагрузку выдержало, что мама не горюй.

К слову, о маме. Она такими глазами на этого мужчину смотрела, ей богу, если б не знала ее хорошо, решила, что она влюбилась.

И ведь как непринужденно держится. Мало того, что выдернула его пигалица не пойми откуда еще и полуголого, так магией его воспользовалась… Поблагодарить надо бы, все-таки жизнь мне спас… И не только мне…

Но рта мне открыть не дали. Точнее я попыталась начать разговор, но была заткнута безапелляционным:

— Леди, посидите смирно, — опускаясь передо мной на колени, потребовал Лейнард, — пожалуйста, и постарайтесь мне не мешать.

Слова благодарности, готовые сорваться с уст, застряли в горле. Бросила хмурый взгляд на брюнета и опустила глаза. Черт с ним, пусть быстрее возвращает мне связь с фениксом и катится на все четыре стороны. Видать он очень благородный и в «спасибо» не нуждается. Или гордый, что скорее всего.

Так, сидя передо мной на коленях, мужчина уложил одну ладонь мне на лоб, вторую прижал к груди. Я возмущаться не стала, понятное дело, что он не мою грудь лапает, а так для чего-то нужно. В конце концов, тут у меня мама надзирателем стоит, не станет же он перед ней меня соблазнять?

Кажется мне или его рука, та, что легла мне на левую грудь, подрагивала? Может не только у меня на него такая реакция? Может и я ему нравлюсь?

Не знаю, что именно он со мной делал, но я ощутила прилив энергии. Как и тогда, на поле, когда он трогал мои плечи. Видимо, снова делился магией.

— От прав отказываюсь, — вдруг отчётливо расслышала я его голос у себя в голове. Именно в голове, Лейн точно ничего вслух не говорил.

— Долг не уплачен, — ответил ему кто-то и я напряглась.

Неужели опять пресловутые боги, которые мне так поднасрали?

— Долг в воле судьбы. Она рассудит.

— Да будет так.

— Позови его, Марина, — громко потребовал от меня Лейнард.

— Феникс!

— Ты ему что, имени еще не дала? — прошипел мужчина.

— А когда? — в тон ему ответила.

— Значит, дай сейчас.

Зашибись! Я вообще-то планировала дать фениксу самому выбрать имя, ему ж носить…

— Чего застыла? Или отказываешься от своего иллами?

— Еще чего! — разозлилась я и позвала. — Феликс!

— Я здесь, хранительница…

— Слава богу! — выдохнула я, наконец ощутив присутствие своего иллами.

— Вот и все, — заметил Лейнард. — Открывайте глаза, леди.

И убрал свои руки от меня, с колен поднялся.

— Всего доброго, леди. — С меня Лейн перевел взгляд на притихшую мамочку. — Постарайтесь выполнить предназначение Айваны, было бы жаль терять талантливого мага с таким сильным иллами тьмы.

Но уйти не успел, хоть и собирался. В гостиной, как выяснилось мы уже были не одни.

— Подождите, лорд тан Даррак. — Остановил его отец. — Что вы будете делать с долгом? Вы заберете Марье… Марину сейчас?

Чего?!

— Я отказался от этого права, — спокойно ответил Лейн.

— Но долг…

— Все в руках судьбы.

— Благодарю! — вот уж чего я не ожидала, так того, что Марс низко, до самой земли поклонится Лейнарду, а следом за ним, чуть ли не на колени упадет моя мать…

— Благодарю, — эхом повторяла она, а по щекам у нее текли слезы.

Да, что здесь происходит?!

— Это моя вина — прошелестел в голове Феликс. — Прости меня…

— Оставить истерику и вину, объясни уже толком, что произошло.

— Не стоит, поднимитесь. Она еще юна и ей уже выпало нелёгкое испытание. — От общения с фениксом меня оторвал снисходительный тон Лейнарда. — Я не обижаю детей, лорд тан Аргхарай. До переезда в академию осталась неделя, уделите должное внимание ее подготовке и особенно иерархии нашего мира. Леди непочтительна и груба, это стоит исправить.

— Конечно, лорд тан Даррак, я лично буду с ней заниматься. — Заверил его Марс, а я сжала кулаки.

Я ребёнок? Грубый? Непочтительный? Серьезно? Да он же сам не дал мне и шанса поблагодарить его, только кусался словами!

— Что ж, желаю удачи в этом нелегком деле.

— Вам тоже, — мрачно произнесла я. — Вам тоже удачи, лорд тан Даррак, и спасибо, что отозвались на зов моего иллами. Я в долгу не останусь.

— Да будет так, — хмыкнул мужчина и вышел из гостиной.

Отец направился за ним, а вот мама ураганом налетела на меня и сжала в своих объятьях.

— Мама, только не реви! Лучше объясните мне, что это вообще было?!

Глава седьмая

Я снова стояла на приснопамятном полигоне, только уже с другой целью — для перехода в Академию ХИЛТ.

Неделя пролетела со скоростью звука. Я даже опомниться не успела, как меня Марс взял в оборот. Все эти десять дней, а это местная неделя, кроме матери и отца я не видела больше никого.

Марс не позволил со мной пообщаться ни Ламее, ни близнецам, ни кому еще, хотя те горели желанием. Как минимум поблагодарить меня за обретение идеального иллами тьмы, как максимум подружиться. Увы, в стенах поместья рода Аргхарай у нас на это не было и шанса.

Я была загружена под самую завязку. К тому же, даже не имела возможности изучить поместье. Мои передвижения ограничивались покоями, которые мне выделили, полигоном и лестницей. Я толком ничего и не видела. Пусть и хотелось.

Зато вот сейчас стоим вместе на полигоне, ждем, когда откроют портал на территорию академии и переглядываемся.

Отчасти я расстраивалась, что не довелось ни с кем пообщаться, отчасти нет. Потому что сон урывками — не самое прекрасное, что может быть. А я спала по три-четыре часа, реже пять-шесть часов в стуки, в которых кстати, оказалось не двадцать четыре часа, как я привыкла, а тридцать два.

И месяцев в этом мире не двенадцать, а шестнадцать. Я еще поражалась тому, как при таком раскладе в этом мире время бежит быстрее, чем на Земле. Ведь номинально я старше каждого из детей Марса, но выгляжу чуть старше его дочерей-близняшек.

Да, что там выгляжу!

Возраст совершеннолетия на Тантерайте — тридцать лет, крайний срок для наследника и пробуждения наследной силы силы — тридцать пять лет. То есть вот Абре — тридцать пять лет, почти тридцать шесть, через два месяца исполнится, Гекхару — тридцать два, а Шалраю — тридцать. Кстати, у всех троих разные матери, а вот полное родство только у Шалрая и сестричек-близняшек.

Вальере и Дальере, моим младшим сестрам, недавно исполнилось по двадцать лет. А выглядят они при этом на тринадцать Земных!

Я, конечно, помнила о временной петле, в которую угодили мать и отец, но все же… Если на Земле прошло двадцать лет, то почему здесь, с момента побега моей матери сорок пять? Загадка вселенной.

То есть по факту, мне по меркам Тантерайта, целых сорок четыре года. Прикольно?

А вот, согласно целительскому обследованию, я едва вошла в пору совершеннолетия. То есть достигла тридцати лет.

С большой натяжкой, это не мои слова, а штатного целителя поместья лорда Зельвая. Как он объяснял, моя магия была блокирована, затем произошел скачок, который помог энергетическим каналам не только раскрыться, но и приблизить отметку магического резерва к тому значению, которое достигается совершеннолетним магом.

Он сокрушенно качал головой и говорил, что я еще малышка, которую заставили повзрослеть. Я молчала. Если честно, то во время приема у него я внаглую большую часть спала.

Учитывая, что встречались мы с лордом Зельваем три раза в сутки: утром, днем и перед сном, то я пользовалась временем его обследований, себе на пользу. А что там говорил целитель, запоминал Феликс, и иногда вместо меня отвечал. Это он тоже мог. Отодвигать мое спящее сознание и заменять собой.

То, что целитель нас не выдал Марсу, говорило в пользу первого. А ведь мог наябедничать, что я отдаю хозяйничать своим телом иллами тьмы, что мне прямо запретил делать отец.

Но я и так едва справлялась со всем объёмом информации, которая обрушилась на мою голову ураганом. А помимо вводных данных, имелись и физические нагрузки. Много физических, магических упражнений, которые тут дети изучают чуть ли не с колыбели, а в меня пытались впихнуть все это всего лишь за десть дней!

И была невероятно благодарна Феликсу, за то, что помогал не только во всем разобраться. Но и разложить по полочкам все, что вдалбливалось Марсом в мою голову.

Самое главное, что я уяснила, лорд Лейнард тан Даррак поступил благородно и щедро по отношению ко мне. То, что сделал мой иллами — не запрещается, но использовать данный призыв может не каждый маг и только на грани жизни и смерти. Будем откровенны, мне действительно повезло, все ровно так, как и говорил тот блондинчик, лорд Кларенс.

Будь больше магов, которым нужно было достать иллами, и будь день другой, и Феликсу попросту бы не хватило сил на призыв. Мой иллами и так выложился полностью и считай, почти исчез.

Он призвал другого феникса, даже не мага, именно иллами тьмы одного с ним вида. Сильнейшего, на другого бы призыв и не сработал. Нужен был тот, кто сумел бы спасти. Что, собственно, Лейнард и сделал. Очень даже легко. Почему не вмешалась комиссия, учитывая, что Марсу досталось по полной программе за его желание спасти дочь? Потому что нарушений и не было, в момент призыва я и призванный маг связываются невидимой нитью, как сказал Феликс, это пуповина жизни, пока она не разорвана и я, и призванный — единое целое. Неделимое.

Поэтому и сам Феликс не исчез, его прочно держал иллами тьмы Лейнарда.

Но остается еще кое-что… Даже две очень важные вещи.

Первое — это долг жизни. Цена, которую призывающий платит за призыв.

Призванный имеет право забрать иллами тьмы себе. Оставить жизнь тому, кто его призвал и тем самым уплатить долг жизни. Лорд Даррак отказался от этого, оставив долг жизни на откуп судьбе. Что в свою очередь означало, что и меня может выдернуть в любой момент, из любого места с целью спасти жизнь Лейнарду или тому, кто ему дорог. Это тоже сочтётся платой. Равноценной.

Кстати, для меня было шоком знание, что существуют маги не с одним, а с двумя иллами тьмы. А еще, оказывается, такого иллами, которого отдали после призыва, могут не оставлять себе в его, скажем так, первозданном виде, а поглотить своим иллами. Такие дела…

Вот почему грустил Феликс, он был готов попрощаться со мной и уйти навсегда. А я бы жила… Вот только без него… Но с правом еще одного получения иллами.

И вторая вещь, на мой взгляд, самая дикая и неприятная, вытекающая из-за отказа Лейнарда присвоить моего Феликса, нахождение у меня метки Айваны, которая в свою очередь давала право лорду Дарраку забрать меня как вещь, и использовать в любом качестве.

Как пояснила мама, причем все время плача, я являюсь потенциальным трупом. За полгода выполнить предназначение богини Айваны не то, что сложно, практически невозможно. Смертница я.

А потому судьба может просто не успеть вернуть мой долг Лейнарду. И он может взять его натурой, чтобы не иметь претензий к моему роду.

Если говорить проще, то род таким образом откупался от мага, совершившего призыв. Просто отдавая его спасшему магу, тем самым переставая быть должником в глазах остальных родов. А главное от рода мага, который спас их члена рода. Это тоже одна из древних традиций, чтобы не дай боги, два рода не воевали.

Что же такое метка Айваны? Это знак, который проявляется в моей ауре и имеет определенное значение. Оно может быть любым, как и появится может у любого жителя мира. Даже у ребенка.

У меня горит символ «справедливость», что в свою очередь означает то, что я должна добиться справедливости. Но для кого?

Вот это мне и предстоит выяснить. И времени на все дается лишь полгода, то есть восемь месяцев, чтобы найти нужного человека, которому я должна отнестись справедливо. Или добиться справедливого отношения к нему от других. В общем, что-то что связано со справедливостью. И этим чем-то может оказаться все, что угодно. Такая себе головоломка.

Но большим потрясением, чем вот это все, стало для меня знание, что иллами — это душа, наделенная теми способностями, которые имела при жизни. И более сильный иллами легко поглотит более слабого.

Вообще, учитывая всю ту кашу в голове, которая у меня имелась, я надеялась, что в академии на лекциях, мне станет намного понятнее природа иллами и мироустройство. Потому что одно я уяснила четко, пока я не достигну звания мастера, жить на Земле не смогу. Буду также, как и мама длительно болеть, даже несмотря на то, что магии не лишусь, а потом и вовсе умру. Для того, чтобы существовать в другом мире, таком как Земля, нужно обладать большими знаниями и уметь управлять силой.

Как выяснилось, в академии не идиоты. Первый год является вводным для всех новых поступивших. Можно сказать, что мы будем на подготовительных курсах.

Весь год мы будем знакомиться с факультетами, профессиями, преподавателями, направлениями магии, мироустройством и прочим… И только в конце года будем поступать на выбранный нами факультет. Причем студенты сами выбирают, на какой факультет поступить, однако, если же выбранное им направление окажется ему под силу, то распределением займется педсостав во главе с ректором. То есть отчисленных не будет.

Ну при условии, что студент не нарушит правила академии или не совершит чего-то из ряда вон выходящего.

По мне, так это очень замечательная система. Не сразу в омут с головой — и выплывай как хочешь. Впрочем, это лишь для меня так. Остальным и преподавали в семьях, и на практике обучали всему, что будет на этих «курсах», это я ворона белая. А так, этот год необходим преподавателям. Присмотреться к новичкам, подобрать себе студентов на свой факультет и профиль…

В общем выяснить все сильные и слабые стороны новобранцев, а также уровень магического потенциала, который должен у нас скакать и стабилизироваться, как раз к концу года.

Ректором Академии Хилт является лорд тан Даррак, но не Лейнард, а его родственник.

И это неудивительно, первые из высокородных родов, всегда занимают самые высокие должности. А вот Лейнард, как оказалось, наследник рода Черных Фениксов. А еще он маг третьей ступени. По-нашему, аспирант.

Всего в академии четыре уровня образования.

Нулевая ступень — это обучение тех магов, которые находятся на подготовительных курсах. То ест такие как я.

Первая ступень — это обучение по выбранному профилю, которое длится шесть лет.

Вторая ступень — углублённое обучение, изучение определенных дисциплин, чаще не больше трех, по итогу которого, маг получал звание мастера. И такое обучение длится еще шесть лет.

Третья ступень — высший и самый сложный уровень обучения, при котором поступившие мастера являются еще и преподавателями в академии и курируют определенные группы студентов. При этом ими могут быть, как и мастера, так и маги первой ступени. Нулевые ступени они не обучают и не курируют. Имеют право выбрать себе ассистентов из числа студентов, которым не только поручают любую работу, но и платят деньги. Обучаются на третьей ступени пять лет.

Что касается системы стипендии. Обычно за обучение родовитых студентов платит род. Речь о тех, кто входит в число великих родов. Но есть исключения, а потому существует стипендия. Минимальная для тех, кто находится на иждевении академии и имеет низкие оценки. Она фиксирована, и студент ее не лишится ни при каких обстоятельствах, кроме одного — отчисления.

Средняя — тем, кто не круглый отличник, а золотая серединка. Таким выдают чуть больше денег, чем необходимо на жизнь в месяц. Собственно, на жизнь — это на одежду, экипировку для полигона и остальные мелочи. Потому что в академии полный пансион: трёхразовое питание, проживание и выдача всех необходимым предметов для обучения. Такие как канцелярские принадлежности, практический и обучающий материал.

Учебников мне точно покупать не нужно. Все дадут.

И максимальная стипендия, это для круглых отличников, денег дают куда больше, чтобы студент мог себя побаловать за пределами академии. Такой вот способ поощрить его за рвение.

Откровенно говоря, информации в голове было много и разной. Я постоянно мысленно перескакивала с одного на другое и не до конца сама понимала, что все это значит. Да и воспринималось все пока еще как виртуальная реальность, игрушка, иначе, наверно, я паниковала бы не меньше моей мамочки.

А она, кстати, за эти дни расцвела. От болезни почти и следа не осталось. Ее здоровьем занимался целитель и мне нравились изменения, происходящие с ней. Одного я пока не совсем понимала, что будет с ней дальше? Да и со мной? Я хоть и старшая дочь, да наследует отцу седьмая вода на киселе. Каким образом это отразится на моем статусе? Ведь статус в этом мире играет огромную роль.

Именно это мне и пытался донести Лейнард. За мою дерзость и вольность, мне могли по шее надавать, а не одернуть. А то и вовсе убить. Легко. Никто не смеет дерзить первым в высокородных родах. Что со стороны света, что со стороны стихий, и конечно же со стороны тьмы.

Особенно, если это наследник всего рода…

А я в общем-то вела себя ровно так, как и привыкла на Земле. У нас уважение еще заслужить нужно. Впрочем, и тех, кто лебезит перед детьми богачей, тоже хватает. Но о субординации я помнить буду. У меня язык не отсохнет на «вы» обращаться.

— Леди Марина, — я так задумалась, что вздрогнула от обращения. — Простите, я не хотела отвлекать вас от дум…

Ламея, а это была именно она, низко поклонилась и снова извинилась.

Вот еще один минус статусов — лишние реверансы и неизвестность, а можно ли переходить на неформальное общение?

С одной стороны мы одного рода, а с другой кто-то из нас двоих стоит выше в иерархической лестнице.

— Ты выше, — устало заявил Феликс, — выше них всех. В том числе близнецов. И можешь спокойно им всем тыкать. А вот им тебе — нельзя. Только если сама не позволишь. Но имей ввиду, кому ты дашь такое право, навсегда будут с тобой связаны.

— Чем связаны?

— Магией, словом и жизнью.

— И чем это мне грозит?

— Есть два развития ситуации. Первый, ты симпатизируешь Ламее, та симпатизирует тебе, даровав ей это право, она будет тебе преданным другом и помощником, и сможет пользоваться некоторыми твоими благами. К примеру, к ней будут обращаться не менее почтительно, чем к тебе. Плюс и платить за нее, в случае чего, будешь ты и твой род.

— Платить чем?

— Деньгами, конечно. — Фыркнул феникс.

Эти дни ему тоже несладко пришлось. Мне кажется, я его уже достала. Как и поток моих нескончаемых вопросов.

— А вторая ситуация?

— Это когда тебя пытаются унизить. Если ты хоть раз позволишь к себе вольное отношение тому, кто на это права не имеет, то будь готова, что в последствии всерьез тебя воспринимать не будут и могут вообще сделать девочку на побегушках. Поэтому или сразу бей, или ставь на место словами.

— Что за бред?

— Не бред, Риша, совсем не бред. Поэтому, мой тебе совет, не создавай пока ближний круг. Он формируется или с детства, чего ты была лишена, или в академии, году так на третьем-четвертом обучения.

— То есть, когда я Лейнарду тыкала, а он это позволил…

— Ничего не значит. В тот момент вы были единым целым. Так что…

— Ну и ладно, — мысленно буркнула и посмотрела на притихших парней и девушек.

Видимо, мне что-то говорили. И не только Ламея, а я так увлеклась своей беседой с фениксом, что все пропустила.

— Ламея, все в порядке. Как видишь, меня не так-то легко отвлечь…

Я вновь посмотрела на своих родственничков. А ведь нам предстоит целый год прожить бок о бок. Ну ладно, мне полгода, если не найду того, кому срочно требуется справедливость богини Айваны, выданная моими руками.

Я помнила все их чувства и мысли, а потому для себя решила, что если и буду сближаться, то однозначно не со всеми. Мне нравится мой младший брат, чем-то привлекает средний, наверно своим нутром натуралиста-испытателя, нравятся близнецы, и естественно, нравится Ламея.

А вот остальные… ну как-то даже не знаю. Впрочем, у меня еще будет время ко всем присмотреться.

Хотя одного я так и не поняла.

— Феликс, а почему я выше них?

— Потому что ты — перворожденная. Потому что рождена от действующего главы и в главной ветви семьи.

— Но близнецы ж наследники…

— А это еще не точно, Марина.

— Как это?

— А вот так, магия может и передумать. На них золотистые метки, вот когда метки станут черными — тогда можно говорить со стопроцентной уверенностью, что они следующие главы рода.

— И много таких случаев было? Когда магия передумала?

— Мало, но было. — Отрезал феникс. — Начинается…

Спрашивать, что именно начинается не стала. И так понятно, портал открывается. Вон и отец подобрался и остальные чуть ли не по струночке вытянулись.

Я смотрела огромными глазами на очередное чудо этого мира. Я думала, портал — это какая-то воронка, из которой выйдут люди, на худой конец арка из магии, но я ошиблась.

В воздухе проявилась черная дверь. Вот ее не было, а теперь есть. Просто дверь и ничего больше.

Обалдеть!

Пока я разглядывала эту конструкцию, дверь отворилась и на песок шагнул черноволосый мужчина с яркими синими глазами.

— Надо же, за вами сам ректор пришел. — Хмыкнул в моей голове Феликс.

— А это плохо?

— Это великая часть, Риша.

Пока мы болтали с фениксом, ректора успели поприветствовать.

— Вы? — вдруг воскликнул отец, глядя на второе лицо, шагнувшее следом за ректором Академии ХИЛТ. — Неужели правила изменились, и в этом году действующие мастера курируют нулевую ступень?

— Доброе утро, — поздоровался Лейнард. — Нет, я пришел за леди Мариной.

Отец посерел.

Я как бы тоже подвисла от такого заявления.

— Не стоит волноваться, — вмешался ректор академии, имени которого я не знала. Как-то упустила этот момент. Очередной лорд тан Даррак, близкий родственник Лейнарду.

— Леди Марина, — тем временем позвал меня Лейнард. — Идемте.

Отец вцепился в мой локоть.

— Лорд тан Аргхарай… — укоряюще протянул ректор.

Пальцы на моем локте не разжались. Наоборот, отец сжал их сильнее, могут и синяки остаться.

А я вздохнула, выдохнула и решила, что чему быть, того не миновать.

— Папа, отпусти, — глянув в глаза родителя произнесла я.

Захват ослаб, ну еще бы, это впервые, когда я его так называю. Я улыбнулась, нет ну надо же его, а заодно и себя успокоить? К тому же, сам же мне всю неделю твердил, что первым среди великих родов, перечить нельзя. А сейчас чуть ли не драться с их наследником собрался. Ну не съест же меня Лейнард? Максимум понадкусывает.

Пока отец завис, я быстро прошла к Лейнарду и протянула ему свою руку.

— Вы передумали? — спросила его, шагнув в дверь.

Мне не ответили, пока, но я была уверена, что как только мы из странного туннеля, в котором не было пола, а только чернильный туман, ступим на твердую землю, ответ будет дан.

Но вот туннель кончился, его итогом была очередная дверь, которую и толкнул Лейнард. И первым шагнул прочь, не забыв обо мне, руку мою он так и не отпустил.

Я немного замешкалась, а потому меня не сильно дернули на себя. Просто растерялась, так бывает.

Так что на территорию академии я ворвалась в объятьях Лейнарда. Опять же не специально. По инерции тюкнулась в него, а он подхватил и даже прижал к себе.

Нос тут же уловил мягкий, хвойный аромат с ноткой чего-то острого… Очень интересный парфюм. Мне нравится.

— Леди Марина, думаю, вы уже можете меня отпустить. Вам нечего бояться. — Пытаясь отступить от меня, произнес Лейнард.

Я устыдилась. Действительно, и чего я вцепилась? Двумя руками даже обхватила его.

— Извините, рефлексы…

— Хорошие рефлексы, — усмехнулся он, — но сейчас не нужные.

Решила поверить на слово и наконец отошла от Лейнарда. Не далеко, руку мою он продолжал держать.

Я не успела ни толком осмотреться, ни задать вопрос мужчине, как возле нас открылся новый портал, и оттуда резво начали выходить люди.

Первый, видимо, один из преподавателей, зорко следил за каждым, кто выходил из дверей и рукой указывал место, где новобранце следовало постоять.

Я нагло рассматривала магов. А как иначе, если учесть, что мы вместе учиться будем? Любопытно же!

И что меня поразило, так это один странный момент. Я уже уяснила, что магия откладывает яркий отпечаток на внешность своего носителя.

Я брюнетка с белой кожей и обладаю магией тьмы. Рыжеволосые обладают магией стихий, а блондины — магией света. Но я была уверена, что раз академии поделены на три вида, то и учатся все согласно своему урожденному магическому дару. Однако среди новоприбывших были маги с разной внешностью. В том числе и светловолосые, и рыжеволосые…

Особенно я прикипела взглядом к золотовласой блондинке. На нее, если честно, пялились все. Кто украдкой, кто напрямую. А она стояла и мило улыбалась, я же, наверно, немного завидовала. Миниатюрный рост. Хрупкие плечики, выдающийся бюст, тонкая талия, такой же тонкий и аккуратный нос, некрупный рот с чувственными пухлыми губами и небесно-голубого цвета глаза… Она была не просто красавицей. Девушка восхищала своей внешностью, куколка, картинка… Куда там моделям с обложки журналов…

— Это моя невеста, — услышала я шепот Лейнарда, — ты будешь любезна с ней, леди Марина.

Опять мне тыкает… Стоп? Что?!

Глава восьмая

Я перевела взгляд с блондинки на мужчину. Посмотрела прямо в глаза, не разрывая взгляда.

— Вы хотите, чтобы я прислуживала ей? — спросила ровно. — В счет долга жизни? Я правильно поняла?

— Нет, — рыкнул мужчина.

И снова сжал мою руку. Чего это он меня трогает? Да еще на глазах у своей невесты? Нет, понятно, что они нас не слышат, пусть и видят. Я только сейчас сообразила, что место, куда мы попали, разделено на зоны, а границы этих зон мерцают чернильными нитями. И ни звука не доносится от новоприбывших, хотя они разговаривали!

— Нет? — переспросила.

— Нет!

Что-то я уже ничего не понимаю.

— Тогда зачем вы забрали меня у отца? И к чему ваши слова про любезность?

— Ваше воспитание оставляет желать лучшего.

— Мое? — я разозлилась. — Подождите, вы что же, решили, что я заочно всем грубить и хамить буду? Откуда такие выводы? Почему я должна хамить?

— Мне ты нахамила.

На меня посмотрели, как на душевнобольную не меньше. Хотя больным из нас двоих точно была не я.

— Я не грублю первой, — медленно произнесла я. — Только в ответ…

— А в нашу первую встречу…. — Напомнил он.

— Вот оно что… А вам очень часто умирать приходилось? Или может, внезапно обнаружить себя в другом мире, с другими порядками и реальностью, которая не то, что не привлекает, а отталкивает?

Я вырвала свою руку и отступила на шаг.

— Вы называете меня леди Мариной, а не леди Марьелой, значит, если не все, то многое обо мне выяснили. Следовательно, должны понимать, что человек, попадая в незнакомую и враждебную среду, а особенно в ту ситуацию, в которой оказалась я при нашей первой встрече, не будет расшаркиваться перед незнакомцами. Мне жаль, что вам недоступны простые человеческие эмоции и вам сложно их понять, но заочно называть меня хамкой неотёсанной не стоит. Жить я хочу, и желательно долго и счастливо.

Я не кричала, пусть и хотелось. Как и стукнуть этого мужчину, который непонятно зачем утащил меня от моего рода, да еще потребовал быть любезной с его невестой. Да, я позавидовала ее красоте. Откровенно говоря, и жениху ее позавидовала. Но… Это же не повод для драки? Мне как бы вообще не до этого всего, выжить бы…

Лейнард молчал. Вот просто стоял и смотрел на меня. На то, как я пытаюсь справиться с гневом, не перейти на пресловутое «ты», потому что права не имею, хотя он мне и продолжал тыкать. На то, как пытаюсь отдышаться и не наговорить еще больше… Хватит того, что я уже сказала.

— Я прошу прощения, леди Марина. Был не прав.

Эти его слова поразили меня куда больше, чем наличие у Лейнарда невесты.

— Спасибо, — выдавила из себя, понимая, что он-то как раз в своем праве.

И нахамить, и прибить, а все же извинился.

— Я попросил тебя быть любезной с моей невестой, потому что ей может не понравиться та связь, которая образовалась между нами.

— Связь?

— Как и любая высокородная дочь, стоящая выше всех остальных, она может обвинить тебя, а ты, судя по тем эмоциям, которые я успел увидеть, не сдержаться.

— Высокородная дочь, стоящая выше остальных… — Повторила я эхом. — Простите, но я ведь правильно поняла, что ваша невеста обладает магией света?

— Да. Моя невеста — дочь первого из высокородных родов света.

— А так можно? Разве нет конфликта сил? — Нет, мне правда было интересно.

— Тебя это не касается. Ты слишком несдержанна…

Я вздохнула, ладно, у меня есть феникс, его и поспрашиваю. Но то, что тут политика завязана, за версту чувствуется.

— Давайте опустим мое эмоциональное состояние и перейдем уже к конкретике. — Попросила я. — Какая связь? И почему вы все-таки забрали меня?

— Репутация рода — значит очень многое, леди. Своим отказом от получения долга, уже наверняка известными тебе способами, я поставил под сомнения репутацию своего рода.

— Своим великодушием? — ну что я говорила? Точно политика!

— Его посчитали слабостью. Но и это не главная причина, решение первого среди великих родов не оспаривают.

— Связь?

— Верно.

— Пуповина жизни должна была оборваться. Что и произошло в момент моего отказа, но спустя пару дней я начал ощущать тебя.

— Как это?

— Предполагаю, что дело в метке Айваны, богиня настойчиво указывает мне на то, чтобы я получил свое незамедлительно или приблизил тебя к себе. Пока у меня нет точного ответа. Однако отказавшись однажды, слово не забирают. Поэтому для всех ты поступишь в академию, как собственность моего рода, но…

— Но фактически, никаких прав предъявлять вы не на мерены? И долг жизни возьмет судьба.

— Верно.

Я закусила губу, поняв, что попала. Конкретно так попала. Мало ли что он права предъявлять не будет. Для всех я буду прокаженной и это уже не смотря на метку. Друзья? Шутить изволите? Да ко мне никто на пушечный выстрел не подойдет. А невеста… теперь понято, чего она возмущаться изволит. Кому понравится наличие игрушки у жениха? И ведь она, видимо, также не будет знать, что это лишь для того, чтобы скрыть наличие связи.

Сказать, что я не очень все это понимала, значит промолчать. И Феликс никак не комментировал происходящее.

— Знаете, что грустно? Вы о своей невесте плохо думаете. Может, она и не станет предъявлять претензии по поводу меня. Все же она воспитана в духе Тантерайта, а не как я, прибыла из другого мира и плохо соображает, кто и кому кем приходится…

— А также плохо понимает, кому и что можно говорить.

Ого. А задели его мои слова. Надо же.

— Извините. Что я должна делать? Поясните, пожалуйста, как отразится на мне тот факт, что я поступаю в академию под вашим родовым именем.

Мне было горько. Да что там, очередные надежды пошли прахом. Вот тебе и поучилась, и нашла того, кому требуется справедливость… Найдешь тут, в таких-то условиях!

— Выжить, леди Марина.

— Что?

— Ваша задача остается неизменной. Вам нужно выполнить предназначение, возложенное на вас богиней.

— И все же вы не ответили. В каком качестве я выступаю в вашем роду?

— Я ваш опекун.

— Чего? — и было чему удивиться.

— Патрон, если быть более точным.

— Простите, а как это возможно, учитывая, что я совершеннолетняя? Патронаж обыкновенно оказывается малоимущим и бесправным…

— Бесправным, — эхом отозвался он. — Вы бы предпочли стать рабыней? И войти в академию как руаро?

Вот чего бы я не хотела, так этого…

Еще Феликс объяснял, что это такое. «Руаро» это как приставки «тан» и «тер» вот только указывает она не на род носителя, а на род принадлежности. Как вещи.

Будь я этой самой руаро, мое имя звучало бы так: Марьела руаро Даррак, чаще вовсе без личного имени, а просто: руаро Даррак. Хуже не придумаешь, но именно этого я ждала…

— Подождите, — до меня наконец дошло, что именно мужчина для меня сделал. — Вы же подняли мой статус. Чуть ли не до небес.

— Не стоит обольщаться. Де-юре я ваш опекун, но де-факто — никто.

— То есть все вопросы, которые будут касаться публичности — мы опекун и подопечная, в остальном, я не должна к вам обращаться. Так?

— Желательно. При условии, что не возникнут вопросы, которые самостоятельно ты будешь не в силах решить. Ровно на год я ввел тебя в свой род, Марина.

— На год? А зачем так много?

— Затем, чтобы на первую ступень ты поступала под именем своего рода.

— Вы так верите, что я смогу выполнить предназначение? — хмыкнула я.

— Предпочитаю просчитывать все варианты.

Я вздохнула, просчитывает он варианты… Да уж, кажется, у его невесты причина быть со мной нелюбезной, куда существенней, чем игрушка ее жениха… Подопечная… Надо же чего придумал?!

— Есть предположение, что тебя рассматривают как любовницу, — вдруг произнес Феликс. — И все будут ровно так и думать.

— Как любовницу? При невесте-то? Они идиоты?

— Нет, лордам из великого рода позволено куда больше, чем ты думаешь. В том числе и любовницу при невесте, после и при жене… Если лорд так пожелает. Захочет и детей от любовницы признает, но первенец обязательно появится от жены.

— Это же не справедливо…

— Почему же, многие жены согласны проводить меньше времени в постели мужа, а потому вполне благосклонно относятся к маленькому увлечению их мужей. Это договорные браки, Риша, нет в них любви. Максимум взаимоуважение.

— Все равно странно, с чего бы людям думать обо мне как о потенциальной любовнице. Вряд ли их подопечными делают, да и у меня отец сам из великого рода…

— Вообще-то именно так и делают. И да, в первый род охотно отдают дочерей в любовницы…

— Что?

— Марина? — Лейнард вцепившись в мое плечо, прервал мое общение с фениксом.

— Это правда? Все будут думать, что я ваша любовница? Если не сейчас, то в будущем? — да, я не удержалась и спросила прямо в лоб.

— Предпочитаете быть руаро?

— Предпочитаю вообще никоим образом не относится к вашему роду. Тем более вы слово дали, и не моя вина, что связь вернулась. Явно не моими усилиями!

Я бесилась. Тихо бесилась, потому что моя ярость, как и слезы не помогут. Лейнард принял решение. Ему чхать и на мои чувства, и, в частности, на мою жизнь.

— Послушай внимательно, маленькая, избалованная девочка. — Буквально пришпилив меня к своей груди, процедил он. — Я твой опекун сроком на год. О том, что ты станешь моей любовницей не может идти речи, ни в будущем, ни в настоящем. Даже не мечтай об этом. С богами не спорят, мало ли что тебе не нравится, если они вернули связь, значит, она необходима. И весь вопрос в том, а кому она нужнее? Мне или все же тебе? Что-то мне подсказывает, что нуждаешься в защите именно ты.

Я могла бы и оттолкнуть, и наговорить в ответ не меньше гадостей. И более ядовитым тоном, могла… Не стала. Сильнее, прав больше, да и говорил он вполне толковые вещи. Хотя мог бы и подать под другим соусом. Мог бы, он не обязан считаться с моим мнением. А вот мне еще долго ходить по минному полю.

— Всё сказали? — спокойно спросила его. — Если да, то отпустите, все смотрят на нас.

На самом деле, я не видела, но догадывалась, что наша парочка явно привлекла внимание.

И как в воду глядела. Мы вдруг оказались не одни в нашей зоне.

Возле нас образовался небольшой пятачок, который окружили парни и девушки.

Видимо те, кто поступают от первого великого рода.

Я только сейчас сообразила, что зоны — это места для телепортов по великим родам. Наверно, каждый должен пользоваться только своим.

— Воспитываешь? — холодно спросил мужчина очень похожий на Лейнарда.

«Отец» — решила я и угадала.

— Да, отец.

— Заканчивай, — бросил он и шагнул вперед, закрывая от меня весь обзор.

— Ты должна встать позади меня, — шепнул мне на ухо Лейнард и одновременно задвинул меня за свою спину.

Да я как бы и не дура. Поняла, зачем трогать?

Но вслух ничего не сказала. Зачем?

Позади меня шептались. Слов я разобрать не могла, но общий настрой уловила — мне не рады. Очень и очень не рады.

* * *

Я внимательно слушала вступительную речь ректора. Он говорил громко, немного пафосно, но при этом не лил воду. Все по существу.

Как его зовут и в каком случае к нему стоит обращаться.

Собственно, звали его лорд Арван тан Даррак. Но к нему применимы всего два вида обращения: ректор тан Даррак или архмастер тан Даррак.

А Феликс разжевывал мне то, что я не понимала, но интересовалась.

Звание архмастера получали после успешного обучения третьей ступени.

Но на этом система званий не останавливалась. Архмастера также делились между собой. Архмастер высшей ступени — это наш ректор.

А градация следующая: архмастер низшего звена, архмастер среднего звена, архмастер высшего звена. И только после звена идут ступени. Тоже разбитые на три вида: архмастер низшей ступени, архмастер средней ступени и архмастер высшей ступени.

Думаю, не сложно догадаться, каким магическим потенциалом и опытом обладает наш ректор.

Объяснил, что новые студенты проживают отдельно от основного потока учащихся и наша программа обучения сильно отличается от учебной программы остальных студентов.

Также нас ждет распределение на подгруппы по тридцать человек, которое пройдет прямо сейчас. И расписание каждой подгруппы будет отличаться не только от остальных студентов, но и от других подгрупп. По сути, каждая такая подгруппа будет существовать автономно от всех остальных. Целый год мы будем везде вместе, а вот потом распределимся согласно выбранным факультетам.

Я еще успела подумать о том, что у каждого великого рода, как минимум по тридцать поступающих ежегодно, а у кого-то и поболее будет. Если уж я должна была проводить ритуал аж для сорока четырёх желающих получить иллами тьмы…

И чуть не пропустила перечисление этих самых факультетов.

Итак, всего их было десять.

Факультет боевой магии, факультет алхимии и зельеваренья, факультет лекарского дела, факультет права и делопроизводства, факультет артефакторики, факультет бытовой магии, факультет прикладной магии, факультет магического ремесла, факультет заклинательских искусств и факультет магических существ.

С каждым названным факультетом вперед, к ректору, который стоял по центру всей площадки, выходили по два представителя от каждого факультета. Я так полагаю деканы и их заместители.

Но вставали они не рядом с ректором и даже не рядом друг с другом, а примерно в пяти-семи метрах друг от друга. Зачем это необходимо, я поняла чуть позже и восхитилась продуманностью системы.

Я не успела толком восхититься количеству факультетов, да и подумать над тем, какие специальности там получают, как ректор продолжил.

— Академия ХИЛТ рада приветствовать новый набор! — громогласно повторил лорд Даррак. — Те, кого я назову должны выйти из своего сектора и пройти к преподавателю, над которым будет гореть названная мной цифра.

Сделав паузу, чтобы все присутствующие впечатлились, ректор продолжил.

— Леди Марьела Ришан тер Аргхарай тер Даррак! Номер один!

Одна я обалдела от того, что меня назвали первой, да еще переврали родовое имя? И нет, я сейчас не о Марине… Почему две приставки «тер»?

— Потому что ты не замуж вышла, а стала подопечной рода Даррак, — шепнул феникс.

А я уставилась на Лейнарда, который по-прежнему загораживал собой проход. И двигаться явно не собирался.

Я уже было хотела заговорить, но мужчина будто очнулся и шагнул в сторону, открывая мне и обзор, и проход к преподавателю, над которым горела цифра один.

Я чувствовала себя неуютно под прицелом сотни глаз. Но заставила себя выпрямиться и с гордо поднятой головой проследовать к высокому, худощавому мужчине в темно-алой мантии.

— Добро пожаловать, студентка. — Произнес он, а мне неожиданно понравился его голос. С одной стороны, слышится металл, а с другой уверенность, что за металлом скрывается сила, которая подарит спокойствие и надежность.

— Благодарю, — прошептала я, останавливаясь напротив него и замешкавшись.

Куда дальше? За его спину и по какую-то из рук?

— Вставайте позади меня. — Поняв мою растерянность сообщил мужчина.

— Спасибо, — одними губами, ответила ему и юркнула за его спину.

Я не трусиха, нет, но… Не нравится мне повышенное внимание! А все несмотря на то, что назывались другие имена, продолжали пялиться на меня! Им тут что, медом намазано?

— Интересно, от какого факультета этот мужчина.

— От боевого, — мигом отреагировал феникс. — Цвет мантии алый, Риша. Я же рассказывал.

— Не помню, — честно призналась, хоть и не устыдилась.

Сложно как-то все запомнить, голова и так на решето не похожа только лишь потому, что феникс словно паук, все нитками штопает.

— Голова ты моя бедовая. Но ничего, скоро вам все повторят, а когда ты увидишь Академгородок, сама все поймешь.

Я вздохнула и не стала пытать Феликса. Подождать немного — это не в неизвестности оставаться.

Как я и предполагала, вызвали всех по принадлежности к великим родам. Сейчас был назван последний из тех, кто поступал в академию от рода Даррак. Что странно, в первую группу больше не вошел никто.

— Леди Аэлья Розмари тер Глоуддак. Номер один!

Если мне казалось, что в момент моего выхода образовалась тишина, то сейчас я поняла значение мертвая тишина. Все затаили дыхание глядя на миниатюрную блондинку, которая, легко ступая, словно была на сцене и не человеком, а бабочкой, порхающей походкой приблизилась к нам. Она чуть поклонилась и выслушав с улыбкой приветствие от преподавателя встала рядом со мной.

«Завидовать не хорошо» — мысленно повторила себе. Но как-то плохо помогало. Я бы тоже хотела быть такой непринужденной, дружелюбной и улыбаться так, словно кругом не враждебная среда, а как минимум рай.

И выглядеть также я бы тоже хотела.

Я вздохнула и попыталась взять себя в руки. Ну подумаешь мы в одной группе с невестой Лейнарда. Ну и ладно, что я выгляжу не такой милой, как она… не такой конфеткой, и вообще ни разу не куколка. И характер у меня, если честно, паршивый.

Арр! Плохо завидовать, Риша, плохо!

— Доброго дня, леди, — первой нарушила молчание блондинка.

И улыбнулась мне так, будто я была самым лучшим существом в мире. Черт…

— Доброго, — осторожно ответила ей.

— Это так волнительно и так прекрасно, — прощебетала она.

— Что именно?

— Поступление в Академию ХИЛТ, — и нагнувшись ко мне, шепотом добавила, — но и так страшно!

Ну в общем-то с последним я была полностью согласна. Однако все равно меня настораживала эта девушка. Ну не может же она и правда ко мне дружелюбно отнестись? Или это просто потому, что нас пока двое? С другой стороны, ей ведь понятен мой статус… И Лейнард был уверен, что невесту он не обрадует.

Может, я зря себя накручиваю?

— Зато интересно, — также шепотом ответила ей.

— Очень, — согласилась со мной золотоволосая и хлопнула своими потрясающе длинными и пушистыми ресницами.

Ну нельзя же настолько быть хорошенькой!

Как раз в этот момент к нам присоединился третий участник группы. Парень, темноволосый и крупный. Вот очень крупный. Но не толстый. А еще у него был восхитительный, выдающийся нос. Знаете, такой с горбинкой, которая не портила, а наоборот прибавляла шарма.

— Доброго дня, леди, — тихо пробасил он.

Впрочем, он только думал, что тихо, но его могучий голос почти слился с голосом ректора, называвшего очередного студента. Парень покраснел. Вот взял и покраснел. Смотрелось потрясающе. Такая большая красная гора.

— Доброго, лорд, — звонким колокольчиком отозвалась Аэлья, — не смущайтесь, ваш голос прекрасен.

Серьезно? Я покосилась на девушку, но та смотрела вполне невинно и опять же дружелюбно. Интересно, у нее ещё скулы от улыбки не болят?

— Рударк, — шепотом произнес парень.

— Мариэль, — также тихо ответила блондинка и посмотрела на меня.

Я вздохнула. Судя по всему, они называют производные от своих двух имен. И точно не домашние, милые прозвища.

— Марина.

На этот момент к нам присоединился очередной парень. Отличался он обалденно высоким ростом. Был выше даже Рударка. Но при этом был настолько костлявым, что я невольно подумала о том, что его неплохо было бы накормить.

— Доброго дня, — ровным тоном произнес он и представился. — Крафей.

Мы повторили свои имена и тот, удовлетворенно кивнув, встал рядом с блондинкой. Интересно, парни хоть догадываются какими глазами на нее смотрят? Словно щенки увидели сахарную косточку…

А та, как будто и не замечала их взглядов. Стояла, улыбалась, опять со мной поговорить попыталась, но я сделала вид, что не поняла этого.

