Роман Романович

Ловец знаний 2. Охота

Пролог

Кристиан Изгоняющий смотрел на то, как комнату меряет шагами герцог Урсувайский. У которого за последние года, с того момента, как они захватили земли Темного Герцога, прибавилось седых волос.

– Мертвая ночь опасного уровня! – рявкнул Герцог.

– Успокойся, – поморщился от чужих эмоций Кристиан.

– Сам ты успокойся! – огрызнулся мужчина, – Сейчас, когда мы больше всего нуждаемся в стабильности, приходит эта проклятая ночь!

– Не проклятая, а мертвая, – поправил Кристиан.

Герцог резко остановился и уставился на него.

– Издеваешься?

– Немного.

– Доиграешься. Прикажу тебе голову отрубить.

– Тогда я смогу отдохнуть.

– Ещё чего! Дороманцы думают, что мы хотим их захватить и не преминут воспользоваться, если мы понесем потери!

– А разве ты не хочешь их захватить?

– Хочу, но не сейчас, – герцогу надоело ходить по комнате и он плюхнулся в кресло, потянувшись к кувшину с вином, – Это всё очень не вовремя, Кристиан.

– Успокойся, Гадрел.

– Успокоюсь, когда ты разберешься с этой проблемой.

– Ты мне хотел голову отрубить. По этому случаю я ухожу в отпуск.

– Да неужели. Что скажут люди, если Кристин Изгоняющий проигнорирует хорошую драку?

– Что он может позволить себе, что угодно.

– Не в этот раз. Отправляйся немедля и останови заразу.

Несколько минут мужчины бодались взглядом. Кристиан знал, что может не подчиниться. Но также он знал, что не будет этого делать.

Глава 1. День

Кая проснулась в обед, когда я весь извёлся, метаясь между нежеланием будить девушку и желанием убраться отсюда подальше.

– Горазда ты спать, – заметил я, когда она встала и потянулась.

– Не ворчи, как старая бабка.

– Кто бы говорил. Когда отправимся в путь?

– Куда? – Кая захлопала глазами, разглядывая меня.

– Разве здесь разумно оставаться?

– Почему нет? – удивилась она.

– Потому что деревня сильно пострадала и вряд ли выступит хорошим укрытием.

– Эрано, – проговорила она, будто обращалась с неразумным дитя. – Солнце сейчас где?

– В зените.

– Ага… – кивнула она, – Лошадей убили, а значит идти нам пешком. Что занимает полный день и это до ближайшего поселения, а не до города. Мы банально не успеем. Это во-первых. Во-вторых, мертвые с ближайших окрестностей уже сбежались на нас, а значит сейчас вокруг безопасно.

– С чего бы это? Если придёт новая ночь…

– Не новая, а продолжение уже идущей ночи. Шансы снова нарваться на стаю снижаются. Поэтому выдыхай. Сейчас это наиболее безопасное место.

– Не факт, что именно так. Ты сама говорила. Если стаю послали…

– То её хозяин либо нашёл цель покрупнее и тогда к нам не придёт, иначе бы ты не проснулся и не разговаривал со мной. Либо никакого хозяина нет и тогда нам тем более не о чём беспокоиться. Впрочем, если у тебя есть план получше, я с радостью выслушаю.

– Я думал, что наш план сорвать куш, усилиться и бежать к барону, под его защиту.

Поэтому я и нервничал, думая, что надо как можно скорее выдвигаться.

– Звучит скучно, – Кая наклонилась, коснулась пальцами пола, распрямилась и потянулась.

– Зато отбиваться от мертвых очень весело, – фыркнул я.

– Мне понравилось. Почувствовала себя живой. Надеюсь, ты нашёл для нас еду. Как твои раны?

– Чешутся.

– Я рада, что вижу тебя живым, а не с распухшим языком и серой кожей.

– Ну спасибо. Получается, никуда мы не бежим?

– Нет.

– Тогда жду рассказ про добычу и то, что будем делать дальше.

– Сначала еда. Голодной рассказывать ничего не буду.

Как фокусник, я достал из сумки вяленый окорок. У Дирмана стащил. Надеюсь, он не обидится.

– Неплохо.

– Ещё есть сыр, – достал я вторую составляющую трапезы. – Начинай рассказ, а я буду тебя подкармливать.

– Я тебе что, собака? – нахохлилась она.

– Кая, я из-за твоих планов снова чуть не погиб. Давай без лишней драмы.

– Как с тобой тяжело, – вздохнула она и протянула руку к окороку, потребовав, – Дай укусить.

Откусив здоровенный кусок, жуя на ходу, она вышла из избы, подав знак, чтобы я ждал здесь. Минут через пять вернулась с мешком. Где только его прятала. Я ведь всю деревню обошёл.

– Я его спрятала, чтобы ты не полез и не убился, – пояснила девушка, – Смотри.

На стол лег камень. В доме нет окон, свет с улицы не попадает и единственный источник освещения, это открытая дверь, да огонь в печи. Этого хватает, чтобы хорошо видеть, но с деталями уже сложнее. Но они сейчас и не нужны. Проснулся родовой дар и я увидел, что камень мерцает от спрятанной внутри энергии.

– Это сердце командира, – пояснила Кая, – Я уже очистила его от выраженной примеси мертвой энергии.

– И?

– И теперь это сердце с более менее чистой энергией. Поглоти такое и в твоем случае это будет означать переход на следующий уровень.

– Шутишь? – удивился, – Так просто?

– Просто? – хмыкнула она, – Сам недавно сокрушался, что мы чуть не погибли. Да и ритуал очистки отнял у меня уйму сил и ресурсов. Цени.

– Раз ты так вложилась, то это твоя добыча, – протянул я сердце обратно.

– Нет. Это тебе. За помощь.

– Хм… – я нахмурился, выискивая подвох, – Что с ним делать?

Повисла тишина. Странное дело. В темноте мало что можно разглядеть, но я отчетливо видел глаза Каи. Внимательные, цепкие, сосредоточенные.

– Ты точно не мой отец.

– Чего? – вырвалось из меня, – Кая… Ты до сих пор проверяешь?

– Разумеется, – как ни в чем не бывало ответила она.

– Уххх. – прогудел я, – Кая, Кая… Тебе лечиться надо.

– Отвали, – разозлилась она.

– Замяли тему. Больше не хочу слышать о том, что я якобы твой отец. Бред же.

– Идём на улицу. Хватит в темноте сидеть.

– Там лужи, грязь и разруха.

– Я знаю. Найдем что-нибудь.

Нашли. Деревня состояла не только из домов и забора вокруг, имелись и небольшие дворики, и скамьи, и столики, чтобы посидеть в хороший денек. Каждый облагораживал территорию рядом со своим жильем как мог. В одном из таких мест мы и присели.

– Так что насчёт обработанного сердца? Что с ним делать? Какие риски?

– Рисков никаких. Разве что попытаешься сразу проглотить и подавишься.

– Это также безопасно, как и тот отвар?

– Благодаря отвару ты жив, – посмотрела на меня строго Кая, – Давай уже. Настраивайся на него. Возьми в руки. Тяни энергию. Если так проще будет, то положи сердце на свой энергетический центр. Обещаю, эффект тебе понравится.

Этап физической закалки считался основой и фундаментом для дальнейшего продвижения не просто так. Только сильное, здоровое и выносливое тело способно выдержать хотя бы самые простые таинства. Этим и было обусловлено то, как мы тренировались. Много бегали, потом бегали с грузом. Делали физические упражнения, развивая силу. Испытывали себя в разных неблагоприятных условиях, к примеру уходя на охоту в самые холодные дни зимы, когда любой крестьянин и носа не высунет наружу.

На эту основу наслаивался следующий уровень фундамента – работа с внутренней энергией. Сильное тело вырабатывает больше жизненной энергии, нежели слабое. Когда я впервые ощутил эту жизненную силу, то случился прорыв. Она как дополнительный материал для укрепления тела. Как только ты её ощущаешь, то дальше двигаешься быстрее. Насколько быстрее – зависит от талантливости и предрасположенности. По словам Каи у меня имелся сильный, выраженный талант, не нормальный для ребенка крестьянина.

При долгой внутренней практике тело меняется. Если таинство низкого качества, то меняется не лучшим образом, организм перекашивает. Какая-то часть усиливается, за счёт других частей. Мне повезло. Кая показала таинства лучше, чем знал Сергиус, да и я сам, благодаря наследию своего народа видел многое, в том числе то, как улучшить практику.

По некоторым косвенным признакам я пришёл к выводу, что полноценными таинствами владела аристократия, а вот «обычные смертные» довольствовались кто чем, зачастую расплачиваясь физическими страданиями и сокращенным сроком жизни. Думаю, исключения есть, но они лишь подчеркивают правило.

В силу успешной и ускоренной практики я выгляжу старше своих лет. А ещё я сильнее, быстрее и выносливее сверстников. Серьезные ранения, которые отправят на койку и взрослого мужчину, мне не так страшны.

Само по себе это удивительно. Быть ребенком, а уметь так много. Но это всего лишь начало в мире восхождения… Часть первого шага.

Если я правильно понял Каю, то она мне предлагает в столь раннем возрасте завершить этот первый шаг. Сделать скачок вперед, сформировать энергетическое тело, основу для нормального использования таинств с использованием внешних энергий.

Что же… Этот дар и правда ценен.

С этими мыслями я сделал то, что она говорила. Лег на скамью, положил сердце на грудь, прикрыл глаза, выровнял дыхание.

– Я буду присматривать за тобой, – коснулся ушей голос Каи, – Ни о чем не беспокойся. Постарайся управиться до вечера, но, если что, я тебя растолкаю.

– Хорошо. Чем займешься?

– Тем же, что и до этого. Буду готовиться к следующему этапу.

Какая-то часть меня знала, что Кая специально так всё делает, чтобы занять меня чем-то и спокойно заниматься своими делами. Причем не факт, что она хотела что-то скрыть. Просто девушке нравилось работать в тишине, а не когда её атакуют вопросами.

Хорошо, что я уже привык к тому, что знания всегда ускользают. Чем больше гонишься за ними, тем активнее ускользают. Поэтому терпение, Эрано, терпение…. Ты обязательно разгадаешь секреты этого мира.

Настроившись на ощущения, я погрузился в себя и потянул энергию из мертвого сердца в грудь.

* * *

Чья-то рука коснулась плеча и тряхнула меня.

– Эрано! – тихо прошипела Кая, – Вставай, дерьма сурха тебе в рот!

– Что? – я приоткрыл глаз и покосился на девушку.

– Закончил? – спросил она, почему-то пригибаясь, нервничая и говоря шёпотом.

На дворе ещё светло. До вечера час-два, до ночи того больше.

– Почти, – ответил я, – Что случилось? Мертвые?

– Хуже. Живые. Медленно вставай, разомнись, только без шума.

Кая не совсем уж дура. Да и я от наивности во многих вопросах избавился. Живые это хорошо, когда они к тебе доброжелательно настроены. И плохо, когда их цели идут вразрез с твоим благополучием, а то и жизнью.

Когда встал, то пошатнулся. Внутри бурлили запущенные процессы изменения. Я чувствовал себя обожравшимся и раздутым. Кая указала на лук и стрелы. Я понятливо кивнул и вооружился. Девушка повела меня вдоль задней части домов. Путь долго не продлился. Вскоре я услышал голоса.

– Гарк, что здесь случилось?

– А то ты сам не видишь. Разнесли мертвые деревушку.

– Что они здесь забыли? Крестьяне ушли отсюда.

– Видимо не все.

– Ты лучше туда посмотри! – воскликнул мужчина, которого я вживую не видел, – Кто-то мертвым неплохо наподдал.

– И успел обработать трупы, – второй голос наполнился задумчивостью.

Кая показала шесть пальцев. Ткнула в сторону говоривших и провела вдоль горла, делясь своими планами. Я округлил глаза, выражая сомнения, что гостей надо убивать вот так сразу. Пока они не дали повода.

– Крестьяне этого сделать не могли, – поделился мыслями тот, кого звали Гарком, – Парни, аккуратнее! Не нарвитесь на тех, кто здесь пошалил!

– А я говорил, что это поселение мутное. Хорошо они живут. Точно где-то здесь денюжки припрятали!

Вздохнув, я кивнул Кае. Недоумения, зачем убивать гостей поубавилось.

Девушка достала несколько метательных кольев. Проверила ножи на поясе. Любила она их. Показала пальцами, что собирается делать. Договорившись, она скользнула в одну сторону, я в другую.

Пока добирался до подходящей точки, прислушивался к себе. На таинства сейчас лучше не рассчитывать. Да и серьезную схватку лучше избежать. Не в том я состояние. Стрелять смогу, а драться… Я то и в лучшей форме против подготовленных, взрослых мужчин мало что могу, а сейчас и вовсе.

Не стоит надеяться, что это обычные крестьяне. Те сейчас в убежище сидят. К нам же пожаловали лихие головы. Либо разведывательный отряд от барона, либо отряд охотников. Как считалось, солнечный свет и ясный день изгоняют существ ночи, но те вполне могли прятаться в темных местах. В домах, пещерах или просто глухих лесах. Вот ради таких случаев охотников и выпускали, в надежде на легкую добычу.

Разница между разбойником обыкновенным и человеком на службе князя пролегает там же, где заканчивается способность дать отпор. Конкретно этот отряд собрался ограбить крестьян, воспользовавшись тем, что те отсутствуют. Не самая умная мысль, деньги с собой забирают в первую очередь, но мало ли, что упустили в спешке. Заглянуть и проверить много времени не займёт.

До точки дойти не успел. Один из «гостей» прошёл мимо домов и вышел аккурат на меня. Он повернул голову в другую сторону, но сразу же повёл взгляд ко мне. Я шёл с оружием на изготовку и стоило чужой тени показаться в просвете, как прижался к дому, одновременно с этим натягивая лук.

Когда мужчина обернулся, стрела вошла ему в горло, закрывая возможность позвать на помощь. Мужик схватился руками за древко, но ничего не добился. Я кинулся к нему и подхватил заваливающееся тело. Опустил его бережно, в лужу, где он и затих. Слабоват оказался.

Сердце бешено стучало. В момент атаки я сосредоточился исключительно на цели, но когда дело было сделано и рядом больше никого не оказалось, взгляд выхватил другие детали. Нашивку на груди. С баронским гербом.

Невежество всем на голову! Кажется, я убил не того.

Или того. То, что догадка подтвердилась и это люди барона, ничего не меняло. Даже приди они сюда просто так, то увидев следы нашей деятельности и останки плоти мертвых… То для нас двоих это означает смертельный приговор, стоит барону узнать. Да нас сам Сергиус и прикончит. Не от большого желания, по приказу, но точно прикончит.

Так что долой лишние сомнения. То, что они хотели ограбить деревню лично меня немного успокаивает.

С другой стороны села раздался крик боли. Следом за ним встревоженный крик. У Каи дела пошли не так хорошо. Даже странно. Это она тут самая опытная, но почему-то все шишки сыпятся на её голову, а не мою. Хотя, если пересчитать количество полученных ран, то я окажусь в проигрыше.

Я перехватил лук, покрепче, вытащил стрелу и побежал. Когда выскочил на открытое пространство, то увидел, как Каю прижали к стене трое солдат. Двое лежали чуть в отдаление, на земле. Окровавленные и мертвые.

– Ты кто такая? – орал тот, что стоял по центру троицы.

Чем дальше дело обернётся, я не ждал. Прицелился и выпустил стрелу. Говоривший получил гостиниц в спину, но не упал замертво, а развернулся, выставляя копье перед собой и делая шаг вперед. Я на это лишь нахмурился, выцеливая место, куда вторую стрелу пустить.

Остальные двое дернулись, один повернул голову и это стало его последней ошибкой. Кая кидала очень метко. И очень сильно.

Колышек вошёл ему в бок, мужик охнул и отскочил. Вот в него то я и выстрелил. Стрела вошла ему во второй бок и он упал на колени, выпустив копье. Этот не боец.

В отличие от остальных двух. Тот, которого я подстрелил, бросился вперед, выставив перед собой копье. Я оценил его скорость, решимость и то, как он резво бежит со стрелой в спине и рванул обратно, между домов. Как пробежал, резко свернул направо, обогнул дом и снова выбежал на главную улицу, перепрыгнув через валяющиеся бревна. Мужик резвым оказался, но несколько секунд на поворотах потерял. Когда он выскочил, я послал ему ещё одну стрелу.

Которую он отбил копьем. Вот просто взял и отбил. Практик хренов.

– Эрано! – крикнула Кая.

Когда долго общаешься с человеком, то даже его крики учишься различать. Её тон означал: веди его сюда, вместе справимся. Если честно, в тот момент гора с плеч упала. Потому что я не знал, что делать с этим неубиваемым солдатом.

Развернувшись, я едва разминулся с острием копья. Мужчина когда приземлился, сделал вывод и чуть не достал меня. Кая метнула в него колышек, который врезался ему в бедро, но по касательной, без серьезных повреждений.

– Не ожидал, что дети бывают такими резвыми, – зло бросил мужчина. – Именем барона! Опустите оружие!

– Ещё чего, – с насмешкой ответила Кая, доставая ещё два колышка.

– Вы убили пятерых. За это вас казнят. Как и вашего наставника!

– Это если ты выживешь, – парировала девушка.

Мужчина прыгнул вперед, выбрасывая копье. Я видел, как внутри него вспыхнула энергия, как он ускоряется. Видел я и то, как он готовился к прыжку. Поэтому смог просчитать и предугадать траекторию. Выпустив стрелу на опережение.

Та врезалась ему в кисть. Брызнула кровь. Кол, который метнула Кая, он отбил древком. Дальше девушке пришлось уклоняться, чтобы не быть нанизанной на острие. Кая отпрыгнула назад, разорвала дистанцию и позволила мне выстрелить ещё раз. Стрела снова угодила в спину, но отскочила. У солдата под курткой была скрыта защита.

Он развернулся в мою сторону, но в этот момент Кая выпустила темное лезвие. То угодило мужчине под колено и перерубило его. Солдат закричал и упал. Его перекошенное от злости лицо повернулось к девушке и… Моя стрела пробила ему щёку. Он задергался и вскоре затих.

– Ты как? – глянул я на Каю.

– Цела, – ответила она, тяжело дыша.

– Как это они тебя зажали? Думал, ты их легко всех покрошишь.

– Отвали, – махнула девушка рукой.

– Как скажешь. Это был крепкий практик, да? – посмотрел я на последнего убитого.

– Неудачник, который не шагнул на ступень внешних таинств. Будь иначе, так бы легко не отделались.

Я покивал, подтвердив свою оценку. У барона имелось больше возможностей натренировать дружину. Но больше – это в сравнение с рядовыми крестьяминами. А так то подготовка солдат не сильно отличалась от того, что проделывал с нами Сергиус. Иначе говоря, среди солдат баронства сложно найти реально опасных противников. Если они вдруг появлялись, то либо становились командирами отрядов, либо уходили под руку герцогу. Этот тоже командиром был. Маленького отряда. И продемонстрировал, что его не так-то легко убить.

