Реки времен. Всепоглощающая грусть

Опасные попутчики

Это был сон. Инго сразу понял это, так как не ощущал сейчас никаких эмоций, но при этом голова работала ясно. Он не помнил, как заснул, но это и неважно. Сейчас ему снова снится один из тех странных снов, которые в последнее время все чаще посещают его. Обычно это были какие-то сцены из далекого прошлого, когда империя Стеллария только-только образовалась. Было это 1121 год назад. Инго был уверен, что все эти сны — вещие, хотя и не понимал, из-за чего именно он их видит. Может из-за того, что он богорожденный?

У Инго не было ни матери, ни отца. Да у богорожденных их и не может быть. Проклятая раса с жемчужными глазами. Детей богорожденных находят в горстках пепла, и обычно тут же убивают. Но Инго повезло. Капитан городской стражи, который и нашел его, решил сохранить ему жизнь. Как и его сестре. Да, у Инго была сестра. Тоже богорожденная. Хотя кровной сестрой ее было сложно назвать. Ведь они были совсем разные. У Инго была загорелая кожа и прямые, черные волосы. А у Серрары были алые волосы и бледная кожа. Общая у них была лишь миндалевидная форма глаз. Но не только внешность различала их. Его сестра была пиратом, а сам Инго состоял в повстанческой армии. Он вспомнил об этом только сейчас, когда увидел Серрару в своем сне.

— «Странный сон» — подумал Инго.

Сон действительно был странный. Обычно он видел сцены далекого прошлого, но сейчас он явно видел события, которые происходили несколько недель назад.

Инго находился в порту, в котором шло ожесточенное сражение. Справа от него сгруппировались несколько женщин, у каждой из которых в руке был щит и меч. Они сражались с десятком наемников, лица которых были обмотаны белыми бинтами. Рядом с ними находилась и Серрара. Она тоже сражалась. Но ее противник был куда более серьезный. Инквизитор Маллум в своих черных доспехах походил на ожившую двухметровую статую. Он поднял руку с зажатым в ней мечом, готовясь нанести удар. Но тут, прямо из воздуха, появился еще один меч. Он был весь покрыт ржавчиной и коррозией. Со страшным треском он рухнул на меч инквизитора и тот сразу же рассыпался на множество мелких осколков.

На мгновение Инго показалось, что он уже видел этот ржавый меч. Где-то. У кого-то… Инго никак не мог вспомнить. Но это и неважно. Сон уже изменился. Вдруг пошел дождь, но ни так, как это обычно бывает, сверху вниз, а наоборот. Капли стали подниматься с земли и возвращаться в черную тучу, которая нависла над городом.

На секунду подняв взгляд вверх и посмотрев на тучу, Инго вновь посмотрел на сражающихся людей. Но сражение уже закончилось. А точнее, оно еще не начиналось. Теперь Инго видел две группы людей: двое инквизиторов стояли рядом с толстым громовержцем. Мужчину инквизитора звали Ашиль, а его «сестру» Хонори. Громовержца же звали Харон Орестес. Сейчас он кричал на вторую группу, в которой Инго тоже увидел знакомые лица. Помимо одиннадцати женщин и его сестры, там были еще двое мужчин и девушка. Имя одного из мужчин, патлатого старика с густой бородой, Инго никак не мог вспомнить. Но он знал, что это был пират. А вот второго, седого, средних лет мужчину, Инго помнил — это был Делрой Корво, один из лидеров повстанцев. А рядом с ним стояла Мавис де Сильво, дочь лидера повстанцев Гантэра де Сильво. Ее маленький рост и узкое лицо, вкупе с растрепанными волосами, делали ее похожей на подростка, хотя ей уже было двадцать четыре года.

Инго не успел толком понять, о чем сейчас спорят эти две группы людей, как сон вновь изменился. Черная туча, в буквальном смысле, упала на них. Инго увидел, как черные облака поглотили всех людей на причале. Теперь он остался один.

— Ну и что дальше? — вслух проговорил Инго.

В ответ на его вопрос, в туче промелькнула молния. Еще несколько вспышек, и Инго увидел человека, сплошь окутанного молниями. Его угловатое лицо было чем-то обеспокоенно. Из-под коротких черных волос на сломанный нос текла маленькая струйка крови, а глаза лихорадочно бегали, будто ища что-то. Инго узнал и его. Это был один из наемников, но, как и с пиратом, Инго не мог вспомнить его имени.

Тем временем тучу пронзил ужасающий вой, и из темноты показалась еще одна фигура. На ее фоне даже тучи казались светлее. Фигура существа (человеком это было сложно назвать) была окутана тенями, а из-за спины торчали два больших крыла. И лишь глаза пылали белым огнем.

— «Это я?» — подумал Инго, глядя на существо.

Ему уже рассказывали, как он превратился в это чудовище, хотя сам Инго этого не помнил. Именно тогда у него и пробудилась сумеречная воля.

Воля — это жизненная сила, которой обладали все живые существа в мире. Но не многие могут ей пользоваться. У большинства людей воля никак себя не проявляет, и чтобы пробудить ее, человек должен испытать какое-нибудь эмоциональное потрясение. Всего было известно о шести разновидностей воли: военная, природная, божественная, сумеречная, призрачная и пустая. Военная — самая распространенная воля, она делала человека намного физически сильнее. Природная воля делилась на два подтипа — грозовую и огненную, что позволяло человеку подчинять силы природы. Божественная воля была даром богов и наделяла человека силой солнца. Пустая же была полной противоположностью божественной воли. Она разрушала и проклинала. А последние два типа и вовсе считались выдумкой. До недавнего времени…

Инго наблюдал за самим собой со стороны. Неужели он действительно был этим существом? Он ничего из этого не помнил.

Не прошло и пары секунд, как наемник пошел в атаку. Сжав в руке короткое копье, он в мгновение ока переместился к существу и нанес ему удар, сопровождающийся вспышками молний. Но удар был блокирован мечом, который сжимала тень. Наемник поднял свободную руку вверх, и в нее тут же ударила молния. Задержавшись в сжатом кулаке на долю секунды, молния отскочила в чудовище. Тучу снова пронзил оглушающий вой. Взмахнув крыльями, тень пошла в атаку, осыпая наемника градом ударов.

Наблюдая за сражением, Инго никак не мог понять траекторию ударов. Вот, вроде бы, меч ударил прямо, и тут же исчезнув, появился в другой руке чудовища, а то и вовсе откуда-то сбоку или из живота. Удары были настолько непредсказуемыми и опасными, что наемнику не оставалось ничего другого, кроме как уклоняться или парировать их.

Сверкнула еще одна вспышка, которая на мгновение ослепила Инго. За этот миг, обе фигуры успели исчезнуть, да и туча тоже пропала. Теперь Инго стоял на каменистом пляже, который находился рядом с портом. В тридцати метрах от него стоял пришвартованный корабль, в якорь которого только что ударила молния. Секунду спустя на якоре повис тот самый наемник. А еще через мгновение, борт корабля разлетелся вдребезги, протараненный огромной тенью. Застыв на секунду, тень, словно дикая кошка, прыгнула на наемника. Удар был такой силы, что их обоих отбросило прямо на пляж, к ногам Инго.

В этот же момент в мачту корабля воткнулся трезубец, а еще через мгновение около него появилась девушка. Как и наемник, она обладала природной волей.

Инго узнал ее. Габриель Стенториан была одним из громовержцев и другом детства Инго. Ее косящие к носу голубые глаза сейчас были наполнены страхом, а светлые волосы испачканы кровью. Глядя на тень, она несколько раз выкрикнула имя Инго, но все тщетно.

У ног Инго разгорелась первобытная битва. Словно два диких зверя, наемник с тенью вцепились друг в друга, забыв о своем оружии. Наемник молотил чудовище руками, в то время как тень царапала и рвала его железный доспех своими когтями.

Увидев, что ее слова не возымели эффекта, Габри метнула трезубец как можно ближе к дерущимся, а затем в яркой вспышке молнии переместилась к нему. Еще раз позвав Инго и не получив ответа, Габри поспешила на помощь к Инго. Но не успев сделать и трех шагов, она была тут же отброшена большим черным хвостом, который успел отрасти у чудовища, прямо на каменный склон.

Удар был такой силы, что Инго показалось, будто Габри ненадолго потеряла сознание. И в то мгновение, когда Габри без чувств сползала вниз по склону, произошло нечто, что заставило Инго усомниться в увиденных им событиях.

Из воды, словно это само собой разумеющееся, выехала черная карета. Не останавливаясь, она промчалась мимо дерущихся. Но Инго успел увидеть руку, которая, высунувшись из открытой двери, сцапала наемника. Все произошло так быстро, что даже чудовище не поняло, куда пропал его противник. Встав на четвереньки, тень закружилась на месте, словно беря след. Еще секунда, и из спины чудовища снова появились крылья, и оно взмыло в небо.

Инго был уверен, что то, что он сейчас видел, было фрагментом двух разных воспоминаний. Ну не может же карета выехать из моря!

Только он об этом подумал, как вода стала подступать к его ногам. Это значило, что сон близок к завершению. Еще миг, и Инго полностью поглотила мокрая тьма…

* * *

Телега, запряженная тремя вороными конями, тихо катилась по лесной дороге. Многие бы задались вопросом: а зачем запрягать в телегу с простым сеном таких крепких жеребцов? Да и вообще, кому понадобилось сено в лесу? Ответ на оба этих вопроса не заставил себя ждать.

— Долго нам еще прятаться под этим сеном? — раздался женский голос. — Мы ведь уже проехали патруль.

Инго выглянул из-под соломы и осмотрелся. Он только сейчас понял, что ненадолго задремал, пока он, вместе с Мавис, Габри и Широ, прятался от наемников. Помимо них, в телеге было еще восемь женщин, которые были закутаны в лохмотья прокаженных. Но им не нужно было прятаться, так как за их головы не была назначена награда, в отличие от Инго и его друзей.

Еще не отойдя от своего сна, Инго стал выбираться из груды соломы. На глаза ему попалась чья-то рука, полностью покрытая татуировками. Из всех людей, находящихся в телеге, только хозяйки этой руки, не было во сне Инго. Широ в тот день ждала их за городом. Выбравшись вслед за Инго, принцесса Вайра-Кен стала вынимать остатки соломы из своих черных волос. Ее покрытое татуировками молодое лицо сейчас не выражало никаких эмоций. Обычное состояние для Широ.

— Как же все-таки неудобно лежать на всех этих железяках. — все еще возмущенным голосом сказала Мавис. — И зачем только отцу понадобилось это оружие? У нас что, нет кузнецов в главном лагере?

— Лишнее оружие не помешает. — раздался голос возницы.

Из восьми воительниц, которые сейчас притворялись прокаженными, Инго знал лишь троих по имени. У остальных же были совершенно незапоминающиеся имена. Вот и сейчас Инго не мог вспомнить имени женщины за вожжами.

— Скорее всего, большая часть этого «оружия» уйдет на переплавку. — сказала Габри, беря в руки один из мечей. — Просто так легче доставлять армарийскую сталь, нежели обычными пластинами. Видишь, тут и вовсе одни только металлические стержни. — Габри развязала один из мешков и тут же выронила его на дорогу.

Раскрасневшись, она тут же спрыгнула с телеги и стала подбирать рассыпавшиеся по дороге железные палки. Мавис тоже поспешила помочь ей. А вот Инго решил использовать волю.

Хоть он еще и плохо управлял своей новой силой, удлинить тень и с ее помощью собрать рассыпанные по дороге стержни, для него было вполне выполнимой задачей. Правда, через пару секунд он пожалел об этом. За место стержня, он случайно ухватился тенью за корягу, которая торчала у обочины. Телега все еще продолжала медленно ехать, и его просто-напросто выбросило на дорогу.

— Ха, так тебе и надо. — злорадно ухмыльнулась Мавис. — Не надо было выпендриваться.

Инго залился краской. Ему было стыдно за то, что он все еще плохо владеет сумеречной волей. И в большей части не потому, что он сейчас из-за нее выпал из телеги. Ему хотелось побыстрее овладеть тем трюком, который позволил бы ему полностью покрыть свое тело тенями, как он это делал во сне. Ведь лицо у той твари чем-то напоминало череп, а Мавис до жути боится мертвецов…

А вообще, богорожденные обучаются довольно быстро. И за прошедшие три недели, Инго хоть и немного, но научился пользоваться этой волей. Во многом благодаря советам Габри.

Запрыгнув обратно в телегу, Инго достал карту.

— Ну что, скоро мы уже доедем до лагеря? — спросила Мавис, садясь рядом с Инго и заглядывая в карту.

— Сегодня мы точно не доедем. — ответил Инго.

Лагерь повстанцев, в который они направлялись, находился в двухстах километрах от города, и это если ехать напрямик. Так что за один день такое расстояние точно не преодолеть.

— Тогда где мы будем ночевать? — сразу же всполошилась Мавис. — Ты ведь понимаешь, что тебе придется спать подальше от нас?

— Не бойся, по дороге будет таверна, там и заночуем. — сказал Инго, указав на карту, и тут же понял, что не имеет смысла показывать Мавис карту. У его подруги был топографический кретинизм.

— Таверна в лесу? — спросила Широ.

Инго тоже удивился, когда первый раз услышал про это место от Маверика, своего друга-алхимика, который так же был повстанцем. Когда-то Маверик был заместителем короля, и поэтому знал все западные земли как свои пять пальцев. В особенности, он очень хорошо знал все злачные места, где можно было купить контрабандные ингредиенты для зелий.

— О, я знаю эту таверну. — проговорила Габри, тоже глядя на карту.

— Знаешь? Откуда? — удивленно спросил Инго. Из рассказа Маверика, он понял, что это место было некой базой контрабандистов и одним из «филиалов» черного рынка.

— Да, я как-то раз была там с дядей Хароном. Мы тогда ездили в Мидденхол, и останавливались в этой таверне ночевать. Вроде бы она называется «Каменная дева». Там довольно уютно, кстати.

Инго не сомневался, что Харон выбрал это место не потому, что оно «довольно уютное», а потому, что там можно было приобрести пару бутылок какого-нибудь лирийского ликера…

Через несколько часов солнце стало клониться к закату.

— Почти приехали. — проговорил Инго, снова сверившись с картой.

Инго еще ни разу в своей жизни так далеко не уезжал от своего «родного» города Вестерклов, который был западной столицей Стелларии. Всего же в империи было пять столиц: главной считался Мидденхол, северной — Поларвейн, южной был город Эль-Хафа, западной — Вестерклов, ну а восточной — Лимминг Мун. В каждом городе, кроме Мидденхола, был свой король-хранитель, задачей которого было охрана прилегающих земель. Помимо пяти официальных столиц, были еще два религиозных центра империи. В городе Яричка поклонялись Шести Владыкам, а в Белланиме жили цепные ведьмы — приверженцы церкви святой Силестии.

— Ты уверен? — скептически спросила Мавис. — Что-то я не вижу никакой таверны.

Но Инго был уверен, что они едут правильно. К тому же здание таверны может быть спрятано, ведь это все-таки база контрабандистов.

Но его сомнения развеялись через пару минут. Ему вдруг стало казаться, что он слышит музыку.

— Слышите? — поговорил Инго.

— Что? — непонимающе спросила Мавис.

— Музыка. — вставила Широ.

Мавис тут же свесилась с телеги и стала внимательно вслушиваться.

— Ничего не слышу. — через несколько секунд проговорила она.

Инго же был уверен, что музыка ему не послышалась. Да и Широ, похоже, тоже ее слышала. Через несколько минут музыка стала еще громче.

— А вот теперь слышу! — воскликнула Мавис.

Солнце уже зашло, и теперь путь им освещали лишь два фонаря по бокам телеги. Но вскоре сквозь темные стволы деревьев Инго стал замечать пробивающийся свет, а через минуту они уже выехали на поляну, посередине которой стоял большой дом. Хотя домом это было сложно назвать, скорее деревянный замок.

Большая, трехэтажный таверна, была озарена светом множества ламп, которые висели под каждым окном. Складывалось ощущение, что дом окутали сотни огромных светлячков. К таверне прилегала еще и большая конюшня, около которой стояли, по меньшей мере, десять карет. Но самым странным атрибутом тут была высокая мраморная статуя женщины, которая была прислонена к стене, около входа в таверну. Она совершенно не подходила к этому месту. При этом, было видно, что она тут находится уже довольно давно, так как вся обросла цветущим мхом. Кому вообще могло прийти в голову притащить ее сюда?

Но не только архитектура этого здания показалась Инго странной. Около входа стояли двое охранников. При этом, одеты они были одинаково — белые доспехи с желтыми накидками. Инго еще ни разу не видел, чтобы у таверны была своя охрана. Даже в самых богатых трактирах Вестерклова не было такого «сервиса».

Инго был так поражен, что чуть не забыл накинуть себе на голову капюшон. Хоть он теперь и не боялся, что кто-то узнает, что он богорожденный, все равно лишняя осторожность не помешает.

— Да уж, странное место, ничего не скажешь. — проговорила Мавис, спрыгивая с телеги. — Нам денег-то хватит?

— Мави сказал, что нас тут обслужат бесплатно. — ответил Инго. — Но, если даже это не так, то денег нам точно хватит.

— А с лошадьми что делать? — спросила армарийка, которая была за вожжами.

Инго осмотрелся. Все кареты тут были пустые, а ворота в конюшни были закрыты на замок.

— Спросим у тех двоих. — предложил Инго, указывая на охранников у входа.

— Эй! — Мавис тут же направилась ко входу в таверну. — Кто у вас тут главный? Мы хотим остановиться переночевать.

Но ответа не последовало. Охранники будто ее не слышали.

— Вы что, оглохли? Кто главный, спрашиваю. — с напором повторила Мавис. — И где конюший?

Не получив ответа, Мавис направилась к двери. Но только она протянула руку, как ее тут же грубо оттолкнули назад. От неожиданности, Мавис потеряла равновесие и упала на землю.

— Вы что, совсем охренели?! — воскликнула она, под задорный хохот двух охранников.

Краем глаза, Инго увидел, как Широ сжала и разжала кулаки.

— Дай-ка лучше я поговорю с ними. — проговорил Инго, увидев, что Широ тоже направилась к охранникам.

Мавис тем временем уже успела встать и по ее лицу было видно, что она вот-вот станет поливать охранников отборным матом.

— Мы друзья Маверика Фокса. — сказал Инго, подойдя к охранникам.

— И что дальше? — спросил тот, что справа.

— Ну…Нам должны были выделить несколько комнат.

— А-а-а! — понимающе протянул второй охранник. — Вспомнил! Да-да, вот ваши комнаты. — и он указал на небольшую пристройку, с несколькими узкими дверцами и маленькими круглыми дырочками.

Сказав это, охранники снова разразились громким смехом.

Инго понял, что договориться с ними не выйдет. Ну и ладно, больно ему нужно их разрешение чтобы войти.

Сделав шаг, Инго увидел железный кулак, направляющийся прямо ему в лицо. Увернувшись, он схватил руку охранника, а затем, с разворота, нанес удар ногой прямо в железный шлем. Удар вышел такой силы, что охранник пробил головой деревянную дверь, и теперь снаружи торчало только его туловище.

— Ах ты сукин сын! — взревел второй охранник, вынимая меч.

Увернуться от второго удара было проще простого. Меч охранника рассек воздух и застрял в деревянных ступеньках. Ударив ногой по плоской стороне меча, Инго и вовсе разломал его. Охранник, похоже, был туповат, и не сразу понял, что случилось. Подняв то, что осталось от меча, он попытался снова ударить Инго. Удар, как и следовало ожидать, не достиг цели. И только тогда охранник понял, что его меч сломан.

В то время, пока он с глупым видом пялился на металлический обрубок, в двери открылось маленькое оконце, и Инго увидел пару глаз. Секунду глаза всматривались в него, а затем за дверью послышался мужской голос:

— Вы господин Инго?

— Да. — ответил Инго.

За дверью тут же послышалась какая-то возня, а затем она открылась. Охранник, который пробил головой дверь, так и остался висеть. Похоже, он потерял сознание.

Как только дверь открылась, в глаза Инго ударил ослепительный свет множества ламп, за которым тут же послышалась какофония, состоящая из музыки, криков, смеха и других не менее интересных звуков.

Но все это Инго успел услышать лишь на мгновение, так как проем тут же загородила громадная фигура. Вышибала был метра два ростом и выглядел намного более грозным противником.

Смерив Инго взглядом, эта груда мышц высунула свою бородатую голову наружу и оглядела его спутниц.

— Это все гости? — спросила голова.

— Если не считать коней, то все. — ответил Инго.

— О конях можете не беспокоиться, мы за ними присмотрим.

— Так мы можем тут переночевать? — спросил Инго

— Да. Господин Маверик предупреждал о вас.

— Тогда какого черта нас не пускают внутрь?! — возмутилась Мавис

Громила устремил свой взгляд на Мавис. Шмыгнув своим приплюснутым носом, он просто ответил:

— Извиняем-с.

— «Извиняем-с»? — переспросила Мавис.

— В последнее время к нам зачастили наемники, которых нанял король. Так что мы усилили охрану. — проговорил бугай, осматривая торчавшего в двери охранника.

Инго понял, что он говорит про Анастериана. Узнав, что повстанцы вновь набирают силы, западный король нанял целую армию наемников.

— Так мы войдем, или так и будем торчать тут? — спросила одна из армариек.

— Да, входите. Только оружие придется сдать мне. — проговорил громила, увидев на поясе у Инго меч.

Заходя следом за Инго, Мавис открыла забрало у того охранника, который торчал в двери, и плюнула тому прямо в лицо. Похоже, что общение с сестрой Инго не пошло ей на пользу. И это только за три недели общения! Это было странно, ведь на характер Габри, которая общалась с Серрарой больше года, ее привычки никак не отразились. Хотя, Мавис и до этого была «не сахар».

— Принцессе тоже придется отдать свое оружие. — сказал громила, когда Широ прошла мимо него. Похоже, он знал кто такая Широ, и что железные перчатки на ее руках не просто обычная одежда.

Пока они складывали свои вещи в плетеную корзину, Инго стал осматривать помещение. Высокие потолки были обтянуты красной тканью. Такая же ткань была и на окнах заведения. Помещение выглядело очень чистым и опрятным. За множеством круглых столиков сидела куча народу. А посередине комнаты была оборудована небольшая сцена, на которой сейчас выступала труппа артистов. По бокам зала были расположены несколько арочных проходов, на которых висела все та же красная ткань.

— Для вас мы выделили весь второй этаж. — проговорил громила не своим голосом.

— Мы вам что-то должны? — спросил Инго.

— Только за ремонт двери. — снова ответил громила тонким голосом. — Думаю, шесть сотен золотых будет достаточно.

— Шесть сотен?! — возмущенно воскликнул Инго. — Да эти идиоты первые на нас напали! К тому же дверь не может стоить так дорого!

— Это историческая ценность. Этот трактир тут был еще до того, как образовалась империя.

Инго заметил, что громила совсем не шевелит губами, когда говорит с ним. И тут до него дошло. Опустив взгляд вниз, он увидел карлика, одетого в белый костюм. Похоже, он все это время разговаривал именно с ним.

— Амар Эрмэль. — представился карлик.

Пока Инго отсчитывал деньги за сломанную дверь, его спутницы уже закончили складывать свое оружие и теперь разбрелись по всему трактиру. Инго не стал беспокоиться о них. Хоть армарийки и были рабынями, они, похоже, были не прочь вступить в ряды повстанцев.

— Не каждый день удается пообщаться с богорожденным. — проговорил Амар. У коротышки был такой маленький рот, что его было почти не видно за пышными усами, которые завивались в разные стороны, как стручки гороха.

— Что это за место? — не обратив на высказывание Амара внимания, спросил Инго.

— Обычный трактир. — тут же ответил карлик. — Но если у вас есть лишние деньги, то можете спуститься в подвал и поучаствовать в аукционе.

— Каком еще аукционе?

— Обычном.

— Я смотрю, у вас тут все «обычное». — сказал Инго. Но предложение карлика его сильно заинтересовало. Он уже несколько раз бывал на аукционах. По то были городские, на которых власти обычно выставляли вещи приговоренных к казне преступников и конфискованную контрабанду.

— В этом трактире трудно найти что-то необычное. — ответил Амар, запрыгивая на стул, который больше походил на королевский трон. Вытащив откуда-то курительную трубку, которая была в половину его роста, карлик глубоко затянулся.

Инго снова оглядел зал. Посетителей тут было довольно много. От обычных наемников, до дам в пышных бальных платьях. Казалось, что тут собралось по несколько представителей от каждого слоя населения. Были даже несколько прокаженных. И это точно были не переодетые армарийки, которые теперь расселись в углу таверны.

— И где этот ваш аукцион? — спросил Инго.

Не вынимая трубки, Амар указал взглядом на один из проходов, у которого стояли двое мужчин в таких же доспехах, что и охранники у входной двери.

Подойдя к ним, Инго остановился.

— Я могу пройти? — спросил он.

После его слов, один из охранников устремил взгляд куда-то в сторону. Повернув голову, Инго увидел короткий кивок Амара, и охранники тут же отступили в сторону.

Пройдя по короткому коридору, Инго увидел спиральную лестницу, сделанную из мрамора. Так же, как и статуя снаружи, эта лестница никак не вписывалась в интерьер здания. Спустившись, Инго очутился в еще одном зале. Как и наверху, тут тоже была сцена. Но атмосфера тут была куда более спокойной. В помещении стоял полумрак, из-за которого разглядеть посетителей было практически невозможно. Где-то в темном углу играла арфа. Ярко освещена тут была лишь сцена, на которой сейчас стояла большая бочка, наполненная завядшими цветами. Около бочки стоял на серебряной табуретке еще один карлик. Он был точной копией Амара, отличие было лишь в усах, а точнее, в их отсутствии.

— Итак, это последнее предложение?! — с ноткой задора проговорил карлик. — Целая бочка морских лилий! Ну же! Или алхимиков тут больше нет?!

Инго увидел, как в одном из углов лениво поднялась рука. Даже в таком мраке можно было разглядеть яркие одежды какого-то шейха из старых городов. Развалившись на широком диване, он лежал в окружении нескольких наложниц.

— Господин из «перстов» дает еще двадцать! Итого двести тысяч!

Двести тысяч?! У Инго даже на секунду перехватило дыхание. Да за такие деньги можно было купить деревню со всеми жителями! Инго вдруг почувствовал себя нищим, который попал на бал в императорский дворец. У него в кошельке было всего несколько сотен золотых.

— Продано господину из «перстов»!

Инго удивило, что карлик несколько раз назвал своего гостя «господином из перстов». «Перстами» жители Стелларии называли старые города, которые находились на юге, и не входили в состав империи. Такое прозвище эти города получили по двум причинам: во-первых, расположение этих городов и впрямь напоминало пальцы на руке, ну а во-вторых, «перст», на свободном диалекте, значило «осел» или «мул», что сильно задевало жителей этих богатых городов. Всего их было, как не трудно догадаться, пять штук: Арма, Аллрая, Эльра, Альра и Лира.

— Следующий лот — самсонские песчанки! — объявил карлик.

Как только он произнес эти слова, на сцену вышла служанка. В руках у нее была золотая клетка в которой сидели несколько зверьков. По виду они напоминали обычных крыс, только вот за место носа у них был вороний клюв. Повиснув на прутьях клетки, они высовывали свои носы-клювы, стараясь ухватить за длинный рукав служанки.

— Начнем с десяти тысяч.

Тут же стали мелькать руки. Карлик еле успевал выкрикивать цену:

— Еще три от господина из Шторма! Удвоение от леди из Метеора! Еще полторы от леди из Иваса! Господин из «перстов» — утроение! Сильванийцы — удвоение! Ну же! Кто еще?! Прекрасные и смертельно ядовитые песчанки! Ну?!

Инго так и не понял, как карлик определяет кто сколько предложил. Ведь никто из гостей ничего не говорил, а просто тянул руку. Но тут он заметил, что некоторые тянут два пальца, некоторые соединяют большие и указательные, а некоторые и вовсе поднимают сжатый кулак. Выходит, с помощью этих жестов гости и делали ставки.

Наблюдая, как всего за несколько секунд цена из десяти тысяч превратилась в двести тысяч, Инго на мгновение задумался. А не убить ли ему тут всех, а деньги забрать себе? Но тут же понял, что навряд ли гости принесли с собой эти сотни тысяч золотых монет.

Еще немного постояв, и понаблюдав за аукционом (большая часть лотов были алхимические ингредиенты и ювелирные изделия), Инго поднялся обратно. Армарийки и Мавис к тому времени уже разбрелись по комнатам. За столом сидели только Габри и Широ.

— Так нельзя ходить. — спокойным голосом сказала Широ, наблюдая за тем, как Габри кладет карту поверх другой.

— Почему? — удивленно спросила Габри, забирая карту обратно.

Широ улыбнулась. Редкая эмоция на ее лице.

— Так почему? — Габри перевела взгляд на Инго, надеясь, что он объяснит.

Инго помотал головой. Габри — доверчивая простушка, попалась на такой простой трюк.

— Тогда так! — Габри положила другую карту и посмотрела на Инго.

Он снова промолчал. Так и не поняв, что от нее требуется, Габри снова забрала карту и положила третью. Вскоре она уже показала все свои карты и исход игры стал предрешен.

Через некоторое время к ним подошел Амар со свертком пергамента в руках.

— Карта патрулей. — проговорил он, вручая Инго сверток. За то время, что Инго отсутствовал, карлик успел сменить наряд. Или это был не Амар? Да нет, вроде он. По крайней мере усы те же.

— Тут указаны только патрули наемников. — сказал Инго, рассматривая карту.

— А вам еще какие-то нужны?

— Когда мы ехали, то наткнулись на ведьм.

— Да им на вас наплевать. — махнул рукой коротышка.

— Им, может, и наплевать, а вот охотникам за головами, которые их сопровождают, совсем наоборот. — сказал Инго.

— В любом случае, мы не знаем маршруты цепных ведьм. Скажите «спасибо» и за это. — и коротышка, отведя взгляд, протянул ему раскрытую ладонь. Постояв так полминуты, он потер пальцами, намекая на то, что в его кармане найдется место даже для «спасибо».

Вздохнув, Инго достал несколько золотых монет и кинул в руку карлика.

Остаток вечера Инго старался больше не попадаться на глаза этому карлику, боясь, что тот вытянет у него деньги еще и за то, что он просто тут дышит.

Поднявшись на второй этаж, Инго снова удивился тому, насколько тут все разное. Некоторые двери были сделаны из железа, а некоторые оббиты мягким бархатом. На деревянном потолке висели три богатые люстры, причем все три были совершенно разные. Все тут контрастировало друг с другом.

Зайдя в пустую комнату (двери у незанятых комнат были распахнуты), Инго стал готовиться ко сну. Комната ему досталась довольно просторная и без какой-либо королевской напыщенности, но при этом уютная. Инго был уверен, что самую богатую комнату заняла Мавис.

Сняв свой меховой плащ, Инго бережно повесил его на спинку стула. Этот плащ был ему очень дорог. Когда-то он получил его в подарок от доброй женщины, вместе с золотой монетой. Тогда он был на грани отчаяния, и этот, казалось, простой подарок, помог ему вновь обрести надежду. Через несколько лет он снова встретил эту женщину, а еще познакомился с ее дочкой — Минди. Инго и сам не понял, как привязался к ним. Но три недели назад они обе погибли. Их убил Хейден — наемник, которого нанял король. В тот день у Инго и пробудилась сумеречная воля. Теперь он мог управлять тенями.

Усевшись на край большой кровати, Инго снова посмотрел на плащ. Странно, но летом в нем было совсем не жарко, а даже наоборот — прохладно. Раньше Инго этого не замечал. Возможно потому, что носил его только зимой.

— «Значит Хейден все еще жив» — подумал Инго. Он не помнил, что случилось в тот вечер, когда были убиты Минди и ее мама. Но недавний сон показал ему, что наемник все еще жив. А значит у Инго появился еще больший стимул сражаться на стороне повстанцев. Он во что бы то ни стало убьет этого ублюдка!

Встав с кровати, он подошел к большому окну. Отсюда открывался вид на конюшни. Инго увидел свою телегу, которая сильно выделялась на фоне богатых карет и бричек. Лошадей уже кто-то отвязал. И тут Инго увидел еще одну карету. Она неспешно приближалась к таверне. Карета была вся черная, и если бы не свет луны, то ее вообще нельзя было бы разглядеть. И как кучер вообще может видеть дорогу? На карете не горело ни одного фонаря.

Но вот карета приблизилась к таверне, и из нее вышли трое. Все они были одеты в черные доспехи. Инквизиторы? Нет, воины церкви Шести не носят такие длинные плащи, да и лица они обычно не прячут.

Пока Инго думал, трое гостей уже скрылись за входной дверью.

— «Ну и черт с ними» — подумал Инго.

Задвинув шторы, он вернулся к кровати. Спать ему не очень хотелось, поэтому он стал думать о завтрашнем дне.

Завтра они наконец должны будут прибыть в лагерь повстанцев. Интересно, какой он? Инго знал, что никсы (так называли жителей севера) хорошие плотники. А еще они хорошие воины. Наверно поэтому Гантэр их и завербовал. Правда, чтобы собрать большую армию у него ушло несколько лет. Инго так до конца и не узнал, почему Гантэр решил свергнуть короля. Хотя, мотивов было предостаточно: нищета, болезни и разруха, и на всем этом лежало покрывало сшитое из лицемерия, лжи и показушного достатка. Хоть западная столица и выглядела богатым и ухоженным городом, внутри она прогнила насквозь. Людей грабили, насиловали и убивали. И вряд ли молодой император знал про все это. Алисандр доверял своим хранителям, которые без зазрения совести врали ему о том, что творится сейчас в их землях.

Злоба на Анастериана не давала Инго уснуть. В последнее время он вообще стал чаще злиться. Может поэтому ему не удается сконцентрироваться и научиться управлять сумеречной волей? Но Инго не может ничего поделать с этим чувством ненависти к западному правителю и его приспешникам. И он не успокоится, пока не убьет Анастериана. И Хейдена. Хейдена в особенности.

От нахлынувшей злобы, его сердце забилось сильнее. Инго стал чувствовать, как его руки немеют. Поднеся их к глазам, он увидел, что их поглотили тени. Интересно. До этого, ему с большим трудом удавалось покрыть свое тело тенями, а сейчас…

Инго хлопнул в ладоши, но звука хлопка не последовало. Опустив руку на одеяло, он почувствовал под пальцами что-то мягкое. Странно, вроде бы на кровати ничего такого не лежало. Перекатившись на бок, он отодвинул шторы. Когда лунный свет озарил его кровать, Инго увидел, как его кисть погрузилась в маленький кусочек тени около подушки.

В этот же миг, за стеной раздался женский визг. От неожиданности Инго чуть было не свалился с кровати. Крик явно принадлежал Мавис. Молнией подскочив к двери, Инго выбежал в коридор. Двери в другие комнаты так же стали распахиваться, и в коридор, словно по команде, выбежали армарийки. А еще через пару секунду выбежала и сама Мавис. Прикрывшись одеялом, она нервно затараторила:

— К-к-крыса! Там крыса!

— Крыса? — переспросил Инго.

— Д-да! Огромная, черная! Пробежала прямо по мне!

Инго поспешил убрать руки за спину. Те все еще были покрыты тенями.

— Да брось, нету там никаких крыс. Тебе показалось.

— Может ты сходишь и проверишь? — жалобно проговорила Мавис.

Глядя на ее испуганное лицо, Инго даже стало жаль Мавис. А еще немного не по себе. И не из-за того, что он знал, какой именно породы была та «черная крыса», а из-за армариек. Все они были голые. У них что, так принято спать?

Тем временем в коридор поднялись и Габри с Широ.

— Что тут у вас происходит? — краснея, проговорила Габри, переводя взгляд с голых армариек на полуголого Инго.

— У меня в комнате крыса! — уже чуть не плача сказала Мавис.

— К-крыса? — в голосе Габри так же проступил страх. — Т-ты у-у-уверена?

— Да! Ты можешь ее убить?

— Я? — похоже, Габри совсем не была готова к встрече с таким опасным врагом. — Хорошо.

Раздался тихий хлопок, и по кожаному камзолу Габри заплясали молнии. Дело оказалось намного серьезнее, чем предполагал Инго. Но он был рад, что вовремя убрал руку. Интересно, а тени проводят молнии?

— Ну, вы тут и без меня разберетесь. — проговорил Инго, глядя как Габри берет в руки, на манер дубинки, канделябр (который до этого был приколочен к стене), и осторожно направляется к комнате Мавис.

Возвратившись к себе в комнату, Инго улегся обратно в кровать. За стеной уже слышался стук и звон бьющегося стекла. Инго оставалось лишь надеяться, что завтра они покинут таверну раньше того, как карлик увидит, во что они превратили его «историческую ценность».

* * *

Утро выдалось холодным. Инго не хотелось вылезать из теплой постели. Моросящий дождь, который приятно барабанил в окно, еще больше клонил ко сну. Но нужно было подниматься.

Встав с кровати, Инго стал собираться. Потратив пять минут на поиски своих мечей, Инго вспомнил, что оставил их вчера у вышибалы. Обычно он не расставался с оружием. Но тут уж ничего не поделаешь.

Спустившись вниз, Инго увидел, что таверна почти пуста. За столами сидели только его спутницы, да пара наемников. Ему тут же вспомнилась «Черная курица», трактир, в котором он прожил четырнадцать лет. По вечерам там тоже собиралось много народу, а утром все уже исчезали. Иногда насовсем.

Сев за стол, Инго посмотрел на Мавис. Ее вечно растрепанные волосы сейчас и вовсе напоминали птичье гнездо. Похоже, ей не удалось хорошо выспаться. Впрочем, как и Габри. Хоть ее светлые волосы и были аккуратно заплетены в косу, вид у нее был сонный. Под глазами залегли круги, и она все время клевала носом.

— Ну как, поймала вчера свою крысу? — спросил Инго, надеясь растормошить их.

— А? — Мавис посмотрела не него опустошенным взглядом. — Да…

— Что, правда?! — удивился Инго. — То есть…ну и ладно.

Поев, они стали собираться. Пока Инго ходил забирать корзину с оружием, все уже успели выйти на улицу. Когда Инго вышел, то увидел, что дождь все еще идет. Их телега стояла у входа, и Мавис уже успела на нее забраться, укрывшись плащом и мокрым сеном. Инго заметил, что у входа стоит еще одна карета, та самая, которая приехала вчера вечером.

— Давайте уже поскорее убираться отсюда. — послышался голос Мавис из-под сена.

Подождав, пока Габри уместит свой двухметровый трезубец под ногами, они наконец тронулись. Когда они стали проезжать мимо черной кареты, то Инго показалось, будто он уловил запах тины и водорослей.

— Долго еще будет идти дождь, Габри? — спросил Инго, когда они выехали на узкую дорогу. По бокам росло много молодых дубов, и их мокрые ветки уже несколько раз неприятно скользнули по его шее.

— Не знаю. Без Эзио я не могу определить погоду.

— Эзио — это ведь твой буревестник? — спросила из-под сена Мавис.

— Да. У каждого громовержца есть такой. — ответила Габри.

— Они предсказывают погоду? — спросил Инго.

— Ага. Но главная их задача не в этом. — проговорила Габри, съежившись, когда вода с очередной ветки попала ей за шиворот.

— А в чем тогда? — спросила Мавис.

— Они наши боевые компаньоны. Напарники.

— Это как? Они что, тоже волей пользуются? — поинтересовался Инго.

— Да. У них тоже природная воля. — просто ответила Габри.

— Серьезно? — удивился Инго. Он ведь просто так ляпнул про волю.

— Обычно мы их используем чтобы подняться высоко в небо. Как «маяки».

Инго знал, что те, кто обладает грозовой волей, могут быстро перемещаться на небольшие расстояния. Но, чтобы сориентироваться на большой скорости, они используют «маяки». Обычно это какой-нибудь железный предмет. Инго много раз видел, как Габри метала свой трезубец, а затем в мгновении ока перемещалась к нему, но он и подумать не мог, что это можно проделать и с птицей.

— И твой буревестник тоже может управлять молниями? — спросил Инго.

— Да. На самом деле у многих животных, так же, как и у людей, может пробудиться воля. — сказала Габри.

— Это правда. — вставила Широ. — Рядом с Магна-Эль водятся левиафанские акулы. Они тоже обладают волей.

— А, я про них читала! — вспомнила Мавис.

— В Самсонской пустыне тоже водятся животные с волей. — проговорила одна из армариек. Горгоны, пустынные львы, бархатные ящеры…

— Крикс мне как-то рассказывал, как он дрался с пустынным львом. — сказал Инго.

— Ну, Герард ведь бестиарий, он много с какими животными сражался. — сказала Мавис, и посмотрев на Габри, прибавила: — Ты ведь отправила Эзио с письмом? Он найдет дорогу обратно?

Инго вспомнил, что вчера утром Габри сказала, что отправила своего буревестника с письмом. Оно предназначалось для пиратов «Серой Чешуи», в банде которой состояла его сестра.

— Конечно. Эзио очень умный. — тут же ответила Габри.

— Вот бы и мне какого-нибудь зверька с волей. — мечтательно протянула Мавис.

— У тебя же есть Снежок. — Инго имел в виду лунного кота, которого подарил Мавис ее отец. Сейчас этот кот бегал в подземельях Вестерклова, где находился штаб повстанцев.

— Но у него же нет воли. — тут же сказала Мавис. — Вот если бы дракона…Тебе, кстати, больше не снились никакие сны про Лину?

Все взгляды тут же обратились на Инго. Когда он рассказал, что ему снятся вещие сны про первых хранителей, его несколько дней преследовали с расспросами. Особенно надоедал Джаспер — один из повстанцев, помешанный на истории.

— Нет, не снились. — ответил Инго.

— Кто бы мог подумать, что когда-то действительно существовали драконы. — проговорила Мавис.

Наступила пауза. Каждый, похоже, думал о своем. Инго тем временем развернул карту патрулей. На ней были отмечены все маршруты наемников. Сейчас на каждый шестой километр приходился патруль из трех человек. На карте также были отмечены объездные пути. Изучив их, Инго увидел, что добраться до лагеря они могут гораздо быстрее, если срежут путь через реку. На карте были отмечены все броды, где можно безопасно перебраться.

Пока они ехали, Инго стало казаться, что дождь немного поутих. А может он и вовсе закончился? Из-за нависших над ними деревьев было не понятно. Пока он рассматривал небо, ему в нос ударил сладковатый аромат трав. Посмотрев направо, он увидел Широ с длинной трубкой во рту. Инго знал, что принцесса курит не для наслаждения. Эти травы укрепляли кости и тело. Хотя, по его мнению, эффективней было бы пить настойку Фортиса.

Через десять минут они свернули на скрытую тропу. Теперь опасность столкнуться с патрулем отпала. Но Инго все равно не покидало чувство, что за ними кто-то следит. На самом деле он чувствовал слежку с того момента, как они покинули таверну. Но вокруг никого не было видно. Со всех сторон их окружали лишь высокие ели. Несколько раз на их пути вырастали «исполинские» дубы, наподобие тех, что росли около залива в Вестерклове. Они были настолько большие, что на их кронах можно было бы построить целую деревню.

— Интересно, тут кто-нибудь живет? — спросила Мавис, высовываясь из-под сена и глядя на верхушку дуба. — Я слышала, что на таких деревьях живут сильванийцы.

— Вряд ли. — сказал Инго. Он только что заметил лесного духа. Эти маленькие существа, похожие на зеленых человечков, селились подальше от людей. Обычно это был лес или брошенные дома. Тот, которого увидел сейчас Инго, сидел на ветке, и держа в своей маленькой ручке лист от дуба, пялился на них своими глазами-дырочками.

Разговор про сильванийцев напомнил Инго о вчерашнем аукционе. Ведь там присутствовали несколько лесных жителей. Инго до этого никогда не видел их, но тут же понял, что люди в плаще из листьев и глиняных масках, были именно сильванийцами. Тогда, они, вроде, купили несколько животных и ингредиенты. Интересно, откуда у них столько золота? Хотя, сильванийцы часто нападали и грабили торговые караваны, так что не трудно догадаться откуда у них деньги.

— Я встречала несколько, когда приплыла в Стелларию. — проговорила Широ.

— Сильванийцев? — спросила Габри.

— Да. Они напали на меня.

Инго не стал вдаваться в подробности. Он и так понял, что случилось с теми сильванийцами. После них, Широ еще разобралась с целым отрядом имперских гвардейцев и двумя инквизиторами. Собственно, за их убийство Широ и приговорили к смертной казни.

Мысли Инго прервал отдаленный рев. Или это просто ветер гулял между деревьями?

— Слышали? Вроде как волки воют. — проговорила Мавис.

— Только не говори, что ты и их боишься? — закатил глаза Инго.

— Не говори ерунды. — сказала Мавис, вынимая свой маленький арбалет и заряжая в него железный болт.

Вскоре дорога стала чуть шире. Инго начал осматриваться, но никаких волков или других животных он не увидел.

— Что это там? — Широ указала на группу деревьев, к которым тоже вела небольшая дорожка. Оттуда только что выехала черная карета.

— Черт! Давайте, прячьтесь быстрее. — Инго поспешил накрыть Широ с Габри мокрыми тряпками, чтобы они хоть немного напоминали прокаженных.

— Это карета? — приподняла голову Мавис.

— Да не высовывайся ты! — Инго надавил на голову девушки.

Сам же Инго нацепил капюшон и опустил голову, прикидываясь спящим.

Еще пара секунд, и по лесу пронесся еще один рев. Неужели горгоны? Инго покосился на карету. И правда, в нее были запряжены три горгоны. Эти, похожие на лошадей существа, рычали и грызли железные намордники, время от времени издавая страшный рев. Обычно в карету запрягают только одну горгону, а тут сразу три. Неужели это военная кастелла?

Тем временем карета неумолимо приближалась. Армарийка за вожжами направила лошадей в сторону, чтобы карета смогла проехать мимо них. Тут то все и случилось…

Как только карета поравнялась с ними, Инго внезапно почувствовал нахлынувшую на него волну страха. Время будто остановилось. Медленно повернув голову, он увидел темное окно, а в нем бледно-синее лицо. Он видел, как около лица появились руки, сжимающие арбалет. Еще секунда, и в Габри, которая сидела спиной к карете, уже летел болт. Лишь в последнее мгновение, Инго удалось перехватить его. Уже собираясь вступить в бой, Инго увидел еще десять карет, которые только что, словно тени, выехали из-за деревьев.

— Гони! — крикнул он армарийке.

Дважды повторять не пришлось. Телега тут же дернулась и понеслась вперед по раскатанной дороге.

— Что случилось? — спросила Мавис из-под сена.

Но Инго было некогда даже ответить ей, так как в них снова выстрелили из арбалета. На этот раз в Мавис. И снова Инго удалось схватить болт, до того, как тот угодил в цель. Удивительно, но страх смог обострить его чувства.

— На нас напали. — спокойным голосом ответила Широ, поднимаясь на ноги и ловя рукой третий болт.

— Не останавливайся! — крикнул Инго армарийке.

Отдав приказ, он вынул свой искривленный меч, который был похож на полумесяц. Встав на ноги, он тут же перемахнул через борта телеги, и запрыгнул на крышу мчавшейся рядом с ними кареты. Недолго думая, он побежал на место кучера, но там никого не оказалось. Горгоны ехали сами.

Тут Инго почувствовал, как за его ногу кто-то ухватился. Посмотрев вниз, он увидел, что из кареты высунулась рука, а за ней и лысая, похожая на мертвеца, голова. В этот момент, с другой стороны кареты высунулась еще одна голова, ничем не отличающаяся от первой. Не раздумывая, Инго рубанул своим мечом, и лысая голова улетела в заросли орешника. Его ногу сразу же отпустили. Но ненадолго. Из кареты высунулись еще пять рук.

— «Да сколько их там?!» — подумал Инго, ударяя по хватающим воздух ладоням.

Над его ухом просвистел еще один болт. Оглянувшись, он увидел, как из других повозок тоже высунулись лысые головы. Все, как один, были похожи друг на друга. И тут Инго стал замечать, что теряет силы. Эффект был схож с действием «силентиума» — металла, который блокирует волю.

В этот момент карету подкинуло, и Инго, потеряв равновесие, свалился на землю. Рядом промелькнула молния, и Инго увидел, как между повозками замелькали яркие вспышки. Тут же на крыше одной из них появилась Габри. Засунув свой трезубец в маленькое окошко, она призвала молнию. После этого из всех отверстий в карете повалил густой дым.

Все это произошло за пару секунд. У Инго не было времени наблюдать за другими, так как на него мчались десятки горгон. Только каким-то чудом он не попал под их когтистые лапы.

Ухватившись за раму одной из карет, он подтянулся и открыл дверь. И сразу же в него вцепились несколько рук. Они стали царапать его лицо, и между бледных, пропахших морем, пальцев, Инго заметил мелькнувшее лезвие кинжала. Подняв свободной рукой меч, он нанес несколько ударов по всему, до чего смог дотянуться. Ему на лицо тут же прыснула холодная кровь. Из темноты высунулось разъяренное лицо, и начало кусать его прямо за руку, в которой он держал меч. Вырвав окровавленную руку из пасти противника, Инго потянулся к поясу. Нащупав там маленький пузырек, он сорвал его и сунул прямо в рот сумасшедшего. Затем, ухватившись руками за дверь, пнул врага прямо в лицо. Пузырек разбился и из рта безумца полилась кровавая пена. Захлопнув дверь, Инго забрался на крышу кареты. Через секунду раздался глухой взрыв. Дверь кареты выбило взрывной волной, и она, отлетев, снесла голову одной из горгон, которые мчались рядом. Та, повалившись, тут же опрокинула карету, которую тянула.

Началась давка. Другие повозки стали врезаться и падать. Лишь двоим каретам удалось объехать их. Габри стала перемещаться между ними, метая в распахнутые окна молнии. Инго увидел, как рядом с ним пролетел железный стержень. Широ метнула его в одну из карет. Стержень прошел насквозь, вылетев с другой стороны повозки весь в крови.

Погоня подходила к концу. Армарийка остановила их телегу, и теперь из нее стали выпрыгивать женщины, вооруженные щитами и короткими мечами. Они стали подбегать к каретам и добивать всех, кто остался жив после столкновения. Через минуту все было кончено. И только сейчас Инго понял, что ничего не слышит. А точнее, не слышал. Слух вернулся только сейчас. Лес наполнили дикие вопли умирающих горгон, вперемешку с предсмертным хрипом наемников.

— Что это, черт побери, было?! — запыхавшись, проговорила Мавис. Инго заметил, что она была вся в крови, правда кровь была не ее. — Кто это такие?

— Не знаю. — ответил Инго.

Он подошел к карете у которой выбило дверь. Зелье, которое сделал для него Маверик, превратило все в кровавое месиво. На дорогу стала стекать кровь, а воздух наполнился запахом гнили и разложения.

— Инго, подойди-ка сюда. — раздался голос Мавис.

— Что? — спросил Инго, подходя к ней.

— Смотри, это же те самые, которые напали на тебя. Ну, помнишь, шесть лет назад, в переулке?

Инго посмотрел на белое лицо мертвеца. Он хорошо помнил тот вечер, когда на него напали трое сумасшедших. Но тогда Инго толком не успел разглядеть нападавших, так как было темно.

— Так они и на тебя нападали? — удивленно спросила Габри.

— Ты так говоришь, будто и на тебя нападали. — проговорил Инго, посмотрев на Габри.

— Да. Три месяца назад. Они напали, когда я патрулировала улицы. — начала рассказывать Габри. — Со мной тогда был дядя Харон, и нам удалось поймать нескольких. Мы посадили их в «Дьявольский рог».

— Но кто они? — повторила свой вопрос Мавис.

— Понятия не имею. — сказала Габри. — Они все время говорили на непонятном языке. Некоторые потом умерли.

— Ладно, черт с ними, поехали уже дальше, а то тут воняет тухлятиной. — зажав нос, сказала Мавис.

Проверив, всех ли они убили, армарийки забрались обратно в телегу, и та тронулась дальше. До лагеря оставалось пол дня пути…

Старые обиды

— Фу, ну и вонь. — с отвращением проговорила Мавис.

Прошло уже два часа, как они покинули место бойни, а запах разложения так и не выветрился. Из всех, кто находился в телеге, только Инго и Мавис были забрызганы пахучей кровью, и теперь, сидя подальше от остальных, еще больше стали походить на прокаженных.

— И почему дождь перестал идти именно сейчас? — не унималась Мавис.

— Скоро мы доедем до реки, там и умоемся. — успокоил ее Инго.

— И все же мне кажется, что это были не обычные наемники. — сказала одна из армариек.

За прошедшее время уже было высказано множество предположений по поводу нападавших. Большинство сошлось на мнении, что это были наемники. Но Инго не давало покоя их поведение. Оно было больше похоже на поведение зверей, нежели на человека.

— А кто еще это может быть? — спросила Мавис. — Просто психи? Что-то не похоже. Да и наемные убийцы так открыто не действуют.

— Наемники не используют силентиум. — сказала армарийка.

Значит не только Инго заметил это. Во время сражения он почувствовал, как его воля ненадолго ослабла. Хотя, после сражения они осмотрели кареты и не нашли ничего, что напоминало бы этот металл. А еще страх… Инго всего два раза в жизни испытывал такой страх: первый раз, когда согласился на тренировочный поединок с отцом Мавис, а второй, когда проник в «Дьявольский рог». Но с отцом Мавис было немного по-другому. Тот страх был, как бы это странно не звучало, менее враждебный.

— А может это сильванийцы? — снова высказала свою догадку Габри.

— Нет, они выглядят иначе. — сказала Широ.

— Тогда «побитые». — проговорила Мавис.

— «Побитые» живут на севере, и они не носят одежду. — ответил Инго.

— А ты откуда знаешь? — тут же спросила Мавис.

— Мне Дедушка рассказывал.

«Дедушкой» звали старика, который учил Инго с Серрарой читать и писать, когда те были детьми. Он жил в лесу, недалеко от города, и порой рассказывал детям разные истории. Как потом выяснилось, Дедушка с самого начала знал, что брат с сестрой были богорожденными. А еще он тайком подливал им в чай, которым все время их угощал, настойку Фортиса, тем самым укрепляя их волю и кости.

— Ну тогда я не знаю… — сказала Мавис, и сложив руки на груди, задумалась. Посидев так минуту, она запустила руки в волосы, и взъерошив их, проговорила: — Да и черт с ними. Убили, и убили.

— В любом случае мы расскажем об этом Гантэру. — сказал Инго.

Следующий час никто не проронил ни слова. Габри так и вовсе умудрилась уснуть, и теперь завалилась на плечо рядом сидящей Широ. Пока они ехали, Инго старался вслушиваться в каждый шорох, но никаких подозрительных звуков он так и не услышал. Да и чувство, что за ними следят, уже пропало. А еще через полчаса они наконец доехали до реки.

— Наконец-то смою с себя эту дрянь. — проговорила Мавис, выпрыгивая из телеги.

Инго сначала не мог понять, когда она так смогла испачкаться кровью. Но как оказалось, один из нападавших, всю дорогу прятался под днищем телеги. И когда началась погоня, он вылез и напал на Мавис. И хоть воля Мавис была слабее всех, кто сейчас находился в телеге, драться она умела не хуже армариек.

Зайдя в воду по пояс, Мавис начала смывать с себя засохшую, но при этом не потерявшую свой гнилостный запах, кровь. Инго тоже стал умываться. Еще пять минут, и они оба были чистые. Армарийки тем временем успели переправить телегу на другой берег. Все-таки хорошо, что у Инго была карта с обходными путями. Если бы они ехали по дороге, то добрались бы до реки только через три часа. При сложившихся обстоятельствах, Инго не сомневался, что карлик, который продал ему карту, и напавшие на них наемники никак между собой не связаны. Почему он был в этом уверен, Инго и сам не знал. Просто интуиция.

Вернувшись в телегу, Инго, от нечего делать, стал подбрасывать в воздух монетку. Ему хотелось бы сейчас попрактиковаться в использовании воли, но он боялся, что случайно сможет вновь ухватить кого-нибудь за зад. Мавис же, которая и пяти минут не может просидеть спокойно, стала расспрашивать Широ про ее родину. Неужели за три месяца она не смогла выведать у принцессы все ее тайны?

— Широ, ты вроде говорила, что у тебя есть брат?

— Трое. — ответила Широ. — Один выше, и двое ниже.

Инго давно заметил, что Широ, порой, путала слова. Вот и сейчас она имела в виду «старших» и «младших».

— У тебя есть старший брат, но ты все равно первая наследница? Почему так? — удивилась Мавис.

— Я сильнее. — просто ответила Широ. — Мои братья, как Габри, умеют управлять бурей. Но я сильнее.

Инго не сомневался, что Широ говорит правду. Ему было стыдно это признавать, но сейчас Широ была сильнее даже его. Принцесса, как и он, не была человеком. Она была химерой. Химеры обладали усиленным телом. И если у обычного человека сила имеет свой предел, то у химер не было предела возможностям. Но это не значило, что их нельзя победить. Просто химеры могли совершенствоваться всю жизнь, в отличие от человека. Поэтому не мудрено, что в Вайра-Кен, где ценят силу, Широ поставили выше даже старшего мужчины в семье.

Прошел еще час. До лагеря оставалось всего несколько километров. Габри тем временем уже проснулась.

— Еще не приехали? — зевая спросила она, глядя по сторонам.

— Нет. Еще чуть-чуть. — проговорил Инго.

Только он это сказал, как телега остановилась.

— Что такое? Почему мы остановились? — тут же спросила Мавис.

— Впереди люди. — ответила армарийка.

Инго посмотрел вперед. К ним приближались двое крепких мужчин с двуручными топорами в руках. На них были одеты толстые шкуры и капюшоны из медвежьих голов.

— Наверно это никсы. — сказал Инго, спрыгивая с телеги и направляясь им навстречу.

Подходя, Инго заметил какое-то движение в кустах, и увидел, что на него направлены еще несколько арбалетов. На деревьях тоже были никсы. И как он их сразу не заметил?

— Чего надобно-с? — проговорил северянин, когда Инго подошел к ним.

— Эй, смотри-ка, это же этот…ну, как его, ну этот… — второй никс стал тыкать пальцем в Инго, показывая на его глаза. — А с ним еще эти…ну смотри…вон там сидят…бабы.

— Ты Инго-с? — спросил первый никс.

— Да. — ответил Инго, и для верности кивнул головой.

— Так это те бабы чтоли? — спросил второй.

Наступила пауза. Никсы, похоже, ждали от него какого-то ответа.

— Да, те. — ответил Инго.

Он так и не понял, что никс имел в виду. Но Инго был рад тому, что он вообще разбирает их речь. Диалект некоторых никсов был настолько ужасен, что даже сами северяне не могли разобрать, что говорят их земляки.

— Тогда проходи. — сказал второй никс.

Инго уже хотел было вернуться к телеге, как его окликнул первый:

— Постой-с!

Инго остановился.

— Слово-с.

— Что? — Инго непонимающе посмотрел на бородатое лицо северянина.

— Слово-с. Для прохода-с. Говори-с давай!

Инго замер. О пароле ему Делрой ничего не говорил. И что ему теперь делать?

— Я… — начал было говорить Инго, но остановился, когда северянин, уперев руки в бока и задрав голову громогласно рассмеялся.

— ШУЧУ-С! — прогремел он. — Весело же! — и он хлопнул Инго по спине с такой силой, что погнул крючки, на которые Инго вешал ножны кривого меча.

— Мы «сопровождем» вас до лагеря, понял, да? — сказал второй никс.

Инго кивнул. Возвратившись к телеге, он залез на груду сена.

— Ну, что там? Нас пропустят? — спросила Мавис.

— Да. Наверно.

— Так «да» или «наверно»?

— Я так до конца и не понял, что они там говорили. — сказал Инго.

Тем временем к ним подошли никсы. Инго только сейчас понял, что тот, который «пошутил» над ним, намного старше второго никса. Из-за густой бороды Инго не сразу это заметил.

— А ну, баба, давай-с назад! Я поведу-с! — прикрикнул старик на армарийку у вожжей.

Второй никс тем временем залез в телегу.

— А вы быстро, да? Мы только пришли, а вы уже тут. Ну чего, сидите, да?

— Мы ехали коротким путем. — ответила Габри.

Услышав слова Габри, никс показал на нее большим пальцем и рассмеялся.

— Что, коротким, да? Ну и как? Понравилось, да? У нас бабы любят по длинному. — и он по-дурацки загоготал, толкнув несколько раз локтем Инго.

— Мы еще не изучили-с ваш лес. — проговорил старик. — Бабы наши тут ходят-с, смотрят-с.

— А на них никто не нападает? Пока мы ехали, на нас напала группа наемников. — сказал Инго.

— Не. Наши бабы крепкие, понял? Они «медведов» убивают. — сказал молодой, и прибавил: — Я, кстати, Куно. Понял, да? А тот — Анико.

— Я Габриель. — поспешила представиться Габри. — А это Широяма, Мавис…

— Эй, Ани, смотри-ка. Доча нашего тана! — перебил ее Куно.

Старик у вожжей обернулся.

— Какая?

— Какая? — переспросил Куно, глядя на Габри.

Габри неуверенно показала на Мавис.

— Э-э-э. Мелкая-то какая! А я думал вон та. — Куно указал на Широ. — А че ты такая мелкая?

Мавис, похоже, не знала, что на это ответить.

— Ну ладно, вырастишь еще, поняла? — сказал Куно. — А вот эта огромная какая. И вон та. Сидят тут такие, да?

Инго не понимал, с кем сейчас разговаривал Куно. Сам с собой или со своим товарищем?

— А чего от вас так воняет? — спросил Куно через несколько минут пути.

Его слова немного смутили Инго. Обидно услышать такое, особенно от никса. Мавис так и вовсе налилась краской.

— От тебя не лучше несет. — пробубнила она себе под нос.

Пока они ехали, Инго стал замечать, что на деревьях стало появляться все больше разведчиков. Они сидели на ветках свесив ноги и о чем-то переговаривались. В большинстве это были женщины в шкурах волков и тигров. Но были там и дети. Они бегали между деревьев, и иногда бросали камни в колеса телеги.

— А ну! Щас как кину-с по голове! — прикрикнул на них старик, поднимая одной рукой свой топор.

Вскоре до Инго стали доноситься звуки топоров и кузнечных молотов. Он стал вертеть головой, но так ничего и не увидел. Вокруг был сплошной лес.

— Приехали-с. — проговорил Анико.

— Куда? — непонимающе спросил Инго. — Тут же один лес.

— Что, не видишь, да? — проговорил Куно.

Мавис тем временем спрыгнула с телеги, и подойдя к толстой ели, постучала по стволу.

И тут Инго увидел. Огромная стена, замаскированная таким образом, чтобы сливаться с окружением, тянулась в стороны на несколько сотен метров, а то и больше. Раздался скрип, и в «стволе» дерева появилось оконце.

— Чего? — раздался голос за стеной.

— Чего-чего. Отодвигай давай! — проговорил Куно.

Раздался скрип, и кусок стены отъехал в сторону.

Когда они заехали внутрь, Инго показалось, что он попал в небольшой городок. Большинство деревьев тут было вырублено, и за место них стояли дома, сделанные из шкур и костей. Были тут и деревянные постройки. Над всем лагерем, который, казалось, тянулся до самого горизонта, были подвешены желобки, которые собирали дождевую воду. Тут даже было целое озеро. И если бы перекрасить все постройки в белый цвет, то лагерь стал бы походить на миниатюрную копию Вестерклова. Только вот жители тут были другие. Все они носили звериные шкуры, либо вообще ходили голые, прикрывшись лишь набедренной повязкой. Инго увидел несколько кузнецов, которые занимались тем, что гнули огромными щипцами какой-то кусок железа.

— Ну что, приехали. Понял, да?

— Где Гантэр. — спросил Инго, вылезая из телеги.

— А я что, знаю? Не знаю я. — ответил Куно. — Вон, спроси их. — и он указал на группу кузнецов.

— Подождите меня тут, я сейчас вернусь. — сказал Инго армарийкам, которые уже успели вылезти из телеги.

— Мне нужен Гантэр де Сильво. — проговорил Инго, подойдя к кузнецам. — Вы знаете где он сейчас находится.

— Ты это у кого спрашиваешь? — проговорил один из никсов. — Если у меня, то я не знаю. — и повернувшись, выкрикнул: — Эй, Фило, знаешь где Гантэр?! Фило!

— Фило!!! — присоединились другие, крича на ухо никсу, который стоял у кузнечных мехов. — Фило, глухая ты херня!

— Что?! — приложив к уху ладонь отозвался Фило.

— Где Гантэр?!

— Там! — Фило указал перед собой.

— Там. — многозначительно повторил кузнец, к которому обратился Инго.

— «Там», это где? — растерянно спросил Инго.

— Ты тупой? Тебе же показали. — и он снова повторил жест.

Все ясно. Теперь Инго понял, почему Гантэр так долго собирал новую армию. Удивительно, как он вообще нашел с ними общий язык.

Пока Инго думал, где ему искать лидера повстанцев, к нему подошел еще один никс. И хоть он был одет в обычный кожаный камзол и штаны, заплетенная в косу борода и множество татуировок выдавали в нем жителя севера. Из-за бороды было не ясно сколько ему лет: то ли двадцать, то ли сорок. Эта особенность была присуще всем никсам.

— Ты Инго? — спросил он, и не дожидаясь ответа, продолжил: — Меня зовут Хаган, я помощник Гантэра. — сказав это, он протянул массивную ладонь, покрытую татуировками.

— А где сам Гантэр? — спросил Инго, пожимая руку.

— Занят. На охоте. Он попросил меня встретить вас. Не думал, что вы приедете так скоро.

Инго был рад, что в этом скопище варваров нашелся человек, который может разговаривать на «человеческом» языке. Хотя, это не удивительно. Судя по татуировкам на теле Хагана, тот был из Поларвейна, северной столицы империи.

— Мы срезали через брод Сильды.

— Это река чтоли? Извини, я тут еще не все названия выучил. — проговорил Хаган, поглаживая заплетенную бороду. — А это и есть армарийки? — он указал на женщин у телеги.

— Да. У вас есть где их разместить?

— Найдем. — отмахнулся Хаган. — Там ведь еще принцесса, так? И дочь Стенторианов? Я знал Рейнера, хороший был человек.

Упоминание отца Габри немного кольнуло Инго. Он уже давно перестал винить себя в его смерти, но все равно ощущал некое терзание в душе.

— Ладно, пойдем покажу тебе лагерь. — проговорил Хаган.

— А как же… — Инго в недоумении показал на армариек.

— За них не беспокойся. — и повернувшись, Хаган поманил кого-то пальцем. Тут же к ним подскочила женщина, одетая так же, как и Хаган, в кожаный камзол. — Займись ими. — приказал никс.

Кивнув головой, женщина направилась к телеге.

— Так ты богорожденный? — спросил Хаган. — Не бойся, тут можешь не прятать глаза. Почти все тут молятся Королю Богу.

— Кому? — не понял Инго. Он первый раз слышал о таком боге.

— Королю Богу. — повторил Хаган. — Он что-то вроде Владыки Неба.

Сказав это, Хаган сделал жест рукой, давая понять, чтобы Инго следовал за ним.

Инго вступил на одну из тропинок, которые тут успели вытоптать никсы.

— Давай сначала найдем тебе дом. — предложил никс.

«Домов» в лагере действительно было предостаточно. Пока они шли, Инго увидел, что помимо палаток из меха и деревянных построек, были и ямы, накрытые сверху толстыми шкурами. Из некоторых ям валил дым.

— Это ямы сиффийских племен. — проговорил Хаган, заметив интерес Инго. — Помимо них, есть еще и горные племена. Различить их не трудно — одни носят шкуры, другие не носят шкуры.

И правда. Инго только что увидел женщину, которая вылезла из ямы неподалеку. Сначала он подумал, что она одета в сильно облегающий кожаный наряд, но потом понял, что это не одежда, а черная краска. Она была почти голая. Из одежды на ней была лишь набедренная повязка. Заметив взгляд Инго, женщина послала ему некое подобие воздушного поцелуя.

— С этими поосторожней. — сказал Хаган. — Если захочешь воспользоваться, то смотри в оба. Они любят кусаться.

— Буду иметь в виду. — проговорил Инго, наблюдая за тем, как из еще одной ямы вылез двухметровый никс с окровавленным топором в одной руке, и отрубленной головой козла в другой.

— Кстати, — Хаган резко остановился, — мне говорили, что у тебя какая-то особенная воля.

— Сумеречная. — кивнул головой Инго.

— А ну-ка, покажи.

Инго поднял перед собой правую руку. Тени вокруг тут же стали удлиняться, и через пару секунд, достигнув ног Инго, стали ползти вверх по его телу, собираясь в его руке и превращаясь в длинный хлыст. Резко взмахнув рукой, Инго ударил теневым хлыстом по одному из факелов, который только что зажег у своей палатки какой-то никс. Этот бесполезный трюк Инго выучил в последний день перед отъездом в лагерь. Факел тут же погас, а никс замер, не поняв, что сейчас произошло.

— И это все? — разочарованным голосом спросил Хаган.

— Пока что, да. — ответил Инго, развеяв тени.

— Хм. У нас тут есть бойцовская яма. Рядом с рынком. Если захочешь с кем-нибудь подраться, то приходи на закате.

— Тут и рынок есть? — удивился Инго.

— Конечно. Ну, ты и сам все увидишь. Пойдем. — махнул рукой Хаган.

Свернув налево, они стали спускаться вниз по склону. Внизу была большая поляна, на которой стояли деревянные постройки из бревен.

— Тут живут «городские». — сказал Хаган, показывая рукой на людей, одетых в обычные наряды. Среди них Инго даже увидел длинные халаты из Лимминг Мун и кожаные кители из Мидденхола.

— Думаю, что лучше всего поселить тебя тут. — продолжил Хаган. — Сейчас поищем тебе дом.

— Желательно без соседей. — проговорил Инго.

— Понял, понял. Не беспокойся, домов у нас предостаточно. — сказал Хаган, и свиснув, замахал рукой одному из никсов: — Эй! Арн! Найди парню дом!

— Это который «делроевский» чтоли?! — прокричал ему Арн.

— Да! Нужен пустой дом!

— Так вон! — Арн показал на двухэтажную постройку за своей спиной, у которой не было половины крыши.

— Вот. — повторил Хаган. — На первое время поживешь без крыши. Потом доделают.

— Ладно. — Инго был рад и тому, что его не поселили в какую-нибудь яму.

— Тогда располагайся. Остальное я покажу завтра, если найду время. — сказал Хаган, вытаскивая карманные часы.

Обменявшись еще раз рукопожатиями, Хаган поспешил вверх по склону.

Инго собирался уже пойти обратно к телеге, но вспомнил, что ту, скорее всего, уже перегнали, и армариек с остальными распределили по домам. А бродить в полутемном лагере, среди дикарей, ему сейчас не очень-то хотелось.

Направившись к дому, он заметил на себе несколько взглядов. Ничего, пусть привыкают.

— Эй, как тебя там? — окликнул его мужской голос.

— Ты мне? — спросил Инго, глядя на группу никсов.

— А кому еще? Тебе. Ты ведь из шайки Делроя? Как там Герард? — спросил толстый никс, стоявший рядом с Арно. На его теле тоже было множество татуировок.

— Нормально. — ответил Инго.

— Его еще не сожрали? Слышал, он потерял руку, когда сражался с василиском.

— С ним все в порядке. Обе руки целые.

— А тебя как звать?

— Инго Форрест.

Инго удивило, как отреагировали на его имя никсы. Похоже, оно их взволновало. Склонившись, они стали о чем-то шептаться.

Инго не стал дожидаться пока они закончат, и потянул ручку двери.

— Подожди! — крикнул ему никс, и наклонившись, продолжил с хмурым видом шептаться со своими друзьями. Прошло около минуты, прежде чем они закончили свой разговор. Инго заметил, что теперь их взгляды стали намного серьезнее. — Ты знаешь Хака Моргенштерна?

— Да. У него в банде моя сестра. — спокойно сказал Инго.

— А-а-а, вот оно че. То-то я гляжу у тебя глаза знакомые. — протянул толстяк. — Так значит ты из этих, меченных?

— Понятия не имею, о чем ты. — проговорил Инго, берясь за ручку двери.

— Да погоди ты! — снова гаркнул толстяк. — Что ты все как баба куда-то торопишься? Не терпится принять теплую ванну и накрахмалить рожу?

Инго стал терять терпение. Он так сильно сжал деревянную ручку, что та переломилась.

— Ой, как страшно. — притворным голосом проговорил Арн. А затем, когда смех его приятелей затих, прибавил: — Слушай, ублюдок. У меня должок к твоей сестрице. И у тех парней тоже. Так что приходи завтра в бойцовскую яму, если конечно в штаны не наложил.

Сказав это, он, вместе со своими дружками, пошел прочь.

Инго уже не в первый раз приходится отвечать за сестру. В детстве ему часто доставалось от капитана Стенториана за то, что на самом деле делала Серрара. Но сейчас это даже к лучшему. Хотя бы пар выпустит. Главное, случайно их не убить.

Зайдя в дом, Инго увидел, что тут нет мебели. Лишь у одной из стен была навалена куча соломы. Бросив плащ на солому, Инго улегся сверху и тут же уснул.

* * *

На следующий день, Инго проснулся от того, что кто-то кинул в него маленьким камушком. Повернувшись, он увидел в окне нескольких детей. Без стеснения, они запульнули в него еще несколькими камушками. Инго сначала старался не обращать на них внимания, но, когда над его головой пролетел камень размером с кулак, Инго не выдержал, и достав меч, метнул его в подоконник. Детей тут же как ветром сдуло.

— «Совсем уже страх потеряли» — подумал Инго.

Вчера, после замечания про «теплую ванну», Инго не стал искать, где бы ему помыться. Но сейчас, встав, и поняв, что от него все еще разит тухлятиной, Инго не смог больше терпеть. Ему срочно нужно было постирать одежду и помыться.

Выйдя на улицу, он стал осматриваться. Где тут бани? Вопрос был риторическим, так как большая часть никсов даже такого слова не знала.

Поднявшись вверх по склону, он сразу же увидел Габри.

— О, Инго. А я как раз к тебе. Подумала, что тебе это пригодится.

И тут Инго увидел, что рядом с ней стоит корзина с чистой одеждой.

— Как раз то, что нужно. — обрадовался Инго. — А мыло есть?

— Я поспрашивала, — Габри повернула голову в сторону ям. — но мыла у них не было. Только вот это. — Габри вытащила из корзинки нечто, похожее на луковицу. — Мыться им я еще не пробовала, но пахнет вкусно.

Инго взял «луковицу» из рук Габри и понюхал. Запах был похож на хвойный.

— А где тут можно помыться? — спросил Инго, забирая корзинку у Габри.

— Вон там стоят бочки. — Габри указала на место, огороженное деревянным забором.

— Ясно. Спасибо. Ты, я погляжу, уже освоилась. — улыбнулся ей Инго. Он беспокоился, что Габри будет тут неуютно, она же все-таки всю жизнь провела в роскоши.

— Я тогда пойду, поищу Мавис. Она собиралась сходить на рынок. — сказав это, Габри пошла в сторону озера.

Инго тем временем пошел к бочкам. Вода в них оказалась ледяная. Ну, а на что он надеялся? Усугубило ситуацию и то, что он никак не мог сообразить, как пользоваться «луковицей». Сначала он попробовал ей натереться, но только стер кожу. В итоге до него дошло, что ее нужно разрезать. После этого, ему в руки тут же потек какой-то липкий сок, похожий на смолу. Он не мылился, но аромат хвои от него стоял такой, что у Инго закружилась голова.

Помывшись, Инго принялся стирать испачканные вещи. Когда он оттирал плащ от крови, к нему подошла одна из полуголых северянок, и указав пальцем на плащ, сказала:

— Лиса. Менять. Будешь? — и она помахала перед его носом тигриной шкурой.

Инго уже не в первый раз замечает, что его плащ вызывает интерес у никсов. Но он не понимал почему. Единственное, что он знал, так это то, что он был сделан из меха штормийской лисы.

— Нет. — ответил Инго.

— Менять. — продолжила никса, и показала ему медвежью шкуру. — Менять, давай.

— Я ведь уже ответил, что не собираюсь меняться. — твердо ответил Инго.

Тогда никса бросила шкуры на землю, и подняв свою набедренную повязку, продемонстрировала ему свое тело.

— Хочешь? — проговорила она, поворачиваясь к нему задом. — Тогда меняй.

— Нет. — проговорил Инго, отводя взгляд от разрисованных бедер.

Поняв, что Инго не собирается меняться, никса оставила его в покое. Когда Инго вышел из-за забора, то увидел ее в компании какого-то громилы. Оба глядели на него хмурыми взглядами.

— Что, уже предложили обменять твой плащ на шкуры? — услышал Инго знакомый голос.

К нему неспешной походкой приближался Хаган.

— Они еще не раз к тебе подходить будут. Штормийская лиса очень редкая. На самом деле ее лет пятьсот как не видели. — продолжил Хаган.

Услышав его слова, Инго подумал, что ему нужно где-нибудь найти сундук с крепким замком.

— Но ты не бойся, воровать они не станут. — будто прочитав его мысли, прибавил никс. — Они презирают воровство, и предпочитают обмен.

— Гантэр еще не вернулся? — сменил тему Инго.

— Нет. К вечеру должен. — ответил Хаган и прибавил: — Вчера я тебе не все показал, так что пошли, увидишь остальной лагерь.

Развесив постиранную одежду, Инго пошел за Хаганом.

— Лагерь делится на пять частей. — начал рассказывать ему никс. — Это западная. Тут живут горные и сиффийские никсы.

По названию, Инго сразу же понял, как называются остальные четыре части.

— Сейчас мы идем в центральную часть, там располагается рынок, стойла и бойцовская яма. Ну и таверны тоже.

Инго подумал, что Гантэру вовсе незачем захватывать город, у него он и так уже имеется. Но тут же вспомнил, что город он захватывать и не планирует. Нужно было лишь свергнуть власть.

— А на рынке обычные деньги принимают, или камушками расплачиваются? — спросил Инго.

— И деньги, и камушки. Тут принимают все.

Хаган повел его вдоль небольшой купы деревьев, которые еще не успели вырубить. Пройдя чуть дальше, они вышли на скалистый выступ, с которого открывался вид на весь лагерь. Как оказалось, лагерь был еще больше, чем Инго подумал изначально. Тысячи хижин тянулись до самого горизонта. А прямо посередине лагеря текла широкая речка. Что странно, Инго не помнил, чтобы на карте значилась эта река. Неужели это устье вырыли никсы? Помимо тысяч никсов, сновавших словно муравьи, между хижин бродили разные животные. Инго насчитал по меньшей мере три больших стада лошадей, по сотне голов в каждом. Еще тут были горгоны, яки и даже олени. А у некоторых хижин, прямо у входа, сидели черные медведи. Причем ни цепей, ни намордников, на них не было.

— Удивлен? — улыбаясь спросил Хаган. — Для тебя, наверно, такое зрелище в новинку, но для севера, это обычное дело. Лесные и горные никсы — кочевники, поэтому для них обосноваться на новом месте не проблема.

— Наверно трудно было убедить их покинуть север? — спросил Инго, когда Хаган повел его к выдолбленной в скале лестнице.

— Нет, убедить их было совсем не трудно. А вот сплотить… Многие племена враждовали между собой, и нам пришлось потрудиться, чтобы наладить между ними отношения.

— Ты тоже в этом участвовал? — спросил Инго.

— Конечно. — сказал Хаган. — Я знаю Гантэра с детства. Он ведь тоже северянин.

Почему-то эта новость Инго совсем не удивила.

— Так значит ты уже сражался с Анастерианом? — спросил он у никса.

— Да. Но тогда у нас было мало воинов. Почти все были из западных деревень. Войска короля нас тогда разгромили.

— И тогда вы решили набрать армию из варваров?

— Не только из них. — проговорил Хаган. — Один из наших, Феликс, отправился на юг. Говорят, там есть деревня, в которой живут потомки ферасийцев. И вроде даже он их нашел. Но потом пропал. Ни слуху, ни духу.

Инго знал, что ферасийцы когда-то воевали в Великой войне под руководством Арка Лайстунга — первого хранителя юга. Это были трехметровые воины.

— Но я вчера видел людей из других городов. — проговорил Инго.

— А, это наемники и пираты. — отмахнулся Хаган. — Иногда полезно иметь парочку банд под рукой. Ни гвардейцы, конечно, но воевать они умеют. Хотя, основной наш козырь — это армарийки. Теперь мы сможем обучать никсов настоящему военному делу.

— Ты думаешь они справятся? — скептическим тоном спросил Инго.

— Само собой. По части тактики ведения боя, армарийцам почти нет равных. — тут же ответил Хаган.

— Я вообще-то имел в виду никсов. — уточнил Инго.

— А… — запнулся Хаган. — Ну, со временем они поймут, что от них требуется.

Через пару минут они спустились вниз, и Инго увидел, что хижины тут были намного выше тех, которые он видел у входа в лагерь. Некоторые были десять метров в высоту, а то и больше. Проходя мимо одной такой хижины, Инго почувствовал, как его руки коснулось что-то мокрое и холодное. Повернувшись, он увидел, как из-за перегородки высунулась длинная медвежья морда и с интересом обнюхивает его. Инго тут же отдернул руку назад.

— Не бойся-с, он не укусит-с. — проговорил сморщенный старик, сидевший рядом.

— Некоторые никсы любят заводить домашних животных. — поведал ему Хаган.

Он так сказал, словно это само собой разумеющееся. Инго, конечно, видел много экзотических домашних питомцев, но медведей среди них точно не было.

А еще у одной из хижин, Инго увидел и вовсе странное зрелище:

Группа детишек, лет по восемь-десять, играла в очень странную игру. Начертив на земле полосу, они по очереди отрубали головы курицам, и потом пускали их обезглавленные тела вдоль разметки. Как понял Инго, побеждает тот, чья курица сможет пробежать в смертельных конвульсиях дальше других. А чуть дальше за всем этим наблюдала группа стариков, которая делала ставки, причем настоящим золотом. Интерес Инго тут же возрос, когда он увидел среди золотых монет и настоящий бриллиант. Все-таки не такие уж они и дикари…

Через некоторое время хижины стали редеть, и Инго услышал звуки кузнечных молотов.

— Там у нас находится большинство кузниц. — сказал Хаган, показывая в сторону хижин, от которых поднимался черный дым. Инго увидел около одной из хижин телегу, на которой они приехали. Эта была точно их телега, так как на ней бы запекшаяся кровь. И тут он вспомнил, что забыл рассказать Хагану про вчерашнее нападение.

— Вчера, когда мы сюда ехали, на нас напали какие-то странные наемники. — проговорил Инго.

— Ну и что? Я вижу вы все целы. — спокойным голосом сказал Хаган. — Это обычная ситуация. На нас тоже нападали. Анастериан не раз посылал за нами убийц. Я уверен, что даже в этом лагере есть несколько «Змееносцев» и Умбра-Тан.

Инго удивил его спокойный тон. Хотя в Вестерклове он тоже не раз видел наемных убийц. Но все же слова Хагана заставили его немного напрячься.

— Да ты не бойся. — проговорил Хаган. — Тебя ведь Делрой обучал драться?

— Да. А при чем тут это?

— При чем?! — расхохотался Хаган. — Ты жил и тренировался с самым профессиональным убийцей империи. По сравнению с ним, наемники Анастериана — просто дети.

Инго нахмурился. Он, конечно, знал, что Делрой был личным телохранителем королевской семьи Вермилион, но, чтобы он был профессиональным убийцей… Похоже, Хаган что-то напутал.

— Ничего не напутал. — уязвленно проговорил Хаган, когда Инго высказал ему свои мысли. — Корво — это семья наемных убийц. Лучшие в своем деле. Ты что, не знал? Про пятьдесят три семьи слыхал?

— Да.

— Ну вот. Семья Корво была главной. У них с двух лет начинают обучать детей искусству убийства. И это я не преувеличиваю. Они оставляют детей в лесу, чтобы те смогли выжить и найти дорогу до столицы. Я даже слышал, что они заказывают своих детей другим наемным убийцам. Таким образом они убивают сразу двух зайцев: проверяют свои силы, и одновременно устраняют конкурентов по «бизнесу».

Инго не мог поверить, чтобы Делрой мог нанять убийц для собственных детей. Да и со слов Хагана выходило, что он какой-то бездушный монстр. Тем более Делрой сам говорил, что не верит в существование пятьдесят трех семей.

— Если он такой искусный убийца, как ты говоришь, тогда почему он не убьет Анастериана? — спросил Инго, хотя уже знал ответ на этот вопрос. Инго не раз предлагал Делрою убить короля, когда тот патрулировал улицы.

— Если бы все было так просто, мы бы так не заморачивались. Анастериан очень силен. Недаром его назначили хранителем запада. — Хаган в точности повторил слова Делроя. — Да и подло это как-то.

Пройдя вереницу телег, доверху набитых оружием и доспехами, они вышли на большую поляну. Инго сразу показалось, будто он попал в огромный шатер. Каждый клочок земли тут покрывали либо шкуры, либо плетеные ковры, на которых торговцы расположили свои товары. Были тут и обычные, деревянные прилавки, но большинство товара все равно находилось на земле.

— Это рынок! — проревел Хаган, старясь перекричать толпу. — Есть еще один, в восточной части лагеря, но там в основном продают скот!

Как только Инго прибыл в лагерь, то сразу же свыкся с громкими звуками, которые были слышны даже ночью. Но сейчас, попав на рынок, он не слышал даже своих мыслей. Все здесь шипело, кряхтело, кричало и ругалось. А людей было даже больше, чем на главном рынке Вестерклова. Хотя, городской рынок сам по себе был больше.

Но не прошло и пяти минут, как Инго привык и к этому. Ему даже стало казаться, что он различает голос Хагана в этой какофонии.

— У тебя есть деньги?!

— Немного! — ответил Инго.

— Я бы посоветовал купить гамак в твой дом! — крикнул ему на ухо Хаган. — Тебе туда ничего не принесут просто так!

Пока Инго выбирал себе предметы мебели (тут была даже кровать, сделанная из костей!), к нему раз десять подходили никсы, предлагая поменять, что странно, его кривой меч.

— Меч хороший! — тыкая пальцем в спину Инго, проговорил какой-то старик с одним зубом. — Продаешь?

— Нет! — ответил Инго.

— Много заплачу! — не унимался старик. — Алмазы хочешь?! Хороший меч у тебя! Сильный!

— Ну-ка, дай мне глянуть! — влез в их разговор еще один никс. — Да, хороший! Продаешь?!

— Я же сказал…! — начал говорить Инго, но его прервал третий голос:

— Ambossgoth!A wnewch chi werthu?!

— Я не продаю! — прокричал Инго, но его уже никто не слушал. Трое «покупателей» теперь с жаром спорили на непонятном ему языке. Хотя, ругательства Инго все же смог разобрать.

— Шотел. — проговорил Хаган, тоже рассматривая меч Инго, который висел у него на спине. — Редкое оружие в наши дни.

— Я нашел его в подземельях. — сказал Инго.

— Сейчас их уже не делают. Раньше эти мечи использовали чтобы пробивать щиты. Вот, смотри. — Хаган показал на руны, которые были вырезаны на железном ободке рукоятки. — Этот сделан в Амбоссготе.

Потратив еще три часа, чтобы закупить все необходимое для дома, они вышли с другой стороны рынка.

— Можешь оставить покупки тут. — сказал Хаган, глядя на огромный кулек с мехом, который Инго перекинул через плечо. — Не бойся, никто его не украдет.

Пройдя чуть дальше, Инго снова удивился, насколько все тут походило на обычный, городской рынок. Вдоль тропинок стояла вереница из лавочек, в которых продавали еду. Хотя сама еда была довольно своеобразная. Помимо сырого мяса, тут были и совсем странные деликатесы. В одной из лавочек продавали рога и копыта, которые были покрыты карамелью. А еще в одной, так и вовсе каких-то червей. И все это люди ели прямо у него на глазах.

Ради интереса, Инго все-таки решился попробовать сырого фарша, и с удивлением заметил, что мясо очень даже съедобное.

— Ну как, вкусно? — с улыбкой спросил Хаган. — По части готовки, никсы лучшие в империи. Это, например, кедровые жаворонки. — он указал рукой на вертел, где были нанизаны десяток маленьких тушек. — Их нужно есть целиком.

Инго заметил, что жаворонков даже не разделали, и они жарились прямо с клювами и лапками.

Пообедав, Хаган повел его в восточную часть лагеря. По пути туда, Инго увидел несколько телег принадлежащих бродячим арлекинам. Правда, самих артистов он не увидел.

— Что тут делают повозки арлекинов? — спросил он у Хагана.

— Не знаю. Наверно никсы просто выменяли их. Либо нашли. «Побитые» часто нападают на караваны арлекинов. А они ведь людоеды, и повозки им не нужны.

Только он это сказал, как в воздухе сверкнула молния, и земля содрогнулась от оглушительного раската грома.

— «Неужели Габри?» — подумал Инго, но тут же его сомнения развеяла высокая фигура никса, полностью покрытая молниями.

— А ты думал только громовержцы могут использовать природную волю? — снова, будто прочитав его мысли, сказал Хаган.

Конечно, Инго знал, что есть и другие люди, способные использовать природную волю, но он не думал, что сможет встретить их в этом лагере.

Пройдя еще чуть-чуть, они вышли на поляну, вокруг которой были воткнуты в землю несколько овальных камней. Они походили на надгробья, только более грубые. В каждом камне было сделано несколько отверстий, в которые были продеты металлические цепи, соединяя тем самым все камни.

— Тут тренируются наши «громовержцы». — сказал Хаган. — Правда, их у нас немного. Всего трое.

— А где третий? — Инго видел только двоих. Никсы сидели напротив друг друга, и медитировали. Время от времени из их искрящихся тел вылетали молнии и тут же отскакивали в камни.

— Третья. — поправил Хаган. — Геката, их сестра. А это Тильд и Дельт.

Пока они говорили, снова сверкнула молния. Но на этот раз она ударила не в камни, а отлетела в сидящего напротив брата.

— Ты охренел?! — тут же взревел никс, и со всей силы ударил кулаком прямо в лицо брата.

— Я нечаянно! — прогремел второй никс, и тоже огрел обидчика кулаком по лбу.

— Ты специально! Не надо мне тут «ля-ля». — не унимался первый, снова занося кулак.

Завязалась драка, и Инго не мог понять, что в ней было громче — удары грома или крики братьев, которые по своему смыслу больше напоминали детскую перепалку, хотя обоим было лет по тридцать.

— Это ты первый начал! Еще вчера, когда толкнул меня в лужу!

— А НУ ЗАТКНУЛИСЬ ОБА, СУКИНЫ ДЕТИ! — проревел женский голос, и из-за камней вылетела еще одна фигура.

Сначала Инго показалось, что это еще один мужчина, но приглядевшись, он понял, что это была женщина, лет тридцати. Инго еще ни разу не встречал таких мускулистых женщин. Даже Широ, тело которой тоже было развито, не шла ни в какое сравнение с этой грудой мышц. Да что Широ, даже двое братьев, которые тут же перестали драться при виде сестры, выглядели какими-то хлипкими. Брутальности ей придавала и выбритая голова с одной единственной светлой прядью, которая была заплетена в длинную косу. Но при всем этом, лицо Гекаты было довольно женственное.

— СКОЛЬКО РАЗ Я ВАМ ГОВОРИЛА, ЧТО МЕДИТИРОВАТЬ НАДО МОЛЧА?! — проревела она.

— Прости сестренка. — жалобно протянул один из братьев.

— Ага. Мы не нарочно. — вставил второй.

Глядя на поникшие головы братьев, Инго даже стало их немного жаль. Выходит, не только ему в этой жизни досталась сестра-тиран.

Смерив братьев уничтожающим взглядом, Геката повернулась чтобы уйти, но тут ее взгляд упал на Инго. Повернувшись обратно, она неспешно направилась в их сторону.

— Я вижу тренировки в самом разгаре. — проговорил Хаган, протягивая руку Гекате.

— Да, приходится весь день тут сидеть, а то ведь эти олухи того и гляди тут все разнесут. — сказала никса.

— Это Геката Хаммерхекс. — снова представил женщину Хаган. — Геката, это Инго Форрест.

— Так это ты, тот, о ком говорил Гантэр? — спросила Геката, пожимая руку Инго.

Инго заметил, что на руках у той надеты какие-то странные металлические перчатки с длинными когтями.

— Инго прибыл вчера вечером, вместе с армарийками. — сказал Хаган.

— Ах, да! С тобой же должен был прибыть еще один из громовержцев, так? — оживилась Геката.

— Да. Габриель Стенториан. — сказал Инго.

— Габриель? — переспросила Геката. — Это еще кто?

— Дочь Рейнера Стенториана. Ты что, не слышала? — удивился Хаган.

— Ну, я давно не была в Вестерклове. — спокойно проговорила она. — Ну и как она, сильная? Хотя, если ее приняли в громовержцы, то значит она действительно способная.

Инго знал, что в громовержцы не принимают абы кого. Даже если у человека природная воля, это совсем не значило, что его тут же примут в этот элитный орден.

— Сестра. — раздался неуверенный голос за спиной Гекаты.

— Ну что еще? — с раздражением спросила Геката.

— Мы есть хотим. Можно мы пойдем покушаем? — проговорил второй брат.

Инго только сейчас заметил, что они были тройняшки. И если сестру можно было различить, то понять, кто Тильд, а кто Дельт, он так и не смог.

— Валите уже. — со вздохом сказала Геката, и посмотрев на Инго, продолжила: — А ты сам-то как? Я погляжу довольно крепкий. — она похлопала его по плечу. — Но все равно не в моем вкусе.

У Инго отлегло от сердца.

— Знаем мы твои вкусы. — тут же вставил Хаган. — Еще не всех «Братьев бури» оприходовала?

— Я ищу идеального мужчину, понял? — резко ответила Геката. — Эх, а я надеялась, что сюда приедет Финис или Юлиус.

— У Юлиуса есть жена. — тут же сказал Инго.

— Ну и что? — спокойно проговорила Геката, и немного постояв в раздумьях, прибавила: — Так как выглядит эта твоя Гюбриель?

— Габриель. — поправил Инго. — Высокая, светловолосая, ходит с трезубцем. А еще глаза немного косят к носу.

Инго был уверен, что Геката хочет проверить силы Габри, но все равно не беспокоился за свою подругу. Габри уже не раз доказывала, что умеет за себя постоять.

Пока они говорили, где-то вдалеке снова раздался звук грома.

— Ладно, пойду я. — сказала Геката. — Похоже, эти придурки опять чего-то учудили.

Сверкнула вспышка, и Инго увидел удаляющийся сгусток молний, перепрыгивающий от металлического колеса телеги в стойку с оружием и дальше.

Побродив еще три часа по лагерю, они наконец достигли противоположного конца. Тут, как и в западной части, были вырыты ямы сиффийских никсов. По крайней мере Инго так показалось. У ям не было крыши и из них в небо поднимались тонкие струйки дыма.

— Тут живут шаманы. — сказал Хаган. — А еще тут мы устраиваем погребальные костры.

— Шаманы? Это ведь кто-то вроде алхимиков? — спросил Инго. — Мне Маверик как-то рассказывал про них. Это ведь они могут оживить трупы животных?

— Да это все сказки. — махнул рукой Хаган. По его виду было понятно, что он скептически относится к шаманам. — Они просто сидят в своих ямах, трогая друг друга за яйца.

— Dieithriaid! Ewch allan! Mae hwn yn dir sanctaidd, nid oes croeso I chi yma.- раздалось над ухом у Инго.

Повернувшись, Инго увидел абсолютно голого (если не считать короны из веток и перьев) старика. Тыча в них кривым пальцем, старик продолжал что-то выкрикивать на непонятном языке. Но, встретившись с Инго глазами, старик замер.

— Plentyn! Plentyn! Mab Duw! — прокричал старик.

Тут же из ям стали вылезать и другие никсы. В отличие от старика, на остальных все же были надеты набедренные повязки.

— Что им надо? — настороженно спросил Инго, когда его обступили никсы. У некоторых в руках были ритуальные ножи, сделанные из кости.

— Говорят, что ты сын Бога. — спокойно проговорил Хаган. — Не обращай внимания, у них «не все дома».

— Mab Duw. Mab Duw. — слышалось со всех сторон. — Beth mae’n ei weld mewn breuddwydion?Gadewch iddo ddweud!

— Сын! Что ты видеть? — проговорил один из шаманов.

— Э-э-э, что? — не понял Инго.

— Видеть, глаза. — шаман указал ножом на глаза Инго. — Что видеть?

— Я вижу вас. — неуверенно проговорил Инго.

— MAE’N EIN GWELD NI! — прокричал шаман.

Тут из толпы высунулась рука с блюдцем, в котором плескалась какая-то темная жидкость. А еще через секунду из толпы вынесли козла, и не успел Инго что-либо сообразить, как козлу перерезали горло. Кровь, которая теперь ручьями вытекала из шеи животного, тут же стали собирать в блюдце.

— Выпить! Давай! — проговорил шаман, протягивая блюдце Инго.

— Я бы не советовал. — сложив руки на груди, сказал Хаган.

Инго обошелся бы и без его совета. За годы общения с алхимиком, Инго уяснил, что пить неизвестные жидкости, даже если тебя уверяют в их безвредности, крайне глупо. Маверик не раз доказывал это на своем опыте.

Но Инго не знал, как поступить. Ему совсем не хотелось, чтобы у него отрасли рога или копыта. Но обижать шаманов он тоже не хотел. Взяв блюдце, он поднес его к губам и сделал вид, что делает глоток. Тем временем шаман стал водить маленькой кистью по его лбу, выводя белой краской какие-то символы, а кто-то слева отрезал у него прядь волос.

— Эй! Хватит! — Инго отступил назад. — Хватит, я сказал! — он выхватил кисть из рук шамана.

— Они тебя не послушают. — сказал Хаган. — Они слушают только это: — и он, вынув меч, громко рявкнул.

Шаманы резко дернулись и тут же замерли в страхе. Похоже, «магия» Хагана была им не по зубам.

После того, как Хаган рявкнул второй раз, шаманы зашевелились и стали возвращаться в свои ямы.

— Я вижу их тут многие недолюбливают. — проговорил Инго, глядя как какой-то никс стал справлять малую нужду прямо в одну из ям, куда только что залезли шаманы.

— Да. — сказал Хаган, убирая меч в ножны. — Их держат лишь потому, что они варят отличный эль.

Солнце уже близилось к закату, и вдоль тропинок стали зажигаться факелы.

— Скоро должен возвратиться Гантэр, так что мне нужно идти, встретить его. — сказал Хаган. — Дорогу обратно найдешь?

— Как-нибудь справлюсь. — ответил Инго.

Может ему это только казалось, но гул в лагере с приходом темноты только усилился. Инго стал замечать, что на тропинках стало попадаться еще больше людей.

Вернувшись к своим вещам, которые он купил на рынке, Инго заметил двух армариек. Они стояли рядом с лавочками, где продавали еду. Взяв тяжелые мешки, он только через полчаса добрался до своего дома.

Разобравшись с вещами, он вышел и направился к озеру. Там, по словам Хагана, находилась бойцовская яма. У Инго весь день чесались руки разбить рожи вчерашним пиратам. Может поэтому шаманы так быстро вывели его из себя?

Найти бойцовскую яму оказалось не так уж и сложно. Он просто шел следом за группой никсов, которые на протяжении всего пути грозно поигрывали мускулами и хрустели пальцами.

Как и следовало ожидать, бойцовская яма оказалась немалых размеров. Хотя до арены Вестерклова ей было далеко. Сама яма была метров шесть в высоту, а в длину метров пятьдесят. Над ней был возведен купол из толстых веток, похожий на паутину. Как понял Инго, это было некое подобие зрительских трибун, хотя по бокам ямы стояли еще несколько рядов скамеек. Сама же яма была на удивление чистая. За место земли, там был желтый песок. Но все равно в некоторых местах проглядывались небольшие лужицы крови.

Подходя к яме, Инго заметил в толпе мускулистую фигуру Гекаты. Больше он никого из своих знакомых не увидел. Странно, ведь он надеялся встретить тут Широ. Принцесса не за что бы не упустила шанса с кем-нибудь сразиться. Но может это и к лучшему…

— О, Инго, здорово. Решил посмотреть бои? — спросила Геката, когда он подошел ближе.

— Нет, он будет участвовать. Верно, ублюдок? — раздался хриплый голос, и из-за широкой спины женщины вышел Арн.

— Ты уверен? — с ноткой сомнения в голосе спросила Геката.

— Да. — твердо ответил Инго.

— А тебе есть что ставить? Деньги тут не принимают.

— Ставить? — непонимающе переспросил Инго.

— Ну да. Или ты думал, что тут просто так дерутся? — улыбаясь спросила Геката.

— Пусть поставит свое хозяйство. — прогоготал Арн. — Оно ему все равно не нужно.

Слова Арна еще больше разозлили Инго. Да, богорожденные не могли иметь детей, но это совсем не значило, что простые прелести жизни им не чужды.

— Меч подойдет? — спросил Инго, вынимая из-за спины изогнутый меч.

— Это не мне решать. — сказала Геката. — Вон там сидит оценщик. — она показала на шатер, около которого сидел никс с такой пышной гривой волос, что было не понятно, где заканчиваются его волосы и начинается меховой плащ.

Подойдя к нему, Инго увидел, что шатер был заполнен всяким хламом. Мех, оружие, посуда — было все. Инго даже увидел в углу большой сундук, около которого, на земле, валялись несколько драгоценных камней. Около шатра, в небольшом загоне, паслись несколько лошадей и яков. Как понял Инго, они тоже были чей-то ставкой.

— Мы хотим записаться. — проговорил Арн.

— Тогда показывай-с что у тебя есть. — сказал никс.

Инго протянул меч.

— Хороший-с. — сказал никс, водя носом по лезвию меча. — А у тебя? — он перевел взгляд на Арна.

— А я не буду. — лениво протянул Арн. — Мелковат он для меня. С ним будет драться Хугу. Вон его горгона стоит. — он указал на отдельные стойла, в которых рыли землю несколько горгон.

— Уже не его-с. — проговорил оценщик. — Вчера его отделала-с какая-то баба.

— Че, правда? — удивился Арн.

Инго примерно понял, кому теперь принадлежит эта горгона.

— Ага, неплохо так побила-с. — кивнул никс.

— Ну ладно, тогда давай я. — проговорил Арн. — Не повезло тебе, ублюдок.

Инго подумал, что больше всего не повезло Хугу. Интересно, Широ и сегодня будет драться?

Когда ставки были сделаны (в случае победы, Инго получал двуспальную кровать), они отошли в сторону.

— Ты знаешь, как проходят битвы? — спросила Геката, когда Арн отошел к своим дружкам.

— Нужно бить как можно больнее, желательно по голове. — съязвил Инго.

— Сначала нужно выбрать как вы будете драться. Это делается с помощью жребия. Вон, смотри, к тебе уже идут.

И правда, к нему только что подошел никс с небольшой вазой. Лицо никса показалось Инго знакомым, кажется, он видел его вчера в компании Арна.

— Тяни. — с улыбкой проговорил пират.

Засунув руку в вазу, Инго почувствовал, что на дне лежит куча маленьких предметов, похожих на камушки. Зацепив один из них пальцами, Инго вытащил руку.

— Чистый силентиум. — проговорила Геката, глядя на круглый кусочек металлической руды в руке Инго. — Не самый худший вариант.

— А какой худший? — поинтересовался Инго.

— Ну, например, бой насмерть с завязанными глазами.

Инго подумал, что с такими правилами у Гантэра скоро совсем не останется армии.

— Иди за мной. — сказал пират, и направился в сторону кузнеца, который сидел рядом со входом в яму.

— Ну че там у тебя? Силентиум-с? У-у-у. Ну, клади-с руки. — пробасил кузнец.

Инго стало немного не по себе, когда он увидел, как кузнец достает из печи раскаленные браслеты.

— Первый раз, да? Не бойся-с. — и он вылил на запястья Инго какое-то черное масло. Руки в том месте тут же онемели. — Сегодня не больно-с. А вот завтра немножечко больно-с. — проговорил кузнец.

Раскрыв щипцами раскаленные браслеты, он нацепил их на руки Инго. Боли не было, но Инго сразу же почувствовал, как браслеты прижались к его рукам, словно магниты. Силы стали медленно покидать его.

Когда кузнец закончил закреплять браслеты, к ним подошел Арн. Инго заметил, что его руки не были закованы в металл.

— А где твои браслеты? — удивился Инго

— Я дерусь в повязках, смоченных в яде багряныхстрекоз. — с ухмылкой проговорил Арн и показал красные тряпки, которые были обмотаны вокруг его живота и рук. — Я буду ждать тебя внутри ямы. — сказав это, он скрылся за железной дверью, которая вела в яму.

Сняв в себя кожаный жакет и отложив второй меч, Инго стал спускаться в яму. Очутившись внутри, он увидел, что там уже кто-то дерется. Двое никсов с завязанными лицами лениво били друг друга, порой и вовсе промахиваясь. Арн стоял у противоположного конца ямы, облокотившись о бревна, которыми были оббиты стены арены. Пират был довольно внушительных размеров, но Инго не боялся его. В его животе, словно змея, кольцами стала расползаться холодная ярость. Лицо Арна, в мерцающем свете факелов, напомнило Инго лицо наемника, которого он так жаждал убить. Инго уже понял, что в яме дрались группами, поэтому его не удивило то, что Арн тут же ринулся в атаку.

Первый удар прошел мимо. Уклонившись, Инго ударил в ответ, но и его удар не достиг цели. Браслеты из силентиума делали свою работу, и движения Инго стали намного медленней. Следующий удар пирата пришелся в бок Инго, и он почувствовал, как неприятно хрустнули его ребра. Но злость помогла ему перенести боль. Инго пошел в атаку. Раз за разом он стал обрушивать на озлобленное лицо пирата град ударов. Схватив его за бороду, Инго потянул голову пирата вниз, и с силой приложил ее о свое колено. От такого удара, Арн потерялся в пространстве, и попятившись, упал на спину.

Бой был закончен. Со всех сторон были слышны крики зрителей, недовольных таким быстрым исходом. Инго уже собирался уходить, как вдруг его кто-то обхватил сзади, заломив руки. Повернув голову, он увидел двоих никсов, которые минуту назад дрались рядом. Теперь один обхватил его, а второй стоял рядом, разматывая повязки. И тут Инго понял, что эти двое никсов дружки Арна. Он даже узнал одного — толстяка, с которым вчера разговаривал.

— Ну что, вот и конец. — проговорил толстяк. — Не получилось у меня позабавиться с твоей сестрой, но хоть на тебе отыграюсь. — и он стал расстегивать свои штаны.

Инго попробовал вырваться, но силентиум практически оставил его без сил.

— Не рыпайся, дорогуша. — прохрипел ему на ухо пират, который держал его за руки.

Гул толпы стал тише. Инго заметил, как маленькая тень, которая падала от сапога Арна, медленно ползет к его запястьям. Его руки вновь поглотили тени, и они, словно змеи, выскользнули из браслетов. И только он освободился от силентиума, как крики зрителей снова наполнили его уши. Пираты так и не заметили, что он избавился от браслетов.

— Оставь и мне немноА-А-А-А-А-А! — державший его пират только что повалился на землю, схватившись за окровавленный сапог. Секунду назад Инго расплющил его пальцы своей ногой.

Толстяк, стоя без штанов, ошалело уставился на Инго. Он даже не успел ничего сказать, как рука Инго сцапала его за горло и приподняла над землей.

— ХОТЕЛ ПОЗАБАВИТЬСЯ С МОЕЙ СЕСТРОЙ?! — ярость стала переполнять Инго. — ТОГДА! СОЖМИ! ЗУБЫ! — и он, сконцентрировав волю в ногах, подпрыгнул к куполу и вонзил голову пирата между веток, сломав тому уши.

Вой толпы стал еще громче. Инго хотелось бить, терзать, убивать… Но он подавил это чувство. Закрыв глаза и глубоко вздохнув, он почувствовал, как ярость потихоньку отступает и ее заменяет боль. Болело все тело. Когда он выходил из ямы, то даже не заметил, как столкнулся с кем-то.

— А Делрой был прав, ты стал намного сильнее. — послышался громкий голос у его уха.

Сфокусировав взгляд, Инго увидел двухметровую фигуру мужчины. Его лицо обрамляли глубокие морщины, а под тонким, орлиным носом, виднелись большие усы, которые уже успели покрыться сединой. За тот год, что они не виделись, Гантэр де Сильво совсем не изменился.

— Здорово ты их отделал. — Гантэр похлопал его по спине. — Это ведь была темная воля? Может и со мной сразишься?

— Нет, на сегодня с меня хватит. — проговорил Инго.

— Да я ведь пошутил. — засмеялся Гантэр. — Тебе до меня еще расти и расти. О! Точно! Придумал! Пойдем на охоту послезавтра?

— Охоту? — переспросил Инго. — А как же война? Нам разве не нужно сражаться с наемниками Анастериана.

— Так некому сражаться. Тут сейчас только треть нашей армии. Основные силы еще в пути. — проговорил Гантэр.

Инго присел на скамейку рядом со входом в яму. Из-за боли и усталости слова Гантэра не сразу доходили до него.

— Слушай, давай поговорим завтра. А то я что-то устал. — сказал Инго, и поднявшись на ноги, поплелся к оценщику за своей наградой.

Охота за уважением

Инго смутно помнил, как добрался до дома. Силентиум отнял у него почти все силы. Когда он проснулся, то первое, что он почувствовал, была сильная боль в запястьях. Кожа покрылась красными шрамами и сильно зудила. Чтобы хоть как-то уменьшить боль, Инго обмотал руки бинтами, смоченными в панацее — зелье, которое помогает быстрому заживлению ран.

Немного придя в себя, Инго решил сходить к оценщику, чтобы забрать свой выигрыш. Вчера он взял лишь свой меч, так как его оппонент был контужен и не смог присутствовать на «дележке».

Пройдя пол пути до ямы, он заметил Мавис. Но не успел Инго к ней подойти, как рядом с девушкой появились Габри и Широ. Он не сразу их узнал, так как те уже успели сменить свои наряды на «местные». На Габри были одеты тигриные штаны и куртка, а на Широ плащ из медвежьей шкуры.

— Инго! — заметив его, весело замахала Мавис.

— Что вы тут делаете? — спросил Инго, оглядывая хижины никсов.

— Как что? Тебя ищем. Вот уже второй день не можем найти, где ты живешь. — сказала Мавис.

— Так в западной части лагеря. Ты же знаешь, Габри. — Инго посмотрел на девушку.

— Я думала ты там всего на одну ночь оставался. — смущенно проговорила Габри. — Мы вчера тебя там искали, но не нашли.

— Вчера я осматривал лагерь. — сказал Инго.

— А ты уже встречался с отцом? — перевела тему Мавис.

— Да, вчера я видел его, но толком поговорить не смог.

— Что, отделали тебя вчера в яме? — с лукавой улыбкой проговорила Мавис, ткнув его локтем.

— С чего ты взяла? Я победил. Вот как раз шел за выигрышем.

— Да знаю я. А что ты выиграл? — с интересом спросила Мавис, и не дожидаясь ответа, продолжила: — Широ тоже участвовала. Сразу же, как только мы приехали. Выбила из одного придурка оставшиеся мозги. У нее теперь есть своя горгона.

— Слышал. — сказал Инго, переведя взгляд на Широ. Та, по своему обыкновению, выглядела скучающей.

— Я хочу сразиться с Гантэром. — проговорила принцесса.

— Но отец тебе уже сказал, Широ. Он не дерется с женщинами. — с нотками извинения сказала Мавис.

Похоже, она, как, впрочем, и Инго, не прочь была бы посмотреть этот бой. И если такой бой случится, то Инго поставит все деньги на Гантэра. Ему уже довелось однажды сойтись в тренировочном поединке с этим зверем, и тогда Инго даже не смог нанести тому удар.

— Я не согласна. — сложив руки на груди, сказала Широ.

Но Мавис лишь пожала плечами.

— Так ты идешь за выигрышем, Инго? — постаралась сгладить обстановку Габри.

— Да. Мне обещали кровать. — сказал Инго.

— Кровать? — фыркнула Мавис. — У тебя что, нет кровати?

— А у вас есть? — удивился Инго.

— Конечно. У нас целый дом в южной части лагеря. — проговорила Мавис. — Честно сказать, я удивлена тому, как никсы смогли так быстро тут все построить. В прошлый раз мы жили в шалашах.

Инго и без слов Мавис это знал. Он уже не раз слышал нытье Джаспера о том, как трудно им жилось в лесу.

— Хотите пойти со мной? — спросил Инго.

— Давай. — кивнула Мавис.

Они стали пробираться среди высоких хижин, время от времени останавливаясь, чтобы рассмотреть товары, которые им предлагали никсы.

— Хорошая сталь. — проговорила Габри, вонзая металлический штырь в землю и проводя через него молнию. — Из Шторма?

— Шторм, Шторм. — закивал головой никс.

Инго знал, что Габри хорошо разбирается в кузнечном деле. Она даже выковала сама свой трезубец.

— Я слышала, что в лагере есть несколько никсов, которые тоже владеют природной волей. — проговорила Мавис, глядя как Габри перекидывает через плечо мешок с металлическими прутьями.

— Я их вчера видел. — сказал Инго. — Двое братьев и сестра. Фамилия у них сложная…Хаммель…Хаммен…

— Хаммерхексы. — вставила Габри.

— Точно. Ты их знаешь?

— Да. Мне про них тетя Берта рассказывала.

Берта Орестес была женой Харона, и когда ее мужа объявили в розыск, уплыла в старые города. Харон говорил, что там у него есть друзья, у которых она сможет спрятаться.

— А она откуда знает? — спросил Инго.

— Ну так это же ее двоюродные родственники. — спокойно сказала Габри. — Правда, я их еще не видела.

Инго решил не портить Габри удовольствие, и не стал рассказывать, как выглядит родственница «тети Берты». Он знал, что Габри через многое пришлось пройти, а значит и это испытание она должна выдержать.

Прошло полчаса, прежде чем они добрались до бойцовской ямы. Сейчас около нее не было ни души, если не считать храпевшего прямо на земле кузнеца, рядом с которым валялась бутылка поларвейнского рома.

— М-м-м. Ну не надо-с. — промычал он, когда Инго легонько попинал никса в бок. Сделав жест, словно прогоняет назойливую муху, он перевернулся ну другой бок и снова захрапел.

— Чего вам? — раздался другой голос, позади Инго.

Повернувшись, он увидел волосатого оценщика, который, прислонившись плечом к стене хижины, попивал из большой кружки пенный напиток.

— Мы за выигрышем. — проговорил Инго.

— А, это ты. — узнал его никс. — Ща, погодь.

Развернувшись, он стал рыться в хижине. Инго это насторожило. Он что, собирается вынести ему кровать? И действительно, через минуту поисков, никс вышел, держа в руках детскую люльку, сделанную из золота.

— Кровать. — проговорил он, вручая Инго люльку.

— Мы договаривались на взрослую. — сказал Инго, вертя в руках выигрыш.

— Ты дурак? Откуда-с у меня взрослая? Взрослых не бывает-с.

Инго не стал спорить. Его все устраивало. Перепродав ее, он сможет купить себе целый гарнитур.

Пока он разговаривал с никсом, девушки подошли к стойлам, где стояли горгоны.

— Ты придумала как назовешь ее? — услышал Инго голос Мавис.

— Еще нет. — ответила Широ.

— Эй! — рявкнул на них оценщик. — А ну отходить! Укусит-с же!

— Это наша горгона! — возмущенно воскликнула Мавис.

— Ваша — не ваша, плевать! Намордник одевай-с и уводи-с! — погрозил пальцем никс. — А так не подходи!

— «Намордник одевай-с», бу-бу-бу. — передразнила его Мавис, когда никс ушел обратно в хижину. — На себя надень, придурок.

То ли от резких движений Мавис, то ли из-за звона металлических стержней, которые уронила Габри, но горгона вдруг встала на дыбы, и схватив зубами ремешок на кителе Мавис, потянула на себя. К счастью, Мавис успела быстро среагировать: выхватив кинжал, она тут же отрезала ремешок. Горгона, заполучив кожаный трофей, стала терзать его, мотая мордой из стороны в сторону.

— Ладно, пойдем отсюда. — проговорила Мавис, будто ничего не произошло. Хотя по ее запыхавшемуся голосу было ясно, что она здорово испугалась. — Отец хотел с тобой поговорить.

Покинув стойла, они направились в южную часть лагеря. Инго еще не был тут. Вчера Хаган показал ему только половину лагеря.

Как оказалось, южная часть лагеря была намного цивилизованнее, нежели остальные. Повсюду стояли бревенчатые дома, непонятно каким образом построенные всего за несколько недель. Тут даже были мраморные статуи! Кто их сюда принес, и зачем — этого Инго никто так объяснить и не смог. Еще в южной части была река, от которой никсы и прорыли устье в центр лагеря. Помимо всего прочего, тут еще стояли водяные мельницы и несколько пастбищ. Даже воздух тут казался чище. Может быть виной всему было то, что тут не горели на каждом шагу костры. Ну и люди тут тоже выглядели не такими дикими.

— Кстати, вчера прилетел Эзио. — поведала Габри, когда они проходили мимо рыбацкой лодки. — Хак и Серра уже добрались до корабля.

— Уже? — удивился Инго. Он думал, что у них на это уйдет гораздо больше времени, если учесть, как много еды взял с собой старый пират.

— Да. Серра написала, что их подбросили «Красные ящерицы».

Инго не стал вдаваться в подробности. Он знал, что «Красные ящерицы» были шайкой пиратов, а их помощник капитана, Люсиан, был в долгу перед Хаком. Из-за него Хак потерял почти половину суммы, которую хотел выручить за армариек.

Перед тем, как идти к лидеру повстанцев, они решили заглянуть в гости к девушкам. Оказалось, они все живут в одном большом доме. Он был похож на дом Инго, только с крышей.

— Вытирай ноги. — проговорила Мавис, глядя на Инго.

Инго удивило то, что Мавис разрешила ему зайти, ведь когда они жили в подземельях, она все время бесилась, если Инго намеревался зайти в ее комнату.

Внутри дома было довольно уютно. Весь пол был усеян шкурами, а на стенах висели картины, оленьи рога и ковры с гербом Поларвейна. Осмотрев дом (Мавис так и не позволила Инго войти в ее комнату), они вышли и тут же столкнулись с Хаганом.

— О, Инго, и ты здесь. — приветливо проговорил никс. — А я как раз шел за вами. Гантэр хочет взять вас на охоту.

— Я знаю, он вчера мне об этом говорил. — поведал ему Инго. — Ты знаешь где он сейчас?

— У себя. — сказал Хаган и показал на большое здание, которое Инго приметил уже давно.

Здание отличалось от остальных домов тем, что было выполнено в классическом поларвейнском стиле. Точно нельзя было сказать, сколько этажей было у этого здания, так как оно напоминало нагромождение квадратных и прямоугольных домов, скрепленных досками. Треугольной крыши, как у других домов, у этого здания не было. Казалось, будто кто-то взял, и просто утрамбовал несколько домов, поставив некоторые из них горизонтально, а некоторые вертикально. И хоть эти «дома» были ровной, прямоугольной формы, в нескольких местах они высовывались чуть дальше остальных, портя тем самым всю геометрию строения.

— Это штаб. — сказал Хаган.

— Да ты что, серьезно чтоли? — язвительно проговорил Инго. — Здорово вы его замаскировали.

— Можешь смеяться сколько хочешь, только чтобы найти нужную комнату, тебе понадобится карта. — проговорил Хаган.

— И без карты обойдусь.

Инго уже бывал в таких зданиях. Правда, то были ледяные сооружения, которые власти Вестерклова делали в заливе во время празднования «Нового снега».

Подойдя к зданию, Инго заметил несколько охранников у входа.

— Здорово, мелкая Мавис. — проговорил один из охранников и взъерошил Мавис волосы. — А ты и не выросла совсем, да? Все такая же мелкая, понял, да? — весело проговорил он, обращаясь к своему напарнику.

— А ты все такой же надоедливый, Халд. — с раздражением проговорила Мавис, открывая дверь. — Понял, да?

Войдя вслед за Мавис, Инго очутился в небольшой комнате с длинным столом и одним стулом. Из комнаты вело сразу восемь выходов: по одному у каждой стены, еще три вверху и один внизу.

Постояв, и покусав себе губу, Мавис открыла входную дверь и спросила:

— А куда идти-то?

— Что, заблудилась уже, да? — улыбнулся Халд. — Вон этот. — он указал на лестницу, которая вела к деревянному люку в потолке.

— Эй! — настороженно воскликнул другой охранник.

— Да не беспокойся. Это доча Гантэра, понял? — успокоил товарища Халд. — Я ее еще мелкой помню. Ходила по лесу, жуков жрала.

— Ничего не жрала. — запротестовала Мавис, увидев, с каким лицом на нее посмотрел Инго. — Врет он все. — и она хлопнула дверью.

Найти нужную комнату оказалось не так-то просто, как думал Инго. В каждом помещении было по семь-десять входов и выходов, благо, что в комнатах сидели люди, а то они бы и правда заблудились.

Гантэра они нашли в столовой, которая была довольно больших размеров. Архитектура здания так и не уложилась в голове Инго. По его мнению, тут не могло быть таких больших комнат. Да к тому же и с окнами, которые тут были прямо на потолке.

— Инго! — Гантэр сцапал руку Инго в своих ручищах. — Вчера не смогли поговорить как следует. Ты как, в порядке? Вчера ты был какой-то помятый.

— Нормально. — сказал Инго.

— А это, я так понимаю, Габриель? — Гантэр посмотрел за спину Инго.

— Рада с вами познакомиться. — тут же вставила Габри.

— Я тоже, я тоже. — пробасил Гантэр, вытирая усы от хлебных крошек. — Ты, я слышал, одна из громовержцев?

— Была. — кивнула Габри.

— Ну-ну, бывших громовержцев не бывает. — нахмурил брови Гантэр. — Это титул, который дается на всю жизнь. Вот свергнем Анастериана, и ты возвратишься в орден.

— Насчет Анастериана… — начал Инго.

— Всему свое время. — прервал его Гантэр. — Сейчас нам нужно укрепить лагерь и получить контроль над всеми дорогами, которые ведут в Мидденхол.

— А как же море? До Мидденхола можно добраться и по воде. — сказал Инго

— Все морские пути контролирует Северный картель. Ты и сам должен был догадаться, когда встретил их в лагере. — сказал Гантэр и тут же, будто прочитав мысли Инго, шепотом прибавил: — Я и сам не в восторге от таких союзов, но это вынужденная мера.

— Не стоит так драматизировать, господин Гантэр. — раздался ласковый голос с другой стороны стола.

Сначала Инго не понял, кто это только что сказал. С другой стороны стола был лишь богато расшитый диван.

— Жак ди Ален. — проговорил Гантэр и небрежно махнул рукой в сторону дивана. — Он представляет интересы Северного картеля.

И тут, к удивлению Инго, диван отвесил ему легкий поклон. Оказалось, то, что он сначала принял за пухлые подушки, была необъятная туша, облаченная в голубой камзол с золотой вышивкой. Его заплывшие жиром пальцы украшали десятки перстней, а понять где голова можно было лишь по волосам, которые пышными светлыми кудрями спадали до плеч. Единственное, что в нем было красивое, так это голубые глаза с длинными ресницами.

Глядя на него, Инго задался вопросом — а как он вообще сюда попал со своей жирной тушей? Ведь некоторые проходы, через которые они сюда добирались, были довольно узкие, и в них просто невозможно было протиснуть такую груду жира. Но раздумья Инго прервал сладкий голос Жака:

— Мне рассказывали о вас, господин Инго. Да и с вашей сестрой мне доводилось встречаться.

И только сейчас Инго понял, что где-то уже слышал эту фамилию.

— Похоже, не только у меня есть родственники — пираты. — проговорил Инго, наконец сообразив, кто именно перед ним сидит.

— А, вы уже поняли. — прощебетал Жак. — Да, Люсиан мой младший брат. Похоже, быть пиратами это у нас семейное.

Инго не мог поверить, что перед ним сидит брат Люсиана. Они ведь совсем не похожи! Один тонкий и грациозный, другой… а другой сейчас сидит перед ним и закрывает своей тушей пол стены.

— Жак помогает нам доставлять по морю необходимые товары для нужд лагеря. — сказал Гантэр.

— Это взаимопомощь. Северный картель так же заинтересован в свержении Анастериана и Рейна. Их политика мешает нам вести дела на черном рынке. — проговорил Жак, отпивая из золотого кубка.

— А как же имперский флот? Он разве не борется с пиратами? — вставила Мавис.

— Имперский флот давно уже под контролем суммийских пиратов. — отмахнулся Жак. — Но пресвятой Владыка! Где мои манеры?!

И он, к ужасу Инго, встал! Более того — он пошел! В его движениях даже была какая-то грация. Быстро передвигая пухлыми ножками, он посеменил к Мавис, и когда обогнул стол, приподнял руку девушки и легонько прикоснулся к ней губами. То же самое он проделал с Габри и Широ.

— Вы должно быть прелестная Мавис? — пропел Жак краснеющей Мавис. — Очень приятно вас наконец увидеть, леди Габриель. Ну а вы, я так понимаю, обворожительная Широяма-сама?

Похоже, выходка пирата удивила не только Инго. Девушки тоже были поражены грацией толстяка. Но первой отошла Габри:

— Мне тоже очень приятно с вами познакомиться, господин Жак. — ответила она в небольшом реверансе.

— Ну все, хватит тут своим крахмалом трясти. — рыкнул Гантэр. — Инго, покажи-ка мне лучше свою волю. Слышал у тебя она какая-то особенная.

— Да-да, я тоже хочу увидеть. — Жак захлопал своими толстыми ручонками словно маленькая девочка.

Инго знал, что Гантэр попросит его об этом. Сконцентрировав волю, он покрыл свою руку тенями. Это оказалось сделать немного легче, чем обычно. Может из-за вчерашнего боя его воля чуточку усилилась? Через несколько секунд он полностью покрыл себя тенями.

— Ого! — Жак стал обходить его, осматривая со всех сторон. — Никогда прежде не видел ничего подобного. А я ведь бывал в Лире!

— И что? — хмыкнул Гантэр, облокачиваясь на локоть. — Это все?

— Пока что все. — сказал Инго.

Гантэр встал и потрогал плечо Инго. Даже обычное прикосновение его огромной ручищи заставило Инго напрячься. Он хорошо знал насколько может быть опасен лидер повстанцев. Еще секунда, и из спины Инго вырвались два черных крыла, выбив из рук Жака кубок с вином.

— Воу! Полегче! — поднимая руки воскликнул Гантэр.

— Поразительно. — завороженным голосом проговорил Жак.

— Такого раньше не было. — сказал Инго, оборачиваясь и глядя на свои крылья.

— Ты можешь ими двигать? — спросила Габри.

Инго не сомневался, что может ими управлять. Словно эти крылья были у него всю жизнь. Но только он собрался взмахнуть ими, как крылья растаяли в воздухе. Он больше не чувствовал их.