Не хочу. И сближаться тоже не хочу.

— И не стоит, — тут же прокомментировал мои мысли феникс, — либо она дура наивная, либо слишком умная.

— Вот и я так думаю.

— Леди Марина, — позвали меня шепотом, и я скосилась на говорящего.

— О! — выдохнула я, увидев среднего брата.

— Я буду с вами.

И так было сказано, как будто меня прямо сейчас от чудовищ защищать собрался. Но черт возьми, приятно!

Знакомство пошло по новому кругу, но было прервано приходом еще одного студента. Моего младшего брата. Он тут же включился в цепочку назвавших имена.

Шалопай, пардон, Шалрай, как и Гекхар, всем представился именно этим именем, чем меня удивил.

— А ничего удивительно, — тут же отозвался Феликс, — ты слышала их мысли и то, как они сами привыкли себя называть, а полными именами ты сама не интересовалась.

— Ну и ладно, все равно он для меня Шалопай. — Тяги переделывать имя Гекхару у меня не было.

— Главное вслух его так не назови.

— Постараюсь.

Я гадала, а будет ли в нашей группе еще кто-то из рода Аргхарай. Но пока все ограничивалось мной и братьями.

— Ламея, Риша, — произнес феникс, — она точно будет с тобой.

— Откуда такая уверенность?

— Ты спасла ее, академия будет за вами наблюдать. Мало ли и на ней метка какая проявится.

— Думаешь?

— Уверен, а вон и подтверждение моих слов.

И точно, к нам присоединилась Ламея. Если честно, то я ей обрадовалась. А почему нет? Она первая претендентка на роль моей подруги. Близкие люди мне все равно понадобятся. Так почему бы и не сблизиться с ней? Жаль правда, близнецов с нами нет.

Наша группа росла. И очень интересно распределилась. Практически все ново приходящие толпились около Аэльи, и только Аргхарай кучковались около меня.

Интересно, они стоят возле нее, потому что им отец приказал быть рядом со мной или они и вправду не настолько восхищены красотой девушки? Возле нее даже девушки, которые присоединились к группе, стояли. И переговаривались. И все улыбались. Мрачной, видимо, была только я.

Эх, у людей праздник. В академию поступили. А я тут с постной миной. Но пересилить себя не выходило. У меня-то никакого праздника нет. Одно сплошное расстройство.

— Студенты! Прошу пройти за вашими кураторами по очереди согласно номерам ваших групп.

И пока я соображала, о чем речь, наша компания выдвинулась. В итоге я оказалась последней. Ладно, мы оказались последними в шеренге. Я и мои родственнички. Отщепенцы, блин…

Глава девятая

Стройным гуськом мы шли за своим предводителем. То ли деканом боевого факультета, то ли его заместителем.

Пока ни он не представился, ни возможности на это не было.

Я была поражена конечной точке нашего шествия.

Мы оказались лицом к лицу к лесу. Странно? Не то слово.

Но больше поразило другое. Наличие высоких башен-столбов разного цвета по периметру дороги.

— Внимание! Группа номер один. Сейчас мы совершим переход в Академгородок на административную территорию. Прошу запомнить порядок! Весь год вы будете пользоваться башнями-переходами боевого факультета. Они окрашены в красный цвет. — Громогласно объявил наш сопровождающий. — Вам нужно подойти к башне, приложить руку к руне и послать импульс магии. После перемещения — отойдите в сторону и дождитесь всех студентов группы. Это понятно?

— Да, — нестройным гулом ответили ему.

— Уходить далеко от портальной башни запрещено. Ждать меня на скамейках.

Молча киваю, жду, что последует дальше.

— Сейчас я задаю вектор перемещения, позже, вы сами научитесь это делать. — Прикладывая свою руку к столбу, произнес мужчина. — Выстройтесь в очередь в том порядке в каком присоединились к группе. Леди Марьела, вы — первая.

Это я уже и так поняла. Под прицелом тридцати пар глаз я проследовала к башне и попыталась найти ту самую руну. Но что-то ничего не видела.

— Магическим зрением, Риша, — нетерпеливо напомнил Феликс и я послушно призвала магию.

Мне все еще было непривычно прибегать к ней, однако чужеродным элементом для меня она также не была. Наоборот, чем-то родным и давно забытым. Свою магию я всегда ощущала как тепло.

Ага, черный символ проявился примерно на уровне моей груди. Вот к нему я и потянулась, и вспомнив, как учил меня Марс, послала в руну свою магию.

Я практически ничего не почувствовала. Только в секунду меня опутало плотным коконом магии, а затем отпустило. Вот только окружающая действительность резко поменялась.

Не четкой границы с лесом, хотя я совершенно точно находилась среди деревьев.

— Риша, отойди от башни. — Напомнил Феликс.

— Точно, — выдохнула я и резко отпрянула от нее, разрывая контакт.

Так, куда бы встать?

Места было предостаточно. Башня оказалась у огромного здания, перед которым не то, что лужайка, целый парк был разбит. Это я в первую секунду не сообразила, откуда деревья, а сейчас поняла, что нахожусь на аллее, рядом со скамейками. Немного подумав, выбрала ближайшую и села, дожидаться остальных.

Сейчас еще и эта блондинка появится, надеюсь, она не попрется ко мне?

Я огляделась вокруг, отметив, что помимо красной башни, присутствуют и с другими цветами. Я насчитала правда, всего две, но так и расстояние какое было! Уверена, реши я пройтись, а не сидеть на скамейке, обнаружила бы башни по всем цветам факультетов.

— Можно? — услышала я и вздрогнула.

Нет, невеста Лейнарда точно дура. Ну какого лешего ей захотелось сидеть рядом со мной?

— Тут полно места, — спокойно ответила ей. — Я не настолько толстая, чтобы занять собой всю скамейку.

— У вас отличная фигура, — тут же заверила меня Аэлья и села рядом.

Близко села, зараза.

Лучезарная улыбка так и не сошла с ее лица.

— Мы с вами так похожи, — продолжила она свой щебет.

— И чем же?

— Для вас тоже все в новинку. — Охотно ответила та. — Я никогда не была в Академии Хилт.

— Тоже самое можно сказать о каждом новом поступающем.

— Нет-нет, я имела ввиду, что вам все чуждо, вы же только недавно вернулись на родину…

Я заскрипела зубами, но сдержалась. Тут теперь каждая собака знает о способе каким я попала в этот мир?

— Простите, я понимаю, что не должна о таком говорить, но я знаю про вас, так уж вышло. И вашу ситуацию. Вы такая смелая!

Я моргнула. Все же не пойму. Она дура или только притворяется? По сути, она мне почти нахамила, назвав меня чужой этому миру. Но с другой, отвешивает комплименты с таким лицом, которому хочется верить…

— Учитывая то, кем является ваш жених, я не удивлена вашей осведомлённости, — бросила я, разглядев Рударка, который спешил к нам от башни.

Мне показалось или блондинку передёрнуло?

— Можно? — повторив вопрос блондинки, спросил Рударк.

Я ответить не успела.

— Конечно, присаживайся, — мило улыбаясь пригласила девушка.

Я прикрыла глаза. Сейчас возле нее опять клуб почитателей соберется и спокойствия до самого появления преподавателя не будет.

Я повертела головой, выбирая другую лавочку. Хочу отсесть. Всем все равно места не хватит. Максимум еще одному человеку.

Ровно с появлением Крафея, я поднялась и не обращая внимания на резко заткнувшуюся блондинку, села на другую скамейку. Надеюсь, у нее все же хватит мозгов, не идти ко мне.

Хватило. Ну слава богу!

Я была права, полагая, что около блондинки соберутся все. Так и вышло, народ переносился к башне, оглядывался и широко улыбаясь мчался к Аэлье. Исключение составили только мои родственники. Облепив скамейку, но не присаживаясь рядом.

— Студенты! — наконец, когда собрались все тридцать человек, раздался голос нашего сопровождающего. — Разбейтесь на пары и следуйте за мной!

Как в детском саду, честное слово!

Я уже хотела позвать Ламею, как была остановлена вопросом.

— Марина, встанете со мной? — жизнерадостно спросила Аэлья, черт пойми каким чудом, оказавшаяся у нашей скамейки.

Была ли я удивлена? Еще как? Чего она ко мне привязалась?!

— Извините, но я уже попросила леди Ламею.

— Очень жаль, — явно расстроилась она, но меня это мало интересовало.

Я встала и подошла к Ламее, взяла ее под локоток.

— Идем?

— Конечно, — радостно улыбнулась она.

Мы первыми подошли к преподавателю, который смотрел на меня очень странным взглядом. Понял, что я солгала? Слышал нас? Да какая разница! Я не хочу сближаться с невестой Лейнарда. И точка. Жирная.

Учитывая, что первыми в очереди около преподавателя оказались мы с Ламеей, позади нашей пары братья, а за ними уже блондинка. Причем не с девушкой. Она выбрала себе в пару Крафея. Но я это мельком отметила, переключив свое внимание на преподавателя.

Он дождался пока все выполнят его приказ и только после этого заговорил.

— Студенты, напоминаю: мое имя лорд Дарней тан Маррад. — В упор глядя на меня произнес он. — Я декан боевого факультета, к которому на этот год прикреплена ваша группа. Приемлемые формы обращения: декан тан Маррад или архмастер Маррад.

Мужчина обвел нас взглядом и продолжил.

— Весь этот год я буду вашим куратором и именно мне вы обязаны подчиняться. Оспорить мое решение может только ректор Академии Хилт. Сейчас мы отправимся в административной корпус, где каждый из вас ознакомится с договором, подпишет его, а также внесёт слепок своей ауры в базу академии. Также вам выдадут устав и правила академии, а также правила проживания на территории Академгородка. Далее произойдет распределение по жилым боксам.

Как интересно у них дома называются. Жилые боксы… Напрягает.

— Жилой комплекс для студентов нулевого уровня есть на каждом факультете, однако их расположение не на основной территории факультета, а в смежном общежитии Академгородка. Жилые боксы — это объединенные комнаты подгрупп, окрашенные в цвет факультета, за которым основная группа закреплена.

Я попыталась осмыслить эту информацию. Выходила абракадабра. Надеюсь, дальше станет понятнее.

— В каждом жилом боксе находится общая гостиная, две санитарные комнаты, бытовая комната и шесть спален. — Декан тан Маррад снов перевёл взгляд на меня. — Как вы уже поняли, в одном боксе будет проживать шесть человек. Распределение по боксам, как я уже сказал, произойдет после подписания договора. А сейчас я распределю вас по подгруппам, которых всего пять.

Несложная математика, если учесть, что всего в группе тридцать человек. Выходит основная группа — это все мы, а подгруппы, те самые шесть человек, что будут проживать в одном боксе. Интересно и как мы определимся, кто с кем жить будет?

— Первые три пары в ряду, ваша подгруппа первая, следующие три пары — вторая подгруппа…

Декан перечислял оставшиеся подгруппы, а я стояла и обтекала. Не хотела общаться с невестой Лейнарда? Шиш тебе, Марина, ты теперь с ней жить будешь в одном боксе. И чую, подгруппы эти, тоже не просто так.

— Итак, всем все понятно?

— Да, архмастер Маррад, — грохнули студенты и только я промолчала.

— Студентка, вам все понятно? — незамеченным мое молчание не оказалось.

— Да, декан тан Маррад.

— Отлично. За мной!

Стройным ручейком мы устремились за куратором. Я настолько погрузилась в свои мысли, что даже не стала разглядывать здание, в которое мы вошли. Не так я себе представляла учебу.

Откровенно говоря, я ее никак не представляла. Если учесть, что учиться не планировала вовсе. А тут слишком много событий происходит со мной, чтобы их вообще как-то систематизировать к ним привыкнуть. Только вроде приспособилась к одному обстоятельству, так не дав передохнуть, ловишь следующее.

— Присаживайтесь! — громко распорядился архмастер Маррад, а я наконец очнулась от невеселых мыслей.

Нельзя так надолго уходить в себя. Подумаю обо всем позже, перед сном.

Мы оказались в просторном зале с множеством столов и стульев. Если бы не отсутствие стеллажей с книгами, решила бы, что это библиотека.

Специально или нет, но за каждым столом красовались по шесть стульев. Я вздохнула и первой села заняла место, за мной подтянулись остальные из тех, кому предстояло жить со мной в одном блоке.

Словно по волшебству, а впрочем, почему словно? Именно магия сотворила перед каждым из новых студентов по папочке, в которой оказались «Свод правил Академии Хилт», «Правила проживания в Академгородке», «Устав Академии Хилт» и договор на имя Марьелы Ришан тер Аргхарай тер Даррак.

Вот в последний я и углубилась. Три листа с перечнем того, что мне положено, как новой студентке. Пункты, которые я должна неукоснительно соблюдать после того, как поставлю свою подпись в этом договоре.

— Марина, что вы делаете? — вдруг спросили у меня и я подняла глаза на Крафея.

— А разве не видно? Изучаю договор.

— Зачем?

— А вы что, всё подписываете не глядя?

Ответить мне студент не успел, вместо него это сделал декан.

— Стандартный договор доступен до поступления в академию и должен был быть вами прочитан ранее, поэтому сейчас вы тратите время всей группы.

— Очень жаль, но ваш стандартный договор я вижу впервые. И думаю, имею полное право ознакомиться с ним. — Я не хотела спорить, но тон, выбранный куратором, распалил меня. — И я не уверена, что буду подобное подписывать. Мне не нравится тридцать первый пункт.

— И чем же он вас не устраивает?

— Вероятно тем, что не способствует к выживанию. Где гарантия, что куратор не прикажет мне спрыгнуть с башни?

Собственно, тридцать первый пункт гласил, что я перехожу в полную власть куратора. Иными словами, подписывая данный договор, я обязана выполнять абсолютно все, что мне скажет куратор. И это мне не понравилось. Тем более я прекрасно помнила о том, что сказал декан тан Маррад, оспорить его слово может только ректор. Но пока до того ректора доберешься…

— Гарантии нет, — отозвался мужчина. — И, если я подобное вам прикажу, вы исполните в точности. Скажу лететь ласточкой, полетите ласточкой, скажу нырять в землю рыбкой, рыбкой и войдете.

Смешки заполнили зал. Я сжала кулаки.

— О чем и речь, — я не отвела своего взгляда от лица декана, по которому легко читалась оценка моих умственных способностей. — И пункт тридцать второй, который гласит, что куратор отвечает за нашу жизнь и ее сохранность, тридцать первого пункта не смягчает. Жизнь можно сохранить, но при этом остаться инвалидом или лишиться магии. Я себе подобного не желаю. И мне бы хотелось внести коррективы в договор. Я готова подчиняться и выполнять правила Академии Хилт, а также приказы куратора и преподавателей, но хотелось бы гарантии…

— Гарантии для той, у кого метка Айваны горит? — снисходительной смешок одного из студентов заставил поежиться и сбиться с мысли.

Однако отступать я была не намерена.

— Все подписали договор? — Куратор выпрямился.

— Да, — хором ответили студенты, в том числе и моя родня.

Одна я промолчала, выискивая взглядом гада, который про метку напомнил.

— И вот вам первый жизненно-важный урок. Леди Марьела какую именно корректировку вы желаете внести в пункт тридцать первый?

— Я предлагаю внести корректировку и в тридцать первый, и в тридцать второй пункты, дополнив их следующим образом. — У меня перехватило дыхание, но я смогла ровным голосом продолжить. — В тридцать первый пункт добавить, что приказы куратора не нанесут вреда жизни, здоровью и магии студента, подчинившегося приказу, а также жизни, здоровью и магии других людей. В тридцать второй пункт добавить, что куратор несет ответственность за сохранение жизни, здоровья и магии студента.

Я на мгновение замолчала, подбирая слова, а затем увереннее добавила.

— А также внести дополнительный пункт, согласно которому Академия в лице куратора, преподавателей и ректора, не несет ответственности за сохранение жизни студента, его здоровья и магии…

— Что? — декан явно опешил.

— Обстоятельства непреодолимой силы, — едва слышно ответила я, и уже громче добавила. — Как справедливо заметил один из студентов, на мне метка Айваны. И никто из Академии ХИЛТ не должен нести ответственность за мою смерть в случае, если я не исполню волю богини.

В зале воцарилась мертвая тишина. Я кожей чувствовала, как все взгляды устремились ко мне, но меня интересовал только декан Дарней тан Маррад. Что он скажет?

Ничего не сказал. Вместо этого взмахнул рукой, от чего мой договор взвился в воздух, затем мужчина что-то прошептал, и буквы пошли рябью.

— Проверяйте, все ли верно? — закончив, мне был протянут обновленный договор.

— Да, — после того, как я сверила абсолютно все пункты, включая те самые, которые хотела поправить и новый, ответила ему. — Я подписываю.

Что и сделала, пока студенты не пришли в себя.

— Итак, ваш первый урок. — После того, как я оставила размашистую подпись на бумаге, произнес куратор. — Никогда не стоит бояться оспаривать свое мнение и всегда стоит добиваться своей цели, даже если перед вами лицо, обладающее большими полномочиями. И как справедливо заметила леди Марьела, никогда не подписывайте договор, не ознакомившись с ним.

Нехорошая тишина стала. Знаете, такая, в которой отчетливо понимаешь, что тебя сейчас побьют. Нет, я может и поняла, что отчасти выпендрилась, а с другой стороны, почему они себя как бычки на верёвочке ведут? Покорные прямо смотреть тошно. Мало ли что они там дома прочли, настоящий договор вот он, перед носом, где гарантия, что там ровно тоже написано, что и в том, с которым они ознакомились дома? Должна же своя голова на плечах быть?

И нечего на меня так смотреть, словно я в жабу превратилась и у меня больше сотни бородавок на морде.

— Декан тан Маррад, позвольте спросить, — подал голос один из студентов.

— Позволяю.

— Это теперь и нам переподписывать договора?

— Вам? Нет, вас все утроило.

Вот теперь стопроцентно побьют.

Ай и черт с ними, отобьемся.

— Внимание! Сегодня у вас свободный день. Ровно сутки на то, чтобы получить учебный материал в библиотеке, ознакомиться с учебным расписанием вашей подгруппы, местом проживания, и конечно, друг с другом. — Чувствую, мне это знакомство не очень понравится. — А теперь распределение по боксам. Первая подгруппа.

Декан, так и не отошедший от нашего столика, посмотрел на мою притихшую группу, затем перевел взгляд на меня и картинно достал из воздуха папку.

— Вы будете проживать в Цветочном районе на улице Алых колокольчиков, — прочел он, — дом тридцать шестой, жилой бокс номер семнадцать. Ваши пропуска, в каждый следует запустить импульс магии. Пропуска универсальны.

Еще один взмах рукой и перед нами на столах появились броши с нашими именами.

В полной тишине каждый забрал брошь со своим именем. Я ее толком и рассмотреть не успела. Рассмотришь тут, когда на тебя куратор пялится так, словно я у него что-то украла и не признаюсь в воровстве.

Ответить мне студент не успел, вместо него это сделал декан.

— Стандартный договор доступен до поступления в академию и должен был быть вами прочитан ранее, поэтому сейчас вы тратите время всей группы.

— Очень жаль, но ваш стандартный договор я вижу впервые. И думаю, имею полное право ознакомиться с ним. — Я не хотела спорить, но тон, выбранный куратором, распалил меня. — И я не уверена, что буду подобное подписывать. Мне не нравится тридцать первый пункт.

— И чем же он вас не устраивает?

— Вероятно тем, что не способствует к выживанию. Где гарантия, что куратор не прикажет мне спрыгнуть с башни?

Собственно, тридцать первый пункт гласил, что я перехожу в полную власть куратора. Иными словами, подписывая данный договор, я обязана выполнять абсолютно все, что мне скажет куратор. И это мне не понравилось. Тем более я прекрасно помнила о том, что сказал декан тан Маррад, оспорить его слово может только ректор. Но пока до того ректора доберешься…

— Гарантии нет, — отозвался мужчина. — И, если я подобное вам прикажу, вы исполните в точности. Скажу лететь ласточкой, полетите ласточкой, скажу нырять в землю рыбкой, рыбкой и войдете.

Смешки заполнили зал. Я сжала кулаки.

— О чем и речь, — я не отвела своего взгляда от лица декана, по которому легко читалась оценка моих умственных способностей. — И пункт тридцать второй, который гласит, что куратор отвечает за нашу жизнь и ее сохранность, тридцать первого пункта не смягчает. Жизнь можно сохранить, но при этом остаться инвалидом или лишиться магии. Я себе подобного не желаю. И мне бы хотелось внести коррективы в договор. Я готова подчиняться и выполнять правила Академии Хилт, а также приказы куратора и преподавателей, но хотелось бы гарантии…

— Гарантии для той, у кого метка Айваны горит? — снисходительной смешок одного из студентов заставил поежиться и сбиться с мысли.

Однако отступать я была не намерена.

— Все подписали договор? — Куратор выпрямился.

— Да, — хором ответили студенты, в том числе и моя родня.

Одна я промолчала, выискивая взглядом гада, который про метку напомнил.

— И вот вам первый жизненно-важный урок. Леди Марьела какую именно корректировку вы желаете внести в пункт тридцать первый?

— Я предлагаю внести корректировку и в тридцать первый, и в тридцать второй пункты, дополнив их следующим образом. — У меня перехватило дыхание, но я смогла ровным голосом продолжить. — В тридцать первый пункт добавить, что приказы куратора не нанесут вреда жизни, здоровью и магии студента, подчинившегося приказу, а также жизни, здоровью и магии других людей. В тридцать второй пункт добавить, что куратор несет ответственность за сохранение жизни, здоровья и магии студента.

Я на мгновение замолчала, подбирая слова, а затем увереннее добавила.

— А также внести дополнительный пункт, согласно которому Академия в лице куратора, преподавателей и ректора, не несет ответственности за сохранение жизни студента, его здоровья и магии…

— Что? — декан явно опешил.

— Обстоятельства непреодолимой силы, — едва слышно ответила я, и уже громче добавила. — Как справедливо заметил один из студентов, на мне метка Айваны. И никто из Академии ХИЛТ не должен нести ответственность за мою смерть в случае, если я не исполню волю богини.

В зале воцарилась мертвая тишина. Я кожей чувствовала, как все взгляды устремились ко мне, но меня интересовал только декан Дарней тан Маррад. Что он скажет?

Ничего не сказал. Вместо этого взмахнул рукой, от чего мой договор взвился в воздух, затем мужчина что-то прошептал, и буквы пошли рябью.

— Проверяйте, все ли верно? — закончив, мне был протянут обновленный договор.

— Да, — после того, как я сверила абсолютно все пункты, включая те самые, которые хотела поправить и новый, ответила ему. — Я подписываю.

Что и сделала, пока студенты не пришли в себя.

— Итак, ваш первый урок. — После того, как я оставила размашистую подпись на бумаге, произнес куратор. — Никогда не стоит бояться оспаривать свое мнение и всегда стоит добиваться своей цели, даже если перед вами лицо, обладающее большими полномочиями. И как справедливо заметила леди Марьела, никогда не подписывайте договор, не ознакомившись с ним.

Нехорошая тишина стала. Знаете, такая, в которой отчетливо понимаешь, что тебя сейчас побьют. Нет, я может и поняла, что отчасти выпендрилась, а с другой стороны, почему они себя как бычки на верёвочке ведут? Покорные прямо смотреть тошно. Мало ли что они там дома прочли, настоящий договор вот он, перед носом, где гарантия, что там ровно тоже написано, что и в том, с которым они ознакомились дома? Должна же своя голова на плечах быть?

И нечего на меня так смотреть, словно я в жабу превратилась и у меня больше сотни бородавок на морде.

— Декан тан Маррад, позвольте спросить, — подал голос один из студентов.

— Позволяю.

— Это теперь и нам переподписывать договора?

— Вам? Нет, вас все утроило.

Вот теперь стопроцентно побьют.

Ай и черт с ними, отобьемся.

— Внимание! Сегодня у вас свободный день. Ровно сутки на то, чтобы получить учебный материал в библиотеке, ознакомиться с учебным расписанием вашей подгруппы, местом проживания, и конечно, друг с другом. — Чувствую, мне это знакомство не очень понравится. — А теперь распределение по боксам. Первая подгруппа.

Декан, так и не отошедший от нашего столика, посмотрел на мою притихшую группу, затем перевел взгляд на меня и картинно достал из воздуха папку.

— Вы будете проживать в Цветочном районе на улице Алых колокольчиков, — прочел он, — дом тридцать шестой, жилой бокс номер семнадцать. Ваши пропуска, в каждый следует запустить импульс магии. Пропуска универсальны.

Еще один взмах рукой и перед нами на столах появились броши с нашими именами.

В полной тишине каждый забрал брошь со своим именем. Я ее толком и рассмотреть не успела. Рассмотришь тут, когда на тебя куратор пялится так, словно я у него что-то украла и не признаюсь в воровстве.

— Можете идти. — Как только последний из нас закрепил на одежде брошь, произнес декан.

Пришлось подчиниться. Под гнетущее молчание остальных студентов мы покинули зал и главное административное здание.

Я прижимала к груди папку и думала о том, что сейчас идти в общежитие смысла нет. И вообще, странно то, что нас вот так запросто отпустили гулять по академгородку и самим искать свое общежитие, библиотеку, столовую… Опять же расписание. Где его смотреть-то? Подозрительно? Еще как! Попахивает каким-то скрытым заданием.

— Леди Марина, — окликнули меня, и я застыла.

Надо же как я втопила и задумалась, что уже у скамейки в аллее оказалась.

— Постойте, пожалуйста, — попросила Аэлья.

А я с удивлением отметила, что мои родственники взяли мой темп. Только Крафей и невеста Лейнарда чуть отстали.

— Может, будем действовать сообща? — поравнявшись со мной, спросила она. — Мы все же в одной подгруппе и жить нам предстоит вместе.

С этим было сложно поспорить.

— Я предлагаю все обсудить, — не стала противиться. — Давайте присядем и подумаем над тем, как нам быть дальше.

— Присядем? — удивилась она, — а разве не в общежитие пойдем?

Я посмотрела на блондиночку в упор, ей решать, как быть. Или принимать мое предложение, или нет. Потому что на скамейку уже чинно сели Ламея, Шалрай и Гекхар. Замешкался Крафей, но в итоге тоже сел.

Мило улыбнувшись, девушка все-таки присела. Мне пришлось опуститься рядом с ней. Единственное свободное место.

— Я не знаю как вам, а мне кажется подозрительным, что нас отпустили в свободное плаванье. Учитывая то, что все мы здесь впервые. На повестке: расписание занятий, расписание приема пищи, нужно узнать, где находится столовая, библиотека, а также наше общежитие.

— У кого какие идеи? — подала голос Ламея.

Все молчали. Шалрай и вовсе ехидно улыбался и смотрел на меня. О чем он интересно думает?

— О том, что у тебя наверняка есть план, — отозвался до этого молчащий феникс. — И ведь есть, не так ли?

— Не то, чтобы план, скорее насущная необходимость.

— Леди Марина? — позвал Крафей, и я нехотя отвлеклась от диалога с фениксом.

— Для начала я предлагаю ознакомиться с уставом и правилами. Что-то мне подсказывает, что мы обнаружим для себя много интересного и нового.

— А разве это не стоит сделать уже в общежитии? — Спросила блондинка.

— Может и стоит, — не стала с ней спорить. — Но это общежитие еще как-то нужно найти. И по пути, желательно не найти приключения на свою прелестную попу.

Блондинка даже краснела миленько. Не становилась свеколкой, и не покрывалась красными уродливыми пятнами, а становилась такой ровненькой, прехорошенькой, что аж зависть брала. Наверняка и плачет она тоже красиво.

Б-р-р, Марина! О чем ты только думаешь?

Я устыдилась.

— Хорошо, — выдохнула девушка, справившись со смущением.

Ужас какой, если она от слова попа краснеет, то, что с ней станет, когда дойдет дело до супружеского долга и брачной ночи? Так невольно Лейнарду и посочувствуешь.

Мы углубились в чтение. Как-то так вышло, не сговариваясь, что моя родня начала изучение с разного.

Я взялась за Устав Академии ХИЛТ, Ламея углубилась в правила проживания в общежитие, Шалрай, судя по цвету книжечки, знакомился с правилами приема пищи, а вот Гекхар знакомился со «Сводом правил Академии ХИЛТ».

Вообще, стоило бы поразиться тому, что у меня на руках имелось два устава. Все-таки устав — это и есть свод правил.

Но углубившись в чтение я поняла одну потрясающую вещь и решила свериться со вторым сборником. Так и есть.

— Надо же, — я обратилась к фениксу, — Устав Академии Хилт предназначен только для новичков. В то время как «Свод правил» относится ко всем студентам.

— Ничего удивительного, думаю, что и на первом курсе первой ступени, вы получите нечто такое же.

— Согласна. Разумно.

Больше я не отвлекалась, стараясь мысленно запомнить те места, которые нам пригодятся при обсуждении и распределении обязанностей. А то, что мы их поделим — я не сомневалась.

Для изучения всех материалов, откровенно говоря, беглого изучения, внимательнее я все прочту уже в своей комнате, мне потребовалась около сорока минут.

Раньше всех справился Гекхар и давая нам время, сам отгонял назойливых студентов, которые вместо того, чтобы выполнять распоряжение куратора, стояли недалеко от нас и пытались вызвать меня на драку. Почему именно меня? Ну, потому что все шуточки были адресованы именно мне. С меткой Айваны была только я. Так что сомневаться не приходилось.

Драка, кстати, правилами академии не поощрялась, однако и не была запрещена. Было несколько видов, которые студенты могли использовать для разрешения конфликта. Магическая дуэль, правда, только с разрешения куратора, и испытание на доказательство силы, в котором участники одновременно начинают прохождение полосы препятствий без применения магии, а пришедший первым к финишу объявляется победителем.

А вот за обыкновенную драку без применения магической силы всем зачинщикам назначалась отработка. Какая именно зависело от воли куратора.

— Я закончила, — произнесла я, оглядывая своих товарищей по несчастью. — Гекхар, иди к нам.

Парень давно отошел от скамейки и с лицом, словно был соткан из арктического льда, вежливо посылал желающих подначить меня, пообщаться с Аэльей поближе, по неизменному маршруту — в тундру.

Глава десятая

— Марина, ты его просто по имени назвала, — отозвался в моей голове Феликс.

— !.. — непечатно выругалась я. — Забыла совсем и что теперь?

— Ничего, — посмеиваясь заявил феникс. — Он же твой брат по крови, так что имеешь право.

— Ну и к чему ты меня тогда одернул?

— Чтобы впредь не забывала, что в твоей группе не только родственники. И вот они, кстати, даже братья, согласно твоему новому статусу фамильярничать права не имеют.

— Поняла, спасибо.

— Да, леди Марина, — отозвался Гекхар и наградил задумчивым взглядом.

Блин, мою оплошность не только заметили, но и явно взвесили на невидимых весах. Только о выводах с жаждущей не поделятся. Черт его знает, что там за тараканы в голове Гекхара.

— Если не возражаете, то я начну. — Предложила всем, когда братец сел на скамейку.

— Никаких возражений, — ответил Крафей.

— Тем более вы, леди Марина, были правы, — пропела Аэлья. — И насчет общежития, и насчет приключений.

На последнем слове она запнулась и опять покраснела.

Мое внимание привлекла группка студентов, стоявших в тени деревьев, но пока к нам не приближающихся. Уверена. Ре будь здесь Аэльи, и они пошли бы в наступление. Следовательно, от блондинки пора избавляться, как и распределить обязанности. Чем раньше те идиоты выплеснут свое негодование. Тем быстрее мы закончим заселение и прочие радости.

— Итак, для начала, в каждой подгруппе обязан быть лидер. Именно ему предстоит отчитываться за всех членов первой подгруппы перед куратором и преподавателями. А также комендантом общежития. Сразу оговорюсь, свою кандидатуру не предлагаю.

— Почему, леди Марина? — удивилась Ламея.

— У меня множество недостатков: я не знакома с этим миром и его ценностями, а также традициями, не терплю авторитетов, часто выражаю свое мнение даже там, где оно не требуется, не люблю быть обязанной и не терплю навязанной ответственности. Еще я жестка и для достижения цели могу использовать любые методы…

— Как и любой другой высокий лорд или высокая леди, — со смешком сообщил Крафей. — Простите, леди Марина, продолжайте, пожалуйста.

Высокий лорд и высокая леди? Это чего за зверь?

— Это члены великих родов, — выдохнул Феликс. — Их еще сокращенно называют высокими лордами лили высокими леди.

— Понятно, спасибо. — Ответила своему иллами.

И переключилась к ребятам.

— Но самый главный мой недостаток в том, что на мне метка Айваны и гарантии в том, что я продолжу обучение с вами, я дать не могу. Следовательно, и быть лидером подгруппы я также не имею права.

Я сделала паузу, давая всем подумать и только после продолжила.

— Времени на то, чтобы досконально познакомиться с каждым из вас и изучить характеры, у нас нет. Я уверена, что половина подгрупп не справится с заданием, возложенным на нас сегодня куратором. Успеть сразу и в стольких направлениях, практически нереально, особенно, если лидера еще нет. А потому, я предлагаю простенькое решение.

— Какое? — отозвался Шалрай.

— Я задам три вопроса и попрошу каждого из вас ответить на него честно, но для начала, есть ли еще те, кто не хочет быть лидером подгруппы?

Ответом мне стала тишина. Понятно. Какие все мега ответственные!

— Супер, значит первый вопрос. Отвечать нужно только «да» или «нет». Кто-нибудь из вас хоть раз в жизни предавал близкого человека?

— Нет, — уверенно ответил Крафей.

— Нет, — отозвались Ламея и Гекхар одновременно.

— Нет, — выдохнул Шалрай.

— Да, — едва слышно выдохнула блондинка и опустила голову.

Ничего себе черти на дне ее омута!

Я поднялась со скамейки, чтобы лучше видеть лица ребят и не пропустить нужную для меня реакцию.

— Вопрос второй: кто-нибудь из вас хоть раз лгал близкому человеку?

— Да, — также тихо ответила Аэлья.

— Нет, — ответил Гекхар.

— Да, — Ламея и Шалрай.

— Нет, — уверенно заявил Крафей.

— И третий вопрос: кто любит морковку?

— Я люблю, сладкую, — улыбнувшись, отозвалась Аэлья.

— Только не вареную, — запротестовал Гекхар.

— Люблю, — сообщил Крафей.

— Не ем, — скривился Шалрай.

— Только если с сахаром, — наконец ответила Ламея.

— Подождите, — вдруг выдохнул Крафей.

— А причем тут морковь? — уже хором спросили ребята.

До них наконец дошла абсурдность вопроса, и я позволила себе улыбку.

— Этому фокусу меня научил один старый и мудрый человек, — сторож на складе, где я подрабатывала грузчиком. — Так вот его суть в том, чтобы задать два важных вопроса, а последний должен быть неожиданным и наблюдать за реакцией собеседников. Я могу точно сказать, что предельно честными были только двое из вас. И вот их я и предлагаю на роль лидера в нашей группе.

— И чего же вы добились своим фокусом? — Спросил Крафей.

— К примеру того, что вы, лорд Крафей, очень амбициозны и горите желанием себя показать, а также то, что вы не дали честного ответа ни на один из вопросов. Значит, вам, как и мне, присуще достигать своих целей любыми методами. И это неплохо, я не берусь вас судить, только для лидера группы такие качества все-таки не годятся. Как и игривость лорда Шалрая, и скрытое нежелание быть лидером леди Ламеи.

— Значит, вы предлагаете выбирать из двух? Лорда Гекхара и леди Мариэль?

Я и забыла, что блондинка всем именно так представилась.

— Верно, — на лице блондинки крупными буквами читалось «Меня?».

— Честными были двое. Лорд Гекхар и леди Мариэль. Какой бы горькой не была бы правда, лидер должен быть откровенным со своей группой и понимать весь груз ответственности за совершенные поступки.

Собственно последнее я четко увидела именно в блондинке. И почти ей посочувствовала. Но тут же себя одернула. Я не хочу к ней привязываться. Все мы в своей жизни и лгали, и предавали. Хотя бы один раз. В детстве, как минимум. Абсолютно непогрешимых людей не существует. А уж в их мире и подавно. Тут главное то, какой вывод мы сделали из случившегося и как станем поступать в будущем.

— Перейдем к голосованию? — мрачно спросил лорд Крафей.

— Давайте, — отозвалась Ламея.

— Что ж, мой голос за лорда Гекхара, — подмигнув мне, сообщил Шалрай.

— За леди Мариэль, — выдохнул Крафей.

Ламея явно ждала моего решения. Я понимаю, что мы родственники, и наверно, от меня ждали, что я проголосую за Гекхара, однако…

— Мой голос за леди Мариэль, — у блондинки такой статус, что обижать ее точно никто не станет.

А учитывая всю амбициозность и самостоятельность членов нашей группы, то проблем с выполнением заданий быть у нас не должно, даже если блондинка как лидер окажется никакой.

— За леди Мариэль, — эхом повторила Ламея.

Аэлья уставилась на меня как баран на новые ворота. Видимо, она тоже считала, что я пойду за семьей.

Но добил ее голос Гекхара.

— Я тоже за леди Мариэль.

— Почти единогласно, — подвел итог Крафей, — извините, леди Мариэль, но ваш голос уже ничего не решает.

— Благодарю за оказанное доверие, — выдохнула девушка и улыбнулась.

Ярко, лучисто и очень по-доброму.

— Обещаю сделать все, чтобы наша подгруппа считалась лучшей.

И почему-то ей хотелось верить.

В следующий момент брошь на ее плече заискрилась и сменила форму. Теперь она была большой буквой «Л» в центре которой ярко переливалась всеми цветами радуги цифра один.

— Как красиво, — заметила Ламея.

— Очень, — согласилась с ней.

— А ты хитрая, — со смешком отозвался в моей голове иллами. — Настоящий серый кардинал.

— Почему?

— Не захотела с ней жить.

— Я и так с ней жить буду, — буркнула, понимая к чему он клонит.

Все-таки правила проживания в общежитии мы читали вместе.

— Но не в смежных комнатах. — Рассмеялся феникс. — Только одна комната практически изолирована от остальных, и это комната лидера. А вот тебе и Ламее придется жить очень даже рядом. Буквально нос к носу. К тому же, такому повороту обрадуется Лейнард и его семья. Невеста лидер подгруппы и ей оказывают уважение согласно ее статусу.

— Думай, что хочешь. Но она реально лучший из возможных вариантов. Особенно если учесть ее статус.

— Вот именно.

— Хотя мне все равно не ясно, дура она или просто очень честная и открытая?

— Вот и узнаешь.

— Придётся, — со вздохом согласилась с ним.

Пока я переговаривалась с фениксом, новоиспечённый лидер распределял обязанности.

— Я отправлюсь за учебными материалами для всех нас. Согласно моей новой должности, — щечки блондинки порозовели. — Отказать не посмеют.

Вау! А в голосе даже металлические нотки присутствуют. Девчонка явно привыкла брать свое. Впрочем. Если она леди первого великого рода света, то и не удивительно. Интересно, какой у нее иллами?

— Феникс Света, Риша, — отозвался мой иллами. — Великие рода отличаются магией, но хранителями — нет. Первый род традиционно хранит фениксов. Тьмы, Света и Стихий.

— Вот оно как…

— Именно, а теперь не отвлекайся.

— Леди Марина, вы не откажетесь заняться общежитием?

— Нет, не откажусь, — ответила Аэлье, — а еще предлагаю вам взять с собой кого-то из парней, а лучше двоих. Учебники на пять студентов донести одной будет сложновато. Даже при помощи магии. К тому же, пока вы будете заняты в библиотеке, ваши помощники справятся с расписанием приема пищи и учебным расписанием.

— Отличная мысль, главное книгохранилище находится на территории академии, а там и административный корпус и естественно, столовая для студентов. — Тут же согласилась Аэлья. — Лорд Крафей и лорд Гекхар, не согласитесь ли…

Договорить ей было не суждено.

— Доброго дня студенты, — Лейнард появился неожиданно и оборвал фразу своей невесты. — Прошу прощения, мне необходим ваш лидер на пару слов.

Скривилась, почувствовав, насколько горд новым назначением Аэльи Лейнард. Не знаю почему, но мне было неприятно. Как будто это лично его заслуга.

Они отошли, а я вернулась к нашим баранам, то есть к обязанностям.

— Так, ребят, подробную карту Академгородка можно получить в административном здании при предъявлении пропуска. Вектора каждой портальной башни указаны в методичке «нулевиков», как и сказал наш куратор, нам придется их задавать самостоятельно и обучать прицельно никого не станут.

— Это не сложно, — тут же подбодрила меня Ламея, — не сложнее, чем послать импульс магии.

— Замечательно, — выдохнула я, косясь на отошедшую парочку.

Странно, но Аэлья счастливой не выглядела, хотя продолжала улыбаться.

Так, Марина, соберись! Нечего подглядывать за влюбленными. А то, что Лейнард влюблен, невооруженным взглядом видно. Аэлья наверняка тоже, просто стесняется.

— Я беру общежитие на себя и все, что будет касаться нашего быта, а также питания на сегодняшний день. Леди Ламея и лорд Шалрай мне помогут.

— Питания? — парни уставились на меня, как на дурочку. — Мы же студенты, нас покормят в столовой академии…

— Что-то я в этом сомневаюсь, особенно, если учесть, что нас на сутки предоставили самим себе. Уверена, все будет не так просто.

— Интуиция? — вдруг уважительно протянул Крафей.

— Она родимая, — я улыбнулась.

— Леди, кто именно? — вдруг раздался голос Лейнарда.

Они с Аэльей подошли неслышно.

— Лорд Крафей и лорд Герхат.

— Студенты, прошу за мной. Я провожу вас в книгохранилище.

— Прошу прошения, а это разрешено правилами? Помощь старших товарищей «нулевикам» в их первый день в академии? — Я была просто обязана это спросить.

— Леди, запретов тоже нет, — усмехнулся мужчина и взял под локоток Аэлью. — За мной.

— Леди Марина, я рассчитываю на вас, — с чувством произнесла блондинка и послушна зашагала рядом со своим женихом.

За ними потрусили ребята… А я обалдела от сценки. То есть помогать он будет только своей невесте. Оно и понятно. Все же своя рубашка ближе к телу, но тогда чего не вызвался помочь сразу и со всем?! Р-р-р!

— Идемте за картой, — отмерев, выдохнула я. — Нам еще Цветочный район искать и улицу Алых Колокольчиков.

— Я сам сбегаю, — предложил Шалрай. — Возьму сразу на всех.

— Нет, мы пойдем вместе, — мрачно оглядев аллею, заявила я. — Мало ли что, мало ли кто… Лучше держаться рядом, во избежание приключений.

Удивительно, но несмотря на то, что группки студентов все еще околачивались рядом с нами, никто ничего не сказал и не попытался вызвать нас на драку.

Я, конечно, предполагала, что виной всему появление лорда Лейнарда, однако хотелось верить, что дело все-таки не в нем.

Впрочем, глупо отрицать очевидное. Народ разом вспомнил, какому роду я временно принадлежу и, наверное, понял, что даже своими игрушками, этот пресловутый род делиться не захочет. И может за провокацию настучать по голове.

Мы беспрепятственно прошли в административное здание, нашли нужный холл, где находился огромный стенд со всякими раздаточными материалами, в том числе и с картами Академ городка.

Шалрай ухватил последнее в количестве пяти штук. Но я решила картами не ограничиваться, все-таки не просто так здесь столько брошюр? Авось пригодятся?

Также без приключений мы вернулись на улицу и стали проглядывать карту.

— Что-то я не поняла… — протянула я, разглядывая карту. — Почему заполнена треть северной части, главная площадь и немного северо-востока и северо-запада? А где все остальное? Там что, резко лес начинается? Сразу в двух направлениях?

— Леди Марина, там находятся две другие Академии, — шепотом произнесла Ламея. — Это их территория, поэтому на наших картах нет расположений их зданий.

— Точнее есть обозначения улиц и районов, — на карте проявились названия, да вот только тут же красной линией шло: запретная территория.

— Я сейчас правильно поняла, что Академгородок принадлежит сразу трем академиям? Простите, а как это вообще? Страны-то разные…

— Леди Марина, Академгородок — это крупнейший торговый город, где проходит граница по трем направлениям. Это не просто название административной территории, здесь живут люди, маги… На главной площади находятся три посольства… С трех сторон территорию Академгородка омывают три океана, а с четвертой, северной стороны берет свое начало Великий лес…

— Подожди, получается, что Академгородок — нейтральная территория? И если я правильно понимаю, то каждая академия, на самом деле и не здесь находится? — голова пухла, но я была упряма и желала все-таки знать наверняка.