– Про остальных, думаю, спрашивать смысла нет.

– Слабаки. Приблизительно так и выглядит дружина любых баронств. Крестьяне, которых немного поднатаскали.

– Думал, что они будут сильнее.

– Это с чего бы?

– Ну, мы же дети.

– Смешно, – Кая ничуть не посмеялась, – Я живу вторую жизнь. Ты тоже странный.

– Спасибо за оценку.

– Да брось ты. Я же говорила, что многое решает предрасположенность. Откуда ей взяться у обычного крестьянина, который не захотел горбатиться в поле и подался к барону на службу? Для изучения любых более менее ценных таинств требуются специи. Которых на всех не хватает. Тем более не хватает, чтобы регулярно их принимать.

– Ясно. Это люди барона, – заметил я.

– Ты поразительно наблюдателен. Испытания пошли тебе на пользу, – голос Каи так и сочился ядом.

– Мы влипли.

– Чего это?

– Как же…

– Эрано, хватит. Помоги собрать тела лучше. Забирай с них всё ценное. Деньги в первую очередь. Оружие тоже пригодится. Тела сожжем.

– Звучит слишком практично. Как-то нехорошо вышло.

– Слушай, – разозлилась Кая, – Они пришли сюда грабить. Наверное барон выпустил поисковые отряды, чтобы те проверили окрестности. Или это были охотники на мертвых, но тогда они какие-то слабые. Скорее разведывательный отряд, прикрепленный к более сильному отряду. В любом случае, мы не могли им позволить уйти. Они видели слишком много. Узнали про нашу добычу.

Кая излагала логично, то, что я и сам понимал. Не напади мы первыми, они бы нас ограбили. А то и вовсе прихлопнули под шумок. Оставить детишек в живых и тогда добыча уйдёт в чужие руки или избавиться от них и тогда добыча достанется им. Далеко не для всех здесь выбор однозначен.

– Они увидели крупную добычу, – продолжила Кая, видя мои колебания, – Ты не представляешь ценность того сердца, что я тебе дала. Уже почувствовал, как продвинулось твоё восхождение?

– Есть немного.

– Как закончишь, будет ещё больше. Сколько ты срезал? Год или два ежедневных тренировок?

– Пока рано судить.

– Да я и без твоих суждений знаю, что почем. Для серьезного таланта прибавка будет не так щедра, но всё равно – большинство убьют не задумываясь, узнав, с чем столкнулись. По закону мы вообще не имеем права пользоваться такими специями. Обязаны сдать добычу барону и получить спасибо в качестве благодарности.

– Всё-всё, – выставил я руки перед собой, – Хватит меня накручивать. Давай лучше делом займемся.

Глава 2. Поисковый отряд

Кая скребла ложкой по тарелке, выгребая остатки каши.

– Почему ты такая спокойная? – спросил я.

– Мой отец мертв. Чего ещё желать?

– Я про другое. Почему ты ночью спокойная?

– А, ты всё про это… Так чего нервничать? Пути отхода подготовили, оружие я сделала, опыт ты получил. Ещё и сильнее стал. С одной стаей мы разобрались. Сегодня к нам придут, если сильно не повезет. Ставлю на то, что основная масса мертвых в другом месте.

– Вот опять, – выставил я палец в её сторону, – Либо это непрошибаемая уверенность, либо фатальность.

– Всё проще, Эрано, – отставила она тарелку в сторону, – Я хорошо изучила мертвых. Знаю их повадки. Знаю особенности. Когда они появляются столь редко, хочется быть максимально подготовленной.

– И что тебе говорит твоя подготовленность?

– То, что мертвые чуют жизнь, объединяются в группы и их полководцы ведут стаю туда, где больше всего живых.

– А это точно не мы.

– Именно.

Аргументы шли по десятому кругу, но я никак не мог до конца успокоиться.

– Тогда получается, что нашим людям несладко приходится.

– С каких пор они твои, Эрано? – рассмеялась Кая, – Эти люди принадлежат барону. Он обязан их защищать.

– Это отменяет то, что мы можем помочь?

– Если очень хочется, то не отменяет. Но разве ты забыл, что являешься ребенком? Сам подумай, как это будет выглядеть. Детишки спасают толпу взрослых. То, что нам повезло пару раз не означает, что мы справимся с большей угрозой. У барона есть дружина. Есть сыновья, в которых он вкладывается. Есть он сам в конце концов.

– Если кто-то погибнет из знакомых, от этого легче не будет.

– А ты, я смотрю, прикипел к ним?

Вопрос смутил. Прикипел ли я к этим людям… Моё сердце, душа и разум принадлежали совсем другому дому. Я всегда знал, что нахождение здесь – всего лишь приключение. Быть может, одно из многих. То, что приключение длинною в жизнь ничего не меняло.

Для эарца было грехом прикепеть к другим, утратить связь с корнями. Да и нельзя эту связь утратить. Грешников бог покарает лично. Для них есть персональные котлы невежества, где души грешников будут существовать в ничто, в месте, где отсутствует что-либо, а значит там нет информации, нет пищи для разума. Никаких пыток, реальных котлов и мучений – обычное ничто, но оно пугает эарцев сильнее чего-либо другого.

Так прикипел ли я? Пожалуй, что да. Но как гость, который всегда помнит, что ему придется уходить.

Нам рассказывали про эти опасности. Обычные тела несовершенны, подвластны привязанностям и эмоциям. Легко забыть истинную цель, если влюбиться, завести семью, детей… Это дозволялось только в том случае, если способствовало обретению знаний. Шанс настолько маловероятный, что лучше не злоупотреблять.

Это всё не означает, что эарцы бесчувственные мудаки, которые лишь алчут новых знаний. По крайней мере я не хотел быть таким. Так что да, я бы с радостью помог людям, с которыми рядом столько лет прожил.

– Есть немного, – озвучил я результат размышлений, – Если можно помочь, надо помочь.

– Ключевое слово – если? Или ты хотел сказать, что помочь надо любой ценой?

– Если, – со скрипом ответил я.

– Я рада, что ты сохраняешься благоразумие, – откровенно насмехалась Кая.

– Ну а ты что? Не прикипела к тем, кто приютил тебя?

– Приютил? – Кая говорила тихо, но я отчетливо услышал бурю в её голосе, – Ты про Сергиуса, который готовит нас себе на смену в качестве дани барону? На роль убийц! Хорош же приют!

– Это лучше, чем ничего, – пожал я плечами.

– Не спорю. Но почему-то Сергиус не планирует готовить своих дочерей на ту же роль. Мы с тобой – всего лишь откуп для него. Инструмент для защиты своих близких.

– Это не так, – возразил я, – Сергиус относится к нам хорошо.

– Крестьяне к скотине тоже хорошо относятся. Да бессмертные тебя забери, я к мертвецам хорошо отношусь, потому что они позволили мне стать сильнее!

– Ты не ответила. Совсем не прикипела? За года здесь, никто не стал тебе близким?

– Только ты. Да и то, не стоит отрицать, что наши отношения строятся на взаимной выгоде.

– Не буду отрицать. Но я думал, что за этим стоит и что-то большее.

– Что же? – наклонила голову Кая. В её словах звучал интерес вперемешку с насмешкой.

– Не знаю, слышали ли ты в прошлой жизни, есть такое слово – дружба называется.

– Ой, Эрано, не начинай, – снова засмеялась она обидным смехом, – Где же были твои друзья, когда братья закинули тебя в магический ритуал, чтобы избавиться?

– Они…

Дрянная девчонка. Не было у меня друзей. Я был высокомерным, думал о себе и единственный, кем дорожил – мамой. Те женщины, которых я соблазнял и которым давал соблазнить себя – они всего лишь приятное удовольствие, а не что-то больше. Уж точно не друзья.

Дерьмо.

– Так мы не друзья? – спросил я прямо.

– Не знаю. Я не умею дружить. У меня, как и у тебя, никогда не было друзей, – Кая прекрасно догадалась, почему я замолчал перед этим.

– Тогда если мы с тобой два одиночества, то предлагаю попробовать.

– Что? – зафыркала девушка.

– Дружбу. Для чего-то другого мы слишком молоды.

– Эрано, Эрано, – погрозила она мне пальцем, веселясь.

Я тоже улыбался. Чего бы и не поулыбаться.

* * *

Деревню я покидал с тяжелым сердцем. Мы прибрались, как могли, заметая следы. Трупы сожгли за пределами деревни. Пришлось потрудиться, но крестьяне в этом вопросе поднаторели. Хоронить в землю банально опасно из-за ночей, поэтому все трупы утилизировались и для этого всегда имелся запас дров и жидкость для разжигания, которую варила Тара.

Заодно в огне сожгли мертвую плоть. Ту часть добычи, которую не пустили сразу в дело – прикопали в лесу, в одном из тайников Каи.

Стоило выйти за пределы деревни, как сразу был виден масштаб бедствия. Сейчас осень, зелень увядает, но… Вместо буйства желтых и оранжевых красок вокруг царили серые плеши. Природа не была полностью уничтожена. Но она будто разом состарилась на пару десятков лет. Состарилась, прогнила и превратилась в дурно пахнущее нечто серого цвета. В особо пострадавших зонах мы шли с платками на носу, чтобы как-то снизить зловоние.

Единственное, что прихватили из вещей баронского отряда – основания копий. Лезвие я сбил и на их место Кая поставила костяные аналоги. Также она их зачаровала. Теперь обычное копье было способно прорубить металл или сильно ранить крепкую тварь. Мертвецы не просто временно отрубаться будут, а надежно выходить из строя. Хорошее оружие. От него веяло совсем другой опасностью.

Правда, если нас с ним поймают, то жди беды. Но мы пошли на этот риск, когда отправились в путь. Двинулись к замку барона. Чтобы и охоту продолжить, и наших найти. Идти будем окольными путями, чтобы не нарваться на разъезды. Столько по этим лесам и полям набегали, что никто нас не увидит, если не захотим. С моим даром видения это проще простого.

Был соблазн прихватить чужих лошадей. Хорошие создания, побыстрее и выносливее наших будут. Но это точно приговор. Лошадок сразу узнают и догадаются, где именно отряд пропал. Можно попробовать отбрехаться и сказать, что хозяева лошадей героически пали в бою или и вовсе, что их не видели, но слишком уж мы сами по себе подозрительны. Дети, гуляющие пусть и днём, но вдали от взрослых – это нонсенс. Возник вопросы. А если нас поймут и изучат, что мы несем с собой… В общем да, не вариант.

Поэтому лошадей мы взяли, удались на час от деревни, да отправили их в свободный путь. Это был рискованный план. Всегда есть шанс, что нас кто-нибудь заметил бы. Оставалось уповать на то, что много отрядов рассылать не буду. Их ведь в принципе мало и основные силы соберутся у барона.

Но лошадок жалко… Они может и выживут, но мы бы с ними ещё до темна добрались до городка.

Дальше шли пешком. Точнее бежали трусцой. После того, как я энергию сердца впитал, то раны чуть ли не на глазах заросли. Словно пару недель прошло. При резких движения ещё покалывало, но я хоты бы мог бежать, не рискуя загнуться.

До деревни успели до того, как мертвая ночь вернулась с новой силой. На этот раз обошлось без дождя и сильной облачности, что, подозреваю, выиграло нам полчаса-час. Тем не менее, добрались, когда наступили сумерки.

Встретили нас следы боя.

Кто-то большой и злобный снёс забор, а потом и по домам прошёлся. На фоне открывшегося зрелища наша деревня вспоминалась, как образец чистоты и порядка. Здесь же от силы пара зданий остались целыми. Не все были снесены до основания, кое-какие всего лишь покосились, но всё же. Дурное зрелище.

– Видишь что-то? – спросила Кая.

– Ничего. Ни мертвых, ни живых.

Сергиус с нашими крестьянами должен был заночевать здесь. Если повезло, то ему на подмогу барон прислал отряд солдат. О которых я теперь был не особо высокого мнения.

Ближайшие к пролому дома оказались полностью растворены. Так сразу это и не заметишь в темноте. Но стоило подойти, как под слоем грязи нашлись следы.

– Это чем так? – спросил я Каю.

– Высокое таинство. – ответила она буднично. Девушка смотрела на зрелище скучающим видом. Её ничто не удивляло. – Что-то похожее на растворение, что мы видели. Только мощнее.

Я перевёл взгляд на бревно, которое торчало из крыши дома в конце улицы. Не удивлюсь, если оно пролетело через пол деревни и только после этого вошло, как стрела.

Плохо… Очень плохо.

– Здесь был как минимум один командир и один мертвый зверь. – сказал я.

– Да.

Значит, Сергиусу и людям точно пришлось вступить в бой. Мертвые бы просто так не разносили деревню. Им это незачем.

– Нет тел. Нет крови. Нет мертвых, – сказал я, когда мы прошли деревню из конца в конец.

– Это нормально. Если гибли люди, они пополнили ряды мертвых. Кровь истлела под поветрием. Как и любые следы, типа кишков и прочего. Если гибли мертвые… В этом случае их тоже могли забрать. Либо как добычу, либо как запчасти.

– Запчасти?

– Разве я тебе не рассказывала про химер?

– Эм… Нет, – покачал я головой, точно зная, что запомнил бы.

– Это такие создания, сплав живых и мертвых. Не обязательно людей, животных тоже в ход пускают. Для этого нужен кукольник… Выглядит он как мертвый командир, на глаз в жизни не отличишь, исключительно по делам. Он берет куски плоти и кости разрушенных мертвых и убитых людей, приделывает к живым. Потом обрушивает на это своё таинство и на выходе получается злобное чудовище, иногда самое опасное, что есть в армии мертвецов. Но это много тел надо. Очень много. Я слышала про химер из сотен убитых.

– Кая… – выдохнул я, осознавая тот ужас, с которыми мы можем столкнуться.

– Кая то, Кая сё. Идем дальше. Здесь нам искать нечего. Я думала хотя бы переночевать в доме, но…

Это место пропиталось мертвым поветрием. Дома сгнили и воняли чем-то кислым и нехорошим. Спать под открытом небом тоже не вариант. Придётся всю ночь идти или скорее бежать, спасаясь от мертвецов.

– Как думаешь, наши все мертвы?

– Не знаю. – ответила Кая, – Думаю, что нет.

– Почему так решила?

– Это не решение, а надежда, – девушка посмотрела на меня.

Я хмыкнул, не ожидая такого ответа. Кая и сентиментальность? Или Кая и подколки? Я поверю скорее во второе, чем в первое.

Мне тоже не хотелось верить, что все наши погибли. Сергиус крут. Крут же, да? – спрашивал я себя, пытаясь убедить, что люди выжили. С одной стороны я помню, как он чуть не погиб от лап одного сильного, темного создания. С другой стороны, он может легко справиться с отрядом солдат. А значит и с отрядом мертвецов. С третьей стороны… Да чтоб невежество на головы мертвых свалилось! Сколько здесь не думай, а любой случай может перечеркнуть любые расчёты.

Кая готовилась специально против мертвых. Она сделала оружие, способное их отправлять в спячку на минуту-две. У Сергиуса такого преимущества не было. Он в принципе мог не знать, как создать нечто подобное. Про других крестьян я уж молчу.

Вот и получается, что наставник может быть хорош против обычных людей, но спасовать против мертвеца. Или наоборот, убивать их с особой легкостью. Я пока не настолько разбирался в таинствах, чтобы спрогнозировать развитие ситуации.

– Пробежимся? – предложила девушка, отвлекая меня от гнетущих размышлений.

– Я не настолько хорошо себя чувствую.

– Направляй энергию в раны. В принципе используй энергию как можно чаще.

– Ты уже говорила.

– Никогда не лишнее повторить.

Спорить я не стал. Кая сдержала обещание. После того, как я полностью поглотил силу мертвого сердца, то внутри запустились многие изменения. Количество энергии постоянно прибавлялось. Я чувствовал, как формируется энергетическая структура. Из-за этого мышцы будто горели, у меня поднялась температура, но это не было болезнью – просто побочный эффект от перестройки организма.

Девушка как-то упоминала, что тело обычного человека сильно отличается от тела опытного таланта. Теперь я понимаю, чем.

Так дальше и шли, иногда переходя на бег, если дорога позволяла. Я пытался научиться управлять новой энергией, Кая выбирала путь. На ночь остановились в роще. Дежурили по очереди. Четыре раза на нас выбегали мелкие твари. Не полноценные мертвецы, а скорее зверьки, размером где-то мне по колено, напоминающие шары на паучьих лапках.

Подстрелишь такую и её труп выделяет миазмы яда. Я этих существ замечал заранее и успевал подстрелить до того, как нашу поляну накроет. Кая тоже как-то справилась со своим дежурством. Подозреваю, что её сила значительно выросла.

Об этом я девушку и спросил на утро.

– Что ты теперь умеешь?

– Ты хотел спросить, насколько я стала сильнее?

– Разве это не одно и то же?

– Разница большая. Умела я и вчера много. Особо ничего не изменилось. А сила…

Кая махнула ладонью, словно нож бросала. Дерево, что стояло метрах в тридцати от нас, срезало. Оно медленно соскочило и под треск завалилось на землю. Я не поленился, подошёл поближе рассмотреть. Толщина ствола как три моих ладони в длину. Срез идеально ровный.

– Поздравляю, – повернулся я к Кае, – Прибавка, как погляжу, существенная.

– Да. Убавилось угроз, которых нам нужно опасаться. Это с одной стороны…

– А с другой?

– Если кто узнает, насколько я сильный талант, то возникнут вопросы. Не может девочка обладать такими знаниями. Для этого нужен учитель. Сергиус на эту роль не тянет. А значит… Как думаешь, если я смогла добраться до исследований отца, то могла ли информация просочиться и попасть в чьи-то руки? Например к герцогу Урсувайскому, который захватил замок.

– А вместе с ним и документацию… – покивал я, – Или как там твой отец хранил информацию.

– В записях и хранил. Которые я не уничтожила по дурости, – вздохнула она, – Простая арифметика, не находишь? Темный Герцог исчезает, его дочь тоже, а потом в одной из деревень появляется талантливая девочка. Вместе с талантливым мальчиком, кстати, – усмехнулась Кая, – Нас убьют. Обоих. Или захватят в плен и будут пытать, чтобы выведать секреты. Вот ты, Эрано, сколько выдержишь под пытками?

– Не думаю, что много, – честно признался я.

– Я тоже, – это не походило на Каю. Она никогда не любила показывать слабость… Ну, лишний раз не любила, – Палачи герцогов всегда хороши… Запомни это.

– Если так, то неразумно идти к людям.

– А я предлагала сбежать, – рассмеялась девушка. Тихо, так, чтобы нас никто в лесу не услышал. – Но уже поздно. Не думаешь же ты, что охота закончилась?

– Кая… На кого ты ещё собралась охотиться?

Следующие противники по уровню силы были слишком опасными, чтобы даже с новыми силами на них выходить.

– Хорошо бы ещё несколько начинающих талантов поймать. Их сердца помогут отшлифовать то, что мы получили. Но в идеале поймать рыбу покрупнее.