— Занятно. — задумчиво проговорил Гантэр. — Тебе нужно больше тренироваться. Позанимайся с Гекатой.

Такое предложение взволновало Инго. Он даже повернул голову в надежде, что у него вновь вырастут крылья. Но, похоже, страх перед женской копией Гантэра был не так велик, как перед оригиналом.

— Но прежде, — продолжил Гантэр, — сходим с тобой на охоту. Это лучший способ показать себя, а иначе никсы тебя не примут.

— А как же бойцовская яма? — удивилась Мавис. — Там тоже можно показать себя.

— Это все ерунда. — махнул рукой Гантэр. — В яме одни слабаки. Никого ты там не удивишь. А, это, кстати, что у тебя такое? — Гантэр, похоже, только сейчас заметил в руках Инго люльку.

— Это мой подарок. — вставил Жак и покосился на Инго. — Слышал, ты повздорил вчера с несколькими моими подопечными. Не беспокойся, они уже наказаны.

Гантэр ухмыльнулся.

— Ладно. Хватит на сегодня разговоров. Жду тебя завтра в шесть утра у восточных ворот. — сказал он, глядя на Инго.

— А нам можно с вами? — спросила Мавис.

Гантэр замер, глядя на свою дочь.

— Можно. — наконец вымолвил он. — Только не опаздывайте, а то мы не станем вас ждать.

Когда они покинули здание, Мавис прямо светилась от счастья.

— Классно, да? Идем на охоту. — проговорила она, чуть не прыгая.

— А на кого будем охотиться? — спросила Габри.

— Да какая разница? — с задором ответила Мавис.

Инго знал, что в Тирне водятся много опасных зверей. Только релиморские кабаны чего стоят! Еще он слышал, что тут водятся василиски — трехметровые хищные птицы, похожие на петухов. Инго несколько раз видел их в порту Вестерклова, когда моряки привозили тех для сражений на арене. А еще волки, трехрогие олени, каменные ящерицы… Теперь Инго понял, почему Гантэр долго думал, прежде чем разрешить Мавис идти с ними.

Остаток дня Инго потратил на то, чтобы продать золотую люльку. Сделать это, как оказалось, не так-то и просто. Сначала он поменял ее на целое стадо яков. Затем ему пришлось бродить по лагерю и продавать каждого яка по отдельности, так как покупать целое стадо никто не соглашался. Да и денег он практически не получил. Зато у его дома в скором времени должна была появиться крыша. Несколько никсов согласились достроить его дом, если он отдаст им одного яка. Еще у него появилась кровать и другие предметы интерьера. А еще одежда, несколько мечей и даже бочка элитного вина, знаменитого дома «де Канари», непонятно каким образом оказавшаяся в яме лесных никсов. Но даже так, у Инго все равно еще оставалось пять яков.

Решив, что сможет поставить их в качестве залога на еще один бой, он отправился к бойцовской яме.

— Сегодня ты не будешь драться-с. — сказал ему оценщик, когда Инго подошел с веревкой, на которой висели несколько колокольчиков (каждый колокольчик соответствовал яку).

— Почему? — удивился Инго.

— Не положено-с. — просто ответил оценщик. — Вчера дерешься, завтра смотришь. Правила-с.

Инго был разочарован. Вчера ему не дали как следует подраться. Может Гантэр прав, и в яме действительно ему делать нечего? Но тут он сможет неплохо поднять свой капитал.

— Инго? Опять ты тут. — раздался знакомый голос у него за спиной.

Эта была Геката. Но сегодня она была вместе со своими братьями.

— Это ты чтоли Инго? — спросил один из братьев.

Сейчас, когда они не молотили друг друга, Инго смог увидеть небольшую разницу между ними. У одного из братьев борода была заплетена в косу, а у другого на выбритой голове была татуировка.

— Да, а ты…?

— Тильд. — сказал громила с татуировкой. — А тот Дельт.

— Да, я уже видел вас. — сказал Инго.

— Я недавно говорила с Гантэром. — сказала Геката. — Он попросил меня поучить тебя использовать волю.

— Что, прямо сейчас? — немного обеспокоенно спросил Инго.

— Нее… Сейчас мы просто хотели пойти в трактир. Хочешь с нами?

— Почему бы и нет. — Инго не хотелось сидеть и пялиться на унылые драки.

Покинув яму, они направились в южную часть лагеря. Пройдя «штаб», они подошли к не менее большому зданию, которое находилось на берегу реки. Как оказалось, это была таверна. Она ничем не отличалась от городских заведений, разве что тут все было новое и чистое.

— Эй, Инго, а ты знаешь дядьку Харона? — спросил Дельт, когда они усаживались за один из столов.

— Да. Он, кстати, должен скоро прибыть в лагерь. — сказал Инго.

— Серьезно?! — воскликнул Дельт.

— Я же тебе уже говорила. — вставила Геката.

— Ты сказала, что приехал громовержец, и что ты не знаешь, кто именно.

— Это другой. Габриель какая-то. Я ее еще не видела. Вот Инго видел.

— Она сильная? — спросил Тильд. — Как сестра?

— Вы можете заткнуться на секунду? — рыкнула на братьев Геката. — Сходите лучше за выпивкой.

Как только братья отошли к стойке, Геката, сложив руки и подперев ими голову, уставилась на Инго.

— Так значит богорожденный. Да еще и сумеречная воля. — проговорила она, сверля его своими голубыми глазами.

За эти два дня Инго так свыкся с тем, что никто не обращает на его глаза внимания, что и вовсе забыл, что он богорожденный.

— Я слышала, что ты сражался с Хейденом? — продолжила Геката.

Упоминание этого имени заставило Инго невольно сжать кулаки. Похоже, Геката тоже это заметила.

— Тебе нужно побольше медитировать. — сказала она.

— Что за бред? Как это мне поможет укрепить волю? — фыркнул Инго. Приступ ярости уже спал.

— Очень даже поможет. Воля — это как море. — Геката пододвинула на середину стола кувшин с водой, который стоял рядом. — А наши эмоции — ветер. — и она стала легонько трясти кувшин. Вода, которая была в кувшине, тут же стала выплескиваться на стол. — Если не контролировать эмоции, то не сможешь правильно управлять волей.

Инго так и подмывало сказать: «Что-то при первой нашей встрече ты не особо контролировала свои эмоции». Но он удержался. Все-таки сейчас Геката выглядела куда более миролюбивой.

— По-твоему это поможет? — спросил он.

— Должно помочь. Это, можно сказать, основы.

Пока они говорили, к ним уже возвратились Тильд и Дельт с большой бутылкой поларвейнского рома.

— Вот, попробуй-ка повторить вот это. — Геката взяла бутылку и положила на нее обе руки. Как только она это сделала, внутри бутылки появились несколько маленьких молний и стали вырисовывать прямо в прозрачной жидкости силуэты цветов. Похожий фокус умела делать и Габри. Инго удивило то, что ром при этом не загорелся.

Взяв бутылку, он положил на нее руки.

— Стой! — воскликнула Геката, и поменяла бутылку на прозрачный стакан. — Давай.

Сконцентрировавшись, Инго стал призывать тени. Как только тени поползли по столу, Тильд вздрогнул, и резко отскочил от стола, прижав руки к груди, словно маленькая девочка, увидевшая таракана. Эта реакция развеселила Инго, и его тени тут же рассеялись. Но он не сдался и снова начал приманивать их. Вскоре его руки покрылись темной коркой. Но как ему загнать тени в стакан? Положив руку на горлышко, он попытался создать хлыст из теней. Но не успел он опомниться, как из его руки в стакан повалили тени, заполнив тот до краев. Еще секунда, и стакан разлетелся вдребезги.

— Ну хоть что-то. — проговорила Геката, смахивая осколки на пол. — Я думала, что у тебя вообще ничего не выйдет.

Оставшееся время они провели за разговорами и распитием рома. Оказалось, братья не такие уж и глупые, как Инго подумал изначально. Они даже умели читать, что уже являлось огромным достижением для северянина. А еще Инго узнал, что всем им уже давно за сорок. Эта новость не сильно удивила его, так как он встречал много людей, которые выглядели моложе своего возраста из-за сильной воли, которая по сути являлась жизненной силой каждого человека.

В итоге, домой он возвратился уже за полночь, и не доходя до кровати, уснул прямо на груде выменянных вещей.

* * *

Проснулся Инго, как и следовало ожидать, с головной болью. Было лишь пять часов утра, а солнце уже светило в окно, метко направляя свои лучи прямо ему в глаза. Держась за голову, Инго направился к бочке с вином. Имперский сомелье повесился бы, глядя как он глушит похмелье элитным вином. Но тут уже ничего не поделаешь, нужно взбодриться и отправляться на охоту.

Умывшись и придя в себя, Инго направился к восточным воротам. Когда до них оставалось несколько десятков метров, Инго заметил высокую фигуру Гантэра. Рядом с ним стояло еще около пятнадцати человек. Среди них была и Мавис с подругами.

— Ну как, готов к охоте? — проговорил Гантэр, когда Инго подошел к ним.

— А на кого будем охотиться? — спросил Инго.

— На диких лошадей. Лишние кони нам не помешают.

Инго был слегка разочарован. Он надеялся, что они будут охотиться на кого-то более опасного. Хотя, с ними же Мавис. Так что не удивительно, что Гантэр выбрал менее опасных животных. И, похоже, мнение Инго разделяли собравшиеся никсы. Сложив руки на груди, они с хмурыми лицами взирали на девушек. Была тут и парочка армариек.

— С нами сегодня идет один из вождей. — сказал Гантэр, указывая на жилистого старика, одетого в шкуру белого тигра. Тот выглядел особенно хмурым.

— Похоже, он не очень-то рад этой охоте. — проговорил Инго, разглядывая старика.

— Да он просто еще не признал вас. — прошептал Гантэр. — Для этого я и беру тебя.

Инго не понимал, что тут может случиться непредвиденного? Разве что они встретят патруль. Но это даже и к лучшему. Тогда он точно сможет показать всем на что способен. Хотя, Инго был уверен, что никакого патруля они не встретят. С ними Мавис, а значит Гантэр выберет самый безопасный путь.

Подождав у ворот еще полчаса, они вышли из лагеря. Инго который раз убедился, как мастерски замаскирован высокий забор. Он был украшен мхом, камнями и ветками от кустов, так что если отойти подальше, то он просто сливался с окружением.

Добираться до нужного места, как оказалось, придется долго, поэтому каждому выдали по лошади. Инго как-то раз уже ездил верхом. Это было еще в детстве. Тогда он с сестрой украл повозку у пьяного кучера, и освободив лошадей, немного покатался по лесу. А затем, обваляв лошадей в глине, продал тому же самому кучеру.

Пока они ехали, им на пути встретились несколько групп никсов, направляющихся в лагерь.

— Еще около месяца мы будем ждать прибытия основных сил. — поведал ему Гантэр. — А затем уже начнем действовать.

— Что ты собираешься делать? — спросил Инго.

— Выманим армию Анастериана на южную поляну. Там самое идеальное место для сражения. — сказал Гантэр.

— А это не слишком близко к городу?

— Это лучшее место для сражения. Стены там крепкие, так что жителям ничего не угрожает. К тому же, так люди увидят, что именно из себя представляет их «хранитель».

Инго заметил, как при этих словах помрачнел взгляд их лидера.

— Дело ведь не только в плохой политике Анастериана? — Инго решил идти напролом. Он знал, что Делрой что-то умалчивает по поводу намерений Гантэра.

— У меня личные счеты. — начал рассказывать Гантэр. — Семья Тенебрис полностью уничтожила наш род. Эльза, моя жена, была из семьи Стоунов, приближенных прошлого императора. Мы знали, что они давно вынашивали план по захвату власти, и поэтому переехали подальше от Мидденхола. А когда Рейн убил своих родителей, Делрой отправился ко мне, чтобы предупредить нас. Но когда он прибыл, то наш дом уже окружили люди Анастериана. Западный и восточный хранители действовали сообща. Им нужна власть над всей империей, а не только над отдельными ее частями. Поэтому они и убили императора.

Инго знал, что тяжелая болезнь императора и последующее «самоубийство» его жены, не просто случайность.

— Выходит, Мавис тоже из знати? — спросил Инго, покосившись на подругу.

— Да. Моя семья, де Сильво, несколько поколений тренировала хранителей севера. Но, еще до рождения Анастериана, их всех стали уничтожать. Некоторые бежали в старые города, но большинство просто убили.

— Теперь понятно, как ты познакомился с Делроем. — проговорил Инго.

— На самом деле, первый раз я его увидел в день смерти Эльзы. — задумчиво проговорил Гантэр. — Корво скрытная семья, и мы общались только по переписке. Многие знатные семьи так делают.

— Хаган мне сказал, что Корво профессиональные убийцы. — со смешком сказал Инго.

— Да. — спокойно подтвердил Гантэр.

— ЧТО?! — Инго был поражен. Он думал, что Хаган просто преувеличивает.

— А чему тут удивляться? Ведь их задача состояла в том, чтобы выслеживать шпионов и бесшумно уничтожать их. Кто же знал, что врагом окажется их собственный господин.

— Да, но наемные убийцы… Ты не шутишь? — Инго все еще не мог поверить словам Гантэра.

— Никаких шуток. Лейла Аистис, жена Делроя, была куратором Ли Лий. Она выдавала заказы проституткам на самых именитых господ империи. Так мы и узнали, что на семью Эльзы планируется покушение.

Инго знал, что Ли Лий был район в восточной столице, где жили куртизанки-ассасины. Помимо любовных искусств, они владели и искусством убийства. Но Делрой никогда не рассказывал, что главой этих самых убийц была его собственная жена. За три дня он узнал о Делрое больше, чем за шесть лет общения с ним.

— Да ты не беспокойся! — Гантэр хлопнул его по спине. — Делрой хороший. Просто у него привычка все держать в тайне. Вот и сын у него такой же.

— Ты знаешь Киру? — удивился Инго.

— Нет. Но я уверен, что телохранитель Белой Алет и есть Кира.

Новости о Белой Алет разносились по всей империи. Королеву сильванийцев, именно такое прозвище ей стали давать в последнее время, уже не раз видели летающую над релиморским лесом на больших птицах Рух — предвестниками войны. Говорили, она, как и Гантэр, тоже собирает армию для сражения с хранителем востока — Рейном Вермилионом. Все чаще стали говорить и о пятидесяти трех семьях, которые присягнули ей на верность. Но Инго не особо вдавался в подробности, ему хватало и своих забот.

Прошло около четырех часов, прежде чем они выехали из чащи. Теперь деревья росли на так близко друг к другу, и среди них то и дело проскакивали олени и кабаны. Никсы не обращали на них внимания. Лишь Мавис, которая уже успела подстрелить нескольких зайцев, не понимала почему никто не обращает на дичь внимания.

— Эти еще молодые, их не нужно трогать. — сказал Гантэр, отводя в сторону арбалет дочери.

Мавис с кислой миной опустила оружие.

— Тех нельзя, этих нельзя. Не охота, а скука смертная. — проговорила она.

— Подожди еще немного. Скоро уже приедем, тогда и поохотишься. — с улыбкой проговорил Гантэр.

Еще через час пути Гантэр подал знак остановиться.

— Дальше пойдем пешком. — проговорил лидер.

Оставив лошадей с несколькими никсами, они отправились дальше. Все чаще им стали попадаться открытые поляны, но на них, кроме мелкой живности, никого больше не было. Шагая чуть позади основной группы, Инго стал замечать, что животные никак не реагируют на проходящих никсов (хотя те были от них всего в паре шагов), и убегали, как только к ним приближался Инго с девушками.

— Широ, а ты когда-нибудь ходила на охоту до этого? — услышал Инго голос Мавис.

— Несколько раз. — ответила Широ. — Но не в лес. На моей родине охота проходит по-другому: следопытывыманивают зверя на равнину, и там уже его убивают.

— У нас также охотятся имперские сокольники. Но на севере презирают такой вид охоты. — сказал Гантэр, покосившись на вождя, который так и не поменял свое недовольное выражение лица. — Они любят все делать сами.

— Я тоже один раз была на охоте. — похвасталась Габри. — Отец взял меня, когда мне было девять.

— И как? Веселее чем сейчас? — спросила Мавис.

— Ну… — похоже, Габри не хотела высказывать свое недовольство. — Мы ведь еще не дошли до нужного места, так?

— Пап, а почему этот старикан не оставил свою горгону? — шепотом спросила Мавис, так, чтобы только Гантэр с Инго смогли ее услышать.

Под «стариканом» она имела в виду вождя. Лишь он один не оставил свое средство передвижения, и сейчас гордо восседал на своей горгоне. К слову, у той не было намордника, и она уже успела задрать нескольких мелких зверушек.

— Ему можно. — ответил Гантэр.

Инго так и не понял, что имел в виду Гантэр. Да и вообще, он не понимал, почему они оставили лошадей. Ведь на них гораздо легче догонять убегающее стадо.

— А армариек зачем взял? — спросил Инго, покосившись на женщин. Те, похоже, тоже не горели желанием участвовать в этой охоте.

— Я же тебе объяснял. Никсы в первую очередь охотники. Они уважают тех, кто готов пойти с ними за добычей. Чем лучше ты охотишься — тем больше уважения. А нам необходимо чтобы их уважали. Армарийки должны обучать их военному ремеслу. А никсы не станут слушать того, кого они не уважают.

— Ты тоже с ними охотился? — спросил Инго, уже зная ответ.

— Конечно. — тут же ответил Гантэр. — Но иногда я помогал им разбираться с племенами «побитых».

— Так они правда существуют? «Побитые». — удивилась Габри.

— А то!

— А какие они? — с интересом спросила Мавис.

— «Какие»? — Гантэр ненадолго задумался. — Ну… будто из самой преисподней. Лучше не вдаваться в подробности, а то потом не уснешь. — наконец проговорил он.

— А я хочу узнать! Мне, если что, двадцать четыре! — возмутилась Мавис.

— Уже?! — удивленно воскликнул Гантэр.

— Да, уже. Так что давай, выкладывай. — сказала Мавис.

— Ну ладно. — ехидно проговорил Гантэр. — Начну с того, что они не голые. В горах довольно холодно, поэтому они надевают кожу людей, которых убили. А еще носят ожерелья из причиндалов своих жертв. Они насаживают людей на колья, и пока те стонут в агонии, таскают их…

— Все! Хватит. Я поняла. — не выдержала Мавис.

Но не только ей рассказ Гантэра показался через чур кровавым. Габри выглядела так, будто ее вот-вот стошнит.

— «Битые» не очень опасны. — проговорил вождь, услышав их разговор. — Если сильный, то можно убить их.

— Тогда почему тебя просили разобраться с ними? — спросил Инго посмотрев на Гантэра.

— Не все племена никсов могут постоять за себя. К тому же «побитые» обычно нападают ночью. В основном на детей и стариков. Хотя, в последние годы они стали намного кровожадней.

— А как же хранитель севера? Он ведь должен защищать людей. — вставила Габри.

— Да ему нет никакого дела до них. — сказал Гантэр. — Сидит в городе, да наслаждается жизнью.

— А кто там, кстати, хранитель? — спросил Инго. Он не сильно интересовался политикой, поэтому не знал кто сейчас заправляет на юге и севере империи.

— Дарио де Лино. Мерзкий тип. Его семья владеет Каменным банком и ведет дела с Тенебрисами. Странно, что его вообще выбрали в хранители, он же толще Жака. — с презрением сказал Гантэр.

Инго так и не удалось представить себе человека, который может быть толще той туши, именовавшей себя пиратом.

— Если бы не капитан стражи, Неро ла Торе, то Поларвейн погряз бы в разрухе. — продолжил Гантэр.

Прошагав еще около километра, они остановились. Вокруг плотно росли деревья, и было непонятно, как тут может пробежать табун лошадей.

— Почему мы остановились? — спросил Инго.

— Ритуалы. — многозначительно протянул Гантэр, с тенью насмешки.

Никсы стали разводить костер и бросать в огонь какие-то травы, принесенные с собой. Делали они это молча, и лишь горгона время от времени издавала недовольное рычание. Вскоре никсы стали доставать из-за пазухи костяные ножи, и делать себе надрезы на руках и ногах.

— Король Бог смотрит на нас сегодня через своего сына! — воскликнул вождь, указав пальцем на Инго. Взгляды всех присутствующих тут же устремились на него. — Покажите себя ему, и когда придет день, он узнает вас!

Сказав это, вождь подошел к Инго и вперился взглядом прямо ему в глаза. То же стали проделывать и другие никсы.

— Ахлф! — резко крикнул вождь.

— Аццо!

— Гоц!

— Фед!

— Эрма!

Пока они выкрикивали свои имена, на плечо одного из них прыгнула белка, а затем перескочила на стоявшее рядом дерево, где тут же была схвачена горгоной.

— Вы там закончили? — спросила Мавис. Пока никсы жгли травы, она с Габри разведывала местность. — Там большая поляна впереди.

— Мы знаем. — сказал Гантэр. — Она нам и нужна.

— Но там никого нет.

— Так рано еще. Водопой далеко, так что они прискачут сюда ближе к вечеру.

— Тогда зачем мы так рано вставали? — спросил Инго. Он был расстроен тем, что из-за этого он толком не выспался.

— Никсы всегда уходят на охоту с восходом солнца. Это тоже традиция. — поведал Гантэр.

— Идиотская традиция. — проворчал Инго.

Пока никсы проводили свои ритуалы, Инго, вместе с Гантэром, направился к поляне. Она, как и сказала Мавис, была довольно большой. Со всех сторон ее окружали ветвистые дубы и ели. Трава на ней была по щиколотку, и Инго увидел среди травинок парочку лесных духов, которые рвали своими маленькими ручками полевые цветы. Они срывали только шляпки цветов и аккуратно складывали их на большой лист лопуха, на котором, кроме цветов, лежали несколько шишек и какие-то ягоды.

— Давайте пока залезем на деревья. — сказал Гантэр, когда к ним подошли остальные.

— Что? — хмыкнул Инго. — Зачем нам на них лезть?

— Чтобы лучше видеть. — ответил Гантэр. — Пока что вы будите просто смотреть как охотятся другие.

— Да это же просто дикие лошади. — проговорил Инго. — Догнал и поймал. Ничего сложного.

— Просто смотри, — повторил Гантэр, — и сам все поймешь. К тому же, табун диких лошадей не редко сопровождают несколько лесных быков. А они очень опасны.

Инго не стал спорить. Он ни разу не видел тирнийских быков, но слышал, что те не уступают в свирепости пустынным львам. Вздохнув, Инго стал подниматься на ветки ближайшего дуба.

Время тянулось медленно. Они уже сидели два часа, и за это время ничего не произошло, если, конечно, не считать того, что Мавис, задремав, чуть не свалилась со своей ветки. Широ успела вовремя подхватить ее.

Никсы же, которые присоединились к ним чуть позже, сейчас стояли по краям поляны, и с беззаботным видом прислонились к стволам деревьев. Некоторые из них не сводили глаз с того места, где сейчас сидел Инго.

— А что это за Король Бог такой? — спросил он у Гантэра, чтобы хоть как-то развеять скуку.

— Точно не знаю, но вроде как это один из первых богов. — неуверенно проговорил Гантэр.

— Первых богов? — непонимающе переспросил Инго.

— Да. Никсы верят, что это он создал жизнь, а нынешние Шесть Владык были его слугами. — сказал Гантэр.

— А инквизиторы что по этому поводу думают? — спросил Инго.

— Как ни странно, но Яричка довольно лояльно относится к никсам. Но скорее всего, просто не воспринимает их всерьез.

Для приверженцев церкви Шести, такая позиция действительно была странной. Обычно инквизиторы публично наказывали тех, кто каким-либо способом оскорбляет их веру. А особые фанатики могли и убить за нелестное высказывание в адрес Владык. Вот и Инго они считали каким-то порождением зла. А никсы наоборот — божьим посланником. Хотя, в лагере он не заметил особого к себе отношения. Похоже, не все никсы верят в этого Короля Бога.

За унылыми разговорами прошло еще несколько часов, но лошади так и не появились. Инго уже стал думать, что они выбрали не ту поляну.

— А они почему не залезают на деревья? — спросил Инго, глядя на никсов, которые все еще стояли по краям поляны и развлекались тем, что метали топоры в стволы деревьев.

— Сейчас бесполезно объяснять. — сказал Гантэр. — Увидишь, когда они станут охотится. Ты лучше расскажи, как на вас напали. Хаган сказал, что когда вы ехали в лагерь на вас напали какие-то наемники.

— А, эти… — проговорил Инго. Он уже и забыл про этот случай.

Инго стал рассказывать, как им пришлось сражаться на ходу.

— Лысые и в черных доспехах? — задумчиво переспросил Гантэр.

— Ты знаешь кто это?

— Делрой рассказывал, что когда покидал Лимминг Мун за ними тоже гнались какие-то странные следопыты.

— Ты думаешь это Умбра Тан? — скептическим тоном проговорил Инго. Сам он был уверен, что это не могли быть следопыты из восточной столицы. Умбра Тан были элитным отрядом бойцов, и справиться с ними было бы намного сложнее.

— Нет, это точно были не они. — подтвердил его догадку Гантэр. — Когда устроили облаву на мой дом, то в числе стражников тоже были какие-то странные лысые типы. Я тогда не обратил на них особого внимание.

— Я тоже видел их раньше. В Вестерклове. — сказал Инго. — И Габри.

— Я думаю, это какие-то наемники из старых городов. — сказал Гантэр.

— Как «Змееносцы»? Они ведь тоже лысые.

— Нет, это не «Змееносцы». — сказал Гантэр. — «Змееносцы» клан убийц, и они предпочитают действовать по одиночке. А сколько их там было? Пятьдесят?

— Пятьдесят восемь. — уточнил Инго

Наступила пауза. Каждый, казалось, думал о своем.

— Ну и черт с ними! — махнул рукой Гантэр. — Слабаки они, вот кто.

Гантэр отреагировал в точности также, как и Мавис. Похоже, долго раздумывать у них в семье не принято.

Солнце близилось к закату, а лошадей все еще не было. За это время Инго уже успел соорудить гамак из шкур, и даже немного поспать. Когда он проснулся, то солнце уже село и на небе зажглись звезды. Поляну окутала легкая пелена тумана. Вкупе с ярким светом луны, поляна превратилась в какое-то сказочное место. Капли росы, отражая свет луны, мерцали словно бриллианты, и время от времени можно было услышать легкое посвистывание лесных духов, которые бегали по поляне и собирали в шляпки цветов выпавшую росу.

Инго уже собирался снова лечь спать, как вдруг услышал звук, похожий на топот копыт. Но не только он это услышал. Никсы тоже казались настороженными. Прислонившись ушами к деревьям, они вслушивались в приближающийся топот. Вскоре и остальные это заметили.

— Скачут. — полушепотом проговорил Гантэр.

Прошло около пяти минут прежде чем на поляну выскочил целый табун лошадей. По меньшей мере пятьдесят голов выбежало из-за деревьев с другой стороны поляны. Инго даже пришлось ухватиться за ствол дуба, чтобы не упасть — так сильно тряслась земля. Лошади были крупнее тех, которых он видел раньше, и больше смахивали на горгон. Но его взгляд был прикован к нескольким быкам, которые бежали вместе с лошадьми. Они были три метра ростом, и выглядели очень угрожающе. Быки бежали прямо напролом, сметая деревья своими полуметровыми рогами. И как Гантэр планирует ловить лошадей?

— Красивое небо, да? — услышал он голос Гантэра.

Повернув голову, Инго увидел, что взгляд их лидера устремлен на звездное небо.

— Эм… Там лошади прибежали. — растерянно проговорил Инго.

— Вижу. Подождем пока. — ответил Гантэр.

Инго не понимал, чего им еще ждать? Вот же лошади! Лица девушек тоже выглядели растерянными.

— Смотри, Мавис, созвездие кракена. А рядом арфа и серп. — Гантэр стал тыкать пальцем в небо, показывая на звезды.

— Мы лошадей-то ловить будем? — непонимающе проговорила Мавис.

— Будем. Нужно подождать пока стадо разбредется. А иначе схватим одну, а все остальные убегут. — сказал Гантэр.

И они снова стали ждать. Инго тем временем стал наблюдать за быками. Те рысцой бегали по краю поляны, словно какие-то часовые, время от времени останавливаясь, чтобы сорвать несколько пучков травы. Но самое удивительное было в том, что они совсем не замечали никсов, стоявших в нескольких метрах от них. Северяне, в свою очередь, просто смотрели на лошадей.

— Почему быки их не трогают? — спросил Инго, когда бык в очередной раз пробежал всего в паре шагов от вождя никсов.

— А, ты уже заметил? — лукаво спросил Гантэр. — Это называется «подавление».

— Что? — не понял Инго.

— Просто смотри. — сказал Гантэр, и указал на никсов.

Посмотрев на охотников, Инго увидел, что те разбились на пары. И вот первая группа никсов двинулась к ближайшей лошади. Они шли спокойно, и даже не думали прятаться. Подойдя к лошади, первый никс резким движением накинул на ее морду петлю, сжав той челюсть, чтобы она не могла издать и звука. Второй же, одновременно с первым, накинул на морду лошади шкуру, перекрыв обзор. Лошадь стала брыкаться, но при этом не издавая ни единого звука. Ближайшие ее сородичи на секунду подняли свои головы и посмотрели в их сторону, но потом опустили и снова принялись щипать траву. Тем временем никсы успели накинуть еще одну петлю, уже на шею лошади, и теперь трусцой вели ту к ближайшим деревьям. У края поляны они на секунду остановились, пропуская быка, а затем, когда тот пробежал, снова повели лошадь к деревьям.

Инго, смотря на все это, не мог поверить глазам. Что сейчас произошло? Почему лошади не обращают на никсов никакого внимания?

— Но как? — удивилась Мавис. — Почему их не трогают?

Широ, похоже, тоже была удивлена. Она слезла на нижнюю ветку и пристально стала наблюдать за никсами.

— Я тоже не понимаю. — после паузы проговорила она.

— Это все из-за воли. — сказал Гантэр.

— Из-за воли? — переспросил Инго. — У них она какая-то особенная? Дополненная?

— Нет. Обычная военная воля. У некоторых она даже не пробудилась. — сказал Гантэр. — Вот ты, Инго, сколько лет пользуешься волей?

— Около тринадцати. — сказал Инго.

— А у тебя бывали случаи, когда ты неосознанно применял свою волю?

— Было пару раз. — стал вспоминать Инго. — Но при чем тут это?

— Дело в том, что воля, это нечто большее, чем просто уникальная сила. Воля — это мы сами. Наша жизненная сила. Без нее мы просто бы не существовали. И у воли есть несколько состояний. — Гантэр поднял правую руку и стал загибать пальцы. — «Подавление», «распространение», «усиление», «переливание», «пробуждение» и «воплощение».

— Я знаю про «усиление», «переливание» и «пробуждение». — сказала Габри.

— А я только про два. — вставила Мавис, глядя на Габри. — Что еще за «переливание».

— Это когда делишься своей волей с другим. — ответила девушка. — Только нужен особый «проводник». — и Габри показала кольца у себя на руке.

— То есть ты можешь одолжить мне своей силы? — удивилась Мавис. — Прямо сейчас?

— Давай как-нибудь в другой раз, Мавис. — вставил Гантэр. — Но Габриель права. «Переливание» — это способ «делиться» волей с другим человеком.

— С «пробуждением» и «усилением» все и так понятно. — сказал Инго. — А остальные? Как ты там сказал? «Подавление»?

— Да. Это способность скрывать волю.

— Ну так это и так понятно. Вот сейчас у нас воля скрыта. — сказал Инго.

— Нет. Сейчас вы ей просто не пользуетесь. — ухмыльнулся Гантэр. — «Подавление» — это другое. У тебя ведь было такое, что ты идешь по улице, и за тобой идет человек, ты его не видишь, но все равно невольно оборачиваешься? Это потому, что ты его чувствуешь. Чувствуешь его взгляд, его присутствие.

— Да я просто слышу его шаги. — вставил Инго.

— Серьезно? — улыбнулся Гантэр. — Тогда смотри на меня.

Инго вперился взглядом на громадную фигуру лидера. И тут у него перехватило дыхание. Он действительно не ощущал Гантэра. Он его видел, но будто это был мертвец. В нем не было жизни.

— К-как?! Как ты так делаешь?! — удивленно воскликнула Мавис.

— «Подавляю» свою волю. — спокойно ответил Гантэр. — Таким искусством владеют наемные убийцы. Так же волю могут подавлять многие хищные звери, когда крадутся к своей жертве.

— А ты нас научишь?

— Попроси лучше Гекату. Она мастер в управлении волей.

— А остальные два? — спросила Мавис.

— «Распространение». — сказал Гантэр, снова становясь «живым». — Из названия понятно, что это способность «распространять» свою волю. Вот самый яркий пример. — и он указал на Габри, которая сидела чуть выше.

— Я? — удивилась Габри.

— Люди с природной волей лучше всех «распространяют» ее. — поведал Гантэр. — Но это не значит, что только они умеют это делать. Помнишь, Инго, наш тренировочный поединок?

— Еще бы. — хмыкнул Инго. — Такое разве забудешь?

— Я тогда «распространял» свою волю. А точнее, свою «враждебность». — спокойно сказал Гантэр. — Твои инстинкты, которые тоже связаны с волей, говорили тебе об опасности. Этим тоже пользуются и животные, когда, например, защищаются от хищников.

— Первый раз об этом слышу. — снова удивился Инго. — Почему Делрой не рассказывал нам об этом?

— Наверно решил, что пока вам рано знать. Для этого сначала нужно укрепить волю.

— А последнее? — напомнила Габри, словно это был какой-то урок, и учитель только что отвлекся от основной темы.

— А, ну да. — подергал усами Гантэр. — «Воплощение». Наверное, это самое трудное и опасное состояние воли. Надеюсь, что вам никогда не доведется испытать его.

— Это почему? — спросила Широ.

— Потому, что в это состояние человек входит перед смертью. А точнее, если он принесет себя в жертву. — с нотками грусти поведал Гантэр. — Силестия, перед своей смертью, тоже стала «воплощением». Как и Зулу.

— Но ведь они не приносили себя в жертву. — сказал Инго. Он хоть и не был приверженцем церкви святой Силестии, все равно много чего слышал о ней. — Силестию убили имперские гвардейцы. А Зулу умерла на поле боя.

— Бывают случаи, когда «воплощениями» становятся по другим причинам. — сказал Гантэр.

— И что из себя представляет это «воплощение»? — спросила Мавис.

— Я не знаю. Но думаю, что у каждого типа воли оно свое. — проговорил Гантэр.

Пока они говорили, никсы уже успели «украсть» еще десять лошадей. Стадо значительно поредело, но лошади, казалось, этого просто не замечали.

— Кажется я поняла, как «подавлять» волю. — через несколько минут молчания, сказала Мавис.

— Серьезно? — удивился Гантэр. — А ну-ка, покажи.

Мавис состроила серьезную гримасу, и задержала дыхание. Было видно, что она сильно концентрируется. Но Инго все равно ее чувствовал. Мавис повернулась к Габри, и с задором потыкала пальцем в свои надутые щеки, словно спрашивая: «Ты видишь меня?».

— Э-э-э… — протянула Габри, переведя озадаченный взгляд на Гантэра. — Немножечко чувствую…

Инго был уверен, что дыхание тут ни при чем. Когда Гантэр «подавлял» свою волю, он точно дышал. Да и никсы не смогли бы так долго скрываться, если бы не дышали.

Тут Инго заметил, что армарийки спрыгнули со своих веток и как ни в чем не бывало пошли прямо через поляну, в направлении никсов. Лошади никак на них не реагировали. И тут Инго вспомнил одну очень важную вещь.

— А у Широ ведь нет воли. — проговорил он, переводя взгляд на принцессу. — Почему мы тогда ее чувствуем?

— Воля есть у каждого. — сказал Гантэр. — И у Широ. Просто у химер она не пробуждается.

Широ никак на это заявление не отреагировала. Да и Инго не стал спорить.

— Так ты нас взял сюда для того, чтобы рассказать о воле? — спросила Мавис, глядя на армариек, которые уже успели поймать лошадь.

— Не только. — сказал Гантэр.

— А, ну да, еще чтобы нас зауважали. — закатила глаза Мавис.

— Я взял вас на охоту. А она еще на закончилась.

— Да, но мы сидим тут и просто смотрим. — сказал Инго. — К тому же, как мы будем ловить лошадей, если не умеем «подавлять» волю?

— А кто сказал, что вы будете ловить лошадей? — улыбнулся Гантэр.

— Ты это о чем? — не понял Инго.

Но Гантэр лишь указал на быка, который рвал траву в нескольких десятках метров от них.

— Ты хочешь, чтобы мы поймали быка?! — воскликнула Мавис.

— Зачем ловить? Убейте. — сказал Гантэр. — Как раз по одному на каждого.

Инго перевел взгляд на поляну. Там осталось около двадцати лошадей и четыре быка. Они уже не бегали вокруг поляны, а спокойно паслись в ее центре.

— Я готова. — твердо сказала Широ, поднимаясь на ноги.

— Постой. — тоже поднявшись, сказал Гантэр. Ветка под ним угрожающе скрипнула. — Подождем пока поймают всех лошадей.

Инго стал наблюдать, как никсы, вместе с армарийками, «похищают» остатки стада. Вождь все это время не отводил взгляда от своих соплеменников. Сам он не участвовал в охоте.

— Ну что, готовы? — спросил Гантэр, когда последнюю лошадь увели с поляны.

— Нам нужно их просто убить? — поинтересовалась Габри. Инго заметил, что сегодня она не взяла свой трезубец.

— Если тебе удастся его схватить живым, то это еще лучше. — сказал Гантэр. — О! Придумал! Устроим соревнование.

— Соревнование? — переспросила Мавис.

— Кто быстрее убьет быка, тот и победил.

— А какой приз? — поинтересовался Инго.

— Приз? Хмм… — Гантэр задумался. — Какой же приз…? — его взгляд скользнул на Габри, а затем и на Мавис с Широ. — Может какая-нибудь…не знаю… Брошь? Или серьги?

— Тогда я посижу тут. — проговорил Инго.

— Может победитель сам выберет приз? — предложила Габри.

— Хорошо. — согласился Гантэр.

Сказав это, он спрыгнул вниз. И только он это сделал, как Инго почувствовал волну страха. Но этот страх был не такой, какой он испытал, когда дрался с Гантэром. Это было какое-то иное чувство. Словно оно предназначалось не для него.

Тут же поляну пронзил отчаянный вой. Быки, подняв одновременно головы, уставили на Гантэра полные ужаса глаза. Еще секунда, и они бросились врассыпную, сметая деревья на своем пути. Теперь Инго понял, что сделал Гантэр. Но времени на раздумья не оставалось, нужно было догонять быков. Габри исчезла в вспышках молний, да и Мавис уже спрыгнула и помчалась за ближайшим быком. За ней тут же помчался и Гантэр.

Инго, недолго думая, тоже спрыгнул вниз, и теперь во весь опор мчался за удаляющимся бычьим хвостом. Справа от него что-то хрустнуло, и повернув голову, он увидел бежавшую рядом с ним Широ. Похоже, они выбрали одну и ту же цель. Поняв это, Широ тут же отступила, побежав в другую сторону.

Бежать через лес было непросто, мешали поваленные быком деревья. Инго боялся, что упустит свою добычу, поэтому, сконцентрировав волю в ногах, он запрыгнул на ветку ближайшего дерева. Теперь он стал прыгать от ветки к ветке, преодолевая большие расстояния. Его цель стала понемногу приближаться. И снова что-то хрустнуло внизу. Наклонив голову, Инго увидел вождя никсов. Сидя на своей горгоне, он не отводил взгляда от Инго.

Прошла минута прежде чем Инго поравнялся с быком. Тот, с выпученными глазами, мчался во весь опор. Похоже, он обезумел. Из его глаз и носа хлестала кровь, и он ничего не замечал. Даже вождя, который тоже приблизился, и теперь скакал почти вровень с быком. Инго увидел, как горгона пытается на бегу ухватить хвост животного. Вождь, все еще не отводя сурового взгляда от Инго, поднял кулак, и не глядя, с силой обрушил его на голову горгоны. Та тут же прекратила свои попытки схватить хвост.

Перепрыгнув на очередную ветку, Инго вытащил прямой меч, и в следующую же секунду прыгнул вниз, прямо на спину быка. Удар пришелся точно в шею. Меч прошел насквозь, но бык так и не остановился. Издав предсмертный хрип, он еще сильнее ускорился. Инго вытащил меч из шеи, и снова ударил быка, на этот раз прямо в голову. Второй удар уже окончательно прикончил животное. Повалившись, бык, уже будучи мертвым, пропахал глубокую борозду своим рогом. Инго в последний момент успел отпрыгнуть и упасть в нескольких метрах от него.

— Хорошо. — похвалил его вождь. Спрыгнув с горгоны, он достал кинжал и стал срезать у быка рога. — Метко бьешь. — он постучал лезвием кинжала по рукоятке меча, который так и остался торчать во лбу быка.

— Легкотня. — переведя дыхание, сказал Инго.

Срезав рога, вождь кинул их Инго.

— А что будем делать с тушей? — спросил Инго, пытаясь вытащить свой меч. Сделать это оказалось непросто. Меч плотно застрял в черепе. В итоге, он, в попытке его вытащить, оторвал голову быку.

— Оставим тут, другие придут и заберут. — ответил вождь, наблюдая как Инго спихивает оторванную голову ногой.

Вскоре они вернулись на поляну. Инго с удивлением заметил, что все, кроме Широ, тоже вернулись. В руках у Мавис тоже было два больших рога. Но спрашивать, кто победил в их соревновании, было не нужно. Всего в десяти шагах от поляны Инго увидел небольшую воронку, в которой покоилась обугленная туша быка. Вся трава вокруг него была выжжена и в темноте выглядела как бездонная дыра.

— Габри победила. — подтвердила Мавис его догадку. Но вид при этом у нее был счастливый.

— А где Широ? — спросил Инго. Ему стало немного обидно за то, что Мавис обскакала его. И когда она успела?

— Еще не пришла. — проговорила Габри, вертя головой. — Странно. Я думала она придет первой.

— Может пойти поискать? — предложила Мавис.

— Я схожу. — вызвался Гантэр.

Но только он развернулся, как из темноты донесся странный звук, будто что-то волокут по земле. А еще через несколько секунд на поляну вышла Широ. На плечах у нее лежала туша быка, которую она волочила на себе. Все волосы и одежда Широ были в крови, которая текла из пробитой головы быка. Увидев, что она пришла последней, Широ разочарованно стукнула кулаком по дереву.

— Ого, ты что, его всю дорогу на себе несла? — удивилась Мавис.

— Не нужно было? Я хотела поймать его, но не смогла. Пришлось убить. — сказала Широ.

— Выходит, Инго был последний? Широ ведь потратила много времени на то, чтобы донести быка. А правила были «кто раньше убьет». И я уверена, Широ своего раньше завалила. — стала рассуждать Мавис. На ее лице появилась ехидная усмешка.

Инго хотел было возразить, но заметил за спиной Мавис двухметровую груду мышц, которая глядела прямо на него своим пристальным взглядом.

— Ничего Инго, в следующий раз повезет. — проговорил Гантэр.

— Угу. — промямлил Инго, а сам подумал, что Мавис не справилась бы без помощи своего усатого ангела-хранителя.

Необычный сатир

Прошло две недели с тех пор, как Инго прибыл в лагерь. За это время он уже успел завоевать уважение никсов. После того, как он убил лесного быка, другие никсы тоже стали просить сходить с ними на охоту. Инго был не против, но ему почему-то казалось, что они берут его в качестве талисмана. Габри, Мавис и Широ тоже заполучили уважение никсов.

Габри, в качестве приза за их состязание, попросила у Гантэра какую-то редкую сталь, и теперь каждый вечер проводила в кузнице. Как-то раз Инго заглянул к ней, и увидел, что та, зарядив кузнечные щипцы молниями, вытягивает из стали длинные прутья, больше похожие на веревки.

— Когда я была у вас в подземельях, то нашла несколько чертежей оружия. — поведала ему Габри. — Для него нужна особая, горная сталь. Под действием молний она может растягиваться и сжиматься.

Инго понял, что она имеет в виду чертежи, которые они нашли в замурованной комнате. Как выяснилось чуть позже, комната принадлежала сыну первой хранительницы запада — Бальтазару де ла Игнис.

Широ тоже не сидела на месте. После нескольких боев в бойцовской яме (все они были быстрыми и заканчивались тяжелым нокаутом противника), ей на некоторое время запретили участвовать в боях. Поэтому теперь она все чаще ходила на охоту, чем без сомнений заслуживала еще большее уважение у никсов. Ей даже стали давать прозвища, что на севере считалось очень почетным, так как их получали лишь вожди. Среди них были такие как «Варда», «Дахака» и «Королева-рубака».

Мавис тоже часто ходила на охоту. Ей, как и Широ, было запрещено драться в яме. Но, в отличие от Широ, это правило было не «официальным». С Мавис просто никто не хотел драться. И не потому, что она была сильным противником. Среди никсов было много желающих с ней сразиться, но выйти с ней в яму они так и не решались. А дело все в том, что Гантэр пригрозил разобраться с каждым, кто посмеет выйти против его дочурки. Широ, услышав об этом, тут же подговорила Мавис выйти с ней на поединок. Постояв в яме полчаса, и обменявшись парой тумаков, Широ так и не дождалась выполнения угрозы Гантэра. Похоже, Гантэр понимал, что принцесса не станет всерьез вредить Мавис, поэтому не стал поддаваться на провокации.

А вот Инго неплохо поднял свой капитал на боях в яме. Теперь его дом больше напоминал особняк, сильно выделяясь на фоне других, деревянных и неброских домов. В его окнах появились витражные стекла, а вокруг дома выросла ограда. Появилась и крыша. Инго понял, что обмен одних товаров, на другие, гораздо выгоднее, нежели обычная денежная система. Но сильно разойтись его жадной натуре не давали ежедневные тренировки воли.

— Я же тебе сказала прижать колени к земле. — строгим тоном проговорила Геката. — Так ты точно не сможешь быстро освоить «распространение».

Инго вот уже битый час сидел в позе лотоса и пытался очистить сознание от посторонних мыслей. Но это ему удавалось с трудом, так как круг камней, в котором тренировался Инго, был расположен недалеко от ям, где жили шаманы. И сейчас никсы жгли какие-то вонючие травы, запах которых был настолько сильный, что Инго с трудом держался чтобы не упасть в обморок.

— Как тут сконцентрируешься, когда тут такая вонь стоит? — проговорила сквозь повязку Мавис, которая медитировала рядом.

Но Геката лишь махнула рукой. Раздался раскат грома, и дым, который шел из ям, тут же наполнился яркими вспышками. Разбухая, словно тесто, дым превратился в длинную тучу. Запах горелой травы и плесени тут же исчез. Воздух стал чище.

— Так лучше? Еще есть жалобы? — спросила Геката. — Может задницу подтереть? — она подняла свою когтистую руку, искрящуюся молниями.

— Обойдусь. — пробубнил себе под нос Инго и продолжил медитировать.

Хоть он и недолюбливал жестокий стиль преподавания Гекаты (за каждое пререкание он получал сильный разряд молний), Инго не мог не согласиться, что эти тренировки приносят свои плоды. Он уже научился без труда поглощать тени и окутывать себя ими. Он даже смог создать из теней копию человека, но управлять ей оказалось очень сложно. Все движения тени были зеркальные, и когда он двигал правой рукой — тень двигала левой. Еще он научился создавать крылья из тени, и даже двигать ими, но взлететь у него все равно почему-то не получалось.

— Посмотри-ка, Инго. — после небольшой паузы раздался голос Мавис.

Инго показалось, что её голос чуточку изменился, стал какой-то «вибрирующий». Открыв глаза, и посмотрев на Мавис, он увидел, что та полностью окутана молниями. На ее руках были намотаны две цепи. Другие же концы цепей обвивали руки Тильда.

— Классно, да? Я теперь громовержец. — дрожащим голосом сказала Мавис.

— А тебе не больно? — спросил Инго, заметив, что цепи раскалились до красна.

— Нет. — ответила Мавис, и посмотрев на Гекату, спросила: — Так и должно быть?

— Вообще-то, нет. — сказала та. Присев, она дотронулась до цепей и тут же одернула руку. — Давай лучше снимем их.

— Но мне совсем не больно. — немного огорченным тоном возразила Мавис.

Инго заметил, что на ее руках не осталось следов ожогов. Может это из-за особого типа воли? Гантэр сказал, что в его семье у всех была очень сильная военная воля. Но Мавис, похоже, была исключением. Ее воля была очень слабая, но Гантэр поведал ему, что она уже родилась с пробужденной волей.

— Можно и я попробую? — спросил Инго, когда Мавис перестала искриться молниями.

— Нет. — резко ответила Геката. — И хватит болтать, колени к земле и продолжай медитировать.

Инго погрузился в свои мысли. Очистить свое сознание, когда рядом медитируют Тильд и Дельт, было непросто. Того и гляди в тебя прилетит очередная молния. Но вскоре ему наконец удалось отрешиться от мира. Запах шаманских трав все еще стоял в носу, хотя Геката уже давно развеяла дым. Его голову словно наполнила вода, и она стала намного тяжелее. Инго почувствовал, как по его телу поползли тени, покрывая его кожу и проникая прямо в голову. Он снова начал чувствовать запах горелой травы. Неужели шаманы снова начали проводить свои ритуалы?

Инго открыл глаза, но ничего не увидел. Совсем ничего. Вокруг него была лишь тьма. Он что, снова спит? Он встал и вытянул перед собой руку пытаясь нащупать во тьме хоть что-то. Но все было без толку. Тьма была настолько плотной, что он не видел даже свои руки.

Но тут в темноте раздался приглушенный голос, будто кто-то напевал детскую песенку. Инго стал вертеть головой, пытаясь понять, откуда исходит звук. Он снова протянул руку и на этот раз почувствовал, что она коснулась какого-то легкого материала, похожего на шелк. Как только н осознал это, шелк тут же превратился в воду, и тьма, словно черный водопад, хлынула сквозь его пальцы, открывая вид на освещенную солнцем поляну.

Инго сразу понял, что он находится в пещере. Находясь по пояс в воде, он поплелся к выходу. Выбравшись из пещеры, Инго увидел, что все еще находится в лесу.

«Это сон?» — подумал Инго.

Он стал осматривать поляну. Это точно был лес, так как Инго заметил несколько лесных духов, затаившихся между корнями деревьев. Чтобы проверить сон ли это, он подошел к духам и попытался схватить одного. Но рука прошла насквозь, будто через воду. Значит это действительно был сон.

Опыт таких сновидений подсказывал ему, что проснуться самостоятельно он не сможет. Поэтому Инго ничего не оставалось, как сесть на ближайший булыжник и ждать пока что-нибудь произойдет.

Странно, но сейчас он чувствовал себя немного иначе. Раньше он не мог вспомнить некоторые моменты во сне, а сейчас он отчетливо помнил, как заснул и что до этого делал. Может это какой-то особенный транс?

Его мысли прервал детский голос. Инго снова начал осматриваться, но так никого и не увидел. Но ведь голос звучал совсем рядом. И тут он все понял. Подняв голову вверх, он увидел маленькую девочку, лет пяти. Она сидела на ветке дерева, и напевая себе под нос какую-то странную мелодию, пыталась отломить кусок ветки, который ей был явно не по зубам.

Но тут случилось невозможное. Раздался треск, и девочка спокойно отломила ветку, размером с руку Инго. Скинув палку вниз, девочка спрыгнула следом. Когда она оказалась на земле, Инго сумел лучше ее рассмотреть.

Ничего особенного — непослушные черные волосы, веснушки, кривые зубы…и разномастные карие глаза. Правый был чуточку светлее левого.

Но даже до того, как Инго увидел ее глаза, он сразу узнал, кто перед ним стоит. Девчонка была просто уменьшенной копией Мавис. Разница была лишь в росте, да в зубах. У взрослой они были ровнее.

Пока он разглядывал ее, маленькая Мавис успела подобрать отломленную ветку, и теперь с воинственно-писклявыми воплями атаковала ближайший пень. Похоже, Гантэр не соврал, когда говорил, что у Мавис с рождения была пробуждена воля. Через несколько сильных ударов от толстой ветки остались лишь щепки.

— Ах, черт бы тебя побрал, подлый Анастериан! — воскликнула Мавис, погрозив кулаком пню. — Но это еще не конец! — она вскинула вверх руку с сжатым кулаком. — За мной, мое войско! — и она, посмотрев на затаившихся духов, махнула рукой, словно приказывая им пойти в атаку. Но те лишь пялили на нее свои глаза-дырочки. — За мной, мое войско! — повторила она. Никакой реакции.

— Ну чего вы там застряли?! В бой!

Из-под корней донесся короткий свистящий звук. К нему присоединились еще несколько духов.

Выслушав жалобы своих «воинов», Мавис вздохнула. Повернувшись к пню, она ткнула в него пальцем и проговорила:

— Объявляю перемирие!

Сказав это, она побежала к корням деревьев, где затаились духи.

Инго не особо было интересно наблюдать за этими детскими играми, но других людей на поляне не было, а уйти он не мог. Между стволов деревьев текла прозрачная, как слеза, вода. Инго увидел, как проплыл и скрылся между стволами сломанный якорь.

Снова переведя взгляд на Мавис, он увидел, что та уже успела подойти к духам. Те никак на нее не реагировали. Такая ситуация была довольно странной. Обычно лесные духи боятся людей, и стараются убежать, как только завидят человека.

— Военный совет! — объявила Мавис, садясь на один из корней. К удивлению Инго, духи стали вылезать из своей засады и усаживаться на корень дерева.

— Наш враг силен. Какие будут предложения по «стрателии»? — проговорила Мавис. В ответ ей раздались несколько неуверенных свистов.

— Хорошая мысль, но я не думаю, что он клюнет на это. — сказала Мавис. — Кто-нибудь еще? Ты! — она указала пальцем на духа с шляпкой мухомора на голове. — Я тебя раньше не видела. Ты «новообранец»?

Дух посмотрел сначала на Мавис, а потом, переведя взгляд на своих собратьев, издал протяжный свист, который обычно издают люди, крутящие пальцем у веска.

— А это может сработать! — уверено воскликнула Мавис. — Молодец! Повышаю тебя до генерала-солдата!

Сказав это, она сняла свой единственный башмак (второй отсутствовал с самого начала), и кинула его в воду, которая вытекала из пещеры в неглубокое озерцо.

— А вот и имперский флот! — крикнула она, показывая на башмак. — Вместе с ним мы сможем справиться с Анастерианом! Генералы-моряки, пушки к бою!

Она подошла к одному из духов и взяла его в руки. Тот свистнул и тут же стал обрастать ветками. Обычная реакция лесного духа. Когда Мавис подошла к своему дрейфующему башмаку, в руках у нее уже было маленькое деревце.

— Так не пойдет. — сказала она, выбрасывая деревце в воду. — Нам нужны новые генералы!

Она стала ходить по поляне и заглядывать под камни. Подбежав к валуну, на котором сидел Инго, она с легкостью приподняла его (Инго так и остался сидеть, «прилипнув» к камню). Пошарив рукой, она достала большого, коричневого жука, похожего на таракана.

— А! Шпион Анастериана! — прокричала она, поднимая таракана над головой. — Властью верховно-генеральской императрицы-королевы я приговариваю тебя к смерти!

И тут произошло то, чего Инго никак не мог предположить. Мавис поднесла таракана ко рту и откусила тому голову. Немного пожевав ее, она выплюнула остатки на землю.

— Так будет со всеми врагами империи! — с нотками праведного возмездия проговорила она.

— Ах, черт бы тебя побрал, мелкая Мавис! — раздался мужской голос.

Из-за деревьев выехали двое всадников. Инго не удержался и прыснул, глядя на молодого Маверика. Оказывается, алхимик раньше носил пышные усы, которые совсем ему не шли. Это, как если бы воробью приделали усы моржа. В общем вид идиотский.

Второго мужчину Инго тоже узнал. Это был Халд, охранник Гантэра.

— Опять жрешь всякую дрянь, да? — Халд спрыгнул с лошади, и подойдя к Мавис, отнял у той остатки жука.

— Это был шпион! Я его казнила! — начала оправдываться Мавис.

— Вот папка тебе устроит, когда узнает, что ты жрешь шпионов, поняла, да?

Халд обхватил Мавис за живот, и понес к своей лошади.

— Но я еще не закончила. — стала протестовать Мавис. — Флот только прибыл!

— Все. Нету твоего флота, потонул. — проговорил Халд, кладя Мавис поперек седла, словно какой-то трофей.

— Так не пойдет! — крикнула Мавис. — Пушки к бою!

И она потянулась своей мелкой ручонкой к поясу Маверика, на котором висело несколько пузырьков. Схватив один, она тут же кинула его в пень. Раздался звон бьющегося стекла, а затем шипение и хлопок. Трухлявый пень охватили ярко-красные языки пламени. Еще секунда и пламя с треском застыло, превратившись в стекло.

— Бракованная. — с горечью проговорила Мавис, и потянулась к новому флакону. Но Маверик успел спрятать оставшиеся пузырьки, прикрыв их своей мантией.

— Какого хрена, Фокс?! Гантэр же говорил тебе быть осторожней со своими взрывными штуками! — воскликнул Халд.

Но Маверик, похоже, был поражен не меньше Халда. Он слез с лошади, и теперь с интересом изучал застывшее пламя.

— Я… — начал было Маверик. — Но…как? У меня не было такого зелья.

— Не стоит жалеть нашего врага, генерал-«алфимиков». — грозно проговорила Мавис.

Ее слова потонули в шуме воды. В один миг всю поляну наполнили темные воды, и Инго с радостью погрузился в прохладные волны. Пора просыпаться.

Когда Инго почувствовал, что вода отступила, он открыл глаза, но тут же понял, что все еще находится во сне.

Сейчас он стоял на занесенной снегом, небольшой деревенской площади. По ее краям стояли деревянные дома, украшенные красивой резьбой, а посередине росло ветвистое дерево. Повернув голову направо, Инго увидел уходящую прямо в небо гору. Она была настолько огромной, что ее верхушки не было видно за облепившими ее облаками.

Инго еще ни разу не бывал на севере, поэтому вид самого большого горного хребта в империи, обескуражил его, и он не сразу заметил костяные клетки, которые стояли посередине площади.

Сначала Инго подумал, что это клетки с какими-то животными, но потом увидел, что там сидят люди. Около двадцати человек, половина из которых дети. Почти голые, они сидели, прижавшись друг к дружке, и дрожали от холода.

Инго решил подойти поближе, чтобы получше их рассмотреть. Но только он сделал пару шагов, как площадь пронзил душераздирающий крик. Все, кто сидел в клетках, дружно вздрогнули и устремили взгляды на один из домов, в котором только что открылась дверь. Из темного прохода выбежала женщина, вся покрытая кровью. Еле передвигая ноги, она поковыляла в противоположную от Инго сторону. А еще через несколько секунд в проеме появился мужчина. Он был одет в теплые меха, а на его голове Инго увидел корону, похожую на рога оленя. На его улыбающемся лице Инго тоже заметил следы крови.

Тут же из-за угла выбежала орава детишек, весело пинающая кожаный мяч. Мужчина тем временем вальяжно направился к клеткам, по пути взъерошив волосы пробегающему мальчишке.

— Так. — протянул он, подойдя к клеткам. — Кто тут у нас еще есть?

Он стал ходить от клетки к клетке, внимательно всматриваясь в лица людей.

— Да, ты подойдешь. — наконец вымолвил он, открывая клетку костяным ключом.

Светловолосая девочка, которая сидела внутри, тут же со страхом в глазах отпрянула в другой конец, и забилась за спину сидевшей там женщины.

— Нет. Мамочка, помоги. — взмолилась девочка, еще сильнее прижимаясь к женщине.

— Сестра! — послышался детский голос из другой клетки. И сразу же к нему прибавился еще один:

— Отойди от нее, ублюдок! — мальчик с силой затряс прутья клетки.

Мужчина еще сильнее заулыбался, глядя на беспомощные попытки мальчишек выбраться наружу. Он растопырил пальцы и стал пританцовывать, медленно приближаясь к девочке.

— Та-та-та, та-та-та. — стал напевать он. Подойдя к девочке, он схватил ее за руку и стал выволакивать из клетки.

— Мамочка! — закричала девочка, хватаясь за женщину. Но та никак на это не реагировала.

Когда мужчина в очередной раз рванул руку девочки на себя, голова женщины наклонилась, а потом и вовсе отделилась от тела и упала на пол.

У Инго замерло сердце. Он еще раз оглядел площадь. Ко рту тут же стали подступать приступы тошноты. То, что он сначала принял за деревянную резьбу, были приколоченные к домам человеческие уши и носы, которые уже успели покрыться снегом. Дети, которые до этого пинали чью-то оторванную голову, теперь с интересом смотрели на мужчину. Но самым страшным было дерево. А точнее, это была гора оторванных рук и ног, которые Инго сначала принял за ветки. В клетках же, вместе с еще живыми детьми, сидели их убитые родители.

— Нет, пожалуйста, не надо! — начала молить Геката, хватаясь рукой за край клетки. В ее тонкую руку тут же впились несколько детских ртов. Они стали кусать ее за пальцы, и Гекате пришлось отпустить руку.

— Сестра! — Тильд и Дельт со звериной яростью тормошили дверцу клетки. — Отпусти ее!

Но мужчина лишь улыбался, таща девочку за собой.

У Инго сжались кулаки. Он понимал, что это лишь сон, и что он не может ничего сделать, но все равно он хотел хоть как-то помочь ей. Первый раз за все время он почувствовал сильную эмоцию в своих снах.

Тем временем мужчина уже затащил Гекату в дом и захлопнул за собой дверь. Инго поспешил за ним. Но не успел он сделать и трех шагов, как площадь снова прорезал крик.

— Н-Е-Е-Е-Е-Т!

Прямо с неба в дом ударила молния! Удар был такой силы, что здание разлетелось на куски. После этого с гор понеслась лавина. Но то был не снег, а вода. Огромной волной накрыло всю деревню, унося Инго прочь из этого кошмара.

Инго чувствовал, как его лицо ласкают прохладные волны. Обычно переход от одного сновидения, к другому, длиться всего пару секунд, но сейчас вода довольно долго не отступала. Он открыл глаза и увидел, как по темным водам проносятся неясные образы: трое всадников скачут в ночи, рыжеволосая девочка прыгает через скакалку, закованные в латы воины ломают железные ворота. Сны стали проносится так быстро, что Инго перестал улавливать их суть. Он будто наблюдал их со дна глубокого колодца. Инго снова закрыл глаза…

— Да ладно тебе. — услышал он голос Мавис. — Давай тогда используем кольца?

— Я же сказала нет. — твердо ответила Геката.

Инго открыл глаза и увидел, что вернулся в настоящее. Его сердце резко заколотилось, словно он только что пробежал несколько сотен километров. Эмоции градом нахлынули на него. Радость, отвращение, страх и злость. Все это смешалось в его сердце. Но сильнее всего была грусть.

Он посмотрел на Гекату. От той хрупкой девочки, которая окровавленными руками хваталась за мертвое тело своей матери, не осталось и следа. Похоже, она справилась со своими страхами.

Инго глубоко вздохнул, прогоняя остатки захлестнувших эмоций.

— А для темной воли какой нужен «проводник»? — спросила Мавис.

— А я откуда знаю? — ответила Геката. — Только не вздумай пробовать «перелить» темную волю у Инго. Если, конечно, не хочешь сдохнуть раньше времени.

Инго услышал, как Геката подошла к нему сзади.

— А это что за хрень?! — раздраженно воскликнула она. — Инго! Я же велела сосредоточиться на медитации!

Инго почувствовал резкую боль в плече, которая тут же расползлась по всему телу. Геката опять ударила его молнией.

— За что?! — возмущенно спросил он.

— Сам знаешь за что. — ответила Геката, и показала на его спину.

Повернув голову назад, Инго увидел, что из его спины снова выросли два больших крыла.

— Ну так они сами выросли. — стал оправдываться он.

— Вот поэтому и получил. — сказала Геката, садясь перед ним на корточки. — Если бы в твоей голове не было посторонних мыслей, — она похлопала пальцем по его виску, — то и крылья бы не отрастали.

— Ты хочешь, чтобы я совсем перестал использовать волю? — потирая плечо, спросил Инго.

— Я хочу, чтобы ты научился ее контролировать. А иначе так до конца жизни и будешь проигрывать девчонкам. — уже с улыбкой проговорила Геката.

Слова Гекаты сильно задели самолюбие Инго. Единственной женщиной, которой проиграл Инго, была Широ. Габри и Мавис не в счет. То соревнование по убийству быков изначально было нечестным.

— И почему ты все время закрываешь глаза? — спросила Геката. — Держи их открытыми.

Инго не понимал, как можно медитировать с открытыми глазами.

— Сконцентрируйся на чем-нибудь. — посоветовала Геката, поднимаясь на ноги и заходя ему за спину. — И выпрями спину. — Инго почувствовал, как она прислонила свое колено к его позвоночнику, выпрямляя его.

— Легко сказать. — проговорил Инго. Он посмотрел на камень, в который только что ударила молния, вылетевшая из медитирующего Дельта.

— Ты боишься, что в тебя ударит молния? — спросила Геката, заметив взгляд Инго.

— Я не боюсь. — тут же ответил Инго. — Просто…ну…не хочется, чтобы в меня попадала молния.

— Тогда успокойся. — Геката села позади него. — Если в тебя полетит молния, то я ее отклоню.

Инго почувствовал, как его спину стало приятно покалывать. По ней будто нежно водили множеством мелких иголок. Он повернул голову и увидел, что Геката, выставив перед собой руки, бьет его молниями.

— Не отвлекайся. — проговорила она.

Инго повернулся обратно. Он попытался очистить сознание, и к удивлению, заметил, что сделать это с открытыми глазами гораздо легче. Он сконцентрировал свое внимание на маленьком цветке, который рос около него. Его синие лепестки напомнили ему елочные иголки. Цветок, елки, цветок, елки…

Инго вдруг стал по-другому ощущать свое тело. Он чувствовал, как течет по венам кровь, слышал, как бьется сердце, ощущал, как сокращаются мышцы. А еще он чувствовал силу. Она была во всем его теле. И как он раньше этого не замечал.

Его взгляд все еще был прикован к цветку. Но что это? Рядом с ним вырос еще один. Он был точной копией первого, но только из тени.

— Вот, уже что-то начало получаться. — раздался голос Гекаты у него над ухом. — Выходит, правду о вас, богорожденных, говорят. Ну, то, что вы быстро всему учитесь.

Ее голос развеял туман в голове Инго, и ее снова наполнили мысли. Состояние покоя исчезло, но Инго все равно ощущал в своем теле силу. И почему он раньше не чувствовал ее? Воля была для него чем-то вроде воздуха. Она вроде бы была, но он не чувствовал ее. А теперь… Будто его облачили в какую-то мифическую броню и вручили невидимый меч.

Он вытянул руку и приманил к себе тень от камня. Теперь он ее действительно чувствовал. Как мягкая глина или что-то в этом роде. Даже не напрягаясь, он смог создать из этой тени еще один цветок.

— Ого! — воскликнула Геката. Инго услышал в ее голосе нотки ликования. — Да ты, я посмотрю, все схватываешь на лету. — и она хлопнула его по спине с такой силой, что теневой цветок в его руке тут же расплескался, словно был сделан из воды.

Инго и сам был поражен своим успехом. Раньше ему с трудом удавалось придать нужную форму теням.

— Хорошо. Думаю, на сегодня достаточно. — проговорила Геката, поднимаясь на ноги. — Помедитируй еще перед сном. Завтра будем учиться «подавлению». И ты тоже, Мавис. — сказав это, она исчезла в вспышке молний.

— Я тут вспомнила, — проговорила Мавис, когда Инго поднялся на ноги, — тебя утром искал Халд.

— Зачем? — спросил Инго.

— Он говорил, что нужно встретить Харона. Вроде он сегодня приезжает.

— А разве не завтра?

Инго знал, что громовержец должен был приехать в ближайшие дни, но, когда точно, он сказать не мог.

— Нет. Вчера пришло письмо от Делроя, и он писал, что Харон выехал ночью, и что его нужно встретить у «Каменной девы». — сказала Мавис.

Инго задумался. Разве Харон сам не может доехать до лагеря? Может быть у него та же проблема с картами, что и у Мавис?

Раздумывая над этим, Инго увидел несколько шаманов, которые глядели на него из-за камней. Их было человек десять. Они робко смотрели на него, словно дети, которые не решаются перелезть через забор в сад, чтобы стащить яблоки.

Заметив, что он на них смотрит, они всей группой посеменили к нему.

— А ну валите отсюда! — прикрикнул на них Дельт, когда те вошли в каменный круг. Для верности, он погрозил им сверкающим кулаком.

Но шаманы никак не отреагировали на его угрозу.

— Mab Duw, что ты видеть? — спросил тот же самый старик, с которым Инго общался раньше. — Ты видеть сны?

— Да. — неуверенно проговорил Инго.

— Что в них быть? — с интересом спросил шаман.

Инго заметил, что в руках он держит тлеющий букет из каких-то высушенных трав.

— Эм…ничего. — немного поразмыслив ответил Инго. Он решил не рассказывать про свои сегодняшние сны. Мавис, узнав, что он видел ее детство, устроит истерику, ну а Хаммерхексы… Инго просто не хотел лишний раз напоминать им про эти ужасы. Может они про них уже забыли? Хотя, навряд ли такое можно забыть. К тому же Инго считал эти сны бесполезными.

— Я же сказал, пошли вон, вонючки хреновы! — снова крикнул Дельт, и запустил в корону шамана маленькую молнию, которая лишь подпалила кончики перьев. Но для шаманов этого оказалось достаточно. Они стали разбегаться в разные стороны, побросав свои тлеющие травы.

— Так что ты там говорила про Харона? Нужно будет его встретить? — снова возвратился к разговору Инго.

— Да. Ты пойдешь?

— Придется. — сказал Инго.

— Тогда я с тобой. — проговорила Мавис. — И Габри тоже. Я схожу за ней, а ты подожди нас у западных ворот.

Сказав это, Мавис пошла по тропинке, которая вела в южную часть лагеря. Инго же пошел к западным воротам.

По пути туда он встретил трех армариек, которые тренировали никсов. Они учили их управляться с щитами и короткими мечами, которые были популярным оружием в Арме. Инго много раз видел, как слаженно действуют армарийки, что нельзя было сказать про никсов. Щиты для северян были в новинку, и они больше полагались на длинные копья и посохи. Вот и сейчас они толкались, то и дело роняя на землю щиты в попытках заслонить свое тело от ударов. Армарийки ходили между рядами, и длинными палками били по незадачливым ученикам, которые, по их мнению, плохо защищали свое тело. За всем этим делом наблюдал Хаган, сидя на бочке с водой. Заметив Инго, он поманил его к себе.

— Тебе Мавис уже сказала, что нужно найти Орестеса? — спросил он, как только Инго подошел.

— Она сказала, что он будет ждать в «Каменной деве».

— На самом деле, он должен был сам приехать, карта у него есть. — сказал Хаган.

— Ты думаешь, на него могли напасть?

— Судя по вашему опыту, это нельзя исключать. Но я думаю, он просто напился, и сейчас валяется в таверне. — подтвердил никс догадку Инго. — Но лучше проверить.

Перед тем, как идти к западным воротам, Инго заскочил к себе в дом. Внутри, как и снаружи, за две недели многое изменилось. Весь первый этаж был завален разными товарами и походил на склад. Тут были шкуры, картины, корзины с сушеными фруктами и орехами, бочки с медом и вином (которые Инго, перед тем, как отправиться за Хароном, накрыл пушистыми коврами из Шторма). Были даже несколько живых куриц, которых ему подарили шаманы. Они разгуливали прямо по дому, и Инго то и дело находил их яйца у себя в кровати.

Переодевшись в более свободную одежду и взяв с собой любимые мечи, он пошел к западным воротам. Мавис и Габри уже ждали его, сидя верхом на лошадях и держа за поводья третью.

— Чего ты так долго? — посетовала Мавис. — Мы уж думали идти без тебя.

— Говорил с Хаганом. — ответил Инго. — Он думает, что на Харона могли напасть.

— Ты про тех лысых наемников? — задумалась Мавис.

— Тогда не о чем беспокоиться. — вставила Габри. — Дядя Харон легко с ними справится.

Инго не сомневался, что Харон сможет за себя постоять. Его беспокоил куда более опасный враг, тот, с которым громовержцу никогда не удавалось справиться, как бы он не старался. И имя этому врагу — алкоголь.

Как только они покинули лагерь, Инго заметил, что Мавис находится в приподнятом настроении. Достав кинжал, она начала крутить его в руках. Но это был не тот кинжал, который она обычно носит с собой.

— У тебя новый кинжал? — спросил он, глядя на оружие в руках Мавис. Приглядевшись, он увидел, что это скорее не кинжал, а какая-то маленькая рапира или «дага». Лезвие было конусовидной формы с заостренным концом, а круглая гарда была намного шире чем у обычных кинжалов.

— Его мне сделала Габри. — похвасталась Мавис. — Смотри.

И она, размахнувшись, рассекла кинжалом воздух. Тут же в трех метрах от нее упала срезанная ветка. Во время удара лезвие удлинилось, словно кнут, а затем вернулось в изначальное состояние.

— Я еще не уверена, что правильно все сделала. — сказала Габри не отводя глаз от оружия в руках Мавис.

— А, по-моему, все замечательно. — проговорила Мавис, изучая кинжал.

— Судя по записям, которые я нашла, это укрепленное оружие, и им нужно управлять с помощью воли. А пока что он просто вытягивается и сжимается.

Инго взял кинжал и повертел в руках. На вид обычный клинок. Он взялся за кончик лезвия и потянул его. На лезвии тут же появились сотни маленьких трещин, похожих на паутину, и клинок стал вытягиваться. И тут ему в голову пришла идея. Призвав тени, Инго окутал ими кинжал. Лезвие сразу же стало извиваться, словно змея, а через секунду дернулось и замерло, превратившись в трехметровую рапиру.

— Ничего себе! — удивилась Мавис.

Инго помахал рапирой из стороны в сторону, но темный клинок растерял всю свою гибкость. Нет, с такой громадиной сильно не повоюешь. К тому же Инго не был уверен, что им вообще можно кого-нибудь ранить. Для уверенности, он ткнул концом рапиры в зад Мавис.

— Ай! Больно же, идиот! — воскликнула Мавис, хватаясь левой рукой за свою пятую точку, а правой запуская в Инго флягу с водой.

— Странно. — проговорила Габри, глядя на клинок в руках Инго. — А с моей волей он по-другому себя ведет.

Взяв из рук Инго оружие (тени тут же исчезли, и клинок снова сжался до обычных размеров), Габри пустила по нему молнии. Лезвие снова начало извиваться, а затем и вовсе стало сжиматься в пучок. Через несколько секунд лезвие уже походило на клубок железных ниток.

— Похоже, я ошиблась в расчетах. — грустным голосом проговорила Габри.

— Ничего не ошиблась. — сказала Мавис, забирая клинок. Она снова сделала хлесткий удар, целясь в Инго, но он успел перехватить лезвие рукой.

— Дура чтоли?! — воскликнул Инго.

— Ты первый начал! — прокричала Мавис.

— Я же тебя легонько ткнул, а ты мне чуть голову не снесла!

Он посмотрел на свои руки. На ладонях остался красный след.

— Невелика потеря. У тебя все равно в ней ничего нет.

Еще пять минут продолжалась их перепалка. По лицу Габри, которая ехала рядом и слушала их взаимные оскорбления, было понятно, что она ищет способ их помирить, но в конце концов она не придумала ничего лучше, чем выкрикнуть: «смотрите, заяц!».

— А ты, Инго, я смотрю, стал лучше управлять своей волей. — проговорила Габри, когда конфликт между Мавис и Инго был исчерпан.

— Я только сегодня понял, как правильно ей пользоваться. — сказал Инго, глядя на свою руку. В его раскрытой ладони сформировался шар из теней. Представив первое, что пришло в голову, Инго стал наблюдать, как шар стал меняться, принимая форму кошки. Даже Мавис, которая теперь ехала чуть впереди, не удержалась и повернула голову чтобы посмотреть.

— Здорово! А ты можешь заставить ее двигаться? — спросила Габри, не отводя взгляда от черной кошки, которая выглядела как живая.

Инго подумал, что заставить «ожить» кошку будет легко, но ошибся. Сначала он попытался представить, как ходит кошка, но ничего не вышло. Тогда он сам стал управлять тенями, как это делает кукловод. Но и тут потерпел провал. Когда он попытался подвигать передней лапой, та исчезла, а затем появилась на голове кошки. В итоге, из изящного животного, кошка превратилась в многолапое чудовище, похожее осьминога.

— Ну…по крайней мере она ходит. — с жалостью проговорила Габри, глядя на черный клубок из лап, который перекатывался по ладони Инго.

— Нужно потренироваться. — сказал Инго, развеяв тени.

— Геката сказала, что завтра будет учить нас «подавлению». — проговорила Мавис.

— Тогда я тоже к вам присоединюсь. Я еще не знаю, как это делается.

До этого, Габри лишь пару раз тренировалась с ними. По словам Гекаты, она и так была хорошо обучена «распространению».

— Еще нужно будет сказать Широ. — задумавшись, проговорила Мавис.

— Она еще не пришла с охоты. — сказала Габри.

— Пора бы уже. — расстроенным голосом сказала Мавис. — Три дня прошло.

Широ тоже не тренировалась с ними, так как уже знала, как нужно медитировать, да и Геката была уверена, что ей нечему обучить принцессу.

Прошел час прежде чем они доехали до реки. Когда они стали пересекать ее, то увидели возвращающихся с охоты никсов. Среди них была и Широ. Она несла за спиной охапку оленьих рогов. Узнав, что друзья едут встречать Харона, она решила присоединиться к ним. Передав оленьи рога, она уселась на свою горгону и поехала следом за Мавис.

Инго уже потерял счет тому, сколько у принцессы этих животных. Никсы задаривали ее подарками, только чтобы та сходила с ними на охоту. А ведь одна такая особь стоит как целых три лошади! Инго помнил, сколько он с сестрой выручил за две сворованных лошади, поэтому немного завидовал Широ.

— Как поохотилась? — поинтересовалась Габри.

— Как обычно. — ответила Широ. — В этом лесу нет опасных зверей.

— А как же релиморские кабаны? — вставил Инго. — Они очень опасные.

— Я их еще не встречала. — просто ответила Широ.

— Лесные быки тоже были опасные. — сказала Габри.

— А почему вы так долго охотились? — спросила Мавис. — Вроде бы вы на оленей охотились, а их пол дня ловить.

— Мы прятались от… Как вы их называете? Ведьмы? — проговорила Широ.

— Вы наткнулись на кортеж ведьм?! — удивился Инго.

— Вам повезло, что они вас не заметили. — с беспокойством сказала Габри.

Инго был немного удивлен тому, что Широ решила спрятаться от ведьм. Ведь она обычно рвется в бой. Но он был рад тому, что принцесса все-таки умеет оценивать силы противника, ведь если бы она напала на ведьм, то те, скорее всего, убили бы ее.

— А сколько их было? — поинтересовалась Мавис.

— Двадцать четыре. — сказала Широ. — И еще несколько в каретах. Они ехали на восток.

— В той стороне Белланима. — сказала Мавис. — Скорее всего, они возвращались из Вестерклова с заключенными.

— Я подумала, что лучше не рисковать. С нами было несколько детей. — проговорила Широ. По ее тону Инго понял, что принцесса просто пытается найти себе оправдание.

За разговорами про ведьм прошло еще два часа. Скоро они стали проезжать то место, где две недели назад они наткнулись на наемников.

— Это же то место, где на нас напали, так? — проговорила Габри, осматривая дорогу.

— Ага. — кивнул Инго, слезая с лошади.

— А где кареты? — вертя головой по сторонам, спросила Мавис. — Ты уверен, что это то место?

— Да. Вон там обугленные стволы, в которые попала молния Габри. — сказал Инго, указывая на деревья.

— Может кареты забрали сильванийцы? — предположила Габри.

— Вместе с трупами? — спросил Инго, осматривая землю. На дороге даже не осталось пятен крови. Хотя, скорее всего, их просто смыло дождем.

— Не могли же они сами уйти, так? — проговорила Мавис.

Инго знал, что исчезновению карет есть логическое объяснение, но почему-то не мог отделаться от мысли, что тут что-то не так. Он вспомнил тот день, когда вступил в ряды повстанцев. Тогда на него тоже напали такие же наемники. И тогда Делрой так же не смог найти их трупы, когда на следующий день отправился проверить место нападения.

— Габри, ты вроде говорила, что у вас в тюрьме тоже сидело несколько этих наемников. — обратился он к девушке.

— Да. Но они никуда не исчезали, если ты это хотел узнать. — сразу же ответила она. — Когда мы увидели, что несколько умерло, то отдали их жрицам Силестии, чтобы те похоронили их. Это случилось на следующий день, когда сбежала Широ. Кто-то отрубил им руки.

— Так это же ты, Инго! — воскликнула Мавис. — Помнишь, они на меня напали, когда мы спасали Широ. Ты им тогда отрубил руки.

Инго и без слов Мавис это понял. Он догадался об этом еще тогда, когда Габри упомянула про них в первый раз.

За разговорами, Инго не заметил, как они подъехали к «Каменной деве». Сейчас, при свете солнца, таверна выглядела какой-то заброшенной. У входа никого не было, а у конюшен стояла лишь одна, зашарпанная телега.

Когда они подъехали еще ближе, Инго увидел, что на втором этаже было разбито окно, а под ним, в зарослях магнолии, валялся сломанный стул.

— Харон точно тут? — спросила Мавис, глядя на телегу.

— Наверно. — проговорил Инго.

Он слез с лошади, и, подойдя к двери, распахнул ее. Внутри не было ни души. Столы пустовали, а за барной стойкой сидел лишь один кот, лениво намывая лапой свое ухо.

— Ни-ко-го. — печально описала ситуацию Мавис.

— Я схожу наверх, может быть там кто-нибудь есть. — сказала Габри и направилась к лестнице на второй этаж.

Инго тем временем подошел к стойке и потянул за длинный шнурок, который был привязан к колокольчику. Раздался приятный звон, но никто так к нему и не вышел. Лишь кот перестал намываться и теперь сонно глядел на него.

— Может быть на таверну напали? — предположила Мавис.

— Навряд ли. — сказал Инго, перепрыгивая через стойку и отодвигая занавеску которая вела на кухню. Там тоже никого не было. Казалось, будто кухню совсем недавно покинули. На мраморном столе лежали нарезанные овощи, а на каменной плите томилось рагу.

Обойдя всю таверну, они так никого и не обнаружили. Конечно, больше половины дверей тут было закрыто, но они не услышали за ними никаких звуков, поэтому не стали выламывать их.

— Что будем делать? Возвратимся обратно? — спросила Мавис глядя на Инго.

— Подождем до вечера. — сказал Инго, заваливаясь в одно из кресел, на котором в прошлый раз восседал хозяин таверны. — Если никто не придет, то поедем обратно.

— Что-то пить захотелось. — пожаловалась Мавис.

— А не надо было выкидывать свою флягу. — проговорил Инго, вертя на пальце тонкую веревку из теней.

Мавис показала ему неприличный жест и полезла за стойку, где стала греметь бутылками.

— И чего это все бутылки без этикеток? — раздосадовано проговорила она, вынимая их на стойку бара.

Широ, подойдя, откупорила одну из бутылок и понюхала.

— Алкоголь. — вынесла вердикт принцесса.

— Да ты что? — с задором съязвила Мавис.

— Эй! — раздался высокий голосу у входных дверей. — Что вы там делаете?! Поставьте бутылки на место! Кто вы такие?!

Повернув голову, Инго увидел, что в проеме стоит коротышка, которого он видел на аукционе.

— Спокойно, Ламар. Это же господин Инго с друзьями. — проговорил другой, уже более знакомый голос. В проеме появился усатый двойник Ламара.

— Вот из-за таких как они, все беды и происходят. — злобно проговорил Ламар. — Лезут, куда не попадя, хватают, что не положено.

— Я думаю это просто небольшое недоразумение. — проговорил Амар. — Простим их на этот раз.

— Инго? — послышался еще один мужской голос, — Вы сказали: «Инго»? Инго Форрест?

За братьями выросла высокая фигура мужчины. Его прямые светлые волосы спадали до шеи, а ястребиный нос отбрасывал большую тень на его доброе лицо.

— Юлиус?! — удивленно воскликнула Габри.

— О, Габри, привет! И ты тут? — поздоровался громовержец.

— Что ты тут делаешь? — все еще удивленно проговорила Габри.

— Как что? Еду к вам в лагерь.

Инго знал, что опасаться ему нечего. Все громовержцы теперь были на стороне повстанцев. Месяц назад, лидер громовержцев — Зенон Таранис, тайно встретился с Гантэром, и они заключили союз. Но Анастериан был не в курсе этого.

— А как же Линнет и Дора? — спросила Габри.

— Они вместе с Бертой отправились в Аллраю. — спокойно ответил Юлиус и перевел взгляд на Инго. — Давно не виделись, Инго. — он подошел и протянул ему ладонь.

Инго пожал руку. Он уже несколько раз встречался с Юлиусом, но тогда громовержец не знал, что тот богорожденный. В первый раз Инго прикинулся охотником за головами, ну а во второй раз ему пришлось улепетывать от громовержца, когда он, вместе с Мавис, увел у того из-под носа Широ.

— Зенон рассказывал мне про тебя. — проговорил Юлиус и перевел взгляд на Широ. — О, и принцесса здесь.

Широ кивнула в ответ.

— Ты уж извини. — искренним голосом проговорил Юлиус, почесав затылок. — Я лишь исполнял приказ.

— Я не обижаюсь. — сказала Широ.

— А где дядя Харон? — спросила Габри.

— А, ну это… — Юлиус перевел взгляд на карликов. — Где-то бегает.

— Что? — не понял Инго.

— Чего непонятного? — снова огрызнулся Ламар. — Тебе же сказали: «где-то бегает». Уши прочисти.

— Да, нехорошо получилось. — проговорил Юлиус.

— Что-то случилось? — с беспокойством спросила Габри.

— Господин Харон переоценил свои возможности. — протянул Амар, подходя к Инго и жестом показывая тому освободить его «трон».

— Переоценил — это слабо сказано. — вставил Юлиус.

— Да вы можете наконец объяснить, что произошло?! — не выдержала Мавис.

— Харон случайно выпил настойку «небулы».

Инго заметил нотки веселья в голосе Юлиуса.

— К счастью, настойка была разбавлена ликером. — сказал Амар, раскуривая трубку. — Но целая бутылка… Боюсь, что без антидота тут не обойтись.

— А у вас он есть? — спросил Инго.

— Антидот есть. Харона нет. — со вздохом сказал Юлиус. — Он сбежал еще ночью, когда все спали.

Инго вспомнил разбитое окно и сломанный стул.

— Так вы ходили его искать? — догадалась Габри.

— Да. Но этот хрен быстро бегает. — хмуря брови сказал Ламар. — Я предлагал выпустить собак, но…

— Если ты хочешь, чтобы твоих собак нашли мертвыми, то милости прошу. — уже более серьезным тоном ответил Юлиус.

Сделав паузу и задумавшись, он снова посмотрел на Габри. Заметив ее обеспокоенное лицо, Юлиус сказал:

— Не беспокойся за Харона. Ты же знаешь его. Да в него из пушки выстрели — он только задницу почешет. Волноваться сейчас нужно за тех, кто его ищет.

— Вы, кстати, еще не заплатили за услуги следопытов. — вставил Амар.

— Ага, а еще за выбитое окно и сломанный стул. — прибавил Ламар. — А ведь это…

— Знаем, знаем. — перебил Юлиус. — Историческая ценность и все такое…

— Так выходит Харон… — начал Инго.

— Да. Бегает по лесу. Скорее всего голый. — проговорил Юлиус. — Так что я предлагаю разделиться на две группы и поискать его. Инго, пойдешь со мной?

— Конечно. Только это не опасно? — Инго знал насколько силен Харон. Многие говорили, что он самый сильный громовержец, так как обладал «дополненной» волей и мог управлять ветром.

— Главное, чтобы в каждой группе было по громовержцу. — проговорил Юлиус, переводя взгляд на Габри.

Взяв антидот, они вышли из таверны.

— А ты знаешь в какой стороне его искать? — спросила Мавис у Юлиуса.

— Мы нашли несколько его следов на северо-западе, но он мог повернуть в другую сторону. Предлагаю вам идти на север, а мы с Инго пойдем на запад. И, да, еще кое-что: если встретите медведя, то сначала присмотритесь, есть ли у того трусы. Если есть — то это Харон.

— Думаешь, он мог возвратиться в город? — спросил Инго, когда девушки отъехали от них.

— Надеюсь, что нет. — нервно усмехнулся Юлиус. — Но на всякий случай я отправил письмо Зенону, так что он, если что, позаботится о сохранности города.

— Неужели все так плохо? — спросил Инго, заметив нервозность Юлиуса. — По-моему, Харон не из тех людей, кому можно легко одурманить разум.

— «Небула» действует не так, как алкоголь. Поэтому она и запрещена в империи. — сказал Юлиус. — Я как-то раз подсунул ему «лунную конфету», так он потом пол дня не мог слезть со стула, на котором сидел. Все кричал, что под ним лава. — засмеялся Юлиус.

— Так «лунные конфеты» тоже запрещены в империи. — проговорил Инго.

— Ну, у меня была парочка. Конфисковал у пиратов. — отмахнулся Юлиус.

— А…

— …а давай лучше поговорим о тебе. — перебил его Юлиус. — Ты ведь давно знаешь Габри?

— Восемь лет. — сказал Инго, откупоривая крышку у фляги. От всех этих разговоров у него пересохло в горле.

— Между вами что-то есть? Встречаетесь? — с лукавой улыбкой произнес Юлиус.

Инго чуть не захлебнулся водой, которую пил. Кашляя и краснея, он прохрипел:

— Н-нет. Мы просто друзья.

— Ага. Друзья, значит? — еще шире заулыбался Юлиус.

Вопрос Юлиуса застал Инго врасплох. Ему, конечно, нравилась Габри, но…

— А кто третья девушка? — прервал его мысли Юлиус. — Я так и не успел спросить.

— Мавис де Сильво. — ответил Инго. Он был рад перемене темы. — Она дочь Гантэра.

— Она-то? — Юлиус был явно удивлен. — Я думал она будет выше.

Инго и сам первый раз удивился, когда узнал, кто она такая. Люди считали, что дочь лидера повстанцев должна быть метра два ростом.

За разговорами прошло четверть часа. Юлиуса, казалось, интересовало абсолютно все, кроме самого Харона. Он даже не смотрел по сторонам, а все чаще глядел в белые глаза Инго.

— Это у тебя хопеш? — спросил он, указывая на искривленный меч Инго.

— Я не знаю, что такое «хопеш». Но мне сказали, что этот меч называется шотел. — сказал Инго, вытаскивая клинок.

— Хопеши — это южные мечи. Ими пользуются в старых городах. — поведал ему Юлиус.

— Не-е. Этот меч из Амбоссгота.

И только Юлиус открыл рот, чтобы задать очередной вопрос, как из кустов, которые находились перед ними, вышли пять человек. Почти все они были одеты очень странно: у одного был повязан белый фартук и одет поварской колпак, еще три были молодые служанки в длинных платьях и чепчиках. Единственный, кто не вызывал удивления, был бородатый вышибала в кожаном кителе и высоких сапогах.

— Ну как, нашли его? — спросил Юлиус у громилы.

— Да. Он около Завитушек. — проговорил охранник Амара. — Мы на всякий случай эвакуировали жителей.

— Спасибо. Дальше мы сами справимся. — сказал Юлиус.

Когда прислуга «Каменной девы» ушла, Инго спросил у Юлиуса:

— Завитушки — это деревня?

— Да. — сказал Юлиус, и с надеждой в голосе прибавил: — Надеюсь они не будут просить деньги за то, что эвакуировали жителей. Мы и так ушли в минус. Когда возвратимся, придется оставить ваших лошадей им.

— Ты с самого начала знал, что Харон здесь?

— Ага. Не хотел, чтобы девчонок хватил удар, когда они увидят голого Харона.

Через пять минут они выехали на широкую дорогу. А еще через минуту Инго увидел первые дома.

— И как мы найдем его тут? — спросил Инго, глядя на распахнутые двери. Похоже, жители покидали дома в спешке.

— Как-нибудь. — просто ответил Юлиус, и закричал: Харон! Ты тут?! Хароооон!

— Навряд ли это сработает. — проговорил Инго.

— Харон, у меня есть меридианский бренди! — прокричал Юлиус, помахав бутылкой с антидотом.

И тут, где-то между домами, раздался задорный смех. Всего лишь на секунду, но Инго увидел, как за углом мелькнуло что-то волосатое.

— Давай оставим лошадей тут. — предложил Юлиус. — А то, мало ли что.

Привязав лошадей к краю колодца, они направились на звуки смеха. Он то удалялся, то раздавался где-то в совсем другом месте. Словно ветер разносил его во все стороны. Вскоре они снова вошли в лес. Вокруг были лишь стволы больших сосен. Но вот что-то волосатое снова промелькнуло между деревьев, задорно смеясь.

— Хи-хи-хи-хи.

Добрый путник, постой!

В мой дом ты ступаешь ногой,

Здесь я — хозяин лесной! — раздался хриплый голос Харона из-за дерева.

— Здорово его торкнуло. — проговорил Юлиус, закатывая рукава. — Давай, заходи слева, а я справа.

Инго на всякий случай подобрал лежавшую неподалеку увесистую корягу. Он не хотел ранить Харона, но и подходить к одурманенному громовержцу с голыми руками он тоже не хотел.

— Хи-хи-хи-хи. — между деревьев снова промелькнула волосатая тень.

— Злые мысли я чую в тебе.

Коль хочешь меня победить,

Придется тебе меня изловить.

Хи-хи-хи-хи.

— Харон, твою мать! — раздался справа голос Юлиуса. — Совсем уже крыша поехала?!

— Не знаю, о ком ты речи ведешь.

Я тот, кого лесным королем величают.

Хранитель полян и лугов,

Где духи лесные свои песни поют.

Озерных нимф муж и отец,

И…эмм…на дуде, древесной, игрец.

Пока Харон говорил, Инго успел обогнуть несколько деревьев, и наконец найти второго громовержца.

Конечно, Инго много раз слышал сказки про северных сатиров, которые жили в лесу Сиф. И тот, кого сейчас увидел Инго, действительно чем-то походил на тех мифических созданий: низенький, бородатый, с большим пузом и волосатыми ногами. Вот только все портило нижнее белье. Сатиры точно не носят подштанники в горошек. С выпученными глазами и пеной из рта, Харон тяжело дышал, прислонившись к стволу дерева. В его раздвоенной, похожей на якорь, бороде, застряли несколько сломанных веточек. И еще одну небольшую ветку Харон держал в руках.

Увидев Инго, толстяк поднес веточку ко рту и сделал вид, будто играет на флейте.

— Хи-хи-хи-хи.

Не думай, что удастся меня покорить.

Брось свой посох, зловонный друид!

Инго увидел, как перед Хароном стали подниматься листья, а через секунду они превратились в небольшой, метр в высоту, смерч. Но одурманенный громовержец не успел ничего предпринять. Справа от него сверкнула молния, и Харон повалился на колени, содрогаясь в конвульсиях.

— Хи…хи…хи.

— Инго! Скорее! Вливай ему эту хрень!

Юлиус, подбегая, кинул ему бутылку с антидотом, а сам повалился на Харона, прижав того к земле.

Откупорив зубами пробку, Инго повалился рядом с трепыхающимся громовержцем.

— Не стану я твое зелье хлебать!

Ко мне мои слуги, нимфы-подруги,

Ко мне, моя природная рать!

Пока Харон призывал своих воображаемых собратьев, Инго успел влить ему в рот всю бутылку с антидотом, и уже через секунду услышал протяжный хрип Харона.

— С ним все будет в порядке? — спросил Инго, глядя на закатившиеся глаза громовержца.

— Да все нормально. Очухается. — проговорил Юлиус, устало облокотившись о ствол дерева.

В этот момент раздался стон, и хриплый голос произнес:

— Больше никогда не буду пить. Неделю точно.

Вынужденные союзники

Как и обещал, Харон не притрагивался к вину ровно неделю. Из-за этого он стал каким-то вялым и несобранным. Первые несколько дней он никак не мог запомнить где находится его дом, и даже несколько раз успел провалиться в ямы сиффийских никсов.

Юлиус же не упускал шанса подколоть Харона. Он даже раздобыл где-то флейту, чтобы при виде друга злорадно на ней поиграть. Но в конечном итоге он бросил насмехаться над Хароном, так как у самого появились проблемы. И все из-за Гекаты.

Узнав, что вместе с Хароном в лагерь приехал и Юлиус, никса устроила за ним настоящую охоту. Она всюду выискивала его, а когда находила, то недвусмысленно намекала на то, что не прочь познакомиться с ним поближе. Ее совсем не беспокоило то, что перед ней женатый мужчина, к тому же имеющий еще и дочь. В конечном итоге она попыталась взять его силой, но Юлиусу удалось выбраться из ее железных объятий.

Страдал и сам Инго. Теперь его некому было обучать «подавлению». Гантэр все время был на охоте, Хаган вел дела с пиратами, Геката тоже вела свою «охоту». Харон же, хоть и умел подавлять волю, не мог нормально его обучить из-за своей «вялости». Юлиус тоже. У армариек не было времени, они тренировали никсов. Оставались лишь Тильд и Дельт. Но Инго все же решил подождать пока поутихнет пыл Гекаты. Все-таки под ее руководством ему удалось достигнуть больших успехов в контроле воли. Пока что Инго тренировал «распространение».

Вот и сейчас, лежа у себя дома на груде пуховых подушек, он старался поймать тенью, бьющуюся в стекло муху. За неделю он научился моментально призывать и распускать тени. Он даже подумал, что наконец-то сможет взлететь, но когда создал себе крылья, то так и не смог оторваться от земли.

И вот, когда над мухой нависла черная игла, которую Инго создал из теней, входная дверь резко распахнулась и хлопнула о стену с такой силой, что стекла угрожающе зазвенели, спугнув муху.

— Наконец-то! — ликующе воскликнул Харон. — Неделя прошла.

Инго ошарашено уставился на громовержца, который теперь рылся в его вещах.

— Эм… Харон. Ты опять перепутал дома?

— А? Не-е. — махнул рукой толстяк. — Ты уж прости, Инго-дружище, но я у тебя позаимствую несколько капель…эм…вот этого. Что это, кстати? — Харон вынул из корзины с восточным шелком небольшой бочонок.

— Кедровое масло. — проговорил Инго, поднимаясь со своего места.

— Да? — удивленно проговорил Харон, и открыв крышку бочонка, засунул в него свой любопытный нос. — А где у тебя тут мидденхольские вина? Я видел вчера как ты несколько штук принес.

Инго пожалел, что посоветовал Харону поселиться с ним по соседству.

— Сейчас принесу.

— Вот спасибо, дружище! Не то что этот жидяра Хаган. — начал жаловаться Харон. — Зажал мне бутылку обычной медовухи.

Пока Инго искал бутылки, которые вчера выиграл в бойцовской яме, Харон нервно тарабанил пальцами по своим пухлым коленям. Когда Инго вернулся с несколькими бутылками и двумя кружками, Харон, с помощью воли, заставил пробку вылететь, и та, пролетев мимо уха Инго, угодила прямо в муху, которую Инго так старательно выслеживал последние двадцать минут.

— Ну, «за победу» и все в этом духе… — проговорил Харон, дрожащими руками поднимая свою кружку. Сказав это, он с жадностью присосался к кружке, словно путник, который провел без воды целую вечность. — О-о-ох. — выдохнул он, блаженно закатывая глаза и параллельно наливая себе еще вина. — Слушай, Инго, ты мог бы мне подарить несколько бутылок?

— Забирай. — спокойно ответил Инго.

— Да ты просто ангел! Не понимаю, чего эти хрены-инквизиторы за тобой гоняются? — проговорил толстяк, осушая вторую кружку.

— А ты сможешь обучить меня «подавлению»? — спросил Инго. Он подумал, раз Харон теперь пришел в себя, то он сможет наконец взяться за обучение.

— «Подавление»? — не понял Харон. — Это когда ты волю скрываешь?

— Да. — кивнул Инго, тоже отхлебывая немного вина. — Ты ведь умеешь это делать?

— Конечно умею. — выпятил грудь громовержец.

И он действительно это сделал. Харона будто не стало. И все бы ничего, но вот перед тем, как «исчезнуть», Харон с громким звуком испортил воздух, при этом совершенно не смутившись этого.

— Так? — спросил он, снова возвращаясь в нормальное состояние.

— Примерно. — ответил, морща нос, Инго.

— А чего ты не попросишь Гекату?

— Так она еще за Юлиусом бегает.

— А-а-а. — понимающе протянул Харон, и на его лице появилась зловещая ухмылка. — Нужно будет как-нибудь напоить его и кинуть в дом этой ведьме. Он ведь мне всю жизнь портит. Я тебе рассказывал, как он перехватил в море контрабанду, и поменял ее на «навозную буху»? Я тогда ее конфисковал, думал, что попробую наконец знаменитый аллрайский джин, а в итоге получил мочу с сахаром!

Он снова приложился к бутылке. В этот момент входная дверь распахнулась, и в комнату вошел Хаган.

— Так и знал, что ты тут. — проговорил Хаган, глядя на Харона. — Видел, как ты забежал.

— Ну и что такого? Что, уже к другу нельзя зайти? — спросил Харон, зло глянув на Хагана.

— Да нет, почему же? А что это вы пьете? — Хаган посмотрел на бутылки, но Харон тут же их сцапал и пододвинул к себе.

— А тебе какое дело? Это мои. Мне их Инго подарил. И с тобой, хренов жадина, я делиться не намерен.

— Да больно мне надо. — усмехнулся Хаган, и переведя взгляд на Инго, прибавил: — С тобой хочет поговорить Гантэр. У него есть для тебя кое-какое поручение. И тебя тоже. — он легонько пнул Харона.

— Какое еще поручение? — удивился Инго.

— Он мне не сказал. Но думаю, что-то очень важное.

— А я ему зачем понадобился? — спросил Харон.

— Не знаю. Может хочет послушать какую-нибудь балладу? — и с громким смехом, Хаган вышел за дверь.

— Вот ведь мерзкий тип. — пробурчал Харон, глядя в окно на удаляющуюся фигуру никса.

Пока Инго собирался, Харон успел сбегать к себе домой и отнести свои «подарки».

— И все же, для чего я понадобился Гантэру? — задумавшись, произнес громовержец, когда они отправились в южную часть лагеря.

— Может хочет взять тебя на охоту? — предположил Инго. — Ты ведь еще не ходил с ним?

— Нет. Не люблю я эту беготню по лесу. — придирчиво проговорил Харон.

— Но только так ты можешь получить уважение у никсов. — сказал Инго.

— В задницу их уважение. — прохрипел Харон.

— Вино, кстати, мне никсы достали. — как бы между прочим сказал Инго. — Так что не стоит пренебрегать ими.

— Я тебя умоляю. — закатил глаза Харон. — Это вино привезли сюда пираты, и обменяли его на что-то другое. У никсов только кости, шкуры и всякая подобная хрень.

Скоро они подошли к причудливому строению. Инго уже не раз бывал тут, поэтому успел изучить где, и какая комната находится.

— Здорово, Инго. — поприветствовал его Халд. — Гантэр у себя в комнате, понял? А это кто с тобой?

— Харон Орестес. — представил Инго громовержца. Похоже, что Харон еще не встречался с Гантэром, раз его охранник не узнал громовержца.

— Ты что ли Харон? — Халд оценивающе посмотрел на толстяка.

— Ну я, и что? Хочешь проверить? — Харон поднял руку, и тут же со всех сторон подул резкий ветер.

— Да не. Зачем? Я верю Инго. — проговорил Халд и отошел в сторону. — Просто другой «громотворец» описывал тебя иначе.

— Даже не хочу знать, что тебе про меня наплел этот ублюдок Юлиус. — злобно проговорил Харон, протискиваясь в проем.

Преодолев несколько комнат, они очутились перед широкой, железной дверью, которая вела в комнату Гантэра. Это была единственная комната во всем здании, в которой Инго еще не бывал. Постучав в дверь, Инго не стал дожидаться ответа, и просто открыл ее. Внутри, как и предполагал Инго, было довольно уютно. Богатая мебель очень хорошо сочеталась с гобеленами и картинами, которыми были увешаны все стены. Среди них Инго заметил и плакаты о розыске. С них на него смотрели озлобленные лица Гантэра, Делроя и еще нескольких повстанцев. Были там и изображения Инго с Габри. Справа от двери находилась стойка с оружием на которой покоился двухметровый меч и несколько алебард. В противоположной стороне комнаты находился камин и несколько кресел, в которых сидели Габри и Широ. Сам же хозяин стоял у единственного окна.

— А, наконец-то вы пришли. — проговорил Гантэр, поворачиваясь и глядя на Инго.

— Хаган сказал, что у тебя есть какое-то важное задание для меня. — сказал Инго.

— Лучше сказать «просьба». И не совсем моя. Нужно помочь нашим «друзьям» провести парочку сделок. — улыбаясь сказал Гантэр. — Я слышал, ты неплохо торгуешься.

— Ну да, у этого парня не дом, а сокровищница. — вставил Харон, хлопая Инго по спине.

— В общем нам нужно пополнить наш капитал, и наши «союзники» вызвались помочь. Они предоставляют товар, а ты его продаешь.

— Ты хочешь, чтобы я отправился на рынок торговать шкурами? — озадачено уточнил Инго.

— Да он про пиратов говорит. — сказал Харон, располагаясь на широком диване.

— Именно. Будешь ездить в «Каменную деву» и участвовать в аукционах. — спокойно сказал Гантэр.

— А мы тебе зачем? — спросил Харон, указывая на Широ с Габри.

— Как зачем? Составите компанию Инго. К тому же, товар нужно будет охранять, а одного Инго будет мало.

— Я в принципе не против. — проговорил Инго. — Только я никогда не участвовал в аукционах, и не знаю, как себя вести.

— Тебе все покажут и расскажут. — сказал Гантэр. — А пока что вам нужно отправиться вниз по Сильде. Там стоит корабль картеля.

— Мавис не пойдет с нами? — спросила Габри.

— У нее другое поручение. — тут же ответил Гантэр. — Она отправилась в город на несколько дней.

— А как же тренировки? — немного расстроенно спросил Инго.

— Геката сказала, что ты уже отлично владеешь «распространением». А «подавление» гораздо легче в освоении. Так что не волнуйся, время еще будет.

— А нам какая-то выгода от этого будет? — спросил Харон.

— Выгода будет точно. Только не сразу. Сначала свергнем Анастериана. А для этого нам не помешают лишние деньги…

— Ладно, ладно. Я понял. Проехали. — пробурчал Харон.

— Отправляйтесь прямо сейчас. У западных ворот вас уже ждет провожатый. — сказал Гантэр.

Покинув штаб, они направились к западным воротам.

— Здорово, правда? Я еще никогда не участвовала в аукционах. — улыбаясь, сказала Габри. — Жаль только, что Мавис с нами не будет.

— Ничего «здорового» тут нет. — хмуря брови проговорил Харон. — Ты даже не представляешь какой сброд там собирается. Верхушка черного рынка — это одни извращенцы и маньяки. Ашиль, по сравнению с ними, просто ангел.

— У меня на родине тоже есть аукционные дома. — вставила Широ. — Они работают круглосуточно, а торги иногда длятся несколько месяцев.

— И на сколько у вас поднимаются цены за месяц? — поинтересовался Инго.

— У нас сложная система штрафов. Цены то поднимаются, то опускаются. Но если переводить на ваши деньги, то примерно несколько десятков миллионов. — спокойно ответила Широ.

— ЧТО?! — у Инго чуть челюсть не отвисла. А вот Габри с Хароном такая цифра нисколько не удивила.

— У нас в Меридиане и Мидденхоле тоже торговцы неплохо поднимаются. — сказал толстяк.

Через двадцать минут они дошли до западных ворот. Там, помимо четырех лошадей, стояла богатая карета. Около нее, на бархатной табуретке, сидел, вдавливая резные ножки в землю, Жак ди Ален.

— О-хо-хо. Какие люди! — воскликнул Харон, заметив Жака.

— Харон! — Жак поднялся со своей табуретки, и подойдя к Харону, по-дружески обнял его.

И снова Инго удивился тому, как Жак легко передвигается. По сравнению с ним, даже упитанный Харон выглядел стройнее.

— А ты похудел. — проговорил Жак, отходя от громовержца и рассматривая его.

— Ну так работы по горло. Я же громовержец как-никак. — Харон похлопал себя по пузу.

— Сколько мы не виделись? Лет двадцать?

— Двадцать пять. — поправил Харон.

— Да… — мечтательно протянул Жак и о чем-то задумался. — Я слышал у тебя уже и дочка есть?

— Ага. Велия. Сейчас она живет со своим мужем в Мидденхоле. — Харон почесал бороду. — Ну а ты как? Все еще на побегушках у картеля?

— Как видишь. — развел руками Жак. — Я теперь «второй» в восточном звене.

— А кто там сейчас у верхушки? Все те же?

— Почти. Сменилось только северное звено. Теперь «первый» там господин Ивэс. А в восточном так и остался господин Таро. Мы, кстати, сегодня с ним встретимся.

В мгновение ока лицо Харона изменилось. Добродушную улыбку сменила гримаса озабоченности. Его глаза забегали из стороны в сторону, словно он что-то быстро соображал.

— Ты серьезно? Таро тут? — переспросил он, словно надеясь, что слова Жака были лишь неудачной шуткой.

— Я серьезно, Харон. — по лицу Жака было видно, что тот не шутит. — Поэтому я тут. Нужно объяснить ребятам как себя вести.

— А может оставим их тут? — Харон перевел взгляд на Габри, которая ответила ему непонимающей улыбкой. — Я и один смогу договориться с ним.

— Нет. Господин Таро пожелал познакомиться со всеми лично. — тут же ответил Жак.

— Вот ведь черт. — обеспокоенно проговорил Харон.

— А что тут такого? — спросила Габри.

— Ну… — многозначительно протянул Харон. — Понимаешь, верхушка картеля…она…м-м-м…малость высокомерна.

— И жестока. — вставил Жак. — Поэтому вам нужно будет вести себя так, как я вам скажу.

Инго тоже не понимал, чего так испугался Харон. Да и Широ тоже выглядела озадаченной. Инго, хоть и прожил пол жизни с пиратами, совершенно не знал их иерархию. Для него они всегда были обычным сбродом.

— Давайте уже отправляться. — проговорил Жак, достав из кармана золотые часы. — Я объясню все по дороге.

Они стали усаживаться на лошадей. Жак же, как и предполагалось, уселся внутрь кареты, и теперь высовывал свои десять подбородков из узорчатого окошка.

— Для начала, — стал рассказывать Жак, — как только вы встретитесь с господином Таро, вы должны поклониться ему. И чем ниже, тем лучше. Ни в коем случае не перебивайте его и говорите тогда, когда вам позволят. Это очень важно.

— А что будет, если мы не сделаем этого? — спросила Габри.

— Вас убьют.

Теперь Инго понял, почему Гантэр отправил Мавис в город.

— Если он пригласит вас за стол, то не прикасайтесь к еде первыми. Не жестикулируйте сильно и не применяйте волю. Не прикасайтесь к его жене и наложницам. А лучше вообще на них не смотрите. Обращайтесь к нему либо «первый», либо «господин Таро».

— Мы что, к императору на прием едем?! — не выдержал Инго.

— Считайте, что так и есть. — сказал Жак.

Инго не был уверен, что сможет выполнить все эти пункты. Но что им могут сделать пираты? Это же просто отбросы… И все же его заботила нервозность Харона. Редко можно было увидеть обеспокоенность на его лице.

Вскоре они подъехали к реке Сильда. Это была одна из пяти рек, которые соединяли Северное и Суммийское море. По ней не могли проплыть большие суда, поэтому корабли пиратов ждали их в устье реки. Проплыть по ней могли лишь маленькие лодки, которые уже ждали их у берега вместе с несколькими гребцами. Оставив карету с лошадьми, они пересели на покачивающиеся лодки и поплыли вниз по реке. Не прошло и получаса, как песчаные берега сменились скалистыми выступами, а река стала увеличиваться в размерах. И скоро они достигли устья, где стояла на якорях целая флотилия. Инго смог насчитать сто тридцать пять кораблей. Все они были разных цветов и размеров. Но больше всего выделялся тот, что стоял в первых рядах. Таких кораблей Инго еще не видел.

Он был огромных размеров и больше напоминал какой-то плавучий замок. Все борта и перила корабля были украшены узорной резьбой. Мачт у корабля было десять штук. Они закручивались спиралями и были сделаны, как понял Инго, из огромных костей. На носу корабля переливалась в лучах солнца статуя золотого карпа.

— Сначала мы переоденем вас. — проговорил Жак, когда они подплыли к кораблю-замку. В этот же миг к ним спустился трап, с перилами и бархатным ковром.

Поднявшись на корабль, Инго увидел людей, которые совсем не походили на пиратов. Они были одеты в богатые наряды, которые обычно носила придворная знать. Даже лица были другие. Чистые и опрятные, они стояли и молча кланялись, когда Инго вместе с остальными проходили мимо.

— Помогите леди Габриель и Широяме-сама подготовиться к встрече с господином Таро. — приказал Жак одному из пиратов. — А ты, Харон, и вы, господин Инго, пойдемте за мной. Подберем вам что-нибудь из моего гардероба.

Инго не стал спрашивать, что именно хочет ему «подобрать» Жак. По его мнению, одежда Жака сгодиться разве что в качестве паруса на этом корабле.

Поднявшись за Жаком в его каюту, Инго показалось, что он попал в какую-то девчачью комнату. Вся она была оформлена в розово-красном стиле. Она чем-то напоминала детскую комнату Габри. На шелковых занавесках тоже висели разные рюшки и кисточки, а на полу лежал волнистый ковер, похожий на огромный носовой платок знатной дамы.

— Найди во что их можно переодеть. — приказал Жак девушке, которая сидела на двуспальной кровати.

Девушка тут же стала рыться в больших сундуках, которые стояли в каждом углу.

— Нет-нет, только не это. — замахал руками Жак, когда увидел, как девушка вытаскивает из сундука ярко-желтый наряд. — Вот в том сундуке посмотри…

— Ты точно уверен, что им обязательно идти? Может хоть Габри оставим? — проговорил Харон. За все время поездки он не проронил ни слова.

— Боюсь, что нет. Господин Таро очень хотел познакомиться с леди Габриель. — все еще не отводя взгляда от наложницы, проговорил Жак.

— Черт бы его побрал. — пробурчал себе под нос громовержец. — Слушай, если что-то пойдет не так, то я не буду сдерживаться. И ты, Инго, тоже будь начеку.

— Я уверен, что все пройдет гладко. — сказал Жак, вынимая платок и вытирая пот с намокшего лба.

Через десять минут Инго с Хароном уже были одеты в роскошные наряды. К удивлению Инго, у толстяка нашелся наряд и для него. Хотя Инго так и не понял, зачем он ему нужен. А еще через десять минут к ним присоединились и Габри с Широ. На обеих были одеты богатые, но при этом не слишком пышные наряды. Черное платье Широ очень подходило к ее ярким татуировкам. У Габри же было голубое платье с юбкой, похожей на сложенный павлиний хвост.

— Ну что, все готовы? — спросил Жак, когда к ним присоединились девушки.

— Готовы, готовы. Давай побыстрее, а то у меня от твоего костюма задница чешется. — пробурчал Харон.

Жак повел их к носу корабля. На нем был помост, к которому вела широкая лестница. Помост был настолько высокий, что снизу было не видно, что на нем находится. Когда же они поднялись, Инго увидел на носу корабля огромный бархатный диван. На нем спокойно бы могла уместиться целая карета вместе с лошадьми. Но сидело на нем лишь двое: мужчина и женщина. До дивана была еще сотня метров, и все это расстояние было усеяно пиратами. Некоторые стояли у перил, облокотившись на них, и с угрожающим видом глядели на вошедших. Другие же выстроились в «коридор», покорно склонив головы в приветственном поклоне. За долгое время, Инго наконец увидел «нормальных» пиратов. Все они был по пояс голые, и у всех на телах были татуировки. И чем ближе они приближались к дивану, тем краше были тела пиратов.

Инго уже привык к татуировкам Широ, но сейчас, разглядывая рисунки на телах пиратов, понял, что татуировки принцессы сильно отличаются от пиратских. У Широ они были яркие, и напоминали мозаику в витражном окне. А у пиратов они были какие-то тусклые и однотонные. Но порой все-таки встречались цветные рисунки. Инго увидел изображения драконов и других сказочных тварей. За то недолгое время, что его сестра гостила у них в подземельях, Инго смог много чего узнать о пиратских татуировках. Например, изображение былинного силача Мив-Шер, который борется с Царь-птицей, значило, что обладатель татуировки может использовать волю, а изображение цветов, что перед тобой контрабандист. Кроме татуировок, у всех пиратов были забавные шапки. Они были похожи на ночные колпаки, которые люди одевают перед сном.

Проходя мимо одного из пиратов, который стоял, склонив голову, Инго узнал в нем Арна. Но сейчас он выглядел каким-то потрепанным. Возможно это из-за того, что у него отсутствовала борода. А еще Инго увидел, что на левой руке у него исчез один палец. Хотя Инго был уверен, что при их последней встрече палец был на месте.

Когда до дивана оставалось десять метров, путь им преградил высокий пират. У него на теле было всего лишь три татуировки — Мив-Шер, колокола, и руки, сложенные в молитве.

Одарив гостей суровым взглядом, пират поклонился Жаку и отошел в сторону. Теперь Инго смог лучше рассмотреть тех, кто сидел на диване.

То, что Инго издалека ошибочно принял за высокую спинку дивана, оказались пираты. На теле каждого была огромная татуировка алой розы с обвитой вокруг стебля цепью — символ королевы Зулу. Он означал безграничную преданность и самопожертвование. Пираты стояли позади дивана и хмуро смотрели на пришедших. На диване же сидели мужчина и женщина. Мужчина единственный из всех (если не считать Жака и гостей) был одет. На нем был длинный восточный халат, который принято носить без пояса. Также, как и его халат, лицо Таро было с восточными чертами: узкие глаза, тонкие усы и длинные волосы, которые были заплетены в «конский хвост». Ничего необычного в лидере пиратов Инго не увидел. Куда более интересной была женщина рядом.

Как и пираты, она сидела с голым торсом, прикрыв куском ткани лишь свою грудь. На ее теле было больше всего татуировок. Тут были и Мив-Шер, и драконы, и феи, и даже символы Шести Владык вместе с розой Зулу. Встав со своего места, она подошла к гостям, а затем медленно обошла вокруг. Ее взгляд был прикован к Широ.

— Поклонитесь. — услышал Инго шепот Жака.

Краем глаза Инго увидел, как Харон коротко кивнул в сторону дивана, а справа Габри отвесила легкий реверанс. Неподвижны остались лишь двое. Инго понимал, что Широ не пристало кланяться каким-то отбросам. И он полностью разделял ее мнение.

— Вы что, не слышали его? — злобно проговорила женщина, кивком указывая на Жака. — Поклонитесь.

Но Инго с Широ так и не шелохнулись. Переведя взгляд на своего мужа, она секунду всматривалась в него, а затем, не поворачиваясь, резко выдернула меч, который висел у нее на поясе, и попыталась вонзить его Широ прямо в шею. Но принцесса успела уклониться. Еще мгновение и рука женщины повисла в неестественной позе, сломанная ответным ударом Широ.

— А-А-А-А-АХ-ХА-ХА-ХА! — женщина повалилась на колени, и схватившись за сломанную руку, стала заливаться безумным смехом.

Инго тут же почувствовал, как справа от него Габри покрылась искрящимися молниями.

— Все нормально. — проговорил Таро, поднимая правую руку и останавливая уже вынувших свои сабли пиратов. — Вы. — он указал на своих гостей. — Вы мне нравитесь. Наглые и сильные. Такие мне и нужны.

Инго, наверное, никогда в жизни не поймет, что же творится в голове у пиратов. Он ведь уже не первый раз сталкивается с таким неестественным поведением.

— Это господин Таро. — представил главаря Жак, чуть ли не на четвереньках подползая к дивану. — Первый, среди восточного звена. А это, — он указал на Инго, — господа из повстанческой армии. Это господин Ин…

— Я прекрасно знаю их имена, Жак. — сказал Таро. — Лучше ответь, ты им уже объяснил всю суть дела?

— Только основные аспекты. — робко ответил Жак.

Таро лениво щелкнул пальцами, и около него тут же появился пират с куском пергамента.

— Нам нужно кое-что продать. И кое-что купить. — проговорил он, жестом показывая пирату со свитком, передать его гостям. — Тут весь список. Продавать будете на аукционах в «Каменной деве». Вся прибыль, которая останется, ваша. Нам нужны лишь вещи, которые указаны в списке.

Пока он говорил, его жена успела вернуться к дивану и вправить обратно сломанную руку.

— А почему вы просите об этом нас? — спросил Харон. — Что, самим уже лень свои задницы оторвать?

— Харон Орестес. Ты и сам прекрасно знаешь почему мы не можем этого сделать. — медленно проговорил Таро.

Инго показалось, что Харон хотел еще что-то сказать, но так и не решился. С хмурым видом он взял сверток из рук пирата.

— С каких это пор вы так увлеклись алхимией? — бегая по списку глазами, спросил громовержец.

— Тебе это знать не положено. Просто делай, что велят.

— Это все? — спросил Харон, сворачивая пергамент. — Мы можем идти?

— Я надеялся, что вы со мной выпьете. — проговорил Таро, снова щелкая пальцами. Из-за стены телохранителей тут же вынесли целый стол, с разложенными на нем фруктами и деликатесами.

Инго увидел, как нервно закивал головой Жак. Харон тоже это заметил.

— Если только немного. — проговорил громовержец, усаживаясь на мягкие табуретки.

Как и говорил Жак, главе пиратов хотелось узнать своих гостей получше. Таро задавал самые разные вопросы, но при этом делал это так, что ответ на них был либо «да», либо «нет».

— Твоя сестра ведь состоит в банде Хака? — спросил Таро, глядя на Инго.

— Да. — ответил Инго.

— В свое время они принесли нам много хлопот. — будничным тоном продолжил Таро. — Твоя сестра убила мою первую жену.

— Мне нет дела до ваших разборок. — сказал Инго, увидев, как побледнело лицо Жака, который стоял за спиной Таро. На самом же деле Инго хотел сказать, что это в духе его сестры — давить всяких тараканов.

— Я просто ставлю тебя перед фактом. — проговорил Таро, отпивая из золотого бокала.

— Конфликт «Серой Чешуи» и Северного картеля давно исчерпан. — вставил Харон.

— Именно поэтому, он, — Таро указал на Инго, — еще жив. Если бы мы знали, что в Вестерклове живет брат той богорожденной… — он остановился, так и не закончив свою мысль.

Еще немного поговорив с Инго, Таро переключился на Широ:

— Широяма Орочи. — проговорил он. — Принцесса Вайра-Кен. Или королева?

— Неважно. — коротко ответила Широ.

— Для меня очень важно. За вас ведь назначена награда, так? Живой или мертвой. — Таро ухмыльнулся. — Жаль, что вы не состоите в нашей «семье». Ведь так я бы мог гарантировать вашу безопасность. Не хотите присоединиться к нам?

— Я лучше умру. — тут же ответила Широ.

Таро снова ухмыльнулся. Откинувшись на диван, он махнул рукой.

— Господин Таро рад, что вы приняли его приглашение и желает вам всего наилучшего. — проговорил Жак.

— Да, нам тоже было весело. — ответил Харон.

Инго понял, что «прием» окончен и им следует уйти. Когда они спустились вниз, к ним подскочил один из лакеев и произнес:

— Ваша карета готова. Вас доставят к ней на лодках. Все сегодняшние лоты уже доставлены в «Каменную деву». Торги будут проходить каждые три дня, так что вы можете остановиться в таверне, но, если вы пожелаете, вас могут доставить обратно в лагерь. — и не дожидаясь ответа, прибавил: — На этом позвольте покинуть вас.

Забрав свое оружие, которое они оставили перед тем, как подняться к Таро, они уселись в лодки и отправились обратно.

— Вот ведь ублюдок. — не выдержал Харон, когда они отъехали подальше от корабля. На этот раз им не выдали гребцов, и Харон, с помощью своей воли, подгонял лодки порывами ветра.

— А почему пираты не могут сами участвовать в аукционе? — спросила Габри.

— Пиратский кодекс. — ответил Харон. — В империи есть места, в которых пиратам запрещено появляться. «Каменная дева» одно из них.

— Это почему? — удивился Инго.

— А я почем знаю? Запрещено и все. Никто не спрашивает. — и будто прочитав мысли Инго, прибавил: — А тех, кто нарушает кодекс — убивают. И давайте уже закроем эту тему. Лучше подумаем, как нам заполучить хоть что-то из этого списка.

Инго взял сверток из рук Харона и развернул его. В нем было всего десять пунктов:

Грохочущие змеи. Перламутровые бобы. Семена Камилы. Дневник Эбоси Бальдандерса. Туманник. Музыкальная шкатулка Грации Экхарт. Прах ведьмы. Крикуньи. Самсонские жеребцы. Королевские рабы.

— А что, могут быть какие-то проблемы? — спросил Инго. Ему все эти пункты ничего не говорили.

— С ингредиентами проблем не должно быть, но вот прах ведьмы, рабы и дневник Эбоси… За ними будет настоящая охота. — сказал Харон.

— Они очень ценные? — спросила Габри.

— Не то слово. Прах ведьмы вообще невозможно достать, если, конечно, каким-то образом не убить ведьму и не сжечь ее. А это очень сложно сделать, ну вы и сами понимаете. Королевские рабы тоже редкость. Обычно это какие-нибудь принцессы или знать, которых взяли в плен. Ну или кто-нибудь, кто на них очень похож.

— А дневник? Кто такой этот Эбоси?

— Я слышал, что это один из учеников Рейме. — сказал Харон.

— Зачем пиратам его дневник? — спросил Инго.

— Вот и мне бы хотелось знать. — хмуря брови, проговорил Харон.

За разговорами Инго не заметил, как они добрались до моста. Там их уже поджидала карета, на которой до этого ехал Жак. Забравшись внутрь, они поехали дальше.

— Вы ведь знаете жесты, которые используют на аукционе? — спросил Харон, больше обращаясь к Габри и Широ. Но обе лишь помотали головой.

— Ладно. Тогда я сам буду торговать, а вы наблюдайте. — проговорил громовержец.

— А сколько длится аукцион? — спросил Инго. Он вспомнил слова Широ про то, что у нее на родине торги длятся месяцами.

— Полчаса на лот. Обычно за вечер продают восемь-десять лотов. — ответил Харон.

— Откуда ты столько знаешь? — с улыбкой спросил Инго.

— Так я…это… Иногда бывал тут. Проездом. — замялся Харон.

Инго был уверен, что громовержец чего-то недоговаривает, но не стал мучать его расспросами. Тут ему вспомнились цены, которые он услышал, когда приехал в «Каменную деву» в первый раз.