— Верно, а от каждой стороны назначен наместник, или, как их здесь называют — мэрлэ.

Мы с ними обязательно познакомимся на балу в честь нового учебного года.

— Где? — не поняла я. — На каком еще балу? Он что, еще и совместный с другими академиями будет?

— Нет, — покачала головой Ламея, — он не совместный. Бал для каждой академии проходит в определенный день, но в одну неделю — она называется Рассветной. И будет через две недели. Обычно для Академии ХИЛТ назначают предпоследний день Рассветной недели.

— Просто в академию на праздник пригласят всех мэрлэ, — заметил Шалрай.

— Вот оно что… — выдохнула я. — Как все запутано.

— На самом деле ничего сложного, — заметила Ламея, — вы обязательно со всем разберётесь, а мы поможем.

— Спасибо, — а что еще сказать?

Я как-то вообще не ожидала, что этот городок не административная единица академии, а важная граница для всех трех стран.

Если этот город с трех сторон омывают три океана, а с четвертой стороны непроходимый лес, не зря же его назвали Великим, то выходит, что территория Академгородка — это полуостров? Как, например в России Кольский полуостров? Правда, его моря омывают, но не суть важно…

Вопрос в том, а почему именно это место выбрали академии? Чем оно так особенно, помимо того, что это главная торговая точка? Кстати, тоже странность, кто ж в главных торговых городах академии устраивает?

— Здесь находится центр трех спиралей этого мира, Риша, — произнес Феликс. — Это уникальное место, единственное в этом мире.

— Каких спиралей?

— Их еще можно назвать ядром магического мира. Только их три, и они обволакивают Тантерайт с трех сторон, а здесь находится точка пересечения для всех трех спиралей.

— И видимо, это что-то означает?

— Конечно, огромная магическая энергия, люди, живущие на такой территории, реже болеют, дольше живут, а еще маги, которые только начинают развивать свой дар, получают куда большую подпитку…

— Иными словами, растягивают свой резерв? Он становится больше, чем мог быть, если бы не центр пресечения трех спиралей?

— Да, а также повышается способность к регенерации, контролю собственным даром и повышает уровень развития иллами…

— Вот оно как, я надеюсь, что на подготовительных курсах мне об этом расскажут подробнее.

— Расскажут, да и я тоже расскажу. Тебе и так нелегко всю неделю было, чтобы еще знакомиться с географией и особенностями мира.

— Ты прав, мне было некогда… Но, наверстаем, мы обязательно все наверстаем.

Мой иллами тихонько рассмеялся.

— Ты удивительная, Риша, мне с тобой повезло.

— Вот даже не знаю, — фыркнула я. — Мне кажется ровно наоборот — это мне с тобой повезло.

— Взаимно, — совсем развеселился Феликс.

— Так, ребята, Цветочный район находится ближе всего к главной площади, — вот он, я указала пальцем на карте, — улица Алых Колокольчиков третья, ближайшая к ней башня переноса — вот.

— Сверимся с вектором? — предложил Шалрай.

— Обязательно, — кивнула я. — Не хотелось бы, чтобы нас занесло на чужую территорию.

— А я бы хотел, — мечтательно произнес братец, — какого бы шороху я там навел.

— Шороху, — я невольно прыснула, — боюсь, в одиночку ты там бы не шороху навел, а устроил бы себе внеплановый отдых — на врачебной койке.

— Какой? — не понял он.

— Целительской, лекарской, — поправила себя. — В лазарете. Боюсь знакомство с магами другой направленности добром бы для тебя не кончилось.

— Это мы еще посмотрим! — запальчиво возразил он.

— Даже не собираюсь смотреть. Будь внимательным, пожалуйста. Леди Ламея, и вы тоже…

Сама же я разглядывала закорючку, которую должна буду повторить своей магией. Сложно, она вроде бы не выглядела, запятая с палочкой. Но я все равно решила, сначала потренироваться, порисовав в воздухе магическими потоками. А если проще, то своим туманом.

Только после того, как результат мне понравился, я прошла к красному столбу, у которого меня ждали ребята. Никто из них, кстати, комментировать мою тренировку не стал.

А вот мимо проходящие студенты посмеивались. Ну и черт с ними.

— Идем? — спросила Ламею и Шалрая.

— Мы готовы, леди Марина, — хором ответили они. — После вас?

— Да, я буду первой. — Вздохнула и решительно приложила руку к башне.

У меня обязательно все получится.

Переход дался легко и когда реальность изменилась, а я поняла, что уже не нахожусь на аллее, а стою в небольшом переулке, почти тупике, сделала несколько шагов назад от столба и огляделась.

А вообще молодцы маги, специально сделали такие столбы чуть поодаль от оживленной дороги улиц, а то так появишься в середине, а тебя снесут люди или того хуже, машины или другое какое транспортное средство.

Красивая вывеска, гласившая, что я на улице Алых Колокольчиков, заставила меня улыбнуться.

Все получилось! И я уставилась на столб, ожидая своих родственничков. На миг столб зарябил и там, где недавно стояла я появился человек. Вот только это были не мои одногруппники!

Длинные, светлые волосы собраны в хвост на затылке, плащ с серебристой вышивкой, явно указывал на высокий статус незнакомца, слишком уж дорогим показался.

Интересно, почему мне его лицо знакомым кажется?

— Темная! — увидев меня, выдохнул он и яростно сжал кулаки. — Как ты посмела прийти на нашу территорию?!

Глава одиннадцатая

— От столба отойди, светлый, — посоветовала я. — Мешаешь людям.

И говорила чистую правду, столб мигал, показывая, что есть те, кто желают совершить переход.

— А еще лучше глаза открой и оглянись, это ты на нашей территории.

— Но как же? Это же улица Красных Колокольчиков!

— Алых… — поправила его.

И задумалась, надо же, у нас и улицы созвучны.

Парень отошел, и заторможенно огляделся. Весь его запал сдулся. А уж когда он увидел Ламею и Шалрая, вовсе, кажется, растерялся. Правда, явно был настроен на драку.

— А кто это у нас тут? — расплываясь в широкой улыбке, произнёс Шалрай. — Птенчик залетел?

— Ребята, отойдите от столба, — вздохнула я, не желая вступать в перепалку. — Пусть возвращается к себе.

— Как это? — возмутился Шалрай. — Он нарушил правила!

— Случайно попал на территорию Академии Хилт, и что? — я смотрела на братца. — Предлагаешь побить его?

Светлый напрягся и встал в стойку. Ух ты, он реально думает, что мы с ним сейчас драться будем?

Нет, ну где же я его видела? Лицо реально казалось очень знакомым, правда не настолько заносчивое как у…

— Блондинчик! — осенило меня. — Ты случайно не сын лорда Картанса?

— Похож, — согласилась Ламея.

А наш незнакомец неуверенно кивнул.

— Теперь мне его еще больше побить хочется, — признался Шалрай и сделал шаг к блондину, но я схватилась за его плечо.

— Не стоит, — ледяным тоном отчеканила. — Не стоит уподобляться его отцу и бить слабых.

— Кто это здесь слабый? — прошипел парень. — Нападайте! Я преподам вам урок!

— И спеси столько же, сколько в отце. — Я подошла ближе к парню. — Нелегко же вам придется, с таким-то характером. Лучше поблагодари и свали уже с наших глаз.

— Поблагодарить? — прошипел он. — Да как ты смеешь со мной так разговаривать!

— Вы, — холодно поправила его и в следующий момент врезала по надменному лицу под одобрительный хмык своего иллами.

Хороший удар получился, парень увернуться не успел, и покачнулся. Правда на своих ногах удержался.

— Ты не в том положении, чтобы права качать. И уж тем более фамильярничать. Род, которому я принадлежу, выше твоего, светлый. Поэтому будь добр, закрой рот, пройди к столбу и наконец начерти правильный вектор!

— Леди Марина. Мы обязаны доложить о несанкционированном вторжении, — тихо произнесла Ламея.

— Я не припомню подобного в правилах. К тому же, должник среди светлых мне не помешает. За вами долг, не так ли, лорд Картанс?

Парень едва сдержался, чтобы не сказать грубость. Даже удивительно, что смог себя пересилить.

— Мы еще встретимся, леди Марина, — рыкнул он и решительно прошел к столбу.

— Непременно, — согласилась я. — О долге я вряд ли забуду.

Столб вспыхнул, светлого и след простыл.

— А ведь вам теперь должен не просто он, а весь его род, — вдруг заметил Шалрай.

— Знаю, — на самом деле, на то и был расчет. Спасибо моему иллами, который в ускоренном темпе объяснял мне, чем чревата драка со светлым и наоборот проявленное благородство с моей стороны.

Ударить паренька тоже Феликс велел.

— И что-то мне подсказывает, что это очень даже неплохо.

— еще бы, леди Марина, — фыркнула Ламея.

Мы переглянулись и рассмеялись, Шалрай присоединился к нам.

— Вот вам и без приключений, — подытожил парнишка. — Леди Марина, куда сейчас?

— Сейчас? Искать тридцать шестой дом и заселяться.

С некоторой опаской мы покинули место переноса и выглянули на улицу.

Первое мгновение я была ошеломлена контрастом. Ощущения были такими, словно ты из глухой деревеньки внезапно оказался в столице.

Запоздало пришла мысль, что место, где стоит столб не только защищено уединенностью тупика, но и магическим куполом. Потому что в него проникала лишь малая толика звуков. Улица оказалась очень оживлённый и пропитанной множеством запахов. От удивительного сдобного аромата, приправленного карамелью и корицей, до специфического, этакой смеси машинного масла и книжной плесени. Забавно, но ароматы улицы не отталкивали и не вызвали отвращение. Наоборот, они как-то гармонично сплетались друг с другом, что мы все замерли и жадно вдыхали воздух.

Улица была широкой, добротной, с тротуарами и главной дорогой, по которой, резво неслись экипажи. Мне было чуждо видеть лошадей, запряженных в карету, но здесь это был способ передвижения. Помимо мгновенного переноса с помощью столбов.

Яркие здания, выкрашенные в алые оттенки, радовали глаз витринами со множеством товаров… Чего тут только не было! Глаза буквально разбегались, а во рту появилась вязкая слюна.

А у меня нет денег!

— Почему же? — кашлянул Шалрай, а я недоуменно на него уставилась. — Все покупки, которые вы пожелаете сделать, необходимо записывать на счет рода. Здесь так принято.

Мысленно отвесила подзатыльник, это насколько же я задумалась, что вслух говорить начала?

— Спасибо за информацию, — поблагодарила брата. — Давайте оглядимся, а ближе к нашему дому закупим продукты.

— Продукты? — удивилась Ламея. — Зачем? Здесь есть таверны, в которых мы сможем пообедать и поужинать.

— Если бы все было так просто, то сомневаюсь, что в нашем боксе была бы бытовая комната. Что-то мне подсказывает, что это самая настоящая кухня и готовить нам придётся самим.

Ребята промолчали. То ли оставили свои сомнения при себе, то ли просто не стали спорить.

— Так, идем, и пожалуйста, давайте не разбредаться. Наша задача — искать вывески с номерами домов.

— Как пожелает леди, — галантно подав мне и Ламеи руку, произнес Шалрай.

Я едва подавила желание потрепать его по смоляным кудрям. Вот ведь паяц. Еще и подмигивает!

Мы блуждали по улицам, жадно разглядывали витрины, прохожих, прислушивались к чужим разговорам и безуспешно искали наш дом.

Складывалось впечатление, что Академгородок — это несколько городов в одном городе. Настолько огромными были улицы. А если учесть, что это еще и один район, а таких районов, судя по карте, еще десять… Голова шла кругом. Но нам нравилась эта прогулка. Мне так точно, а мои спутники недовольными не выглядели.

Шалрай даже сумел удивить, попросив подождать его немножко, вернулся к нам с угощением, любовно завернутым в бумагу. Горячая выпечка чем-то напоминала шаурму, правда выглядела куда благородней. Словно бы версия из супердорогого ресторана.

Мы остановились под навесом одного магазина, и принялись за угощение.

— Он точно побежал туда! — раздалось позади. — Мы обязательно его поймаем.

— Точно поймаем!

Мимо нас пронеслись студенты. Правда я не поняла, такие же нулевики, как и мы, или все-таки постарше?

— Интересно, кого они ищут? — спросила Ламея.

Я пожала плечами. Мне как-то не очень интересно.

— Ошибся! Вот ведь скользкий уж! — опять мы услышали те же голоса. — Куда он мог деться?

— Крысеныш…

Невольно повернулась к говорившим, но кроме спин ничего не увидела. Невольно посочувствовала тому «крысенышу», чем-то он этих здоровяков достал.

— Давайте воспользуемся советом лорда Лейнарда, — доев произнесла я. — Попросим помощи у старших.

— У этих? Ищущих? — скривился Шалрай.

— Нет, у продавцов. Уж они-то должны знать, где и какой дом находится. Мы и так задержались. Расслабились.

Я вздохнула. Гулять понравилось. Но делу — время, а потехе — час. И мы его уже потратили.

— Постойте тут, — предложил Шалрай. — Я сам все разузнаю.

— Хорошо, — согласилась с ним, — только карту возьми и карандаш, пусть тебе прямо на карте отметят короткий путь.

Вообще, карта мало помогала. Да, она указывала на улицы, номера домов, их расположение, но вот чего она не показывала, так это то, что на пути могут встретиться торговые прилавки, которые напрочь закрывали обзор!

— Будет сделано, леди Марина.

— А я бы еще чего-нибудь съела, — тихонько выдохнула Ламея.

— Сходи, возьми себе что-нибудь, ты ведь тоже можешь на счет рода записывать?

— Могу, только у меня лимит меньше, чем у лорда Шалрая.

Лимит!

Мать его, а лорд Лейнард когда мне желал о таких тонкостях рассказать?

— А как узнать, каков лимит? — сглотнув, спросила я.

— Глава рода сообщает…

Залюбись по вертикали! Мне, между прочим, никто и ничего о таком не рассказывал. Марс в том числе.

— У наследников рода он неограничен, как и у первенцев главы рода… — тихонечко сообщила Ламея.

Так, понятно почему Марс ничего не сказал, но Лейнард? Каков у меня лимит и какая вообще денежная единица в этом мире?!

Так ладно, вдох-выдох, Риша, ты во всем разберешься.

— Иди, я буду здесь, — поторопила девушку, которая явно поняла, что ее информация меня не очень обрадовала.

Да что там, я злилась.

Отвернулась от оживлённой улицы, буквально уткнувшись носом в балку навеса. Я бы и в уголок забилась, чтобы не пугать народ своей озверевшей рожей.

Да что там, я злилась.

Отвернулась от оживлённой улицы, буквально уткнувшись носом в балку навеса. Я бы и в уголок забилась, чтобы не пугать народ своей озверевшей рожей.

Бесит все! Вот просто бесит все! Лейнард мог бы прежде, чем утаскивать свою невесту и со мной поговорить. Хоть немного в курс дела ввести. Козел брюнетистый.

Я разглядывала стену и небольшую нишу в ней, и что-то мне в ней казалось странным.

Я так сразу и не поняла, чего напряглась и чего же мне кажется неправильным. Бездумно подошла ближе, даже рукой провела и… тут же отскочила.

Потому что там прятался кто-то живой.

«Крысеныш, видать тот самый» — тут же подумала я и вновь посмотрела на нишу.

— Ты, — одновременно выдохнули мы с лордом Картансом младшим, когда наши взгляды встретились.

Выглядел он, откровенно жалко. От его пафосного плащика, можно сказать, что осталось только воспоминание. Местами порванный, местами грязный, да и сам белобрысый воинственным не выглядел.

— Он где-то поблизости! — донеслось из-за спины. — На этот раз не уйдет.

Топот множества ног заставил меня вздрогнуть. Это чего же, студенты гоняют светлого как зверька? А он почему-то защититься не может и прячется…

— Как крысу, — подсказал Феликс.

— От этого нелегче, так же нельзя.

Иллами мудро промолчал. А я ухватилась за свою карту и нервно перелистала ее. Так, я нахожусь здесь, ближайший столб в пяти метрах от нас.

— Руку давай, — рыкнула блондинчику, тот заторможенно схватил мою ладонь.

Пока он не опомнился рывком выдернула его из ниши и закрыла собой. Еще не хватало, чтоб нас увидели.

— Плащ снимай, — потребовала я, одновременно снимая свой.

Пришлось еще с брошью повозиться, все же отдавать свой пропуск я точно не собиралась.

То ли парень устал от бесконечного бега, то ли просто смирился с моей властностью, но перечить он не стал и даже тихо поблагодарил, когда я накинула на его плечи свой плащ и натянула капюшон.

— Пошли! — ухватила его за руку и поволокла в направлении столба. — Тебе нечего здесь делать.

Короткими перебежками, воровато оглядываясь, я завела парня в очередной тупичок, где находился столб переноса и наконец выдохнула. Кажись слежки нет.

— Давай, возвращайся к себе, сумасшедший.

— Да не получается! — в сердцах воскликнул парень. — Каждый раз выплёвывает на территорию темных!

— Что значит не получается? — опешила я.

— То и значит!

Честное слово, мне показалось еще чуть-чуть, и этот мальчишка расплачется. Впрочем нет, показалось, он магию в кулак собирал.

— С ума сошел! А ну прекрати! Еще почуют твою магию и набегут…

— Полагаю именно так его и выслеживали, — подал голос Феликс.

— Идиот, — рыкнула я. — Показывай вектор! Вдруг ты просто напутал!

— Еще чего! Чтоб я сдал темным наши вектора!

— Да мне и даром ваши вектора не сдались! Но сам ты к своим попасть не можешь! Значит напутал в символах.

— Ничего подобного!

— Хватит препираться, показывай! — я схватила парня за локоть и не сильно тряхнула. — Иначе мы вдвоем встрянем. Сколько твоим преследователям понадобится времени, чтобы понять, что ты у столба? Хочешь быть отбивной грушей?

Последний аргумент подействовал. Нехотя мне развернули свою карту и тыкнули в место, где обозначался вектор для улицы Красных Колокольчиков.

— Ничего не понимаю, он такой же, как у нас. — Разглядывая закорючку с палочкой, произнесла я. — Но это же бессмысленно!

— Такой же? — упавшим голосом переспросил паренек. — Вы уверены?

Я снова посмотрела на закорючку. Даже приблизила к лицу, чтобы точнее рассмотреть, когда до нас донёсся рев.

— Он тут! Крысёныш здесь!

— Все сюда!

— !.. — сказала я и нервно сжала страницу карты.

В панике снова опустила взгляд на странную закорючку. Да быть не может такого, чтоб у нас одинаковые символы были! Это нелогично, раз нам прямо запрещено бывать у друг друга на территории! В академии же не идиоты сидят!

И тут два варианта, либо этому мальчишке подсунули бракованную карту случайно, либо не случайно.

И что делать?!

— Марина, посмотри магическим зрением, — вдруг велел феникс.

Естественно, я послушалась и снова выругалась. Сволочи. Судя по всему, ни хрена не случайно. Это у них какая-то проверка. Потому что глядя на карту магическим зрением, над палочкой у закорючки появляется жирная точка!

И когда бы мальчишка понял, что надо магическое зрение использовать? Учитывая, что петлял как заяц от злых темных?

А времени все объяснить Картансу нет. Потому что даже я уже вижу здоровяков с перекошенными красными мордами.

Откуда столько ненависти к светлым? Ту же Аэлью встретили дружелюбно! И вообще, насколько я помню, никаких войн между магами все-таки нет. Ну не считая классовой. Вон и женятся на девушках с другими магическими направленностями…

Я сама не поняла, как успела не только к столбу приблизиться, но и начертить проклятый символ, вкладывая в него свой магический импульс, а заодно уцепить опешившего блондинчика.

Не знаю, можно ли совершать перенос вдвоём через такие столбы, но выбора не было. И будем надеяться, что нас не расплющит…

Не расплющило, но поколбасило знатно. Когда я поняла, что мы уже переместились, едва справилась с рвотным позывом. Голова гудела, руки и ноги дрожали. Страстно хотелось присесть у стены дома… Светлого дома с яркими красными полосками…

— Получилось! — радостно завопил мой спутник, а я мысленно выругалась, на разговор сил не было.

Придурок, какого черта так орать! Мне же еще обратно возвращаться! А становиться мишенью светлых мне ни разу не хочется!

— И кто тут у нас?

Тон был обманчиво спокойным, но меня проняло. Резко вскинула голову, встречаясь взглядом с мужчиной. Сложно определить возраст, и вроде не зелёный юнец и совсем взрослым не назовешь. Скорее ровесник Лейнарда.

Но хорош! Чертовски хорош! Волосы собраны в высокий хвост, глаза серебристого цвета, прямой нос, волевой подбородок… И что-то знакомое есть в его чертах. Едва уловимое, но есть…

— Я думаю, это брат леди Аэльи.

— Аэльи? — удивилась я. — Но похож, да…

Так же, зараза, сказочно красив.

— Я чувствую его силу, будь осторожна…

— Поздно быть осторожной, я уже вляпалась.

— Лорд тан Глоуддак, — низко поклонился Картанс, а я мысленно присвистнула.

Таки угадала, родственник Аэльи.

— Картанс, — выдохнул мужчина и брезгливо поморщился, — паршиво выглядишь. Тобой, что в флайрбол играли?

— Н-нет, — с заминкой ответил паренек.

— Ты зачем на нашу территорию темную притащил? Боевой трофей?

— Вообще, у меня имя есть, — моментально вспыхнула я.

Не люблю, когда делают вид, что меня тут нет, да еще и обсуждают. Да, я вляпалась. Да, надеялась смыться отсюда раньше, чем нас заметят светлые, но уже поздно пить боржоми. Тем более я не считаю действия темных правильными. Лучше бы куратора вызвали, а не гоняли паренька по всему району. Надо было так и сделать…

— И какое же оно, — поднял брови мужчина, — ваше имя…

Что примечательно, мне он тыкать не стал…

— Леди Марьела Ришан тер Аргхарай, — расправив плечи, выпалила я и осеклась… Блин!

У меня же сейчас имя иначе звучит! Дура! Как родственник Аэльи отнесется к псевдолюбовнице ее жениха? Ему-то про то, что у нас нет отношений неизвестно… а лгать нельзя, вот пятой точкой чую, что лгать нельзя…

— Леди Марьела Ришан тер Аргхарай тер Даррак, — заново представилась я и прямо посмотрела на золотоволосого.

Глава 11-4

Не знаю какой я реакции ожидала, но мужчина и бровью не повел. Зато Картанс младший издал звук похожий на длинное «о».

— Лорд Арланд Эриан тан Глоуддак, — ровным тоном произнес он, и я с запозданием сообразила, что мужчина представился.

Я все никак не привыкну к тому, что имена здесь у всех зубодробильные.

А затем Арланд посмотрел на блондинчика.

— Верните леди ее плащ, Картанс. Минус триста баллов вашей подгруппе.

Баллы? Что за ерунда?

Блондин поник и споро стащил с себя мой плащик.

— Благодарю, леди тер Даррак, — подавая мне мою одежку, хрипло произнес он. — Я ваш должник.

— Что-то мне подсказывает, что это не вы мой должник, а академии нам обоим задолжали. — Я вернула парню его плащик. — Что означают баллы и почему с вашей подгруппы их сняли?

— Вам не о чем волноваться, ваша подгруппа только что заработала тысячу баллов. — Холодно бросил Арланд. — Картанс…

— Подождите! — Я не любила несправедливости. В любом из ее проявлений. — В чем заключается вина лорда Картанса? Да, ему помогла темная вернуться на территорию подведомственную его академии, однако, самостоятельно справиться с данной задачей у него попросту времени не было. Вы вообще представляете себе реакцию студентов на несанкционированное вторжение?

— Леди, будьте осторожны в высказываниях, — отчеканил мужчина.

— Серьезно? А это нормальная практика выдавать студентам бракованные карты? Руководство академий ни капли не волнует здоровье студентов? А если бы лорд Картанс пострадал? Бегай он чуть медленней и беды точно не миновать!

— Картанс, свободен! Леди Марьела, прошу к столбу переноса.

— Нет уж, я хочу услышать ответ на свой вопрос, — я разозлилась. И разозлилась еще сильнее, поняв, что меня ребята потеряли. Представляю, как они волнуются! — Кстати, лорд Картанс, почему ваш иллами не подсказал вам, что нужно на карту посмотреть магическим зрением?

— А вам он что, подсказывает? — удивление на лице блондина было неподдельным.

— А это что, не принято? — в свою очередь опешила я.

— Обычно иллами не вмешиваются, только исполняют приказы…

— А вы дружить с ними не пробовали? — я не знаю почему огрызнулась. — Это же ваш партнер, как можно ему приказывать?

— Картанс… — тихо произнёс Арланд, и блондина словно ветром сдуло.

Только рядом стоял, таращился на меня, а сейчас кроме меня и золотоволосого никого в тупичке и нет.

— Все ответы, вы получите завтра, от своего куратора, леди, — подходя вплотную ко мне, произнес он. — Но могу уже вас заверить, вы со своей подгруппой, однозначно будете в лидерах. Можете гордиться собой.

— Гордиться? — прошипела я. — А чем? Что не участвовала в травле?

Я смотрела прямо в стальные глаза мужчины и даже не думала пугаться несмотря на то, что они у него темнели. Смотрелось, между прочим, потрясающе!

— Я вообще не понимаю, что происходит, войны между магами с разной направленностью нет, Академгородок принадлежит трем странам, светлые могут учиться в Академии Хилт, но при этом, существует запрет на нахождение не на своей территории. Мало того, студенты вместо того, чтобы помочь магу, который не по своей вине оказался на чужой территории, гоняют его словно крысу! Это разве нормально? Как и то, что вы еще за такое поведение баллы присуждаете и отнимаете? Нам разве есть что делить?

— Вот так и думайте, — выдохнул Арланд.

— Что? — моргнула я.

— Интересная вы девушка, леди Марьела, но не я тот, кто должен вам все объяснять. — В серебристых глазах лучился свет. Завораживающе. Магия что ли? — Даже жаль, что вы не к нам поступили.

— Почему?

— Потому что не дадите заскучать. Вы как лидер своей подгруппы уже заработали тысячу баллов для своей команды, и что-то мне подсказывает, что это для вас не предел…

— Не нравятся мне такие разговоры, — предельно честно ответила и накинула на плечи плащ, мне срочно требовалось занять руки. Уж не знаю какими способностями обладает этот мужчина, но гипнотизирует его взгляд не хуже, чем у змеюки. — Кстати, я не лидер подгруппы. Наш лидер — леди Аэлья тер Глоуддак.

Глава двенадцатая

— Магию не обманешь, леди, — выдохнул Арланд. — Когда вы впервые увидели лорда Картанс, Аэлья была рядом?

— Нет.

— Не знаю для чего вам, леди, понадобилось делать из сестренки лидера, но это задание дается только лидерам подгрупп, а магия — не ошибается.

— Но в этот раз она ошиблась, — буркнула я.

А мужчина рассмеялся. Что я такого смешного сказала?

Я запахнулась в плащ и исподлобья уставилась на мужчину. Поделился бы, чего в одиночку-то веселиться?

— Магия не совершает ошибок. И вы скоро это поймете.

— Я не могу быть лидером, — почему-то начала оправдываться. Вот резко захотелось. — Вы же и сами видите метку богини?

— Вижу, — согласился он.

— Как я могу быть ответственной за кого-то, если не знаю, доживу ли до конца учебного года?

— Доживете. Я в этом не сомневаюсь, — маг сделал ко мне шаг и мягко опустил на мои плечи свои ладони. — Айвана не дает больше, чем маг может вынести. И метка айваны никогда не появится на недостойном. А значит, вы справитесь с поставленной задачей, леди Марьела.

— Справлюсь? — хрипло переспросила, завороженная его действиями и слегка очумевшая от его трактовки метки богини.

— Непременно, — по-доброму улыбнулся он и чуть сжал мои плечи. — У вас горит метка справедливости. И вы уже доказали, что не пройдите мимо того, к кому несправедливо отнеслись. Конечно, это задание не назвать той самой миссией богини, но вы на верном пути. Не сомневайтесь в себе и не подавляйте свои желания и амбиции.

Я внезапно утратила способьность разговаривать. Потому что растрогалась. Потому что мне было приятно слышать такие слова, пусть и от незнакомого мужчины. Он чуть ли не первый, кто ко мне отнесся с доброжелательностью, пусть поначалу был немножко колючим.

— Леди, вы не согласитесь ли прогуляться и пообедать со мной? Я приглашаю.

Кажется, я ослышалась.

— Простите, что?

— Я предлагаю вам составить мне компанию за обедом, а заодно готов дать вам несколько советов…

Сказать, что я обалдела, значит скромно промолчать. Но вспомнила, что Лейнард говорил о том, что принимать помощь старших не возбраняется. А вот про то, какая магия у этого старшего будет — ничего сказано не было.

И я уже почти окрыленная, дала свое согласие, но осеклась.

— Извините, однако вынуждена отказаться. Мне, конечно, очень хочется получить совет от старшего, а заодно понять, что происходит, но…

— Но? — вкрадчивым эхом спросил Арланд. — Боюсь потом вам вынужденно придется поголодать. Если вы опасаетесь той же реакции…

— Нет-нет, — я улыбнулась, легко поняв о чем хочет сказать собеседник. — Я более, чем уверена, что в вашем обществе мне не грозит забег на дальнюю дистанцию. Но я не планировала перемещаться вместе с лордом Картансом, и там меня ждут ребята. Они наверняка волнуются, ведь им неизвестно куда я пропала.

— Вот вам еще одно доказательство… — усмехнулся мужчина.

— Доказательство чему?

— Лидер несет ответственность за свою группу.

— Вот именно, — хмыкнула я. — Так что лидер, на моем месте, наоборот, ухватился бы за ваше приглашение и выведал все, что в дальнейшем может помочь подгруппе.

— Вы же и без моих слов знаете, что не правы?

Я промолчала. Так-то я была с ним согласна. Лидер никогда не бросит членов своей команды. Даже ради новой информации.

— Идите, леди Марьела, я сам построю вектор, чтобы вы вернулись ровно в точку перехода. Если вы настоящий лидер, вы найдете своих ребят там, где и оставили.

Странное предположение, но ведомая мужчиной, послушно прошла к столбу.

— Спасибо, — прошептала, когда маг отпустил меня.

— Буду ждать новой встречи. — ослепительно улыбнувшись, произнёс он и мягко подтолкнул меня под спину.

Дольше задерживать Арланда я не стала. Приложила руку к поверхности столба и пустила импульс своей магии.

Реальность изменилась, я вернулась в тот самый тупик, откуда мы с Кларенсом поспешно сбежали.

Пусть я немного сожалела о потерянной возможности, но дико горела желанием проверить предположение брата Аэльи. На самом деле, я просто надеялась, что мои родственники не разбрелись… Иначе я даже не знаю, как их искать!

Путь до того навеса я проделала в рекордные сроки и даже не запыхалась.

— Леди Марина! Мы здесь! — окликнули меня, и я обернулась.

Ламея стояла у столика через улицу, а Шалрай поднимался. Они действительно ждали меня здесь. Слава богу!

Спустя пару минут я уже была возле них.

— Ребята, я прошу прощения. Я не планировала покидать вас так внезапно, но обязательно поделюсь новостями позже… В нашем боксе. И спасибо, что вы не стали уходит отсюда, в противном случае, даже не знаю, сумела бы я вас найти.

— Леди Марина, вы же сказали, что будут ждать здесь, — мягко улыбнулась Ламея. — Мы и не сомневались, что вы вернетесь сюда.

— Я выполнил ваше поручение, леди Марина. Мы оказывается, были близко к нашему дому, но завернули не туда.

— Вы молодцы, ребята, — искренне похвалила их. — Но прежде, чем мы пойдем к дому, купим продуктов на ужин и, наверное, на завтрак. На всякий случай.

Слова Арланда о вынужденной голодовке настигли мой мозг только сейчас. Вряд ли он это просто так сказал. А значит, хоть один совет, но я все-таки получила!

* * *

Я смотрела на дело рук своих и радовалась. Во мне явно погибал повар. Впрочем, мама всегда говорила, что у меня имеется определённый кулинарный талант. Одна беда, я ленива и готовлю только по принуждению.

Сейчас правда был особый случай, я хотела порадовать Шалрая, Крафея, Гекхара и Ламею. Конечно, готовила на всю команду, но большая благодарность у меня сегодня была именно к ним.

С подсказками местных обитателей Академгородка, нужный дом нашелся быстро. Добротный, высокий, окрашенный в алый цвет, с разбитыми цветочными клумбами у широкого крыльца и с невероятно потрясающими панорамными окнами. Наверно, именно в них я и влюбилась. А влюбилась еще больше, поняв, что в одном доме, всего пять жилых боксов.

Правда, пришлось выстоять некоторый бой с комендантшей леди Варлеей тан Щуран, которую я мысленно окрестила леди Сварливая Щучка. Была сия дама среднего роста, невероятно худощава, с тонкой линией губ, будто и не губы вовсе, а бледно-розовая ниточка, с практически бесцветными серыми глазами чуть навыкате и длинным носом. Куталась она в ярко-алую шаль и постоянно передергивала плечами, словно ей было зябко.

Я немного терялась в догадках по поводу возраста женщины. Старухой ее назвать язык не поворачивался, женщиной в возрасте тоже, нечто среднее…

То, что мы «поладим» я поняла сразу. Вот сразу и моментально. Но сдаваться без боя не планировала.

«— Как только вы переступите порог этого дома, выйти уже не сможете до завтрашнего дня. — Первое, что нам сказала сия чудесная леди и гаденько улыбнулась. — Распоряжение ректора Академии ХИЛТ.»

Подвох, который я подспудно ожидала случился. Уж не знаю с чем это связано и почему только в первый день новых студентов практически запирают в их новом доме, однако я надеялась, что Аэлья с ребятами справятся с оставшимися поручениями.

И даже не стала думать о том, что было бы, если бы мы все первом делом помчались заселяться в жилой бокс.

Ламея и Шалрай, крепко нагруженные продуктами, которые мы купили на ужин и завтрак, отдали мне на откуп оформление на заселение. Я же, помня, что у всего тут двойное дно, сразу затребовала все, что должна предоставлять нам академия для комфортного проживания. Особо подчеркнув, что меня интересует вообще все, что нам леди Варлея обязана выдать. И хотелось бы получить список, чтобы сверяться.

Я тихонечко рассмеялась, вспомнив взгляд женщины и вернулась к сервировке стола.

Приятно знать, что у меня все получилось.

Я распределила обязанности, оставив Ламею и Шалрая наводить порядок в комнатах, им, в отличие от меня, бытовые артефакты незнакомыми не казались. А сама пошла хозяйничать в бытовой блок. И пусть здесь тоже было множество непривычных приспособлений, сильно от кухонь моего мира, все же не отличались, я сумела не только приноровиться, но и приготовить потрясающий ужин.

Где-то в середине моего знакомства с кухонной утварью, в бокс заявились Крафей и Гекхар, сильно нагруженные стопками книг. Как они это все донесли — для меня загадка. Парни были настолько уставшими и мрачными, что донимать их вопросами мы не стали.

А вот чаю и бутербродов я им организовала. Мы-то с Ламеей и Шалраем, перекусили пока гуляли, а вот у парней явно не было возможности.

Я практически закончила с сервировкой, вышла из хозяйственного бокса на пару минут, Ламея позвала оценить ее труды, когда в жилой бокс наконец впорхнула Аэлья.

— О, как я устала, — улыбаясь, воскликнула она.

И честно говоря, уставшей не выглядела ни капли.

— И даже рада, что нам больше нельзя выходить из дома. Отдых и сон, вот чем мы займемся, ведь завтра сложный день.

Мы молчали. Цветущий вид Аэльи не вязался с ее словами. Слишком уж энергичной она была.

— Я только всего узнала во время обеда, да и за ужином! Как хорошо, что вы все в гостиной, я должна так много рассказать…

— За обедом и ужином? — выдохнул Крафей.

— Да, — кивнула девушка и улыбнулась, — в академгородке потрясающе кормят. Ресторация «Луналь» — невероятное место!

— И вы там обедали? — это уже Гекхар.

Я молча сжимала кулаки. Ну не может быть Аэлья настолько дурой?!

— И ужинали, — не ощущая подвоха отозвалась она. — А за обедом я узнала о распоряжении ректора, это, кстати, связано с тем, что он навестит завтра каждую подгруппу лично, в разное время. И до той поры, пока он к нам не придет, выходить нельзя. А еще…

— Стоп! — прервала ее, у меня дергался глаз. — Я сейчас правильно поняла, что вы за обедом узнали о том, что выйти из общежития нам будет запрещено с момента нашего заселения?

— Да, — девушка хлопнула ресничками. — Что-то не так?

— И вы еще спрашиваете, леди? — Крафей вышел вперед. — Пока мы носились с расписаниями, вы обедали, а после вы отдали нам учебники и ни слова не сказали о том, что, зайдя в дом, нам не позволят выйти.

— Я решила, что информацией стоит делиться сразу и со всеми.

Аэлья до сих пор не понимала, почему так мрачны остальные. А я сдерживалась. Потому что мне резко захотелось надавать ей подзатыльников. Идиотка!

— А о том, что мы тоже голодны, вы не подумали? — Крафей сделал шаг к Аэлье.

— Я была уверена, что вы поедите перед тем, как прийти сюда… — севшим голосом отозвалась девушка.

— Правда? — ядовито выдохнул Крафей. — Нам не дали карт, лорд тан Даррак создал вектор очень далеко от ближайшего столба переноса к нашему дому. Вы правда думали, что будучи нагруженными учебниками сверх всякой меры, мы стали бы останавливаться в ресторациях?

— Но… — Аэлья хлопала ресницами так, словно хотела взлететь. — Так ведь леди Марина и остальные ушли раньше…

И тут до нее дошло. Глаза девушки наполнились слезами.

— Я… у меня пирожные есть. Три штучки, но я поделюсь!

— Обойдемся, — ответила за всех. — Лорд Крафей, отойдите от леди. А еще лучше идите и мойте руки, сейчас будем ужинать. Ребята, и вы тоже. Леди Мариэль, вас это не касается. Ни сегодня, ни завтра я вас к общему столу не жду и прямо запрещаю брать продукты.

— Что, простите?

— В отличие от вас, леди, я подумала обо всех и закупилась продуктами прежде, чем заселиться в жилой бокс. А потому и распоряжаться своими продуктами я буду так, как посчитаю нужным. — Чистая правда несмотря на то, что поступала я под именем ее жениха, но запись я сделала на имя своего рода. Уверена, отец оплатит, а Лейнарду противопоставить будет нечего. — У вас есть три пирожных? Замечательно, это ваш завтрак, обед и ужин на завтра. И не забудьте поблагодарить ребят за уборку в вашей комнате, хорошей ночи!

Слушать возражения и утешать Мариэль я точно не собиралась. Она пыталась что-то сказать, но слезы явно мешали. Глупость наказуема. Я уверена, она не со зла, однако это не отменяет того факта, что сейчас все могли сидеть голодными… Думаю, если бы мы остались без ужина, то быть Мариэль битой. За то, что сама и пообедала, и поужинала, и не догадалась принести что-нибудь съестного. Вон и пирожные чисто себе взяла. Всего три штучки… М-да…

Вернулась на кухню, проследила за тем, чтобы ребята расположись за столом и начала накладывать на тарелки запеченные овощи и мясо под соусом из северных ягод. Когда я увидела на прилавках клюкву и бруснику, план созрел моментально. Правда, мне пришлось сильно постараться, чтобы найти местный аналог имбиря, но с этим мне, как ни странно, помог Шалрай.

Однажды, когда мне было лет двенадцать, я была приглашена на день рождения к однокласснице Ире. Дело было зимой. Обычно, я не ходила по таким мероприятиям, но в тот раз мама настояла. Так вот, папа той девочки был шеф-поваром. И чего только на праздничном столе не было! И особенно мне запомнилось мясо в этом самом соусе. Оно было таким необычным, кисло-сладким, согревающим…

Учитывая то, что робкой я никогда не была, то естественно я клещом вцепилась в родителей Иры и вытребовала себе рецепт.

Поэтому, когда я увидела эти ягоды, не смогла отказать себе в желании выпендриться. Все же соус требовал предельной концентрации и соблюдения точной технологии при приготовлении. А гарниром я сделала запечённые овощи, которые, как по мне, идеально подходили к стейку.

— Изумительный аромат. — Поделился Крафей, и остальные энергично закивали.

Я поставила в центр стола плетеную тарелочку с нарезанным хлебом и лепешками, их мы купили в кондитерской лавке. Вот с хлебом я точно бы заморачиваться не стала.

— Надеюсь, и вкус порадует. — Улыбнулась я и наконец села. — А на десерт у нас яблочный пирог с корицей.

Ребята не торопились браться за столовые приборы без меня.

— Всем приятного аппетита.

Ели молча и даже несколько жадно. Получилось и правда очень вкусно. А уж запечённые баклажанчики, фаршированные сыром и зеленью, таяли во рту… Впрочем, как и мясо…

Добавки захотели все парни, и естественно я всем желающим доложила еще, готовила-то с запасом. Кто знает, может все едят как не в себя? Ламея помогла мне разлить чай, а я нарезала пирог.

Когда последний участник нашего стола сыто отвалился на спинку стула, я решилась обсудить сегодняшний день.

— Для начала расскажу вам о том, что сегодня с нами приключилось. Ситуация со светлыми, странная какая-то…

Несильно вдаваясь в подробности, схематично обрисовала встречу с лордом Картансом, с лордом Глоуддак, поделилась мыслями насчет баллов и предложила остальным высказаться.

— Мы сегодня тоже видели чужого студента. — Вдруг сообщил Крафей.

— Стихийника, — подтвердил Гекхар.

— За ним, правда, никто не гнался, но он явно был растерян.

— Значит, так действительно было задумано и мне правда начислили тысячу баллов.

— Только зачем? — Ламея подлила себе чаю.

— Хороший вопрос. Зачем делать такое задание? Что у нас хотят проверить? Толерантность к другим магам? Подвести к какой-то мысли? И система баллов, вы что-нибудь о ней слышали?

— Полагаю, слышала леди Мариэль, — буркнула Ламея, — жених явно с ней поделился.

Я немного пожалела о том, что так окоротила Мариэль. Все же она хранила информацию.

С другой стороны, будет для нее уроком. Мне, конечно, хотелось бы, чтобы у нее хватило ума извиниться перед всеми и все-таки рассказать о том, что она сумела вызнать, но пока нас никто не тревожил.

— Думаю, обо всем мы узнаем завтра. Если ректор должен к нам прийти. — Мягко произнесла я, обсуждать невесту Лейнарда лично у меня желания не было.

— Предлагаю обменять информацию на еду, — хохотнул Шалрай, — утром леди всяко есть захочет.

— Ночью, — поправила его.

— С чего вы так решили? — удивился Крафей.

А я хмыкнула. Ну чего там в ресторации могла съесть Аэлья? Поковыряться в тарелочке, смущаясь компании жениха? У нее же на лбу большими буквам написано, что в его обществе она не совсем себя комфортно чувствует. К тому же, сдерживаться она явно не привыкла, и воспитывалась чуть ли не оранжерейным цветочком. Поэтому кушать ей явно захочется ночью.

Но если она извинится перед ребятами за свою оплошность, я не скажу ни слова и лично подогрею ей все, что она захочет съесть.

— С того, что любая невеста всегда будет стесняться своего жениха. — Вообще, применимо только к их миру и устройству. На Земле в этом смысле попроще, мы на свидания ходим и знакомимся получше друг с другом прежде, чем связывать себя священными узами Гименея. — А леди явно трапезничала с ним, и не думаю, что аппетит у нее был отличный.

— Возможно, — не стал спорить Крафей. — Полагаю, на сегодня мы закончили обсуждение? Хотелось бы принять душ и лечь спать.

— Думаю да, новой информации нет, но если появится — обсудим за завтраком.

— А кто будет готовить? — тут же отозвался парень. — Столовая начнет принимать «нулевиков» только послезавтра.

— Пока — я, а потом разберемся. Кстати, о расписании, вы все выяснили?

— К сожалению, толком и выяснять нечего было, — вздохнул Гекхар. — Как и сказал лорд Крафей, столовая для нас откроется послезавтра, трехразовое питание: завтрак, обед и ужин. Для каждой подгруппы будет свое время. А что касается учебного расписания, то нас огорошили тем, что нам все выдадут.

— Какая прелесть, — не удержалась я от ядовитой реплики. — И к чему это все было?

Крафей сладко зевнул и тут же покраснел.