– Только не говори, что мы идем охотиться на рыцарей.

– Не скажу. Они слишком редки и наверняка сейчас где-то возле замка. Либо баронского, либо герцогского. Успокойся, Эрано. Не надо меня так глазами сверлить. Мы хорошо потрудились, остальные части плана выполним, если повезет. Попадется кто – хорошо. Не попадется – горевать не буду. Нужно ценить то малое, что имеешь. Запомни и эту мудрость. Дольше проживешь.

Хотелось сказать, что знаний много не бывает. Но Кая права. Надо ценить то, что есть, даже если это что-то мало, как вошь.

– Насчёт попадётся. Нам за всю ночь мало кто попался. Меня это смущает.

– Лучше бы вместо смущения ты пораскинул мозгами. Кажется, Сергиус перехвалил твой ум.

Я на это закатил глаза, показывая, насколько устал от наших препирательств.

– Смотри, в чём тут дело. Представь, что ты вражеское государство, которое собралось вторгнуться к соседу. Только граница у вас не простая, а такая, что проходы открываются очень редко. Нужно дождаться этого момента, потом собрать войска… Не будешь же ты их вечно держать. Только в момент открытия и начнёшь собирать.

– Пока метафора понятна. – кивнул я.

– Молодец какой, – поощрительно улыбнулась девушка, в чём язвительности было больше, чем в самом лютом сарказме. – Двери открываются, но им нужно время, чтобы полностью раскрыться. Сначала в щели пробегают обычные мертвые. Спустя несколько часов появляются командиры. Они могут собирать войско на месте, а могут привести с собой стаю. А могут и оба варианта совместить. Если территория ночи большая, то эти стаи выходят в разных местах и…

– Действуют, как получится?

– Да! – Кая победно воскликнула, словно я и правда дал гениальный ответ. – Идут к ближайшим живым. Так мы наткнулись на ту стаю. Или они на нас наткнулись, не важно. А потом, когда дверки приоткрылись в полную силу, заходят мертвецы посильнее. Что они делают?

– Берут стаи под контроль.

– Именно! А теперь представь, что у мертвецов уровня рыцарей, способность найти живых в сотни раз выше, чем у обычных существ. Они собирают информацию у стай… Хотя тут спорный момент, потому что никто точно не знает, как у них это происходит. Одно знаю точно. Рыцарь всегда идёт к самому крупному людскому скоплению. Причем если места будет два или больше, он выберет то, где сильнее практики.

– Почему? – эти детали я слышал впервые.

– Есть мнение, что не только мы за их счёт развиваемся, но и они за наш.

– О как.

Ощутить себя кормом для чьей-то восхождения оказалось неприятно.

– Да, вот так. Уверена, сейчас уже появился рыцарь. Вторая ночь, как никак. А значит и стаи он призывал. Двое слабые детишек его заинтересовать не могут, так что вот тебе ответ, почему нас никто не трогал.

– Поэтому ты такая спокойная?

– Да. Тебе тоже советую расслабиться. Пора в путь.

Знание – сила. А ещё знание это спокойствие. Как и средство издеваться над ближним своим. Что мешало Кае рассказать об этом раньше? Только её вредность, больше ничего.

Глава 3. Битва

Куда не посмотри, везде серые плеши. Природа проиграла, увяла и что-то не похоже, что скоро отыграет своё. Скорее наоборот. Тотальное, безоговорочное поражение.

– Ого, – выдала Кая, когда огляделась.

Мы с ней продирались через лес, когда увидели это. В ожиданиях было ещё минимум час идти среди деревьев, но впереди ждала… серая пустыня. Как будто вырезали круг реальности.

– Что значит твоё ого? – повернулся к девушке.

– Нам повезло. В смысле, если выживем, то это везение.

– Пояснишь?

– Если ты наберешься терпения.

– Тогда не делай такие длинные паузы между словами, – проворчал я.

Кая специально так говорила, чтобы создавалось впечатление, будто каждое её предложение – конец речи.

– В обычные ночи миры соприкасаются немного, нет таких необратимых изменений. В опасные ночи иначе. Миры наслаиваются друг на друга. Часто этот эффект достигает пика в какой-то точке. Реже – в нескольких. Зависит от обширности соприкосновения.

– Главная опасность исходит отсюда?

– Именно. Обычно из таких мест появляются сильнейшие твари. Также это место служит проходом.

– Так это и так понятно…

– Проходом к ним, Эрано, – сказала веско Кая. – Не только они к нам лезут, но и мы к ним. Уверена, люди герцога уже спешат сюда, чтобы урвать самое ценное. А то и вовсе уже здесь, но с другой стороны плеши.

– Как бы они так быстро сюда добрались?

– В дружине герцога не может быть слабых людей. Да и лошадки у отрядов охотников необычные. Поверь, когда надо, они перемещаются очень быстро.

– Тоже хочу. А то жутко скучно так медленно путешествовать.

– Становись герцогом, – рассмеялась Кая.

На фоне серой пустоши, где не было ровным счётом ничего, это выглядело неестественно и зловеще.

– Наш план какой? Идём туда?

– Нет! – воскликнула Кая, обрывая смех, – Это только для слаженных отрядов талантов-ветеранов. Мы аккуратно пойдем вдоль. Попробуем найти, где войска засели. Обойдем их и двинемся к замку барона. Если от него что-то осталось.

– Ты как всегда пессимистична.

– Знаешь, сколько я видела разрушенных деревень? Много. Некоторые сама разрушила… – Кая ушла в себя, но быстро вернулась и продолжила, – Это норма жизни. Не знаю, как было у тебя дома, но у нас – именно так.

Земля впереди зашевелилась и из праха показалась голова мелкого существа. Того, который взрывается после смерти и яд распространяет. Кая тоже его заметила, но и бровью не повела, наблюдая, как существо выбирается и приближается к нам медленно.

– Деревни – расходный материал. – продолжила она говорить, – Их легко разрушают и легко отстраивают заново.

– С таким подходом, как у вас здесь все не померли?

– Крестьяне плодовиты. Их жизни скоротечны. Плодятся, как мухи.

– Это твоя философия или философия твоего отца?

Кая дернулась, как от пощёчины. Я же выпустил стрелу и подбил мелкую тварь.

– Хороший вопрос, Эрано, – безжизненным голосом ответила Кая.

– Это мой конёк, хорошие вопросы.

– За некоторые вопросы и убить могут.

– Не начинай. Лучше скажи, почему сейчас день, а эта тварь вылезла на нас?

– А ты считай, что мертвая плешь не принадлежит нашему миру. Поэтому слабые создания могут на ней выжить и днём. Заметил, как она медленно двигалась?

– С сильными тварями также?

– Ещё хуже. Почему-то дневной свет лишает их сил. Учёные мужи говорят, что это из-за того, что наш мир для них не родной. Также, как их мир для нас.

– Ты была по ту сторону?

– Была. Ничего интересного, если честно. В мертвой зоне унылый пейзаж. Прямо как этот.

– Как же ты там выжила, если это не родное место для людского рода?

– С трудом, – вздохнула девушка.

Она отвернулась от плеши и пошла назад, в лес.

– Там нет еды. Нет воды. С воздухом беда. Где-то можно вздохнуть, где-то нет. Нужна большая сила, чтобы выдержать влияние мертвой энергии. Говорят, есть места, где в другие миры ходят свободно, охотятся там, восходят выше и выше. У нас не так. На своей памяти только одну вылазку в мертвую зону помню.

– А в темные ночи?

– С ними проще. Хватает территорией, где темная ночь сильна. Не надо лезть глубоко, чтобы найти тварь и получить с неё добычу. Хватит болтать, Эрано. Лучше смотри по сторонам внимательнее. Мы должны остаться незамеченными с этим оружием.

– Не разумнее ли его сбросить?

– Не раньше, чем я буду уверена в своей безопасности.

– Как скажешь.

Кая пошла вдоль плеши по лесу, я за ней. Насколько видел, вокруг не было ни одной живой души кроме нас.

* * *

Армия герцога одним своим видом внушала уважение и трепет. Через пару часов продвижения по лесу, мы вдали увидели лагерь. Приближаться не стали, залезли на дерево повыше, оттуда подробности и разглядывали.

Я бы с удовольствием подошёл впритык, но нельзя. Слишком много вопросов возникнет, что дети делают в лесу рядом с мертвой зоной. Мы и так рисковали нарваться на поисковый отряд, но я поблизости никого не видел, а Кая заявила, что мне полезно взглянуть на то, как действуют крепкие таланты.

Трудно было с ней не согласиться. Моё любопытство разыгралось, как никогда прежде. С нашей точки лагерь выглядел игрушечным. Но кое-какие детали я разглядел.

– У них всех металлические доспехи?

– Да, – Кая сидела на пару веток ниже. Кажется, она со мной полезла просто за компанию, а не потому что ей было действительно интересно.

У солдат барона я такого не видел. У них встречались металлические элементы на кожаных доспехах. С металлом вообще в окрестностях туго было. Даже гвозди купить – та ещё проблема, не говоря уж о металлической защите или оружие.

– Их тут не много, – заметил я.

– Если не было потерь, то пятьдесят человек.

– Почему так мало?

– Время и расстояние. Это передовой отряд охотников. Их задача найти центр угрозы и… организовать там добычу.

– Не защитить людей?

– На словах конечно же первична защита земель, – хмыкнула девушка внизу, – А на деле… Понимаешь, в чем дело, Эрано. Герцоги постоянно между собой грызутся. Их армии – это основной способ решать вопросы и защищаться. Если твоя армия слаба – тебя сметут. Если ты сам слаб – тоже сметут. Поэтому каждый герцог испытывает потребность в непрерывном усиление. Ты уже оценил, какие возможности подарила мертвая ночь. Логично, что герцог тоже хочет этим воспользоваться и уже пользуется вовсю, как мы видим.

– Ясненько. Ты же знаешь, что умеют эти таланты? Расскажешь?

– У герцога Урсувайского есть три школы. Одна готовит наследников, это внутренняя школа. Вторая готовит рядовую армию. Третья – охотников, которых ты видишь перед собой. У них довольно много знаний накопилось, поэтому последователи могут выбирать. А всё перечислять я устану.

– Ты не думала поступить в эту школу?

– Шутишь? – я глянул вниз и увидел нахмуренное лицо Каи. – Пойти служить тому, кого привыкла считать врагом – это издевательство какое-то. Да и не берут они женщин. Война – удел мужчин в этом герцогстве.

– Но ты же воевала.

– Моему отцу было плевать, что у тебя между ног. Он в этом вопросе сугубо практичен. Был. Чтоб он страдал до скончания времен и никогда не переродился! Дети для него всегда были инструментом. Если у тебя что-то получалось, он это использовал.

– А что получалось у тебя?

– Вызывать ненависть наших противников. Решать поставленные задачи. Любой ценой. Так что, Эрано, узнай крестьяне, с кем ты дружбу водишь, тебе в лучшем случае плюнут в лицо.

– Ты мне не показалась такой уж злобной.

– Серьезно? – на этот раз я увидел недоуменное лицо, – Теряю хватку.

Отвлекшись от Каи, вгляделся в воинские порядки. На первый взгляд талантов не много собралось. Пятьдесят – это в два раза меньше, чем у нас крестьян в деревне.

Но каждый в доспехах. Начищенных и сверкающих. С нашей позиции на фоне уходящего солнца их хорошо видно. Пришли они не своими ногами. Добрались сюда на каких-то существах. Подробностей, к сожалению, я не рассмотрел. Лишь видел, что эти зверюги стоят в наспех построенном загоне. Помимо пятидесяти охотников присутствовал и кто-то вроде свиты.

– Кая, а они не одни? Кто с ними?

– Оруженосцы, обслуга. Следят за лошадьми, готовят еду, обустраивают лагерь. Обычно в оруженосцах ходят те, кто сам хочет стать охотником. Набираются опыта, не залезая в самую гущу.

– А что делают те, кто ходит по плеши?

– Расставляют ловушки. Есть специальные таинства для этого.

Жаль, что нельзя подходить ближе. Так бы я удовольствием посмотрел, какие таинства используют эти люди. Глядишь, чему то бы научился.

Минут через двадцать, когда солнце коснулось горизонта, а от серой плеши отчетливо повеяло опасностью… Да и поветрие появилось, намекая, что внутрь лучше не соваться… К лагерю охотников заявилась кавалерия. Ещё штук пятьдесят всадников.

– Ничего себе, – зацокала Кая. – Знакомься, Эрано. Главный противник моего отца. Сам Кристиан Изгоняющий. Тот, кто по слухам взошёл на следующую ступень после таланта. Один из сильнейших воинов королевства.

– Прости за глупый вопрос… Но кто из них Кристиан?

– Тот звероватого вида мужик на животном, напоминающем быка.

– Аа…

Я сначала подумал, что это обычный боец. Ну мало ли какие типы встречаются в войске. Не сочетается внешность этого человека с именем Кристиан Изгоняющий. Я ожидал увидеть кого-то более утонченного.

Этот мужчина был здоровым. Настолько огромным, что выделялся даже на расстояние, откуда я его рассматривал. Черты лица не видел, но мощнейшую фигуру, на фоне которой остальные выглядели мелочью – да.

– Раз он здесь, значит будет большая драка. Нам надо решить, остаёмся или нет. – отвлекла меня от размышлений Кая.

– Риски?

– Риск в том, что нас накроют случайной атакой. Обычных мертвых можно не опасаться. Они сбегутся на войско. Я бы осталась. Хочу посмотреть, что покажет Кристиан.

– Тогда остаёмся.

Я тоже хотел посмотреть. Желательно так, чтобы они не спешили, делали всё медленно и дали мне как следует запомнить детали.

* * *

Битва началась как-то резко, стоило солнцу окончательно исчезнуть за горизонтом. Как бы я не вглядывался, не смог различить, когда именно появились мертвые.

Разом из поветрия выскочило несколько сотен. Они бросились на людские порядки. Я не сразу осознал, что именно вижу. С нашей позиции это выглядело, как серая волна, что выплеснулась на берег. Только спустя пару секунд мозг осознал, что эта волна состоит из отдельных существ. Я постарался с учётом расстояния оценить скорость мертвых и пришёл к неутешительному выводу. Они раза в два быстрее чем те особи, что встречались нам с Каей.

Солдаты и охотники герцога выстроились где-то в сотне метров от места появления мертвых. Как бы последние быстро не бежали, у людей было несколько секунд на то, чтобы отреагировать.

И они сделали это.

Отсюда я различил лишь всполохи. Засверкали вспышки и орду мертвых снесло. Будто кто-то большой скосил траву. Раз, и нет орды мертвых.

– Первыми пошли рядовые мертвецы, – прокомментировала Кая. – В них разрядили типовые таинства. Никому не нужно, чтобы мелочёвка мешалась под ногами.

– Если это мелочёвка…

– Сам сейчас увидишь.

Я поёжился, осознавая, насколько нам повезло ранее. Две сотни мертвых это всего лишь «мелочёвка».

Следом за первой волной побежали мертвые звери. Они выбегали из поветрия десятками. Причем они побежали сразу же за обычными мертвецами. Дистанция была минимальной. Не было такого, что передовой отряд позволили уничтожить и только после этого сделали следующий шаг. Нет, это была единая атака.

Охотники оказались к этому готовыми. Пока первые ряды разносили мертвецов, лучники, стоящие за их спинами, выпускали стрелы. Некоторые снаряды светились и убивали мертвых зверей за раз.

А дальше мертвые сдали настоящий ход. Из клубов поветрия вылетела серая волна, накрывая разом всё войско. Я подумал, что на этом их история и закончится, но засверкало и серость развеяло.

– Рыцарь, – я едва различил голос Каи, настолько был поражен увиденным, – И Кристиан. Использовал купол очищения. Неплохо. Силы у него и правда прибавилось, слухи не врали.

Несколько секунд серость боролась со всполохами, а потом туман отбросило назад. Люди остались невредимыми. Их накрывало мягкое облако света. В темноте это делало людей особо заметными.

Сам Кристиан восседал на быке в центре построения.

– Он правда на быке катается?

– Это не бык. Это степной буйвол. Транспорт уровня сильного таланта. Хорошая защита, раз в пять выше, чем у лошади, вынослив. Стоит, как десяток баронств.

– Да ладно.

– Вот тебе и ладно. Их ещё попробуй найди. Нужно отправиться в степь и победить это гордое животное. Купить их нельзя.

– А как же они тогда могут стоить десяток баронств?

– Это чтобы ты их ценность осознал.

– Осознал. Проникся.

Затишье кончилось и из поветрия полетело одно таинство за другим. Черные ядра вылетела со скоростью стрелы, но Кристин их отбивал.

– Пока скучно, – сказала Кая, – Рыцарь умный пожаловал. Прощупывает оборону и готовит удар в другом месте.

– Что ещё за удар? – заозирался я по сторонам и увидел, как мертвецы окружают людей. – Ох…

– Предлагаю спуститься вниз и поохотиться.

– Ты шутишь?!

– Нет. Сейчас самое удобное время. А вон и рыцарь…

Кае не обязательно было говорить. Я и сам увидел, как поветрие разошлось в сторону и явило… Нечто.

Не сразу мозг догадался, что это два существа. Всадник верхом на существе со множеством лап.

– Надо же. Он ездит на химере. Надеюсь, Кристину надерут задницу.

– Разве это не будет означать, что люди потеряют эти земли?

– Твоя правда… Но как бы я хотела увидеть его поражение.

Химера походила на паука, которого собрали из разных кусков тела. Её было видно всего несколько секунд, а потом поветрие вернулось и я потерял существо и всадника из вида.

В следующий раз увидел, когда спускались вниз. Эта тварь прыгнула метров на пятьдесят и обрушилась на построение людей. Даже отсюда я услышал их крики.

Кристиан бездействовать не стал. Засверкало так сильно, что мне обожгло глаза.

– Не смотри туда! – крикнула Кая.

Шум поднялся такой, что нам не было нужды скрываться.

Когда спустились вниз, я потерял возможность видеть, что происходит на поле битвы. Но дел от этого меньше не стало. Мои глаза замечали, как по лесу бегут серые фигуры, чтобы присоединиться к битве.

На них Кая и собралась охотиться.

* * *

Когда подошли к городу барона, то увидели частично разнесенную стену и пострадавшие дома. Но что вселяло надежду – крестьяне уже занимались разбором завалов и восстановлением.

– Ты помнишь, как себя вести и что говорить? – спросила Кая.

– Да помню. Скорее звезды упадут нам на голову, чем я забуду.

– Тогда вид попроще.

– Куда уж проще. Мы и так в грязи измазались специально.

– Это для дела.

Ночь вышла насыщенной. Я бы сказал, что слишком. Зато теперь у нас на каждого по пять сердец, лежат дожидаются своего часа в тайнике, который соорудили в лесу. По плану на обратном пути их заберем.

Из оружия у нас с собой только луки. Опасно их светить, но тогда никак не оправдать то, что мы выжили и добрались сюда. Также несли и мешки с нехитрыми припасами. Весь наш вид должен был говорить – этим детям пришлось туго, они прошли через великие испытания, но смогли добраться, несмотря ни на что.