— А где мы возьмем деньги на все это? Нам, вроде, ничего не дали с собой.

— Продадим тот товар, который выставили пираты.

— Но ведь там сотни тысяч золотых. — вставила Габри.

— Сами монеты, конечно, никто туда не берет. Это глупо. — покачал головой Харон. — Тут уже действует обычная система расписок.

— А это не слишком опрометчиво. Я ведь могу взять товар и не заплатить. — сказал Инго.

— Лучше так не делать. — серьезным тоном ответил Харон. — Эти хреновы карлики очень опасны. У них своя система выбивания долгов. Очень жестокая.

Прошло еще несколько часов. За это время Харон успел обучить их основным знакам.

— Инго. Ты ведь еще хотел, чтобы я научил тебя как скрывать волю? — спросил толстяк, когда до таверны оставалось не больше двух километров.

— Да. Но не прямо же сейчас? — удивился Инго.

— А почему нет? Давай, покрой свое тело волей.

Инго не понимал зачем ему это делать, но все-таки призвал тени и через секунду его белый костюм превратился в черную мантию из теней.

— А теперь «сожми» ее вот в этой точке. — Харон ткнул Инго прямо в середину груди.

— Это как «сжать»? — не понял Инго.

— Втяни ее. Представь, что у тебя в груди дыра.

Инго был уверен, что из этого ничего не получится. Но как только он сконцентрировал волю в середине груди, то тут же увидел, как тени стали исчезать. Инго почувствовал странную легкость, будто с него только что сняли тяжелые кандалы. При этом у Габри, которая сидела напротив, расширились от удивления глаза.

— Ого! У тебя получилось!

— Что получилось? — растерялся Инго.

— «Подавление». Я тебя не ощущаю. — проговорила Габри.

— Что, правда получилось? — удивился Инго. Сам он ощущал лишь легкость.

— Да. — сказала Широ, а затем, повернувшись к Харону, прибавила: — Нужно сконцентрировать «Ки» в груди?

— Я не знаю, что такое «Ки». — почесал голову Харон. — Но если ты про волю, то да. Сконцентрируй в груди, и втяни ее в себя.

Габри с Широ тут же начали пробовать «подавить» свою волю. С первой попытки у них ничего не вышло, мешали молнии Габри. Но как только они стали пробовать делать это по очереди, то тут же смогли «подавить» свою волю. Инго так и не понял, как это удалось сделать Широ, ведь химеры не могли пользоваться волей.

— Почему ты раньше не учил меня этому? — спросила Габри у громовержца.

— А зачем? Нам не нужно скрываться. Наоборот, враг должен знать с кем он имеет дело.

Но договорить они так и не успели, так как карета уже подъехала к таверне. У входа их встретили охранники. Инго заметил, что теперь это были какие-то другие воины. Они были одеты в тоги, а в руках держали длинные копья.

На этот раз охранники не стали ничего спрашивать, а просто пропустили их внутрь. Как и в первый раз, таверна была полна народу. За четыре недели жизни с никсами Инго успел отвыкнуть от привычки прятать глаза, и теперь стал жалеть, что забыл прихватить маску. Ему казалось, что все взгляды сейчас направлены в его сторону. Хотя на самом деле на него смотрели всего несколько человек. Большинство людей просто не замечало вошедших. Их взгляды были прикованы к сцене, на которой сражались два бойца. Они дрались без оружия, но делали это с таким изяществом, что с трудом можно было оторвать взгляд.

— Пойду узнаю, когда начнутся торги. — сказал Харон и направился к столу, за которым сидел Амар.

Пока Харон беседовал с хозяином таверны, Инго с девушками сели за ближайший столик.

— Это какой-то боевой стиль? — вслух подумал Инго, глядя на сражение. Один из бойцов только что сделал сальто назад, при этом ударив ногой прямо в подбородок своего противника.

— Похоже на Da Ji. — сказала Широ. — Только грубоват.

— Выходит, они были в твоей стране? — спросила Габри. — А иначе где они могли его изучить?

— Не обязательно. — ответила Широ. — Они могут быть учениками того, кто был у нас.

— Вы обучаете всех? — удивился Инго.

— Только тех, кто доказал силу. И только двенадцати стилям из «99 техник сторукой Каннон». Тем более у вас в империи тоже есть опасные бойцы. Султаны — так, кажется, вы их называете.

— Да, султаны опасные противники. — протянул Инго. Он много раз слышал про элитных воинов юга. А год назад даже встретил одного из них. Тогда султан смог справиться сразу с ведьмой и инквизитором. После увиденного, Инго стал уделять больше времени на тренировки рукопашного боя, но при этом все равно больше полагался на искусство фехтования.

Через десять минут к ним вернулся Харон.

— Аукцион начнется через час. — проговорил он, усаживаясь и ставя на стол небольшую бутылку с красной жидкостью. Откупорив пробку, он сначала понюхал ее, а потом уже стал разливать по бокалам, которые тоже принес с собой. — Сегодня будут выставлять на торги семена Камилы и шкатулку.

— Но у нас же нет денег! — засуетилась Габри.

— Не страшно. — твердо сказал Харон. — Заплатим чуть позже. Тем более наш лот тоже сегодня выставят на торги. Чайный сервиз из лазурной кости. В торгах на собственный товар нам запрещается участвовать.

— Что? — разочарованным голосом проговорил Инго. Он уже давно задумал поучаствовать в торгах на собственный товар, чтобы повысить цену. — Но почему?

— А разве непонятно? Если бы владельцы могли участвовать в торгах, то всех денег империи не хватило бы.

— Господин Харон прав. — раздался легкий голос где-то за спиной Инго.

Обернувшись, Инго увидел женщину, которая скрывала свое лицо под паранджой.

— А вы еще кто? — спросил Харон.

— Мня зовут Шани. Я представляю интересы моего хозяина, мастера Шамси. — проговорила женщина. — Я бы хотела поговорить со всеми вами наедине. Вы можете подняться в мою комнату?

Инго посмотрел на Харона. Как он на это отреагирует? Но громовержец будто не слышал Шани, продолжая осушать бокал.

— Хорошо. — после долгой паузы, которая ушла на то, чтобы допить вино, ответил Харон. — Только быстро.

— Следуйте за мной. — ласково проговорила Шани.

Она повела их на второй этаж, в комнату, где до этого ночевала Мавис. Инго увидел, что перед дверью тоже стоят такие же охранники, как и у входа в таверну. Оказавшись в комнате, он заметил еще одного охранника. По темной коже и кольцам в носу становилось ясно, что этот воин был с островов Эхо. Инго также отметил три меча, которые тот носил за спиной.

— Присаживайтесь. — проговорила Шани, указывая на кровать.

— Давайте без долгих церемоний. Нам еще на аукцион нужно успеть. — прохрипел Харон.

— Именно по поводу аукциона я и хотела поговорить. Вы ведь люди господина Таро?

— Мы не его люди. Мы просто вынужденные партнеры. — сказал Харон.

— Я знаю, что господин Таро давно хочет заполучить королевских рабов. Как и мой хозяин. И я знаю, что вам было велено выкупить их.

— Вы хотите предложить нам сделку? — догадался Инго.

— Да. — ласково ответила Шани. — Мой хозяин готов предложить вам десять грозовых горгон, если вы поможете мне выиграть торги.

— Грозовые горгоны?! — одновременно воскликнули Габри и Харон.

— Они ценные? — спросил Инго, увидев реакцию громовержцев.

— Очень. — кивнула Габри. — Это горгоны, которые обладают природной волей. Даже у нас их нет.

— Вы точно их отдадите, если мы вам поможем? — серьезным тоном спросил Харон.

— Мой хозяин никогда не обманывает. — ответила Шани. — Горгоны будут ваши, если мы получим рабов.

— Мы согласны. — уже улыбаясь ответил Харон.

— Тогда договорились. — даже не видя ее лица, Инго понял, что Шани улыбается. — Желаю удачи в сегодняшних торгах. — проговорила женщина, отвешивая им поклон.

— Поверить не могу. Грозовые горгоны! — с придыханием проговорила Габри, когда они покинули комнату.

— Они тоже могут призывать молнии? — спросил Инго, глядя на веселые лица громовержцев.

— Они могут делать все, что можем мы. — сказал Харон. — Но самое главное это то, что они умеют летать.

— Ну так и вы можете.

— Мы можем только во время грозы. А грозовые горгоны и в обычную погоду. И они намного быстрее. — ответила Габри.

— Да, такие горгоны смогут нам пригодиться. — протянул Харон. — Очень выгодная сделка.

Они вернулись на первый этаж. За то время, что они отсутствовали, бой уже закончился, и теперь гостей развлекал ансамбль.

— Выходит, мы не сможем выполнить поручение Таро. — сказал Инго, садясь за стол и пододвигая к себе бокал с вином.

— Никто от нас и не требовал покупать все вещи. — Харон тоже схватился за кубок. — Половины будет достаточно. Хотя я уверен, что этот ублюдок будет недоволен тем, что мы не купили рабов.

Через полчаса к ним подошла одна из служанок, которых Инго видел в лесу, когда искал одурманенного Харона.

— Аукцион скоро начнется. Прошу проследовать в зал, где будут проводиться торги. — сказала она, приклонив голову.

— Что? Уже? — спохватился Харон. Инго показалось, что громовержец уже успел задремать под легкую музыку арфы и флейты.

Служанка повела их по тому же пути, по которому Инго шел, когда был тут в первый раз. И как в прошлый раз, подвал, где проводились торги, был окутан полумраком. Подведя их к углу, в котором располагался широкий диван, служанка, поклонившись, проговорила:

— Напоминаю вам, что на торгах запрещается поднимать ставки собственных лотов. Так же запрещается поднимать ставки два раза подряд. У вас будет тридцать минут на один лот, если же ставок не будет — лот снимается до следующих торгов. Лоты оплачиваются в течении одного месяца, золотом или рубинами. Если по истечению месяца сумма не будет получена, то мы изымаем лот. Если по каким-то причинам лот невозможно будет получить, мы предпримем «вынужденные» меры…

— Да-да, мы все знаем. — замахал руками Харон. — Принесите лучше чего-нибудь поесть.

— Желаю удачных торгов.

Еще раз поклонившись, служанка ушла выполнять поручение Харона.

— Харон Орестес? — раздался протяжный мужской голос откуда-то из темноты.

Инго стал вглядываться в мрак и увидел, что рядом с ними, на не менее роскошном диване, разлегся какой-то шейх с двумя наложницами в обнимку.

— Rino! Что, вернулся к старый дела? — снова проговорил мужчина.

— Салим? Это ты чтоли? — спросил Харон, щуря глаза.

— Ih. Что ты тут делать? Громовержам мало платить? Ха-ха-ха. — засмеялся Салим.

— Ну точно ты. У кого еще такой дерьмовый общий диалект? — пробурчал Харон, и прибавил: — По делам я.

Инго показалось, что где-то он уже встречал этого Салима. Вроде это тот торговец, у которого он вместе с Серрарой стащил кошелек, много лет назад. В тот же день они узнали, что стащили кошелек у контрабандиста.

— Твоя голова теперь дороже, чем раньше, а? — улыбнулся Салим. — Ishara! А это кто рядом?

Салим грубо оттолкнул наложниц, и подполз к ним поближе.

«Ну точно тот контрабандист» — подумал Инго, когда ему, наконец, удалось разглядеть лицо Салима. Ничего необычного — смуглая кожа, тонкая бородка и куча колец и драгоценностей по всему лицу.

— Это Габриель Стенториан, — начал представлять друзей Харон, явно наслаждаясь реакцией Салима, который теперь не смеялся, а лишь с удивлением таращился на Инго, а точнее, на его глаза. — Широа…Широи…короче, Широ. Она принцесса Вайра-Кен. А это Инго.

— Невероятно. — проговорил Салим, не отводя глаз от Инго. — Ты хотеть стать моим?

— Что? — непонимающе спросил Инго.

— Я хотеть тебя. Сколько стоить твоя свобода?

— Гораздо больше, чем твоя жизнь. — ответил Инго. Слова Салима сильно задели его. Сначала пираты, теперь еще и этот.

— Тогда не так уж и много. — ухмыльнулся Харон. — Жизнь этого таракана и серебряника не стоит.

— Ну и ладно. — голос Салима потерял весь свой энтузиазм, и он возвратился обратно на свое место.

Инго заметил, что после их разговора многие в комнате стали поглядывать на них. Инго насчитал по меньшей мере двадцать человек.

— Не беспокойся. Тут можно не прятаться. — проговорил Харон, откусывая яблоко. — А вот когда покинем таверну, тогда уже нужно быть начеку.

— Разве власти не знают про это место? — удивилась Габри. — Почему сюда не пришлют гвардейцев или инквизиторов?

— Еще как знают. — Харон кивнул в противоположный конец зала, где сидел мужчина, одетый в рясу священника. — Да и что они сделают? Обыщут трактир? Ну, удачи им.

Действительно, когда Инго неделю назад искал в трактире Харона, то он тоже не нашел ничего подозрительного. Трактир как трактир.

— Я вижу ты хорошо знаешь владельцев. — проговорил Инго.

— Их никто хорошо не знает. — ответил Харон. — Даже фамилии никто не знает. Говорят, что все карлики в империи из одной семьи. Хотя, это, конечно, чушь.

— Ты так говорить, shory, потому, что сам коротышка. — раздался язвительный голос Салима из темноты.

Но Харон не успел ему ответить, так как на сцену вышел Ламар в ярком костюме.

— Добро пожаловать на сегодняшние торги! — с задором проговорил карлик.

Инго заметил, что сегодня он намного более веселый, чем при их последней встрече. А может быть это вовсе не Ламар? Может быть есть еще третий брат? Хотя внешность та же, что и злого карлика, которого он видел неделю назад.

— Не буду тратить ваше драгоценное время и представлю первый лот! Музыкальная шкатулка непревзойденной Грации Экхарт, одного из лучших ювелиров в истории! Начальная цена пятьдесят тысяч!

Инго увидел, как Салим поднял один палец вверх.

— Шестьдесят тысяч от господина из «перстов»! — объявил карлик.

В дальнем углу поднялась еще рука.

— Сто от госпожи из Ярички!

В этот момент Харон поднял сжатый кулак.

— Удвоение от ЛЕСНОГО жителя! — прокричал Ламар.

— Вот ведь ублюдок. — прохрипел Харон.

— Ну что же?! Никто не хочет наслаждаться прекрасной музыкой?! Леди Грация была ведь еще и отличной арфисткой! Такая цена оскорбляет ее труд! — Ламар указал на богато расшитый табурет, на котором стояла маленькая шкатулка. И если бы карлик не показал на нее, то Инго бы так и не заметил шкатулку.

За двадцать минут торгов цена достигла трехсот тысяч. Но даже такая сумма заставила сердце Инго биться чаще.

— Можно я попробую? — спросила Габри, поворачиваясь к Харону. Оставалась минута и шкатулка могла достаться какому-то «господину из Каркастла».

— Можно. — ответил Харон. — Подними указательный палец вверх.

С детским восторгом Габри подняла палец.

— Триста тридцать тысяч от прекрасной леди из Вестерклова! — объявил Ламар.

На этой ставке торги были закончены. Никто больше не захотел поднимать цену, и Инго закралась в голову мысль, что многие, как и они, пришли на аукцион за чем-то конкретным.

— Поздравляю вас с прекрасным приобретением! — поздравил карлик. На сцену вышла одна из служанок и взяв в руки шкатулку, передала ее Габри вместе с маленьким ключом.

— Не нужно сейчас заводить. — проговорил Харон, глядя как Габри засовывает ключ в отверстие. — Послушаем музыку потом.

Тем временем карлик готовился объявить второй лот. Инго не переставал удивляться его выдержке. Ламар без умолку тараторил вот уже полчаса, и казалось, совсем не устал. А ведь это только начало аукциона.

— Следующий лот — «Белая роса»!

Инго увидел, как на сцену вынесли красивый пузырек с прозрачной жидкостью и положили на табуретку.

— Начальная цена тридцать тыс…

— Один миллион! — раздался голос из темноты. — Простите, но у меня просто нет столько рук чтобы показать это.

— Один миллион от господина из Белланимы! — как всегда задорно объявил Ламар.

От такой цены у Инго пересохло во рту. Он потянулся к бокалу с вином, но в голове стояло лишь «один миллион!». Да за такие деньги можно купить небольшой город! Задумавшись, Инго не заметил, как за место вина схватил грушу и вот уже несколько секунд пытается из нее отпить.

Но не только Инго удивился. Повсюду тут же стали подниматься руки с оттопыренными мизинцами, объявляя, что данные персоны не будут продолжать участвовать в торгах за этот лот. А еще через минуту Ламар стал поздравлять щедрого гостя с удачной покупкой.

— Следующий лот — чайный сервиз из чистой лазурной кости!

— Будем надеяться, что выйдем в плюс. — прошептал Харон, наблюдая за тем, как выносят голубой сервиз.

Но их надежды не оправдались. Им удалось выручить лишь двести пятьдесят тысяч.

— Неплохо. — проговорил Харон.

— Ты же говорил, что хочешь выйти в плюс. — сказал Инго.

— Всегда стоит надеяться на лучшее. Но двести пятьдесят тысяч хорошая сумма. Не забывай, рабов мы уже не будем покупать, а это значит, что деньги еще появятся. Таро ведь нам выдал товары в расчете на то, что они окупят все пункты из списка.

Следующие полтора часа прошли без их участия. Инго заметил, что большие суммы дают за товары, которые так или иначе связаны с алхимией. Он даже стал привыкать к семизначным цифрам, которые гости выкладывали за эти товары.

— И последний лот на сегодня — это семена Камилы! — объявил Ламар.

— Сейчас нужно быть очень осторожным. — проговорил Харон. — Мы должны уложиться в один миллион.

— Начальная цена триста тысяч золотых!

И тут понеслось. Инго заметил сразу три поднятых руки.

— Триста шестьдесят! Четыреста! Четыреста шестьдесят! Пятьсот девяносто! — торги шли так ожесточенно, что Ламар не успевал объявлять гостей и просто тыкал в них пальцами.

— Черт бы их побрал. — пробубнил Харон, поднимая вверх один палец.

— Ха-ха. Что такое, norsh? Не хватать деньги? — проговорил Салим, поднимая вверх два пальца. — Не огорчайся, мы дать тебе одну семечку, чтобы не грустить.

— Да иди ты. — проговорил Харон, снова поднимая палец.

Вскоре сумма стала приближаться к миллиону, и Харон стал заметно нервничать. Из покупателей остались только они и Салим. Похоже, контрабандист специально поднимал сумму, чтобы позлить Харона.

— Семьсот девяносто от господина из «перстов»! — прокричал Ламар.

— Да угомонись ты уже. — прохрипел Харон, поднимая ставку.

Инго тоже стало выводить поведение Салима. И тут ему в голову пришла интересная мысль. Они ведь находятся в темном помещении, а значит никто не заметит его теней…

Осторожно, Инго стал призывать тени, а затем пустил их под диваном прямо к Салиму. Еще секунда, и они резко, словно змея, атаковали вредного гостя. Опутав тому руки и рот, тени прижали Салима к дивану, при этом все выглядело так, словно он просто откинулся назад. Даже его наложницы ничего не заметили.

— Осталась минута! — объявил Ламар. — Больше нет желающих приобрести семена?! Тогда продано «тому, кто пасется на лугу, вместе с духами лесными»!

Принимая бархатный мешочек, Харон подмигнул Инго.

— Отпусти засранца. — прошептал он, когда вернулся на свое место.

Как только Инго ослабил тени, комнату наполнил оглушительный вопль Салима:

— ЧТО ТУТ ПРОИСХОДИТЬ?! КТО МЕНЯ СХВАТИТЬ! YARSH! МЕНЯ КТО-ТО СВЯЗАТЬ! А ТЫ ЧЕГО СИДЕТЬ И НИЧЕГО НЕ ДЕЛАТЬ?! — и он отвесил пощечину одной из своих наложниц.

Инго снова вытянул тень, превратив ее в подобие кнута, и та бесшумно обрушилась на спину Салима.

— А-А-А-А-А-А! — контрабандист повалился на пол и стал кататься, протягивая руки за спину. — МЕНЯ УДАРИТЬ! УБЕЙТЕ ТОГО, КТО ЭТО СДЕЛАТЬ!

Инго удивила реакция других гостей. Они спокойно выходили, переступая через бушующего Салима, и казалось, совсем его не замечали.

— Пойдем. — проговорил Харон, беря под руку Габри.

Инго еще долго слышал причитания Салима. Даже когда поднялся на первый этаж, до него то и дело доносился его надрывающийся голос.

— Мы останемся тут или поедем в лагерь? — спросила Габри, когда они вошли в главный зал.

— Эмм… — Харон переглянулся с Инго. — Если хочешь, то ты можешь остаться. А я отвезу товар Таро. Его шавки ждут у моста. Инго, не хочешь со мной?

— Давай. — тут же ответил Инго.

— Тогда и я с вами. — сказала Габри. — Широ, ты тоже?

— Да. — кивнула Широ.

Покинув таверну, они уселись в карету и отправились уже по знакомой дороге в сторону лагеря.

— Здорово. Целых два пункта закрыли. — проговорила Габри, слушая музыкальную шкатулку. Из маленького ларца доносилась красивая мелодия, похожая на звуки арфы.

— Да. Неплохо. — сказал Харон. — Завтра можно отдохнуть. А вот послезавтра кому-то придется присутствовать, так как будет выставлен наш товар.

Как и сказал Харон, через несколько часов их встретил один из пиратов, который был одет как лакей. Передав ему шкатулку и семена, они стали усаживаться обратно в карету.

— Господин Форрест. — раздался приятный женский голос откуда-то сзади.

Обернувшись, Инго увидел одну из служанок «Каменной девы».

— Можно поговорить с вами?

— Да. — ответил Инго, и повернувшись к остальным, прибавил: — Я скоро. Подождите пока в карете.

Отойдя к другому концу моста, служанка остановилась и пустым взглядом посмотрела прямо Инго в глаза.

— Мы знаем, что это вы препятствовали господину Салиму делать ставки. — проговорила служанка.

— Понятия не имею, о чем вы говорите. — сказал Инго, отводя глаза в сторону.

— Мастер Ламар прощает вам эту выходку. — продолжила говорить служанка. — Но впредь мы просим вас воздержаться от подобных действий. Иначе мы будем вынуждены снять все ваши лоты и занести вас в черный список.

— Буду иметь в виду, если мне вдруг захочется применить эти ваши «действия». — проговорил Инго, делая вид, что не понимает, о чем идет речь.

— Тогда всего хорошего. — сказала служанка, и развернувшись, пошла обратно.

— «Она что, пешком сюда шла?» — подумал Инго, глядя как служанка скрывается за стволами деревьев.

— Что, раскрыли тебя? — усмехнувшись, проговорил Харон.

— О чем это вы? — спросила Габри.

— Ни о чем. — сказал Инго, и прибавил: — Давайте уже возвращаться обратно.

Королевские рабы

Не успел Инго опомниться, как прошел целый месяц. Каждые три дня он отправлялся в «Каменную деву» на очередной аукцион. Мавис все еще выполняла поручение своего отца в Вестерклове, так что компанию ему составляли Габри и Широ. Харон же предпочел оставить им разбираться с этим делом. Так им удалось выкупить еще четыре лота. К сожалению, дневник Эбоси они так и не смогли выиграть. Буквально за несколько секунд ставки поднялись до десяти миллионов. Дневник алхимика оказался слишком дорогой, и Инго решил выйти из торгов, чтобы сохранить прибыль. А прах ведьмы и вовсе сняли с торгов. Как потом выяснилось, кто-то напал на кортеж, который должен был доставить прах на аукцион. Стали ползти слухи, что это сами ведьмы устроили облаву, так как прах считался собственностью Белланимы. В конце концов прибыль повстанцев составила полтора миллиона, и еще двести тысяч личная прибыль Инго. В его доме нашлось немало редких вещей, которые он смог продать через Амара. Ему даже открыли личный счет в Янтарном банке. И теперь на шее Инго носил маленький ключик, который служил опознавательным знаком.

И вот, настал, наконец, последний день торгов, где будут выставлены королевские рабы. Шани попросила его присутствовать на торгах, но Инго и без ее просьбы пришел бы, уж очень ему хотелось увидеть этих рабов, которыми все так восхищались. Компанию ему составили Харон, Габри и Широ.

— А сегодня больше народу. — проговорила Габри, глядя из окна кареты в сторону конюшен. Около резных ворот стояли по меньшей мере двадцать карет. Даже в день, когда продавали дневник Эбоси, карет было меньше.

— Еще бы. — прохрипел Харон. — Это же королевские рабы. Представь, если бы кого-нибудь из императорской семьи взяли в плен и выставили на торги.

— Так эти рабы действительно из какого-то знатного рода? — удивился Инго. Он до сих пор думал, что это просто очень красивые рабы, но никак не из знатного рода.

— Конечно. — тут же ответил Харон, и прибавил: — Не из Стелларии, разумеется. Скорее всего из какой-нибудь ближайшей страны или королевства.

Инго знал, что помимо Стелларии (которая занимала большую часть исследованных земель) и старых городов, есть еще и мелкие страны, с которыми соседствовала их империя. Но из названий он знал лишь Вайра-Кен.

— А эти страны не обидятся на то, что мы воруем их королев? — поинтересовалась Габри.

— Обидятся? Воруем? — ухмыльнулся Харон. — Да они сами же их и отдали. Само собой, не бесплатно.

— Они продают свою знать? — удивился Инго.

— А что тут такого? Нужно же на что-то жить. — просто ответил Харон.

Когда они вышли из кареты, то Инго тут же увидел целую свору охранников у дверей таверны. Среди них были даже охотники за головами.

— Сюда что, еще и ведьмы приехали? — спросил Инго, глядя на воинов в широкополых шляпах.

— Их наняла я. — раздался нежный голос Шани. Она вышла из своры воинов, которые до этого загораживали ее своими широкими спинами. — Рада приветствовать вас, господа.

— Наняли белланийцев, раздаете даром грозовых горгон… Этот ваш Шамси, что, срет золотом? — пробурчал Харон.

— Мастер Шамси достаточно обеспечен, чтобы позволить себе такую роскошь. — ответила Шани.

Инго заметил, что Шани все время скрывает свое лицо под паранджой, что было не характерно для восточной столицы. А ведь именно из Лимминг Мун была, как выяснил Инго, эта женщина.

— Увидеть бы его. Я о нем, честно сказать, не слышал. Он ведь сегодня будет на аукционе? — спросил Харон.

— К сожалению, мастер Шамси не сможет присутствовать сегодня на торгах. Он готовится к визиту в Белланиму. У него там встреча с кардиналом Растусом. — извиняющимся тоном ответила Шани. — Но вы сможете с ним встретиться, если согласитесь выполнить еще одну мою просьбу.

— Какую еще просьбу? — хмуря брови, спросил Харон.

— Загон с грозовыми горгонами находится в Каркастле. Если бы вы согласились сопроводить купленных рабов до Белланимы, а затем, вместе с мастером, сопроводить кортеж до Каркастла, то я бы заплатила вам еще тридцать тысяч.

— Так у вас же вон, — Харон небрежно махнул рукой на белланийцев, — целая армия есть. Зачем вам мы?

— Я знаю, что вы весьма неплохие бойцы. А безопасность моего мастера для меня превыше жизни.

— Мы согласны. — сказал Инго, не дав Харону вставить еще хоть слово. — Но только до Каркастла.

— Тогда договорились. Как только мы получим рабов, то тут же отправимся в Белланиму. — проговорила Шани.

— Вы так говорите, будто уже их купили, госпожа Шани. — проговорил высокий мужчина, который с надменным видом только что прошел мимо них.

— Мастер Шамси во чтобы то ни стало хочет заполучить этих рабов. Он позволил мне распоряжаться половиной его капитала. Но не беспокойтесь, я не стану сразу ставить вам «мат», господин Терло.

— Боюсь, что сегодня господину Шамси придется расстаться больше, чем с половиной своего капитала. — язвительно проговорил Терло и скрылся за дверью таверны.

— О чем только думал Таро, когда вносил в список этих рабов? — проговорил Харон. — Даже если вычеркнуть все остальные пункты, у нас все равно не хватило бы на них денег.

Закончив разговаривать с Шани, они вошли в таверну. Инго сразу заметил, что сегодня тут не так шумно, как обычно. На сцене было пусто, а за столами сидели вооруженные охранники.

— Сегодня торги будут проходить на третьем этаже. — проговорил Амар, который сидел на своем троне и покуривал трубку.

— Почему вы не забираете у них оружие? — спросил Инго, кивком указав на охранников. Сам он, как обычно, отдал свой меч громиле у входа.

— Особые обстоятельства. — ответил Амар. — Вы можете оставить меч себе, но вам тогда будет запрещено покидать первый этаж.

— Нет, я хочу посмотреть. — тут же ответил Инго.

— Тогда прошу следовать за служанкой. — сказал коротышка, указывая на прислугу. — Торги начнутся через двадцать минут.

До этого, Инго еще ни разу не был на третьем этаже, дверь туда всегда была запертой. Поднявшись на второй этаж, служанка повела их в конец, где, как думал Инго, находилась дверь на лестницу третьего этажа. Но не доходя нескольких шагов до двери, служанка свернула направо и толкнула дверь одной из комнат. Зайдя следом, Инго увидел, что комната абсолютно пустая, даже окон не было.

— Пожалуйста, встаньте у этой стены. — проговорила служанка, указывая на стену.

Харон, цокнув языком, встал вместе со всеми около стены.

— Конспираторы хреновы. — проговорил он, глядя как служанка закрывает дверь и вставляет ключ в замочную скважину.

Как только она повернула ключ, деревянный потолок стал дрожать, а затем начал опускаться прямо к их ногам, превратившись в лестницу.

— Желаю удачных торгов. — сказала служанка, отвешивая им поклон.

Поднявшись вслед за Шани, они очутились в просторном зале. Хоть потолок и был обтянут легким шелком, по его форме было понятно — они находятся на чердаке, в дальнем конце которого была небольшая сцена. На каждом шагу стояли роскошные диваны, кресла и столики с едой. Освещение тоже было другое. На каждом столике находилось миниатюрное деревце, вокруг которого летали светлячки, создавая сказочную атмосферу.

— Не составите мне компанию? — спросила Шани, элегантно указывая на один из диванов.

— Почему бы и нет. — сказал Инго, переглянувшись с остальными.

Они стали усаживаться на мягкие подушки. Инго заметил, как какой-то человек, который сидел рядом, при виде их, тут же вскочил, и прикрыв лицо бордовым кителем, посеменил в другую часть зала.

— Ай-яй-яй! Господин Лазар! — наигранно крикнул ему вдогонку Харон. — Так вот куда идут наши налоги?

Но главный казначей Лимминг Мун будто не слышал Харона. Усевшись между двумя шейхами, он затерялся в ярких одеждах их наложниц.

Из-за того, что чердак был ярко освещен, многие гости спрятали свои лица под масками. Понять, кто перед тобой сидит, было почти невозможно.

— Иногда приятно встретить старых друзей, верно, господин Харон? — ласково проговорила Шани.

— Да какой он мне друг. — прохрипел Харон, явно не поняв язвительного посыла. — Так, видел пару раз на приемах.

— А вы кого-нибудь узнали? — спросил Инго у Шани.

— Почти всех. — тут же ответила женщина.

— Да ну? — Харон стал вертеть головой, рассматривая гостей.

— Я не первый год служу мастеру Шамси, и успела много с кем познакомиться.

— Да кто, черт побери, этот ваш Шамси такой? Почему я о нем ничего не слышал? — не выдержал Харон.

— Мастер является одним из пяти гроссмейстеров империи и владеет множеством виноделен, питейных и чайных домов.

Инго слышал, что на востоке «чайными домами» называли бордели.

— Что за чушь? — возмущенно хихикнул Харон. — Один из гроссмейстеров? Да я их всех знаю. И среди них нету никакого «Шамси».

— А действительно ли знаете? — заговорщицки спросила Шани.

— Ну… — по лицу Харона было видно, что он и сам стал сомневаться. — Так…один из гроссмейстеров, говорите?

— А кто это такие? — спросила Габри. — В первый раз о них слышу.

— Это люди, которые помогают империи поддерживать свой статус и правильно вести дела с другими государствами. Но также они решают и внутренние проблемы. — сказала Шани.

— Что-то не очень у них получается. — вставил Инго. — Империя разваливается, а человек, который ведет дела с соседними странами, покупает королей из этих стран.

— Тем самым помогая их экономике. — закончила мысль Шани.

У Инго не нашлось, что на это ответить. Поэтому он решил сменить тему.

— Вы сказали, что Шамси собирается в Белланиму. Мы тоже должны будем туда поехать?

— Боюсь, что да. — сочувственно сказала Шани. — Честно признаться, мне и самой не охота туда ехать.

— А кому охота? Отвратительное место. — вставил Харон.

— Но у нас нет выбора. — продолжила Шани. — Там мы пробудем чуть больше недели, пока мастер разбирается с делами. А затем, вместе с отрядом «сломленных» …

— С нами поедут еще и ведьмы?! — возмущенно перебил Харон.

— Сами Вдовы не поедут. — поспешила успокоить его Шани. — Нас будут сопровождать военные семьи.

— Но все равно. Они же служат империи… — не унимался Харон.

— Если вы беспокоитесь о вашем сегодняшнем положении, то могу вас успокоить — капитан отряда осведомлен о вас и о господине Инго.

— И о Инго тоже?! — удивился Харон.

— Но мы ведь только несколько минут назад дали свое согласие. — растерянно проговорил Инго.

— Не забывайте, мы говорим об одном из пяти великих стратегов империи. Мастер Шамси предугадал ваше согласие. — сказала Шани.

— А чего тут угадывать? — пробормотал Харон. — Мы же за горгонами едем…

— Так нас не будут трогать? — спросила Габри.

— Даю слово, что вас и пальцем не тронут. — в легком поклоне сказала Шани. — Речь, конечно, идет о белланийцах. За бандитов и разбойников я не ручаюсь. Собственно, поэтому я вас и наняла.

За разговором они не заметили, как на сцену вышел Ламар. Вместе с ним на сцену вышел еще один мужчина. Он был маленький и пухлый, но все равно выше Ламара. У него были длинные, распущенные волосы, почти до пояса. Но самым забавным было его лицо. Оно было с квадратными скулами, большим носом-картошкой и мужественным двойным подбородком. При этом на нем застыло блаженное высокомерие.

— Дорогие гости! — воскликнул Ламар, расставив свои короткие руки в стороны. — Рад приветствовать вас на, не побоюсь этого слова, празднике! Сегодня нам компанию составит мой коллега из «Золотого дуба» — господин Ичия!

— Безумно рад! — пропел Ичия слащавым голосом, отвешивая элегантное па. — Столько новых лиц! Буду рад со всеми познакомиться!

— Но это будет после! — снова заговорил Ламар. — Пока что вернемся к аукциону! Сегодня будут лишь два лота! Торги будут длиться по полтора часа на каждый лот! Итак, дамы и господа, прошу вашего внимания!

— Королевские рабы! — одновременно воскликнули Ламар и Ичия.

Все взоры тут же обратились в конец сцены, откуда вышла служанка, неся в руках предметы, похожие на шарф и браслет. По комнате тут же пронесся недовольный шепот. Многие даже от негодования встали со своих мест.

— Я знаю, многие хотели бы увидеть их лично, но, к сожалению, мы не можем вам их показать! Но поверьте на слово, они необычайной красоты! — пропел карлик.

Инго увидел, что некоторые гости с недовольством откинулись на спинки диванов, перестав обращать внимания на то, что творится на сцене.

— Мне их даже немного жаль. — проговорила Шани. — Большинство только ради этого и пришли.

— Они пришли посмотреть? — спросил Инго.

— Вряд ли у капитана стражи Меридиана найдется столько денег. — сказала Шани, указывая на мужчину в маске фламинго. — Да и архидьякон из Ярички не смог бы собрать так много пожертвований. — Шани указала на толстого «льва».

— А тот, которого мы встретили у входа в таверну? — спросил Инго. — Как его там? Терло?

— Да, господин Терло сможет немного побороться за рабов. Узники на мраморных шахтах в последнее время работали на износ. Жаль, что это было напрасно. — сочувственно произнесла Шани.

— А шейхи?

— Вот их мне и стоит бояться. — уже более серьезным тоном сказала Шани. — Уверена, они будут играть в дуэте. Хотя, все равно проиграют…

Тем временем на сцене ведущие продолжали ласково улыбаться, пытаясь успокоить гостей.

— К сожалению, мы так же не смогли сделать портреты наших «птичек». — блаженно произнес Ичия. — Но мы смогли достать их личные вещи. — прибавил Ламар. — И в качестве извинения за неоправданные ожидания, мы позволим вам оценить их вещи…ммм… тактильно.

Спустившись со сцены, служанка подошла к ближайшему дивану и протянула поднос на котором лежали вещи рабов.

— Оцените их изящество! Пощупайте! Вдохните аромат! — начал распевать Ичия.

Инго увидел, как какой-то мужчина и вправду поднес шарф к носу, вдыхая при этом всей грудью.

— А пока вы наслаждаетесь их красотой, мы расскажем подробнее об владельцах этих прелестей. — начал Ламар. — Первый лот — принцесса, которая прибыла к нам из королевства Бреталия! — тут тон Ламара изменился, и он стал торопливо перебирать слова, словно желая поскорее от них избавиться: — Это королевство находится на материке Одо. С давних пор у нас сложились теплые отношения с Бреталией, но в последнее время королевство переживает тяжелый денежный кризис…

— Но вернемся к принцессе! — перебил своего коллегу Ичия. — Ее зовут Калма Бриар! Ей всего тринадцать, и она невинна! Начальная цена десять миллионов! Можете начинать торги!

Но, к удивлению Инго, никто не спешил поднимать руки. Все с интересом изучали вещи рабов. Прошло десять минут, но никто так и не решился начать. Тем временем к их дивану подошла служанка с подносом. Инго тут же потянулся к браслету и столкнулся с рукой Габри. Та тоже решила осмотреть побрякушку.

— Извини. — пробормотала Габри. Она так резко отдернула руку, что залепила локтем прямо в нос Харону. — Извини! — снова воскликнула Габри, хлопоча над ошарашенным громовержцем, у которого из носа уже потекла кровь.

— Ничего страшного. — тут же поспешил успокоить ее Харон. — Совсем не больно.

Повертев в руках браслет (ничего особенного, обычный золотой браслет в форме змеи) Инго передал его Габри, а сам потянулся к шарфу. Насколько он понял, именно шарф принадлежал принцессе. По виду он напоминал обычный, шерстяной шарф, голубого цвета. Но ощущение было совсем другое. Шарф скользил сквозь его пальцы, словно вода.

В этот момент кто-то все-таки решил начать торги.

— Десять миллионов от господина из Мидденхола. — весело объявил Ламар.

В ту же секунду взметнулась рука Шани.

— Сорок миллионов от госпожи из Лимминг Мун! — подхватил Ичия.

И снова тишина. Этот аукцион не был похож на другие. Даже когда продавали дневник Эбоси, ставки поднимались чуть ли не каждую секунду. А сейчас все медлят.

Так прошел час. Когда служанка с подносом вновь возвратилась на сцену, в комнате все уже были заняты своими делами. Многие, кто пришел просто посмотреть, стали подсаживаться друг к другу, заводя светские беседы. Торги им стали не интересны.

— Сорок пять миллионов от господина из Мидденхола! — объявил Ичия, когда до конца торгов оставалось десять минут.

— Пятьдесят пять миллионов от госпожи из «цветущей столицы»! — воскликнул Ламар, указывая на Шани.

— Пятьдесят шесть от господина…

— Семьдесят миллионов от госпожи из Лимминг Мун! — не дав договорить своему партнеру, воскликнул Ламар.

В другом конце комнаты поднялся вверх мизинец.

— Господин из Мидденхола выбывает из торгов. — объявил Ламар. — До конца остается пять минут! Ну же, кто-нибудь еще хочет заполучить настоящую принцессу?

Тут, около капитулировавшего «господина из Мидденхола», взметнулась загорелая рука с золотыми перстнями.

— Девяносто миллионов от господ из Аллраи! — воскликнул Ичия.

— Девяносто пять от щедрой госпожи! — парировал Ламар.

Три минуты до конца.

— Сто миллионов от наших соседей! — не сдавался Ичия.

— Сто пять от прелестной госпожи! — пропел Ламар.

— ТРИСТА ПЯТНАДЦАТЬ МИЛЛИОНОВ! УТРОЕНИЕ ОТ БЛАГОДЕТЕЛЕЙ С ЮГА! О БРЕТАЛИЯ, ТЫ СПАСЕНА! — взревел Ичия.

Казалось, будто сам воздух в комнате раскалился добела. Инго бросило в пот. Триста миллионов! Столько денег вообще существует? Остальные гости тоже напряженно смотрели то на шейхов, то переводили взгляд на Шани. Но та лишь спокойно откинулась на спинку дивана.

— Остается минута! — объявил Ламар, глядя на большие песочные часы, которые стояли рядом.

— Тридцать секунд! — воскликнул Ичия.

— Десять! Девять…

В воздух снова взметнулась рука шейха. И всем отчетливо стал виден маленький перстень на оттопыренном мизинце.

— Вот так да… — разочарованно протянул Ичия — Наши друзья выходят из торгов! Напоминаю, что таким образом на вас накладывается штраф, так как вы покидаете торги при действующей ставке! — Ичия осуждающе поцокал языком.

— ВСЕ! — объявил Ламар. — Время вышло! И так как господа из «перстов» вышли из торгов, побеждает тот, кто был за ними! Поздравляю с прекрасным приобретением, госпожа! — все взгляды вновь направились в сторону Шани. Комнату наполнили искренние аплодисменты.

— Похоже, что все-таки у вас не бесконечные деньги. — проговорил Харон, поворачиваясь к Шани.

— Я знала, что у шейхов нет столько денег. — просто ответила Шани. — Они хотели выманить у меня побольше денег, чтобы не осталось на второй лот.

— Вы и второго собираетесь покупать? — удивленно спросила Габри.

— Я уже говорила. Да, мастеру Шамси нужны оба лота. — спокойно ответила Шани.

Тем временем Ламар приступил к перечислению качеств второго раба.

— Потомок одного из великих полководцев востока! Чжао Юнь! — объявил Ичия. — Чжао родом из королевства Лин. Ему двадцать три, и он прекрасно владеет гибким копьем! Начальная цена семь миллионов!

В этот раз Шани решила сразу начать действовать.

— Четырнадцать миллионов от прелестной госпожи из Лимминг Мун! — пропел Ламар.

Как и принцессу, приобретать Чжао, никто не торопился. Комнату вновь наполнили тихие разговоры, вперемешку со звоном бокалов.

— А что это еще за «гибкое копье»? В первый раз слышу. — спросил Инго.

— Ну… — Шани заерзала на своем месте. — Наверно это…

— Это оружие. — раздался голос Широ.

— Правда? — по тону Шани было ясно, что она искренне удивлена.

— Да. У меня на родине оно очень популярно. — Широ встала и опустив руки вниз, приняла стойку, будто держит невидимое копье. — Оно очень длинное, поэтому его держат у бедра на вытянутых руках.

— А почему «гибкое»? — спросила Габри.

— Потому что в качестве древка используется толстый хлыст. — ответила Широ. — У копья очень большой и тяжелый наконечник, и за счет гибкости, увеличивается сила удара. В основном этим копьем наносят рубящие и хлесткие удары.

Из-за того, что лицо Шани было скрыто, нельзя было точно сказать, смутилась ли она. Но по ее реакции было понятно, что подумала она совсем о другом. Налив себе бокал вина, Шани приподняла край паранджи, и Инго смог увидеть ее белую кожу. Нет, она точно не с юга. Зачем тогда носит эти тряпки?

Тем временем Ламар и Ичия не уставая нахваливали таланты Чжао.

— Юноша прекрасно говорит на общем диалекте, а также владеет языком старых городов. Он станет прекрасным компаньоном и охранником.

В воздух взметнулась рука.

— Двадцать восемь миллионов от господина из Мидденхола! — объявил Ичия.

— Двадцать девять миллионов от восточной госпожи! — воскликнул Ламар.

За разговорами время шло быстро, и вот уже осталось десять минут до конца торгов.

— Вы знаете, когда вам передадут рабов? — спросил Инго у Шани.

— Я надеюсь, что сегодня. — проговорила Шани.

— Но, как я понял, их тут нет.

— Скорее всего они в Вестерклове. Позавчера в город прибыл имперский «грандауэр». Наверно на нем и доставили рабов.

— Может хватит их так называть? — с упреком и легкой грустью в голосе проговорила Габри.

— Прошу меня простить. — тут же ответила Шани. — Давайте будем называть их по именам — господин Чжао и леди Калма.

— Осталось десять секунд! — воскликнул Ламар. — Десять! Девять! Восемь…

— Тридцать миллионов от господина из Мидденхола! — объявил Ичия. — И восемьдесят миллионов от госпожи из Лимминг Мун!

— …Три! Два! Один! ВСЕ! — Ламар вместе со всеми захлопал в ладоши. — И снова поздравляем прелестную госпожу с чудесным приобретением!

— Зачем в конце вы так много поставили? — с нотками упрека спросил Инго.

— Потому что Терло хотел на последней секунде сделать ставку. — ответила Шани. — Но восьмидесяти миллионов у него нет.

— На этом торги объявляются закрытыми! — начал раскланиваться Ламар. — Спасибо что провели с нами этот прекрасный вечер!

— И спасибо за будоражащие моменты! — прибавил Ичия, тоже отвешивая поклоны. — Буду рад видеть вас в «Золотом дубе»!

— Не составите мне компанию и дальше? — спросила Шани, поднимаясь с дивана.

— Я так понимаю, что наши обязанности охранников уже вступили в силу? — спросил Харон.

— Я доложу господину Гантэру о вашей миссии. Уверена, он не станет возражать. Короля Анастериана не будет в городе еще как минимум две недели, а значит и повстанцы пока что не будут ничего предпринимать…

— Да откуда вы все знаете? — снова удивился Харон.

— Но нам все равно придется вернуться в лагерь, чтобы переодеться. — сказал Инго, оглядывая разодетых друзей.

— Мы купим вам подходящую экипировку в городе. — сказала Шани. — За мой счет, конечно.

— Вот здорово! Мавис же сейчас тоже в Вестерклове. — обрадовалась Габри. — Может и она с нами поедет?

— Если госпожа Мавис согласится поехать с нами, то я увеличу ваш гонорар до сорока тысяч. — сказала Шани.

— Так может нам еще Юлиуса позвать? И еще пол армии повстанцев? Хватит у вас столько денег? — улыбаясь спросил Харон.

— Я думаю вас пятерых будет достаточно.

— Ну тогда хотя бы до пятидесяти поднимите цену. — вставил Инго.

— Так и быть. — по голосу Шани было понятно, что она улыбается. — Я вижу не зря вас нанял Таро. Умеете вы договариваться.

— Госпожа Шани. — раздался мягкий голос служанки. — Пожалуйста, проследуйте за мной.

Развернувшись, служанка повела их в конец сцены, где располагалась дверь. Пройдя через нее, они очутились в небольшой комнатке, похожей на кабинет. С правой стены располагалось большое окно, занавешенное красными шторами. Посередине комнаты стоял маленький стол и несколько кресел. Еще три кресла и диван стояли у левой стены. Когда они вошли, в комнате уже находилось трое человек: служанка, Ламар и Ичия.

— Еще раз позвольте поздравить вас с приятной покупкой. — проговорил Ичия, подбегая к Шани и целуя ее руку. — А! Да тут у нас целый букет прекрасных лиц и ароматов! Леди Габриель, позвольте выразить мое почтение! — он приложился своим квадратным лицом к руке Габри. — Широяма-сама! А в жизни вы намного красивее чем на плакатах. А тут кто у нас? — Ичия демонстративно прошел мимо Харона, словно тот был обычным предметом мебели. — Ингораш Форрест. Да-да. Я наслышан о вас. И о вашей сестре.

— Давай уже ближе к делу. — сказал Харон.

— Точно. По поводу товара. — Ламар встал с дивана и подошел к столу.

— Оплата будет только тогда, когда я увижу…эмм…господина Чжао и леди Калму. — проговорила Шани, покосившись на Габри.

— Тогда это произойдет не раньше, чем через неделю. — сказал Ламар. Достав кусок пергамента, он с громким звуком стукнул по нему тяжелой печатью.

В этот же момент в комнату вошел Амар в сопровождении громилы-охранника.

— Госпожа Шани! Уже наслышан о вашей победе.

— Что значит «через неделю»? — не обращая внимания на комплименты Амара, спросила Шани.

— Товар еще не прибыл. А точнее, их гардероб. — ответил Ичия.

— А разве это не их вещи? — спросил Инго, указывая на поднос, который стоял на столе.

— Это и правда принадлежит принцессе Калме и Чжао Юню. — начал оправдываться Ичия. — В Вестерклов пока что доставили лишь часть их гардероба.

— То есть нам еще неделю торчать в городе? — недовольно пробурчал Харон.

— Вы пока что можете вернуться в лагерь. — уже своим обычным, приятным тоном, сказала Шани. — Я пришлю за вами, как только мы отправимся в Белланиму.

— А я, пожалуй, поеду в город. — сказала Габри. — Хочу посмотреть на принцессу.

— Тогда и я. — сказал Инго.

— И я. — кивнула Широ.

— Тогда мы приготовим для вас экипаж, чтобы вы смогли безопасно прибыть в город. — сказал Амар и кивнул служанке. Та тут же скрылась за дверью.

— Я пока что выплачу половину из оговоренной суммы. — проговорила Шани, подписывая протянутый ей кусок пергамента, на котором недавно Ламар ставил печать. — Остальное переведу, когда мы отправимся в Белланиму.

— Тогда всего наилучшего. — поклонился Ламар.

— Так вы не останетесь? — с нотками разочарования спросил Ичия.

— Я хочу, как можно быстрее увидеть, за что я заплатила. — ответила Шани, направляясь к двери.

— Товар находится в особняке госпожи Мед. — сказал Амар, учтиво открывая перед Шани дверь. — Я сопровожу вас.

Последовав за Амаром и Шани, они спустились на первый этаж. К этому времени охранников стало намного меньше. У двери их встретила охрана Шани. Когда они прибыли сюда, Инго не заметил, что среди белланийцев затесался и неизменный спутник Шани — воин с тремя мечами. Инго уже давно заметил, что он часто сопровождает ее, но единственное, что он сумел узнать об этом наемнике, так это то, что его звали Изоба, и что он был немой.

Интерес подогревали и мечи этого воина. Как-то раз, Инго читал книгу, где описывались древние техники фехтования тремя мечами. Из прочитанного Инго сделал вывод, что этот стиль не был предназначен для затяжных битв, и использовался для быстрого умерщвления. Мечи были связаны между собой длинной цепью, и угадать, с какой стороны придется удар, было очень сложно. Хотя Делрой говорил, что это простое циркачество. Он сказал Инго: «Один меч — хорошо, два — еще лучше. Ну а три — хуже, чем ничего». Тогда Инго согласился с Делроем, но сейчас, встретив одного из мастеров этого стиля, засомневался. Навряд ли Шани наняла Изобу, если бы не была уверена в его мастерстве. Да и белланийцы, которые сейчас стояли рядом с Изобой, носили с собой целый арсенал клинков. Но эти воины использовали обычные методы фехтования, а множество мечей носили для того, чтобы в экстренной ситуации можно было справиться с разбушевавшейся ведьмой (последователи Силестии могли легко сломать даже освященное оружие).

— Господин Харон, вы все-таки решили вернуться в лагерь? — спросила Шани, глядя на громовержца, который направился в сторону другой кареты.

— Да. Еще нужно рассказать Жаку, что мы не смогли выкупить рабов. Да и Гантэру нужно сказать, что мы поедем в Белланиму. — ответил Харон.

— Тогда мы будем ждать вас в доме госпожи Мед. Вы знаете, где это?

— Еще бы я не знал эту старую кошелку. — пробубнил себе в бороду Харон.

Попрощавшись с Хароном, они уселись в экипаж, который только что подъехал к дверям таверны. На таких каретах Инго еще не ездил. Она была чуть длиннее, чем обычная карета, и внутри сиденья располагались со всех сторон. А на месте кучера была служанка.

Амар первым запрыгнул внутрь, а затем начал учтиво подавать всем дамам руку. Последним зашел Изоба и закрыл за собой дверь.

— Вы можете быть свободны. — проговорила Шани, обращаясь через открытое окно к белланийцам.

Как только карета тронулась, Инго решил задать вопрос, который мучал его последние несколько минут:

— А кто эта Мед такая?

— Она заправляет северным рынком. — ответила Габри.

— И еще детскими приютами в церкви Шести. — вставила Шани.

— А она знает кем на самом деле являются Калма и Чжао?

— Скорее всего. Мы ей, конечно, не говорили. Она должна думать, что это просто гости императора. Но… — Амар сделал многозначительную паузу. — …госпожа Мед всегда была излишне любопытна. Может уже и узнала. Но она все равно об этом не скажет.

— Нужно подумать, как вас замаскировать. — проговорила Шани, направившись к небольшому сундуку, который Инго сначала принял за сиденье.

Открыв его, она достала несколько тряпок.

— Вот, оденьте пока что это. — сказала она, вручая тряпки ему, Габри и Широ.

Взяв кусок ткани, который ему протянула Шани, Инго увидел, что это была тряпичная маска, такая же, как и у самой Шани.

— А зачем нам вообще ждать, когда прибудут вещи этих…хм…людей? — спросил Инго.

— В основном, конечно, для вида. — ответила Шани. — Будет очень странно, если королевские особы, которые прибыли на прием к императору, поедут к нему без каких-либо вещей.

После нескольких часов езды, Инго уже стал замечать знакомые места, где он бывал в детстве. Значит они почти подъехали к городу.

— Вы говорили, что к вам должна присоединиться госпожа Мавис. — проговорила Шани. — Вы знаете, где она может быть? Тогда я бы могла послать за ней Изобу.

— Эмм…нет, мы сами ее разыщем. — сказал Инго. Из слов Шани выходило, что она не знает про подземелья. Эта мысль обрадовала Инго, так как он думал, что эта женщина осведомлена обо всем.

— Если вы не возражаете, госпожа Шани, позвольте мне утрясти все дела с банком? — спросил Амар, выпуская струйку дыма в открытое окно.

— Не возражаю. — ответила Шани, передавая Амару сверток с печатью.

Через полчаса они подъехали к стенам города. За два месяца Инго и забыл насколько тот большой. Даже тридцатиметроваястена не могла скрыть выступающие ярусы и огромную белую башню громовержцев, которая, словно копье, пробивала небосвод и терялась в облаках.

У ворот их встретили несколько стражников.

— Амар? — проговорил один из стражников, засовывая свое щетинистое лицо в карету. — Нечасто тебя здесь увидишь.

— У меня дела. — сухо ответил коротышка.

— Может ты еще не знаешь, но в городе введен комендантский час. — сказал стражник, осматривая остальных пассажиров. — После девяти часов по улицам запрещено передвигаться группами по три и более человек.

— Знаю. — тут же ответил Амар.

— А ты знаешь какой сейчас час? — не унимался стражник.

— Я думаю, мы сможем отодвинуть стрелки на несколько часов назад. — проговорила Шани, протягивая охраннику горсть золотых монет.

— Нет — нет-нет. — запротестовал Амар, вставая между золотом и железной перчаткой стражника, которая уже успела протиснуться в окошко. — Я сам заплачу. Вы же как-никак моя гостья.

Сказав это, Амар стал шарить в карманах, а затем достал несколько золотых монет. По количеству их было меньше, но то были золотые «тортамы», и ценность одной монетки была как у двадцати обычных золотых «инфантов». Забрав золото, стражник поспешил обратно к воротам.

— Выходит, Анастериан уже вовсю готовится к сражению. — сказала Шани, глядя в окно на пустую улицу.

— А вы поддерживаете его политику? — спросил Инго.

— Я разделяю мнение мастера Шамси. А он предпочитает не высказываться по этому вопросу. — ответила Шани.

Инго был разочарован. Он уже давно собирался задать этот вопрос, но не мог выбрать нужный момент. По прошедшим торгам стало ясно, что Шани «подкупила» только их. Но Инго так и не понял зачем ей это понадобилось, ведь она с легкостью могла обойти их ставки. Выходит, это был обычный предлог, чтобы всучить им грозовых горгон. Значит ли это, что Шамси хочет поддержать повстанцев?

Они ехали по пустой дороге в сторону северного рынка. Видеть пустые улицы для Инго было не впервой. Власти уже вводили как-то комендантский час, много лет назад. Тогда некоторые жители не обращали на него внимания, и шатались по улицам даже ночью. Вот и сейчас Инго увидел парочку пьянчуг, которые с громкими воплями вывалились из ближайшего трактира. Или это были стражники? В темноте было не разглядеть.

Через час они достигли шестого яруса. На этой «ступени» города жили в основном одни богачи. Вдоль белоснежной, мощеной ракушками, дороги, располагались не менее белоснежные дома. Все они были как один похожи друг на друга. Трехэтажные, с витражными окнами и большим, мраморным забором, вдоль которого то и дело выглядывали статуи. Инго практически не бывал в этой части города, так как его тут же прогоняли охранники, которые стояли у входов в особняки.

— А вот и особняк госпожи Мед. — проговорил Амар, выглядывая в окно.

Инго увидел, как Шани нервно заерзала на сиденье. Было видно, что ей, как, впрочем, и всем остальным, не терпится увидеть королевских рабов.

Подъехав к воротам, карета остановилась. И тут же в окошко постучал охранник.

— Вы господин Амар? — спросил охранник, обращаясь к Инго, и не замечая коротышку, который сидел у него под носом.

— Как грубо. — с обидой произнес карлик. — Амар — это я.

— А остальные кто? — спросил охранник, все еще рассматривая пассажиров. — Мне докладывали только об одном человеке.

— Долго объяснять. — проговорил карлик, с презрением вышвыривая из окна горсть монет прямо на мостовую.

Охранник медленно посмотрел себе под ноги. В его голове явно происходила борьба между гордостью и жадностью. Но как только из окна выплеснулась вторая волна золота, сражение было окончено, и победитель с наслаждением стал поднимать свои лавры с земли.

— Можете проезжать. — раздался голос охранника где-то на уровне дверной ручки.

Проехав небольшой сад, они остановились у входной двери.

— Позвольте. — пискнул Амар, выпрыгивая наружу и уже протягивая руку Габри.

Не успела карета опустеть, как у двери раздался низкий женский голос.

— О! Дорогой Амар!

Выбравшись вслед за немым мечником, Инго увидел, что у порога их уже встречает хозяйка дома.

То, что это Мед, было понятно сразу. Вряд ли обычная служанка позволила бы себе напялить такое роскошное платье, а затем еще измазать лицо тонной косметики, пытаясь скрыть многочисленные морщины. Но как бы Мед не старалась скрыть свой возраст под маской из пудры и румян, ее предательски выдавало старческое подергивание головы. Каждый раз, когда она произносила слово, ее голова дрожала, осыпая с крючковатого носа один из тысячи слоев пудры.

— Госпожа Мед! — весело воскликнул Амар, подхватывая уже протянутую для поцелуя руку. — Очень рад вас видеть.

— А я как рада! Но я думала вы прибудете утром.

— Нам удалось утрясти дела быстрее, чем я полагал. — сладко ответил Амар.

— Император уже готов принять их? — пророкотала Мед. — Ох, честно сказать, я уже привязалась к госпоже Калме. А юноша просто отменно играет на цитре. Все никак не могу запомнить его имя.

— Чжао. — подсказал Амар.

— Точно. Почти как сорт сливы. — затряслась Мед.

— Вы про сливу «Джо»? — вставила Шани. — У нас, на востоке, из нее делают отличное вино.

— Позвольте представить вам госпожу Шани. — тут же всполошился Амар. — Она будет курировать встречу.

— Мед фон Дитфрит. — представилась старуха. — Значит госпожа Шани? А фамилия?

— Велизар. — тут же ответила Шани.

Инго почему-то был уверен, что Шани говорит правду. Странно, ведь он думал, что она попытается уйти от ответа. Ему казалось, что она всячески хочет скрыть свою личность.

— О, я знакома с вашей семьей. У вас ведь плантации в Лимминг Мун, так?

— Именно. — кивнула Шани.

— Ну а это…? — старуха перевела взгляд на Инго. От ее бесконечного подергивания головой, Инго стало укачивать.

— Это мои помощники. — ответила Шани. — Это…

— Можете не называть имена, дорогуша. — перебила старуха. — Мне незачем их знать. Да я и не запомню. Лучше проходите в дом.

Мед отступила, пропуская гостей внутрь. Инго уже доводилось бывать в богатых особняках. А именно в доме Габри. И в том особняке действительно было уютно, чего нельзя было сказать об этом.

Все стены и пол были сделаны из желтого мрамора, и повсюду стояли статуи и миниатюрные фонтанчики. Кое где, конечно, холодные тона разбавляли экзотические растения, но все равно дом выглядел слишком «скользким» и «твердым».

— Можете проходить в гостиную, там как раз отдыхают леди Калма и господин «Джуо».

— Вы держите их вместе? — обеспокоенным голосом спросила Шани, и тут же, спохватившись, прибавила: — То есть…кхм…я хотела сказать… Они уже подружились?

— Госпожа Шани хочет сказать, что не стоило их пока знакомить. Все-таки Бреталия и королевство Лин не в самых дружественных отношениях. — проговорил Ламар.

— Я далека от всех этих политических дрязг. — затряслась Мед. — Но, как мне показалось, детишки поладили между собой. Вы проходите, сами увидите.

Пройдя вслед за Мед (старуха довольно резво лавировала между статуй), они вошли в гостиную. Она почти не отличалась от прихожей, разве что на полу был паркет, а не мрамор. Но оценить обстановку комнаты Инго так и не смог. В глаза ему бросились две фигуры, которые сидели на пухлом диване и пили чай.

Калме и вправду не дашь больше тринадцати. Ее детское лицо было покрыто легким румянцем, а золотые локоны спиралями спадали на ее узкие плечи. Одета она была в пышное платье, которое обычно носили аристократки. По тому, как она держала чашку, оттопырив мизинец, Инго понял, что перед ним настоящая принцесса. Даже у Габри не было такой привычки, что уж говорить о Широ. Сейчас в комнате находились сразу две принцессы. И обе были противоположностью друг друга.

Инго перевел взгляд на Чжао. Юноша был примерно того же возраста и роста, что и он. На Чжао были одежды, чем-то напоминающие восточные халаты, только более облегающие. На голове у него была повязка с вышитыми узорами змей. Лицо Чжао, как и лицо принцессы, выдавало в нем аристократа. Наклоненные к носу тяжелые брови придавали его лицу задумчивый, и даже хмурый вид. Но добрые глаза компенсировали хмурость, преображая лицо именно в то, которое и должно было быть у потомка великого полководца — уверенное, статное и спокойное.

До этого момента у Инго были мысли на счет того, зачем Шамси понадобилось приобретать этих рабов. Но он не понимал зачем выкладывать за них такие колоссальные суммы. Ведь есть же куда более дешевые наложницы и проститутки. Но теперь, глядя на них, Инго наконец понял, почему Шамси так рвался их приобрести. Гроссмейстеру не нужны были любовные утехи. Чжао и Калма доставляли удовольствие одним своим видом. Они как картины, от которых нельзя было оторвать взгляда. Но все же… Лицо Калмы было какое-то безжизненное. Словно у куклы. И именно это выражение притягивало внимание Инго, заставляя его погрузиться в свои мысли…

В чувства же его привели слова Шани:

— Господин Ичия был прав. Они просто божественны!

— Рад, что вам понравилось. — проговорил Амар.

— Дорогуши, позвольте представить вам ваших сопровождающих — закряхтела Мед. — Это госпожа Шани и господин Амар. Они помогут вам подготовиться к встрече с императором Алесандром.

И только старуха произнесла эти слова, как Инго увидел ее… Тень безумия промелькнула в широких глазах Калмы. Всего лишь на миг, но он увидел то же самое выражение, которое появилось на лице хранителя востока, когда тот убивал отца Габри. Глаза убийцы, маньяка, потрошителя. Инго больше не хотелось смотреть на принцессу.

— Очень рада с вами познакомиться, госпожа Шани. — легким, словно струны арфы, голосом, ответила Калма.

— Для меня это большая честь. — поклонился Чжао.

— Вы позволите? — проговорила Шани, подойдя к Чжао. Она взяла его руку и стала осматривать, словно ювелир, разглядывая пальцы и изгибы мускул.

Чжао не удивило такое отношение. Похоже, он, как и Калма, осознавал, что никакой встречи с императором у него не состоится.

— Надеюсь у вас не было проблем с охраной? — спросила Мед. — Хоть в городе сейчас и введен комендантский час, я решила на всякий случай усилить охрану дома. Не хочется, чтобы на детишек снова напали…

— Снова напали?! — всполошилась Шани, оторвав взгляд от руки Чжао.

— Да. Когда мы плыли к вам, на нас напали пираты. — ответила Калма. — К счастью, никто не пострадал и нам удалось уйти.

Шани перевела взгляд на Амара. Карлик выглядел растерянным.

— Я ничего не знал об этом инциденте. — тут же стал оправдываться Амар. — Обещаю, что мы разберемся со всеми, кто каким-либо образом был причастен к этому.

Наступила пауза. Шани вновь вернулась к изучению своей покупки.

— Я знаю, что вы провели в дороге немало часов. — наконец подала голос Мед. — Вы, наверно, толком не ели? Я велю слугам приготовить вам ужин.

— Будем очень признательны. — вставил Амар. — И будьте еще так любезны велеть им приготовить нам комнаты.

— Эмм… Для нас не нужно выделять комнаты. — тут же сказал Инго. — Мы… Мы заночуем у моих родственников.

— Вы уверены? — спросил Амар, и Инго уловил в его голосе нотки удивления.

— Да. Не стоит беспокоиться.

Когда Мед удалилась отдавать приказы, коротышка подошел к Инго и шепотом спросил:

— У вас же нет никаких родственников в городе, так? Где вы будете ночевать?

— В моем доме. — тут же вставила Габри.

— В вашем доме? — теперь Амар и вовсе не скрывал свое удивление. — Он же…непригоден для жилья.

— А вы откуда знаете? — спросил Инго.

— Просто знаю. — ответил Амар и без стеснения продолжил: — Он был продан шесть лет назад в «Золотом дубе» …

— Что?! — возмутилась Габри. Ее руки тут же покрылись молниями. — Вы продали мой дом на аукционе?!

— По документам этот особняк никогда не принадлежал семье Стенторианов. А поэтому ваш отец не имел права указывать его в завещании.

— И за сколько вы его продали? — спросил Инго.

— Сто сорок тысяч. — ответил Амар.

— Это не много. Мы можем его выкупить обратно. — Инго попытался успокоить Габри. — Кому вы его продали?

— Не могу сказать. — ответил Амар. — Но могу заверить, что покупатель не захотел переезжать в него.

— Может он уже и забыл про него? — подумал вслух Инго. — В любом случае, когда мы победим Анас…

В этот момент в комнату вошла Мед, и Инго пришлось замолчать.

— Ужин скоро будет готов. — оповестила она своих гостей.

— С вашего позволения, — подала голос Калма, — я покину вас.

— Конечно, дорогуша. — закивала Мед. — Я позову слуг…

— Нет-нет! — одновременно воскликнули Шани и Амар. — Теперь за их безопасность отвечаю я. — начала говорить Шани.

Повернув голову в сторону Изобы, она легонько кивнула. Мечник тут же двинулся вслед за Калмой.

— Нет, я настаиваю! — воскликнул Амар, подбегая к Изобе и преграждая тому путь. — Позвольте мне заняться охраной принцессы.

Карлик щелкнул пальцами, и служанка, которая зашла вместе с ними, поспешила за принцессой.

— Тогда и мы пойдем. — сказал Инго.

Проходя мимо Амара, он заметил, как коротышка поджал губы. Инго беспокоился, что тот отправит свою служанку следить за ними, но теперь у него не будет такой возможности.

Попрощавшись с хозяйкой, они вышли на улицу. На небе уже взошла луна, освещая голубым светом белую дорожку, по которой они шли.

— Поверить не могу, что они продали мой дом. — раздраженно проговорила Габри. Редко можно было увидеть ее в таком состоянии.

— Мы сможем его выкупить, у нас ведь есть полтора миллиона. — снова попытался успокоить ее Инго. — Нужно только узнать кто его купил. К тому же в этом доме никто не живет, и ты можешь…

— Мне просто обидно, что этим домом владеет кто-то другой. — с грустью перебила его Габри.

Спустившись на пятый ярус, Инго повел девушек к ближайшему спуску в подземелья.

— Надеюсь, Мавис еще не спит. — уже более спокойным тоном проговорила Габри, когда они спустились в тоннели.

— Вряд ли. Мавис поздно ложится. — сказала Широ.

Они так и не узнали какое именно поручение дал своей дочери Гантэр. Хотя Инго был уверен, что тот просто хотел сплавить свою дочь на время аукциона.

Когда до убежища повстанцев оставалось несколько поворотов, они встретили Снежка. Этот длинноухий кот тащил куда-то огромный кусок мяса. Похоже, он совсем недавно стащил его со сковородки, так как одна сторона у баранины уже была обжарена.

Скоро они достигли арочной двери, которая вела в жилые помещения. Толкнув дверь, Инго первым вошел в гостиную.

Внутри круглого помещения никого не было. На столе, который стоял посередине комнаты, лежали несколько книг, рядом с которыми стоял железный бокал. Но не успел Инго сделать и шага, как его обхватили чьи-то руки, и прижав к горлу холодное лезвие кинжала, тут же убрали его.

— Инго? — раздался удивленный голос Делроя. Хватка тут же ослабла. — А ты что тут делаешь?

Повернувшись, Инго увидел Делроя, который стоял у входа в комнату. С другой стороны, все еще вжимаясь в стену, стояла Мавис.

— Решил проведать вас. — сказал Инго, потирая шею. — Это так вы встречаете гостей?

В этот момент в комнату вошла Широ, и Мавис с веселым воплем бросилась обниматься с ней.

— Так мы никого не ждали. — убирая кинжал за пояс, сказал Делрой. — Все наши сейчас тут.

— Мы приехали сюда сразу после аукциона. — сказала Габри, тоже заходя внутрь.

— Габриель? Это ты? — спросил Делрой, разглядывая девушку. Похоже, Габри так была поглощена своими мыслями, что забыла снять паранджу, которую ей дала Шани.

— Какого еще аукциона? — веселым голосом спросила Мавис, приветственно обнимая Габри.

Инго и Делрой переглянулись. По его взгляду Инго понял, что Мавис ничего не знает об аукционе. Широ и Габри, похоже, тоже это поняли.

— Да так, ничего особенного. — поспешила выкрутиться Габри.

— Мы пробудем тут недельку. — сказал Инго. — Харон тоже на днях должен будет прийти. Мы поедем в Белланиму.

— Зачем вам ехать туда? — спросил Делрой, садясь за стол и пододвигая к себе бокал.

— Мы должны будем сопроводить какого-то Шамси до Каркастла. За это нам заплатят пятьдесят тысяч и отдадут редких горгон. Мавис тоже должна будет поехать.

— Шамси? — нахмурил брови Делрой.

— Ты его знаешь? Говорят, он один из пяти гроссмейстеров. — проговорил Инго, садясь напротив Делроя.

— Да. Он стратег запада, но при этом живет в Лимминг Мун. — сказал Делрой, отпивая из бокала. — Все свои дела ведет через помощницу. Как ее там?

— Шани.

— Точно. — щелкнул пальцами Делрой.

В этот момент, дверь, которая вела в столовую, открылась, и в комнату вошли Джаспер с Аластором.

— О, смотрите кто к нам пожаловал. — восторженно проговорил Джаспер, прислоняя свой ржавый меч, с которым он никогда не расставался, к краю стола. — Сам сын Бога! — он пожал руку Инго. — Как дела в лагере?

— Нормально. — сказал Инго, глядя на ухмыляющееся лицо, которое больше подходило к какому-нибудь головорезу, но никак не к историку, коим и являлся Джаспер.

— Гантэр писал, что ты делаешь успехи в освоении воли. — вставил Делрой.

— Ага. Только почему ты нам ничего не рассказывал о «состояниях»? — спросил Инго.

— Думал, что вам это не пригодится. Для военной воли достаточно «усиления». А «распространение» и «подавление» у этого типа воли считаются самыми сложными в освоении. Их начинают изучать с тридцати лет.

— О чем это вы? — раздался голос Аластора. — Инго, а ты где пропадал столько времени? Давно я тебя не видел.

Мускулистый старик, с пышными, похожими на вату, пучками подпаленных волос, страдал глубокой формой амнезии. Запомнить что-то, для него было очень трудным делом. Поэтому он делал маленькие записки, которые вешал на свой фартук. Вот и сейчас Аластор, похоже, забыл, что Инго вот уже два месяца как жил в лагере повстанцев.

— Да так, гулял по лесу. — улыбаясь проговорил Инго.

Пока Мавис с подружками болтали в другом конце комнаты, Делрой подвинулся поближе к Инго и шепотом спросил:

— Сколько выручили на аукционе?

— Полтора миллиона. — ответил Инго.

— Мави будет рад. — сказал Джаспер. — Скорее всего большая часть уйдет на покупку редких ингредиентов для его зелий. Главное, чтобы он не взорвал весь город, как Алекто. И зачем я ему только отдал ее дневник…

Инго рассказал про свой сон Джасперу в первый же день, как только его увидел. В нем ученица Рейме разнесла весь город, только чтобы убить земляного дракона, который рыл тоннели под Вестеркловом, мешая горожанам жить.

— А не легче перекупить всех наемников, которых нанял Анастериан? Тогда у него не будет армии. — сказал Инго.

— Во-первых, у наемников, как и у пиратов, есть свой кодекс. Если они взялись за дело, то выполняют до конца. А во-вторых, Анастериан снова перекупит их. Ты думаешь полтора миллиона для Тенебрисов большие деньги? Ты ведь только что с аукциона и видел какие там были ставки. — сказал Джаспер.

— За сколько, кстати, купили рабов? — спросил Делрой.

— За сто восемьдесят пять миллионов.

Делрой присвистнул.

— Вы ведь их будете сопровождать до Белланимы? — спросил Джаспер.

— Да.

— О чем разговор? Что за «рыбы»? — Аластор втиснул свою пушистую голову между ними.

— Политические дела. — сказал Делрой, а после посмотрел на Инго и прибавил: — Лучше покажи мне чему ты там научился.

Инго стал осматривать комнату в поисках чего-нибудь, на чем можно было бы продемонстрировать свои способности. На глаза ему тут же попалась Мавис, которая стояла к нему спиной и все еще о чем-то болтала с Габри и Широ.

Без каких-либо усилий, Инго пустил к ее ногам несколько теней. Словно черные змеи, они поползли по ее сапогам, обвиваясь вокруг ног. Еще мгновение, и Мавис повисла вниз головой, словно рыба, которую только что поймали на удочку.

— Что?! Что это?! — завопила она, хлопая по своим ногам в поисках того, что ее держит.

Увидев тени, она с гневом посмотрела на Инго.

— Инго, ты идиот! А ну живо отпустил меня! Придурок!

Она вытащила свой новый кинжал, который ей сделала Габри, и попыталась ударить им тени. Инго был уверен, что у нее ничего не выйдет, но тут же с удивлением заметил, что тени «порвались», и Мавис рухнула вниз. Похоже, она сама не ожидала такого эффекта, и первые несколько секунд растерянно пялилась на кинжал в своей руке.

— Это ты ее отпустил? — спросил Делрой.

Но Инго было уже не до разговоров. Схватив ржавый меч Джаспера, Мавис стала охаживать им Инго.

— Придурок! Совсем чтоли крыша поехала?! — кричала она.

Чтобы хоть как-то защититься от ее ударов, Инго пришлось схватить одну из книг, которые лежали на столе.

— МОЙ МЕЧ! МОИ КНИГИ! ИДИОТЫ, А НУ ЖИВО ПРЕКРАТИЛИ! — завопил Джаспер, бегая вокруг них.

— Да я-то тут при чем? — с улыбкой произнес Инго, блокируя книгой очередной выпад. — Это она меня бьет.

— А нечего свои… «штуки» распускать! — не унималась Мавис.

— Но как тебе удалось разбить его тени? — не обращая на суматоху внимания, спросил Делрой.

Мавис опустила меч.

— Не знаю. Я просто ударила их своим кинжалом. — сказала она.

— А ну-ка, Инго, призови еще раз свои тени. — сказал Делрой, вынимая кинжал.

Инго снова призвал тени, обвив их вокруг правой руки Делроя. Тот сразу же ударил по ним кинжалом. Но тени не порвались.

— Наверно клинок Мавис сделан из какого-то особого сплава. — сказал Аластор.

— Мне его Габри сделала. — сказала Мавис, переводя взгляд на подругу. — Из чего он?

— Сплав горной и армарийской стали. Еще серебро, кварц…

— И силентиум. — закончил Аластор, который уже изучал клинок Мавис.

— Значит это силентиум так влияет на тени? — спросил Инго.

Чтобы окончательно убедиться, Делрой достал свой фамильный, укрепленный меч, и ударил им по теням. Те тут же распались, словно были сделаны из воды.

— В моем мече тоже есть силентиум. — ответил он на незаданный вопрос.

— Выходит, и у твоей воли есть слабости. — сказал Джаспер. Пока они говорили, он успел выхватить свой ржавый меч из рук Мавис, и теперь сжимал его, словно тот был сделан из золота.

В этот момент дверь в столовую снова распахнулась и в гостиную вошел Крикс. Увидев Инго и остальных, он нисколько не удивился.

— Инго, здорово. — проговорил чемпион. Вытерев ладони об фартук, он пожал Инго руку. — Габри, Широ…

— Чего-то потерял, Герард? — спросил Делрой, глядя как Крикс тщательно осматривает стол, передвигая разложенные на нем книги.

— И тут нет… — пробубнил себе под нос Крикс. — Но оно же лежало на сковородке…

— Да в чем дело? — непонимающе спросил Джаспер.

— Мясо.

— Мясо? — не понял Джаспер.

— Да. Лежало на сковородке, а теперь его нет. Вы не брали?

Длани просящие

— Он точно придет? — недовольным голосом спросила Мавис. — Мы уже три часа тут торчим.

— Зачем ты вообще за мной увязалась? Я бы и один справился. — сказал Инго.

Они стояли у входа на арену. Шел дождь, и им пришлось спрятаться под одну из арок, где вместе с ними ютилась статуя какого-то чемпиона.

— Сама не знаю. Вот дура, да? — язвительно проговорила Мавис, а затем добавила: — Отец МНЕ доверил это дело.

— С какой стати? Делрой и Мави тебе тоже помогают. А теперь еще и Дельт. Одна ты не справишься.

Прошло два дня с тех пор, как Инго узнал какое именно поручение дал своей дочери Гантэр. Оказывается, Мавис должна была следить за лидерами наемников. А их в Вестерклове было немало. У каждого клана были десятки командиров. Делрой же, вместе с Мавериком, по возможности старались их устранять. За это время им удалось убить двенадцать командиров. Все они были из «Веселых солнц», клана северных наемников. И вот, совсем недавно, Мавис выяснила, что в Вестерклов должны будут прибыть главари «Правды просящих». Этот клан наемников был второй по величине после «солнц». В нем, как утверждали, состояли «забракованные» или осужденные инквизиторы. Все члены этого клана носили на голове белые бинты, которыми обматывали все лицо, оставляя дырочки лишь для глаз и рта. Рядовые члены этого клана были не особо опасны, и с ними было легко справиться. Но капитаны были совсем другим делом. Со слов Делроя они были очень опасными противниками.

Инго не стал спрашивать Делроя про его репутацию «лучшего убийцы». Он был уверен, что этот седой старик будет все отрицать. Как и сказал Гантэр, Делрой любил держать все в тайне. За место этого Инго расспросил Маверика.

— Да, Корво считаются одними из лучших наемных убийц. — сказал ему алхимик, когда Инго пришел к нему в лабораторию. — А ты не знал? Я думал это очевидно. Но работают они только в восточных землях, ну и по приказу императора. Хотя, у последнего для этих дел есть «когти» …

Репутацию лучших ассасиновподтверждало и то, что как только стало известно о прибытии командиров «просящих», Делрой тут же стал разрабатывать стратегию их убийства. Но ситуацию осложняло то, что им было не известно по какой именно дороге прибудут командиры. Они даже не знали сколько именно их будет. Делрой предполагал, что лидеры будут прибывать в город небольшими группами, поэтому было решено разделиться на отряды, и атаковать кортежи по пути в город. Инго выпало быть в команде с Мавис. Для большего успеха, они отправили письмо Гантэру с просьбой выслать им еще несколько человек, и тот отправил им на помощь Хаммерхексов.

— «Просящие» ведь прибудут завтра, а сегодня я просто встречаю Дельта. — проговорил Инго, глядя на промокшую и дрожащую от холода Мавис. Дождь застал их врасплох. — Тебе незачем было идти.

Мавис лишь обиженно повела носом.

— Нужно было идти с Габри. — пробубнила она. — Хоть эту Калму бы увидела.

Хоть официально их услуги охранников должны были вступить в силу только через неделю, когда они отправятся в Белланиму, Шани попросила их по очереди охранять Калму. За Чжао она беспокоилась меньше, так как тот и сам мог за себя постоять. За эту услугу она согласилась на один день одолжить им Изобу, чтобы тот помог им с убийством командиров. Делрой был недоволен тем, что теперь Габри и Широ приходилось по очереди стеречь принцессу, так как считал, что навыки Изобы не стоят таких усилий.

— Лучше бы потратили это время на подготовку. — ворчал он. Хотя в конце концов согласился с тем, что Изоба сможет на несколько секунд отвлечь командиров, прежде чем его убьют.

Инго тоже волновался по поводу этой миссии. Но не за себя. Он был уверен, что по тому пути, где они устроят засаду, никто не пойдет. Мавис была самой слабой из всех, кто выйдет на это задание, и поэтому Делрой выбрал для них самый безопасный путь. Инго даже попросил заменить его на Габри, которая была в паре с Широ, но Делрой отказал. Он сказал, что в каждом отряде должно быть по одному «громовержцу», для быстрого отхода. Но хоть Мавис и была самой слабой из всех, ей каким-то образом удалось научиться использовать «подавление». И теперь она только и делала, что скрывала свое присутствие, и даже сейчас, глядя на нее, Инго не чувствовал ее присутствия.

— Чего вылупился? — раздраженно пробормотала Мавис. Она так и не простила ему последней выходки с тенью.

— Да так… Когда ты успела научиться «подавлению»?

— Через неделю, когда прибыла в город. Делрой научил. — все так же раздраженно ответила Мавис.

— Все еще дуешься из-за аукциона? — спросил Инго.

— Больно надо… — безучастно ответила Мавис, хотя Инго удалось уловить в ее голосе обиду.

Так как дела с пиратами были закончены, Инго решился рассказать Мавис про аукцион. Но не все, а лишь про последние торги. Мавис в любом случае догадалась бы про рабов. Ей ведь тоже нужно было ехать в Белланиму.

Дождь лил как из ведра, размывая своими потоками силуэты людей, которые быстрым шагом спешили где-нибудь укрыться. Но вот, одна большая фигура появилась в конце улицы, и неспешно стала двигаться к ним. С такого расстояния было не определить кто это, к тому же на ней был одет капюшон.

— Вон, смотри, вроде он. — проговорил Инго, указывая в конец улицы.

— Ты уверен? — спросила Мавис, меняясь в лице. Хмурая мина уже успела превратиться в приветливую улыбку.

— Дельт! — замахала Мавис. — Эй, Дельт! Мы тут!

Фигура на секунду остановилась, а затем перешла на бег. Через несколько секунд к ним в арку забежал до нитки промокший никс.

— Уфф! Ну и ливень. — проговорил Дельт, стряхивая капли со своего плаща.

— Что-то случилось? Почему ты так долго? — спросил Инго.

— Все нормально. Просто Крикса встретил. Вот и разговорились. — сказал Дельт. — А тут ливень пошел…

— А ты разве не знал, что сегодня будет дождь? — удивилась Мавис.

— Откуда-ж мне знать? Ну вы скажете тоже…

Инго с Мавис переглянулись.

— Я думал все, кто обладает природной волей, могут предсказывать погоду. — сказал Инго. — У тебя разве нету буревестника?

— «Буре» кого? — почесал бороду Дельт.

— Ну, птиц с волей. Их еще используют в качестве «маяка». — начала объяснять Мавис.

— А, этих чаек чтоли? Неа. У нас на севере таких нет. Да и зачем? Мы и без того сильные.

— Ладно, потом поговорим. — сказал Инго. — Пойдемте скорее в подземелья.

— В такой ливень? — возмутилась Мавис. — Давайте хотя бы немного переждем.

Наступила тишина. Было слышно лишь звуки воды, которая стекала по каменным стокам в ближайший канал.

— Так значит Вестерклов, да? — нарушил неловкую паузу Дельт. — Это тут, значит, Анастериан живет?

— Ага. — сказал Инго, который от нечего делать начал точить свой меч.

— А убить не пробовали?

— Кого? Анастериана? — Инго снова переглянулся с Мавис. Этот вопрос у обоих вызвал улыбку.

— Ну а кого еще? Его. Вон замок-то. — Дельт махнул рукой в сторону черного пятна, которое возвышалось над городом. — Залезли бы к нему, да и дело с концом.

Инго не стал подшучивать по этому поводу. Когда-то и он задавал этот вопрос Делрою.

— Анастериан очень сильный. — проговорил Инго, проводя точилом по лезвию. — Его так просто не убить. К тому же нам нужно победить его в битве, чтобы все видели это. А иначе Тенебрисы пришлют нового хранителя.

— Да… — протянул Дельт. — Вот задачка-то, да?

— А вы почему сражаетесь? — спросила Мавис.

— Так Гантэр пообещал нам, что если он победит, то нас возьмут в громовержцы.

— А почему вас сейчас не берут? Вы же «сильные». — в голосе Мавис слышалась явная насмешка.

— Дядька Зенон предлагал вступить сестре, но она сказала, что без нас не будет вступать. — просто ответил Дельт. — А нас он не хочет брать. Говорит, мол, контроль воли слабый. Вот мы и тренируемся.

Инго не удивили слова Дельта. Он уже знал, что Гекате предлагали титул громовержца еще до того, как в орден вступила Габри.

— А это у тебя что такое? — спросила Мавис, показывая на толстую цепь, которая висела у Дельта на поясе.

— Это? — Дельт показал на пояс. — Боевая цепь.

— Боевая цепь? — не понял Инго.

— Да. Не слышали про такое оружие?

— Так ты этим драться будешь? — удивилась Мавис.

— Ага.

Дельт снял цепь с пояса и Инго увидел, что она намного длиннее, чем ему показалось изначально. Метров пять, не меньше. К тому же на концах цепи висели тяжелые металлические шары. Пустив по цепи молнию, Дельт стал раскручивать ее у себя над головой. Не прошло и трех секунд, как цепь стала крутиться с такой силой, что ее очертания слились в один сплошной диск.

— Круто. — проговорила Мавис, и тут же зажмурилась от полетевших в нее кусков мрамора.

— Ой-ой. — буркнул Дельт, убирая цепь. У его ног сейчас лежало то, что секунду назад было головой статуи. — Бывает иногда такое. Только сестре не говорите, хорошо?

Он попытался водрузить голову на место, но та выскользнула из его рук и снова упала на пол, разлетевшись на куски. Похоже, Абеле де Вито потерпел сегодня свое первое поражение.

— Черт бы побрал этот треклятый дождь. — Дельт погрозил кулаком в небо. — Все руки мокрые.

Только он это сказал, как Инго осенила идея. И как он раньше об этом не подумал!

— Вот я дурак! — воскликнул Инго, хлопая себя по лбу.

— Я это поняла еще при первой нашей встрече. — язвительно вставила Мавис.

Но Инго было наплевать на ее сарказм. Он стал призывать тени, и вот через секунду над ними образовался тонкий, черный диск.

— А он точно поможет? — спросила Мавис, тыкая в диск пальцем.

Инго передвинул диск чуть вперед, и тот выехал из-за арки. Капли дождя тут же стали стекать по его краям.

— Смотри-ка, работает. — проговорил Дельт.

Инго увеличил размер диска, чтобы он смог укрыть всех троих.

— Давайте быстрее. — сказал Инго. — Не хочется, чтобы нас кто-нибудь увидел.

* * *

Прошло уже пол дня, как они вернулись в подземелья. Инго сидел в гостиной, и вместе с Мавериком перебирал книги, которые алхимик принес из библиотеки.

— Ты разве еще не подготовил зелья? «Просящие» приедут уже завтра. — с укором в голосе проговорила Мавис, которая, поджав ноги, сидела в большом кресле у стены.

— Все приготовлено. — ответил Маверик, не отводя взгляда от книг. — Но может быть тут найдутся еще какие-нибудь интересные рецепты.

— Ты же говорил, что не обязательно знать рецепт, чтобы создать зелье. Нужно лишь знать свойства ингредиентов. — сказал Инго, вспомнив первую встречу с алхимиком.

— А зачем самому трудиться, когда все уже написано. — ответил Маверик, перекладывая очередную книгу.

В этот момент дверь, которая вела в тоннели, открылась, и в комнату вошла Габри.

— Всем привет. — поздоровалась девушка, пристраивая к стене свой трезубец. — Что, готовитесь к завтрашнему дню?

— Ага. Вот Мави ищет рецепты, чтобы всех взорвать к чертям. — проговорила Мавис, надувая щеки и размахивая руками, как бы показывая взрыв. Она так увлеклась этим, что случайно задела бутылку с медовухой, которая стояла на маленьком столике рядом с ней. Бутылка тут же полетела вниз и разбилась вдребезги.

Маверик на секунду оторвал взгляд и посмотрел на обескураженную Мавис.

— Тебе я никаких зелий давать не буду. — тихо проговорил он, возвращаясь к книгам.

— За тобой сегодня никто не следил? — спросил Инго у Габри.

— Нет. Служанка Амара не отходит от Калмы. — ответила Габри.

Ее слова все равно не успокоили Инго. Он был уверен, что карлику не терпится узнать, где находится убежище повстанцев. Конечно, Инго знал, что Амар не станет передавать эту информацию Анастериану, но все же ему не хотелось, чтобы тот узнал про подземелья.

— Ты бы не носила свой трезубец с собой. — проговорил Маверик, покосившись на оружие у стены. — Тебя же могут раскрыть.

— Госпожа Шани сказала, что на этот счет можно не волноваться. — ответила Габри. — Она сказала всем, что я одна из «Братьев бури».

— Но ты все равно будь осторожней. Ашиля недавно выписали из госпиталя. Да и остальные инквизиторы еще в городе. Они могут тебя узнать.

— Маллум тоже? — спросил Инго.

После бойни в порту, Инго почти ничего не слышал про инквизиторов. Все, что он знал, это то, что Ашиля с Ноэлем отправили в госпиталь, и что Ашиль был на грани смерти. Хонори и великому инквизитору Маллуму тоже сильно досталось, но они отказались ложиться в госпиталь. Инго удивлялся как Хонори вообще осталась жива, ведь она сражалась с Делроем. Хотя тот был уже вымотан битвой с Хейденом. Наемник из «Братьев бури» еле унес ноги, когда понял, что Делрой ему не по зубам.

Мысли о Хейдене снова начали пробуждать в нем ярость. Инго вспомнил лицо наемника, когда тот швырял свои копья во все стороны. Тогда на его лице играла безумная улыбка.

Ярость, словно дикий зверь в клетке, стала биться в его груди, стучась о ребра в попытке выбраться наружу. Нужно срочно успокоиться! Инго взял со стола книгу, и невидящим взглядом уставился на ее обложку.

— Эту я уже просмотрел. — раздался где-то вдалеке голос Маверика. — Бери из этой стопки.

Инго отложил книгу, и потянулся за следующей. Шаря рукой, он нащупал другую книгу. Или это не книга? Какая-то тонкая и железная.

Сфокусировав взгляд, Инго увидел, что держит в руках ту самую книгу, которую он нашел в замурованной комнате. Это была сказка про Флоренса и Лайтерию. Мысли стали понемногу приходить в порядок, и он смог успокоиться.

— А это тебе зачем? — спросил Инго, глядя на книгу. На железной обложке красовалось дерево с огненной кроной и корнями-молниями, под которым застыли в обнимку двое влюбленных.

— Что у тебя там? — Мавис, которая только что закончила убирать осколки, подошла к столу и взяла в руки книгу. — Флоренс и Лайтерия?

— Это Джаспера. — сказал Маверик. — Он в последнее время с ней носится.

— Он сказал, что это оригинал. — сказал Инго. — Говорит, что эта история не выдумка, а персонажи существовали на самом деле.

— Да, я тоже об этом слышал. — все еще не отрываясь от книг, проговорил Маверик. — Флоренс Как-То-Там и Лайтерия Чего-То-Там жили во времена Великой войны. Где-то на севере, вроде.

Габри тоже подошла к Мавис, и они стали в вдвоем перелистовать тонкие металлические страницы. Понять, что там написано, они, конечно, не могли. Книга была написана на древнем диалекте.

— Ничего не понимаю. — проговорила Мавис, перелистывая очередную страницу.

— Вот, смотри, тут такое же слово, что и на гербе Вестерклова. — сказала Габри, тыкая пальцем в книгу.

В этот же момент раздался легкий щелчок, и плоские картинки поднялись со страниц. Инго увидел женщину с поднятой вверх рукой, которая стоит над «армией» из десяти маленьких солдат. Не прошло и секунды, как кулак женщины заискрился молниями, и в плоские фигурки солдат полетели маленькие разряды молний.

— Это не я. Честно. — стала оправдываться Габри. — Я просто дотронулась.

— Да тебя никто не обвиняет. — сказала Мавис, глядя на дымящиеся фигурки солдат, которые снова вернулись на свои места.

— Наверно книга реагирует на волю. — сказал Маверик, подходя к девушкам и проводя рукой по железной странице. — А ну-ка, Инго, попробуй ты.

Не вставая со своего места, Инго пустил к книге тени, и через мгновение железные страницы окутала черная дымка. Продержавшись пару секунд, тени стали утекать, словно вода.

— Похоже, тут тоже есть силентиум. — сказала Габри.

— И на волю Инго книга тоже не реагирует. — разочарованно проговорила Мавис, переворачивая страницу. — Может нужно применить…

Мавис замолчала, глядя на новые фигурки, которые опять стали подниматься со своих мест. На этот раз это была фигура мужчины, который так же, как и женщина, стоял с поднятым кулаком в окружении маленькой «армии». Все в комнате замерли в ожидании, но ничего не случилось. Постояв несколько секунд, фигурки возвратились на свои места.

— Вы видели?! — взволнованно воскликнула Мавис. — Габри, попробуй теперь ты.

Девушка снова дотронулась пальцем до страницы, но фигурки остались неподвижны.

— Странно. — проговорила Габри, тыча пальцем в рисунок мужчины. — До этого получалось.

— Может нужно тыкнуть в солдат? — вслух подумала Мавис, проводя пальцем по странице.

И снова фигурки поднялись со своих мест. И снова, постояв так несколько секунд, возвратились обратно.

— Похоже, книга сломана. — высказал свой вердикт Маверик, наблюдая за тем, как Габри водит рукой по странице. — В любом случае, это всего лишь сказка. Нам она никак не поможет.

Сказав это, он возвратился обратно за стол. Но Габри с Мавис не успокоились. Усевшись на диван, они стали заново пересматривать книгу, по очереди тыкая пальцами по страницам. И каждый раз картинки «оживали». Те, что реагировали на прикосновения Габри, роняли на металлические страницы маленькие дуги молний. А вот фигурки, которые поднимались от прикосновений Мавис, просто стояли, а затем возвращались на свои места.

Через полчаса в гостиную вошли Широ и Дельт. У принцессы за спиной был тяжелый мешок с припасами.

— Ну, мы пойдем. — сказала Габри, поднимаясь с дивана и направляясь к выходу.

— Удачи. — кинул им вслед Инго.

— Вряд ли «просящие» пойдут по тому пути. — проговорил Маверик, когда Габри и Широ покинули подземелья.

— С ними ведь еще Халд будет? — спросила Мавис.

— Да. Одна из самых сильных команд. — сказал Маверик.

— Мы тоже сильные. — вставил Дельт.

— Не стоит недооценивать противника. Это тебе не какие-то слабаки из «солнц». Командиры «просящих» бывшие инквизиторы и палачи. — сказал Маверик.

— Инквизиторы еще ладно, но разве есть бывшие палачи? — удивился Инго. Он знал, что «палачами» называют охотников за головами, которые все время сопровождают ведьм. И насколько он знал, они служат ведьмам до самой смерти.

— Да. — ответил Маверик. — У ведьм есть особый отряд, куда попадают палачи, которые потеряли свою ведьму, ну или не смогли пройти отбор. На самом деле про них мало что известно. Знаю только, что в этом отряде самая большая смертность. Поэтому в него и не хотят вступать… О! Нашел!

Маверик схватился за книгу, которая была в самом низу высокой стопки. Недолго думая, он потянул ее на себя, обрушив лавину толстых томов.

— Ладно, хватит на сегодня сказок. — проговорила Мавис, откладывая в сторону железную книгу. — Я пойду спать. Вы тоже долго не засиживайтесь, нам завтра рано вставать.

Как только за Мавис захлопнулась дверь, Дельт подошел к дивану и взял книгу в руки.

— Флоренс и Лайтерия. — с выражением прочитал никс. — Интересно…

Он стал переворачивать тяжелые страницы, но ничего не происходило.

— Фу-ты, одни каракули какие-то. — проговорил он, захлопывая книгу. — Пойду и я спать.

— Тогда и я… — начал Инго.

— Подожди, Инго. — сказал Маверик, лихорадочно листая книгу, которую он вытянул. — Можешь мне помочь с зельями? Это недолго.

— Хорошо.

— Тогда пошли в лабораторию. — схватив книгу, Маверик быстрым шагом направился к двери, которая вела в столовую.

Пройдя столовую и небольшой коридор, они вышли в просторный зал, где находилась дверь в лабораторию алхимика.

— А зачем я тебе? — спросил Инго.

— Нужно…м-м-м…ну…в общем долго объяснять. Просто поможешь. — сказал Маверик.

Такое объяснение немного насторожило Инго. Он не понаслышке знал, насколько могут быть опасны зелья алхимика. Как-то раз тот превратил свои руки в чешуйчатые отростки, и не мог избавиться от них целый месяц. Тогда Инго с Мавис целыми днями проводили в его лаборатории, и следуя указаниям алхимика, смешивали за него зелья в поисках антидота.

— Сейчас попробуем… — пробубнил себе под нос Маверик, толкая красную дверь, которая вела в лабораторию.

За два месяца лаборатория хоть и не сильно, но изменилась. Но это не удивило Инго. Он уже привык к тому, что каждый раз обнаруживает в этой комнате что-то новое. Вот и сейчас он заметил, что прямо посередине лаборатории выросло небольшое дерево. В остальном же все осталось таким, каким было два месяца назад: все тот же сад, разделенный на «ночные» и «дневные» растения, все те же клетки с насекомыми и рептилиями, и все тот же стол, с колбами и пробирками.

Зайдя в лабораторию, Маверик тут же бросился к столу и стал греметь склянками.

— Что это за дерево? — спросил Инго глядя в центр комнаты. Оно чем-то напоминало секвойю, только в уменьшенном варианте.

— А? — Маверик на секунду оторвался от пробирок. — А, это. Не обращай внимания. Какой-то побочный эффект. Наверно что-то разлил, вот и выросло.

— А срубить не пробовал?

— Пробовал, только оно вырастает заново. — пробубнил алхимик, не отрывая взгляда от записей в книге. — Да оно мне не мешает. У меня даже растения в саду стали лучше расти… АГА! ЧЕРТ БЫ ВАС ПОБРАЛ! — Маверик схватил колбу, которая только что пыталась удрать на маленьких, зеленых ножках. — ТАК ВОТ ИЗ-ЗА КОГО ВСЕ ЭТО! А НУ КАТИСЬ ОТСЮДА! — он схватил лесного духа, и швырнул его в какой-то куст, на котором росли белые ягоды. — А я-то все думаю, куда это у меня ингредиенты пропадают?!

— Как он вообще сюда попал? — вслух подумал Инго, наблюдая как зеленый человечек как ни в чем не бывало поднимается на ноги и скрывается в кустах.

— Понятия не имею. Может быть сидел в одном из ящиков с ветками «кораллового дерева». Мне их недавно привезли, и я еще не все успел осмотреть. — сказал Маверик, возвращаясь к колбам.

— Если не избавишься от него, то скоро все подземелье зарастет деревьями. — сказал Инго, вспомнив дом Габри, который превратился в зеленый холм всего лишь из-за одного такого духа.

— Да он и сам уйдет. Тут ведь все время кто-нибудь ошивается. И солнца нет. — Маверик снова на секунду оторвался от колб, и посмотрел на янтарные лампы, которые имитировали свет солнца. — А если не уйдет, то выгоню. Ну или Снежок сожрет…

— Вряд ли лесной дух придется ему по вкусу. — сказал Инго, наблюдая как Маверик разжигает горелку.

— Снежку-то? Ему все «по вкусу». Недавно сожрал у Аластора кожаные ремешки, которые тот купил, и забыл на столе в гостиной.

Инго стал наблюдать как Маверик вливает в колбу еще какие-то зелья.

— Так для чего я тебе понадобился? — после нескольких минут молчания спросил Инго.

— Скажу, когда закончу. — ответил Маверик. — Ты не бойся, оно не взрывается.

В этот момент жидкость в колбе закипела и стала выплескиваться наружу. Одна из капель попала на горелку, и на секунду до потолка взметнулся столб зеленого пламени.

— Все нормально, все под контролем. — начал успокаивать Маверик, уменьшая огонь в горелке.

— А это что такое? — спросил Инго, показывая на сумку из которой высовывались десятки пузырьков.

— Это мое. Приготовил на завтра.

— А для нас? Есть какие-нибудь зелья?

— Для вас, вот. — Маверик швырнул ему маленький мешочек.

— Это же «светлячки». А есть что-нибудь более полезное?

— Этого хватит. Все равно по той дороге никто не пойдет. — сказал Маверик.

— Тогда зачем нам вообще туда идти? Не лучше ли будет помочь остальным? — Инго совсем не хотелось сидеть в стороне пока другие рискуют жизнью.

— Нет. Гантэр будет против. — сказал Маверик, убирая колбу с огня. — Ладно, хватит разговоров, пошли в тренировочный зал.

Они вышли из лаборатории и стали подниматься по лестнице, которая вела к огромным воротам, которые доходили до самого потолка. Пройдя через маленькую дверцу, которая была вделана в ворота, они попали в круглый зал. Здесь Делрой обучал их приемам, но иногда и алхимик тестировал на железных манекенах свои зелья.

— Итак. — многозначительно проговорил Маверик, поворачиваясь лицом к Инго. — Готов?

— К чему? — насторожился Инго.

— Ты только не волнуйся. — алхимик осторожно сделал шаг вперед. — Тебе просто нужно выпить это.

— Я иду спать. — быстро проговорил Инго, разворачиваясь к двери.

— Стой-стой-стой! Подожди! — Маверик пробежал вперед и перегородил дверь. — Оно абсолютно безвредно. Я клянусь.

— Вот сам и пробуй. — сказал Инго, пытаясь отодвинуть алхимика.

— Я не обманываю! — запротестовал Маверик. — Ладно! Хорошо! Я докажу!

И сделав небольшой глоток, Маверик состроил такую рожу, словно за раз съел целый килограмм лимонов.

— Видишь? — вытирая рукавом потекшие слюни, проговорил он. — Все нормально. Совсем безвредно.

— Я все-таки пойду…

— Ну пожалуйста! — взмолился алхимик. — Если ты выпьешь, то я прощу тебе долг в семьдесят пять золотых. Помнишь, ты мне должен был?

— Какое заманчивое предложение. — язвительно протянул Инго, театрально покрутив янтарный ключ, который висел на шее.

— Это для твоего же блага. Оно усилит твою концентрацию. Сможешь лучше управлять волей.

— Я и так неплохо ей владею. — сказал Инго.

— А будешь еще лучше. — проговорил Маверик, протягивая ему колбу.

Немного постояв, Инго осторожно взял колбу в руки. Конечно, до этого ему уже доводилось пробовать несколько раз зелья Маверика. Но тогда алхимик просто тестировал их «крепость», так как за основу в любом зелье использовался спирт. Но даже от этих «безобидных» зелий, Инго несколько часов шатало так, что он не мог нормально ходить. А ведь напоить богорожденного было делом не из легких.

— Меня точно не нужно будет отскребать от потолка, после того, как я его выпью? Мне ведь завтра на задание.

— Поэтому я и даю его тебе. Будешь более ловким. — сказал Маверик, все еще пуская слюни.

Еще немного повертев колбу в руках, Инго сделал глубокий вдох, и залпом осушил остатки зелья. Таких ощущений Инго еще ни разу в жизни не испытывал. Во рту все онемело, а в ушах стало пульсировать. На несколько секунд он потерял ориентацию в пространстве, и даже не заметил, как облокотился о стену. И вот, когда наконец Инго стал понемногу приходить в себя, откуда-то сзади в него прилетел деревянный меч.

— У тебя что, крыша поехала? — спросил Инго глядя на Маверика, который и запустил в него мечом.

— Ты должен был увернуться. — сказал алхимик. — У тебя разве не обострились чувства?

— А у тебя? — спросил Инго, поднимая меч, и целясь в Маверика, который тут же забежал за ближайший манекен. — Ты ведь тоже его пил. Сейчас проверим, как увернешься!

— Я совсем чуть-чуть выпил! — раздался голос за манекеном. — Эффекта почти нет!

Чтобы немного припугнуть алхимика, Инго запустил меч точно в голову манекена, за которым прятался Маверик. Просвистев в воздухе, деревянный клинок с громким треском врезался в металлическую обшивку манекена, и разлетелся на куски.

Маверик осторожно вылез из своего укрытия и стал осматривать то, что осталось от меча.

— Немного перестарался, извини. — проговорил Инго, глядя как Маверик поднимает остатки меча.

— Все нормально. Как раз то, что нужно. Твоя сила ведь увеличилась?

— Не знаю. — сказал Инго. Его чувства уже пришли в норму, только во рту еще немного «вязало». — Вроде все так же, как и было.

— Чего вы тут делаете? — раздался голос Аластора.

Пока они говорили, в зал вошел кузнец. В руках у него была здоровая бутылка рома, а значит он совсем недавно работал с силентиумом. Инго знал, что алкоголь притуплял действие этого металла.

— Да так…проводим эксперименты. — ответил Маверик, уже изучая дыру в манекене, которую проделал меч.

— Вы это чего, меч из вечного дерева сломали? — будничным тоном спросил Аластор. — Как хоть умудрились?

— Как из вечного? — удивился Маверик, снова глядя на щепки.

— А ты брось в камин, и сам увидишь.

Алхимик подошел к огромному, полукруглому камину, который был на пол стены, и забросил в пламя несколько деревянных осколков. Но ничего не произошло. Огонь лишь огибал дерево, но никак ему не вредил.

— Видишь? — с ухмылкой проговорил кузнец. — Ладно, давай сюда. Сделаю из них ложки.

Инго был поражен. За все время он видел лишь двух человек, которые смогли сломать вечное дерево. Первым был Гантэр, который смог разрубить топором половину бревна, за что получил в награду Снежка. Вторая же была Широ, которая нечаянно сломала такой же меч во время тренировки с Делроем.

— Наверно я переборщил с «самсонским» порошком. — пробубнил алхимик, доставая кочергой детали меча.

— Так значит алхимики могут не только все взрывать и поджигать? — спросил Инго, все еще разглядывая свои руки. Он беспокоился, что действие зелья еще не прошло, и что он ненароком сможет еще что-нибудь сломать.

— Конечно. Я же тебе рассказывал, что есть несколько видов алхимии. — ответил Маверик.

— Ну да, вроде что-то такое говорил. — стал припоминать Инго. — Вроде шаманская, цветная и…первичная чтоли?

— Не цветная и первичная, а цветочная и первейшая. — поправил Маверик.

— Ага. А еще взрывная — твоя любимая.

— Да не любимая! — воскликнул Маверик. — Просто практикую немного.

— Ну и что? Это зелье к какой алхимии относится? — спросил Инго.

— К первейшей. Вообще в этом типе алхимии очень много зелий, которые предназначены для усиления тела. В последнее время я стал увлекаться ими. — похвастался алхимик. — Особенно когда стали охотиться за лидерами наемников. Но это зелье я еще не пробовал…

— И поэтому ты решил испытать его на мне? — перебил его Инго.

— Но с тобой ведь все в порядке… С тобой ведь все в порядке?

— Все нормально, Инго. — вставил Аластор. — Он и мне давал их попробовать…вроде.

— Ну не знаю. — задумчиво протянул Инго. — Что-то с волей не так. Плохо контролирую.

Он призвал тени, и пустив их по полу, схватил алхимика за лодыжки, подняв его вверх ногами. Тут же по подземелью разнесся звон стекла, и Маверик стал ловить вылетающие из его потайных карманов пузырьки. К счастью, Инго успел соорудить «сочок» из теней, и только поэтому те флаконы, которые не смог поймать алхимик, не разбились.

— Ладно-ладно, я понял. Отпусти. — проговорил Маверик, крутясь на веревке из тени.

Как только Инго опустил алхимика, тот с обиженным видом стал рассовывать свои зелья по карманам.

— Надо было попросить Мавис. — пробубнил он себе под нос.

— Да она от тебя живого места бы не оставила. — сказал Инго.

— Ну, тогда Джаспера…

— А его нет. — сказал Аластор, который теперь вертел в руках один из пузырьков, который укатился к его ногам.

— Как нет? — удивился Инго

— Так он же вроде как с Делроем ушел, нет? — проговорил кузнец.

— С Делроем? — Инго с Мавериком переглянулись. — Ты ничего не перепутал? Делрой ведь в команде с Гекатой.

— Нет. Я точно помню, Джаспер сказал, что идет с Делроем. — уверенным тоном проговорил Аластор. — Он ведь совсем недавно от меня ушел. Вы разве не видели?

Инго решил, что Аластор снова все перепутал. Скорее всего Джаспер просто пошел в город на разведку. В завтрашнем мероприятии Джас не мог принимать участия, так как не обладал волей, да и сражаться толком не умел.

— Ладно, черт с ним. — сказал Инго, направляясь к двери. — Я пошел спать.

Вернувшись в свою комнату, Инго стал готовиться ко сну. Завтра нужно было встать в шесть утра и двинуться через северные ворота к «пограничной» горе. Там, в лесу, они и должны будут устроить засаду.

Сняв одежду, Инго улегся на кровать. Он уже шесть лет прожил в этой комнате, поэтому снова ночевать в подземельях, где с потолков свисает множество корней, а по стенам разносится журчание подземных вод, для него было обычным делом.

И все же заснуть быстро у него не получилось. Сначала все его мысли были сосредоточены на завтрашнем дне, но потом, каким-то образом они переместились на алхимиков. Инго не понимал почему ему не удается постичь это искусство. Как бы он не старался, ему никак не удается понять, каким образом из одних и тех же ингредиентов Маверик получает совершенно два разных зелья. Он много раз наблюдал за алхимиком, и даже ассистировал ему, но так ничего и не понял.

Потом его мысли плавно перетекли к первым хранителям. Рейме был королем востока и первым алхимиком. Интересно, как он дошел до этого? Нельзя же вот так просто взять, и ни с того ни с сего стать алхимиком. Если даже Маверик, который имеет большой опыт и множество книг по алхимии, совершает ошибки, то что говорить о Рейме. А ведь его называют не только первым, но и самым выдающимся алхимиком.

Мысли понемногу стали плыть в его голове, и он вскоре уснул.

* * *

Проснувшись рано утром, Инго был бодр, как никогда. Мысли о предстоящей засаде освежали его разум, словно холодная вода.

Одевшись, он еще раз проверил все ли взял с собой. Оба его любимых меча были закреплены на своих местах, несколько мешочков «светлячок» и кожаный плащ, на случай если пойдет дождь. Вроде бы все было на месте. Еду и питье он приготовил еще вчера, и положил в гостиной.

Покинув комнату, он направился по заросшему корнями коридору к комнате Мавис, чтобы убедиться, что та проснулась. Но постучав несколько раз в дверь, он не услышал никакого ответа. Мавис хоть и была соней, в важные моменты могла встать раньше остальных.

Вот и сейчас, зайдя в гостиную, Инго обнаружил своих напарников в полной готовности. Мавис, как и он, надела кожаный плащ, защищающий от дождя. Дельт же был одет в свои обычные, меховые одежды, если не считать странных наплечников, из которых высовывались по два маленьких, размером с палец, стрежня.

— Что это у тебя такое на плечах, Дельт? — спросил Инго у никса.

— Усилители. — просто ответил Дельт. — Мне их сестра дала. Они накапливают молнии или что-то типа того… Я и сам не знаю, как они действуют. Но главное, что действуют.

— А Мави уже ушел? — сменил тему Инго.

— Наверно. — проговорила Мавис. — По крайней мере я его не видела.

Инго посмотрел на свои руки. Интересно, действие зелья уже прошло? Он взял со стола железный кубок и с силой сжал его, при этом стараясь не использовать волю. На кубке появилась лишь небольшая вмятина. Значит все в порядке, и ему можно не волноваться за то, что он ненароком сможет покалечить своих товарищей.

— Ну что, пошли? — спросил Инго, направляясь к двери.

— Дай нам хоть доесть! — возмущенно воскликнула Мавис с набитым ртом.

— Все нормально, мы быстро. — прибавил Дельт, подкладывая себе в тарелку каши. — Ты тоже покушай. Вот, держи «яичню». — он пододвинул к Инго сковородку с яичницей и беконом. — Я сам готовил.

Только после этих слов Инго согласился притронуться к еде. Он не хотел завтракать лишь потому, что думал, будто еду готовила Мавис. Уж больно хорошо он был знаком с ее навыками в готовке.

Поев, они взяли походные сумки, и покинули подземелья.

Утро выдалось ясное, с легким туманом. Но для Инго это было лишь на руку, ведь именно туман усиливал его волю. Находясь в нем, у Инго усиливались все чувства. Он мог сказать кто-где находится, даже если этот кто-то находился за стеной. Он слышал каждый шорох, и ощущал каждый сорванный ветром листочек, словно тот падал прямо в его руки. Он даже ощущал Мавис, которая, как он был уверен, сейчас «подавляла» свою волю.

— Что-то я не вижу ни одного «змееносца». — сказал Инго, когда они прошли рядом с каким-то бродягой. — Вы их всех убили чтоли?

— Нет. Они сами куда-то пропали, когда мы стали убивать командиров «солнц». — спокойно проговорила Мавис.

Скоро они подошли к северным воротам. Стражник, нацепив шлем с забралом, видел уже десятый сон, когда они спокойно прошли мимо него.

Пока они шли в направлении высокой горы, которая маячила на горизонте, им повстречалась группа прокаженных. Как это обычно бывает, поравнявшись с ними, Инго почувствовал отвратительный смрад, исходивший от тряпок, которыми были обмотаны их тела. Когда-то и Инго с сестрой носил похожие одежды, чтобы никто не заподозрил, что они богорожденные.

— А на севере тоже есть прокаженные? — спросила, немного погодя, Мавис.

— Есть. В Поларвейне их куча. Хотя там они не так воняют, как у вас. — проговорил Дельт, зажав нос.

— И церкви есть? — Инго не мог представить золотой храм Шести Владык или собор святой Силестии, вкупе с деревянными постройками, которые он видел в лагере.

— А то как. Конечно есть. — отозвался Дельт. — Храмов Владык даже больше, чем у вас.

— Но ведь никсы поклоняются царю-Богу, или как его там? — сказал Инго.

— Так это ты про горных и сиффийских никсов говоришь. А городские верят в основном во Владык. Хотя, не так фанатично, как другие.

— А ты в кого веришь? — спросил Инго.

— Ни в кого. — просто ответил никс. — А вот брат во Владык верит.

За разговорами они не заметили, как прошли большое поле, которое находилось между городом и лесом. Вскоре им стали попадаться ели с березами, и Дельт, достав охапку толстых гвоздей, стал вбивать их в деревья голыми руками. Инго знал, что всем никсам, которые уходили на охоту, было велено вбивать в деревья железные гвозди. Это было нужно для того, чтобы в случае необходимости, Хаммерхексы и громовержцы могли быстро передвигаться по лесу. Вот и сейчас Дельт вбивал «маяки» для того, чтобы в непредвиденной ситуации можно было быстро отступить.

— Долго нам еще идти? — спросила Мавис, когда они свернули с широкой дороги на узкую тропинку, которая уходила в чащу.

— Еще часа три. — сказал Инго, доставая часы и сверяясь с картой.

— А ты, Инго, у нас за главного, получается? — спросил Дельт, вгоняя очередной гвоздь.

— Делрой назначил меня за главного, но если хочешь, можешь сам… — начал было Инго.

— Нет, нет. Я просто спросил. — поспешил ответить Дельт.

— Я хочу быть главной. — вставила Мавис.

— Нет. Ты не будешь. Если я дам тебе карту, то ты нас в какое-нибудь болото заведешь. — сказал Инго, покосившись на Мавис.

Мавис никак на это не отреагировала. Инго даже удивился. Он ожидал от нее какой-нибудь жест или излюбленное ругательство, которому она научилась у Серрары.

— А как вообще выглядят эти «пропащие»? — спросил Дельт после небольшой паузы.

— «Просящие». — поправил Инго. — Как обычные люди. Только головы замотаны в бинты.

— Зачем им заматывать головы?

— Не знаю. Наверно что-то не так с головой.

— Джас говорил мне, что это не бинты, а молитвенные ленты. — сказала Мавис.

— Как руны? — спросил Дельт. — У сестры на «ваджрах» тоже есть такие. Она говорит, что они усиливают волю. Хотя я тоже на своих цепях написал такие же, но никакой разницы не заметил. — Дельт хлопнул рукой по цепям, которые были намотаны вокруг его туловища.

— Кстати, я уже давно хотел спросить, что это у нее за оружие такое? — спросил Инго.

— Ваджры-то? Обычное оружие, похожее на когти. Такое и ваши громовержцы используют. Молнии бьют сильнее и дальше. Но, чтобы их использовать, нужно очень хорошо владеть волей.

— Что-то не припомню чтобы у кого-то из громовержцев были такие когти. — стал вспоминать Инго.

— Были, были. У дядьки Харона. Правда, у него они не совсем такие. Больше похожи на браслеты. — сказал Дельт, показывая на свои запястья. — Он ведь «ветряной дядька».

Прошел еще час. Пока они шли, Инго стал замечать, что лес в этих местах какой-то странный. То они попадали в глухую чащу, где было так темно, что им приходилось зажигать лампы, то выходили на широкие поляны, на которых жители местных деревень выращивали овощи, то снова попадали в чащу. А один раз они даже наткнулись на целое озеро, и если бы не свет факела, который отражался в воде, то Инго невольно искупался бы в холодных водах.

— Что ты там говорил мне про болота? — язвительно сказала Мавис, когда они шли вдоль берега.

— Я же не виноват, что это озеро тут не указано. — проговорил Инго, поднося карту поближе к фонарю.

— Это еще ничего. — вставил Дельт. — Вот в Сиф есть места, где так же темно, но фонари с факелами там не разжечь, так как из-за холода они замерзают. Если попал в такое место, то считай ты труп.

— Да, я тоже читал про эти места. — сказал Инго. — Их еще называют «лесные катакомбы». Я читал про них в «Вековой войне». Ценебрийцы часто загоняли в них релиморские отряды.

— Ага. А еще есть множество историй о том, что в них пропала куча карет с золотом, которые следовали в «Каменные банки». — сказал никс. — Некоторые даже пытаются отыскать их, ну и сам понимаешь… — Дельт поднял над головой руку, будто держит петлю, и скорчил рожу. — Ну а еще говорят, что там живут арлекины.

— Вряд ли. Они же все время бродяжничают. Да и кто будет жить в таком месте? — вставила Мавис.

Еще немного побродив по чаще, они снова вышли на свет. Скоро им на пути попалась большая деревня.

— Судя по карте, это Трофоморф. — сказал Инго.

Зайдя в деревню, они направились по узким улочкам к ближайшему трактиру, чтобы перекусить. Но задерживаться там они долго не стали. Через десять минут, как они уселись за еду, в трактир заглянули несколько имперских гвардейцев.

— И чего им понадобилось в этой глуши? — с раздражением проговорила Мавис, когда они покинули деревню.

— Тут проходит северный тракт. — сказал Инго. — Наверно едут в Поларвейн.

— Знаю. Я про то, что им понадобилось именно в этом трактире? В деревне же их много!

Инго не стал спорить. У Мавис часто бывали смены настроения. И подождав несколько минут, он заметил, что девушка снова в хорошем настроении, и напевает себе под нос какую-то дурацкую мелодию.

Прошло еще три часа, и вот, наконец, они достигли того места, где, по их сведениям, могут сегодня пройти командиры «просящих».

— Ты точно уверен, что это именно то место? — спросила Мавис, присев около высокой сосны.

— Точно. — ответил Инго, тоже сбрасывая походную сумку.

Вокруг них было множество деревьев, которые росли на достаточном расстоянии друг от друга, чтобы пропускать лучи солнца. С того места, где они остановились, открывался отличный вид на дорогу с двумя бороздами.

— Я тогда пойду, вобью побольше гвоздей. — сказал Дельт.

— Ну и что дальше? — спросила Мавис, когда Дельт направился к ближайшей сосне. — Будем ждать?

— А что нам еще остается?

— И сколько?

— Не знаю. — пожал плечами Инго. — Может быть день. Максимум два. Это же ты узнавала про них, чего тогда у меня спрашиваешь?

Мавис ничего не ответила. Потянувшись к своей сумке, она достала яблоко, и снова облокотившись о дерево, стала его грызть. Но не прошло и пары секунд, как она со странным писком отпрянула от ствола, и стала хлопать себя по спине.

— Что за хрень! — прокричала она, отбрасывая яблоко, и дергая свой плащ, будто пытаясь что-то с него стряхнуть.

Взглянув на то место, где только что сидела Мавис, Инго увидел вереницу муравьев, которые спешили к стволу дерева.

— Чего ржешь? Помог бы лучше. — огрызнулась Мавис, все еще шаря рукой у себя под плащом.

Без лишних слов, Инго призвал тени, и пустил их прямо под плащ Мавис. До этого Инго не замечал, но теперь понял, что чувствует то же самое, что и его тени. Вот и сейчас он ощущал гладкую кожу Мавис, словно трогал ее своими руками.

— Холодно! Убери эту хрень, идиот! — снова заорала Мавис, вытаскивая свою удлиняющуюся рапиру.

Инго в последний момент успел спрятаться за дерево. Гибкое лезвие оставило на коре дерева довольно глубокий след.

— Если еще раз так сделаешь, то я снесу тебе башку. — сквозь зубы проговорила Мавис, обливаясь краской.

— Что-то случилось? — раздался голос Дельта. — Чего орете?

— Да…это…вон, муравьи. — запинаясь, сказала Мавис.

— Муравьи? — переспросил никс. — А чего с ними не так?

— Ничего. — пробубнила Мавис, пересаживаясь к другому дереву.

Дельт озадаченно посмотрел на Инго, но тот лишь пожал плечами.

Прошло два часа, прежде чем гнев Мавис утих. Подойдя к ним, она стала шарить в походной сумке в поисках еды.

— А это еще что? — спросила она, доставая расплющенную ящерицу, которая была насажена на деревянный колышек.

— Сиффийская саламандра. — ответил Дельт, забирая у нее ящерицу. — «Делакатэс», между прочим. Хочешь? У меня еще есть.

— Нет, спасибо. — морща нос, ответила Мавис.

Они стали наблюдать как никс поджаривает ящерицу прямо с помощью своих молний.

— Интересно, другие группы уже кого-нибудь убили? — вслух подумала Мавис, присаживаясь на корень дерева.

— Возможно кого-нибудь, да убили. — сказал Инго.

— Сестра уж точно прикончит этих командиров. — вставил Дельт, откусывая у ящерицы хвост.

— С ней ведь Делрой, так? У них самая высокая вероятность наткнуться на «просящих». — сказал Инго.

— А еще у Габри с Широ. — проговорила Мавис.

— С ними еще Халд. Он справится? — Инго знал, что этот никс был охранником Гантэра, но никогда не видел, как тот сражался.

— Справится. Он хоть и туповат, но при этом очень ловкий и быстрый. — сказала Мавис.

Солнце уже коснулось горизонта, и лес начали окутывать тени. По дороге так никто и не проехал.

— Подождем до утра, а потом пойдем обратно. — сказал Инго. — Будем спать по очереди.

— Тогда я первая. — тут же сказала Мавис.

Не прошло и десяти минут, как она уже вовсю сопела, разгоняя по земле мелкие иголки и листья. Дельт тоже стал поклевывать носом. Инго же, чтобы не уснуть, забрался на верхушку сосны и притаился среди ветвей. Здесь его обдувал легкий ветерок, и он мог видеть все, что творится внизу. Конечно, увидеть «просящих» он уже не надеялся, но в лесу могут быть дикие звери. Несколько раз он ловил тенью пролетавших рядом сов, а затем отпускал. Так прошла половина ночи.

— Твоя очередь спать. — хриплым голосом проговорил Дельт, когда Инго спустился вниз.

Инго так и не понял удалось ли ему заснуть или нет. Казалось, только он закрыл глаза, как в них сразу же ударили лучи солнца, которое уже успело подняться над деревьями.

— Никто не приходил. — сказала Мавис довольно бодрым голосом. Похоже, она уже давно проснулась.

— Подождем еще полчаса и пойдем обратно. — сказал Инго, разлепляя глаза и глядя на часы.

Из-за того, что ему нечем было умыться, Инго не сразу смог прийти в себя. Усыпляюще действовало и бубнение Мавис, которая рассказывала о своем сне. Что-то там про великанов, и о том, как она летала среди гор.

— Великаны ведь тоже раньше существовали, так? — проговорила она, глядя на Инго.

— Ты про ферасийцев? — спросил Инго, открывая флягу, и выплескивая немного воды себе на лицо.

— Нет. Я про настоящих великанов. Тридцатиметровых. Говорят, что они жили за хребтом Ос.

— Это сказки. — махнул рукой Дельт. — Великанов не существует.

— Про валькир тоже говорили, что они не существуют. — Мавис с улыбкой покосилась на Инго.

Инго понял, что она имела в виду аласийцев. Когда он рассказал всем про свой сон, Джаспер тут же ринулся в библиотеку отыскивать все книги, где встречались слова «крылья», «Алас» и «ангелы».

— Валькиры существуют! — воскликнул Дельт, похоже, приняв слова Мавис за насмешку.

— Эмм… Да. А ты откуда знаешь? — спросила Мавис.

— Потому что я видел их! — все еще взволнованно ответил Дельт.

— Да ну? — Мавис расширила глаза и принялась внимательно слушать. — Где? На севере?