— Простите, — выдохнул он.

— Ничего страшного, — отозвалась я за всех. — Вы устали сегодня, идите отдыхать. А я закончу на кухне и тоже приду. Ламея, наше крыло какое?

Вход в наш жилой бокс начинался в общей гостиной, направо располагалась общая комната с двумя спальнями, и налево была такая же, а комната для лидера находилось тоже по левой стороне, но была ближе к кухне.

Левое

Глава тринадцатая

Пожелав нам с Ламеей хорошей ночи и добрых снов, парни разбрелись по своим комнатам.

— Ламея, я тут чего вспомнила, у нас же шесть спален, правильно? Получается у ребят общая комната на три человека? И только у лидера и спальная, и скажем так, предбанник, его?

— Предбанник? — переспросила Ламея. — Смешное слово.

— Есть немного, — хмыкнула я. — Пусть будет гостиная, я же так толком и не рассмотрела, что там внутри. И санитарные комнаты у нас где…

— Я все покажу. А что касается спален парней, то да, в правом крыле общая комната поделена на трех человек, но она гораздо просторнее той, что досталась нам с вами. А санитарные комнаты. Одна находится рядом с нашей комнатой, вторая между комнатами лордов и лидера.

— Понятно, надеюсь лорды с леди не подерутся. Особенно с утра пораньше.

Ламея улыбнулась.

— Они всегда смогут воспользоваться той, что находится возле нас.

— Согласна. — Кивнула ей и загрузила грязную посуду в прозрачный короб, который, как я поняла, имел функцию посудомоечной машины. Правда, я им так ни разу еще не воспользовалась, а Феликс мне в этом помочь тоже не смог.

Он впервые видел подобную конструкцию. Так что во время готовки я пользовалась раковиной и мыльным раствором, который выудила у Щуки. Вот стопроцентно она бы его не дала, если бы я список не потребовала.

— И что с ним делать дальше? — я обернулась к Ламее.

— Я покажу, — девушка подошла ближе. — Вот здесь, видите выемка? Сюда нужно вставить кристалл, напитанный магией. Вам леди-комендант выдавала.

— Какой именно? Их несколько было, — я указала на один из шкафов, куда временно сложила все, что мне не пригодилось и пока не поддалось классификации.

— Вот эти, — легко нашла Ламея. — С черной точкой внутри, каждого хватит на месяц работы. С красной точкой — для санитарной комнаты, чтобы стирать вещи.

— А с желтой?

— Для уборки в комнатах, поэтому их больше всего. А с зеленой, — опередила она мой вопрос, и указала на самые крупные и немногочисленные кристаллы, — для бесперебойной работы плиты, духовки, а также морозильного шкафа. Сейчас там есть кристаллы, но когда зеленый цвет потускнеет, нужно будет заменить.

— Ясно, покажи, пожалуйста, как правильно включать.

Ламея взяла один из кристаллов, мягко вставила его в нужную дырку у бокса, а затем призвала свой туман. Секунда и прозрачный бокс, наполненный посудой, почернел.

— Это нормально?

— Конечно, — заверила меня Ламея. — Через пятнадцать минут можно будет вытаскивать.

— Здорово, — восхитилась я. — Значит, у тебя есть пятнадцать минут, чтобы принять душ, а потом приду я.

Я улыбалась, говоря это. Мне еще нужно было убрать еду в холодильник.

— Хорошо, я пойду первой, но сначала я хотела вам кое-что предложить.

— Что?

— Я хочу разделить с вами воспоминания.

— Чего сделать? — мягко говоря, удивилась я.

— Разделить воспоминания, — повторила Ламея. — Это такой ритуал, при котором, я полностью открою вам и вашему иллами свое сознание. И все знания, которые имею я, получите и вы. Начиная от моего рождения и заканчивая сегодняшним днем.

— Это высшая степень доверия, Риша, — тихим звоном отозвался Феликс.

— Я понимаю, что вам неинтересна моя жизнь, — поспешно продолжила Ламея. — Но вы не знаете так много о нашем мире, и я не уверена, что сможете восполнить пробелы достаточно быстро, чтобы понимать все, о чем будут говорить преподаватели. А таким образом, вы получите то образование, которое имею я. Но побочный эффект есть, вам будет доступно абсолютно все, что случалось со мной, все мои чувства…

— Подожди, — попросила ее. — Ты предлагаешь обнажиться передо мной и еще переживаешь о том, что для меня это будет лишняя информация? Ламея, у меня нет слов! Я могу только поблагодарить за твое предложение и мне жаль, что самое сокровенное, ты скрыть не сумеешь. Извини, но я не стану отказываться. Ты абсолютно права в том, что мне нужна помощь и я с благодарностью ее приму.

Девушка буквально просияла.

— Это не моя идея, лорд Шалрай навел меня на эту мысль. Он сокрушался днем, что сам вам этого предложить не может.

— Почему? — Вырвалось прежде, чем я сообразила, что не каждый решится чужачке открыть свою жизнь.

— Во время ритуала нам надо будет спать вместе, — Ламея покраснела как маков цвет, — обнаженными. И лорд Шалрай не мог леди предложить подобного, а я ведь девушка и я подумала, что вам не так противно будет со мной…

— Противно? — Боже, ну и тараканы в голове этой девочки. Впрочем, мир такой. — Мне не будет противно поспать с тобой в одной кровати. Не стоит об этом переживать.

— Благодарю. Но мне понадобится помощь лорд Шалрая, если вы позволите, то я пойду готовится.

— Его помощь?

— Родовая магия, я очень дальняя родственница вам, очень-очень. А он намного ближе, лорд Шалрай пообещал, если вы согласитесь, поделиться со мной магической энергией.

— Ясно, — выдохнула я и отвернулась. — Иди, пожалуйста.

Я не хотела плакать. Оно само. Я расчувствовалась. По сути, они не обязаны мне помогать. Но делают это! Еще и переживают о моем моральном облике! И Шалрай… так неожиданно! И приятно, черт возьми! Впервые за все время у меня появилась мысль, что у меня действительно есть брат. Настоящий. Не просто как обозначение и факт, а по поступкам и делам.

Я убирала продукты в холодильник, руками помыла оставшуюся посуду, тем более куб еще работал. Да и не долго это, на самом-то деле. Хотя и не люблю я мыть посуду. Но хоть руки занять. И подумать.

К тому моменту, как агрегат закончил свою работу, он снова стал прозрачным. И сам откинул крышку. На удивление, посуда была не только чистой, но и сухой.

Минут пять у меня ушло на то, чтобы расставить посуду по местам, и я пошла в левое крыло.

Ламея дожидалась меня.

— Леди Марина, давайте я вам сначала покажу как пользоваться душем?

— Давай, — легко согласилась с ней.

Небольшой экскурс прошел успешно. Я познакомилась с местной стиральной машинкой, узнала как функционирует душ, в-принципе, ничего сложного, как и с местным туалетом, выяснила, что у нас есть теплые домашние халаты, а еще, оказывается, родители собрали мне чемоданы с вещами, и Ламея мне все давно распаковала и сложила в мой шкаф.

Откровенно говоря, я напрочь забыла про шмотки, слишком увлеклась готовкой ужина. И устыдилась, что мне вещи укладывала Ламея. Она была не обязана. Конечно, я ее поблагодарила, и юркнув в ванную комнату, помылась в рекордные сроки.

Когда я вышла Ламея сидела на диване и зевала, но увидев меня встрепенулась и спросила.

— Леди Марина, спать ляжем в моем комнате или в вашей?

— Лучше в ее, — отозвался феникс, — на самом деле вся ночь не понадобится. Когда все закончится ты проснешься и сможешь уйти к себе.

— В твоей, — улыбнулась ей, а девушка еще раз зевнула, стыдливо прикрыв рот ладошкой.

Она очень волновалась. Ну еще бы, полагаю, ей еще не доводилась спать с кем-то посторонним, тем более обнаженной. Мне было проще, я хоть и редко, но ночевала у подруг в средней школе. А в бассейне при школе, душевые общие… в общем, мне стесняться было нечего.

Ее спальня мало отличалась от моей. Огромный шкаф для вещей, пуфик перед туалетным столиком, на котором расположилась косметика, расческа, бутылочки с духами.

Поседение меня особо заинтересовали, я очнулась только тогда, когда поняла, что внаглую брызнула себя на запястье немного.

— Прости, — увидев шокированные глаза подруги, произнесла я. — Такая красивая бутылочка, и так вкусно пахнет, сложно было удержаться.

— О! Пользуйтесь на здоровье.

Я вздохнула и поставила скляночку на место.

Кровать у нее была просторной, в ней запросто могли поместиться не только две, но и три ученицы. Все же, академия не казарма какая-то и это радовало.

— Ложись к стене, — скомандовала я.

Если мне придется ночью вставать, то лучше не тревожить сон Ламеи, и не перелазить через нее.

Абсолютно пунцовая Ламея юркнула под одеяло, предварительно скинув халат. Я же выключила свет, слава те Господи, артефакты работали как обычный выключатель и мне не было сложно.

Я легла к Ламее, и та робко протянула свою ладошку ко мне, я вздохнула.

— Нам надо касаться друг друга?

— Да…

— Ясно, ложись лицом к стене, я обниму тебя. И не волнуйся, сестренка, обещаю не кусаться.

— Кусаться? — нервно отозвалась она и едва слышно повторила. — Сестренка?

— Ну, после сегодняшнего я просто обязана на тебе жениться. Но так как я не мужчина, и вообще твоя родня, то все это вполне можно заменить на сестринские отношения, как думаешь?

Ламея неуверенно хихикнула.

— Так вы шутите, леди…

— Нисколечко, и зови меня Ришей. Так ко мне обращаются только близкие люди.

— Отличное решение, — заметил иллами.

— Сама знаю, — буркнула ему и обняла девушку.

— Я… — в голосе Ламеи слышались слезы.

— Спать, сестричка. — Приказала я.

— Как скажете… Скажешь, Риша…

Но прежде, чем она расслабилась и вообще нормально улеглась, Ламея призвала магию. Чернильный туман окутал нас плотным коконом. Сначала я решила, что в таком коконе мне будет неуютно и я не смогу уснуть. У организма были на этот счет другие планы.

Я буквально отключилась!

А проснулась от толчка. Словно по всему телу разряд тока прошелся. Резко вскочила, в итоге раскрыв Ламею. Все одеяло на себя перетянула.

Наверно, это меня в чувство и привело. Быстро укрыла ее обратно.

— Можешь идти к себе, — заявил Феликс, — контакт больше не нужен.

— Но я ничего не чувствую.

Знания о мире не всплывали, ни бегущей строкой, ни еще чем…

— Оставшееся время сна я все структурирую и знания будут возникать по мере необходимости. Но про мироустройство ты уже узнаешь этой ночью.

— Вот как…

— Да, одевайся и пошли. Ты всего три часа поспала. А раз собралась и завтрак готовить, значит будить тебя мне придется пораньше.

— Есть такое, — согласилась с ним и осторожно сползла с кровати.

Накинула халатик и вышла из спальни Ламеи.

Сначала я честно собиралась лечь в постель, но тут поняла, что хочу пить.

Надо было графин в общую комнату притащить, чтобы не шляться по боксу ночью.

Но умная, мысля, как известно, приходит опосля.

О том, что я на кухне не одна, поняла не сразу. Просто уловила запах баклажана и сыра…

Это кто у нас тут ночью по холодильнику ползает? Да еще жмется с краю стола?

— А ну брось баклажанчик! — рыкнула я, сообразив кто вышел на ночной промысел. — Я не шутила, запретив тебе трогать продукты.

— Я… — блондинка явно растерялась и напугалась.

Она подавилась. Но быстро пришла в норму.

— Как вы смеете обращаться ко мне неформально? — первое, что вякнула эта дура, когда прокашлялась.

— А как я еще к вору должна обращаться? Сидит в темноте и жрет то, что ей не полагается? Воришка и есть! А с ворами у меня разговор короткий!

Говоря это, я потянулась к выключателю и включила свет.

Блондинка зажмурилась. А я, проморгавшись, оглядела поле боя. Баклажан был наполовину сожран. Причем Аэлья не утруждала себя тарелкой, прямо так, на скатерти и ела мой кулинарный шедевр. Я начинала звереть…

Но что возмутило меня больше всего, эта зараза сожрала больше половины бекона, отложенного на завтрак! На омлет!

В мгновение ока я оказалась возле нее и отобрала остатки.

— Я все оплачу! — воскликнула леди.

— Ну ты и наглая, — выдохнула я. — Мало того, что полезла за едой, когда тебе это прямо запретили, так ты еще и ребят без завтрака оставила. Кто тебе разрешал брать бекон?! Он на омлет!

Я не кричала, но шипела так, что любая змея бы удавилась от зависти.

— Оплатит она, вконец обнаглела. Тебе что, по статусу не положено было посуду взять? Скатерть сама стирать будешь, руками. Я прослежу.

— Да как вы смеете?

— Я — смею, — я наклонилась к ее лицу. — Надо будет, я тебя еще и выпорю. Лидер недоделанный, у тебя же старший брат есть, он тебя делиться не учил? И думать о ком-то кроме себя?

— Откуда вы знаете Арланда? — Глаза этой дурочки округлились.

— Неважно, тебя это точно не касается. — Отмахнулась я и отойдя от бессовестной девушки, убрала провизию в холодильник.

Жаль замок не повесить, а то непременно бы так и сделала.

— А вот то, что важно, что ты не постеснялась ночью воровать продукты, как какая-то крыса, когда достаточно было просто извиниться перед ребятами за свою недальновидность и я сама бы тебя накормила!

Я злилась и довольно сильно. Я даже была готова кинуться на эту блондинку с кулаками, такая злость меня пробрала. Но…

Это не было жалостью, совсем нет. Просто…

Она могла бы снова напомнить про свой статус, могла вообще нос задрать и сказать, что пожалуется жениху, но вместо этого девушка пусть и тихо, но четко выдохнула:

— Простите меня.

Сначала я решила, что ослышалась.

— Простите, леди Марина. — Вновь повторила она уже уверенней. — Я очень хотела перед всеми извиниться. Не сразу, я не стану лгать, но я поняла, как подвела всех. А когда набралась смелости, все уже ушли по спальням. Я не могла уснуть, и вы правы, очень хотела есть…

Я сдулась как воздушный шарик. Лжи я не чувствовала, хотя и жалеть Аэлью точно не хотела.

— Я боялась разбудить лордов, они так устали за сегодня, потому не включила ни свет, ни воспользовалась кухонной утварью. Я совсем неприспособлена… — Девушка подняла голову и пристально посмотрела на меня. — И запачкала скатерть. Я постираю, обещаю. И мне стыдно, стыдно, что я взяла чужие продукты. Раньше, голодать мне не доводилось и с этим испытанием я не справилась.

Я не знала, что сказать. Вообще, я всегда считала, что никакое оправдание не сможет повлиять на мои решения, если действия индивида мне не нравятся, но сейчас… Я задумалась вот о чем. Я же понимала, что девочка выросла не в моем мире, и скорее всего, была лелеема дома. У нас разное воспитание. Очень разное. Не могу сказать, что совсем ее вины в том, что ни о ком кроме себя она не думала, нет, однако…

Мы есть продукт воспитания и окружения. И мне кажется, что леди Мариэль не безнадежна.

— Вы правы в том, что я не умею заботиться о других людях. А мой старший брат… За всю свою жизнь я видела его не больше пятнадцати раз. Арланд сын от первой жены, погибшей во время вторых родов. Тогда погибла и его сестра. А мой отец взял в жены мою мать. Родилась я…

Кажется, диагноз ясен. Новая мачеха пришлась старшенькому не по душе, а заодно на орехи получала и Аэлья.

— Мы жили в разных поместьях, и виделись только по большим праздникам. Арланд не мог научить меня, у него просто не было шанса. А я сама, лишь сегодня, глядя на вас, свою команду, поняла, что может быть по-другому. Я знаю, что могу допустить еще ошибки, понимаю, что мало знаю о заботе, но прошу помощи.

— Помощи?

— Не отталкивайте меня, пожалуйста. Я не желала никому зла и не желаю. Я правда хочу быть частью команды, по-настоящему, думать и действовать не только за себя, но и за всех. Быть лидером не только на значке, — Аэлья провела рукой по броши, а по ее щекам потекли слезинки.

Вот блин! Мне еще слезоразлива не хватало! Я не мужик, таять не стану.

— Прекрати реветь, — холодно бросила я. — Тебя никто из команды не выгоняет. А то, как будут дальше развиваться наши отношения, напрямую зависит от тебя. Ошибки случаются у всех, не существует непогрешимых людей. Однако эгоизм в любом его проявлении — в команде неприемлем. И либо мы все делаем сообща, в том числе готовка, уборка, подготовка к занятиям, защищаем друг друга, либо потом не реви. Я не нанималась нянчиться и ребята, полагаю, тоже.

Я потерла глаза пальцами и зевнула. Судя по всему, свой лимит организм исчерпал.

— Наслойка информации, — отозвался иллами, — вот тебя в сон и клонит.

— Ясно, Феликс, что с ней делать?

— Присматриваться.

— Тоже не веришь слезам?

— Да нет, она искренна и ни разу тебе не солгала. Но она такой ребенок, избалованный. Сложно будет.

— Да уж не просто точно, — фыркнула я.

— Но сближаться я бы не рекомендовал. Так что прекращай звать ее на «ты».

— А я не и сближалась, я ее на место поставила.

— А завтра на место тебя поставит Лейнард за неподобающее поведение с его невестой, а заодно и вся ее семейка. Тебе оно надо?

— Нет, — ответила и зевнула, прикрыв рот ладошкой. И уже вслух сказала. — Пора спать, леди Мариэль, вам хватило ночного перекуса?

— Д-да… — замявшись ответила она, а ее живот издал звук голодного зверя.

— А лгать нехорошо, — усмехнулась я и взвесив все «за» и «против», прошла к холодильнику.

Быстро достала овощи и мясо, нашла соусницу. Споро разложила вес на тарелку и засунула в местный аналог микроволновки. Может и не стоило ее сейчас кормить, пусть бы мучилась до завтрака, где принесла извинения всем, но… Издеваться над ребенком не в моих правилах. Завтра будет день, будет пища.

— Приятного аппетита, и не забудьте убрать за собой, — поставив перед ней тарелку, произнесла я. — А мне пора спать.

— Благодарю…

Аэлья явно хотела сказать что-то еще, но шанса быть выслушанной у нее уже не было. Я вышла из кухонного блока и отправилась в свою кроватку. Спать!

Я совершенно точно спала, но при этом, словно бы смотрела кино с собой в главной роли. Только утром я сообразила, что проживала за Ламею ее жизнь. Это не она, а я, сидела перед учителями и боялась пошевелиться или не дай бог ответить неправильно. Не она, я заучивала уроки, не она, я тренировалась с требовательной женщиной, которая могла и по спине ударить. Прямо ладонью. За неправильный поворот головы, за не слишком прямую спину или недостаточно грациозный поклон.

Это я слушала слова отца, который часто повторял, что я бездарность и позорю его. Это я видела презрение в глазах матери, чья красота была неоспоримой. Я же пошла в отца. И была не такой, как ей мечталось. Ее так бесила моя тяга к оружию, что я неоднократно была порота. А мне нравилось, очень нравилось!

Картинки мелькали с сумасшедшей скоростью, менялись лица, более объёмными становились занятия, из маленькой девочки я становилась девушкой. И меня отдали в школу.

Я танцевала с молодым человеком, и отчаянно смущалась его прикосновений. Невинных! Смущалась, краснела и очень хотела, чтобы парень смотрел на меня хоть чуточку теплее. Робела, путалась в фигурах и удостаивалась насмешек от других учеников. И это во мне зрела надежда, ведь он, тот самый, самый лучший и красивый, никогда не смеялся надо мной и не ругал за неуклюжесть.

Я жадно ловила его взгляд, а он смотрел на другую.

Это я плакала ночью в подушку от неразделенных чувств, я не Ламея… Это мне было больно и горько, когда объявили о помолвке принца моего сердца. Именно так Ламея мысленно его называла, и другой леди. Более знатной, более красивой и более грациозной.

Лучшая ученица Школы Третьей Ступени. Как же я ненавидела ее, плавилась в этой ненависти, клялась себе больше не любить.

Не Ламея, я замкнулась в себе, оттолкнула тех единственных друзей, что были и с головой ушла в учебу и тренировки. Я мечтала о том, чтобы получить своего иллами. И этот день настал…

Леди Марьела пугала меня и восхищала одновременно. Она была чужой и в тоже время притягательной. Мне хотелось стать похожей… Мне хотелось не посрамить и не подвести!

Я проснулась с криком на губах. Чужие эмоции захлестывали меня. Дыхание сперло, я не помнила, где нахожусь и что вообще со мной происходит.

— Риша, дыши, — приказ от Феликса, — медленный вдох и выдох. Давай, девочка, все закончилось.

Голова раскалывалась, легкие почему-то горели огнем, но я послушно дышала, как того требовал мой иллами. И наконец приходила в чувство. Смогла отделить себя от Ламеи. Смогла успокоиться, пусть и далось это не просто и не сразу. Но получилось.

— Мне ее так жаль, — выдохнула я, когда смогла достаточно соображать. — И эти кошмарные учителя, как можно бить детей?

— Так не во всех семьях, — отозвался Феликс, — другой учитель был явно не по карману родителям Ламеи несмотря на то, что им выделяли дотации из главной семьи.

— Ну да, в школе Ламея училась за счет моего отца. — Это я уже знала наверняка. — Как и половина других учеников рода Аргхарай.

— Не осуждай, Риша. Это другой мир, это не Земля и законы здесь иные.

— Иные, — эхом повторила я и поежилась. — пора готовить завтрак?

— Думаю да, но сначала стоит умыться.

— А еще лучше принять душ, — согласилась с ним. — Заодно хоть немного уложу в голове все, что сегодня узнала.

— Я рядом, — напомнил Феликс.

— Знаю, — тепло ответила ему. — Спасибо, что забрал большую часть негативных эмоций.

— Совершенно не за что.

Глава четырнадцатая

Покои ректора Академии ХИЛТ

— Ты последний, — устало откинувшись на спинку кресла, произнёс Арван тан Даррак. — Что тебя задержало?

— Общался с будущим родственником, дядя, — ядовито ответил Лейнард и устало потер виски. — Думаю, это была плохая идея назначить меня проверяющим моей же невесты. И жестоко.

— Сядь. Ты знаешь правила. Жеребьевка не обсуждается.

— Знаю. — Лейнард прошел к свободному креслу, плеснул себе вина и только после этого посмотрел на ректора. — Ровно, как и то, что настоящий лидер обвел всех вокруг пальца.

— Но не магию, — усмехнулся лорд Арван. — Магию обмануть невозможно.

И тут же лукаво глядя на мужчину, усмехнулся.

— Признайся, племянничек, переволновался, когда понял, что портал выкинет светлого не рядом с вами?

Наследник рода тан Даррак предпочел промолчать, но так сжал бокал, что тот рассыпался осколками.

— Можешь не отвечать, я вижу, — не пряча усмешки, заявил ректор и взмахнул рукой. Бокал вновь стал целым, а на руке его собеседника не осталось ни царапины. Только кровь на скатерти и манжете Лейнарда, напоминала о случившемся. — А ведь тебя тянет к этой девочке.

— У меня есть невеста, — ледяным тоном отчеканил Лейнард. — Если ты забыл, то связь с леди Мариной возникла не по моему желанию.

— Долг жизни… — Ректор резко стал серьезным. — Докладывай.

— Как и было велено, я забрал лидера под предлогом помощи. — Пожав плечами, начал Лейнард. — Стандартная процедура прошла баллов на сто тридцать. К сожалению, больше я предоставить леди Аэлье не могу.

— Непредвзятость — качество, которым многим не хватает. — Заметил ректор. — И я рад, что долг для тебя превыше личной выгоды. Продолжай.

— И все же, я смею просить о снисхождении. Леди — моя невеста, ты должен понимать, что во многом она мне просто не могла отказать. Не тогда, когда поменялся привычный уклад жизни и сменилось место жительства.

— Последнего еще не произошло. Но я понимаю о чем ты говоришь и всецело доверяю твоему чутью. Впрочем, это ведь не все? Несмотря на просьбу о снисхождении, ты не впечатлен и даже раздосадован.

— К сожалению, леди Аэлья не командный человек. А скорее ребенок, который жизнь видел только сквозь радужные стекла. Однако это к нашему делу не относится. Итак, после стандартной процедуры, я пригласил леди на обед и дал ей шанс отказаться либо пригласить своих сопровождающих из команды с нами в ресторацию.

— Леди не справилась. — Видя ответ по лицу собеседника, констатировал Арван.

— Увы, здесь зачесть баллы не за что.

— Ужин?

— Был и вновь никаких баллов.

— Дезинформация?

— Стандартно процедуре. Несмотря на то, что я жених леди, лишнего я себе не позволил и выполнил свой долг. Но я бы хотел зачесть дополнительные баллы.

— Леди Аэлье? — спросил ректор и посмотрел в окно.

Скоро рассвет, а он еще должен просмотреть подготовку ко сну первой подгруппы. Арван не лукавил, говоря, что Лейнард задержался. Сильно задержался. Ректору оставалось оценить только первую подгруппу и распределить свои баллы, чтобы свести к конечному результату.

— Леди Марине.

— Что? — Арван перевел удивленный взгляд на племянника, не сразу сообразив чье имя прозвучало.

Это было действительно неожиданным. Леди Марина и так вывела свою подгруппу на первую строчку. Будучи единственной, кто получил тысячу баллов от светлых коллег. К тому же, ее отметила леди Варлея тан Щуран, более чем щедро одарив баллами. Целых пятьсот баллов. За последние десять лет леди Варлея никому не давала больше двухсот.

Мало того, леди Марине удалось какими-то образом покорить соглядатаев, что те единогласно присудили ей еще триста пятьдесят баллов.

Если сравнить с результатами других участников подгруппы, то лидер не поддается сомнению.

Леди Ламея принесла команде в общем счете пятьсот баллов, лорд Шалрай шестьсот тридцать, лорд Гекхар и лорд Крафей по четыреста, а вот невеста Лейнарда всего сто тридцать… И Арван сомневался, что после изучения артефакта, ситуация сильно изменится.

Леди Марина уверенно лидировала и вела свою команду вперед. Понимал это и Лейнард, но почему-то решил все же ее наградить. Из-за связи?

Ректор качнул головой. Племянник не таков. Он до мозга костей предан делу и долг, как и честь, для него превыше всего остального, даже собственной жизни.

— Полторы тысячи баллов, — озвучил свое решение Лейнард.

— Ты серьезно?

— Абсолютно.

— И за что же?

— За совокупность качеств.

— И каких же именно?

Лорду Арвану невольно стало весело. Может ли так быть, что он все же ошибся? И даже Лейнард поддался эмоциям?

— Я должен перечислить все? Что ж, пожалуй, начнем с главного. Она единственная, кто подписал нестандартный договор, причем достойно аргументировала и отстояла изменения. Леди обладает нестандартным мышлением, благодаря которому, ей удалось провести комиссию.

— Но не магию, — нахмурился ректор.

— Не магию, — согласился Лейнард и продолжил. — Она рассудительна, в первую встречу со светлым, не поддалась на увещевания команды и позволила произвести перенос. При этом, когда дело запахло жареным, леди без колебаний приняла сторону слабого, помогая ему, а заодно была готова вступить в схватку. Лорд Арланд сказал, что на лорде Картансе был плащ леди, что говорит о стрессоустойчивости леди и незаурядном уме. Она не растерялась и придумала стратегию.

— Но ты ведь не только поэтому отдал все свои баллы именно ей?

— Не только, — Лейнард отставил бокал. — То, что леди сумела произвести впечатление на всех — неоспоримо. Однако главное ее качество, пока не отметил никто, а зря.

— И какое же?

— Она дружна со своим иллами тьмы и прислушивается к его советам. Леди не воспринимает иллами как средство для достижения целей и лучших магических результатов, они равные партнеры. Уже.

Отпустив племянника, ректор взмахом руки сдвинул в сторону блюдо с закусками, наполнил свой бокал вином, но передумав, отставил его в сторону, а на середину поставил артефакт слежения. Створки черной сферы раскрылись, разъехались в стороны, открывая взору молочно-белый туман.

Арван произнес заклинание и туман медленно рассеялся, открывая его взору общую гостиную жилого бокса номер семнадцать. Возможно, кто-то сказал бы, что у студентов должно быть личное пространство и слежение аморально, однако ректор не первый год занимал свое место, да и до него, возглавлял академию не дурак, и польза от слежения за нулевиками перечеркивала все этические нормы. Справедливости ради, в спальнях и гигиенических комнатах была зона студентов, которая не совещалась артефактами. Единственное была установлена система, отслеживающая сильные магические выбросы, во избежание, так сказать, серьезных травм.

Ректор с увлечением наблюдал за разворачивающейся сценой. Леди Аэлья пришла в бокс и выглядела так, словно последние часы провела за хорошим отдыхом.

Арван вглядывался в лица каждого из студента, прекрасно зная, что первая стычка всегда дает возможность узнать студентов намного лучше, чем их совместная работа.

Лорд Крафло Ейнар тан Рагхаран, представитель четвертого великого рода. Хранители морских змей. Яркий представитель своего рода, амбициозный, желающий показать себя, выделиться из толпы… На мгновение, ректору показалось, что драки не избежать. Но и здесь леди Марина сумела удивить, призвав всех к порядку и переключив внимание на еду.

Но выдохнул Арван рано.

«— У вас есть три пирожных? Замечательно, это ваш завтрак, обед и ужин на завтра. И не забудьте поблагодарить ребят за уборку в вашей комнате, хорошей ночи!» — Припечатала леди Марина.

Ректор невольно рассмеялся. Суровая девочка. Но отсмеявшись, задумчиво побарабанил пальцами по столу. Отчуждение с выбранным ими лидером, не самый лучший выход из ситуации. Впрочем, мужчина понимал, что какими бы качествами леди Марина не обладала, все перечёркивает тот факт, что о мире, в котором ей предстоит жить, леди знала крайне мало, да и опыта у нее было совсем немного, скорее некоторые навыки выживания.

Сфера мигнула, меня локацию слежки, теперь был виден бытовой блок, где за столом расположись все, кроме Аэльи и жадно поглощали пищу.

«Отличный аппетит» — отметил про себя ректор. Ему нравилось, когда студенты хорошо кушали. Ведь всем известно, если человек плохо ест, там и до болезни рукой подать.

Это любила говорить его жена, леди Рудана, по совместительству декан Факультета Лекарского Дела.

Мужчина усмехнулся своим мыслям. Свою жену он любил несмотря на то, что их брак был договорным и первые десять лет совместной жизни проходили под эгидой взаимной ненависти. Рудана была деятельной натурой, вспыльчивой, загоралась моментально и так же быстро остывала. Его же она считала бесчувственным, холодным и надменным.

Для него долгое время оставалось загадкой, как при таком темпераменте, она умудряется заниматься лекарским делом? Ведь в исцелении тела требуется терпение и понимание. Как ни странно, но сблизила их работа. В то время, Арван был заместителем ректора и деканом боевого факультета, а его жена занималась поместьем и лишь понемногу практиковалась в магии. Естественно, ее это не устраивало. Как и множество ограничений, которые вводились для жены брата главы рода. Она должна была продолжить род, но… Детей не было, и это осуждалось.

Арван позволил себе пригубить вино, поддаваясь эмоциям и вспоминая, что вопреки правилам, традициям и требованиям первого среди высоких родов, не тронул жену ни в первую брачную ночь, ни в последующие десять лет.

Не смог. Пусть она и знала о долге, пусть и была покорна, но интуиции мужчина доверял. Хоть и не было между ними любви, однако что-то внутри него противилось, не давало потребовать свое право. И сейчас Арван знал, что поступил правильно.

Мудрым был предыдущий ректор Академии ХИЛТ, мудрым, понимающим… Не зря пригласил его жену на место заместителя декана факультета лекарского дела, их это сблизило, научило не просто существовать друг с другом согласно долгу, а наконец увидеть друг друга настоящими, цельными… Увидеть и влюбиться без памяти.

Спустя долгих семьдесят лет на свет появился их сын. А спустя еще десять лет очаровательные дочки. Средняя Ланория, пошедшая по стопам матери, стала лекаркой. Младшая Виолия удивила всех, поступив в позапрошлом году на факультет боевой магии. И вот одну именно ее, ему и напоминала леди Марина. Арван и сам не понимал, почему глядя на леди Марину, думает о своей младшенькой. Стареет, становится сентиментальным? Бывает. Но работе это мешать не должно.

В момент, когда леди Ламея предложила разделить воспоминания, ректор нахмурился. Не сказать, что ритуал считался запретным, но ошибка, если ее допустить, могла привести к неприятным и даже катастрофичным последствиям. Ректор ускорил воспроизводимое туманом, желая понять, в каком состоянии находятся дети, но остановил ускорение раньше, чем планировал.

Его заинтересовала тройка ребят в гостиной. Все трое — представители рода Аргхарай. И они явно спорили. Может, девушку отговаривают?

— Значит, леди согласилась на твое безумство? — лорд Гекхар глядел на младшего братца. — А вы знаете, что если допустить ошибку, то можно навсегда лишиться магии?

Леди Ламея побледнела и закусила губу, но упрямо кивнула, подтверждая, что да, знает.

— Замечательно, а леди Марине об этом сказали?

— Это ни к чему, — жестко ответила леди Ламея.

Ректор только подивился тому, что с нее схлынула вся робость и неуверенность.

— Ей подобное не грозит. А излишняя мягкость и жалость может привести к отказу.

— Излишняя мягкость? — лорд Гекхар пристально вгляделся в дальнюю родственницу. — Это называется заботой о своём роде, леди.

— Это мой долг, — упрямо качнула головой девушка. — Я хочу быть полезной и помочь.

— Похвально, — молодой человек опустился перед лордом Шалраем на корточки. — И ты решил поделиться силой, не так ли?

— Хватит смотреть таким взглядом, словно знаешь что-то, что мне неизвестно, заумник.

— Пять тысяч триста сорок один.

— Что?

— Это тот минимум, на который я знаю больше твоего, Шалрай. — Меланхолично отозвался Гекхар. — И ты идиот, если решил, будто твоей магии хватит. Ты забыл, что у вас разные матери? И леди Равьела куда сильней тех женщин, что дали нам жизнь.

— И что? Я знаю, что ее милость представительницы высокого рода…

— Как и отец, — подсказал Гекхар, явно пытаясь помочь братцу дойти до просто мысли.

— И?

— Лорд Гекхар пытается сказать, что в леди Марине в равных долях течет кровь двух сильнейших родов, в то время как во мне, в вас, и в лорде Гекхаре больше преобладает материнская кровь…

— Не совсем так, — поправил Ламею Гекхар и неожиданно для всех перешел на «ты», — но для того, чтобы усилить вашу связь во время ритуала, тебе понадобятся силы не одного братца. Желательно всех трех, так как леди Марина рождена с наследной силой.

— Это то, что я думаю? — ухмыльнулся Шалрай.

— Если речь не о той ерунде, которой ты постоянно думаешь, то — да.

— Зануда, — фыркнул Шалрай. — Ламея, он нам поможет и поделится магией.

— Благодарю вас…

— Считаю глупостью после столь интимной процедуры в приватной обстановке обращаться формально.

— Надо же, впервые я с тобой согласен, — широко улыбнулся Шалрай, — Ламея, расслабься, мы все же родня. И стоит поспешить, леди Марина скоро закончит.

— Секунду, — Гекхар, наконец сел прямо на пол, выставил руку вперёд, — прежде, чем мы начнем я должен обозначить свое условие.

— Я так и знал! — разозлился его младший брат. — А по-другому ты умеешь? Бескорыстно и не во имя великой цели?

— Какое условие? — выдохнула леди Ламея.

— Завтра вы обязательно признаетесь леди Марине, что немного ее обманули, когда предлагали провести ритуал.

— Что? — хором выдохнули Ламея и Шалрай.

— И я при этом буду присутствовать. — Нахмурил брови лорд.

Ректор, наблюдавший за диалогом, посмеивался и довольно щурился. Сейчас он напомнил кота, который наконец дорвался до хозяйского жареного гуся. Хороша команда подобралась. Интересная, скучать точно не придется.

Одно плохо, когда придет время их разъединять, хорошим может не кончиться. Видел он такие связки и не раз, за год, что к ним приглядываются преподаватели, так врастут друг в друга, что лучшего звена и пожелать нельзя будет. Да только не им решать, кто в какую команду попадет на первом курсе. Магия не делает ошибок, дадут боги и эти ребята друг с другом не расстанутся.

Ректор расслабился, позволил себе пригубить бокал вина и вновь обратился к ускоренному просмотру. Студенты давно разошлись по комнатам, но мало ли, что могло приключиться? Он обязан досмотреть до конца…

Лорд Арван отвлёкся лишь на минутку, когда заносил в ведомость дополнительные баллы для тройки Аргхарай. Две тысячи на троих. Чего уж там, заслужили!

Только вчера на совете рода тан Даррак, он поднимал вопрос разделения воспоминаний для нового, пусть и временного, члена рода. Настаивал, что для леди Марьелы это будет самый лучший выход из ситуации и провести его должны или ее мать, или отец. Завтра, впрочем уже сегодня, эту тему должен был обсудить Лейнард с лордом тан Аргхарай. Уже не придется. Родственники девушки сделали их работу.

Ректор вновь потянулся к бокалу и сделал большой глоток, когда…

— А ну брось баклажанчик! — рыкнула леди Марина в тумане сферы. — Я не шутила, запретив тебе трогать продукты.

Вино потекло носом, лорд Арван с секунду бездумно смотрел перед собой, а затем расхохотался, да так громко и задорно, как давно уже не смеялся.

Лорд Арван с живейшим интересом наблюдал за перепалкой и периодически смеялся. Надо же…

Как давно его ничего так не умиляло, не раздражало и не веселило одновременно. За годы преподавания и руководства академией мужчина повидал многое. И аристократов, уверенных, что им кругом должны, но при этом не считающих себя обязанными нести ответственность за людей, подчиняющихся их роду. Великие рода — это не только сила и власть, это великая ответственность. И одной из основных задач академии является привить юным лордам любовь к своим подчиненным, ответственность за их жизни и решения, которые всегда будут иметь последствия. Не бывает власти без жертв. Тем, кто полагает, что его статус при рождении и магический дар, одновременно дает право творить все, что вздумается.

Нет, за все всегда будет наказание. На большую силу всегда найдется еще большая.

Были среди его учеников и те, кто не мог похвастаться своим происхождением. Хватало среди них и благородных, и подлецов. Всяко он повидал… и сейчас не мог отделаться от мысли, что его любимому племяннику подложили большого вонючего рахданса.

Леди Аэлья могла подойти брату Лейнарада, Адарлейну, но никак не наследнику великого рода. Второй племянничек был копией леди, такой же витающий в облаках и в первую очередь думающий о своих желаниях. В отличие от брата, которого Адарлейн младше всего на пару лет, продолжать свое обучение тот не планировал. В этом году он на предпоследнем году обучения «второй ступени», и будь воля ректора, он бы его и на «вторую ступень» не пустил, но нельзя… нельзя.

Мальчишка одарен и должен уметь контролировать магию, позже отец найдет ему применение. Но о рейдах тот может забыть навсегда. Таких, как он, эгоистичных самодуров к командованию подпускать нельзя и доверять чужие жизни тем более, все на что он годен — праздность, самолюбование и рождение детей. Справедливости ради Адарлейн и сам не рвётся совершать подвиги.

И вот сейчас глядя на молочный туман, на проступающие в сфере фигуры, слыша голос леди Аэльи, ее заверения, что она всему обучится и хочет стать настоящей частью команды, лорд Арван все больше уверялся, что девушка еще неоднократно совершит глупость и ошибки. И будет свято верить в то, что ее простят и как маленькую, обязательно погладят по головке и пообещают, что назавтра все изменится.

Ректор неодобрительно покачал головой на действия леди Марины, ей стоило не поддаваться и не кормить девушку. До утра хотя бы, потому что, увы, но леди Аэлья, этот урок не усвоила.

И пусть лорд Арван не сомневался, что леди непременно за завтраком извинится перед членами своей команды, толку от таких извинений не будет.

Он досмотрел как леди Аэлья доела, сгрудила всю посуду в раковину, брезгливо стащила со стола скатерть и понесла ее в свою комнату.

Мужчина выключил сферу и неодобрительно покачал головой.

Что ж, на сегодня это последняя подгруппа пора подводить итоги.

Баллы…, студенты еще не знают, как много они будут значить для них во время всей учебы в академии.

И сейчас будет показательная порка для всех подгрупп. Интересно, команда леди Марины сумеет справиться с ненавистью, которая непременно возникнет?

Ректор вновь усмехнулся, ход с подставным лидером, несомненно, хорош, устраивать козни невесте первого из великих родов, остерегутся. Вот только, магия не ошибается и завтра всех ждет большой сюрприз. Сумеет ли леди Марина спокойно принять изменения? Или станет возмущать и требовать пересмотра?

что-то ему подсказывало, что она и не на такое способна.

Поставив размашистую подпись в ведомости, ректор размножил экземпляры и отправил их к кураторам. Пусть ознакомятся с результатами.

Лорд Арван усмехнулся, представляя, как вытянутся лица некоторых коллег. Первая подгруппа несмотря на ошибки своего лидера, не просто оказалась первой среди всех, а лучшей за последние пятнадцать лет. Отчасти благодаря леди Щуран и его дополнительным баллам. Только ректор имел право давать дополнительные баллы в таком количестве, впрочем, он и другим группам щедро отсыпал. Было за что.

Эта академии скучала по роду Аргхарай. Сорок лет эти стены не обучали новых представителей. Долгий срок, но теперь все изменится…

— Арван, — голос леди Руданы, застал ректора врасплох.

Сейчас он меньше всего ожидал увидеть свою жену. Она должна была сладко спать.

— Я так и знала, что ты засидишься до самого утра. — Подходя ближе, заметила она. — В следующий раз не жди, что я помогу.

Мягко расположила ладони на плечи мужа, призывая магию и щедро делясь своей энергией. Размяла затекшую шею, подлечила воспаленный нерв, который не давал покоя ей вот уже пять дней, но отловить мужа оказалось не так-то просто. Не во время таких перемен и событий в академии и в их роду.

— Так лучше, — удовлетворено кивнула и звонко чмокнула мужа в макушку.

— Свет моего сердца, — выдохнул ректор и нежно притянул любимую за талию, усаживая женщину на свои колени. — Не знаю, чтобы я без тебя делал.

— Жил, — пожала та плечами и звонко рассмеялся, — долгой и никчёмной жизнью.

— Именно так, — подтвердил лорд Арван и поцеловал раскрасневшуюся жену.

Глава пятнадцатая

— Я готов съесть учебники!

— Он обещал прийти, потерпи немного.

— У меня уже нет сил…

Это я высунулась в коридор и попала под раздачу. Ну как под раздачу, скорее под вселенский плач.

После завтрака, покаяния Аэльи и приватного разговора с братьями и Ламеей, где выяснилось, что сестрица мне не все рассказала про ритуал, я приняла решение познакомиться с теми, кто живет с нами на этаже.

И на самом деле выбрала не самый удачный момент.

Народ был голоден и знакомиться не торопился.

Вообще, стоит отдельно рассказать о доме, в котором нам предстояло жить целый год.

Во-первых, в нем было четыре этажа, и первый был полностью отведен для нужд нашей комендантши.

На остальных этажах располагались жилые боксы, по пять на каждый этаж. Три этажа, по пять боксов, в каждом из которых по шесть жильцов итого девяносто человек на весь дом и по тридцать на каждый этаж.

Так вот, начиная с утра, когда меня лихим ветром выдуло в коридор, потому что срочно требовалось попасть к леди тан Щуран, я слышу про то, как студенты голодны.

Оно и понятно, не каждый успел урвать себе провизию, а кто-то и вовсе не спешил делиться с членами своей подгруппы, но этот разговор, про то, что кто-то должен прийти, я подслушивала самым наглейшим образом.

И выяснила следующее. Оказывается, мы выйти не можем, но к нам могут прийти гости с гостинцами, правилами это не запрещено. И те студенты, у кого сохранилась связь с родом, этим воспользовались. То есть попросили принести им еду студентов первой ступени.

Получается, при должной смекалке и наличии особых артефактов, народ мог не голодать. Интересно, а у моих родственников такой артефакт есть?

Я вернулась в наш бокс, практически никем незамеченной. Да и кто б меня замечал? Если все маячили у окон, выискивая глазами свою «помощь»?

— Гекхар, Шалрай, — позвала я братьев, демонстративно не заметив Аэлью.