Что касается большой битвы – безоговорочно победил Кристиан. Отголоски его таинств долго ночь освещали. Он дрался с мертвым рыцарем не меньше часа.

Кая просветила, что добыча после битвы выйдет щедрой. Позволит усилить много кого, но не так, чтобы прямо сильно. Те сердца, которые мы добыли, помогут нам, детям, шагнуть ещё на одну ступень вперед, но для опытного таланта послужат всего лишь приятным бонусом. На вопрос, в чем тогда щедрость добычи, Кая уточнила, что усиление пусть и на десятую часть и без того сильного отряда, это и есть самая настоящая щедрость.

Когда подошли ближе к городку, по нам скользнуло пара заинтересованных взглядов, но на это всё и кончилось. Люди выглядели уставшими и измученными…

– Кто такие?

Пошли мы прямо через дыру в стене, но за ней оказались стражники, которые и остановили нас, выставив копья.

– Я Кая. Это Эрано, – указала девушка на меня, – Мы ученики Сергиуса. Он человек барона.

– Знаем такого. Вас не знаем, – нахмурился тот, что выглядел старше.

– Да я их видел, всё в порядке, – припомнил наши лица молодой, – Вы где ходили, детишки?

– По лесам бегали. Выживали, – сухо ответила Кая, – Сергиус здесь?

– Здесь, – кивнул молодой и переглянулся с «опытным», – Они там.

Когда отошли, я тихо спросил у Каи.

– Тебе не показалась их реакция странной?

– Что-то случилось.

Хочется верить, что в её голосе послышалось беспокойство. Я и сам его чувствую.

Идя по улице, я выхватывал лица людей. Женщина, что рыдала, сидя на крыльце. Мальчик смотрящий в никуда – он сидел на бревне, отвалившимся от разрушенного дома. Мужчина, без руки, с перебинтованным обрубком. Чей-то крик с соседней улицы. Снова плач.

– Наши там, – указала Кая направление.

Я и сам приметил знакомые лица. Хмурые, печальные, измученные лица.

– Сергиус, – вырвался из меня вздох облегчения, но я быстро осекся.

Наставник выглядел как-то не так. Он вышел из дома. В кожаном доспехе, с плащом на спине. Взгляд снова безжизненный, кожа бледная, как у мертвеца.

Он остановился, заметив нас. Поманил рукой.

– Вы живы, – констатировал он. – Это хорошо. Идите за мной.

И всё. Так не встречают, когда дела обстоят хорошо.

Мы пошли. Завернули за ближайший дом и увидели погребальную площадку, куда свозили трупы. Я никогда не жаловался на невнимательность. Сразу увидел то, что видеть не хотел.

Сергиус остановился, посмотрел на нас. Что-то для себя решил и подвёл нас ближе к мертвецам.

Дирман. Тара. Дочь и жена Сергиуса. Другие крестьяне.

– Как это произошло? – спросил я. Слова вышли наружу с трудом, горло пересохло.

– Мертвые. Поветрие. Больше всего досталось детям. У них нет защиты, – ответил он механически. – Мы должны идти к барону.

Мне хотелось сказать слова соболезнования, но Сергиус развернулся и пошёл, не дожидаясь реакции. Я переглянулся с Каей и отправился следом.

Замку барона тоже досталось. Уж не знаю, как мертвецы добрались сюда, но стену пробили, ворота вынесли и… Во дворе лежали тела.

Сергиус огляделся и направился к наследнику. Мы видели этого мужчину. Сейчас он выглядел на десять лет постаревшим.

– Сергиус, – обернулся он, – Ты готов принести клятву?

– Разумеется, господин, – поклонился наш наставник.

– Хорошо… – чувствовалось, что Кастал не в себе. – Сделаем это завтра. Сначала нужно отдать дань… погибших. Иди, занимайся своими людьми. Я слышал, вам тоже досталось.

Наставник ещё раз поклонился. Кастал смотрел на него пустым взглядом, но тут заметил Каю. Его глаза немного ожили, он хотел что-то сказать, но промолчал. А потом мы ушли и эта реакция осталась неразгаданной.

– Наставник, мы…

– Потом, – отмахнулся он, – Помогите нашим, чем можете. Наш дом… он цел?

– Когда мы уходили, был цел, – озвучила Кая заранее приготовленную ложь.

– Хорошо. Первая радостная новость.

Я почувствовал себя предателем, когда услышал это.

Не успели мы выйти за территорию замка, как протрубили в рог. Сергиус остановился и отошёл в сторону, встав около стены. Послышался топот и мимо нас… пронеслись, иначе и не скажешь, всадники. Тот, что двигался в центре, резко затормозил. Когти его зверя оставили глубокие борозды на земле. Да и на камнях, что попались на пути – тоже.

Новоиспеченный барон Кастал Тамал, который до этого выглядел потерянным, моментально собрался и поклонился. Остальные, кто присутствовал во дворе, опустились на колено. Я замешкался, не зная эту часть этикета и очнулся, только когда Кая потянула меня вниз.

Было отчего растеряться. Сюда явился сам Кристиан Изгоняющий, который ночью задал мертвецам. Но растерялся я не по этой причине. Когда он осматривал двор, то заметил меня и задержал свой взгляд.

Меня будто камнем придавило.

– Встань, Кастал, – прозвучал басистый голос, – Я слышал, что произошло с твоим отцом. Он был хорошим бароном. Надеюсь, ты не посрамишь семейное имя.

– Для меня честью будет служить, – распрямился Кастал.

– Тебе предстоит много работы, юный барон. Я бы рад задержаться, но нужен в других местах. Готов ли ты принести присягу прямо сейчас?

– Если так будет угодно, – кривовато улыбнулся Кастал.

Кристиан соскочил со здоровенного быка. Почти быка… Вместо копыт – широкие, когтистые лапы. Густая, жесткая шерсть. Длинные, острые рога. Зверь смотрел на всех так, будто готов в любую секунду сожрать любого. Ну и транспорт подобрал себе этот человек.

Кастал встал на колено и произнёс слова клятвы. Кристиан достал меч. Когда он сделал это, я уловил что-то странно. Будто на весь двор наложили тишину острого лезвия.

Закончив с присягой, Кристиан собирался вскочить на буйвола, но остановился. Он обошёл зверя по кругу и направился в мою сторону. Внутри всё сжалось.

Я рискнул поднять голову и посмотреть на него. С каждым шагом, что он приближался, Кристиан выглядел всё страшнее и внушительнее. Жгуты мышц, необъятный обхват плеч, грубое, некрасивое лицо, жесткие, черные волосы. Он был под стать быку – такой же мощный зверь.

– Ты, – указал он на меня, – Поднимись, мальчик.

– Да, господин, – встал я и склонил голову.

На всякий случай.

– Как тебя зовут? – спросил он.

– Эрано.

– Странно имя. Ты из этих мест?

– Да, господин.

– Откуда?

– Я живу в этом баронстве. На окраине.

– Хм… – прогудело это… существо. – Как зовут твою мать?

– Элиза, господин.

– Элиза… – выдохнул он. – Где она сейчас?

– Погибла.

– Сегодня ночью? – свёл он брови.

– Нет. Шесть лет назад. Когда пал Темный Герцог, его люди разбежались и…

– Её убили, – закончил он.

– Да.

– А отец? Как его зовут?

– Я не помню, господин.

– Почему? – требовательно спросил он.

– В детстве меня лошадь ударила в голове. С тех пор память о прошлых днях поблекла.

– Ты хорошо говоришь. Не как крестьянин.

– Мать меня учила.

– В какой деревни ты живешь?

– В моей, господин, – подал голос Сергиус.

– Ты его приютил?

– Да, господин.

Повисла тишина. Кристиан о чем-то думал, не заботясь о том, что десятки людей стоят на коленях, ожидая, пока он уедет. Кивнув каким-то своим мыслям, он развернулся, дошёл до быка, легко запрыгнул на него и уехал.

Я остался на месте, думая о том, что произошло.

Глава 4. Возвращение

Кая сидела на поваленном дереве, подкидывая нож. Тот взлетал и опускался точно в ладонь. Идеально выверенное движение.

– И что дальше? Готов поспорить, что в твоей с каждым днём хорошеющей головке созрел очередной безумный план.

– Я не поняла, ты меня сейчас уродиной назвал?

– Вообще-то, сделал комплимент твоему уму, но, кажется, по…

Вжих.

Нож врезался в землю рядом с моей ногой. На палец левее и…

– Хорошо подумай, что хочешь сказать.

– Ты злая, как тысяча невежественных идиотов.

– Чего? – девушка свела брови, уставившись на меня.

– План какой?! Что делать будем?

– Уйдём в дальний поход.

– Цель?

– Откроем охоту на темных тварей. Это единственное, чем можно заняться зимой.

– Холодно будет.

– А куда деваться.

После того, как Кристиан уехал, нам никто ничего не сказал. Более того, про нас забыли. Сергиус ушёл и проводил время с дочерью. Крестьяне либо ухаживали за ранеными, либо помогали восстанавливать город.

Ночь закончилась. Я специально нашёл столб и проверил. Отметка сместилась на пустую графу. Сегодня можно будет спать спокойно. Если забыть о том, что многие из тех, кого я знал, погибли.

Помощь наша особо нигде не потребовалась. Две пары детских рук были не в силах исправить беды, свалившиеся на людей. Поэтому, осмотревшись, мы ушли в лес. Это я предложил. Просто не мог находиться среди всей этой разрухи. Она меня буквально душила. Понимаю, что мелочно, но слишком много событий на единицу времени. Мне требовалось прийти в себя, привести голову в порядок, осмыслить то, что произошло. А Кая была не против прогуляться, вот и пошла со мной.

Разговор о планах и обмен подколками помогал отвлечься от других, гнетущих мыслей.

– Эрано, хватит тухнуть, – сказала Кая. – Что случилось, то случилось.

– Тебе их совсем не жалко?

– Если честно, то жалко. – Кажется, она сама удивилась этому признанию. – Они выдержали первую ночь, отбились от мертвых, но смерть всё равно настигла некоторых.

– Это несправедливо.

– Смерть редко когда бывает справедливой. Но вот что я поняла. Если хочешь не сойти с ума, надо проще ко всему этому относиться.

– Что-то у меня плохо получается.

И это удивляло меня. Я ведь эарец. Это не мой народ. У меня есть конкретная миссия, которую я должен выполнить. Когда я представлял, каким ловцом знаний стану, это были образы приключений и подвигов. А не вот это всё. Крестьяне, ночи и трупы. Трупы тех, кого знал лично.

У Сергиуса ведь была полноценная семья. Которой он почти лишился в один миг. Его мать, брат, жена и дочь…

– Как думаешь, почему так? – спросил я Каю.

– Что именно?

– Почему одни погибли, а другие нет?

– Случайность, – пожала плечами девушка.

– И всё? Больше никаких причин?

– Слабость. Случайность и личная слабость. Других причин нет. Будь Сергиус сильнее, он защитил бы свою семью.

Будь я сам немного сильнее, не попал бы в этот мир. Не позволил бы, чтобы меня сюда выбросили, как мусор.

А ведь где-то там у меня осталась мама. Я не питал иллюзий. Её положение шатко, и кто знает, что с ней сделают.

– Мне нужна сила, – принял я решение.

– Она всем нужна.

– Ты не поняла. Мне она очень нужна.

Кая подошла и заглянула мне в глаза.

– На маленького Эрано так повлияли чужие смерти?

– Да, – не стал я отрицать, а потом, сам о себя не ожидая, признался: – На родине у меня осталась мама. Я должен её защитить.

Глаза Каи распахнулись.

– Вот теперь я точно уверовала, что ты не мой отец.

Я нахмурился, не сразу поверив, что она опять за старое. А потом понял, что да.

– Тебя не исправить.

Оттолкнув девушку, зашагал обратно в город. Говорить не хотелось. Пойду лучше найду, кому помочь можно.

* * *

Стоило задаться целью, как я и правда нашёл себе занятие.

Крестьяне существа прагматичные. А ещё они привыкли подчиняться, не в обиду им будет сказано. Может, они этого и не любили, но жили, исходя из того, что кто-то о них должен позаботиться. В рамках деревенских забот это возлагалось на старосту. В рамках проблем покрупнее – на барона.

Сейчас же сложилась ситуация, когда староста морально уничтожен. Его больше волновала выжившая дочка, чем проблемы поселения. Тем более он о них не знал.

– Что ты хочешь? – спросил Сергиус, когда я пришёл к нему.

– Денег, – прямо ответил я.

– Зачем?

– Закупиться, пока есть такая возможность.

– Эрано…

Наставник окинул меня взглядом, будто в первый раз увидел. А потом метнулся ко мне, схватил за локоть и подтащил к оконному проёму. Момент для встречи я подобрал такой, когда наставник был один. Не считая маленькой девочки, что тихо спала на лавке.

– Тебя ранили, – сказал он, отворачивая воротник.

– Царапина.

– Рана хорошо зажила.

Я замолчал, ожидая реакции. Недолго маскировка работала.

Несколько секунд Сергиус смотрел на меня цепким взглядом. Буквально впился, изучая. А потом его дочка заплакала во сне, и он весь обмяк. Отпустил меня, подошёл к ней, зашептал нежные слова.

Никогда ещё я не видел этого мужчину настолько раздавленным и уязвимым. Успокоив дочь, он молча указал на сундук. Я открыл его, достал кошель и поспешно вышел из дома.

Не знаю, радоваться или нет.

В любом случае веселиться не получится. Я прямо физически ощущал разлитую вокруг боль. Как пережить такое? Как справиться со смертью близких? Какого это, потерять ребенка?

Я никогда не думал о создании семьи. Но сейчас эти вопросы пробрали меня до ужаса, но глухой боли в груди, до сдавленного сердца. Если сейчас же не займусь делом, просто не выдержу.

* * *

Следующие часы я метался по городу, общался с людьми, подслушивал и тратил деньги. Сюда сбежались не только наши крестьяне, но и другие. Город был переполнен. Как живыми, так и трупами. Костры жгли весь день и даже ночью не успокоились. По моим прикидкам, только здесь погибло больше трёхсот человек. Многие понесли потери во время перехода. Также гуляли слухи о том, что несколько поселений вообще сюда не добрались.

Я сам лично видел, как легкое поветрие и слияние границ уничтожает посевы. Сейчас осень, урожай собрали несколько недель назад и… То, что будет происходить дальше, зависит от уцелевших запасов. Я испытывал небеспочвенные сомнения, что голода удастся избежать. В лучшем случае ограничится затягиваем поясов, а в худшем… Зависит от нового барона на самом деле. Неизвестно, как он будет управлять. Может всем помочь, раскрыть амбары, а может и проигнорировать нужды крестьян.

Пересчитал, сколько осталось наших. Прикинул средний расход еды на одного человека. Умножил на количество дней до того момента, когда соберут первый урожай. Понял, что нам придётся очень трудно. Но именно на такие случаи деньги и собирались. Так что тратил я их без лишних сомнений. Воспользовался общей неразберихой и закупил несколько десятков мешков. Малая часть того, что нам нужно, но так хотя бы не столкнемся с голодом, когда вернемся.

Узнал приятную новость. Крестьяне как-то умудрились сохранить скот. Провизию тоже на самом деле, но далеко не всю. Только то, что смогли увезти с собой. Большая часть осталась в амбаре, который разрушили мертвые и поветрие. Я его лично проверил и убедился, что деревня осталась без еды.

Ещё и Дирман погиб, главный охотник. Смерть никогда не приходит вовремя, понял я тогда.

* * *

В городе задержались на три дня. А потом собрались и отбыли обратно.

Повезло, что ночью никто не заявился. Заночевать в поселении не смогли. То, которое по пути и через которое мы с Каей проходили, полностью разрушено. Мы с крестьянами, что там жили, вместе туда добрались. Ох и наслушался я слезливых причитаний. Людям придётся трудиться осенью, в сезон дождей, восстанавливая себе кров.

Когда добрались до нашей деревни… История повторилась. Вздохи, ахи, стоны. Сергиус поймал мой взгляд. В этот момент он вернулся, превратился в кого-то опасного и грозного. Но это быстро закончилось.

К сожалению. Единственное, на что его хватило, – организовать крестьян. Дома перераспределили, люди разбрелись. Мы с Каей дежурили этой ночью. Забор-то разрушен, а подошли мы к вечеру.

На следующий день начались восстановительные работы. Расчищали завалы, ставили забор, собрали то, что уцелело.

Не обошлось и без разговора с Сергиусом. Он пригласил меня к себе и сказал:

– Рассказывай, что было на самом деле.

– Когда?

– Деревня, – бросил он холодный, полный опасности взгляд. – Ты соврал.

– Технически мы с Каей врали вдвоём.

Сергиус поджал губы, показывая, что его терпение на исходе.

– Мы собрали поросль, как и планировали. Можно потом будет продать и на вырученные деньги восстановить утраченное.

– Где она?

– Обработана и спрятана.

– Продолжай.

– Ночевали здесь. Пришли мертвые.

– Как вы спаслись?

– Так же, как и дальше. Быстрые ноги, ловкость…

– Не ври.

– Нам повезло.

– Эрано…

– Но нам правда повезло! – возмутился я.

Сергиус прикрыл глаза и покачал головой. Кажется, я у него головную боль вызывал. Или усиливал уже имеющуюся.

– Кто стало с тем отрядом, что прибыл сюда?

– Каким отрядом?

– Эрано, если ты мне ещё раз соврёшь, я тебя убью.

По тому спокойствию, с каким он это сказал, я понял, что наставник не шутит.

– Мы их убили.

– Так я и думал, – вздохнул он тяжко. – Ты понимаешь, что это преступление, за которое вас ждёт казнь?

– Если только новый барон об этом узнает.

– Если узнает, – согласился наставник. – Но назови мне хоть одну причину, почему я должен нарушить присягу.

– Я назову их несколько. Во-первых, я вам полезен. Тем более сейчас, когда в деревне кризис. Во-вторых, мы с Каей единственные, кто защитит жителей ночью.

– Не много ли ты на себя берешь? – нахмурился он.

– Если вы забудете о своём горе, соберетесь и снова вернётесь к обязанностям, то да, многовато.

Мне показалось, что он и правда меня сейчас прикончит. Но, как и несколько раз до этого, вспышка эмоций вышла короткой. На смену ей пришло опустошение. Плечи Сергиуса поникли, и он отвернулся.

– Какие же ещё причины ты придумал? – спросил он с горечью и язвительностью.

– Вам не нравится новый барон.

– С чего ты это решил?

– Я не слепой.

– Допустим… Об этом лучше не болтать.

– Я не из тех, кто любит трепаться.

Сергиус повернулся и посмотрел на меня с насмешкой. Странно он в этот момент выглядел. Вроде хорошая эмоция, но в исполнение того, кто сам выглядит как мертвец, получилось диковато.

– Я давно это заметил, – сказал он. – Вы с Каей ушли дальше, чем то, что я вам даю. Только не надо делать такое лицо! – выставил он ладонь вперед. – Я не дурак!