— Да. Еще в детстве. — Дельт успокоился, и его голос показался Инго каким-то печальным. — На нашу деревню напали «побитые». Всех взрослых убили, а детей посадили в клетки. Мы прожили так неделю, а потом…

Инго замер. Он знал, что произошло потом, но не понимал, при чем тут валькиры?

… потом они забрали сестру. Тогда с горы и спустились валькиры. — закончил никс.

— То есть как? — не понял Инго. — Вы разве не сами спаслись?

— Нет. Нас спасли валькиры. Разнесли этих ублюдков в пух и прах своими молниями. — Дельт со злобой сжал искрящийся кулак. — Тогда и мы захотели стать такими же, как и они. А через год у сестры пробудилась природная воля. А вскоре и у меня с братом.

Инго не мог поверить своим ушам. Он то думал, что та молния принадлежала Гекате, что из-за страха у нее пробудилась воля. А оказывается это была валькира.

— Никто нам, конечно, не верит. — продолжил Дельт. — Говорят, мол все это сказки, что это были просто горные миражи.

— Я верю. — сказала Мавис. — И Инго тоже. Да? — она перевела взгляд на Инго. — Расскажи ему про аласийцев.

Инго стал рассказывать Дельту про крылатых людей, которых он видел в своих снах.

— Аласийцы? — спросил никс, когда Инго закончил рассказывать. — Никогда о таких не слышал. Значит они помогали Рудо?

— Он ведь тоже жил на севере, так? Наверно, где-то там он и встретил аласийцев. — задумалась Мавис.

— А как они выглядели? — Инго хотелось сравнить описание со своими снами.

— Высокие. И крылья как у орла. У одного даже перья были черного цвета. — стал вспоминать Дельт. — Что еще…? А, на всех были одеты деревянные доспехи и странные шлемы, похожие на купола. Сестра до сих пор хранит перо, которое ей подарила одна из валькир.

— У Гегаты есть перо валькиры? — расширила глаза Мавис.

— Ага. Когда придем в лагерь, я попрошу сестру показать его тебе. — пообещал Дельт.

Хоть никс и был сорокалетним громилой, выглядел он сейчас как восьмилетний мальчишка, хвастающийся жуком, которого недавно поймал. Инго уже давно заметил такую особенность у северного народа. Некоторые никсы были слишком добрые и наивные, как дети радовались фокусам и любили игры.

— Ладно, нам пора уходить. — проговорил Инго, поднимаясь на ноги.

— Подожди, я только схожу отлить. — сказал Дельт, и направился к ближайшим деревьям.

Мавис тем временем стала сворачивать плащ, который расстелила на земле.

— Жаль, конечно, что никто не пришел. — проговорила она, убирая одежду. — Только зря время потеряли.

— Угу. — Инго испытывал двоякие чувства. С одной стороны, он разделял разочарование Мавис. В последнее время он занимался какой-то ерундой. Но с другой, он был рад, что не пришлось сегодня сражаться. Он боялся, что враг может появиться ночью и застать их врасплох.

— Поскорей бы вернуться обратно. Хочу узнать, как дела у… — Мавис замерла на полуслове, уставившись на Дельта.

Инго тоже перевел взгляд на никса. Тот шел крадучись, и приложив палец к губам. Добравшись до них, он сказал лишь одно слово:

— Идут.

В то же мгновение Инго почувствовал, как исчезает присутствие его друзей. «Подавив» и свою волю, Инго как можно тише потянулся к своему оружию. Осторожно вынув прямой меч из ножен, он схватил свободной рукой шотел. Мавис тем временем вынула свой арбалет, а Дельт уже приготовил цепи.

— Где они? — шепотом спросила Мавис.

— Вон. — проговорил Дельт, указывая на дорогу.

Инго посмотрел туда, куда указывал Дельт, но ничего не увидел. Но буквально через несколько секунд из-за дерева, которое загораживало обзор, показались две фигуры. Хоть они и шли пешком, Инго сразу понял, что это и есть командиры «просящих».

Один из них был высокого роста, а через многочисленные бинты на его голове проступали волнистые, почти до пояса, светлые волосы. Одетый в длинный халат без рукавов, он внушал страх своими огромными мускулами, которые тоже были обмотаны бинтами. В руках он держал тяжелую булаву.

Второй же был какой-то старик. Он чем-то напомнил Инго вождя никсов, с которым тот первый раз отправился на охоту. Такой же жилистый и хмурый. Он был одет в железные доспехи и на его голове не было повязок, выставляя на показ его узкие глаза и длинные усы. Он шел немного сгорбившись, убрав руки за спину. И хоть он ничем себя не выдавал, Инго сразу же понял, что бояться им следует именно этого старика. Он был уверен, что этот «просящий» прячет за спиной свое оружие. К тому же его взгляд напомнил Инго взгляд Делроя, когда тот был серьезно настроен. Это был взгляд убийцы. Непоколебимый и уверенный, он шел, медленно передвигая свои ноги. Глядя на то, как наемники неспешно шагают по дороге, складывалось ощущение, будто хозяин выгуливает своего пса.

У Инго сильнее забилось сердце. Смогут ли они справиться? Может им отступить? Он сильнее сжал свои мечи. Нет! Они смогут убить «просящих». Должны! Главное внезапно напасть.

Из-за того, что Инго был уверен, что по этой дороге никто не пойдет, он даже не обдумал план битвы. И сейчас в его голове наспех созревал сценарий нападения.

— Я схвачу их тенями, а вы добейте их. — прошептал он товарищам. — Мавис, твой тот громила в бинтах.

Мавис кивнула и стала осторожно пробираться к кустам. Дельт последовал за ней, придерживая руками цепь, чтобы та не звенела.

Инго же пошел в другую сторону, чтобы обойти «просящих» и напасть на них сзади. Сейчас у них была лишь одна попытка. Инго не мог одновременно использовать «подавление» и «распространение», поэтому, когда он призовет тени, он станет вновь «видимый».

Инго стал передвигаться между деревьями, стараясь как можно быстрее подойти к наемникам. Но полностью обойти их сзади ему так и не удалось. Дорога виляла, и если бы он стал их обходить, то у него не хватило бы времени. Он занял позицию у толстого дуба, который рос у дороги.

И вот настал момент. Как только «просящие» поравнялись с деревом, за которым он прятался, как Инго мгновенно призвал тени, и выпустив их из-за ствола, направил прямо к ногам наемников.

Инго не сразу понял, что произошло. Его тени на мгновение опутали ноги громилы и тут же растаяли. В этот же миг из кустов вылетел арбалетный болт, и устремился прямо в голову наемника. Но снаряд перехватила жилистая рука старика. За болтом полетела молния, но и она не достигла своей цели. А точнее, она попала в булаву громилы и ушла в землю.

Инго увидел, как «просящий» в бинтах поднял искрящуюся молниями руку, и через секунду, в кусты, где затаились Мавис и Дельт, полетела ответная молния. У Инго перехватило дыхание. Он увидел, как Мавис выкинуло из кустов, и та, пролетев несколько метров, стукнулась о ствол дерева. К счастью, на ее руках уже были намотаны цепи Дельта, и только поэтому молния «просящего» не нанесла ей серьезных повреждений. Но от удара, она, похоже, потеряла сознание.

— Бегите! — проорал Инго, выпрыгивая из своего укрытия, и замахиваясь мечом. Но его удар был отклонен. Старик просто в нужный момент ударил ладонью по руке Инго, тем самым поменяв траекторию удара, и меч скользнул в миллиметре от плеча громилы.

Краем глаза Инго увидел, как между деревьев замелькала молния. У Инго отлегло от сердца. Дельт с Мавис были спасены. Теперь и ему нужно поскорее убраться. Эти наемники слишком сильны.

Но радость от спасения друзей продлилась недолго. Буквально через секунду он услышал твердый голос старика:

— За ними.

Еще одна вспышка, и громила исчез, а по гвоздям в деревьях вновь запрыгала толстая молния.

Инго сделал несколько шагов назад и замер, глядя на старика. Ни один мускул не дрогнул на его морщинистом лице. Оно по-прежнему источало уверенность и безразличие. Свою левую руку он все еще держал за спиной, что усиливало беспокойство Инго. Что он там прячет?

И тут в голове Инго вспыхнула, словно факел, одна единственная мысль: «Они знали». Наемники знали о засаде. Знали, что их хотят убить, и что там будут громовержцы.

Но мысли Инго прервало резкое движение старика. Отведя назад левую ногу, он потянулся правой рукой к левому бедру, и Инго, наконец, увидел то, что старик так старательно прятал. В левой руке у него был длинный восточный меч. И если бы Инго не узнал эту стойку, то его уже разрубило бы пополам. Лишь в последний момент Инго смог уклониться, и меч рассек дерево, которое росло за его спиной.

Старик был мастером «иайдо», восточной техники, в которой использовались молниеносные удары мечом. Обычно хватает одного такого удара, чтобы убить неподготовленного человека. Теперь ясно, откуда у старика такая быстрая реакция. Но Инго все равно удивило, как он так быстро двигается в своих громоздких латах. Не прошло и секунды как старик снова вложил свой меч в ножны.

Но и Инго не стал медлить. Оценив ситуацию, он ринулся на старика, и тут же увидел, как тот, уперев ножны в землю, поднял столп дорожной пыли. На секунду Инго потерял его из виду. Машинально, Инго скрестил перед собой мечи, и лишь это спасло ему жизнь: из пыли в это же самое мгновение показалось лезвие меча. Сокрушительный удар «просящего» высек сноп искр, когда столкнулся с клинками Инго. Пыль уже осела, и Инго увидел, как старик, не убирая меча, поменял стойку. Обхватив обеими руками меч, он надавил на него, вгоняя лезвие между скрещенных мечей Инго. И снова в последний момент Инго удалось избежать удара, уклонившись в сторону. Инго призвал тени и пустил их к рукам старика, но коснувшись доспехов, они опять растаяли. Чертов дед носит доспехи из силентиума!

Отскочив назад, Инго стал оценивать ситуацию. Он понимал, что убежать от старика уже не получится. Но как убить этого ублюдка? Он еще никогда в здравом уме не сражался с такими опасными противниками. И тут он вспомнил свой сон, где он сражался с Хейденом. Может и тут получится?

Призвав тени, он стал покрывать ими свое тело, не отводя взгляда от старика. Инго даже показалось, что он заметил что-то похожее на удивление в глазах наемника. Похоже, старик не понимал, что происходит.

Снова приняв стойку, наемник стал ждать. Ему не нужно было нападать, ведь «просящий» знал — это он сейчас «добыча».

Покрыв свое тело тенями, Инго с удивлением заметил, как усилилось его восприятие. Он без труда создал еще несколько рук за своей спиной, вложив в них свой прямой меч, и с наслаждением заметил выступивший пот на выбритой голове старика. Да, Инго не может прикасаться к нему своими тенями, но теперь это и не нужно. Сейчас Инго знал, как сражаться.

Пустив маленькую тень себе в карман, Инго подцепил мешочек «светлячков», и без раздумий запустил им под ноги старика. Не поняв в чем дело, наемник не сразу среагировал, и поплатился за это. Его ослепила яркая вспышка золотых искр, и в этот же момент Инго рванулся вперед. Но даже будучи ослепленным, старик смог отразить его удары. Он больше не убирал меч, а ловко вертел его в руках, отражая все новые выпады Инго.

Вокруг них падали деревья, задетые ударами мечей. В этой битве проигрывала лишь природа, не выдерживая усиленных ударов двух воинов, которые вкладывали все силы чтобы убить друг друга.

Сражение стало затягиваться. Инго никак не мог улучить момент для атаки. Ему всего лишь нужно было на мгновение отклонить в сторону меч старика. Тогда он смог бы атаковать рукой-тенью, в которой был зажат второй меч. Но его противник мастерски отражал удары шотела, при этом не открываясь для удара. И вот, когда очередной удар Инго был отражен, старик неудачно поставил ногу, и на мгновение потерял равновесие.

Реакция Инго была молниеносной. Удлинив из-за спины руку-тень, в которой был зажат второй меч, он поднял его над своей головой, словно скорпион свое жало. Готовясь пронзить старика, Инго вдруг почувствовал, как из груди вышел весь воздух. Старик оказался быстрее его меча. Когда лезвие меча-жала стало двигаться к нему, он рванулся прямо на Инго, и с силой ударил его прямо в живот рукоятью меча. Клинок Инго прошел в миллиметре от глаза наемника, оставив глубокий порез на щеке. Удар старика оказался таким сильным, что его отбросило в ближайшее дерево. Инго почувствовал, как его спина проломила ствол дерева, и тут же увидел над собой железную перчатку, сжимающую маленький кинжал. Перехватив руку, Инго стал вкладывать все силы, только чтобы удержать старика, который теперь всем своим весом и волей старался вонзить кинжал прямо в горло Инго.

Из-за силентиума Инго стал чувствовать, как его покидают силы. Тени стали исчезать, а лезвие кинжала неумолимо приближаться к его горлу.

Неужели все? Вот так он умрет?

Мысли Инго заработали с удвоенной силой. В голове мигом промелькнули тысячи образов из его детства. Множество лиц. Габри, Мавис, Широ, сестра…Все, кого он знал.

Нет! Не сейчас!

Инго стал вкладывать все силы, и ему, наконец, удалось призвать маленькую тень. Без раздумий, он пустил ее по лицу «просящего» прямо к глазам. Еще секунда и она юркнула куда-то под веко старика. Мгновение, и наемник ослабил хватку, схватившись за глаз, из которого потекла маленькая струйка крови.

Этого Инго вполне хватило, чтобы оттолкнуть тело старика. Но когда Инго встал на ноги, тот уже оправился, и готов был отражать новый удар. Его глаз налился кровью, но это не помешало ему вновь взяться за свой длинный меч.

Но Инго уже было все равно на его атаки. Переложив шотел в правую руку, он в мгновение отрастил себе теневые крылья. Оттолкнувшись от земли с помощью воли, он, как ядро, врезался в старика, унося его по кривой вверх. Почему-то именно в этот момент Инго понял, что у него получится взлететь.

Унося старика вверх и ломая его телом ветки, Инго почувствовал, как его плечо пронзила адская боль. Меч наемника прошел насквозь, раздробив ему плечо. Инго увидел, как напряглись руки старика, готовые рвануть меч вниз по его туловищу. Перехватив его руку, Инго со всей силы ударил наемника своей головой, сломав тому нос. В этот же момент Инго взмахнул крыльями, в надежде ускорить подъем.

Резкий порыв ветра был настолько сильным, что Инго на мгновение растерялся. Взмах его крыльев настолько ускорил их, что деревья, которые теперь пролетали у них под ногами, слились в одну зеленую полосу. От сопротивления воздуха, Инго не мог толком поднять руку, чтобы нанести удар.

И вот, когда полет стал понемногу замедляться, Инго схватил наемника за железный воротник, и притянув к себе, еще несколько раз ударил головой. Раз за разом Инго наносил удары, и с каждой секундой хватка наемника становилась все слабее. Когда наконец полет прекратился, и они стали падать, Инго, словно змея, скользнул между рук старика и встал прямо на его спину. Вытянув руку в которой был зажат шотел, Инго поддел искривленное лезвие прямо под шею старика, и с силой ударил ногой по его голове.

— Сдохни!

Перед лицом Инго промелькнула отрезанная голова «просящего», на которой застыла гримаса боли. Вместе с ней боль настигла и Инго. Сил чтобы призвать тени уже не было, и ему ничего не оставалось, кроме как продолжать падать…

Пробуждение

И снова сон. Блаженное неведенье. Никаких чувств. Никакой боли…

Инго стоял на заснеженной опушке леса. Последнее, что он помнил, так это верхушки деревьев, на которые он упал. Похоже, он потерял сознание и сейчас снова видит вещий сон. Об этом говорила и огромная река, которая медленно текла по ночному небу, искажая своими прозрачными волнами свет звезд. В ней плыли множество предметов, начиная от телег и карет, и заканчивая большими замками. Справа виднелся величественный горный хребет, верхушки которого были окутаны облаками.

— Опять север. — подумал вслух Инго.

Он стал осматривать окрестности. Перед ним виднелись длинные ели, на ветках которых застыли, словно белые облака, толстые комья снега. Инго не понимал, что он тут делает, ведь рядом никого не было. От нечего делать, он поплелся в сторону леса. Идти по колено в снегу было необычно, ведь это был сон и Инго не чувствовал холода. Вскоре он вышел на мощеную черным камнем дорогу. Тут снега не было, и идти стало легче. Через некоторое время Инго стало казаться, что он слышит топот копыт, но рядом все равно никого не было. И вот, когда в очередной раз за его спиной раздался звук копыт, Инго наконец увидел трех всадников. Наверное, из-за того, что они были одеты во все черное, а на головы были натянуты капюшоны, Инго не сразу их заметил.

Пройдя рысью около него, всадники направились к опушке леса и скрылись между деревьями. Инго не оставалось ничего другого, кроме как последовать за ними. Прошагав несколько сотен метров, Инго достиг первых деревьев. Хоть черная дорога и вела дальше, Инго заметил вереницу следов, которые сворачивали с дороги. Осторожно ступая, Инго направился следом. Но пройдя несколько метров, остановился. Следы тут прерывались.

Сначала Инго подумал, что это снова игра воображения. Такое уже бывало в другом его сне, когда из воды выехала карета. Но оглядевшись, он понял, что стоит перед хижиной. Она была так занесена снегом, что походила на большой сугроб. Присмотревшись, Инго увидел небольшой амбар, который прилегал к основной постройке и из дверцы которого высовывалась лошадиная морда. Архитектура здания хоть и странная, но была знакома Инго. В точности такое же здание он видел на «пограничной» горе, когда ходил вместе с Габри на тренировку. У дома не было окон, и по виду он напоминал огромную кучу камней.

Найдя дверь, Инго потянул за ручку и вошел внутрь. Как он и ожидал, внутри дом был довольно уютный. Стены были оббиты красным деревом и увешены гобеленами с изображением дерева. Инго не раз встречал этот рисунок в подземельях. Дерево с горящей кроной и корнями-молниями.

Но осмотреть все как следует Инго не успел. Его внимание привлекли люди, которые стояли перед ним. Их было пятеро. Трое из них, как понял Инго, были те самые всадники. Теперь, когда они сняли капюшоны, он смог разглядеть их лица.

Первым был высокий, светловолосый парень, лет двадцати. Его густые брови придавали ему хмурый вид, а серьга-клык, вкупе с крепким телосложением, еще больше придавала ему воинственности. Второй был загорелый никс, с выбритой головой и большим шрамом от ожога на пол лица. Он ничем не выделялся, если не считать его цвет кожи и что он единственный из всех держал в руках оружие — длинный посох с металлическим наконечником. Третей же была женщина. Она была низкого роста, а ее короткие, черные волосы чем-то напоминали прическу Мавис.

Но внимание Инго привлекли двое оставшихся. Это были молодые мужчина и женщина. Одного только взгляда хватило, чтобы понять, что они не из обычного сословия.

Женщина была высокого роста и одета в богатые, синие одежды. Ее белые волосы спадали почти до пояса, а голубые глаза были похожи на два сапфира, светясь изнутри каким-то потусторонним светом.

Мужчина же был ниже женщины почти на голову, и имел рыжий цвет волос. Он так же был одет в яркие одежды, а на поясе носил длинную рапиру. Глаза у него тоже были необычного, ярко-оранжевого цвета.

— Нужно уходить. — услышал Инго голос светловолосого всадника. — Войска Ерса через день уже будут здесь.

— Но куда? — с нотками отчаянья спросила голубоглазая женщина. — Весь север под контролем Экхартов. Нас выслеживают с помощью стихийных компасов. Нам некуда бежать…

Сказав это, женщина расплакалась и бросилась на плечи стоявшего рядом рыжеволосого мужчины.

— Мы справимся. — проговорил мужчина, поглаживая ее по голове.

— Я не знаю сколько мы еще сможем так прятаться. — сказала женщина. — Единственное, о чем я беспокоюсь, так это о нашей дочери. Ерс не успокоится пока не заполучит ее. Он боится, что мой народ снова захочет мира с Азолитом.

— На юге есть деревня, в которой мы сможем укрыться на некоторое время. — проговорил загорелый никс. — Сонный очаг.

Женщина подняла глаза на никса и улыбнулась.

— Спасибо тебе, Гаспар. Даже не знаю, чтобы мы без вас делали.

— Мы бесконечно преданы вам, госпожа. — сказал светловолосый мужчина. — Наш долг защищать вас ценой своих жизней.

— Ага. — нехотя вставила низкорослая женщина. — Бальтазар хотел сказать, что мы преданы принцу.

— Теперь и принцесса наша хозяйка, Мельхиора. — проговорил Бальтазар, глядя на свою спутницу.

— Как будет угодно. — все тем же недовольным тоном проговорила Мельхиора.

— Хватит разговоров, нужно собираться. — вставил Гаспар.

— Да, я только пойду проверю…

Принцесса замерла. За входной дверью отчетливо стали слышны звуки грома. Удары были настолько частые, что их нельзя было сосчитать. На лицах всех присутствующих застыл страх. Первой очнулась принцесса. Вбежав в соседнюю комнату, она вернулась с маленьким свертком.

— Бальтазар, прошу! — взмолилась она, передавая сверток светловолосому мужчине. — Спаси ее! Увези подальше отсюда! Куда-нибудь!

Секунду Бальтазар, казалось, о чем-то думает. В этот момент дом затрясся и со стен попадали несколько картин.

— Быстрее, уносите нашу дочь! — проговорил принц, вынимая рапиру. Она тут же загорелась алым пламенем. — Мы их задержим.

Инго хотел было посмотреть, что происходит снаружи, но дверь не открывалась.

В это время принцесса уже достала откуда-то длинный трезубец, и теперь он искрился у нее в руках синими молниями.

— Ну же! Чего вы стоите?! Уходите! — крикнула она, когда дом снова заходил ходуном.

Гаспар широкими шагами прошел в другой конец комнаты, и распахнул маленький люк в полу.

— Клянусь своей жизнью, я защищу принцессу. — проговорил Бальтазар, кланяясь своей госпоже.

Сказав это, он направился к люку. Мельхиора, тоже отвесив поклон, поспешила за ним.

Как только все трое всадников скрылись в потайном ходу, дверь сорвалась с петель и в дом хлынула вода. Бушующий поток сносил все на своем пути, но Инго успел увидеть многотысячное войско, которое было за дверью. Тысячи закованных в латы солдат стояли между деревьев, искрясь молниями. А потом взор Инго снова застелила черная пелена.

Но продлилось это недолго. Несколько секунд Инго будто парил в пустоте, а затем вновь почувствовал под ногами твердую поверхность. Тени отступили, и он увидел, что стоит на верхушке дерева. Оглядевшись, он понял, что все еще находится в том же самом лесу. Внизу растянулась дорога, по которой скакали во весь опор три всадника. Наблюдая, как они удаляются, Инго заметил, как лес осветила яркая вспышка. Повернув голову в другую сторону, Инго увидел огромный столб огня. Он доставал до самого неба, сливаясь с рекой, которая все еще продолжала мирно течь по небу. За огнем последовала еще одна вспышка, и в небе появилась такая длинная молния, что Инго показалось, будто она разрезала весь горизонт пополам. От звука грома, который раздался после молнии, задрожал весь лес.

Инго сидел на ветке, и наблюдал за далеким сражением. Раскаты грома и огненные вспышки еще долго озаряли небо. Сказочной красоты всему этому добавляло еще и то, что в это время на ночном небе начался звездопад. Тысячи ярких звезд неслись по черному небосводу, оставляя длинные шлейфы, и мерцая в водах «небесной реки». Инго не мог сказать сколько точно времени он провел, наблюдая за этим сказочным действом. Но когда он посмотрел вниз, то трое всадников уже исчезли, а горизонт перестал освещаться вспышками огня и молний. Оглядевшись, он заметил белого филина, который, пролетая над ним, задел своим крылом гладкую поверхность «реки», окатив его снопом брызг. Инго невольно зажмурился, а когда снова открыл глаза, то увидел, что переместился в другой сон.

Теперь Инго стоял перед небольшой, каменной аркой, сделанной из маленьких булыжников. За аркой находилась деревушка с каменными домами, похожие на тот, который Инго видел в предыдущем сне. Но хоть деревушка и находилась на севере (это Инго понял по все еще возвышавшейся горе), снега вокруг было мало. Между каменистой мостовой пробивалась зеленая трава, а кое где выглядывали красивые белые цветы, прямо из-под маленьких кучек снега.

Осматривая деревню, Инго заметил группу детей, пинающих по мостовой кожаный мяч. На секунду Инго подумал, что он вновь попал в чей-то кошмар, но присмотревшись, понял, что это обычные дети, которые играют с обычным мячом. Больше всех усердствовала маленькая девочка, с рыжими волосами. Расталкивая детей, она со всей силы пнула по мячу, и тот, отскочив от стены дома, попал в лицо какому-то мальчишке, который только что с задорным смехом выбежал из двери. Радостное лицо тут же сменилось гримасой детской обиды, и схватившись за раскрасневшиеся щеки, мальчик заплакал.

— Сам виноват, Дрэго. — проговорила рыжеволосая девочка. — Нечего ворон считать.

И тут Инго увидел, что у девочки глаза разного цвета. Правый был карий, а левый — голубой.

— Ты дура, Лина! — заливаясь слезами, прокричал Дрэго. — Я все расскажу маме!

Сказав это, он посеменил в конец улицы.

— Ой-ой! Испугал! — язвительно прокричала ему вслед Лина.

Достав скакалку, она стала прыгать через нее, напевая под нос какую-то песенку.

Инго решил подойти поближе. Перед ним сейчас была будущая первая хранительница запада — Лина де ла Игнис. На вид ей было лет восемь. В ее растрепанных рыжих волосах Инго заметил несколько белых цветов, которые были заплетены в красную головную повязку. Наблюдая за ней, Инго оставалось только удивляться тому, что за десять лет, которые пройдут после этого момента, Лина практически не изменится. С ней так и останется ее маленькая грудь, курносый нос и множество веснушек.

— Раз…два…три…Дрэго…сопли…подотри. — проговорила Лина, делая прыжок через скакалку после каждого слова. — Четыре…пять…шесть…крендель…муха…и…кисель…вот…такой…вот…ты…олень.

Несколько девочек, подбежав к Лине, тоже принялись вместе с ней прыгать через скакалку.

— Лина. — послышался знакомый мужской голос. — Подойди-ка ко мне.

Повернувшись, Инго увидел Бальтазара. За восемь лет он вообще не изменился, если не считать одежды. На нем были кожаные штаны и кузнечный фартук, поверх красной рубашки, а на голове были одеты причудливые очки с десятком линз.

— Это не я. — тут же выпалила Лина, не отрываясь от скакалки. — Оно само разбилось.

— Госпожа Лина, подойдите пожалуйста к нам. — раздался голос Гаспара.

Рядом с Бальтазаром появилась фигура смуглого никса. Точнее, Инго так подумал, так как его лицо скрывал колпак с двумя «ушами», которые торчали на голове и колыхались в порывах весеннего ветерка. Одет он был в красную мантию, похожую на рясу священника.

— Я же сказала, что я тут ни при чем. — повторила Лина.

— Нам всего лишь нужно чтобы вы использовали волю. — мягко сказал Гаспар.

— Так бы сразу и сказали! — воскликнула девочка.

Отбросив скакалку, она поскакала к Бальтазару. Остальные дети поспешили за ней.

— Чего теперь надо поджарить? — сказала Лина, потирая руки. В этот момент Инго увидел, как от ее ладоней повалил маленький дымок.

Бальтазар протянул ей какой-то стержень.

— Только не перестарайся. — улыбаясь, проговорил он.

— Лучше о себе побеспокойся. На этот раз я уж зажарю твои пальчики.

И поднеся открытую ладонь к стержню, Лина выпустила струю пламени прямо в руку Бальтазара. Но тот лишь улыбался, глядя как языки огня ласкают руку, раскаляя кусок железа в его пальцах.

— Жги! Жги! Жги! — хором стала подбадривать ребятня, которая теперь столпилась вокруг Лины и Бальтазара.

— Я тоже так смогу? — спросила какая-то девочка, показывая пальцем на пламя.

— Когда подрастешь. — кивнул Гаспар, аккуратно отодвигая руки девочки от огня.

— Все, достаточно. — улыбнулся Бальтазар, убирая стержень.

— А чего сам не раскалил его? — спросила Лина, не сводя глаз с красного куска железа. — Что, силенок не хватает? Слабак!

— Слабак! Слабак! Баль — слабак! — загалдели дети.

Инго увидел, как на лице Бальтазара мелькнула зловещая ухмылка. Резко развернувшись, он вытянул руки, и из них вырвался такой огромный столб пламени, что поглотил пол улицы, доходя до соседнего дома и расползаясь по его стенам.

Дети тут же с радостными воплями бросились врассыпную. И лишь Лина, замахав руками, побежала прямо в бушующее пламя.

— Мои куколки! Там мои куколки! Они же сгорят! — заорала она, подбегая к деревянной скамейке, и загораживая ее своим телом.

Поток пламени тут же прекратился. Теперь Лина стояла, сжимая в руках какую-то деревянную коробку. Подойдя к ней, Инго увидел, что она смотрит на коконы бабочек, которые лежали в коробке. Никаких ожогов на ней, ни на ком-либо еще, не было. Более того, огонь даже не растопил снег, который все еще маленькими кучками покоился под лавочкой.

— Баль, ты идиот! — закричала Лина, подбежав к светловолосому кузнецу и со всей силы пнув его по ноге. — Знаешь, как долго я их собирала?!

— Но ведь они в порядке. — растирая ушибленную ногу, промолвил Бальтазар.

— А что если они теперь не вырастут?!

— ЛИНА! — раздался разозленный женский голос.

— Ой-ой. — странно пискнув, Лина запрыгнула за широкую спину Бальтазара. — Только не она…

Инго проследил взгляд девочки, и увидел, что она смотрит на темноволосую женщину, которая только что появилась в другом конце улицы. Женщина держала за руку все еще плачущего Дрэго. Как и Бальтазар, за десять лет она ничуть не изменилась.

— ЛИНА, А НУ ИДИ СЮДА! — снова прокричала Мельхиора. — ТЫ ЗАЧЕМ УДАРИЛА ДРЭГО?!

— Это не я! Это мяч! — закричала Лина, пятясь к открытой двери.

— Ты снова бьешь Дрэго? Он же твой кузен, Лина. — возмутился Гаспар.

— Да говорю же, что это не я! — крикнула Лина, и пустилась наутек за ближайший дом.

— А НУ СТОЙ! — крикнула Мельхиора, погрозив ей пылающим кулаком.

В этот момент из ближайшего колодца в небо вырвался столб воды, и Инго понял, что на этом сон закончен. Не дожидаясь, пока всю деревню затопит «небесная река», которая уже стала падать на их головы, Инго подошел к колодцу и прыгнул в его темные воды.

Не прошло и секунды, как он снова почувствовал под ногами каменную брусчатку. Оглядевшись, он увидел, что стоит перед большим, каменным храмом. Он, как и дома вокруг, был сделан из наваленных друг на друга булыжников. Инго понял, что все еще находится в Сонном очаге, только в другой его части. Темный небосвод освещали лучи то ли восходящего, то ли заходящего солнца. Хотя, если ориентироваться по горе, то сейчас было утро.

Но любоваться пейзажами у Инго долго не вышло. Прямо сквозь него пролетело огромное ядро, искрящееся молниями. Попав в дом, оно разнесло его на мелкие каменные осколки. И только сейчас Инго увидел, что множество домов уже разрушено, а некоторые постройки были объяты пламенем.

— Нет! Я не пойду! — раздался голос Лины.

Повернувшись, Инго увидел двух женщин, которые тянули за руки рыжеволосую девочку. Упираясь ногами, она скользила по мокрой мостовой.

— Скорее! В храм огня! — воскликнула одна из женщин. Это была Мельхиора. В руке она сжимала алебарду.

— Мы должны помочь Балю и Гаспу! — не унималась Лина.

— Они справятся сами. Тебе нужно спрятаться. — проговорила вторая женщина.

В этот момент сзади раздался свистящий звук, и в женщину попало железное копье. Удар был такой силы, что ее отбросило на несколько метров вперед.

— МИКА! — закричала Лина, вырываясь из хватки Мельхиоры.

Но та крепко держала ее. Направившись по ступеням вверх, она потянула девочку к каменному храму. Когда до железных ворот оставалось несколько шагов, перед ними мелькнула молния, и через секунду у ворот появился воин, облаченный в тяжелые латы. Подняв раздвоенный меч, он уже собирался нанести смертельный удар девочке, но тут же был пригвожден алебардой к каменной статуе крылатой женщины, которая стояла у входа в храм. Еще живой, он завопил от боли, когда в него врезался столб алого огня, который тут же расплавил его доспехи, и те растаяли словно свечка.

В это время железные ворота храма распахнулись, и Инго увидел детей, которые со страхом смотрели на Лину и Мельхиору.

— Где мама? — жалобно спросила одна из девочек.

— Живее! — не обращая на вопрос девочки внимания, сказала Мельхиора. Толкнув Лину в двери храма, она захлопнула створки решетки.

— Подожди! — воскликнула Лина, прижимаясь к прутьям решетки. — А как же ты?

— Идите без меня. — сказала женщина. — Через черный ход вы выберетесь к «нижнему перешейку». Идите по дороге и доберетесь до Шторма.

Сказав это, она выдернула алебарду из статуи, и смахнув пепел, с силой ударила по краю одной из колонн. Свод храма задрожал и осыпался, заваливая железную решетку камнями, и скрывая обеспокоенные лица детей.

Как только последний камень упал с обрушенного свода, в Мельхиору угодил железный болт. Он прошел насквозь через ее шею. Захрипев, она отбросила алебарду, и сняла с пояса небольшую рапиру. Упав на колени, она приставила рапиру к груди, и вонзила ее прямо в сердце. Мгновение, и ее тело вспыхнуло кроваво-алым пламенем. Когда она вновь встала на ноги, ее лицо уже скрылось под огненной маской, похожей на череп. Из ее спины вырвалось пламя, формируя два крыла. Издав вой, она оттолкнулась от земли и взмыла в небо, оставляя после себя огненный след.

Инго остался один. Он только сейчас стал замечать звуки битвы и раскаты грома в другом конце деревни. Решив, что нужно пойти туда, он стал пробираться через заваленные улицы. Когда он перебрался через очередной разрушенный дом, то заметил, что к звукам битвы прибавился еще один. Он был похож на шум водопада. Повернув голову, он увидел, как по узкой улочке на него мчится бушующий поток воды. Узнать, что же случилось с остальными жителями, Инго так и не удалось. Он снова попал в пустое и холодное царство тьмы. Слышны были лишь звуки дождя. Он барабанил, отдаваясь глухим эхом по черной пустоте. Но вот вспышка молнии озарила черноту, и он увидел очертания домов.

Инго стоял посреди разрушенной деревни. Был день, и из белых облаков на каменные руины тихо падал снег, укутывая белой пеленой отголоски былого сражения. Посреди всех этих снежных могил, стояла группа из пятнадцати детей. Сбившись в кучу, они кутались в теплые шубы, и печально глядели на сугробы под своими ногами. И лишь одна девочка, с рыжими волосами, находилась в стороне от других. Стоя на коленях, она держала в руках какую-то тряпку.

Подойдя к Лине, Инго увидел, что она сжимает в руках боевой штандарт, на котором были изображены перекрещенные молот и молния. Перебирая руками синюю ткань, она не отрывала взгляда от занесенного снегом трупа. Он был весь обугленный, и из него торчало по меньшей мере десяток железных копий. Протянув к нему дрожащую руку, Лина достала маленькую серьгу-коготь.

Разноцветные глаза девочки наполнились слезами. Штандарт в ее руке вспыхнул, за секунду превратившись в черный пепел. Издав горестный вопль, Лина в отчаянии ударила обеими руками по земле. Пламя, словно цунами, прошло кольцом по поляне, растапливая снег. И у Инго перехватило дыхание.

Девочка стояла на огромном кургане из трупов. Их железные доспехи оплавились, соединившись между собой в железную паутину. Но все же кое-где еще можно было разглядеть такой же герб, что и на сожженном штандарте.

Стоя на коленях, Лина рыдала, пронзая горестным плачем холодный воздух. Дети, которые стояли в стороне, теперь печально глядели на нее. Похоже, они уже выплакали все свои слезы.

Снег, который до этого тихо падал с неба, вдруг стал идти сильнее. Вокруг девочки стали кружиться маленькие снежные вихри, а небо над ее головой стало затягивать черной тучей. Закрыв ладонями лицо, Лина не замечала, что творится вокруг нее. И только после того, как по ее рукам пробежала молния, она подняла заплаканные глаза к небу. Озадаченно, она снова перевела взгляд на ладони, по которым теперь уже вовсю бегали молнии, отскакивая в железную гору расплавленных трупов.

Еще секунду на лице Лины оставались тени горя, но их тут же сменило выражение решительности и злобы. Сжав кулаки, она призвала свою первую в жизни молнию. Обрушавшись на искореженный труп какого-то солдата, она не оставила от него ничего, кроме черного дыма.

Снова поднялась буря из снега. Белые хлопья, словно стена, заслонили собой весь обзор. Инго даже не мог разглядеть своих рук. Опустившись на колени, он стал продвигаться вперед, шаря перед собой рукой, чтобы не споткнуться. И тут его рука ухватила что-то, напоминающее траву. Он ведь находился на куче трупов, откуда тут трава?

И тут Инго заметил, что снег плавно превратился в белый туман. Инго все еще ничего не видел, но до его ушей стали долетать слабые звуки кузнечного молота. Ему ничего не оставалось, кроме как пойти на эти звуки. По мере приближения, Инго стал улавливать вспышки пламени где-то впереди. А через несколько минут он стал различать очертания человека, который сидел на высоком табурете. Пройдя еще чуть-чуть, Инго наконец увидел лицо этого кузнеца. Им была Лина.

Вокруг все еще был туман, и Инго точно не мог сказать, где именно он находится. Он видел лишь Лину и большой пласт железа, с которым та работала. Сжимая в правой руке искрящийся молниями кузнечный молот, она била им по железной пластине. Ударив по ней несколько раз, Лина нагнулась, и открыв рот, словно дракон из сказок, выпустила струю огня. Продолжая выдыхать огонь, она отложила молот, и прикоснувшись голыми руками к раскаленному куску железа, стала гнуть его. Скрепя и плавясь, металл стал течь сквозь ее пальцы, не оставляя ожогов на тонких пальцах. Согнув пластину, Лина взяла в руки ведро, и выплеснула всю воду на раскаленное железо. Раздалось шипение, и ее фигуру заволокло белыми клубами пара.

Инго снова оказался один. Он больше не слышал ударов молота. Он вообще ничего не слышал. Вытянув руку, он стал разгонять дымку. Как ни странно, но это сработало. Белые клубы начали растворяться в воздухе, и вот он уже стоит посреди зеленого леса. Перед ним раскинулась большая поляна, на которой расположился военный лагерь. Инго сразу понял это, как только увидел лошадей, закованных в легкие доспехи. Везде стояли черные шатры, а в голубое небо поднимался дым от больших алтарей. Но он был какого-то странного, красного оттенка. Ступая между палаток, Инго заметил, что все солдаты были похожи друг на друга. Лысые головы, синеватая кожа и острые зубы. Он уже видел их раньше. Они были такими же, как и те наемники, которые напали на него два месяца назад.

Шагая по лагерю, Инго заметил несколько клеток. В них сидели обычные люди. Прикованные цепями к железным прутьям, они с отвращением смотрели на разговаривающих на непонятном языке солдат. И тут Инго увидел среди пленников женщину с черными волосами и красными глазами. Обмотанная с ног до головы цепями, она лежала на полу клетки и не отводила озлобленных глаз с красного дыма, который шел от ближайшего алтаря. Рядом с ней, в соседней клетке, сидел мужчина. На правом глазу у него были намотаны окровавленные бинты. Все его тело также было заковано в цепи, словно в железный кокон, оставляя открытым только верхнюю часть лица. Сейчас ему оставалось лишь сидеть, бросая хмурый взгляд на стоявших неподалеку солдат.

Разглядывая пленников, Инго заметил мелькнувшую среди палаток белую тень. На мгновение, но он увидел белый хвост, который тут же скрылся за палаткой. Решив, что ему показалось, он снова перевел взгляд на пленника, и заметил, что тот тоже смотрит в ту сторону, где только что промелькнул хвост.

Инго снова перевел взгляд, и тут же увидел, как между палаток, ползком, крадется огромный белый волк. Он был метра два в высоту, и было непонятно, зачем он вообще крадется. Ведь его все равно увидят. Но как только рядом показался солдат, волк прижался к земле и замер. Дозорный, пройдя мимо, не обратил на него никакого внимания. И это сыграло роковую роль. Словно молния, волк метнулся к солдату, и в одно мгновение откусил тому голову, утащив трепыхающееся тело за палатку. Тут из-за другой палатки появился еще один волк. Он был чуть меньше первого и был серого цвета. Затаившись, он, как и первый, напал на дозорного, утащив того в кусты. Все это происходило настолько бесшумно, что даже вороны, которые сидели на крышах палаток, не шелохнулись. Волки один за другим появлялись между шатров, нападая на солдат. Вскоре Инго стал замечать, что вместе с волками, на солдат нападают и люди. На них была одежда из листьев, а на головах глиняные маски. Перерезая шеи солдат костяными ножами, они тут же перекрывали кровь руками, чтобы та не оставляла следов на траве. И скоро местность полностью опустела.

Все еще крадучись, к клеткам подошел один из партизан. Достав ключ, который снял с одного из охранников, он открыл клетку и стал возиться с цепями. В это время за его спиной послышался чавкающий звук, и Инго увидел, как огромный волк с остервенеем ест траву, пытаясь перебить гнилостный привкус крови. Перебирая цепи, человек в маске вдруг дернулся, и поднял голову. Над лагерем пронесся протяжный звук множества труб. Тут же в нескольких метрах от них послышался топот железных сапог и множество голосов, которые выкрикивали непонятные слова. В лагере поднялась паника. Люди в масках больше не прятались, и стали выбегать из своих укрытий, нападая на застигнутых врасплох солдат.

— Чертов алхимик. — пробубнил партизан, который возился с цепями. — Не мог еще немного подождать?

В этот момент над ними нависла тень. Инго было подумал, что солнце загородил какой-нибудь предмет, который плыл в «небесной реке». Но подняв взгляд, он застыл в изумлении. Над ними повисла железная лапа. Перешагнув через клетки, лапа двинулась дальше. И теперь Инго смог увидеть, что она принадлежала большому, метров двадцать в высоту, железному чудищу, похожему на дракона. Он был создан из железных доспехов, скрепленных вместе. Разваливаясь на ходу, он бежал в сторону алтарей, а из его пасти вырывалось красное пламя. Доковыляв до алтарей, он принялся крушить их, втаптывая каменные чаши в землю. Еще немного, и последний алтарь был сломан. В этот же момент из правого плеча чудища вылетела струя пламени, и направилась в сторону палаток. И только сейчас Инго заметил, что на «драконе» находились люди. Крича и смеясь, они метали огонь во все стороны. Но продлилось это недолго. Поляну наполнил жуткий скрежет, и чудовище окончательно развалилось на куски. Из его обломков выбралась рыжеволосая девочка, облаченная в длинную кольчугу. Объятая пламенем, она присоединилась к своим товарищам, которые продолжали метать огонь во все стороны.

Наблюдая за всем этим, Инго не сразу заметил, что в лагерь вбежали и другие воины. Большинство из них были ферасийцы, но были среди них и другие люди. Инго увидел группу никсов, облаченных в медвежьи шкуры, и каких-то странных воинов, в плащах из черных перьев. Были тут и звери. Большие медведи и кабаны неслись вперед, сметая все на своем пути.

Но даже застигнутые врасплох, солдаты в черных доспехах каким-то образом умудрялись давать отпор. Выстроившись в колонну, они выставили стену из щитов, сдерживая, не без помощи воли, огромных зверей. За их спинами снова стал подниматься красный дым. Потоки огня, которые плавили их щиты, тут же стали угасать.

— Не дайте им разжечь алтари! — послышался за спиной Инго знакомый голос. Обернувшись, он увидел Рейме Вермилиона, который стоял у большого котла на колесах.

Метнув несколько колб в то место, где стояла Лина, алхимик неспешно пошел к партизану, который все еще возился с пленными. Из того места, где разбились колбы, начал подниматься серый дымок, а еще через секунду небо заволокли грозовые тучи. Мелькнула вспышка, и Лина стала подниматься в воздух, искрясь молниями. Ее рыжие волосы все еще горели ярким пламенем и расползались в стороны, будто она находилась в воде. В это же время все люди, которые метали огонь, разом повернули на своих доспехах рычаги, и на их спинах выпрыгнули по два громоотвода. По лагерю снова пронесся звук трубы, но на этот раз он был другим и исходил из чащи леса. Звери и их хозяева тут же стали покидать поле битвы. Взглянув на Рейме, Инго увидел, что тот, развернув металлическую сеть, накинул ее на связанных Энио и Арка. Достав из рукава мантии еще несколько пузырьков, он кинул их в тела пленников, которые были рядом, и те сразу же покрылись какой-то липкой зеленой жижей.

Солдаты, которые наблюдали за отступлением врагов, в недоумении крутили своими лысыми головами. И в этот момент лагерь прорезал грохот. Огромная молния, спустившись с неба, ударила прямо в ближайшие ряды противника, за секунду превратив в пыль несколько воинов. Отскочив от них, она прошлась кольцом по всему лагерю, отскакивая от громоотводов на спинах подручных Лины. Молния задела и несколько пленников, но с ними ничего не случилось. Металлическая сеть погасила весь разряд, а пленников в зеленой жиже и вовсе не задело.

Инго стоял, и наблюдал как Лина метает молнии, разя ими своих врагов. Солдаты взлетали в воздух, корчась в агонии, и падали на землю уже дымящимися трупами. В поднявшейся панике, и множестве непонятных голосов, отчетливо слышался задорный смех подручных Лины, которые теперь громкими возгласами подбадривали своего лидера. Подойдя ближе, Инго увидел среди них повзрослевшего Дрэго и других детей, которые за годы успели подрасти.

Но увидеть окончание этой бойни Инго так и не удалось. «Небесная река» вновь вышла из своих облачных берегов и обрушилась на него плотным дождем. Вода исказила образы лагеря, и они стали меняться. Небо снова стало ясным, а под ногами Инго стали набухать белые сугробы. Он опять попал на север.

Теперь Инго стоял перед большими, железными воротами. Высотой они не уступали каменным воротам Вестерклова, которые разделяли залив с морем. На них были выведены золотые руны, которые отражали лучи полуденного солнца. Но даже эти стометровые ворота не смогли скрыть огромный город, который находился за ними. Железные шпили зданий уходили в небо, а блестящий замок, словно полярная звезда, освещал серебряным светом красную черепицу на крышах железных домов, обвитых зелеными растениями и белыми цветами.

Город бы выглядел довольно уютно, если бы не многотысячная армия трехметровых воинов, которая собралась под его стенами. И лишь небольшая группа людей выделялась своим, относительно небольшим, ростом на фоне этих великанов. Они стояли в главе войска и не отводили взглядов от железных ворот. Даже не доходя до них, Инго уже увидел озлобленную гримасу на лице Лины. Ее разноцветные глаза со злобой смотрели на герб, который красовался на воротах города — перекрещенные молот и молния.

Рядом с ней стояли еще трое мужчин. Первый был Арк Лайстунг. Он сидел на красной горгоне и рассматривал карту, которую сжимал в руках. Рядом с ним сидел на лошади Август Экхарт, будущий муж Лины. Он водил пальцем по карте, которую держал Арк, и что-то объяснял ему. Он был довольно высок, а его длинные волосы и уверенный вид, почему-то напомнили Инго капитана Стенториана. Третий же мужчина был Инго не знаком. На нем были тканевые доспехи с перьями и костяной маской на половину лица. Так же на его теле было множество цветных татуировок.

— Тут вам не пройти. — услышал Инго голос Августа. — Эти улицы стоят под наклоном, и по ним могут пустить расплавленный металл.

— Тогда где, черт побери, ты предлагаешь идти?! — не выдержал Арк. Похоже, он уже довольно долго спорил с Августом. — Тут нельзя, там тоже! Что это за город такой?!

— Я же говорю, что идти нужно вот тут. — Август провел пальцем по карте.

— Ты ведь говорил, что тут живут обычные люди. — чуть успокоившись сказал Арк.

— Мы уже эвакуировали жителей.

— Слышала, малявка? — спросил Арк, поворачиваясь к Лине. — Мы можем начинать.

Ничего не сказав, Лина лишь уверенно кивнула.

— Ломайте ворота. — спокойно проговорил Арк, сворачивая карту.

— СЛОМАТЬ ВОРОТА! — продублировал ближайший ферасиец.

По рядам воинов прошелся протяжный звук сотен труб, оповещающий о начале атаки. Тут же первые ряды расступились, пропуская вперед огромный таран.

Как только таран подкатил к железным створкам ворот, со стен начали прыгать рыцари, облаченные в сверкающую броню и окутанные дугами молний. Первая сотня защитников тут же была сметена тысячей копий, которые полетели в них со стороны ферасийцев. Некоторых даже пригвоздило к железным стенам города, и они повисли, словно марионетки. Те же, кто сумел уклониться, уже корчились от боли в волне огня, которая исходила от группы людей под предводительством Лины. Со стены стали прыгать новые воины. Искрясь молниями, они мчались на отряд ферасийцев, которые охраняли таран.

— А ну, дай-ка мне. — проговорил Арк, протянув руку к ближайшему воину, который приготовился метнуть очередное копье. Пока ферасиец передавал ему оружие, Арк не переставал повторять: — Дай-ка ему, дай-ка ему, дай-ка ему. Хочет метнуть? Дай и нам метнуть! Мы тоже хотим метнуть! Вредина! Жадина! Сукин сын! Ублюдок! Убить! Убить! Убить! А НУ ЗАТКНУЛИСЬ ВСЕ! — проорав это, Арк с силой ударил себя по голове кулаком. Окружающие его воины, казалось, совсем не заметили необычное поведение их лидера. Или они уже привыкли к этому?

Прицелившись, Арк метнул копье в сверкающих рыцарей. Пройдя насквозь сразу через трех воинов, оно полетело дальше, и разлетелось на куски, ударившись о стену города.

— Ну как? Ну как? Ну как? Мы помогали! Весело! Еще хотим! Давай еще за-А-А-А-А-А-АТКНИТЕСЬ УЖЕ! — снова прокричал Арк.

Тем временем таран уже вовсю ломал ворота. Со стороны войска вновь полетели снаряды. Но на этот раз это были гарпуны на цепях. Вонзившись в створки ворот, они натянулись, и стали расшатывать ворота в унисон с тараном. Так продолжалось несколько минут, пока верхняя часть ворот не сорвалась с петель.

— Принесите мой меч. — сказал Арк.

Через несколько секунд около него появился воин с обычным полуторным мечом и щитом. Взяв оружие, Арк спрыгнул с горгоны, и неспешно зашагал к воротам. За ним пошли еще два воина, одетые в золотые доспехи и длинные красные плащи. Инго тоже последовал за ними.

Пока первый хранитель юга шел к воротам, на него попытались напасть несколько рыцарей. Первый же удар Арка разрубил пополам закованного в латы воина. Инго даже показалось, что во время удара сам воздух исказился. Атака была настолько сильной, что ударная волна расколола замерзшую землю, разметав во все стороны хлынувшую кровь.

Подойдя к воротам, Арк велел отойти своим воинам, и как только те выполнили приказ, размахнулся своим мечом и ударил по железной створке. Раздался оглушительный гул, и ворота треснули. В этот же миг над городом поднялась огромная волна и в мгновение ока поглотила все поле боя. А еще через секунду вода превратилась в огонь.

Перед Инго снова появилась фигура Лины. Она шла по коридору, расставив руки в стороны и сжигая все, до чего могла дотянуться. Дойдя до конца коридора, она направила пламя не железную дверь. За считанные секунды дверь растаяла, словно свеча. Пройдя по расплавленному железу, Лина вошла в тронный зал.

Он имел круглую форму и был выполнен в ярких тонах. Повсюду висели синие гобелены, а светлые стены были украшены красивыми рисунками. Узкие витражные окна шли от пола до потолка, отбрасывая на синий ковер причудливые блики, которые оживали из-за пожара, бушевавшего за цветными стеклами. Куполообразный потолок поддерживали железные статуи ангелов, которые смотрели вниз своими красивыми ликами.

Только Лина вступила на синий ковер, как пламя, исходившее от нее, погасло. Перед ней стояли на коленях и протягивали пустые ладони несколько десятков человек. Все они были одеты в роскошные одежды с богатой вышивкой. Большинство из них были старики, но Инго заметил и несколько молодых людей. Также он заметил брошенную корону, которая валялась в центре зала. Склонив головы, они смотрели на ноги вошедшей девушки.

Пройдя несколько метров, Лина остановилась около старика с длинными, седыми волосами и такой же бородой.

— Мы сдаемся. — печальным голосом проговорил старик, протягивая ей раскрытые ладони.

Секунду, Лина удивленно смотрела на старика, а затем ее взгляд изменился. Лицо исказила гримаса ненависти, а глаза наполнили слезы. Сжав зубы, она проговорила лишь одно слово:

— Нет.

В эту секунду пламя с новой силой вырвалось из ее рук. Огибая стоявших перед ней людей, оно врезалось в стены, за секунду раскалив металл. Ползя вверх, оно стало плавить потолок, раскаляя добела статуи ангелов. Их красивые лица стали искажаться, роняя вниз железные слезы. Люди стали корчиться от боли, а некоторые начали бросаться в бушующее пламя, только бы остановить мучения.

Наблюдая за всем этим, Лина продолжала плакать, хотя ее слезы тут же высыхали на щеках.

В этот момент Инго вдруг почувствовал сильную боль в плече. Она была настолько резкой, что он невольно зажмурился, а когда открыл глаза, то увидел, что снова находится в бездонной тьме. Перед его глазами начали проплывать тысячи образов, суть которых Инго не мог уловить.

Боль в плече все не проходила, а тут еще и все остальное тело заболело. Еще один резкий прилив боли заставил Инго снова зажмуриться. Когда он открыл глаза, то увидел, что лежит на земле, а его ногу треплет волк. Без лишних раздумий, Инго призвал тени, и, направив их к волку, сломал тому шею. В этот момент он почувствовал, как в его плечо вцепилась еще одна пара зубов, и стала терзать. Инго вцепился рукой в волка, и с силой дернул на себя. В его ладони тут же оказался кусок оторванного уха. Плечо сразу отпустили. Скуля, волк побежал прочь. Инго увидел еще несколько серых хвостов, которые направились следом за своим собратом.

Когда опасность миновала, Инго смог наконец осмотреться.

Он лежал в каких-то кустах посреди леса. Вокруг него были разбросаны сломанные ветки и куски ткани. Повертев головой, он увидел тело наемника, а точнее то, что от него осталось. Латы не смогли защитить его от крепких клыков тирнийских хищников. Волки основательно обглодали его руки, а правой ноги так и вовсе не было, как и отрубленной головы. Похоже, Инго вернулся в реальность.

Повернув голову, Инго увидел, что в его плече все еще торчит рукоять меча. Одним движением вытащив клинок, он прикусил свой плащ, и правой рукой оторвал от него несколько лоскутов. Перевязав рану, он поднялся на ноги и поковылял в сторону шотела, который застрял в ветвях чертополоха. У Инго была вывихнута лодыжка. Пышные ветви дуба и ивы смягчили его падение, поэтому он не получил серьезных повреждений. Всего лишь пара царапин (если не считать рану от меча). Но сейчас это беспокоило его меньше всего. Ему нужно как можно быстрее добраться до лагеря и узнать, что случилось с остальными. Наемники явно знали о засаде. Поэтому не исключено, что и другие группы столкнулись с сильными врагами. Но больше всего его сейчас беспокоили Дельт с Мавис. Удалось ли им уйти?

Призвав тени, он попытался сотворить крылья. Но как только за его спиной появились тени, по его телу прошлась новая волна боли. Нет, сейчас он не сможет взлететь. Значит придется идти пешком.

Размышления Инго прервала промелькнувшая тень, которая тут же скрылась между деревьями. Он не сомневался, что видел у этой тени четыре лапы и завивающийся трубой хвост. Еще один волк? Инго сильнее сжал рукоять меча, готовый в любой момент отразить нападение. Но все было тихо. Может ему показалось?

Подобрав с земли толстую ветку, он поплелся в сторону полуденного солнца. Похоже, он провалялся тут всего несколько часов. Интересно, где он сейчас? Он помнил, что пролетел довольно большое расстояние, перед тем, как упасть. Километров тридцать точно.

И снова его прервала черная тень. Нет, это точно не его воображение. Он увидел, как черная собака промелькнула между деревьями и тут же скрылась. В эту же секунду, словно по волшебству, под его ногами стал сгущаться туман. Значит где-то рядом была река. И точно, стоило ему пройти несколько сотен метров, как он вышел к небольшому ручейку.

Быстро промыв раны, Инго пошел вверх по течению. Он примерно помнил, как располагались реки в Тирне, и по его расчетам, этот ручеек должен был вывести его к одной из рек. А там он уже найдет дорогу до западного тракта и лагеря. Упрощало задачу и то, что из-за тумана восприятие Инго было усилено. Он чувствовал, что несколько белок сейчас прыгают по веткам позади него, что какой-то крот жует только что пойманного червя прямо под ручейком, а сотни пчел пытаются отогнать от своего дворца назойливую росомаху. Но был еще один… Инго только сейчас почувствовал его. Это был человек.

Хорошенько все обдумав, Инго решил все-таки пойти и посмотреть кто это такой. Помощь ему сейчас не помешает. Определить, кто именно это был, Инго не мог. Он лишь чувствовал, что это был мужчина, и что он на чем-то сидит.

Пройдя еще немного, Инго услышал звуки топора. Значит это дровосек или лесник. Пробираясь через кусты, он снова увидел черную собаку, которая на этот раз еще и гавкнула на него. Но обращать на нее внимание Инго не стал. Он наконец увидел того, кого искал.

На маленькой полянке сидел мужчина в легкой, серой рубашке из мешковины и в коричневых бриджах. Раз за разом взмахивая тяжелым топором, он рубил толстый ствол дерева. Находясь к Инго спиной, он не увидел, как тот к нему приблизился. И только когда тень Инго нависла над ним, повернул голову.

На вид ему было лет тридцать. В коротких светлых волосах застряли несколько щепок, которые отлетели от дерева. На молодом лице выступали маленькие усики, а под добрыми глазами залегли несколько морщин. Он был довольно крепкого телосложения, но при этом очень низкий. Карлик? Нет, калека. У него отсутствовали обе ноги до колен.

С улыбкой посмотрев на Инго, он вдруг остолбенел. Его взгляд был направлен прямо в жемчужные глаза Инго. Переведя взгляд на меч, он осторожно положил топор и поднял руки.

— У меня ничего нет. — спокойным голосом проговорил он. — Я обычный лесник. Уходите пожалуйста.

Инго со вздохом поднял глаза к небу. Он совсем забыл, что обычные люди не готовы встретить посреди леса богорожденного. Повесив меч на пояс, он показал пустые руки.

— Я не причиню вреда. Мне просто нужна лошадь. Обещаю, я ее верну.

Калека все еще смотрел на него удивленным взглядом, боясь что-либо сказать.

Пошарив в поясной сумке, Инго достал маленький кошелек, который снял с трупа наемника.

— Вот. Тут немного, но я думаю хватит, чтобы поверить мне. — проговорил он, протягивая мешочек леснику.

Взгляд мужчины тут же изменился. Глаза больше не таращились на его лицо. Теперь они смотрели куда-то в сторону.

— Вы ранены? — спросил он, не обращая внимания на деньги. — Нужно сменить повязки, а то может начаться заражение. Мой дом недалеко и там есть все необходимое.

Инго не стал спорить. Ему сейчас подойдет любая помощь.

— Как вас зовут? — спросил калека, поднимая топор, и направляясь к доске на колесиках, которая стояла в стороне.

— Инго.

— Вы ведь богорожденный? Вот ведь не думал, что смогу встретить кого-то подобного в этой глуши. Хотя…

— А где я? Далеко отсюда Вестерклов? — спросил Инго.

— Полтора дня езды, если обходными тропами. А так — два дня. — ответил мужчина. — Я, кстати, Ури. — он протянул руку.

Пожав руку Инго, Ури забрался на доску с колесиками, и перехватив топор, словно весло, довольно бодро «поплыл» по протоптанной тропинке в сторону основной дороги, которая виднелась между деревьями.

— Идемте. — позвал он, поворачиваясь и глядя на Инго.

Последовав за ним, Инго дошел до небольшой телеги, в которую была запряжена кляча. Закинув в телегу свои инструменты и доску, Ури ловкими движениями взобрался на место кучера.

— Так как вы очутились здесь? — спросил Ури, как только Инго взобрался на телегу. — Да еще и весь израненный?

— Долгая история. — ответил Инго. — А далеко отсюда лагерь повстанцев?

— А, так вы из повстанцев? — протянул Ури. — Слышал про вас. Но где лагерь, не знаю. Могу показать дорогу до западного тракта. Вам ведь нужна была лошадь? Надолго?

— Только доехать до лагеря. Если хотите, я потом могу подарить вам молодую кобылу за место этой.

— Нет, спасибо. — улыбнулся Ури. — Солнышко часть нашей семьи, нам не нужна другая.

— Ну, тогда золота. Я заплачу…

— Мне не нужны деньги. Я дам вам лошадь бесплатно, только верните ее потом, хорошо?

Инго насторожила такая щедрость. Он не привык встречать людей, которые отказывались от денег. Тут он заметил на запястье лесника плетеный браслет из красных нитей. Такие браслеты носили в Яричке замужние пары.

— А ваша жена не будет против, что вы приведете в дом повстанца? — спросил Инго, глядя на браслет.

— Моей жены сейчас нет дома. — просто ответил Ури. — Но да, думаю, если она узнает кто вы, то будет возмущаться. — прибавил он.

Вскоре они подъехали к дому, который ничем особо не выделялся. Обычная бревенчатая хижина, которую довольно часто можно встретить в любой деревушке.

Спрыгнув с телеги, Инго встретился глазами с какой-то девчушкой, которая смотрела на него через окно. Заметив взгляд Инго, она тут же спряталась за штору, но он все равно видел ее изогнутую косичку, которая выглядывала сбоку.

В этот момент двери дома распахнулись, и во двор выбежали еще двое ребят. Оба были мальчики. Одному было лет двенадцать и у него были короткие рыжие волосы, а второй, светловолосый и подстриженный «под горшок», еще только учился ходить.

— Что-то случилось, Ури? Чего ты так ран…

Мальчишка замер на полуслове. С открытым ртом он глядел в глаза Инго.

— Богорожденный?! — воскликнул он. А затем развернулся и побежал в дом с криками: — Леви! Аста! Венди! Ури привел богорожденного!

В его голосе Инго не услышал страха, а лишь нотки удивления, смешанные с радостью. Мелкий парнишка тоже было пустился за своим братом. Но добежав до двери, был тут же подхвачен выбежавшей девочкой. Это была не та, которую Инго видел в окне. Девочке было тоже около двенадцати, а светлые волосы были распущены и струились по ее плечам. Сколько же у этого Ури детей?

Ответ не заставил себя долго ждать, и вскоре из дома выбежала последняя, пятая девочка. Именно ее Инго видел в окне. Всего было три девочки и два мальчика.

— Знакомьтесь, это господин Инго. — проговорил Ури, подъезжая к детям на своей доске. — А это мои дети. Это Леви. — Ури показал на самую взрослую девочку. — Тоби. — указал рукой на ее сверстника. — Венди. — перевел взгляд на девочку, которую Инго видел в окне. Ей было не больше шести.

— А я Аста! — воскликнула девочка, которая была самой маленькой из всех. — А это Том, мой брат! — она ткнула пальцем во второго мальчика.

— Ну вот и познакомились. — улыбнулся Ури. — Леви, помоги господину Инго перевязать рану.

— Я…да…хорошо. — потерянно проговорила Леви, все еще не сводя с Инго изумленного взгляда.

— Я тоже помогу! — прокричала Аста, и понеслась к дороге, как понял Инго, собирать «придорожник». За ней без единого звука помчался ее маленький брат и тоже стал помогать рвать траву.

— Эй! — Леви наконец отошла от ступора, увидев, как убегают ее брат с сестрой. — А ну идите сюда! Тоби, приведи их!

— А чего сразу Тоби? — возмутился мальчик. — Чуть что, сразу Тоби.

— Я схожу. — проговорил Ури, направляясь к детям. — А вы помогите Инго.

— Идите за мной. — все таким же, серьезным тоном, сказала Леви.

Инго последовал за девочкой в дом. За ними в дом забежали и Тоби с Венди.

— Круто, настоящий богорожденный! — воскликнул Тоби, не сводя глаз с Инго. — А это твой меч? — мальчик указал на шотел. — Он специально для богорожденных? Как им драться?

— Помолчи Тоби. — сказала Леви. — Лучше бы помог мне найти бинты. А вы пока проходите в комнату.

Инго показалось, что она не хочет смотреть на него. Он что, такой страшный? Инго стал искать зеркало, параллельно осматривая дом.

Внутри хижина тоже ничем особо не выделялась. Из сеней вели три двери в разные комнаты. Обычная хижина, обычных людей. Но тут внимание Инго привлек большой меч, который висел над печкой. Инго мог поклясться, что где-то он уже видел такую форму гарды. Может у стражников? Нет, у них другая…

— Сядьте тут. — сказала Леви, пододвигая табуретку. — Кто же вас так ранил?

Она приподняла его рубашку и стала обрабатывать рану.

— Так, небольшая стычка. — отмахнулся Инго.

В этот момент в комнату заехал Ури с двумя детьми на своей доске. Инго заметил, что ко всем порогам в доме приделаны маленькие горки, по которым можно легко заехать.

— Скоро обед. — проговорил лесник, ставя бушевавшую у него в руках Асту на ближайшую скамейку. — Инго, вы тоже оставайтесь. Вам нужно восстановить силы.

С этими словами он направился к печке.

— Я сейчас. — засуетилась Леви. — Тоби, закончи тут. — проговорила она, передавая брату бинты.

— А с кем ты дрался? — поинтересовался Тоби, продолжая работу своей сестры.

— С наемниками. — ответил Инго. Скрывать правду ему было незачем.

— Это с «просящими» чтоли? — будничным тоном спросил Тоби.

— А ты откуда знаешь? — удивился Инго.

— Так они тут часто шастают. Аста с Венди их боятся.

— Я не боюсь! — выкрикнула из другой комнаты девочка.

— Ладно! Только не ори! — прокричал Тоби, а сам шепотом прибавил: — До усрачки боится.

Как только он закончил с перевязкой, к ним подъехал Ури.

— Вот, выпей это. Это травяная настойка, она поможет быстрее затянуться ранам.

Инго не особо хотелось пить подозрительные настойки, особенно после вчерашнего «эксперимента» Маверика. Но чтобы не обидеть хозяина, который, как стало казаться Инго, был очень добрым человеком, он все-таки сделал несколько глотков.

По телу тут же прошла судорога, и Инго не заметил, как случайно притянул к себе все тени в доме. Теперь он стоял по пояс «одетый» в черную дымку.

Леви, увидев это, тут же бросилась к Венди, которая стояла ближе всех к Инго, и заслонила ее руками.

— Все в порядке! Не бойтесь! — Инго попытался убрать тени, но у него ничего не вышло. — Они не опасны. Клянусь.

Он посмотрел на Ури, стараясь придать лицу убедительный вид. В этот момент из другой комнаты выбежали маленькие Аста и Том. Без колебаний, и с криком «чернушка!», Аста прыгнула прямо на его ногу. Том же, схватив деревянное ведерко, накрыл им сапог Инго, словно какого-то жука.

— Аста! — воскликнула Леви, и тут же бросилась отдирать сестру от темной ноги.

— Я его поймала! — заорала Аста, все еще держа Инго за ногу.

— Тоби! Чего стоишь?! Помоги мне! — все еще взволнованным голосом прикрикнула Леви.

Но мальчик стоял с разинутым ртом и не отводил глаз от теней.

— Круто! Это какая-то магия богорожденных?! — наконец воскликнул он, перекрикивая даже радостные вопли Асты. — А ты меня научишь?!

— Это воля. — спокойно проговорил Ури, все еще разглядывая Инго. — Я ведь прав?

— Да. Это темная воля. Я могу управлять тенями. — сказал Инго.

Только он это сказал, как тени снова стали слушаться его. Рассеяв их, Инго оставил небольшой сгусток у себя в руке. Вытянув ладонь, он показал его Ури. Лесник протянул было руку, но в последний момент передумал. А вот Тоби не упустил момента. Протянув руку, он стал щупать тени.

— Похоже на какое-то масло. — проговорил он.

Краем глаза Инго увидел, что и Леви с Венди смотрят на сгусток любопытным взглядом.

— Не бойтесь. — проговорил Инго, протягивая им ладонь. — Обещаю, это не опасно.

Леви осторожно протянула ладонь и потрогала тень. После этого и Венди решилась потрогать. И только она коснулась сгустка, как на ладонь Инго опустилось деревянное ведерко. Том снова решил поймать его тень.

— Ладно, раз с этим разобрались, то давайте уже обедать. — весело сказал Ури.

— Д-да. — неуверенно проговорила Леви, все еще ощупывая ладонь Инго.

Инго хотелось как можно быстрее отправиться в лагерь, но он не хотел обижать Ури, поэтому согласился остаться. Пройдя вслед за хозяином в одну из комнат, он увидел небольшой деревянный стол. На нем стоял большой чан с картошкой, несколько тарелок, немного зелени, моркови и грибов.

— Я помогу. — тут же вызвалась Леви, когда Инго уселся за стол.

Она принялась накладывать ему в тарелку картошки.

— А! Тоби опять взял себе две морковки! — воскликнула Аста, тыча пальцем в брата. — Все взяли по одной, а он две!

— Это потому что я сегодня рубил дрова. — проговорил Тоби. — Я устал и мне положено две.

— Так не честно! — воскликнула Аста и потянулась через стол, чтобы забрать у брата морковь.

Началась битва за морковь, которая тут же была прервана возгласом Леви:

— А ну прекратите! У нас ведь гости!

— Вы уж извините, Инго. — проговорил Ури, перекладывая свою морковь в тарелку Асты. — Нечасто у нас гости.

Инго вдруг стало очень совестно. Он заметил, что на столе совсем нет мяса. Да и в кувшинах простая вода, а хлеб пресный. Непросто выживать в глуши. Нужно будет отправить вместе с лошадью еще и продуктов. В лагере их в избытке. Или…

— А не хотите перебраться к нам в лагерь? — спросил он.

— Нет. — помотал головой Ури. — Нам и здесь не плохо.

— Да, нам и здесь не плохо! — прокричала Аста.

Слопав свои порции, маленькие брат и сестра стали носиться по комнате. Они стали по очереди подбегать к Инго и хвастаться своими вещами. Подбегая, они поднимали вверх то куклу, то какую-то дудку. Том снова показал Инго свое ведерко. А Аста откуда-то принесла пушистую кошку, которая была в половину ее роста.

— Э-э-э…очень красивая. — неуверенно проговорил Инго.

— Это Манка! — прокричала Аста, и тут же убежала.

Через некоторое время она снова прибежала, неся в руках толстую книгу. Передав ее Тому, она стала водить по названию рукой, произнося отдельно каждую букву.

— Б Ы Л И Н Ы З А П А Д Н О Г О К Л Е В Е Р А.

— Умница, Аста. — похвалил Ури.

Но Инго поразило не то, что в доме Ури нашлась довольно редкая книга о Вестерклове. Его поразило, что дети обычного лесника умеют читать. Откуда Ури может знать грамоту?

Пообедав, Инго вместе с Ури и Тоби отправился на улицу. Мальчик помог Инго отвязать клячу от телеги.

— Только верни ее, хорошо? — проговорил Тоби, закидывая на спину лошади седло.

— Обещаю. Когда поеду в Белланиму, то…

— Ты поедешь в Белланиму?! — перебил его Тоби, и не дожидаясь ответа, прибавил: — Тогда убей главную ведьму! Ты ведь можешь это сделать!

— Тоби!

В первый раз Инго услышал в голосе Ури нотки упрека.

— Но ведь он может…

— Не слушайте его, господин Инго.

— Эмм… Хорошо. Я верну лошадь, обещаю. — сказал Инго, запрыгивая на седло.

— Будем ждать. — снова улыбаясь проговорил Ури.

Покидая дом лесника, Инго не мог отделаться от мысли, что этот калека что-то скрывает…

Особый гость

Прошло уже пол дня, а Инго так и не встретил знакомых мест. Натянув на голову капюшон, он спокойно ехал по западному тракту. Хоть он и хотел побыстрее добраться до лагеря, пустить лошадь галопом он не решался, так как боялся, что она не сможет выдержать этого темпа. Пару раз он встретил несколько патрулей и повозки торговцев, но те не стали обращать внимания на обычного «селянина» (свой меч Инго спрятал под плащом).

За время своего пути, Инго успел хорошенько обдумать сложившуюся ситуацию, и прийти к выводу, что с остальными группами должно быть все в порядке. Раз он, хоть и не без труда, но смог справиться с одним из капитанов, то и другие должны были одолеть «просящих». К тому же они могли вообще никого не встретить. Ведь по сведеньям, командиров должно было быть всего двое. Хотя Инго не был уверен, что тот длинноволосый громила был вторым командиром. Он больше смахивал на телохранителя. В любом случае, Инго смог успокоить сам себя мыслями о том, что с остальными все в порядке. Даже с Мавис и Дельтом. Вряд ли тот наемник смог догнать их. Поэтому теперь мысли Инго были целиком и полностью заняты странным лесником.

Зачем безногому калеке меч? И где он научился читать? Да и его дети тоже странные. Они ведь совсем не похожи друг на друга (кроме Асты и Тома, они точно были брат и сестра). Почему-то это дошло до него только тогда, когда он уехал. А еще эти сны…

Он снова видел события тысячелетней давности. Это ведь была Лина? Инго не помнил всех подробностей, так как после того, как он проснулся, его голова была занята другим, и воспоминания о снах быстро улетучились. Он помнил лишь огромный железный город и армию ферасийцев.

Раздумывая над этим, он заметил железный гвоздь, который был вбит в ближайший ствол дерева. Значит лагерь уже не далеко. Пристроив лошадь поближе к обочине, Инго стал всматриваться в стволы деревьев. Время от времени между ними мелькали дома очередной деревушки. Он не стал заезжать в них, так как не хотел столкнуться там с патрулями. Да и спрашивать где лагерь повстанцев у местных жителей было бы глупо. Инго знал в какой стороне находился лагерь, вопрос стоял лишь в том, как долго до него еще добираться?

Глядя на очередной ствол, Инго заметил, как между деревьев промелькнули несколько длинных роб. Присмотревшись, он увидел группу послушниц из церкви Силестии. Они шли, сопровождая несколько погребальных телег, роняя из корзинок лепестки роз на дорогу перед процессией. Такие церемонии в империи не редкость. Инго знал, что с цепными ведьмами по Стелларии путешествуют и послушницы. Они ходят по деревням и проводят церемонии похорон или венчания. Некоторые, особо фанатичные последователи этой веры, могут месяцами откладывать похороны, только чтобы дождаться пока к ним в деревню не придут послушницы. Та же самая ситуация была и в церкви Шести. Из-за этого, во многих глухих деревнях стоял страшный смрад от разлагающихся трупов. Не помогали даже придорожные храмы, которые были построены по указу пятого императора Стелларии — Вендиго Леонхарда. В них люди могли сжечь останки, которые потом забирали последователи той или иной церкви, и подобающе похоронить. Вот и сейчас Инго увидел, что у некоторых родственников на лицах надеты повязки. Похоже, они довольно долго ждали прихода послушниц.

Поравнявшись с процессией, Инго увидел, что телег намного больше, чем ему показалось изначально. Около двадцати штук. Все они были украшены цветами, а тела умерших укутаны покрывалом из красных лепестков. Но даже так Инго учуял отвратительный трупный смрад. Рядом с ним проехала еще одна телега, и он увидел, что в ней лежит наполовину обглоданный труп. Вокруг него стояло множество клеток с воронами, которые жадно рвали его на куски сквозь прутья решетки. Джаспер рассказывал Инго про этот ритуал: когда умирает человек с волей, его труп отдают птицам, чтобы те обглодали его до костей. Это нужно было для того, чтобы потом можно было вырастить костянку — редкий цветок, который растет только на костях людей с пробудившейся волей. Но Инго и не подозревал, что это настолько жуткое зрелище. Вороны буквально бесились в своих клетках, а некоторые были настолько жадные, что сначала заклевали всех ближайших собратьев, чтобы не было конкурентов.

Наблюдая за их пиршеством, Инго не заметил, как около него прошла цепная ведьма. Теперь он понял, почему раньше не замечал их присутствия. Похоже, они, как и Мавис, любят «подавлять» свою волю. Высокая и стройная, она была одета в шипастые доспехи, с которых свисали десятки цепей. Инго заметил небольшой узор на ее выбритой голове. Значит эта ведьма была никсой. Странно, ведь Инго думал, что все ведьмы родом из Белланимы. Рядом с ней, словно два верных пса, шагали ее палачи. Если ведьма потеряет над собой контроль, то они без промедления убьют ее. Инго заметил в их руках серебряную клеймору. Инго знал, что свое оружие ведьмы предпочитают отдавать слугам.

Больше книг на сайте — Knigoed.net

Натянув пониже капюшон, Инго замедлил ход, пропуская вперед ведьму. Взгляд ее выжженных глазниц на секунду остановился на его плаще, под которым висел шотел. Инго так и не понял, видят ли ведьмы хоть что-то, или нет. Ведь у них не было глаз. Как-то раз ему удалось немного поговорить с одной из них, и та сказала, что все прекрасно видит. На всякий случай он еще больше замедлился, и ведьме пришлось отвести от него взгляд.

Наконец процессия стала удаляться, а затем и вовсе скрылась между деревьев. Но что это? Один старик все-таки остался. Хоть процессия и шла довольно медленно, старик был настолько слаб, что не поспевал за ними. Или нет? Он шел довольно быстро, и вскоре Инго понял, что старик находится в нескольких сотнях метров от него. Сейчас стало понятно, что он не имеет отношения к церемонии. Он был одет в черный халат, а в руках сжимал узловатую трость.

Инго остановил лошадь и снова взглянул на старика. Ну точно! Даже с такого большого расстояния он узнал эту длинную, серую бороду, заплетенную в косу с помощью кожаных ремешком. Это был Дедушка!

Пустив лошадь ему навстречу, Инго вскоре поравнялся с ним.

— Привет. — проговорил он, приподняв капюшон.

— Инго! Ты ли это? — старик поднял свои густые брови от изумления.

— Я. — ответил Инго, спрыгивая с лошади. Коснувшись земли, он тут же пожалел о своем решении. Нога все еще болела. — Рад тебя видеть.

— Я тоже. — улыбнулся Дедушка. — Давно мы не виделись. Ну как, нашел свою сестру?

— Ага. Пару месяцев назад. Она сама приехала в город. — сказал Инго, прихрамывая за стариком. — А у тебя как дела? Ты ведь несколько лет не появлялся в городе. Удалось помочь своему другу?

— Да. Он пошел на поправку, и я решил вернуться в Вестерклов.

— Лучше в этом году не возвращаться в город. Скоро начнется сражение, и скорее всего оно будет у стен города. — предостерег старика Инго.

— А, так Гантэр уже набрал армию? — с какой-то странной отрешенностью проговорил старик. — Ты ведь тоже повстанец? Как у вас дела?

— Основные силы уже прибыли. Сейчас идут последние приготовления. Анастериан тоже собирает своих командиров. — ответил Инго.

— Он ведь нанял несколько кланов? Ты с ними поосторожнее. Я видел несколько отрядов в одной из деревень. Очень способные воины.

Сказав это, он странно встрепенулся, вытянул шею и замер. Такое часто случалось с ним. Постояв так пару секунд, он снова пришел в себя:

— Да. Очень способные.

— Да не страшно. — махнул рукой Инго. Ухмыльнувшись, он вытянул руку. Тени тут же облепили ее, сформировав шар у него в ладони. — У меня пробудилась темная воля. Помнишь, ты про нее рассказывал?

Раздался глухой звук. Это Дедушка уронил свою трость. Не отрывая взгляда от теней, он стал шарить своими большими руками по земле.

— Я…я…я не могу поверить своим глазам. Так она и вправду существует? Темная воля.

— Ага. Только вот она не влияет на разум, как ты говорил. Она управляет тенями. — Инго удлинил тень, и с помощью нее попытался поднять трость, но у него ничего не вышло. С огромными усилиями Инго удалось приподнять трость лишь на несколько сантиметров от земли. В этот момент ее сцапала рука Дедушки. Сколько же весит эта палка?!

— Тенями, говоришь? — Дедушка провел рукой над тенью, словно над огнем свечи. — Да, да…тени. Точно.

— Что-то не так? — спросил Инго, заметив, что Дедушка опять о чем-то задумался.

— Нет. — оживился старик. — Так значит у тебя темная воля? Наверно тебе пришлось пережить что-то очень страшное, чтобы пробудить ее.

— Да. — Инго опустил взгляд. — На моих глазах умерли близкие мне люди. Я испытал отчаянье и…ярость. Я и сейчас ее иногда испытываю. Я боюсь, что опять потеряю над собой контроль.

— Это хорошо. — кивнул Дедушка и положил свою руку на плечо Инго. — Страх сдерживает тебя. Ты беспокоишься о друзьях, и это хорошо. — сделав небольшую паузу, Дедушка прибавил: — А еще страх помогает раскрыть нам наши слабости.

Не зная, что на это ответить, Инго сменил тему:

— А еще я стал видеть события, которые происходили тысячу лет назад. Во сне. Так я узнал, что Жрица Зверя, кстати, ее звали Энио, заключила союз с Гелиосом. И в честь нее назвали империю.

— Да ты что? — протянул Дедушка, но Инго почувствовал наигранные нотки в его голосе. — Ну-ну. А еще что ты увидел?

— Много всего. Некоторые сны мне удается запомнить, а некоторые будто растворяются в памяти.

— Так всегда бывает. — снова кивнул Дедушка. — Ты ведь осознаешь себя в этих «снах»?

— Да. Как будто это происходит наяву.

— И в них нет ничего необычного? — лукаво улыбнулся Дедушка.

Немного подумав, Инго ответил:

— Нет. Это же все-таки сны. В них должно быть хоть что-то необычное.

— Ясно. — все еще улыбаясь ответил Дедушка. — Ну ладно. А ты мне вот лучше скажи, что у тебя с ногой? Может все-таки сядешь на свою лошадь?

Инго не хотелось ехать на лошади, когда рядом шагает старик, опирающийся на трость. Но боль в ноге была уже невыносимой.

Как только Инго запрыгнул на лошадь, Дедушка приблизился и посмотрел на ногу.

— Обычный вывих. — сказал он. — Вот, помажь этим.

Он вынул из своей дорожной сумки банку с какой-то белой мазью и протянул Инго.

— А с рукой что? — спросил он, пока Инго растирал пахучую мазь по больной ноге.

Инго рассказал, как они устроили засаду на «просящих».

— «Длани просящие». — хмуря брови проговорил Дедушка. — Это были не командиры, а убийцы. Но я рад, что ты остался жив. Ты стал очень сильным. Не каждый смог бы справиться с «дланью».

— Выходит, и на других напали? — снова забеспокоился Инго.

— Не исключено. — ответил Дедушка. — Кто еще у вас был?

— Делрой, Мави, Габри… Да, кстати, громовержцы теперь тоже за нас. — сказал Инго.

— Да-а, Анастериану не легко придется. — хмыкнул Дедушка. — А еще кто?

— Хаммерхексы (Дедушка кивнул, показывая, что знает кто это), парочка никсов, Широ…

— Широ? — переспросил старик.

— Точно, ты ведь еще не знаешь про нее. — ударил кулаком о ладонь Инго.

И он рассказал, как он с Мавис вызволил пленницу из тюрьмы Вестерклова, и что та оказалась принцессой Вайра-Кен.

— Интересно… — почесал бороду Дедушка. Он снова о чем-то задумался. — Раз так, то тебе не стоит беспокоиться о своих друзьях. С ними все в порядке.

— А ты не хочешь пойти со мной в лагерь? Там будет намного безопаснее, чем у стен города.

— Нет. Я ведь уже сказал, что пробуду в городе недолго. Да и беспокоиться обо мне не стоит. Я уже старый, и мне немного осталось. Я буду даже рад, если… — Дедушка остановился на полуслове, и подумав, прибавил:

— Впрочем, ничего…

Инго не стал допытывать чему именно был бы рад Дедушка. Странные замашки старика уже давно стали для Инго нормой.

Пройдя еще несколько километров, они дошли до развилки.

— Ну, тут я тебе покину, Инго. — сказал Дедушка.

— Что? Почему? Вестерклов же в этой стороне. — Инго показал на дорогу, по которой он планировал добраться до лагеря, и которая также вела в город.

— Мне нужно заскочить к старому другу. Забрать у него кое-какие вещи. — сказал старик.

— Тогда ладно. Будь осторожен. — проговорил Инго.

— Ты тоже. — улыбнулся Дедушка.

Повернув на широкую дорогу, Инго еще раз взглянул на старика. Его черный халат еще несколько раз мелькнул среди деревьев, а затем скрылся из виду. Инго снова стал выискивать железные «метки» на деревьях. А через полчаса он наконец стал замечать знакомые места. Встретив группу никсов, которая следовала из Поларвейна в лагерь, он присоединился к ним. Еще час, и они достигли ворот лагеря.

— Гантэр тут? — спросил он у северянина, который стоял на страже.

— Не. Тан ушел-с искать…так он тебя пошел-с искать! — воскликнул никс, увидев глаза Инго. — Ты же пропал-с, не?

— Кто-нибудь из командиров сейчас тут? — не обращая на его слова внимания, продолжил Инго.

— Наверно-с. Эти…как его там? «Громошвырятели», или как? Они тут, в штабе-с. — почесал голову никс.

Без дальнейших слов, Инго поплелся в южную часть лагеря. Когда он подходил к штабу, то заметил на скамейке двух мужчин. Один из них был рыжий, с прилизанными волосами. Его лисьи глаза тут же устремились на Инго, как только он приблизился к ним. Толкнув локтем своего собеседника, он кивком указал на Инго.

— Инго! Черт бы тебя побрал! Живой! — воскликнул Харон, и подбежав к нему, сцапал Инго в медвежьи объятья.

От такого приветствия у Инго чуть не лопнули бинты на плече.

— Ты где был?! Мы думали тебе кранты! — не унимаясь хрипел Харон.

— Потом расскажу. Как остальные? Все живы?

— Все отлично. Все целы. Геката и Делрой тоже попали в засаду, когда возвращались в лагерь. Но они справились. Даже одного ублюдка удалось взять живым. — проговорил Харон, откупоривая пробку у серебряной фляжки и присаживаясь на скамейку.

— А Мавис с Дельтом? — Инго тоже присел рядом. — Как они спаслись?

— Им помог Финис. — толстяк махнул в сторону рыжеволосого мужчины.

— Я направлялся в лагерь, когда увидел их. — сказал Финис.

— Вам удалось убить того наемника? — спросил Инго.

— Нет. Он успел отступить. Я не стал преследовать его, так как «Одуванчику» нужна была помощь. — растягивая слова проговорил Финис.

— С Мавис все хорошо?

— Да. Но если бы не цепи Хаммерхекса, то она могла и умереть. — сказал Финис. — Сейчас она отлеживается.

— А тебе-то как удалось спастись? — удивленным голосом спросил Харон. — Мавис сказала, что ты остался с одним из «дланей».

— Я убил его.

Финис поднял одну бровь, в явном удивлении. Встав со скамейки и сложив руки на груди, он придирчивым взглядом осмотрел Инго.

— Руки-ноги вроде на месте. Ты точно его убил? — с ноткой недоверия спросил Финис.

Инго рассказал, как он сражался с «просящим».

— Вот это я понимаю! — Харон хлопнул его по спине. — Не каждому удастся победить в равном бою такого противника!

— «Просящие» знали, что на них планируется нападение. — высказал свою догадку Инго.

— Похоже на то. — кивнул Харон. — Только вот эти сукины дети не знали, кто в какой команде будет.

— Вы уже допросили того наемника, которого взяли в плен? — спросил Инго.

— Нет. Моя…э-э-э…кто она там мне, кстати? — обратился он к Финису.

— Двоюродная племянница — подсказал громовержец.

— Моя двоюродная племянница чуток переборщила с молниями, и теперь он без сознания. Когда очухается, Корво займется им. — сказал Харон.

— Делрой тут? — всполошился Инго.

— Нет. Все тебя ищут. Надо, кстати, им сообщить, что с тобой все в порядке.

Не вставая со скамейки, он приоткрыл дверь штаба, и просунув в проем голову, закричал:

— Эй! Есть тут кто?! Нужно кого-нибудь отправить с сообщением для Гантэра!

Но ему никто не ответил.

— Вот ведь черти! Когда не нужно, они как грязь под ногами, а когда зовешь, то их сразу как ветром сдувает! — Харон стукнул по стене кулаком.

— Отправь буревестника. — предложил Финис.

— Точно!

Вставив оба мизинца себе в бороду, Харон свистнул так, что у Инго зазвенело в ушах.

Тут же с неба, словно метеор, рухнула белая птица, похожая на чайку. Она была почти такая же, как и у Габри, только на голове было черное оперение. В это же самое мгновение поднялся сильный ветер, за которым последовал звук бьющегося стекла. На голову Инго посыпались мелкие осколки вперемешку с листками пергамента.

— Чертова птица! — заорал Харон. — Тьфу! Она это специально, что ли?!

Инго повернул голову, и увидел, что Харон сидит весь облитый черной жидкостью. На его пышной шевелюре покоился пузырек с чернилами.

— Зато тебе будет чем написать письмо. — спокойно сказал Финис, протягивая Харону кусок пергамента и обмакивая перо в его бороду.

Пока громовержец, бубня себе под нос ругательства, карябал на скамейке письмо Гантэру, его птица успела несколько раз напакостить. Расправив крылья (которые оказались почти полтора метра каждое), буревестник стал гонять пергамент по двору, а затем и вовсе подпалил его своими молниями. Затем, с невозмутимым видом, перепорхнул на крышу, где не упустил шанса сбросить на спину Харона еще несколько своих черно-белых «подарков». Когда письмо было написано, буревестник схватил конверт своим клювом, и с невероятной скоростью взметнул ввысь, оставив после себя столб пыли.

— Я тогда пойду к себе. — проговорил Инго. — Нужно сменить повязки.

— Попробуй смочить их в соке «рассветницы». — посоветовал Финис. — Так рана быстрее затянется.

— Выздоравливай. — вставил Харон. — Нам ведь скоро еще в Белланиму ехать.

Покинув штаб, Инго отправился к себе домой.

* * *

Не прошло и дня, как все участники поисков вернулись в лагерь. Это произошло глубокой ночью. В дом Инго ввалились сразу десять человек, разбудив хозяина своими радостными возгласами.

— Поверить не могу что ты выжил! — воскликнул Гантэр, хлопая его по спине.

Инго заметил, что около лидера стоит и Мавис. Он не стал заходить к ней днем, так как думал, что та еще спит.

— Харон рассказал нам про сражение. — вставил Делрой.

— Может мне тебя назначить капитаном? — вслух подумал Гантэр.

— Давно пора. — прохрипел Харон.

Не успел Инго до конца проснуться, как в его вещах уже копошились несколько рук, в поисках винных запасов.

— Нужно отметить второе рождение, понял? — сказал Халд, выкатывая бочку на середину комнаты.

Инго не понимал, чему все так радуются. Да, противник не из легких, но не на столько же.

— Вот твой меч. — Делрой протянул ему клинок, который Инго выронил, когда наемник прижал его к земле.

— Только я не понял, как ты умудрился так далеко улететь? — спросил Гантэр.

— С помощью воли.

Инго призвал тени, и снова попробовал сотворить крылья. На этот раз тело не болело, и он смог даже помахать ими.

— Ну-ка. — проговорила Геката, отставляя в сторону кубок с вином. — Пойдем выйдем на улицу.

Покинув дом, Инго вступил на мокрую от росы траву. Ночь была облачная, поэтому поляна перед домом была освещена лишь фонарями, которые они взяли из дома.

— Не думаю, что у меня снова получится взлететь, ну да ладно… — проговорил Инго и взмахнул крыльями.

Тут же его тело оторвалось от земли, и он резко взмыл в небо. Секунду он находился в полной растерянности. Он совсем не ожидал такого резкого подъема. На мгновение застыв в метрах пятидесяти над поляной, он начал падать. Барахтаясь в воздухе, он вновь расправил крылья. Падение тут же перешло в мягкое парение над верхушками деревьев. Ощущение было непередаваемое. Он будто плыл по невидимым волнам, совсем не прилагая никаких усилий. Поймав темп, он даже смог зависнуть на месте.

Снизу стали доноситься еле слышные возгласы. Собираясь спуститься, он вдруг заметил искрящуюся молниями птицу около себя. В этот же момент сверкнула вспышка, и Инго почувствовал, как удерживать свое тело в воздухе стало немного сложнее. Посмотрев вниз, он увидел, что на нем повисла внушительная фигура светловолосой никсы.

— Выдержишь? — спросила Геката.

— Постараюсь. — проговорил Инго.

— Он выдержит! — прокричала Геката людям внизу. — Давайте еще кто-нибудь сюда!

Снова вспышка и на нем повисли еще несколько фигур. Это были Тильд, Габри и Юлиус.

— Это моя рука, Тильд! — сказал Юлиус, держась за плечо Инго.

Габри тем временем повисла сзади, обхватив его за шею.

— Давай вверх. Посмотрим, на сколько метров ты сможешь подняться. — сказала Геката.

Инго с силой взмахнул крыльями, рванув так резко, что Геката даже вскрикнула от неожиданности. А Габри так сильно вцепилась в его шею, что он всерьез стал опасаться, как бы она его не задушила. Секунда, и они поднялись уже выше облаков. Инго увидел чистое звездное небо и темные силуэты астероидов, которые медленно проплывали между звезд.

— Все, все, все, все! Хватит! — закричала Геката. — Спускайся!

Инго улыбнулся. Он уже понял, как управлять крыльями. «Обняв» ими свое тело, он выпрямился, прижав руки к бокам. Вся компания на секунду зависла в воздухе, а затем…

— Нет…Нет…Нет…НЕТ…НЕТ…НЕТ!

В это же мгновение ночное небо прорезал новый визг. Но на этот раз кричал Тильд. Они начали падать так быстро, что Габри, которая все еще держалась сзади, не успевала за ними. Чтобы окончательно не оторваться, она обхватила его ногами. В ушах Инго зазвенело от пронзительного визга, который исходил от всех его «пассажиров». Кричал даже Юлиус.

— ИДИОТ! — заорала Геката.

Но в последний момент Инго успел расправить крылья, и плавно приземлился на землю.

— А-А-А-А-А-А-А!

Тильд, закрыв глаза, и все еще держась за Инго, не переставал визжать как маленькая девочка. Остальные, пошатываясь, стали отходить от него, держась за головы.

— Никогда так больше не делай. — тыча в него пальцем, проговорил Юлиус.

Кровь у Инго бурлила, и он не удержался, чтобы еще раз не взлететь (предварительно отцепив от себя дрожащего Тильда). Пролетев несколько раз над деревьями, он спикировал вниз и подхватил разом Мавис, Широ и Делроя. Эти тоже стали дружно кричать, когда он вместе с ними спикировал вниз.

— Что это было?! — тяжело дыша спросил Делрой.

— Я тоже не поняла. — серьезным тоном сказала Геката и посмотрела вверх. — Я ведь никогда не боялась упасть. Да и с таким контролем воли, как у меня, разбиться я не могла. Почему же мне было страшно?

— «Переливание»? — вслух подумал Делрой, глядя на никсу.

— Похоже. — Геката перевела взгляд на Инго, который уже успел убрать крылья, и теперь растирал ушибленный бок, в который ударила Мавис после приземления.

Еще немного посидев у него дома, гости стали расходиться. Оставшись один, Инго еще раз взмыл в небо, и полетав над верхушками деревьев, вернулся домой. Спать он лег, когда солнце уже светило в его окно.

* * *

Проспал Инго до обеда. Ему снова снились странные сны. То он оказывался на лавандовых лугах, близ стен огромного города, то снова видел воспоминания Мавис и Хаммерхексов, а то и вовсе попал в такое место, которое нельзя было описать словами и которое не могло существовать в реальности. Это была чья-то спальня, где вся мебель и стены были сделаны из плавно текущей крови.

Когда он проснулся, то первым делом направился на рынок. Закупив побольше круп, мяса и овощей, он попросил несколько никсов, чтобы те отвезли все это к хижине лесника вместе с его лошадью, коровой и дюжиной кур. В том, что они выполнят его просьбу, Инго не сомневался. Он уже давно заслужил уважение северян.

Закончив со своими делами, Инго направился к штабу. Нужно было все обсудить с Гантэром, так как ночью он толком не успел ни о чем поговорить.

Когда он зашел в комнату лидера, то обнаружил там еще и Делроя. Оба склонились над картой и о чем-то беседовали.

— Инго, ты как раз вовремя. Поможешь мне с наемником. — сказал Делрой, отрывая взгляд от карты.

— Он уже очнулся? — спросил Инго.

— Да. Сейчас его должны привести. — ответил Гантэр.

— Я слышал, что тот, кого я убил, не был командиром. — проговорил Инго, присаживаясь за стол и наливая себе воды в кубок.

— Да. Это особые фигуру в клане. «Длани просящие». — сказал Делрой, возвращаясь к карте. — В их обязанности входит обучение молодых членов и выполнение трудных заказов на убийства.

— У «Веселых солнц» тоже есть такие?

— «Лучики» — одновременно сказали Делрой и Гантэр.

— А что с капитанами? — не унимался Инго.

— Вот сейчас и выясним. — сказал Гантэр, поворачивая голову к разбитому окну.

— А капитаны сильнее этих… «дланей»?

— Не сильно. Но с ними надо быть очень осторожными. У Амори де Луи божественная воля, а у Паньи Хэт-Хэру из «солнц» очень сильная природная воля. Есть еще несколько, но пока что они не прибыли в город. — проговорил Делрой.

— Не забывай про «Змееносцев». — сказал Гантэр. — В прошлый раз именно из-за них мы потеряли большую часть людей.

— О чем это ты? — удивился Инго.

— Делрой тебе не рассказывал? — Гантэр покосился на друга. — В прошлый раз Анастериан тоже купил несколько кланов наемников. И был там, как мне показалось, один очень сильный командир «Змееносцев».

— Я до сих пор не уверен, что это был «змееносец». — вставил Делрой. — Уж больно открыто он сражался. Да и лицо прятал.

— Он был алхимиком. — продолжил рассказывать Гантэр, когда понял, что Делрой больше ничего не скажет. — И сражался с помощью двух рапир. Очень умелый.

— Мави мне говорил, что в Вестерклове есть еще один алхимик. — сказал Инго. — Может это он?

— Да, я тоже про это слышал. Но вряд ли это он. — сказал Делрой. — Такого уровня алхимики не покупают ингредиенты у контрабандистов.

— Но Мави ведь покупает.

— Маверик…ну…он исключение. — неуверенно сказал Делрой. — Только ему не говори об этом, а то обидится.

Инго задумался. Значит есть еще более сильные наемники, чем тот, с которым он сражался. Раньше Инго думал, что на поле боя им больше всего нужно опасаться Анастериана и «Братьев бури». А оказывается и у других кланов есть опасные противники.

Его размышления прервал стук в дверь.

— Входите. — сказал Гантэр.

Дверь распахнулась и в комнату вошли две армарийки, волоча за собой скованного цепями наемника. На нем не было повязок, и Инго смог разглядеть его лицо. Это был совсем еще мальчишка. Лет четырнадцать-пятнадцать. У него были светлые, кудрявые волосы и круглые глаза.

Усадив его на стул, армарийки встали по бокам.

— Можете быть свободны. — сказал Гантэр, глянув на женщин.

Когда за армарийками захлопнулась дверь, Делрой, который до этого не обращал на вошедших никакого внимания, оторвал взгляд от карты, и медленно встав, подошел к пленнику. Поставив стул напротив наемника, он уселся и взглянул в глаза юноше.

— Знаешь кто я? — спокойно спросил Делрой.

«Просящий» медленно поднял взгляд, словно ребенок, который ждет что его вот-вот отругают. Посмотрев в глаза Делроя, он твердо и с ненавистью произнес:

— Делрой Этелрик Корво. Причастный к убийству короля Фергуса и королевы Октавии Вермилион, за что приговорен к смерти Высшим судом Ярички. Так же признан виновным за участие в повстанческой группировке, за что приговорен к смерти судом Вестерклова. Признан виновным в убийстве трехсот десяти человек, за что приговорен к смерти судами Вестерклова и Лимминг Мун. Приговорен к тридцати годам на мраморных рудниках Метеора за пособничество пиратам. Приговорен к десяти годам в Белланиме за мелкий разбой. Доставить живым или мертвым. Цена пятьсот тысяч.

Делрой внимательно слушал, не отводя глаз от своего меча, который крутил вокруг своей оси перед собой.

— Ничего себе списочек. — проговорил Гантэр. — А про меня что скажешь?

Юноша перевел взгляд на лидера повстанцев и монотонно забубнил:

— Гантэр де Сильво. Приговорен к пяти смертным казням за преступления против империи. Приговорен к семи пожизненным срокам в Белланиме за подрывную деятельность. Сто тридцать лет на мраморных рудниках и двести лет в изгнании за грабежи и пособничество пиратам. Доставить живым или мертвым. Цена полтора миллиона.

Сказав это, он медленно перевел взгляд на Инго.

— Неизвестный богорожденный. Приговорен к смерти с момента рождения за преступление против Владык. Приговорен к смерти судом Вестерклова за участие в повстанческой группировке. Доставить мертвым. Цена двести тысяч.

Инго почувствовал, как не его плечо опустилась тяжелая рука. Повернув голову, он увидел усатое лицо Гантэра.

— Инго. — проговорил лидер по-отечески добрым голосом. — Давай тебя продадим, а?

Шутку оценил лишь Делрой. Инго заметил, как на его лице мелькнула улыбка, которую тот сразу же подавил.

— А чего сразу меня? За тебя больше дают. — возмутился Инго.

— Ну так я и важнее. — все еще добрым голосом проговорил Гантэр, словно разговаривал с ребенком. — Мы тебя отдадим, а потом вызволим.

— Награда полагается только за мертвого. — напомнил Инго.

— Ах, да. Точно. — Гантэр выпрямился и к нему вернулся его обычный тон. — Ну ладно, тогда не надо.

Встав позади стула, на котором сидел наемник, Гантэр переглянулся с Делроем и ухмыльнулся.

— Даже пытать не пришлось. — проговорил он.

У юноши было такое лицо, словно его ударили по голове. До него только сейчас дошло, что он уже наговорил лишнего.

— Хорошо. — продолжил Делрой. — Сколько командиров сейчас в городе?

Но наемник словно воды в рот набрал. Но Инго все-таки заметил страх в его глазах. Между светлых кудрей выступил пот, тонкими струйками стекающий по его бледному лицу.

— Инго, подойди-ка ко мне. — попросил Делрой.

Когда Инго приблизился, Делрой наклонился и прошептал ему на ухо:

— Сделай ему «переливание», как вчера ночью.

— Я не знаю, как это делать. — шепотом ответил Инго.

Делрой встал со своего места и отвел его к окну. Вытащив кинжал, он положил его в руки Инго.

— Сможешь покрыть его тенями?

Инго взял кинжал и почувствовал, что тот довольно тяжелый. Призвав тени, он постарался покрыть ими кинжал, но у него это вышло с трудом. Тени словно превратились в масло, и стали капать с лезвия на пол. Похоже, кинжал был сделан из силентиума.

— Сойдет. Просто дотронься лезвием до его щеки. — сказал Делрой, покосившись на юношу.

— Может мне просто поднять его в воздух, как вчера? — предложил Инго.

— Ты собираешься все время всех поднимать в воздух? — спросил Делрой. — Тебе нужно улучшить контроль воли. Сейчас у тебя есть такая возможность.

Делрой вернулся на свое место. Еще немного постояв, Инго решил попробовать. Для пущего эффекта, он полностью покрыл себя тенями, постаравшись придать им более зловещий вид, чтобы напугать наемника. Он хотел сделать себе страшную маску демона с рогами, но когда посмотрел на себя в зеркало, то увидел, что она больше походит на морду рогатого пса. Но так даже лучше. Он больше не походил на человека. Из зеркала на него смотрело чудовище с мордой животного, двумя большими рогами и черными крыльями ангела. Не хватало только хвоста.

Медленно подойдя к юноше, Инго заметил, как тот трясется. «Просящий» не отрывал взгляда от оскала, за которым пряталось лицо Инго. Но проследить за этой мордой юноше так и не удалось. Когда Инго зашел за спину наемника, Делрой пододвинул свой стул поближе, и вернул голову юноши в изначальное положение, схватив его за подбородок.

— Сколько…командиров…сейчас…в Вестерклове? — медленно проговорил Делрой.

Тело юноши уже сотрясали настоящие судороги. Руки тряслись, гремя тяжелыми цепями. Он застонал, увидев, как к его лицу поднесли капающий черной «жидкостью» клинок.

— СОРОК! Сорок командиров! — воскликнул наемник. — Амори, Бедоир, Дидье, Инес, Одрик, Николет…

Он остановился чтобы перевести дух. Тяжело дыша, он сглотнул, не сводя глаз с темного клинка, который застыл в сантиметре от его лица.

— …Панья, Тахира, Аюб Иов, Рошан, Харун, Шихабудин, Нубути…эмм…Сириль…дальше не знаю! Честно! Прошу, не надо!

Из глаз юноши хлынули слезы. Инго же не отрывал взгляда от Делроя. Тот жестом велел ему убрать клинок. Инго повиновался, попутно развеяв свой «грим».

— Николет и Нубути мы уже убили. — сказал Делрой глядя на Гантэра. — А остальные… — он устало облокотился на подлокотник кресла. — Да, будет непросто. Нужно возвращаться в город и попытаться найти их. Вряд ли все они сейчас в замке.

— Николет только позавчера прибыла в город. — стал выкладывать юноша. — Вы не могли ее убить. Скорее всего это был ее двойник.

— А что насчет оставшихся? — спросил Гантэр. — Из каких они кланов? Как выглядят?

— Не…не знаю. В черных доспехах, мантиях… — запинаясь проговорил юноша. — Их лиц я тоже не видел.

— Среди них есть алхимики? — снова оживился Делрой.

— Не уверен…Хотя…Да! Есть несколько! — сказал наемник, покосившись на кинжал. — Как раз из этих, которые в черном!

— А алхимик с двумя рапирами среди них есть? — спросил Гантэр.

— Из всех командиров, рапиру я видел только у Дидье. — проговорил наемник. — Но она у него одна. Еще у Тахиры есть две «даги» …

— Не-е. У того алхимика были две рапиры. — стал вспоминать Гантэр.

— Откуда вам стало известно про засаду? — продолжил допрос Делрой.

— Не знаю. Может от пиратов? — стал гадать юноша. — Некоторые наемники из «солнц» бывшие пираты. А еще первая жена Таро была дочерью господина Акио, одного из «дланей».

— Ты говорил, что первую жену Таро убила твоя сестра. — сказал Делрой, покосившись на Инго.

— Сестра? — переспросил наемник, переводя взгляд с Делроя на Инго. — Так Серрара Форрест твоя сестра?

— Похоже, брат тоже недалеко ушел. — хмыкнул Гантэр, переводя взгляд на наемника. — Этот Акио ведь тоже был среди тех, кого отправили разобраться с нами?

— Да. Он вместе с Ксейвером отправился по северному тракту…

Юноша уже стал приходить в себя. Он больше не плакал, но все равно его тело сотрясала мелкая дрожь.

— Что еще тебе известно? — спросил Делрой.

— Я мало знаю. — стал мотать головой наемник. — В основном общую информацию.

— Говори. — Делрой снова стал крутить свой меч. И хоть его взгляд был устремлен на оружие, было видно, что он очень внимательно слушает наемника.

— Знаю, что Анастериан приедет через пять дней. По морю.

— Это и так ясно. Что еще? — спросил Гантэр.

— Пушки! — всполошился юноша. — Из Поларвейна доставят пушки! И «тернистые» ядра.

Инго заметил, как поднялась бровь у лидера повстанцев. Пушки и пистоли были отнюдь не новым изобретением. Ими еще пользовались во времена Великой войны. Особенно они были популярны у моряков и пиратов. Но было одно «но». Пушки были бесполезны против человека с волей. Воины спокойно уклонялись от летящих в них снарядов. А перезаряжать пистоли было слишком долго, поэтому многие отдавали предпочтение арбалетам, которые с годами становились все лучше и лучше. Поэтому в армиях за место тяжелых и медленных пушек, брали копьеметателей с сильной волей, которые уничтожали противников с гораздо большей отдачей. Но все же в словах наемника было кое-что непонятное.

— Что это за «тернистые» ядра? — спросил Инго, переводя взгляд с Гантэра на Делроя.

— Я тоже в первый раз слышу. — сказал Делрой.

— Это силентиумовые ядра с расплавленной сердцевиной. В них еще добавляют «золотую пыльцу» и Блажов яд. — проговорил Гантэр. — Эффект страшный. Сначала тебя ослепляет, затем яд распространяется по воздуху и парализует. Через некоторое время твои мышцы начинают быстро сокращаться, ломая кости. Человек умирает в мучениях. Самое страшное, что этот яд не выветривается, а распространяется дальше, как болезнь. Из-за этого «тернистые» ядра запретили во втором столетии, когда после битвы с самсонскими кочевниками умерло две трети населения Эль-Хафа.

— У семьи де Лино еще остались несколько тысяч ядер. — ответил юноша.

— Куда и когда их доставят? — спросил Делрой.

— Не знаю. — помотал головой наемник. — Половину ядер уже вроде доставили… Честно! Я не вру! — прокричал он, откидываясь назад, подальше от лезвия меча Делроя, которое тот направил на его шею. — Канонир! Точно! Из Поларвейна прибудет канонир! Только он умеет управляться с ядрами!

— Как он выглядит? — зловещим тоном спросил Делрой.

— Л-лысый! С татуировками. Это все, что я знаю!

— Не густо. — задумчиво проговорил Гантэр распрямляя усы. — У меня половина лагеря таких «канониров».

— А нельзя сделать противоядие от этого яда? — спросил Инго.

— Маверик может попробовать… — вслух подумал Делрой и снова покосился на Гантэра. — Но я думаю, лучше нанять еще одного алхимика. Сколько вы там на аукционе выручили? Полтора миллиона?

— Да. — сказал Инго.

— Можно нанять Ичия. Он точно знает про яды больше, чем Маверик.

— Но ты все равно попробуй сначала разузнать про этого канонира. Может удастся найти его. Не хочу тратить все деньги на этого Ича…Ичю… На этого парня, короче. — сказал Гантэр.

— Это тот, что из «Золотого дуба»? — спросил Инго.

— Да. — ответил Делрой. — Ты его уже видел?

— Он вел аукцион, когда продавали рабов. Он разве алхимик?

— Можно и так сказать. — кивнул Делрой. — Он ядомант. Это что-то среднее между аптекарем и алхимиком. Ядоманты не запрещены в империи, но за ними ведется строгий надзор. Моя бабка тоже была ядомантом. В их обязанности входит создание противоядий и новых лекарств. Но Ичия, как ты, наверно, уже догадался, пользуется своим положением, чтобы продавать на черном рынке опасные ингредиенты.

Наступила пауза. Каждый думал о своем. У Инго из головы не выходили опасные ядра, которые должны были доставить в Вестерклов. Неужели Анастериан настолько хочет сохранить власть, что идет на такие грязные трюки. А что если яд перенесется на жителей города?

— Ладно. Пойду, отправлю письмо Маверику. — нарушил тишину Делрой. — Нужно действовать быстро.

— Алтари! — вдруг воскликнул юноша. — Еще есть алтари!

Инго понял, что наемник решил выложить им все, что только знает.

— Какие еще алтари? — опешил Делрой.

— Я не знаю. Но слышал, что в город доставят какие-то алтари с юга. Говорят, что это тоже оружие.

— Ты слышал что-нибудь подобное? — поинтересовался Делрой у Гантэра.

Но здоровяк лишь помотал головой.

— И для чего они? — спросил Делрой, беря в руки перо и пододвигая к себе кусок пергамента.

— Вроде для усиления воли. Но я не уверен. — ответил юноша.

— Может они усиливают божественную волю? — предположил Инго. Он был уверен, что где-то уже о них слышал. — Ты ведь говорил, что у наемников есть командир с божественной волей. — Инго посмотрел на Делроя.

— Это все бред. — сказал Гантэр. — Божественная воля такая же, как и другие. Она черпает силу от солнца. Эти алтари скорее всего принадлежат храмовникам из Ярички. Так что не нужно обращать на них внимания. Сейчас нужно сконцентрировать силы на пушках и командирах.

— Закончил. — проговорил Делрой, поднимаясь со стула с запечатанным письмом.

— Я больше ничего не знаю…я не знаю…не знаю… — опустив голову, наемник снова заплакал.

Делрой направился к двери. Когда он вышел, Инго услышал его приглушенный голос:

— Забирайте его.

В комнату вошли армарийки, и взяв под мышки юношу, уволокли его за собой.

— Что будем делать? — спросил Инго у лидера.

— Менять стул. — проговорил Гантэр, с гримасой рассматривая место, где недавно сидел наемник.

— Я про пушки. Будешь нанимать этого ядо-как-его-там?

— Не хотелось бы, но выбора нет. «Тернистые» ядра очень опасны. И о чем только Анастериан думает? Еще эти командиры… Черт, я и не знал, что их будет так много. Нужно убить до начала сражения хотя бы половину.

— Делрой должен справиться. Ты ведь говорил, что он лучший убийца.

— Лучший то лучший… Только вот найти бы их сначала, этих командиров.

Пока они говорили, в комнату успела войти Мавис.

— Фу, чем у вас тут воняет? — спросила она, зажав нос.

— Это Инго перестарался… — начал Гантэр, беря испачканный стул, и выставляя его за дверь

— Чего…? — проговорила Мавис, презрительно покосившись на Инго.

— Это не я! — возразил Инго.

— …перестарался с допросом. — закончил Гантэр, закрывая дверь. — А ты чего пришла?

— Харон получил письмо от Шани. Завтра прибудут вещи рабов, так что нам нужно отправляться в Вестерклов прямо сейчас. Завтра мы уже поедем в Белланиму.

— Ладно, можете идти. — проговорил Гантэр, и тут же прибавил: — Найдите Делроя. Поедете вместе с ним.

— В Белланиму? — удивилась Мавис.

— Нет, в Вестерклов. Инго тебе все расскажет, мне сейчас некогда.

Сказав это, Гантэр открыл дверь, и вышел из комнаты.

Позже, когда они уже покинули лагерь, Инго успел несколько раз рассказать о допросе двум громовержцам, Мавис и Широ. Делрой же всю дорогу молчал. Всем им снова пришлось переодеться прокаженными, чтобы незаметно проникнуть в город. Охрану города за последние дни еще больше усилили.

Когда они проезжали каменную арку городских ворот, к Делрою подлетела маленькая птичка. Это была лютиковая сойка. Таких птичек использовали чтобы передавать короткие записки на небольшие расстояния.

— Инго, ты не сходишь со мной в «Каменную бочку»? — спросил Делрой, отпуская птичку.

— Зачем? — Инго в недоумении переглянулся с Хароном

— Нужно. И Широ тоже. — прибавил Делрой.

— Я? — удивилась Широ.

— Да. Я не знаю зачем, но Маверик попросил взять вас с собой.

— Тогда и я с вами. — тут же сказала Мавис.

Равнодушной к этому разговору осталась только Габри, так как уже дремала на плече Мавис.

— Нет. Вы отправляйтесь к Мед. — голосом, не требующим возражений, сказал Делрой.

Покинув телегу, они скинули лохмотья прокаженных и накинули капюшоны. Когда Харон, Мавис и Габри скрылись за поворотом, они поймали проезжающую карету и направились в сторону первого яруса.

— Зачем Мави понадобились мы с Широ? — вслух подумал Инго.

— Не знаю. Он только написал, что это не займет много времени. — ответил Делрой.

Уже светало, но главные улицы Вестерклова все еще освещали янтарные фонари. Хоть сейчас и был комендантский час, в переулках тут и там сновали темные фигуры людей, а у обветшалых трактиров все так же валялись в пьяном угаре местные работяги и стражники. Проезжая по узким улочкам, чтобы не наткнуться на патруль, кучер несколько раз останавливал карету, чтобы спросить у «смотрящих» где сейчас можно было безопасно проехать до нужного места. Проезд по городу им обошелся в три раза дороже чем обычно.

— Долго вы. — проговорил Маверик, встречая их у дверей трактира. — Инго, и ты тут?

— Ты же сам попросил взять его. — удивился Делрой.

— Что? Нет, я не просил. — поднял брови Маверик.

— Ты написал «возьми Инго». — Делрой показал клочок пергамента.

Маверик даже не стал заглядывать в пергамент, а сразу поднял глаза к небу.

— Я написал «нужны деньги»! — воскликнул он. — Ты что, читать не умеешь?

Инго с Делроем переглянулись. Им хорошо было известно, что прочитать свои каракули, порой не в состоянии даже сам алхимик.

— Так и Широ не нужно было брать? — удрученно спросил Инго. Только зря время потратили.

— Нет. Ее как раз нужно. — оживился Маверик, и взглянув на принцессу, произнес:

— Тебя ведь обучали всем языкам Кальдераса?

— Да. — кивнула Широ. — Всем новым диалектам и первородным языкам.

— Отлично. — хлопнул в ладоши алхимик. — Мне нужен переводчик. Пойдем, наш гость в трактире.

Зайдя внутрь заведения, Инго не удивился тому, что все столы были заняты пиратами и прокаженными. Воздух был так пропитан ароматом воска и дыма от кальянов, что запах гнили почти не чувствовался. Но хоть трактир и был переполнен народом, шума почти не было.

Протискиваясь между столов, Маверик повел их в конец заведения, где за одним из столиков сидела какая-то фигура в тюрбане. Когда Инго подошел, то ему понадобилось несколько секунд на то, чтобы осознать, что перед ним сидит настоящий человек.

На голове мужчины покоился большой тюрбан из грязных тряпок. Его лицо было похоже на лицо «змееносца», оно тоже было без бровей и ресниц. Но самым странным были шея и мочки ушей незнакомца. Они были неприлично длинными. Шея была очень тонкая и сантиметров сорок в длину. Как не погляди, но такой шеи у обычного человека быть не может. Мочки ушей тоже были вытянуты, и доставали до плеч. Вкупе с большим носом, он походил на потекшую свечу, которую потушили, не дав ей догореть. Глаза незнакомца тоже были странные. Полностью черные, они отражали тусклый свет лампы, которая стояла на столе. Да и сама голова была очень маленькая, как у младенца.

— Это господин Гамюка. — проговорил Маверик, складывая ладони вместе и кланяясь человеку за столом. — Он из королевства Анро Очинг и плохо говорит на общем диалекте. Но, как я понял, он согласился помочь нам с ядами за небольшую плату.

— Три языка. Нужно. Я дать яды. — сказал Гамюка очень низким голосом.

— Я так и не понял, что это за «языки». — развел руками Маверик, и шепотом прибавил: — Но я знаю, что Арно Очинг славится своими аптекарями. Кто-то говорит, что именно там зародилась алхимия, а Рейме… Неважно. — Маверик остановился, увидев, что Гамюка внимательно смотрит на него. — Широ, спроси у него, что это за «языки» такие. Не думаю, что это три миллиона, так как Арно Очинг довольно богатое королевство…

Инго снова посмотрел на тряпки, в которые была обмотана голова иностранца. Они выглядели так, словно ими вытирали пол. Да и остальная одежда была рваная и местами даже заплесневелая.

— Ti’noda kuziva kuti mari ipi yau’noda. — проговорила Широ, не утратив при этом ноток величия, присущие только ее тону.

— Tatu mermaids. Kurara. — зловеще проговорил Гамюка.

— Mermaids fiction. Haipo. — со смешком выдавила Широ.

— Bellanima. — четко проговорил Гамюка.

— Что он говорит? — с интересом спросил Маверик, переводя взгляд с иностранца на Широ.

— Какую-то чушь. — ответила Широ.

— Ndi’noda mummies mermaids, ivo Bellanima. Tatu. Izvo zvakakwana. Midziyo tsvene. Ndi’noda kuziva zvava nony unyuta. Nokuti izvo ndicha kubatsira iwe. — Гамюка помахал грязным пузырьком, который достал из рукава.

— Ему нужны священные саркофаги, которые хранятся в Белланиме. — сказала Широ.

— Древние саркофаги? — переспросил Делрой. — Насколько я знаю, они были в Белланиме еще до образования церкви Силестии. Но, вроде, от них избавились, когда зародилась новая вера.

— Kana tisingagoni kuwana mummies, chii chatingatora? — проговорила Широ.

После ее слов, Гамюка медленно поднял свой указательный палец, и наведя его на глаза Широ, произнес:

— Mwoyo wako, ropa Kaliasura.

Сказав это, он открыл беззубый рот и залился смехом, который больше напоминал стон умирающего в муках человека.

Маверик, глядя на смеющегося иностранца, тоже пару раз хихикнул. Похоже, привычка десницы короля поддерживать общий разговор даже не понимая его суть, у алхимика еще остались.

— Что он сказал? — спросил Инго.

— Дурацкую шутку. — ответила Широ.

— Ну так что, он согласится? — спросил Маверик, все еще глядя на улыбающегося Гамюку.

— Только если мы достанем ему саркофаги. — сказала Широ.

— Три. — снова сказал Гамюка.

— Три, три. — отмахнулся Маверик, и повернувшись к Инго, проговорил: — Сможешь достать эти саркофаги? Ты ведь как раз едешь в Белланиму, так?

— Знать бы еще что это за «саркофаги». — сказал Инго.

— Обычные каменные гробы. В них раньше хоронили знать. Еще до Великой войны. — сказал Делрой. — Наверно их закопали где-нибудь за городом. Нужно будет написать Публию. — Делрой перевел взгляд на Маверика.

— Кто это? — спросил Инго.

— Бывший тюремщик Белланимы. — сказал Маверик.

— Почему «бывший»?

— Потому что его самого посадили в тюрьму. — ухмыльнулся Делрой. — Он продавал заключенных в рабство. Но загремел за то, что попытался продать клеймору ведьмы.

— И как вы ему напишете, если он в тюрьме? — удивился Инго.

— Ты ведь еще не бывал в Белланиме? — спросил Маверик. — Вот когда приедешь туда, то сам все поймешь. — и переведя взгляд на Гамюку, прибавил: — Ну так что, мы договорились? Широ, переведи.

— Isu tichawana… — начала говорить Широ, но Делрой прервал ее жестом.

— Пусть сначала докажет, что сможет быть нам полезным. — проговорил он. — Спроси, знает ли он про Блажов яд?

— Ratidza zvaunogona kuita. Iwe unonyatsoziva chepfu? — проговорила Широ.

Все еще не убрав свою беззубую улыбку, Гамюка указал длинным пальцем куда-то за их спины.

Проследив направление пальца, Инго увидел кампанию каких-то пьянчуг. Разливая трясущимися руками густую брагу, они лапали уродливых проституток. Но тут одному из них вдруг стало плохо. Оттолкнув в сторону своих друзей, он встал и тут же повалился на стол. Издавая булькающие звуки, он весь затрясся, а затем из его рта полилась какая-то жидкость, болотного цвета. В этот момент в него попал маленький дротик, и конвульсии сразу прекратились.

Повернув голову обратно, Инго увидел, что в руках Гамюка держит золотую, украшенную красивыми узорами, трубку. Заметив взгляд Инго, иностранец снова ткнул пальцем, показывая в сторону пьяницы.

Обернувшись, Инго увидел, что тот уже поднялся на ноги, и похоже, совсем забыл, что с ним сейчас произошло. Вот только его друзья все еще смотрели на своего собутыльника с опаской.

— Я так тоже могу. — развел руками Делрой. — Обычный яд, которым травят крыс и противоядие к нему.

Но Гамюка все еще не убирая пальца, произнес:

— Лечить.

Инго снова посмотрел на пьяницу, и увидел, что тот, поднеся кружку с брагой ко рту, тут же с отвращением убрал ее. Поднеся свой обросший прыщами нос к кружке, он понюхал напиток и поморщился:

— ЧЕ ВЫ МНЕ ЗА ПОМОИ НАЛИЛИ?! — взревел он, и вылил брагу на голову одной из проституток.

Маверик с улыбкой развалился на стуле и смерил Делроя взглядом победителя, словно это он сейчас проделал этот «трюк».

— Ну что, убедился? — спросил алхимик.

Делрой качнул головой, будто говоря: «Сойдет».

— Isu tichawana mummies. — раздался голос Широ.

— Что ты сказала? — спросил Инго.

— Что мы готовы достать то, что он просит. — ответила Широ.

— А почему он сам не поедет за ними? — эта мысль пришла в голову Инго только сейчас.

Широ открыла было рот, но Маверик замахал руками и воскликнул:

— Не надо! Не переводи. Зачем спрашивать? Мы достанем саркофаги, пусть не беспокоится.

Но Гамюка, похоже, понял, что сказал Инго. Подняв палец, он помотал им из стороны в сторону.

— Нет. — сказал он. — Ехать темный лес. Нет мне. Бери языки, нужно их мне.

— Вот видишь. — вставил Маверик. — Нельзя ему. Так что отправляйся в Белланиму, и привези «языки». — и переведя взгляд на Делроя, прибавил:

— Пойду напишу письмо Публию.

— Лучше я. — тут же сказал Делрой, поднимаясь с места.

Маверик лишь пожал плечами, и повернулся к Широ.

— Все, можете идти. — сказал он, тоже поднимаясь на ноги и вытаскивая свои водяные часы. — Шесть утра. Я думал дольше провозимся…

Девять локтей Лимба

Было уже девять часов утра, когда они подъехали к особняку Мед. У ворот их уже поджидала Габри с натянутой на лицо шалью.

— Вещи еще не прибыли, так что вы можете пока поспать. — сказала она, заметив усталый вид Инго.

Пройдя через ворота, они увидели сидевших в одной из беседок Мавис и Харона. Рядом с ними, попивая чай, сидела и Шани.

— Господин Инго. — ласково проговорила Шани. — Рада что с вами все в порядке. Мне рассказали, как мастерски вы одолели «длань». Похоже, я в вас не ошиблась.

— Да. Спасибо. — буркнул Инго.

— Вижу вы устали, можете пока отдохнуть. Госпожа Мед уже приготовила для вас комнаты. Думаю, в Белланиму мы отправимся с заходом солнца.

— Я покажу комнаты. — сказал Харон.

Встав, громовержец повел их в обход особняка, туда, где находился гостевой домик.

— Вот ведь ищейка, а? Уже успела пронюхать про тебя. — сказал он, как только они отдалились от беседки на безопасное расстояние.

— Может ей рассказал Изоба. — предположил Инго.