Бесила она меня. Сегодня все утро бесила. И своим кукольным личиком, и слезами на румяных щечках, которые лились так картинно, будто она на камеру снималась.

А окончательно она меня добила фразочкой, что, видите ли, ей ни разу не приходилось мыть посуду, а потому она сделала все возможное — то есть сложила оную в раковину. И закончила вопросом: Леди Марина, вам ведь не сложно помочь лидеру подгруппы?

И это при ребятах!

Если мой первый порыв был помочь ей, то есть все наглядно показать, то после этого я заставила ее мыть посуду, причем не только ту, что скопилась после ее ночной трапезы, но и после завтрака, за которым, кстати, блондиночка уплетала за четверых. Даже парни переглядывались, глядя на то, как леди жрет.

Собственно, почему мне с утра понадобилось к комендантше, да потому что эта блондинка побила тарелки! Все!

Конечно, леди тан Щуран подобное не понравилось. Я выслушала десятиминутную лекцию на тему казенного имущества и его сохранности, что в свою очередь любви к блондинке не добавило.

Но с чистым сердцем сообщила, что, если подобное повторится, а оно непременно повторится, возмещать убытки будет леди Аэлья. Девушка изо всех сил старается быть полезной и познает суровый быт насущных дней.

Данная фраза заставила леди тан Щуран заткнуться и кажется, посмотреть на меня по-новому.

После чего мне аккуратно сообщили, что в каждом хозяйственном блоке существует уникальный артефакт, который предназначен для мытья посуды.

Естественно, я парировала тем, что нельзя бросать нуждающегося и его священный порыв быть полезным, к том уже, вряд ли на полевой практике нам дадут подобный артефакт. Ручками и только ручками, а потому, уж простите, но дайте, пожалуйста, новый набор столовых тарелок.

Честное слово, я почти узрела как сухая Щучка смеется. Меня поманили пальчиком и проводили в святая святых — огромную кладовку. А вот выдали, кто б сомневался-то? Металлические тарелки! Отказываться я не стала. Мысленно выровняла наш счет в один-один. Ну ничего, еще отыграюсь.

— Леди Марина? — Гекхар заставил меня вернуться из воспоминаний в реальность.

— Вы звали?

Меня от этого «вы» уже тошнит. Учитывая, что эти братцы для меня за сутки сделали, то они явно заслуживают оказаться в числе близких. Да-да, пока я стояла над душой Аэльи, которая пыталась мыть посуду, попеременно стеная о своей незавидной участи, и играя на публику в моем лице, я думала о разговоре с Ламеей в присутствии двух братьев. Мало того, что выяснилось, что девчонка рисковала своей магией, так еще, оказывается, силой с ней делился не только Шалрай, но и Гекхар!

Феликс утверждал, что на такое не все способны. И я была склонна ему верить. Да что там! Я ему всецело доверяла! Мой умничка феникс меня еще ни разу не подвёл, и вряд ли вообще подведет.

— Пойдемте ко мне в комнату, — попросила я, видя, что Аэлья уходить не планирует и жадно прислушивается к нашему разговору.

После этих слов, блондинка нахмурилась. А как она хотела? Я не шутила, заявив, что с этого дня, у нее почетная миссия — всегда мыть посуду. Хочет она там, не хочет, умеет или нет, а если желает есть, то никуда не денется.

Тем более, я была уверена, что кухонный блок не просто так здесь установлен, явно не для простых вечерних перекусов. Поэтому, сомневаюсь, что нам разрешат каждый день бегать по ресторанам и тавернам. А студенческая столовая, еще поглядим чем там кормят и в каком количестве.

— Что-то случилось? — насторожилась Ламея, которая как раз занималась сортировкой учебников. Общая комната, которая вела в наши спальни, имела два книжных шкафа, два письменных стола, небольшой журнальный столик и диван.

— Случилось, — кивнула я и улыбнулась, — приступ острого любопытства.

Ламея, которая было напряглась, облегчённо выдохнула.

— И что тебя интересует?

— Артефакт, по которому один род может связываться в академии с представителями своего рода, но старших курсов. Я тут совершенно случайно подслушала, что другим студентам принесут еду студенты первой ступени… И как я поняла, они одного рода…

— Если вам интересно, есть ли у нас такой, то да, он существует, но для нас совершенно бесполезен, — Шалрай устроился на журнальном столике и дрыгал ножкой. — Отец выдаст артефакт связи только в следующем году.

— Почему бесполезен? — не поняла я. — И почему только в следующем году.

— Потому что мы единственные представители рода Аргхарай в академии, — будничным тоном ответил Гекхар. — За последние сорок лет от нас не было студентов. Иными словами, нам рассчитывать на помощь рода — не стоит. Ее попросту не от кого будет получить.

— А в следующем году, получается, помощь должны оказывать мы?

— Да, но не все, только лучшие представители. Ответственные и при этом не переступающие рамки. То есть выполнять задания за нулевиков запрещено, а вот помочь советом или угостить едой, как тем, чей разговор вы услышали — вполне.

— Получается, вы об этом знали? Ну что там нам потребуется помощь от старших причем еще в самый первый день?

Память Ламеи в этом не была помощником, так как она не относилась к главной ветви рода. И то, что происходит в верхушке, просто не могла знать.

— Подписывая договор, мы одновременно даем и клятву о неразглашении, поэтому знать о том, что происходит на нулевом курсе, помимо общеизвестных фактов, новые студенты не могут. А те, кто уже учатся в академии ничего рассказать не могут, магия не позволяет. — Отрапортовал Гекхар. — Для нас все также в новинку, как и для вас, леди Марина.

— Риша, — не выдержала я. — Зовите меня Ришей. Значит и мы после того, как перейдем на первый курс, помочь новичкам не сможем.

— Почему же? — Пожал плечами Гекхар. — Мы сможем отозваться на их зов по артефакту связи, но заранее рассказать о том, через что прошли мы, тут, увы, нет, это прямой запрет.

— Понять бы еще, для чего такая скрытность… — выдохнула я и потерла кончик носа. Дурацкая привычка, от которой я все никак не могла избавиться.

— Видимо, для того чтобы с корнем вырвать устоявшееся мировоззрение, — протянула Ламея. — Или отношение к магии и другим родам…

— О чем ты? — Шалрай даже ногой дрыгать перестал.

— Судите сами, скрытность, подписание договора, обучение магов с другой направленностью магии, а заодно, — тут девушка улыбнулась, — маленькое приключение леди Марины в компании светлого студента. К тому же, создание подгрупп и формирование команд. Это все явно направлено на желание обучить взаимодействию и работе вне сословных предрассудков.

— И прочих рамок, — поддержала ее. — Однако существует одно «но», для чего благополучному миру нужны команды? Сработавшиеся команды? Только ли для работы в академии или для чего-то еще? Благодаря вам, и конкретно Ламее, я имею представление о мире, однако, во всей информации, которую явно дозировали при обучении в Школе, имеется существенный пробел.

— Чему нас будут обучать? — хмыкнул Шалрай, — особенно, если учесть, что представители великих родов ремесленниками не становятся.

Я знала, что иллами точно знает ответ, но Феликс почему-то играл в молчанку и только вздыхал. И я в этих его вздохах чудилось нечто вроде «чем позже узнаешь, тем лучше», «побудь еще ребёнком».

В общем, я пятой точкой чуяла подставу и нравится мне это точно не могло.

— Мама говорила, что с поступлением в академию, я стану взрослым. — Серьезно, что для Шалраю явно было нетипично, сказал брат. — Детство останется позади…

— И либо это завуалированное предупреждение, либо великая надежда твоей матушки, — поддел брата Гекхар. — Ты все никак не угомонишься со своими шалостями.

— Предполагаю, что первое… — Ламея выглядела задумчивой, словно бы что-то вспоминала. — Иллами, меня всегда интересовало, откуда они берутся и куда деваются после смерти мастера.

Я прям стойку сделала, у меня в голове тоже обитала масса вопросов по поводу иллами.

— Понятно, если смерть мастера насильственная, то иллами возвращается к источнику и вновь ждет нового хранителя. А когда их поглощают ради нового уровня силы? Ведь уплата долга жизни может быть разной… и почему-то такие важные вопросы, в Школе не поднимали.

— Их обходили, — кивнул Гекхар, — однажды я пытался выяснить больше у отца, но он сказал, что всему свое время.

— Феликс, ты ничего сказать не хочешь? — все же обратилась к своему сильно притихшему иллами.

— Не хочу, — буркнул он. — Студенчество — прекрасная пора.

— Правда?

— Несомненно!

— Темнишь ты…

— Ну я же иллами тьмы, хранительница…

— Лис ты хитрый! — фыркнула я.

И тут раздалась требовательная трель. Она лилась отовсюду. И в первый миг ошеломила. Мы замерли словно застуканные на горячем.

— Всех студентов просим на выход из общежития! — хорошо поставленным голосом пророкотало в воздухе.

— Это, что общая тревога? — сглотнув, спросила Ламея.

— Или явление ректора народу… — поправила я.

— Или не ректора, — предположил Гекхар.

— Неважно, все равно идти придется и чем шустрее, тем лучше. — Поднимаясь с дивана, сказала я. — Ребят, плащи свои прихватите. Мало ли куда нам идти придется.

Честное слово, как в воду глядела!

Когда мы с Ламеей вылетели в общую Гостиную, Крафей накидывал на плечи плащ, а вот Аэлья стояла с недовольным лицом и в платьишке. Воздушном, небесного цвета, которое удивительно шло к ее лицу… И когда переодеться успела?

— Плащ возьмите, лидер, — ехидно протянул Крафей, — если мерзнуть начнете, я одеждой делиться не стану.

— Ой, лорд Крафей, мы же наверняка ненадолго, ведь ректор должен прийти в бокс, да и погода на улице прекрасная, солнечная.

С последним было сложно поспорить, погода и правда радовала теплом. Но… С тем, что ректор к каждой подгруппе лично заявится верилось с трудом. У него на попечении сотни студентов, чтоб он по шестеркам ходил и время тратил. Бред.

Правда, вчера это бредом не казалось. А сейчас вот не верится.

Аэлья проскользнула к двери, но я ее опередила и встала на пороге не пропуская.

— Плащ, — мрачно напомнила ей.

— Но я не хочу, — хлопнув ресницами, заявила она.

— Мне все равно. Или действуем заодно, или самостоятельно будешь со всем справляться.

Нет, теперь я точно не сомневалась в том, что Аэлья дура. Таких еще поискать! Эгоистичная дура в квадрате, а нам с ней еще жить и учиться… Подфартило так подфартило.

— Леди Мариэль, вы задерживаете остальных, — скромно напомнил Гекхар, — плащ можно просто взять в руки, необязательно накидывать на плечи.

— Точно! — просияла блондинка и таки пошла за плащом.

— Спасибо, — выдохнул Крафей.

Вместе с ним выдохнули и остальные. Но рано. Не знаю, что там делала эта коза, но уже было третье голосовое сообщение о том, что нам нужно выходить, а леди Мариэль к нам не вернулась. У меня чесались руки вытащить ее из комнаты за волосы.

И вообще, какого хрена она в свою комнату пошла, если верхнюю одежду мы вчера снимали и вешали в шкаф общей гостиной?

Накрутить себя до предела я не успела. Блондинка будто фея грез появилась на горизонте.

— Прошу прощения, — пропела она, — платье испачкалось. Пришлось переодеваться.

У меня задергался глаз, Крафей сжал кулаки, а Ламея, недолго думая, схватила Мариэль за руку и потащила на выход. В новом платье цвета чайной розы. Необыкновенно прекрасном, но… без плаща.

А ну и черт с ней, пусть мерзнет идиотка.

Из общежития мы вышли последними. Ну как вышли, вылетели и я даже наскочила на нашего куратора. В итоге удостоилась взгляда, от которого захотелось забиться в щель.

— Прекрасно, — ядовито произнёс лорд Дарней тан Маррад, оглядывая нашу команду, — практически вовремя.

Приветствовать куратора не стала, хотя, наверное, и полагалось. Вместо этого мы чинно влились в нашу тридцатку, курируемую деканом боевого факультета. Я лишь сейчас заметила, что были здесь и чужие кураторы.

Ну правильно, в дом-то заселили девяносто человек.

— Доброго дня студенты, — нацепив на лицо нейтральную маску, сказал куратор. — Сейчас мы с вами отправимся в Академию Хилт на общий сбор всех новых студентов. Мы пройдём к…

Тут у кого-то громко забурчало в животе, и мужчина вынужден был сделать паузу.

Студент, у которого от голода свело желудок, поспешил скрыться за спины товарищей.

Зря. Потому что лорд Дарней все равно его вычислил, пусть ничего и не сказал.

Да и не требовалось. Тем более, тот студент будто бомбу запустил, случилась цепная реакция, и бурчать в животах стало сразу у нескольких студентов.

— Плохо, — хмуро сообщил куратор. — Если вы не в состоянии думать головой, то будете вечно ходить голодными.

Ну, конечно, можно подумать, Академии кто-то позволит морить голодом студентов. Я хмыкнула и это не прошло незамеченным. Вот блин!

— Считаете мои слова смешными?

Влипла! Но лгать не стала.

— Полагаю, что академии невыгодно морить голодом своих студентов. Это чревато…

— И чем же?

— Проблемами, декан тан Маррад, с семьями заморенных голодом студентов. Но в целях профилактики, голодовка полезна, при условии, что физические и учебные нагрузки не превысят нормы.

Эту мою реплику оставили без ответа.

— Сейчас мы совершим переход в академию. Надеюсь, вы взяли с собой карты, потому что подсказывать символ для столба переноса, я не стану.

Моя карта все также валялась в плаще. Мысленно погладила себя по голове. Какая я умничка, что таки захватила плащ. А вот ребята о карте не подумали. Впрочем, у Гекхара и Крафея их и вовсе нет!

Я подняла руку вверх, желая задать вопрос.

— Слушаю, леди Марина.

— Помогать членам своей группы разрешено?

— Только своей подгруппе, — явно нехотя ответил куратор.

Ребята рядом со мной облегченно выдохнули. Аэлья широко улыбнулась. Вот уж кому мне меньше всего помогать хочется! Но придется. Мы ж одна команда… Р-р-р!

— Идемте!

Как и во время нашего первого появления на территории академии, мы выстроились по парам и прошествовали к столбу переноса. И уже там, нам разрешили достать карты и ознакомиться с символом, который необходимо использовать при переходе.

Точкой назначения оказался тот самый полигон, с которого для меня началось знакомство с академией. Я сверилась с символом, показала его ребятам и ожидаемо поперлась к столбу первой. То ли куратор меня с первого взгляда невзлюбил, то ли просто мстил мне за что-то… Но я прямо попой чуяла, что теперь всегда и везде буду первой. Начиная от простейшего — перенестись на место учебы, до роли подопытного кролика.

Прямо повезло.

Неожиданно, меня выкинуло в коридор, который мы преодолевали вместе с Лейнардом. Сначала я растерялась, а потом напомнила себе, что ничего со мной точно не случится и нужно просто найти дверь. Феликс одобрительно хмыкнул.

Как только я об этом подумала, она появилась прямо передо мной, всего в трех шагах и на ней горел символ, который я рисовала на столбе.

Я шагнула в дверь и очутилась на полигоне, невольно поежилась от пронизывающего ветра. Хотелось вернуться обратно, но здесь столбов переноса не было. Я это знала по прошлому разу.

Зато имелись некоторые изменения. Если раньше нас по родам распределяли, то теперь над секторами горели цифры групп. А сами сектора были еще и внутри поделены. Судя по всему, нас еще и на подгруппы поделят. Надеюсь, как в детских лагерях не заставят название подгруппе придумывать и девиз.

Эта мысль меня развеселила, и я хихикнула.

— Что-то смешное увидели? — раздалось над ухом, и я вздрогнула.

— Боже, кто ж так подкрадывается? — выдохнула я и обернулась, — лорд Крафей я так и заикой могу остаться.

— Полагаю, вас подобным не напугать. И все же, леди Марина, что смешного?

— Не уверена, что вы поймете. — Честно ответила ему.

— О чем вы? — хором спросили родственники.

В нашем секторе становилось людно. Да и в соседних секторах появлялись люди. Еще чуть-чуть и начнется шоу. Вот сто процентов!

А пока все собирались и ждали появления куратора, я попыталась кратенько обрисовать от чего хихикала в момент появления Крафея.

Удивительно, но почему-то идея девиза и названия подгруппы, ребят воодушевила. Я мысленно покрутила пальцем у виска. Тоже мне, детский сад штаны на лямках.

— Богиня, как же здесь холодно, — раз десятый проблеяла овца, пардон, Аэлья.

Хотелось ответить, что ее любовь должна греть. Но я промолчала. Тем более наша звезда, как обычно играла на публику. Стреляла глазками вокруг, особенно по парням. Начала она, конечно, с наших, но понимания и отклика не получила. Никто не спешил стаскивать с себя плащ и выручать леди, попавшую в беду.

Зато фокус «я все такая несчастная, спасите меня немедленно», сработал на одном из ребят группы. Его имени я не помнила, но момент того, как он спешно бросился к нашей мисс «О, согрейте меня уже кто-нибудь», меня рассмешил. Да и не только меня. вся наша группа с этого тихо смеялась. И нарвалась на пару осуждающих взглядов.

Наверно, со стороны смотрелось не очень, она вроде как наш товарищ, а мы ржем над тем, что она мерзнет, однако учитывая, что в этом девушка виновата сама, то…

Если честно, я б и этот плащ у нее отобрала, чтобы парень себе ничего не застудил. Его мне было жальче, чем блондинку. Но моего мнения не спрашивали.

Я хмыкнула и отвернулась к своим ребятам. Пусть, что хотят, то и думают. Крафей тоже первые минуты знакомства вокруг нее плясал чуть ли не под дудку, а сейчас ничего, ума прибавилось. Впрочем, многим мужикам именно такая розочка и нужна. Чтоб вот собой любовалась, глазками хлопала и была украшением на приемах. Вот какие у нее могут быть проблемы? Гардероб поменять? Платье вовремя сменить?

Мордочку лица подкрасить да локоны строго как в журнале уложить? С такими удобно, она не полезет в твои дела, не станет делать тебе интим головного мозга. Будет мила, прекрасна и свежа… Ну пока ты ее полностью обеспечиваешь. Даже детей родит и не пикнет. Вот только…

Я всегда думала, что брак, это равное партнёрство во всем: любви, делах, воспитании детей, досуге и конечно, в постели. Пусть опыта у меня никакого, но помечтать не вредно? Я бы вряд ли смогла быть такой овечкой, которая кроме своего внешнего вида, и удовлетворения своих желаний, ничего больше не хочет. Впрочем, еще хуже, когда такая женщина властна без меры, но глупа.

— Студенты! — голос ректора разнесся по полигону и тут же раздался приказ. — Разойдитесь по своим подгруппам внутри вашего сектора!

Началось. Я сунулась в ближайший расчерченный квадрат и столкнулась с бугаем. Причем я была первой! На меня рыкнули, но черта с два я теперь уступлю!

— Здесь не зверинец, — фыркнула я, — свои повадки там показывай…те. Или в лесу. А этот сектор — занят.

— Ну попробуй, выгони меня, — откровенно ухмыльнулся нахал.

— Да, пожалуйста, — я силой наступила ему на ногу. Пусть у меня каблук и маленький, квадратненький, но силушки я от души вложила. Еще и добавила локтем по ребрам, когда противник от неожиданности согнулся.

А после и вовсе за ухо схватила. Так как меня когда-то научили в школе, учительница по географии, Карина Владимировна. Мировая тетка, между прочим!

Я с наслаждением выкрутила ему ухо, и зажала пальцами так, что в итоге парень не выдержал и ухнул на колени.

— Пусти… — прошипел он.

— Неправильная форма обращения. — Указала ему, не ослабляя хватки.

И плевать, что на нас теперь все пялятся. Я никому не позволю мне тыкать и меня унижать.

— Ах ты ж… — договорить не смог, я усилила нажим.

Честно слово, еще чуть-чуть и я попросту ему ухо оторву.

— Приношу свои извинения, леди. Я был не прав. — Едва ли не по слогам выдал он.

— Извинения приняты. — Я отпустила его ухо, но в сторону отходить не стала.

Хотя первым порывом было отойти на шаг. Однако… этим он решит, что я струхнула. А страх показывать нельзя. Никогда и ни перед кем.

За моей спиной встали Крафей, Гекхар и Шалрай. И я незаметно для всех выдохнула. Спасибо им за такую молчаливую поддержку. Момент испортила Аэлья.

— Лорд Киртан, леди Марина была несколько груба, я как лидер команды, приношу свои извинения.

— !.. — непроизвольно вырвалось у меня.

— Леди Марина была в своем праве, — лорд Киртан даже не посмотрел на блондинку и то ли кивнул мне, то ли поклонился.

А затем поторопился к своей команде.

Пронесло. На этот раз, но высказать блондинке все, что я о ней думаю, хочется нестерпимо, и желательно на том самом уровне, который она заслуживает. Обложить трехэтажным, да от души! Идиотка, как есть идиотка!

— Внимание! — голос ректора снова разнеся громом, и я была вынуждена повернуться лицом к центру полигона. Тумаков я блондинке дома надаю. Заслужила!

Глава шестнадцатая

— Вчерашний день для каждого из вас стал настоящим испытанием. И уверяю вас, что весь год мы будем проверять вас на стрессоустойчивость, командную работу, умение принимать нестандартные решения…

Все на полигоне притихли, ошарашенные заявлением ректора.

— Забудьте о том, чему вас учили в Школах. Забудьте о своих титулах, в академии они вам не помогут, а в некоторых случаях могут стать помехой. Весь этот год ваша подгруппа будет и вашей семьей. Не забывайте об этом, — ректор продолжал свой спич и особо подчеркнул. — Ваша подгруппа — это ваша семья на весь год. Вчера, некоторые подгруппы сами выбрали себе лидера, а кто-то стал лидером по мере прохождения заданий. Иными словами, был выбран магией, а не студентами.

Лорд тан Даррак замолчал. Мне казалось, что так тихо не бывает никогда. Впервые слышала настолько мертвую тишину.

— Магия никогда не ошибается. — Слова ректора звучали весомо, словно бы магия была разумным существом и вообще последней инстанцией. — Магия, дарована нам богами и ими же может быть отнята, если они посчитают вас недостойными. Это может случиться с каждым.

Не нравился мне тон, выбранный ректором. Словно он нас стращал, нагнетал обстановку перед чем-то важным, но при этом жутком.

Впрочем, мне, выросшей на Земле, все их традиции кажутся жуткими и непонятными. Но учитывая то, что я еще не все знаю, то возможно, какая-то логика все же будет прослеживаться. К тому же, магия… боги. Когда-то все это для меня было вымыслом, а теперь самая настоящая реальность.

— Вы оказались в академии, потому что каждый из вас обрел иллами! С детства все вы грезили ими, желали получить самого сильного иллами. Вы больше не дети и не просто маги, вы — хранители иллами!

Я нахмурилась. Ну точно, очень похоже на какую-то агитацию. Сначала застращать, потом поднять боевой дух, чтобы в итоге дать не очень приятную информацию. Я напряглась, Феликс внутри меня будто сжался. Клянусь, я даже почувствовала, что он меня по волосам погладил! Удивительно теплое ощущение и кажется каким-то нереальным.

— Хранители иллами — это гордость высших миров!

Пафосное замечание ректора, пробудило во мне память Ламеи. Я как-то отстранённо отметила, что высших миров насчитывается десять, и первым среди всех, считается Тантерайт. А вот низшим миром, почему-то является Земля и еще около пятидесяти миров.

Но все это вскользь, потому что все внимание было приковано к ректору.

— Главная задача хранителей — сохранять гармонию, давать возможность душам находить путь для перерождения, принимать покаяние и очищение, а также ликвидировать те из душ, которые не желают принять очищение.

Что, простите?

— Не все из вас станут участвовать в рейдах после окончания академии, не все из вас смогут быть ликвидаторами, но для каждого из вас пока открыт этот путь. За этот год вы познаете, что значит быть истинным хранителем иллами. Это не значит, что избрав для себя иную профессию, вы утратите своего иллами. Мы не занимаемся отъемом ваших партнеров.

Пока я не очень понимала, о чем идет речь. Ликвидация душ? То, что мой феникс и есть такая душа, только наделённая магией, это я помнила хорошо, но неужели их ещё и ликвидируют? Выходит, существуют какие-то законы. Которым подчиняются маги этого мира, а заодно и души? И вообще, что значит сохранять гармонию и направлять на очищение и покаяние души?

— После того, как вы сдадите экзамены на выбранный вами факультет и получите подтверждение о зачислении, то до окончания вами академии, будете прикреплены к определённой команде из таких же студентов первой ступени, какими будете и вы. Вместе вам предстоит на практике ознакомиться со всем, что является неотъемлемой частью хранителей иллами.

Все также студенты молчали, ожидая продолжения.

— Неспроста Академия ХИЛТ, Академия ХИС и Академия ХИЛС находятся в определённой точке нашего мира. Как вы уже знаете, только в этой части Тантерайта, соприкасаются все три спирали, три ядра нашего мира. Мы не делимся по видам магии, мы не воюем с теми, кто обладает магией другой направленности. Нет из нас тех, кто лучше или хуже, мы все — часть вселенной. Божественные творения, которые обязаны жить в гармонии и поддерживать эту гармонию во всех мирах.

На этих словах студенты оживились. Похоже, я была права в том, что не только мне попался светлый. Народ явно также встречал студентов с другой направленностью магии и сейчас стыдился своей реакции на них. Ну мне так показалось.

— Традиционно команда ликвидаторов состоит из хранителей иллами света, хранителей иллами тьмы и хранителей иллами стихий. Количество участников может варьироваться от пяти до десяти. Чаще семь-восемь хранителей.

Кажется, я поняла к чему он клонит….

Брошь на платье Аэльи нагрелась, да так сильно, что опалила ее платье, вот почему она вскрикнула и не сразу заметила, что знак лидера пропал.

Когда начала нагреваться моя брошь, я сжала кулаки. Я не хотела быть лидером, но магия меня не спрашивала. Мне и смотреть не требовалось, я и так знала, что теперь мою грудь украшает буква «Л» с единицей в середине.

— Поприветствуйте аплодисментами новых лидеров ваших подгрупп! — требовательный голос ректора не оставил и доли сомнений, хлопать станут все.

Даже Аэлья, которая теперь ревела в три ручья, слабо, но поаплодировала мне.

— И перейдем к самой приятной части нашей встречи — награждению!

— Поприветствуйте аплодисментами новых лидеров ваших подгрупп! — требовательный голос ректора не оставил и доли сомнений, хлопать станут все.

Даже Аэлья, которая теперь ревела в три ручья, слабо, но поаплодировала мне.

— И перейдем к самой приятной части нашей встречи — награждению!

— Леди Марина, поздравляю, — Крафей чуть склонил голову и улыбнулся мне.

— Спасибо, — вынужденно поблагодарила, радости я не испытывала. Ни грамма.

— Я так рада за вас, — Ламея сияла.

Точно такими же счастливыми выглядели и братцы.

— Я…я поздравляю вас, леди Марина, — все еще жалея то ли опаленное платье, то ли свою должность, произнесла Аэлья. — Как только нас отпустят, я перенесу свои вещи…

— Не стоит, — осадила ее. — Меня устраивает моя спальня.

— Правда? — слез как не бывало. Она что, из-за комнаты рыдала? — Благодарю! Так приятно знать, что вы понимаете как нео…

— Десятое место! — слова блондинки потонули в громе голоса ректора. — Группа пятая, подгруппа третья!

Я сначала пыталась сообразить, что лорд тан Даррак сказал. Потом сообразила. У нас же десять факультетов, от каждого по два куратора, который в свою очередь собирал по тридцать студентов, во всяком случае, наш куратор собрал именно тридцать человек. И каждая такая группа имела свой номер, это только потом, наши кураторы поделили нас на команды и дали нам еще одни номера.

По идее, если нас назовут, то звучать будет так: Группа первая, подгруппа первая.

— И их результат: три тысячи восемьсот двадцать баллов!

Студенты и без указки начали аплодировать. А я вот о чем подумала, если десятое место — три тысячи, то, нам светит место в десятке! И что-то мне подсказывает, что это не только почет, но и геморрой.

— Мы точно в десятке лучших, — озвучил мои мысли Гекхар.

— Десять козлов, — пробормотала я.

— Что? — спросил Шалрай. — Причем тут эти животные?

— Мысли вслух, — выдохнула я. — Сам посуди, сейчас нас перед всеми выставят, как в картинной галерее, озвучат результат…

— И любви от других студентов это точно не добавит. — Закончил за меня Крафей. — Но про козлов я тоже не понял.

— У меня на родине есть такое выражение «козлы отпущения». В одной из религий, это символичное возложение чужих грехов на козла и отправление его в пустыню. Мол, таким образом, люди очищались от грехов, передав их козлу. — Ответила немного сумбурно, надеясь, что общую мысль все-таки ребята уловят.

— Это так почетно! — восторженно заявила блондинка, наконец, видимо, подсчитав наш результат и сопоставив его с уже названными местами.

Пока я тут объяснила, вызвали еще три команды. Правда, я так не поняла, чего им вручили, как награду.

— Мы наверняка в тройке лидеров! Все будут равняться на нас, восхищаться нами! — продолжила свой щебет Мариэль. — Вы должны гордиться, моя…наша команда одна из лучших.

— Леди Мариэль, будьте добры помолчать, — все-таки я не выдержала, — из-за вас не слышно о чем говорит ректор.

— Простите, я просто выражаю свой восторг.

Восторг она свой выражает. Господи, никогда ни о чем, кроме здоровья матери не просила, но может есть еще одна возможность попросить, и этой дуре добавят таки мозгов? Нельзя же быть настолько глупой и самовлюбленной?!

— … пять тысяч четыреста двадцать два балла! — Объявил лорд Арван. — Команда, занявшая шестое, почетное место! Этой пятерке команд даруется два дополнительных выходных, которыми они могут воспользоваться для посещения дома в любой день года и при этом не иметь никаких штрафных санкций!

Так вот какие подарки. Кстати, о доме, насколько я помню. В наши выходные в родовое поместье никто отпускать не станет. Только на каникулах, которые имеют разное значение. Раз в полгода — это три недели. Раз в три месяца — пять дней. А так отдых у нас один день в неделю, причем не в определённый, а согласно расписанию. Но пока, расписания мы в глаза не видели.

— Команды могут вернуться в сектора!

Естественно, под аплодисменты. Прямо куда деваться. Ладно, ладони не отвалятся.

— Пятое место! Группа седьмая подгруппа восьмая! — ни черта себе, оказывается и не по тридцать человек делят. Раз группа восьмая. — Пять тысяч четыреста сорок баллов!

— Разница с шестым местом всего восемнадцать баллов. — Мгновенно подсчитал Гекхар.

— Смотрите, в этой группе лорд Аргхарай, — восторженно указала Ламея на Абра, старшего из моих братьев.

— И не только он, — подметил Шалрай, — леди Катая с ними.

Вот тут и я уже от души хлопала. Молодцы ведь! Еще какие! Свой род нужно поддерживать! Обязательно!

— Четвертое место и пять тысяч четыреста пятьдесят семь баллов у группы двенадцатой подгруппы шестой!

Я жадно всматривалась в лица студентов, но знакомых не находила. Хотелось верить, что близнецы справились и войдут в десятку. Все же они пока считаются будущими главами нашего рода.

— Вашим командам дается три выходных, которые вы вольны использовать по своему усмотрению в любой из дней года. — Вещал лорд Арван. — Вы можете вернуться в свои сектора. А теперь перейдем к тройке лидеров!

Атмосфера на полигоне накалялась. Студенты сильно оживились, и сейчас явно перетирали кости счастливчикам, урвавшим дополнительные выходные.

— Пять тысяч пятьсот баллов заработала подгруппа номер три группы тринадцать! И заняла почетное третье место!

Все с затаенным дыхание следили за теми, кто шел в центр полигона.

— Они третьи, — радостно сообщила Ламея, — наши будущие главы!

— И Турарг с ними.

Я от души хлопала близнецам, но при этом думала о том, что мы влипли.

Как-то мне с трудом верится, что у кого-то соберется больше семи тысяч баллов. Раз уж у третьего места с пятым разрыв всего шестьдесят баллов.

Вот тебе и не привлекли внимание…

— Второе место и пять тысяч шестьсот семьдесят три балла, — ректор сделал паузу, явно подзадоривая студентов, — делят две команды! Это группа семнадцать подгруппа два и группа четыре подгруппа пять!

— Ура! — вдруг завопила Аэлья. — Мы первые, мы победили…мы…

Я заткнула ей рот рукой. Рефлекторно получилось. Хорошо хоть ее крик никто не слышал. Хлопали ведь, аж двум командам сразу!

— Леди Мариэль, учитесь молчать, когда вас не спрашивают и не смейте подставлять команду. Потому что клянусь, я не посмотрю на то, кто ваш жених и устрою такую трепку, что вы еще неделю на задницу не сядете. — Прошипела я на ухо блондинке. — Вы поняли меня?

— Мня, мдя, — я отпустила ладонь с ее рта, — да.

— Превосходно.

— Итак, все вы задаетесь вопросом, а кто же занял первое место? У кого же лучший результат и какие баллы получила эта команда? — Ректор был сама радость и счастье.

Все еще хуже, чем я думала. Блондинка опять задергалась, но поймав мой мрачный взгляд, застыла столбом. Вот и правильно, нечего тут из себя звезду изображать.

— Семь тысяч пятьсот девяносто баллов! Лучший результат за последние пятнадцать лет!

Студенты зашумели как растревоженный улей. Я поежилась и сжала руку Ламеи, которая подошла ко мне поближе. Сейчас будем нам всем большая грустная попа.

— Группа первая подгруппа первая! Прошу, выходите к нам!

Мы наверно, были единственными, кто шел в центр по парам.

И то только потому, что Крафей так вцепился в охреневшую и рванувшую вперед Аэлью, что почти опрокинул ее. Мы просто быстро скучковались, закрывая обзор, а потом уже было не до того, чтобы расходиться.

Я шла с Ламеей, позади меня Крафей с Аэльей, и замыкающие Шалрай и Гекхар. Мы словно конвоировали блондинку.

Не особо приятным моментом был тот факт, что нам не аплодировали. То ли все еще осмысливали количество наших баллов, то ли до такой степени завидовали, что не могли себя заставить похлопать в ладоши.

Когда мы поравнялись с остальными командами и ректором, в частности, я секунду раздумывала, как нам поступить, то ли остаться стоять лицом к ректору, то ли встать в шеренгу к остальным. И вот тут-то грянули аплодисменты.

Конечно, мы вздрогнули и так с Ламеей вцепились друг в дружку, что стопроцентно синяки останутся. Опомнились, впрочем, быстро.

Особенно Аэлья, которая все-таки вырвалась из захвата Крафея и теперь приседала. Причем плащ, который ей одолжили, она где-то по пути потеряла. В руках ребят я его не заметила, да и у блондинки, придерживающей юбку, плаща тоже не наблюдалось. Вот ведь паразитка! Но кланяется красиво! Я так точно не смогу…

Но хоть вживую поглядеть на реверансы. Раньше только в фильмах и видела.

Я натянула на лицо улыбку. Когда член моей команды так старается, я обязана его поддержать. Как бы там ни было, а нам еще год вместе сосуществовать.

— Ребята, — шепнула я, — идем на поклон.

Оно может и смотрится ржачно, но другого варианта прекратить этот балаган, я про блондинку, которая явно млеет от рукоплесканий, нет.

Реверансы я делать не умела. Да и, откровенно говоря, мой наряд, не располагал к подобным выкрутасам. В отличие от той же Ламеи, которой явно привычнее платья в повседневной носке, я была в штанах и пуловере, которые надёжно скрывал плащ.

Поэтому, когда мы поравнялись с Аэльей, я как и ребята, поклонилась. А заодно схватила блондинку за локоть. Вот теперь она от меня точно никуда не денется.

Студентам явно понравился наш демарш и полигон буквально взорвался. Вот под этот гвалт мы и вернулись к ректору. Выстроились в линейку перед ним.

И пусть на его лице была лишь добродушная улыбка, судя по глазам, про себя он точно веселился бесплатному цирку.

Когда лорд Арван тан Даррак поднял руку, шум стих.

— Первый день очень показателен, — начал он. — Но не стоит забывать о том, что сегодня лучшие одни, а завтра, на их месте можете быть вы!

Не, ну молодец ректор. Так-то оно правильно, только до этого всех прям радужно поздравлял, а нам вот досталось — не обольщайтесь, сегодня вы на коне, завтра же расклад может измениться, и конь лихим ветром промчится по вам, погоняемый другим седоком.

— Награда тройке лучших команд по итогам прошлого дня — неделя выходных. Вы можете использовать как всю неделю сразу, так и по дням, когда вам это будет необходимо.

Щедро, конечно, но тут бы вообще сообразить, а хочу ли я в поместье отца возвращаться.

И тут же ответила себе. Хочу. Там мама.

Я думала, на этом все закончится. Нам объявили награду и сейчас отпустят по секторам. Не тут-то было.

— Помимо чествования лучших команд, мы всегда выделяем пятёрку лучших студентов. Но сегодня награду получит только один студент, который в одиночку набрал наибольшее количество баллов и сделал колоссальный отрыв от второго места.

Я напряглась. Я сомневаюсь, что кто-то набрал баллов больше, чем у меня.

— Леди Марьела Ришан тер Аргхарай тер Даррак набравшая три тысячи триста пятьдесят баллов награждается пятью кристаллами мониара!

Я думала, что до этого было шумно, я жестоко ошибалась. Услышав, какой подарок мне сделала академия, студенты буквально захлебнулись то ли восторгом, то ли лютой завистью. И если первые мгновенья я тупо хлопала ресницами, не совсем понимая, что вызвало такую бурную реакцию, то потом увидев шкатулку с этими мониарами, на помощь пришла и память Ламеи, которая раз в жизни вообще эти кристаллы видела, и собственно, восторженный комментарий Феликса.

— Риша, ты даже не представляешь, как тебе повезло, — выдохнул он, пока студенты впечатлялись, а я рассматривала содержимое шкатулки в руках ректора.

Абсолютно черные кристаллы снаружи, внутри явно имели что-то то ли живое, то ли просто клубящееся. Но смотрелось завораживающе. А еще, моя магия жадно к этому тянулась. Да и, судя по всему, не только моя. Раз переволновались все студенты.

Глава семндацатая

— Леди Марьела, примите ваш подарок, — захлопнув крышку шкатулки и протянув ее мне, произнес ректор.

Машинально забрала сокровище.

— Вы вольны использовать их лично или подарить тому, кого посчитаете достойным. — Шепнул мне лорд Арван.

Подарить! Жадность подняла голову раньше, чем я осознала его слова. Таким не разбрасываются. Потому что кристаллы мониара нужны для увеличения способностей иллами, их эволюции и совместимости с хранителем.

Как в компьютерной игрушке, когда монстру, чтобы получить новый уровень, нужно выполнить определенные задания и найти ингредиенты или экипировку. Внутри каждого кристалла чистейшая магическая энергия, которая простыми хранителями иллами собирается годами.

А если верить памяти Ламеи, то кристаллы мониара распределяет глава рода и не каждая семья может получить хотя бы один.

Это очень щедрый подарок. Слишком щедрый! Я бы поняла, если бы дали одну штучку, но их пять!

— Почему так много? — выдохнула я ректору.

На что мужчина лишь улыбнулся и усилив голос магией объявил:

— Как я уже говорил, мы одариваем пять лучших студентов каждый месяц. Обыкновенно их разрыв между собой составляет не больше двухсот баллов. Но в этот раз есть абсолютный лидер, который и забрал награду, рассчитанную на пятерых студентов. На месте леди Марьелы может оказаться каждый из вас! Учитесь, добивайтесь успеха! И в следующем месяце получить кристалл мониара можете вы!

Обалдеть просто! Да ребята сейчас из кожи вон повылазят, чтобы стать лучшими. И ведь не все станут честными методами работать, кто-то и халтурить начнет, и калечить других студентов.

Моя радость от получения кристаллов утихла. Я вдруг резко вспомнила и где нахожусь, и чем это вообще чревато. Я же теперь мишень номер один. Если у меня ужас какой отрыв, то мне попросту не дадут зарабатывать новые баллы!

— Риша, если ты отдашь хотя бы пару кристаллов своей маме, то возможно, она сумеет вернуть своего иллами. — Сказал Феликс, и я моментально перестала паниковать.

— Ты уверен? Мама вроде говорила, что он погиб.

— А как твой отец восстанавливал магические потоки твоей мамы? Он делился с ней своими кристаллами, но их на род выдают не так уж много. Самое большое количество получает глава, поменьше распределяют на близкий круг, затем уже по ветвям рода. — Феникс терпеливо пояснял мне свои соображения. — А что касается гибели, он вернулся на грань, как не выполнивший свой путь до конца. Но при условии, что леди Равьеле хватит магических сил, она может позвать его снова. Ее сильф не был поглощен другим иллами или ликвидирован, поэтому, Риша, все возможно.

— А ты, ты тоже возвращался?

— Да, последний раз почти тысячу лет назад. — Произнес Феликс и тут же потребовал. — Потом поговорим, вам идти нужно. Ректор уже объявил, что вы свободны.

Вечно он так! Потом поговорим, потом… Но если это правда, и кристаллы помогут вернуть маме ее сильфа, то… Я снова стану лучшей! И принесу ей столько кристаллов, сколько потребуется!

Выходили мы из полигона по прошлой очередности. То есть сначала первая группа, за нами вторая и так далее. Пока мы шли я подобрала плащ, который Аэлье одолжили и улучив момент, шепнула ей, что она его приведет в порядок и с благодарностью вернет студенту.

На что мне так же тихо ответили, что вот совершенно, ну ни капельки не помнит, кто ей его дал. Думала прибью заразу прямо там, во время движения. Черт его знает, как сдержалась. Ладно, визуально я парня помню, авось найду. Тем более мы в одной группе.

Сюрприз нас ждал на выходе из полигона. Это выглядело так странно. Огромная толпа старших студентов, разбредшаяся по кучкам. Они стояли красиво: выпрямившиеся, с головами гордо поднятыми и явно ждали вот вообще всех нулевиков.

Потому что куратор вдруг приказал нам остановиться, а затем отдал приказ разойтись по родам. То есть вот эти кучки старших студентов уже разделены по родам.

Ничего удивительного в том, что в итоге около куратора остались мои родственнички, я да Аэлья. Хотя по логике вещей, мне и ей предстояло присоединиться к роду тан Даррак. Вот только она еще не жена, а я вообще непонятно кто и, если честно, идти к чужим людям не хотелось.

Как-то незаметно наша группка пополнилась остальными членами рода Аргхарай. Все старались встать рядом со мной и при этом выглядели сурово и гордо.

Я вообще не понимала, зачем сейчас это все нужно. Показать, что только у рода Аргхарай никого из старших нет? Так мы и так в курсе, что здесь мы вороны белые. Хотя я и не понимаю почему. Ну да, с наследной силой рода родилась я, но отец-то по идее мог провести ритуал для членов своей огромной семьи?

— Не мог, Риша, я же тебе уже объяснял. — Феникс не дремал. — Будь ты рядом, тогда еще да. Не в том объеме, в каком должно, но все же, для пары-тройки магов. Остальным бы пришлось ждать взросления наследника и обретения им иллами.

— Странно это все. И как-то непонятно.

— А чего не понятного? Риша, да слабеет глава, когда у него рождается ребенок с наследной силой. И после его еще длительно, как выразилась бы ты, колбасит. Многое становится недоступным, а в норму возвращается постепенно.

— То есть каждый род, когда его глава женится, знает, что этот период будет длительным и болезненным для всего рода?

— Примерно так, поэтому глава, перед тем как жениться, старается сделать максимально больше запасов: денег, кристаллов, провизии для всего рода. И конечно же провести максимальное количество магов его рода в хранители. — Пока все объяснения Феликса для меня были путанными, но что-то в голове начало проясняться. — Для глав великих родов. Риша, это всегда риск. За период взросления наследника, род может очень сильно сдать в позициях и, откровенно говоря, я очень удивлен, что твой отец сумел сохранить свое место в рейтинге. Поверь, это очень трудно.

— А сейчас они для чего собрались? — вздохнула я.

— Ты про старших студентов? — сразу понял иллами. — Так поздравить, Риша. Поздравить и помочь адаптироваться, рассказать подробнее о том, что говорил ректор. Теперь они это могут.

— А нам, получается, никто и ничего не объяснит? Потому что мы — и есть те старшие?