Голос сорвался.

И снова он как свеча на ветру. Эмоции вспыхнули, но тут же погасли, оставив мужчину обессиленным.

– Я сейчас не готов с этим разбираться. Сами тренируйтесь. Можешь идти. Но Эрано… – остановил он, когда я дошёл до двери. – Вы позволяете себе слишком много такого, за что вас убьют. Будь аккуратнее.

– Разумеется, наставник, – поклонился я и выскочил наружу.

* * *

– Этого стоило ожидать, – покивала Кая, когда я ей пересказал разговор.

– Ты не удивлена?

– Глупо считать людей вокруг себя идиотами.

– Кто бы говорил, – фыркнул я. Кая у нас главная по высокомерию.

– Я никогда не считала Сергиуса дураком. Он опытный убийца, много практиков видел на своём веку.

– Но разве ты сама не говорила, что нам нужно скрываться? Что если показать свои возможности, то возникнут вопросы, и люди могут подумать, что мы связаны сама знаешь с кем.

– Я говорила, что документацию забрали. Это сделал уж точно не Сергиус. Следовательно, ему и в голову не придёт такое подумать.

– Тогда можно ничего не опасаться? – расслабился я.

– Если хочешь выжить, расслабляться никогда не стоит. Запомни это хорошенько, – почему-то Кая взяла на себя обязанность делиться сомнительной мудростью. – Если пойдут слухи, рано или поздно они попадут в нужные уши. Поэтому мы скрываемся и дальше. В какой-то мере нам повезло. Горе сломило Сергиуса, и ему сейчас не до нас.

– Ты радуешься чужому горю? – возмутился я.

– Ох, маленький Эрано, – посмотрела Кая строго. – Конечно, было бы лучше, если бы он пытал нас, выбивая ответы! Так что да, я радуюсь, что этого не происходит, и у нас появилась долгожданная свобода! Ещё и старый барон помер. Это меняет расклады.

– Нас не отдадут?

– Отдадут, скорее всего, но… На самом деле это всё неважно. Пора переходить к следующему шагу нашего плана.

– Нашего или твоего?

– Не ты ли ранее мне заливал про дружбу, союз и прочую ерунду для наивных людишек? – прищурилась Кая, в её глазах плескалась насмешка.

– Вот потому, что ты так говоришь, меня и терзают сомнения, чей это план.

– Мой, конечно. Который нацелен на реализацию моих же целей. Но ты его попытаешься использовать себе во благо. Так устроены человеческие отношения, не так ли?

– Звучит слишком цинично.

– Хватит, – отмахнулась девушка. – Пора готовиться. Сколько тебе понадобится времени, чтобы привести дела в порядок? Я про деревню, если ты вдруг не понял.

– Не я здесь главный.

– Да-да, конечно. Главный у нас сломленный староста. А ты всего лишь занимаешься бухгалтерией и всеми финансовыми операциями.

Мы никогда с ней про эту часть моих забот не говорили, но, видимо, не я один такой здесь наблюдательный.

– Неделя. Что бы ты ни задумала, нельзя оставлять людей в таком состоянии. Надо помочь, чем сможем.

– Тогда займёмся осмотром ближайшей территории. Сейчас как раз должны полезть всякие мутанты…

– Мутанты?

– Ты и про это не знаешь? – довольно хмыкнула она.

Ещё одна вещь, которой Кая упивалась. Ей нравилось чувствовать себя главной в любых проявлениях. Лучшая информированность – один из поводов потешить себя.

– Два мира соприкоснулись, – снизошла эта «королева» до объяснений. – Это не пройдёт бесследно. Скоро увидишь, я покажу.

Кая не обманула. Вскоре я и правда увидел последствия мертвой ночи.

* * *

Кая увела меня спать за несколько часов до наступления ночи. Самой обычной, замечу. А потом растолкала, когда на дворе воцарилась кромешная темень.

Велела снаряжаться, а потом вывела на улицу. Дошли до того места, где обычно ночных чудовищ встречали. Там же разожгли костёр.

– Что дальше? – спросил я.

– Ждём.

– Чего?

– Сам увидишь.

– Кая, когда-нибудь я тебе подсыплю слабительное.

– Не яд?

– Нет. Это слишком мелочно.

– Не скажи. Если переборщить, от поноса и помереть можно.

– Тебе уже говорили, что ты мерзкая?

– Чего мне только ни говорили. В основном проклинали и грозились убить.

– Как я их понимаю… И всё же, с какими последствиями мы столкнемся?

– Тара про это не рассказывала, потому что событие достаточно редкое. А может, она плохой учитель, и это всё объясняет.

– Ближе к теме.

Сидеть у костра было приятно. Самое приятное – отсутствие дождя. Не знаю, смог бы я заставить себя сюда выйти, если бы лило как из ведра. Хватит, набегался под дождём. До сих пор с содроганием вспоминаю.

– Ничего особенного. Некоторые животные могут мутировать, аномалии появиться. Разновидности поветрия, которые осядут в каком-то месте. Надо будет прочесать территорию вокруг на всякий случай. Завтра этим займёмся.

– Чем опасны мутанты?

– Да ничем. На фоне мертвых зверей они как дети. Эрано, а чего ты расселся с таким довольным видом и руки греешь? Скидывай куртку и вперед, базовые комплексы Сергиуса никто не отменял.

– Сейчас?

– Сейчас, завтра, каждый день, каждую свободную минуту. Тебе нужно срочно освоить то, что ты получил.

– А то, что у нас осталось…

– Позже, – перебила девушка. – Пусть все немного успокоятся. Думаю, скоро уйдем недели на две в леса. Будем охотиться, таскать мясо в деревню, а в промежутках между этим начнем нормально практиковаться.

– До этого было не нормально?

– До этого была детская разминка. Всё, хватит болтать.

Кая и сама принялась выполнять комплекс. Я от неё не отставал. Хотелось и без её наставлений проверить, что изменилось.

Сразу ничего не почувствовал. Но через час, когда как следует размялся… Ну да, в этом Кая и правда не соврала. Если раньше внутри я ощущал каплю энергии, то сейчас это был полноценный глоток. Раза в два-три больше, чем было. Учитывая, что мне и капля помогала быстрее развиваться, сейчас прогресс должен ускориться. А ведь у нас ещё сердца остались…

Тот, ради кого мы выбрались в ночь, заявился часа через два, когда я зевал во всю ширь. Кая отвлеклась от динамической медитации, подхватила лук и выпустила стрелу аккурат в тот момент, когда на нас бросился волк.

Так я подумал в первый момент. Потом уже разглядел, что гордое, красивое животное выглядит как облезлая шавка. У него даже ребра торчали, вокруг которых разбегалась гниющая плоть. А уж запах разложения…

– Ну и мерзость, – поделился я впечатлением.

Стрела Каи пробила животному череп. Точно какое-то таинство использовала. Обычные стрелы на такое не способны. Чтобы войти в кость и почти на всю длину углубиться.

– Это и есть последствия?

– Как видишь, – ответила Кая. – Надо его сжечь.

– Прямо сейчас?

– Предлагаешь оставить вонять?

– Можно днём крестьян запрячь.

– Мыслишь как настоящий барон, – рассмеялась девушка. – Но нет. Ещё сдохнет кто. Разве не чувствуешь, что смердит поветрием? Это яд. Обычный человек долго не продержится.

– Ясно… Придётся самим.

– Ты же хотел заботиться о других. Вот так забота и выглядит в большинстве случаев. Пока остальные спят, тебе приходится возиться в дерьме.

– Я и не подозревал, что в тебе живет поэт. Не хочешь сменить деятельность?

– Отвали, – зло бросила она и пошла к костру. – Тащи тушу сюда, раз такой умный!

То, что получилось поддеть Каю, скрасило последующие не самые приятные минуты.

* * *

Следующие две недели мы практиковали с утра до вечера, бродили по окрестностям, убивали зараженных зверей, которых встретилась-то всего пара штук, не считая волка, помогали деревенским, снарядили один караван, чтобы закупился провизией… И всё. Других дел у нас и не было.

Я знал, что так долго продолжаться не будет. Как только жизнь в селении более-менее наладилась, а вопросы, требующие моего участия, закончились, Кая сообщила Сергиусу, что мы отправляемся на охоту.

Тот не был против. Он вообще в себе замкнулся, что лично меня беспокоило. Если бы не дочь, думаю, он бы спился. А так держался, но этого было мало, чтобы он полноценно вернулся. Мне было стыдно за мысли о том, что его состояние нам на руку. Никакого контроля, полная свобода, делай что хочешь. А ещё мне было стыдно за сам стыд по этому поводу. Я ведь эарец, и ситуация сложилась так, что появилась возможность узнать что-то новое. Вот этим и надо заниматься, а не сентиментальничать.

С таким душевным раздраем мы с Каей вышли в наш первый поход. Первый, но далеко не последний.

Глава 5. Пустые усилия

Когда отправлялся с Каей в путь, думал, что займёмся чем-то интересным. Но нет. Ничего подобного. Интересности присутствовали, но вовсе не такие, как я рассчитывал.

Начали с банальной охоты и пару недель бегали по сырым лесам, выискивая пропитание. Возможно, косить живность после экологического кризиса не самая благоразумная идея, но тут пришлось выбирать. Либо дичь, либо жители деревни. Да и не сказать, что мы много перебили. Если за день удавалось кого-то подстрелить, считай, большая удача нас постигла.

Попутно в округе перебили всех мутировавших тварей. По словам Каи, это в первые дни они безобидны, а если адаптируются… Одно такое полноценно переродившееся существо я увидел в конце двухнедельного марафона. Тоже волк. Везло нам на них. Вместо язв и плешей на шкуре он отрастил костяную броню, прямо как мертвые создания. Да и сил прибавилось. Потребовалась парочка темных кинжалов в исполнении Каи, чтобы сначала ранить тварь, а потом добить.

Интересное началось позже. Так вышло, что в этот период ночи перестали приходить. Не самые обычные, само собой, а те, что сулили проблемы. Месяц прошёл с момента мертвой, когда пришла твёрдая. Самая обычная и в какой-то мере заурядная.

Сергиус охранять не вышел. Вышли мы вдвоём с Каей. И убили пару сурхов, лягушкоподобных тварей.

Я до последнего ждал, что выскочит наставник либо похвалит, либо обвинит в применении того, что мы использовать не должны.

Но нет.

– Он не пришёл, – сказал я.

– Думаешь, Сергиус будет, как грозный папаша, присматривать за тем, как шалят его детишки? Расслабься. Будь он здесь, мы бы его почувствовали.

Кая намекала на возросшие способности. За прошедшие дни мы оба поглотили энергию из добытых сердец, а также перенесли всю добычу поближе к деревне. В связи с возросшей силой мой дар видеть скрытое возрос. Оставалась вероятность, что Сергиус его пересилит, но… До утра мы просидели в одиночестве, а потом отправились отсыпаться. Никто нам так ничего и не сказал.

* * *

– Наконец-то сделаем нормальную одежду, – сказала Кая, когда я закинул тушу сурха на стол.

Раньше разделкой и специями Тара занималась. Она погибла, и вакансия осталась свободной. По ходу дела, это тоже на наши плечи упадёт. Больше никто не обладал должной квалификацией, чтобы заняться этим.

– Из этой кожи? – со скепсисом оглядел я мертвого сурха. Не самое приятное зрелище. Шкура шершавая, пупырчатая, когда рукой проводишь, то кожа так и норовит зацепиться.

– Поверь, нет ничего лучше от дождя.

– Тогда почему мы раньше не сделали нормальную одежду?

Упоминание защиты от дождя на меня подействовало волшебно. Если эта кожа и правда защищает лучше, чем то, что есть у нас, готов устроить геноцид сурхам.

– Потому что самые ценные части шкуры отправлялись барону. Нам по рангу не положено.

– А сейчас что изменилось?

– А сейчас пошёл барон в задницу.

– Придётся юлить, – резюмировал я.

Кая может говорить, что угодно, но, пока живем здесь, мы обязаны играть по чужим правилам. А значит, и налоги платить. Пока к нам никто не приезжал и ничего не требовал, но… Как бы молодой барон ни подтвердил то впечатление, которое произвёл. Иначе говоря, не повёл себя как редкостный мудак.

– Бери нож и отделяй шкуру. Заодно попрактикуешься, – сказала Кая. – Или думал, что я одна этим займусь? Давай, тебе тоже надо учиться.

Эх… Жаль, но факт. Практика иногда может выглядеть не очень аппетитно.

* * *

Кая намекала, намекала, а потом донамекалась. В смысле, случился тот самый знаменательный день, когда перешли к чему-то по-настоящему новому. Перед этим сшив себе новый комплект одежды. Про что лично я не хочу вспоминать, несмотря на то, что работёнка оказалась познавательной и подходящей для развития навыков ювелирного применения таинств.

Для тренировки выбрали место где-то в четырех часах пути от деревни. Это если пешком. Если бегом, то управиться можно за час. Главное, чем место выделялось на фоне всех остальных в округе, – это мертвыми деревьями и легкой остаточной формой поветрия. Обычному человеку в таком месте лучше не появляться. Нам же, получившим небольшой иммунитет от этой стихии, как раз наоборот. Для закалки самое то.

Крестьяне предпочитали обходить такие места стороной. Охотники и всякие отряды тоже не полезут. Что им искать среди мертвого леса? Ничего ценного, кроме уединения, здесь нет.

Всё ничего, но запах… Пахло чем-то кислым. Не сильно выраженный запах, но к нему почему-то не получалось привыкнуть. Ещё и серость эта. Она у меня вызывала стойкую неприязнь. Не такая, как в мертвую ночь, но похожая. Деревья словно сначала высушили, а потом серой краской облили.

Унылое зрелище.

– Сделай лицо попроще, – посоветовала Кая. – Пора заняться действительно чем-то важным.

– Ты про это говоришь, кажется, в тысячный раз.

– Настало время перейти от слов к делу.

– Так давай. Я давно готов.

– Нет. Ты стал готов недавно. Слушай, какое задание тебе предстоит.

Кая подошла к ближайшему дереву и нанесла с виду не самый сильный удар. Да я был готов поклясться, что она едва коснулась кулаком ствола. Отчего тот треснул в месте попадания и завалился, рухнув на землю.

– Мне тоже придётся тренироваться, – задумчиво сказала Кая, – Помню, как это делается, но тело не поспевает за воспоминанием…

– Сочувствую. – На самом деле я ни капли не сочувствовал. Да и непонятно, что ей не нравится, дерево-то рухнуло. – Но что именно ты сделала?

– А ты разве не заметил?

– Ты едва коснулась дерева.

– Да. Что ещё?

– Я не разглядел. Покажешь ещё раз?

– Покажу, но сначала выслушай, что надо делать. Ты должен собрать внутреннюю энергию и направить её в ствол.

– Ага, ясно…

– Раз ясно, пробуй.

– В чем подвох?

– Никакого подвоха. Как научишься свободно направлять энергию по телу и сможешь её выпустить за пределы себя, тогда расскажу про остальные нюансы и шаги.

– А ты что будешь делать?

– То же самое. Потренируюсь сначала так, а потом мы с тобой спарринг устроим.

– С применением новых техник?

– Само собой.

Что ж… На великое знание это не похоже, но надо же с чего-то начинать.

К дереву я подходить не стал. Попробовал сначала так. Изначально, благодаря собственным усилиям, я достиг того, что мой источник стал равен капле. Потом с помощью первого мертвого сердца он дошёл до уровня хорошего глотка. В сравнении с каплей существенный прогресс. Но разве глотка хватит на все нужды тела? Конечно же нет. Поэтому я с нетерпением ждал работы с остальными сердцами. Дождался, и сейчас внутренний резерв был равен полной кружке. Понятное дело, что кружки бывают разные, но точно оценивать объём я пока не научился. Просто энергии стало в несколько раз больше, чем было. Достаточно, чтобы задание Каи не вызвало опасений, а смогу ли я справиться. Чисто технически у меня для этого имелись все возможности. Осталось наработать практический навык.

Я потянул энергию и принялся гонять её по телу. Лучше всего это получалось в совмещении с динамическими медитациями. За счёт определенных движений энергия как бы сама устремлялась в нужное место. А так, стоя на месте, это раз в десять сложнее. Но тоже необходимо тренировать, потому что нетрудно догадаться, что во многих ситуациях не получится сделать разминку перед боем. Разве что врага попытаться удивить. Но тогда не медитации лучше выбирать, а танцы. Вот потеха будет.

В итоге я справился. Было бы странно, случись обратное. Где-то через полчаса перешёл на дерево. Бил его не в полную силу, стараясь выполнить поставленную задачу – выпустить энергию. Тоже справился. Странное ощущение, если честно. Когда энергия внутри, я ощущал её своей, но стоило ей покинуть тело, как связь терялась.

– Молодец, – Кая заметила мои успехи. – Следующий шаг, ты должен наполнить энергию взрывной эмоцией и выпустить её через тело хлестко.

– Что значит хлестко?

– Смотри.

Девушка опять проделала трюк с деревом, свалив ещё один ствол.

– Такими темпами скоро лес закончится.

– Он всё равно умер, – отмахнулась Кая. – Ты уловил?

– Ты опять едва коснулась ствола. При этом ударила резко. В момент прикосновения энергия выплеснулась в дерево и устроила там бум. Это и означает – хлестко?

– Да. Ты должен стряхнуть заряженную энергию. Если ударишь медленно или неточно, взрыв произойдёт в кулаке или не нанесёт должного ущерба.

– Ага… – протянул я. – Концепция ясна.

– Тогда вперед. Рекомендую сначала отработать удар на физическом уровне.

Как послушный ученик, я выбрал дерево и пошёл его лупить.

* * *

За пару часов до темноты Кая прервала мои изыскания и позвала к себе.

– Иди сюда, Эрано, поговорим.

При этом она скинула куртку и засучила рукава.

– Какой-то новый голосок у тебя прорезался. Ты случаем раньше не любила по кабакам бухать и морды бить?

– Ну… – смутилась девушка.

– Ясно всё с тобой. Пропащая ты душа.

– Кто из нас пропащий, мы сейчас узнаем, – пообещала девушка.

Я тоже скинул куртку и встал напротив.

– Делаешь то же самое, что и с деревом, но… Резкие, хлесткие удары оставим на потом. Сейчас плавные, нежные касания. Ты же умеешь обращаться с женщиной, Эрано?

– Года через три покажу.

– Обязательно, – фыркнула она. – Начали. Не забывай направлять энергию.

Это был странный бой. Мы едва касались друг друга и кружили словно два голубка. Никаких заученных приёмов или чего-то такого. Свободное движение. Можно было отводить руки друг друга, но делать это не особо часто. Мы сознательно пропускали «удары», давая друг другу отработать технику. Вскоре я понял, к чему это упражнение. Тут и легкость движений тренируется, и глазомер, и те самые хлесткие удары, как ни странно.