— Он же вроде немой. Хотя мог написать… Ну а вы чем занимались? Чего хотел Корво?

Инго рассказал про встречу в трактире.

— Древние саркофаги? — переспросил громовержец, когда они достигли двери в дом. — Слышал про них. Вроде им поклонялись белланийцы до того, как образовалась церковь Шести. А после появления церкви Силестии, их вообще выкинули.

— Делрой говорит, что их закопали где-то за городом. — сказал Инго, открывая дверь. Широ к этому времени уже ушла в свою.

— Если они нам так необходимы, то тебе, наверно, стоит попросить помощи у этой Шани. — сказал Харон, остановившись в проеме.

Инго тоже подумывал рассказать об этом Шани. Он был уверен, что она сможет помочь достать их. Но для начала он хотел узнать, что это вообще такое.

Когда Харон ушел, Инго еще немного побродил по комнате. Приняв ванну и сменив повязки, он забрался в мягкую постель и быстро уснул.

* * *

Проспал Инго, как ему показалось, совсем недолго. Когда он проснулся от стука в дверь, то солнце еще не успело зайти. Быстро натянув на лицо капюшон, он открыл дверь. За ней оказался один из охранников Мед.

— Через полчаса все сопровождающие должны быть у ворот особняка. — сказал он, и не дожидаясь ответа, ушел.

Смыв остатки сна холодной водой, Инго оделся и направился ко входу в особняк. Даже не доходя до ворот, он увидел несколько карет, доверху груженых свертками, ящиками и сундуками. Проходя мимо одной из повозок, Инго даже увидел несколько клеток с птицами, которые стояли на груде узорчатых подушек. Было тут и оружие. Целый арсенал копий и мечей покоился в стеклянных футлярах на крыше кареты. Интересно, это все тоже входило в стоимость рабов?

У дверей его уже ждали Широ, Габри и Мавис. Рядом с ними на мягком стуле с высокой спинкой сидела принцесса Бреталии.

— Ну что, готов отправиться в главную тюрьму империи? — веселым голосом спросила Мавис.

— Только не в качестве узника. — проговорил Инго.

На самом же деле ему очень сильно хотелось увидеть Белланиму. Он много чего слышал про этот неприступный город, и все слухи отличались друг от друга.

— Ты ведь уже там была, так? — спросил Инго, пристраиваясь у стены.

— Ты была в Белланиме? — удивилась Габри, которая стояла рядом.

— Да, в детстве. — сказала Мавис. — Тогда мне не очень понравилось. Там темно и мрачно.

Инго заметил, что Калма внимательно слушает их разговор. Похоже, даже в других странах знают про этот легендарный город.

— А где остальные? — спросил Инго, оглядывая кареты.

— Харон и Шани сейчас выйдут. — сказала Мавис. — Они поедут вместе с Чжао.

Только она это сказала, как двери особняка открылись и на улицу вышли Харон, Шани, Мед и Чжао.

— А вот и господин Инго. — проговорила Шани. — Значит мы можем отправляться.

— А где Амар? — Инго только сейчас заметил, что среди сопровождающих нет карлика.

— Господин Амар вернулся к своим делам. — затряслась Мед. Она снова была обвалена в куче пудры и румян.

— С нами поедет его служанка. — быстро проговорила Шани, указывая на одну из карет, кучером которой была одна из служанок «Каменной девы».

— Ну тогда залезайте в кареты и поедем. — сказал Харон.

В этот момент к дверям особняка подъехали две королевские кастеллы. Инго всего раз видел такие, когда в Вестерклов приезжал молодой император. Они были гораздо больше обычных карет, а за место лошадей были запряжены семь горгон, облаченных в специальные доспехи.

— Так, вы втроем (Шани указала на девушек) поедете с леди Калмой. Я же поеду с Чжао и вами (Шани кивнула в сторону Харона). Господин Инго и Изоба будут сопровождать кареты по бокам.

— Была очень рада познакомиться с вами, госпожа Мед. — проговорила Калма, поднимаясь и легко кланяясь старухе.

— Я тоже, дорогая. — ответила Мед.

— Очень благодарен за ваше гостеприимство. — поклонился Чжао.

Попрощавшись с хозяйкой, они стали рассаживаться по каретам. Инго же взобрался на одну из лошадей, которые были привязаны к кастелле. Отцепив ее от кареты, он направился вперед колонны.

— Можете отправляться. — сказал он кучеру, который был в главе колонны.

И вся процессия тут же тронулась с места. Возвращаясь обратно к кастеллам, Инго заметил, что помимо них, колонну сопровождают еще несколько наемников, которые сидели в повозках. Все они были белланийцы.

Когда они покинули город, то солнце уже зашло и на каретах зажглись янтарные лампы. Путь предстоял не близкий, поэтому Инго приготовился к бессонной ночи в седле.

* * *

Ночь прошла без происшествий. Инго даже удалось несколько часов поспать в карете, пока его заменяли белланийцы. Они проехали уже большую часть пути, и сейчас пересекали поле золотистой пшеницы, которое находилось прямо в лесу. Инго и не знал, что в Тирне есть такие места. Несколько раз им на пути попадались отряды патруля и торговые повозки, которые направлялись в Вестерклов. Но к счастью для всех, никто из патрульных не решился проверять королевские кастеллы с гербом Мидденхола. Также им пришлось сделать несколько остановок в лесных деревушках, чтобы королевские особы смогли сделать свои королевские дела. На одной из таких остановок Инго и рассказал Шани про саркофаги.

— Да, господин Харон мне тоже про них говорил. — сказала Шани. — Если честно, я в первый раз слышу про эти саркофаги. Но если они неважны для Белланимы, то уговорить кардинала Растуса отдать их вам будет проще простого. Мне и самой интересно узнать, что это такое.

— Может спросить у этих? — Инго показал на группу белланийцев, которые стояли рядом.

— Вряд ли они знают. Это рекруты. Они не коренные жители Белланимы. — сказала Шани. — Лучше всего будет спросить ведьм или узников.

— Узников? — переспросил Инго. — А они откуда знают?

— Так они же в Лимбе всем заправляют. — сказала Шани, и заметив, что Инго задумался, прибавила: — Вы ведь знаете, как устроена Белланима?

— Только в общих чертах. Там ведь два района, так?

— Да. Нижний называется Лимб, а верхний — Нимб. В нижнем районе живут узники и ведьмы, а на верхнем жители города.

— То есть преступники живут в городе?

— В Лимбе. — кивнула Шани. — Хотя «живут» — легко сказано. Выживают. — и заметив, что Габри и Широ, которые стояли рядом, тоже навострили уши, сказала: — Не хочу портить вам удовольствие от первого визита в Белланиму, господа. Город хоть и мрачноват, но не лишен своего очарования. Это великий город, который стоит увидеть каждому. Хотя бы для того, чтобы не совершать опрометчивых поступков и не попасть туда в качестве «жителя».

На этом разговор закончился. Они снова отправились в путь. Прошло еще пол дня, прежде чем они достигли развилки где висело всего два указателя: «Белланима» и «Каркастл».

Свернув налево, они направились по вымощенной булыжниками дороге. Вскоре лучи солнца стали меркнуть и Инго в недоумении взглянул на часы. Было лишь половина пятого и солнце не должно было так быстро зайти. Но подняв голову он понял, что дело совсем не в часах. Все небо было затянуто огромными кронами исполинских дубов и секвой. Такого большого скопления зеленых титанов Инго еще не видел. Деревья стояли довольно близко друг к другу и из-за этого сплетались своими кронами, образуя зеленый шатер. Создавалось такое впечатление, будто и вправду наступила ночь.

Через некоторое время им на пути встретилась небольшая деревушка. Она находилась в корнях огромного дуба, и больше походила на муравейник. Дома здесь были выдолблены прямо внутри корней и увиты дикими розами. Инго заметил это еще раньше, как только они свернули с развилки. Розы росли почти везде, и это не мудрено, ведь они были символом Белланимы.

Проехав деревню, они снова выехали на мощеную дорогу. Теперь кроны деревьев полностью закрывали солнце, и дорогу освещали янтарные фонари на столбах с железными завитками, вокруг которых летали ночные мотыльки.

— Долго нам еще ехать? — спросил Инго у кучера, который возглавлял колонну.

— Минут двадцать — ответил тот.

Инго уловил в его голосе нотки страха, и ему еще больше захотелось увидеть этот город.

По прошествии десяти минут, Инго стал замечать, что в густом мраке стали мелькать тусклые огоньки хижин. Из-за темноты он не мог разобрать их очертания. Он не понимал, как в таком мраке вообще может кто-то жить. Но вскоре он стал замечать, что темнота стала отступать и пространство начало наполняться холодным, призрачным светом. Он чем-то напоминал свет луны.

Инго снова достал часы. Ну не могла взойти луна в шесть часов вечера. Краем глаза он заметил, как по бокам кареты высунулись лица Габри, Широ и Мавис.

— Откуда этот свет? — поинтересовалась Габри.

Но гадать долго не пришлось. Из легкой дымки, которой был окутан воздух, словно по мановению невидимой руки скульптора, выросла огромная каменная стена. Именно от нее исходил этот призрачный свет. В отличие от белых и гладких стен Вестерклова, городская стена Белланимы была испещрена множеством узоров и фресок. Кроме этого, стена была покрыта паутиной из диких роз и плюща. Вскоре Инго увидел и ворота. Они были каменные и к ним тянулись несколько десятков цепей. Но сейчас створки были закрыты. Проведя взглядом по стене, Инго не увидел другого прохода.

— Похоже, ворота закрыты. — проговорил Инго.

— В прошлый раз они были открыты. — сказала Мавис, не отводя взгляда от светящихся стен.

До ворот еще оставалось несколько десятков метров, и Инго увидел в белой дымке фигуру человека, который направлялся к стенам города. Даже отсюда Инго смог узнать длинные тряпки и посох-свечу. Он много раз видел таких людей в Вестерклове. Это был один из паломников, которые совершали путешествие по святым местам. Наблюдая за ним, Инго услышал приглушенный колокольный звон и в это же мгновение огромные ворота пришли в движение. Издавая тяжелый скрежет, они медленно открылись, пропуская всего одного человека. Как только фигура вступила в тень от их створок, снова раздался звон колокола и ворота так же медленно закрылись.

— Они что, для каждого так открывают ворота? — удивился Инго. — Не проще ли держать их все время открытыми?

— Не забывайте, что это тюрьма. — вставила Шани из-за спины Мавис. — Много вы видели тюрем, где ворота держали открытыми? К тому же открывать ворота — это одно из наказаний узников.

Инго снова перевел взгляд на стены. С каждым шагом они становились все больше. Скоро он уже смог увидеть, что было изображено на стенах города. Это были довольно грубые, но не лишенные очарования, каменные фрески с изображениями зверей и каких-то непонятных полулюдей. Стены были настолько старыми, что некоторые изображения просто осыпались или их затянули объятия диких роз.

Когда они подъехали к воротам, за стеной снова раздался колокольный звон. Ворота пришли в движение. Наблюдая за тем, как они медленно распахивают свои створки, Инго невольно вспомнил проповеди священников, и их сказки о воротах в преисподнюю.

Как только ворота были открыты, кареты тихонько двинулись дальше. Инго же, хоть и был готов увидеть нечто необычное, застыл на несколько секунд в изумлении. Слова Шани о «мрачноватом» городе явно были приуменьшены.

Перед ним разверзся огромный, отливающий призрачным светом, город. Все улицы были сделаны из камня, а дома были прямоугольной формы, и больше походили на склепы. На них, как и на стене, тоже виднелись древние фрески. Белой дымки, которая была у ворот, тут не было. Воздух был чистым и наполнен ароматом роз. Хоть самих цветов Инго и не увидел, все улицы были завалены их лепестками. Освещение тут тоже было необычное. Кроме светящихся стен домов, призрачный свет исходил и от огромного собора, который, словно гора, возвышался над всеми домами.

Отойдя от ступора, Инго двинулся вслед за каретами.

— Пока что вы можете заняться своими делами, господин Инго. — сказала Шани из окошка кареты. — Мы будем ждать вас в Нимбе.

— Я тоже хочу осмотреться. — сказала Габри.

— Хорошо. — ответила Шани. — Но мне необходимы как минимум двое охранников. Господин Харон и Широяма-сама.

— Я-я тоже о-останусь. — раздался голос Мавис. — Д-давайте у-уже поедем в Нимб, или как его там?

Покинув карету, Габри стала ждать, пока Инго привяжет свою лошадь к повозкам.

— Помните, что здесь слово «ведьма» под запретом. — прошептала Шани. — Если нужно обратиться к послушницам, то называйте их «святые Вдовы». Думаю, для начала вам стоит дойти до главного собора. Там должны знать про древние захоронения.

Сказав это, она подала знак кучеру, и карета двинулась дальше.

— Ну что, пошли? — весело проговорила Габри. Ее, похоже, не заботила вся эта мрачная атмосфера.

Но свернув в первый же переулок, они тут же уперлись в тупик.

— Похоже, без карты нам тут не обойтись. — вслух подумал Инго.

— И где нам ее взять? — поинтересовалась Габри, вертя головой.

— Не знаю. — сказал Инго. — Может спросим у местных?

Он тоже стал оглядываться. Со всех сторон на них смотрели каменные стены, испещренные выпуклыми изображениями мифических тварей. Инго заметил, как слева от них открылась тяжелая дверь. С трудом, она отъехала в сторону, словно могильная плита, и Инго увидел, что дверь была толщиной сантиметров двадцать. После этого в узком проеме показалась фигура мужчины. Он был облачен в длинную, до колен, белую рубашку, а на его голых лодыжках виднелись серебряные цепи. Выйдя, он повернулся, и гремя кандалами, стал закрывать дверь.

— Может спросим у него? — шепотом предложила Габри, глядя на мужчину.

— Не думаю, что он поможет. — сказал Инго.

— Извините! — уже воскликнула Габри. — Не могли бы вы нам помочь? Мы не можем найти дорогу к собору.

Узник медленно поднял свою лысую голову и посмотрел в закрытое паранджой лицо Габри. Глядя на его обреченное лицо, Инго еще больше засомневался в том, что узник им поможет. И его догадка тут же подтвердилась. Мужчина лишь стал быстро двигать губами, явно произнося какие-то слова, которые больше никогда в жизни не смогут сорваться с его отрезанного языка.

— Пойдем. — сказал Инго, уводя Габри в сторону.

— Неужели тут все такие? — грустным голосом спросила Габри.

Свернув в другой переулок, они зашагали по широкой улице, которая тут, похоже, была одной из главных. Инго снова стал озираться по сторонам. Хоть на улицах и ходили люди, город выглядел пустым. Наверно это из-за того, что узникам было запрещено выходить на главные дороги. Они стояли по бокам, и смотрели на гостей жалостными взглядами. Но все же были и такие, которые стояли на мощеной булыжниками дороге. В основном это были дворники, которые сметали лепестки роз в большие корзины.

— Откуда тут столько лепестков? — спросил Инго.

В ответ на его вопрос, на площади поднялся легкий ветерок. В небе над их головами тут же заколыхались тысячи ветвей исполинских деревьев, которые закрывали небосвод. И в это же мгновение, словно кровавый снегопад, на них посыпались лепестки алых роз. Они падали с темных крон, которые были обвиты их шипастыми объятиями. Инго показалось, что деревья двигаются как-то хаотично, вразнобой. Кроме этого и сами стволы деревьев выглядели другими — черными и завядшими.

— Как необычно. — завороженно проговорила Габри.

Они пошли дальше, наблюдая за этим необычным явлением. Разглядывая кучи лепестков, Инго увидел, что в некоторых, помимо алых цветов, лежат и черные перья.

Пройдя еще немного, они вышли к собору. Инго уже думал, что его ничем больше не удивишь в этом городе, но он ошибся.

Перед ними высился главный собор церкви Силестии. Словно призрачный мираж, он мерцал ярким, голубоватым светом. Сотни колонн уходили в темное небо, держа на себе треугольную крышу собора. На гладких стенах были нарисованы тысячи разноцветных картин из «Одо’роз» — священного «писания» церкви Силестии. Несколько десятков дверей вели внутрь собора. При этом, Инго заметил, что собор не был увит розами, как тот же собор в Вестерклове. Но самым необычным в этом здании была его верхушка. Прямо посередине треугольной крыши высилась статуя вознесения Силестии и Зулу. Словно маяк, она светилась холодным, но при этом умиротворяющим светом, озаряя весь город. Инго даже подумал, что за сотни лет стены города «впитали» этот свет, и именно поэтому у них была такая призрачная аура.

Подходя к собору, Инго увидел сотни людей, которые, встав на колени, молились прямо на площади. Некоторые из них распластались ниц перед колоннами собора, другие же тянули руки к статуе на его верхушке. Глядя на молящихся, Инго поймал себя на мысли, что считает это зрелище довольно жутким. Помимо паломников и узников, среди молящихся были и ведьмы. Они также стояли на коленях, вытянув перед собой ладони. Инго заметил, что те, кто стоял с ними рядом, молились не зданию или статуе, а самим ведьмам.

Еще одно дуновение ветра принесло новый дождь из лепестков. Но теперь, вместе с ветром, по площади разнеслось эхо голосов. Это были стоны и крики женщин. Инго так и не понял откуда они звучали. Казалось, будто сам город издает эту мучительную мелодию.

— Что это за звуки? — поежившись спросила Габри.

— Ты тоже их слышишь? — спросил Инго.

— Ага. Как будто кого-то пытают. — покачала головой Габри.

— Может…

— Ты Инго Форрест? — раздался сзади мужской голос.

Инго повернулся. Перед ним стоял один из узников в длинной рубашке. Но в отличие от других, на его голове были длинные каштановые волосы, а на ногах одета пара сапог. Вид у него тоже был не такой измученный, как у других. Он даже улыбался. Переведя взгляд узких глаз на Габри, он сказал:

— А это должно быть госпожа Габриель?

Габри в недоумении посмотрела на Инго.

— Я Публий де Марон. — представился узник. — Делрой написал, что вам необходима моя помощь.

— Да, нам нужны древние саркофаги, которые по слухам хранятся в Белланиме.

— Да, да. Я уже знаю. То, что вам нужно, хранится на девятом локте Лимба. — затараторил Публий.

— Локте? — переспросил Инго.

— Как и Вестерклов, Белланима тоже разделена на множество ступеней, или как тут их называют — локтей. Но давайте я вам все расскажу по дороге. — сказал Публий, и направился в направлении каменных домов.

— Вы сказали, что тут девять ступеней? — переспросил Инго. — Но по виду не скажешь, что улицы расположены ступенеобразно.

— Это вам только так кажется. — улыбаясь ответил Публий и указал пальцем в конец улицы.

Переведя взгляд, Инго увидел несколько каменных домов. Сначала он не понял, что именно хотел показать ему Публий, но потом увидел, что дома стали немного выше, хотя крыши у всех были на том же уровне.

— С каждым ярусом дома становятся выше. — сказал Публий.

Пройдя немного вперед, они вышли на еще одну площадь. На ней были разложены тысячи белых простыней, на которых лежали лепестки роз вперемешку с перьями. Стоя на коленях, сотни узников перебирали лепестки, отделяя от них черные перья.

— Откуда тут перья? — спросила Габри.

— От снедающих воронов. — ответил Публий и показал пальцем на кроны деревьев.

Только после его слов Инго понял, что темные «кроны» деревьев были на самом деле сотнями тысяч птиц. Они сидели на толстых ветках, время от времени перелитая на железные клетки, которые были подвешены на цепях к деревьям.

— Из-за пустой воли исполинские дубы засохли, поэтому розы и вороны играют роль «листьев». — со смешком ответил Публий.

В этот момент по улицам снова разнеслись эхом крики и стоны. Но Публий не обратил на это никакого внимания.

— И давно вы тут сидите? — спросил Инго, глядя на невозмутимого узника.

— Делрой вам уже рассказал? — ухмыльнулся Публий. — Да, впрочем, и по моему виду все ясно… Да-а, глупо вышло. Хотел всего лишь помочь одному человеку. Его дочь была Вдовой, и после ее смерти он захотел вернуть хотя бы ее оружие. Я решился помочь, а получилось вот что. — он обвел себя руками. — Пять лет на первом локте. Три уже позади. А так, я уже пятнадцать лет тюремщиком работаю.

— И как вы выдерживаете все это? — спросила Габри.

— Я не жалуюсь. — бодро ответил Публий. — Платят хорошо, да и каждый житель города находится под покровительством Вдов.

— Вы сказали, что знаете про саркофаги. А вам известно, что в них? — сменил тему Инго.

Публий помотал головой.

— Знаю лишь то, что их сбросили в катакомбы под девятым ярусом. Это старые могильники, которые остались после Первой эры.

Пока они говорили, Инго заметил, что по улицам Лимба тоже ездят повозки. Но за место кареты, там были большие клетки, в которых сидели узники.

Вскоре дома вокруг них еще больше удлинились. Как и сказал Публий, с первого яруса было не заметно как улицы уходят вглубь. Но в отличие от Вестерклова, где ярусы переходили ступенеобразно, тут переход между улицами был плавный, как у горки. Но хоть их уже и обступили высокие стены домов, призрачный свет по-прежнему исходил от их каменных стен. Инго так же заметил, что помимо стен, удлинились и двери. Он даже не был уверен, что такие двери сможет открыть человек с непробужденной волей, если учитывать их толщину. Скорее всего их открывали несколько узников.

Проходя мимо одного из домов, они увидели свору озлобленных собак, которые стояли около одной из дверей и с остервенеем лаяли на каменные двери. Из решетчатых окон на животных смотрели испуганные взгляды заключенных. Сейчас они не могли выйти из своих «крепостей».

Когда они прошли мимо, собаки даже не обратили на них внимания, продолжая рычать и гавкать на двери. Их лай еще долго разносился эхом по каменным улицам.

Спустившись еще на один ярус, Инго увидел, как в одном из переулков две ведьмы бьют цепями одного из узников. Он лежал, закрыв голову руками, и истошно кричал. Ведьмы закончили бить его только тогда, когда вся рубашка узника окрасилась в кровавый цвет.

Инго никогда не был приверженцем какой-либо веры. Все боги для него были одинаково безразличны. И все же, Инго всегда считал церковь Силестии более миролюбивой. Но сейчас, видя все это, он стал сомневаться в своих суждениях. Габри, похоже, тоже была ошарашена такой жестокостью. Хотя ее лицо и было скрыто паранджой, она несколько раз прикладывала руку ко рту, глядя как избивают узников.

— За что их так? — спросила она, когда они проходили мимо одного из побитых заключенных, который без сил лежал на ступеньках перед домом.

— Это работорговцы. — сказал Публий. — Они заковывали в цепи людей, за что их и приговорили к «наказанию цепями». Несколько раз в неделю их бьют Вдовы.

Инго заметил, что улыбка ненадолго исчезла с лица Публия и в глазах бывшего тюремщика промелькнул страх.

— Давайте пройдем тут. — проговорил Публий, показывая на один из переулков.

Протиснувшись между домами, они вышли к очень широкому каналу. Он был таким большим, что по нему спокойно могли проплыть несколько имперских «грандауэров» или та железная громадина, на которой обычно плавают ведьмы.

— Проплывем четвертый локоть на лодке. Так быстрее будет. — сказал Публий, спускаясь к маленькому пирсу.

Около небольшого причала стояли несколько лодок. Забравшись в одну из них, они поплыли дальше. Из-за того, что канал находился под наклоном, никому из них не пришлось браться за весла, течение просто несло их вниз.

— Так зачем вам эти саркофаги? — спросил Публий.

— Нужны в качестве платы одному ядоманту. — ответил Инго.

— Хм. Не знал, что они такие ценные. — вслух подумал узник. — Но, если честно, сам я никогда не спускался в эти катакомбы. Не знаю, сможем ли мы вообще там что-то найти. Раньше туда сваливали мусор, и еще я слышал, что узники с девятого локтя часто совершают там самоубийство.

К Публию снова вернулся его задор. Закинув руки за голову, он откинулся на нос лодки.

— Кошмар. — проговорила Габри. — И никто их не останавливает?

— А зачем? В девятом локте содержатся узники, приговоренные к смертной казни. Они все равно рано или поздно умрут. — ответил Публий.

— А ведьм…Вдовы тоже живут в Лимбе? — решил сменить тему Инго.

— Да. В главном соборе.

— Может заглянем туда на обратном пути? — спросила Габри.

Ее слова сильно рассмешили Публия.

— Заглянуть в собор? Да вас туда не пустят. — проговорил он, заливаясь злорадным смехом. — Туда никого не пускают.

— Тогда зачем он вообще нужен? — удивился Инго.

Публий пожал плечами.

— Святыня? Этот храм раньше был «Книжным» замком. Говорят, там жила Зулу. Честно сказать, я далек от всех этих религиозных взглядов. — махнул он рукой.

— А в Нимбе тоже так же мрачно? — спросила Габри, поднимая взгляд на черное «небо».

— Не-е. Там всегда солнце. Ну, кроме ночи, конечно. Если сравнивать с другим городом, то я бы сравнил, — он понизил голос, — с Яричкой. Но вы и сами скоро увидите. Вы ведь потом отправитесь в Нимб?

— Да, мы сопровождаем одного важного человека. — сказал Инго.

— Шамси чтоли?

— Вы его знаете? — спросила Габри.

— Не лично. Слышал несколько слухов. Он ведь гроссмейстер, так? — почесал подбородок Публий.

— Да. Вроде как западный. — проговорил Инго.

— Он не может быть западным гроссмейстером. На западе эту должность занимает Крэдо Диккей. Он сейчас живет в Мидденхоле и является советником императора. Я знаю всех, кроме поларвейнского. Скорее всего этот ваш Шамси северный гроссмейстер.

Его слова заставили Инго задуматься. У каждой столицы был свой «стратег». При этом большинство из них жили в других частях империи и совсем не помогали хранителям. Зачем тогда они вообще нужны?

Его мысли прервало новое эхо криков и боли. От всех этих звуков его даже прошиб пот.

— Мне кажется, или стало немного жарко? — проговорила Габри.

В ответ, Публий натянул на голову ворот своей рубашки и сполз на дно лодки, укрывшись валяющимися там досками.

— Вам лучше тоже пригнуться. — сказал он сквозь свой деревянный щит.

Тут Инго стал замечать, что от воды исходит пар. Воздух с каждой секундой становился все горячее. Холодное, призрачное сияние, которое исходило от домов, тоже стало меняться на огненно-красное. Пространство наполнили клубы густого дыма, а над водой стали разноситься звуки кузни. Дышать становилось труднее с каждой секундой, и было такое ощущение, будто его засунули в раскаленную печь. Еще несколько секунд, и вода под ними уже вовсю кипела, немного покачивая лодку. Не успев ничего сообразить, Инго увидел, как около них вздулся огромный пузырь и лопнул. В воздух взметнулся фонтан из кипятка, и Инго лишь в последний момент успел повалить Габри, накрыв ее своим телом. Его спину будто ужалили тысячи пчел. Призвав тени, он тут же накрыл ими верх лодки. Он по-прежнему ощущал тенями дождь из кипятка, но боли не чувствовал.

Высунувшись из своего укрытия, Публий озадаченно уставился на темный купол.

— Это еще что такое? — спросил он, осторожно прикасаясь к теням.

— Ты как, в порядке? — не обращая на узника никакого внимания, спросил Инго у Габри.

— Ага. А сам-то как? Не обжегся? — обеспокоенно спросила Габри.

— Все нормально. — солгал Инго. — Что это за место?

Публий, который все еще с удивлением таращился на тени, не сразу смог ответить.

— Пятый локоть. «Кузни набата». — спустя полминуты сказал он. — Тут содержатся фальшивомонетчики и ложнокнижники. Они отливали золото, теперь они отливают сталь. «Наказание железом».

Инго уставился в маленький проем между тенями и бортом лодки. Среди густого дыма, который шел от берега, он увидел множество фигур. Они стояли около огромных наковален, и с силой колотили каменными молотами по раскаленному железу. На них не было длинных рубашек, зато были сандалии. Деревянные ботинки из вечного дерева защищали их от раскаленных камней, по которым они ходили. Еще около наковален стояли резервуары с водой, в которые некоторые узники засовывали головы или вовсе залезали туда целиком.

— Что они делают? — спросила Габри, глядя на группу узников, которые высыпали из больших бочек кучу мечей в чан с раскаленным металлом.

— Переплавляют мечи на… другие мечи. — ответил Публий.

Они еще какое-то время плыли по волнам из кипятка. Но вскоре жар стал отступать, и воздух снова стал чистым. Убрав купол, Инго увидел, что освещение снова поменялось на холодное. Все, что сейчас напоминало о кузнях, так это глухое эхо ударов молотов и боль в спине.

— Надеюсь дальше не будет ничего хуже? — спросил Инго, проводя рукой по ожогам.

— Дальше всегда хуже. — с ухмылкой ответил Публий.

Посмотрев вперед, он указал на маленький пирс.

— Сейчас причалим. — сказал он.

Лодка медленно подплыла к причалу и стукнулась о его каменный помост.

— Нам снова идти пешком? — спросила Габри.

— Можно и на лодке, но я бы не советовал. — все еще улыбаясь сказал Публий.

Вступив на твердую землю, они продолжили путь по узким улочкам. Вертя головой, Инго уже с точностью не мог сказать, на сколько метров поднимались здания на этом ярусе. Казалось, что они были даже выше, чем вестеркловский маяк. Двери тоже были непомерно большими. Даже человеку с волей их будет трудно открыть. Интересно, кто тут «живет»?

— Шестой локоть. — будто прочитав его мысли, ответил Публий. — «Самсонский зверинец». Тут содержатся узники с волей, которые нападали на солдат и стражников. — он с улыбкой посмотрел на своих спутников. — Здесь они усмиряют строптивых животных. Они применили волю против империи, теперь империя применяет волю против них. «Наказание волей».

Только он это сказал, как камни под их ногами задрожали, а по стенам стало разноситься дикое лошадиное ржание и рев горгон. Между узкими проемами показалась фигура женщины. Инго заметил, что на ногах у нее тоже были сапоги, но на этот раз из железа. Тяжело дыша, она остановилась и расставила руки, словно хотела кого-то поймать. Через секунду из-за поворота, врезаясь и круша стены, хлынула волна лошадей и горгон. С яростной силой они врезались в женщину, протащив ее несколько метров вперед. Какими-то невероятными усилиями ей удалось остановить одну из лошадей. Схватив жеребца за шею, она поволокла его в один из проходов. Остальные животные, пробежав мимо, скрылись за другим поворотом.

— Тут главное прислушиваться. — посоветовал друзьям Публий.

Несколько раз их и вправду чуть не сбили несколько горгон. А за одной из стен они услышали шипение василиска. Инго даже вытащил свои мечи, на случай если придется отбиваться.

— Я бы не советовал. — сказал Публий, прижимаясь к стене. — За каждое убийство животного тут наказывают. Причем всех узников сразу. Ты же не хочешь усложнить и без того тяжелую судьбу этих бедолаг. — он указал на решетчатое окно, из которого на них печальным взглядом смотрели несколько узников.

Глубоко вздохнув, Инго убрал оружие. Он никогда не испытывал жалости к преступникам, но увидев в каких жестоких условиях они содержатся, невольно захотел помочь им. Удивительно как эти светящиеся стены могут изменить человека. Вчерашние негодяи и сорвиголовы превратились в сломленных приведений, которые гремели цепями в этом царстве суда и ужаса.

Чтобы спуститься на седьмой ярус, им пришлось преодолеть лабиринт из узких улочек. Время от времени они вжимались в стену, пропуская табун диких животных, за которыми, или от которых бегали узники.

Вскоре улочки снова стали расширяться, и Инго понял, что они спустились на следующий локоть. Инго заметил, что время от времени им стали попадаться груды тряпья, на которых сидели вороны.

— Тут можно немного расслабиться. — сказал Публий. — Это седьмой локоть и тут отбывают наказание пираты.

— Но ведь пиратов обычно казнят. — неуверенно проговорила Габри, переглянувшись с Инго.

— Не всех. — Публий закинул руки за голову и стал разминать спину. — Но знаете, если бы мне дали выбор, то я выбрал бы смерть.

— Почему? — спросил Инго.

Публий ничего не ответил, и стал вертеть головой. Пройдя несколько сотен метров по просторной улице, он наконец сказал:

— Вот почему.

Вытянув руку, он показал перед собой. В этот же момент к эху стенаний добавился еще один:

— НЕ ХОЧУ! НЕТ! НЕ НА-А-А-А-АДО! ПРОШУ! Я НЕ ХОЧУ БОЛЬШЕ ТУДА ЛЕЗТЬ!

Перед тем, как из темноты появился сам пират, Инго увидел внушительную фигуру тюремщика. Перекинув через плечо цепь, он тянул за собой кричащего узника. Увидев пирата, Инго подумал, что у него разыгралось воображение, но приглядевшись, понял, что это взаправду: голова узника была заключена в железную клетку, к которой и была прикреплена цепь. Остальное тело было абсолютно голым.

— «Терновые гнезда». «Наказание воронами». — проговорил Публий. — «Воронье гнездо» когда-то кормило их, а теперь они кормят вороньи гнезда.

В этот момент, прямо с крон деревьев стала спускаться узкая клетка. Когда она опустилась, тюремщик распахнул створки и втолкнул туда пирата. Всучив в его трясущиеся руки мешок с едой для воронов, с которого капала кровь, он захлопнул решетку и несколько раз дернул за цепь. С лязгом клетка стала подниматься вверх.

— НЕТ! ВЫПУСТИТЕ! ПРОШУ! Я НЕ ВИНОВАТ! НЕ НАДО К ПТИЦАМ! — закричал пират.

— Не надо к птицам! Не надо к птицам! Не надо к птицам! — послышалось со всех сторон.

И Инго наконец все понял. То, что все это время он принимал за эхо, были на самом деле крики воронов. За долгое время они смогли выучить крики и стоны узников, и теперь, сидя на кронах деревьев, время от времени разносили эти крики по городу.

— Прошу! Прошу! Прошу! — загалдели вороны у груды тряпья. — Виноват! Виноват! Виноват!

— Зачем ему клетка на голове? — спросил Инго, когда узник поднялся на такую высоту, что его мольбы уже не было слышно.

— Чтобы вороны не выкололи глаза. — сказал Публий все еще смотря вверх. — Тут нужно быть осторожней.

Инго хотел спросить чего он так остерегается, но на глаза ему попалась еще одна груда тряпья. Среди белой ткани он разглядел в точности такую же клетку, как и на голове пирата. И тут до него дошло, что эти груды тряпья на самом деле узники, которые упали с деревьев. Их тела просто на просто накрыли саваном, но даже он не спас их от голодных птиц. Все они были обглоданы до костей, и лишь головы, защищенные железными прутьями, были не тронуты. Поняв это, он тоже поднял голову и стал смотреть, как бы и на них не свалился очередной бедолага.

— Пуб. — послышался сзади низкий голос.

Обернувшись, Инго увидел того самого тюремщика, который недавно тащил пирата.

— Орн. — поздоровался Публий.

— Чего это ты игнорируешь старого коллегу? — ухмыльнулся тюремщик.

— Просто не хотел тебе мешать. — неуверенно ответил Публий, покосившись на своих спутников.

— Да это был последний на сегодня. — махнул рукой Орн. — Ты-то чего тут делаешь? — он перевел взгляд на Инго с Габри.

— Так вот…эмм…веду новых рекрутов. — промямлил Публий.

— На «девятку»? — он снова посмотрел на узника. — Вы бы подождали денек. Там у них плакальщица убежала.

— Плакальщица? — переспросил Инго.

— Ну да. Будущая Вдова. — сказал Орн.

— Ты серьезно? — расширил глаза Публий. Инго снова почувствовал в его голосе страх.

— Еще бы. Уже нескольких наших убила. Даже морану вызвали, чтобы та помогла схватить ее.

— Может и вправду подождать? — вслух подумал Публий.

— Мы не можем ждать. — тут же сказал Инго.

— Первый раз вижу таких преданных палачей. — хмыкнул Орн, глядя на Инго. — Вот что я тебе скажу, парень — не выпендривайся и послушай совета старших. На девятом…

Он осекся на полуслове. Устремив взгляд в конец улицы, он так и застыл с открытым ртом. Затем, не отводя взгляда, стал пятясь отступать назад.

Инго тоже перевел взгляд. Среди трупов пиратов появилась фигура женщины. Все ее тело было замотано в белые бинты, и даже на выбритой голове свисали, словно белые волосы, шелковые повязки. Глаза тоже были замотаны тканью, сквозь которую проступала кровь. Медленно переставляя ноги, она волочила за собой какие-то предметы. Приглядевшись, Инго увидел, что к ее ногам были привязаны на веревках из отрезанных волос несколько серебряных гирь, толстая ветка дерева, кусок вареной кожи и железный фонарь. А на голове, кроме повязок, был надет еще и венок из роз.

— Ч-ч-черт. Это она. — зашептал Орн, переходя на бег. — Сваливайте отсюда!

Публий тоже пустился за своим товарищем.

— Скорее, бежим! — Инго схватил Габри за руку, и поволок в начало улицы.

В этот момент за их спинами раздался душераздирающий крик. Обернувшись, Инго увидел, что плакальщица пустилась за ними в погоню, преодолев несколько десятков метров за пару секунд. Инго уже хотел было вынуть меч, но тут из-за домов выбежала группа палачей вместе с несколькими заключенными. Палачи держали узников на цепях, словно собак.

— Держите ее! — закричал один из них, толкая узника на ведьму.

Заключенный на секунду застыл, а затем, издав воинственный крик, ринулся на ведьму, но не добежав пары шагов, рухнул замертво. Плакальщица тут же остановилась. Вместе с этим по улице стал разноситься странный скрежет, словно камни терлись друг о друга. Увидев, что их больше не преследуют, друзья тоже остановились. Все их внимание было приковано к женщине.

Подойдя к мертвому узнику, она протянула к нему руки и стала ощупывать его лицо.

— ААААААААААА! НЕТ! ЭТО НЕ ОН! ГДЕ?! ГДЕ МОЙ МИЛЫЙ?! ГДЕ МОЙ ЛЮБИМЫЙ?!

Она упала на колени и в отчаянии ударила кулаками по земле. Поднялся столб пыли, и камни, покрывшись трещинами, стали крошиться. Вместе с этим Инго почувствовал уже знакомый привкус крови и железа — признаки пустой воли.

— Где?! Где?! Где?! — загалдели вороны и тут же затихли.

Инго в изумлении уставился наверх. С темных крон полился новый дождь, но уже не из лепестков, а из мертвых птиц. Сотни воронов падали вниз, убитые пустой волей. Вместе с этим по улицам стали слышны новые шаги вперемешку со звоном цепей.

— Скорее, давайте сюда. — позвал их Публий, затягивая в узкий проем между домами.

Забившись, они уставились в конец улицы. Там только что показался силуэт ведьмы. Медленно шагая, она шла в направлении плакальщицы. Инго увидел на ее голове кусок савана, удерживаемый железным обручем, похожим на корону. Держа в руках длинную клеймору, она непоколебимо шла, не обращая внимания на пустую волю, которая уже успела превратить в прах тело узника.

Только когда между ведьмами осталось несколько метров, женщина подняла свою забинтованную голову и уставилась на морану.

— ТЫ! ТЫ УБИЛА ЕГО! ТЫ УБИЛА МОЕГО МИЛОГО! СУКА! ДРЯНЬ! ВЕРНИ ЕГО МНЕ! ГДЕ ОН?! ГДЕ МОИ ДЕТИ?! ВЕДЬМА! — поднявшись на ноги, она бросилась на морану, выставив вперед руки в попытке задушить ведьму.

Все произошло в одно мгновение. Крутанув клеймору в руке, морана выставила ее лезвием вперед и вонзила меч в тело мученицы. Клинок прошел насквозь. В эту же секунду все стены озарило яркое, золотое сияние. Но даже в этом ослепительном свете Инго смог увидеть, как бинты на теле плакальщицы взметнулись вверх, трепыхаясь за ее спиной, словно два крыла. Свечение продлилось всего пару секунд, а когда оно исчезло, Инго увидел, как вокруг плакальщицы медленно стали падать, непонятно откуда взявшиеся, белые перья. Но было ясно одно — женщина умерла.

Вытащив меч из тела, ведьма осторожно опустила труп плакальщицы на землю, и встав на колени, стала молиться. Палачи тоже встали на колени рядом с ней.

— Давайте, идем сейчас, пока они молятся. — прошептал Публий, выходя из укрытия.

Он повел их прямо по улице, в сторону ведьмы и палачей. Проходя мимо, Инго заметил, что венок из роз на голове плакальщицы завял, а из-под бинтов на голове волнами струятся длинные, золотистые волосы. Они источали какой-то потусторонний, божественный свет. Вместе с этим Инго увидел и кучу белых перьев. Откуда они взялись?

— Госпожа Лилит. — послышался тихий голос между домами.

— Черт, черт, черт. — прошипел Публий.

Он в панике стал вертеть головой в надежде найти хоть какую-нибудь лазейку. Но было поздно. Ведьма уже поднялась на ноги. Вместе с этим между домами появились еще несколько палачей.

— Госпожа Лилит. Скоро наступит полночь. Нам нужно возвращаться в собор. — сказал один из них.

Посмотрев на своих палачей, ведьма медленно повернула голову и уставила разрез савана на Публия.

— Кто это такие? — потусторонним голосом спросила она.

Публий рухнул на колени, и выставив перед собой руки, запинаясь промолвил:

— Э-э-это г-г-гости, госпожа. О-они х-х-хотят забрать д-древние саркофаги.

— Пусть забирают. — сказала ведьма. — Нечего этому мусору делать на святой земле.

Передав клеймору своим слугам, ведьма направилась в другой конец улицы.

Пока шаги ведьмы не стихли, Публий не решался подняться с колен. И только после того, как по стенам перестало разноситься дребезжание цепей, он решился встать.

— Фу-у-ух. — выдохнул он, схватившись за сердце. — Я думал нам конец.

— Зачем ты рассказал ей?! — возмутился Инго.

— А что я должен был сделать? Гостям запрещено спускаться на девятый ярус. А выдать вас за рекрутов, когда тут палачи, не получится. Пришлось сказать правду.

— А что будет с ней? — Габри все еще смотрела на труп женщины, о которой, казалось, все забыли.

— Отнесут в собор. — Публий тоже перевел взгляд на плакальщицу. — А дальше я не знаю. Наверно похоронят. Ладно, давайте уже уйдем отсюда.

Он поплелся вниз по улице, и Инго последовал за ним. Но пройдя несколько метров, он заметил, что Габри так и не сдвинулась с места.

— Ты идешь? — спросил он у девушки.

— Д-да. — сказала она, с трудом отрывая взгляд от светящегося трупа.

Идя по широким улицам, Инго все думал о том, что только что увидел. Откуда было это сияние? А еще эти волосы и перья… Он не стал спрашивать про это у Публия. Вряд ли узник знает. Кое-как отогнав эти мысли, он попытался разрядить напряженную атмосферу.

— А кто-нибудь из Белланимы уже сбегал? — спросил он у шагающего впереди Публия.

— А то! Каждый год находятся такие идиоты. Бегут в основном с нижних ярусов через главные ворота.

— И что? С ними ничего не делают? — удивленно спросила Габри.

— А сама как думаешь? — ухмыльнулся Публий. — За ними отправляют отряд избавительниц. Это карающий отряд. И уж лучше смерть, чем попасть к ним в руки. Уж не знаю, что они делают, но те, кто выживает после их пыток, после сами совершают самоубийство… О, мы почти спустились на восьмой локоть.

— Стой! — Инго догнал узника, и положил ему руку на плечо. — Что там внизу?

— Эмм… Ну ладно, хотел устроить сюрприз, но ничего не поделаешь. Восьмой локоть, — он указал вниз улицы, — «Последняя колыбель» и «Гемоторфные сады». Тут содержатся алхимики, черные аптекари, колдуны и язычники. Те, кто оскорбил веру. Они пошли против самой Жизни, и теперь Жизнь идет против них. «Наказание болезнями».

Слова Публия не на шутку перепугали Инго. Он переглянулся с Габри.

— Там не опасно? Мы ничем не заразимся? — спросил он у узника.

— Если только не будете трогать прокаженных. — сказал Публий, снова натягивая на лицо ворот рубашки.

Спускаясь вниз, Инго стал замечать, что воздух начал наполняться гнилостным запахом. Через некоторое время он увидел первых прокаженных. Они сидели прямо на земле, облокотившись о стены домов. Некоторые и вовсе лежали, накрытые белой простыней. Между больными тут и там сновали узники в белых рубашках. Вот кто вызвал у Инго больше всего вопросов.

Они совсем не выглядели больными. Да и лица у них были не такие измученные, как у узников на других ярусах. Некоторые стояли, и вполне мирно болтали между собой, пока под их ногами корчились в муках больные жители империи. Похоже, заключенные тут алхимики прекрасно знали свое дело.

— Это и есть узники? — спросил Инго, указывая на людей в длинных рубашках.

— Ага. Многие из них осуждены на пожизненный срок. — сказал Публий. — Говорят, что некоторые из них тут уже больше семидесяти лет сидят.

Инго оглядел узников. Ни одному из них не дашь больше тридцати. Среди них даже было несколько женщин, которым не сбрили волосы. У каждого «врача» были надеты кушаки, на которых висели множество склянок и острый разделочный нож.

— Некоторые из тюремщиков считают, что им тут неплохо живется. Но Вдовы запрещают их бить. — продолжил Публий.

Они шли вдоль улицы, на которой тут и там сидели прокаженные. Но стонов слышно не было. Больные просто сидели и таращили на гостей свои полумертвые глаза. Некоторые, будто улитки, медленно ползли вниз по улице накрытые белой простыней, оставляя после себя шлейф из крови и слизи. У Инго даже создалось впечатление, что все они ползут в одно и то же место.

— Так. Тут нам понадобится провожатый. — сказал Публий, останавливаясь около больших ворот.

— Зачем? — Габри подошла к воротам и заглянула между прутьев.

— Осторожно! — воскликнул Публий.

Инго машинально дернул Габри за локоть, оттащив назад. Через секунду, там, где стояла Габри, появилось облако золотой пыльцы.

— Что такое? — ошарашенно спросила Габри.

— Это Гемоторфные сады. — сказал узник. — Тут выращивают всякую алхимическую дрянь. Без провожатого мы и минуты не протянем.

— И где мы найдем его? — спросил Инго.

— Попросим кого-нибудь из этих. — Публий указал на троих заключенных, которые стояли у стены дома.

Наступила пауза.

— Ну так иди, проси. — сказал Инго.

— А чего сразу я? — замялся Публий. — Тебе надо, ты и иди.

Инго смерил узника подозрительным взглядом. Но делать нечего, придется идти.

— Эмм… Нам нужно пройти через сады. — проговорил он, подходя к заключенным, которые уже заметили его.

— Ну так иди. Ворота открыты. — усмехнулась женщина с короткими волосами.

И эти туда же. Это тюрьма или что? Инго перевел взгляд на Публия.

— А другой путь на девятый ярус есть?

— Только через пролив. Но это восемь часов пути. — ответил узник.

— Мы проведем вас. Не даром, конечно. — сказал один из алхимиков.

— Сколько? — спросил Инго.

— Три миллиона золотых. — сказала женщина.

— ТРИ МИЛЛИОНА?! — не удержался Инго, и тут же понизил голос, так как вороны подхватили: Миллиона! Миллиона! Миллиона!

— Три миллиона? — уже шепотом переспросил Инго. — У нас нет столько денег. Да и зачем они вам? Вы же в тюрьме.

— Раз нет, то идите в обход. — сказал третий алхимик.

Инго глубоко вздохнул. Конечно, он мог бы просто использовать свою волю и перенести Габри с Публием через сад, но он не хотел рисковать и выдавать себя. Кто знает, как ведьмы отреагируют на его тени. Да и вороны могли на них напасть.

— Может что-нибудь другое попросите? Вот. — Инго достал зелье Маверика, которое тот дал ему, после разговора с Гамюкой. — Панацея.

Алхимик, который стоял ближе всех, выпучив глаза, осторожно взял зелье в руки. Словно божий дар, он поднял пузырек над головой, демонстрируя его своим товарищам.

— Панацея. — трепетно проговорил он и тут же рассмеялся. — Ха-ха-ха-ха! Панацея? Серьезно? — он небрежно швырнул пузырек обратно в руки Инго.

Инго уже собирался достать меч, чтобы показать, что панацея этому наглецу может скоро пригодиться. Но тут ему в голову пришла новая идея.

— Хорошо. А как насчет моей крови? — спросил он.

— У нас ее и так предостаточно. — сказала женщина, кивком указывая на прокаженного, который полз к воротам сада.

Инго откинул капюшон и показал им свои глаза.

Секунду алхимики пялились на него удивленным взглядом. Затем тот, который советовал Инго идти в обход, быстро затараторил:

— Duey’ne. Fuls de duey. Alluns toyr?

— Nun, duey’ne ne piyt pas toyr. Cast yn mayvaus prusage. Dinnins leyr ayx surcyras et obtenons yne recompense. — сказала женщина.

— Nun. Basoun de les accumpagnir. Prandre dy sing. Ca’va syffure. — подхватил третий.

— Ty’es yn umbecule?! Cast duey'ne! — воскликнула женщина.

— Я вам не мешаю? — язвительно вставил Инго.

— Нисколько. — сказала женщина, и продолжила говорить на старом диалекте:

— Alors qyou? Jyste accumpagnir? Sun sing sera’bas. Peyt donner ayx surcyras?

— Je syos sur que mautresse saut duja. — почесав короткую бородку промолвил третий.

— А зачем вам на девятый ярус? — спросил первый.

— Если скажу, то пропустите?

— Это зависит от того, что ты скажешь. — проговорил алхимик.

— Нам надо в катакомбы. — встрял в разговор Публий.

— Катакомбы? — алхимики дружно переглянулись. — Зачем?

— Нужно взять древние саркофаги. — сказал Инго.

— Ul a besoun de sarenes. Poyrqyou? — снова затараторила женщина.

— Ja entendy, a Arno Oching uls sont vanaras. — проговорил другой, и Инго, услышав знакомые слова, понял, что алхимики обо всем догадались.

— Нас попросил достать их один ядомант. — сказал он, прервав спор алхимиков. И сказав это, он задумался. А не попросить ли ему этих алхимиков сделать противоядие? Зачем прибегать к услугам Гамюки, когда есть алхимики?

— А вы можете сделать противоядие от Блажова яда?

— С ума сошел? — хмыкнул первый. — Где мы возьмем ингредиенты? Или у тебя есть тысяча засушенных сердец с пробужденной волей?

Инго задумался, но его тут же прервал третий алхимик.

— Хорошо. Мы проведем тебя. — он протянул ему пустой пузырек. — Давай кровь и пошли.

Надрезав ладонь, Инго наполнил колбу своей кровью. Сделав это, он поспешил выпить панацею, чтобы случайно не занести заразу. Кровь из раны сразу же перестала течь.

— Отлично. — алхимик поднес пузырек к светящейся стене дома, просвечивая красную жидкость. Женщина хотела было вырвать пузырек у него из рук, но алхимик успел отдернуть руку и спрятать флакон. — Пошли.

Он повел их к воротам. Открывая металлические створки, алхимик повернулся к Габри и сказал.

— Когда буду показывать один палец — задерживайте дыхание. Два — можете дышать снова. Понятно?

Габри кивнула.

— Понятно? — алхимик перевел взгляд на Инго с Публием.

— Понятно. — кивнул Инго.

Войдя в сад, алхимик повел их по маленькой тропинке, которая вела в природный коридор из странных, похожих на бабочек, цветов.

— Если рядом нет цветов, то можете говорить. Но там, где они растут, лучше не открывайте рта. — предупредил алхимик.

— А…а как вас зовут? — спросила Габри, предварительно повертев головой.

— Не помню. Как хочешь, так и зови. — ответил алхимик. Сказав это, он тут же поднял палец вверх.

Все дружно задержали дыхание. Через три секунды над ними пролетела большая, белая пчела, с которой дождем сыпалась пыльца. Через двадцать секунд алхимик поднял вверх два пальца.

Так они шли около получаса. Но Инго не заметил, как пролетело это время, так как все его внимание было приковано к обитателям этих мест и на сопровождающего их алхимика. Первые десять минут пути они шли по ярко освещенным полянам, на которых росли удивительные растения. Некоторые из них Инго уже видел у Маверика в лаборатории, но порой встречались такие, что нельзя было точно сказать, растение это или какое-то насекомое. Почва тоже была странной. Вроде бы это была обычная земля, но какая-то уж слишком мягкая. Несколько раз их безымянный спутник велел им задержать дыхание, когда над их головами пролетала очередная «жужалица». Но вскоре странный солнечный свет померк, и они вошли в стеклянные теплицы. И вот тут Инго стало по-настоящему страшно. Вокруг них валялись горы разлагающихся трупов, из которых росли разноцветные растения и поднимались вверх черные деревья. Инго заметил, что некоторые прокаженные все еще двигались, переползая с одного места, на другое. Габри и вовсе прижалась к нему, и даже несколько раз дернулась, когда под их ногами проползала очередная «клумба». Но в самое странное место этого сада, они попали после того, как только прошли теплицы.

— Стойте. — сказал алхимик у стеклянных ворот. — Выпейте вот это. — он протянул им несколько пузырьков.

Спрашивать, что это такое, никто не стал. Взяв по флакону, каждый осушил его. Как и у большинства зелий Маверика, у этих был вкус спирта.

— Теперь нужно облить себя вот этим. — он подвел их к каменной ванне, около которой стояло несколько ведер.

— Это что, уксус? — спросила Габри, принюхиваясь к содержимому.

— Называй как хочешь. — сказал алхимик, и схватив ведро, облил себя вонючей жидкостью.

Когда все указания алхимика были выполнены, они двинулись дальше.

Пройдя через стеклянные двери, они очутились в странной комнате, наполненной мраком. Стен и потолка не было видно, и складывалось ощущение, что вокруг них бесконечная пустота, и лишь разбросанные под их ногами горы светящихся костей не давали им полностью потеряться в пространстве. Помимо этих гор, странные белые кости лежали и в металлических клетках, которые висели на цепях, прикованных к черной пустоте. Инго увидел, что сквозь прутья решетки, прямо на костях, растут белые цветы. Они были похожи на обычные колокольчики, но только с очень прозрачными лепестками и белыми прожилками. Если не вглядываться, то можно подумать, что это «скелет» цветка. Кроме того, Инго в первый раз увидел в саду нормальных людей. Это были алхимики. Они ходили в странных, похожих на пирамиды, шапках. На вершине каждой пирамиды были установлены песочные часы, которые сами переворачивались, когда заканчивался песок.

— Это костянки чтоли? — спросил Инго, наблюдая за тем, как два алхимика «обкуривают» с помощью кадила клетки с костями.

— Они самые. — ответил их спутник. — Давайте скорее. Тут опасно долго находиться. — сказал он, и прибавил шагу.

Инго не понимал, как алхимик находит дорогу, ведь в этих горах костей не было никакой тропинки или другого указателя. Сам Инго уже давно потерял направление. Но вот из тьмы показалась железная дверь. Пройдя через нее, они снова очутились на каменной улице. Инго сразу же заметил группу узников, которая стояла около них и маленькими молоточками отколупывала от своих лиц костяные наросты.

— Вот и все. — сказал безымянный узник. — Дальше сами. — и не дожидаясь ответа, скрылся за железной дверью.

— Эй-эй-эй! Подожди! — засуетился Публий. — Как мы обратно-то пройдем?!

Он открыл железную дверь и засунул в проем свою голову. Но через пару секунд вытащил обратно.

— Вот ведь сукин сын! Уже куда-то смылся. — переведя взгляд на Инго, он глубоко вздохнул и развел руками. — Придется на обратном пути идти в обход.

Сказав это, он поплелся дальше. Через десять минут, Инго стал замечать, что воздух стал холоднее. А еще через пару минут из его рта уже вовсю валил пар.

— Ч-черт бы п-побрал эту д-дыру. — стуча зубами промолвил Публий. — Д-дайте мне х-хоть чем-нибудь укрыться.

Инго протянул ему свою накидку, а Габри пожертвовала верхнюю часть своей паранджи. Здесь их все равно никто уже не увидит.

— Это и есть девятый локоть? — оглядываясь по сторонам, спросила девушка.

— Да. «Храм слез» и «Первые эшафоты». Тут содержатся приговоренные к смертной казни и плакальщицы. Те, кто предали империю и людей ждут тут своего часа. «Наказание — смерть».

Инго стал осматриваться. Свет от каменных стен тут был такой же яркий, как и на других ярусах, но помимо этого, от камней исходил еще и могильный холод.

— Держи. — проговорил Инго, протягивая Габри свой меховой плащ.

— Вот спасибо! — весело воскликнул Публий, потянувшись к плащу.

— Это не тебе. — Инго перекинул через голову узника плащ.

— Спасибо. — сказала Габри, шмыгая носом.

Публий с разочарованием посмотрел, как девушка накинула на себя теплый плащ.

— Нам тут ничего не угрожает? — спросил Инго. — Тут ведь эти плакальщицы.

— Да, но они не опасны, когда находятся в храме. За ними присматривают их палачи. — сказал узник. — Хотите посмотреть?

— Обойдемся. — буркнул Инго.

— В любом случае нам придется пройти через храм. По-другому к могильникам не добраться.

Он повел их по маленькой улочке, вдоль которой тянулись янтарные фонари. Оглядываясь по сторонам, Инго заметил, что у домов нет дверей. Но и узников он тоже не увидел. На каменных улицах были лишь черные вороны, которые время от времени пародировали стоны и крики.

Через некоторое время они вышли на большую площадь, в конце которой была стена города. Около стены стоял большой храм. Но он не был похож на главный собор, который они видели на первом ярусе. Это было самое странное сооружение, которое Инго видел в своей жизни. Храм походил на огромный, стеклянный фонарь с железными узорами на стеклах. Но не его причудливая форма заставила Инго расширить глаза от удивления. Дело в том, что этот храм-фонарь как будто рухнул с большой высоты и разбился. Лежа на боку, он светился таким же потусторонним светом, что и статуя на вершине главного собора. Дверей тоже не было. Попасть внутрь можно было лишь через огромную трещину в стекле.

— Когда войдем внутрь, «подавите» волю. — сказал Публий. — Вы ведь умеете это делать?

Инго с Габри кивнули.

— Отлично. И не говорите, пока мы не выйдем из храма. — продолжил он. — Ну что, готовы?

Инго с Габри снова кивнули.

— Тогда пошли.

Они двинулись в направлении огромной трещины. С каждым шагом Инго чувствовал, как воздух становится плотнее. Он проникал внутрь и обволакивал его сердце холодными объятиями. В голове стали крутиться странные мысли. Он невольно вспомнил капитана Стенториана, и вина за его смерть снова легла на плечи Инго железными кандалами. Он вспомнил Минди и ее маму, и груз вины еще больше усилился. Ноги стали заплетаться, и через несколько метров он рухнул на холодную брусчатку. Зачем он вообще живет? Он должен был умереть еще при рождении. Зачем капитан его подобрал?

— Инго. — послышался где-то над ухом голос Габри. Он почувствовал ее теплое дыхание у щеки, и даже уксус не смог заглушить аромат полевых цветов, который источали ее светлые волосы. — Вставай. Нам нужно идти дальше.

Повернув голову, он увидел, как по щеке Габри скатилась одинокая слеза.

Собрав силы, Инго отогнал страшные мысли и встал на ноги. Глубоко вздохнув, он очистил сознание, как этому его учила Геката, и «подавил» волю. Как ни странно, но это подействовало. Он больше не чувствовал угрызений совести, и дышать стало гораздо легче. Он даже перестал ощущать холод.

— Успокоился? — спросил Публий, который стоял у трещины.

— Да. — сказал Инго, и решительно перешагнул через разбитое стекло.

Как и ожидалось, у храма было всего одно помещение. Это был огромных размеров зал, освещаемый лишь одной свечой, которая горела на подставке прямо посередине помещения. Свеча источала именно то голубовато-зеленое свечение, которым был окутан весь Лимб. Но при этом Инго почувствовал, что от нее исходит не тепло, а холод. Вопреки его ожиданиям, отделка внутри храма все же была. Пол был выложен малахитовой плиткой, а несколько белых колонн поддерживали куполообразный потолок с изображенным на нем вознесением Зулу и Силестии. Стены же были сделаны из стекла, и на них висели ободранные алые шторы, которые были все в пыли и больше походили на рваные тряпки. Большую же часть пространства в зале занимал прямоугольный алтарь, который был четыре метра в высоту и около сорока в ширину. Он был сделан из белого камня, и так же, как и каменные дома в городе, украшен фресками странных существ. На нем, словно блюда на праздничном столе, лежали несколько десятков людей. Две трети из них были одеты в красные рясы с капюшоном на голове. От их шеи и рук тянулись длинные цепи, которые были соединены с шеей плакальщиц. Самих же плакальщиц на алтаре было семнадцать штук. Все женщины в белых повязках и венками роз на голове лежали в разных позах, но объединяло их то, что все они беспрестанно рыдали. Их горестный плачь разносился по стенам храма, отскакивая от холодных стен и растворяясь в воздухе печальным эхом. Осмотревшись, Инго увидел, что плакальщицы были не только на алтаре. Еще несколько десятков женщин бесцельно бродили по храму, волоча за собой несколько серебряных гирь, ветку дерева, кусок кожи и светящийся фонарь. Некоторые, помимо этого, волочили за собой уже мертвых палачей.

Показав жестом чтобы следовали за ним, Публий повел их в другой конец зала. Там, среди рваных штор, виднелась уже настоящая дверь. Быстро дойдя до нее, они открыли узорчатые створки, и вышли на улицу.

— Фу-у-у-у-ух. — выдохнул Публий. — Ну и денек. Нужно будет потребовать у Делроя больше, чем триста тысяч.

Пока он говорил, Инго успел осмотреться. Это был задний двор с большой ямой посередине. Она была похожа на какую-то воронку, или даже нору. За ямой уже начиналась стена города. Но внимание Инго привлекли тысячи свертков ткани, которые были разбросаны по краям ямы. Присмотревшись, он понял, что это были трупы палачей и узников. Их просто сваливали тут, словно мусор. Их было так много, что земли под ними уже не было видно.

— Нам нужно спуститься вниз? — спросила Габри, глядя в черную воронку.

— Наверно. Дальше этого места я не ходил. — ответил Публий, и поплелся вниз, шагая прямо по трупам.

Пройдя несколько сотен метров вниз, они дошли до каменной двери, которая была почти вся завалена трупами. Расчистив проход, они с трудом открыли каменные створки. В ту же секунду, им в лица ударил поток теплого воздуха. Зайдя внутрь, Инго увидел спуск, который спиралью уходил вниз. Лестница была сделана из камня, а вот стены были земляные. Через каждые пять ступенек в стенах были проделаны маленькие окошки, в которых стояли вечные свечи. Такие свечи не гаснут даже спустя тысячелетия. Но вот что странно, насколько Инго знал, вечные свечи были атрибутом одного из Владык, которым начали поклоняться около двух тысяч лет назад, но этим катакомбам было явно больше двух тысячелетий. Откуда тогда свечи? Но его спутников, похоже, мало интересовал этот факт. Публий спокойно спускался вниз, а Габри оттирала грязь с лица, глядя в разбитое стекло, которое держала в руках.

Скоро они достигли дна, и перед ними открылся туннель из корней и земли. Он немного напоминал туннели под Вестеркловом, но тут корней было намного больше. Кроме того, повсюду были разбросаны надгробия. Они валялись целыми кучами, небрежно наваленные друг на друга вдоль стен. На некоторых из них тоже были поставлены свечки.

— Ну и где эти саркофаги? — спросил Инго, оглядывая туннель.

— Ты у меня спрашиваешь? — спросил Публий. — Я ведь сказал, что никогда тут не бывал. Я только слышал, что они могут тут быть. Может в конце туннеля?

— А как они вообще выглядят? — спросила Габри.

— Ну… Как каменные домики. Или гробы. Я не знаю. — отмахнулся Публий.

— Отлично. — протянул Инго. — Мы даже не знаем, что ищем.

Он пнул одно из надгробий и то разломалось на две части. Приглядевшись к надписям, он даже не смог разобрать на каком языке они были сделаны.

— Идите сюда. Тут еще одна дверь. — раздался впереди голос Габри.

Подойдя к ней, Инго увидел, что между корней виднелась каменная фреска очередной двери. Недолго думая, Габри разнесла корни своими молниями. Срубив остатки тлеющего дерева, Инго подошел к двери и толкнул ее. Со скрежетом, та отъехала в сторону. За дверью оказалась просторная комната, также, как и туннели, вырытая в земле. Быстро оглядев ее, Инго понял, они нашли то, что искали. Комната была наполнена каменными гробами.

— Это они? — спросила Габри, которая стояла за его спиной.

— Наверно. — сказал Инго.

Зайдя в комнату, он увидел, что помимо гробов, тут находился и другой хлам. Кучи ржавых мечей, какие-то клетки, старые тряпки… Складывалось впечатление, что сюда свалили все, что было в городе. И венчала всю эту мусорную кучу железная люстра, в которую было воткнуто несколько сотен вечных свечей.

— Это яма? — удивленно спросил Публий.

— Нет, это… — Инго осекся. Еще раз оглядев комнату, он понял, что это и вправду была яма, а они находились на верхушке сваленных в нее вещей.

Сняв с люстры одну из свечей, он подошел к небольшой дырке между гробом и каким-то доспехом и посветил туда. Дна он не увидел. Свет выцепил несколько десятков метров мусора, но не больше.

— Давайте забирать эти саркофаги и сваливать уже. — сказал узник.

— Но какие? Их тут много. — сказала Габри.

— Бери любой. — проговорил Инго возвращая свечу на место. — Вот этот, например.

Он приподнял гроб, который лежал у его ног. Как оказалось, он был совсем не тяжелый. Килограммов сто. Для человека с волей, это не много.

— Ты точно уверен, что это они? — спросила Габри.

— Давай посмотрим. — сказал он и отодвинул крышку гроба.

На какую-то долю секунды, он подумал, что овальный сверток бинтов, который находился внутри гроба, пошевелился. Но, похоже, эта была просто его тень.

— Это что, мумия? — спросила Габри.

— Скорее всего. — сказал Инго, постучав по бинтам лезвием меча. — Ладно, забираем их и уходим. Нам нужно три.

Вытащив саркофаг ко входу, Инго повернулся, чтобы помочь Габри. Та, схватившись за второй гроб, пыталась достать его из-под наваленных доспехов и мечей. Но только она дернула его, как куча вещей под ее ногами задрожала, а затем с оглушительным грохотом рухнула в темную бездну. Инго в последний момент успел создать крылья и ухватить Габри за руку. В это же мгновение стены начали дрожать от ударной волны, а каменные двери сорвались с петель.

— Что у вас случилось?! — воскликнул Публий, забегая в комнату.

Увидев летящего к нему Инго, он ненадолго остолбенел.

— Ч-ч-что это за хрень?! Кто ты, черт побери, такой?!

Инго открыл было рот, но его голос заглушил потусторонний крик, который исходил из ямы. Нарастая, он все приближался, и вот уже крик стал раздаваться из ближайшего саркофага.

— Что тут происходит?! — чуть не плача спросил Публий. — Давайте сваливать скорее!

— Нам нужны эти саркофаги! — сказал Инго, беря в руки «кричащий» гроб.

— Мы не сможем пройти мимо плакальщиц с этой хренью! Они нас убьют! — не унимался Публий.

Инго и сам это прекрасно понимал. Подняв взгляд, он посмотрел на темный потолок.

— Ждите здесь. — сказал он, и взяв свечу, взмыл вверх.

Пролетев около десяти метров, он уперся в паутину из корней. Вытащив мечи, он стал пробивать себе путь. Через несколько минут корни закончились, и он продолжил лететь дальше. Еще сотня метров и он увидел край светящейся стены. Оглядевшись, он понял, что выбрался из старой могилы, которая находилась на высушенном болоте. Нырнув обратно, он возвратился к своим спутникам.

— Там есть выход. За стену города. Я сначала вытащу вас, а потом саркофаги. — сказал он.

— Без меня. Мне нельзя покидать стены Белланимы. — сказал Публий и развернувшись, вышел в туннель, но уже через несколько секунд возвратился. — Там проход завалило. — обреченным голосом проговорил он. — Мне конец.

— Когда мы выберемся, я тебя перенесу через стену. — сказал Инго.

— Не получится. Вороны на нас нападут. — ответил он.

— Тогда замаскирую. — Инго призвал тени и окутал ими Публия. Узник тут же слился с темной стеной.

— Ладно. Давай только побыстрее. — сказал Публий, разглядывая свои руки. Похоже, мысль покинуть стены тюрьмы, хоть и ненадолго, но обрадовала узника. Как и самого Инго.

Избавление

Добраться до главных ворот оказалось не так сложно, как казалось Инго. Вытащив Габри и Публия, он вернулся за гробами. Пока он их поднимал, то из-под каменных крышек по-прежнему доносились жуткие крики. Но после всего увиденного в Лимбе, это уже не казалось Инго таким уж странным. Но он все равно не решился открыть и посмотреть, что же издает эти звуки. Кроме того, он заметил, что эти гробы были все разных размеров. Выбрав два маленьких, и один большой, Инго поднял их на поверхность. Крики продолжались еще несколько минут после того как он их вытащил. Голоса явно были женские, и даже «напевные», будто какой-то хор. Но через несколько минут они превратились в странный хрип, а затем и вовсе стихли. Когда Инго со спутниками подошел к воротам, саркофаги, как и положено, сохраняли «гробовую» тишину.

— Я думаю, что нам стоит оставить их тут. — сказал Публий, когда они подходили к створкам ворот. — Нам не позволят пронести их в город.

Узник по-прежнему был скрыт тенями, и вкупе с темнотой этих мест, он был практически невидим.

— Ну не знаю… — протянул Инго.

— Да ладно тебе. Положим у стен, их все равно никто не возьмет. — сказал Публий.

— Ладно.

Они положили гробы на темную обочину и накрыли их ветками. Через несколько минут они снова вступили на каменные улицы Лимба. Инго сразу же снял с узника темную маскировку и тот с опаской оглядываясь, промолвил:

— Надеюсь никто не заметил, что я покинул город.

— Теперь нам нужно отправиться в Нимб. — сказал Инго.

— И помыться. — прибавила Габри. Она снова намотала на лицо паранджу.

— Я могу проводить вас только до ворот. — сказал Публий. — Дальше мне нельзя.

Вновь пройдя мимо собора, они отправились за него, туда, где виднелись еще одни ворота. Но в отличие от ворот в Лимб, эти были решетчатые и сделаны из золота и стекла. Их, как и стены города, обвивали тысячи роз, но уже не алых, а золотых. Подойдя к ним, Инго увидел сквозь золотые прутья несколько больших, спиралевидных лестниц и дорог, которые завиваясь уходили в кроны деревьев.

— На этом все. — сказал Публий, протягивая Инго руку. — Скажи Делрою, чтобы перевел деньги в Белый банк. Не доверяю я этим заморским крысам.

Сказав это, он развернулся и пошел в сторону собора.

Посмотрев ему вслед, Инго повернулся и уставился на ворота. И как их открыть? Он попытался толкнуть их, но ничего не вышло.

— Эй, Публий! — позвал узника Инго. — Как нам их открыть?!

— Дерни за шнурок! — прокричал Публий, показывая движение рукой.

Снова посмотрев на ворота, Инго стал искать за что можно было бы дернуть.

— И где этот шнурок? — вслух подумал Инго.

— Может этот? — раздался сбоку голос Габри.

Повернув голову, Инго увидел, что она указывает на толстую веревку, которая была вся обвита золотыми розами. Подойдя к ней, Габри ухватилась двумя руками и с силой дернула веревку на себя.

В это же самое мгновение над их головами раздалась красивая мелодия, похожая на звуки арфы, и ворота пришли в движение. Пройдя через золотые арки, они вступили на одну из винтовых лестниц. Они, как оказалось, были сделаны из желтого мрамора.

— Надеюсь нас не заклюют вороны. — со смешком проговорила Габри поднимая голову вверх.

— Меня больше интересует куда ведут эти лестницы. — сказал Инго, рассматривая пространство вокруг. — Там ведь нет никакой опоры. — он указал на пустое пространство за стеной, где виднелись только гигантские стволы деревьев.

Подниматься им пришлось около десяти минут и вскоре они достигли кроны деревьев. Страхи Габри не оправдались, и на кронах не оказалось никаких кровожадных птиц. Между толстыми ветвями, как и на дубах Вестерклова, вились мириады светлячков и росли светящиеся грибы. Золотые лестницы, обвиваясь вокруг гигантских стволов, уходили все выше в кроны.

— Они что, свой город на деревьях построили? — подумала вслух Габри. И это предположение не было безосновательным, ведь в Вестерклове на таких же деревьях был возведен целый мост.

И вот, еще через несколько минут, они наконец увидели кусочек настоящего неба, который пробивался сквозь ветки. Ускорив шаг, они поднялись на самый верх.

Оказывается, было уже утро и лучи восходящего солнца освещали обширные зеленые луга, которые открылись их взорам. Непонятно каким образом, но на верхушках деревьев раскинулся целый горизонт из зеленых полей, на которых стояли деревянные домики, мельницы и даже текла река! Там же стоял и огромный город, чем-то напоминающий Вестерклов с его острыми шпилями. Только вот за место черного замка, над золотыми домами возвышался золотой замок, окутанный рассветными лучами. Глядя на всю эту красоту, Инго только сейчас понял, что все это время сердце у него билось с удвоенной силой, и только сейчас успокоилось.

— К-как? — только и смогла вымолвить Габри. — Это что, земля?

Она поднесла руку к тропинке и потрогала желтый песок. Инго тоже потрогал почву под ногами. Она была такой же твердой, как и внизу.

— Ты видел что-нибудь подобное раньше? — спросила Габри, поворачивая голову к обескураженному Инго.

— В Вестерклове мост тоже на кронах деревьев. — сказал он, все еще щупая землю.

— Да, но там нет земли. — сказала она. — Только камень и доски.

— Может и тут также? Навалили доски и насыпали сверху землей. — предположил Инго. Это единственное разумное решение, которое пришло ему в голову.

— А это не опасно? — спросила Габри, переводя взгляд на город. — Доски такого не выдержат. А еще смотри, — она указала на речку, которая текла между мельниц, — тут и вода есть.

Инго достал меч и вонзил его в землю. Лезвие вошло по самую рукоять.

— Вроде обычная земля. — сказал он, убирая меч в ножны. — Ладно, потом спросим, что это такое. Пойдем в город.

Они зашагали по узкой тропинке в направлении золотого города, который маячил впереди. Оглядываясь, Инго заметил еще несколько выходов с лестниц. Некоторые были настолько широкие, что по ним без труда могли проехать несколько карет одновременно. Кроме этого, он увидел несколько работяг, которые уже вышли в поле.

— Может у этих спросим? — предложил Инго, показывая на людей.

— А? — зевнула Габри. — Что ты сказал? Я не расслышала.

Вид у Габри был сонный. Еще бы, они уже сутки не спали. Но не это было главной причиной усталости. Человек с сильной волей мог обходиться без сна несколько недель, если «усилит» тело. Главной причиной было то, что им многое пришлось пережить за эту ночь. Уроки Гекаты не прошли даром, и он твердо уяснил, что эмоциональное состояние сильно влияет на волю.

— Ничего. — сказал Инго. — Пошли дальше.

— Поскорее бы помыться. — протянула Габри. — Этот уксус такой вонючий.

Пройдя половину пути, они остановились у речки. Вода в ней была кристально чистой, и можно было разглядеть серые камни и блестящих рыб, которые стаями сновали туда-сюда.

— И все-таки я не понимаю, как это возможно. — сказала Габри, шагая по маленькому мосту.

— То есть это тебя удивляет больше, чем те орущие хрени в саркофагах? — спросил Инго. Он уже смерился с тем, что в этом мире ему еще многое предстоит узнать.

— Ну…может это просто ветер проходил сквозь камни? — предположила Габри. — Я видела в гробах маленькие дырочки.

Сам Инго ничего такого не заметил. Хотя он и не старался разглядеть их.

По прошествии еще получаса они добрались до стен города. Они были не меньше тех, что внизу, и как оказалось, были сделаны из белого мрамора. А золотым город делали розы, которые росли на каждом шагу. Но все же Инго не понимал зачем тут нужны стены. Город находится высоко над землей, и нужно сильно постараться чтобы провести сюда армию. К тому же тут не было ворот, и в город можно было попасть через красивую арку, как и стены, увитую цветами.

— И куда нам теперь идти? — спросила Габри, вертя головой.

— К замку, наверно. — сказал Инго, указывая на высокое здание впереди.

Все дома в городе имели классическую архитектуру. Но в отличие от белых стен города, все дома были покрашены в яркие цвета. Порой Инго казалось, что он шагает по радуге. У него даже от всего этого разнообразия цветов заболела голова.

— А тут красиво. — сказала Габри, шагая рядом. — Только вот что-то стражников не видать.

Стражников и правда не было видно. Сколько Инго не старался, он так и не заметил ни одного латного доспеха или хотя бы какого-нибудь оружия. Но люди тут были. По улицам ходили жители в нарядных одеждах, а по желтоватой брусчатке то и дело проезжала очередная карета с ярко украшенными лошадьми.

— Смотри, а это разве не наша карета? — спросил Инго, увидев между домами белую карету груженую «королевским» хламом.

— И правда наша. — сказала Габри.

Когда они прошли несколько домов, то увидели, что рядом с ней стоят и другие повозки. Но никакой охраны и близко не было видно. Хорошенько все осмотрев, Инго обнаружил в одной из карет спящего Харона. Громовержец храпел, высунув свои волосатые ноги из окна.

— Харон! Харон! — начал будить толстяка Инго. — Проснись!

— А?! Чего?! — всполошился Харон. — Я не спал!

Он так резко вскочил, что ударился головой о металлический плафон, который висел внутри кареты. Растирая ушибленный лоб, он ошарашенно уставился на Инго с Габри.

— А, это вы. — облегченно проговорил он, возвращаясь на свое место. — Ну как дела с этими хреновинами? Как их там…? Саркофагами.

— Нашли. — сказал Инго. — Только их пришлось спрятать у ворот.

— Ну и ладно. — зевнул Харон, закрывая глаза.

— А где остальные? — спросил Инго.

— А, там. — Харон лениво махнул рукой в случайном направлении.

Инго оторвал взгляд от громовержца и снова оглядел улицу.

— Где «там»?

— В доме. — пробубнил Харон.

Инго отошел от кареты и посмотрел на ближайший дом. Это был трехэтажный особняк. Он отличался от вестеркловских домов лишь тем, что у него не было сада. От низкого заборчика, увитого золотыми розами, до розовых стен дома, было всего пара метров.

Подойдя к расписной двери, Инго несколько раз постучал дверной ручкой о железную пластину. В то же мгновение дверь распахнулась и на порог вышел лакей.

— Вам кого? — спросил он с надменным видом.

— Нам…эмм…госпожу Шани. — сказал Инго. — Мы сопровождающие.

Лакей медленно оглядел их все тем же высокомерным взглядом.

— Я не могу позволить вам войти в таком виде. — сказал он и захлопнул дверь.

— Эй! — Инго еще раз постучал в дверь.

— Я же сказал, вы не войдете в дом. — проговорил лакей из маленького оконца посередине двери.

— Пусти их, Гоффредо. — раздался приглушенный голос за спиной лакея.

Дверь тут же распахнулась, и лакей отступил в сторону в легком поклоне.

Инго смерил лакея презрительным взглядом, но потом понял, что тот все равно не видит его лица из-за капюшона, и просто прошел внутрь.

Внутри особняк тоже ничем не отличался от богатых домов Вестерклова. Все та же мраморная плитка, ковры, картины и статуи. Даже расположение комнат было такое же. Поэтому Инго не пришлось долго искать гостиную.

— А, господин Инго и леди Габриель. — раздался голос Шани. — А я уже начала беспокоиться за вас. Как экскурсия по Лимбу? Удалось найти саркофаги?

— Да. Мы оставили их у стен города. — сказал Инго и оглядел комнату.

На мягких диванах перед небольшим столом сидели четыре человека. Двое из них были Мавис и Шани. А вот двое мужчин были Инго не знакомы.

Первым был средних лет блондин с мужественным лицом, кудрявыми волосами и пышными бакенбардами. Он был одет в громоздкие серебряные доспехи, похожие на те, которые носили имперские гвардейцы. Когда Инго с Габри вошли, то он тут же вскочил на ноги.

— Рад познакомиться. Госпожа Шани мне о вас уже рассказала. Господин Инго, — он поклонился Инго, — леди Габриель, — отвесил поклон Габри. — Меня зовут Артур Кристи. Я, также, как и вы, буду сопровождать господина Шамси.

Сказав это, он перевел осуждающий взгляд на второго незнакомца.

— Тебе тоже следовало бы представиться, Гектор. — сказал Артур.

— Ты и так меня только что представил. — и величественно посмотрев на Инго, тот прибавил:

— Гектор Виккензо.

Он был относительно молод. На узкое лицо спадали пряди длинных, черных волос. Нос, с легкой горбинкой, придавал его взгляду еще более надменный вид. Он походил на одного из тех лордов, которые ходили по Вестерклову, не выпуская из рук веера и тонких шпаг. И лишь его развитое телосложение, и сверкающие доспехи выдавали в нем воина.

— Господа знают кто вы, так что нет смысла прятать лица. — вставила Шани.

Габри тут же принялась снимать паранджу.

— Так значит богорожденный? — протянул Гектор, когда Инго откинул капюшон. — Вы ведь были сейчас в Лимбе? Как вам восьмой локоть?

— Гектор! — Артур снова осуждающе посмотрел на своего товарища. — Сходи лучше проведай госпожу Зезиро.

Гектор поднялся со своего места и пошел в конец комнаты, где находилась еще одна дверь.

— Простите его, он неплохой человек, просто иногда бывает не в настроении. — сказал Артур, обращаясь к Инго.

— А где остальные? — подала голос Габри.

— Изоба и Широяма-сама сопровождают леди Калму и господина Чжао в замок. Нам же туда нельзя.

— И сколько мы тут еще пробудем? — спросил Инго.

— Думаю, до завтрашнего утра. — ответила Шани и напряглась

Инго заметил, что и остальные стали вести себя странно. Артур стал вертеть головой и шмыгать носом, а Мавис приподняла ворот рубашки и понюхала его.

— Чем это пахнет? — спросила она.

Краем глаза Инго увидел, как лицо Габри стало наливаться краской.

— Эмм…нам бы помыться. — сказал Инго.

— Ванная на втором этаже. — сказала Шани. — А вы, господин Инго, можете помыться в соседнем доме. Гоффредо проводит вас.

Отправившись за лакеем, Инго прошел через ту же дверь, через которую недавно вышел Гектор. Пройдя маленький коридор, они очутились в другом доме. Похоже, что все особняки на улице были соединены между собой.

— Прошу сюда. — проговорил лакей, указывая на лестницу. — Ванная прямо по коридору, третья дверь слева.

Сказав это, он молча удалился.

Поднявшись на второй этаж, Инго подошел к указанной двери и распахнул ее. Это оказалась довольно приятная ванная, выложенная из малахита. Покрутив ручки на кране, Инго обнаружил, что здесь есть даже горячая вода. Он не удивился, если бы узнал, что она идет прямо с четвертого яруса Лимба. Такая же система была и в Вестерклове. Жар от кузни греет воду, и та поступает в богатые особняки.

Но только Инго забрался в теплую ванну, как вспомнил, что забыл взять сменную одежду. Какой толк от его помывки, если он потом снова наденет эти пропитанные уксусом тряпки? Бросив свой меховой плащ отмокать в душистой воде, Инго обмотался полотенцем и вышел в коридор. Может быть в одной из комнат он найдет что-нибудь из одежды?

Подойдя к первой попавшейся двери, Инго услышал приглушенный женский голос.

— …Зачем? Зачем? Зачем? Ты. Они их убили? Зачем? Нет. А может да? Ха-ха-ха-ха.

Инго стоял и в оцепенении слушал. Похоже, находящаяся за дверью женщина говорила сама с собой. Кроме ее голоса больше никого не было слышно.

— Ха-ха-ха-ха. Нужно убить. Давайте убьем? Нет. А может да?

Женщина вдруг зашлась рыданиями, а через две секунды снова засмеялась.

— Подождем. Пока подождем. Может ничего не случится. Точно! Не случится. Ха-ха-ха-ха. Кто-то стоит и слушает.

Инго отпрянул от двери. Это она про него? Он тут же «подавил» свою волю.

— Исчез. Ха-ха-ха-ха. Ну и ладно. Смешно. А-а-а-а-а, А-а-а-а-а, А-а-а-а-а.

Она запела. Больше она не говорила. По коридору разносился лишь ее красивый голос, напевающий одну ноту.

Повернувшись чтобы уйти, Инго чуть не впечатался в серебряный доспех Гектора.

— Интересно? — спросил тот.

— Я просто хотел найти одежду. — сказал Инго, и повернув голову в сторону двери, прибавил: — Кто это там?

— Госпожа Зезиро. — спокойно ответил Гектор. — Для тебя этой информации будет достаточно. А одежду можешь взять вот тут. — он открыл соседнюю дверь и развернувшись, стал спускаться по лестнице.

Нет. Этой информации для Инго явно было недостаточно. Но ничего не поделаешь. Войдя в комнату, он стал рыться в чьих-то вещах.

* * *

К вечеру, когда Инго и Габри уже помылись, и вместе с Мавис и Шани сидели в гостиной, в дом возвратились Широ и Изоба. Сразу же за ними в дверь вошли Калма, Чжао и какой-то толстяк.

— Мастер Шамси! — воскликнула Шани, и вскочив на ноги поклонилась толстяку.

Инго расширил глаза. Этот человек и есть Шамси? Не так Инго его представлял.

Шамси был невысокого роста и с грушевидным лицом. На маленький лоб спадали светлые кудри, а толстые щеки тряслись при каждом его движении. Одет он был в безвкусный наряд с пышным воротником и бахромой на рукавах. Странно крякнув, он посмотрел на Инго.

— Это и есть тот богорожденный?

Голос у него был неприятный. Он отдавал высокомерием, но не холодным и изящным, как у Гектора, а дешевым и приторным, как у плохого актера.

— Да. Это господин Инго Форрест. — ласково сказала Шани.

Шамси подошел к Инго, и встав на цыпочки, стал внимательно рассматривать его глаза.

— Мда… Ничего особенного. — разочарованно проговорил он.

— А это леди Мавис и Габриель. — продолжила говорить Шани.

— Да-да. — Шамси помахал рукой, словно отгоняя назойливую муху, и даже не взглянув в сторону девушек, продолжил:

— Я пойду к себе. Зайди ко мне через двадцать минут, Шани. Нужно обсудить завтрашний путь.

— Как прикажете, мастер. — снова поклонилась Шани.

Толстяк стал пыхтеть, поднимаясь по широким ступенькам, попутно отругав одну из служанок, которая попалась ему на пути.

Инго мельком переглянулся с Мавис. На ее лице так же читалось разочарование, смешенное с отвращением.

— На сегодня все. — сказала Шани. — Можете идти спать.

— А нам разве не надо охранять…эмм…господина Шамси? — спросила Габри.

— В Нимбе нам ничего не грозит. — просто ответила Шани. — К тому же тут и без нас охраны хватает.

Сказав это, она встала с дивана и пошла к лестнице.

— Тогда и я пойду. — сказал Инго, и поплелся к каретам, ведь комнат для них так и не выделили.

* * *

Ночь прошла без происшествий. Инго спал как младенец, и даже громогласный храп Харона не помешал ему хорошенько выспаться. Проснувшись раньше всех, он умылся и немного осмотрел город. Он уже успел вчера разузнать о нем немало фактов.

Оказывается, Нимб действительно построен на кронах нескольких исполинских дубов. Двадцатиметровый слой земли удерживает каркас, сделанный из вечных деревьев и лазурной кости. А вот все постройки тут — это живые ветки этих самых дубов, на которых и стоит город. В них просто выточили дома и обделали мрамором и плиткой. Не удивительно, что в некоторых местах и правда можно увидеть выглядывающую прямо из стены дома зеленую ветку дерева.

Жители тут тоже были необычные. Две трети населения Нимба составляли потомки знатных родов. Тут даже жили родственники нескольких знаменитых архидьяконов Ярички. А вот самих храмов Шести Владык в городе не было. Но это и дураку понятно. Инго даже не знал, кто бы в такой ситуации оскорбился бы больше: ведьмы, что на их святой земле построили ненавистный храм, либо священники Ярички, что их храм построили на земле еретиков.

В любом случае Инго недолго задавался этим вопросом, так как уже через полчаса его окликнул Артур.

— Господин Инго. — позвал он, когда Инго подходил к розовому особняку. — Через час мы отбываем.

— Хорошо. — сказал Инго.

— Могу я еще попросить вас на пару слов?

— Да.

Артур повел его в сторону от дома, поближе к деревянной беседке, которые в городе стояли на каждом шагу. Зайдя в тень золотых роз, Артур повернулся к нему лицом. Сейчас, помимо вчерашних лат, на нем была еще накидка с изображением рук, сложенных в молитве.

— Вы, наверно, уже знаете кто мы такие? — спросил Артур.

— Да. Шани что-то говорила о вас. Вроде какой-то особый отряд. — просто ответил Инго.

— Члены военных семей Нимба. — сказал Артур. — «Сломленные».

— Вы за этим меня позвали? Чтобы рассказать кто вы такие? — спросил Инго.

— Не совсем. — Артур посмотрел по сторонам. — На самом деле у меня есть просьба. Господин Харон сказал, что вы тут главный, и что мне стоит переговорить именно с вами… В общем, мы хотели бы присоединиться к повстанцам.

— Вы серьезно? — Инго подумал, что Артур хочет над ним подшутить.

— Абсолютно серьезно. На самом деле мы делаем это только ради госпожи Зезиро.

Инго так и не удалось ничего разузнать об этой женщине.

— Кто она такая? — спросил Инго.

— Наша госпожа. Извините, но больше я вам ничего сказать не могу.

— Как я могу позволить вам вступить в наши ряды, если я не знаю кто вы такие? — удивился Инго.

— Мы воины. Нас немного, всего десять человек, но уверяю, мы не подведем. — сказал Артур.

— Хорошо, я подумаю. В любом случае вам придется переговорить с Гантэром. — сказал Инго.

— Благодарю. — сказал Артур, в легком поклоне.

На этом разговор закончился. Они вместе направились к каретам, к которым еще прибавилась пара кастелл.

Через полчаса ожидания, к ним вышла Шани.

— Господин Инго, вы снова поедете верхом. — сказала она. — Будьте начеку, жизнь мастера бесценна.

Мавис, которая выходила следом, услышав слова Шани скорчила рожу.

Подождав у карет еще десять минут, к ним наконец вышел Шамси.

— Вы все подготовили? — спросил он у Шани. — Проверьте еще раз пружины у карет. И посадите лучшего кучера. Не хочу, чтобы карету трясло.

— Как прикажете. — поклонилась Шани, и пошла выполнять приказ.

— Ты, и ты. — он ткнул пухлыми пальцами в Широ и Габри. — Поедете со мной.

Габри с Широ неуверенно переглянулись.

— Ну чего застыли?! Залезайте и поехали! — воскликнул он.

Еще раз переглянувшись, Габри и Широ залезли в кастеллу.

Оставив их, Инго двинулся дальше. Задумавшись, он не заметил, как прошел мимо своей лошади, и опомнился только тогда, когда перед ним показалась кастелла «сломленных».

— Господин Инго? Вы разве не впереди едете? — спросил Артур, который уже был на лошади.

— Да. Я задумался. — ответил Инго.

Повернувшись чтобы уйти, он заметил в окне кастеллы лицо. Оно принадлежало девушке, лет пятнадцати. Довольно приятное, и немного детское, оно ему кого-то напомнило. Инго казалось, что он уже видел это лицо. Но где? Он бы точно ее запомнил, ведь у девушки были очень длинные, почти до земли, золотистые волосы. Ресницы тоже были необычно длинные. Золотистые, они завивались на ее глазах чарующими узорами.

— Кто это? — спросил Инго, показывая на окно кареты.

— Госпожа Зезиро. — ответил женский голос.

Осмотревшись, Инго увидел остальных членов отряда. Всего их было восемь, если не считать Артура. Шесть мужчин и две женщины. И все, как и Артур с Гектором, больше походили на каких-то аристократов, нежели на воинов.

— Вы же говорили, что вас будет десять. — сказал Инго, обращаясь к Артуру.

— Так и есть. — ответил за Артура Гектор. — Или ты считать не умеешь?

Инго мог бы сказать это и Гектору. За время разговора он успел пересчитать их уже три раза, и всегда у него выходило девять воинов.

— Госп… — начал было говорить Артур, но тут же осекся.

— Вот и он. Вот и он. А-а-а-а-а. — послышался голос Зезиро.

Все взгляды тут же повернулись к карете.

— Все уже тут. Мы едем. Мы едем. А где он? Где он?

Она закрыла лицо руками и зарыдала. И тут же рыдания сменились пением.

— А-а-а-а. А-а-а-а. А-а-а-а.

— Похоже, там все уже готово. — прервал общий ступор голос Гектора.

Инго повернул голову и увидел, что вереница карет тронулась с места.

Усевшись на свою лошадь, он догнал кастеллу в которой сидел Шамси. Покачиваясь в седле, он медленно поплелся следом.

Прошло около получаса, прежде чем они спустились в Лимб. Все это время до него доносилось тихое пение Зезиро. И только когда они стали проезжать главный собор, ее голос утих.

Когда же они проехали каменные ворота, Инго прибавил скорости, и обогнав кортеж, направил лошадь к обочине, где они спрятали саркофаги. Остановившись, он слез с лошади, краем глаза заметив, что и остальная процессия тоже остановилась. Пока он вытаскивал гробы, к нему подошли Шани, Мавис, Широ и Артур.

— Так это и есть те саркофаги? — спросила Шани, разглядывая выпуклые рисунки на гробах.

— Наверно. — сказал Инго. — Кроме них мы ничего не нашли.

— Давайте откроем? — предложила Шани.

Она сняла с ближайшей кареты фонарь и поднесла к крышке гроба.

— Мы уже открывали. — проговорил Инго, вынимая меч и просовывая лезвие под каменную крышку. — Там какие-то забинтованные…

Он поддел крышку, и та со скрежетом отъехала в сторону.

— …штуки. — закончил он.

Все замерли. В каменном гробу покоился забинтованный, овальный предмет. Но на этот раз из груды грязных тряпок высовывалась птичья лапа. Больше всего она напоминала лапу курицы. Притом выглядела она совсем как живая, будто и не лежала тут несколько тысячелетий.

— Вы что, куропаток завернули туда? — раздался голос Гектора над их головами.

Инго постучал мечом по лапе. Похоже, бинты размотались, когда он переносил гробы.

— Давайте развяжем. — предложил Инго.

— А может не надо? — со страхом проговорила Мавис и отошла за спину Широ.

— Ты так боишься куриц? — улыбнулся Инго и потянулся к бинтам.

В этот момент внутри гроба началось движение. В ту же секунду со всех сторон раздался звук вынимающихся мечей. Все в напряжении уставились на бинты, которые все еще продолжали шевелиться. Напряжение повисло в воздухе, и через секунду между бинтами появилась усатая морда.

— А-А-А-А-А-А! — вопль Мавис напугал даже рядом стоявшую Широ, которая дернулась от неожиданности, а Шани схватилась за сердце. — КРЫСА! УБЕРИТЕ ЕЕ!

Артур с облегчением убрал свой меч в ножны, и протянув железную перчатку, схватил черную крысу за хвост.

— И как она туда попала? — спросил он, выбрасывая крысу в кусты.

— Может через дырки. — проговорил Инго, показывая на отверстия в гробу.

— В такое отверстие даже мышь не пролезет. — сказал Гектор.

— Ладно. Грузите их на карету, и поехали. — сказала Шани. — Мы должны приехать в Аллрич до заката. И успокойте уже госпожу Мавис.

Мавис все еще кричала, забравшись на крышу одной из карет. Потребовалось полминуты чтобы убедить ее слезть. И после того, как гробы были закреплены на багажниках карет, они двинулись дальше.

По прошествии нескольких часов, они наконец выехали из чащи и достигли развилки. Но в сторону Каркастла кареты не двинулись. За место этого кучер направил повозки другим путем.

— Мы разве не в Каркастл едем? — спросил Инго у одного из провожатых.

— В Каркастл. Просто господин Шамси выбрал другой путь. Менее опасный. — ответил кучер.

Расслабившись, Инго подъехал к карете «сломленных».

— Что, нечем заняться? — с ухмылкой спросил Гектор.

Инго заметил, что все они были какие-то напряженные. Будто в любой момент ждали нападения.

— Вы не похожи на белланийцев. — сказал Инго, оглядывая воинов.

— Да ты что? — снова ухмыльнулся Гектор. — А ты сам-то откуда?

— Из Вестерклова.

— Что-то я не припомню чтобы видел там смуглых богорожденных. — хмыкнул он, переглянувшись с двумя женщинами.

— Мы все коренные белланийцы. — сказал Артур.

— И…? — Инго указал пальцем на карету в которой ехала Зезиро.

— Она особенно. — сказал Артур.

— А почему вас называют «сломленные»?

Его вопрос заставил всех с улыбкой переглянуться.

— Потому что мы присягнули на верность госпоже Зезиро. — просто ответил Артур.

Его ответ совсем ничего не прояснил для Инго. Он снова перевел взгляд на карету. Сейчас он смог получше ее рассмотреть. Оказалось, что то, что он до этого принял за красивую резьбу и железные узоры, было на самом деле оружие. Карета была просто увешана щитами, мечами и копьями. А на верхушке покоились три железных ящика, замотанные цепями.

Инго приблизился поближе и заглянул в окно. Сейчас Зезиро спала. Ее молодое лицо до сих пор не давало ему покоя. Где же он ее видел? Ведь он точно ее где-то видел!

— Вы так и не хотите сказать мне кто она такая? — спросил он у Артура.

— Я уже все вам рассказал. — ответил воин.

— Мальчишка хочет знать кто она такая? — спросила одна из женщин. — Так расскажи ему.

— Я уже все ему рассказал, Александра. — повторил Артур более строгим тоном.

— Потише вы. — шикнул на них старик с короткой бородой и квадратными скулами. — Вы разбудите госпожу.

— Вы сказали, что хотите к нам присоединиться? — понизив голос спросил Инго. — А как же Шамси? Мы едем с ним лишь до Каркастла.

— Тогда и мы тоже. Мы согласились сопровождать Шамси по своей воле, и можем в любой момент уехать. И госпожа Шани знает об этом. — сказал Артур.

Инго еще раз взглянул на спящую девушку. Может быть Шани знает кто она? Пришпорив лошадь, он двинулся вперед колонны. Доскакав до кареты в которой ехала Шани, он постучал в окно.

— Что-то случилось? — спросила Шани напряженным голосом.

— Нет. Я хотел поговорить насчет «сломленных».

— А, вы хотите узнать про госпожу Зезиро? — лукаво проговорила Шани, сузив под паранджой свои красивые глаза.

— Вы про нее что-нибудь знаете?

— Почти ничего. — ответила Шани, и высунувшись из окна посмотрела в конец колонны. — Слышала она потомок какого-то древнего рода. И еще что ее мать претендовала на титул «первой Вдовы».

— Чушь. — раздался за ее спиной голос Харона. — Первых ведьм отбирают с рождения. И им запрещено иметь детей.

— Вот поэтому я и сказала, что «претендовала». Скорее всего она скрывала что у нее есть дочь.

— И что с ней случилось? — спросил Инго.

Шани пожала плечами.

— Казнили, наверно. — сказала она. — Некоторые законы Белланимы более жестокие чем у Ярички. За предательство веры одно наказание — смерть.

— Фанатики везде одинаковые. — прохрипел Харон. — У вас они, наверно, тоже есть? — он посмотрел на Калму, которая все это время учтиво молчала.

— В Бреталии лишь одна вера. — пропела принцесса. — Люди там поклоняются божеству рассвета. Мать и дочь. Сара и Арис. Воплощение надежды и весны.

— Я слышала про вашу веру. — вставила Шани. — Очень красивая. Но у нас она под запретом, так как это древнее божество.

— Ну а у тебя? — Харон перевел взгляд на Чжао. — Тоже какая-нибудь древняя хрень?

Чжао сидел с другой стороны кареты, поэтому Инго не смог разглядеть его реакцию. Но по голосу было понятно, что вопрос его оскорбил.

— У нас нет веры. Королевство Лин не нуждается в покровителях. — твердым голосом ответил он.

— А я слышала, что в Лин поклоняются драконам. — сказала Шани.

— Мы чтим их как родичей, но мы не просим их о помощи. Наоборот, это мы их защищаем.

— Ну вот, о чем я и говорил. — Харон повертел пальцем у веска. — Драконы у него там, видите ли, водятся.

Инго еще не успел рассказать Харону что под Вестеркловом когда-то тоже жил дракон. Но делать это сейчас, когда рядом Шани, ему не хотелось.

Через пять часов они достигли деревушки, которая называлась Аллрич. Это было торговое поселение, где часто проводились ярмарки. Торговые караваны, которые следовали в Вестерклов останавливались тут на отдых, и местные жители менялись с купцами товарами.

— На сегодня вы можете быть свободны. — сказала Шани, обращаясь к Инго. — Охрану нам обеспечат «сломленные».

Немного побродив по деревне, и купив себе пару безделушек, Инго отправился в ближайшую таверну. Как бы ему не хотелось напиться, чтобы хоть ненадолго забыть тот кошмар, который он увидел в Белланиме, он не стал этого делать. Пропустив несколько стаканов, он отправился к себе в комнату, которую снял на втором этаже. Но хоть его сознание и было немножечко размягчено алкоголем, из головы никак не шли мысли о древних богах, ведьмах и саркофагах. Но усталость и теплый чай с малиной сделали свое дело. Он быстро уснул.

* * *

На следующее утро Инго разбудил голос одного из охранников Зезиро.

— Эй! Как тебя там? Парень! Вставай давай! Мы через пять минут отправляемся.

Инго тут же вскочил на ноги и начал лихорадочно собираться.

Похоже, не только он один проспал. Через несколько секунд он снова услышал тот же голос:

— Леди…эмм…Широ-Миро-Как-Вас-Там. Вставайте! Отправляемся!

Выйдя на улицу, Инго увидел, что почти все уже в сборе. Не хватало только Широ и Мавис. Когда Инго подходил к своей лошади из таверны выбежала растрепанная Мавис.

— Широ сейчас будет. — сказала она. — Только завяжет паранджу.

— Я вычту это из вашего гонорара. — проговорил Шамси, высовывая голову из кареты. — Шани, проследи за этим.

— Как прикажете, мастер. — проговорила Шани из другой кареты.

Когда появилась Широ, кареты тут же двинулись в путь. И снова они выбрали странную дорогу. Инго стало казаться, что они сделали небольшой зигзаг. И точно, после нескольких часов пути он стал замечать знакомые места. Проезжая по узкой дороге, он заметил в кустах чертополоха растерзанные тряпки и латы, которые раньше принадлежали обезглавленному наемнику.

— Мы можем немного свернуть влево? — спросил он у Шани. — Тут недалеко живет мой знакомый…

— Мы не можем отходить от намеченного маршрута. — ласково ответила Шани. — Но вам повезло, мы как раз будем ехать этой дорогой.

Когда колонна повернула налево, Инго стал вглядываться в деревья, которые маячили впереди.

— Куда ты смотришь? — спросила Мавис. Сегодня она ехала вместе с ним на лошадях.

— Тут живет тот лесник. Ну, калека. Помнишь, я тебе рассказывал?

— У которого пять детей?

— Да. Вон там хижина.

Инго указал на дом, который только что появился из-за купы деревьев. Ускорившись, он первым доскакал до маленького дворика. Спрыгнув с лошади, он тут же увидел Асту, которая играла вместе с Венди и своим братом Томом в скакалку. А точнее, играли только Аста и Венди. Том лишь носился вокруг них со своим ведерком.

Увидев Инго, Венди странно дернулась, но разглядев его лицо, улыбнулась, и подбежав, обняла его.

— Чернушка! — завопила Аста и тоже набросилась на него.

А вот Том ничего не заметил, и продолжал носиться вокруг поляны с ведерком.

— Где Ури? — спросил Инго, взъерошив волосы Асте.

— Я позову! — прокричала Аста и поскакала к дому.

Пока она бегала, на поляну уже успели подъехать остальные кареты.

— Только недолго. — проговорила Шани, все еще не выходя из кареты.

Том наконец заметил гостей, и теперь вместе с Венди спрятался за груду дров.

— Не бойтесь. — проговорил Инго, выманивая их. — Это мои друзья. — он показал на Габри, которая уже успела выйти из кареты и снять паранджу.

В этот момент двери дома открылись и на пороге показалась Аста, гордо неся перед собой одну из куриц, которых им подарил Инго. За ней выкатился Ури вместе с Леви и Тоби.

— Господин Инго! — радостно воскликнул Ури. — Рад вас видеть. Смотрю вы уже поправились. Мы очень благодарны за ваши подарки.

— Пустяки. — махнул рукой Инго.

— Это Ряба! — воскликнула Аста, показывая ему курицу. Тут ее взгляд упал на кареты, а затем и на Габри, которая стояла в нескольких шагах. — Ряба! — снова повторила она, показывая курицу девушке.

Осторожно поставив курицу, она убежала в дом. Том тут же ринулся за ней следом.

— Мы проезжали мимо, и решили заскочить. — сказал Инго, переводя взгляд на кареты. — Это моя подруга, Габри…ель. Габриель Стенториан.

Брови Ури на мгновение дернулись вверх, но затем его лицо снова приобрело улыбчиво-наивный вид.

— Рад познакомиться с вами, госпожа Габриель.

— Можно просто Габри. — махнула она рукой.

— А я Мавис. — проговорила Мавис, тоже слезая с лошади.

В этот момент из дома снова выбежали Аста с Томом, неся в руках свои «драгоценности». Сложив все в кучу у порога, они стали по очереди подбегать к девушкам, показывая им свои игрушки.

Габри весело улыбалась им, да и Мавис, похоже, тоже нравилось играть с детьми. Даже Широ вышла из кареты, чтобы с ними познакомиться.

— Если хотите… — начал было Ури, но его тут же прервал громогласный вопль Харона:

— Ури?! Это ты чтоли?! Ну точно! Ах ты старый сукин сын! Как же я рад тебя видеть!

— Харон? — ошарашенно проговорил Ури.

Выбежав из кареты, громовержец с радостным воплем сцапал лесника.

— Ха-ха-ха-ха! Черт побери! Я думал ты умер! Про тебя столько слухов ходило. — проговорил Харон, отпуская своего друга.

— Я тоже рад тебя видеть, Харон. — с улыбкой сказал Ури.

— Вы знакомы? — удивился Инго.

— Конечно! — воскликнул Харон. — Ты разве не знаешь? Это же… — он осекся на полуслове и еще раз осмотрел лесника. — Ури, что с твоими ногами?

— А, это ерунда… — махнул рукой Ури.

— Ерунда?! Да у тебя их нет!

— Дядя Харон! — с упреком воскликнула Габри.

Повернув голову, Инго увидел, что Аста, Том и Венди спрятались за спинами девушек и со страхом смотрят на громовержца.

— Не кричи на Ури! — воскликнула Аста.

Увидев лица детей, Харон на секунду застыл в изумлении, а затем состроил смешную рожу. Подул небольшой ветерок, и в руки громовержца упали несколько шишек. Недолго думая, он стал жонглировать ими.

Дети осторожно вышли из-за спин девушек, и подошли к толстяку. Снова поднялся ветер, и шишки замерли в воздухе. В этот же момент Харон поднял руки над головой и наигранно прорычал:

— У-у-у-у! Сейчас я вас съем! Ха-ха-ха-ха.

Дети с радостными криками бросились врассыпную. Но убежать далеко не смогли. Их подхватил нежный ветерок и поднял на несколько сантиметров от земли.

— Я лечу! Ури смотри! — прокричала Аста.

— Класс! Меня тоже! Меня тоже! — закричал Тоби, увидев летающих сестер и брата.

— И…и меня! — неловко воскликнула Леви.

По двору стали разноситься детские крики.

— Это все твои, Ури? — спросил Харон, поднимая в воздух Леви.

— Да. — ответил лесник.

— Выше! — закричала Аста, пролетая над головой Инго.

Габри же носилась под ними с вытянутыми руками, на случай непредвиденных ситуаций.

— У нас мало времени. — подала голос Шани.

— Хорошо. — проговорил Харон, опуская детей вниз.

Коснувшись земли, Аста плюхнулась на живот, и раскинув руки, продолжила имитировать полет. Том же, схватив свое драгоценное ведерко, подбежал к Харону, и достав из ведерка красную ленту, показал ее громовержцу. Инго узнал ее. Такими лентами торговцы обматывали мешки с фруктами.

— Твое сокровище? Береги его. — сказал Харон, взъерошив светлые волосы мальчика. — Слушай, Ури, а где Лилит? Куда ты ее спрятал, признавайся?

В одно мгновение общее настроение быстро поменялось. Поляну будто окутал мрак, и казалось, что они в одночасье перенеслись на какое-то мрачное мероприятие. И лишь улыбающийся Том и кричащая Аста разбавляли налетевшую тоску, словно лучи солнца, которые пробиваются в темную пещеру.

Лицо Харона тоже изменилось. Улыбка сползла, а через секунду на его лице застыло мрачное понимание.

— Это они?! — он указал пальцем куда-то в сторону. — Эти ведьмы забрали Лилит?! Так это правда?

— Харон, я…

— Так-так-так. — раздался мерзкий голос Шамси.

Дверь кареты распахнулась и из нее вышел гроссмейстер.

— Господин Шамси, вам лучше… — начала Шани.

— Заткнись, и сиди в карете, Шани! — рявкнул он.

— Как прикажете. — грустно ответила Шани, и задернула шторку.

— Так значит вот оно что… — Шамси властно оглядел Ури. — Ага, так и есть. Да, я тебя знаю. Ха-ха-ха. Это ведь тебя опозорили на всю Яричку? Ну точно! — он перевел взгляд на хижину, а затем и на детей. — Тебе тут самое место. А вы, — он перевел взгляд на Инго и девушек, — получите лишь половину гонорара. Это за то, что вынудили меня выйти к этим… УЙДИ ОТ МЕНЯ, ЧЕРНЬ!

Он вырвал из рук Тома, который бегал у его ног, ведерко. Вынув ленту, он разорвал ее, а ведерко бросил себе под ноги и раздавил. Раздался хруст, и деревянные стенки ведерка, не выдержав веса Шамси, сломались. Еще секунда, и по поляне разнесся горестный плач.

— А, ты сломал ведерко Тома! — закричала Аста, поднимаясь на ноги. — Ты плохой!

— НЕ ОРИ НА МЕНЯ, ДРЯНЬ! — закричал Шамси.

Замахнувшись рукой, он ударил девочку. И лишь в последний момент ее успела заслонить спина Ури.

— КАК…ТЫ…СМЕЕШЬ…ТАК…СО…МНОЙ…ГОВОРИТЬ?! — после каждого слова он ударял ногой все еще укрывавшего девочку лесника.

У Инго потемнело в глазах. Давно с ним такого не происходило. Мир снова сузился до одной точки. Он видел лишь тело калеки, которого избивал гроссмейстер. Мысли все ушли, чувства тоже. Его наполнила ярость. Без колебаний он сделал шаг.

— ТВОЕ…МЕСТО…У…МОИХ…НОГ! Чего теб… — но он не успел договорить. В этот момент в его лицо врезался кулак Инго. И лишь в последний миг Инго смог «подавить» волю. Но удар все равно вышел сильным. Шамси откинуло назад, и он врезался головой в окно кареты.

— Мастер Шамси, у вас все в порядке? — раздался голос Шани. — Я беспокоюсь как бы… МАСТЕР ШАМСИ?! — Шани выбралась из кареты и подбежала к бесчувственному телу гроссмейстера. — Что тут произошло?!

— Эмм…он запнулся. — неуверенно ответил Харон.

Только сейчас Инго понял, что он натворил. В мир снова вернулись краски и чувства.

— Запнулся? Но как? — засуетилась Шани. Она посмотрела на кучеров, но те дружно отвернули головы и пожали плечами.

— «Нужно будет купить им выпить» — подумал Инго.

— Я тоже видел, как господин Шамси споткнулся. — раздался из-за карет голос Артура.

— Скорее, нужно ему помочь! — воскликнула Шани, осторожно вынимая пухлую голову из окна кареты. В этот момент с головы гроссмейстера сполз парик, и все увидели его блестящую лысину. Шамси был без сознания.

Инго тем временем стал осматривать поляну. Рядом с ним стояли Тоби и Леви. Сестра все еще держала брата за руки, хотя тот уже и перестал рваться в бой. Рядом с ними Мавис и Габри успокаивали плачущих Тома и Венди.

— Он сломал ведерко Тома! — Аста уже поднялась на ноги, и уперев руки в бока, показала пальцем на Шамси.

— Вот. — Шани наклонилась и положила в руки Асты несколько золотых. Та ошарашенно уставилась на монеты.

— Что это?! — воскликнула девочка.

— Эмм…деньги. — Шани явно была обескуражена. — Помогите мне.

Кучер с неохотой спрыгнул со своего места, и вместе с Изобой, который тоже вышел на улицу, потащил бесчувственное тело Шамси к карете.

— Зачем они мне?! — Аста кинула деньги обратно под ноги женщины. — Давай новое ведерко!

— Аста. — неуверенно проговорил Тоби. — Это же деньги…

— Вот это нормальное! — девочка уже успела подойти к багажнику одной из карет, и стала пытаться отцепить от него большое ведро, в котором хранился деготь для смазки колес.

В этот момент к ней подошел Артур с небольшим металлическим ведерком для омовения.

— Госпожа Зезиро дарит вам этот подарок. — проговорил он, передавая ведерко Асте.

— А это что у тебя?! — спросила Аста, указывая на шлем с забралом, который Артур держал в другой руке.

— Спасибо вам, господин Инго. — услышал Инго голос Ури.

Посмотрев вниз, он увидел, что калека улыбаясь смотрит ему в лицо.

— Да не за что. — проговорил Инго. — Уже давно хотел ему врезать.

— Надеюсь у вас не будет из-за меня неприятностей?

— Брось, какие неприятности? Он же сам «споткнулся», так? И хватит обращаться ко мне на «вы».

Ури снова улыбнулся.

— Молодец. — похлопал его по плечу Харон. — Если честно, если бы не ты, то я его убил бы. Разорвал бы на части. И плевать мне на этих горгон было.

— Рад, что до этого не дошло. — сказал Ури.

— Но какой же он ублюдок, а. — помотал головой Харон и сплюнул. — Надеюсь не все гроссмейстеры такие.

— Том! Том! — послышался голос Асты.

Девочка подбежала ко все еще плачущему брату, сжимая в руках ведерко и шлем Артура.

— Вот ведерко! — воскликнула она. — А еще «щлэм»! Хочешь?! — она показала ему блестящий, украшенный узорами шлем.

Том, оторвав заплаканное лицо от плеча Габри, уставился на ведерко. Взяв его в руки, он кинул в него несколько камушков, которые лежали у него под ногами. Гримаса печали тут же сошла с его лица, сменившись радостной улыбкой.

— Этот «щлэм» тоже тебе! — прокричала Аста. — Смотри, тут двигается! — и они начали играть с забралом.

Тут, из кареты, где все еще сидели Калма с Чжао, высунулась тонкая рука в которой была зажата золотая лента.

— Смотри, Том. — ласково проговорила Габри, садясь рядом с детьми на корточки. — Тебе и ленту дарят.

— Принцесса Калма и господин Чжао разрешают вам выбрать по одной вещи из их гардероба. — сказала служанка «Каменной девы».

— Тогда я хочу все! — воскликнула Аста.

— Аста, нам же разрешили взять по одной вещи. — с упреком сказала Леви, неуверенно подходя к каретам и рассматривая попугаев.

Пока дети выбирали себе подарки, к ним подошел Артур.

— Я никому не расскажу, что тут произошло. — проговорил он.

— Спасибо вам, господин…-

Тут взгляд Ури упал на накидку воина. Он будто впал в ступор. На его лбу появилось несколько складок, а брови сошлись в глубоком раздумье. Улыбка исчезла с лица лесника.

Артур же, казалось, этого совсем не заметил. Подойдя поближе, он наклонился и что-то прошептал калеке. Хоть слова были совсем тихие, Инго смог их услышать:

— Скоро Белланима отправит четвертый отряд на помощь Анастериану.

Когда он отошел, Инго увидел на лице Ури удивление, смешанное с грустью. Лицо Артура тоже выражало скорбь.

— Спасибо вам, господин Артур. — Ури поклонился воину.

Артур ничего не ответил, и развернувшись, направился обратно к карете.

— Ури, смотри что я взяла! Маленькие вилы! — прокричала Аста, подбегая к отцу и показывая ему серебряную вилку.

Еще немного побыв у хижины, они отправились дальше. Дети с лесником еще долго махали им вслед. Шани вместе с Шамси пересели в отдельную карету. Ей так и не удалось привести в чувство гроссмейстера. Но это и к лучшему. Инго боялся, что его удар был недостаточно сильным, чтобы у гроссмейстера отшибло память.

— Здорово ты его приложил. — Мавис, которая ехала рядом, толкнула его локтем.

— …о мой рыцарь в сверкающих доспехах

Сразивший два крыла ужасных…

Ехидно напел Гектор фрагмент из песни «Герой Серебряных гор».

Тут же за их спинами две «сломленных» женщины зашлись хохотом.

— Извините их, господин Инго. — проговорил Артур, тоже еле сдерживая улыбку.

Инго поравнялся с каретой в которой ехала Зезиро. Сейчас она снова бодрствовала. Уставившись в окно таким взглядом, словно первый раз видит лес, она тихо напевала себе под нос любимую мелодию. Заметив взгляд Инго, она улыбнулась.

— Смотрит. Смотрит. Зачем? Не знаю. Глаза белые. А-а-а-а-а. А-а-а-а-а. Почему у него глаза белые? Не знаю. А-а-а-а-а. А-а-а-а-а. Леви. Леви. Леви. Там была Леви. Точно! Там была Леви. Милая. Так выросла. А-а-а-а-а. А-а-а-а-а.

Инго задумался. Он не помнил, чтобы кто-то называл девочку по имени, когда они были на поляне. Но может быть он просто не услышал.

— Вы знаете Ури? — спросил он у Артура.

— Да. Он хороший человек. Когда-то он был главным капелланом Ярички. — сказал Артур.

— Капелланом? — переспросил Инго. Он не сильно вникал в церковные титулы, поэтому не знал кто это такой. — Это какой-то священник?

— Да. Почти. Капелланы — это святые рыцари Ярички. Это многозадачные воины. В их обязанности входят проповеди, участие в святых таинствах и, конечно, сражения. Но главная их задача — это подбадривать дружественные войска и внушать ужас врагам.

— А разве это не задача инквизиторов? — встряла в разговор Мавис.

— Инквизиторы — это слуги «хрена с весами». — сказал Гектор. — А капелланы на уровень повыше, они прислуживают непосредственно «небесному хрену».

Снова раздались несколько смешков.

— Гектор хотел сказать, что инквизиторы служат Владыке Весов, а капелланы — Владыке Неба. — сказал Артур.

— Что же такой важный человек делает в лесу? — удивился Инго.

— Это очень печальная исто… — Артур осекся на полуслове и замер.

— Что такое? — спросила Мавис, глядя на обеспокоенное лицо Артура.

Но не только Артур выглядел взволнованным. Другие «сломленные» тоже напряглись. Даже Гектор убрал с лица высокомерную улыбку.

— Едут? — спросил «сломленный» за вожжами.

— Да. — сказал Артур. — Останавливайся. Нам не уйти.

— Что такое? — взволнованно спросила Мавис.

— Вам нужно срочно уезжать. — сказал Гектор, поворачиваясь к Инго. — Бери своих подружек, и сваливай.

— Эй! Что у вас там случилось?! — раздался впереди голос Харона. — Чего встали?! Колесо отлетело?!

— Езжайте без нас! — крикнул ему Артур. — Сюда едут избавительницы!

— Чего?! — удивился Харон и выпрыгнул из кареты.

— Избавительницы?! — раздался испуганный голос Шани. — Это они за вами?!

— Да! — крикнул Артур. — Так что уезжайте!

Просить дважды не пришлось. Кареты тут же помчались вперед.

— Вы тоже. Уезжайте. — сказал Артур обращаясь к Мавис, Инго и Харону.

— Какого черта? — удивился Харон. — Что им от вас нужно?

— Мы кое-что у них взяли. — сказал «сломленный» старик, которого звали Давид.

— И из-за этого они едут за вами? — не унимался громовержец.

— Да. Так что валите. — сказала Александра.

— Нет. Я останусь. — сказал Харон. — Мы их быстро раскидаем.

— Нет. Вам нельзя вмешиваться. Если Вдовы узнают, что громовержец напал на избавительниц, то Белланима объявит войну Вестерклову. Вы же не хотите лишних жертв?

На лице Харона появилась глубокая задумчивость. Несколько секунд он смотрел стеклянным взглядом, лихорадочно о чем-то думая.

— Ладно. Хорошо. Оставляю это на вас. — наконец проговорил он.

— Я все равно останусь. — сказал Инго.

— Я же сказ… — начал Артур.

— Вы хотите присоединиться к повстанцам? Если да, то я остаюсь. — перебил его Инго.

— Как хочешь. — сдался Артур.

— Я тоже… — начала Мавис.

— Нет! Харон, увези ее! — прикрикнул Инго.

Мгновение, и Мавис сцапала волосатая рука громовержца. Схватив ее, Харон подкинул себя с помощью ветра, и плавно опустился на лошадь.

— Нет, я хочу остаться! — начала протестовать Мавис.

— Будь осторожен. — сказал Харон и пришпорил лошадь.

Глядя вслед удаляющейся лошади, Инго стал замечать, что с ближайших деревьев стали понемногу опадать листья.

— Снова решил поиграть в героя? — послышался голос Гектора. — Тебе же сказали…Что это за хрень?!

Именно в этот момент Инго покрыл себя тенями и создал два черных крыла.

— Сумеречная воля. — сказал Инго.

Все взгляды были устремлены на него. Некоторые «сломленные» так и застыли, ошарашено глядя на него, кто с наполовину вытащенным мечом, а кто с одной ногой в стремени. Общий ступор прервал голос Зезиро:

— Едут. Едут. Они едут. А-а-а-а-а. А-а-а-а-а. Цепи. Цепи. Скоро будут цепи.

— Нет, госпожа. — сказал Артур. — Мы больше не позволим им вас использовать.

Инго снова огляделся. Листопад усилился. Падая, листья гнили и рассыпались прямо в воздухе.

— Всем приготовиться! — скомандовал Артур. — Мы должны защитить госпожу!

Послышался звук вынимания мечей, и «сломленные», как один, подошли к карете и сняли с нее металлические щиты. Инго тоже достал свое оружие.

Листья все падали, но теперь вместе с ними стали гнить и деревья. Они чернели прямо на глазах, и вскоре первая береза накренилась и развалилась кучей пепла. В это же самое мгновение Инго увидел их…

Десять колесниц мчались прямо на них. В каждую было запряжено по пять горгон в металлической броне. Разнося по лесу свой жуткий вой, они вминали в землю падающие под их лапы деревья. Но самыми страшными тут были не горгоны…

Всадницы. В каждой колеснице по две. Они не были похожи на обычных ведьм. За место тяжелых шипастых доспехов, на них были одеты длинные платья, похожие на одежду послушниц. На голове так же была вуаль, которую носят храмовые девы. Кожа некоторых из них тоже была не как у ведьм. Она была старая и сморщенная. Неизменным оставались лишь выжженные глаза. Устремив эти черные впадины перед собой, ведьмы, которые стояли рядом с возницами, сжимали в руках длинные метательные копья. Такие же копья десятками лежали в огромных колчанах на каждой из колесниц. Кроме них, Инго заметил на поясе каждой всадницы по острому серпу.

— Ждем! Не нападаем! — выкрикнул Артур.

— С ума сошел?! — возмутилась вторая женщина.

— Я сказал не нападать! — повторил Артур.

Когда между ними и ведьмами оставалось несколько десятков метров, колесницы резко вильнули в сторону и стали брать их в кольцо. Избавительницы стали кружить вокруг них, не предпринимая никаких действий.

— Что это с ними? — спросил Инго, не отводя взгляда от колесниц.

— А хрен его знает. — проговорил Гектор. — Будь начеку.

Инго и сам прекрасно знал, что ведьмы не просто так сюда явились. Что же им от них нужно? Но его мысли прервал подступивший к горлу привкус железа и дыма. В ход пошла пустая воля.

— Почему они не нападают?! — с ноткой испуга и безумия прокричала Александра.

Инго перевел взгляд на Артура. Тот смотрел перед собой невидящим взглядом, точно также, как и Харон несколько минут назад. Он о чем-то думал. Еще секунда и его глаза расширились от осенившей его мысли.

— ЩИТЫ! — прокричал он.

В это же мгновение взор Инго заслонила стена щитов. «Сломленные» выстроили кольцо вокруг кареты. Раздался лязг железа и щиты в руках воинов разъехались, соединяясь между собой в еще более плотную стену. Инго не раз видел причудливые изобретения кузнецов, но такие щиты видит в первый раз. Внутри них было множество мелких шестеренок, которые крутились, двигая тяжелые пластины и скрепляя их между собой. Но разглядеть как следует это чудо техники ему не удалось.

Как только стена была возведена, в нее тут же врезалось вырванное с корнем дерево. Только из-за того, что пустая воля сделала свое дело, удар был не такой сильный. Сгнивший ствол даже не оставил вмятины. Вместе с деревом по лесу пронесся новый вой. Но это уже были не горгоны.

— Они что, привели голиафов?! — воскликнул Гектор. — Мы не выстоим!

— Кто…? — Инго замер.

Глядя в проем между щитами, он увидел фигуру огромного зверя. Он мчался прямо на них, раскидывая в стороны увядшие деревья. Но как только он приблизился, у Инго перехватило дыхание. Это был не зверь. На них мчался шестиметровый великан, облаченный в черную броню. По виду он напоминал обычного человека — две руки, две ноги, голова… Но передвигался он на четвереньках, словно дикий зверь. Издавая злобный, с оттенками металла, рев, он лязгал длинными цепями, которые болтались на его руках и ногах.

— …это. — закончил Инго.

— Всем приготовиться! — не обращая на Инго внимания, прокричал Артур. — На счет «один» атакуем! Гектор, Алекс — правая нога! Давид, Карл — левая!

Инго сжал крепче свои мечи.

— Три! — прокричал Артур, когда до великана оставалось десять метров.

— Два! — пять метров до чудовища.

— ОДИН!

Над каретой выросла тень. С диким ревом великан поднял свои руки, соединив их в замок, и готовый обрушить всю свою мощь на их головы. В этот же самый миг стена щитов разошлась и по ногам чудовища ударили четыре острых лезвия, моментально отрубив их.