— Риша, с вами куратор пообщается или лорд Лейнард. Ты вообще-то под его патронатом. И думаю, род тан Даррак тебя ждет, а ты не подходишь…

— Аэлья вон тоже что-то не торопится идти к ним.

— А вот это, кстати, странно. Если ее официально признали невестой, то не взирая на то, что она все еще носит фамилию рода, давшего ей жизнь, как основную, она уже принадлежит роду тан Даррак.

Я вздохнула и задумалась. Стоит ли задавать данный вопрос блондинке или все же не имеет смысла? Ну стоит она около нас, ну и черт с ней. Пусть стоит, греется, дура блондинистая. Плащ-то который я подобрала, я так сама и держала. Хотя Мариэль уже неоднократно косилась на мои руки.

В итоге мы действительно были белыми воронами. Двенадцать нулевиков рода Аргхарай и тринадцатая, прибившаяся озябшей птичкой, леди Мариэль.

На самом деле было завидно. Потому что как и сказал Феликс, старшие студенты и правда поздравляли младших представителей своего рода. И пусть они все переговаривались негромко, но по расслабленным и довольным лицам студентов, было все понятно.

Собственно да, мне было завидно. Я вся такая крутая, отличилась, а похвалить меня некому, и защитить, в случае чего, тоже.

— Как это некому? — Возмутился Феликс. — А как же я?

— А в тебе у меня ни единого сомнения, но ты ведь и так понял о чем именно я думала.

Поддержка старших нам бы не помешала. Вот ни разу. Особенно в свете главного приза. Шкатулку я все также прижимала к себе.

И быть бельмом на глазах у всех нулевиков, тоже такая себе радость.

— Декан тан Маррад, разрешите спросить? — не выдержала я и обратилась к нашему куратору, который невозмутимо взирал на общение студентов.

— Разрешаю, — усмехнулся он.

— А нам обязательно здесь стоять? Я думаю, вы знаете, что из рода Аргхарай, мы единственные в академии, напутствия нам точно никто не даст. Просто потому, что некому. — Я смотрела прямо в глаза мужчины. — А нам бы хотелось узнать свое расписание, выбрать место ужина или сходить за продуктами, если конечно, выходить из общежития теперь можно.

Мне вообще-то было не очень понятно, на кой черт нас запирали, но я так полагаю, баллы еще и за это давали — за примерное поведение в стрессовой ситуации.

— Из общежития можно выходить только на учебу, — вдруг заявил куратор. — А также в выходной день, пополнить запасы продовольствия и погулять по Академгородку.

— То есть получается, что во время занятий, нас будет кормить академия, а если ночью кто-то проголодается, то либо ждет завтрака, либо выходного, чтобы заполнить кухонный блок всем необходимым впрок?

— Верно.

— И с чем связаны такие ограничения?

— С тем, что помимо студентов в Академгородке проживают простые люди, а дисциплина не самое явное качество наших студентов. Даже самых лучших. К тому же, когда вы перейдете с нулевого на первый уровень, вы будете проживать на территории академии и в Академгородок сможете попадать один раз в неделю — в выходной.

— Иными словами вы уравниваете нас с теми, кто старше.

— Можно и так сказать. Еще есть вопросы?

— О, их предостаточно. Когда нам выдадут расписание? Когда можно будет воспользоваться услугами столовой? К сожалению, я не рассчитывала всю неделю сидеть в общежитии и запасов у нас маловато. — Стесняться я и не думала. — И самый главный вопрос, где можно посмотреть комментарии о том, за что нам присудили столько баллов?

Мужчина усмехнулся, а я лишь сейчас заметила, что народ почему-то притих. Ладно те, кто с нами рядом стояли, они ловили каждое слово из нашего диалога, но вот остальные-то чего притихли?

Я так и не поняла причину такого острого интереса, а потому повернулась к куратору, желая получить ответы на свои вопросы.

— Начнем с расписания занятий — вы получите его сегодня. Касаемо расписания столовой, то каждый день, согласно вашему учебному расписанию, время приема пищи будет меняться.

— Это зависит от количества занятий ежедневно?

— Верно, академия заботится о своих студентах и следит за тем, чтобы вы не перенапрягались и естественно, не оставались голодными.

В последнее верилось слабо, но спорить я не стала.

— У каждого из вас есть уникальный пропуск, — лорд Арван посмотрел на мою брошку, — Он же собирает данные о вас.

— Данные?

— Да, нарушения, если таковые есть. Фиксирует каждую похвалу ваших преподавателей, или наоборот, недовольство вами. Вы всегда можете узнать за что вам присудили или отняли баллы всего лишь отправив импульс в ваш пропуск.

Я едва подавила в себе желание сделать это немедленно. Слишком много глаз кругом. Уж лучше в своей комнате.

— Я правильно понимаю, что это не только пропуск, но и постоянная слежка за студентами?

— В некотором роде, — не стал лгать куратор. — Однако согласно уложению академию, никто кроме ректора не имеет права посматривать записи, связанные с повседневной жизнью студентов. Только в исключительных случаях.

— По сути, пропуск — это еще и наш гарант в случае, если кто-то решится на подлость и подставу?

— К сожалению, не абсолютный гарант, но да.

Я вздохнула, снова обвела взглядом народ, и спросила у куратора.

— А когда мы уже пойдем заниматься подготовкой к первому дню занятий?

Я была вежлива. Предельно. Но быть цирковой собачкой надоело. Вот что они вес пялятся?

— Если считаете, что вам не о чем спросить у старших, то вы свободны. Позже я сам зайду к вам в блок — принесу расписание и дам ответы на вопросы, если они у вас появятся. Сегодня вам еще разрешается воспользоваться ресторациями или продуктовыми рынками.

Так-то о чем спросить было, да кто ж ответит?!

Я определенно точно видела — что никто и ничего. Вся надежда на Крафея, от него-то точно никто ничего скрывать не станет. А он все же в моей команде.

Невольно поискала его глазами и встретилась с серьезным взглядом.

А хорошо ли уходить без него? Но у нас вон мерзлячка, уже дробь барабанную зубами отбивает. Какой из меня лидер, если я позволю ей заболеть?

Я отряхнула плащ, который держала в руках и накинула на плечи Аэльи. Дура дурой, но здоровье важнее.

— Ребята, — я повернулась к представителям своего рода, — я собираюсь вернуться в академгородок, вы слышали, сегодня мы еще модем воспользоваться услугами таверн, ресторация и лавок. Если хотите, мы можем пойти вместе, но думаю стоит предупредить о своём уходе членов ваших команд.

Собственно, я и сама хотела так поступить. Подойти к Крафею и сообщить, что мы уходим.

Правда, подходить не понадобилось. Он сам подошел.

— Леди Марина, я готов.

— К чему? — не поняла я.

— Идти с вами. Вы же позвали меня и насколько я понял, вы собрались уходить.

— А вы разве не желаете пообщаться с родом? — нахмурилась я.

— Я в любой момент могу обратиться к ним за помощью, и полагаю, что совей команде, я сейчас нужнее.

На миг я растерялась. Надо же… нужнее он.

— Ладно, если вы так хотите, то на повестке у нас пополнение провизии, но сначала стоит пообедать.

— Леди Марина, — обратился ко мне Изелма, брат-близнец Замлези. — мы бы хотели присоединиться к вам. Если вы не возражаете, мы предупредим членов своих команд, как вы и говорили.

— Возражений нет.

После моих слов, часть родственников рассосалась, часть осталась стоять рядом со мной. Куратор одобрительно хмыкнул.

Интересно, а почему Лейнард не пришел? Сама не знаю почему подумала о нем.

Тряхнула головой, нечего думать о чужих мужиках. Не пришел и черт с ним. Он же сам сказал, что де-факто он мне никто. Значит и нянчиться не станет.

Но все равно, хоть невесту-то поддержать мог?

— Леди Мариэль, леди Марина, доброго дня. Почему вы не среди членов нашего рода? — Хмурый голос застал меня врасплох.

Да и не только меня. Аэлья тоже вздрогнула и почему-то вцепилась в меня.

— И вам доброго дня, — я все же подняла взгляд на говорившего. Надо же стоило подумать о нем и вот он. Лейнард собственной персоной. Явно не выспавшийся, с легкой щетиной. Кто бы мне ответил, от чего так хочется провести рукой по его щеке? — Я посчитала, что несмотря на мое положение, все же отношусь к роду Аргхарай, к тому же, мои родственники нуждались в поддержке больше, чем я в поздравлениях от членов вашего рода.

За Аэлью я отвечать не собиралась. А та и не спешила. Странная она. То лыбится как дура всем подряд, то ведет себя как затравленный зверек. Хотя уж кого, а своего жениха могла бы и не бояться.

Глава 17-4

— В поздравлениях? — спросил он и наконец увидел в моих руках шкатулку. — Я и не сомневался, что вы станете обладательницей главной награды. Поздравляю, леди Марина.

Надо же, похвалил… Но тут же нахмурился. Видимо, все же углядел грубость в моих словах по отношению к своим родственникам.

Да и черт с ними, захотели бы, сами бы подошли и напомнили о нашем статусе.

Лорд тан Маррад прислушивался к нашей беседе, но вмешиваться точно не собирался.

— К сожалению дела задержали меня и на чествование команд я не успел, но сейчас я здесь и приглашаю вас отобедать с родом тан Даррак.

Ага так вот чего все ждут — сходить вместе пообедать. Но… Я своих родственников не брошу. Много чести с его родом обедать. Вон, пусть Аэлью забирает.

— Лорд Лейнард, благодарю за приглашение, но, к сожалению, я не могу его принять. Буквально несколько минут назад я уже дала свое согласие на обед с другими людьми.

Вот так вот. Не совсем то словесное кружево, но проглотить должен.

— Прошу меня простить, — Аэлья наконец вспомнила, что у нее тоже есть голос, — но я также вынуждена отказаться. Мне бы хотелось провести время со своей командой и обсудить случившееся…

— Боюсь, вы не в том положении, чтобы отказываться.

И все с такой улыбочкой, что Аэлья моментально сдулась. Жалости у меня к ней не было.

— Обе, — жестко добавил он, — прошу идти за мной.

— Постойте, — я действовала быстрее, чем мой мозг. Рука схватила его рукав, останавливая начавшегося отворачиваться мужчину. — Я не могу пойти с вами. Я дала слово и не брошу своих родственников в одиночку, а также членов своей команды, которые также отказались от совместного обеда в компании своего рода. Вы, как наследник рода тан Даррак, должны меня понять.

— Только вы, леди Марина, не наследница.

— Что не отменят чувства ответственности. Вам придется принять тот факт, что у нас уже есть планы и поход в ресторацию с вашими родственниками в него не входит.

Я слегка грубила, но, откровенно говоря, он меня взбесил.

Внезапно исчезли все звуки. Вот были и теперь нету. Ни дыхания рядом стоящих людей, ни перешептываний больше слышно не было. Не сразу я врубилась, что это дело рук Лейнарда.

— Мне напомнить о том, кем вы мне приходитесь? — прошипел он, наклоняясь к моему лицу.

— Не стоит, я прекрасно помню, что я вам никто, — я и не думала отводить взгляда от его синих глаз. — Но понимаю, что у вас тоже есть долг перед академией. Не стоит волноваться, на все вопросы, касающиеся дальнейшего обучения, любезно ответил куратор. И я буду вам благодарна, если вы позволите провести сегодняшний день в близком для меня окружении.

Сначала я решила, что он разозлится и все-таки потребует пойти с ним. Силой вряд ли, но на самом деле, достаточно приказа. Он ведь мне кто-то вроде опекуна. Так что право имеет.

— Я ваш патрон, Марина. — Судя по всему, не понравились ему мои слова о «никто», интересно почему? — Хорошо, сегодня я позволю отказаться от нашего общества. Но в следующий раз, я все же хочу познакомить тебя с теми, кто могут оказаться тебе полезными во время учебы.

— Благодарю, — я облегченно выдохнула.

— Однако моя невеста пойдет со мной.

Тишина внезапно лопнула и звуки разом ворвались в голову, оглушая. Я зажмурилась, а когда открыла глаза, поняла, что лорд Лейнард успел со всеми попрощаться и увести свою невесту.

— Что ж, вы готовы? — я обернулась ребятам. — Для начала зайдем в общежитие?

Я просто не хотела таскать шкатулку с собой, а наш жилой блок был самым безопасным местом. Потому что кроме нас туда никто попасть не мог. Только по приглашению.

— Конечно, леди Марина. — Чуть ли не хором ответили все.

Попрощавшись с куратором, мы покинули полигон в поисках портальной башни. И нашли ее довольно быстро.

До общежития шли молча, все о чем-то усиленно думали. А я пыталась понять своего патрона и свое отношение к нему. Во-первых, чего он так взъелся и при этом так быстро сдулся? Во-вторых, почему Аэлья цеплялась за меня? Не знаю отчего, но кажется причина не в моем лидерстве. Складывалось впечатление, что девушка решила, будто я имею какое-то влияние на ее жениха.

В-третьих, я не понимала странную смену настроения мужчины. Все же в прошлые разы не особо и вежливым он был, а в последнюю нашу встречу и вовсе ледышкой казался, такой весь отстраненный, никого кроме невесты не замечающий.

Ну, а в-четвертых, меня бесила моя реакция на него. Еще влюбиться до полного счастья не хватало! Вот смеху-то будет.

Собственно, я пока не очень понимала как мне с ним себя стоит вести. А еще я опять забыла спросить про лимит. Не хотелось бы попасть впросак.

Я вздохнула и остановилась у нашего дома. Быстро мы, однако, дошли.

— Никто переодеться не хочет? Или может что-то захватить?

Вообще я думала о туалете. Мы, конечно, не на улице кушать будем, но не хотелось бы ждать кучу времени, если вдруг кого-то прижмет по нужде.

Народ переглянулся.

— Предлагаю встретиться через пятнадцать минут во дворе. — Сказала я.

Возражений не последовало. Все разбрелись по своим этажам. Я только хмыкнула, когда Крафей первым делом полетел в ванную комнату, впрочем, братья тоже не отставали, застыв в коридорчике оловянными солдатиками.

Я же направилась к себе в спальню, убрать шкатулку, а заодно прихватить тетрадь и ручку. Нужно набросать примерный список покупок. И не забыть вычесть с Аэльи часть стоимости продуктов. Есть-то она с нами будет.

Последний раз окинув комнату, перепроверив сумку на предмет все ли взяла, я вышла из спальни, где в общей гостиной меня уже ждала Ламея.

— Пора, — улыбнулась я.

— Да, полагаю все уже собрались во дворе.

Глава восемнадцатая

Уже вечером я сидела в спальне и смотрела на шкатулку. Кристаллы манили, так и хотелось потрогать каждый. Но я откуда-то знала, что если буду их трогать, то ни за что не смогу расстаться ни с одним. Какой уж там с кем-то поделиться. Такова их суть. Особенно, если еще не умеешь закрываться от энергии, которая буквально в них бурлит. На это нужен опыт. Как у моего отца, или того, кто распределяет такие кристаллы по великим родам. Это мне объяснил феникс и куратор.

Я прикрыла глаза. День сегодня выдался и суматошным, и одновременно спокойным. Никаких эксцессов не произошло, как и особого сближения с родом. Никто ни с кем не ругался, не пытался выставиться, все были предельно вежливы и… сохраняли дистанцию. Не так я привыкла проводить время со знакомыми и друзьями. Впрочем, последних у меня и не было по сути. Даже и вспоминать некого, разве из начальной и средней школы. Я сама вот также держала дистанцию. Только в редкие дни, когда удавалось хоть с кем-то пообщаться не по работе и не по школе, мы вели себя друг с другом куда вольнее, без расшаркиваний и этикета. К этому сложно привыкнуть, но как говорил Феликс, просто нужна практика. А у меня ее будет хоть отбавляй.

Я только после общения с куратором поняла всю суть сегодняшнего дня, точнее важность того, чтобы день перед началом занятий род провел вместе. Старшие с младшими. Это как благословление и напутствие. А заодно напоминание о том, что за ними наблюдает не только руководство, но и род, который в случае каких-либо происшествий не только встанет на сторону своего представителя, но и накажет куда сильнее. Иными словами, сегодня студентов настраивали на особый лад, где-то запугивали, где-то подбадривали, чтобы завтра, набравшись новых впечатлений, все вели себя достойно и не посрамили свой род.

На самом деле, по мне так здесь все слишком зациклены, как на дисциплине, так и на величии своих родов. То есть посрамить свой род никто не желает. Но время покажет тем более приз достаточно лакомый. И мало ли, кто и на что пойдет, чтобы заполучить кристаллы?

Кристаллы… Я снова посмотрела на них. Четыре в шкатулке и один в специальном сосуде.

Это итог общения с куратором, диалог с которым состоялся у меня буквально двадцать минут назад. Ребята ждут меня в гостиной, а я все пытаюсь успокоиться и как-то структурировать полученную информацию. А заодно, будем откровенны до конца, отлипнуть от созерцания чуда — кристаллов мониара.

Расписание на весь год я получила. Оно было построено особым образом. Академия располагает десятью факультетами, и с каждым мы обязаны познакомиться. Побывать на территории, отведенной всем факультетам. Познакомиться с преподавательским составом каждого из факультетов. А потому наша неделя поделена следующим образом: новый учебный день — новый факультет. Однако при этом, не стоит думать, что все недели будут одинаковыми, они будут постоянно меняться. Ведь мы располагаем одним выходным, а значит всего учебных дней девять, а не десять. И очередность расписана на месяц. Каждый месяц она будет претерпевать изменения.

Следовательно новые аудитории и преподаватели. Причем некоторые предметы не меняются, просто вести их будут разные учителя.

И только одно место для нас всегда останется неизменным — полигон под номером один. Каждое утро и вечер мы обязаны находится там для занятий физических упражнений, а также магической практики, которым уделено по три часа. Иными словами, шесть часов в день мы будем тратить на раскачку магического резерва и улучшения своей физической формы. Из оставшегося времени на сон и подготовку ко сну дается семь часов, на выполнение домашних заданий четыре часа. По часу на прием пищи в столовой: завтрак, обед и ужин.

Итого выходило, что из тридцати двух часов в сутках на лекции мы будем тратить свыше десяти часов. Оставшееся время раскидано на передвижение и небольшие, пятиминутные перерывы между лекциями.

Очень плотный график. Я бы сказала, что жутко плотный.

Завтра нам предстояло знакомиться с факультетом боевой магии, что предсказуемо, учитывая, к какому факультету мы прикреплены. Лекций завтра будет семь. Среди них те, которые меня особо интересуют: история магии; мироустройство: высшие и низшие миры; суть и сущность иллами: взаимодействие, управление и эволюция.

Конечно, меня не только это интересовало, но сейчас именно эти лекции казались прямо насущными. А вот то, что касалось уже конкретно специализации тех же боевиков, их делений между собой, ну чем-то далеким. Как, впрочем, и специализации остальных факультетов.

Думаю, пора идти к своей команде, а после беседы готовиться к первому учебному дню. Я взяла кристалл в сосуде, спрятала его в карман, и вышла из спальни.

Как я предполагала все уже были в сборе. Даже Аэлья, которой с нами не было, когда мы вернулись в блок, нагруженные словно верблюды.

— Всем доброго вечера. — Зачем-то поздоровалась. — Для начала я активирую ваши пропуска, точнее те из функций, которые вам пока не доступны. И попутно объясню, что вы теперь сможете.

Я подошла к ребятам, которые расположились на диване, и коснулась своей видоизмененной броши.

Порядок манипуляций мне объяснил куратор. Аэлья поджала губы. Черт ее знает почему, то ли от того, что лишилась статуса лидера, то ли от того, что ей уже давно все объяснили.

Эту часть тоже на старших студентов возложили.

— Итак, как уже говорил ректор, наши пропуска удивительные артефакты, которые не только дадут характеристику каждому заработанному баллу, но и помогут соориентироваться в расписании. — Я послала импульс магии в свою брошь и коснулась артефакта на плече Ламеи. — Для того, чтобы задать параметры и запустить работу вашего пропуска в этом ключе, вы должны будете послать импульс своей магии в центр, после того как это сейчас сделаю я. Таким образом мы запустим цепочку, связующую нас как единую команду, а заодно синхронизируем наши достижения. А еще я, как лидер, всегда буду знать, кто из вас и где находится.

Конечно, мне не очень нравилось то, что мне придется со всеми нянчиться, и видимо, чаще всего выступать в роли надзирателя. Однако куратор дал четко понять, что за действия членов команды в первую очередь отвечает их лидер, и получает тоже он. И только потом все остальные.

Пока я говорила и объясняла, подходила к каждому и запускала их артефакты своей магией. Хочу я там, не хочу, а я лидер, как минимум на эти полгода, как максимум — на весь год. А потому всем придется столкнуться с моей властной натурой, ради того, чтобы моя мать вернула своего иллами, они у меня все лучшими станут. Я никому не позволю потянуть меня вниз. К сожалению, те четыре кристалла, что я уже отложила для нее, не факт, что полностью помогут. Феликс сомневался, а я все же доверяла своему иллами. Слишком долго мама прожила на Земле.

Я рассказывала об особенностях расписания, о том, что нас вообще ждет, показывала на своем примере, как пользоваться артефактом. И думала о том, что Аэлья как-то изменилась. Словно Лейнард ей что-то такое сказал, с чего она вдруг стала иной. На интуитивном уровне чувствовала, будто возгордилась что ли? Нет, наверное, не так, не возгордилась, а скорее что-то себе возомнила или о себе? Что, впрочем, одно и тоже. Потому что слушала меня блондинка вполуха, и даже пару раз зевала. Хотелось треснуть ей по лбу, чтобы не саботировала мне общение с командой. У нее, кстати, все получилось с первого раза, от чего я сделала вывод, что ей все действительно уже объяснили. Ладно, тем лучше. Но глаз я с этой заразы не сводила, даже когда отвечала на возникшие вопросы. Нет, что-то мне определённо не давало покоя. Только что?!

— Леди Марина, у нас больше нет вопросов. — Заявил Крафей, но прежде переглянулся с ребятами.

Нет, оно, конечно, восхитительно, однако на сегодня еще не все.

— Леди Марина, я могу идти? — спросила Мариэль, — мне еще нужно столько всего сделать перед сном.

— Не можете, я еще не закончила. — Сама не знаю, почему разозлилась. — Надеюсь, ваши дела связаны с плащом студента нашей группы? Кстати, вы не забыли его принести после общения с родом тан Даррак?

Щеки блондинки пошли пятнами. Та-а-ак!

— Лорд тан Даррак решил эту проблему, — с вызовом ответила она.

Я слегка опешила, если Лейнард вернул плащ, почему девица раскраснелась? Может ей и жених за плащ по мозгам надавал?

— И как же он ее решил? — спросила максимально спокойно.

— Вас это, леди Марина, не касается.

— Леди Мариэль, давайте вы не будете за меня решать, что меня касается, а что нет. Вы член моей подгруппы, и я за все ваши действия несу ответственность. — Я обвела взглядом притихших ребят. — Это относится ко всем вам. Собственно, данная тема одна из причин, по которой я пока вас не отпускаю.

Я сделала паузу, при этом снова вернулась взглядом к Аэлье. Ты погляди-ка, меня не касается. Надо же, голосок прорезался, вот зуб даю, точно Лейнард ей пару ласковых сказал по поводу ее отношения к чужим вещам.

— Итак, я хочу услышать ответ на свой вопрос. Что стало с плащом, который вам одолжили?

— Его вернули владельцу, — блондинка сжала кулачки.

— Прекрасно, — выдохнула я. — Меня бесконечно радует, что лорд тан Даррак понимает всю важность происходящего.

— Леди Марина, я не желаю обсуждать своего жениха и его поступки, — вдруг вспыхнула Мариэль и вскочила с дивана.

— А мы не обсуждаем его поступки. Мы обсуждаем ваши, и тот факт, что вы почему-то считаете, будто окружающие вам кругом должны. Вы что, во всех видите прислугу?

— Я высокородная дочь! Первого великого рода света и стану женой главы первого великого рода тьмы…

— То есть ваш ответ «да»?

Блондинка молчала, но весь ее вид… Не нравился мне он. Вот ни капельки.

— Леди Мариэль, смею напомнить, что вам предстоит год прожить с нами в одном блоке. Слуг здесь нет, и пусть быт существенно облегчен артефактами, но даже их нужно настраивать и следить за их работой. Я как раз хотела предложить график дежурств и распределить обязанности на первый месяц. Между всеми, леди Мариэль. И я тоже не исключение, хотя также, как и вы — высокородная дочь великого рода.

— Но пятого, — вздернула носик блондинка.

— Первого, — усмехнулась я, — сейчас я отношусь к роду тан Даррак.

Мне все меньше нравился настрой нашей беседы. Ребята пока не вмешивались, но я видела, что тому же Крафею это давалось с трудом. Пора завершать балаган и переходить к насущному.

— Я напоминаю, леди Мариэль, среди студентов нет и не будет ваших слуг. Никто не станет вас обслуживать только за то, что вы родились в первом великом роду. Все мы здесь — в одинаковом положении. Вы вообще слышали слова ректора?

— Слышала.

— А суть уловили? Или стоит все повторить более понятным языком? — И да, я иронизировала, а что мне оставалось? Не бить же эту нахалку? Кто знает, как это отразится на всей команде. Да и бойкотировать придурочную нельзя. Опять же репутация команды…

— И тем не менее, несмотря на слова ректора, в академии статус играет большую роль. — Сообщила Аэлья. — Если бы вы присоединились к нашей трапезе сегодня, вы бы поняли, о чем я говорю.

— Если бы вы были более внимательны на той трапезе, то поняли, что лорд тан Даррак пользуется уважением других студентов, а не статусом, данным ему при рождении. Статус и уважение не синонимы, леди Мариэль.

Я была уверена в том, что говорю. И пусть наши отношения с Лейнардом нельзя назвать нормальными, да и вообще их отношениями сложно назвать, но вот уважение и доверие, он легко мог вызвать. Уверенный в себе и своей силе мужчина, который может решить массу проблем, абсолютно не прикрываясь статусом. Я вижу его именно таким, ну за редким исключением, когда он начинает меня бесить. Но это уже личная предвзятость.

— Я хочу, чтобы вы все поняли очень важную вещь, — я наконец оторвала взгляд от бледной поганки и посмотрела на ребят. — Я несу за вас ответственность. За все, что вы будете делать и говорить, отвечать не только вам, но и мне. Поэтому нравится вам это или нет, но я буду следить как за дисциплиной, так и за выполнением всего, что от нас потребует учеба.

Я дала своей команде осмыслить сказанное и продолжила.

— В том числе за вашим взаимодействием с другими студентами. Я не позволю никого унижать или задирать. Репутация — это то, что нарабатывают годами. А вот лишиться ее можно за секунду. Я же хочу, чтобы каждый из вас в следующем году попал в лучшие команды и сам смог выбирать тех, с кем хочет дальше учиться.

— А может, вы леди Марина, печётесь о себе? Сегодня вы — лучшая студентка нулевиков. И вы единственная, кто получил кристаллы мониара. Хотите и в следующем месяце единолично завладеть пятью кристаллами?

Вот уж от кого, но подобного я услышать не ожидала. Может, не настолько Аэлья и дура, как мне казалось?

— Я смотрю мои успехи вам покоя не дают, леди Мариэль. Но так кто же мешал вам, леди, получить не меньше баллов, чем я? А то и больше? — Если Аэлья думала меня как-то смутить, то прогадала.

Зато я начала сомневаться в своем решении и теперь меня жрал червяк жадности и желания наказать одну обнаглевшую девицу, возомнившую себя принцессой.

— По идее, она и есть принцесса, как и все отпрыски первых среди великих родов, — мягко сообщил Феликс.

— Ну зашибись, — а что еще я могла сказать?

На этом феникс посчитал свою миссию выполненной и больше ничего не говорил. Пауза затягивалась. Аэлья так и не нашлась с ответом.

— Я не стану говорить, что не желаю получить такую награду в будущем. — Ну не думала же блондинка, что я стану отказываться? — И раз вы подняли эту тему раньше, чем я планировала, то я ее продолжу. Присядьте, леди Мариэль.

— А если я этого не сделаю?

— Значит, я буду требовать, чтобы вас исключили из нашей команды. Неповиновения лидеру я не потерплю, а пока, от вас пользы было не больше, чем от этого дивана.

— От дивана? — вспыхнула Мариэль. — То, что я принесла команде всего сто тридцать баллов не говорит о том, что я плоха. Вам просто повезло!

— Я не говорила о баллах, леди. О них заговорили вы, и именно вам они не дают покоя. Или вы готовы поспорить с утверждением ректора, что магия ошибается? По-вашему, ребята заработали свои баллы нечестным путем? А наша команда стала первой всего лишь благодаря эфемерной удаче?

Блондинка меня взбесила настолько, что я все-таки не сдержалась. Секунда и я ухватила нахалку за плечи и силой заставила ее сесть на диван.

— Прекрасно, я не хотела этого делать, однако воспользуюсь своим правом лидера и разберу баллы каждого из нашей команды. Кто и за что их получил или почему не получил там, где должен был. И начнем с меня.

Не сказать, что я пожалела о сделанном. На самом деле разбор ошибок — это прекрасный вариант избежать в будущем их повторения. Особенно при всех, но я не была уверена, что до одной капризной леди дойдет хоть что-то.

Я видела, что мое решение не всем понравилось. Но абсолютно все с жадностью смотрели на проекцию таблицы, в которой отражались мои баллы и краткое описание того, за что они получены, и кто мне их дал. Да, это тоже стало своеобразным сюрпризом. Имена тех, кто наградил баллами.

Конечно, я немного лукавила, когда выставляла таблицы на всеобщее обозрение, потому что точно знала, детальное описание своих заслуг смогут увидеть только студенты, которым эти самые баллы предназначались. Это мне кстати, тоже куратор пояснил.

Но и того, что было хватало. В основном баллы причислялись за успешное взаимодействие с членами подгруппы. За отличные решения, которые имели позитивное влияние на всю группу в целом, а не только на одного человека. За успешное выполнение индивидуальных заданий студенты получали самое большее количество баллов, так я за такое получила тысячу от лорда Арланда и полторы тысячи от Лейнарда… И вот мне прямо очень интересно узнать подробности такой щедрости. Все же описания «за выдающиеся способности и ярко-выраженные лидерские качества» маловато. Ну и слишком пафосно звучит. Вон у нас, Крафей тоже амбициозен.

А вот у Аэльи стояли прочерки, и скупая приписка «не справилась». Сто тридцать баллов она получила за решение прибегнуть к помощи ребят из команды во время посещения библиотечного архива. Прямо скажем, не сама она это решила. Но ладно. А вот за что она баллы не получила, я и так знала. За то, что жрала с Лейнардом, пока мальчишки слюной давились и выполняли поручения. За то, что не позаботилась об их дороге в наше общежитие и картами для них…

— Я надеюсь, леди Мариэль, вы все же сделали выводы после данной демонстрации. — Обратилась я к ней, когда таблица с ее успехами растаяла. — Каждый из нас получил баллы за работу в команде. Мы обязаны взаимодействовать друг с другом, но не в положении хозяин и слуга. Среди нас нет таких и не будет. И если вы считаете себя выше остальных, боюсь ответные меры вам не понравятся.

— Ответные меры? — зло спросила Аэлья, честное слово, мне показалось, что у нее в глазах слезы застыли. — Поменять членов команды нельзя, чтобы вы там не говорили о своем требовании.

— Насколько я помню о нулевиках ректор ни слова не сказал, а речь шла о командах, которые сформируются в следующем году. — Правда, я и в обратном я не была уверена. В этом Аэлья все же права, вряд ли нам поменяют подгруппу. — Но я сейчас не об этом. Мне даже просить не нужно или пользоваться правом лидера, никто из ребят не станет вам помогать, потому что то отношение, которое вы всем продемонстрировали — оскорбительно. И если вы его не измените, ничего хорошего не выйдет.

— И что вы мне сделаете? — с вызовом спросила она.

Вот блин, я все же надеялась, что ее пыл погаснет и она начнет соображать. Но похоже ее только сильнее разозлили мои баллы, а в особенности те, которые мне подарил Лейнард. Чую, я опростоволосилась.

— Для начала лишу вас части кристалла мониара, которым желаю поделиться с членами своей команды.

— Что?

— Что слышали, — спокойно произнесла я.

— И зачем вы лжете? — Блондинка опять оказалась на ногах. — Кристаллов всего пять, а значит, вам не хватает одного для того, чтобы поделиться со всеми. Вы заранее знали, что исключите меня и не дадите…

— Довольно! — я психанула. — Закройте свой рот, сядьте на диван, иначе клянусь, я заткну вас силой и вам это не понравится, леди.

Не знаю, то ли моя злость, то ли тот факт, что из меня вырвался чернильный туман, заставили Аэлью заторможено кивнуть и сесть обратно.

— Я вообще могу ни с кем и ничем не делиться. И вместо того, чтобы в чем-то меня обвинять, леди Мариэль, ответьте на вопрос, а что вы сделали для команды? Для каждого из нас? Кроме того, что вкусно поели в компании жениха и его рода? Вы подумали о том, что вернувшись в блок, вы больше не сможете пройтись по лавкам? Или закупить продуктов на неделю? Или думаете вам хватит трех приемов пищи?

— Но вы же закупили продукты.

— Мы — да, а вы? Мы все тратили свое время на выбор продуктов, на составление меню, которое не потребует огромных физических и временных затрат с нашей стороны, потому что понимали, что учеба будет трудной и плотной. Закупили все, принесли. Потратили свои средства…

— Но вы ведь на всех купили. — Тоном, не терпящим возражения, заявила Аэлья. — Сколько я там за свою долю должна?

— Долю чего? — вкрадчиво спросила ее.

— Продуктов, естественно, — если бы могла, она бы точно ножкой топнула. Но вот засада, сидя-то не так грозно бы смотрелось.

— Что ж, я хотела с вами по-хорошему. Видят боги, я была готова наступить на горло своей гордости и здравомыслию, но видимо, иначе вы не поймете. Пока — вы не часть нашей команды. Я не стану за вас бороться и тем более терпеть ваши капризы. Все продукты на кухне — принадлежат только нам, для вас там ничего не найдется. Посмеете что-то украсть, и я вам на лбу магией выведу слово воровка. Чтоб все видели и знали, как низко вы пали.

— Вы не посмеете.

— Я еще и не такое посмею. Далее, все приказы лидера, касающиеся благополучия команды — не обсуждаются. Саботировать учебу я вам не позволю и лично буду проверять то, как вы готовитесь к лекциям. Если потребуется, я применю силу.

— А мы поможем, — хмуро заявил Крафей.

— А сейчас, леди, вы вольны идти в свою комнату. Более мне вам сказать нечего. К вопросу о том, кто и чего стоит, мы вернемся через неделю. Если будет что обсуждать.

— Но вы обещали!

— Что я обещала? — я вздернула бровь и едва удержалась от того, чтобы не отвесить пинка блондинке. В направлении ее комнаты, естественно.

— Поделиться кристаллом мониара!

— Лично вам — я ничего не обещала. И уж тем более на стану ничем делиться с тем, кто думает только о себе, абсолютно наплевав на членов своей команды. Всего доброго леди, хороших вам снов.

Глава девятнадцатая

После ухода Аэльи напряжение не спало. Отчасти я была расстроена тем, как закончилось наше первое совещание. А с другой стороны, отлично понимала, что проблема все-таки не во мне. Кому-то нужно срочно взрослеть и не смотреть на мир через призму розовых очков ожидая, что этот самый мир ляжет к ногам. Не ляжет.

Но мне не хотелось быть той, кто покажет, насколько ее тактика и подход к людям неверны.

Ребята молчали, видимо. Все еще поглощенные выходкой Аэльи, а я решила, что пора уже, собственно, перейти к более приятному, а заодно и распределению обязанностей. И идти спать, вставать рано. Мне особенно, потому что легкий перекус делаю я. Завтрак нам светит после трехчасовых упражнений на полигоне. Не раньше.

— Что ж, первый блин комом, — подытожила я и достала сосуд с кристаллом из кармана. — Для начала, я хотела кое-что рассказать.

Вообще, могла бы этого и не делать, но мне это было нужно. Хотелось, чтобы поняли.

— Уверена, мои соклановцы, поймут меня сразу, но лорд Крафей, я не думаю, что вам много известно обо мне и месте, где я росла.

— Леди Марина, я знаю, что длительное время вы пребывали на Земле, в низшем мире. — Осторожно сообщил парень.

— Верно, я там выросла и воспитывалась мамой. У нее больше нет иллами. — Сказала совсем тихо. — И чтобы его вернуть, ей нужны кристаллы мониара. Я не знаю сколько всего их потребуется, но буду верить в лучшее.

Да уж на фоне моего «хочу поделиться частью», сказанное сейчас, точно всех удивило. Ну да, то ли Аэлья права была, то ли я про прицел на будущее говорю.

— Я решила отдать ей четыре кристалла, а один поделить на членов своей команды. Вот, — я раскрыла ладонь, показывая сосуд. Магией заставила его открыться чтобы каждый увидел то, что сразу точно заметить не мог. Кристалл был поделен на равные шесть частей. — Я хотела поделиться частью кристалла с каждым из вас, потому что мы команда и нам всем нужно быть сильнее.

Сказав это, я решительно прошла к Крафею и вложила в его ладонь один из кусочков, тоже самое проделала с остальными. Я понимала их молчание, потому что и сама была заворожена действием кристалла. Когда его трогаешь, тело словно иголочками колет.

— Эту часть я оставлю за Аэльей, — оставляя в сосуде только одну часть, произнесла. — Я хочу верить, что за этот год отношение у нее изменится. Хотелось бы, конечно, раньше, но… Эта часть будет ждать ее, я не стану менять своего решения.

Я замолчала, ожидая хоть какой-то реакции. Но народ продолжал сохранять тишину. И как это расценивать? Обижаются, что я целым не поделилась? Ну так и мне только кусочек достанется… И вообще, я могла ни с кем не делиться…

Блин я сейчас с ума сойду от этого молчания. Мне и простого спасибо хватит. За глаза и за уши.

— Леди Марина, — отмер Крафей и явно с трудом оторвал взгляд от чуда в его ладошке. — Это очень ценный дар.

Напряжение меня не покинуло. Наоборот, я почему-то натянулась как стрела, черт его знает, чего ожидая.

— Но я не могу его принять. — Сказать, что я обалдела от его слов, значит ничего не сказать.

Я только и вытаращилась на парня, не понимая причины его отказа.

— Вы сказали, что вас воспитывала мама, там на Земле. Я знаю, что бывает с хранителями, которые длительное время находятся в низшем мире. Мой дядя, он долго болел после мира Равело, это тоже один из низших миров. А если учесть, что у нее уже не было иллами… Ей нужнее.

Дар речи меня покинул. Да ладно дар речи. Я расплакалась! Вот нашла от чего реветь!

— Я тоже не могу, — прояснела Ламея. — Возьмите, леди.

— И я, — в унисон заявили братья.

— Мы желаем скорейшего выздоровления первой леди нашего рода, — произнес Гекхар.

— И если кристалл мониара поможет, то чем больше их будет, тем лучше. — Добавил Крафей.

Я думала больше расчувствоваться нельзя. Я ошиблась. Ладно мои родственники, но Крафей?!

— А я могу! — звонкий девичий голос вывел меня из состояния шока. — Раз вам не надо, я возьму! Я не откажусь.

Бля…ха муха!

К Аэлье поворачивалась мегера в моем лице. То, что девушка подслушивала, черт с ней, но какого овоща вмешалась в беседу? Кто ее просил и вообще спрашивал?

— Леди Марина, не беспокойтесь, — вдруг заявил Крафей и поднялся с дивана. — Я провожу леди Аэлью в ее комнату.

— А я не хочу уходить. Я жду, когда вы отдадите мне то, что вам не нужно.

Нет, я не просто офигела от наглости блондинки, я поняла, что, если не тресну ее, себя уважать не буду.

— Так, мой подарок не обсуждается. Я очень тронута вашими словами. Но я хочу, чтобы вы приняли эти части и использовали их по назначению. Аэлью я провожу сама. Леди Ламея, возьмите, пожалуйста, я заберу, когда вернусь в наши комнаты.

Я протянула ей сосуд с частью Аэльи. Говна ей на лопате, а не кристалл мониара. Я без понятия, как ей придётся измениться чтобы хоть как-то повлиять на мое мнение о ней. Вот же ж… стручок фасоли!

— Но они не хотят! И добровольно отказываются от чуда. Почему я не могу взять то, что им не нужно? — Аэлья явно не понимала, что происходит. Судя по всему, подслушала она не весь разговор, однако это все равно ничего не меняло. — Леди Марина, вы не имеете права запрещать мне находиться здесь. Я тоже живу в этом боксе!

— Я рада, что вы помните об этом. А сейчас вы пойдете в свою комнату. А я вас провожу.

Больше я не церемонилась с нахалкой. Ухватила ее за локоть и потащила в комнату. Щас я ей расскажу почем нынче дыни на базаре. Вот подробно так расскажу. Мне понравится. Ей вряд ли.

— Леди так себя не ведут, — Аэлья упиралась, но куда там, когда я как локомотив перла напролом.

— А как вы, леди себя ведут? Вас этому мать учила? Подслушивать чужие разговоры, воровать, вмешиваться в чужие беседы? Так воспитывают высокородных леди?

Я шипела и толкала блондинку на ее территорию. Как-то я замоталась и вообще ни разу не бывала тут. И честно говоря, прифигела. Ни черта себе апартаменты у лидера!

Да тут можно смело не то, что шестерых разместить, а чуть ли не десятку бравых парней. И это только гостиная, а есть еще спальня. Странно, что тут отдельной ванной комнаты нет. Или может есть, а нам просто не сказали, чтобы не раззадоривать?

Типа вотчина лидера — как отдельное княжество? Да и черт с ним, мне и по соседству с Ламеей хорошо.

— Да пустите же меня! — Аэлья воспользовалась моей секундной заминкой и вырвалась. — Как вы смеете!

— А вы?! Как смеете так себя вести? — Я пошла в атаку, схватила за плечи и встряхнула блондинку. — Маленькая избалованная девчонка!

Чувство де жа вю накрыло с головой. Кажется, это уже было. Только со мной и Лейнардом.

— Я — будущая жена главы первого среди великих родов тьмы! Мать будущего наследника! Да как вы смеете!

— Сначала замуж выйди и роди, а потом уже пальцы веером раскидывай. Мать она, перемать!

— Я расскажу Лейнарду, расскажу, как вы мне тут угрожаете! Я…я…

— Головка, прости господи, от имбиря!

Я отпустила ее и устало выдохнула. Ну не встречались мне еще такие люди. Ее даже если и ударить никакого удовлетворения не получишь. А что-то с ней делать надо. Но что?

— Я так и знала, что мой жених вам не безразличен, — гневно выдохнула блондинка. — Я обязательно ему пожалуюсь.

— Да хоть папе римскому пожалуйся. Это ничего не изменит.

— Какому папе? — переспорила она.

— Мариэль, ты реально такая дура или только притворяешься? — Я откровенно устала от идиотизма ситуации. Ну не может человек, даже учитывая его положение в социуме, быть настолько придурком. Она же из первого рода. А там явно понимают, что никакой статус не спасет от народного гнева и бунта. Значит его не допускают, лояльно и правильно относясь к ближним и подданным. А у этой в голове ветер какой-то и якалка до небес.

Так и хочется спросить, а что она курит? Или пьет?

Думай Риша, просто думай.

— Вы пожалеете, пожалеете о том, как посмели со мной обращаться! Я стану женой и буду все также первой высокородной леди, а вы, как были пятой, так ею и останетесь!

— Ну не факт, — ошалев от ее напора, произнесла я. — Мало ли за кого я замуж выйду, ваш брат, ведь тоже еще не женат?

— Предлагаете мне вас уже сестрой называть? — прошипела она. — На таких как вы, наследники первых родов не женятся. Никогда!

— Такие как я, сами себе мужей выбирают! — вспылила я, и явно ударила не в бровь, а в глаз. — Того, кого полюблю всем сердцем. Понятно?

— Вам еще доведется узнать, что такое долг перед родом, — высокомерно заявила она. — И вот тогда я посмотрю на ваше: выбираю сама.

— Если у вас не вышло, не значит, что у других не получится. Я начинаю жалеть Лейнарда, мало того, что невеста дура и стерва, так еще и влюблена в другого.

— Что вы сказали? — она шагнула ко мне стремительно, я и опомниться не успела, как была охвачена белым туманом, который жалил мою кожу. — Да как вы смеете клеветать!

Да какого черта я сдерживаюсь?! Если эта курица магией посмела напасть?

Моя магия вырвалась нехилым таким потоком, но я только оттолкнула чужеродный туман, а вот глаз Аэлье подбила кулаком.