Минут через десять Кая начала наращивать темп. К концу тренировки это переросло в почти что полноценные удары. Я чувствовал, как чужая энергия входит в меня и пытался отследить, к чему это приводит. Пока что ни к чему. Но, думается мне, это лишь потому, что Кая этого не желала.

Как только солнце наполовину ушло за горизонт, закончили тренировку и отправились обратно домой.

– Кая, – позвал я. – А ведь твоя энергия свободно входила в меня…

– Конкретнее вопрос, будь добр.

Язва. Она точно знает, что я хочу спросить, но вредничает чисто из принципа. Можно отложить разговор, дождаться, пока девушка ополоснётся да поест, тогда добрее станет, но любопытство-то сейчас гложет.

– Можно ли с помощью энергии сделать что-то плохое? Какие есть способы защититься?

– Пока рано тебе об этом думать, но ход мыслей верный. Самое простое – это зарядить энергию эмоцией и направить в противника.

– Что тогда будет?

– При высоком мастерстве и концентрации заряда противник испытает эту эмоцию. Или его тело просто наполнится тяжестью, чем-нибудь таким.

– Ого.

Перспективы и правда завораживающие.

– На пике своей силы мой отец мог прийти к стенам вражеского города и обрушить на них волну энергии, заряженную яростью и жаждой убийства. Он делал это настолько ловко, что сотни горожан бросались убивать друг друга. За подобные выходки его и ненавидели.

– Как этому противостоять? – забеспокоился я от перспективы по чужой воле потерять власть над собой.

– Либо иметь защиту, достаточную, чтобы отбить атаку, либо идеально владеть собой. Тому и тому учатся годами. Позже этим займемся.

Дожить бы до этого момента.

* * *

Через пару дней Кая предложила попробовать технику с оружием, но я отказался.

– Эрано, с тобой всё в порядке?! – в её голосе зазвучало насквозь фальшивое беспокойство, за которым скрывалось желание подколоть.

– Более чем. Я хочу освоить первый шаг, довести его до совершенства и тогда уже переходить к следующему.

– Сомнительная идея, – нахмурилась Кая.

– Почему это? Разве не ты мне постоянно талдычишь, что я спешу.

– Есть такое. Но, осваивая следующие шаги, ты начинаешь лучше понимать предыдущие.

– Ты куда-то торопишься?

– Вообще-то, да. Если не заметил, время бежит неумолимо. То, как мы им распорядимся, определит нашу дальнейшую судьбу.

– Не лучше ли будет тогда заложить крепкий фундамент? Вот ты готова утверждать, что освоила свою же технику в идеале?

– На это потребуются годы.

– Тогда дай мне пару дней, и посмотрим, что изменится.

– Как знаешь. Ты можешь делать, что хочешь, – обиженно махнула она рукой. – А я собираюсь заняться чем-то посерьезнее.

Кая ушла в сторону, достала копье, которое сначала у людей барона украли, а потом лезвие из костей мертвых приделали, и взялась за тренировку.

Я же вернулся к дереву.

Об обучении и знаниях как таковых я знал не просто много, а очень много. Как-никак, мой народ специализировался на поиске знаний. Чего нельзя сделать, если не умеешь учиться и быстро разбираться в различных вещах.

Это давало мне основание разобрать технику на части и освоить её, если не в совершенстве, то на высоком уровне. Если повезет, то и улучшить.

Вторая причина, почему я не хотел спешить, – это… Любовь к спешке. То, что, если не врать себе, давно надо было признать недостатком. Последние события и то, что я увидел в исполнении Кристиана Изгоняющего, когда он раскатал армию мертвых, заставили задуматься о пути восхождения.

Этот путь не так прост, как кажется. Сомневаюсь, что можно по нему пробежать галопом, нахватавшись по верхам. За первые два дня практики я успел оценить потенциал техники и пришёл к выводу, что одного этого приёма хватит для того, чтобы взойти на принципиально иной уровень силы.

Чего мне как раз сильно не хватает.

Поэтому сегодня я буду учиться. Учиться и экспериментировать.

С этой мыслью я закрутил энергию внутри тела и нанёс первый удар. А потом ещё один, ещё и ещё. Я пробовал проделывать технику с разной скоростью и траекторией подачи энергии. Также менял само движение и учился той самой хлесткости. Каждый полученный опыт я фиксировал. Не на бумаге, на которой было бы удобнее, но которую было не достать в баронстве, а так, в памяти. Хорошо, что я никогда на неё не жаловался.

Я стремился ни много ни мало найти идеальное движение.

Остановился только тогда, когда раздался треск и дерево завалилось. Пусть маленькая, но победа. То, что Кая валила дерево с первого раза, – это она молодец, конечно, но надо учитывать, что она опытнее в этих делах и банально старше в этом теле. У неё в плане развития фора в три года где-то. А три года назад она на такие трюки была не способна. Если сравнивать нас сегодняшних, то Кая впереди. А если учесть возраст, то не всё так однозначно.

– Попробуй теперь сделать то же самое со мной, – Кая подошла ко мне.

– А ты со мной?

– Конечно.

– Про защиту ничего не расскажешь?

– Ты же сам говорил, что хочешь освоить один приём в совершенстве. – Её губы расплылись в улыбке. – Не отказывайся от своих слов.

Вздохнув, я принял боевую стойку. В этот раз спарринг походил отнюдь не на воркование голубков.

* * *

Когда вернулись в деревню, Сергиус вышел встречать и позвал меня на разговор. Переглянувшись с Каей, зашёл за наставником в его дом.

– Прибыл человек от барона, – сказал он, проходя через комнату и останавливаясь возле дочки, которая играла с незатейливой деревянной куклой.

– Чего хочет?

– Узнать, что у нас по запасам. Я его разместил. Завтра уедет.

– Зачем эта информация барону?

– Мне не рассказали, – Сергиус повернулся и «улыбнулся».

После такой улыбки как-то сразу понятно, что визиты людей барона не к добру.

– Мне заняться им?

– Покажи ему, что он хочет, – ответил наставник с безразличием и повернулся к дочери.

Если так и дальше будет продолжаться, нет смысла звать его наставником.

Развернувшись, я ушёл.

* * *

На следующий день встретился с посланником. Им оказался самоуверенный мужчина лет тридцати. С мечом на поясе и желанием залезть в наши дела.

– А Сергиус слишком занят, чтобы самому мне всё показать? – сказал он, когда я объяснил, зачем пришёл.

– Уверяю, я способен ответить на все вопросы.

– Посмотрим, посмотрим.

Дерьма тебе в глотку. Стоит ли говорить, что этот человек мне сразу не понравился? Надолго он у нас не задержался. Осмотрел полуразрушенную деревню, проверил амбары, записал, сколько у нас провизии. Прошёлся по полям, где выращивали специи, осмотрел скотину.

И отбыл. Ничего не сказав. Ни зачем приезжал, ни к чему это всё идёт.

Зашёл к себе, рассказал об этом Кае. Тренировку на сегодня отменили, как и дальние вылазки. Их можно себе позволять, только пока о них никто не знает. Для жителей деревни мы всего лишь странные ученики Сергиуса, а, что вышли за пределы учебной программы, как я надеялся, оставалось сокрыто.

– Стоило ожидать, – кивнула она своим мыслям, выслушав.

– Что именно?

– Желания нового барона проявить себя.

– Не лучшим для нас образом?

– Возможно. Лично нам с тобой волноваться не о чем. Всегда пропитание найдём.

– А остальные?

– Остальные сидят по избам и ничего не делают, – пожала плечами Кая. – Не кажется ли тебе справедливым, если на их головы выпадет немного неприятностей?

– Не кажется.

– Ох уж эта молодость.

– Как будто ты успела дожить до старости.

Кая покраснела, и я понял, что сейчас разговор скатится в очередную перепалку. Что ты с ней будешь делать…

* * *

Кая оказалась права. Проблемы пришли, откуда не ждали. Точнее, ждали, чего-то я опасался, но того, что барон опустится до такого…

– А чего ты ожидал, Эрано? – смотрела Кая с насмешкой. – Ты сам начал суетиться раньше времени.

На это я чуть от возмущения не задохнулся. Не далее как десять минут назад из деревни отбыла телега, забрав половину наших припасов. Умом я понимал, что на этой земле барон царь, бог и хозяин, имеющий право делать, что захочет. Но это не мешало испытывать гнев. Я эти припасы сам покупал! Ну, может, не прямо сам, но платил монетой, чтобы наши люди не голодали! А тут какие-то упыри просто пришли и забрали!

– Не понимаю, – возмущался я. – Надо было что, бездействовать?

– Ага. Это любой староста знает. Никогда не показывай, что дела у тебя идут хорошо. Барон точно подумал, что ты так и поступил. Приуменьшил запасы. Поэтому и забрал смело половину запасов.

– То есть мне что, надо было жаловаться и причитать, как всё плохо?

– Да, но не врать. Если бы ты подождал месяц-другой, не спешил закупать провизию, то…

– То дождался бы в баронстве голода и ничего бы тогда не купил.

– Пошёл бы к барону жаловаться да просить помощи. Это он должен решать такие вопросы.

– Решил бы?

– Нет, – улыбнулась Кая. – Хотя зависит от того, сколько у него самого запасов и что за человек. Не исключаю, что есть те, кто и правда бы помог.

– Звучит до безумия глупо. Закупать нельзя, помощи просить бессмысленно. Что тогда остаётся?

– Молча страдать. С чего ты решил, что кого-то по-настоящему заботят крестьяне?

– Может, с того, что если не будет крестьян, то не будет и баронства?

– Это слишком прогрессивная мысль для здешних краёв, – рассмеялась Кая. – В общем, твоё благородство глупо и наивно. Пришлось бы ужать пояса, но так ты бы сохранил деньги.

– Я начинаю понимать разбойников. С такими-то баронами.

– Если выйдем прямо сейчас, сможем их обогнать и убить, – предложила Кая.

– И что потом? – зло посмотрел я на неё. – Перебьём всю дружину барона?

– Лучше убить самого барона, – она и бровью не повела, спокойно выдержав мой взгляд. – Захватишь власть, сам станешь бароном и наведешь порядок.

– Вот так просто?

– Ты чем-то приглянулся Кристиану. Он тебя приметил. Думаю, это можно использовать.

– То, что он со мной парой слов перекинулся, не означает, что он поддержит захват власти.

– И это в очередной раз доказывает, что ты не мой отец.

– Кая…

Я и так в самом что ни на есть дурном настроении. А после этих слов захотелось девушку стукнуть по голове. Веслом. Единственное, что останавливало, – это отсутствие весла.

– Будь ты моим отцом, знал бы, как такие дела проворачиваются. Бароны иногда меняются. В этом нет ничего такого. Если ты убьешь Кастла, сможешь заявить, что бастард прошлого барона. Так себе оправдание, но главное – показать свою силу. Зная тебя, ты быстро порядок в баронстве наведешь, выплатишь больший налог, и за это герцог прикроет глаза на некоторые сомнительные моменты.

– Ты сейчас серьезно? – от объяснений я немного растерялся.

– Более чем.

. – Почему тогда сама не сделаешь этого?

– Потому что я девушка, дурень! А вы, мужики, очень косо смотрите на ситуации, в которых женщины лезут наверх. Убей я барона, меня, может, и примут. Но пришлют мужа, который возьмёт управление на себя.

– Прибьешь и его, – буркнул я. – Или пообщаешься с ним недельку, и он сам сбежит.

От кулака я увернулся. От второго тоже. Да и удар ногой блокировал. За что заслужил по-настоящему злой взгляд.

Несколько секунд мы молча бодались. Кая просчитывала, как меня ударить. Я просчитывал, как это блокировать. В итоге она отступила. Обиду точно затаила, так что аккуратнее на тренировках надо быть. Впрочем, мы так препираемся по десять раз на дню, и ничего нового тут нет.

– Бесит, – сказал я, когда она отошла. – Я заботился о деревни, а какой-то урод отобрал это, даже не заплатив.

– У тебя на родине так не делали?

– Не знаю, если честно. Я был… эм… из правящей семьи. Поэтому ни с чем таким не сталкивался. Хотя и у нас всякого хватало… В основном подковёрных интриг, зависти и желчи в отношении друг друга.

Что я только сейчас начал понимать, а тогда, живя в иллюзии безопасности, думал совсем о другом.

Меня ведь почему сюда отправили. Тогда это было удивительно, казалось невозможным, а сейчас отчетливо вижу, что это банальная зависть. И к моей талантливости, и к тому, что Юнона грела мою постель, а не братца.

Нда… Как мелочно-то.

– Успокойся, Эрано. Такова жизнь. Если ты слаб, то обязан подчиняться. В противном случае будешь либо наказан, либо убит. Используй эту злость сегодня на тренировках. Управление эмоциями тебе по-прежнему даётся тяжело.

Зато Кае легко. Уж свою-то злость на меня она точно использует.

– Ты права. Идём. Я подумаю, как позаботиться о деревне.

– А о том, как отомстить барону?

– Тоже подумаю, – буркнул я, а Кая рассмеялась.

Глава 6. Зима

Наступила зима.

Не заглянула в гости, не робко постучала в дверь, а именно наступила, как наступают вражеские войска. Просыпался я всегда в одно и то же время. Порядок, заложенный Сергиусом, так никуда и не делся. В этот раз открыл глаза чуть раньше, обнаружив себя закутанным в одеяло. Печь за ночь остыла, а температура за стенами дома опустилась. Вот и проснулся я оттого, что холод подобрался ко мне да запустил свои коготочки.

Выбравшись из-под одеяла, быстро оделся и сделал пару энергичных движений. Подкинул ещё пару дров в печку. Когда вернемся, тепло накопится, и станет комфортнее. От моей возни и Кая проснулась.

– Дерьмо сурха, – высказалась она. – Ненавижу зиму.

– И тебе доброе утро, – буркнул я.

Собирались молча. Разве что зевали, как ненормальные, но Кая в этом победила. Два раза зевнула, я один.

Вышли на улицу и столкнулись с морозом. Зима… Время, когда баронство парализует. Время, когда из дома лучше не высовываться. Нормальные люди так и делали. Спали сейчас по своим норам.

А нас двоих сложно нормальными назвать. Путь силы требовал тех или иных лишений. Сегодня на алтарь легли лишние десять минуток сна и возможность провести день в тепле. Ещё бы научиться к этому с удовольствием относиться. А то у Каи настолько кислое выражение лица, что хватит озеро отравить.

Ни с кем не прощаясь, вышли за территорию деревни, а дальше в ближайший лес. Интенсивность наших тренировок за последний месяц выросла в разы. Я постоянно ощущал, что нахожусь на грани. Да и Кая не отставала, тоже истязая себя.

У этого был один существенный минус. Интенсивное развитие, во-первых, повышало аппетит, а во-вторых, требовало различных специй. Поэтому каждую особую ночь, когда к нам заявлялись те или иные твари, мы встречали с большой радостью. Впервые в жизни я начал думать, что ночи случаются слишком редко. Специй катастрофически не хватало. Это как знать, что можешь за день преодолеть тысячу километров, но тебя сковали и привязали, поэтому ползешь со скоростью улитки.

Бесит.

Сегодня был запланировал дальний рейд. О чем я ещё вчера предупредил Сергиуса, сообщив, что, если не успеем вернуться, ему самому деревню придётся защищать. Он не то чтобы воспринял это с энтузиазмом, но куда ему деваться? Хандра наставника меня тоже бесила, таким образом я в том числе хотел его расшевелить. Надеюсь, по возвращении не застанем гору пережеванных трупов.

Шли молча, без слов. Вещи давно приготовлены. Одежду шили сами, с расчётом на самые суровые заморозки. Кая шла, закутанная в несколько слоёв мехов. За спиной кожаный мешок. Не особо большой. Там есть запас еды, котелок, огниво и прочие мелочи. Основное пропитание будем добывать в процессе.

Либо голодать.

Что тоже часть этапа закалки. Как и холод, дальность переходов и прочие вызовы. Из деревни добрались до схрона. Там забрали луки, зачарованные Каей стрелы, особые ножи и копья. А дальше в путь. В противоположную от центра баронства сторону. Туда, где никого нет.

* * *

– Что это? – уставился я на открывшийся вид.

Спустя неделю пути вышли к… Наверное, это можно назвать пустошью. Большой, заснеженной, без деревьев – пустошью. Она отличалась идеальной ровностью. Будто кто-то специально утрамбовал полосу земли, а потом её равномерно занесло снегом. Не идеально, с небольшими шероховатостями, если приглядеться, но общее впечатление складывалось именно такое – ненормально ровный участок поверхности.

– Это граница.

– Граница чего? – уставился я на Каю. – Есть границы территориальные между государствами, есть те, когда ночью соприкасаются разные измерения. Что именно ты имеешь в виду?

– Это граница между доминионами. – Кая смотрела на меня изучающе.

– Что, очередная проверка? – спросил я устало. – Я понятия не имею, про что ты говоришь.

– В нашем доминионе находится три герцогства, – пояснила девушка. – Хотя теперь-то уже два. Урсувайское и Дороманское. Остальные в других доминионах. Всего их четыре.

– Ты так говоришь, что у меня складывается впечатление, будто это не простая территориальная граница.

– Не простая. Проще один раз увидеть, чем десять раз обсуждать.

Кая повела меня дальше. Шла первой, протаптывала тропу. Что не сильно облегчало путь. Снега вроде всего по колено, но когда так идешь несколько часов, устаешь, как после полноценной тренировки.

Спустя где-то полчаса, когда я был готов остановить девушку и задать ей миллион вопросов, ответы нашлись сами. Это…

– Это пустота? – спросил я.

– Да. Ты уже видел такое? – уточнила она.

– Что-то похожее.

Пустота выглядела как пространственная аномалия. Как если бы кто-то надул мыльный пузырь и растянул его на многие километры. В лучах солнца он поблескивал, переливался и сверкал. Если не вглядываться, всё равно заранее заметишь. А если ты из тех, кто смотрит исключительно себе под ноги, то стоило подойти, как стало сложнее дышать, а кожу защипало.

– Чувствуешь? – спросила Кая, останавливаясь.

– Да. Идем обратно?

– Идем.

Пока возвращались, я думал вовсе не о границе как таковой, а о том, что и правда уже видел нечто схожее. В моём мире тоже есть доминионы. Я не придавал значения тому, что слова совпадают. Мало ли, сколько подобий встречается на пути ловца. Тем более они звучали не прямо одинаково, а скорее схоже.

Но сейчас то, что я увидел… У нас имелись такие же границы между доминионами. Если ловец отличился и принёс ценное знание, бог награждал его, создавая в пустоте новый доминион. По сути, небольшой мир. Земли разделялись между собой границами. Такими же, как та, которую я увидел сейчас. Пространственными аномалиями.

– Кая, – позвал я. – А как тогда у вас путешествуют между границами?

– С караванами. Они ходят в специальных местах. Где, в принципе, можно пройти.

Ясно. У нас так же. И что-то мне это открытие не нравится. Этот мир тоже создан богами? Если так, то… Не знаю, что и думать.

– Что дальше? – спросил я Каю.

– Дальше идем вдоль границы.

– Долго?

– Пока не велю остановиться.