Потеряв равновесие, великан рухнул рядом с каретой. Тут же в его голову вонзились шесть клинков. Инго почувствовал, как его меч пробил стальные пластины на шлеме и вонзился в череп чудовища. На него брызнула теплая кровь. Взревев последний раз, голиаф застыл и больше не двигался. Щиты вновь сомкнулись, отражая копье, посланное в них избавительницами.

— Фу-х! — облегченно выдохнул Гектор. — Я уж думал нам…

Лес снова наполнил вой.

— Чертовы сукины дети! Сколько их тут?! — не выдержал Гектор и прислонился к проему между щитами.

Инго тоже уставился в щель. И тут же застыл в оцепенении. На них мчалось по меньшей мере десяток таких великанов. Все они были разных размеров и телосложений. Некоторые были толстые, с узкой головой, другие тонкие, и даже женственные, с очень длинными ногами и руками. И все они были закованы в латы и передвигались на четвереньках.

— Все. Это конец. — обреченно проговорил Гектор, облокачиваясь о карету.

Тут из окошка кареты высунулась тонкая рука и нежно погладила его по голове.

— Дай мне. Дай мне их убить. Мы их убьем. Точно! Убьем! А-а-а-а-а. А-а-а-а-а.

— Артур… — умоляюще проговорила Александра.

— Хорошо. — со вздохом сказал Артур.

Он подошел к карете и потянулся к одному из железных ящиков, которые лежали на крыше. Руками разорвав цепи, он скинул его на землю. Посмотрев через плечо Артура, Инго увидел, что в ящике лежит полутораметровая булава. Она выглядела очень старой и тяжелой. Ее железный наконечник походил на клетку, в которой тлели красные угольки. Также на наконечнике имелись несколько десятков звеньев, которые издавали позвякивание при каждом движении.

— Скорее, Артур! — позвал Гектор, глядя на приближающихся великанов.

Только он это сказал, как дверца кареты открылась и из нее вышла Зезиро. Она была относительно небольшого роста, и на ней была одета длинная рубашка, похожая на рубашку заключенных, только намного чище и красивее. Она была босоногая и Инго увидел на ее лодыжках и запястьях глубокие отметины от кандалов.

— Сейчас. Сейчас. Я помогу. Я помогу. А-а-а-а. А-а-а-а-а.

— Госпожа Зезиро… — Артур упал на одно колено и преподнес булаву.

Протянув свою тонкую руку, Зезиро с легкостью подняла это грозное оружие. Как только она коснулась рукояти, то угли в наконечнике вспыхнули кровавым пламенем и железо вокруг них стало раскаляться. Тут же стена щитов открылась, давая ей пройти.

Зезиро спокойно пошагала навстречу великанам, размахивая булавой у своих ног, словно непоседливый ребенок, который палкой бьет траву. Инго заметил, что как только она вышла из своего укрытия, ведьмы тут же перестали метать свои копья, и теперь просто кружили вокруг них.

— Что происходит? Вы же должны ее защищать, разве нет? — спросил он, глядя на Зезиро.

— Просто смотри. — сказал Артур.

Но Инго не мог просто смотреть. На девушку мчались десять разъяренных чудовищ, готовые разорвать ее на части. Призвав тени, он ринулся на помощь, но было уже поздно. До Зезиро уже добрался первый голиаф. Нависнув, он уже был готов раздавить ее, как в эту же секунду на него обрушилась горящая булава. Единственный удар этой хрупкой девочки, и голова великана разлетелась на куски, разметав по опавшим листьям кровь вперемешку с искореженным железом и мозгами.

Наблюдая за ней, Инго наконец понял, кто был тем «десятым воином».

Второго великана постигла та же участь. Отлетев на несколько метров, он врезался в дерево и больше не двигался. А вот третий монстр даже не смог добежать до Зезиро, и упал в нескольких метрах от нее грудой ржавых доспехов и праха.

— Черт, это уже перебор. — проговорил Артур. — Готовьте цепи.

— Ты же говорил… — начал было Давид.

— Я знаю, что я говорил! У нас нет выбора! — с горечью воскликнул Артур.

Тем временем Зезиро уже вовсю кромсала оставшихся великанов.

— А ты чего встал? — раздался справа от Инго голос Гектора. — Займись лучше ведьмами.

— А? Да… — Инго только сейчас понял, что вот уже минуту пялится на Зезиро.

Прогнав все мысли, он взмахнул крыльями и взмыл в небо. На секунду застыв и выбрав себе цель, он спикировал на одну из колесниц. Его удар тут же снес голову ведьме. Пока ее тело падало, он успел схватить с ее пояса серп, и вонзить его в голову второй ведьмы. Вытолкнув трупы, он перехватил вожжи, и направил горгон на другую колесницу. Когда до столкновения оставалась пара метров, он снова взмыл в небо, прихватив с собой несколько копий. Паря над поляной, он стал метать копья в оставшихся ведьм. Время от времени он пикировал, чтобы убить очередную избавительницу, попутно пополняя свой арсенал новыми копьями. Похоже, эти женщины не были обучены ближнему бою, так как практически не сопротивлялись.

Когда под ним оставалось всего три колесницы, он услышал пронзительный крик. Повернув голову, он увидел огромную воронку из пепла и праха. Поляна теперь напоминала маленький клочок серой пустыни, посреди которой стояла фигура Зезиро. Она размахивала своей булавой, хотя все враги уже были повержены. От некоторых и вовсе ничего не осталось, кроме клочков ржавых доспехов.

Увидев эту картину, избавительницы развернули свои колесницы, и направились прочь. Инго не стал их преследовать. Все равно в Белланиме рано или поздно узнают, что тут произошло.

Спустившись к карете, он увидел всех девятерых воинов в полном облачении. На всех, кроме Артура, были надеты шлемы, а в руках они держали десятки цепей.

— Избавительницы уехали. — сказал Инго.

— Молодец, герой. — язвительно проговорил один из шлемов голосом Гектора.

— Зачем вам цепи? — спросил Инго.

— Нужно сковать госпожу Зезиро, а то она совсем потеряет над собой контроль. — сказал Артур.

В этот момент по лесу снова прокатился крик Зезиро. Повернув голову, она ринулась на них.

— Уходи! — крикнул Артур, отталкивая Инго в сторону.

Он раскрутил цепь, и метнул ее в Зезиро. Но цепь просто развалилась прямо в полете на звенья.

Инго понял, что Зезиро сейчас убьет своих слуг, поэтому не придумал ничего другого, кроме как прыгнуть на обезумевшую девушку. Обхватив ее руками, он взмахнул крыльями и взмыл вместе с ней в воздух.

— ОТПУСТИ! — закричала Зезиро. — Я УБЬЮ ИХ! ВСЕХ! ВСЕХ! ВСЕХ!

Она стала вырываться, и Инго пришлось приложить неимоверные усилия, чтобы удержать ее. По силе она была равна Гантэру и Широ. Инго стал терять контроль над крыльями, и его стало бросать из стороны в сторону. Пролетев над кронами деревьев, они врезались в дерево, проломив толстый ствол. Сопротивление Зезиро стало еще сильнее, и Инго, призвав тени, окутал ими девушку.

Как только он это сделал, то и его самого тоже поглотила тьма.

Инго почувствовал, как тело Зезиро растаяло в его руках. И тут же к нему пришло осознание, что он снова видит чьи-то воспоминания. Воспоминания Зезиро.

Из тьмы вырисовывались каменные стены, украшенные выпуклыми фресками. Он находился в круглой комнате, в центре которой сидела Зезиро. Ее руки и ноги были прикованы цепями к полу. Похоже, она спала.

Тени стали вырисовывать тысячи свечей, которыми было заставлено все остальное пространство. Вечные свечи стояли вокруг девушки, но свет от них был совсем тусклым. И тут Инго увидел, что между свечами течет кровь. Осмотревшись, он увидел, что кровь капает с тел прикованных к стенам ведьм. Сотни женщин были прибиты к камням толстыми железными кольями. Многие уже были мертвы.

Взгляд Инго снова упал на Зезиро. Она не спала. Теперь он это понял. Закрыв голову руками, она покачивалась из стороны в сторону, шепча себе под нос:

— Не надо. Не надо. Не надо.

Как только ее голых ног коснулась кровь, девушка закричала. Крик был настолько пропитан болью, что у Инго невольно выступили слезы. Он на секунду зажмурил глаза, а когда открыл, то снова увидел настоящую Зезиро, которая трепыхалась в его руках.

Он лежал вместе с девушкой рядом с повалянным деревом, держа ее за плечи. Но теперь удерживать ее стало куда проще. Он чувствовал невероятную силу в своих руках.

— Не надо. Не надо. Не надо. А-а-а-а-а. А-а-а-а-а. А-а-а-а-а.

Зезиро свернулась калачиком и заплакала, закрыв лицо ладонями.

— Эй? Эмм… Зезиро. — проговорил Инго, осторожно отпуская ее плечи.

— А-а-а-а-а. А-а-а-а-а.

— Зезиро. Зезиро! — Инго оторвал ладони от ее лица. — Все кончилось.

Зезиро медленно открыла глаза, словно боясь увидеть что-то ужасное, и уставилась на Инго наивным взглядом. Хлопнув несколько раз своими длинными ресницами, она осмотрелась.

— Где я? — спросила она.

— Чт…что? — не понял Инго. Он не ожидал услышать такую внятную речь от этой девушки.

— Где я? — повторила вопрос Зезиро. — А ты кто?

— Я? — Инго был обескуражен. — Я Инго.

Но девушка уже его не слушала и снова начала оглядываться. Тут ее взгляд упал на тени, которые все еще тянулись от Инго к ее ногам. Она резко вздрогнула, и стала задом отползать от него.

Инго понял свою ошибку, и тут же развеял тени. Как только он это сделал, то почувствовал, как наполняющая его сила тут же исчезла.

— Все в порядке. — проговорил он, поднимая руки. — Я тебя не трону.

— Госпожа Зезиро! — послышался из-за кустов голос Гектора.

— Мы тут! — крикнул Инго, не отводя взгляда от девушки.

Та уже успокоилась и теперь с любопытством смотрела на него. На ее заплаканном лице даже появилась неуверенная улыбка, которую она попыталась скрыть за прижатыми к лицу кулаками. Рассматривая его, она снова запела.

— Госпожа? — проговорил Гектор, выходя из кустов. В руках он держал цепи, но как только увидел поющую Зезиро, тут же выкинул их в сторону.

За ним появился и Артур.

— С вами все в порядке? — спросил он, обращаясь по большей части к Инго.

— Да. Кажется, она успокоилась.

— Вот и славно. — Артур упал на одно колено перед Зезиро и промолвил: — Госпожа, нам нужно ехать.

Зезиро протянула свою руку и ласково погладила его по голове. Затем, поднявшись на ноги, она весело пошагала в сторону кареты.

Инго тоже встал. Он так до конца и не понял, что случилось. В его голове мелькнула одна интересная идея, но проверить ее он сможет только в Каркастле, когда найдет кого-нибудь из громовержцев.

Идя вслед за «сломленными», он заметил, что те остановились. Все их взгляды были прикованы к Зезиро, которая развернулась и пошла обратно к Инго.

— Госпожа? — неуверенно проговорила Александра.

— Чего тебе? — спросил Инго, когда девушка подошла вплотную к нему.

Молча, она встала на цыпочки и чмокнула его в щеку. Весело улыбнувшись, она развернулась и пошла дальше.

Похищение

После поездки в Белланиму, Инго уже ничему не удивлялся. И даже встреча с великанами не казалась ему такой странной. Поразило его лишь их неожиданное появление. Как потом ему рассказал Артур, это были выращенные алхимиками чудовища. А точнее, люди превращенные в них.

Прежде чем отправиться в Каркастл, они полчаса провозились с каретой. Из-за пустой воли у нее сломались несколько колес, и им пришлось менять их на колеса от колесниц. Пока они этим занимались, Инго отметил общую невозмутимость. «Сломленные» вели повседневные беседы и даже подшучивали, в то время как в карете тихонько напевала Зезиро.

— А нам разве не стоит торопиться? — спросил Инго у Артура.

— Нет. Ведьмы больше не появятся. — ответил тот, но потом немного поникшим голосом прибавил: — Но скорее всего они отправят свои отряды на помощь Анастериану.

Инго не удивили его слова. Ему даже стало немного интересно. Не каждый день удается сразиться с настоящей цепной ведьмой.

— Вы сказали, что забрали из Белланимы что-то ценное. Что именно? — спросил Инго.

Артур перевел взгляд на железные ящики, в одном из которых покоилась булава.

— Три реликвии. — сказал он.

— Ты про булаву?

Артур кивнул.

— Брах-Маширас. Молот первых королей. Но он по праву принадлежит госпоже Зезиро.

— А остальные два? — спросил Инго.

— А остальные два… — повторил Артур и задумался. — Да какая разница? Реликвии и все тут. Они все принадлежат госпоже.

Инго не стал расспрашивать дальше. Он и так уже увидел больше, чем ему хотелось. Выходит, Зезиро была одной из одержимых. Инго много раз слышал от Дедушки про людей, в тела которых заточили демонов. Значит сказки оказались былью? Вот только за место демонов в тело девушки заточили души ведьм.

— А что это за сумеречная воля? — прервал его раздумья Давид.

— А? — Инго не сразу отошел от своих мыслей. — А, ты про мою волю?

Он призвал тени и окутал себя ими.

— Я слышал про такое, но думал это выдумки. — проговорил Артур, рассматривая Инго. — Это какая-то черная вода?

— Тени. — ответил Инго.

На самом деле он и сам точно не знал, что это такое. Но интуиция подсказывала ему, что это могут быть только тени.

Взгляды остальных тоже были прикованы к нему. Даже Зезиро перестала напевать, и вытянув из окна руку, потрогала Инго за плечо.

— Похоже, ты понравился госпоже. — с ноткой зависти в голосе проговорила вторая женщина.

Прошло около трех часов, прежде чем они выехали на проселочную дорогу. К этому времени все уже забыли про недавнее нападение. Даже Зезиро улыбаясь, смотрела на золотистые поля пшеницы, которые раскинулись до горизонта.

— Скоро доедем до Каркастла. — сказал Артур. — Надеюсь, Шамси еще не пришел в сознание.

Инго тоже стал об этом беспокоиться. Если гроссмейстер проснется, он скорее всего не захочет отдавать своих горгон. И это самое меньшее, что может случиться. Ведь он может выдать их драгунам Каркастла, которые по силе во много превосходили гвардейцев, и считались элитными воинами.

— Если что, то у меня есть знакомый алхимик. — сказал Давид, покосившись на Инго. — Он как раз должен быть в этом городе. У него может найтись зелье, которое сотрет память.

Еще через полчаса пути они услышали шум воды и увидели первые водяные мельницы города. Инго был в нетерпении, ведь Каркастл считался одним из самых богатых городов империи.

Каркастл — город, построенный прямо на мосту. Этот мост проходил через самый широкий пролив империи, который соединял Северное и Суммийское море. Когда-то в древности, купцы, которые следовали из Лимминг Мун в Вестерклов, останавливались на этом мосту переночевать. Из-за большой проходимости, некоторые купцы начали ставить торговые палатки прямо на каменных пролетах моста и меняться с другими торговцами своими товарами. Вскоре прямо на мосту образовалась ярмарка. А затем, богатые торговцы стали возводить тут свои магазины, чтобы торговать на постоянной основе. Так, дом за домом, на мосту появился целый город. Сейчас же, кроме торговли, деньги городу приносили корабли, которые проходили под мостом, оставляя пошлину, но при этом окупаясь за счет товаров, которые они продавали в городе. Также большой доход приносили мануфактуры. Из-за большого обилия водяных мельниц тут было много разных мастерских, кузниц и пекарней.

— Ты ведь еще не был в Каркастле? — спросил Артур, глядя на Инго.

— Нет. А ты был?

— Нет, но вот Алекс с Карлом были. — он повернулся к своим товарищам. — И Гектор, вроде, тоже.

— Не-е. Я был в Брумусе. — ответил Гектор. — Когда мы проезжали Каркастл, то я спал.

— Говорят, тут выводят лучших коней империи. — Инго стал припоминать все, что слышал об этом месте.

— Еще бы. Тут ведь вся военная элита — это конные войска. — сказал Давид. — Да, вы что-то хотели, госпожа?

Зезиро только что выглянула из окошка кареты. Ее длинные струящиеся волосы тут же подхватил сильный ветер, и они, словно золотое знамя, взмыли над железной крышей кареты.

— А-а-а-а-а. А-а-а-а-а. Колеса. Колеса. Город. Город. — она указала пальцем на только что появившиеся на горизонте огромные водяные мельницы.

— Да, город. — ласково проговорил старик.

Инго тоже посмотрел вперед. Прямо над золотой рекой из колосьев пшеницы, высились несколько десятков круглых колес, которые медленно крутились, словно огромные шестеренки. Из-за этого город походил на часовой механизм. И только когда Инго увидел первые каменные дома, он понял, насколько огромные были эти мельницы. Каждое колесо было не меньше ста метров в высоту. Даже шпили замка, который стоял посередине моста, были меньше. Сам город был серого цвета и, как и мост, был сделан из булыжников и досок. Некоторые дома были построены даже по краям моста, словно каменные наросты. Из многих домов валил черный дымок, который спиралями поднимался в голубое небо.

— Каркастл ведь еще знаменит своими банями. — сказал Давид. — Надо будет сходить попариться.

— Но сначала нам нужно найти остальных. — сказал Артур. — Ты знаешь где они могут быть? — он посмотрел на Инго.

Но Инго лишь пожал плечами. Откуда ему знать? Он тут в первый раз. Хотя…

— У меня тут есть знакомый, можно будет спросить у него. — сказал Инго. — Его зовут Руквуд, у него тут таверна. «Павлинье перо» или как-то так.

— «Павлиний хвост»? — спросил Давид.

— Ты его знаешь? — удивился Инго.

— А кто его не знает? Скоро станет шестым «черным» аукционером. — ответил старик.

— Они скорее всего в королевском замке, либо в… Да вон же они! — Александра указала на несколько карет, которые стояли посреди поля. Около них находились стражники и несколько всадников.

— Спрячь глаза, Инго. — сказал Артур.

Накинув капюшон, Инго стал всматриваться вперед.

— Похоже, что у них что-то сломалось. — сказал Гектор, рассматривая повозки.

Когда до карет оставалось несколько десятков метров, Инго увидел, что рядом с повозками стоят несколько кузнецов и чинят колеса. Тут же была и Мавис с накинутым балахоном. Облокотивших о кареты, она наблюдала за рабочими. Заметив «сломленных», она поспешила навстречу.

— С вами все в порядке? — взволнованно спросила она, заглядывая в окошко кареты.

В этот момент произошла забавная, на взгляд Инго, ситуация. Выглянув из окна, Зезиро наклонилась к Мавис и тоже чмокнула ту в щеку. Затем улыбнувшись, забралась обратно и снова запела.

— Похоже, госпоже понравилось целоваться. — проговорила вторая женщина, глядя на обескураженную Мавис, которая теперь держалась за щеку и краснела.

— Что у вас там произошло?! — грозным голосом спросил Давид, глядя на Инго.

— «Ничего!» «Харон сломал карету». — одновременно сказали Инго и Мавис.

Похоже, Мавис подумала, что вопрос был адресован ей, хотя Инго был уверен, что старик спрашивал его про ту ситуацию в кустах.

— Харон сломал карету? — переспросил Артур.

— Да. — сказала Мавис. — Незаметно, с помощью своей воли. Он не хотел, чтобы Шамси довезли до города. Тот все еще без сознания, и Шани говорит, что не отдаст горгон, пока «мастер» не очухается.

— У нас есть план. — Инго переглянулся с Давидом. — Мы сотрем ему память.

— Тогда нужно поторопиться. Его уже отвезли в город на другой карете. Было бы подозрительно, если бы у всех повозок вдруг стали ломаться колеса. А у вас-то как дела?

— Все нормально, как видишь. — сказал Инго.

— За вами же гнались избавительницы. — проговорила Мавис.

— Потом расскажу. Сейчас нужно добраться до города. — сказал Инго и посмотрел на Давида. — Как зовут твоего алхимика?

— Мендакс Вик.

— Так я его знаю! — воскликнул Инго. — И Руквуд тоже. Уверен, что в его трактире Вик и ошивается.

— Тогда нужно поспешить. — сказал Артур.

Давид кивнул и пустил лошадей рысью. Мавис тем временем запрыгнула на багажник кареты.

— А где остальные? — спросил Инго у девушки.

— Все уехали с Шани.

Город стал неумолимо приближаться. Вскоре на них упала первая тень от огромного колеса, хотя до самого города было еще далеко.

Подъезжая ко входу, Инго заметил, что у города нет крепостных стен. Ну оно и понятно, ведь это в первую очередь был мост. За место них город защищали острые железные пики, которые торчали прямо из воды. Как понял Инго, эти пики служили чем-то вроде «ограничителя» для судов, которые собирались проплыть между морями. У входа на мост так же стояла большая, мраморная арка, которая ну никак не вписывалась в каменный пейзаж города. Инго сразу же вспомнил «Каменную деву» и чувство стиля ее владельцев. Но хоть город и был серым и каменным, улицы выглядели очень уютными. На домах росли длинные плющи с красивыми, розовыми колокольчиками. На каждом шагу стояли фонтанчики, а по маленьким акведукам приятно журчала вода. Огромные водяные мельницы так же наполняли город своим особенным, деревянным скрипом. Жизнь тут казалась очень спокойной и размеренной.

— Вы из Белланимы? — обратился к ним стражник, который стоял у арки. — Но ведьмы только позавчера приезжали.

— Мы тут по особому распоряжению кардинала. — соврал Гектор и показал ему какую-то печать.

Стражник, увидев печать, тут же вытянулся по стойке смирно.

— Мы ищем карету, на которой доставили гроссмейстера. — сказал Артур.

— Гроссмейстера? — удивленно переспросил стражник, ненадолго расслабившись. — То есть… Не могу знать таких! — снова вытянувшись по стойке, отрапортовал стражник.

— А какая карета проехала тут последней? — спросила Мавис.

— Телега с цитрусами из Лимминг Мун, госпожа.

— Да я про ту, которая проехала внутрь, идиот. — зло проговорила Мавис.

— Повозка с углем.

— Ладно, забудь. Скажи лучше где «Павлиний хвост»? — спросил Инго.

— Это на восьмом пролете внешней улицы. — ответил стражник, показывая вперед. — Прямо под третьим колесом. Вон оно. — он указал на водяную мельницу, которая была чуть пониже, и находилась перпендикулярно первых двух колес.

Проехав в город, они стали двигаться вдоль главной улицы. Как понял Инго, тут было всего две улицы. Первая, та, по которой они ехали — внешняя улица. Вторая же находилась прямо внутри моста — внутренняя.

— Может они поехали в госпиталь? — вслух подумала Мавис.

— А он тут вообще есть? — спросил Инго у Александры.

Но та лишь пожала плечами.

Проезжая между мелких магазинчиков, Инго вдруг увидел в проеме между домами толстую задницу громовержца. Харон стоял на коленях, просунув свою голову в железный люк. Рядом с ним стояла большая бутылка атласского вина.

Мавис тоже заметила его и сразу же закричала:

— Харон! Эй, Харон!

Толстяк тут же вынул голову из люка и посмотрел в их сторону.

— «Нет, он точно не пьяный» — подумал Инго, глядя на лицо громовержца. За эти несколько месяцев он научился распознавать стадии опьянения, в которых иногда находился Харон.

— Чего ты орешь? — прошипел на Мавис громовержец, подходя к карете. — Меня же могут узнать.

— Что ты там делаешь? А где остальные? И зачем тебе вино? — затараторила Мавис, не обращая на упрек Харона никакого внимания.

— Уехали на внутреннюю улицу. В какой-то там храм, где есть госпиталь. Вот сижу, ищу. Черт знает где он… — почесал затылок Харон.

— А бутылка тебе зачем? — спросил Инго.

— Хотел напоить этого хрена, когда тот очухается. — сказал громовержец, откупоривая пробку и немного отпив из горлышка.

— У нас есть план получше. — сказал Инго. — Ты ведь знаешь Мендакса?

— Вика чтоли? Конечно. Тот еще сукин сын.

— Так вот, он сейчас в этом городе. Он может сделать нам зелье, которое сотрет память Шамси.

— Хм. — задумался Харон. — Идея неплохая, только вот Вик не станет просто так это делать. Да и за деньги он может подсунуть какую-нибудь козлиную мочу, или того хуже — свою. Хотя для этого гроссмейстерского ублюдка будет в самый раз.

— Мы сейчас едем в «Павлиний хвост», возможно Вик там. — сказал Инго. — Можешь пока разузнать куда именно отвезли Шамси?

— Постараюсь. — сказал Харон, и развернувшись, направился к люку.

Инго же, вместе с остальными, отправился дальше. Ехать пришлось около двадцати минут. Несколько раз путь им преграждали отряды драгунов. Это были помпезные всадники с длинными пиками и кучей ленточек и бантов. Такими же пестрыми были и их кони. Но хоть они и выглядели так, как будто только что сбежали из цирка, по силе они не уступали гвардейским капитанам. Драгуны считались элитными воинами империи. Находясь в авангарде войск, они первые врезались в ряды противника, сметая их своими пиками, и хороня под копытами самсонских жеребцов.

— Ну и шушера. — протянул Гектор, когда около него проплыл целый букет из перьев, ленточек и бантов. — Почему одеты они, а стыдно мне?

Вскоре они подъехали к водяной мельнице, на которую указал стражник. Вблизи она казалась еще больше, а ее ось была размером с целый дом. Но вот каких-либо построек, Инго рядом с мельницей не увидел.

— И где этот трактир? — проговорил он.

— Вон там, видишь? Вывеска. — Артур указал на ось, около которой и вправду висела вывеска «Павлиний хвост», а рядом была и сама дверь.

— Трактир что, прямо внутри мельницы находится? — удивилась Мавис.

Пока остальные возились с каретой и помогали Зезиро выйти, Инго открыл дверь и зашел в трактир.

Внутри заведения все было сделано из дерева. Но первое, что ему бросилось в глаза, была куча рычагов и деревянных шестеренок на каждой стене, которые медленно крутились, издавая приятный скрип. Посетителей в трактире было немного, но все же больше, чем надеялся здесь увидеть Инго. Несколько стражников сидели в дальнем конце заведения и играли в карты, еще было несколько девиц в пышных платьях и парочка забулдыг. Сам же хозяин, как и следовало ожидать, сидел на высоком стуле около барной стойки и властно оглядывал свои владения.

Руквуд был когда-то опекуном Инго и Серрары, но, когда сестру отдали пиратам, он внезапно исчез, попутно избавившись от своего трактира в Вестерклове. Только полгода назад Инго узнал, что у этого лысеющего и беззубого старика есть другой трактир, который тот открыл в Каркастле.

Заметив Инго, старик и бровью не пошевелил. Похоже, он его не узнал из-за надвинутого капюшона. Вряд ли Руквуд вообще надеется увидеть тут Инго. Подходя к барной стойке, Инго увидел мелкого парнишку, лет десяти, который крутился около столов, разнося на подносе еду и напитки. Похоже, этот старый хрен и тут нашел себе помощника.

— Чего изволите, господин? — спросил парнишка, преграждая ему путь выдвинутым стулом. — Прошу садиться.

— Я хотел поговорить с Руквудом. — сказал Инго, показывая на хозяина.

— Мастер Руквуд не может сейчас говорить, он ждет очень важного гостя.

— Что? — Инго не смог удержаться от смешка. — Серьезно?

— Да, мастер…

— Эй, старый пердун! — весело крикнул Инго отодвигая парнишку в сторону. — С каких это пор ты стал «мастером»?

Лицо Руквуда на секунду потупилось, а затем на нем проступило понимание.

— Инго? — проговорил он, вставая со стула. — А я все думал, когда ты объявишься.

Подойдя, он протянул Инго свою сморщенную ладонь.

— Ты знал, что я приеду? — удивился Инго.

— Конечно. Амар мне про тебя уже рассказал, и про то, что ты приедешь сюда за конями. — ответил старик, и прибавил: — Да отпусти ты его уже, Лу.

Инго посмотрел вниз и увидел, что парнишка вцепился в его пояс и всеми силами пытается оттолкнуть назад от старика.

— Это твой новый помощник? — спросил Инго, показывая на мальчишку.

— Да. Детей у меня нет, а дело передать кому-то надо. — сказал Руквуд. — Ты присаживайся. Тебе ром или обычного пива?

— Мне сейчас некогда пить. — отмахнулся Инго.

И он рассказал про сложившуюся ситуацию.

— Мендакс сейчас скорее всего на внутреннем рынке…или уже в тюрьме. — задумался Руквуд. — Эй, Лу, сгоняй в водную тюрьму, посмотри, нет ли там Вика. Если он там, то скажи стражникам чтобы они отпустили его и привели сюда.

Поставив поднос на ближайший стол, мальчишка стрелой вылетел из трактира, чуть не врезавшись по пути в вошедшую Зезиро.

— Руквуд! — раздался позади девушки голос Давида. — Все еще жив?

— А, это ты… — проговорил старик, смерив воина безразличным взглядом. — Я гляжу, и ты еще не подох. А это кто? — он посмотрел на Зезиро.

— Кто это? Кто это? Я. Это я. И я тоже. Ха, смешно говорит.

— Это госпожа Зезиро. — сказал Артур, который вошел вслед за Давидом.

— Г-госпожа Зезиро? — переспросил старик и замер. Секунду он пялился на девушку, а потом, поклонившись, прошепелявил: — Прошу прощения за мою бестактность.

Инго посмотрел на Руквуда. Похоже, он знает кто такая Зезиро. Нужно будет потом его расспросить.

— Нам нужны комнаты. — продолжил Артур.

— Да, конечно. Сюда пожалуйста.

Он подошел к одной из крутящихся шестеренок и потянул деревянный рычаг, который находился рядом. Раздался скрип, и барная стойка отъехала в сторону, открыв проход на второй этаж. Никто из присутствующих не обратил на это никакого внимания. Похоже, такие механизмы в этом городе не редкость.

Пока гости поднимались в свои комнаты, Инго подошел к старику и спросил:

— Ты знаешь где тут находится госпиталь?

— Тут их три. Скорее всего твоего Шамси отвезли в храмовый, который находится на внутренней улице.

Он объяснил Инго как добраться до госпиталя. К этому времени к ним подошла Мавис. Слушая объяснения Руквуда, она не удержалась и потянула за еще один рычаг, который находился на стене. Раздался грохот и несколько бутылок попадали со своих полок. «Здание» начало вращаться.

— Что ты делаешь, дура?! — закричал на нее Руквуд, подбегая к рычагам.

— Я нечаянно. — проговорила Мавис и улыбнулась Инго из-за лысины старика.

— В общем, я все сказал. Тебе надо на внутренние улицы. — проговорил Руквуд, дергая рычаги и возвращая таверну в прежнее положение.

Взяв карту города, которую ему дал Руквуд, Инго с Мавис вышли из таверны.

— Сейчас нам нужно найти Шамси. — сказал Инго. — Руквуд сказал, что он где-то внутри моста. И еще найти горгон.

— А их зачем? — удивилась Мавис.

— Если ничего не выгорит, то мы их просто украдем. — спокойно сказал Инго.

— Тогда я поищу их. — сказала Мавис.

— А ты справишься? — неуверенно спросил Инго. Уж больно хорошо ему было известно неумение Мавис ориентироваться в пространствах.

— Конечно! Это же мост. Тут всего одна улица. — обиженно проговорила она.

— Две. — поправил Инго и вручил ей карту.

— Ну две. Все равно не много.

Проводив взглядом Мавис до ближайшего поворота, он направился вниз по ступенькам, которые вели во внутреннюю часть моста. Пройдя через каменный проем, он замер. Ему показалось, что он в одночасье попал на какую-то ярмарку. Перед ним растянулась огромная площадь, по которой сновали сотни людей. Внутренняя улица была точной копией внешней, за исключением того, что тут было очень душно, людно и ярко. Хоть над улицей и был каменный потолок, все вокруг освещали десятки тысяч янтарных фонарей. Помимо этого, свет исходил от сотен лавочек и магазинчиков, которых тут было хоть отбавляй.

— Не хочешь развлечься, дорогуша? — раздался ласковый голос, и Инго почувствовал, как кто-то нежно провел рукой по его подбородку. Повернув голову, он увидел несколько проституток, которые стояли около борделя.

— Нет. Не сейчас. — ответил Инго, отрывая от них взгляд. — Лучше скажи, как пройти к госпиталю при храме Шести?

— Тебе к пятому пролету. — сказала одна из женщин. — Ты не пропустишь.

— Спасибо. — Инго вынул золотую монету и не глядя положил ее в широкий бюст куртизанки.

Протискиваясь между людьми, он стал пробираться в центр улицы. Сейчас он понял, как был устроен этот город.

У моста было пятьдесят пролетов. На внешней улице это было не видно, но снизу он смог разглядеть широкие столбы, на которых и держался мост. Кроме того, на каждом из пролетов висел большой гобелен с номером столба. Подняв голову, он увидел цифру «VIII». Под ней красовались несколько гербов и сотни вывесок. «Пестрые бани», «Платиновые бани», «Бани с иглами», «Цветочные бани». Были и совсем странные названия, вроде «Могильных бань». Казалось, что кроме бань, в этом месте больше ничего и не было. Но это не так. Магазины и бордели тут встречались на каждом шагу. Зазывалы без стеснения приглашали гостей провести приятное время с красавицами со всех концов империи и не только. Инго, конечно, видел нечто подобное в Вестерклове, но, чтобы вот так, прямо днем… Похоже, бургомистр Каркастла не особо беспокоится по этому поводу.

Повернув направо, Инго направился по широкой улице в сторону большой цифры «VII», которая маячила над красными крышами домов. По пути ему попадались разношерстные лица — от высоких и статных вестеркловцев, до низких, закрывающих лицо грязными тряпками и нимбом из мух, кочевников.

Запахи тут тоже были странными. То в его нос ударял сладковатый аромат мыла и духов, который через мгновение сменялся лесным запахом хвои и травы, а то и вовсе он чувствовал запах еды, который менялся на более привлекательный аромат имперских вин и заморских ликеров.

И так продолжалось на протяжении всего пути. Ему даже стало казаться, что он топчется на одном месте, так как все было похоже, и лишь сменяющиеся цифры над его головой говорили о том, что он все-таки движется.

Через десять минут ходьбы, он увидел первый храм. Это была церквушка Силестии, и по сравнению с теми громадинами, которые он видел в Вестерклове и Белланиме, она казалась просто кукольным домиком. Хотя все остальные храмы, которых тут было не мало, тоже не выделялись размерами. Но в отличие от церкви Силестии, маленькие храмы Шести Владык Инго уже видел в Вестерклове. Но все равно его немного позабавило такое соседство: сначала шла церковь Силестии с маленькими шпилями и башенками, затем находился бордель, с не менее величественными «куполами», а потом уже шли храмы Владык.

Но хоть Инго и нашел храмы, понять, в каком именно находится госпиталь, он так и не смог. Все здания были на одно лицо — позолоченные и с кучей статуй.

Заметив вышедшего из храма священника, Инго тут же подскочил к нему.

— Я ищу госпиталь. — сказал он, стараясь пониже натянуть капюшон.

— Сегодня госпиталь на пятом пролете закрыт. — ответил священник. — Вам лучше отправиться…

— Почему закрыт? — перебил его Инго.

Было видно, что священник знает ответ, но не хочет ему говорить, а придумать отговорку у него фантазии не хватает.

— А-а-а…Э-э-э-э…Там крыс ловят. То есть…да. Крыс. — замялся священник.

— Я как раз крысолов. — тут же ответил Инго. — Меня прислали из Тимберлора.

— Слушайте, — понизил голос священник, — никаких крыс там не ловят. Я не знаю кого туда доставили, но это какая-то важная шишка. Нас попросили молчать, поэтому…госпиталь закрыт.

— Ясно. — тоже шепотом проговорил Инго, и наклонившись, бросил несколько золотых монет в кувшин с водой, который священник держал в руках. — Где этот госпиталь?

— Вон там. — священник указал взглядом на низенький храм, который был третьим по счет, и ничем не отличался от соседних зданий.

Оставив священника, Инго двинулся к храму, стараясь держаться другой стороны улицы. Сейчас ему не надо лишний раз попадаться на глаза, особенно Шани и Изобе.

Подойдя к храму, он стал оглядывать ворота. Если бы священник его не предупредил, то он бы и не узнал в стоявших по бокам ворот «храмовниках», замаскированных наемников. Похоже, Шани уже начала что-то подозревать.

Пройдя мимо, он свернул в другой храм, который стоял рядом. Быстро пройдя маленький сад, он зашел внутрь здания. Времени осматриваться у него не было. Миновав несколько рядов скамеек, он вошел в противоположную дверь. Это оказался зал Владыки Весов. К счастью, тут не было инквизиторов, да и вообще людей в целом. Зато были два витражных окна, которые и были ему нужны. Подбежав к одному из них, он открыл его и высунулся наружу. Его капюшон тут же откинул сильный ветер. Похоже, здание находилось на самом краю, и под его ногами были несколько деревянных балок, которые высовывались над стометровой пропастью.

Выпрыгнув из окна, он тут же ухватился за одну из балок. Оказывается, под внутренними улицами была укрепляющая конструкция из дерева. Балки находились горизонтально и по ним можно было спокойно передвигаться. На некоторых из них даже висело выстиранное белье. Так же над балками были сотни люков, которые время от времени открывались, выплескивая в реку отходы. Под мостом, на расстоянии ста метров, был сам пролив. Там же находился и порт. К мосту тянулись несколько лифтов, которые и поднимали в город товары.

Инго стал двигаться, перепрыгивая с одной балки, на другую. Ему даже не пришлось пригибаться, так как доски были расположены под мостом на расстоянии двух метров.

Преодолев несколько балок, Инго остановился. Сейчас он должен находиться прямо под госпиталем. Тут тоже было несколько люков, но забираться в них Инго не стал. За место этого он подошел к краю моста и посмотрел наверх. Там виднелось пять витражных окон. Инго был уверен, что в одном из них он и найдет Шамси.

Инго стал осторожно подниматься по выпирающим из стен булыжникам. Он не хотел использовать крылья, так как боялся, что его смогут увидеть с пришвартованных внизу кораблей. Но все же он сделал себе черные «когти», чтобы лучше держаться за стену.

Поднявшись к первому окну, он стал вглядываться через разноцветные стекла. Это был чей-то кабинет. Рядом было еще одно открытое окно. Переместившись к нему, Инго замер.

За окном была просторная комната с широкой, двуспальной кроватью, на которой лежал Шамси. Рядом с ним, заботливо поглаживая по большому синяку, сидела Шани. Двери в комнату были открыты, и по бокам проема стояли Широ и Изоба. В комнате же находились Габри и Харон. Толстый громовержец все еще держал в руках бутылку с вином, и обиженно глядел на Шамси. А вот Калмы и Чжао нигде не было видно.

— Да не беспокойтесь вы так. Давайте я ему налью бокальчик? Сразу придет в сознание. — проговорил Харон, обращаясь к Шани.

— Благодарю вас за заботу, но целители лучше знают, что необходимо мастеру. Они сказали, что скоро он придет в сознание.

Инго занервничал. Нужно скорее что-то предпринять.

Шани, Изоба и Широ находились к нему спиной, и поэтому он решился высунуться из окна.

— Ин…! — воскликнула Габри и тут же прикрыла рот.

Шани заметила это, но Габри уже успела отвертеться обычным кашлем.

Харон тоже заметил его. Чтобы скрыть свой взгляд, он приложился к бутылке и подмигнул сквозь нее.

Жестами дав друзьям понять, что скоро вернется, он снова спрыгнул на балки и стал судорожно обдумывать план действий:

Если он украдет Шамси, то Широ и Изоба бросятся за ним в погоню. Широ уже все знает, поэтому не станет всерьез преследовать его. Но вот Изоба… Инго нужно украсть Шамси, и при этом не выдать себя. Это значит, что ему нельзя использовать тени, так как Шани и Изоба уже знают про них.

Инго стал оглядывать балки. На них висели разные тряпки вместе с одеждой. Подбежав к белью, он стал выбирать чем ему можно прикрыться. Скинув свой капюшон, он нацепил на себя какую-то черную тогу и обмотался черными шторами. Вытащив меч, он посмотрел на свое отражение. Получилось неплохо. Он стал похож на одного из разведчиков Умбра Тан.

Дальше он начал искать чем бы ему быстро схватить Шамси. На глаза тут же попался кусок веревки. Схватив ее, он сделал петлю. Осталось только накинуть ее на тело гроссмейстера.

Снова поднявшись к нужному окну, он затаил дыхание. Шамси уже стал двигаться, и со стонами приподнялся с груды бархатных подушек, на которых лежал.

Сейчас или никогда! У него будет лишь одна попытка.

Запрыгнув на подоконник, Инго расправил петлю и швырнул ее в сторону Шамси. У него чуть не остановилось сердце, когда гроссмейстер вдруг стал наклоняться. Петля не попадет! Но тут внезапно подул легкий ветерок, и петля, крутанувшись в воздухе, мягко упала прямо на голову Шамси и затянулась на его пухлом животе.

Секунду гроссмейстер со своей служанкой пялились на петлю, а затем Шани медленно перевела свой взгляд по веревке к окну.

Недолго думая, Инго спрыгнул вниз на балку, потянув при этом за веревку. Еще мгновение, и над его головой раздался звон стекла, а из окна вылетела туша гроссмейстера. В нужный момент Инго успел схватить толстяка за шиворот и втянул его на балки. То ли от страха, то ли от боли, но Шамси снова потерял сознание. Без лишних раздумий, Инго обмотал себя веревкой, и привязав к себе бесчувственное тело толстяка, ринулся бежать.

Преодолев пару балок, он услышал, как позади него спрыгнула пара сапог. Обернувшись, он увидел воина с тремя мечами. Интересно, что будет делать Изоба? Инго так и не удалось увидеть его в деле. Но сейчас у Инго нет на это времени. Нужно побыстрее убежать.

Перепрыгивая через балки, он направился в сторону шестого пролета. К этому времени на доски спрыгнули уже и Широ с громовержцами. Направляясь за Инго, они держались чуть позади Изобы.

Кровь внутри Инго так и бурлила. Погоня стала приносить ему радость. Прыгая по доскам, он то и дело уходил в сторону от очередного «душа» из помоев, который выливался из открывающихся люков. Сам же Шамси мирно покоился у него на спине. Если бы не воля, то Инго и метра не пронес эту стокилограммовую тушу.

Но вот, делая очередной прыжок, он увидел промелькнувший рядом с его головой меч, к которому была прикреплена длинная цепь.

— «Этот кретин что, хочет убить Шамси?!» — подумал Инго, оборачиваясь и глядя на Изобу. Тот продолжал его преследовать, одновременно притягивая свой меч обратно.

Пробежав еще несколько сотен метров, Инго увидел перед собой лопасть водяной мельницы, которая поднималась вверх. Без колебаний, он прыгнул в нее и полез дальше. Справа и слева него замелькали каменные стены с запотевшими окнами.

Остановившись, Инго огляделся. Изобы нигде не было видно. Глубоко вздохнув, он стал пробираться дальше. И вот, когда колесо «довезло» его до крыш домов внутренней улицы, в одном из окон Инго увидел фигуру наемника. Оказывается, Изоба решил срезать путь через бани.

У Инго не было ни единого шанса уклониться. Оставалось только призвать тени. Но тут, снова налетел ветер, и Инго отбросило назад, прямо в противоположное окно.

Плюхнувшись в теплую воду, он поднял сноп мыльных пузырей. Он попал прямо в купальни. Рядом с ним как ни в чем не бывало развалился какой-то толстый барон. Сидя в обнимку с несколькими проститутками он лениво поднял ладони, словно спрашивая: «Ну и что дальше ты собрался делать»?

Под визг куртизанок, Инго подобрал дрейфующего Шамси (он там еще жив?), и выбравшись из купальни, направился к единственной двери. Виляя по лабиринтам комнат, он то и дело встречал в них голых посетителей, намывающих свое тело душистыми маслами.

По звукам сзади он понял, что Изоба не отстает. Интересно, сколько Шани заплатила ему за такую преданность?

Пробегая очередную комнату, Инго заметил несколько рычагов на стене. Недолго думая, он потянул за них. Комната тут же начала вращаться. В полу открылись несколько люков, а сверху упала пара лестниц. Проигнорировав их, Инго вбежал в другую комнату и там тоже стал дергать за рычаги.

Так он стал делать в каждом помещении, через которые пробегал. Комнаты стали ходить ходуном. Со всех сторон лилась вода, вынося в узкие коридоры испуганных клиентов. В конце концов Инго и сам запутался в устроенном им хаосе. Выбив первое попавшееся окно, он выпрыгнул на улицу.

Оказавшись на просторной площади, он смог с облегчением вздохнуть. Затеряться в такой толпе было проще простого. Но на всякий случай он стянул с какого-то прилавка разноцветный платок, и накрыл им тело Шамси, превратив его в большой тюк.

Бредя между толпами людей, он посмотрел наверх. Сейчас он был на шестом пролете. Значит ему придется преодолеть еще два пролета, чтобы добраться до трактира. Интересно, Вик уже там?

Его раздумья прервали восемь наемников, которые стояли посреди улицы и всматривались в проходящих мимо людей. Но Инго не стал останавливаться. Стащив по пути у зазевавшегося факира банку с горючей смесью, он прицельно швырнул ее в одного из наемников. Того тут же окатило пахучей жидкостью. Еще до конца не поняв, что произошло, наемник вынул свой меч и стал оглядываться. И в этот момент у его ног упал второй предмет, посланный Инго. Железное кресаловысекло сноп искр из каменного пола, и наемника тут же объяло пламя. В панике он упал на землю и стал кататься, а его товарищи, бросив поиски, стали тушить друга своими длинными плащами.

Вокруг наемников быстро собралась толпа зевак. Проходящие мимо люди стали бросать им деньги, думая, что это какое-то представление. Воспользовавшись этой толкучкой, Инго смог спокойно пройти дальше.

Больше никаких препятствий он не увидел. Идя в толпе, Инго даже немного раздосадовался, что погоня так быстро закончилась. Он только начал входить во вкус. Тем временем «сверток» на его спине стал двигаться, и над его ухом противно простонал голос Шамси:

— Что…что со мной? Где я? А ты кто?

— Целитель. Несу вас на оздоровительные процедуры. — ответил Инго.

— Что…? Постой…к-какие процедуры?

Шамси начал ерзать, и Инго стало неудобно его нести.

— Постой…я…нет, мне сейчас нельзя на процедуры. А где Шани? Я должен сказать ей про этого богорожденного. Его должны немедленно казнить!

Инго ожидал подобной реакции. Повернув голову, он показал Шамси свои глаза.

— Ты! Страж…м-м-м-м-м! — рот гроссмейстера обмотали веревки из тени.

— Тсс. — Инго приложил палец к губам. — Ты же не хочешь, чтобы я тебя прямо тут убил?

На лице Шамси выступили слезы, и он судорожно помотал головой.

— Ну вот и отлично. — проговорил Инго.

Призвав еще теней, он обмотал ими Шамси и прижал к своему тело. Теперь, когда Изоба его не видит, можно смело использовать волю. Проходящие мимо люди тоже не обращали на него внимания. Тени довольно хорошо сливались с его черной одеждой.

Прошагав так десять минут, он наконец увидел большую цифру «VIII». Осталось только подняться наверх и зайти в трактир. Но только он повернул на лестницу, которая вела на внешнюю улицу, как тут же столкнулся с Изобой.

Не прошло и секунды, как в него полетел меч на цепи. Инго не оставалось ничего другого, кроме как использовать волю. Создав крылья, он взмахнул ими и в одно мгновение оказался на крыше здания.

Все. Изобе теперь все известно. Придется убить его. Ну или стереть память, как и Шамси.

Пробежав по крыше, Инго выпрыгнул в маленький проем, снова оказавшись снаружи моста. Перепрыгнув на балки, он взмахнул крыльями и перелетел на водяное колесо. В этот же момент около него снова пролетел меч на цепи. Повернув голову, Инго увидел наемника, который уже лез к нему по железным звеньям цепи.

— «Вот ведь настырный ублюдок». - подумал Инго. — «Такого и убивать жалко».

Инго решил сохранить жизнь Изобе. Только как его поймать, чтобы потом изменить память? Об этом он подумает после. Сейчас нужно доставить Шамси к Руквуду. Похоже, гроссмейстер уже успел несколько раз обделаться. Эх, лучше бы он оставался без сознания.

Взмахнув крыльями, Инго перелетел еще на несколько лопастей выше. Посмотрев вниз, Инго увидел окно таверны, которое находилось прямо в оси колеса. Но вот беда, до него было метров сорок. За то время, пока Инго «доедет» до него, Изоба их уже догонит. Делать нечего, оттолкнувшись от колеса, он спикировал вниз.

— М-м-м-м-м-м! — послышалось над его ухом. Шамси в третий раз потерял сознание.

Расправив крылья, он плавно приземлился на маленький балкончик. Заглядывать в окно ему было не нужно. Инго был уверен, что оно ведет в таверну. Поэтому он просто распахнул его и влез в комнату, попутно закрыв за собой створки.

— Какого черта! — послышался удивленный голос Александры, и за ним тут же последовал красивый голос Зезиро:

— А-а-а-а-а. А-а-а-а-а. Вот и он. Вот и он. Влетел в окно. Как? Я не знаю.

Перед Инго стояла полуголая Зезиро, которую переодевала ее преданная слуга. Инго отметил, что тело у девушки тоже не слишком развито. Примерно, как у Мавис. Но любоваться долго не пришлось, Александра тут же схватилась за меч.

— Погоди! — Инго сорвал с лица простыню. — Это я!

— Совсем чтоли охренел?! — прокричала Александра тыча в него клинком.

На ее крик вбежали и другие «сломленные». Гектор, увидев Инго, первым опустил меч.

— А, это обычный извращенец. Ну, вы и без меня справитесь. — сказав это, он развернулся чтобы уйти, но не смог сделать и шага, как его сбила Широ.

Расталкивая воинов, она вбежала в комнату и направилась к окну.

— У вас что, у всех крыша поехала?! — воскликнула Александра, закрывая тело Зезиро полотенцем. — А ну живо свали…!

Но ее голос заглушил звон бьющегося стекла. В этот момент в окно влетел Изоба, разбив его вдребезги. Похоже, он использовал свой меч на цепи как абордажный крюк. Но что-либо сделать он так и не смог…

Не останавливаясь, Широ отвела кулак в сторону, а затем обрушила его прямо в лицо наемника. Изобу отбросило в окно, и лишь в последний момент Широ успела схватить его за штанину. Наемник, как и Шамси, потерял сознание.

Наступила тишина. Все взгляды были устремлены на бесчувственное тело наемника, из носа которого тонкой струйкой текла кровь. Первой молчание нарушила Зезиро:

— Упал. Упал. Зачем? Я не знаю. Ха-ха-ха.

Она захлопала в ладоши и запела.

— Что тут происходит? — спросил Артур.

— Это Шамси. — Инго убрал тени и положил тело гроссмейстера на пол.

— А второй? Это ведь прислужник Шани? — спросил Давид.

— Да. Он знает, что это я похитил Шамси, поэтому придется стереть память и ему. — сказал Инго.

— А он вообще жив? — спросил Карл.

— Должен. — ответила Широ. — Я не сильно била.

— Может быть вы уже свалите отсюда? — злобно проговорила Александра, которая все еще закрывала собой тело Зезиро, за что заслужила «чмок» в щеку от своей госпожи.

Забрав Шамси и Изобу, они покинули комнату под очередной аккомпанемент Зезиро.

— Вик уже тут? — спросил Инго, спускаясь по узкому проходу.

— Не знаю. — ответил Артур. — Мы еще не спускались в трактир. Давай их сюда. — он открыл дверь комнаты, которая находилась этажом ниже.

— Я схожу, поищу Руквуда. — сказал Инго, накидывая свой капюшон.

Спустившись еще на этаж ниже, он увидел открытый проем, через который виднелась барная стойка. Там же он увидел и помощника Руквуда, а значит тот уже выполнил поручение старика. Вот только самого хозяина нигде не было видно.

Пройдя в основной зал, Инго похлопал парнишку по плечу.

— Где Руквуд?

— Мастер Руквуд в своем кабинете. — ответил парнишка и вернулся к протиранию столов.

— И где его кабинет?

— Мастер Руквуд не позволяет посторонним входить туда. — сказал мальчик, не отводя взгляда от стола.

— Слушай, — Инго поднял мальчишку за шкирку, — мне некогда с тобой спорить. Я Руквуду почти что как сын. Так что показывай давай, где тут его кабинет.

Мальчишка покосился на стол, за которым все еще сидели стражники. Инго мигом все смекнул, как только увидел, как те стали тянуться к своим мечам

Но предпринять он так ничего и не смог, так как за барной стойкой уже появился сам хозяин.

— Опустите мечи, олухи. — рявкнул Руквуд, глядя на стражников. — А ты, — он ткнул в Инго пальцем, — иди за мной.

Инго поставил мальчугана на место, и зашел за барную стойку. Там, в полу, был открыт люк.

— Я смотрю у тебя тут все схвачено. — сказал Инго, спускаясь по мраморной лестнице.

— Еще бы. — ухмыльнулся старик. — Специально обзавелся дополнительной охраной, чтобы не беспокоили такие, как твоя сестрица.

— Ты же вроде с пиратами раньше дружил.

— Дружил, да раздружил. — прошепелявил Руквуд.

Спустившись вниз, Инго увидел большой зал, который был еще не достроен. Вся мебель тут была выточена прямо из стен и пола, а посередине уже вырисовывались контуры большой сцены.

— Тебе нужно было назваться не «Павлиний хвост», а «Гнездо термитов». — сказал Инго, разглядывая помещение.

— Вот и я то же самое ему говорю. — раздался услужливый голос справа от Инго.

Повернув голову, Инго увидел маленького, лысого старика с пергаментной кожей.

— Тебя забыли спросить, Вик. — буркнул Руквуд.

— Рад снова тебя увидеть, Инго. — проговорил Вик, протягивая ему руку. — Руквуд сказал, что тебе нужна моя помощь.

— Ага. Нужно стереть кое-кому память. — сказал Инго.

— Так, прикинем… — алхимик уставился в потолок и задумался. — Если тебе нужно просто одурманить, то это будет стоить пятьсот золотых…

— Тебе же сказали, что нужно стереть память. — вставил Руквуд.

— Да-да, я понял. Так-с…

Он стал доставать из складок своей мантии какие-то склянки и маленькую горелку. Через минуту на столе уже появилась целая лаборатория. И где он только все это прятал?

— Три тысячи за «кукушкин дурман». — проговорил Вик, насыпая в колбу какой-то порошок. — И еще мне понадобится сам «клиент».

— Вообще-то их двое. — сказал Инго.

— Тогда шесть тысяч.

— А харя не треснет? — снова подал голос Руквуд.

— Ладно-ладно, три. — улыбаясь сказал алхимик. — Наденьте вот это. — он протянул им две маски. Сам же алхимик работал без защиты.

Через пять минут он закончил приготовление своего зелья. Осторожно взяв дымящуюся колбу, он проговорил:

— Давайте, ведите меня к этому Шамси.

Осторожно ступая, он поплелся вслед за Инго. Войдя в комнату «сломленных», Инго увидел, что Шамси и Изоба сидят на стульях, связанные цепями. Изоба уже пришел в сознание, а вот гроссмейстер все еще не подавал признаков жизни.

— Всех посторонних прошу удалиться. — сказал он, закрывая колбу рукой.

Когда «сломленные» и Широ удалились, алхимик произнес:

— Кого первого?

— Сначала вот этого. — Инго кивнул в сторону Изобы. — Сделай так, чтобы он забыл, что я украл Шамси.

— Будет сделано. Только прошу сохранять молчание. — сказал алхимик.

Вик осторожно поднес колбу к лицу наемника и дунул на выходивший из нее белый пар. Темнокожее лицо тут же обдало белой струей, и хмурый взгляд наемника вмиг стал безучастным.

— ТЫ. УПУСТИЛ. ПОХИТИТЕЛЯ. — очень четко проговорил Вик. — ТЫ. НЕ СМОГ. РАЗГЛЯДЕТЬ. ЕГО. ЛИЦО. НО. ТЫ. УВЕРЕН. ЧТО. ЭТО. БЫЛ. СЕРЫЙ. УДИЛЬЩИК. — сказав это, он прошептал Инго: — Это разбойники. Они занимаются похищением людей.

Повторив эту мантру несколько раз, Вик обратился к наемнику:

— Повтори, что я тебе сказал.

— Э-э-м-э-м-э-м-э. — промычал Изоба.

— Похоже, твое зелье не сработало. — вставил Руквуд.

— Не может быть. — растерянно проговорил Вик.

— Все нормально. — сказал Инго. — Он просто немой.

— Зачем тогда нужно было изменять его память? — спросил Руквуд. — Все равно он ничего не сможет рассказать.

— То, что он не может говорить, не значит, что он не сможет рассказать, старина. — сказал алхимик, подходя к двери. — Эй, вы там, забирайте этого.

В комнату вошла Широ, и положив Изобу себе на плечи, вынесла в коридор.

— Через двадцать минут он придет в себя. — кинул ей вдогонку алхимик. — Отнеси его на внутреннюю улицу, и брось где-нибудь.

Когда дверь снова закрылась, Вик повернулся к Шамси.

— Так-с… Этого придется разбудить.

Он достал еще один пузырек, и открыв его, поднес к своему носу.

— Да, оно. — проговорил алхимик, морща лицо.

Как только он поднес пузырек к носу Шамси, толстяк тут же открыл глаза, состроив при этом еще более отвратительную рожу. Но сказать он ничего так и не успел, так как в лицо ему уже врезались белые клубы пара.

— ТЕБЯ. НИКТО. НЕ. БИЛ. ТЫ… — начал было говорить Вик и тут же обернулся, так как дверь в комнату открылась и внутрь зашла Мавис.

— Не город, а муравейник какой-то. — со вздохом проговорила она, закрывая дверь.

— Муравейник… — потерянным голосом пробормотал Шамси.

— Что? НЕТ! — занервничал Вик.

— А вы что делаете? — спросила она, глядя на присутствующих. — Да скажите уже в чем дело? Что вы все на меня вылупились?

— Вылупились… — повторил Шамси.

— ЗАТКНИСЬ, ДУРА! — рявкнул на нее Вик.

— Заткнись, дура… — последовало от гроссмейстера.

— У вас, похоже, совсем крыша поехала. — повертев пальцем у виска, сказала Мавис. — Кстати, я нашла горгон…

— Совсем крыша поехала…горгоны. — проговорил Шамси, и уронив голову, захрапел.

— Все. — устало проговорил Вик, плюхнувшись на стул. — Я сделал все, что смог. За последствия я не отвечаю. С вас три тысячи.

Инго осуждающе посмотрел на Мавис.

— Что? — непонимающе спросила та, переводя взгляд с него на гроссмейстера. — Это ведь Шамси? Вы его все-таки похитили?

— Да, а теперь нужно доставить его обратно. — сказал Вик.

Пока Инго ходил за деньгами, в трактир вернулась Широ.

— Отнесешь Шамси обратно? Скажи, что поймала похитителя и сбросила его в реку. — объяснил ей Инго. — Меня, если что, встретила на обратном пути. Я тоже пойду с тобой.

По дороге в храм они еще несколько раз повторили план, сгладив все неловкие углы. По легенде, Широ поймала «похитителя» на одной из балок, и скинула его в реку. Инго же все это время находился в банях, отдыхал после бойни с избавительницами, а когда выходил, наткнулся на Широ. В подтверждении этому был запах масел, который исходил от него после беготни по баням.

Когда они достигли госпиталя, то сразу же увидели Харона, стоявшего около дверей в храм.

— Ну как?

— Все нормально. Наверно. — проговорил Инго, покосившись на все еще храпевшего Шамси. — Изоба еще не вернулся?

— Нет. — сказал Харон. — Ладно, давайте, заносите его.

Открыв им дверь, громовержец последовал за ними. Но только они сделали несколько шагов, как дверь, которая находилась на втором этаже зала, открылась, и на лестницу выбежала Шани.

— Мастер Шамси! — прокричала она, спускаясь вниз. За ней вышла и Габри. — Мастер Шамси! С вами все хорошо?!

— Он в порядке. — сказала Широ.

— Вы поймали похитителя? — спросила служанка, переводя заплаканные глаза на Инго.

— Я убила его. — ответила Широ.

— А где Изоба?

— У шестого пролета мы разделились. Больше я его не видела.

В этот момент послышалось невнятное мычание. Шамси начал приходить в себя.

— Скорее, нужно обработать раны. — засуетилась Шани, глядя на маленькие царапины на лице гроссмейстера, которые достались ему от осколков стекла.

Поднявшись наверх, Широ положила толстяка на кровать. Вместе с ней в комнату вошли и трое целителей в длинных, красных рясах и с золотыми кулонами в виде костей.

— Я встретил Широ на внутренней улице, когда выходил из бани. — вставил Инго, когда Шани уселась на стул рядом с кроватью. — Вижу у вас тут случилась маленькая заварушка.

— Мастера Шамси похитили. — дрожащим голосом ответила Шани.

Пока целители осматривали гроссмейстера, Инго заметил, что в комнате находятся и Калма с Чжао. Похоже, Шани решила, что на них тоже может случиться покушение.

— А почему вы были в бане?! — сорвалась Шани, когда толстяк в очередной раз застонал. — Разве я не говорила, что жизнь мастера Шамси важнее всего?!

Инго на секунду остолбенел. Он никак не ожидал услышать подобное от Шани. Ему понадобилось несколько секунд, чтобы собраться с мыслями.

— Что? Я…я…Вообще-то, я, если вы не забыли, сражался с избавительницами! — Инго попытался придать как можно больше веса своим словам. — Я защищал вас! К тому же мы договаривались что будем защищать вас лишь до Каркастла! Вы должны быть благодарны, что Широ вообще спасла его! Она могла этого и не делать! — закончил свою речь Инго. К этому времени Шани снова залилась слезами.

— П-прошу прощения. — всхлипывая, проговорила она. — Это в-все нервы. Спасибо вам, что спасли мастера. Я позабочусь о том, чтобы вас достойно воз…мастер Шамси!

В этот момент Шамси открыл глаза и как ни в чем не бывало поднялся на ноги.

— Где я? — спросил он, осматривая комнату.

— Мы в Каркастле, мастер.

— Уже?! — удивился гроссмейстер. — Отлично…а…это кто? — он посмотрел на целителей.

— Лучшие целители. — ответила Шани.

— А я вроде не болен. — сказал Шамси и посмотрел на целителей. — Можете идти.

Раскланявшись, священники вышли из комнаты.

— Мастер, вы что же, ничего не помните? — обеспокоенно спросила Шани.

— Не помню? А что я должен помнить? Хотя… — взгляд гроссмейстера на секунду стал стеклянным, а затем, дернувшись, он воскликнул: — Где они?!

— К-кто? — перепугано спросила Шани.

— М-муравьи! Муравьи! — заорал Шамси.

— Муравьи? — переспросила Шани.

Инго с Широ переглянулись.

— ГДЕ ЭТИ ЧЕРТОВЫ НАСЕКОМЫЕ?! ОНИ ВЫЛУПИЛИСЬ, А ЗАТЕМ НАПАЛИ НА МЕНЯ!

— О чем вы, мастер Шамси? Тут нет никаких муравь…

— ЗАТКНИСЬ, ДУРА! — проорал толстяк. — У ТЕБЯ ЧТО, СОВСЕМ КРЫША ПОЕХАЛА? И ОТДАЙ ИМ НАКОНЕЦ ЭТИХ ЧЕРТОВЫХ ГОРГОН!

Произнеся свою речь, гроссмейстер откинулся на подушки, и захрапел.

В комнате повисла гробовая тишина, если не считать, конечно, храпение Шамси.

— М-муравьи? — снова повторила Шани. — Какие еще муравьи?

— Скорее всего господин говорит про «трупных миног». — сказал Чжао. — Это насекомые, которые очень похожи на муравьев. Они откладывают яйца в трупах, и когда вылупляются, то могут сразу же напасть на жертву. Когда мы ехали, я видел один труп у дороги. Наверно тогда одна из миног и забралась в карету, а когда ужалила господина, то тот потерял сознание и упал.

— Да, я тоже про них слышала. — кивнула Калма.

— Миноги? — удивленно проговорила Шани. — А они разве водятся в Тирне?

— Наверно перебрались на телах перелетных птиц. — сказал Чжао.

— А они не опасны? — спросила Габри. Похоже, она, как и остальные, приняла бред Шамси за чистую монету.

— Их яд вызывает небольшой оттек. — Шани перевела взгляд на синяк под глазом гроссмейстера, на котором отчетливо прорисовывался след от кулака. — Но он не смертелен. Ох, как же я рада что все обошлось. — вздохнула она с облегчением.

— Эм…тогда может быть вы нам отдадите горгон? — спросил Харон.

— Да. Да, конечно. — сказала Шани, вставая со стула.

Когда они вышли на улицу, то встретили у ворот Изобу. Тот все еще пошатывался, и совсем не замечал, что один из его мечей волочился за ним по земле.

— Ты где был? — спросила Шани.

Изоба начал мычать и что-то показывать жестами.

— Серые удильщики? — спросила Шани. — Тогда это все объясняет.

Изоба снова что-то показал на пальцах.

— Нет. Широяма-сама спасла мастера. — ответила Шани. — Он сейчас в комнате дьякона. Иди и глаз с него не спускай.

Кивнув, Изоба направился к храму.

— А кто будет сопровождать вас дальше? — спросила Габри, когда они поднялись на внешнюю улицу

— Я наняла отряд драгунов. Они сопроводят нас до Лимминг Мун.

Усевшись в карету, они направились в другой конец моста. Из-за того, что на внешней улице было мало народу, их путь не занял много времени, и через двадцать минут они уже проехали весь мост.

Покинув повозку, Инго увидел большое поле, на котором раскинулись десятки ипподромов и конюшен. Сотни всадников разъезжали туда-сюда на своих породистых скакунах, отражая заходящее солнце своими блестящими доспехами. Воздух же был наполнен запахом сена и гнилой травы.

— Нам нужны четвертые стойла. — проговорила Шани, вертя головой. — Вон они.

Она указала на стойла, которые отличались от других тем, что были сделаны из белого камня, и больше походили на маленькие соборы, со своими завивающимися колоннами. Вход в них был закрыт железными воротами.

Дойдя до конюшен, Шани остановилась и стала шарить в складках своей паранджи. Через пару секунд у нее в руках оказался маленький ключ. Вставив его в замок, Шани открыла ворота. Внутри оказалось одно большое помещение, похожее на храмовый зал. Но Инго не смог все хорошенько осмотреть, так как в этот же миг стены конюшен озарила яркая вспышка, за которой последовал пронзительный вой горгоны. Звук был необычный, с оттенками грома и металла. Протерев глаза, Инго наконец увидел этих необычных животных.

Десять горгон белого цвета, стояли, прикованные стальными цепями к внутренним колоннам зала. От обычных горгон их отличало то, что у них были роскошные, синие гривы, которые колыхались в воздухе, словно находились под водой. Еще на теле каждого животного были широкие «трещины», через которые струились молнии. Вели они себя тоже не как обычные горгоны. Поднявшись, они прыгали из стороны в сторону, будто горные козлы.

— Вот и обещанные горгоны. — проговорила Шани, передавая связку ключей от ошейников Харону. — На этом позвольте мне вас покинуть. Была рада с вами познакомиться.

Попрощавшись, Шани отправилась обратно к карете.

— Наконец-то это закончилось. — сказал Харон, глядя вслед удаляющейся карете. — Ну и денек, а?

Пока Габри с Хароном осматривали горгон, Инго рассказал им о том, что сегодня случилось.

— Главное, что все остались живы. — сказал Харон, когда Инго закончил свой рассказ. — Теперь можно возвращаться в лагерь.

— Меня все еще беспокоит одна вещь. — задумчиво проговорил Инго.

— Какая? — спросила Широ.

— Моя воля… — Инго призвал тени. — Я хочу кое-что проверить. — он перевел взгляд на Габри. — Можешь призвать молнию?

Габри кивнула и выставив перед собой руки, создала толстую дугу из молний. В этот же момент Инго пустил к ней свои тени, окутав ими руки девушки. Сначала Инго показалось, что ничего не произошло, но затем он почувствовал в своих руках новую силу. Было такое чувство, будто по его ладоням бегают тысячи маленьких насекомых. В это же мгновение между его пальцев проскочила черная молния.

— Это что сейчас было?! — расширил глаза Харон.

— Похоже, я могу копировать чужую волю. — спокойно ответил Инго, не отрывая глаз от рук. Выставив палец, он выстрелил черной молнией в мраморный пол. Поднялся сноп пыли, но с полом ничего не случилось.

— Классно! — восторженно воскликнула Габри.

— Подожди. А ну, засади-ка в меня этой молнией. — сказал Харон, выпячивая вперед свое пузо.

— Ты уверен? — спросил Инго.

— Давай. Я тоже хочу кое-что проверить.

Без лишних слов Инго запустил в Харона черной молнией. Но как только она попала в громовержца, тот даже не дернулся. В его бороде несколько секунд поплясали черные дуги, но вскоре и они исчезли.

— Слабовато. — покачал головой Харон. — До уровня Габрюшки вообще не дотягиваешь. Но все равно, это может нам пригодиться.

— Я понял это, когда сделал «переливание» Зезиро. — сказал Инго.

— Попробуй теперь на мне. — сказала Широ.

Инго и сам хотел это предложить. Но как только Широ коснулись его тени, Инго вообще ничего не почувствовал. Совершенно никаких изменений.

— Ладно, не расстраивайся. Когда приедем в лагерь, сможешь попрактиковаться. — похлопал по его спине Харон. — А пока что давайте валить из этого чертова города. Хотя нет! Сначала я загляну в бани…

Седьмой день Жатвы

Праздник Жатвы — один из главных праздников Стелларии. Его проводили в середине месяца урожая, когда с полей исчезают последние колосья пшеницы. И неважно где ты находишься — на юге, где всегда жарко и кругом пальмы и песок, либо на далеком севере, где пшеница вообще не растет. Празднуют все.

— В Вайра-Кен тоже празднуют «Жатву»? — спросил Инго у рядом идущей Широ.

— Да. Правда у нас он называется «Праздником полей». — ответила принцесса.

Они возвращались с охоты, идя по проселочной дороге. Из-за того, что добычи на этот раз было слишком много, им пришлось слезть с лошадей, и взвалить на себя несколько кабаньих туш.

Прошло две недели с тех пор, как они вернулись из Каркастла. Чтобы перегнать грозовых горгон им пришлось немало потрудиться. Эти строптивые животные били молниями не хуже самих громовержцев, а передвигались только по воздуху. К счастью, Жак, в качестве благодарности за помощь с аукционом, смог достать им специальные колесницы, которые предназначались для птиц Рух. На них спокойно можно было передвигаться по воздуху. Также пираты достали несколько боевых кастелл с автоматическими баллистами, которые стреляли болтами размером с полуторный меч, а также целую армаду пушек. И теперь громовержцы вместе с Хаммерхексами день и ночь тренировались управлять новыми «игрушками».

День битвы неумолимо приближался. Вот уже неделю, как перекрыли имперский тракт. Многие жители Вестерклова стали покидать город по морю. Для этих целей даже был выделен целый флот, который отвозил их в Мидденхол и Тимберлор. Но все же некоторые решили остаться в городе. За прошедшие дни Делрою удалось убить всего двух командиров. Наемники ходили группами по десять человек, и обычно в людных местах, поэтому устроить какую-либо диверсию Делрою тоже не удалось. После этого все члены «Корней» перебрались в лагерь. Последним, кто прибыл из Вестерклова, был Зенон Таранис. Это была существенная прибавка в силе, так как громовержцам предстояло сдерживать натиск целого клана наемников, в котором было больше сотни человек владеющих природной волей. Гантэр даже выделил им несколько особо сильных бойцов, которые должны были помогать громовержцам на земле. В их числе был и Инго.

Но самая значительная роль досталась Широ, Зезиро и «сломленным». Они должны были прикрывать остальные отряды, и взять на себя основную часть противников.

Инго так и не удалось толком разузнать про Зезиро. В Каркастле он попробовал расспросить у Руквуда, но тот не сказал ничего нового. Все, что знал Инго, это то, что Зезиро была «одержимая» ведьмами, что она была потомком древнего рода и что она никогда до этого не общалась с обычными людьми. «Сломленные» тоже были из знати. Но они отреклись от своих семей и присягнули на верность Зезиро. Оставшиеся реликвии Белланимы, которые они забрали с собой, тоже остались для Инго загадкой.

Тем временем Маверик с Гамюкой тоже не сидели без дела. Ядомант выполнил свою часть сделки, и создал им противоядие от Блажова яда. Как только он получил свои гробы, то тут же упал на колени и приложил к каменным крышкам свое вытянутое ухо.

— Iwe wakavatya. Nei? Makore akawanda ivo vakavata murugare. Usatya kuti ndicha kutarisira iwe. Nguva yako ichauya nokukurumidza. — проговорил он своим жутким, низким голосом.

Но после выполнения своего обещания, он не ушел. Этот странный старик высказал желание остаться и помочь.

— Mwoyo. Mwoyo, vhudzi nemitauro. Ini ndicha tora zvose. Asichinhu chikuru ndechokuti mwoyo. — повторял он, словно какую-то мантру, каждый раз, как только видел Широ. — Goddess wakafa. Kutarisa kwatiri. Iwe hauna kuwana mermaids. Dzokera kumusha wako weropa.

Вместе с Мавериком, он все время проводил в восточной части лагеря. Вскоре к ним присоединились и шаманы. Инго так и не понял, каким это образом они приходили к общим решениям, ведь никто из них не понимал, что говорят другие. Шаманы что-то лепетали на своем сиффийском диалекте, Гамюка бубнил себе под нос на языке Арно Очинг, в то время как Маверик пытался разъяснить им что-то на общем диалекте, одновременно тыкая пером в свои каракули, которые и сам-то с трудом понимал.

Но помимо грядущего сражения, империю стали потрясать и другие, громкие события. В Стелларии стали убивать знать. Каждые три дня приходили новости что тот или иной граф или маркиза были убиты или пропали без вести. Эти новости насторожили в первую очередь Делроя. Ведь вся эта знать была связана с Лимминг Мун и королем Рейном. Большинство из убитых были кураторами рынков и командирами армий в восточной столице. Но эти убийства все-таки сыграли на руку Гантэру. Теперь внимание Мидденхола было приковано к Лимминг Мун, и император Алисандр полностью доверил Анастериану разбираться с повстанцами. Он даже отозвал два отряда имперских гвардейцев, которые, вопреки ожиданиям Гантэра, прислал на помощь западному хранителю.

А вот Белланима, как и говорил Артур, прислала отряд ведьм. Это было беспрецедентное событие, ведь теперь в армии Анастериана одновременно находились и инквизиторы, и ведьмы. Мавис даже высказала надежду, что они перебьют друг друга еще до начала сражения.

Яричка тоже прислала свои войска. На помощь хранителю были присланы два отряда храмовников. В общем счете в армии Анастериана теперь насчитывалось около пяти тысяч человек, против четырех с половиной в армии Гантэра. Наверное, даже лучшему гроссмейстеру не удастся предсказать исход этой битвы… Но пока что все сложили оружие, и праздновали «Жатву».

— А еще мы празднуем не неделю, а пять дней. — продолжила говорить Широ. — У нас нет дня «пшеницы» и «грибов».

Каждый из семи дней в «Жатве» был отведен для определенной еды: понедельник — пшеница, вторник — грибы, среда — яйца и молоко, четверг — рыба, пятница — овощи, суббота — мясо, а в воскресенье большой пир со всем и сразу.

— Пум-пу-рум. Пум-пу-рум. — послышался сзади голос Зезиро. — Пир. Пир. А кто готовит? Я не знаю. Ой. Ой. Оторвалось.

Она уставилась на хвост кабана, который только что оторвала. Теперь туша валялась позади нее на дороге.

— Госпожа Зезиро, вам помочь? — раздался голос Давида. — Мы можем взять еще несколько штук.

— Нет. Нет. Зачем? Я хочу сама. Сама. Сама-сама. Пум-пу-рум. А-а-а-а-а. А-а-а-а-а. Спасибо. — она чмокнула старика в щеку.

До лагеря оставалось еще полчаса пути, но уже сейчас можно было уловить аромат жареного мяса и специй.

— Эй, Инго. Может еще раз слетаешь? — спросил Артур. — А то тут столько туш, что их некуда складывать.

— А кто в этом виноват? — спросил Инго. — Я же говорил, что нужно было выбрать стадо поменьше. Тем более я и так уже двадцать туш перенес. Силы у меня не бесконечные. Скоро дойдем до форпоста, а там уже будут телеги.

Но когда через десять минут показался первый форпост, они увидели лишь маленькую повозку. Охраны не было, так как все отправились в лагерь на праздник.

— Говорил же им прислать побольше. — недовольно пробурчал Инго, помогая Зезиро переложить тушу на телегу.

— Побольше. Побольше. А-а-а-а-а. А-а-а-а-а. Зачем? Чтобы перенести их. А кто это? Зубастые свиньи. Пум-пу-рум. Хвост. — она вручила Инго оторванный хвост, словно это была самая важная часть кабана.

— Ага. — Инго взял хвост и не глядя выкинул через плечо. Он заметил, что за последние дни Зезиро стала более сговорчивой.

— Хвост-хвост. Хвост-хвост. Пум-пу-рум. — она оторвала хвост у еще одной туши и выкинула, как и Инго, через плечо. Тоже ее особенность. Зезиро, как ребенок, повторяла все то, что увидит. И как не странно, она, как и богорожденные, быстро всему обучалась. За один день она научилась готовить лучше, чем некоторые повара за всю жизнь.

— Я поеду вместе с госпожой. А вы идите пешком. — сказал Давид, садясь за вожжи.

Когда Зезиро уехала, Артур с Карлом сбросили с себя все туши и кинули их в канаву.

— Эти испорчены. — сказал Карл, увидев обескураженный взгляд Инго. — Мы их взяли лишь потому, что не хотели расстраивать госпожу. Она так старалась…, но перестаралась.

Пустая воля Зезиро в первые несколько дней принесла немало хлопот. Во сне она не могла контролировать себя, из-за чего обрушила сразу три дома. После этого было решено освятить весь лагерь. Жак откуда-то приволок несколько священников, и те два дня бегали по лагерю, окропляя водой хмурые лица никсов. Хотя, как заметил Гантэр, это все равно рано или поздно случилось бы. С благословением им будет гораздо легче сражаться с инквизиторами и ведьмами.

Преодолев еще километр, они увидели в небе блестящую колесницу, в которую были запряжены пять горгон. Несясь по небу, она оставляла яркий шлейф. Это выглядело довольно красиво, ведь горгоны передвигались грациозными прыжками, из-за чего колесница плавала словно на волнах, из стороны в сторону. Кроме того, можно было увидеть искрящийся молниями кнут, которым подгоняли животных. Вот только самих наездников нельзя было разобрать.

— Госпожа Широяма, могу я задать вопрос по поводу вашего оружия? — вдруг спросил Артур.

Широ посмотрела на него непонимающим взглядом, а затем кивнула.

— Эти кастеты, — он указал на руки Широ, — сколько им лет?

— Они принадлежали моему прапрадеду. — ответила принцесса. — Значит не меньше трехсот.

Инго понял, почему Артур задал этот вопрос. Оружие Широ имело немало сходств с булавой, которой пользовалась Зезиро. Но булаве было, судя по виду, куда больше лет. Да и со слов Артура выходило, что этой реликвией пользовались древние короли. А это значит, что ему несколько тысячелетий.

— У вас тоже интересное оружие. — сказала Широ.

— Вы про щиты? Их придумал Анико Экхарт в четвертом столетии. Он же придумал и автоматический арбалет. — сказал Артур.

— Он вроде еще доспех ведьм придумал. — вставил Инго.

— Э-э-э… — протянул Артур и переглянулся с Карлом. — Не совсем. Доспехи «нимфы», которые сейчас носят Вдовы, придумали уже после его смерти.

— А как эти доспехи действуют? — спросил Инго. — Это ведь может нам пригодиться в сражении, так?

— Вряд ли. Чтобы сковать Вдову, нужно потянуть цепи в определенном порядке. Но у каждого доспеха он свой, а последовательность знают лишь палачи. — ответил Карл.

— И что происходит, когда доспех срабатывает?

— Пластины меняют свое положение, и конечности прижимаются к телу. Получается что-то типа железного кокона. — сказал Артур.

Через десять минут они уже подошли ко входу в лагерь. Как и следовало ожидать, охранников тут тоже не было. Переложив туши на тачку, Инго повернулся к Артуру.

— Я схожу домой, переоденусь, а вы отвезите кабанов на праздник.

Была уже вторая половина дня, и приготовление к вечернему пиру шло полным ходом. Лагерь был окутан ароматом жареного мяса, копченой рыбы, свежего хлеба и поларвейнского рома.

Придя домой, Инго отложил свои мечи в сторону. Нужно одеться во что-нибудь праздничное. Инго редко когда наряжался на праздники. Но раз у него есть куча одежды, которую он выиграл, обменял и выторговал у никсов, то почему бы не принарядиться? Одев красный халат с золотой вышивкой, он увидел, что ножны совершенно не идут к этому наряду. Ну и пусть. Оставит их тут, все равно на празднике мечи ему не понадобятся.

Переодевшись, он вышел на улицу. Колесница все еще кружила над лагерем, и он решил слетать, и узнать кто там сидит. Создав крылья, он поднялся в небо. За пару секунд преодолев несколько сотен метров, он завис над колесницей.

— Черт побери, Инго! — раздался голос Зенона. — Ты и летать чтоли можешь?

— А ты не знал? — Инго плавно опустился рядом с громовержцем и осмотрелся.

Повозка отличалась от обычных колесниц. Она была намного шире, и с обеих сторон находились по два колчана для копий. Правда сейчас в них ничего не было.

— Харон сказал, что ты можешь копировать чужую волю, но про крылья он ничего не говорил. — сказал старик.

— Это моя собственная воля. — ответил Инго.

— А перемещаться с помощью молний ты тоже можешь?

— Нет.

Инго уже провел много экспериментов со своей волей. Но единственное, что он мог скопировать, была молния. Ни пустую волю Зезиро, ни ветер Харона, он так и не смог использовать. Зато он научился создавать полноценную копию себя, и полностью управлять ей. Тень даже летать умела. Правда сил у нее было как у обычного человека, без пробужденной воли, и развеять ее мог удар оружием из силентиума.

— Но все равно это очень полезная способность. Ты стал намного сильнее с последней нашей встречи. — сказал громовержец.

— Мне помогла Геката.

— А, ну да…сильная женщина. — Зенон нахмурил острые брови.

— Ты ведь предлагал ей стать громовержцем?

— Да, и до сих пор предлагаю. Но без своих братьев она отказывается вступать, а они недотягивают.

— Я видел на что они способны. Они довольно сильные. — сказал Инго.

— Сила не главное. — Зенон пустил колесницу в сторону моря, которое виднелось на горизонте. — А точнее, именно от контроля воли зависит и сила. Ведь твои тени тоже раньше были слабее, так? Дисциплина — вот главная сила.

— А как же Харон? — удивился Инго.

— А что Харон? Он прекрасно контролирует свою волю. Управлять потоками ветра, правильно распределять его силу, траекторию движения, его динамику и температуру — для этого нужен невероятный контроль воли. Ты путаешь характер и дисциплину.

— Я бы не сказал, что Харон настолько дисциплинирован. — ухмыльнулся Инго.

— Ты просто не видел его, когда он серьезен. — проговорил старик.

Пролетев несколько километров, Зенон натянул вожжи, и горгоны замедлили полет. Колесница стала плавно кружить в нескольких сотнях метрах над водой.

— Ты ведь уже знаешь, что воля развивается вместе с телом. У Дельта и Тильда, несомненно, тела развиты не хуже моего. Так скажи мне, молнии у них такие же?

Зенон поднял кулак и в этот же миг в него ударила молния. На мгновение Инго ослеп от яркой вспышки. Он приготовился услышать раскат грома, но звук, который последовал за молнией, пробрал до костей. Раскат был такой силы, что звуковая волна разметала по небу кучевые облака, превратив их в белые кляксы. То, что оказалось в руке лидера громовержцев, нельзя было назвать обычной молнией. Создавалось такое ощущение, что сотни молний спрессовали в одну большую. Она была в сто раз ярче и плотнее. И даже находясь в двух метрах от громовержца, Инго чувствовал, как вибрирует воздух. Без сомнений, попади такая молния в обычного человека — и от него ничего не останется.

— Ну… Да, эта молния сильнее. — протянул Инго.

— Вот видишь. Дисциплина — это сила. — сказал Зенон.

Приняв стойку словно приготовился метнуть копье, Зенон отвел руку с молнией назад, и Инго услышал, как захрустели от напряжения мышцы старика. На мгновение замерев, Зенон со всей силой метнул молнию в небо. Молния, пролетев по прямой траектории, взорвалась через десяток метров над их головами. Инго даже показалось, что она «разрезала» небо, и он увидел черноту бесконечности, с астероидами и звездами. Но через мгновение этот шов затянулся, превратившись в чистое небо.

— Впрочем, — продолжил Зенон, — мне все-таки придется принять братьев, когда мы победим. Ведь я дал слово.

— Ты считаешь мы победим?

— Конечно. — Зенон направил горгон обратно к лагерю. — Не без потерь, конечно. У Анастериана много сильных капитанов.

— Да, я уже слышал про них. — кивнул Инго.

— Советую тебе опасаться Панью Хэт-Хэру. — сказал Зенон, не отрывая взгляда от горгон.

— Я, кажется, уже слышал это имя. Она вроде из «Веселых солнц»?

— Да. Шестой командир. Она внучка прошлого лидера громовержцев — Кепи Хэт-Хэру. Кепи возлагал на нее большие надежды, но она ушла из ордена и присоединилась к наемникам.

— Она такая же сильная, как и ты? — спросил Инго.

— Сильнее. — спокойно ответил Зенон, а затем уверенно прибавил: — Хотя, до Габриель она все равно не дотягивает.

— Что? Габри? Она что, сильнее тебя?

— А ты думал? У нее великая природная воля. — проговорил Зенон, и заметив взгляд Инго, прибавил: — Она, конечно, немножечко рассеянная, но это не страшно. До нее, трезубцами пользовались лишь несколько громовержцев, да и те все были главами ордена. Чтобы направлять ее силу, даже такого оружия недостаточно.

— Но как? Я читал, что великая воля проявляется только в том случае, если в роду было как минимум три поколения с такой же волей.

— У Рейнера была военная воля, но я точно знаю, что у него в роду были громовержцы. — сказал старик.

Зенон потянул на себя вожжи, и колесница стала медленно спускаться на поляну, где паслись, прикованные цепями к большим валунам, другие горгоны.

— У второй твоей подруги тоже необычная воля. — проговорил громовержец, выпрыгивая из колесницы. — Поможешь мне привязать горгон?

— Конечно. — Инго стал снимать железную сбрую с животных. — По поводу воли — ты имел в виду Широ?

— Нет. С этой и так все понятно. Я говорю про другую, маленькую.

— Зезиро? У нее пустая воля.

— Так ее зовут? Память на имена у меня хромает, если честно. Такая черненькая, дочка де Сильво.

— Ты про Мавис чтоли? — поднял брови Инго.

— Что «Мавис»? — раздался за спиной Инго голос девушки.

— О, да, вот про нее. — сказал громовержец, указывая на Мавис пальцем.

— О чем вы? — непонимающе спросила Мавис.

— Зенон говорит, что у тебя необычная воля. — сказал Инго, и посмотрев на старика, прибавил: — Да обычная у нее воля, военная.

— Правда? — удивился Зенон.

В это мгновение сверкнула вспышка, и Инго увидел, как тело громовержца заискрилось молниями. В тот же момент Инго почувствовал, как воздух вокруг них стал плотнее.

— Хм… — задумчиво произнес старик, подходя к Мавис. — Воля очень слабая.

— Ну спасибо за оценку. — обиженно проговорила девушка, складывая руки на груди.

— Ты умеешь определять какая у человека воля? — удивился Инго.

— А? — похоже, Зенон был так поглощен своими мыслями, что не услышал вопрос Инго. — А, да. Если одновременно сделать «распространение», «усиление» и «переливание», то можно… Как бы это сказать? «Почувствовать» волю другого человека.

— Почти как я со своими тенями. — сказал Инго, и призвав тени, направил их к Мавис.

— А ну убрал от меня свои «штуки»! — разозлено завопила Мавис, вытаскивая свою удлиняющуюся рапиру.

— Ладно, ладно. — Инго поднял руки и убрал тени.

— А что ты тут вообще делаешь? — спросил Зенон, убирая волю. — Разве ты не должна со всеми женщинами готовить пир?

— Лучше не стоит. — прошептал ему на ухо Инго.

— Я хотела помочь, но Габри попросила меня причесать горгон. — немного расстроенным тоном сказала Мавис.

Инго увидел в ее руках металлическую щетку. Но переведя взгляд на горгон, он задумался. А зачем вообще их расчесывать? Их гривы и так всегда гладкие из-за того, что все время «плавают» в воздухе.

Его мысли прервал громкий хлопок и вспышка света. Мелькнула молния, и перед Зеноном появился Тильд.

— Позвольте мне помочь вам с горгонами, глубокоуважаемый…до-ми-но-ра! — по слогам проговорил он, при этом глядя на Мавис, словно спрашивая: «правильно я сказал?».

— Доминьер. — поправила Мавис.

— Доманор?

— Доминьер.

— Доминрор?

— До-ми… А, пусть будет «доминрор». — махнула рукой Мавис.

Тильд упал на одно колено, словно собрался давать присягу самому императору, и опустив взгляд, протянул руки за вожжами, которые держал Зенон.

— Бред какой-то. — пробубнил Зенон. — Иди лучше помоги своему брату. — он указал на Дельта, который пытался оседлать горгону, но не мог из-за того, что та все время била его молнией.

— ДЕЛЬТ! — проорал на всю поляну Тильд и понесся к брату. — ДЕЛЬТ! Досто-пт-птг-гпт… Достопоточтейне-не-не-нейший господин приказал мне помочь тебе!

Дельт, услышав слова брата, повернулся, и с благоговейным видом посмотрел на ошарашенного Зенона. Также, как и его брат, он тут же упал на одно колено. Сделав этот жест, он встал, и для верности еще отвесил воинское приветствие гвардейцев, вытянувшись по стойке смирно, и приложив правую руку к сердцу.

— Бред какой-то. — повторил Зенон, наблюдая как Тильд тоже отвешивает ему приветствие (при этом перепутав руки, приложив левый кулак к легким). — Пойду, помогу Харону, он ведь столы перетаскивает? Наверно уже валяется где-нибудь пьяный.

— Ну а ты? — спросила Мавис, посмотрев на Инго.

— Я уже наносился сегодня. — ответил Инго.

— Тебя Мави, кстати, искал. Говорит, что улучшил какое-то зелье.

— О, нет. Хватит с меня его зелий. В прошлый раз я чуть не умер. — замахал руками Инго. — Лучше схожу, проверю новые кастеллы.

— Кастеллы? На них уже установили баллисты? — оживилась Мавис.

— Я позавчера разговаривал с одним из кузнецов, и он сказал, что они уже установили семь баллист.

— Ого! Тогда я с тобой. — сказала она, откидывая щетку в сторону.

Пока они шли к конюшням, где так же находился большой полигон для испытаний пушек, их то и дело отвлекали подвыпившие никсы, которые уже во всю праздновали «Жатву».

Основной пир должен был начаться с заходом солнца, в центре лагеря. Вокруг озера, и прямиком до самого штаба, тянулись сотни столов, на которых уже томились тысячи блюд. Приготовлением еды, по традиции, занимались женщины, а мужчины в это время, опять же по традиции, бездельничали. Поэтому, идя к конюшням, Инго не уставал удивляться насколько никсы верны этим традициям. Особенно мужчины.

— Смотри, там не Широ? — проговорила Мавис, указывая на вереницу костров, около которых готовили еду сотни женщин. — Ну точно! Эй, Широ! — замахала Мавис.

Широ, тоже увидев ее, помахала в ответ.

— Давай с нами стрелять из баллист! — позвала принцессу Мавис.

Но Широ лишь разочарованно развела руками, показав разделочный тесак и кабанью ногу.

— Эй! Эй! Эй! — раздался голос Зезиро.

Инго увидел, что рядом с принцессой стоит маленькая фигура девушки с большими ресницами. Ее длинные волосы были аккуратно заплетены в два пучка по бокам головы, чтобы на них не попала кровь.

— Стрелять! Стрелять! Это как?! Пу-рум-пум-пум! Вот так! — и она чмокнула рядом стоявшую Юлию, вторую женщину из «сломленных».

— Хочешь с нами, Зези?! — прокричала Мавис.

— Хочешь?! Хочешь?! Нет! А почему?! Обещала порубить зубастых свиней! — и она с силой вонзила тесак в тушу кабана.

Мавис лишь пожала плечами.

— Ладно, пойдем дальше.

Через пятнадцать минут они дошли до конюшен. Они, конечно, уступали ипподромам Каркастла, которые тянулись до самого горизонта, но все равно были не маленькими.

— Ну и где эти кареты? — спросила Мавис, наблюдая как несколько никсов загоняют в стойла диких лошадей.

— Вон там. — Инго указал на дальнее поле, где стояли, отражая солнце, несколько железных громадин.

— Я первая стреляю! — весело воскликнула Мавис, направляясь к кастеллам.

— Ты и так успеешь скоро вдоволь настреляться. — проговорил Инго, но Мавис его уже не слушала.

Гантэр не хотел, чтобы Мавис участвовала в битве, но в то же время он понимал, что отговорить ее у него не получится. Поэтому он поставил ее возглавлять артиллерию.

— Куда-с лезешь?! — прикрикнул на девушку какой-то никс, когда та взобралась на кастеллу. — Не видишь, что чиним-с?! — сказав это, он снова повалился на плащ, который был расстелен на земле, и приложился к бутылке рома.

— Как из него стрелять? — не обращая на никса внимания, спросила Мавис у второго кузнеца.

— А? А! Э-а-а! Прум! Бум! — промычал кузнец, делая какие-то движения руками.

Стоило отдать ему должное. Если учесть, сколько пустых бутылок из-под рома валялось вокруг него, то это объяснение принципа работы баллисты, могло бы претендовать на какую-нибудь премию в области кузнечного дела.

— Ладно, сами разберемся. — сказала Мавис, разворачивая баллисту к мишеням. В длину эта махина была почти два метра. — Инго, подай мне… Ну, эту штуку, куда кладут болты.

Оглядевшись, Инго увидел несколько «барабанов» с установленными в них болтами. Удивительно, что пираты смогли бесплатно раздобыть такие современные баллисты. Обычно у автоматических баллист было всего по десять болтов в барабане. А в этом Инго смог насчитать пятьдесят штук.

— Давай, прицепляй скорей. — радостно запрыгала Мавис.

— Подожди. Дай хоть разобраться, какой стороной его прикреплять.

У баллисты было несколько рычагов и одна катушка. Тетива, которая имела сразу четыре ответвления, натягивалась с помощью импульса от предыдущего выстрела. Также можно было вести обстрел одновременно четырьмя болтами, но тогда приходилось самому натягивать тетиву после каждого выстрела. Помимо этого, можно было использовать еще и порох, но тогда все лицо у стрелка за пару секунд покрывалось толстым слоем копоти.

Закрепив барабан, Инго отошел в сторону.

— Только не свались, и держи крепче за ручку. — сказал Инго.

— Будто я и сама не знаю. — проговорила Мавис, целясь в соломенную болванку.

Крепко держась одной рукой за ручку, Мавис потянулась к катушке и стала вращать ее. В этот момент, один за другим стали вылетать болты. И после трех попаданий от мишени уже ничего не осталось. Но Мавис не остановилась, продолжая расстреливать стену из бревен, которая была возведена позади мишени.

— Черт! Закончились. Инго, принеси еще одну «штуку». — проговорила Мавис, когда баллиста перестала стрелять.

— Больше нет. — ответил Инго, осматривая ящики.

— Что? И это все? Не может быть. — Мавис тоже стала осматриваться по сторонам. — А это что? — она указала на украшенную резьбой, железную трубу.

— Пушка. — сказал Инго. — Только ядер тоже нет.

— Да что же так не везет?! — топнула ногой Мавис. — Хотя, подожди! — она подняла пустую бутылку. — Давай выстрелим вот этим.

— Вряд ли у тебя получится выстрелить бутылкой.

— Почему? Не попробуем, не узнаем. — сказала Мавис, запихивая бутылку в дуло пушки. — Как ее запускать?

— Тебе нужен порох. — подсказал Инго, показывая на железные бочки.

— Сейчас как запульнем! — воскликнула Мавис, вытаскивая маленький мешок с порохом. — А сколько его сыпать надо?

Инго пожал плечами. Он был уверен, что они делают что-то не так…

— Ладно, чем больше, тем лучше. — сказала она, высыпая весь мешок.

Приготовив пушку, она повернула ее в сторону бревенчатой стены. В этот момент за их спинами раздался знакомый голос:

— А вот и наши главные канониры. — сказал Маверик. Инго увидел, что он был не один, а в компании нескольких шаманов.

— О, Мави, ты как раз вовремя. — весело сказала Мавис. — Не хочешь сделать пробный выстрел?

— С радостью приму эту великую честь. — сказал алхимик, беря в руки пальник. — Честно признаться, я в первый раз стреляю из бастионской пуш…

Договорить он так и не смог. Как только он поднес пальник к пушке, раздался оглушительный взрыв, и алхимика снесло ударной волной. Блестящее дуло оторвалось от нижней части, и оно взмыло в воздух. На секунду зависнув, оно начало падать прямо на спящих никсов. К счастью, Инго вовремя успел подскочить (параллельно раздавив несколько бутылок с ромом), и отбить кулаком оторвавшуюся деталь. Вращаясь, дуло полетело в другой конец поляны, и угодило точно в цель.

— Ч-ч-ч-что это было?! — ошарашенно спросил Маверик, уставив на Мавис закопченное лицо. — Ты сколько пороха туда насыпала?!

— Ну…немного. — еле сдерживая смех, проговорила Мавис.

Пока алхимик приходил в себя, рядом проснулись никсы.

— А! Э-а-а?! А-А-А-А-А-А! — прокричал надрывающимся голосом никс, глядя на разбитые бутылки с ромом. Похоже, утрата дешевого рома заботила его гораздо больше, чем сломанная пушка, за несколько тысяч золотых. Он даже заплакал.

— А ты сюда зачем пришел? — спросил Инго у алхимика.

— Я? А, я пришел проверить…проверить… — он стал хлопать по своей мантии, словно ища что-то. — А, вот! — он достал маленькую колбу с голубоватой жидкостью.

— И что это? — спросила Мавис.

— Бум! — раздался за спиной Маверика голос шамана. — Бум! Mab Duw, edrych, Gwelodd y brenin ein grym! Смотри!

— Ясно. Могла бы не спрашивать. — ухмыльнулась Мавис.

— Нет-нет. — Маверик замахал руками. — Оно не взрывается.

— Бум! — повторил шаман.

— Да заткнись ты! — рявкнул на него алхимик. — И где основа?

— Там. — сказал шаман, и указал на повозку, в середине которой стоял большой котел.

— Сейчас увидите, зачем я сюда пришел. — со злодейскими нотками в голосе проговорил Маверик. Растрепанные волосы и грязное лицо еще больше придавали ему вид безумца.

— Ч-что ты хочешь сделать? — спросила Мавис, забегая за спину Инго.

Но Маверик ее не слышал. Подойдя к котлу, он вылил в него голубую жидкость. Инго на всякий случай заранее призвал тени, но того, чего он опасался, не случилось. Взрыва не произошло. Зато от котла тут же повалил густой черный дым. Он стал подниматься ровным столбом в небо

— Бум. — не отрывая взгляда от дыма, снова проговорил шаман.

Тем временем Маверик взялся за вожжи и пустил колесницу по полю. Дым шлейфом последовал за ним. И тут Инго заметил, что дым не поднимается, а зависает метрах в двух над землей. Кроме того, в нем начали мелькать молнии, но в отличие от обычных голубых молний, они были золотого оттенка.

Сделав несколько кругов по полю, Маверик остановил лошадей и накрыл крышкой котел. Сделав это, он уставился гордым взглядом на поле, которое теперь полностью превратилось в темный шатер из туч.

— А?! — гордо проговорил алхимик, уперев руки в бока. — Как вам?

— И что это? — спросила Мавис.

— Как что? Тучи, разве не видно? — сказал алхимик.

Подобрав бутылку, он бросил ее на поле. Как только та оказалась под черным навесом, в нее тут же угодила золотая молния, разбив ее на мелкие осколки.

— И как ты собираешься это использовать в битве? — спросил Инго. — Эти тучи и своих заденут.

— Да ты что? — язвительно проговорил Маверик, и вступил на поле. Но молнии так и не обрушились на его растрепанную макушку.

— Бум. Пить, надо пить. — проговорил шаман, тыча под нос Мавис рогом, в котором плескалась черная жидкость.

— Фу! — воскликнула Мавис, зажимая нос. Выждав секунду, она снова принюхалась к жидкости. — Фу! Это что за помои? И ты это пил? — она уставилась на Маверика.

— Пришлось. — развел руками алхимик. — Шаманская алхимия берет за основу…ну… — он сглотнул, стараясь подавить рвотный позыв. — Н-неважно.

— Я это пить не буду. — сказала Мавис, отталкивая рог подальше от себя.

— Я постараюсь переделать рецепт. — сказал Маверик. — Может взять за основу кровь…или… Нет, подождите! Не кровь, а… А «акулью лимфу»!

Лицо алхимика засветилось от посетившего его вдохновения.

— Нужно срочно проверить. — проговорил он, возвращаясь к повозке. — Эй, вы, а ну давайте за мной! — прикрикнул он на шаманов.

Как только никсы уселись в повозку, Маверик, не говоря ни слова, направил колесницу в восточную сторону лагеря. Тем временем тучи над поляной почти рассеялись.

— Уехал. — озвучила ситуацию Мавис.

— Да и нам пора. — сказал Инго, под аккомпанемент все еще рыдающего над разбитыми бутылками кузнеца.

— Ага. Пошли, поможем Широ и остальным. — сказала Мавис.

Чтобы хоть как-то отсрочить тот момент, когда Мавис своим кулинарными способностями испортит половину блюд, Инго выбрал долгий путь через восточные ворота, обосновав это тем, что там они смогут набрать специй, которые хранились на сладах рынка.

Проходя по мосту через реку, они увидели Гамюку. Тот, по своему обыкновению, разлегся у саркофагов, и что-то тихо шептал себе под нос, прикладывая ухо к каменным крышкам.

— Hondo. Hondo akakanganwa. Hongu, ndinonzwa. Avo, vakakandwa mugomba risina chigadziko. Oh, my poor mermaids. Iwe uchapera kwenguva yakareba sei panyika yakatukwa? — грубо проговаривал он.

— Ну и урод. — прошептала Мавис, глядя на улыбающуюся голову Гамюки. — В этом Арно Очинг все такие страшные? Зачем отец вообще позволил ему остаться?

— Так спроси у него сама. Вон он стоит. — Инго указал на фигуру лидера, который разговаривал с Хаганом на пустыре.

— Пап! — замахала Мавис.

Гантэр махнул им в ответ, подзывая к себе.

— А ты чего тут делаешь? — спросил Хаган, как только Мавис подошла к ним. — Разве женщины не должны готовить еду?

— Лучше не стоит. — буркнул Гантэр, чтобы его могли услышать только Инго и Хаган.

— Так мы как раз шли с Инго за специями. Мясо ведь с ними готовят, так? Можно даже поэкспериментировать. — пустилась в рассуждения Мавис. — Я слышала, что где-то готовят мясо с бананами. Или с каштанами… Можно попробовать и с тем, и с тем.

Хаган, выслушав это меню, многозначительно кивнул.

— Хорошо. Но прежде… Вы ведь на рынок идете? — спросил он.

— Да. — ответил Инго.

— Тогда дойдите до восточных ворот, посмотрите, кто там пришел. Мне доложили, что у ворот стоит повозка с какими-то селянами. Вроде они пришли вступить в армию, но сами не из никсов.

— Все племена уже прибыли, и мы никого не ждали. — сказал Гантэр. — Тем более селяне давно покинули все ближайшие деревни. А имперский тракт перекрыт. Так что это странно.

— Понял. — сказал Инго.

— Но если это действительно обычные люди, то пускай заходят. Битва все равно не дойдет до лагеря. — вставил Гантэр.

Сменив тропинку, они направились к воротам. Когда они проходили по возвышенности, Инго посмотрел на лагерь.

До самого горизонта тянулись тысячи домов и палаток. Отсюда даже можно было увидеть озеро, вокруг которого были расставлены столы. Инго не удивится, если узнает, что этих селян привел сюда запах еды. Казалось, что аромат готовящейся еды можно было даже увидеть. Маленькие веревки дыма окутывали каждый дом, тянулись по каждому проходу и тропинке, заглядывали в узкие щели и дразнили в них татуированные носы никсов.

Проходя мимо ям шаманов, Инго увидел бегающего из стороны в сторону Маверика. Похоже, шаманы махнули на алхимика рукой, и оставили одного разбираться с приготовлением зелий.

— Эй, Мави, бросай свою хрень! — крикнула Мавис. — Иди к озеру, там скоро начнется праздник!

Но Маверик так ее и не услышал, юркнув в одну из ям.

Подойдя к восточным воротам, Инго не увидел ни одного охранника. Ради безопасности, он решил все-таки взлететь, и посмотреть, кто находится за воротами. Как только он поднялся на достаточное расстояние, то увидел, что за деревянными кольями действительно стоит одна телега с несколькими людьми. Подав знак Мавис, чтобы та открыла ворота, он спикировал прямо к телеге. И тут его ждала неожиданная встреча.

— Чернушка! — раздался голос Асты, и девочка выпрыгнула из-за груды вещей.

Оказалось, что это был Ури со своими детьми.

— Мы решили принять твое предложение, Инго. — улыбаясь проговорил Ури.

— Вы как раз вовремя. — сказала Мавис, тоже узнав их. — Праздник скоро начнется.

— Не хочу напрашивать… — начал Ури.

— Никаких отказов! — тут же вставил Инго. — А иначе мы обидимся.

— Хорошо. — улыбнулся лесник.

— Но что… то? — Инго только сейчас увидел, что Ури был одет в доспехи. Более того, таких доспехов он еще ни разу не видел.

Он был одет в белые латы, на которых золотыми буквами были выведены цитаты из Нерушимой библии. На тяжелые наплечники были прикреплены металлическими печатями куски священных скрижалей. Шлем, который сейчас лежал рядом с Ури, был выполнен в классическом стиле, с вертикальным шестиугольным нимбом позади, на ответвлениях которого так же висели куски скрижалей. Лошадь, которая была запряжена в телегу, тоже была необычная. Без сомнений, это была та же лошадь, которую ему одолжил лесник. Но сейчас она не выглядела как старая кляча. Гордая и статная, она была белого цвета и буквально излучала свет. Как и у грозовых горгон, ее золотая грива плыла по воздуху.

— Я решил помочь вам в сражении. — сказал Ури.

— Но как? У тебя же нет ног. — сказал Инго.

— Я и без ног еще могу повоевать. — ответил лесник.

В этот момент из-за его спины вылезла Аста с небольшой, золотой трубой, на которой было прикреплено знамя с изображением солнца. Приложив трубу к губам, она выдала несколько глухих звуков. Инго заметил, что когда она играла, свет от лошади замерцал в такт музыке.

— Аста! — с укором произнесла Леви. — Положи трубу Ури на место.

Закрыв ворота, Инго сел на место кучера, и забрав вожжи у Ури, направил лошадь в центр лагеря. Мавис тем временем устроилась сзади.

— Так значит ты не обычный лесник? — спросил Инго. — Артур сказал, что ты был каким-то капелланом.

— Да. Рыцарь Ярички. — кивнул Ури.

— И что случилось? Почему ты стал лесником? — спросила Мавис.

— Это долгая история.

— Да мы никуда и не торопимся. — сказал Инго.

— Расскажу как-нибудь в другой раз. — улыбнулся Ури.

По его тону Инго понял, что Ури не хочет говорить на эту тему. Поэтому Инго не стал настаивать на рассказе.

Когда они проехали половину пути, Инго услышал, что сзади что-то громко зазвенело. Повернув голову, он увидел маленькое тело Тома, на голову которого был нахлобучен блестящий шлем, который ему подарил Артур. В решетку забрала было засунуто несколько цветов, которые полностью заслоняли ему обзор. В руке он держал свое новое ведерко, подаренное Зезиро.

Кроме всех детей, в телеге и рядом с ней была вся живность (включая кота и корову), несколько мешков с зерном, пара ковров и два сундука с игрушками. Еще Инго увидел странную книгу. Это был гримуар. Инго уже видел в точности такие же книги, болтающиеся на поясе у храмовников. Как объяснил ему Дедушка, это были что-то вроде личных дневников, куда храмовники записывали свое жизнеописание и чудеса, происходящие с ним. «Личная книга сказок» — так называла гримуары Серрара. Еще в телеге лежало большое знамя, на котором тоже был изображен символ Владыки Неба.

Как только они подъехали к праздничным столам, Ури вытащил свою доску на колесиках, и ловко спрыгнул на нее.

— Еда! Еда! — заладила Аста, тоже вылезая из повозки.

— Я отвезу ваши вещи к своему дому. У меня много свободных комнат, так что вы можете расположиться там. — сказал Инго.

— Спасибо. — поклонился Ури.

Как только Инго отвез телегу к дому и расположил животных, он вернулся обратно к озеру. Был уже вечер, и празднества начались. Но найти в толпах из тысяч никсов своих знакомых, Инго оказалось непросто. Первой он увидел Зезиро. Она, словно маленький ребенок, играла с детьми в салки. Инго увидел, что среди орущей ребятни были и дети Ури. Но хоть лицо Зезиро светилось от счастья, на ее щеках были слезы. Она то и дело поглядывала на Леви.

Вскоре Инго увидел и Ури. Лесник уже снял свои громоздкие доспехи, и теперь сидел на стуле, рядом с Хароном. Правда сам громовержец, скорее лежал под стулом, чем сидел на нем. Похоже, праздник для него уже закончился.

— Инго! — послышался голос Юлиуса у него за спиной.

— А, Юлиус, привет. — сказал Инго, беря из рук громовержца протянутый кубок с вином.

— Ты, я смотрю, еще совсем трезв.

— Меня трудно напоить. — проговорил Инго, отпивая из кубка.

Юлиус перевел взгляд на Ури.

— Капеллан. Кто бы мог подумать, а?

— Ты знаешь его? — поинтересовался Инго.

— Слышал. — вздохнул Юлиус, садясь прямо на траву. — Он был великим капелланом. Лучшим, среди храмовников.

— Тогда почему он живет в лесу?

— Его отлучили от церкви. Я не знаю почему. — тут же прибавил Юлиус. — Вроде он совершил какой-то страшный грех.

Инго задумался. Какой же должен был быть грех, чтобы церковь отлучила лучшего храмовника в империи? Но мысли Инго прервала маленькая девочка, которая подбежала к Юлиусу и обняла его. Вместе с ней подошла и высокая женщина, с прямыми черными волосами, как и у Инго.

— Это же… — Инго указал на девочку.

— Да, это моя дочь, Дора. А с Линнет ты уже знаком. — проговорил громовержец.

— Дора хотела посмотреть на настоящего богорожденного. — сказала Линнет.

— Вы же должны быть в старых городах. — удивился Инго.

— Жены должны быть со своими мужьями. — услышал Инго еще один знакомый голос. Он принадлежал Берте, жене Харона. — Опять этот хряк нажрался! — сказала она, грозно глянув на развалившегося мужа.

— Берта! Бееее-рта! Берточка! — простонал Харон, увидев свою жену.

— Пока не проспишься, можешь не приходить домой! — рявкнула Берта. — Ури! Ты то что сидишь?! Друг называется! Этот свинтус опять напился, а он и в ус не дует!

Но Ури лишь улыбнулся и поднес свой указательный палец ко лбу Харона. На мгновение тот озарился теплым, золотым светом. А еще через секунду взгляд Харона перестал быть туманным. Встав, он поднял свою ладонь к лицу, и поводил ей из стороны в сторону, словно проверяя зрение. Затем пожав плечами, снова приложился к бутылке.

— Я тебе попью! Я сейчас тебе так попью! — загрохотала Берта, схватив первый попавшийся стул.

— Берта! Стой! Я же трезвый, смотри! — Харон стал приплясывать на месте, но тут же перестал, когда стул полетел в его голову. — Да я серьезно!

— Ну а ты? — спросила Линнет, взглянув на Инго.

— Что «я»? — непонимающе переспросил Инго.

— Юли сказал, что ты встречаешься с Габри. У вас все серьезно?

«И эта туда же!» — подумал Инго. Теперь понятно, что у этой семейки общего. Ну не может он иметь жену. Как он может на ком-нибудь жениться, если он бесплоден? Какой прок?

— Я…я считаю, пока мы не победим Анастериана, об отношениях лучше не думать. — сказал Инго.

— Да ладно тебе. — хлопнул его по спине Юлиус. — Как раз сейчас самое время. Кто знает, что будет завтра.

— Юли! — укоризненно воскликнула Линнет.

— А что? Все правильно.

— Да, но…

Инго махнул рукой на их перепалку, и встав, направился вдоль озера. Как и положено в этот день, по воде плавали сотни венков из полевых цветов и колосьев пшеницы. Со всех сторон доносились радостные крики и звуки музыки. Никсы хоть и выглядели как дикари, порой удивляли Инго своими «тонкими» натурами. Вот и сейчас он удивился тому, что над водой разносятся не тяжелые звуки барабанов и рогов, а легкие трели флейт и цитр. Кто-то купался в озере, хотя вода в это время года уже была ледяной. А кто-то придавался любовным утехам прямо под столами.

— Эй, Инго! — раздался совсем рядом голос Гантэра. Лидер повстанцев сидел на поляне в окружении своей свиты. — Давай к нам!

Подойдя к компании, Инго увидел несколько шаманов и вождей никсов. Из знакомых ему людей тут были только Гантэр и Хаган.

— Вот. Это про него я вам рассказывал. — проговорил Гантэр, обращаясь к одному из вождей.

— Да. Я видел его в яме. Хороший воин. — сказал никс.

— Еще бы. Завалил одного из «дланей». — сказал лидер. — А сейчас к нам еще и капеллан прибавился. Эх, размажем мы Анастериана.

— А еще эта девка. Из Белланимы. — вставил Хаган.

— Зезиро. — напомнил Инго.

— Да. Тоже сильная. — кивнул Гантэр.

— Может не будем сейчас о войне? — попросил совсем еще молодой никс, который уже имел татуировки вождя.

— Не о войне, так не о войне. — сказал Хаган, откидываясь назад. — Хороший праздник. Жаль Феликса тут нет. Он бы еще сильнее растормошил тут всех.

— Да. Жаль… — протянул Гантэр.

— Уже не первый раз слышу это имя. — сказал Инго. — Кто это?

— Феликс-то? — Гантэр с улыбкой переглянулся с Хаганом. — Наш старый друг. Тоже повстанец. После нашего разгрома, он направился на юг, в старые города. Говорил, что приведет лучших воинов. Сначала от него приходили вести, но потом он пропал. Ни слуху, ни духу.

— Он написал, что нашел какую-то деревню, рядом с Армой. — продолжил за Гантэра Хаган. — Написал, что там живут отличные воины. А в следующем письме написал, что отправляется в Самсонскую пустыню. Тогда и пропал.

Инго знал, что Самсонская пустыня была самым опасным местом в мире. В ней обитали самые ужасные твари, с которыми не могли справиться даже люди с пробужденной волей. Многие коллекционеры нанимали целые армии наемников, чтобы те принесли им из этой пустыни какого-нибудь диковинного зверя. А империя платила огромные деньги авантюристам, которые исследуют эти земли. Но пойти туда в одиночку — самоубийство.

— Да… — протянул Гантэр и отпил из кубка. — И ведь не дурак был. В молодости даже претендовал на титул гроссмейстера. И зачем его в эту пустыню потянуло?

— Может опять его «бзики»? — предположил Хаган, повертев пальцем у виска. — У него же бывало немного того…не все дома. — он перевел взгляд на Инго. — Часто сам с собой разговаривал.

— Ага. — сказал Гантэр. — А еще он слишком набожный. Увидев тебя, Инго, сразу бы в штаны наложил.

— Гантэр всегда принимал в свои ряды всяких чудиков. — хмыкнул Хаган. — К тебе это, конечно, не относится. — прибавил он, увидев взгляд Инго. — Помню, был еще один. Как же его звали… Джули…Джани… Такой, странный тип, все таскался с ржавым мечом.

— Джаспер. — сказал Инго. — А почему «был»?

— Так убили его.

— Как?! — одновременно воскликнули Гантэр и Инго.

— Ну да. — Хаган непонимающе посмотрел на Гантэра. — Шесть лет назад, когда нас разгромил Анастериан. Ты что, уже забыл?

— Не может быть. — сказал Гантэр. — Джаспер тогда и в сражении-то не участвовал. Ты что-то путаешь. Он жив-здоров, я видел его сегодня.

— Да. — кивнул Инго. — Джас все это время состоял в «Корнях».

— Где? — хмыкнул никс. — А, неважно… А Джаспера я сам видел мертвым. Лично сжигал его труп.

— Ты с кем-то его спутал. — махнул рукой Гантэр.

— Такого попробуй спутай… — проговорил Хаган.

— Вот хочешь поспорим что он жив? — не унимался Гантэр.

— А на что?

— На литр метеорной водки.

— А давай!

Гантэр с Хаганом хлопнули в ладоши.

— Инго, — обратился к нему лидер, — будь другом, полетай, поищи Джаспера.

— А что мне за это будет? — сощурил глаза Инго.

— Да ничего не будет. — хмыкнул Хаган. — Потому что ты его не найдешь.

— Я дам тебе попробовать метеорной водки. — не обращая на Хагана внимания, проговорил Гантэр.

— Как будто я ее не пробовал. У меня дома целая бочка стоит. — буркнул Инго.

— Что, правда?! — расширил глаза Гантэр. И повернувшись к Хагану, сказал: — Может сменим ставки? Водки мы и у Инго сможем попить.

— Эй! — воскликнул Инго.

— И что ты предлагаешь? — спросил Хаган.

— Давай так: если выиграешь ты, то я подарю тебе аллрайские бани. Они сейчас принадлежат Тенебрисам, и когда мы победим Анастериана, то они станут нашими.

— А если я проиграю?

— То ты отдашь мне свой меч. — просто сказал Гантэр.

Инго не понимал где тут логика. Бани были намного ценнее, чем какой-то меч. Но более странной была реакция Хагана. Никс серьезно задумался.

— А, ладно. Давай! — махнул рукой никс.

— Инго, дуй скорее за Джаспером! — весело воскликнул Гантэр.

— Я так и не услышал, что мне за это будет?

— Если решишь жениться на Мавис, то я не стану тебя сразу убивать.

— Это очень серьезная привилегия. — многозначительно покачал головой Хаган.

— Ну, раз это такая привилегия… — проговорил Инго, вставая с места.

Но он не стал взлетать. Многие никсы боялись его теней, а некоторые и вовсе не знали о них. Поэтому он не хотел портить праздник своим мрачным силуэтом в небе.

Спустившись с горки, он пошел по узкой тропинке в сторону столов. За ними сидела куча народу. Некоторых и вовсе нельзя было увидеть из-за гор мяса, овощей и фруктов. И как тут найти Джаспера. Да и с чего Хаган решил, что Джаспер умер? Хотя, зная Джаспера, можно было предположить, что он притворился мертвым, чтобы его не схватили наемники Анастериана.

Разглядывая людей, Инго увидел лицо Артура. Нечасто можно было увидеть его вдали от Зезиро. Обычно его кудрявые бакенбарды всегда где-то рядом с госпожой. Инго решил подойди к нему.

— Хорошая ночь. — сказал Артур, когда Инго уселся рядом.

— Ночь, как ночь. — пожал плечами Инго. — Ты, кстати, Джаспера не видел?

— А кто это?

— Средний рост, выбритая голова, похож на головореза. Всегда носит с собой меч. — стал описывать Инго.

— Этот? — Артур ткнул пальцем в своего соседа.

Инго было подумал, что тот просто показал на первого попавшегося никса, но приглядевшись, с удивлением обнаружил, что рядом с Артуром и вправду сидит Джаспер. Правда, он уже был в стельку пьяный.

— Да, этот. — сказал Инго.

— Он тут давно сидит. Рассказывал мне про Великую войну, и про то, как он в ней участвовал.

— Единственная война, в которой он участвовал, так это война с крысами в подземельях. — сказал Инго. — Они грызли его книги. Да и там он потерпел поражение.

— Я так и понял. — улыбнулся Артур. — Нет-нет, я не пью. — проговорил он, когда Инго начал наливать в его чашку вина.

— Как хочешь. — пожал плечами Инго. — А ты сам-то что тут делаешь? Ты разве не должен быть с Зезиро?

— С ней сейчас Давид и Юлия. — ответил Артур. — Это ее первый праздник. До этого она никогда так не веселилась.

— Слушай, — Инго решил признаться, — я знаю, что она одержимая. У меня порой случаются видения, и я увидел, как над ней проводили ритуалы.

Артур нисколько этому не удивился.

— Да, Мавис мне рассказывала про твои сны. Это ведь видения из прошлого?

— Да. — кивнул Инго. — Так ты расскажешь мне про нее? Насколько я знаю, одержимые очень опасны.

— Госпожа Зезиро не опасна. — сказал Артур. — То, что тогда случилось, единичный случай.

— И для этого «единичного» случая у вас как раз оказались цепи. — с сарказмом проговорил Инго.

— И я рад, что мне не удалось их надеть на госпожу.

— Но почему ведьмы так поступили с ней? Разве Силестия приветствует это? — озадаченно спросил Инго.

— Вдовы уже давно не те, что раньше. Теперь это больше похоже на какой-то культ силы. Белланима не хочет уступать в армии Яричке. — ответил Артур. — И для этого нужны воины.

Инго знал, что ведьмы не хотят уступать в силе церкви Шести, но, чтобы такими способами…

— До недавних пор мы вообще не знали про госпожу. — продолжил говорить Артур. — Моя семья была верна предыдущей первой Вдове. Но потом ее сместили, а вскоре и вовсе изгнали из Белланимы. И вот недавно выяснилось, что у нее была дочь. Вдовы годами прятали ее в подземельях собора.

— Так значит Зезиро дочь первой Вдовы? — подытожил Инго.

— А мы ее верные слуги. — кивнул Артур.

За их спинами, похоже, началась какая-то потасовка, и стали слышны отдаленные крики. Обычная ситуация на таких праздниках.

— Но я рад, что мы сумели вызволить ее. — сказал Артур.

— Так реликвия Белланимы, о которой ты говорил…

— Нет, это не госпожа. — хмыкнул Артур. — Мне даже кажется, что Вдовам наплевать на нее. Они бы не стали отправлять голиафов, если бы не хотели убить нас.

— Но, похоже, они не рассчитали силы. — тоже улыбнулся Инго.

— С того сражения госпожа стала более сговорчивой.

— Ага, я тоже заметил. — кивнул Инго. Он отпил еще вина, выдержав паузу. — Так значит кроме вас у нее никого нет?

— Про ее отца и мать я мало знаю. Я тогда был еще маленький. Но Давид говорит, что у госпожи есть еще сест… — тут Артур осекся. За их спинами вновь послышался крик. И это был не обычный визг или возглас. Это был крик страха и боли.

Резко обернувшись, Инго увидел несколько десятков черных фигур, закутанных в плащи с надвинутыми на голову капюшонами. Один из них схватил женщину сзади, и приставив нож, в один миг перерезал ей горло.

— Змееносцы… — обескуражено проговорил Артур. — ЗМЕЕНОСЦЫ!

Не раздумывая, Инго рванулся вперед, но тут же понял, что у него нет мечей. Но отступать было некуда. Создав крылья, он взмыл в небо. В это же мгновение он увидел, как сотни черных фигур врываются в толпы людей, появляясь из неоткуда, словно кляксы между на пергаменте.

Окутав себя тенями, Инго спикировал на первого попавшегося наемника. Злоба и страх моментально отрезвили его голову. Сжав кулак, он обрушил его на лысую голову убийцы, в один миг раскроив тому череп. Схватив его кинжал, он направился к следующему и мгновение спустя вонзил клинок в глаз противника, в то время как его копия уже свернула шею третьему наемнику.

Артур ошибся. Это были не «Змееносцы». В лагерь ворвались неизвестные наемники, которых они уже встречали три месяца назад. За считанные секунды вокруг него уже лежало восемь трупов в черных доспехах.

Тем временем лагерь наполнили звуки битвы. Звонкая мелодия флейт сменилась протяжным звуком горна, оповещающим о нападении. Кто-то в панике убегал подальше от этой бойни, а кто-то, как и Инго, схватился за оружие, а в небе замелькали вспышки молний.

Снова взлетев над лагерем, он стал искать новую цель. Но из-за паники и волн убегающих людей, ему было трудно разобрать кто враг. Тут он увидел еще одну небольшую группу наемников, которая передвигалась в тени хижин. Спикировав на голову одного из них, он зажал ее между своих коленей, и сделав оборот вокруг своей оси, сломал тому шею.

Но другие убийцы даже не обратили на это внимание. Все они направлялись к тюрьмам, в которых содержались заложники. Охраны рядом не было, так как все они отправились отбивать нападение. За секунду открыв замок, наемники забежали в клетку, где сидел тот самый юноша из «просящих». Инго даже не успел ничего предпринять. Пять кинжалов стали кромсать тело бедолаги.

— Нет! Помогите! Умоляю! НЕТ! — закричал он.

Но как только Инго добежал до клетки, юноша уже был мертв. И опять Инго охватило то чувство. Ярость! Как они могли?! Он же был безоружен! Он молил их!

Его тени в мгновение ока опутали всех пятерых наемников. Ломая им кости, он повернул их руки таким образом, чтобы их же кинжалы были направлены им в лицо, а затем одновременно надавил тенями на их головы. Так они и умерли, в позе «молитвы» и с клинками в голове.

Но на этом его ярость не утихла. Пылающий гневом, он стал летать над лагерем, выискивая других наемников. Он не считал, сколько именно он убил. Но когда звуки бойни стихли, и в небе перестали мелькать молнии, он осознал, что весь покрыт кровью. Небо над его головой стало светлеть, и по земле пополз утренний туман.

Шагая по мокрой траве, Инго старался не смотреть на сотни трупов, которые валялись вокруг него. Он боялся, что увидит среди них знакомые лица. Те, кто был на ногах, все шли к небольшому пригорку. Подняв взгляд, Инго увидел среди сотен никсов высокую фигуру Гантэра. Ускорив шаг, он направился к лидеру.

— Инго. Цел? — спросил Гантэр, когда он подошел ближе.

— Да. — понуро ответил Инго. Он заметил, что Гантэр был ранен в плечо. — А остальные как?

— А сам не видишь? — ответил Гантэр. — Эти ублюдки напали на нас, как крысы! Я собираю людей! Через неделю будет битва!