Удивительно, но та быстро пришла в себя и кинулась на меня, забыв про магию.

Как две бешеные кошки мы катались по полу, напрочь забыв обо всем. В эту самую минуту мне хотелось как следует отмутузить нахалку. А ей явно хотелось не меньшего.

В момент, когда я сидела верхом над уже не такой красивой девушкой и крепко держала ее руки, распахнулась дверь. Кто бы сомневался, а?

— Леди! — голос Ламеи отрезвил. — О боги!

— Нет, боги тут точно не причем, — выдохнула я и медленно сползла с Аэльи. — А вот одна высокомерная стерва, очень даже. Тьфу. Пойдем, Ламея, я эту курицу даже видеть не хочу. Противно.

Когда мы выходили из ее комнаты в спину нам донесся плачь. Пусть хоть заревется, это не я напала магией. Пусть радуется, что не бегу куратору жаловаться. Правилами четко указано, чего делать нельзя.

— Леди Марина, — осторожно позвала Ламея. — У вас рукав порван и на щеке кровь.

— Да и черт с ними, — отмахнулась я, мне вдруг зверски захотелось есть. Сейчас бы яишенки с салом, да зеленушки сверху… А собственно, почему бы и нет? Без сала, но есть бекон и яйца. — Ламея, ты со мной яичницу будешь?

— Что?

— Предлагаю обожраться на ночь, — усмехнувшись, сказала я. — Кушать хочу.

— Я за! — Шалрай в явно пижамных штанах смотрелся прикольно.

— Здорово, значит готовлю на всех.

— Кроме Аэльи, — заметил Гекхар.

— О, ей еще не скоро дело до еды будет, — хмыкнула я, вспоминая, что синяк под глазом таки начал наливаться. Честное слово заслужила. А вот чем мне это грозит, завтра разберемся. Сейчас и думать о том не хочу.

— Идемте на кухню. Буду колдовать над ночным дожором.

— Над чем?

— Над едой.

— Но прежде, вы дадите мне обработать ваши ссадины и ожоги, — словно чертик из табакерки, появился Крафей. — Светлая магия оставляет слишком заметные следы, могут шрамы остаться.

* * *

Стоя возле входа на полигон, я отчаянно зевала. Встать пришлось намного раньше, чем я планировала — все же надо было приготовить небольшой перекус для ребят, а заодно сходить в душ, на который после яичницы сил у меня уже не было.

Мы отлично посидели ночью, не только поели, но и распределили между собой обязанности. Аэлью также включили в дежурство по жилому боксу, а заодно и надзирателя над ней. А то и ежу понятно, что блондинка сама ничего делать не будет.

Шкатулку с оставшимися кристаллами забрал куратор утром, как мы и договаривались. Я тогда только из душа вышла и не успела нормально одеться. И что странно, но он никак не прокомментировал ни мои ожоги, которые, увы, действительно остались на коже рук, ни позже ничего не сказал, увидев синячище под глазом нашей звезды.

Я думала наказание за драку последует незамедлительно, однако пока, кроме неодобрительных взглядов других студентов, ничего не было.

Все мы ждали появления нашего преподавателя. Ну а пока ждали, пришлось побыть в центре внимания. К сожалению, добром такое внимание могло не кончиться.

— Посмотрите, что с бедняжкой сделали. Неужели настолько позавидовали? — шепоток двух девушек из чужой команды заставил меня несколько напрячься.

Аэлья, которая по началу прятала свой фонарь за волосами, сейчас откинула волосы назад, давая всем полюбоваться делом моих рук. И при этом корчила такую скорбную мину, что хотелось добавить ей симметрии — фонарь под второй глаз.

— Я уверена, это любовница постаралась.

Руки зачесались фонарь устроить не только Аэлье. Любовница. Ну да. Тьфу!

Но я мужественно сделала вид, что ничего не слышала. И вообще не нас обсуждают. Каждому объяснять, что под красивым фантиком гнильцо, никакого времени не хватит. Пусть на личном опыте убеждаются.

— Встань нормально и прекрати строить из себя жертву. — Процедила я, подходя к Аэлье. — Ты позоришь в первую очередь себя.

— Я не давала вам право обращаться ко мне так вольно, скорректируйте форму обращения, — фыркнула она.

— Я это право вчера получила после твоего нападения. О чем свидетельствует красочный фингал под твоим глазом. Не устраивай цирк и веди себя достойно. После занятий, зайдем к целителям и попросим убрать это художество.

— После занятий мы пойдем к моему жениху и ректору, я не оставлю подобное без должного внимания.

— А как насчет того, что ты сама применила ко мне магию? Думаешь, все пожалеют бедняжку с синяком под глазом и сделают вид, что ничего не было? Заметь, я не желаю выносить сор из избы. Встань к лорду Крафею и прекрати вертеться.

Удивительно, но блондинка спорить не стала. Наоборот, с точностью выполнила то, что я сказала.

Надо же, проблеск разума?

А нет, просто преподаватель пришел, да не один… Блин!

Впрочем, может Лейнард пришел не из-за своей невесты? Хотя, увидев ее личико, точно задержится и начнет выяснять, что случилось.

Я старалась не смотреть на своего невольного опекуна. Впрочем, это было не трудно не сделать. Потому что наш преподаватель… Он был очень необычным. И жесть каким огромным. Первой мыслью было — неужели огр? Но нет, человек.

Высокий, явно выше двух метров, с широкими плечами в пол моего роста, не иначе, с квадратный подбородком, прямым лбом, крупным носом картошкой и слегка округлыми глазами, обрамленными черными густыми и пушистыми ресницами. Вот это удивляло больше всего. Потому что несмотря на то, что мужчина имел кустистые брови, сам был лыс. Странное сочетание. Одновременно отталкивающая внешность. И вместе с тем его глаза привлекали внимание. Хотелось смотреть и на эти пушистые ресницы, и на желтоватый зрачок.

А вот на что смотреть не хотелось так это на ручища, и кулачища. Будем надеяться, что нас никакие единоборства не ждут. И не дай бог вот этого преподавателя в пару поставят. Он же сломает и не заметит!

— Доброе утро, студенты! — голосом, в котором слышалась сталь, приветствовал нас наш преподаватель. — Форма обращения ко мне — архмастер Дормио. Этот год именно я буду заниматься с вами как физической подготовкой, так и совершенствованием вашего магического резерва. Мы находимся на третьем полигоне, который на этот год прикреплен за вами. Раздевалки и душевые находятся по левую сторону, каждой подгруппе присвоены номера, и они соответствуют номерам ваших раздевалок.

Все притихли, жадно прислушиваясь к каждому слову.

— Начиная с сегодняшнего вечера, вы должны стоять здесь в полной экипировке. Сейчас я дам вам не более пятнадцати минут на переоблачение, но прежде… Лорд тан Даррак, вам слово.

У меня противно заныло под ложечкой. С чего это я решила, что нарушения правил не заметят? Драки под запретом, применение магии против своего же студента — под запретом. Черт, и пусть я защищалась, но ведь также туман призвала и вообще… Синяк какой в награду леди Аэлье оставила.

— Доброго утра, студенты, — сухо приветствовал всех Лейнард. — Я являюсь студентом третьей ступени обучения, форма обращения ко мне — лорд тан Даррак. И как многим из вас известно, должен курировать одну из групп первой или второй ступени. А также я возглавляю дисциплинарный студенческий комитет академии. Для тех, кто не знает, чем занимается данный комитет, поясню: мы разбираем случаи конфликтов внутри подгрупп и групп в случае, если не было подано официальной жалобы руководству академии.

Кажется, дыхание затаили вообще все студенты.

— Что это означает? Любое нарушение правил академии не останется незамеченным. Если вы забыли, то я напомню, ваши артефакты-пропуска, фиксируют все, что с вами происходит. И когда случается нарушение, мы тут же получаем вестника. — Лейнард обвел взглядом всю нашу честную компанию. — Дисциплинарный комитет академии вменяет отработку и наказания ровно три раза, если после этого конфликты продолжатся, разбираться с вами будет руководство академии. И уверяю вас, их решение может вам очень не понравиться. Советую не допускать разногласий и тем более физического и магического насилия.

Мужчина замолчал и остановил свой взгляд на мне. Невольно сглотнула. Сейчас нас явно при всех распнут. Жопанька. Однозначно!

— Вчера в вашей группе было зафиксировано шесть таких нарушений, в пяти из шести подгрупп.

Лейнард дал всем осмыслить сказанное и только затем продолжил.

— Подгруппа номер четыре, каждому из вас я присуждаю по пятнадцать баллов за то, что на фоне остальных команд вы сумели справиться с различиями каждого из вас, а также сумели договориться на словах и избежать конфликта. Вы можете идти в раздевалку.

Названная группа в полной тишине выполнила требуемое. Наш преподаватель хмыкнул, но не вмешивался.

— Те из вас кого я назову, останутся. Остальных прошу пройти в раздевалку. Леди тер Глоуддак, леди тер Аргхарай тер Даррак, лорд Ларфей тан Рагхаран, леди Вильера и леди Ларьела тер Маррад…

Мужчина все перечислял, а я выдохнула. Поняла, что несправедливости не будет. Да, нас всех накажут, но вообще-то за дело. Если спускать подобное на тормозах, то постоянных драк не избежать.

Мне было любопытно послушать имена из нашей группы, потому что рано или поздно мы конечно же перезнакомимся, но лучше рано, чем поздно. Так я выяснила, что в нашу тридцатку входят родственники куратора, а еще родственники Крафея. Но только почему-то мне повезло оказаться в команде со своим родом. Наверно, потому что нас и так мало, на всю-то академию?

Пока я размышляла, нас из тридцати рекрутов осталось тринадцать человек.

И вот вопрос, Лейнард начнет разбирать каждый случай при всех или просто озвучит виноватых и правых, если такие вообще есть.

— Вам повезло, что в этом месяце мы не вычитаем баллы. В противном случае, с каждого из вас сняли бы не меньше ста баллов, а с зачинщиков и тех, кто применил магию — намного больше. Вы бы ушли в минус.

Это сказал не Лейнард, а наш куратор, который, оказывается, никуда не ушел. Просто был в тени.

— Все верно, архмастер тан Маррад, — поддержал его мой опекун. — Драки — запрещены, применение магии против студентов — запрещено. Леди тер Глоуддак, лорд тан Рагхаран, вы оба решили, что вам позволительно использовать магию на вред членам своих команд. Сегодня вечером вы оба станете мишенью на полигоне для студентов первой ступени.

— Что? — Аэлья и не думала молча принимать наказание, но, если честно я чуть сама не выкрикнула вместе с ней.

Что за мишени?

— Вы не согласны с моим решением? — хмуро спросил Лейнард. А мне почему-то захотелось спрятаться. Странная реакция, вроде никто и ничем не угрожал. Мне так точно. — Вы возомнили себя вездесущими и бессмертными? А может, вы полагаете, что слова ректора о равноправии и полном забвении статуса на территории Академии ХИЛТ — пустой звук?

— Нет, я не…

— Вы повели себя отвратительно. И поблагодарите леди Марину за то, что она не подала официальное прошение, на которое имела полное право. Вы обладательница противоположной магии, и как минимум должны понимать, что ваша магия наносит куда больший вред носителям иной магии. За подобное следует отчисление.

Мамочки. Какой суровый. Я прикрыла глаза. Таким ледяным мне Лейнард не нравился. Сразу хотелось закутаться в одеяло, а еще лучше и его закутать. Хотя вроде и голоса не повышал, и мускул на лице ни единый не дрогнул, но… Мороз по коже! Просто морозище!

— Леди Марина, вы все еще можете подать официальную жалобу, — вдруг обратились ко мне. — Мы понимаем, что вам доступно меньше знаний, чем любому из присутствующих, а потому допускаем, что вы просто не знали к кому обратиться за помощью и в какой форме. Сейчас ваших слов будет достаточно, чтобы начать рассмотрение несанкционированного применения магии в отношении вас.

Оно, конечно, заманчивое предложение, разом от блондинки избавиться, однако… В должниках она мне нравится больше. Да и что-то мне подсказывает, что все это очередная проверка на вшивость. Ну может и не совсем на вшивость. Но ябедой быть не хочется, тем более, как бы там ни было, а я тоже руку приложу к тому, что девчонка сорвалась.

— Я действительно не предполагала, что к студентам нулевой ступени с другим направлением магии применяются более жёсткие меры за ослушание, но даже в этом случае я не планировала подавать официальную жалобу и меня вполне устроит то наказание, которое вы определили пару минут ранее. Леди тер Глоуддак остается членом моей подгруппы… — Облегченный выдох Аэльи сбил меня с мысли. Вот ведь блондинка. Но я быстро взяла себя в руки и продолжила. — Однако, если подобное повторится, я буду подавать жалобу. Сейчас мы присматриваемся друг к другу, но свое отношение к окружающим стоит изменить, в противном случае, украшение на лице леди будет не единственным.

— Это угроза? — спросил куратор.

И вроде серьезным тоном спросил, но я уловила во взгляде смешинки. Весело им. Надо же.

— Нет, это констатация факта, потому что ни я, ни члены моей подгруппы, заступаться за того, кто был не прав и являлся зачинщиком, не станут.

— Значит, к вам не применимо один за всех и все за одного? — О как, тут оказывается также читали Александра Дюма и его бессмертных мушкетеров.

— Один не должен тащить остальных на дно. Особенно если просто возомнил о себе слишком много. Но, полагаю, у нас есть время, чтобы проникнуться духом команды под чутким руководством преподавателей академии.

— Благодарим за доверие, леди Марина. — Усмехнулся лорд тан Маррад. — Мы постараемся привить вам любовь и уважение к товарищам.

— Итак, — не дав нам и дальше перекидываться любезностями, изрек Лейнард. — Леди тер Глоуддак и лорд тан Рагхаран сегодня должны отработать мишенью на полигоне для студентов первой ступени. Кроме того, все зачинщики сегодня не имеют права обращаться к лекарям. Пусть ваши трофеи видят все, как и то, что вы не умеете себя контролировать. Также неделю вы будете помогать в библиотечном архиве.

После того, как Лейнард это произнес у некоторых ребят, в том числе у Аэльи замерцали их броши. Ага, вот каким способом пометили зачинщиков.

Глава двадцатая

Но на этом раздача «плюшек» не окончилась.

— Что касается участников конфликта, которые не были подстрекателями и теми, кто начал драку. Ваши раны залечат, однако и вы получите наказание. Три дня в библиотечном архиве.

Вообще, в конфликте всегда виноваты двое. Так мама всегда говорила. Не бывает только одного виноватого в ссоре. Но есть те, у кого степень меньше и больше. Я не могу сказать, что недовольна решением.

Так-то лидер обязан быть безупречным и сдерживать членов своей команды от необдуманных поступков, а я не справилась. Как бы не бесила меня Аэлья, я не должна была ее распалять еще больше. А потому спокойно приняла тот факт, что три дня буду помогать в библиотечном архиве. Чую, время заберут у сна. Н-да…

— Вам понятна суть наказания?

— Да, — хором ответил народ, а вот я промолчала.

— Леди Марина? — и это незамеченным не прошло.

— Мне понятно наказание для меня и отчасти наказание для тех, кто был зачинщиком, но…

— Но? — переспросил Лейнард.

— Что означает быть мишенью? Насколько это опасно для жизни и здоровья? И справедливо ли подвергать ребят такой угрозе?

Лорд тан Маррад хмыкнул.

— Ранее, вы согласилась со степенью наказания, — мягко, но твердо отбрил меня Лейнард. — Поверьте, данные методы применяются не впервые и еще никто не погиб.

Да вот черт знает. Достаточно вспомнить договор с академией.

— Зачинщики-драчуны, марш в раздевалку, — зычно потребовал куратор. — Остальные за мной.

— Все, кроме леди Марины, — вдруг заявил Лейнард. — Ранами леди я займусь лично.

— Хорошо, — кивнул тан Маррад и повел оставшихся студентов прочь от входа на полигон.

Блин. Не хочу я с ним наедине оставаться. Впрочем, не совсем наедине, Аэлья не торопилась уходить.

— Вы не слышали, что сказал вам куратор, леди тан Глоуддак? — холодно поинтересовался Лейнард.

— Простите, я думала…

— Мы обсудим ваше поведение позже.

— Прошу прощения. — Аэлья резко развернулась и помчалась в сторону раздевалок.

Я осталась с Лейнардом и новым преподавателем.

Ненадолго, потому что Лейнард осторожно ухватил меня за локоть и куда-то повел.

— В этой части находятся лекарские владения. На полигоне часто случаются мелкие травмы: разбитые носы, коленки, ожоги. А первую помощь может оказать любой, тем более, здесь есть все, что может потребоваться.

— Понятно, — вот значит куда всех повел куратор.

И меня туда же Лейнард тащит, разве в другой кабинет. М-да, так быть разговору с глазу на глаз. Надеюсь, он не начет мне предъявлять за свою невоспитанную невесту? Он ведь просил быть с ней вежливой. А я ей фингал поставила. Дилемма.

— Проходите, леди Марина, присаживайтесь. — Между тем предложил Лейнард, а я подчинилась.

Мне понравилась светлая комната с множеством полочек, столом и шкафчиков, она чем-то напомнила мне медкабинет в школе. Разве была чуть побольше и намного светлее. К тому же, тут явно витала магия. Все эти колбочки, баночки, так и кричали о том, что в них заключена энергия. Я всегда дружила с медсестрой из нашей школы. Не знаю почему я ее сейчас вспомнила, но мне показалось лишь на миг, что вот сейчас зайдет Арина Владимировна и, как всегда, мне ласково улыбнётся.

— Снимите плащ. — Приказал Лейнард. — Я обработаю ваши руки. Лорд Крафей отлично справился, но недостаточно.

— Откуда вы знаете, что именно он занимался ожогами? — удивилась я.

— Я не знал, но предположил. Потому что только он из вашей команды знает достаточно лекарский приемов и успешно их применяет.

— Он не говорил об этом.

— Еще успеет похвастаться, — очень тепло заявил Лейнард и улыбнулся своим мыслям.

Какой же он все-таки красивый! Особенно когда занят делом и о чем-то думает, явно забыв, что не один.

Вон над колбочкой колдует. Осторожно отмеряет капли, чуть ли не поглаживает стекло.

— Зельеваренье — моя вторая специализация, — вдруг сообщил он. — Точнее яды и их нейтрализация. Но учитывая, что это смежно с лекарским делом, то можно сказать, что у меня не две, а три специализации.

— А первая?

— Я боевой маг, леди.

— Понятно, — что еще тут скажешь?

Закономерно, наверное, учитывая с какой легкостью он помог мне тогда, во время ритуала. И теперь понято, от чего куратор слушает Лейнарда. Все же это ученик его факультета. Почти архмастер. Но мне, если честно, быть боевым магом не хотелось ни капельки. Хотя я вообще не знаю, кем бы хотела быть.

— Я должен поблагодарить вас и извиниться.

— Извиниться? — если с благодарностью более-менее понятно, я не поспособствовала тому, чтобы его зазноба вылетела из академии, то со вторым заявлением у меня возникли вопросы.

— Я был не прав, требуя от вас уважительного отношения к своей невесте. Вы также не в простой ситуации из-за нашей связи. Я подумал о ее чувствах, и совершенно забыл о ваших.

Я подвисла. Вот серьезно.

— Мне жаль, что леди тан Глоуддак не сумела справиться со своей ревностью и завистью. Обещаю, что впредь подобного не повторится и леди будет держать под контролем свои чувства.

— Простите, Лейна… — начала я и осеклась. Неправильная форма обращения, а права фамильярничать мне не давали. — Лорд тан Даррак, а почему вы сделали такие выводы? Я про зависть и ревность.

На самом деле мне в тот момент, когда блондинка на меня кинулась, не показалось, что это от ревности. Скорее просто от злости. Ну и потому что у нее кончились любые аргументы и ответить мне ей просто нечем. Странная девочка. Я пусть и не жила в этом мире, но раз у них тут статус высокую роль играет, значит все не лучше, чем при королевских дворах в нашем мире. Гадючник. Нет, понятно, что в России давно не монархия, но и книги я читала, и фильмы с сериалами смотрела… Столько интриг, поклепов, доносов и сломанных судеб. Да девочка просто обязана была научиться себя защищать. Если не кулаками, так словесно. Чтобы никакая мимо проходящая мымра не осталась без сладкого. То есть получила ответную гадость в виде любезности и не смела больше и рта раскрыть. А Аэлья явно этого не может.

— Потому что вестник фиксирует самые яркие эмоции в момент нарушения.

— Вестник? — не поняла я.

— Вестник, — кивнул Лейнард и нахмурился. — В момент, когда леди Аэлья напала на вас она испытывала к вам ревность и зависть.

— И вам совсем не интересно, что именно вызвало такие чувства? Все же, я тоже была неосторожна в словах.

— Я уже успел сделать выводы за эти несколько дней, леди Марина. Не скрою, со своей невестой я знаком недавно и тесно нам общаться не доводилось, но это не значит, что я не стану ее защищать, даже если она не права. И уж тем более не считаю правильным обсуждать леди за ее спиной. Думаю, мы сами разберемся в наших отношениях, без посторонних.

Тонкий такой намек. А вообще правильное поведение настоящего мужика. За свою женщину, чтобы она там не натворила, горой. Вот только эта гадюка такого мужика не достойна. Я вздохнула и не стала лезть к Лейнарду в душу. В конце концов, даже мне уже понятно, что брак договорной.

— Прошу прощения, вы могли решить, что я был резок в словах.

— Нет, я ничего такого не думала, — пожала плечами.

Вот уж кому в пору завидовать так это Аэлье, а не мне. Блин, и почему я опять не о том думаю?

— Готово, — мужчина взболтал колбочку и подошел ко мне. — Больно не будет.

— Я и не боюсь боли, — улыбнулась ему.

Сложно было удержаться, особенно, когда со мной чуть ли не как с ребёнком разговаривают.

А дальше началось священнодействие. Вот серьезно. Я думала мужчина мне капнет на руки то, что у него вышло. Но вместо этого Лейнард призвал свой туман, который заклубился над колбочкой, втянулся в нее и выполз из емкости, полностью ту опустошив. И только после этого потянулся к моим пострадавшим от светлой магии рукам.

— Нам в какой-то мере повезло. — Выдохнул мужчина.

— Повезло? — не поняла я.

— Не будет конфликта энергий. Все же наша связь поможет залечить ожоги так, что от них останется только воспоминание и никаких шрамов. — Пояснил он и вдруг добавил. — У вас очень нежная кожа…

— Эээ, ну да.

Я засмущалась, хотя, казалось бы, от чего? Тоже мне юный пикапер. Еще б про большие глаза сказал и спросил не нужен ли зять моей маме. Жаль не спросит, я б от такого не отказалась.

Феликс в моей голове засмеялся. Черт, я и забыла, что теперь не одна. А ему доступны все мои мысли и чувства.

— Извини, если ты стесняешься…

— Толку-то стесняться. Ты часть меня, — мысленно ответила ему. — Ничего не могу поделать со своей симпатией.

— Он связан обязательствами.

— Я помню, — ответила ему, а сама вздрогнула всем телом.

Все же это странное чувство, когда тебе касается чужая магия. И туман такой удивительный, одновременно теплый и холодный. А еще бодрящий.

— Небольшой побочный эффект, — сообщил Лейнард. — Я немного подзарядил вас своей энергией.

— И чем мне это грозит? — я распахнула веки. Оказывается, я машинально глаза закрыла, общаясь с иллами и этого не заметила.

— Ничем плохим, просто в вас бурлит энергия и нужно будет ее выплеснуть. Учитывая то, чем вы сейчас будете заниматься, вы справитесь довольно быстро.

Ах да, физкультура.

— Спасибо, — пробормотала я, когда Лейнард отозвал свой туман.

Сразу стало как-то неуютно. Я почти потянулась к рукам мужчины, но вовремя себя одернула. Да уж… Риша, имей совесть, хватит придумывать себе небылицы и желать того, чего быть не может.

— Я прибавил к вашим кристаллам такое же число, — неожиданно сообщил Лейнард.

— Что простите? — мне показалось я ослышалась.

— Это моя благодарность, я не сомневался, что вы не станете подавать жалобу. И решил отблагодарить тем, что возможно, для вас имеет куда большее значение.

В горле встал ком. Я отвернулась от мужчины. Значит мама получит не четыре, а восемь кристаллов мониара. Вот так запросто отдал мне четыре кристалла. Благодарность, блин. Мне бы спасибо сказать и порадоваться, но так и хочется плакать. Почему?

— Понимаю, что вас сейчас переполняют чувства. Но боюсь, наше лечение окончено и вас ждёт преподаватель.

Это он так неловкий момент пытается побыстрее замять?

Я резко повернулась к нему. Чтобы посмотреть в глаза. Чтобы просто понять, вот он издевается или реально считает такую форму благодарности нормальной? То ли откупился, то ли еще черт пойми, что такое.

Я уже хотела гордо сказать, что мне такая благодарность не впала. Что может обратно свои подачки забрать, но осеклась. И уставилась на мужчину как дура. Дура, потому что он ничего такого не делал. По-особому не смотрел, стоял напротив и как-то понимающе улыбался.

— Я помню, что вы очень гордая, — так словно бы это многое объясняло, произнес он. — А еще знаю, что тот единственный кристалл, который вы оставили себе, вы поделили на всех. И я очень надеюсь, что леди Аэлья оправдает ваши ожидания.

И я сдулась. Взяла и сдулась. Ни ругаться не хотелось, ни что-то доказывать. Потому что вот это: «Аэлья оправдает ваши ожидания», — это как черта, крест-накрест.

Я его просто не интересую. Вот никак. Разве как человек, который может что-то дать его невесте. Наверно, как пример личности? Не знаю, я запуталась и распутываться прямо сейчас не хочу. Мне горько и обидно. Хотя так точно быть не должно. Мы никто друг другу. Ну если не считать, что я просто его должница.

— Вы правы, я должна идти. И как бы там ни было, я благодарна вам за кристаллы. Здоровье мамы для меня очень важно.

— Надеюсь, леди тер Аргхарай сумеет вернуть своего иллами, — только и сказал Лейнард.

— Я тоже. — Натянула плащ. — До свидания.

И пошла прочь из комнаты. Откуда-то точно знала, что мужчина еще останется здесь. Может пометку какую сделать в журнале. Не зря ж тут письменный стол и папки. Наверняка учет всех снадобий ведется. И сколько всего потрачено, и кому помощь оказана.

— До свидания, — когда я уже сделала шаг за порог, донеслось до меня.

* * *

Я стояла у ворот полигона и думала выплюну не только легкие, но и вообще все, что у меня внутри имелось. С утра так хреново не было, хотя мы оставшиеся два часа, отведенные на утренние занятия только и делали что бегали, ходили, опять бегали, опять ходили. Дышали, руки разводили. Опять бегали и «правильно дышали».

Архмастер Дормио оказался еще тем троллем. Не тем, что зеленый и большой, а как в сети — человек, стремящийся укусить словами, подколоть и поржать над неудачными попытками.

Нет, отчасти его саркастичные замечания и у меня улыбку вызывали, но все равно было не особо приятно.

Меня он вообще обозвал сороконожкой, у которой все ноги в разные стороны тянут. Вот-вот расплющит.

После такой-то тренировки завтрак для меня прошел как в тумане. Я даже не сразу сообразила, что наша блондинка, которая явно намеревалась нос драть за завтраком, жрала за семерых и трижды ходила за добавкой к старшим! Точнее не так, она строила глазки студентам и те сжалившись, делились с ней вкусняшками. Позорище… Ведь повара на раздаче спокойно давали и вторую порцию особо голодному студенту. Правда не те кондитерские изделия, что выклянчивала Аэлья, но тем не менее!

А уж когда лекции начались… Я думала все, труба Рише пришла. Такая большая, холодная-прехолодная трубень.

Потому что поток информации был колоссальным, новым, интересным, но совершенно не усвояемым. Я если и понимала то, с пятого на десятое. И память Ламеи пока была не особым помощником.

На самом деле по словам Феликса, мне просто следовало побыть немного в тишине, чтобы все обдумать, осмыслить. А там уже легче будет. И я склонна была ему верить.

Пока, все что я отчетливо запомнила: высших миров десять, средних не существует вовсе, зато есть низшие миры и вот их — хоть попой жуй. То есть очень и очень много.

И все они объединены тремя спиралями. Правда я пока так и не поняла, каким образом те три спирали идут аж по всем мирам, если в Тантерайте они имеют конечную точку, и высших миров не одна штука, а десять, и значит Тантерайт ни черта не особенный… Но думаю, я разберусь в этом, чуть позже, когда эмоции от первого учебного дня схлынут.

Сейчас же закончилась магическая тренировка, призванная раскачать наш резерв до максимума. И нет, нам не разрешали прибегать к слиянию. Собственно, превращение меня в большую черную и красивую птичку называлось слиянием хранителя и его иллами. Мы призывали туман, это да, делали странные упражнения, которые не походили ни на что виденное мной прежде.

Мы то скакали на одной ноге, при этом бешено вдыхая и выдыхая воздух, то стояли на месте пытаясь вывернуть руки под немыслимым углом. При этом не забывая про свой туман, который приходилось концертировать в определенной дозировке. Когда лихорадочно скакали — поток должен быть мизерным и литься тоненькой струйкой, когда стояли на месте, наоборот, прямо невероятные клубы выталкивать.

Вот только на практике получалась ровно наоборот. При скачке тумана было столько, что хоть половником черпай. Зато стоя на месте, даже тонюсенькая струйка давалась с трудом. Получалось по капельке и то не всегда.

А стояла я не у своего полигона. Это мы в третьем тренировались под началом архмастера Дормио, а вот провинившаяся двойка была на полигоне под номером десять. И я здесь, чтобы забрать Аэлью.

Заходить внутрь мне запретили. Да и не только мне, лидер команды родственника Крафея тоже стоит в сторонке, мужественно делает вид, что у него ничего не болит. Хорохорится. Передо мной. Позер несчастный. Я ж вижу, что ему тоже плохо.

Да и ладно, меня сейчас куда больше интересует в каком виде предстанет Аэлья. Спасибо Крафею и его родственникам, которые просветили его, а тот уже нас, мы знали, что означает быть мишенью. Собственно, и с самого названия понятно, что ничего приятного. Но вместе с тем и очень интересно. Потому что это игра и называется она флайрбол.

Всего участвуют пять команд, причем состав команд может быть различным от семи до десяти человек. На соревнованиях фиксируют одинаковое количество, чтоб все участники были в равном положении, но вот на таких тренировочных матчах, может быть и разброс.

Так вот, каждой команде присвоен свой цвет, и она обязана бить магией по заданным точкам только того цвета, к которому относится. В противном случае, очки не засчитаются. В каждой команде есть защитники, есть вышибалы, есть навигатор и есть мишени, роль которых в том, чтобы перемещаться по полю, нашпигованному ловушками и питать магией специальные резервуары — маяки, отмеченные цветом команды.

Как только мишень перестает двигаться — ее могут заблокировать магией, могут истощить ее резервы, как физический, так и магический, игра прекращается.

То есть получалось, что мишень петляет как заяц по полю от противников, которые ее могут и магией под жопу пнуть, и вообще создать ловушку, из которой она физически выбраться не сможет. И она должна ждать помощи от защитников и вышибал, которые обязаны не только устраивать каверзы противнику, но и выручать мишень из таких ловушек. Ну пока мишень совсем не истощится.

Поэтому я примерно представляла в каком виде увижу Аэлью. Вряд ли ей с ее магическим резервом, позволят упасть в обморок или как-то откосить от игры. Ее команда приведет ее в чувство и заставит скакать по полю, активируя маяки. Причем чем больше магии требуется для активации такого маяка, тем больше очков команде присуждается.

И в общем-то, я не ошиблась… Аэлья не шла. Она ползла. Причем вот реально ползла к воротам, и вот никто, вообще никто из студентов, резво выходящих с полигона, не пытался ей помочью. А мне на полигон заходить нельзя. Только смотреть, пока наша многострадальная звезда таки вывалится за ворота.

Я кусала губы, глядя на эту инсталляцию и мысленно подбадривала блондинку. Какой бы заносчивой дурой она не была, но наказали ее качественно. Мне даже никаких супер пупер знаний не надо, я вижу, что ее магический резерв пуст, да и физических сил едва хватает, чтобы ползти. Страшно на такое смотреть. И опустим момент, что одежда на блондинке порвана, сама она грязнющая и помимо фингала на ней куча других синяков и ранок. Она выглядела жалко. Лейнард жесток.

Пока я размышляла, на первый план вышел лорд Ларфей тан Рагхаран. Он не полз, а плелся, и даже чуть опередил Аэлью, но в итоге рухнул у ворот как подкошенный. И больше подняться не смог, хотя совершенно точно был в сознании.

— Дыра все побери! — высказался лидер его команды, и я была с ним солидарна.

Я уже хотела плюнуть на все запреты и идти помогать ребятам, как была ошеломлена совершенно странным поступком. Для Аэльи странным! Мало того, что она подползла к парню, так она начала неумело, но помогать ему подняться.

Ей и самой-то сил едва хватало, а она уперто тащила парня к воротам. Выглядело это все так словно муравей тащит крокодила. Но ведь тащила!

Беру свои слова о жестокости обратно, Лейнард гениален. Всего три часа в роли мишени и такой результат?! Нет, понятно, что еще рано делать выводы, но все же!

Мы с лидером Ларфея затаили дыхание, глядя на то, как Аэлья уперто тянет парня за ворота. Вот показалась его макушка за чертой, вот и часть плеча… И все. Аэлья выдохлась. Так и повалилась на парня. Да и тот даже сил застонать не нашел. Трындец.

Мы переглянулись с невольным товарищем по несчастью и вместе кинулись к ним. А что, часть же тела за воротами полигона? Вот за нее и втащим ребят и не нарушим запрета. Главное, чтоб Аэлья уцепилась за Ларфея. В этом ее ума хватило.

Я опомниться не успела, как мы все оказались валяющимися на земле. Я в обнимку с блондинкой, а Ларфей со своим лидером.

— Леди Марина, — провыла Аэлья вцепляясь в меня репейником. — Ле-е-е-ди….

Только вблизи я рассмотрела ее опухшее лицо, судя по всему девушке досталась оплеуха и не одна. Ни хрена ж себе игра! Я бегло осмотрела тело леди и мысленно присвистнула. Не знаю почему и отчего, но Аэлья явно была боксеркой грушей. Качественно ее отмудохали!

— Я…я… — заходясь в судорожном рыдании выдохнула Аэлья, — ду-у-у-ра!

Ого!

Кажется, я начинаю понимать, почему забирать ребят разрешили только их лидерам. После того, что с ними произошло на полигоне, они своих лидеров как родных встречают. Да и потом явно установится эмоциональная связь. Вон, даже Ларфей всхлипывает!

Машинально притянула Аэлью к себе, позволяя той выплакаться. Само как-то получилось, что я в итоге ее обнимала и гладила по спине. Бедняжка. Да мне было ее жалко. Еще неизвестно в каком состояние я сама бы с этого полигона выползла.

Я вздохнула и снова погладила Аэлью. Лишь бы боком не вышло сегодняшнее представление. С одной-то стороны, решение было принято студенческим дисциплинарным комитетом, а вот отдал распоряжение Лейнард. Не уверена, что я не стала бы ненавидеть его, отправь он меня в такую стрессовую ситуацию. Да и хочется верить, что психика у леди не пострадает. Все же то еще приключение.

И надо как-то валить отсюда. Как минимум в душевую, как максимум домой.

— Сегодня вам запрещено пользоваться услугами лекарей, — вдруг раздалось над головой.

Вскинула голову и встретилась со спокойным взглядом куратора.

— А это не слишком? Все же, ребята сполна получили свое наказание.

— Решения дисциплинарного комитета не обсуждаются.

— Хорошо, к лекарям нельзя, а команда, сама может оказать помощь?

Лорд тан Маррад хмыкнул.

— На это запрета не было.

Ладно, уже полегче. Но вот вопрос, как я девушку на себе дотащу?

— Сегодня я помогу вам доставить членов ваших подгрупп в жилой бокс. Но в следующий раз если он будет, вы должны будете справиться самостоятельно. — Словно прочитав мои мысли, произнёс архмастер.

А я облегченно выдохнула. И на этом спасибо!

Он действительно помог нам добраться до жилого бокса, а там нас уже встречали ребята, которые в шесть рук попыталась оторвать от меня блондинку. Она вообще намертво ко мне прицепилась. Но я ведь не могла ее на этаж на руках занести?

В итоге с трудом, но Крафей смог забрать ее у меня и ловко понес к нам в комнаты. Он же ее и осмотрел, а заодно подлечил лицо. Не так, что у нее мигом все сошло, но опухлость исчезла. А заодно пообещал выдать несколько мазей, ранозаживляющую и для снятия напряжения мышц.

Нам с Ламеей предстояло развлечение искупать не очень вменяемую Аэлью. Худо-бедно мы справились, как и с тем, чтобы ее всю обмазать.

Но вот засыпать в одиночку она наотрез отказалась. Опять ухватилась за меня так, что у меня синяки на запястьях останутся. Это могло стать проблемой. Большой. Чтоб там руководству академии икалось.

Спустя полтора часа я все-таки выползла от Аэльи. Сил у меня ни на что не было. Радовало, что свою отработку я начну завтра, впрочем, как и Аэлья. А еще нам сегодня ничего не задали. И завтра ничего не зададут, так как эту неделю у нас идет знакомство с предметами.

— Раньше я думала, что стану играть в флайрбол, — усаживая меня на стул на кухне, произнесла Ламея, — но сейчас не уверена, что эта игра стоит того.

— Стоит, — хмыкнул Шалрай. — Просто к ней постепенно готовятся. А не окунаются с головой в полноценную схватку в связке с сильнейшими командами. Я слышал, что сегодня лучшие команды первой ступени сражались с лучшими командами второй второй.

Час от часу не легче. Представляю как две команды обрадовались, когда им вместо и мишеней подсунули неподготовленным нулевиков, ад еще с гонором.

— Так-то оно так, но ведь жалко ее… — выдохнула я и благодарно посмотрела на Гекхара.

Братец успел подсунуть мне дымящуюся кружку с чаем и криво нарезанный бутерброд. — Спасибо, ребят.

— Готовьтесь, сегодня спать не будет никто, — мрачно заявил Крафей, заходя на кухню. Мои мысли были созвучны ему, потому что Аэлья девушка, избалованная, нежная и сегодняшнее испытание тот еще удар по ее детской психике. — Как минимум кошмары будут.

— А как максимум? — невесело спросила я.

— Боль не даст ей спать.

— Со вторым проще, чем с первым, — вдруг заявила Ламея. — Нам стоит только дождаться нового дня, хотя бы его первого часа, чтобы леди Мариэль могла обратиться к лекарям, а вот с кошмарами сложнее…

— Будем надеяться на лучшее, — подытожила я и в один присест приговорила подношение.

Спустя полчаса я уже брела в кровать, понимая, что на общение с иллами у меня уже сил нет. Вот совершенно. Но Феликс не настаивал, наоборот, ворковал какую-то мелодию, чтоб я быстрее заснула. Честное слово, мне кажется я отключилась, как только накрылась одеялом.

Крафей как в воду глядел. Меня подбросило на кровати от истошного девичьего крика.

— Трындец, — выдохнула я, понимая, что спать я сегодня не буду точно.

Халат накинула быстро и мимоходом отправила Ламею досыпать.

Нефиг всей толпой у Аэльи торчать. Пусть хоть кто-то выспится. Собственно, ровно это же я и озвучила остальным, столпившимся у дверей в комнату блондинки.

— Спать, — снова рыкнула я и юркнула за дверь к Аэлье.

Судьба у меня видать такая. Нянчиться с идиотками. Ай, прорвемся!

Глава двадцать первая

Две учебные недели практически пролетели незаметно. На второй день кошмаров Аэльи, я словила такой дзен, что уже философски относилась ко всему. Даже к тому, что не понимала. Просто запоминала и принимала на веру, не углубляясь в логику происходящего. Удивительно, но с таким подходом мне легче давались практически занятия, которых правда было не так уж много. И скорее, как вариант «пощупать», ничего серьезного или сверхсложного. Но я каждый раз радовалась так, словно дите малое, получившее самую большую сахарную вату на празднике. Еще бы, мне девчонке из двадцать первого века Земли, было еще как круто ощутить себя всемогущей кучкой. И пусть я всего лишь заставляла метлу самостоятельно мести пол или залечивала магией крохотную царапинку, но для меня это было вау как круто!

Всего несколько факультетов уже ввели практику — бытовой факультет, прикладной магии, алхимии и зельеваренья, а также лекарский. Ну и само собой боевой. Каждое утро и вечер мы так практикуемся, что хоть иди сразу и вешайся. Чтоб не мучиться.

Я возненавидела отработку в библиотечном архиве, хотя читать любила всегда. И мне еще повезло, потому что я всего три раза ходила на отработку. А Аэлья бегала неделю. Даже в свой выходной.

И если кто-нибудь мне скажет, что протирать пыль с полок и книг, которые не приемлют магию ни в каком виде — легко, придушу не задумываясь. Я вообще только в кино и видела такие стеллажи — ростом с три, а то и четыре меня. Если не больше.

Поэтому несмотря на то, что некоторые студенты пытались меня подначивать, я вела себя ниже травы и тише воды. Снова оказаться в стенах архива и работать поломойкой мне совершенно не хотелось.

Да, обидное прозвище «мамка» меня бесило. И я бы с удовольствием узлом язык завязала умнику, давшее мне такое прозвище. Но, увы, разные весовые категории. Архмастер Дормио был не тем человеком, с которым я могла тягаться.

А все из-за Аэльи, которая практически неделю не отлипала от меня. Везде была моим хвостом. Всюду просто. На любых упражнениях, заданиях, сидела за одним столом…

Нет мы не стали подругами, девушка меня раздражала. Возможно, я могла бы воспользоваться ее состоянием и выведать девичьи секреты, но мне была противна сама мысль об этом, даже по ночам, сидя у ее постели, я не давала ей болтать. Я бы не хотела, чтобы когда-нибудь, кто-то бы также воспользовался моей беспомощностью и ужасом.

Хотя на рожон леди Аэлья Розмари тер Глоуддак больше не лезла и безропотно выполняла все, что от нее требовалось наравне с другими участниками нашей команды. И убиралась, и стирала, и под присмотром, конечно, но…

Есть же такое? Твой человек и не твой? Вот Ламея — своя в доску. А вот эта блондинка, как досадное приложение, от которого хрен отмахнешься. Пока так точно.

Я бы не сказала, что в ней что-то сильно надломилось, нет. Складывалось впечатление, что у нее в голове вектор поменялся. Сместившись с центра планеты и себя в роли пупа мира.

Но одно я могла сказать точно — та встряска на полигоне пошла девушке на пользу. И еще какую. Она явно начала сдерживать свои порывы и обдумывать свои действия, а также активно принимала участие в коллективной деятельности. Больше не сторонилась этого и не пыталась спихнуть неприятные обязанности на очередного поклонника ее красоты.

А вот ее отношениям с Лейнардом на пользу тот полигон точно не пошел. Я пару раз наблюдала их общение, и видела, что теплоты в нем нет. А некая недосказанность и недовольство — да. Еще как зреет. Когда-нибудь этот нарыв непременно лопнет и вот что с этого выйдет — неизвестно.

Впрочем, меня это интересовать не должно. Но я искренне сочувствовала мужчине. Слишком изнеженный цветочек ему достался. Я после встряски от отца, когда думала все: и мать погибнет, и я коньки отброшу, кошмарами не мучилась, и как-то спокойнее приняла новую реальность. Леди Мариэль же помотала нам нервы своим неспокойным сном почти неделю. И это при том, что мы обращались к лекарям, и отвары она пила.

Только на вторую неделю ее трепыхания сошли на нет, и наша команда наконец начала хоть немного, но высыпаться.

Зато сейчас сияет как новая монетка. Красуется в бальном платье. Кружится по гостиной, пока мы ждем куратора, чтобы идти на праздник. Вообще, полагаю светское общество — это самое то для такой как леди Аэлья. Она была рождена для того, чтобы блистать, выгуливать наряды, поражать драгоценностями и танцевать.

А вот я… я напрочь забыла про этот чертов бал, про то, что мы еще и с мэрлэ знакомиться будем. И что платье необходимо. И туфли, и какие-то побрякушки. И вообще я совершенно не готова ни к балу, ни к празднику… Кто б меня спрашивал?

Спасибо мамочке, которая позаботилась для меня обо всем. Мой наряд доставили вчера вечером. Его даже подгонять не пришлось, все село по фигуре так словно я сама к швеям на примерки бегала.