– Что ты задумала? Кто-то обещал, что здесь будет, на кого охотиться. Но что-то я вижу вокруг себя лишь пустую землю.

– Всему своё время, Эрано, – ответила девушка. – Если хочешь, устроим привал, поспим и отдохнём. Кто знает, когда в следующий раз получится.

Опять Кая темнит. Ну да, солнце встаёт по утрам, дожди падают с небес, бароны грабят своих же крестьян, а Кая темнит. Видимо, её характер – одна из констант вселенной.

* * *

Я растолкал девушку и подкинул полено в костер. Искры брызнули, но стало лишь темнее. Потребуется минуты две, чтобы пламя набрало силу.

Кая повернулась, приподнялась, вгляделась в темноту. А там было на что посмотреть. К нам подкрадывалась ночная тварь. Сурх обыкновенный. Разве что размерами меньше, чем обычно. Лягушка-мутант шлёпала по сугробам, издавая характерный хруст.

– Всего один? – уточнила Кая, просыпаясь.

– Насколько я вижу, да.

– Не то чтобы хорошо, но это шанс.

Девушка поднялась, взяла оружие, встала в полный рост, отвела руку с копьем и метнула его. Я успел уловить, что наконечник окутался таинством. Снаряд угодил в голову ночному монстру. Тот завалился набок и затих.

Вообще-то, сурхи обладали крепкой шкурой. Как и большинство тварей, приходящих в твёрдую ночь. Обычные охотники для сражений с ними брали оружие покрепче да помассивнее, вроде молота. Кая, благодаря особому лезвию из костей мертвых существ и своим таинствам, эту шкуру пробивала… Ну вот так и пробивала. Одним броском.

– Собирайся, мы уходим, – бросила девушка и побежала за своим оружием.

Собираться? Уходим ночью? Дежурили мы по очереди, и на мою смену выпало появление монстра. Если в округе есть ещё существа, они сбегутся на пламя костра. Нет смысла уходить и искать по темноте других тварей. Но если Кая уходит, значит, у неё другая цель.

Надо бы разобраться с тем, о чем она темнит. Не дело это.

Следующий час, а может, все два, свелись к тому, что мы брели вдоль границы. Иногда нам попадались существа ночи. Хорошо, что одни сурхи. Я, может, и хотел бы получить добычу с кого-то поинтереснее, но это сопровождалось дополнительным риском.

Кая сама расправлялась с монстрами. Не останавливаясь, чтобы собрать добычу. По такому холоду та не пропадет, но искать её днём… Дополнительная проблема.

– Эрано, за мной! – крикнула Кая.

На этом она не остановилась, подбежала, схватила за руку и потащила прямо к границе. Я девушку всегда немного безумной считал, но признавал: она знает, что делает. В большинстве ситуаций.

Я ожидал чего угодно, но не того, что в какой-то момент земля уйдет из-под ног, и мы отправимся в свободное падение.

* * *

Падение закончилось жестким ударом обо что-то твёрдое. Пятки обожгло, спину прострелило болью, и я полетел вперед, зарывшись лицом в снег. Да так хорошо, что во время падения открыл рот, собрал им полную пригоршню, а носом врезался во что-то до боли крепкое, гораздо крепче, чем я сам.

Кая… Твою-то мать…

Если я опять нос сломал… Точно придётся кого-то убить.

Вторая мысль после образов жестокой расправы – мы упали в расщелину. Если так, то крупно встряли. Ледяные миры составляют приблизительно тринадцать процентов от всех миров. Ловцы в них разбираются, хоть и не любят. По крайней мере, я не мог представить человека, который любил бы вечный мороз.

При всех практиках и таинствах не факт, что получится выбраться из расщелины без специального оборудования и помощи сверху. Кая тоже упала? Она бежала впереди меня, и я точно видел, как она проваливается вниз.

Плохо дело…

Шевельнувшись и приподняв голову, я увидел, что оказался вовсе не в расщелине. Вообще-то, где-то в другом месте я оказался, сильно отличающемся от того, что было ранее. Бежали мы по снежному полю, а попали…

– Эрано! – позвала Кая. – Хватит валяться! Здесь слишком опасно, чтобы ты лежал, отклячив задницу!

Кричала она шёпотом, как бы парадоксально это ни звучало. Поднявшись, огляделся. Это был почти что нормальный мир. Если не считать того, что здесь явно меньше воздуха. Дышать можно, но я чувствовал, как в груди нарастает напряжение.

Кая отряхнулась, собрала вещи и выжидательно уставилась на меня. Я тоже отряхнулся. Глянул назад и увидел торчащие из-под снега камни. Об них ногами и приложился. Ощупал нос, тот отозвался болью.

– Кажется, сломан, – сказал я обескуражено.

Кая подошла, ощупала и… Вправила. Как много смысла в этом коротком слове. Я не заорал из принципа. А хотелось. Очень.

– Я обещал себе, что убью того, кто мне нос сломает.

– Удачи, – Кая не оценила откровенности. – Попробуй убить эти камни или гравитацию. Только в следующий раз, сейчас нет времени медлить.

– Вообще-то, есть конкретный виновник моих страданий.

– Исключительно ты сам. А ещё твоя невезучесть и неуклюжесть. Как ты будешь их убивать, я хочу посмотреть ещё сильнее, чем на то, как расправишься с камнем. Но потом. Идём.

– Подожди, мои вещи…

Кая издала горестный вздох. Не обращая на неё внимания, я подобрал то, что выронил. Повезло, что ничего не сломалось. С оружием в руках как-то поспокойнее.

– Итак, – сказал я, смотря на скалы вокруг. – Мы перешли границу?

– Да, это твёрдое измерение.

Чего?! Я имел в виду, что перешли границу в другой доминион, а не в измерение! Хотелось высказать Кае всё, что о ней думаю, но… Сейчас и правда не время.

Да и чего кочевряжиться? Кажется, я соприкоснулся с ещё одной тайной, и надо не ворчать, а попытаться узнать больше.

– Хорошо. Устроим охоту?

– Конечно, – Кая сверкнула глазами и отвернулась. – И что, ты не задашь миллион вопросов?

– Задам. Как только это станет безопасно.

– Тогда я буду выбирать места поопаснее.

– Не ври хотя бы себе. Ты будешь выбирать самые прибыльные в плане силы места.

Кая фыркнула и зашагала в сторону скал. Я отправился за ней, выхватывая новые и новые детали. Пространство наполовину открытое. Видно далеко, но хватает больших гор, чтобы скрывать некоторые участки. Путь Каи быстро закончился у скального выступа, что преградил нам дорогу. Девушка подошла к нему, повернулась спиной и подставила руки. Я пристроил на них ногу, оттолкнулся, и в тот же момент девушка выбросила меня наверх. Зацепившись, подтянул себя, залез и закрепился. Когда Кая разбежалась и подпрыгнула, я поймал её за руку и затащил к себе.

– Дышать… трудно… – заметил я. Короткая нагрузка сбила дыхание, делая дефицит кислорода заметнее.

– Здесь так бывает. Дыши медленно и глубоко. Надо найти место, где с воздухом получше. Там поговорим.

Внезапно Кая отпрыгнула в сторону, а туда, где она находилась, врезался булыжник. Я тоже отшатнулся, но угрозу сразу не увидел. Заозирался, перехватывая копье и выискивая врага. Тот нашёлся на ещё одном выступе. Метрах в тридцати от нас. Прямо сейчас это существо поднимало ещё один камень. В тот момент, когда я это заметил, оно как раз замахнулось и послало снаряд.

Хех… Я прыгнул в сторону, а Кая рванула вперед. Бегает она быстро, когда надо. Особенно на коротких дистанциях. Вмиг долетела до выступа, прыгнула и оказалась наверху. Лезвие копья вспыхнуло чернотой, и девушка оставила широкую рану на бедре монстра. Тот отмахнулся лапищей и прыгнул на Каю.

Я в стороне не остался и тоже скорость набрал. Выступ небольшой, метра два высотой. Если разогнаться, заскочить не проблема. Я взмыл в воздух, залетел наверх и ударил в спину.

Копье отскочило, звякнув. Ошибка… Обычные атаки эту шкуру не пробивают. Отпрыгнув назад и пригнувшись, пропустил над головой ответный удар. Кая этим воспользовалась и пробила существу колено. То завалилось, яростно рыкнув, но ответить не успело. Следующий удар прилетел ему в голову.

На этом бой закончился.

Я с трудом продохнул. Здесь воздуха ещё меньше. Да и короткая потасовка сожгла кислород. Если так дальше пойдет, в обморок свалюсь. Кая не медлила, положила копье рядом с тушей, достала нож и взялась за разделку.

– Спустись ниже, – бросила она мне. – Там дышать проще. Если я отключусь, вытащишь.

Я послушно спрыгнул вниз. Нашёл место, где дышалось лучше, и наконец-то свободно вздохнул. Почти… Но тут хотя бы полегче, уже хорошо. Девушка справилась сама, вытаскивать её не потребовалось. Минуты две у неё на разделку ушло. Я успел осмотреться как следует.

Первое, что изучил, – это наличие выхода в мир людей. Мы как-то сюда попали. Предположу, что через подобие щели. Не просто же так Кая бежала в определенное место, дождавшись определенного времени. Раз есть вход, значит, через него можно и вернуться. Наверное. Как бы я ни вглядывался, ничего не обнаружил. Что, учитывая мой дар видеть тайное и скрытое, несколько странно.

Отложив вопрос, принялся изучать ландшафт. Мы сюда не на прогулку явились. Придётся драться – и много. Территория не самая простая. Я стоял метрах в пяти от расщелины. Не поленился, заглянул туда и дна не увидел. С одной из сторон скалы вниз уходят. В другой – наоборот, выступы наверх поднимаются. В третьей и четвертой – смешанный тип. Хватает троп как наверх, так и вниз.

Сами скалы рыжеватые, не везде монолитные. Много твёрдых, торчащих кусков, но есть и насыпи. Надо учитывать это, а то не ровен час соскользнёшь и упадешь куда-нибудь в расщелину.

Последнее, что я изучил, – того противника, с которым мы столкнулись. С моей позиции он сейчас не был виден, но я и в короткой стычке достаточно заметил, чтобы воспроизвести в памяти и разобрать по деталям. Существо представляло собой нечто среднее между человеком и лягушкой. Большое, овальное и плосковатое туловище с повышенной броней на спине. Последнее я проверил своей безрезультатной атакой. Понадеялся на силу зачарованного лезвия, но, видимо, этого было мало. Ещё существо отличалось мощными нижними лапами. По строению как у людей, то есть присутствуют ступни и колени. Но положение как у лягушки. Когда тварь кидалась в нас булыжниками, она стояла в полуприсяде, широко разведя ноги. Верхние конечности, наоборот, короткие и худощавые, зато с широкими ладонями. Такими удобно держать камни, а кидать не очень. Поэтому во время броска существо использовало всё тело, выпрямляясь и как бы выпрыгивая.

Голова сплюснутая, будто по ней сверху чем-то тяжелым ударили. Глаза, пасть – всё это присутствовало, но слабо походило на человеческое. Скорее это была уродливая звериная морда. Волос никаких не заметил, кожа чем-то напоминает камень.

Закончив, Кая спрыгнула вниз, доковыляла до меня и упала на колени, тяжело дыша.

– В прошлый раз было легче…

– В прошлый? – зацепился я за оговорку.

– Я здесь бывала. Не прямо здесь, конечно… Но ты понял.

– С удовольствием выслушаю эту историю. Как и то, что нас здесь ожидает.

– Я расскажу позже. Не трепли нервы.

Кая быстро восстановилась. Отдышалась, поднялась и засунула добытое в отдельный кожаный мешок. Что бы она ни добыла, выглядело это мерзко.

– Идём. Здесь нельзя долго оставаться на одном месте. Надо постоянно двигаться.

С каждой минутой всё больше и больше приятных деталей. Обожаю эту девушку за такие подставы. Не даёт заскучать, чтоб её.

Глава 7. Твердый мир

Кая нарезала вяленое мясо и делилась со мной. Жуя, мы сидели и смотрели вдаль. Горы, скалы, камни, ржавчина… Оранжевый налет, покрывающий камни, на ощупь, да и на запах тоже, ощущался именно как ржавчина, поэтому я её и упомянул.

Весь этот мир, та часть его, что нам открылась, напоминал окислившуюся железную болванку в форме сыра с дырками, который полежал на солнце и оплавился.

Спрятались мы как раз в такой дыре-норе. Небольшая пещера, дававшая защиту с трёх сторон и позволяющая видеть, что происходит с четвертой. Сюда задувал ветерок, и можно было сказать, что мы расположились почти что с комфортном.

У меня появилась теория, связанная с этим миром. Если здесь такие перепады, возможно, воздух вообще изначально тут отсутствовал и появился из-за того, что граница между реальностями стёрлась, и, грубо говоря, из мира людей «задувает». Растений я не видел, да и органических форм жизни тоже. Местные сурхи не особо под эту категорию попадают, они скорее каменные, чем живые. Так что не удивлюсь, если окажусь прав. Возможно, воздух заменяет что-то другое. Какой-нибудь газ или иной вид атмосферы, но без лаборатории, учёных и анализов этого не определить. Нет смысла даже гадать.

– Это достаточно безопасное место для рассказа? – спросил я у Каи, когда мы немного отдохнули.

Добирались сюда часа три, за это время убили семь монстров. Каждый походил на другого как брат-близнец и отличался разве что размерами. От полутора до двух метров ростом, выглядят как каменные, отдалённо напоминающие людей, уродцы.

– А что рассказывать. Это то, откуда приходят твердые существа.

– Что-то я не вижу никого знакомого.

– Да неужели? – усмехнулась Кая. – А как же сурхи?

– Мы их не встречали.

– Именно их мы и встретили. Просто во время перехода в наш мир они изменяются.

Хм… Что-то такое я и предполагал. Если взять сурха в мире людей и здесь, то местные больше похожи на людей, а перешедшие – на лягушек и зверей. Здесь существа ходили на задних лапах, редко опускаясь на переднюю пару конечностей. Я это один раз видел, мало для статистики, но всё же. В мире же людей, наоборот, предпочитали прыгать как лягушки. Да и в целом выглядели менее разумными, чем здешние существа.

– Любопытно… – протянул я. – А с чем это связано?

– Спроси что полегче, – фыркнула Кая, отмахиваясь от меня кусочком обгрызанного мяса.

– А не случится так, что и мы изменимся?

– Если надолго задержимся, всё возможно, – флегматично сказала девушка.

И не понять, шутит или нет.

– Расскажи нормально про свой план, – в который раз попросил я.

– План всегда один – обрести силу. А то, каким образом это будет сделано, всего лишь частности, – фраза прозвучала излишне пафосно, девушка это и сама поняла, отчего, вот невиданное дело, смутилась и дальше нормально объяснила: – Границы между доминионами сами по себе необычные места. Иногда там случаются вот такие незаметные проколы, каким мы с тобой воспользовались. Об этом почти никто не знает, поэтому и ты молчи.

– Почти никто – это насколько никто?

– Я об этом от отца узнала и никогда не слышала, чтобы охотничьи отряды пользовались схожим образом. Темный Герцог использовал данную лазейку в качестве испытания для наследников. Вызывал к себе, рассказывал, а потом отправлял в поход с наказом либо умереть, либо вернуться сильнее.

– Мило.

– Не то слово, – криво улыбнулась Кая. – Потому об этом месте так мало известно. Оно использовалось утилитарно, сугубо ради одной цели. По крайней мере, моим отцом. Не думала, что когда-то вернусь сюда. Это место полезно для тех, кто в начале пути. По этой же причине оно и опасно. Будь я на прежнем уровне силы, надо было бы искать другое место для охоты.

– Опасности. Что нас ждёт?

– Часть ты уже видел. Местные существа, суровые условия, дефицит воздуха, аномалии. Но ладно бы только это… Ты должен кое-что узнать. Считается, что во время ночей соприкасаются два мира, и так образуется граница. Но здесь есть своя, отдельная граница. Помнишь снег, в который мы угодили? Это одно из проявлений. Да и перепады температур, давления, количество воздуха – всё это следствие того, что мир людей рядом.

– Я и сам так подумал. Это точно или твои домыслы?

– А когда домыслы перестают быть домыслами и превращаются в достоверный факт? – Кая приподняла бровь и насмешливо окинула меня взглядом.

– Уела. Так ты хочешь сказать, что это некая пограничная зона? – уточнил я, чтобы не запутаться со словом граница.

– Да, так точнее будет. Зона, куда приходит некоторое количество существ. Как я думаю, они изменяются, постепенно адаптируются к миру людей и во время ночи перебираются к нам. Там, дальше, – Кая махнула рукой куда-то в сторону. – Если углубиться в эти земли, но условия будут совсем не пригодными. Нечем дышать, другая гравитация…

– В общем, там не выжить.

– Не выжить. Не на нашем уровне развития уж точно. Да и сурхи, которые здесь выглядят одним образом, дальше совсем другие.

– Так и к чему ты это? Информация крайне интересная, но я по-прежнему обеспокоен выживанием.

– К тому, что сурхи здесь бывают разные. Они разумнее, чем те, что переходят к нам. Ты бы знал на опыте, о чём я говорю, если бы пережил твёрдую ночь опасного уровня. Сурхи-командиры, можно так про них сказать. Хотя их чаще называют старшими сурхами или вожаками. В мире людей только они способны превратить младших в подобие отряда. Здесь же… Младшие сами по себе умнее. Будут использовать ландшафт, выжидать момент, а не тупо бросаться в бой, в общем, вести себя как не самые умные, но всё же думающие солдаты. Если они передадут старшему сурху, что здесь разгуливают люди, начнутся настоящие проблемы. На нас откроют охоту.

– Значит, младших надо убивать быстро, а старших избегать?

По тому, как Кая посмотрела на меня, я понял, что ответ будет совсем другим.

– Нам надо устроить охоту на командиров.

– Я не ослышался, на командиров, а не на командира?

– Здешние существа не только видом отличаются. Ингредиенты с них ценнее, чем то, что мы добываем по ту сторону, – Кая указала на мешок, куда складывала специи.

– Если ты хочешь полноценную охоту устроить, то как мы дальше груз тащить будем? – Мешок и так уже наполнился. Килограмм пять-семь весит, не меньше.

– Придётся употреблять их прямо здесь.

– А далеко нам от выхода нужно удалиться?

– Выхода? – рассмеялась Кая. – Так ты не догадался… Нет никакого выхода. Мы проскочили через щель и выйдем только тогда, когда найдем новое место для перехода.

– Ох…

Кая, да чтоб тебя!

– Тсс… – прошипела девушка.

В пещере мы засели так, чтобы скрыться с глаз, но при этом видеть все, что происходит в окрестностях. Появившуюся фигуру девушка заметила первой. Я бы тоже увидел, но новое открытие о том, что выход ещё нужно найти, на мгновение выбило из колеи.

Впрочем, стоило увидеть существо, как посторонние мысли улетучились. Никогда не жаловался на плохое зрение, как и на невнимательность. Несмотря на то, что гость был далеко, я разглядел, что он отличается от младших сурхов.