Дань традициям

Прошло шесть дней. За это время к стенам Вестерклова уже подошло многотысячное войско повстанцев. И хоть Гантэр не смог простить Анастериана за такой низкий поступок, нападать на город, когда в нем были мирные жители, он не собирался. Он дал хранителю запада семь дней, чтобы эвакуировать жителей из южной части города. Сама же битва должна была состояться на «брошенном» пустыре. Это было большое холмистое поле, на котором находилась пара заброшенных деревушек и старое кладбище. Но никсы не хотели ждать неделю…

Горе еще больше сплотило северян. В ту ночь, когда на лагерь напали наемники, погибло очень много мирных никсов, которые пришли в лагерь со своими вождями. Женщины, дети, старики. Наемники не пожалели никого. Для Инго единственным утешением было то, что никто из его знакомых не пострадал. Ранение получил лишь сам Гантэр. Похоже, клинок был отравлен, так как рана не заживала, и из нее стала течь черная кровь. Но ни Маверик, ни Гамюка, ни даже Ури не смогли вылечить его. Рана продолжала кровоточить, но Гантэр не обращал на нее внимания.

На пятый день ожидания у стен города появились войска Анастериана. Вдоль белых стен стали собираться тысячи наемников. До них было около километра, и даже через подзорную трубу нельзя было понять, кто среди них был капитаном. Зато с легкостью, и не вооруженным глазом, можно было разглядеть шестиметровые фигуры голиафов. Ведьмы привели с собой целое войско этих тварей. Армия Анастериана растянулась на несколько сотен метров. Страшно подумать, что все, кто там находился, могли использовать волю.

В Стелларии были строгие законы и традиции по ведению войны. Еще со времен первых войн считалось низостью и трусостью выставить против обычных людей, воинов, обладающих волей. Простые люди вообще не участвовали в сражениях, так как их тут же убивали. Поэтому все сражения были очень жестокие и кровавые. Кроме этого, перед каждой битвой обе стороны проводили переговоры. Эта традиция так же пришла со времен Великой войны. Но в старые времена это была необходимость, ведь тогда шло столько мелких распрей, что воинов попросту не хватало, поэтому некоторые конфликты урегулировались мирно. Но сейчас, когда смутные времена позади, встреча враждующих лидеров была лишь формальностью. Обычно они обменивались взаимными ругательствами и на этом расходились.

Помимо наемников и ведьм, на шестой день появились и храмовники. Воины Ярички выстроились с другой стороны войска, подальше от ведьм. Их позолоченные доспехи и белоснежные тоги отражали свет солнца, окутывая их необычным, мерцающим сиянием.

Но и армия Гантэра не уступала врагам в изобилии красок. Сиффийские никсы нанесли на свои тела боевые раскраски, которые не уступали своей яркостью татуировкам Широ. Горные же племена надели свои лучшие шкуры и короны из перьев птицы Рух. Эти гигантские птицы считались предвестниками войны, а их красные перья придавали еще больше воинственности и без того грозным никсам.

Инго же не считал нужным украшать себя перед битвой. Единственное, чем он занимался последние шесть дней, так это точил мечи и ходил на военные собрания.

Гантэр каждый день собирал военный совет и обсуждал тактику сражения. Из всего услышанного Инго понял, что лидер уже давно решил, как именно им лучше сражаться. Всего можно было выделить три основных отряда. Первый — это основные войска и конница. Они возьмут на себя рядовых наемников. Второй отряд состоял из нескольких капитанов и громовержцев. Они должны будут оттянуть на себя голиафов, «Братьев бури» и вражеских капитанов. Ну и третий — прикрывающий отряд. В него входили кастеллы, артиллерия, а также отряд «сломленных», Ури и сам Гантэр. Инго так и не понял, как Ури собирается сражаться. Да, он может скакать на лошади, но этого не хватит против Анастериана, который и являлся главной целью отряда. Был, конечно, еще один отряд, состоящий из двенадцати шаманов, ядоманта и алхимика.

Маверику так и не удалось избавиться от противного запаха «заградительного» зелья. Но это было уже неважно. Все без колебаний пили похлебку, которая должна была защитить их от золотых молний, а также принимали отвратительные мясистые шарики, которые и были тем самым противоядием от Блажова яда.

— Это точно поможет? — спросила, морща нос, Мавис. Она не отводила взгляда от пульсирующего комка плоти в своей руке.

— Да. — кивнул Маверик. — В Арно Очинг своя, отошедшая от стандартов алхимия. У нее даже названия нет.

— Блевотная алхимия. — предложил Джаспер, который сидел рядом. — Или помойная алхимия.

— Может «трюфельная»? — подключилась Габри. — По-моему, он чем-то напоминает трюфель.

— Не смешно. — все еще корча рожу, проговорила Мавис. — И мне нужно это съесть?

— На самом деле на вкус он не такой уж и отвратительный. — соврал Инго.

— Правда? — удивилась Мавис и отправила комок в рот.

Сделав пару укусов, Мавис закашлялась, но все же не выплюнула. Схватившись за флягу, она принялась проталкивать неприятную субстанцию в желудок с помощью вина.

— Ну точно «помойная» алхимия. — хрипло проговорила она. Похоже, все ее силы ушли на то, чтобы сдержать рвотные позывы, и сил на то, чтобы ударить Инго, у нее не нашлось.

— Сколько еще человек не приняли этой штуки? — спросил Гантэр у одной из армариек.

— Около сотни. — ответила воительница, с опаской покосившись на лидера.

За шесть дней вид у того действительно сильно изменился. Его кожа стала бледной, а от раны на плече во все стороны тянулись черные вены. Доползя до лица, они полностью окрасили левый глаз в черный цвет. Сам же Гантэр говорил, что ничего не чувствует. На его речи и воле это тоже никак не отражалось. Лидер повстанцев был все так же силен и крепок. Похоже, Мавис тоже была уверена в том, что с ее отцом все в порядке.

— Тогда раздайте им противоядие до завтрашнего утра. — сказал лидер.

Армарийка кивнула и направилась в сторону пушек, где стояли несколько ящиков с пульсирующими комками.

— Что насчет Анастериана? — Гантэр перевел взгляд на Джаспера. — Он согласился провести переговоры?

— Да. — кивнул Джаспер. — Завтра, в десять утра. Встреча пройдет в центре поля. Ты можешь взять двоих сопровождающих.

— Тогда я возьму капеллана и Инго. — тут же ответил Гантэр.

— Меня?! — удивился Инго. — А не лучше ли взять Делроя или Зенона?

— Нет. — ответил лидер. — Мне нужны именно вы двое.

— Почему?

— По многим причинам. — сказал Гантэр. — Ты сильный, да к тому же богорожденный. Это может вселить страх. Поэтому, когда завтра пойдем на переговоры, то попытайся выглядеть как можно страшнее. Крылья — рога, и все в таком духе.

— Ты и без Инго страха наведешь. — хмыкнул Джаспер, глядя на бледное лицо Гантэра.

— Но я не понимаю, почему Анастериан согласился провести переговоры утром? — задумался Делрой. — Насколько мне известно, его воля усиливается в полночь. Ему было бы выгодно оттянуть начало сражения до вечера.

— Наверно он уверен в своей победе. — сказал Джаспер.

— Или он что-то задумал. — вставила Мавис. — Не удивлюсь, если он нападет на тебя во время переговоров.

— Это исключено. — помотал головой Гантэр. — Анастериан хоть и подонок, но даже он не упадет так низко.

— Куда уж ниже? — сказал Инго.

Раньше он не питал к Анастериану особой злости. Да, западный хранитель был ему неприятен, но эта неприязнь была поверхностной. Но все изменилось три месяца назад. За это время Инго воспылал ненавистью к королю.

— А пираты? — Гантэр перевел взгляд на Мавис. — Что они говорят?

— Жак написал, что они смогут лишь обеспечить поддержку артиллерией. — ответила та. — Но я не думаю, что с такого расстояния атака с кораблей будет эффективна.

— Тогда напиши им, чтобы отплывали к устью Сильды. — велел Гантэр. — Если мы проиграем, то пусть забирают всех, кто сейчас в лагере, и переправляют их в старые города. Сколько у них кораблей?

— Около пятидесяти.

— Сойдет. Напиши, что мы оплатим затраты на перевозку.

Гантэр взял листок пергамента, и положив его на деревянный стол, который стоял в середине поляны, принялся что-то на нем писать.

— А с «якорями» что? — спросил он, не отрывая взгляда от пергамента.

Повисла тишина.

— Аластор? — проговорил Маверик.

— А? Что? — засуетился кузнец.

— Ты ведь занимался «якорями».

— Какими… А, да! Точно! — опомнился Аластор. — Так все уже сделано.

По просьбе громовержцев, кузнецы в течении последнего месяца ковали тяжелые цепи с грузилами. Они нужны были для того, чтобы не стеснять Харона в использовании воли. Дело в том, что громовержец мог в пылу битвы случайно поднять в воздух своих же товарищей. Именно для этого и нужны были цепи. Они как якоря будут удерживать никсов от ветра. Так же была выработана система оповещения, чтобы в нужный момент ухватиться за эти цепи.

— А нас точно не унесет? — спросила Мавис.

— Точно. — буркнул Харон. — Да и эти цепи не особо-то и нужны. Я же говорю, достаточно просто лечь на землю. Я пущу ветер в полтора метра от земли.

— Значит Мави и вовсе ложиться не придется. — хихикнула Мавис.

— Чья бы корова мычала. — вставил алхимик.

— Подстраховка все равно не повредит. — сказал Гантэр.

Снова повисла тишина.

— Ну, думаю на сегодня…

— Постойте! А что насчет тех штук? — проговорила Геката, указывая пальцем в сторону города, у стен которого горели костры. — Этих алтарей.

— Мы так и не выяснили зачем они нужны. — сказал Делрой.

— Тот парень, «просящий», говорил, что они вроде как усиливают волю. — сказал Гантэр. — Если это так, то и наша воля тоже усилится. В любом случае они для нас пока не представляют опасности.

— Как не представляют?! — возмутилась Геката. — Мы про них ничего не знаем. Они не могут быть тут просто так. Не лучше ли сосредоточить на них некоторые силы?

— Хорошо. — Гантэр снова посмотрел на дочь. — Напиши Жаку, чтобы оставил пару кораблей. Пусть они попытаются расстрелять эти алтари. Ядра ведь долетят до стен города?

Мавис помотала головой.

— А ты, Харон, разве не можешь разрушить их ветром? — спросила девушка.

— Мне будет некогда возиться с ними. На мне и так «Братья бури».

— Я разберусь. — сказал Делрой. — Моя воля усилится в полдень, и к тому времени уже начнется сражение. Я без труда смогу пробраться к алтарям. — сказал он, и повернувшись к Маверику, прибавил: — Дай мне какие-нибудь взрывающиеся зелья.

Алхимик кивнул.

— Ну, раз с алтарями все решили, то на сегодня закончим. — сказал Гантэр, все еще глядя на пергамент. — Можете идти.

Поднявшись, Инго направился вдоль опушки леса. Сейчас он хотел просто побыть один. Вся эта военная дребедень сильно утомила его.

Солнце уже зашло, и между деревьев горели сотни костров, вокруг которых сидели десятки никсов. Кто-то просто смотрел на огонь. Кто-то занимался своей боевой раскраской или делал ритуальное шрамирование. Над лесом разносились песни. Но это были не те веселые песни, которые звучали шесть дней назад на празднике. Сейчас никсы издавали тяжелые, грубые напевы войны. В этих песнях не было слов, лишь горестные и задумчивые мотивы. Сливаясь в унисон, они проникали в самое сердце, заставляя его трепетать. Но был среди этих мрачных напевов еще один. Прекрасный голос разбавлял «мычание» никсов, отскакивая от стволов, и зарождая в сердце иное чувство.

Надежду.

— М-м-м-м. М-м-м-м-м. М-м-м-м. — пели никсы.

— А-а-а-а-а. А-а-а-а-а. А-а-а-а-а. — вторила Зезиро.

Слушая ее, у Инго невольно вылезла улыбка. Он понимал, что Зезиро просто хотела поддержать общую песню, но ее аккомпанемент был столь неуместен, словно песня соловья на болоте с лягушками. Не помогла и ее новая «коронная фраза» (интересно, кто ее этому научил?):

— Пум-пу-рум! — раздалось в темноте.

— Пум-пу-рум, пум-пу-рум, пум-пу-рум. — разнесло эхо ее слова.

Инго не выдержал и рассмеялся. Да, похоже, Зезиро не даст сегодня никсам как следует погрустить и настроиться на возможную кончину. Но может это и к лучшему? Зачем терзать себя мрачными мыслями о смерти, если есть все шансы победить? Вот и никсы, похоже, прониклись этими мыслями, так как уже среди деревьев кто-то завел более веселую мелодию, сопровождающуюся звуками флейты.

Инго и сам не заметил, как дошел до стана шаманов. Среди наваленных друг на друга корзин с травами и порошками, стояли несколько колесниц-котлов, в которых приятно побулькивала какая-то жидкость. Как и остальные никсы, шаманы тоже раскрасили себя боевой раскраской. Но в отличие от обычных, разноцветных тел воинов, краска шаманов еще и светилась в темноте. И сейчас, среди клубов дыма, мелькали грозные оскалы и черепа, которые нарисовали на своих лицах шаманы.

— Mab Duw. — раздался между корзин голос одного из шаманов. — Ты приходить зачем? Смотреть? Что видеть?

— Э-э… — протянул Инго. — Что?

— Король смотреть. — сказал шаман, указывая на его глаза. — Ты видеть многое. Покажи ему нас! — сказав это, он повернулся к другим шаманам и прокричал: — Mae Duw eisiau ein gweld ni! Dangoswch eich hun!

Тут со всех сторон стали выходить светящиеся лица-черепа. Инго уже привык, что многие никсы, завидев его, подходили и выкрикивали ему в лицо свое имя. Как рассказал ему один из вождей, таким образом они приветствуют Короля Бога, чтобы тот, когда они умрут, узнал их и принял в свои чертоги. Ведь по приданиям, Король Бог был слеп и нем. Свои глаза и язык он отдал своим детям — богорожденным.

— Mab Duw. Тебе нужны силы. — сказал другой шаман. — Хочешь больше?

Сила ему, конечно, не помешает, но… Имея многолетний опыт общения с алхимиком, Инго не был уверен, что из этой затеи выйдет что-то хорошее. Но шаманы уже привели козла и перерезали тому горло. Еще одна странная особенность «шаманской» алхимии. Каждый раз, готовя зелье, они приносили в жертву животное. Зачем? На этот вопрос даже Маверик не мог дать ответа.

Пока шаманы смешивали травы с кровью, к нему подошел самый старый из них.

— Ты иметь темные чувства. — проговорил он, тыча ему в грудь пальцем. — Ты собирать души и ваять их.

Инго не понимал, что ему хочет сказать шаман. Какие еще души? О чем он? Но просить говорить внятнее, это то же самое, что попросить собаку мяукать.

— Чувства. — снова повторил шаман, ткнув пальцем ему в грудь. — Они рождаться там. В сердце. Так у всех. И родившись, они…БУМ! — шаман выпучил глаза и всплеснул руками. — Проявляться!

Тем временем его собратья уже закончили делать зелье. Оно было красное, и пахло орехами и железом.

— Пить. — сказал шаман, передавая ему блюдце с жидкостью.

Хоть Инго и не хотелось испытывать судьбу, и пить неизвестную жидкость, он все-таки доверился шаманам. Как-никак они были на его стороне, и не стали бы подвергать его жизнь опасности. Тем более за последнее время он и так перепробовал целую кучу зелий.

Наклонив блюдце, Инго почувствовал, как очень горячая жидкость наполнила его рот. Но боли не было. Лишь странное чувство, будто в рот залили расплавленный металл. Сделав глоток, он почувствовал, как эта масса провалилась в его желудок. В груди все забурлило. Его органы будто стали обвивать чьи-то щупальца. Но ни боли, ни слабости он не ощущал. Но и обещанного прилива сил тоже не было.

— Ну и? — спросил он, глядя на шаманов. — Я не…

Инго замер. Он только что увидел, как от ближайшего дерева отступила тьма ночи. Ящики, лошади и сами шаманы стали проявляться все четче. Создавалось такое ощущение, будто на этом клочке леса наступил день. Но небо до сих пор было темное и в нем мерцали звезды. Что-то похожее он видел в комнате, где выращивали костянку. Более того, опустив взгляд на свое тело, Инго увидел, что его всего окутали тени. Они струились вниз, словно темная ряса. Но продлилось это недолго. Только он попытался собрать все эти тени у себя в руке, как они тут же рухнули на землю, подобно воде. Расплескавшись, они на мгновение затопили все пространство, а затем отступили. Все вокруг вновь стало прежним.

— Ты чувствовать? — спокойно спросил шаман. Похоже, он не был поражен тем, что сейчас произошло.

— Я… Я не знаю. — ответил Инго. Чувство, словно его внутренности обвили щупальца, пропало. Но что-то явно было по-новому. Но Инго не мог понять, что именно. Какая-то странная уверенность. Будто в его теле раньше отсутствовал очень важный стержень, шестеренка которая должна была запускать важный механизм. И вот, наконец, эта шестеренка встала на место.

— Не бойся. — проговорил другой шаман. — Ты не будешь умирать. Король тебя охранять. — он похлопал себя по груди. — Чувства в сердце. Прояви их. Чувства можно проявлять.

На этом разговор закончился. Шаманы стали расходиться, моментально потеряв к нему интерес. Инго тоже не стал задерживаться. Повернувшись, он направился к своей палатке. Когда он дошел до нее, его сознание было как нельзя спокойным. Ему понадобилось всего несколько секунд, чтобы улечься и моментально уснуть.

* * *

Утром Инго проснулся от шелеста листвы. Месяц урожая подходил к концу и деревья готовились к зиме, скидывая с себя пожелтевшие листья. Взглянув на часы, Инго увидел, что уже восемь утра. Через два часа Гантэру предстояло встретиться с Анастерианом.

Покинув палатку, Инго направился к поляне, где находился штаб. Там он уже застал Гантэра с Делроем. Рядом с лидером, прислоненный к дереву, стоял титанийский меч. Это особый вид оружия, который имел по-настоящему гигантские размеры. Только одно лезвие было два метра в длину и около двадцати сантиметров в ширину. У Делроя тоже появилось дополнительное оружие. Вместе со своим мечом, он взял и меч своей погибшей дочери, который Инго когда-то нашел в особняке Стенторианов.

— Остальные еще не проснулись? — спросил Инго, садясь на пустой ящик.

— Громовержцы с Хаммерхексами уже на позициях. — ответил Гантэр. В его голосе Инго отметил нотки злобы. Похоже, лидеру не терпелось пустить в ход свой меч.

Через некоторое время на поляну пришли Широ и Мавис.

— Пришло письмо от Жака. — зевая, проговорила Мавис. Она, как и ее отец, совсем не выглядела взволнованной. — Он написал, что пираты уже начали эвакуировать лагерь.

Инго заметил, что Широ сегодня надела свое боевое облачение. Помимо кастетов, на ней была и ее маска-череп с перьями.

— Хорошо. — ответил Гантэр, а затем, подняв взгляд на Мавис, прибавил: — Тебе лучше пойти к кастеллам.

Инго было подумал, что Мавис начнет спорить. Но та развернулась и покорно последовала в сторону выстроенных пушек и баллист.

— Не умрите там. — бросила она через плечо. Хоть ее голос и казался беззаботным, Инго почувствовал в нем легкую хрипоту, словно в горле у нее застряли еще какие-то невысказанные слова.

Проводив дочь взглядом, Гантэр повернулся к Делрою.

— Решили вопрос с этими алтарями?

— Да. Я их взорву. — просто сказал Делрой и показал несколько вытянутых колб со светящейся жидкостью.

— Отлич… — Гантэр замер. Его взгляд был устремлен в сторону чащи, куда вел природный коридор из деревьев. — …но. — закончил лидер. — Черт побери. — прошептал он себе под нос, все еще не отводя взгляда от дороги. — Черт побери!

Инго тоже посмотрел на дорогу. По желтому ковру из опавших листьев шел старик в черном халате. Его борода, повязанная кожаными ремешками, медленно качалась из стороны в сторону. В его шагах больше не прослеживалась слабость, они были уверенные и твердые. Возможно это было из-за того, что в руках у него больше не было трости. Ее заменил огромный меч. Он был еще больше того, который сейчас стоял рядом с Гантэром. Именно этот меч Инго видел несколько лет назад в хижине Дедушки. Старик медленно волочил его за собой, оставляя глубокую борозду на холодной земле.

— ХА! ХА-ХА! — воскликнул Гантэр. Улыбаясь и раскинув руки в приветливом жесте, он направился навстречу Дедушке.

Но другая фигура опередила его.

— УЧИТЕЛЬ! — раздался радостный крик Широ.

Инго в изумлении посмотрел на принцессу. Та, бросив свою маску на землю, помчалась навстречу старику. Первый раз Инго увидел на лице Широ такое радостное выражение. Она буквально светилась от счастья. Подбежав к Дедушке, она крепко обняла его.

Инго ошарашенно посмотрел на Делроя. Тот, похоже, тоже был удивлен, не меньше его. Выходит, Дедушка — это и есть тот самый «учитель», которого искала Широ?

Тем временем Широ уже отпустила старика, и опустившись на колени, поклонилась ему прямо в ноги.

— Сколько раз я тебе говорил, чтобы перестала кланяться мне? — сказал Дедушка, помогая Широ подняться на ноги.

— Но Учитель…! — радостным голосом воскликнула Широ.

— Никаких «но». Перестань. — вставил Дедушка, и перевел взгляд на Гантэра, который так же, как и Инго с Делроем, стоял в изумлении. — Решил помочь вам. — проговорил Дедушка, и подойдя к лидеру, по-дружески его обнял.

— Не ожидал тебя еще раз увидеть. — улыбаясь, сказал Гантэр. — Я думал ты умер.

— Пока еще рано умирать. — хихикнул Дедушка, вступая на поляну и глядя на Инго. — Привет Инго, вот мы и снова встретились.

— Вы знакомы? — удивился Гантэр.

— И вы? — поднял брови Инго, глядя на Широ.

— Ты тоже? — проговорила принцесса.

— Похоже, только мы втроем не понимаем всей ситуации, господа. — раздался голос Ури.

Все так были удивлены появлением Дедушки, что не заметили, как на поляну прибыл Ури на своей белой кобыле. Спрыгнув вниз, он подполз к пеньку, и подтянувшись, уселся на него. Вместе с ним пришел еще и Гектор.

— Это мой друг. — первым опомнился Инго. — Дедушка. Он обучал меня в детстве грамоте и истории.

— Похоже, не только тебя. — вставил Делрой, покосившись на Широ.

— А имя у этого господина имеется? — спросил Ури.

Повисла тишина. Было слышно лишь как хрустят листья под подошвами сапог Дедушки.

— Старик. — проговорил Гантэр.

— Учитель. — сказала Широ.

— Дедушка. — ответил Инго.

— Ясно. — сказал Гектор, подходя к Дедушке и протягивая ему руку. — Так что ты тут делаешь, «Дедушка»? — с насмешкой спросил он.

Дедушка посмотрел на Гектора, и улыбнулся. Не говоря ни слова, он медленно пожал ему руку. Все еще не отпуская его руки, Дедушка отклонился назад и расправил плечи. Нет, не так. Он просто выпрямился!

Медленно, словно приближающаяся туча, на Гектора стала наползать тень. Его ошарашенный взгляд все поднимался и поднимался вверх, глядя на старика, который навис над ним, словно гора. Ткань халата стала скользить по рукам Дедушки, открывая железные пластины доспеха. Оказывается, то, что Инго все время принимал за халат, был на самом деле очень большой плащ. Когда он наконец выпрямился, то у Гектора открылся рот от изумления. Перед ним стоял трехметровый воин, облаченный в железные латы и улыбающийся ему доброй улыбкой.

Но поражен был не только он. Гантэр и Широ тоже стояли, и не отводили взгляда от старика. Похоже, они, как и Инго, не догадывались, что Дедушка был…

— Ф-ф-ферасиец?! — запинаясь воскликнул Гектор, осторожно высвобождая руку из полуметровых ладоней старика.

— Может быть. — хмыкнул Дедушка. — Я не помню.

— Я, конечно, догадывался… Но черт побери! — воскликнул Гантэр, обходя и рассматривая его с ног до головы.

— «Черт побери» — это ты. — вставил Дедушка. — Что с тобой случилось, Гантэр?

— А, ерунда. — отмахнулся лидер.

— Первый раз такое вижу. — сказал старик, рассматривая черный глаз Гантэра.

— И это говорит ферасиец. — отойдя, наконец, от ступора, съязвил Гектор.

— Почему ты не сказал мне, что ты ферасиец? — удивленно спросил Инго.

— Разве не сказал? — хмыкнул Дедушка. — А я думал, что говорил. Ну ладно, это не так важно.

— Это очень важно! — воскликнул Инго. — Ты же…ты же…

Инго не мог подобрать слов, чтобы высказать свое удивление. Перед ним стоял один из былинных воинов, о которых он слышал только из сказок, рассказанных этим же воином.

— Так значит ты решил помочь нам? — не дав Инго договорить, вставил Делрой.

— Как видишь. — ответил Дедушка.

— Отлично. — сказал Гантэр. — Тогда ты будешь…

— Со мной! — воскликнула Широ. — Я хочу сражаться вместе с Учителем!

— Хорошо. — сказал Гантэр. — На вас я оставляю голиафов.

Широ кивнула, и подобрав маску, спрятала за ней свое радостное лицо.

— Нужно будет предупредить остальных о тебе. — сказал Делрой, глядя на Дедушку.

— Я передам. — протянул Гектор и отправился вдоль опушки в сторону поднимающегося дыма от костров.

Инго до сих пор не мог во все это поверить. Дедушка — ферасиец. Да еще и учитель Широ. Выходит, он сильнее ее? Ведь Широ сама об этом говорила. И как он раньше об этом не подумал. Ведь он уже давно заметил, что Дедушка намного крупнее обычного человека.

Тем временем Гантэр стал обсуждать с Делроем как тот собирается подобраться к алтарям.

— Тебе лучше отправиться с громовержцами на колесницах. Спрыгнешь вниз, когда они подлетят поближе. — сказал лидер.

Делрой открыл было рот, но его прервал голос одного из разведчиков:

— ТАН! ТАН!

— Чего еще? — со вздохом спросил Гантэр.

— Войска! Войска Анастериана! — прокричал никс. Он был так взволнован, что даже не обратил на трехметровую фигуру Дедушки никакого внимания.

— Что «войска Анастериана»?

— Их стало больше! — воскликнул разведчик. — За ночь к ним присоединились еще три тысячи!

Гантэр замер. Обменявшись с Делроем обеспокоенным взглядом, он проговорил:

— Не может быть. Откуда у него столько людей? Мне ничего не докладывали про это. Все границы уже неделю как перекрыты. Откуда они пришли?

— Мы не знаем. — ответил разведчик. — Ночью они просто вышли из города.

— Ты уверен, что это не мирные жители? Может Анастериан хочет эвакуировать остатки? Если это так, я не буду ему мешать. — ответил Гантэр.

— Нет, это не жители. У них есть оружие и доспехи. Черные.

Гантэр снова переглянулся с Делроем. Взяв подзорную трубу, он подошел к краю поляны.

— Черные доспехи, говоришь? — медленно проговорил Гантэр, рассматривая войска противника.

— И еще черные кареты и горгоны. — вставил разведчик.

Инго тоже приложился к подзорной трубе. Глядя на противоположный конец поля, он увидел тысячи воинов, выстроенных в ряд. Сейчас, когда скрывать свое положение уже не было нужды, Инго смог увидеть несколько капитанов. Их легко можно было узнать по надменному виду, выделяющейся одежде и необычному оружию. Он увидел женщину, которая без конца вертела на пальцах две «даги», время от времени подкидывая их на вытянутый палец и балансируя тонким лезвием. Ведьмы стояли справой стороны, и были абсолютно неподвижны, будто статуи. Среди них была даже одна морана. А вот храмовников Инго не увидел. За место них появились тысячи воинов в черных доспехах. Даже с такого расстояния Инго смог разглядеть их лысые головы и синюю кожу.

— Это же те наемники. — сказал Инго. — Сколько их у Анастериана?

— Занафарийцы. — проговорил Дедушка, даже не глядя в трубу.

— Кто? — переспросил Делрой. — Первый раз о таких слышу. Это название клана?

— Это название королевства. — сказал Дедушка. — А точнее, старой империи. Занафар.

— Все равно не слышал. — помотал головой Делрой. — А ты? — он посмотрел на Гантэра.

Но тот тоже пожал плечами.

— Я тоже о них не знаю. — сказал Ури.

— Это не удивительно. — сказал Дедушка. — Ведь их не видели со времен Великой войны. Именно с ними сражался Гелиос и Энио.

— Это ты про Жрицу Зверя? — спросил Делрой и посмотрел на Инго. — Ты ведь что-то такое рассказывал, да?

— Занафарийцы — это проклятые люди. — продолжил рассказывать Дедушка. — По приданиям, они были первыми людьми. Но совершив страшный грех, они навлекли на себя гнев Короля Бога. Он их проклял, навечно погребя их империю в пучинах вод.

— Что за чушь? — хмыкнул Гантэр. — Уж больно они живые для мертвецов.

— Но факт остается фактом. — вставил Ури. — Они тут. И нам придется с ними сражаться. Насколько я знаю, они не обладают волей, так что особых проблем они не доставят.

— Но их много. — сказал Делрой.

— Ладно, черт с ними. — махнул рукой Гантэр. — Если они не обладают волей, то просто сметем их кастеллами. — и повернувшись к разведчику, прибавил: — Передай Халду, чтобы просто давил их. Нечего тратить на них болты.

Когда разведчик удалился, Гантэр оглядел поляну.

— А где Маверик?

— На позиции. — ответил Делрой. — А зачем он тебе?

— Хотел попросить его оставить несколько шаманов в лесу, чтобы те помогали раненым. — ответил Гантэр. — И чтобы он присмотрел за этим Гамюкой. Не нравится он мне. Его нельзя подпускать к раненым.

— Хорошо, я передам. — сказал Делрой.

— Ну ладно. — Гантэр посмотрел на солнце. — Уже половина десятого. Пора собираться на переговоры.

Без лишних слов, он помог Ури усесться на лошадь. Надев шлем с нимбом, Ури взял в руки знамя. Сейчас он не выглядел как калека. Внушая благоговейный страх, он даже казался немного выше. А его голос под шлемом стал отдаваться эхом. Излучая свет, он встал по правую сторону от Гантэра.

— Ты уверен, что стоит пойти мне? — спросил Инго, когда Гантэр посмотрел на него вопросительным взглядом. — Если хочешь внушить страх, то лучше будет взять Дедушку.

— Нет. Мне нужен именно ты. — сказал Гантэр и поманил его рукой.

Инго не стал спорить. Призвав тени, он создал себе черный доспех. К его удивлению, доспех вышел очень плотный, как будто на нем и вправду была металлическая броня. А два огромных крыла сейчас смахивали на плащ. Шлем Инго не стал создавать, ведь Гантэр хочет, чтобы Анастериан увидел его глаза.

Медленно шагая, они направились в центр поля. Инго чувствовал, как на них устремились тысячи взглядов. Ветер затих, но солнечное знамя Ури по-прежнему колыхалось. Идя вперед, Инго заметил, что лошадь капеллана ступает бесшумно, хотя трава под ее копытами проминается. Более того, он слышал еще одну пару ног. Будто кто-то невидимый ступает рядом со святым рыцарем. Но прислушиваться у него не было времени. Навстречу к ним уже двинулись три фигуры.

Инго сразу узнал Анастериана. В бордовых доспехах, он медленно шагал им навстречу. Его белый плащ сильно подчеркивал длинные черные волосы, которые были заплетены в конский хвост. Как и Гантэр, он не взял с собой оружия. Также вместе с ним шли двое сопровождающих.

Первый был невысокий мужчина в обычных, серых латах. Один глаз у него был незрячим и затянут белой пленкой. Также его отличительной чертой были намотанные прямо на доспехи молитвенные ленты. Инго даже мог прочитать на их белой поверхности некоторые слова.

А вот кто был второй сопровождающий, Инго так и не понял. Эта была фигура, в длинной, рваной мантии, на которой мерцали золотые руны. Его лицо было скрыто под расписной маской, которые носят арлекины. Единственное, что было видно, так это золотистые волосы, которые спадали до шеи.

— Смотрите в оба. — проговорил Гантэр, когда до Анастериана оставалось несколько десятков метров. — Тот, в мантии — алхимик.

Когда расстояние между ними сократилось до пяти метров, Гантэр остановился. Анастериан сделал то же самое.

Почти минуту они просто смотрели друг другу в глаза.

— Ну? — не выдержал король. — Ты ведь хочешь что-то сказать?

Его тон показался Инго странным. Он ожидал услышать в голосе Анастериана высокомерие или уверенность. Но услышал лишь странную отрешенность. Словно его мысли были заняты другим.

— Сдавайся. — сказал Гантэр. — И я даю слово, что подарю тебе быструю и безболезненную смерть. Незачем губить чужие жизни ради неизбежного.

— То же самое я могу сказать и тебе. — ответил Анастериан. — Это ты их привел. — он указал на никсов. — Тебе их не жалко? Все они умрут ради твоих амбиций.

Инго сжал кулаки.

— Да как ты смеешь? — проговорил он сквозь зубы. — Как смеешь говорить о жалости, после всего, что сделал?! Твои наемники убивали невинных людей у меня на глазах! И после этого ты говоришь о жалости?!

Анастериан перевел на него взгляд.

— Они пошли против империи. — проговорил он все тем же, безучастным тоном. — А значит они враги.

— Разве ты не… — продолжил Инго, но его остановила рука Гантэра.

— Успокойся. — сказал лидер.

— Я тоже считаю, что не следует вмешиваться в их разговор. — проговорил алхимик.

Из-за маски было сложно понять, кому принадлежит голос — то ли юноше, то ли девушке.

— Мы это уже все проходили. — продолжил Анастериан. — Скажи мне, де Сильво, твоя дочь ведь тут? Может хоть ради нее ты усмиришь свою гордыню?

— С каких это пор ты стал беспокоиться о других? — спросил Гантэр.

— Я лишь пытаюсь образумить глупого старика. Посмотри на себя, тебе недолго осталось. Твоя жалкая месть уже погубила тысячи жизней. Сколько людей должно погибнуть, чтобы ты наконец успокоился?

— Только один. — ответил Гантэр.

— Тогда им станешь ты. — сказал Анастериан, и повернулся чтобы уйти. — Я даю тебе час. Сдавайся, или я не пощажу никого, как это было в прошлый раз. Ты ведь должен понимать, что ты жив лишь по моей милости.

Сказав это, он направился обратно к стенам города.

— Было приятно с вами повидаться. — проговорила фигура в маске, отвесив поклон и направившись вслед за королем.

А вот наемник в латах не сдвинулся с места. Его взгляд был устремлен на Ури.

— Ты хочешь мне что-то сказать, Амори? — спросил капеллан. Голос Ури отдавался странным, металлическим эхом.

— Мне нечего сказать предателю. — ответил наемник и перевел взгляд на Инго. — Богорожденный. Нет, ты не достоин такого имени. Отродье — вот твой титул. Твое существование великий грех. И сегодня я искуплю его, лично убив тебя. — сказал он, и плюнув под ноги Инго, тоже последовал за королем.

— Идем. — сказал Гантэр. — Нужно готовиться к битве.

Возвратившись в лес, Гантэр сразу же направился в сторону кастелл. Инго не пошел за ним. Его место в другом конце поля. Но пока что он не хотел туда идти. Его мысли целиком и полностью были заняты словами Анастериана. Неужели он настолько уверен в себе, что не допускает даже мысли о поражении? Тон короля был абсолютно безучастным, как будто он собрался выпить чаю, а не решить судьбы тысяч людей.

В это время никсы во всю готовились к сражению. Вожди давали последние напутствия своим воинам. Они первые пойдут в атаку. По всему лесу разносился лязг мечей и вой горгон. Первые ряды уже были выстроены вдоль всей опушки. Покрытые боевыми рисунками, их лица были устремлены на стены города, где уже выстраивались войска Анастериана. Проходя мимо них, Инго слышал, как никсы выкрикивают ему вслед свои имена.

Решив, что пора взять себе лошадь, Инго направился к стойлам. Зенон предупредил его, чтобы он не взлетал в первые минуты сражения, так как тогда станет легкой мишенью для «Братьев бури» и копьеметателей. Идя на вой горгон, он вдруг увидел, что на поляне, где стояли передвижные кузни, собрались все «сломленные» вместе с Зезиро. Рядом с ними стояли три ящика, которые они взяли из Белланимы. Двое из них уже были открыты.

— Как я вижу, переговоры прошли неудачно. — сказал Артур, когда Инго приблизился к ним.

— Что это вы делаете? — спросил Инго, глядя на Зезиро.

Сейчас она была одета в странного вида латы. Они были сделаны из маленьких «заплаток», вырезанных из других доспехов. Где-то был золотой квадрат, а где-то серебряный, а где-то и вовсе закопченный или заржавевший. Более того, было видно, что все эти куски скрепили только что. Инго это понял не потому, что хорошо разбирался в кузнечном деле, просто доспех был не закончен, и «сломленные» по очереди доставали оставшиеся пластины из ящика и с помощью маленьких молотков и раскаленных щипцов надевали их на железный каркас.

— Готовимся к битве, разве не видно? — проговорил Гектор.

— Готовимся. Готовимся. Пум-пу-рум.

— Пожалуйста, госпожа, не вертитесь, а то я могу нечаянно обжечь вас. — сказала Александра.

— Что это за штуки? — спросил Инго, глядя на пластины.

— Доспехи чистилища. — ответил Артур. — Одна из реликвий Белланимы.

Инго заметил, что в ящике лежали не только «заплатки». Кроме них там были и железные перчатки. Хотя и те были от разных доспехов. Одна перчатка была бронзового оттенка и с какой-то выпуклой надписью, а вторая сделанная из черного орихалка с инкрустированными в пальцы драгоценными камнями. Кроме этого они были еще и разных размеров. Приглядевшись, Инго увидел и остроносый шлем. А точнее то, что от него осталось. Весь покрытый ржавчиной, он вряд ли мог защитить даже от попадания обычного камня. Об этом говорили и многочисленные вмятины и дыры. От когда-то красивых перьев, остались лишь жалкие стебли с несколькими волосками.

— Вы уверены, что это хорошая идея? — спросил он, глядя как Артур прикрепляет очередную «заплатку».

— Уверены? Уверены? Вы уверены? — передразнила Зезиро, наклоняя голову и глядя в лицо Давида. — Да, мы уверены. А почему? Я не знаю. А-а-а-а-а-а. А-а-а-а-а-а.

— Священные реликвии всегда помогают в трудную минуту. — раздался над головой Инго голос Ури.

Повернувшись, Инго увидел капеллана. Сейчас Ури снова снял свой шлем.

— Пришел выпытывать наши секреты? — ухмыльнулся Гектор. Инго понял, что он сказал это в шутку.

— У меня и своих секретов предостаточно. Чужие мне не нужны. — улыбнулся Ури. — Я пришел пожелать вам удачи, и…я хочу, чтобы вы позаботились о моих детях, если вдруг со мной что-нибудь случится.

— Вот еще этих мелких спиногрызов нам не хватало. — пробубнила Александра.

— Обещаю, что позабочусь о них. — сказал Артур.

— Спасибо. — как мог, поклонился Ури со своей лошади. — Я помолюсь за вас.

— Валяй. — вставил Гектор. — Только лоб не расшиби.

Ури ухмыльнулся.

— Молитва рождается в сердце. Если ты искренне веришь, то она приобретает форму. А какую — решать уже тебе.

— Тогда пусть она приобретет форму колеса, и катится ко всем чертям. — съязвил Гектор.

Ури снова усмехнулся. Ничего не сказав, он отправился дальше. Когда он проходил мимо, Инго вдруг заметил, что рядом с лошадью Ури идет еще кто-то.

Это был человек в длинном коричневом балахоне. Кроме того, на голове у него был надет странный колпак. Он полностью накрывал всю голову до самой шеи, из-за чего понять мужчина это, или женщина, не было никакой возможности. Помимо этого, у колпака не было отверстий для глаз и рта, и его верхушка странно колыхалась, словно пламя свечи. Фигура в балахоне медленно шла за лошадью Ури, сложив руки в молитве. Инго заметил, что на ногах у этого человека не было обуви.

— Кто это там? — спросил Инго, указав на фигуру позади Ури.

— А? — Артур поднял голову. Он так был сосредоточен на пластинах, что, похоже, не услышал вопроса Инго.

— Вон там, рядом с Ури, кто это? — повторил вопрос Инго.

— Где? — Артур уставился на фигуру всадника, который уже успел удалиться на довольно значительное расстояние.

— Позади лошади, в рясе. Видишь? Это какой-то священник, или кто? — спросил Инго, снова показывая на лошадь.

— Ты это о чем? — Артур посмотрел на Инго непонимающим взглядом. — Нет там никого.

— Да как нет? Вон там, ты разве не видишь?

— Похоже, у тебя уже крыша едет. — вставил Гектор, прикрепляя очередную пластину.

Инго посмотрел на Артура. Тот приложил руку ко лбу, все еще разглядывая спину Ури.

— Никого не вижу. — сказал он. — Наверно тебе просто привиделось.

Инго снова перевел взгляд на капеллана. Он было понадеялся, что слова Артура окажутся правдой, и ему действительно лишь привиделась эта фигура, но нет. Медленно шагая, за всадником на белой лошади продолжала идти фигура со сложенными ладонями. Может догнать его и спросить?

Но мысли Инго прервал протяжный вой сотен труб, оповещающий о приближении битвы. Нет, не время сейчас думать о всяких пустяках. Нужно найти лошадь и настроиться на битву.

Подойдя к конюшням, Инго выбрал себе молодую кобылу. Он не стал ее запрягать, так как Инго всего-то нужно будет доехать на ней до середины поля. Потом он ее отпустит. Сражаться на обычной лошади было бесполезно, так как ее тут же убьют. Для кавалерии использовались особые лошади, облаченные в крепкие доспехи и обладающие волей.

Как только Инго уселся, то тут же пустил лошадь к передним рядам. С каждой секундой он очищал голову от ненужных мыслей, и заполняя ее новыми, более злыми намерениями. Его враг там. Хейден. Ему уже было наплевать сколько «просящих» будет вести на него охоту. Но первым, кто умрет на поле брани, будет этот наемник из «Братьев бури». Инго убьет его тенями. Той силой, которую тот и пробудил. Задушит! Проткнет! Разорвет! Уничтожит…!

— Инго? — раздался откуда-то издалека голос Габри.

Инго и сам не заметил, как доскакал до громовержцев. На небольшой поляне стояли две колесницы, запряженные грозовыми горгонами. В одной из них уже сидели Хаммерхексы. Кроме них на поляне уже собрались и остальные громовержцы. Все они были одеты в свои лучшие боевые доспехи. Инго первый раз видел их такими нарядными. У каждого из громовержцев был закрытый шлем в форме головы ястреба с торчащим позади ореолом из железных перьев. Даже толстый Харон выглядел в них круто.

— Готов? — спросил Юлиус, глядя на Инго.

Инго кивнул.

— Не взлетай, пока Геката не разберется с копьеметателями. — повторил свое напутствие Зенон.

— Не беспокойся, — вставила никса, — я быстро с ними разделаюсь.

Через пару минут к ним присоединились еще несколько вождей. Они, как и Инго, будут разбираться с вражескими капитанами на земле.

— Остерегайтесь Николет, Дидье и Тихиру. — продолжил говорить Зенон. — Все они искусно фехтуют и атакуют после парирования. Старайтесь атаковать их с расстояния. Помните, у этой троицы оружие в каждой руке.

— А у самого-то где меч? — спросил Харон, глядя на Зенона.

— Вот черт, и правда. — засуетился Зенон, оглядывая поляну в поисках своего меча.

Инго тем временем взял свои мечи, которые оставил утром у колесниц. Вместе с ними он надел и меховой плащ, который когда-то подарила ему мама Минди. Он так и не узнал ее имя…

— Инго, можно тебя на минуту? — спросила Габри.

— Да, конечно. — ответил Инго, поймав при этом ухмыляющийся взгляд Юлиуса.

Габри отошла чуть подальше от основной толпы. Ее взгляд был устремлен вниз, и было не понятно, что она сейчас чувствует. Остановившись около дуба, она повернулась к нему лицом. Было видно, что она хочет ему что-то сказать, но не может. Понемногу, ее раскосые глаза стали наполняться слезами.

— Я…я…я. — начала запинаться она. — Мы ведь можем умереть…

И тут Инго проняло. Не о Хейдене он должен сейчас думать! Минди с ее мамой не вернуть, но у него еще есть те, за кого стоит сражаться. Нет, он больше никого не потеряет! Если понадобится, то сам закроет их своим телом. Сделав шаг, он обнял плачущую Габри.

— Не бойся. Никто не умрет. — проговорил он. — Я не допущу.

Габри медленно подняла на него свои глаза. Слезы уже прекратили течь, но в них еще осталась тень страха. Но и она вскоре исчезла, сменившись блеском надежды. Еще секунду она смотрела на него, а затем медленно закрыв глаза, поплыла к его губам.

Но в миг, когда между ними оставалась пара сантиметров, небо содрогнулось от звуков грома. Воздух наполнился звуками труб и ревом горгон. Одновременно, они оба вздрогнули и отпрянули друг от друга.

— Габри! Скорее! — послышался голос Зенона. — Нам пора!

Габри снова посмотрела на Инго. Сейчас ее взгляд был полон решимости и жизни.

— Поговорим после. — твердо сказал Инго.

— Да. — кивнула Габри и тут же исчезла в вспышке молний.

Инго перевел взгляд на поле. Он успел увидеть две колесницы, которые уже поднялись в небо. В одной из них он увидел Зенона, который, подняв руку к небу, выпустил черное облако. В один миг облако накрыло все поле, на которое уже выехали всадники. Загремели молнии, засвистели копья и заревели горгоны. Битва началась.

Первая жертва

Проводив взглядом удаляющиеся колесницы, Инго взмахнул крыльями и перелетел на лошадь. Пришпорив, он направил ее в сторону маленькой деревушки. Впереди он увидел небольшую группу храмовников, которая двинулась в ту же сторону. Посмотрев направо, он увидел на линии горизонта фигуры голиафов, которые неслись во весь опор на крошечные кастеллы. Людей с такого расстояния совсем не было видно.

Поле брани было такое больше, что по прошествии минуты еще ни один из воинов так и не достиг своего противника. Зато в небе уже во всю гремели сражения. Инго увидел, как одна, яркая молния, упала прямо в ряды копьеметателей. Секунда, и по рядам прошлась яркая дуга, в мгновение превратив в пепел половину наемников. Началась паника. Наемники падали один за другим. Кто-то в страхе швырял копья, но промахивался и убивал своих же товарищей. Но это был лишь первый ряд. Копьеметатели были выстроены по всей линии поля. Взлетать было еще опасно.

Преодолев четверть пути до деревни, Инго заметил три темные фигуры, появившиеся на середине поля. Это были двое наемников в черных одеждах. Занафарийцы. Третья же фигура была закована в железные кандалы. Сбросив пленника с колесницы, они поставили его на колени перед приближающимися никсами.

— «Обмен пленными?» — мелькнуло в голове у Инго.

Но эта догадка оказалась в корне неверной.

Достав из колесницы два копья, занафарийцы подошли к пленнику, и одновременно вонзили их ему в плечи. Копья вошли крест-накрест, пронзив таким образом сердце и легкие.

В этот момент небо содрогнулось. В темной туче, нависшей над полем, появилась воронка, открыв вид на голубое небо. В этом «окне» Инго увидел маленькую черную точку. Что это? Птица?

В это время занафарийцы достали кинжалы и так же одновременно вонзили их себе в сердце.

И снова грохот. Маленькая точка в небе пришла в движение. Все больше увеличиваясь в размерах, она летела прямо на поле. Инго остановил лошадь. То же самое сделали и другие воины. Все взгляды были устремлены на небо, откуда на них падал огромный астероид.

Нет, этого просто не может быть. Астероиды никогда не падали в этом районе. Неужели это из-за занафарийцев? И что теперь делать? Астероид похоронит всех. Инго был уверен, что помимо них, конец придет и городу.

Тем временем над полем повисла тишина. Все смотрели на приближающуюся, неукротимую смерть. Вот и все. Огненный камень был размером с пятую часть Вестерклова. И до столкновения оставалось всего несколько секунд.

И в тот момент, когда до смерти оставалась пара мгновений, воздух наполнил резкий, словно удар лезвия, свист. Инго увидел, как исказилось пространство прямо посередине астероида. Удар был такой силы, что разрезал не только астероид, но и землю вместе со стенами города. Расколовшись на две части, астероид рассыпался, будто фейерверк. На землю стали падать лишь тлеющие остатки, которые на глазах превращались в кучки пепла. Что это было? Инго в недоумении стал осматриваться. Никто из людей, пусть он хоть в сто раз сильнее Анастериана или Гантэра, не смог бы разрезать этот астероид. Инго был уверен, что даже Дедушка, Широ и Зезиро не могли с ним ничего поделать. Что же тогда произошло?

В чувство его привели раскаты грома. Воронка в небе уже затянулась, и в тучах снова замелькали молнии. Маленькая передышка закончилась, и битва продолжилась. Теперь яркие вспышки, которые мелькали в рядах копьеметателей, переключились на черные фигуры занафарийцев, которые мчались на лошадях в центр поля. И Инго полностью разделял мнение Гекаты. В первую очередь нужно разобраться с ними.

Снова пришпорив лошадь, он помчался дальше. Но из головы у него никак не выходило то, что сейчас произошло. Это какой-то ритуал? Может как раз для этого и нужны были те алтари?

Раздумывая, он на ходу вынул меч. Перед ним появился первый враг. Один из занафарийцев просто бежал на него с поднятым мечом. Убить его не составило труда. Шотел легко избавил наемника от его головы вместе с половиной руки. К счастью, это убийство не спровоцировало новое падение астероида, а значит занафарийцев можно спокойно убивать.

С неба все еще продолжали падать тлеющие камни. Некоторые были настолько большими, что не успевали развалиться в воздухе. Инго увидел, как один такой кусок похоронил под собой двоих наемников. Происшествие с астероидом посеяло небольшую смуту в рядах обеих армий, и теперь наемники вместе с никсами разбрелись по всему полю.

Добравшись до середины, Инго спрыгнул с лошади. Теперь нужно просто прорываться к деревне. Призвав тени, он схватил ими ближайшего наемника. Это был какой-то никс из «солнц». Тот сразу же споткнулся и упал. В момент падения, Инго обвил его руку тенями, и сломав кости, вывихнул руку с зажатым в ней мечом так, чтобы никс упал прямо на свое лезвие. Момент спустя клинок вышел из его спины.

Перешагнув через его тело, Инго направился к группе суммийских пиратов. Эти пираты не входили в картель, и поэтому с радостью присоединились к войску Анастериана. Уклонившись от метательных ножей, Инго упал на четвереньки. Окутав себя тенями, он, словно змея, прополз между их ногами. Оказавшись спинами пиратов, Инго свернул шею первому головорезу, одновременно толкнув второго ногой под колеса проезжающей мимо колесницы. Третьего же он просто разрубил своим мечом.

Разобравшись с пиратами, Инго посмотрел направо. И как раз вовремя. На него летел «просящий» с поднятым мечом. В это же время на него нацелили арбалеты еще несколько пиратов. От прилившего адреналина, его мозг заработал с удвоенной силой. Парировав удар наемника, Инго вонзил меч прямо в ступню врага, пригвоздив его к земле. Схватив освободившейся рукой плечо наемника, Инго развернул его в сторону пиратов и спрятался за его спиной.

— Нет! — выкрикнул наемник, выставив перед собой руку. Но было поздно. В его тело вонзились семь арбалетных болтов.

Инго уже собирался пойти в атаку на перезаряжающих свои арбалеты пиратов, но не успел. В группу разбойников ворвались сиффийские охотники. Пара ударов костяным копьем, и пираты уже лежат на земле в лужах крови.

Оглядевшись по сторонам, Инго больше не увидел врагов. Мимо него проскакал на белой горгоне один из вождей. Инго узнал его. Именно с ним он первый раз пошел на охоту.

— Не останавливайся, Сын Бога! — выкрикнул он. — Сегодня твой Отец узнает многих! Смотри и сражайся!

Сказав это, он поднялся на ноги прямо на спине горгоны. Схватив пролетающее мимо копье, брошенное одним из вражеских наемников, он послал его обратно.

Инго проводил вождя взглядом. Это он специально подставился, или просто хотел покрасоваться?

Создав себе крылья, Инго полетел вперед, но не высоко, а всего в метре над землей. Враги все еще были слишком далеко, чтобы принимать их за реальную угрозу. Он снова поднял взгляд в небо. Темная туча без конца озарялась вспышками молний. Колесниц громовержцев по-прежнему не было видно. Может слетать и проверить, как там Габри с громовержцами? Нет. Нужно верить в них, ведь они лучшие из лучших. К тому же его место здесь.

Ускорившись, Инго заметил черную карету. Она мчалась прямо на него. У Анастериана что, тоже есть кастеллы? Но через пару секунд Инго понял, что это была не карета, а обычная телега. В ней сидели по меньшей мере двадцать занафарийцев. Но все они были какие-то странные. Их лысые головы были ссохшиеся, а пустые рты открыты в беззвучном крике. У каждого их них были связаны руки, с зажатыми в них двуручными мечами. Высунувшись из-за бортов телеги, они беспорядочно молотили клинками воздух, будто марионетки у плохого кукольника. Те, кому не хватило места у бортов, «атаковали» воздух над своей головой.

— Что это за хрень? — подумал вслух Инго.

Инго крепче сжал мечи. Если это опять какой-то ритуал, то их нужно немедленно остановить. Но как только он подлетел к краю телеги, высохшие «пассажиры» резко оживились. Заревев своими беззубыми ртами, они стали с удвоенной силой молотить острыми клинками. От такой неожиданной атаки, Инго на секунду потерял чувство пространства, врезался в землю и заскользил. Вонзив шотел в землю, он стал тормозить им. Когда ему удалось остановить скольжение, телега уже развернулась и снова помчалась на него.

Пустив вперед тени, он в одно мгновение связал всех занафарийцев, прижав их друг к другу, словно уродливый букет. Не в силах поднять руки, они лишь жутко вопили, каждый на свой лад. Вытянув еще одну тень, Инго вложил в нее меч, и одним махом снес головы всем противникам.

Вздохнув с облегчением, Инго рассеял тени, и тут же замер в ужасе. За место того, чтобы упасть кучей бездыханных тел, трупы занафарийцев еще какое-то время двигались, ползя на коленях, время от времени колотя землю своими привязанными мечами. Но вскоре, один за другим, они перестали двигаться, отведя богу душу (если, конечно, она была у этих тварей).

Только Инго собрался продолжить свой путь к деревне, как услышал вопль Крикса:

— ИНГО, ПРИГНИСЬ!

Инго тут же упал на землю. В этот же миг над ним нависла тень лошади. Это была та самая кобыла, которая тянула телегу с занафарийцами. Встав на дыбы, она уже была готова ударить Инго своими могучими копытами, но тут в ее морду прилетел посох, кинутый Криксом. Раздробив ей челюсть, он на секунду отвлек лошадь, что помогло Инго закончить дело.

Перекатившись, он ушел из-под копыт лошади, и кинул свой меч прямо кобыле в шею. Изрыгая потоки черной крови, она стала скакать на месте и бить задними копытами. От ее удара телега подпрыгнула, и перевернувшись, накрыла лошадь.

— Ты как, в порядке? — спросил Крикс, подбежав к нему.

— Да. Спасибо. — ответил Инго, наблюдая за последними секундами жизни черной лошади.

— Это и есть занафарийцы? — спросил Крикс, приподнимая телегу и глядя на мертвую лошадь. — Делрой мне рассказал про них.

— Ага. — Инго перевел дыхание и огляделся. Поблизости никого не было видно. — А ты что тут делаешь? Разве ты не в основном отряде?

— Так из-за этого астероида все разбрелись кто куда. — ответил никс. — Откуда он вообще взялся?

— Занафарийцы призвали. — ответил Инго.

— Призвали астероид?! — удивился Крикс. — Но как?

— Какой-то риту…

— Погоди. — прервал его чемпион. — Что это у тебя?

Он потянулся к его плечу и вытащил из кожаного доспеха арбалетный болт. Похоже, это был один из тех, что выпустили в него пираты. Но болт не сильно его ранил, всего лишь небольшая царапина. Его спасли кожаные доспехи и тело наемника, которое и погасило удар.

— Панацею дать? — спросил Крикс.

— Не нужно. Я в норме, это обычная царапина. — ответил Инго. — Ладно, не время тут болтать. Иди к центру поля. У стен сейчас опасно, там Делрой скоро взорвет алтари.

— Ладно. Будь осторожен. — сказал Крикс.

Инго проводил взглядом чемпиона. Тот, сбив с лошади какого-то наемника, и сломав тому шею, залез на освободившийся транспорт.

Инго же продолжил путь к деревне. От невысоких деревянных домов уже шел дым. Значит кто-то из вождей уже успел добраться до храмовников. Расправив крылья, Инго полетел прямо в сторону черного дыма. Сейчас уже можно было не беспокоиться о копьеметателях. Большинство из них уже разбежались, спасаясь от осколков астероида.

Взмахнув пару раз крыльями, Инго за считанные секунды добрался до первых строений. Как бы это странно не казалось, но в деревне было совсем тихо. Даже звуки сражения и раскаты грома, тут казались совсем тихими. Гораздо громче тут скрипели двери и раскрытые створки на окнах.

— «Тут что, никого нет?» — подумал Инго. Взлететь над деревней чтобы осмотреться, он не решился, было бы слишком глупо выдать себя. Подавив волю, он вступил в деревню.

Осторожно ступая по пустым улицам, он неустанно озирался по сторонам. Но ни одной живой души он так и не почувствовал. Но он же видел, как сюда направился большой отряд воинов. Да и поднимающийся дым говорил о том, что тут кто-то есть.

Пройдя еще несколько домов, Инго вышел в центр деревни, где находился колодец и рос невысокий дуб. Как раз от него и шел дым. Половина дерева была обуглена, и тихонько тлела. Но за место привычных, оранжевых углей, дерево было покрыто ярко-золотыми головешками. Кроме того, они издавали не треск, а еле слышное позвякивание, будто крошечные колокольчики. К дереву была пригвождена несколькими копьям мертвая горгона. И хоть она тоже вся обуглилась и покрылась копотью, в некоторых местах еще можно было разглядеть белую чешую. Это была горгона вождя. А вот самого никса нигде не было видно.

Но не успел Инго как следует все осмотреть, как двери ближайших домов сорвались с петель от сокрушительных ударов, и через них на площадь хлынули храмовники. Их было человек тридцать. Все они были одеты в золотые доспехи, поверх которых были накинуты тоги. И только один из них был одет в рясу священника с золотой кольчугой поверх белой ткани. На голове у него был одет венок из листьев шести священных деревьев. Выходит, это был юстициарий Ярички.

Окружив Инго, они сомкнули начищенные до блеска щиты, и хоть солнце было затянуто тучами, Инго на секунду ослепил яркий свет. Его тени тут же рассеялись и призвать новые у него так и не вышло. Но храмовники не стали на него нападать. Они чего-то ждали. И через секунду Инго понял, что именно.

В круг вошел юстициарий с поднятым мечом.

— Богорожденный! Именем Ярички, я, Гюстав де Джозу, приговариваю тебя к смерти! Именем Привратника! Именем Судьи! Именем Обличителя! Именем Путника! Именем Врачевателя! И именем Светонос…!

В этот миг Инго услышал свист и на его лицо попало что-то мокрое и теплое. Свет от щитов тут же исчез, и Инго увидел, что в шее у юстициария торчит костяное копье. Вот что бывает, когда затягиваешь с речью.

Инго понял, что снова может призвать тени. Не мешкая, он взлетел вверх, а затем обрушился на группу священников. Вместе с ним на храмовников напали и трое вождей, среди которых был и его знакомый. А один из вождей был настолько огромен, что одним взмахом своей ручищи, словно медведь лапой, снес голову одному из храмовников.

Тем временем Инго стал расправляться с остальными. Первый раз его шотел пригодился ему как нельзя кстати. Изогнутый клинок легко обходил золотые щиты, вонзаясь в шеи и плечи противников. Тела убитых священников не успевали коснуться земли, как рядом уже умирал следующий.

Закончив с первой группой, Инго переключился на вторую. И тут он встретил первого серьезного противника. Когда Инго окружили храмовники, он не увидел его. Но теперь Инго четко разглядел среди золотых доспехов черные латы инквизитора. В руках он держал меч и плеть, на которой было десять ответвлений.

— Помогите остальным. — проговорил инквизитор своим товарищам. — Я сам разберусь с отродьем.

Сказав это, он перевел взгляд на Инго. Бритая голова, морщинистое лицо, узкие глаза, толстая шея. Нет, этот инквизитор был Инго не знаком.

— Сегодня я искуплю свои грехи перед Владыками. — проговорил он и ударил себя плетью по спине. Зачем он это сделал, Инго не понимал, ведь на нем были железные латы.

Встав в излюбленную стойку инквизиторов с разведенными в стороны руками, он двинулся на Инго. Сам же Инго не стал дожидаться, пока инквизитор нападет, и первым пошел в атаку. На бегу покрыв себя тенями, он разделился на две копии, и стал вилять из стороны в сторону, запутывая врага. Когда он закончил вилять, инквизитор и правда не знал на кого ему напасть. На него мчались совершенно две одинаковые тени. Но когда Инго уже был уверен в своей победе, инквизитор взмахнул плетью, и из металлических набалдашников вылетело облако серого дыма. Инго тут же вильнул в сторону, уходя от проклятого тумана. Уж больно хорошо он был знаком с воздействием пустой воли. А вот его тень не успела отскочить и «растаяла».

Поняв, кто из противников настоящий, инквизитор ринулся в атаку. Уклоняться от гибкой плети, при этом еще следить за мечом противника, было очень трудно. Даже имея опыт сражения с таким противником, Инго не удалось увернуться от всех атак. Несколько раз плеть ударила его по спине и рукам, оставив тлеющие следы на одежде и жуткую боль в костях.

Из-за облака пустой воли Инго не мог полностью использовать свои тени. Единственное, что он мог, так это призвать тонкую черную веревку. Бритая голова и твердый взгляд инквизитора вдруг напомнили Инго одного наемника, который использовал необычный стиль боя. Прикрепив теневую веревку к своему серповидному мечу, Инго швырнул его прямо в инквизитора.

Как и следовало ожидать, тот смог уклониться. Но это и нужно было Инго. Рванув веревку обратно, он направил изогнутое лезвие прямо на шею противника. Но план не сработал. Инквизитор, закинув руку с мечом себе за спину, смог блокировать удар. И это была его роковая ошибка.

Рванувшись вперед, Инго вонзил второй меч прямо в сердце противника. Инквизитор не успел вымолвить и слова. Выпустив свое оружие, он схватился одной рукой за лезвие меча Инго, а второй медленно потянулся к его шее. Но и эта предсмертная попытка не принесла результата. Оттолкнув его ногой, Инго снова потянул за свои тени, и его изогнутый меч снес лысую голову инквизитора.

Разобравшись с главным врагом, Инго повернулся, чтобы посмотреть, как идут дела у остальных вождей. Но те уже закончили разбираться с храмовниками. Похоже, воины Ярички были не такими уж и сильными. Трое вождей разобрались с целым отрядом. И хоть все противники были уже мертвы, самый крупный из вождей все продолжал наносить удары ногой по трупу храмовника, вминая его в землю. Инго заметил, что на лице никса играет азартная улыбка. Похоже, битва приносила ему неизгладимое удовольствие.

И только Инго собрался спросить вождей скольких капитанов те успели убить, как с неба, прямо к его ногам, упал обугленный труп одного из «Братьев бури». Он понял это по уцелевшим амулетам, которые члены этого клана носили на шее. Определить внешность не было никакой возможности. Похоже, молния громовержцев моментально убила его. Интересно, сколько вот таких «братьев» уже упало с неба?

Но мысли Инго прервал низкий голос громилы-вождя:

— Mab Duw.

Инго повернулся и застыл. Вождь стоял перед ним истекая кровью. В его плече, почти до самого сердца, торчало лезвие боевого топора. Сам же владелец оружия стоял позади никса. Это был Амори. Его молитвенные ленты все также лоскутами обматывали серые доспехи. Но теперь они были не белого, а золотого цвета. Взгляд наемника был устремлен на Инго.

— Посмотри-с на меня. — сказал никс, глядя на Инго. — Я хорошо драться-с?

— Хорошо. — ответил Инго.

Вождь улыбнулся.

— Я Руди! — выкрикнул никс. В этот же миг из его глаз вырвалось золотое пламя. То же случилось и с его телом. За пару секунд желтое пламя волной прошлось от макушки до пяток, а затем потухло, превратив тело никса в черную головешку с мерцающими, золотыми угольками.

Амори тем временем вынул свой топор из тела вождя.

— Я ведь обещал, что лично расправлюсь с тобой. — проговорил наемник, направив топор на Инго. С покрытого священными письменами лезвия медленно испарялась кровь никса. Сами же буквы мерцали желтоватым светом.

— «Не присягай того, чего нету у тебя, и дать ты не можешь, и других наградить. Ибо ложь есть это, а значит ересь.» — процитировал Инго одну из самых излюбленных фраз адептов Владыки Зеркал.

— Да как ты смеешь? — негромко, но в то же время дрожащим, чуть ли не плачущим голосом, проговорил Амори. — Как ты смеешь произносить своим проклятым ртом…

В этот момент, с яростным воплем на него прыгнул второй вождь. Обхватив двумя руками копье, он уже был готов вонзить его в шею наемника. Но долететь он так и не успел. Даже не глядя на никса, Амори взмахнул топором, и с такой силой обрушил его на вождя, что когда его бездыханное тело рухнуло на землю, то по булыжникам, которыми была выложена улица, пошли глубокие трещины.

— …святые писания? — закончил наемник, словно ничего не произошло. Он наступил на тело никса, и по нему прошлась быстрая волна желтого пламени, превратив труп в мерцающий уголек.

Инго напрягся. Этот враг был одним из самых опасных. За прошедшую неделю Инго много чего успел узнать от Ури о божественной воле. Со слов капеллана выходило, что эта воля была схожа с природной. Свою силу она черпала от солнца. Также обладателю божественной воли не нужно было ждать определенных часов, тумана или грозы чтобы усилить волю, так как ее укрепляла вера. Чем больше человек предан Владыкам, тем он сильнее. Сама же воля, вопреки слухам, не могла исцелять раны, а лишь ненадолго притупляла чувство боли. А еще ей можно было ослепить противника. Правда эффект распространялся и на самого владельца. Ну и самое опасное свойство этой воли — это святой огонь. В отличие от обычного пламени, он не оставлял следов на живом человеке, но боль приносил адскую. А вот трупы он пожирал полностью. В чем, собственно, Инго и смог убедиться прямо сейчас.

— Сын Бога. — проговорил оставшийся, жилистый вождь. — Этот сильный. Нужно бить вместе.

— Я готов. — сказал Инго.

— Не так. Нужно… — начал вождь и тут же уклонился от летящих в его голову ножей.

На площадь выбежали еще двое. Один был в железной маске с торчащими у висков павлиньими перьями. В руках он держал рапиру. Второй же был ничем не примечательный южанин в тюрбане и с копьем.

— Никса оставляю на вас. — спокойно сказал Амори все еще не сводя глаз с Инго.

Тут Инго понял, что дела приняли совсем скверный оборот. Против троих капитанов у них не было ни единого шанса. Без дальнейших раздумий, он создал крылья, и подхватив вождя, влетел с ним в ближайшее окно. Он понимал, что улететь у него не получится, так как в него тут же полетят копья и топоры, а маневрировать с никсом у него не выйдет. Лучшим решением сейчас будет спрятаться и напасть из засады.

Влетев в дом, Инго отпустил никса. Чтобы его спасти, Инго пришлось бросить свои мечи. В тот момент, когда он поднялся на ноги, дом содрогнулся от сильнейшего удара. Инго стал оглядываться, ища выход из комнаты. В это время последовало еще несколько ударов.

— Там! — воскликнул вождь, указывая на темный угол, где виднелся проход.

В этот же самый момент на них стал рушиться потолок. Успев выбежать в коридор, Инго ногой выбил противоположную дверь. К этому времени половина дома уже лежала в руинах. Забежав в уцелевшую комнату, они по очереди прыгнули в окно.

Оказавшись на улице, Инго замер. По воздуху стал разноситься звук, похожий на глухой свист топора.

— Вниз! — крикнул вождь и повалил Инго на землю. Через мгновение, круша стены словно карточный домик, из досок вылетел вращающийся топор. Пролетев над их головами, он снес и стоявший рядом курятник.

Вмиг окутав себя тенями, Инго пополз по раздробленным доскам к топору. Сейчас Амори без оружия, а значит…

Только Инго дотронулся до рукояти топора, как его ладони пронзила адская боль. Превозмогая агонию, он поднял топор, но удержать его так и не смог. Мало того, что его руки будто засунули в чан с расплавленным железом, так еще и само оружие весило чуть ли не полтонны. Из последних сил Инго швырнул топор в сторону поля. Пусть хотя бы один из противников останется без оружия.

В этот момент из-за руин дома выбежал наемник. Это был южанин в тюрбане. У Инго была всего секунда на раздумье. Схватив первое, что попалось под руку, он швырнул это в голову наемника. Красный кирпич попал прямо в нос наемника. В этот же момент вождь пронзил его копьем. Не мешкая, он вырвал оружие из рук умирающего врага, и кинул его Инго.

— Разделяем…! — начал было вождь, но не успел закончить.

Из тела южанина вылезло лезвие рапиры, вонзившись точно в сердце никса. Медленно опустив взгляд, и посмотрев на кончик лезвия в своей груди, вождь снова посмотрел на Инго:

— Король…запомни…меня. Я Ахлф.

Когда оба мертвых тела рухнули на землю, Инго увидел, что за ними стоял наемник в железной маске. Неторопливо, он поднес свою рапиру к белому тканевому поясу (который уже был весь в крови), и вытер им лезвие.

— Жалкие варвары. — проговорил он, наступая на голову вождя. — Вы не достойны смерти от моего клинка. После боя я его выброшу.

Он так был увлечен своей речью, что не заметил, как Инго подобрал своими тенями копье вождя, которое откатилось чуть дальше от тела. Инго не собирался их метать. Он понимал, что такой трюк не пройдет. Перехватив их поудобнее, он приготовился атаковать.

— А ты? — наемник уставил железную маску на Инго. — Ты и того хуже.

Он встал в стойку, которую Инго еще не видел. Выставив перед собой рапиру, он спрятал левую руку за спину.

— Нападай. — сказал наемник.

Но Инго не стал спешить. Он еще не закончил с подготовкой. Амори нигде не было видно, а значит у него есть время.

Сейчас, когда он увидел смерть своих товарищей, в нем опять родилась ярость. Но это была не та бурлящая, первобытная ярость, которую он испытывал раньше. Теперь она была холодной и решительной, как лезвие, как сама Смерть.

Он начал окутывать себя тенями. Теперь их стало гораздо больше, и Инго чувствовал, что они стали сильнее. Ваяя из них доспехи, когти, хвост, покрывая меховой плащ тьмой, он закончил свой образ мордой пса. Инго не видел лица наемника, но был уверен, что сейчас того обуял страх. Медленно, наемник стал отступать, не меняя при этом своей стойки.

Тем временем Инго уже встал на три «лапы». Одно копье он вложил в свой хвост, другое же оставил в правой руке.

— Амори! — прокричал дрожащим голосом наемник, не сводя железной маски с Инго. — Черт, Амори!

В этот момент Инго набросился на него. В три прыжка он настиг наемника, и стал наносить колющие удары копьями. После нескольких атак, Инго понял, что ему даже незачем держать копья в руках. Он свободно может перемещать их внутри теней. Выпустив копье, Инго стал осыпать его ударами когтистых лап, чередуя неожиданными атаками оружием. Наемнику ничего не оставалось, кроме как уклоняться и парировать. Контратаковать он не мог.

Отразив несколько ударов, наемник отпрыгнул и бросился наутек. Инго не стал его преследовать. В мгновение переместив тени, он сконцентрировал их в своей правой руке и ногах. Зажав сразу два копья, он уперся ногами в землю и отвел руку в назад. Концентрация воли в руке была настолько сильной, что Инго увидел, как тени произвели импульс, словно это была не рука, одна большая мышца. И в этот же момент Инго метнул разом оба копья. В момент, когда Инго отпустил оружие, раздался хлопок, и воздух на секунду покрылся рябью. Копья вылетели с такой скоростью, что поднявшийся ветер раскидал в стороны сломанные доски от домов. Меньше чем за секунду они пролетели десятки метров, и пронзив наемника, полетели дальше. Тот еще несколько секунд продолжал бежать, не понимая, что в его груди зияет дыра размером с его голову. Но пробежав еще пару метров, он рухнул, скользя по инерции уже бездыханным телом.

Инго огляделся. Амори все еще нигде не было видно. Чувство ярости еще не прошло, но теперь оно было другим. Инго мог ее контролировать. Он даже подумал о Хейдене, чтобы проверить как хорошо он может контролировать свои эмоции, и с удивлением заметил, что ничего не изменилось. Его разум был чист, а чувства под контролем. Значит сейчас ему нужно поскорее разобраться с остальными капитанами, пока эта концентрация не пропала.

Подбежав к трупам храмовников, он отыскал свои мечи. Когда его оружие снова оказалось при нем, Инго создал крылья и взлетел. Но он сделал это не для того, чтобы осмотреть местность. Взмахнув крыльями, он влетел прямо в черную тучу ища в ней наемников. Но в беспросветной пелене он не смог никого разглядеть. Как громовержцы вообще в ней ориентируются?

И тут его мысли прервал залп пушек. «Тернистые» ядра пошли в ход. Нужно разобраться с ними.

Покинув тучу, Инго стал осматривать ряды наемников около стен города. На небольшом холмике, прямо под кронами нескольких берез, стояли двадцать пушек. Инго тут же спикировал на них. Как только его меч разрубил пополам первого наемника, остальные бросились бежать. Инго не стал добивать их, так как было понятно, что они не владеют волей. Около пушек остался лишь главный канонир из Поларвейна. Вопреки рассказам «просящего», у этого канонира не было татуировок. Зато были ритуальные шрамы, к которым Инго сразу же добавил новые — погребальные. Отрубив ему руку шотелом, Инго был готов вонзить второй меч ему в грудь, как увидел тлеющий фитиль на поясе у канонира. Там же висели и пехотные бомбы. У Инго была секунда, чтобы отскочить, но взрыв все же задел его. Вместе с канониром взорвались и бочки с порохом. Инго в последний момент смог уклониться от ядра, летящего ему прямо в голову. А вот от второго снаряда ему спастись не удалось. Дуло пушки, вертясь в воздухе, угодило прямо ему в ногу. От громкого взрыва Инго не услышал хруст костей, но почувствовал его своим телом.

Развернувшись, он полетел к стене города. Найдя укромный уголок в одной из сторожевых башен, он осторожно опустился и стал осматривать ногу. Видимых повреждений не было. За годы тренировок и принятия укрепляющих зелий, его тело стало прочнее. Но все же удар был сильным. Достав панацею, Инго сделал несколько глотков. По телу тут же начало расползаться тепло от крепкой настойки. На всякий случай окутав поврежденную ногу тенями, Инго несколько раз топнул ей. Боли почти не было.

Закончив с лечением, он заметил густой дым красного цвета, который поднимался в небо из-за стен города. Подойдя к краю башни, Инго увидел страшную картину:

За стенами города стояли в ряд десять круглых алтарей. От них и поднимался дым. Но самое страшное было то, что они были установлены на горах трупов. Сотни занафарийцев лежали под ними, истекая черной кровью.

— «Снова какой-то ритуал?» — подумал Инго.

Тут его взгляд упал на фигуру, которая лежала в одной из куч. Это был Делрой. Он лежал без движения с зажатыми в руках мечами.

— Нет! Нет! — прокричал Инго и полетел к алтарям. — Не верю!

Но только он пролетел пару метров, как его парализовало. Силы вмиг покинули его, и Инго рухнул прямо на трупы. Но хоть он и не мог пошевелиться, голова у него работала отлично. Что же случилось? Даже от чистого силентиума не может быть такого эффекта. Это из-за алтарей? Так может Делрой еще жив и также, как и он, не может пошевелиться?

Инго попытался подвигать рукой, но так и не смог. Он все еще чувствовал тело, но силы полностью его покинули. Что же делать? Сейчас он мог только беспомощно лежать и смотреть как ветер уносит красный дым за пределы городских стен. Как же это неприятно, валяться, словно беспомощная кукла, и зная, что совсем рядом гибнут твои товарищи. Сколько уже времени прошло? Минута? Десять? Он не считал.

И тут Инго увидел темную фигуру, которая шла прямо к нему. Кто это? Инквизитор? И почему на него не действуют алтари?

Фигура все приближалась, и вскоре Инго смог разглядеть ее получше. Нет, это был не инквизитор. Хоть на нем и были доспехи из орихалка (это Инго понял по характерному радужному блеску), они не были похоже на доспехи инквизитора. Это были латы бастиона. Так называли особый род войск в имперской гвардии, задача которого состояла в том, чтобы брать штурмом вражеские укрепления. На специально обученных воинов одевали два комплекта лат — обычный, и доспех бастиона. Второй комплект был очень громоздким, из-за чего этих воинов еще называли «колокольчиками» (шлем и вправду имел форму колокола).

Но что бастион тут делает? У повстанцев же нет никаких укреплений. А из-за его неповоротливости, толку на поле боя от него почти не будет. Разве что в качестве мишени для баллист.

Тем временем воин подошел к нему почти вплотную. Инго увидел две рапиры, висящие у того на поясе. Мысли Инго совсем запутались, когда железная громадина подняла его и положила себе на плечо. Развернувшись, воин пошагал обратно к воротам. Инго ничего не мог поделать.

— Не бойся. — проговорил воин железным эхом. — Я не враг.

Инго понял по голосу, что его владелец улыбается.

— Сейчас мы тут все взорвем. — продолжил голос.

— «Нет! Подожди!» — хотел выкрикнуть Инго, но так и не смог.

Когда его проносили мимо тела Делроя, он увидел, что у того все еще открыты глаза и зрачки смотрят прямо на него. Собрав всю свою волю какая у него только была, Инго вытянул руку и ухватился за седые волосы друга.

Воин остановился. Медленно повернувшись, он посмотрел на Делроя.

— А, господин Делрой. И как я мог вас не заметить? Прошу прощения за свою оплошность. — проговорил воин.

Наклонившись, он подобрал Делроя, и уложив его на второе плечо, продолжил путь. Дойдя до городских ворот, он открыл дверь в одной из арок, и засунул свои «трофеи» в комнату стражи (сам воин не смог протиснуться в проем из-за широких доспехов).

— Скоро к вам вернутся силы. — сказал незнакомец. — Я закрою дверь.

С этими словами он захлопнул железную дверь. Секунда, и железная дверь прогнулась под тяжестью металлического кулака. Похоже, под словом «закрою», он имел в виду «согну их, чтобы нельзя было открыть».

Прошла минута. Вторая. Инго стал чувствовать, как к нему возвращаются силы. Будто он был замурован в ледышке, и сейчас лед стал таять. Первым вернулся голос.

— Делрой. Ты живой? Ты меня слышишь? — спросил Инго, медленно перекатываясь со спины на живот.

— Да. — ответил Делрой.

Инго выдохнул. Все-таки этого старика не так-то просто убить.

— Что случилось? — спросил Инго.

— Не знаю. Когда я проник за стены, то там уже были горы трупов. А когда я подошел к алтарям, меня тут же парализовало. Нужно их срочно взорвать. Я не смог…

В этот момент стены города содрогнулись от мощнейшего взрыва. Белые кирпичи задрожали в стенах и на Инго посыпалась побелка.

— Похоже, с ними уже разобрались. — проговорил Инго, пытаясь подняться. Ноги еще плохо его слушались.

— Кто это был? — спросил Делрой, тоже поднимаясь, опираясь о стену.

— Не знаю.

На самом деле у Инго была догадка, но она была настолько абсурдной, что не стоило о ней даже говорить. С чего бы врагу им помогать?

Прошла еще минута и Инго уже смог полностью вернуть контроль над телом. Делрою же потребовалось еще полминуты на то, чтобы твердо встать на ноги.

— Я в порядке. — сказал он, когда Инго схватил его за плечо, чтобы тот не упал. — Давай выбираться отсюда.

Подойдя к двери, Делрой ногой вышиб ее.

— Полетели разбираться с оставшимися капитанами. — сказал Делрой.

Инго кивнул, и подхватив Делроя, понес обратно в сторону деревни. По пути Инго перевел взгляд на городские стены. От взрыва они все покрылись трещинами, и за ними в небо поднимался уже не красный, а черный дым.

Долетев до первых домов, Инго приземлился. Он только что увидел между деревянными постройками силуэты пяти воинов. Один из них был Амори. Делрой, похоже, тоже заметил их, так как не мешкая поспешил к ближайшему дому. Бесшумно запрыгнув в окно, он исчез из виду.

Инго тоже начал действовать. Странно, но после того, как к нему вернулась сила, он стал чувствовать ее еще лучше. Снова «превратившись» в черного пса, он запрыгнул на крышу дома.

Вот они. Пять командиров. Ищут его. Тихо перепрыгивая с крыши на крышу, Инго стал выжидать момента. И вот, когда наемники в очередной раз стали осматриваться, Инго прыгнул прямо на голову Амори.

Инго не стал пользоваться мечами. Он понимал, что его противник опытный воин, и сможет заблокировать его удар. За место этого Инго сделал то, чего наемник никак не ожидал.

Схватив Амори за горло, Инго взмыл вместе с ним в небо. Но сломать Амори шею у него не получилось. Наемник успел поставить левую руку между ладонью Инго и своей шеей, и теперь, находясь в воздухе, отбивал удары двух клинков своим топором. Мало того, что ему удавалось сдерживать натиск Инго, так он умудрился еще и нанести пару своих ударов. Не прошло и секунды полета, как Инго почувствовал, как в его грудь врезался железный сапог, лишив его всего воздуха в легких. На последнем выдохе, Инго развернулся, и с силой швырнул наемника вниз, пустив ему вдогонку свой меч. Пролетев сотню метров, Амори врезался в крышу одного из домов.

Переводя дыхание, Инго посмотрел вниз на оставшихся наемников. Двое из них уже были убиты Делроем. И когда он успел?

Оставшиеся двое не сводили глаз с повстанца. Женщина с двумя кинжалами медленно стала двигаться, обходя Делроя сбоку. В этот момент тот принял стойку, которую Инго до этого еще не видел.

Перехватив меч лезвием вниз, Делрой прижал его к груди. Второй же меч он прижал к спине, лезвием вверх. И только он это сделал, как оба наемника, одновременно, напали на него.

Инго уже хотел было ринуться на помощь, но тут же остановился, глядя на развернувшееся внизу сражение. Со сверхчеловеческой скоростью, Делрой стал отбивать удары сразу четырех лезвий. Инго даже не мог уследить за его движениями, так как их размыло в вихре стали. Еще секунда, и в воздух взметнулись три клинка, вместе с отрубленной кистью. Наемник даже не успел вскрикнуть от боли, как в его горло и сердце вонзились мечи Делроя.

Женщина, увидев, что у нее нет шансов, выкинула оставшийся кинжал, и бросилась бежать. Но ни Делрой, ни Инго, не стали ее преследовать. Они приняли ее поражение.

В этот же момент дверь дома, на который упал Амори, слетела с петель, и на пороге появился наемник. Его левая рука была сломана и висела, словно драная веревка. Обливаясь кровью, он захромал навстречу Делрою.

Глядя на его израненное тело, на окровавленные молитвенные ленты, на его жалкий вид, Делрой лишь опустил мечи. Инго тоже не стал нападать. Именно сейчас, наблюдая за обессиленным врагом, у Инго в сердце родилось чувство, о котором он уже давно успел забыть.

Милосердие.

Уважение к врагу. То, чего не было у его противников. То, чем он вдруг стал дорожить. Ухватившись за это чувство, Инго опустился на землю перед Амори.

— Ты… — выдавил из себя «просящий», обливаясь кровью. — Чудовище…

— Сдавайся. — проговорил Инго, убирая тени. — Тебе не победить.

— Во имя Владык… — проговорил наемник, и выпустив топор, потянулся к кинжалу, который висел у него на поясе.

В этот же миг мимо Инго промелькнула тень. В одно мгновение Делрой настиг наемника и отрубил ему голову. Обезглавленное тело медленно упало на колени и завалилось набок.

Инго не стал винить Делроя. Он понял, почему тот так поступил. Амори хотел пожертвовать собой и стать «воплощением». Если бы ему это удалось, то у них не было бы и шанса на спасение. Ури рассказывал ему, что в архивах Ярички есть священный гримуар, в котором написано о святом воине, который став «воплощением», смог «вознести души почивших в тела их, открыв им пути дальше». Раньше Инго считал, что воскрешение умерших — это выдумки священников. Но за последнее время случилось столько чудес, что он уже не знал, во что ему верить.

Мысли Инго освежил раскат грома. С неба уже перестали падать наемники, и теперь вспышки молний орошали землю. Мелькали они и на другом конце поля. Похоже, некоторые громовержцы спустились вниз.

— Похоже, тут больше никого нет. — сказал Делрой, осматривая тела наемников. — Я пойду в центр поля.

Инго уже собрался снова подхватить Делроя, но тот отвел его руки в сторону.

— Я сам. Лучше слетай, проверь, как там остальные. — сказал он.

Инго кивнул, и забрав свой меч, взмыл в небо.

С начала сражения прошло около получаса. Паря над землей, Инго не сводил взгляда от когда-то зеленой травы. Теперь она была усеяна красными «цветами». Несколько раз Инго спускался вниз, чтобы помочь все еще живым воинам. Самое страшное было то, что некоторым уже было не помочь. Инго оставалось только добивать их, чтобы облегчить их муки, параллельно запоминая их имена.

Отнеся несколько раненых никсов в лагерь, он вернулся за очередным товарищем. И с ужасом увидел, что над ним склонилась фигура занафарийца. Одним ударом тот лишил никса жизни. Сделав это, он медленно повернул голову в сторону Инго.

На прикрытом капюшоном лице, Инго отчетливо увидел синюю кожу. Но все же оно отличалось от идентичных лиц его собратьев. На глаза наемника была натянута узорчатая маска, чем-то напоминающая карнавальную. Кроме того, в носу у него были вдеты несколько железных колец, а зубы не были такими острыми, как у остальных. Да и одет он был по-другому. За место черных доспехов, на нем была рваная мантия с капюшоном. Он явно был не обычным противником.

Не сводя взгляда с Инго, он встал на четвереньки и приготовился к броску. Не успел Инго сообразить, как занафариец, словно рысь, зигзагами, помчался на него.

Взмахнув крыльями, Инго взлетел над врагом. Наемник, в бессилии стал прыгать под ним, царапая когтистыми руками воздух. Ища идеальную позицию для нападения, Инго заметил, как в него летит стеклянная колба. Взорвавшись прямо в воздухе, она окатила Инго жгучей смесью. Тени тут же исчезли, и он рухнул на землю. Мгновенно оценив ситуацию, Инго перекатился на другой бок, уходя от удара кинжалом, который уже успел достать его противник. Нависнув над ним, занафариец тыкал в него острым лезвием, раскрыв в безумной улыбке рот и орошая его своей вонючей слюной.

В какой-то момент Инго все-таки удалось перехватить руку врага. Хоть тени и пропали, воля осталась при нем. В миг переломав наемнику кости, Инго перехватил выпавший кинжал, и тут же вонзил его в глаз врага. Но тот этого даже не заметил, и продолжал молотить его искореженной кистью. Тогда Инго еще раз ударил по торчащей рукояти кинжала, вогнав его еще глубже в голову наемника. Затем, выставив перед собой ногу, он оттолкнул ослабевшее тело занафарийца. Тот еще продолжал трепыхаться. Тогда Инго подошел, и одним махом отрубил ему голову.

Потеряв, казалось, самую важную часть, тело поползло куда-то в сторону, цепляясь единственной здоровой рукой за траву. Проползя таким образом пару метров, тело наконец остановилось.

Переведя дух, Инго осмотрел себя. Тени понемногу стали возвращаться к нему. Но что это было? У занафарийцев тоже есть алхимики? Если так, то нужно быть осторожней.

Побежав дальше, он стал осматриваться. Время от времени в сторону леса возвращались никсы, неся на своих плечах раненых товарищей. Битва полностью потеряла всякую слаженность.

Но что это такое? Впереди показался целый отряд наемников в черных доспехах. Опять занафарийцы?

Только Инго собрался ринуться в атаку, как с неба, метеором, упала птица. Нет, она не была мертвая. Это был буревестник Харона. Расправив крылья, он рванулся на отряд противника. Развив невероятную скорость, буревестник создал воздушный карман, куда тут же стали лететь мечи и копья поверженных воинов. Еще секунда, и он пролетел прямо между рядов занафарийцев. Ловко уйдя от неуклюжих ударов, он полетел дальше, в то время как все оружие, которое летело за ним, лавиной врезалось в ряды противника. Те, кто смог выжить, тут же были испепелены упавшей с неба молнией.

Бросив последний взгляд на умирающих занафарийцев, Инго поспешил дальше. Странно, но он не испытывал жалости к ним. Возможно это из-за того, что они не походили на обычных людей. Да и поведение было другое.

Приближаясь центру поляны, Инго стал находить все больше трупов. Кроме этого, земля под его ногами стала тихонько подрагивать. Пробежав очередной холм, он остановился. Перед ним открылась картина войны:

Поле было усеяно трупами. В основном это были занафарийцы и лошади. Но были тут и обычные люди. Обугленные, разрубленные, проткнутые, они лежали на каждом шагу. Так же тут было множество вырванных с корнем деревьев, карет, камней и земли. Похоже, Харон не раз прошелся тут своим смерчем. Но самое страшное происходило в центре.

Словно в какой-то импровизированной арене из трупов и мусора, стояли два воина. Удары их мечей были настолько сокрушительными, что тряслась даже земля. Под ногами воинов уже появились сотни трещин, и было не понятно, как каждый из них выдерживает удары противника.

Двухметровый меч Гантэра только что со страшной силой врезался в щит Анастериана, оставив на нем очередную вмятину. И хоть у короля не было такого же грозного оружия, ответ его полуторного меча был не менее сокрушительным. Каждый раз, когда их мечи соприкасались, воздух дрожал, пуская новую ударную волну, которая еще сильнее отбрасывала мертвые тела дальше от центра сражения.

Наблюдая за ними, Инго отметил одну странную вещь. С каждым разом удары Гантэра становились все слабее, а его ноги то и дело подкашивались. Еще раз взглянув на своего лидера, Инго ужаснулся.

У Гантэра не было руки. Там, где должна была быть левая рука, висел лишь обрубок, истекающий черной кровью. Заметив это, Инго понял, что Гантэра срочно нужно спасать.

Быстро призвав тени, он создал сразу несколько копий и пустил их на Анастериана. К его удивлению, король тут же переключился на новых противников. Всего секунда, и вот уже Инго подлетел к Гантэру. Схватив его за талию, Инго молнией взмыл прямо в черную тучу.

Оказавшись в ней, Инго поспешил в сторону лагеря, ориентируясь лишь на свое чутье. Преодолев несколько сотен метров, он вынырнул из тучи. Под ним оказались верхушки деревьев.

Не мешкая, Инго спустился вниз. Гантэр, который теперь лежал на его плече, все еще сжимал единственной рукой свой меч.

— Инго…? — прохрипел лидер.

Его голос еще сильнее испугал Инго. Он был совсем тихим, будто каждая буква давалась ему с трудом.

— Тихо. Не говори ничего. — проговорил Инго ища глазами целителей.

Среди покосившихся деревьев, Инго увидел группу священников, которых наняли пираты. Взмахнув крыльями, он в мгновение перелетел к ним.

— Скорее! — воскликнул Инго, кладя Гантэра на землю. — Помогите ему!

Глаза целителей расширились, когда они увидели истекающего кровью воина.

— Чего вы ждете?! Перевяжите рану! — крикнул Инго, толкая вперед одного из целителей.

— Д-да… — проговорил тот, и принялся наматывать бинты.

Инго снова огляделся. Нужно найти остальных. Перегруппироваться…или отступить.

Взлетев над полем, он сразу же увидел одинокую фигуру Делроя. За пару секунд преодолев десятки метров, Инго приземлился перед ним.

— Гантэр ранен. — не мешкая сообщил Инго. — Он потерял руку. Я отнес его целителям.

Все поняв, Делрой поднес ко рту рог и подул в него. По полю разнесся протяжный гул. Через несколько секунд рядом с ними воткнулся трезубец, а еще через мгновение появилась Габри.

Ее появление немного успокоило Инго. Похоже, с ней было все в порядке. Всего лишь пара царапин на лице.

— Что случилось? — взволнованно спросила она.

— Найди Мавис и возвращайся с ней в лагерь. Гантэр ранен. — сказал Делрой.

Габри кивнула, и взяв трезубец, тут же исчезла.

Делрой снова приложил рог, но уже издал другой звук. Инго знал, что он означает. Переведя взгляд на лес, он увидел десять колесниц, которые выскочили из-за деревьев. За ними, словно флаг, потянулся шлейф из густого, черного дыма. Разделившись, они стали огибать поле, заволакивая его дымом. Мимо них проехала колесница, которой управлял Маверик. Сразу за ним, словно ящерицы, побежали охотники с колчанами полными метательных копий. Это были лучшие разведчики, которые могли ориентироваться даже в кромешной тьме. Они будут убивать из дыма всех, кого не смогут прикончить золотые молнии алхимиков. Но этот трюк будет недолгим. Дым продержится всего лишь десять минут.

— Давай в лагерь. — сказал Делрой и ухватился за Инго.

Перелетев обратно к целителям, Инго обнаружил, что те еще заняты перевязкой ран Гантэра. Лидер так и лежал на том месте, где его оставил Инго, все еще сжимая в руке меч.

— Почему не останавливается кровь? — спросил Делрой у одного из целителей.

— Не знать. Я ничего не знать! Зачем приводить меня сюда?! — не выдержал врач, явно привезенный из старых городов.

— Это какой-то яд. — ответила женщина с амулетом Владыки Костей. — Никогда такого не видела. Даже прижигание не помогает.

— Я… — хрипло выдавил Гантэр и попытался встать.

— Лежи. — сказал Делрой, наклоняясь к нему. — Тебе сейчас лучше не говорить.

Инго смотрел, как целители судорожно меняют бинты. Вся поляна уже была усеяна повязками, пропитанными черной кровью. А еще через минуту появилась Габри. С помощью «переливания» она переместила сюда и Мавис. С ней, к счастью, тоже все было хорошо.

— Папа! — воскликнула та, и подбежала к Гантэру.

Растолкав целителей, она стала осматривать раны.

— Что с ним? ЧТО С НИМ?! — воскликнула она, переводя взгляд на врачей.

Но те молчали.

— Дай сюда! — рявкнула она, отнимая бинты у женщины.

Но только она наклонилась, как Гантэр снова пошевелился. Медленно, он стал подниматься на ноги.

— Нет, пап, лежи. — ласково проговорила она.

— Я…должен… — прохрипел лидер.

— Сейчас ты должен отдыхать. — продолжила Мавис. — Мы справимся. — на глазах у нее выступили слезы. — Мы победим…

— Нет…Я…дол…жен… — Гантэр поднялся на ноги.

В какой-то миг Инго почувствовал волну силы, которая вырвалась из тела Гантэра и пробежала по поляне, подняв в воздух опавшие листья.

— Нет! Подожди! — взмолилась Мавис, хватаясь за его плечо.

— Я… — начал Гантэр, и застыл.

Поляну окутала тишина. Даже отдаленные звуки битвы стали тише. Все взгляды были направлены на воина в центре. Подняв голову, он устремил свой взгляд куда-то вперед. Он больше ничего не сказал. Никто больше ничего не сказал. Слова были не нужны.

Твердо стоя на ногах и сжимая в руке меч, Гантэр умер.

Бой продолжается

Ветер колыхал верхушки деревьев, а высоко в небе разносились звуки грозы. Тысячи людей сейчас сражались где-то там, не зная, что их лидер пал. За кого теперь сражаться? Кто поведет их?

Инго опустил взгляд. Ему было больно смотреть на Мавис. Так и держась за руку отца, она рухнула на колени. Но даже так, Инго заметил, как через мгновение обессилено опустились ее ладони. Он не знал, что ей сказать, как утешить. У него самого будто ком встал в горле. Легкая, но в то же время удушливая, поляну объяла всепоглощающая грусть.

Инго не знал, сколько точно прошло времени. Для него все это продлилось не больше пары секунд. Но он знал, что прошло гораздо больше. Сколько раз Мавис всхлипывала? Сколько слез уже упало с ее разномастных глаз? Инго не знал. Стоя с опущенной головой, он вдруг почувствовал, как Габри тихонько толкнула его локтем.

Повернув голову, Инго посмотрел прямо в голубые глаза. Наполненные слезами, они были устремлены вперед. Переведя взгляд, Инго посмотрел на Мавис. Та по-прежнему обессилено сидела у ног отца, содрогаясь рыданиями. Но что-то в ней изменилось…

Инго заметил легкий дымок, исходивший от ее тела. Медленно, он поднимался к верхушкам деревьев. С каждой слезой, с каждым горестным всхлипом, дым усиливался. И вот, еще мгновение, и все на поляне застыли в изумлении.

Одежда Мавис вспыхнула. Ее черные волосы взвились вверх, превратившись в алые языки огня. Секунда, и Мавис полностью объяло пламя. Ее глаза превратились в два пучка огня, который моментально испарил все ее слезы. Ее удлиняющийся кинжал теперь превратился в огненный хлыст, который, словно хвост, извивался во все стороны. Но Мавис, казалось, совсем не замечала этого. И лишь через минуту, она, наконец, взглянула на свои горящие руки.

— О-о-огонь? — нарушил тишину один из целителей. — Это природная воля?

Но ему никто не ответил. Убрав меч в ножны, Делрой стал медленно обходить Мавис, не сводя с той глаз. Осмотрев ее со всех сторон, он перевел взгляд на Инго.

— Мы еще не проиграли. — сказал он. — Битва продолжается.

— Я убью их… — раздался голос Мавис. Он был твердым, но при этом абсолютно безжизненным. Сжав кулаки, она перевела взгляд на город. — Я убью их… — повторила она все тем же безучастным голосом. — Всех!

После этих слов, ее пламя словно раздули кузнечными мехами. Огненным смерчем она рванулась вперед, оставляя после себя алый шлейф. Не успел Инго моргнуть, как эта буря огня оказалась уже в десятках метрах от поляны.

— Инго, Габри, за ней! — скомандовал Делрой, снимая с пояса рог. — Сейчас ее нужно остановить!

Дважды повторять не пришлось. Тень и молния рванулись вслед за огнем. Инго услышал, как за его спиной Делрой стал дуть в рог. Но времени отвлекаться не было, нужно остановить Мавис!

Черная завеса, устроенная алхимиками, уже почти исчезла, и Инго увидел, как среди редких клубов дыма мелькает алое пламя. Рядом с ним, от доспеха к доспеху, от меча к мечу, мелькала яркая молния.

И тут Инго увидел новый отряд наемников. Это была группа из «просящих» и «солнц». Увидев Мавис, они на секунду застыли, но быстро придя в себя, с криками бросились на нее. У Инго сжалось сердце, когда он увидел, как в нее полетели топоры и копья. Но один удар огненного хлыста превратил их в пепел. Тут же из огненного смерча вырвалось новое пламя. Лавина огня накрыла наемников, а когда пламя исчезло, Инго никого не увидел. От наемников не осталось даже доспехов.

Эта маленькая стычка позволила Инго нагнать Мавис. В вихре огня он увидел ее пустое лицо. Оно не выражало никаких эмоций, словно Мавис была куклой. Через мгновение прибыла и Габри.

— Мавис! — крикнул Инго, пытаясь перекричать завывание огненных вихрей. — Успокойся! Ты меня слышишь?!

Но Мавис не слышала. Развернувшись, она помчалась дальше. Инго не оставалось ничего другого, кроме как схватить ее тенями. Но та даже не заметила этого, и «поплыла» дальше, волоча за собой упирающегося Инго. Габри тем временем подскочила к Мавис, и попыталась надеть на нее цепь, которая откуда-то появилась у нее в руках. Но только она накинула один конец на запястья девушки, как звенья тут же вспыхнули и расплавились. Мавис вытянула руку, и пустила прямо в Габри столб пламени. Угодив той в грудь, оно отбросило Габри на несколько десятков метров.

Поняв, что у него нет другого выхода, Инго окутал себя тенями, и схватив Мавис, взмыл вместе с ней в небо. Пламя жгло даже через тени. Инго снова взмахнул крыльями, и за секунду пролетев тучу, воспарил над ней. Теперь вокруг них была лишь голубая чистота. Никаких звуков, никаких битв. Лишь голубое небо.

— Мавис! Приди в себя! — затряс ее Инго. — Мы еще живы! Еще не время сдаваться!

Мавис подняла на него взгляд. Ее безжизненное лицо единственное, что осталось не объято пламенем. Инго не знал, что ему еще сказать, чтобы привести ее в чувства. Но тут случилось то, чего Инго никак не ожидал.

Встретившись с ней глазами, Инго почувствовал, что огонь стал слабее. Его шею обняли тонкие руки, и подтянувшись, Мавис поцеловала его. Несколько секунд они кружили в бездонной лазури, а затем, оторвавшись от него, Мавис прошептала:

— Я в порядке.

Отпустив его, она создала у себя за спиной два огненных крыла, и схватив хлыст, повисла в воздухе.

— Ты прав. Битва продолжается.

Ее лицо снова ожило, и огонь стал подвластен ей. Взмахнув крыльями, она влетела в тучу.

Инго же не спешил за ней. Несколько секунд он просто всматривался перед собой. Ему не хотелось уходить. Но мысли его прервал вылетевший из тучи буревестник. Сразу за ним появилась и Габри. Ухватившись за его ногу, она проговорила:

— Инго. Что случилось? Где Мавис?

— Она в порядке. Продолжила сражаться. — сказал Инго.

Подтянув Габри к себе, он обнял ее и спикировал в тучу. Падая вниз, он заметил пролетающую колесницу, и без колебания отпустил Габри, которая тут же устремилась следом за грозовыми горгонами. Инго же полетел дальше.

Выбравшись из тучи, Инго оглядел поле. Сейчас основная битва шла около города. Тысячи воинов сражались прямо под белоснежными стенами. И лишь некоторые группы бились в других частях поля.

Инго полетел вперед, высматривая Анастериана. Сейчас он чувствовал, что сможет сразиться с королем. Смерть Гантэра не будет напрасной. Но хранителя нигде не было видно. Потратив несколько минут на бесполезные поиски, Инго решил помочь остальным.

Спикировав на очередную повозку с «высуженными» занафарийцами, он стал косить их, словно траву. Краем глаза он увидел волну огня, которая пронеслась по рядам наемников, сражающихся у стен города. Самое странное было то, что огонь не причинил вреда никсам, которые так же оказались поглощены этим адским пламенем. За огнем полетели и молнии. Из тучи вылетела колесница с которой спрыгнули две сверкающие фигуры. Даже с такого расстояния Инго узнал Дельта и Тильда. Похоже, они решили показать всю свою мощь Зенону.

Но отвлекаться не было времени. Инго тоже было с кем сражаться. Из-за холмов вновь выехали повозки. Но на этот раз это были уже настоящие кастеллы. В этот же момент рядом с ним приземлились еще двое громовержцев. А точнее, один громовержец и Геката.

— Держи. — буркнул Финис, и кинул ему в руки металлический шар, заряженный молниями. — Только не отходи далеко, а то связь прервется.

Но Инго и без его слов это понял. Как только шар коснулся его руки, тени, что покрывали Инго, стали потрескивать и вести себя как молнии. К этому времени на них мчались уже десять повозок.

Встав между Гекатой и Финисом, Инго поднял кулак. Раздался грохот и с неба в него ударила черная молния. Не мешкая, Инго послал ее вперед, вслед за яркой молнией Финиса. Геката же и вовсе решила пойти в ближний бой. Метнувшись вперед, она еще какое-то время мчалась на повозки, а затем вдруг исчезла. Инго даже ненадолго растерялся. Куда она делась? И тут он увидел потрескивающий «якорь», который был закопан в землю. Как только карета стала проезжать над ним, с неба на крышу обрушилась сверкающая груда мышц, вмяв повозку в землю.

Тем временем из уцелевших карет повалили наемники. В основном это были занафарийцы, но встречались среди них и пираты. Хотя последние бежали в обратную сторону, подальше от битвы.

Инго с Финисом вытащив мечи, присоединились к Гекате, которая уже вовсю изничтожала толпы бесстрашных наемников. Инго почувствовал себя жалко, когда увидел, что его черная молния лишь ненадолго вывела из строя парочку занафарийцев, когда как Финис и Геката просто испепеляли яркими вспышками своих врагов.

Но вот на фоне черных доспехов появился воин, замотанный в белые бинты, и держащий в руках большой двуручный молот. Инго узнал его по пышной гриве белых волос. Это был один из «дланей просящих». Тот, которого они встретили в лесу, когда устраивали облаву на командиров.

— Осторожно. — проговорил Инго, указывая на наемника. — Этот один из «дланей».

— Я разберусь. — сказала Геката.

Она уже приготовилась было напасть на наемника, как с неба, прямо между ними, воткнулся трезубец. Как только он коснулся земли, все вокруг содрогнулось от мощнейшего землетрясения. Лужи крови взмыли в воздух, и стали падать вниз алым дождем. Вместе с землей, содрогнулось и небо. Туча на мгновение засияла, и из нее вылетела падающая звезда. Искрясь молниями, она приземлилась рядом с трезубцем.

Габри снова надела на голову свой ястребиный шлем. Но сейчас она выглядела иначе. Ореол из железных перьев на ее затылке теперь испускал гораздо больше молний. Да и ее доспехи изменились. Теперь они светились изнутри, как фосфор.

— Похоже, тут и без нас разберутся. — сказала Геката.

Но только Габри сделала шаг, как из-под гор трупов на нее выскочили сразу пять убийц. Это были «Змееносцы». Похоже, они прятались там уже давно. Но их внезапное нападение не принесло никаких результатов.

Когда они окружили ее, и уже занесли свои волнистые клинки, Габри крутанулась вокруг своей оси, ударив трезубцем им по ногам. Удар был такой силы, что всех пятерых подкинуло в воздух, где в них тут же ударили молнии, вмяв их дымящиеся останки в землю.

Покончив с убийцами, Габри в мгновение ока переместилась к «длани». Тот тоже не успел ничего предпринять. Его лицо сцапала ладонь девушки, и запульнула в сторону леса. Секунда, и Габри исчезла, последовав за своей жертвой.

— Я к стене. — проговорил Финис и тоже исчез.

Инго же остался с Гекатой разбираться с остатками занафарийцев. Метнув уже не нужный шар в последнего наемника, Инго раскроил тому череп.

— Что это там за огонь? — спросила Геката, показывая в сторону стен. — Алхимики чтоли?

— Нет, это Мавис. У нее пробудилась природная воля. Огненная. — ответил Инго, и прибавил: — Гантэр умер.

Геката посмотрела на него ошарашенным взглядом.

— Тогда ее нужно срочно остановить! — воскликнула она, но Инго перегородил ей путь.

— Все в порядке. — сказал он. — Мавис уже успокоилась. Сейчас она полностью владеет собой.

Геката снова посмотрела на волны огня.

— Я все равно проверю. — проговорила она. — Сейчас ее нельзя оставлять одну.

Сказав это, она тут же исчезла.

Инго тоже хотел последовать за ней, как рядом с ним промчалась колесница Маверика. Алхимик направлялся в сторону кладбища, где на фоне могил и склепов бушевали два голиафа. Расправив крылья, Инго полетел следом. Маверику может понадобиться его помощь, ведь алхимик не владел волей.

Догнав колесницу, Инго увидел, что Маверик прямо на ходу смешивает зелья. В большой котел, который дымил внутри колесницы он бросал различные травы, параллельно, одной рукой, вертя сразу два турписа.

— А, Инго, как дела? — спросил Маверик, смахивая пот со лба. И не отводя ошарашенного взгляда от котла, прибавил: — Слышал про Гантэра. Мавис в порядке?

— Да. — ответил Инго, летя рядом. — С ней сейчас Геката.

— Ну и хорошо. Слушай, можешь подсобить мне?

— А зачем я по-твоему лечу за тобой?

— Тогда лети вперед, и уведи с кладбища всех наших. — проговорил Маверик, кидая ему в руки рог. — Как сделаешь, возвращайся ко мне.

Ускорившись, Инго рванул в сторону кладбища. Через пару секунд он уже парил над могильными плитами. Как оказалось, кроме голиафов, тут были несколько отрядов «просящих» и все те же занафарийцы. Приземлившись на крышу склепа, Инго подул в рог. По кладбищу разнесся тяжелый протяжный звук. Он то затихал, то снова нарастал. Все никсы, которые были на кладбище, стали уносить ноги.

Инго тоже не стал мешкать. Он знал, что означает этот сигнал. И лишь враги в недоумении стали крутиться на месте, не зная, что им делать. А тем временем Инго уже добрался до алхимика.

— Следи за котлом. — сказал Маверик, засовывая себе в рот алхимическую трубку. — Когда закипит, то уноси меня отсюда.

Развернувшись к вожжам, он направил лошадей прямо на фигуры гигантов. Инго же прильнул к котлу. Жидкость в нем мерцала белым светом, и хоть колесница тряслась, зелье сохраняло неподвижность.

И вот, когда перед ними промчалось первое надгробие, Инго увидел первый «бульк», который поднялся посередине котла. Не мешкая, Инго схватил Маверика и взмыл в небо. Все, что произошло дальше, трудно было описать одним словом.

Взмыв в воздух, Инго почувствовал толчок. На секунду его потянуло обратно, будто засасывая в воронку, а затем толкнуло вперед. Сначала последовала яркая вспышка, будто от молнии, а потом у него заложило уши. Взрыв был настолько сильным, что сам воздух позади Инго раскалился до адской температуры. Повернув голову, Инго увидел столб огня, по форме напоминающий распускающийся цветок, который рос из самого эпицентра взрыва. Распускаясь, этот цветок плавил все — камень, землю, и все, что находилось в ней и на ней. Голиафы исчезли, от них осталась лишь горстка плавящихся доспехов.

— Ин…го… — булькнул Маверик.

Инго перевел взгляд на алхимика. Его лицо приобрело бледноватый оттенок, и он выронил свою алхимическую трубку. Инго на секунду испугался. Неужели Маверика задело? Но после слов алхимика «Вниз! Вниз!», Инго вздохнул с облегчением. Он и забыл, что того порой укачивает.

Спустившись на землю, Маверик тут же упал на колени и стал изрыгать потоки своего завтрака.

— Почему тебя на колеснице не укачивает? — спросил Инго, уперев руки в бока.

— Она…же…не летает… — выдавил Маверик.

Подождав, пока желудок алхимика придет в норму, Инго понес его обратно в лес.

— Только не высоко, не высоко. — бубнил Маверик, когда Инго, чуть ли не касаясь травы, летел с ним к купе деревьев.

Когда они достигли опушки, Инго поставил алхимика не землю.

— Дальше сам. — сказал он, разворачиваясь к полю.

— Стой. — проговорил, все еще бледный Маверик. — Вот, держи.

Он протянул Инго несколько пузырьков.

— Что это?

— Антидоты. — ответил алхимик. — Мне сказали, что многих на поле боя парализовало. Это поможет.

— Ладно. — сказал Инго, забирая пузырьки.

Взмахнув крыльями, он полетел в гущу сражений. Паря над полем, он стал высматривать новых жертв, или тех, кого следовало унести. И тут ему на глаза попалась новая группа наемников. Но присмотревшись, он понял, что это была не группа, и даже не отряд… С другой стороны поля мчалась целая армия черных солдат вперемешку с колесницами ведьм. Эта черная река направлялась прямо на лес, туда, где находился полевой госпиталь.

Не раздумывая, Инго ринулся им наперерез. Он не знал, как будет с ними сражаться. В этой толпе было несколько сотен противников. Не сводя с них взгляда, Инго развил огромную скорость. Но все же расстояние было еще слишком большим. Он может не успеть!

Но тут поток воинов остановился. Они словно наткнулись на какую-то преграду. Платину, которая сдержала этот бушующий поток. Пролетев еще один холм, Инго, наконец, увидел, кто их сдерживал.

Пятнадцать человек, выставив щиты, стеной встали на пути противника. Это был отряд «сломленных» и несколько армариек. За их спинами Инго увидел Зезиро, которая расправлялась с теми, кто огибал стену щитов.

Несколько секунд, и вот Инго уже опустился не землю рядом с Зезиро, начав помогать ей убивать врагов. Но противников было не так много, поэтому ему удалось понаблюдать за невероятной слаженностью действий армариек и «сломленных». Всеми ими командовал Артур.

— ДОЛОТО! — прокричал он, выставляя свой щит.

Стена щитов тут же сменила свою форму, превратившись в подобие копья, разделив поток врагов и посеяв в их ряды хаос.

— КОРОНА! — тут же отдал новый приказ Артур.

И снова ни одного лишнего движения. Воины стали смыкать щиты, переходя в новую позицию.

— КОЛЕСО!

Под ногами Инго уже реками текла черная кровь. А «сломленные» все продолжали давить целую армию противников. Вот они уже стали продвигаться вперед, идя по трупам убитых занафарийцев. И ни на одном из «сломленных» не было и царапины. Даже кровью были орошены лишь их погнутые щиты.

— Нет, нет, нет. Да, да, да. Вот, еще, один. Пока. — приговаривала Зезиро, раскраивая голову очередному противнику своей огромной булавой. В своих странных доспехах она выглядела как нищенка, нацепившая ржавые сковородки за место лат. Особенно выделялся шлем, который оказался ей на три размера больше. В нем было столько дырок, что Зезиро не нужно было даже смотреть через решетку забрала, и она глядела прямо через ржавые отверстия.

Наблюдая за ней, Инго не заметил, как их окружила толпа врагов. Большой группе занафарийцев удалось пробиться сквозь щиты. Но только Инго собрался начать их убивать, как их тут же не стало. Взмахнув один раз своей булавой, Зезиро превратила десятки противников в прах.

— Вот так. Вот так. Вот так. А ты испугался. — проговорила она, глядя на Инго. — А он испугался? Я не знаю. Пум-пу-рум.

Булава в ее руке пылала. Инго чувствовал, как от нее исходит странная сила. Но это была не воля. Пульсирующие потоки энергии вырывались из нее при каждом взмахе. Создавалось ощущение будто эта булава жаждет разрушения, и лишь тонкая рука Зезиро сдерживает ее позывы.

Потоки врагов стали редеть. С занафарийцами практически было покончено. На груде трупов стояли лишь ведьмы. Находясь в окружении палачей, они не отводили черных впадин от «сломленных».

— Помогите остальным. — проговорил Артур, обращаясь к армарийкам. — Тут мы сами справимся.

Пока армарийки отступали назад, ведьмы так и не сдвинулись с места. Это были уже не избавительницы. Сейчас перед Инго находились настоящие ведьмы. Поэтому он решил остаться и помочь.

— ВНИМАТЕЛЬНО! — скомандовал Артур, снова поднимая щит. — ЗАЩИЩАЕМ ГОСПОЖУ!

В этот момент на них ринулась первая группа — три ведьмы и шесть палачей. Двигаясь невероятно плавно и тягуче, словно вода, они стали окружать их. Двое палачей первыми кинулись на щиты и были тут же убиты. Но их жертва была лишь отвлекающим маневром. Ведьмы пошли в атаку. Один удар клейморой превратил щит Гектора в груду искореженного металла и тому пришлось отступить назад.

— ЛОТОС! ЛОТОС! — прокричал Артур, и «сломленные» разбрелись на три группы, в мгновение окружив троих ведьм, но при этом подставив спины врагам.

— Инго! — крикнул Гектор, но Инго и сам все понял.

Вместе с Зезиро и ее слугой, он принялся убивать оставшихся палачей. Но те бесстрашно бросались в бой, зная, что им не победить. И вот, вместе с палачами на землю упала первая ведьма. Группе Давида удалось убить ее. Сделав это, они тут же поспешили на помощь Александре и Юлии, которые вдвоем сдерживали натиск ведьмы.

Это маленькое сражение не продлилось и двух минут. Ведьмы яростно отбивались, но все же их удалось победить. Потеряв половину щитов и несколько мечей, «сломленные» стали отступать.

— Инго, унеси госпожу! — прокричал Артур, не сводя глаз с оставшихся ведьм, которых было еще десять штук.

— Нет, нет, нет. — запротестовала Зезиро, мотая ржавым шлемом. — Инго, не уноси. Не надо. Зачем? Я буду драться дальше. Вот так. Пу-пу-пу. А-а-а-а-а. А-а-а-а-а.

— Нет! Унеси! — прикрикнул Артур.

— Нет, нет, нет. Тут. Я тут. А-а-а-а-а. А-а-а-а-а-а. Тут. Тут. Тут. — не унималась Зезиро.

Но Инго был на стороне Артура. Он только что увидел, как ряды ведьм дрогнули. Все десять шипастых фигур ринулись в атаку.

Подскочив к девушке, Инго попытался схватить ее, но тут же отпрянул, так как его кожаный камзол стал бледнеть от пустой воли.

— Тут. Тут. Тут. Извини, но я тут. — проговорила Зезиро.

Делать нечего, Инго достал мечи и приготовился отражать атаку ведьм. Но ее не произошло.

Откуда-то сбоку, прыгая на четвереньках словно кошка, появилась фигура в черной мантии. Пробегая мимо, фигура швырнула десять пузырьков. Каждый из них угодил в одного из «сломленных». Последний же попал в Зезиро. Как только пузырьки разбились, все, в кого они попали, тут же рухнули без чувств.

— НЕТ! — Инго метнулся к Зезиро, но не успел.

Фигура в мантии подхватила девушку, не дав ей упасть. Ржавый шлем сполз с головы Зезиро, и ее волосы водопадом хлынули на землю. Ведьмы сразу же остановились.

— Они живы. — сказала фигура.

Инго посмотрел на лицо незнакомца и ошалел.

Перед ним стоял первый заместитель короля — Зено Дастинесс. Его вечная улыбка и сейчас озаряла юное лицо. На его поясе Инго увидел две рапиры. Так значит он и был тем алхимиком, о котором ему рассказывал Гантэр?

Но не успел Инго удивиться этому факту, как его сменил новый, совсем уж неожиданный поворот. Инго медленно перевел ошарашенный взгляд с лица Зено на лицо Зезиро. Первый заместитель был точной копией девушки, которую он сейчас держал. Разница была лишь в длинных ресницах и волосах.

Голову Инго наполнили кучи вопросов. Что ему делать? Зено враг? Это он был тогда в доспехах бастиона? Почему Зено помогает им? И как быть с ведьмами?

Но стоило Зено заговорить, как Инго накрыла новая волна удивления.

— Здорово, Инго. — улыбнулся Зено, заговорив голосом Вина. — Давно не виделись.

— Т-т-ты Вин? — растерялся Инго.

— Ну… И да, и нет… — неуверенно покачал головой Зено. — Долгая история. А пока что, ты не мог бы присмотреть за Зезиро?

Он осторожно положил девушку на землю. Сделав это, он повернулся к ведьмам.

— Как это понимать? — потусторонним голосом спросила одна из ведьм.

— Понимайте, как хотите. — ответил Зено, вынимая рапиры.

В его руке, кроме клинков, появились еще и несколько пузырьков. Подкинув в воздух сразу три флакона, он тут же разбил их рапирой. Как только он это сделал, клинок тут же объял синий огонь. Словно кистью, он начертил огнем прямо в воздухе какую-то руну. Та на секунду застыла, а затем, как только Зено поднес к ней вторую рапиру, влилась в клинок, и второе оружие тоже запылало голубым пламенем.

— Я надеюсь на тебя, Инго. — подмигнул через плечо Зено. Сказав это, он опустил на лицо свою алхимическую маску.

В этот же момент на него напали ведьмы. Но их клейморы разрубили лишь воздух. Быстрыми прыжками, Зено отскочил в сторону, а затем напал на первую ведьму. Но он нанес не колющий, а рубящий удар. Тем не менее этот удар не только смог пробить доспех ведьмы, он просто разрубил ее пополам.

Не отвлекаясь на палачей, Зено двинулся к следующей ведьме. Рубя и кромсая, он за считанные секунды расправился сразу с тремя воительницами. Достав еще несколько пузырьков, он метнул их в железные латы пятой ведьмы, и те, загремев, в один миг смялись, словно невидимая рука гиганта сжала их, мгновенно убив женщину.

Со странным изяществом, Зено расправился с девятью ведьмами, не получив ни одного повреждения. При этом он не тронул палачей. Все они, как и «сломленные», получили свою дозу снотворного.

Подскочив к последней ведьме, он нырнул ей под локоть, и оказавшись за спиной, запрыгнул прямо той на плечи. Повернув рапиры в руках, он вонзил их в шею женщине. На этом бой был закончен.

Переведя взгляд на Инго, Зено помахал ему рукой:

— Пока.

Сказав это, он развернулся, и упав на четвереньки, поскакал в сторону замка.

Только через полминуты Инго, наконец, пришел в себя. Сложив спящих товарищей в колесницу (разбудить их так и не получилось), он встал на место мертвой лошади, и поволок повозку в сторону леса.

Когда он достиг первых деревьев, мысли о Зено уже ушли на второй план. Нечего сейчас забивать голову этим. Сейчас нужно сражаться!

Передав спящих товарищей целителям, он снова полетел в гущу сражения, теперь уже направляясь к воротам города. Нужно помочь Мавис и убить уже Анастериана!

Стены города все приближались, и вспышки огня и молний становились все ближе. Инго уже достал мечи, как все его внимание приковал столб, который появился в той части поля, где шло сражение с голиафами. В один миг Инго сменил направление, и направился в ту же сторону.

Это был не просто столб. Это был тридцатиметровый фонтан из крови. Застыв на секунду в воздухе, эта ужасающая башня из крови и плоти стала рушиться на землю. Инго не мог себе представить, что должно было произойти, чтобы вызвать такое. Но все прояснилось, когда он достиг того места.

В кровавой воронке, обнимая обезглавленное тело Дедушки, стояла на коленях Широ. Ее взгляд был поднят в небо, а на лице застыл крик безграничной горечи. Кровь вокруг нее бурлила и испарялась красным туманом. Из живых вокруг не было ни души.

У Инго сжалось сердце, когда он увидел мертвого Дедушку. Сколько еще его друзей погибнет в этом сражении? Он не хочет больше никого потерять!

Это желание поселило в его сердце надежду. Широ — жива. И ее нужно спасти.

И тут Инго увидел фигуру «змееносца». Убийца выскочил прямо из лужи крови и прыгнул на Широ. Время для Инго снова остановилось. Он видел, как медленно опускается на голову Широ острый кинжал убийцы. Что делать?! Он не успеет помочь! Мозг Инго заработал с утроенной силой. Он увидел перевернутую кастеллу с баллистой. Решение тут же было найдено.

В мгновение ока создав свою копию у баллисты, он направил оружие на наемника. Один за другим в тело убийцы вонзились полутораметровые болты, откинув его на десятки метров.

Когда с угрозой было покончено, он поспешил к Широ. Приблизившись к ней, Инго увидел, что та потеряла сознание. Кровь все еще кипела вокруг нее, но опасности от принцессы не исходило. Аккуратно, Инго вытащил тело Дедушки из ее рук. Он вернется за ним позже. Сейчас нужно унести Широ с поля.

Взяв ее на руки, Инго уже приготовился взлететь, как в его спину что-то ударилось, и он услышал звон стекла. Тени тут же растаяли, и он не смог призвать новые. Обернувшись, Инго увидел, что на него мчится целое войско. Там были все — десятки голиафов, занафарийцы, наемники и ведьмы. Но самым страшным противником была шипастая фигура в центре, с накинутым саваном на голове. Морана ехала на колеснице, держа в руке клеймору.

Инго опустил Широ на землю. Ему не уйти от сражения. Но он не испытывал страха. Странно, но его сердце наполнилось еще большей надеждой. Глядя на армию, которая мчалась на него, Инго испытывал лишь прилив силы. Вместе с силой появился и свет.

Повернув голову направо, Инго увидел белую лошадь и всадника на ней.

Рядом с Инго появился Ури. Сейчас доспехи капеллана были уже не такими белыми и чистыми. Они были утыканы арбалетными болтами и испачканы кровью. Но святой рыцарь гордо восседал, держа в одной руке поводья, а в другой развевающееся знамя. От ткани, равно как и от самого Ури, исходил теплый золотистый свет.

— Уноси ее. — сказал Ури, не сводя глаз с армии врагов. — Я разберусь.

— Ты не сможешь… — начал было говорить Инго, но понял, что капеллан его уже не слушает.

Засунув свое знамя себе за спину, Ури достал трубу. И только сейчас Инго заметил, что рядом с ними находится еще одна фигура. Это был тот самый священник в колпаке, которого Инго видел раньше. Он стоял рядом с лошадью Ури и все так же держал сложенными в молитве руки.

Снова подняв Широ, Инго понес ее в сторону леса, при этом не сводя глаз с двух фигур, которые стояли между ним и армией противников. Когда враги были уже в сотне метров от них, Инго увидел, как Ури снял шлем и поднес трубу к губам. Звук, который он издал, был удивительно чистым и проникновенным. Инго почувствовал, как мелодия проникает в самые недра его сердца, как разливается по телу волнами тепла, заставляя каждый волосок трепетать от величия и силы.

И в этот момент произошло чудо. Фигура, которая стояла рядом со всадником на белой лошади, медленно подняла правую руку и показала пальцем на полчища врагов. Как только она это сделала, по небу прошелся новый раскат. Но это был не гром. Звук был похож на тот, который обычно издают ржавые створки, когда открывают старые ворота. Вместе со звуком, в темной туче появился просвет. Лучи солнца упали на ряды врагов, на мгновение ослепив их. Инго даже показалось, что в том просвете он увидел расплывчатые образы людей. И в тот момент, когда армия врагов уже почти достигла Ури, с неба обрушилось целое цунами из стрел. Нескончаемым потоком стрелы вонзились в ряды врагов. Каждая из них была два метра длиной, но все же это были именно стрелы. Инго видел их белое оперение. Поднимая столбы земли, смешенной с кровью и железом, стрелы заслонили собой все войско.

Поняв, что Ури сдержал свое слово и остановил врагов, Инго повернулся обратно и понес Широ к лесу. Пробираясь вперед, он с каждой секундой чувствовал, как к нему возвращаются силы. Еще минута, и он уже смог призвать тени. Теперь добираться стало гораздо легче. Поднявшись в воздух, он уже подлетал к первым деревьям. Тем временем Широ на его руках стала шевелиться.