Красное платье за счёт белого кружева не смотрелось вызывающим. Наоборот, казалось благородным, дорогим и уместным. Я переживала, что на меня корсет натянут, но нет, такой пакости тут не было и слава богу! И туфельки были на низком каблучке, приятный для меня бонус. Оставалось верить, что никто меня на танец не позовет, а если и позовет, то память Ламеи меня не подведет. Хотя все равно практики у меня нет, так что кавалеру я заранее не завидую. Да и себе, посмешищем быть точно не хочется.

— Готовы? — спросила у ребят, получив на брошку сигнал от куратора.

— Готовы, — хором ответили они. Аэлья так и вовсе весело рассмеялась.

— Тогда идем, куратор ждет.

* * *

Красочно украшенное здание поражало воображение. Мне чудился Эрмитаж, та его часть, что была расположена в бывшем Зимнем императорском дворце. Магические огни и ленты, высокие окна, глядя на все это великолепие захватывало дух.

Невероятная красота.

Но долго насладиться картиной не дали, утянули в хоровод студентов, жаждущих попасть внутрь. Огромная лестница, по которой мы поднялись, казалось, была сделана из цветного стекла, а в воздухе витали цветочные ароматы и почему-то запах выпечки.

Вообще сладкое — больная тема. Его хотелось в большом количестве. И на своем выходном мы закупились всякими сладостями, которые умяли в рекордно быстрые сроки и целым мешком сахара. Потому что на всякую выпечку типа тортов и пирожных у меня времени точно не было, а сделать леденцы из жженого сахара — легко. И недолго.

Нет, нас хорошо кормили в столовой, но всякие изыски типа пирожных, кусочков торта и десертов из крема, желе и взбитых сливок, нулевикам были недоступны. Как еще перечь некоторых блюд. А вот студентам первой ступени, второй и третьей, вкусняшки выдавались как стандартный рацион. Я как-то спросила по поводу эклера, на что услышала, что я могу его приобрести, за двадцать баллов. За целых двадцать баллов за одно пирожное! Да тут баллы вообще скупо давались. Аттракциона невиданной щедрости в виде сто баллов, и даже двадцати никто не видел. Только первый учебный день был щедр на баллы. А на занятиях нам если и удавалось заработать, то максимум пять. Обычно по одному-двум давали за усердие и хорошо выполненную работу.

Поэтому я люто завидовала Крафею. Который мог подойти к представителям своего рода и у них подкормиться. Собственно, старшие студенты представителям своего рода в таком не отказывали. К чести парня, если ему перепадал десерт он всегда щедро с нами им делился. Но что это такое жалкая вазочка из нежнейших сливок на шесть человек? Тьфу! Только раззадорить.

На самом деле, мы были не единственной подгруппой, кто ронял слюни на сладкое во время трапезы, другие команды тоже бегали по старшим, мечтая урвать кусочек сладкого.

А у нас с Ламеей и братьями таких старших не было. Аэлью род тан Даррак подкармливал периодически, а я к ним даже не пыталась соваться. На меня и так смотрели косо.

Так что да, я начинала завидовать всем, потому что за ними стоял их род. За нами так-то тоже стоял, но не в стенах академии! А ведь старшие еще и активно помогали! Опять же только по своим родам. В общем, спасибо Крафею, что он не зазнайка!

— Риша, смотри, там твоя мама, — вдруг шепнула мне Ламея, заставляя меня сбиться с шага. Нам не говорили, что на празднике будут присутствовать наши родители! — Она такая красивая!

— Марина, я пошел к своему главе рода, — сообщил Крафей. — Погляди, все собираются у глав рода.

И вообще-то так оно и было. В огромнейшем бальном зале хватало места не только на то, чтобы все пятнадцать великих родов разбрелись по кучкам, хотя кучка, это только наш род по сравнению со всеми остальными, но и оставалось много пространства как для танцев, так и для столов с различными десертами и напитками.

И что удивительно, душно здесь не было, воздуха хватало, да и свет был приятным, не острым, по глазам не бил.

— Хорошо, позже увидимся, — улыбнулась ему.

Я и опомниться не успела, как все, кто относился к роду Аргхарай, собрались за моей спиной. Мы реально были белыми воронами на фоне остальных. Всего одиннадцать человек, которые шли к главе рода и его жене. Гордо шли. А что делать, если все пялятся?

Вот только меня ждал облом. Я толком поздороваться с отцом и мамой не успела, как была утянута Лейнардом. Впрочем, он и Аэлью за локоток взял.

— Леди Марина, смею напомнить, что сейчас вы относитесь не к роду Аргхарай.

Я успела об этом забыть. Пришлось улыбнуться родителям, надеясь, что после официальной речи и объявлении о начале праздника, мне дадут возможность пообщаться с мамой, которая, кстати, выглядела великолепно! От той болезненности, что всегда, сколько я маму помнила, была ее спутницей, не осталось и следа!

Я думала, как только мы подойдем к роду тан Даррак, Лейнард оставит меня где-нибудь в самом неприметном уголочке, а сам встанет рядом с родителями и своей невестой. Ан нет, мы обе, и я, и Аэлья оказались его спутницами. Причем она стояла по правую руку, я по левую. Но мы синхронно присели в реверансах перед родителями Лейнарда. Для меня это было то еще испытание. Хорошо, что всего на секундочку присела, иначе бы точно свалилась на радость публике. Впрочем, все равно вышло коряво. И если главу рода тан Даррак я уже видела в момент поступления в академию, то первую леди рода — нет. И мне было очень интересно узнать какая у Лейнарда мама. Меня ждало разочарование. Леди в упор меня не замечала. Она вообще на меня не смотрела, только Аэлье улыбалась.

Однако мне это не мешало ее разглядывать. Очень красивая женщина, такой, холодной надменной красотой. Правильные черты лица, белоснежная кожа, черные как смоль волосы, скрученные в тугие локоны на затылке, и массивная тиара, как венец, завершающий образ.

Но вот чего я не могла понять, так почему не вижу сходства? Вот с отцом у Лейнарда оно было, а с его женой — нет. В кого у Лейнарда такие невероятного цвета глаза? Точно не в отца и не в мать. Если она действительно его мать.

Но развить эту мысль мне не удалось. Человеческое море заволновалось, Лейнард задвинул меня и Аэлью себе за спину, и повернулся в центр зала, где уже стояли четверо мужчин. Ректора Академии ХИЛТ я узнала сразу, впрочем, и остальных легко идентифицировала. Мэрлэ — наместники Академгородка собственными персонами.

Они были разными. Эти мэрлэ.

Один из мужчин был в возрасте. Солидном таком. И обладал магией тьмы. Второй мужчина, был помладше первого, но и молодым его тоже не назовёшь. С белесыми, какими-то блеклыми волосами, зачесанными назад. Смотрелось не очень, если честно. Но само лицо было приятным. Совершенно не надменным. Представитель магии света.

А вот третий, обладатель роскошной шевелюры практически алого цвета, был молод. Может немногим постарше Лейнарда. Он был красив, но такой хищной красотой. Интересный и явно опасный мужчина.

На какой-то миг наши взгляды встретились. Всего миг, за который я пропустила удар сердца. А затем все смолкли, начиналась торжественная речь. Ректор вышел вперед и приветствовал всех на празднике в честь нового учебного года.

Я слушала вполуха, зачем-то продолжая следить за красноволосым. Не сказать, что он мне прямо вообще очень понравился, нет. Просто привлек мое внимание и не хотелось отворачиваться.

— Позвольте представить наших мэрлэ. — Провозгласил лорд Арван тан Даррак. — Лорд Серхан Лориан тан Стейдарр.

Вперед вышел наместник с магией тьмы. Мы приветствовали его бурными овациями.

— Лорд Никлайс Маул тан Соллар.

Точно также вперед вышел представитель с магией света. И ему поаплодировали.

— И позвольте поздравить с назначением нашего нового, третьего мэрлэ — лорда Дитмара Лексара тан Скарлерр.

Почему-то при его имени народ заволновался. Правда и хлопал громче.

Я не понимала в чем дело, ровно до той минуты, пока Аэлья, улучив момент, не шепнула мне на ухо.

— Это так странно, представитель первого великого рода стихий, еще и главной ветви в роли мэрлэ.

— Первого рода? — переспросила. — Наследник что ли?

— Нет, второй сын, но обычно первые великие рода не занимают такие должности. — Аэлья придвинулась вплотную, и быстро зашептала. — Тан Стейдарр — это десятый великий род, тан Соллар — девятый. Чаще всего наместниками становятся кто-то из нижней пятерки десятки великих родов.

— Но это же не запрещено?

— Нет, просто странно.

А до меня только дошло. У этого мужчины тоже иллами — феникс! Наверно поэтому я так им заинтересовалась?

Пока мы перешептывались, Аэлья делилась своим удивлением и глупыми предположениями, мэрлэ толкали речь, поздравляя нулевиков с обретением иллами и тем, что мы стали хранителями. Мужчины в возрасте говорили много, охотно, непринужденно. А вот поздравления от Дитмара получились скупыми, но никого это не огорчило. Я так и вовсе прослушала, уловив только последнюю фразу:

— Да начнется праздник!

Заиграла музыка. Мне чудилась игра арфы, скрипки и флейты… Очень красивая мелодия.

Я так заслушалась, что пропустила момент, когда Лейнард повел свою невесту в круг танцующих. А очнувшись, поняла, что у меня есть уникальный шанс слинять к своим родителям. Правда, эта мысль меня быстро покинула, когда я увидела отца и мать танцующими. Собственно, и все главы рода сейчас танцевали. Это только я все проворонила. Тьфу, замечталась.

— Леди, не окажете ли мне честь?

Я не сразу врубилась, что третий мэрлэ обращается ко мне. Я вообще не поняла, когда он оказался около меня. И очень хотела ему отказать. Не умею я танцевать. Даже обыкновенный вальс. Нет, девчонки на выпускной хотели меня запрячь в танцующие пары, но я открестилась. Времени на это совершенно не было. А сейчас весь арсенал, которым я обладаю — это память Ламеи и ее переживания во время уроков.

Вот и что мне делать? Честно мужику признаться, что я не умею танцевать и мы будем посмешищем или отказать, чем в итоге могу его опозорить. Какая-то леди пятого рода отказала.

— Соглашайся, — шепнул Феликс. — Если понадобится, я перехвачу контроль над телом.

— Спасибо, — мысленно шепнула иллами.

Присела в корявом реверансе, подавая свою руку и произнесла:

— Благодарю за приглашение.

* * *

Идя в круг танцующих, я решила расслабиться и получать удовольствие. Не получится что-то, да и черт с ним!

Зато под такую музыку покружусь. Еще и с новым мэрлэ. О-ля-ля, какая честь!

Как-то само собой вышло, что мы влились в ритм, а я полностью доверилась партнеру. Оказывается, это не пустые слова. Я о том, что с хорошим партнером, даже если танцевать не умеешь, все получится. Главное не мешать, а следовать за ним.

— Леди тер Даррак, мне будет позволено узнать ваше имя?

Я вздохнула и перестала улыбаться. Нет, ну понятно, что у меня имя спросят, просто я ведь не совсем тер Даррак. Даже совсем не…

— Не так, тер Аргхарай тер Даррак. — Поправила его. — Марина.

— Просто Марина?

— Думаю, постоянно проговаривать полностью все имена, данные мне при рождении — только тратить время. Марина — та форма, которая приемлема между студентами и преподавателями.

А вот обломись, это не для близких.

— В студенческие годы я представлялся Ксаром, но думаю, вам будет неловко так ко мне обращаться.

Честно хотелось сказать, что мне не будет. Но Феликс не дал мне ответить. Я вдруг язык прикусила и мысленно чертыхнулась, на что тут же получила наставления от иллами, мол, нечего на такой топорный флирт отвечать.

Я правда не знаю, где он там флирт увидел, но спорить не стала. По мне так играть в игру «как я могу», куда дебильнее. Ну да ладно.

— Вы правы, лорд тан Скарлерр. Это будет неуместным.

— Вы прекрасно танцуете, — сделал мужчина комплимент и улыбнулся.

— У меня замечательней партнер, — не осталась я в долгу.

Тем более, если так подумать, то я вообще не задумывалась о фигурах танца. Просто позволила меня вести. И все.

— Уже определились на какой факультет в следующем году поступите?

Его вопрос меня удивил. Я вот ни за что не поверю, что чувак у меня в ауре метку Айваны не видит. Или он просто вежливый? Беседу поддерживает?

— Пока нет, но симпатии уже есть.

— Дайте угадаю, боевой факультет?

— Ни за что, — выдохнула и я осеклась.

Слишком поспешно открестилась, но похоже, моя реакция понравилась собеседнику.

— Удивительно, обыкновенно все стремятся именно на этот факультет.

— Думаю если бы все стремились именно туда, то мы бы не могли похвастать отличными лекарями, хранителями, ладящими с магическими существами, артефакторами… — перечислять я могла до бесконечности.

— И тем не менее, все они пробовались на боевой факультет. Больше половины — так точно.

— Тут мне с вами сложно спорить, я не обладаю точной статистикой.

— Уели, — признал мужчина. — Я ею также не обладаю, но видимо, все мои знакомые, как и я, мечтали отучиться на боевом факультете.

— И ваша мечта сбылась?

— В полной мере.

— Рада за вас, — а что я еще сказать должна была?

— Я тоже буду рад за вас, если вам удастся попасть туда, куда вы захотите. — Отозвался мужчина и осторожно наклонил меня в какой-то фигуре. Когда мы выпрямились, он мне подмигнул и уточнил. — Факультет магических существ?

— Мимо, — рассмеялась я. — Но я дам вам еще одну попытку.

— Неужели лекарское искусство?

— В точку, если не считать того, что симпатии равны между пятью факультетами.

— И какие же остальные?

— Вам правда интересно?

— Даже очень, — проникновенно сообщил он, а я вздрогнула. Прям вот мурашки по телу пошли.

Он чего, серьёзно студентку соблазняет? Это какой-то хитрый план? Мнительность накрыла с головой. А не соперничает ли он с Лейнардом? Невеста у Лейнарда ангажирована. Самим Лейнардом. Вот только мнимая любовница и осталась. Хотя, откуда он это мог знать? Или все же знал?

— Алхимия и зельеваренье, бытовая магия, заклинательские искусства и магическое ремесло.

— Интересный выбор. Даже необычный.

— И чем же?

— Не считая лекарского дела и алхимии, не самые распространенные факультеты среди высоких родов.

Я как-то и подзабыла, что среди нулевиков, не только великие рода присутствуют. Просто они всегда выделялись. Да и по-честному, представителей намного больше.

Эта мысль заставила меня нахмуриться, вспомнив о том, что членов рода Аргхарай в академии меньшинство. Но акцентировать на этом внимание мне не дали.

— Будет интересно следить за вашими успехами.

— А вы что же, за успехами всех студентов следите?

— Нет, только тех, кто мне интересен.

Музыка стихла. И продолжить беседу не вышло, потому что нашу пару разбил отец.

Вежливо разбил. И Дитмару не оставалось ничего, кроме как отпустить меня. Поклониться и удалиться в поисках другой собеседницы.

И не сказать, что я сильно разочаровалась. Странный тип какой-то.

Глава двадцать вторая

— Здравствуй, дочь, — беря меня под локоток, произнес Марс. — Ты превосходно выглядишь.

— Спасибо, ты тоже ничего.

Отец тихо рассмеялся.

— Будь осторожна с Ксаром. Точнее с лордом тан Скарлерр …

— Я в курсе, что он Ксар.

— Вот как… Успел уже. И все же, будь осторожней, этот молодой лорд любит играть.

— На деньги?

— На женщин, — сухо заметил отец. — Ветреный мужчина и пока необремененный обязательствами.

— Странно, что ему тогда доверили подобный пост.

— В качестве управленца он хорош. Голова ясная, рука твердая, но женщины его слабость.

— Если так подумать, то для всех мужчин женщина — слабость.

— Любимая женщина, Марьела. И это явно не тот случай.

— Марина, — хмуро поправила его.

— Я горжусь тобой, девочка, — неожиданно выдал отец, останавливаясь в нескольких метрах от столика с едой. — Пока твоя мама не завладела всем твоим вниманием, я хочу, чтобы ты знала: о лучшей дочери нельзя было мечтать.

И почему-то я застеснялась. Не сказать, что у меня с Марсом теплые отношения, или я его прямо за отца считаю, но… Вроде ведь и не совсем плохой мужик?

— Спасибо, — выдавила я.

— Риша, детка, — теплые руки мамы обвили мою талию. — Как же ты красива, моя девочка!

— Вы обе — украшение этого бала. — Таким тоном сказал Марс, что мама покраснела. — принесу вам напитков.

— И пирожных, — попросила я.

— И пирожных, — расплываясь в широкой улыбке, пообещал отец.

Наконец мы остались относительно наедине. Если не считать людей вокруг нас. Но нам было фиолетово. Я так соскучилась по маме, что вообще не обращала внимания на окружающую действительность. Обнимала крепко-крепко и никто не смог бы вырвать меня из этих объятий. Покусала бы.

— Я так тобой горжусь, солнышко, — шептала мама, — спасибо тебе, детка.

— Мам, у меня столько новостей. — Честно призналась ей.

Так хотелось пожаловаться на Аэлью, аж зубы сводило. Мама способна меня понять как никто другой.

— Сейчас Марс принесет нам напитки, и мы найдем с тобой нишу, где сможем поболтать вдали от чужих глаз.

— Нишу?

— Так называются небольшие комнатки без дверей, но со скамейками.

— А просто комнатами не судьба назвать? — фыркнула я.

— Ты такая смешная, — рассмеялась мама. — Какая разница, главное, что нам будет где уединиться.

— Леди, прошу. — Отец был великолепен. Сам держал поднос, хотя я видела обслуживающий персонал.

Мы взяли по бокалу, а я и вовсе схватилась за эклер. Не знаю, как Марс угадал с десертом, но именно это проклятое лакомство мне снилось ночами. А еще жаба, которая садилась на грудь и душила меня. Двадцать баллов за эклер, подумать только!

— За вас, мои прекрасные леди! — Произнес Марс, и мы чокнулись бокалами.

Восхитительный лимонад напомнил мне вкус детства, когда еще продавалась газировка на розлив и мама покупала мне стаканчик. Мне, наверное, лет пять было, если не меньше. Барбариска, самая настоящая!

— Извини, Марсэмиар, мы отойдем. — Произнесла мама.

— Только не пропадайте надолго. — То ли попросил, то ли приказал.

Я так и не поняла, потому что мама, схватив блюдо с пирожными, повела меня прочь из залы.

Немного поплутав, мы нашли удобное местечко. А мама и вовсе достала камушек. И хитро подмигнув, положила его на порог. Я так полагаю местная заглушка, чтоб никто ничего не услышал. Вот и славно.

— Присаживайся, детка, — мама похлопала рядом с собой. — И рассказывай, что там у тебя стряслось за эти две недели.

И кран прорвало. Мне кажется, я за эти полчаса столько всего наговорила, сколько еще ни разу не приходилось.

Мама не перебивала, слушала внимательно, иногда подсовывала мне эклер, давала запить его лимонадом, иногда гладила по волосам, совсем как в детстве. А когда я выдохлась, улыбнулась и ласково спросила.

— Он так сильно тебе нравится?

— Кто? — не поняла я.

— Лейнард.

— Э-э… — выдала умную мысль. — В определённом смысле он мне очень симпатичен.

— И ты влюблена.

— Не уверена, — не стала лгать. — Скорее тут вариант как с Костиком.

Произнося это, я понимала, что мама начнет улыбаться. Да и сама я любила посмеяться над своей первой то ли влюбленностью, то ли дикой симпатией к мальчику Косте, учившемуся со мной всего один класс — первый.

— Костин хвостик, — вспомнила мама мое прозвище.

Ну да, я таскалась за этим Костей везде. Правда больше ничего не делала, только таскалась. Бедный мальчик. В семь лет уже точно знал, что такое сталкерство.

— Очень красивый мальчик.

— Да, Костя и правда красивый, — согласилась с ней и мысленно сравнила мальчика из детства и Лейнарда.

М-да…

— В любом случае, Лейнард чужой жених. А его невеста и вовсе в моей команде, — тут я скривилась. — Достала меня эта прилипала.

— Риша, а ты посмотри на нее под другим углом. Она, конечно, очень избалованная девочка, которой явно не хватало внимания и любви.

— А еще воспитания.

— Да нет, с воспитанием как раз все в рамках великих родов. Уверена, леди прекрасно музицирует, поет, рисует и танцует. А также знает каждого члена великих родов поименно и в лицо.

— Прям обалдеть какое достижение.

— Понимаешь в чем дело, детка. Ее не учили быть хорошей женой в том смысле, какой вкладываешь ты. Ее просто учили быть женой лорда великого рода. А хорошая жена должна родить сына. И в общем-то на этом все.

— Мама, но не все же себя ведут как она. Та же Ламея…

— Ламея относится ко второй ветви пятого великого рода тьмы. А твоя Аэлья — леди из первого рода света, первая высокородная леди. Не сравнивай свою подружку с ней.

— И что? Первых леди не учат заботиться о своих близких? О тех, кто зависит от их рода?

— Этому учат мужчин. Решать проблемы подданных и в целом заботиться о процветании рода. От женщины ждут наследника. А желательно несколько сыновей.

— Ну и зачем ее тогда в академию отправили? Какой в этом смысл?

— Полагаю, на этом настоял род жениха или сам жених. Извини, Риша, я не обладаю всей информацией и не могу сказать какими мотивами оперировала одна и вторая сторона. Но при заключении брачного договора обговариваются условия данно, а во время брачной церемонии каждая из сторон его выплачивает.

— Данно?

— Да, так называются особые условия, которые обязаны выполнить жених и невеста, чтобы брак был заключён. Невеста может потребовать все, что угодно. От драгоценностей, земель, до хранения ей верности, естественно, при условии, что она сама будет жива и выполнит свою главную роль.

— Наследника родит? — мрачно спросила я.

— Верно. Жених же от невесты, к примеру, может потребовать высшее образование, которое она подтвердит дипломом.

— И так у всех?

— Нет, Риша. Мы отличаемся от других родов, не являющихся великими. Позже ты непременно поймешь, в чем заключается разница. И насколько важно оставаться в рейтинге.

— Да уж, — я выдохнула и прислонилась к маме, — я вообще не понимаю, как отец сохранил пятое место, при условии, что новых хранителей иллами не было давно.

— Ему пришлось очень нелегко, и лучше я сама тебе скажу, чем ты узнаешь от посторонних. Решается судьба рода, скорее всего, наш род понизят в рейтинге.

— Час от часу не легче. Но почему?

— Там много факторов, Риша. — Уклончиво ответила мама и тут же перевела тему. — В следующем году у меня будет шанс вернуть моего иллами.

— Вернуть? — я не сразу переключилась. — Тебе хватило кристаллов мониара?!

— Хватило, и даже парочка осталась. Двадцать кристаллов — это неслыханная щедрость. Надеюсь, ты не против, но я отдала их Марсу.

— Почему тогда нужно ждать следующего года? Стоп.

Я даже выпрямилась и заглянула в глаза матери.

— Откуда двадцать взялось? Я выиграла пять, четыре отдала тебе. Один поделила на всю команду. И еще четыре получила в качестве благодарности от лорда Лейнарда.

Мама понимающе усмехнулась и как-то проказливо улыбнулась.

— Полагаю размер благодарности был словесно занижен, чтобы ты не вздумала отказаться, Риша.

— Очуметь! — выдала я.

Это что же, Лейнарду настолько дорога его невеста, что он мне целых шестнадцать кристаллов дал?! И еще зачем-то солгал. Хотя, как он там говорил, знает, что я горда? Озвучь он мне реальную цифру, и я бы точно ничего не приняла. А если бы отправил, то вернуть бы отправителю потребовала.

Ай, уже неважно, главное, что маме это помогло!

— А в следующем году, потому что я должна заново пройти ритуал. Так как мой род уже не тер Винд, то провести его должен наследник или тот, в ком еще есть наследная сила рода. Ты уже не походишь, детка, свой ритуал ты уже провела.

Мама явно читала мои мысли.

— Жаль, — выдохнула я.

— Ничего страшного, одна мысль, что мы скоро встретимся с Лерри, греет мою душу.

— Лерри?

— Так зовут моего иллами.

— Красивое имя, а…

Закончить фразу мне было не суждено. Наше уединение нарушил отец.

— Равьела, действие артефакта вышло. Да и Марьелу потеряла ее команда, вы два часа беседовали.

— Сколько? — поразилась я. — Два часа? А кажется минут десять прошло, не больше.

Марс рассмеялся, а мама обняла меня.

— Ты иди, детка, я хочу еще с Марсом поговорить. Но прежде, — Мама быстро чмокнула меня в щеку и прошептала. — Первых леди холят и лелеют, потому что их задача передать сильную кровь. У них никогда не рождаются слабые дети. Только очень сильные дети, щедро одаренные магией.

Прямо не девица на выданье, а племенная кобыла.

— Поэтому Аэлья — тепличный цветок, и ей просто нужен другой пример. Я не прошу тебя быть терпимей, со вздорными девицами сложно, но если поймешь, что девочка обучаема, покажи ей, как бывает иначе. Даже если придется действовать через боль или унижение.

— А если я не хочу в это ввязываться?

— Поздно, Риша, ты уже по уши вляпалась.

— Это точно, — я вздохнула, снова обняла маму и поднялась со скамейки.

Праздник будет длиться всю ночь, я еще успею с ней поговорить и попрощаться. А вот то, что команда обо мне волнуется — неожиданно приятно.

Я выскочила за дверь и пошла по коридору, думая о том, что хотела бы потанцевать с Шалраем что-нибудь быстрое. Он явно знает толк в развлечениях и не станет акцентировать внимание на ошибках в танце.

А еще я вспомнила слова мамы о рейтинге и нахмурилась. Что-то явно происходит и от чего меня активно отгораживают. Не из-за меня ли род Аргахарай хотят понизить в позициях?

— Друг мой, думаю тебя уже можно поздравить. — Услышала я мужской голос и остановилась.

Только сейчас поняла, что повернула явно не туда. И кажется, все-таки заблудилась.

— Еще рано, Вельс, еще рано, — самодовольство в голосе второго неизвестного меня насторожило.

— И все же, я уверен, что завтра же ваш род объявят пятым в рейтинге. Старый Дьявол допустил ошибку.

Я застыла, словно меня по голове стукнули. Речь о роде Аргхарай! А Старый Дьявол — это о моем отце?

— Ну-ну, будет тебе, он, конечно, зря сам пошел в рейд, это ранение еще долго не даст ему возможности прибегать к слиянию, да и тварь не была уничтожена, но его поступок благородный.

Вот только интонация явно была язвительной и саркастичной. Чтобы там не сделал папа, но его действия эти гады обсмеивали! Руки сами собой сжались в кулаки.

— Так глупо подставиться, — фыркнул тот, кого назвали Вельсом. — Да кому нужны эти помощники, одним меньше, другим больше.

— О да, но ты забыл, что новых хранителей в роду Аргхарай уже как сорок лет не было. Та жалкая кучка, что поступила в этом году, никоим образом не сможет исправить положение дел. — Мерзкий хохот заставил меня вздрогнуть. — Да еще и первенец — девка, с меткой Айваны. Абсолютно бесполезное существо, замуж и то не выдать, раньше сдохнет.

— Старый Дьявол проиграл. Выше тринадцатого места ему не светит…

Слезы сами собой навернулись на глаза. Я развернулась и помчалась обратно. Я должна поговорить с мамой и Марсом. Кого он спас? И почему он больше не сможет превращаться в дракона?! И что еще произошло, от чего наш род хотят понизить в рейтинге? Я должна знать! Тринадцатое место? После пятерки-то?!

— Я не понимаю ваших претензий, — услышала я заявление Аэльи и остановилась.

О нет. Подслушивать еще один разговор я точно не желала. Но вот беда, я явно вышла в тупик, а голос раздался позади меня. И что делать? Особенно, если учесть, что я все еще плачу?

Торопливо утерла лицо, желая выйти к Лейнарду и его невесте, чтобы они закончили свою ссору, но замерла, услышав заявление Аэльи.

— Леди Марина же танцевала с лордом тан Скарлерр и ничего страшного не случилось.

— Леди Марина не помолвлена, точно также как и лорд Скарлерр. Возможно, для них — хороший шанс это исправить. — Сухо ответил Лейнард. — А я не желаю видеть вас в обществе лорда, чья репутация неблагонадежна. Особенно в отношении чужих невест.

Нормально так. А мне значит в кавалеры неблагонадежного мужика можно.

— Вы же это не всерьез? Пусть лорд и не наследник, но представитель первого рода, он не может заинтересоваться леди из рода ниже его положения в том качестве, о котором вы говорите. К тому же, как вы сами сказали, я ваша невеста, а значит проявление его любезности всего лишь дань уважения.

— Я не считаю, что леди Марина не достойна мужа из первого рода. И не нам судить о том, что может быть, а чего не может.

— Но это совершенно невозможно.

— И почему же? — и тут бы на месте Аэльи я бы заткнулась.

Потому что тоном, каким мужчина это спросил, можно было заморозить весь город. У меня даже слезы разом высохли.

— Это же очевидно.

— Мне не очевидно.

— Потому что она не первая высокородная леди.

Дальше слушать я не захотела и скорым шагом вышла из своего укрытия. Не хочу ничего знать. Вот просто не хочу!

— Леди Марина? — Первой меня увидела Аэлья.

— Мне жаль, что я стала невольным свидетелем вашего общения, но, к сожалению, я заблудилась и оказалась в тупике. — Спокойно произнесла я.

Надеюсь, у блондинки хватит ума не спрашивать, почему я заплаканная? Еще решит, что ее слова причинили мне боль. Впрочем да, причинили, но не такую, как то, о чем говорили двое мужчин.

— Леди Аэлья, вернитесь в зал к лорду тан Даррак. — Ледяным тоном отчеканил Лейнард и призвал магию. Она путеводной нитью указывала леди дорогу в зал. — И не отходите от него до той поры, пока я сам не подойду. Это понятно?

— Да, — выдохнула девушка и резво развернулась.

Ее каблуки стучали по полу так, словно бы припечатывали жениха. Ее недовольство я ощущала буквально кожей.

— Марина, возьмите, пожалуйста, — мне протянули белоснежный платок с черным кружевом по краям. — Прошу простить меня за случившееся. Мне жаль, что необдуманные слова моей невесты, причинили вам боль.

Платок я взяла. И высморкалась. Хуже уже точно не будет. А потому пофиг!

Только куда деть грязный платок? Карманов у меня нет.

Мою проблему решил Лейнард, забрав платок и запихнув к себе в карман брюк. Мля-я-я-я.

— Знаете, а я умею стирать. — Глядя на его штаны произнесла я.

— Знаю, — ответил Лейнард. — Но сейчас вы вряд ли найдете место, где смогли бы этим заняться. А вашему наряду платок точно не подойдет.

— Спасибо, — выдохнула я. — Но вы не правы. Леди Аэлья не сказала ничего нового. Я уже это слышала.

— Тогда почему вы плакали?

Почему, почему… Потому что Земля круглая, а орехи нынче непозволительная роскошь — зубов не напасешься. Но не ответишь же так человеку, который не смотрел КВН и не знает фишку про «потому что гладиолус»?

— Я не хочу говорить об этом.

— И все же, я хотел бы знать. Кто вас обидел? Я ваш опекун и это моя вина, что вы потерялись в анфиладе комнат. Я не должен был оставлять вас без внимания. Простите, я был уверен, что вы в обществе своих родителей.

— Я и была, — заверила его. — Общалась с мамой. Вы солгали мне.

Говоря это, я почему-то улыбалась.

— Вы передали для нее больше кристаллов. Но я вам искренне благодарна, что вы не озвучили реальный масштаб.

— Ваша гордость бы не позволила принять больше, чем вы бы посчитали нужным. — Лейнард вернул мне улыбку. — Я помню.

— Мама сказала, что в следующем году сможет пройти ритуал, чтобы вернуть своего иллами.

Ну и зачем ему эта информация? Сама не понимаю, зачем сказала.

— Рад за вас.

— Надо возвращаться в зал, — выдохнула я. — Я бы хотела найти своих родителей.

— Идемте, — я как-то не ожидала, что меня за руку возьмут. Но отдергивать не стала.

Наоборот, я даже зажмурилась. Странные ощущения.

— Скажите, а я могу задать вам личный вопрос? — спросила и прикусила язык. Как-то двусмысленно звучит.

— Если вы о моих словах по поводу лорда тан Скарлерр, то я не желал вас оскорбить. Моя уверенность в том, что вашей репутации не нанесут вреда основана на личном опыте. К сожалению, лорд тан Скарлерр преимущественно увлекается чужими женщинами. И если вы его заинтересуете, то его намерения будут самыми серьезными.

— Чужими женщинами, — пробормотала я. Так-то я о ином хотела спросить. — Невестой, любовницей…

— Вы не моя любовница. — Мужчина аж с шага сбился.

— Об этом знаете вы, и знаю я. А остальные?

Вот так мы и стояли посреди коридора и играя в гляделки. Раньше Лейнарду видимо такое в голову не приходило. Забавно. И почему-то приятно.

— Я запрещаю вам принимать внимание данного лорда. — Выдал он.

— Я не ваша невеста. — Усмехнулась.

— И не любовница, я помню. Но как ваш опекун, я запрещаю вам любые контакты с лордом тан Скарлерр.

— Он так-то третий мэрлэ города. Боюсь, мои отказы будут невежливыми и могут показаться странными.

— Не стоит беспокоиться на этот счет. Для решения таких проблем и существует мужчина.

— Опекун. — Хмыкнула я.

— Опекун.

— Но я не об этом хотела спросить.

— А о чем же? — Мы вновь продолжили идти.

— Жена вашего отца, леди тан Даррак… Она не ваша мать?

Лейнард снова остановился и резко повернулся ко мне лицом.

— Простите, если нечаянно задела ваши чувства, — тут же пробормотала я. — Можете не отвечать.

— Почему вы так решили? — хрипло спросил он.

— Ваши глаза, — ответила ему. — У них необыкновенный цвет, а у вашего отца, на которого вы очень похожи, таких нет. Да и на леди…

— Леди Изельда…

— На леди Изельду вы совершенно не похожи.

— Удивительно, вы сразу поняли, что она мне не мать.

Отвечать Лейнард не стал и я додумала сама. Видимо, леди Аэлья протупила.

— Моя мама умерла при родах. — Тихо сообщил Лейнард. — У меня ее цвет глаз.

— Простите, мне очень жаль.

— Не стоит. Я никогда ее не видел, только на портретах. Она дала мне жизнь ценой своей.

— Еще раз извините, пожалуйста.

Вот блин. И кто меня за язык тянул?!

— Не нужно так расстраиваться. Это случилось много лет назад. И я рад, что вам удалось помочь вашей маме. Низшие миры очень пагубно на нас действуют, особенно, если мы остаёмся без магии и иллами.

Кажется, я начинала понимать, что причина щедрости совсем не в Аэлье. Лейнард просто хотел помочь моей маме? Но сделал это несколько деликатно и ненавязчиво. Боже, за что Аэлье такой мужик?!

Так только не хлюпать носом, Риша. А то снова придется платок просить. И что-то снова перед Лейнардом сморкаться не тянет.

— Почти пришли, леди Марина, не окажете ли вы мне честь?

— Вы о чем?

— О танце, конечно же. Потанцуете со мной?

— Да!

* * *

Когда мы вошли в бальный зал музыканты затянули какую-то уж очень щемящую мелодию. Она была такой нежной, дивной и родной… Каждая клеточка отзывалась на звуки. А потом меня словно обухом по голове ударила память Ламеи. Этот танец особенный. Его обычно танцуют пары, которые впоследствии или обручаются, или женятся. Ну или женатые. Конечно, позвать не свою невесту тоже не зазорно. И никем не порицается. Ведь сиаллар, так называется танец, не традиция. А просто символ.

— Знаете, наверно, я подожду следующего танца, — тихо произнесла я. — Не хотелось бы слухов и неприятностей.

— Леди Марина, вы уже дали свое согласие. Ваш отказ меня расстроит. Не стоит меня обижать. А слухи, за спиной всегда будут шептаться. Что же касается неприятностей, то скорее это я их гарантирую тем, кто посмеет вас обидеть.

— Но ваша невеста… — Я не просто так Аэлью вспомнила. Вон она стоит и ждёт приглашения.

И смотрит так…Бр-р… мурашки просто.

— А моей невесте пойдет на пользу, чтобы впредь не смела смотреть на других леди свысока.

— Ей по статусу положено, — не удержалась я.

— Поверьте, леди Марина, это лишь ее выбор. Но довольно об этом, давайте насладимся танцем.

Что мне оставалось? Только замолчать и довериться партнеру. Тем более он успел вывести меня в центр зала и требовательно положить на мою талию свою руку.

Почему-то именно сейчас это касание меня обожгло.

— Расслабьтесь, — прошептал на ухо Лейнард.

Хорошо ему говорить. Ведь мы единственная танцующая пара в зале. Нет, когда началась мелодия, многие вышли танцевать, но, когда увидели нас… все разошлись. И черт его знает почему! А это раздражает!

— Я ведь не очень хорошо танцую, — ответила ему. — А уж когда на меня все смотрят…

— Забудьте о них, закройте глаза. Я не позволю вам оступиться, насладитесь мелодией. — Словно змей-искуситель зашептал Лейнард. — Почувствуйте, как воздушна и легка музыка. Она будто крылья…

И я закрыла глаза. Словами не передать, каково это танцевать с закрытыми глазами. Все чувства тут же обострились. Касания стали острее, дыхание мужчины ощущалось как свое, а биение сердца… Может я сошла с ума, но мне казалось, что даже среди чувственного перелива мелодии, я различала биение сердца Лейнарда. Я не видела, да и мне не было это нужно, я ощущала… и это было так ярко!

Будто бы невесомое скольжение по залу, уверенные движения партнера, которым эхом вторила я.

Я была глиной, из которой Лейнард лепил чудесную фигуру. Я была его продолжением, не приложением. А вторым дыханием, радостью, которая накрывала с головой и… окрыляла. Он был прав. Мелодия дарила крылья.

Страхи ушли. Обида и боль растворилась. Не хотелось ни о чем думать. Оставались лишь чувство парения и сильные руки партнера, которые держали так крепко и вместе с тем так нежно… Будто рождался только наш мир, где нет места никому, кроме меня и Лейнарда.

С последним отзвуком мелодии сказка развеялась. Я стояла, прижатая к груди мужчины и часто дышала. Открывать глаза было страшно. Танец закончился и реальность ворвалась в наш маленький мирок ураганом, напрочь его растоптав. Аплодисментами, которые мне были не нужны.

— Вы были прекрасны, — прошептал мне Лейнард, и я открыла глаза.

Сначала зажмурилась от света, но быстро к нему привыкла, начиная различать лица аплодирующих нам людей.

А затем мужчина повел меня к родителям. Очень не хотелось разрывать на контакт. Но я не имела на это права. Вот никакого. И видя лицо мамочки, помрачневшее, я поняла, что Костин хвостик в прошлом. Потому что я влюбилась по-настоящему.

Жопушка, Риша, большая такая жопушка.

— Вельс, вы сегодня… — я резко обернулась на голос, чтобы посмотреть на того, кого назвали Вельсом.

Мужчина был жирным. Вот без преувеличения. Просто жирный и похожий на жабу.

— Марина, вы побледнели. — Лейнард остановился в метрах трех от отца с мамой. — Что случилось? Это он причина ваших слез?

Вот и как Лейнард это понял? Как понял, что чужое имя резануло мне по ушам, что ненависть фонтаном в душе поднялась?

— Не так как вы могли бы подумать. — Ответила ему и затараторила. Почему-то именно сейчас я хотела поделиться с ним своей бедой, зная, что он поймет. — Я случайно услышала чужой разговор. Он поздравлял кого-то со скорой сменой рейтинга. С гадкими комментариями. Пророчил им пятое место, а моему роду — тринадцатое. Потому что у нас мало хранителей. А новых не было целых сорок лет, а это несправедливо! Несправедливо, ведь я была далеко и не могла всем помочь!

В этот момент со мной что-то случилось. Я вдруг начала сиять. Вот абсолютно вся. Ярким черным светом! Смотрелось очень зловеще. И напугало меня до чертиков.

Правда окружающие напуганы не были, они улыбались, глядя на меня. Что за чертовщина?

А вот мой опекун радостным не выглядел. Наоборот, побелел весь.

— Я не специально, — выдохнула Лейнарду, который так и не отпустил мою руку. — Что происходит?

— Все хорошо, леди. — Деревянным голосом сообщил Лейнард и так сжал мою руку, что в его слова вообще не верилось. — Вы только что поняли, что должны сделать, чтобы богиня Айвана приняла вас и сняла метку.

— В смысле? — Я как-то не чувствовала в себе этого знания.

— Вы должны провести ритуал повторно. Но уже для всех потенциальных хранителей иллами вашего рода. Вот какую несправедливость вы должны исправить.

И я выдохнула, несмело улыбнулась. Это же хорошо, да? Только почему опекун такой хмурый?

— Извините, мне не с чем вас поздравить. Новый ритуал убьет вас. По последним данным в очереди на обретение иллами в роду Аргхарай двести магов. Двести, леди… Мне жаль.

Откуда взялось такое число. Если было сорок с копейками? А я провела только для одиннадцати. Выходит, что отец и здесь снизил реальную цифру, чтобы дать мне шанс на жизнь?! Вполне логично, за сорок-то лет действительно должно было быть больше одаренных…

— Идемте, вам сейчас лучше побыть с родителями. — Лейнард уверенно притянул меня к себе, ограждая от поздравлений, посыпавшихся со всех сторон. — А еще лучше с мамой.

Я не стала спорить и позволила подвести себя к родным. Мама улыбалась, да что там, она сияла, как солнце. Даже отец улыбался. Широко, я еще такой улыбки у него не видела.

— Извините, мне не с чем вас поздравлять, — сказал Лейнард, глядя прямо в глаза отцу.

Мне было больно смотреть на то, как улыбка сходит с их лиц, а мама и вовсе прижимает руку к сердцу. Испугалась. Бедная моя.

— Ле…Лорд тан Даррак, — я осеклась вспомнив, что мы вообще-то не одни. — А были ли те, кто справился с таким числом? Или надежды совсем нет?

— Надежа есть всегда. — Лейнард, успевший меня отпустить, обернулся ко мне. — Я хочу в это верить. Но…

— Но?

— Свой первый ритуал я провел для двухсот пятидесяти хранителей. Лорд Арланд тан Глоуддак для двухсот тридцати. Лорд Вардан тан Скарлерр для двухсот двадцати. Мы восстанавливались больше трех месяцев и готовились около года к проведению ритуала.

При этих словах, кажется отец что-то понял, потому что в точности повторил движение матери — схватился за сердце. А мама вскрикнула, привлекая к нам еще больше внимания.

— Мы первые рода в рейтинге, леди. Наследникам первых это под силу. Но все, кто идут после нас… Даже вторые рода никогда успешно не проводили ритуал для более, чем ста хранителей.

Его слова эхом звучали в голове. То есть у меня вообще не было шанса? И богиня это знала?

— Лорд тан Аргхарай, леди тер Аргхарай, я распоряжусь о пропуске для вас в жилой бокс леди Марины. Уезжайте. Вам нужно побыть вместе и все обсудить. До конца праздника еще семь часов. Не так много времени, но оно у вас есть. Больше, к сожалению, я предоставить не могу. Договор с академией связывает мои руки.

— Благодарю вас, — хрипло отозвался отец, а мама обняла меня.

— Идите.

Сказав это, Лейнард круто развернулся. А я все еще стояла и смотрела ему в спину. Даже не особо слушала, что говорила мама. Только послушно двигалась, когда меня уводили с праздника.

Неужели все так и закончится? Двести хранителей, я от одиннадцати чуть не умерла, а их двести. Осознание масштаба подставы нахлынуло лавиной. Но ведь это тоже несправедливо! Я не хочу умирать!

Злость накрыла с головой. Не дождутся! Я не позволю исчезнуть моему иллами! И сама жить буду! Непременно!

Конец первого тома

Content

Настя Любимка
Черный Феникс
Академия ХИЛТ

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвертая

Глава пятая

Глава шестая

Глава седьмая

Глава восьмая

Глава девятая

Глава десятая

Глава одиннадцатая

Глава двенадцатая

Глава тринадцатая

Глава четырнадцатая

Глава пятнадцатая

Глава шестнадцатая

Глава семндацатая

Глава восемнадцатая

Глава девятнадцатая

Глава двадцатая

Глава двадцать первая

Глава двадцать вторая