Ее лицо стало меняться. Рот закрылся, а из рубиновых глаз потекли слезы. И только Инго собирался успокоить Широ, и сказать, что ей больше не нужно сражаться, как его плечо пронзила боль. Шрам, который у него остался после битвы с «дланью», вдруг открылся и из него фонтаном хлынула кровь. Потеряв направление, Инго рухнул вниз, пропахав своим телом землю. В последний момент он успел сгруппироваться, и обняв Широ, защитил ее от удара. Опомнившись, Инго схватился за плечо. Кровь все продолжала хлестать. На его теле открылись и другие раны. Вместе с кровью, воздух наполнил и крик Широ. Но он был не человеческий, словно одновременно кричали, вопили, шипели, гавкали и каркали тысячи животных. Поняв, что его рана связана с Широ, Инго тут же отполз подальше от принцессы, которая теперь корчилась на земле в агонии.

— AEZ AM.

Ее голос снова изменился. Теперь он отдавался эхом, как у ведьм.

— НЕТ! — закричала Широ, круша клаками землю. — НЕ СМЕЙ! ИЗЫДИ! HAERYN! AEZ NAE RADTYSH IE!

Широ застыла. Ее буйство прекратилось так же быстро, как и началось. Она медленно подняла взгляд и посмотрела на Инго. Ее лицо не выражало никаких эмоций, и лишь глаза горели жизнью.

— Я… — сказала она. — …ЕЩЕ ЖИВА.

Кровь из ран Инго вдруг перестала течь. Инго чувствовал, как раны на его теле начинают затягиваться. Вместе с ними уходила и боль. Посмотрев на свое плечо, Инго увидел, что шрам полностью исчез. И что, черт побери, сейчас произошло?

— Широ? — Инго осторожно приблизился к принцессе. — Широ, ты меня слышишь?

Но Широ молчала. Жизнь в ее глазах потухла. Она сидела, и глядела на него стеклянным взглядом. Коснувшись ее плеча, Инго почувствовал, что ее тело горит. Но она была жива. Из-за кровавого тумана, который окутал поляну, Инго чувствовал биение ее сердца. Широ просто потеряла сознание.

Осторожно подняв ее, Инго полетел в сторону полевого госпиталя. Через минуту он увидел поляну, на которой лежали сотни раненых воинов. Опустив Широ на белую простыню, Инго поймал за руку одного из целителей.

— Помоги ей. — сказал он, показывая на Широ.

Целитель на пару секунд склонился над телом принцессы, а затем встав, промолвил:

— С ней все в порядке. Она просто без сознания. Отоспится, и будет как новая.

— Ты уверен? У нее жар!

— Да. — проговорил целитель, и достал какую-то склянку. — Вот, залей ей в рот. Мне некогда, тут других раненых навалом.

Сказав это, он направился в другую сторону поляны.

Выполнив указания целителя, Инго накрыл тело Широ своим плащом. Больше он ничем не мог ей помочь.

Уходя с поляны, он еще раз бросил взгляд на принцессу. Все, он больше не может этого выносить! Он сейчас же найдет Анастериана и прикончит его!

Эта мысль придала ему силы. Теней снова стало больше. Призвав их, он тут же взлетел и направился в сторону города. Он был уверен, что именно там он найдет короля.

Пролетая мимо места, где он обнаружил Широ, Инго увидел, как капеллан, сидя на лошади, сражается с мораной. Она единственная выжила после той лавины из стрел. Но Инго не стал отвлекаться на них. Ури сможет справиться с ней и в одиночку.

— Ну где же ты? Покажись. — проговорил Инго, глядя на стены замка, которые неумолимо приближались. — Анастериан.

И вдруг, словно ответ на его мольбы, Инго заметил короля. Фигура в бордовых доспехах стояла в самой гуще занафарийцев и отбивалась от никсов.

Инго остановился. Сжав мечи, он переместил все тени в крылья и руки. Сейчас только они ему и понадобятся. Тени стали пульсировать, и крылья увеличились в размерах. Один взмах, и Инго рванулся вниз на хранителя. Тот тоже заметил Инго и поднял щит.

— ТЫ! — яростно выкрикнул Инго и метеором влетел в фигуру хранителя.

Ломая тела занафарийцев словно тростинки, они пролетели над целым морем черных доспехов и врезались в городскую стену. Пробив кирпичную кладку, Инго вместе с королем вылетел с другой стороны стены и врезался в ближайший дом. Вминая одной рукой тело короля в кучу досок и щебня, Инго занес свой меч. Но только он хотел обрушить клинок на Анастериана, как в него врезался щит короля. Инго откинуло в сторону. Вращаясь в воздухе, он проламывал своим телом все новые дома. И это был лишь один удар. Один удар Анастериана уже сломал ему несколько ребер. Но останавливаться уже поздно.

Чтобы хоть как-то затормозить свой полет, Инго удлинил тени и зацепился за угол одного из домов. Остановившись, Инго мгновенно взлетел и снова спикировал на Анастериана, который уже успел подняться. Выставив перед собой щит, он стал ждать.

Но когда до короля оставались каких-то пять метров, Инго резко убрал крылья, и упав на землю, прополз змеей между ног короля. Оказавшись за его спиной, он поднял меч над головой хранителя. Но и это не сработало.

Резко развернувшись, Анастериан снова обрушил на него свой щит. От этого удара у Инго подогнулись колени, и он рухнул на четвереньки. В этот же момент его настиг железный сапог, снова отправив в полет.

На секунду у Инго потемнело в глазах. Из-за боли он потерял ориентацию в пространстве. Беспомощно крутясь, он проломил трубу дома и врезался в крону дерева, которое росло за ним. Он попытался спуститься, но руки плохо его слушались. Упав с веток бесчувственной грудой, он распластался на земле.

Как хорошо вот так лежать, и чувствовать прохладу почвы. Смешиваясь с теплой кровью, которая текла из его ран, эта прохлада создавала приятную постель. Тягучая, нежная, обволакивающая пелена из неведенья и скорой смерти. На секунду Инго даже позавидовал тем, кто уже умер…

Но он жив! И еще может сражаться!

Поднимаясь на трясущихся ногах, Инго устремил взгляд на Анастериана. Тот медленно направлялся к нему, хромая на одну ногу. Не отводя от него взгляда, Инго стал призывать тени. Сейчас ему нужно больше силы. Больше теней! Больше! БОЛЬШЕ!

К нему стали ползти черные сгустки. Стекая с домов, стен, деревьев, они ползли к Инго, оставляя после себя яркое, словно озаренное солнцем, место. Подняв свой взгляд, Инго увидел, как из-за городской стены появилась новая туча. Будто черный рой, она летела прямо к нему. Тени окутали его, заслонив собой каждый участок на теле. Инго чувствовал, как становится выше. У него удлинились руки, ноги. В его теле пульсировала сила. Утрамбовывая тени, Инго чувствовал, как напрягаются его мышцы. С каждым разом, с каждой новой тенью, они словно тетива от лука, натягивались все сильнее. Все больше, все мощнее.

И вот, когда последний кусочек тени влился в его ногу, Инго услышал тихий гул. Будто пчела залетела в его сжатый кулак. Подняв перед собой меч, Инго сделал взмах рукой. Сначала прошел удар, и лишь через секунду звук. Воздух покрылся рябью, а ветер от его взмаха пропахал землю, оставив на ней глубокую борозду.

Инго перевел взгляд на Анастериана. Увидев, во что превратился его противник, король остановился и принял боевую стойку. И Инго не стал заставлять его ждать.

Один рывок, и он очутился перед Анастерианом. Меч рассек воздух и обрушился прямо на щит. Ударной волной в стороны отбросило щебень и доски. Белый плащ короля затрепетал в порывах ветра, который накрыл его вместе с новым ударом Инго. Два воина стали обрушивать друг на друга мощнейшие удары. Воздух дрожал. Каждый взмах их мечей рассекал пространство, терзал, заставлял трепетать. И вскоре от мечей повалил пар. Интенсивные атаки раскалили железо добела. Но ни один удар так и не достиг своей цели. Инго не удалось задеть Анастериана, хоть тот и потерял свой щит, и теперь отбивался лишь одним мечом. Но и Анастериан не смог нанести удар, так как Инго молотил его сразу двумя клинками.

— «Пора с этим покончить» — подумал Инго. Его мысли были как нельзя чисты.

Отпрыгнув назад, Инго взмыл в небо. За несколько секунд он поднялся так высоко, как еще никогда не взлетал. На мгновение перед ним открылась изгибающаяся линия горизонта и кольцо астероидов. Посмотрев вниз, он увидел крошечный город, размером с блюдце. Перехватив мечи, Инго рванулся вниз. Словно метеор, он спикировал на короля, обрушив на него сразу оба клинка. Сокрушающий удар пришелся на выставленный меч Анастериана. Земля треснула от такого напора силы. Король смог выдержать этот удар. Но Инго не остановился. Мгновенно развернувшись, он ударил Анастериана ногой в живот. Ломая дома, хранитель врезался в стену города, оставив на белой поверхности кровавые брызги. И снова удар. Инго влетел в него, тараня телом короля городскую стену. Они вылетели на поле. Могучим замахом, Инго запустил хранителя в толпу занафарийцев, и тут же устремился следом. Круша, перемалывая хрупкие тела наемников, Инго снова и снова наносил удары своими мечами по телу короля. Но снова и снова тот отбивал их. И тут Инго заметил, что сила Анастериана стала убывать. Он был ранен. И рана была серьезной.

Инго заметил это еще когда король сражался с Гантэром, но не придал ей большого значения. Но сейчас он понял, что если бы не рана на его левом боку, из которой лилась черная кровь, то Инго и минуты не продержался бы против Анастериана. Король был при смерти. Но хоть силы и покидали короля, взгляд его был все такой же твердый и уверенный.

Тем временем Инго продолжал наносить удары по отбивающемуся Анастериану, параллельно кося мечами толпы черных наемников. Вминая их тела в землю, разрезая одним ударом десятки занафарийцев, он атаковал короля. Для него сейчас не существовало других противников. Волны черной крови орошали белые стены города. Под их ногами корчились и уползали в стороны, чтобы там умереть, разрубленные тела занафарийцев. Где-то вдалеке бушевало яркое пламя, и там же тряслась земля от падающих с неба молний. Битва подходила к концу…

Разрезая воздух, Инго нанес очередной удар по мечу Анастериана, который тот выставил, чтобы закрыть грудь. И снова неудача. Инго на секунду отскочил в сторону, а затем рванулся с новыми силами на короля.

И тут произошло непредвиденное. Анастериан, отбросив свой меч, расставил в стороны руки. Лезвие меча прошло насквозь, пробив сердце. Инго даже почувствовал последний стук, который передался по клинку в его пальцы. И вместе с этим отчаянным биением пришло и осознание. Осознание ошибки, которую совершил Инго.

Отскочив в сторону, он со страхом стал наблюдать за ужасающей метаморфозой.

Упав на колени, Анастериан опустил голову. И в этот момент его доспехи задрожали. И вот к ним прибавились еще одни латы. Черный доспех занафарийца, вместе с разрубленным телом хозяина, прилетел откуда-то сзади. Развалившись в полете на множество железных пластин, он прилип к телу короля. А тем временем все новые доспехи и мечи летели к хранителю. Дрожа, корежась, дымясь, они прилипали к доспехам короля, ваяя из тела Анастериана железного голема. И вот новая лавина стали накрыла мертвого воина. Волна мечей обрушилась на его плечи, создав два железных крыла, перья которых составляли острые клинки.

Самопожертвование!

Главный долг хранителя. То, что и отличает его от обычных королей. И Анастериан пожертвовал собой. Его фигура стала еще больше, обогнав в размерах даже черный силуэт Инго. Испуская пар из темных недр своего исполинского шлема, над трупами занафарийцев возвысилось Воплощение Войны!

Медленно переведя дымящееся забрало на Инго, Анастериан вытащил из своей груди все еще торчащий меч и кинул его под ноги Инго.

И тут снова произошло необъяснимое явление. Вытянув руку, Анастериан создал из кусков железа огромный топор. Взмахнув, он ударил им по земле. Но удар был направлен в другую сторону, туда, где толпами лезли занафарийцы. Волна энергии, черной крови и земли взметнулась в небо на десятки метров. Взмахнув своими клинками-крыльями, «воплощение» взмыло в небо.

Отойдя от ступора, Инго подобрал свой меч и последовал за этим железным ангелом. Но Анастериан не стал нападать на людей. Игнорируя никсов и наемников, король стал крушить войска занафарийцев. Его могучие удары даже не касались черных доспехов. Занафарийцев просто взрывались от ударных волн.

Что происходит? Почему Анастериан уничтожает своих же союзников? Или он сейчас не отдает себе отчета? Но тут Инго вспомнил Зено. Первый заместитель короля тоже помогал повстанцам. Он убил ведьм, а еще спас его и Делроя.

У Инго все перемешалось в голове. Он не понимал, что ему сейчас делать. Анастериан мертв, а его «воплощение» уничтожает остатки своей армии. Сейчас Инго нужно уводить повстанцев с поля боя.

Подумав об этом, Инго уже развернулся в другую сторону, как за его спиной раздался громкий голос:

— ИНГОРАШ.

Голос Анастериана был похож на лязг металла. Каждая буква словно выцарапана по железу острым гвоздем.

Инго повернулся. Железный исполин смотрел на него темными провалами в забрале. Подняв свой топор, он обрушил его на стену города. В один миг рухнули десятки метров белого кирпича. Снова подняв топор, он указал им на город. Сделав это, Анастериан полетел в направлении порта.

У Инго не осталось выбора. Нужно было лететь за ним. В городе еще оставались люди, и они могли пострадать от обезумевшего короля.

Ринувшись за ним, Инго за секунду догнал железное «воплощение». Приземлившись на его спину, он стал наносить удары по крыльям, но кроме искр да нескольких вмятин ему не удалось нанести других повреждений. Анастериан лениво перевернулся в воздухе, стряхивая Инго со спины. Похоже, он не собирался атаковать.

Пролетая над собором святой Силестии, Инго заметил нескольких послушниц, которые спешно укрывали испуганных прихожан. Инго мог представить какой страх они испытывали. Мало того, что за городом бушевало сражение, так еще над их головами пролетают два крылатых монстра.

Инго снова атаковал Анастериана. Обрушив на него несколько мощных ударов, Инго так и не удалось спровоцировать короля. Тот продолжал лететь к порту.

— Чего ты хочешь?! — прокричал Инго, снова идя в атаку. — Я тут! Сражайся со мной!

— НЕТ. — проскрежетал Анастериан.

Инго не понимал, что задумал король. Но осознав, что его атаки бесполезны против «воплощения», Инго перестал атаковать. Теперь он просто следовал за Анастерианом.

Тем временем они уже приблизились к южному порту. Сейчас тут было необычайно пусто. Лишь несколько галеонов стояли, мирно покачиваясь на тихих волнах. И тут железная громадина остановилась. Зависнув в воздухе, Анастериан направил свой топор на залив.

— СМОТРИ. — выдавил он.

Инго перевел взгляд на залив. И куда ему смотреть? Тут ничего…

И тут Инго увидел силуэты. Прямо под водой. Сотни черных фигур вылезали на причал, направляясь к южным воротам. Это были занафарийцы. Но что это? На причале появилась еще одна фигура в черной мантии. Прискакав, словно кошка, она стала осыпать занафарийцев ударами двух рапир, время от времени сопровождая это вспышками голубого пламени и небольшими взрывами. Как Зено смог так быстро добраться сюда?

Но мысли Инго прервал скрип железа. Подняв топор, Анастериан обрушил его на залив. Удар невообразимой силы разрезал волны. Вода хлынула в обе стороны, обнажая зеленое дно, покрытое илом и…

Инго увидел десятки каменных кораблей, которые стояли на дне. Из них толпами лезли занафарийцы. Корабли были покрыты водорослями и ракушками. От них тянулись железные цепи, которые были прикованы к сотням «высохших» занафарийцев. Они и тащили корабли по дну залива.

— ПОМОГИ. — проскрежетал Анастериан, и ринулся вниз.

В этот же момент Инго увидел, как Зено метнул что-то в воду, и та в мгновение превратилась в лед, застыв двумя волнами, словно причудливая арка.

Инго до сих пор не понимал, что происходит, но было ясно одно, сейчас у него с Анастерианом появился общий враг. Сложив крылья, Инго спикировал вниз. В это время король уже крушил первые корабли, хороня под их каменными обломками разрубленных занафарийцев.

Инго же помчался к кораблям, которые стояли у ворот. Хоть вода в заливе и застыла, через ворота уже стала течь вода из моря, скрывая под собой первые колонны кораблей. Обрушив всю свою мощь, Инго успел за несколько секунд расправиться с незваными гостями. Как только с дальними кораблями было покончено, он полетел к створкам. Закрыть ворота оказалось не так-то просто. Даже с его волей сил оказалось недостаточно, чтобы сдвинуть их с места. Взмахнув крыльями, Инго полетел к маяку. Именно там был механизм, который управляет воротами.

Разбив окно, он влетел в комнату смотрителя. В ней никого не оказалось, но Инго и не понадобилась помощь. Он сразу увидел рычаг, который свисал с потолка. Потянув за него, Инго услышал характерный звук, означающий, что ворота пришли в движение.

Вылетев обратно, он направился на помощь Анастериану. Подлетая к причалу, он увидел, как десятки занафарийцев набрасываются на железного исполина. Кто-то из них даже умудрялся дотронуться своим клинком до железных пластин, но тут же умирал от взмахов крыльев-мечей.

Опустившись на один из оставшихся кораблей, Инго тоже принялся кромсать врагов. Их было несметное множество. Как они вообще умудрились уместиться в этих каменных ковчегах?

Но Инго было не до размышлений. Он резал, кромсал, разрывал и терзал врагов. Сотни черных тел валились под его ноги, а он все продолжал убивать. Несколько раз он чувствовал, как в него прилетали пузырьки с зельем, «расплавляя» его темные доспехи. Но теней было так много, и они так плотно облегали его тело, что он почти не чувствовал изменений.

Тем временем Анастериан уже разобрался с большей частью врагов. Подлетев к Инго, он стал помогать ему добивать остатки. Инго стал замечать, что с каждым ударом, от короля отлетает немного железных пластин. А еще через несколько секунд и его крылья стали осыпаться. Ударив последний раз по группе занафарийцев, и превратив тех в черный фарш, Анастериан перевел взгляд на Инго. Упав на одно колено, он странно дернулся, и железные пластины одной кучей осыпались с его тела. Волна стальных осколков вынесла к ногам Инго труп Анастериана.

Где-то внизу черных трупов еще оставалось несколько занафарийцев, но Инго не обращал на их внимания. Его взгляд приковала фигура в черной мантии, которая только что появилась рядом с ним.

Зено не сводил взгляда с тела Анастериана. Осторожно подойдя к хранителю, он опустился на колени, и приподняв его, посмотрел в глаза короля. Те были еще открыты, но в них больше не было жизни. Закрыв их, Зено подтянул к себе тело Анастериана, и поцеловал его в лоб. На секунду бросив на Инго взгляд полный слез и горечи, он встал, и вместе с телом короля взмыл в воздух на крыльях из белого дыма.

Инго стоял в оцепенении. Что сейчас произошло? Анастериан помогал ему?

Мысли Инго прервал громкий треск. Вместе с ним он почувствовал страшную слабость. Силы резко стали покидать его. Вдобавок лед, в который была превращена вода, стал трескаться. И не успел Инго среагировать, как на него обрушились бушующие волны. В один миг его поглотила беспросветная тьма…

Грехи прошлого

Новый сон. И опять Инго оказался в черных водах. Легкие быстро наполняла вода. Осознав это, Инго стал барахтаться, цепляться за… Камень?

Ухватившись за твердую поверхность, Инго вынырнул из воды. Он все еще находился в порту. Но это был не тот порт, который он помнил. Белую пристань только начали строить. По берегу сновали тысячи рабочих, которые несли в руках доски, мрамор и железные сваи. Среди них сильно выделялись трехметровые гиганты, которые также участвовали в строительстве, а некоторые даже руководили процессом.

— Я же сказал, что нам нужна метеорная сталь! — прогремел один из великанов на человека с кипой свитков в руках, которые то и дело падали на землю. — А вы что принесли?! Это же силентиум! Что мне с ним делать?!

— В документах был указан именно силентиум. — боязливо ответил человек со свитками.

Пока они говорили, Инго уселся на груду досок. Его чувства снова были подавлены. Он понимал, что проснуться по собственному желанию у него не выйдет, поэтому продолжил наблюдать за парочкой собеседников.

Хоть прораб и был трехметрового роста, он не выглядел таким уж страшным. Залысина на голове и круглые очки на горбатом носе делали его похожим больше на писаря, нежели на строителя.

— Кто составлял их?! — не унимался прораб.

— Л-лео. Лео Фрид. — пропищал собеседник.

— Опять он?! Да курица лапой лучше напишет, чем этот олух!

— Да, но именно он курирует северный тракт и поставки из Метеора. Госпожа Алекто назначила его на эту должность.

— Да мне насрать на твою Алекто! — не выдержал ферасиец. — Из-за ее взрывов, рабочие не могу начать строительство башни!

— Я… — начал было говорить человек со свитками, но тут же остановился, устремив свой взгляд за спину ферасийца.

Инго тоже посмотрел в ту сторону. Из-за повозок с белым кирпичом только что вышла группа богато одетых людей. Возглавляла ее Лина. Инго сразу заметил большой живот, который та поддерживала правой рукой. Рядом с ней, под руку, шел светловолосый мужчина. Его волнистые волосы длинными прядями спадали на красивое лицо и еще больше подчеркивали голубые глаза. Так же Инго узнал среди их свиты темноволосую девушку. Это была Алекто, первая ученица Рейме. Ее лисий взгляд был устремлен на ферасийца. Рядом с ней ехал на лошади «десница» королевы — Дрэго Касимиро. На его смешном, круглом лице, очень нелепо смотрелось высокомерное выражение. Словно цыпленок, возомнивший себя василиском.

— К-к-королева? — тут же умерил свой пыл ферасиец. Инго даже показалось, что он немного уменьшился. — Что вы…То есть, что вас привело сюда?

— Да вот, решила проверить, как идет строительство города. — ответила Лина, вертя головой и осматривая стройку. — Это ты тут главный? Как тебя…?

— Язид. — тут же вставил старичок с надменным выражением лица, который также пришел с Линой. Инго узнал и его. Это был второй помощник королевы — Абеларт.

— Тебя ведь прислал Арк? — спросила Лина, быстро смерив взглядом ферасийца. — Так как продвигаются работы?

— Замечательно. — ответил Язид, рукой прогоняя человека со свитками. — Сегодня планируется закончить три пристани. А на следующей неделе мы планируем начать строительство маяка.

— А что насчет прохода? Вы уже расчистили дно от обломков горы? — спросил Август, муж Лины.

— Уже три дня как закончили. — ответил Язид.

— Я слышала, что у вас какие-то проблемы с поставками. — сказала Лина.

— А, это… — Язид почесал затылок. — Небольшая неурядица. Перепутали заказы. Мы все в ближайшее время исправим.

— А сколько портов планируется построить? — спросила Лина, переведя взгляд на Абеларта.

— Два, Ваше величество. — тут же ответил старик. — Мы…

— Этого мало. — прервала его Лина. — Постройте еще один. Скоро Вестерклов возродится, и сюда хлынут сотни купцов. Два порта для них будет мало.

— Да, но план уже согласован. — замялся Язид. — К тому же у нас нет места под третий порт.

— А южная сторона? — Август указал на противоположный берег залива.

Язид тоже перевел взгляд в ту сторону.

— Там сильное течение подземных вод. Даже если мы сделаем специальные волнорезы, мы не сможем установить их в нужных местах.

— А вы установите за место волнорезов силентиумные стержни. — подсказал Август. — Они не хуже справляются с подземным течением. Вы ведь их недавно заказали, так?

— Но… Это была незапланированная покупка, и я… Я приказал отлить из них якоря. — запинаясь, проговорил прораб.

— Не страшно. — спокойно сказал Август. — Установите их. Только покройте чем-нибудь, чтобы жители случайно не смогли задеть их.

— А что насчет ворот? — спросила Лина. — Когда их установят.

— Я бы не советовал вам их устанавливать. — опять замялся прораб. — Мало того, что они не продержатся и трех лет, так еще и затраты на вечное древо и транспортировку оставят большую дыру в бюджете.

— Тогда сделайте их из камня. — вставил Дрэго.

Все взгляды устремились на первого заместителя. В них явно читалось удивление.

— Что? — непонимающе спросил Дрэго. — Я видел ворота из камня в Мидденхоле.

— А что, это идея. — сказал Август. — В Белланиме ведь остались еще древние монолиты. Можно использовать их.

— Молодец Дрэго. — похвалила Лина. — Иногда и ты можешь выдать что-то сносное.

— А зачем вам вообще эти ворота? — спросил Язид. — Затраты на их содержание большие, а толку почти нет.

— Толк будет. — сказала королева. — Мы должны обезопасить город. Занафарийцы разгромлены, но не факт, что они когда-то вернутся. Мы не можем спуститься под воду и проверить что там у них творится. Так что лучше просто быть начеку.

— Как скажете, королева. — поклонился Язид.

В этот момент подул сильный ветер, и волной на пристань вынесло небольшого кальмара. Дети, которые резвились на краю пристани, завизжали, и стали разбегаться в разные стороны от извивающегося «чудовища».

— Ну, хранительница, выполняй свое предназначение. — шутливо проговорил Август, глядя на кальмара.

Лина ухмыльнулась и направилась к многоногому противнику.

— Давай лучше я, сеструха. — сказал Дрэго.

— Заткнись, Дрэго. — сказала Лина.

— Только не перенапрягайтесь, Ваше величество. — обеспокоенно промолвил Абеларт, глядя на то, как Лина берет в руки небольшой якорь, который валялся на пристани. — Вы же в положении.

— И ты тоже заткнись. — повторила Лина.

Подойдя к кальмару, она поддела его якорем и выбросила в воду.

— Фу, мерзость. И как люди их могут есть? — сказала она, отбрасывая якорь в сторону. — Ладно, пойдем дальше. — она махнула своей свите, и они направились в южную сторону города.

Вода из залива уже стала выходить из берегов, и Инго понял, что скоро переместится в новый сон. Но, прежде чем упасть в воду, Инго увидел, как к Язиду подошла Алекто.

— Я слышала, что ты говорил про меня. — наигранно злым тоном проговорила она. — Значит не нравятся мои «эксперименты»?

Похоже, ферасиец не уловил шутливости в ее голосе.

— Я…я…я…я — начал запинаться великан.

Алекто вынула маленький пузырек с прозрачной жидкостью.

— ОП! — она «случайно» выронила его, и лишь у самой брусчатки смогла поймать флакон.

Язид, тяжело дыша, схватился за сердце.

— Не пугайте меня так, госпожа. — проговорил он, смахивая пот.

— А я и не пугаю. — ответила она, и через плечо бросила пузырек в груду досок. Раздалось шипение и в воздух (совсем не высоко, метра на три) взмыл зеленый фейерверк.

Последнее, что успел увидеть Инго, так это скачущих детей, просящих алхимика повторить «фокус».

И снова тьма. Инго слышал лишь голоса. Кто-то напевал колыбельную. Осмотревшись, Инго увидел тусклый свет. Это было пламя свечи. Около нее стояла покачивающаяся люлька. А рядом сидела Лина, и напевая песню, листала железную книгу.

Подойдя поближе, Инго увидел, что в люльке лежат двое младенцев. Хоть по их виду этого нельзя было понять, но он знал, что это брат и сестра. Покачивая коленом люльку, Лина показывала своим детям оживающие картинки в книге, которые время от времени испускали огонь и молнии.

Вдруг подул ветер, и пламя свечи погасло, снова погрузив все во тьму. Но продлилось это недолго. Тьма стала отступать, вырисовывая из своих бездонных глубин очертания большого помещения.

Инго очутился в уютном зале, стены которого были оббиты досками. Колонны из красного камня поддерживали высокий потолок, а витражное окно бросало разноцветные лучи на высокий трон, украшенный пушистым мехом и шелком. На троне, развалившись, сидела Лина. Около нее, облокотившись о край трона и сложив руки на груди, стоял Август.

Подойдя поближе, и взглянув в их лица, Инго так и не смог определить, сколько прошло времени. Оба выглядели так же молодо.

— И зачем нужна вся эта королевская возня? — пожаловалась Лина — Они же наши дети. Пускай так покажут.

— Это для них очень важно. — сказал Август. — Так что подыграй им.

Только он это сказал, как большие двери, которые находились в противоположном конце зала, открылись, и в зал вошел Абеларт. Он, в отличие от королевской четы, успел обзавестись легкой сединой на своих кудрявых волосах.

— Принц Бальтазар де ла Игнис фон Экхартос и принцесса Мельхиора де ла Игнис фон Экхартос! — торжественным тоном объявил старик.

В этот же момент в зал вошли еще несколько людей. Среди них были Алекто, Дрэго и несколько человек из свиты Лины. Так же Инго заметил группу седовласых стариков, которые, впрочем, выглядели довольно воинственно. Впереди же всей этой своры шагали двое детей, лет восьми.

Бальтазар был гораздо ниже своей сестры. У него был курносый нос матери и аристократические глаза отца. Длинные, белые волосы так же достались ему от отца, но они очень нелепо смотрелись на его раскормленном лице. Пухлые, с румянцем щеки, явно говорили о том, что родители его любят. Шагая по красному ковру, он нес в руках небольшую коробочку.

Мельхиора же была полной противоположностью брата. Она была высокая и стройная. Такая же белокурая, как и брат, она впитала в себя больше черт от отца. От матери был лишь надменный взгляд. Трудно поверить, что эти дети были двойняшками. Вышагивая рядом, она тоже несла в руках какой-то предмет. Как понял Инго, это была клетка, накрытая синей тканью.

Дойдя до трона, они остановились.

— Мама. — улыбнулся Бальтазар, и помахал рукой Лине.

— Люблю тебя. — с улыбкой прошептала королева, и тоже помахала ему рукой. — Мельхи. — она помахала и дочери.

На лице девочки промелькнула улыбка, но быстро подавив ее, она снова натянула на лицо серьезное выражение.

— Глубокоуважаемая и достопочтимая королева Вестерклова! — произнес Абеларт, встав боком между троном и детьми. — Позвольте представить вам глав двух новых орденов и их символы!

Величественно указав на Мельхиору, за которой столпились воинственные старики, он воскликнул:

— Громовержцы!

Зал наполнился вспышками молний. Мельхиора, и старики позади нее, вмиг покрылись яркими дугами. Стянув ткань с клетки, и засунув в нее руку, девочка показала матери ястреба, который мирно сидел на ее руке.

Лина радостно захлопала, но получив тычок от своего мужа, прокашлялась, и гордым голосом объявила:

— Надеюсь на вас, громовержцы! Защищайте город и его жителей! Отдаю вам в пользование новую башню!

После того, как аплодисменты свиты стихли, и молнии перестали озарять зал, Абеларт продолжил:

— Сильнейшая из всех хранителей…

— Молодец, правильно сказал. — кивнула Лина своему помощнику.

— … и благороднейшая из всех королев. С гордостью представляю вам второй военный орден!

Абеларт указал на Бальтазара, позади которого стояла свита Лины.

— Огненные мантикоры!

Волны огня охватили зал, нежно лаская алыми языками пламени висевшие на стенах гобелены с геральдикой Вестерклова.

— Мантикоры? — с улыбкой переспросила Лина, переводя озадаченный взгляд на мужа. — Первый раз о таких слышу.

— Покажи ей. — проговорила Алекто, наклоняясь к Бальтазару и подталкивая его к королеве. Инго заметил на лице придворного алхимика ехидную улыбку.

Подойдя поближе к трону, мальчик поставил коробку на пол. Лина с интересом подалась вперед. Но как только принц снял крышку, королева, странно пискнув, завизжала на весь зал:

— А-А-А-А-А! НЕТ! КРЫСА! КРЫСА! УБЕРИТЕ ЕЕ ОТ МЕНЯ! ПОЖАЛУЙСТА, УБЕРИТЕ!

Бальтазар ошарашено глядел на мать, которая поджав под себя ноги, взобралась на трон. Все еще беспомощно отмахиваясь ногами, она так испугалась, что уже стала забираться на высокую спинку трона. Мальчик тем временем наклонился, и достал из коробки небольшого зверька.

Инго уже видел такое животное. Мантикоры обитали в южной части империи, и имели морду ежа, тело лисицы и хвост змеи. Их пушистая, огненная шкурка очень высоко ценилась у ремесленников, а из их чешуйчатых хвостов делали отличные ремни. Но Инго так и не понял, где именно королева увидела тут хоть намек на крысу?

— Баль! Прошу, убери! — взмолилась Лина.

Принц понуро положил зверька, шкурка которого переливалась словно угли, обратно в коробку. Увидев грустное лицо сына, Лина посмотрела на мужа.

— А есть другие варианты?

— Есть еще саламандры. — ответил за короля, один из «огненной» свиты.

— Это ящерицы? — спросила Лина, переводя взгляд с одного на другого.

— Да, но…

— Пусть будут саламандры! — не дав договорить, воскликнула Лина. — Все! Я решила! Саламандры! И точка!

Лина потянулась к кубку, который стоял на круглом столе рядом с троном, но ее руки все еще дрожали, и она случайно опрокинула его. В этот же миг из кубка вылилась целая река. Моментально затопив зал, вода поглотила все фигуры, и те стали расплываться, словно были нарисованные. Не задело лишь Инго. Он по-прежнему чувствовал под собой твердую поверхность.

Как только вода отступила, Инго увидел, что все еще находится в том же зале. Изменилось лишь освещение. Теперь за место разноцветных лучей, которые раньше падали из окна, зал освещался десятками янтарных ламп. На троне все так же восседала Лина. Но теперь было видно, что она стала старше. На лице королевы появились первые морщины. Кроме того, рядом с ней уже не было Августа. В тронном зале была лишь она одна. Сидя на троне, она царапала правой рукой его подлокотник.

Но одиночество продлилось недолго. Скоро в зал вошли девять человек. Все они были одеты в черные одежды и у всех на груди виднелось изображение огненного дерева с обвитой вокруг его ствола ящерицей.

— Как это понимать, мам?! — с порога воскликнул один из мужчин.

Инго не сразу узнал в нем того пухлого мальчика, которого он видел минуту назад. Бальтазар полностью изменился. Сейчас ему было уже за тридцать. Теперь он был стройным, но все же не таким красивым, как его отец. Белые бакенбарды совсем ему не шли. Да и курносый нос с маленьким ростом не придавал ему мужественности.

— Ты же сказала, что оставила обязанности хранителя. — продолжил король, подходя к трону. Но в его голосе не было злобы. В нем была забота.

— Так и есть. — ответила Лина. В отличие от внешности, голос ее уже походил на голос старухи. — Я просто присела на трон. Что, нельзя?

— Ну…можно. — пожал плечами Бальтазар. — Но ты ведь не за этим приехала в город?

— Да. — ответила Лина. — Я приехала передать тебе поручение императора. Ты освобождаешься от обязанностей хранителя. Твое место займет Леорио Касимиро.

— Но почему? — Бальтазар был явно обеспокоен. — Я что-то не так делаю?

— Все ты так делаешь. — улыбнулась Лина. — Император хочет, чтобы ты отправился в Поларвейн. И я полностью поддерживаю его решение. Рудо сейчас нужна твоя помощь.

— Император хочет, чтобы я занял пост хранителя севера? — спросил король.

— Нет. У Рудо нет наследников, поэтому ты будешь тренировать нового хранителя севера. Твоя задача, и задача твоих потомков будет в том, чтобы выращивать для империи достойных королей.

— Ясно. — проговорил Бальтазар, явно смерившись со своей участью.

— Я так же хочу, чтобы ты взял с собой весь орден саламандр. — продолжила Лина. — Пусть они отправятся в Сонный очаг и восстановят деревню. Для Вестерклова будет достаточно и громовержцев.

— Я понял. — кивнул король, а затем, немного подумав, прибавил: — А что с Мельхиорой?

— А что с ней? Будет жить тут. Ничего не изменится.

Бальтазар снова задумался.

— Император ведь не только поэтому отправляет меня на север? — через некоторое время проговорил он. — Что вы от нас скрываете? Почему все записи о Великой войне пропали из архивов?

— Все, что тебе следует знать, ты уже знаешь. — ответила Лина.

— Это ведь как-то связано с бойней в Мидденхоле? — не унимался король. — Я узнал, что тогда все жители обезумели и стали поедать друг друга. А теперь, через сорок лет, когда на севере стали появился новые культы, император отправляет меня туда.

— Ты про «побитых»? — спокойно спросила Лина. — Ну да, была такая проблемка. Но они не так опасны, как ты думаешь. Скорее всего, это какая-то эпидемия, или что-то в этом роде.

— Эпидемия, говоришь? — Бальтазар величественно посмотрел на мать.

— Да, эпидемия. — и поняв, что ее слова не убедили сына, добавила: — Послушай, Баль. Тот враг, с которым мы сражались в Великой войне, гораздо сильнее кучки психов, которые поклоняются какому-то там Пожирателю, или кто он там есть.

— И при этом вы не хотите рассказать нам про этого страшного врага. — закончил за нее Бальтазар.

— Да. Потому что мы его победили. Если тебе будет так спокойнее, то я попрошу императора заняться проблемой этих культов.

— Ладно. — король выдохнул. — Я поеду на север, раз этого требует император.

— Вот и умница. — сказал Лина, поднимаясь с трона.

— Рад был снова тебя увидеть, мам. — с теплотой в голосе сказал Бальтазар.

Лина открыла рот, но слов Инго не услышал. За место этого из рта первой хранительницы потекла вода. Оглядевшись, он увидел, что весь зал стал плыть, словно отражение в волнах. Медленно, он стал растворяться в темноте.

Инго снова попал в черную бездну. Несколько раз до его ушей доносились обеспокоенные голоса, крики, смех и грубая музыка. Вскоре он стал замечать, что все звуки стали входить в резонанс, и превращаться в один, четкий отзвук. Это был топот копыт.

Тени стали расходиться, и Инго увидел, что стоит посреди мостовой. Рядом находился канал, по которому текла кристально чистая вода. Можно даже было разглядеть мозаику, изображающую святые символы церкви Шести, которая была выложена на дне канала. Нет, это точно был не Вестерклов.

О том, что это не западная столица империи, говорили и дома. Тут они были сделаны из желтого кирпича, и выглядели очень чистыми и опрятными. Оглядевшись, Инго увидел шесть огромных храмов, которые возвышались над домами, словно горы. Особенно выделялся храм, который находился в центре. Он был настолько огромен, что его тень накрывала несколько улиц города, который, как понял Инго, не уступал в размерах Вестерклову. Хоть Инго никогда и не был в этом городе, сомневаться не приходилось — это была Яричка.

Сначала Инго подумал, что сейчас в городе царит ночь, но посмотрев на небо, понял, что солнце просто загородил какой-то замок, который плыл в «небесной реке». Как только он проплыл, на город снова стали падать яркие лучи солнца. Вместе с ними, свет замерцал и с другой стороны, откуда Инго никак не ожидал его увидеть.

Рядом с ним, на белой лошади, проехал всадник. Излучая свет, он медленно ехал по пустой улице, держа в забинтованных руках развивающееся знамя. Как и руки, голова Ури так же была замотана бинтами. Похоже, он возвращался из боевого похода. Инго так же заметил, что обе ноги капеллана пока что были при нем. Ури ехал вверх по улице, в направлении высоких храмов.

Инго последовал за ним. Идя за белой лошадью, он снова стал оглядываться. Сейчас было не больше полудня, но на улицах было пусто. Куда делись все жители? Или в Яричке всегда так тихо? Но посмотрев в лицо Ури, Инго понял, что тот тоже не может понять, в чем тут дело. Несколько раз Ури наклонял голову, пытаясь разглядеть людей в зашторенных окнах.

Выйдя на просторную площадь, посередине которой росли несколько плакучих ив, Ури остановился. На его лице промелькнула тревога. Пришпорив лошадь, он поспешил к забору, за которым виднелись руины сгоревшего дома. Когда Инго догнал его, то капеллан уже успел слезть с лошади, и прислонив знамя к ограде, подойти к золотистой калитке. В панике, он стал осматривать то, что осталось от когда-то красивого особняка.

Тут, из проема между домами, вышла высокая фигура в черных доспехах.

— Инквизитор Маллум! — воскликнул Ури. — Что тут произошло?! Где Лилит?! С ней все в порядке?! Почему мой дом в руинах?!

— Этот дом больше не принадлежит вам. — спокойным голосом ответил инквизитор. — Яричка решила снести его, так как он оскверняет святую землю. Тут будет установлен камень стенаний.

— О чем вы? Где моя жена? — не унимался Ури.

— А вы разве не слышали? — раздался другой голос и из-за спины Маллума вышли еще двое. Это был Ноэль и какой-то старик в громоздкой красной рясе.

— Что не слышал? — обеспокоенно спросил Ури.

— Вы человек сильный, поэтому, скажу, как есть. — проговорил Маллум переглянувшись с Ноэлем. — Ваша жена придала церковь. Когда пришло известие, что на восточной границе Стелларии произошел вооруженный конфликт с армией королевства Белтейн, и что все храмовники погибли, ваша жена совершила непростительный грех. Она впустила в свой дом ведьм. Совершив это преступление, она полностью подалась в распутную веру. Ее имя уже вычеркнуто из всех святых гримуаров и древесных книг.

Ури слушал с остекленевшим взглядом. Похоже, он не мог поверить словам инквизитора.

— Вам так же следует покаяться. — вставил Ноэль. — Для вас уже приготовлена камера для покаяния, а архидьякон Гертруд, — Ноэль указал на священника в красной рясе, — уже освятил вам розги для бичевания.

— Нет! — Ури твердым взглядом посмотрел на озадаченного Ноэля. — Я покаюсь, когда верну свою жену!

— Это невозможно. — ответил Маллум. — Она уже прошла обряды в храме Слез. Для нее нет пути назад.

— Мне наплевать! — воскликнул Ури, разворачиваясь к своей лошади. — Я верну ее!

Взяв в руки знамя, он уселся на лошадь. На секунду его озарил такой яркий свет, что Инго невольно пришлось зажмуриться. А когда он открыл глаза, то увидел, что город поглотила тьма. Сначала он подумал, что это новый переход между снами, но потом понял, что сон уже начался.

Он стоял в темной роще, наполненной лепестками роз. Перед ним возвышалась каменная стена города, которая мерцала призрачным светом. Около стен стояли сотни, если не тысячи, фигур, облаченные в шипастые доспехи. Еще больше людей стояло в тени рощи. Облокотившись о толстые стволы, или просто уместившись на траве, они, как и ведьмы, не отводили свои взгляды от центра поляны.

Посреди опавших лепестков роз, стоял крест. Распятый на нем капеллан был повернут спиной к городу. И хоть глаза его были завязаны, он все равно поворачивал голову в сторону рядов ведьм. Кроме глаз, у него был завязан еще и рот. Но самое страшное было то, что у него были отрублены ноги. Кровь маленькими струйками капала на и без того красные лепестки роз. Казалось, что Ури совсем не замечает этого. Похоже, для него было куда важнее разглядеть кого-то среди бесчисленных рядов ведьм.

Тут Инго увидел двух женщин, которые только что вышли на поляну. Одна из них была обычной ведьмой с окровавленной клейморой в руках. На другой же была одета ряса главной послушницы. Такие женщины обычно заведовали соборами в столицах империи. Подойдя к Ури, ведьма водрузила ему на голову венок из роз. Легкое свечение, которое исходило от капеллана, тут же исчезло.

— Тот, кто называет себя святым рыцарем. — красивым голосом проговорила послушница. — Тебе здесь не место. Когда Великая Мученица Зулу покидала Белланиму, она поклялась, что ни одна нога приспешника Владык, больше никогда не ступит на святую землю, а его глаза больше никогда не увидят нерушимой стены! Мы были милостивы к тебе и твоей искренности, поэтому исполнили лишь один ее завет. Теперь мы отдаем тебя на волю Небес. Да смилостивится над тобой святая Силестия.

Но Ури уже не слушал ее. Как только его воля была «подавлена», он потерял сознание от боли. Поднялся ветер, и в воздух взметнулись миллиарды лепестков роз, загородив Инго весь обзор. Хоть завывания ветра и прекратились, лепестки все еще кружили вокруг него. Инго слышал, как за их красным занавесом разносятся удары топора. И вот, когда он протянул руку, чтобы нащупать хоть что-то в этой алой буре, лепестки резко взмыли в небо, растворившись в небесной реке.

Инго снова попал на солнечные улицы Ярички. Но на этот раз он находился в другой ее части. Это была огромнейшая площадь. Таких больших площадей Инго еще не видел. На ней спокойно могли разместиться сразу три арены Вестерклова. Кроме этого, у края площади возвышался двухсотметровый храм. Вблизи он был еще более величественный, чем издалека. Присмотревшись к статуям на его стенах, Инго понял, что это был храм Владыки Весов.

Оглядевшись, Инго увидел, что площадь наполнена десятками тысяч людей. Стоя по краям, они в молчании смотрели на гигантские двери, из которых только что показалась какая-то процессия. Несколько сотен инквизиторов вместе со священниками выходили из открывшегося проема.

Направившись навстречу процессии, Инго увидел белую лошадь, которая волокла за собой какую-то деревяшку. Когда до лошади оставалось не больше десяти метров, Инго, наконец, разглядел что именно волокла за собой лошадь. Это был срубленный крест, к которому все еще был прибит капеллан. Сейчас его ноги уже были перебинтованы, а с головы исчезли повязки и венок. Опустив голову набок, он смотрел безжизненными глазами куда-то в пустоту. Инго заметил, что в руках у священников, которые сопровождали капеллана, находились атрибуты Владык. Это была похоронная процессия…

Но почему? Ведь Ури был жив. Инго видел, как тот время от времени моргает, и как тяжело вздымается его грудь.

Тем временем процессия достигла середины площади. Развернув лошадь так, чтобы крест был обращен к собравшейся толпе, инквизиторы отошли в стороны. Как только они это сделали, к Ури подошел юстициарий облаченный в такую длинную кольчужную рясу, что та тянулась за ним почти на пять метров, и ее приходилось поддерживать пятерым храмовникам. Вместе с этим, еще один храмовник держал над головой юстициария пылающий нимб, который был прикреплен к железной палке.

Повернувшись к толпе, юстициарий взял в одну руку меч, а в другую трактат Нерушимой библии. Указав мечом на Ури, священник громогласным голосом обратился к толпе:

— Жители святой земли! Ответьте мне! Кто перед вами?!

Одним большим хором, ряды сотряслись от слов:

— ВЕЛИКИЙ КАПЕЛЛАН! СВЯТОЙ РЫЦАРЬ ЯРИЧКИ!

— Спрашиваю еще раз! Кто перед вами?! — повторил юстициарий.

— ВЕЛИКИЙ КАПЕЛЛАН! СВЯТОЙ РЫЦАРЬ ЯРИЧКИ!

— И снова спрашиваю! Кто перед вами?!

— ВЕЛИКИЙ КАПЕЛЛАН! СВЯТОЙ РЫЦАРЬ ЯРИЧКИ! — третий раз повторила толпа.

Услышав эти слова, юстициарий воскликнул:

— Нет! Это не ОН! Это ПРЕДАТЕЛЬ! Он предал веру! Его сердце погрязло в похоти! За место того, чтобы отречься от жены-ведьмы, он отрекся от Владык! Ему больше не место на святой земле!

С этими словами юстициарий кинул меч к кресту, на котором был распят Ури.

— Уриель де Медидо! Сегодня ты умер для нас!

Из рядов инквизиторов вышла черная фигура. Двухметровый воин, сжимая в руках секиру, подошел к кресту. Не говоря ни слова, он занес секиру, и тут же обрушил ее на меч.

Инго увидел сноп искр, который вылетел из-под секиры. Вместе с этим меч объял такой яркий и плотный свет, что он поглотил всю площадь. Инго снова стал ощущать, что он плывет, но на этот раз не во тьме, а в мягком золотом сиянии. Но через пару секунд оно исчезло, сжавшись до пламени свечи.

Инго очутился в лачуге лесника. Он узнал это место, так как уже бывал тут однажды. Это был дом Ури. Но сейчас он не был таким опрятным, каким Инго его помнил. Голые стены, окна без стекол, груды мусора и веревки из паутины. Это место выглядело заброшенным. И лишь горящая свеча, и железная миска с водой, стоявшие на полу, говорили о том, что в этом доме кто-то обитает. Но главным фактом, почему этот дом нельзя было считать заброшенным, было то, что рядом с миской находилось тело хозяина.

Ури лежал на полу, раскинув руки в стороны. Его волосы уже успели отрасти почти до плеч, а густая борода делала его похожим на старика. Засаленная рубашка была вся в засохшей крови, а бинты на руках и ногах уже давно превратились в рваные лоскуты. И если бы не часто вздымающаяся грудь, то можно было бы подумать, что он умер.

Подойдя поближе, Инго увидел, как тот пошевелился. Перекатившись на живот, Ури подполз к миске с водой, и опустил в нее дрожащие пальцы. Сделав это, он поднес пальцы ко рту и облизал их. Сил на то, чтобы пить, у него уже не осталось.

Наблюдая за ним, Инго не мог поверить, что это был Ури. Сейчас перед ним лежал старик, который доживал свои последние минуты. Лежа в лучах полуденного солнца, которое пробивалось сквозь разбитое окно, Ури смотрел на пламя свечи все тем же, безжизненным взглядом.

И тут Инго увидел тень, которая промелькнула в окне. А затем, всего лишь на миг, но из щелей в стене пробился яркий свет. Вместе с ним, за дверью послышались шаги. Инго перевел взгляд на дверной проем и застыл в изумлении.

За место того, чтобы открыться, дверь осторожно снялась с петель и застыла в воздухе. Медленно, в комнату вошла та самая фигура, которую Инго видел рядом с Ури во время сражения. Держа руки в молитве, незнакомец подошел к калеке. Он был в точности таким же, каким Инго запомнил его. Коричневый монашеский балахон и колпак из мешковины. Инго не ошибся, в нем действительно не было отверстий для глаз. Похожий на пламя свечи, он все так же колыхался, хоть ветра и не было.

Наклонившись, незнакомец поднял чашу, из которой продолжал «пить» Ури. И только тогда калека заметил своего гостя. Оглядев его трясущимся взглядом с ног до головы, Ури открыл рот, но не смог выдавить и слова. Лишь еле слышное хрипение.

Вытянув руку с чашей над головой калеки, фигура перевернула ее. Вода полилась на голову Ури, на полпути превращаясь в огонь. Языки желтого пламени охватили голову Ури, но не причинили ему вреда. Его лицо преобразилось, огонь полностью стер всю грязь. Рубашка теперь была белее снега, а бинты и вовсе стали испускать свечение. Вместе с этим к Ури стали возвращаться и силы.

Выпрямившись, он посмотрел на незнакомца.

— Я готов. — проговорил Ури.

— НЕ СЕЙЧАС. — раздался голос.

Казалось, будто звук исходит от всего, что было в доме. Стены, сломанная мебель, даже пламя свечи. Все издавало громкое, но в то же время успокаивающее эхо. Создавалось ощущение, будто одновременно говорят мужчина и женщина.

— Я не достоин? — спросил Ури.

— ДОСТОИН. НО ТВОЕ ВРЕМЯ ЕЩЕ НЕ ПРИШЛО.

— А когда оно наступит?

— ТЫ УЗНАЕШЬ, КОГДА Я ПРИДУ ВНОВЬ. А СЕЙЧАС ТЕБЕ НЕЛЬЗЯ СДАВАТЬСЯ.

С этими словами незнакомец указал пальцем на груду мусора, которая валялась в углу, и та засветилась ярким светом. Инго увидел, что это были ржавые доспехи и сломанный меч. Поднявшись в воздух, они вспыхнули золотым пламенем, а когда потухли, то снова стали как новые.

Опять сложив руки в молитве, фигура повернулась к выходу.

— ИДЕМ. — раздался голос.

Следуя за Ури, который в свою очередь полз за незнакомцем, Инго подошел к дверному проему. В этот же миг все снова озарил яркий свет, и фигура в балахоне пропала. Инго, вместе с Ури, теперь смотрели на заросший двор, в центре которого стояли мальчик и девочка.

Тоби и Леви были еще совсем маленькими. Обоим было около пяти лет. Держась за руки, они плакали. Затем, Тоби, подняв взгляд на Ури, проговорил:

— Они забрали маму. Тетеньки с мечами забрали маму…

И снова яркий свет, который заполнил все пространство. Инго зажмурился, так как смотреть на него не было сил. И как только он это сделал, то понял, что свет исчез. Открыв глаза, Инго увидел, что опять попал в пучины тьмы. Плывя по темному течению, он стал улавливать едва различимый крик. Это был голос женщины.

Приподняв голову, он увидел небольшой кусочек комнаты, который освещался лишь одной свечой. Инго увидел двуспальную кровать, и двух женщин. По положению одной из них и крикам, которые она издавала, Инго понял, что видит чьи-то роды. Но из-за тусклого света, он так и не смог разглядеть лица женщин. Единственное, что он смог рассмотреть, так это золотистые волосы у той женщины, которая рожала. А еще у нее отсутствовала правая рука.

Пытаясь разглядеть их лица, Инго вдруг осознал, что женщина перестала кричать. Теперь она просто лежала и тяжело дышала. Но крик все равно был. Практически в унисон, теперь повсюду разносились крики двух новорожденных младенцев. То, что их двое, Инго понял по звукам. Самих детей он не видел.

— Как вы назовете их, госпожа? — раздался женский голос.

Но ответ женщины потонул в звоне цепей. Звук был настолько четким, что Инго показалось, будто цепями гремят у самого его уха. Обернувшись, он увидел за своей спиной круглую комнату. Снова повернув голову, он увидел лишь каменные фрески. Женщины и кровать исчезли.

Осматривая комнату, Инго понял, что уже видел ее. Только вот не помнил где именно…

Тем временем его взгляд упал в другой конец комнаты. Там, цепями к полу, была прикована девочка в белой сорочке. Ее золотистые волосы уже спадали на тонкие плечи. Обняв свои колени, она покачивалась из стороны в сторону. У самых ее ног, с воткнутым в грудь мечом, лежала ведьма. Ее кровь медленно ползла к девочке. Как только кровь коснулась голой ступни, Зезиро закричала.

— Нет! Не надо! Умоляю!

Свет от трех свечей, которые стояли рядом с Зезиро, был совсем тусклым. А когда подул ветер, он и вовсе потух. Было слышно лишь плачь Зезиро. Но вскоре и он затих. Прислушиваясь к звукам, Инго стал замечать, что слышит грохот телеги.

Повернув голову, он увидел похоронную процессию, сопровождаемую храмовыми девами. По очертаниям стен, которые проступали из темноты, Инго понял, что процессия проходила в Вестерклове. Но вот в телеге никого не было. Да и храмовые девы были какие-то странные.

Приглядевшись к лицам, на которые были надеты вуали, Инго увидел несколько заплывших рож. Это были мужчины, переодетые в дев. Инго даже узнал одного. Это был Хак.

Тем временем пираты остановились. Оглядываясь по сторонам, они явно кого-то ждали. И вскоре этот «кто-то» появился. Из темноты вышла невысокая фигура в рваной мантии, с мерцающими на ней рунами. При этом Зено даже не пытался скрыть своего лица. Неся в руках замотанное в саван тело, он как всегда улыбался.

— Надеюсь я не заставил вас ждать? — спросил он, укладывая тело в телегу.

— Зачем тебе вообще понадобился этот маскарад? — спросил один из пиратов.

— Стражники должны видеть, как вы вывозите ее тело из города. — ответил Зено. — Как только выберетесь за стены, то подождите меня у главной дороги. Я, вместе с Деустом и Маллумом, вскоре проеду по ней.

— Ты спятил?! — воскликнул еще один пират, вытаскивая кинжал. — Я же говорил, что эта сука хочет нас сдать!

— Успокойся Мейс! — рявкнул на него Хак.

— Уверяю вас, у меня и в мыслях такого не было. — улыбнулся Зено, подняв свои руки. — Мы просто проедем мимо вас. Господин Маллум должен будет увидеть ее тело через окно кареты. Вас он точно не узнает, даю слово.

Как только Зено произнес эти слова, все снова потонуло в темноте. Инго вновь стал слышать голоса. Где-то совсем рядом шло сражение. Протянув руку, он нащупал ствол дерева. И только он это осознал, как тьма резко отступила.

Он находился в лесу. Луна ярко освещала высокие стволы деревьев, между которыми сновали люди. Сотни фигур сражались между дубов и елей. Взгляд Инго тут же приковали два человека, которые сражались особо рьяно.

Аластор, размахивая двумя шипастыми булавами, крушил стволы деревьев как тростинки. Его противник, облаченный в черную мантию и алхимическую маску, отбивался от его ударов своими тонкими рапирами. Но вот, Зено запнулся о корень, и упал на холодную землю. Его маска слетела, открыв Аластору его лицо.

— Вы?! Но…но как? — Аластор тут же опустил свое оружие.

Но только он это сделал, как в его грудь прилетел маленький пузырек, и старик тут же повалился на землю без чувств. Спокойно поднявшись на ноги, Зено подошел к старику и вытащив еще один пузырек, приготовился влить его содержимое в рот Аластора.

— Простите, господин Аластор. — ухмыляясь проговорил Зено. — Но вам придется забыть это.

И только он наклонился, как над его головой просвистело копье. Уклоняясь, он случайно выронил пузырек, и тот опрокинулся на лицо старика.

— Черт! — Зено тут же стал смахивать капли прозрачной жидкости, но те уже все впитались в кожу Аластора. — Вот черт!

Просвистело еще одно копье. Пробив ствол дерева, оно улетело дальше. Скрипя и грохоча, ствол покачнулся, а затем начал падать. И как только дерево коснулось земли, поднялся сноп брызг, смывая все, что было вокруг. Деревья стали сливаться друг с другом. Их стволы расширялись, превращаясь в стены, а кроны срастались друг с другом, образуя темный потолок. Звуки битвы все еще были слышны, но сейчас они приобрели немного другой отзвук. Мужские голоса исчезли, и теперь просто слышались удары мечей, грохот доспехов и звон цепей.

Инго стоял в каменном коридоре. Со всех сторон его окружали выпуклые фрески, а с потолка свисали металлические люстры. Медленно покачиваясь, они издавали скрипучий звук, который тонул в звуках бойни, разгоревшейся в каменных стенах.

Фигура, закутанная в рваную мантию, пробиралась вперед, параллельно истребляя толпы ведьм, которые атаковали ее. Сейчас на лице Зено не было его вечной улыбки. Молодое лицо озаряла маска решительности и злобы. Мастерски управляясь с двумя рапирами, он продолжал убивать ведьм одну за другой. Те даже не успевали замахнуться, как каменные фрески орошала их кровь. Зено продвигался вперед, направляясь к большой двери, которая виднелась за спинами оставшихся воительниц.

Кинув несколько флаконов в последних ведьм, он прошел мимо их тлеющих останков, в которые те превратились в мгновение ока. Подойдя к двери, он толкнул ее. В коридор тут же хлынул свет от тысячи свечей, которые стояли в круглой комнате.

Даже не заходя, Инго понял, что это была за комната. Через спину Зено он увидел спящую Зезиро, которая была прикована цепями к полу комнаты. Проследовав за первым заместителем, Инго вошел в комнату. В это время Зено уже отложил рапиры, и опустился на колени рядом с длинноволосой девушкой.

Несколько минут он просто сидел, и смотрел на нее. А за тем, со слезами на глазах, протянул дрожащую руку и погладил ее по голове. От его прикосновения Зезиро тут же проснулась. Дернувшись, она со страхом поползла от него. Но Зено был проворнее. Резко подскочив, он обнял ее, прижав к себе.

— Нет. Нет. Нет. Прошу, не надо. — запротестовала Зезиро.

Воздух тут же наполнился пустой волей. От рук и лица Зено повалил дымок, а из рта потекла кровь. Но он этого не замечал и продолжал обнимать Зезиро.

— Наконец-то. — проговорил он. — Ты нашлась…

Но Зезиро не слышала его и продолжала кричать.

Медленно покачиваясь, будто убаюкивая ее, Зено стал напевать красивую мелодию:

— А-а-а-а-а. А-а-а-а-а-а. А-а-а-а-а-а.

Его голос отскакивал от стен, и вскоре Зезиро успокоилась. Опустив руки, она вновь заснула.

Еще немного постояв с ней в обнимку, Зено опустил девушку на пол. Убрав с ее лица волосы, он еще раз погладил ее.

— Скоро я тебя отсюда вытащу.

После его слов, тысячи свечей разом потухли. Инго оказался в кромешной тьме. Но продлилось это недолго. Вспышка света, и пространство наполнилось звуками погони и лунным светом.

Инго находился на крыше трясущейся кареты. Запряженная несколькими горгонами, она мчалась по улицам Вестерклова. Подгоняемые лопоухим стражником, горгоны ревели, и все сильнее набирали скорость. И вот, натянув вожжи, Вин направил карету прямо на крыши домов, которые находились ярусом ниже. Ломая красный шифер, карета стала огибать печные трубы и железные флюгеры.

Повернув голову назад, Инго увидел несколько десятков разведчиков, которые мчались на лошадях вслед за каретой. Достав арбалеты, они обстреливали повозку, пытаясь попасть в кучера. Увернувшись от нескольких снарядов, Вин достал колбу с синей жидкостью. Зубами откупорив пробку, он повернулся к преследователям, и подул на горлышко колбы, над которым появилось синее пламя. От его дуновения пламя тут же разрослось до огромных размеров, поглотив всех разведчиков разом. Как только это произошло, раздался звон, и Инго увидел, как все преследователи рухнули вниз, разбившись на мелкие осколки.

Что происходило дальше, Инго и так знал. Но сон не проходил, и ему пришлось смотреть дальше.

Наблюдая за мелькающими домами, Инго увидел, как карета остановилась у трактира, и как через минуту из него вышел Хак с Вином.

— «Может быть если я спрыгну, то сон пройдет?» — подумал Инго, и спрыгнул с крыши кареты.

Наблюдая за удаляющейся повозкой, Инго надеялся, что сейчас снова все исчезнет, и он переместится в новый сон. Но этого не произошло. В отчаянии, Инго поплелся к причалу. Там он точно сможет перейти в новое воспоминание, бросившись в воду.

Через некоторое время он уже слышал шум воды, но до причала было еще далеко. Оглядевшись, он увидел несколько черных фигур, которые выходили из кареты. Присмотревшись к лицам незнакомцев, Инго узнал в них занафарийцев. Вместе с ними, на улице появилась еще парочка людей.

Это был Вин. Он шагал в направлении занафарийцев, неся на руках бесчувственное тело Инго.

Стоять, и видеть самого себя, да еще и без чувств, для Инго было как-то непривычно. Но его больше интересовали занафарийцы..

Подойдя к темным фигурам, Вин остановился. Занафарийцы не спеша обступили стражника.

— Отдай его нам. — проговорил один из занафарийцев.

Инго заметил, что голос у него был вполне себе обычный.

— Боюсь, что я не могу этого сделать. — проговорил Вин, голосом первого заместителя.

— Твой хозяин обещал богорожденного нам. — продолжил говорить незнакомец.

— Господин Анастериан никогда не обещал ничего подобного. — ответил Вин, параллельно кладя тело Инго себе под ноги.

— Ты придаешь нас? Вы дали клятву!

— Вы заключили договор с Мередит Тенебрис. — продолжил говорить Вин, вынимая из складок черной мантии (в которую вдруг превратились его доспехи стражника) две рапиры. — Для господина Анастериана вы всегда были… — Вин рванулся вперед и вонзил рапиру в голову ближайшего занафарийца. — … врагами. — спокойно закончил он.

Завязалось сражение. Вин беспощадно убивал все новых занафарийцев, которые начали выбегать из кареты. Но все они направлялись не к стражнику, а к телу Инго. Но никто из них так и не сумел добраться до цели. Скоро у ног Вина лежали уже десять трупов. Закончив разбираться с занафарийцами, Вин стал запихивать их мертвые тела обратно в карету. Как только все трупы были спрятаны, Вин достал пузырек с прозрачной жидкостью и кинул его в карету. Ту сразу же объяли алые языки пламени. Огонь был настолько сильным, что мгновенно перекинулся на тело Инго.

— Черт! Черт! Черт! — засуетился Вин, сбивая огонь со шляпы Инго. — Чертов Вик! Опять подсыпал в глацерию железы ифрита! Больше не буду у него ничего покупать!

В этом момент раздался треск, и карета развалилась на части. Вместе с этим, шум воды еще больше усилился. Посмотрев в сторону порта, Инго увидел, что вода в заливе вышла из берегов, за секунду поглотив весь город.

И снова тьма. Инго чувствовал, как его тело ласкают тысячи теней. Нет, сейчас он находится не в воде. Вытянув руку, он попытался использовать волю, и с удивлением обнаружил, что тени, которые были вокруг него, стали расползаться словно черный занавес, открывая ему новую картину.

Инго стоял около ворот города. Каменные стены с выпуклыми фресками были ему до боли знакомы. Но это была не Белланима. Хоть стены и были похоже, сам город находился в какой-то каменной пустоши. Позади шпилей старинного замка, Инго увидел огромную гору, уходившую в небо. Таких гор Инго еще ни разу не видел. Правильной формы, она больше походила на гигантскую пирамиду. Но на пирамидах не растут деревья и не текут горные реки…

Пока он рассматривал гору, каменные ворота пришли в движение. Перед ним открылся вид на улицы. Хоть архитектура домов и была вполне себе обычной, в ней все-таки проглядывалась какая-то старина. Улицы были голыми и холодными, а дома топорными и монотонными. Казалось, будто архитектор имел странное представление как должен выглядеть уют. За место зеленых деревьев, на улицах росли низкие серые кустики и голые стволы. Хотя, может сейчас не сезон?

Но хоть город и выглядел понуро, жизнь в нем кипела. Сотни людей сновали по узким улочкам и серым площадям. Инго заметил, что одежда на них тоже была необычной. Такие старомодные наряды носили еще до Великой войны. Серые и однотонные, с грубыми швами, они довольно неплохо вписывались в общий антураж города.

— Cavaer abon bon? — проговорила какая-то женщина, обращаясь к старику за прилавком.

— Faraestaem. — ответил тот.

Прислушавшись к разговорам других людей, Инго понял, что и остальные жители говорили на непонятном диалекте.

Помимо обычных людей, Инго заметил и стражников. Те ходили по городу в железных доспехах, со старомодными мечами, которые даже были не наточены. Многие из них так запустили свой внешний вид, что доспехи у них уже давно покрылись ржавчиной. Так же Инго заметил, что и другие люди тут не очень-то следят за своим внешним видом. Даже никсы, которые считались варварами и дикарями, по сравнению с жителями этого города, выглядели довольно прилично.

Ступая по мощеной дороге, Инго стал замечать, что многие жители идут в одну и ту же сторону. Все они двигались по направлению замка, который маячил впереди. Как и некоторые дома в этом городе, он имел довольно жутковатую архитектуру. От нескольких высоких шпилей, отделялись шпили чуть поменьше, а от них еще более маленькие, и все это в хаотичном порядке. Замок походил на дерево без листьев. Кроме этого, у здания не было стекол. А ведь Дедушка рассказывал, что стекла стали вставлять во все замки еще в конце Великой войны, когда были налажены торговые пути со старыми городами.

Тем временем люди все продолжали идти к замку. Время от времени около Инго проезжали кареты, которые также не выглядели современными. Многие из них даже не имели окон, а их колеса были сделаны из дерева.

До замка было еще далеко, а кареты проезжали сквозь Инго, поэтому он решил попробовать воспользоваться волей. Создав крылья, он с удивлением обнаружил, что может летать. Взлетев, он осмотрел город с высоты птичьего полета.

Без сомнения, город был больше Вестерклова. Все дома тут имели не больше двух этажей (если не считать замка). Кроме того, здесь не было ни одного храма. Инго заметил несколько вытянутых зданий, но скорее всего, это были городские склады или казармы. Это был самый скучный город, который он когда-либо видел. Даже лагерь никсов был более разнообразным чем этот муравейник. Если бы не гора и замок, то этот город можно было бы спутать с кладбищем. Помимо этого, около города Инго не заметил ни одного озера или реки. Вокруг была лишь каменная пустошь. Вода стекала с горы, но совсем крошечными речушками.

Осмотревшись, Инго полетел к замку. По мере приближения, он стал замечать, что рядом с жутким строением уже собралась многотысячная толпа. Спустившись прямо на головы горожанам, Инго стал пробираться сквозь них к центру площади. Там, около дворцовых ворот, стояли несколько деревянных помостов. Они были расположены около небольшой сцены. Толпа галдела и перешептывалась, глядя на величественные фигуры, которые восседали на высоких железных тронах, стоявших на помостах.

Потратив пару минут, Инго смог сосчитать их. Всего было триста тронов. Все они были одного размера и ничем не отличались друг от друга. Как, собственно, и люди, которые сидели на них. Все они были одеты в богатые, но в то же время тусклые, наряды. Не было ни ярких цветов, ни красивых узоров. Лишь однотонная серость. На голове каждого из них, Инго увидел кривые короны, которые так же не блистали никакой изысканностью.

Но больше всего Инго удивила группа людей, которая сидела на отдельном помосте, находившимся выше остальных. Одетые в причудливые колпаки с бубенчиками, они смотрели на других людей безумными глазами. На лицах некоторых из них и вовсе были маски.

То были шуты. Хоть Инго и видел их в первый раз, он много чего слышал о них от Дедушки. Имея равные права с королями, они порой заходили слишком далеко в своих «развлечениях». Многие утверждали, что Великая война как раз началась из-за шутов. Но к моменту образования Стелларии они исчезли, а их место заняли арлекины.

Пока Инго рассматривал помосты, весь город уже собрался на площади. Все еще перешептываясь, все взгляды были устремлены в начало площади, где показалась еще одна карета. Она отличалась от тех, которые Инго видел до этого. Сделанная из каменных плит и украшенная выпуклыми фресками, она тяжело катилась в направлении помостов. Сотня лошадей задыхалась от тяжести, волоча эту монолитную громадину. Как только карета подъехала к помостам, ее каменная дверь открылась, и из нее вышел человек.

Среднего роста, он был одет в длинную рясу, с кожаным колпаком на голове. Колпак полностью закрывал его лицо, и были видны лишь два глаза в проделанных отверстиях. Кроме того, сам колпак был необычной формы. У него имелось два конца и располагались они горизонтально, напоминая рога. Также этот человек не выпускал из рук полуторный меч. И в отличие от мечей стражников, этот был наточен и выглядел устрашающе.

Как только фигура в колпаке приблизилась к помостам, все, кто был на площади, упали ниц. Даже те, кто сидел на тронах, встали на колени. На своих местах остались лишь шуты. Не отводя взглядов от собравшихся, они смеялись, показывая кривыми пальцами на людей.

Взойдя на сцену, фигура повернулась к людям. В это же время из толпы вышел еще один человек. Закованный в железные кандалы, и одетый в длинную рубашку из мешковины, он выглядел очень слабым. Еле передвигая окровавленные ноги, он, запинаясь, шел к помостам.

И тут до Инго дошло. Это был эшафот!

Бедолага шел сам, никем не подгоняемый. Все стражники, как и горожане, лежали на земле, боясь поднять головы. По площади разносился лишь лязг цепей, да смех шутов, который с каждым шагом приговоренного становился все громче и безумнее.

Решив посмотреть поближе, Инго направился сквозь людей к фигуре в колпаке. Проходя мимо человека в кандалах, он повернул голову и посмотрел тому в лицо. И тут же обомлел. К палачу шел богорожденный.

Лицо мужчины, хоть и было испачкано в грязи и крови, было довольно молодым. Не больше тридцати. А вот волнистые волосы уже полностью покрылись сединой. Устремив взгляд жемчужных глаз куда-то в пустоту, он без конца проговаривал одно и то же слово:

— Fyd. Fyd. Fyd. Fyd…

Вступив на деревянный эшафот, он подошел к палачу и встал на колени. Тем временем смех шутов все нарастал. Они крутили пальцами у веска и строили рожи. Кто-то даже запульнул в спину палачу деревянный башмак.

— Amaryn ie ruadgy mah. — проговорил один из королей, не отрывая взгляда от земли. — Ruadgy Arv, amaryn!

Палач перевел взгляд на богорожденного. Не говоря ни слова, он занес свой меч.

— Fyd. Fyd. Fyd. Fyd… — продолжал повторять узник.

И прежде чем меч обрушился на его голову, Инго успел увидеть страх в жемчужных глазах. Он не хотел умирать. В крике отчаяния, Инго услышал:

— FYD, FERVAEZYN AEZ!

Как только меч палача отсек ему голову, небо над горой разверзлось, и над головами людей пронесся новый крик. Это был вопль горечи и утраты. Вместе с ним, одним бушующим потоком, с горы понеслась волна, сметая все на своем пути. Мгновение, и Инго смыло вместе с городом, унеся в глубины тьмы…

Хранитель

Боль, сырость и холод. Инго кружило в водовороте чувств. А затем все закончилось. Открыв глаза, первое, что он увидел, это заходящее солнце. Туча уже пропала, и небо было чистое.

Инго лежал на каменистом пляже рядом с городом. У его ног лежали несколько десятков трупов занафарийцев, принесенные волнами. Там же лежали и обломки каменных кораблей, которые каким-то образом тоже вынесло на берег.

Перевернувшись на живот, Инго попытался встать, но силы покинули его. Все тело ныло от боли. Лежа на холодных камнях, он смотрел на заходящее солнце. Его золотые лучи согревали тело, понемногу возвращая в реальность. Пусть и не сразу, но он все-таки нашел в себе силы подняться на ноги.

Встав на ноги, Инго стал прислушиваться к звукам. Но ничего не услышал, кроме криков чаек и шума моря за закрытыми воротами. Значит ли это, что сражение закончено?

В голове Инго копошились сотни вопросов. Десятки образов и мыслей. И все они имели общий корень. Общую нить. Занафарийцы — вот настоящий враг. Но кое-чего Инго все равно не мог понять. А именно мотивы Анастериана. Почему западный хранитель сразу не раскрыл свои планы? Почему он не рассказал об этом императору? Почему все держал в тайне?

Инго понимал, что ответы на эти вопросы ему сейчас может дать лишь Зено. Поэтому ему, как можно скорее, нужно найти первого заместителя и рассказать обо всем остальным. А может они уже все знают? Похоже, он пролежал без сознания несколько часов.

Призвав тени, Инго попытался создать крылья, но у него ничего не вышло. Сейчас он был не в состоянии использовать волю. Подобрав обломок какой-то палки, он поплелся к северному входу в город.

Пройдя несколько километров, он обнаружил брошенную бричку с запряженной в ней лошадью. Забравшись в нее, Инго направил повозку к южным воротам. Проезжая по пустым улицам, он то и дело замечал лица людей, которые смотрели на него из окон своих домов. Время от времени ему казалось, что он видит черные фигуры людей, сновавшие по подворотням, но то было лишь развешенное белье или бродячая собака. Похоже, занафарийцев больше не осталось в городе. Интересно, их всех убили или они попросту сбежали? Не похоже, что они дорожили своими жизнями, так что скорее всего они все мертвы.

Через час он уже проезжал собор святой Силестии. К этому времени солнце уже почти зашло, а его лошадь выдохлась. Замедлив ход, Инго стал осматриваться по сторонам. В этой части города уже можно было увидеть последствия сражения. В некоторых домах торчали копья, а от белых стен, маячивших впереди, шел тонкий черный дымок. Первый труп он увидел через десять минут, после того, как проехал собор Силестии. Это был занафариец. В нескольких метрах от него лежала перевернутая карета с мертвой лошадью. Из утыканной копьями повозки вывалились еще несколько черных трупов.

Тем временем он уже видел разрушенную стену, которую сломал Анастериан. Через открывшийся проем Инго увидел груду трупов. Помимо занафарийцев, там можно было разглядеть и обычных наемников вперемешку с никсами. И тут Инго увидел первого живого человека. Это был старый никс. Он ходил среди трупов с копьем и выискивал раненых, параллельно добивая тех, кому уже нельзя было помочь.

Пустив лошадь рысью, Инго направился к нему. Увидев повозку, никс сначала ощетинился, но заметив Инго, тут же опустил копье.

— А, это ты… — проговорил он, и снова начал осматривать трупы.

— Сражение закончено? — зачем-то спросил Инго, хотя уже и сам знал ответ.

— Ага. Все вожди сейчас в лагере, понял, да? Думают, что делать дальше. Тан наш помер. — никс перевернул копьем труп наемника.

— А где остальные? Что с армией Анастериана?

— Эти разбежались, понял? Пару десятков схватили, вроде. — ответил старик.

— Среди них был Зено? — спросил Инго.

— Кто?

— Ну, помощник короля.

— Не знаю таких, понял, да? Может и был. — пожал плечами старик.

Пока они говорили, под трупами началось движение. Инго тут же спрыгнул с повозки и схватил первый попавшийся меч, который валялся у него под ногами. Никс тоже поднял копье, и стал наблюдать как из-под трупов поднимается черная лошадь. Ревя и разбрызгивая кровь, она всеми силами пыталась выбраться из-под наваленных тел, но ее остановил меткий удар копья в голову.

— Вот ведь суки живучие, понял, да? — проговорил никс, вынимая копье.

Инго ничего не ответил. Направившись к бричке, он стал отвязывать лошадь. Сейчас он немного восстановил силы, и уже может ехать в седле. Забравшись на спину лошади, он поскакал к лесу.

Направляясь в сторону костров, которые уже вовсю горели между деревьями, Инго стал замечать около них фигуры никсов. Это были погребальные костры. Инго уже видел такие, шесть дней назад. Похоже, никсы уже начали прощаться со своими воинами.

Наблюдая за языками пламени, Инго стал задумываться, а стоило ли это того? Правильно ли поступил Гантэр? И снова его мысли вернулись к Анастериану. Почему тот не попросил помощи у повстанцев? Зачем нужно было это сражение?

И тут Инго вспомнил, что западный хранитель тоже истекал черной кровью, когда дрался с Инго. Клубок событий и мотивов, которые никак не связывались между собой, так и засел в его голове. Распутать его мог лишь Зено. Но почему-то Инго был уверен, что он не найдет помощника короля в лагере. Тем не менее не смотря на весь этот хаос, следующие шаги для Инго были предельно ясны. Нужно немедленно сообщить императору о занафарийцах!

Мысли Инго прервал странный свет, который выбивался из-за ближайшего холма. Солнце уже зашло, и небо приобрело темно-синий цвет, но все же этот свет выглядел так, будто за холмом еще остался последний лучик солнца.

Преодолев небольшую горку, Инго очутился на том месте, где несколько часов назад он обнаружил Широ, и где в последний раз он видел Ури. Инго уже был готов к тому, что он увидит за этим холмом, но все же у него до последнего теплилась надежда, что он ошибается.

Посреди небольшой поляны стояла на коленях ведьма. Склонившись над мертвым телом Ури, она прижимала его к груди. Из-под савана, накинутого на ее голову, теперь падали белоснежные волосы, которые светились золотым светом. Вся земля вокруг нее была покрыта белыми перьями. Глаза Ури были открыты, и в них застыло последнее чувство, которое испытал капеллан перед смертью. Это был не страх и не отчаяние. Чувство, которое осталось в его взгляде было ничем иным, как безграничной любовью. Хоть Инго и не видел лица Лилит из-за савана, он был уверен, что и в ее новообретенных глазах было то же самое. На ее теле не было ран, а это значило, что она умерла от разрыва сердца, как когда-то умерла и Зулу, обнаружив тело мертвой Силестии.

Инго не стал их тревожить. Кроме того, он увидел лошадь Ури, которая стояла в нескольких метрах и смотрела на Инго пронзительным взглядом. Подойдя к ней, он взял ее за поводья, и повел за собой.

Идя дальше, он то и дело натыкался на трупы никсов. Решив, что нужно доставить их к погребальным кострам, он взгромоздил несколько штук на лошадей. Но уже через сотню метров ему пришлось сбросить их, чтобы подобрать раненого наемника. Битва закончилась, и не было смысла проливать новую кровь. Взгромоздив его на лошадь, Инго отдал ему последний пузырек панацеи.

— Ты знаешь что-нибудь про занафарийцев? — спросил Инго, шагая рядом с лошадью, на которой вез наемника.

— Кого? — морща от боли лицо, спросил он.

— Лысых наемниках в черных доспехах. Тех, которые сражались вместе с вами.

— Знаю лишь то, что это были какие-то алхимики. — ответил тот.

Инго только сейчас вспомнил, что некоторые из занафарийцев и вправду использовали колбы и флаконы с зельями.

Вскоре они достигли середины поля. Проходя мимо очередного трупа, Инго остановился. Сейчас он стоял рядом с первым погибшим на этом поле брани. Около его ног лежали два тела занафарийца и одно тело…аласийца!

Коричневые крылья мужчины были плотно примотаны цепями к его телу. Он был одет в белую сорочку, и ничем больше не выделялся. Обычное лицо не выражало никаких эмоций. Как будто он умер задолго до того, как в него вонзили копья.

Решив пока его не трогать (мало ли что, вдруг опять с неба упадет астероид), Инго направился дальше. Время от времени он видел направляющиеся к лесу телеги с ранеными воинами. Тех же, кто погиб, неспешно несли на плечах другие никсы.

Добравшись до опушки, Инго поймал за плечо первого попавшегося никса.

— Отвези его целителям. — сказал он, передавая поводья лошади.

Никс молча взял лошадь под уздцы и повел раненого к купе деревьев, где мелькали красные рясы священников.

Сам же Инго направился в другую сторону. Идя вдоль опушки, он то и дело слышал речи шаманов, которые проводили похоронные обряды. Битва людей закончилась, и началась другая… В черном небе уже кружили вороны, сражаясь друг с другом за еще не унесенных с поля покойников. Особенно много их было у стен города. Даже с такого расстояния были видны их темные силуэты на фоне белых стен.

Шагая вперед, Инго стал подходить к поляне, где обычно они проводили военный совет. Увидев множество фигур, которые сидели вокруг костра, Инго прибавил шаг. Не успел он пройти все деревья, как к нему бросились сразу несколько фигур. Мавис, Делрой, Габри, Харон и Артур разом вскочили со своих мест и ринулись на него. Но первый был толстый громовержец.

— Инго, черт тебя дери! — Харон заключил Инго в медвежьи объятия. — Как знал, что с тобой все в порядке!

— Ты как, в норме? Не ранен? — спросил Делрой.

— Жить буду. — сказал Инго, и тут же прибавил: — Анастериан мертв.

— Мы как раз об этом говорили. — вставил Артур. — Это ты его убил?

Но Инго не знал, что ему ответить. Ведь это сам король бросился на его меч.

— Да. — в конце концов ответил Инго.

После его слов на несколько секунд повисло молчание.

— Ну, поздравляю. — буркнул Харон.

— Но не это главное. — сказал Инго.

Он направился к пустому месту, рядом с Гекатой. По пути он осмотрел собравшихся. Многих не хватало. Пустовали места почти всех вождей, Ури, Маверика, Крикса, Зенона, Юлиуса, Широ и самого Гантэра.

— Где остальные? — не выдержав, спросил Инго.

— Некоторые вожди уносят раненых. — ответила Мавис. Хоть у нее и был уставший вид, ее голос был твердый и в нем даже проглядывались нотки ее обычного задора. — Мави и Герард тоже в порядке, они помогают раненым. Широ без сознания, но жива. Юлиус ранен, но не серьезно. А вот Зенон… Он жив, но потерял руку и ногу. Про остальных — не знаю… Ну и отец…

Мавис отвернулась. Инго заметил, как и на глазах Габри выступили слезы. Чтобы зря не терзать их тогда, когда они успокоятся, Инго проговорил:

— Дедушка и Ури погибли. — он дал всем минуту на принятие этой информации, а затем продолжил: — Выслушайте сейчас меня внимательно.

Инго рассказал все, что видел и слышал от Анастериана и Зено, а также поделился своими догадками на этот счет. Когда он закончил, лица всех присутствующих застыли в глубоких раздумьях. Каждый думал о том, что он только что услышал.

— Ты хочешь сказать, что Анастериан был…? — начал было Харон, но тут же осекся. — Но зачем? Почему он ничего не сказал? Я не понимаю!

— Зено мог бы нам все прояснить, но его тут нет. — сказал Инго.

— Ты прав. — сказал Делрой. — Нам нужно срочно рассказать императору. Но сначала нужно выбрать нового хранителя. По закону, если хранитель не успел оставить приемника, то следующим хранителем становится самый сильный человек в городе. Но при этом он должен соответствовать критериям хранителя. Если такого нет, то хранителя назначает сам император.

— Да, но процесс выбора нового хранителя должен проходить в присутствии как минимум трех представителей городского совета… — начал было Финис.

— Мы уже позаботились об этом. — сказал Делрой, и посмотрел на Хагана.

Никс кивнул, и развернувшись, направился к кастелле, которая стояла около поляны. Открыв дверь, он что-то сказал, а затем отошел в сторону.

Тут же из кареты вышли две фигуры. Один был низенький мужчина с толстыми щеками, маленьким крючковатым носом и взъерошенными копнами волос. На его черной мантии висели символы Владыки Зеркал и Владыки Весов.

Второй же был высокий старик с подстриженными «под горшок» седыми волосами и очень густыми бровями. Он был одет в золотую рясу с алыми оттенками, на которой были вышиты символы церкви Шести.

Инго узнал обоих. В черной мантии был Доминик Юстус, главный судья Вестерклова. Второй же был архидьякон храма Шести Владык — Эвет Лоретт. Оба выглядели немного испуганными, но при этом в их речи и движениях это никак не отображалось. Страх был лишь в глазах.

— Добрый вечер, господа. — поздоровался Юстус. — Как я понимаю… — тут он осекся, уставившись на Инго. А точнее, на его глаза.

Лоретт тоже не отводил взгляда от богорожденного. Но больше всего Инго удивило то, что архидьякон уселся рядом с ним.

— Вместе с Хароном, который сейчас заменяет Зенона, у нас есть как раз три представителя совета. — сказал Делрой.

— У вас уже есть подходящие кандидатуры на должность хранителя? — спросил Юстус, отведя взгляд от Инго и высыпав на стол кипу пергаментов и кучу штампов.

— Сейчас мы как раз будем это обсуждать. — сказал Финис.

— Предлагаю решить все голосованием. — вставил Лоретт и снова покосился на Инго.

— Я предлагаю Делроя. — тут же выпалил Инго. — Он знаком с …

— К сожалению, — перебил его Юстус, — назначить хранителя, который прожил в городе меньше десяти лет, может только император. И семья Корво обладает исключительными правами и не может претендовать на эту должность согласно указу первого императора.

— Тогда Зенон. Ну или кто-нибудь из громовержцев. — продолжил Инго.

Финис фыркнул.

— Я предлагаю этого парня. — громовержец кивнул в сторону Инго.

Инго сначала не понял о ком идет речь. На всякий случай он повернулся, чтобы посмотреть, а не стоит ли кто за его спиной. Но там никого не было.

— Меня? — непонимающе спросил Инго.

— А что, неплохая идея. — проговорил Делрой, и тоже поднял руку.

Габри с Мавис тоже молча подняли руки.

— Я тоже «за». — прохрипел Харон, и сплюнув, поднял перебинтованную руку. — Я видел на что он способен, и могу заверить, что он не слабее Анастериана.

— ЧТО?! — Инго даже пробрало на смех. Он понимал, что сейчас не время смеяться, но не мог сдержаться. Ему казалось, что все они хотят его разыграть. — Я?! Хранитель?! Вы в своем уме?!

Эта ситуация показалась ему настолько абсурдной, что его пробило на дикий сарказм. Положив указательные пальцы себе на щеки, он натянул кожу, выпячивая свои белые глаза.

— Вы ничего не замечаете? Нет? У нас тут небольшая проблемка. — он повернулся к архидьякону, показывая ему жемчужные зрачки. — А вы? Не замечаете ничего странного?

У Лоретта озадаченно забегали глаза, и он стал поглядывать на других присутствующих, словно спрашивая у них: «И что мне ему ответить?».

Тем временем Инго продолжал:

— Может быть в моей прическе? Или цвет кожи? Нет? А что же тогда? А! Да, точно! — Инго хлопнул себя по лбу, будто вспомнил что-то важное. — Я ЖЕ, МАТЬ ВАШУ, БОГОРОЖДЕННЫЙ!

От его циркачества, на лицах многих присутствующих уже появились улыбки.

— ЗА МЕНЯ НАГРАДА ДВЕСТИ ТЫСЯЧ!

— Н-ничего страшного. — проговорил Юстус. — Главное, чтобы вы были сильным и справедливым хранителем.

— «Ничего страшного»? — переспросил Инго. — А вы не боитесь, что я вас сожру? Я же страшный богорожденный! Ну или взглядом испепелю?

— А…а вы можете? — на полном серьезе спросил Юстус.

Инго открыл рот, но не нашел слов, чтобы утрамбовать сарказм еще больше. Слова главного судьи сломали шестеренку, которая отвечала за язвительные высказывания. Поэтому Инго так и остался с открытым ртом, тыча в Юстуса пальцем, и крича на языке жестов: «Ну вы посмотрите! Посмотрите на этого идиота! Как он вообще стал судьей?!».

— Я думаю нам нужно все прояснить. — все еще улыбаясь, проговорил Делрой. — Инго действительно достоин стать хранителем, так как он: во-первых, — Делрой стал загибать пальцы, — является коренным жителем Вестерклова; во-вторых, обладает великой волей; в-третьих, быстро учится; в-четвертых, он молод…

— В-пятых, я богорожденный! — подсказал Инго.

— Да что ты к этому привязался?! — не выдержал Харон. — Ну белые у тебя глаза, и что?! Подумаешь! Вон, у Юлиуса, нос огромный… ну, ты видел, да? Огромный! Такая закорюка! Вот кого надо бояться!

— Харон прав. Я по поводу глаз. — сказал Делрой. — Рудо ведь тоже был богорожденным. И его назначил на это должность сам император.

— Да, но это было тысячу лет назад! — не унимался Инго. — Да за мной целый отряд храмовников сегодня гонялся!

— Я думаю, — вставила Мавис, — нам стоит спросить мнение священника. — она посмотрела на Лоретта.

— Богорожденные считаются врагами человечества. — начал вещать архидьякон. — Но, если он покается в своих грехах, и если его признает архиепископ, то мы примем его. Но это не имеет значение к должности хранителя. Он может стать королем и без одобрения церкви.

— Вот видишь, все нормально. — подхватила Габри, и посмотрев на Лоретта, прибавила: — А «покаяться в грехах» — это как?

— Розги, омовение, освящение, принятие правды. — проговорил священник. — Там много таинств.

— А то, что у меня сестра — пират? Это никого не смущает? Да и за меня назначена награда. — сказал Инго. Он старался придумать новые причины, по которым его назначение являлось абсурдным.

— Я уже сказал, что в этом нет ничего необычного. — сказал Юстус. — Это обычная ситуация. Вот, например, в 547 году хранителем Поларвейна стал Анико Луц. Когда умер предыдущий хранитель, и стали искать нового, то заглянули в солевые тюрьмы и нашли там Анико. Он обладал великой природной волей, и поэтому стал новым королем. Конечно, первое время он управлял городом сидя в темнице. К нему были приставлены несколько капитанов имперской гвардии, чтобы присматривать за ним. Как-никак он отбывал наказание за контрабанду. Но, думаю, в вашем случае этого не придется делать.

— То есть вы это серьезно? — спросил Инго. — Может все-таки кого-то другого? Габри? — Инго посмотрел на подругу. — Ты не хочешь?

— А? Я? Не-е… Что-то не охота. — проговорила она, словно речь шла о выборе печенья к чаю.

— А Мавис? Ну точно! Мавис! У тебя же пробудилась огненная воля! — Инго перевел взгляд на Мавис и застыл. Он только сейчас увидел, что ее короткие волосы теперь отрасли до самой земли.

— Правда?! — выпучил глаза Юстус.

Мавис подняла руку, и та вспыхнула алым пламенем. Пару секунд пламя просто мирно горело, а потом резко вспыхнув, опалило кроны деревьев. Мавис тут же замахала рукой, пытаясь сбить огонь, но тот не утихал. Более того, от пламени стали лететь во все стороны маленькие «брызги» огня, и вскоре вся поляна была усеяна огненными ошметками.

— Как его остановить?! — засуетилась Мавис.

Геката тут же подскочила к ней, и встав за спину, стала делать массаж.

— Успокойся. — проговорила никса. — Просто «подави» волю. Ты же это умеешь.

Потихоньку, огонь в руке Мавис стал гаснуть. Вместе с ним стали исчезать и языки пламени на земле.

— Я еще не умею ее толком контролировать. — сказала Мавис, рассматривая свою руку.

— Что? Но я же видел, как ты управляла огнем…ну…тогда… — Инго замялся. — …ты сделала крылья….

— Крылья? Нет, я такого не помню. — сказала Мавис, отводя взгляд. — Я помню, как меня поглотил огонь, а потом я очнулась у стен города.

— Вот видишь. — вставил Делрой. — Мавис не подходит. Остаешься только ты.

Инго не знал, что ему еще придумать. У него оставался последний козырь:

— Но я не умею управлять городом! Что там вообще нужно делать? Распоряжаться казной? Красить заборы? Ходить на балы?

— Для всего этого существует помощник. — ответил Юстус. — Вы, кстати, уже выбрали его?

— Конечно выбрал. — язвительно ответил Инго. — Вон там стоит. — и он указал на никса, который устало пристроился к дереву и стал справлять малую нужду.

— А как его имя? — спросил Юстус, копошась в пергаментах.

— Ты издеваешься?! — всплеснул руками Инго.

— Я бы посоветовал тебе взять Маверика. — сказал Делрой. — Лучшей кандидатуры и не найдешь. — он перевел взгляд на судью и проговорил: — Запиши «Маверик Фокс».

— А он жив? — снова удивился Юстус.

— По крайней мере полчаса назад был жив. — вставила Мавис.

— А хранителя как записать? — спросил судья, поднимая взгляд на Инго.

— Ингораш Форрест. — продиктовал Делрой.

Инго молча сидел и наблюдал за тем, как главный судья записывает его имя в пергаментные свитки, где значились имена всех глав западных земель, параллельно вычеркивая имя Анастериана из других списков.

— Так. — проговорил он, когда закончил с записями. — По закону, мы должны увидеть доказательства силы нового хранителя.

— Труп старого хранителя подойдет? — прохрипел Харон.

— Его же забрал Зено, так? — сказал Делрой, покосившись на Инго.

Инго кивнул.

— Ну тогда разбитые стены города. — сказала Мавис.

— Нет. — Инго встал. — Хотите увидеть мою силу? Хорошо.

Из-за всех этих споров, в нем закипела кровь. Силы возвращались к нему. Они хотят увидеть его силу? Так пускай смотрят!

Инго стал призывать тени. С деревьев, кустов, травы и неба. Отовсюду к нему ползла тьма, окутывая его, наслаиваясь и укрепляя тело. Он вновь стал выше, а мускулы скрипели и пульсировали от переполняемой мощи. Взяв меч, он подошел к дереву и рубанул по стволу. Воздух исказился, а по земле прошла ударная волна, вырвав с корнем еще несколько стволов. На земле образовалась десятиметровая борозда, в которой лежали щепки, недавно бывшие двадцатиметровой сосной.

Все, кто находился на поляне, открыли рот от изумления.

— Э-э-э… — начал было Делрой, но осекся. — Когда ты успел стать таким сильным?

— А ты что, предлагал меня в хранители «за красивые глаза»? — спросил Инго, возвращая себе прежний облик и выбрасывая сломанный меч.

— Нет, но…а, ладно, забудь. — Делрой посмотрел на Юстуса. — Этого достаточно?

— Вполне. — пропищал судья, поправляя кулоны, которые от ударной волны отбросило ему за спину.

— Когда будете отправлять сокола императору, доложите мне, я тоже прикреплю свое письмо. — сказал Делрой судье.

— Как скажите. — ответил тот.

— Круто, Инго! Ты теперь хранитель запада! — весело воскликнула Мавис.

— Ага, круто… — понуро проговорил Инго.

— Я думаю, на сегодня мы закончим. — сказал Делрой. И опустив взгляд, прибавил: — Гантэра мы похороним завтра. Я знаю, что он хотел быть похоронен рядом с Эльзой.

Инго не стал дослушивать. Покинув поляну, он направился в сторону полевого госпиталя. Вместе с ним в ту же сторону направились и Артур с Хароном.

— Это ведь ты нас тогда спас? — спросил Артур, глядя на Инго.

— Нет, это был Зено. — ответил Инго. — Я лишь унес вас с поля боя.

— Все равно, считай, что спас. — сказал Артур.

Инго не стал спорить. Так же он не стал рассказывать Артуру, что Зено был братом Зезиро. Он посчитал, что эта информация будет лишней. По крайней мере, пока Зено не объявится лично.

— Что вы собираетесь делать дальше? — поинтересовался Инго у Артура.

— Если король нам разрешит, то мы хотели бы остаться в Вестерклове. — ухмыльнувшись, сказал Артур.

— Вот только не надо этой напыщенности. — вставил Инго.

— Я пообещал Уриелю, что присмотрю за его детьми. — уже серьезным тоном проговорил Артур.

— Ты ведь знал, что его жена будет тут, так? — спросил Инго.

— Да. — кивнул Артур.

Решив, что лучше поменять тему, Инго спросил:

— Ты ведь идешь проведать Зезиро?

— Да. Все уже проснулись, и сейчас нам нужно снять с госпожи доспех. — сказал Артур.

— А ты, Харон?

— Проведать Зенона с Юлиусом. — ответил толстяк. — Но по большей части, конечно, Зенона. Ему отрезали руку еще в самом начале боя, но он продолжил сражаться. Но потом, когда мы спустились вниз, на нас напали убийцы с ведьмами. Тогда Зенон потерял ногу, и я велел Габри унести его в лагерь.

Через десять минут они прибыли к полевому госпиталю. Инго тут же начал искать глазами Широ. Найдя ее у одной из сосен, он наклонился и осмотрел ее. Серьезных ран не было, но при этом она по-прежнему была без сознания. По заверениям целителей, она скоро должна была прийти в себя, но когда это «скоро» наступит?

Тут ему на глаза попалась фигура в грязном тюрбане. Гамюка, склонившись над трупами павших воинов, вырезал у тех органы. Ловко орудуя маленьким серпом, он вынимал сердца и складировал их в небольшую корзину.

— Р-а-а-х! — прикрикнул он на воронов, которые уже нацелились окровавленную корзину. Он попытался ударить птиц серпом, но те уже успели взлететь, прихватив с собой одно сердце.

Вместе с этим, совсем рядом, вспыхнул еще один погребальный костер. Выстроившись вокруг него, никсы затянули похоронные песни, печально глядя на огонь.

— Для кого-то смерть — это горе. Для других же — цель существования. — проговорил Давид, который только что подошел к нему.

Инго молча направился к Гамюке. Он никогда не был приверженцем традиций и ритуалов, но сейчас он не хотел, чтобы ядомант издевался над трупами.

— Эй! — Инго отдернул Гамюку за плечо. — Прекрати.

— A, mupenyu. Wakamunzwa here? Kaliasura. Iyeachiri mupenyu. Ха-ха-ха. — проговорил Гамюка, оскалив беззубый рот.

— Я не понимаю тебя. — сказал Инго. — Но если ты не прекратишь, то я отрежу тебе руку. — для наглядности, он провел правой ладонью по запястью левой руки.

— Да. Я нет. Остановить резать. — ядомант положил серп на землю и поднял руки. — Бояться ритуал? Ты видеть камень?

— О чем ты? Какой еще камень? — не понял Инго.

— Камень небо. — Гамюка указал на поле. — Упасть. Разрезать. Ха-ха-ха. Семь палач тут. Джебхуза.

Взяв корзину с сердцами, он поплелся в чащу. Инго же подошел обратно к Давиду.

— Я лишь хотел сказать «спасибо» за то, что спас госпожу. — проговорил старик, склонив голову.

— Я же объяснил Артуру, что это Зено вас спас. — сказал Инго. — Если хотите отблагодарить его, то заботьтесь и дальше о Зезиро. Похоже, Зено спасал именно ее.

Давид ничего не ответил и лишь молча кивнул. Инго же направился дальше. Проходя мимо раненых, он стал искать знакомые лица. Вскоре он увидел Харона, который сидел на земле рядом с седобородым стариком. Глядя на Зенона и не скажешь, что тот был серьезно ранен. Усевшись в позу лотоса, он о чем-то беседовал с толстяком. На месте правой руки и левой ноги теперь были лишь обрубки с толсто намотанными бинтами.

— О, Инго! — заметив Инго, воскликнул старик. — Харон мне уже все рассказал. Так ты теперь хранитель?

— Полегче, Зенон. Перед тобой стоит сам король. Нужно обращаться «ваше величество». — весело заметил Юлиус, который лежал рядом, подперев рукой голову. Сейчас он походил на шейха, развалившегося на мягких подушках. Только за место тюрбана, были бинты, а за место наложниц, над ним хлопотала его жена.

— Вижу с вами все в порядке. — сказал Инго, осматривая Зенона.

— А, это? — Зенон махнул обрубком. — Не проблема. Сделаю железный протез.

Тут поляну озарили две вспышки молний, и около Зенона появились Тильд и Дельт.

— Доминрор! — воскликнул Тильд, и подбежав к Зенону, встал на одно колено. То же самое проделал и его брат, протянув громовержцу металлическую клетку с толстыми прутьями и свиток пергамента в стеклянном футляре.

— О, вы как раз вовремя. — сказал Зенон, беря клетку из рук Дельта.

— Что это? — спросил Инго, рассматривая клетку. На ее прутьях были выведены какие-то слова.

— Клеть грома! — величественно, но в то же время с нотками насмешки, произнес Юлиус.

— По традиции, посвящение происходит во время грозы… — начал было Зенон и посмотрел на Юлиуса.

Тот, вытянув палец, выпустил из него небольшую черную тучку. Зависнув над братьями, она начала искриться и испускать раскаты грома.

— Итак. — продолжил Зенон. — Тильд и Дельт Хаммерхексы! Сегодня вы показали, что достойны называться громовержцами! С радостью принимаю вас в орден. Охраняйте Вестерклов впредь и навеки!

Лица братьев засветились от счастья и слез. Обнявшись, они стали прыгать как маленькие дети.

— Так, боюсь, что сейчас могу напортачить… — проговорил Зенон, вертя клетку. — Юлиус, помоги.

Он протянул клетку другу.

— Найти бы еще место. — сказал тот, тоже вертя клетку.

Тут Инго увидел, что на железных прутьях выведены имена. Он даже увидел имя Габри, рядом с каким-то «Лаки».

— Эй! — Юлиус негодующе уставился на железные прутья. — Мое имя не так пишется! Что еще за «Юлий»?! Кто это писал?

— Это не твое имя. — сказал Зенон. — Юлий Стенториан был сыном второй главы, Мельхиоры Стенториан.

— А, ну ладно… — проговорил Юлиус и стал выводить молнией имена Тильда и Дельта.

— Гекату тоже запиши. — вставил Зенон и посмотрев на Инго, протянул ему свиток в стеклянном футляре. — Ваше величество.

— Не называй меня так. — смущенно проговорил Инго, забирая свиток. — Что это?

— Нужна твоя подпись. — сказал Харон.

Инго вытащил свиток из футляра. Развернув его, он увидел огромный список имен, вместе с датами, подписями и печатями. Вместе с этим ему под нос сунули и чернила с пером. И только Инго взял перо, как тут же замер.

В четыре года он научился читать, в пять — писать, в десять лет уже знал дворянскую письменность, а в восемнадцать — выучил несколько имперских диалектов. Но за двадцать один год он так и не придумал себе подпись! И что ему теперь делать? Он снова посмотрел на пергамент. Подписи предыдущих хранителей были очень красивые, некоторые и вовсе занимали целую строку, а одна так и вообще была произведением искусства, с закорючками, напоминающими взлетающего аиста.

Опустив пергамент на ящик с медицинскими принадлежностями, который стоял рядом, Инго несколько раз нацарапал пером свою фамилию на досках, а затем, опустившись над пергаментом, написал имена Хаммерхексов и вывел под ними свою подпись. Получилось не плохо. По крайней мере, не хуже остальных.

— Печати поставим после. — сказал Зенон, забирая у Инго свиток.

— Я бы хотел, чтобы вы осмотрели город. — сказал Инго, обращаясь к Тильду и Дельту. — Убедитесь, что там больше нет занафарийцев, и можете отдыхать.

— О, уже приказы отдает. — хмыкнул Юлиус.

— Милый, не вертись. — проговорила Линнет, которая смазывала его спину.

— Как прикажете, Ваше «владычество». — поклонился Тильд.

И не успев выслушать упрек Инго по поводу такого неуместного обращения, он, вместе с братом, исчезли в вспышке молний.

— Завтра мы устроим похороны Гантэра и Ури. — сказал Инго. — Можете доехать до лагеря на колесницах и забрать детей Ури?

— Конечно. — сказал Харон, поднимаясь на ноги. — Дору тоже взять? — спросил он, посмотрев на Линнет.

— Не надо. Не хочу, чтобы она видела все это. — грустно ответила Линнет.

Харон кивнул и направился в сторону загонов.

Посидев еще немного в компании громовержцев, Инго решил пойти спать. Хоть силы к нему и вернулись, он чувствовал, как его клонит ко сну. Добравшись до своей палатки, он залез внутрь и тут же уснул.

* * *

На следующий день Инго проснулся поздно. Был уже обед, когда он пришел на главную поляну. События вчерашнего дня казались ему какими-то нереальными, и он даже понадеялся, что все это было страшным сном. Но увидев перебинтованного Юлиуса, и Мавис, которая уже успела состричь свои длинные волосы, он понял, что все это было правдой. Он теперь хранитель запада.

— Делрой еще спит. — сказала Мавис, заметив Инго.

— А Мави? — спросил Инго, беря в руки тарелку с картошкой, которую ему протянул Крикс.

— Он уже в замке. Приступил к своим обязанностям. — сказал Хаган, который сидел рядом и с усталым видом колол орехи пальцами.

— Хаммерхексы осмотрели город и не нашли больше ни одного занафарийца. — доложил Юлиус.

Инго так и не смог свыкнуться с мыслью, что теперь он принимает тут все решения.

— Хорошо. А Харон? Он уже привез детей Ури?

— Да. С ними сейчас Зезиро и остальные. — сказал громовержец.

Инго кивнул и стал уплетать еду. Через пять минут на поляну вбежал один из разведчиков.

— Письмо для короля. — сказал он, осматривая всех присутствующих.

Инго переглянулся с Хаганом и забрал письмо. На конверте было сразу три разноцветные восковые печати. Инго увидел золотого льва Мидденхола, зеленую кобру Эль-Хафа и серебряную звезду Поларвейна. Распечатав конверт, он стал читать письмо:

Господин Ингораш. Империя утверждает Вашу кандидатуру на должность хранителя запада. Для укрепления границ, и противостояния новой угрозе, я отправляю к Вам два отряда имперских гвардейцев. В течении месяца Вы должны прибыть в Мидденхол.

Алисандр Леонхард, император Стелларии.

Утверждаю.

Джума Наби Аль-Абас, хранитель юга.

Утверждаю.

Дарио де Лино, хранитель севера.

— А почему Рейн не подписался? — раздался голос Мавис у него за спиной.

— Ему сейчас не до этого. — ответил Хаган. — Все его подчиненные мрут, и он боится выходить из замка.

Инго отложил письмо. Он до последнего надеялся, что вся эта история с хранителем обойдет его, но, похоже, теперь ему не отвертеться, раз сам император принял его кандидатуру.

— Что будешь делать? — спросила его Мавис.

— Отстраивать стены, укреплять границы, ну и остальное, что там просил император. — проговорил Инго, возвращаясь к еде.

— Ты поедешь в Мидденхол?

— Придется. — развел руками Инго.

— А я могу поехать с тобой? — спросила Мавис.

— Конечно тебе нужно туда ехать. — сказал Юлиус, глядя на девушку. — У тебя же огненная воля. Тебя нужно показать императору. В Стелларии вот уже лет пятьсот ни у кого не было такой воли.

* * *

И вот наступил вечер 28 дня месяца урожая. Инго стоял на кладбище в окружении сотен людей. Тела Гантэра, Ури и Лилит покоились в двух гробах. Капеллана и его жену решено было похоронить вместе. И даже сейчас, сквозь вырезанные на крышке символы Владык, пробивался неземной свет, исходивший от их тел.

Инго молча наблюдал, как архидьякон проводит таинство отпущения. Рядом со священником, по обе стороны, стояли два инквизитора. Ноэль и Хонори не сводили глаз с Инго. После недолгого разговора, который произошел между ними десять минут назад, их лица уже не так сильно выражали ненависть.

Тем временем архидьякон закончил свои обряды, и призвал всех проститься с покойными. К гробам потянулись люди. Инго же не стал спешить. Сейчас он наблюдал как к гробу с телом Ури и Лилит подошли пять детей. С грустным лицом, Том подошел к гробу и поставил на него свое ведерко. В нем Инго увидел вещи, которые дети решили оставить своему отцу. Постояв немного, Том возвратился к своим братьям и сестрам, а также к ожидавшей его Зезиро. Погладив мальчика по голове, она тихонько запела.

У гроба с Гантэром тоже было много народу. Мавис, которая уже успела попрощаться, теперь стояла рядом с Габри и тихо плакала. Инго также увидел Хагана, который, вытащив свой меч, положил его в ноги друга.

— Ты ведь его выиграл. — проговорил он.

Рядом с никсом стоял Джаспер. За шесть лет, Инго в первый раз видит на лице своего друга такую искреннюю и неподдельную грусть.

Инго же не знал, что сказать. За всю жизнь он еще никогда не был на похоронах, хотя близких людей потерял не мало. Капитан Стенториан, Минди и ее мама. Он также помнил по именам всех никсов, которые говорили ему свое имя перед смертью. И вот сегодня он простился с Дедушкой, тело которого придали огню несколько часов назад.

Широ так и не проснулась. Инго приказал трем целителям следить за ней. Сейчас большинство раненых уже перенесли в город, и теперь они лечились в госпитале при храме Шести Владык.

Также Инго не нашел Хейдена. Среди убитых «Братьев бури» его не оказалось, а это значило, что он сбежал с остальными наемниками. Но это уже не беспокоило Инго. Пламя ярости и жажда мести утихли. Теперь его сердце было спокойно.

— Ты правильно поступил, что попросил Харона привести детей Уриеля. — сказал Артур, когда Инго отошел в сторону. — Святыми рыцарями не становятся просто так. — он протянул Инго гримуар Ури.

Инго перевел взгляд на детей. Пусть и не так сильно, как у капеллана, но у каждого из них волосы стали отливать золотистым светом.

— Позаботьтесь о них. — сказал Инго, возвращая ему гримуар.

Сказав это, он направился к Мавис. Та уже успокоилась, и теперь устало облокотилась о стену одного из склепов.

— Ты как? — спросил Инго, переглянувшись с Габри.

— Нормально. — ответила та. — Геката вызвалась еще потренировать меня.

— Я тоже буду тренироваться вместе с тобой. — сказала Габри.

— Я тут подумал. — проговорил Инго, глядя как Мавис пытается создать маленькое пламя на указательном пальце. — А ты не хочешь возродить орден саламандр?

Император

Было утро. Солнце только встало над центральной столицей, и теперь брало штурмом бархатные занавески в спальне императора. Круглая комната, которая находилась в башне замка, была эталоном роскоши. Богатая мебель, прекрасные обои, позолоченное дерево — все это теперь отражало лучи солнца, которые пробивались в спальню. Но в большой кровати уже никого не было.

Алисандр стоял около шкафа, завязывая на плечах шелковый плащ. Из открытой дверцы, в которой находилось зеркало, на него глядел девятнадцатилетний юноша. Короткие, светлые волосы были аккуратно причесаны, а высокие скулы, узкий нос и лисий взгляд, придавали ему величественный вид.

Закончив переодеваться, Алисандр решил выйти на балкон, чтобы немного освежиться перед прибытием нового хранителя. Подойдя к стеклянной двери, император потянул за ручку и вышел на широкий балкон. Алисандру нравилось это место. Балкон полностью огибал башню, и из него открывался шикарный вид на главную столицу. Но сейчас город был затянут туманом, и нельзя было разглядеть его красоты. Лишь несколько шпилей и башен высовывались из белой пелены. Интересно, западный хранитель уже приехал?

Сегодня Алисандр должен будет встретиться с новым королем Вестерклова. С момента смерти Анастериана прошел месяц, и по всей империи уже раструбили новость о том, что новым хранителем стал богорожденный. Вопреки опасениям Алисандра, большинство жителей восприняли эту новость с восторгом. Но были и такие, кто высказывался против. Как только Алисандр узнал, что новый хранитель — богорожденный, то тут же отправился в Яричку, чтобы посоветоваться с архиепископом. Церковь согласилась провести нужные таинства, если богорожденный согласится покаяться в своих грехах. Но пока что у Ингораша Форреста не было такой возможности.

Хранитель-богорожденный было лишь полбеды. Насколько стало известно Алисандру, на империю напало неизвестное королевство. В Вестерклов было крупное вторжение с моря, но хранителю удалось разбить войска противника. Алисандр сразу же отправил все силы на укрепление границ, но кроме маленьких групп занафарийцев, никого больше обнаружить не удалось.

Так же не подтвердилась информация о том, что семья Тенебрис замешана в сговоре с врагом. Многочисленные проверки и допросы главы семейства, Мередит Тенебрис, не дали никаких результатов.

Волнения, по поводу нападения на империю вскоре утихли, и теперь единственной проблемой остались таинственные убийства знати, которые происходили по всей империи. Лордов и маркизов, которые хоть как-то были связаны с королем Рейном, убивали один за другим. Алисандру пришлось отправить в Лимминг Мун дополнительные войска, а также выделить несколько воинов из «когтей».

Мысли Алисандра прервал легкий стук в дверь.

— Ваше высочество. — послышался учтивый голос Элрика, главного дворецкого. — Завтрак готов.

Напоследок втянув носом холодный воздух, Алисандр вернулся в свою спальню. Пройдя к двери, он толкнул ее, и вышел на винтовую лестницу. Она уходила вниз, огибая золотой лифт, который был украшен красивой резьбой. Около входа, его уже ждал дворецкий. Пышные кудри, тонкие усы и слегка прикрытые глаза, совсем не сочетались с его плоским лицом и низким ростом. Но не внешность отличала его от других слуг.

— Я уже отнес все сегодняшние письма к вам в кабинет, и распорядился ответить на те, которые не стоят вашего внимания, и не требуют вашей личной подписи. — величественно проговорил Элрик.

— Опять невесты? — спросил Алисандр, заходя в оббитый красным бархатом салон лифта.

— Да. Королевство…

— Не надо. Ты же знаешь, что мне сейчас не до них. — отмахнулся император, когда лифт плавно пришел в движение.

— Поэтому я ответил, что вы примете их весной. — закончил Элрик.

— Надеюсь, что к этому времени мы разберемся с убийцами.

— Хотел бы заметить, Ваше высочество, что новый хранитель прибыл в город с двумя особами…

— Ингораш уже в городе? — перебил его Алисандр.

— Да. Король Ингораш прибыл сегодня ночью. Я распорядился расположить его в Книжном дворце. Он, кстати, приехал с двумя спутницами, которые…

— Я понимаю, Элрик, что ты печешься о будущем семьи Леонхард, но давай мы сначала уладим все дела в империи, а потом уже будем решать вопрос о моем браке. К тому же есть еще Юджин, и если тебе так хочется, то можешь поженить его.

Лифт тем временем подъехал на первый этаж замка. У входа его уже встречали четверо воинов. «Клыки империи», именно так называли четверых лучших воинов имперской гвардии, которые охраняли императорскую семью.

— Сегодня мне не нужна охрана. — проговорил Алисандр, проходя мимо воинов в золотых доспехах. — Идите патрулировать улицы, и позовите мне главнокомандующего.

Алисандр направился в столовую. Идя по просторным мраморным коридорам, которые были устланы дорогими коврами, император не переставал думать о предстоящей встрече с богорожденным. От волнения, ему даже перехотелось есть.

Пройдя в столовую, он сел за длинный обеденный стол, на котором уже стоял завтрак для двух персон. На одном из стульев сидел старик в золотой рясе, и уже уплетал кашу с фруктами.

— Архиепископ Деуст. Рад, что вы смогли сегодня приехать. — сказал Алисандр, садясь на свое место.

— Раз этого требует империя, то я не могу отказать. — старческим голосом проговорил священник.

— Вы уже встретились с Ингорашем? — спросил император, пододвигая к себе поднос с завтраком.

— Да. — кивнул старик.

— И что вы можете о нем сказать?

— Я не увидел в нем ереси. Возможно, он один из немногих богорожденных, которому стоит доверять. — сказал Деуст.

Алисандр так был поглощен своими мыслями, что даже не ощущал вкуса еды.

— А что он говорит по поводу принятия веры? — спросил император.

— Насколько я понял, то он не против. — ответил священник.

Алисандр задумался. Он слышал, что у нового хранителя, помимо необычных глаз, была еще и странная сила.

— Вы видели его волю? — оторвался от еды Алисандр. — Он и вправду управляет тьмой?

— Лично я не видел, но инквизитор Ноэль рассказал, что таинство зеркал не выявило в воле богорожденного ереси.

Слова архиепископа успокоили императора. Алисандр беспокоился, что темная воля короля Вестерклова может разгневать Владык, но если даже инквизиторы не нашли в ней ереси, то можно быть спокойным.

Остаток завтрака Алисандр провел в молчании. Закончив с трапезой, он тут же обратился к Элрику:

— Прежде чем встретиться с королем Ингорашем, я хочу увидеть главнокомандующего. Пусть придет в тронный зал. И вас, — Алисандр посмотрел на Деуста, — я тоже хочу там видеть.

Встав из-за стола, он направился в противоположную дверь, которая вела в тронный зал. Вопреки расхожему мнению, тронный зал был довольно маленький. Люди, которые никогда не были в настоящем тронном зале, обычно думают, что настоящий тронный зал — это огромное помещение, где проходят балы. Но то был актовый зал для торжеств. Тронный же зал находился в другой части замка, и представлял из себя небольшую комнату, полностью укутанную тканью теплых тонов. Красный, золотой и черный бархат свисал с потолка, стен и даже лежал на полу. Создавалось впечатление, что вся комната — это огромная кровать, посреди которой стоит золотой трон, круглый стол и несколько кресел. Единственным, что не было задрапировано тканью, было витражное окно, которое выходило на балкон.

Пройдя по мягкой ткани, Алисандр уселся на трон. Сняв с деревянной подставки тонкую корону, он водрузил ее себе на голову. Тем временем в зал вошел архиепископ, а за ним сразу же и главнокомандующий Декстер ван Кустос.

— Ваше высочество, — поклонился Декстер, — не сочтите за наглость, но я считаю с вашей стороны опрометчиво пренебрегать защитой «клыков». Тем более в сложившейся ситуации, когда в империи убивают знать.

— Насколько мне известно, мой предок, первый император Стелларии, создал подразделение «клыков» и «когтей» для защиты своих внуков. — сказал Алисандр. — Сам же император никогда не нуждался в защите.

— Да, но… — начал Декстер.

— Ты сомневаешься в моей силе? — перебил его Алисандр.

— Ни в коем случае. — опустил голову главнокомандующий.

— Я ценю твое беспокойство, но я бы хотел, чтобы ты, в сложившейся ситуации, подумал и о жителях империи.

— Император как всегда сердоболен. — вставил Деуст, присаживаясь на кресло.

— Как прикажете. — снова склонил голову Декстер.

Алисандр махнул рукой, показывая, что не злится на главнокомандующего, и что тот может сесть в кресло.

— Итак, прежде чем я встречусь с Ингорашем, я хотел бы еще раз обсудить с вами сложившуюся ситуацию. Что там с этими занафарийцами? Удалось ли найти их основные силы?

— Нет. — помотал головой Декстер. — Рядом с Меридианом и Атласом были обнаружены несколько отрядов, но они все были уничтожены.

— Может стоило, для разнообразия, взять их в плен? — нахмурил брови Алисандр.

— У нас предостаточно пленных занафарийцев. Но они ничего не говорят. Даже избавительницы не смогли выбить из них информацию.

После слов Декстера, архиепископ демонстративно отвернулся. Алисандр знал, что старик ненавидит избавительниц.

— А что Мередит Тенебрис? — продолжил император.

— Мы отпустили ее из-под стражи. Сроки подошли к концу, и мы не имеем права держать лордов под стражей больше, чем тридцать дней, не имея при этом доказательств их вины. — развел руками Декстер.

— Ладно. Раз угрозы нет, то пусть имперские войска возвращаются в столицу. Как-никак защита границ — это обязанность хранителей. — сказал император.

— Кстати, по поводу хранителей. — вставил Декстер. — У меня с собой прошение о помиловании Делроя Корво. — главнокомандующий достал лист пергамента.

— О помиловании Корво я переговорю с Ингорашем. — сказал Алисандр, откладывая прошение в сторону. — Все-таки в битве у Вестерклова он убил несколько храмовников.

— Да, в этой бессмысленной битве мы потеряли много сильных союзников. — покачал головой Деуст.

— И обрели новых. — продолжил Алисандр. — Если подумать, то в Вестерклове еще никогда не собиралось столько сильных личностей. Насколько мне известно, кроме нового хранителя, армия запада так же пополнилась опытными командирами из Армы и военными ветвями из Белланимы. А орден громовержцев обзавелся сразу тремя новыми членами. Кстати, кто они?

— Хаммерхексы, Ваше высочество. — проговорил Элрик, который стоял около трона.

— А, да, я что-то про них слышал. Они, вроде, никсы?

— Да. Также король Вестерклова хочет создать новый орден. — продолжил Элрик. — Мавис де Сильво, которая приехала с хранителем, пробудила природную волю огня.

— Также я хотел обратить ваше внимание на Широяму Орочи. — сказал главнокомандующий.

— Ты про недавний инцидент с флотом Вайра-Кен? — спросил Алисандр. — Она ведь является принцессой этого королевства, так?

— Да. Насколько вам известно, флот Вайра-Кен пересек границы империи, и…

— Но хранителю удалось уладить тот инцидент. Вайра-Кен теперь наш союзник. — закончил император.

— Так и есть. Я имел в виду, что принцесса Широяма осталась в Вестерклове, и мы могли бы…

— Я не собираюсь использовать ее как заложника, если ты об этом. — тут же сказал Алисандр.

— А может… — начал Элрик.

— И жениться на ней я тоже не собираюсь. — продолжил император. — Я тебе уже сказал, что сейчас не время.

Откинувшись назад, он посмотрел на архиепископа.

— Вам уже доставили тот труп, который нашли после битвы? Это действительно ангел?

— Скорее валькир. — поправил Деуст. — Да, в Яричку уже доставили гроб.

— И что, у него и вправду были крылья? — удивился главнокомандующий.

— Да. Но во всем остальном это обычный человек. — сказал архиепископ. — Мы уже похоронили его у храма Неба.

Алисандр задумался. Все, что он хотел узнать, он уже спросил. Пора познакомиться с этим Ингорашем.

— Элрик, можешь пригласить западного короля. — сказал Алисандр, глядя на своего слугу.

Поклонившись, дворецкий скрылся за дверью.

— Я слышал, что жители Вестерклова уже полюбили его. — решил нарушить неловкое молчание главнокомандующий.

— Ну, он же спас город от вторжения. — сказал император. — Если бы не этот факт, то я уже заключил бы его под стражу.

— Слышал, что кроме него и Анастериана, там еще был первый заместитель. — сказал Деуст.

— Да. Ингораш считает, что Зено мог бы пролить свет на многие события, связанные с этим вторжением, но он куда-то исчез.

— Прихватив с собой тело Анастериана. — вставил Декстер.

— Теперь всеми делами в Вестерклове заправляет Маверик Фокс? — спросил Алисандр, но ему никто не ответил.

— Он же умер. — сказал главнокомандующий.

— Элрик сказал, что Фокс инсценировал свою смерть. — ответил Алисандр.

— Так значит теперь он снова западная «десница»? — немного понуро спросил главнокомандующий.

— Тебя что-то беспокоит? — спросил император.

— Да не особо. — сказал Декстер, а затем, выдержав небольшую паузу, прибавил: — Ах да, вы же тогда еще были маленьким…

— Что такое? — нахмурил брови Алисандр.

— Главнокомандующий имеет в виду, что отчеты из Вестерклова теперь придется отдавать шифровщикам. — понизив голос, проговорил архиепископ.

— Что…

Но Алисандр не успел договорить, так как двери в противоположном конце открылись, и в зал вошел дворецкий.

— Король Вестерклова и хранитель запада — Ингораш Форрест! — объявил он.

После его слов в зал вошел высокий юноша. Облаченный в орихалковые доспехи, которые чем-то напоминали доспехи инквизиторов, он направился к трону. Алисандр сразу отметил его мечи, один из которых был необычной, серповидной формы. Также он не понимал, зачем король накинул себе на плечи меховой плащ, ведь в замке было очень тепло. Но в первую очередь, конечно, молодой император увидел белые глаза. Они и вправду были жемчужного оттенка. Во всем остальном, это был обычный человек.

Встав с трона, Алисандр спустился с помоста, и протянул руку.

— Рад, наконец, с вами встретиться, король Ингораш. — сказал император.

— Можно просто Инго. — проговорил хранитель. — И я тоже признателен, что вы пригласили меня в замок.

— Хорошо, Инго. Давайте присядем. — Алисандр указал на одно из свободных кресел.

— С архиепископом Деустом, я так понимаю, вы уже знакомы? — спросил император.

— Да, мы уже общались сегодня утром. — ответил Инго.

— А это главнокомандующий Декстер ван Кустос. — представил своего военачальника Алисандр.

Инго и Декстер пожали друг другу руки.

— До вашего прихода, мы с главнокомандующим обсуждали прошение о помиловании Делроя Корво. Но прежде я хотел бы узнать ваше мнение. — сказал Алисандр, снова беря в руки пергамент с помилованием.

— Да, я… — начал было Инго и осекся, глядя на дверь, которая только что с громким звуком распахнулась.

— Что за неуважение?! — воскликнул Декстер, поднимаясь на ноги и глядя на вбежавшего писаря. — Как ты смеешь так беспечно врываться…?!

— ЛИММИНГ МУН! — перебил его запыхавшийся голос писаря.

Алисандр заметил, что лицо у того было красное и с него ручьями льется пот. Похоже, тот бежал всю дорогу от Лунной башни.

— Что «Лимминг Мун»? — спросил император.

— ЛИММИНГ МУН! — повторил писарь, размахивая письмом. — ПАЛ!

Больше книг на сайте — Knigoed.net

Content

Реки времен. Всепоглощающая грусть

Опасные попутчики

Старые обиды

Охота за уважением

Необычный сатир

Вынужденные союзники

Королевские рабы

Длани просящие

Пробуждение

Особый гость

Девять локтей Лимба

Избавление

Похищение

Седьмой день Жатвы

Дань традициям

Первая жертва

Бой продолжается

Грехи прошлого

Хранитель