– Это командир?

– Да, – тихо ответила Кая. – Его надо убить. Готовься бежать до него. Нужно будет отвести в место, где есть воздух. Иначе не выдержим.

– К чему готовиться?

– Бей, вкладывая таинства. У него нет слабых мест, которые ты обычным ударом пробьешь. Если рядом окажутся сурхи, придут на помощь. Лучше будь готов к тому, что они в любом случае придут. Чем дольше затянется бой, тем больше набежит.

– Ты сможешь убить его быстро?

– Нет. Не факт, что мы его вообще убьем.

– И что тогда?

– Тогда мы умрем. Поэтому не стесняйся, Эрано, покажи, что умеешь. Начинай по нему стрелять, а я побежала. Как приближусь, бросайся следом.

Кая встала, скинула меха с плеч, проверила оружие, перехватила копье поудобнее и сорвалась с места. Пока она готовилась, я вскочил и подхватил лук. Когда девушка выбежала из пещеры, шагнул за ней следом, натягивая стрелу. Здесь нет ветра, идеальные условия для стрельбы… Вжух… Стрела унеслась вдаль и врезалась в плечо существа.

Целился я в грудь, но и так хорошо. Вторая угодила в локоть и отскочила. Третья врезалась в бедро, но это никак не замедлило существо.

Оно набрало скорость и прыжками сблизилось с Каей. Когда девушка оказалась рядом, монстр ударил лапами по скале, и та пошла волнами. Каю подбросило вверх, словно пушинку. Я выпустил ещё одну стрелу, та вонзилась существу в бок, но оно даже не заметило, прыгнуло за девушкой.

Отбросив лук, я подхватил копье и побежал вперед, чувствуя внутри дрожь. Сильный противник. Придётся постараться, чтобы выжить.

Вблизи существо оказалось ещё больше, чем я предполагал. Метра четыре ростом, оно возвышалось надо мной, как великан. Кая увернулась от удара лапой, который раскрошил камень. Я же зашёл в спину, собрал энергию внутри и пустил её по древку. Целился во внутреннюю часть колена. Выше ещё попробуй достань.

Капитан сурхов чем-то напоминал своих младших родичей. Он одновременно и больше походил на людей, и выделялся своей инакостью, нелюдским происхождением. Тело покрывали темные, отливающие металлом наросты. От них стрелы и отскакивали.

Лезвие едва коснулось стыка между двумя пластинами. Энергия высвободилась, и место попадания вспучило, защитные наросты отогнуло, будто они были из металла отлиты. Само колено могло посоперничать толщиной с моим телом. Руками обхватить можно, но не то чтобы просто. На фоне общей толщины сила взрыва размером с мой кулак выглядела просто смешно. Ближайшие защитные пластины отогнулись, кусок мяса разорвало, на этом всё.

А я-то ждал, что колено и вовсе оторвёт.

Существо резко обернулось, и теперь уже мне пришлось отпрыгивать, чтобы не быть раздавленным. От удара кулака скалы вздрогнули, а меня отбросило. Капитан применил таинство, и я ощутил, как тело сдавливает, подхватывает и отправляет в полёт.

В этот момент я действовал инстинктивно. Зачерпнул энергию изнутри, смешал с эмоциями решительности и укрепил тело. Пара секунд полёта, давление ослабло, а я мягко врезался в скалу, успев сгруппироваться в последний миг.

Мягко – это не превратился в лепешку, а всего лишь отшиб себе бедро и локоть да свалился вниз, приземлившись на ноги.

Кая тем временем воспользовалась шансом и атаковала монстра. Ударила в спину, как и я, в ту же самую точку. Саму атаку я пропустил, но услышал её и увидел последствия.

На этот раз ногу разорвало как надо. Раздался хлопок, треск, а следом громогласный рык. Существо завалилось на раненое колено, но от этого менее свирепым не стало. Кая находилась сзади, когда сурх развернулся корпусом, занёс лапу и резко опустил вниз. От физической атаки она увернулась, отпрыгнула назад, удерживая копье перед собой и отводя его для нового удара, но не успела. Сурх едва заметно отмахнулся, это породило волну земли и камней, что врезалась в Каю, снесла её, бросила на скалы и потащила дальше, к обрыву, за которым девушка и исчезла.

Я в этот момент, оттолкнувшись от земли, бежал на помощь, успев подхватить выроненное копье. Увидев, как Кая исчезает, похолодел. Она не может умереть. Или может?

Секунда замешательства стоила мне потери преимущества. Сурх не забыл про меня и обернулся.

Долой сомнения! Ещё ничего не закончилось, не время поддаваться эмоциям!

Чтобы рассмотреть скрытое или тайное, требовалось время. Дар не работал моментально. Сначала надо столкнуться с феноменом, понаблюдать за ним, и только потом дар включался на полную мощность. Короткой стычки хватило, чтобы рассмотреть, как существо снова формирует таинство.

Энергия со стальным отливом едва заметной дымкой выходила из тела сурха, пропитывала осколки камня вокруг и…

Я метнулся в сторону, запрыгнул на камень, оттолкнулся от него и прыгнул дальше, пролетев через расщелину. Сзади с грохотом падали осколки породы и комья земли.

Этого было мало. Уворотами битву не выиграешь.

Я вглядывался, стараясь заранее определить, куда ударит таинство. Но вместо этого сурх поступил иначе. Стоило мне подобраться, он вскочил, оттолкнулся ногами и прыгнул. Я был убежден, что его колено разорвано и на такие трюки не способно. Но существо удивило, за раз преодолев метров пять. Отпрыгнуть я успел, но сила толчка была такова, что меня отбросило в сторону, и я покатился по камням, сосчитав спиной и боками все неровности, снова потеряв оружие.

Это начинало утомлять…

Разозлившись, я оттолкнулся от земли и прыжком ушёл от посланных вдогонку камней. Кажется, я начинал понимать, чем обычный практик отличается от опытного. Это существо за время боя применило своё таинство раз десять. Когда же сурх выдохнется?

Помимо большого запаса внутренней энергии, он подтвердил свою разумность, отшвырнув копье в сторону. То ли так и задумывал, то ли раздавить хотел… Лапа у него большая, он ею смахнул оружие вместе со щебнем и отправил подальше от меня, после чего распрямился и застучал себя кулаками по груди, бросая вызов. Вон как злобно смотрит, глазки из-под каменных бровей-утёсов так и пылают ненавистью.

Эта короткая демонстрация силы и жажды доминирования дала мне драгоценное время. Я сформировал темный кинжал в рекордно быстрые сроки. Он врезался в морду твари, заставил её отшатнуться и прикрыться рукой. Я рванул вперед, молясь, чтобы сурх не догадался сесть, проскочил между его ног, побежал дальше, прыгнул вперед, кувыркнулся и подхватил копье.

Когда выставил оружие напротив себя, сурх издал обиженный вопль. Ему не понравилось, что добыча оказалась столь юркой. Он заозирался, не сразу заметил меня, дав подсказку, что с внимательностью и зрением у него не очень. Да и разумность умеренно-ограниченная.

Я сблизился с тварью, ударил копьем, но скорее обозначая удар, а не ударяя всерьез. Требовалось время, чтобы разобраться, где у него уязвимые места. Повезло, что это создание было медленным. Я оказался быстрее, и это позволяло уворачиваться.

Ударил в ногу, лезвие соскочило с пластины. Сурх не стоял на месте, наступал на меня. Кажется, до него дошло, что особого вреда причинить я не могу, и что проще раздавить, чем тратить силы на таинства. А может, у него просто силы подошли к концу, и он экономил. Второй удар пришёлся в сочленение между наростами, и это чуть не лишило меня оружия. Лезвие вошло в плоть, но застряло и я чудом вернул оружие обратно.

Пришлось отступить, чтобы собраться с мыслями, восстановить дыхание и наметить следующую точку для удара. Я должен был найти самое уязвимое место, чтобы ударить туда таинством.

Смещался я в ту сторону, где больше всего воздуха было. Легкие горели огнём, не давая забывать про этот момент.

Попробовал атаковать ещё раз, но… Вскоре пришёл к выводу, что уязвимых мест как таковых у сурха и нет. Эта махина олицетворяла собой твёрдость. Защитные наросты нечего и думать пробить. В стыки попасть можно, но и сама плоть твёрдая. Ещё и восстанавливается.

Упрямство – хорошая вещь, но не в данном случае. Убедившись, что этого противника в одиночку я не убью, начал искать пути к отступлению. Надо увести сурха подальше, вернуться и проверить, что там с Каей.

Девушка, словно только этого и ждала, решила вернуться сама.

– Эрано, сзади!

Услышать голос Каи было глотком свежего воздуха. В буквальном смысле тоже – я добрался до особо насыщенной кислородом зоны.

Понимая, по каким причинам может кричать девушка, отпрыгнул в сторону и едва разминулся с брошенным камнем. А вот и подмога пожаловала.

Как будто нам старшего сурха мало!

– Займись ими!

Я увидел, как Кая спрыгнула с верхних скал прямо на спину существу. То и не заметило столь наглого поведения. Слишком малы размеры девушки и слишком велик монстр. Зато сурх заметил, когда копье вошло ему в стык на шее. Тварь выгнулась, распрямилась, и Кая повисла, держась за древко.

Что там дальше случилось, я не увидел. Развернулся и побежал в сторону. Сражаться с другими сурхами, когда рядом их огромный командир, способный раздавить меня, наступив, я не собирался.

Всего к нам две особи пожаловали, и я облегченно выдохнул. Идеально было бы, если бы они вообще не появились. Но хотя бы не десяток, и то хорошо. За время путешествия по этому миру я успел изучить повадки тварей. Знал, что они любят швыряться всем, что подвернётся на пути. Ещё прыгают высоко и бьют сильно, под удары нельзя подставляться.

Потребовалась пара вдохов, чтобы добраться до сурхов. Они встретили меня с радостью, раскрыли объятия и прыгнули навстречу. Не стоило недооценивать их нелепого вида. Лапы у них ловкие и быстрые. Я сместился в сторону так, чтобы закрыться тем сурхом, который помельче, от того, что покрупнее.

Приземлившись, мелкий сурх попытался схватить меня и подмять под себя. Носа коснулся смрад, запах чужого мира. Пахло одновременно от всего тела сурха, и находиться рядом долго было противопоказано. Этот запах протухших камней был невыносим. Дополнительная мотивация разобраться с сурхами быстро.

Пустив по копью энергию, я подгадал момент и ткнул лезвием существу в горло. Проверенный удар. Длина копья позволяла держаться на безопасном расстоянии, а скорость и ловкость – уходить от ударов.

Медленные… Слишком медленные существа…

Сурх, прямо как человек, схватился за разорванное горло. Эти существа не такие крепкие, как старшая особь. Моего таинства хватило, чтобы нанести смертельный удар. Вместо крови у них нечто, похожее на смазку. Вязкая, как смола, жидкость, что медленно полилась из раны.

Крупный сурх перепрыгнул умирающего товарища и отогнал меня. В момент прыжка и приземления они наиболее предсказуемы. Место боя я изучил, пока бежал сюда, и на автомате отскочил, зная, что случайно не провалюсь в расщелину. Этот момент предсказуемости позволил оглядеться и увидеть, что Кая продолжает сражаться с капитаном и что других сурхов на подходе нет. Правда, они могут прятаться за скалами, ландшафт позволяет скрытно перемещаться.

Сурх собрался броситься на меня, но я сам прыгнул ему навстречу, сбивая движение, шагнул вправо и ударил копьем. То оставило рваную рану на голове твари. Сурх отмахнулся лапой, побежал за мной, но я легко увернулся, подгадал момент и нанёс добивающий удар.

На этот раз копье коснулось живота. Я настолько хорошо выполнил удар, что брюхо твари взорвалось, демонстрируя внутренности. От этого существо рухнуло замертво. Первый сурх тоже не боец. Хватило одного взгляда на то, как его сотрясают вялые конвульсии, чтобы понять: это агония.

Кая по-прежнему восседала на спине монстра, и не сказать, что дела у неё шли хорошо. Она не могла отцепиться. Копье, походу, застряло, а остаться без заговоренного оружия не самая лучшая идея с данным противником. При этом монстр чувствовал себя живее всех живых и пытался достать «надоедливую мошку». Строение тела не позволяло ему взять и почесать спинку. Таинствами он тоже мазал. Я увидел, как от него разошлась волна, поднявшая камни, но полетели они куда угодно, только не в Каю.

Пожалуй, девушка нашла самое безопасное место для боя с этим созданием.

И самое неудобное.

Минус у этого в том, что существо металось столь неистово, что я не видел способа к нему подобраться. Промедление привело к тому, что монстр оступился и упал с каменного карниза. Тот участок я помнил, там высота метра три, но чем больше весишь, тем больнее падать. Сурх рухнул, пропал на секунду из виду, а потом его башка вместе с Каей снова показалась над выступом. Я порадовался, что девушка удержалась, но надо было что-то делать.

Лук здесь не помощник, слишком слабый. Нужно бить копьем. В бою с двумя сурхами я кое-что смог сделать. Исполнил лучший свой удар. Если повторить его, то, может, и пробью гиганта…

Три метра высоты не предел для моего текущего уровня развития. Если бы там была мягкая земля, а рядом не бушевал гигант, способный меня раздавить, случайно задев, прыгнул бы, не думая. А так остановился, оценил обстановку и сиганул в сторону от сурха.

Это место было не самым удобным для боя. Хотя как посмотреть. Здесь начиналось плато, испещренное разрывами. Оступись – и улетишь в расщелину. Какие-то глубокие, дна не видно, какие-то не очень, но и просто соскочить во время боя смерти подобно.

– Помогай! – крикнула Кая.

А я что делаю?!

Существо снова продемонстрировало разумность. Оно не продолжило делать то, что неэффективно. Изогнувшись, резко ударило спиной о каменный выступ. Если бы не ловкость Каи, быть бы ей размазанной.

Я этот момент использовал, чтобы ударить по открывшемуся брюху. Сил не жалел. Вложил всё, что осталось, выжал резерв досуха. И снова меня словно озарение посетило. Я увидел, как течет энергия внутри существа. Выстрелил копьем идеально точно. Удар получился хлестким, конец лезвия едва коснулся чужой плоти, высвобождая направленную силу.

Живот вспух, его разорвало, и монстр резко согнулся, заваливаясь на меня. Я чего-то такого ожидал, не стоял, открыв рот, не восхищался своим ударом. Сразу в сторону отпрыгнул, а потом ещё раз, учитывая размеры существа. Где-то наверху раздался крик и унёсся вперед. Тень Каи мелькнула над головой и исчезла за ближайшим скальным клыком.

Не везет ей что-то.

Монстр завалился на колени и потряс головой. Я хотел выбрать место для обычного удара, но по-прежнему не видел ничего настолько уязвимого.

– Копье! – заорала появившаяся Кая.

Девушка спрыгнула со скалы, кувыркнулась и… Ещё в момент её прыжка я, не думая, кинул оружие. У Каи больше энергии. Её копье обломалось и частично торчало в загривке монстра. С оружием она сможет добить его.

Кая перехватила копье и исполнила гораздо более чистый приём, нежели то, что я показал чуть ранее. Всё же её опыт превосходил мой, несмотря на то, как неистово я тренировался.

Потребовалось ещё три удара, чтобы закончить начатое. Монстр упал на камни и развалился в отнюдь не героической позе.

– Займись остальными, – Кая вернула мне копье. – А я пока разделаю тушу.

Повернувшись, я увидел, как к нам спешат сурхи. Три штуки. А мой резерв пуст… Да что ты будешь делать.

Глава 8. Передышка

Передо мной в ряд лежали добыча, возможности, проблемы и потери. Кая сидела справа. Она тоже относилась к двум из перечисленных категорий, что иногда утомляло. Раскрасневшееся лицо, мокрые от пота волосы, слой рыжей грязи, покрывающий добрую половину тела, – выглядела она совсем не по-царски. Её сломанное копье лежало напротив. Оно относилось к категории потерь. Моё копье покоилось рядом. Целое, но не было уверенности, что оно продержится сильно дольше.

– Твоё таинство несовершенно, – говорила Кая, объясняя проблемы. – Поэтому древко медленно разрушается. Не знаю, сколько оно ещё выдержит.

– Как продлить агонию?

– Глупый вопрос.

– Надо пропускать энергию аккуратнее, – ответил я за неё. – Иначе говоря, улучшить таинство.

Кая кивнула, дунула, пытаясь убрать прядь волос, но та прилипла и не поддалась. Пожалуй, не стоить говорить, что от неё воняло потом. Не слегка попахивало, а буквально смердело. От меня, надо полагать, тоже. Пришли мы с мороза, а здесь плюсовая температура. В нашей броне жарковато, особенно во время боя. Имей сурхи хороший нюх, давно бы нас вычислили.

– Во время боя я кое-что ощутил и смог ударить сильнее, – поделился я с девушкой.

– Озарение? – оживилась она. – Это хорошо. Полезно.

– Что ещё за озарение? Смысл слова я знаю, но в сфере таинств оно означает что-то своё?

– Озарение – это спонтанный прорыв. В мастерстве, понимании, технике, силе. В общем, большой или не очень шажок по пути возвышения.

– Ага, ясно… А как их получить, да побольше?

– Это тот редкий случай, когда мой отец делился пояснениями, – хмыкнула Кая в ответ своим мыслям. – Чтобы прийти к озарению, твой разум должен быть открыт, а в жизни присутствовать вызовы. Чаще всего они происходят на стыке опасности или тогда, когда разум накопил много информации.

Я привычно совместил полученные объяснения с теми знаниями, которыми обладал. В принципе, схема понятна. Нужно собрать как можно больше сведений о той области, в которой хочешь сделать прорыв. При этом не зацикливаться и изучать другие вещи для расширения кругозора. Когда накопится критическая масса, опасная ситуация послужит катализатором прорыва.

Похоже на план.

– Остаёмся пока здесь?

– Да. Надо восстановиться и использовать то, что добыли. Вожака сурхов мы убили, есть шанс, что эта территория пока свободна.

– Никогда раньше не слышал про их вожаков.

– Они являются в опасную твёрдую ночь.

– Тара про них не рассказывала.

– Она про многое не рассказывала, – пожала плечами девушка и достала из сумки флягу с водой.

– Здесь есть источники? – вспомнил я о главном.

– С этим могут возникнуть трудности.

Вот за что люблю Каю, так это за умение затаскивать меня в сомнительные авантюры. Не пора ли это прекращать? Не авантюры, а дефицит информации.

– Кая, ты ведь в курсе, как я дела в деревне обустроил, так?

– Так, – бросила девушка на меня подозрительный взгляд. Почуяла подвох.

– Среди твоих знакомых много хороших управленцев?

Кая подняла глаза к небу, задумавшись. Искренне задумалась, где-то на минуту.

– Ты другой, – наконец выдала она. – Уверена, ты бы справился с кризисом гораздо лучше, чем новый барон. Кастл – мальчишка, который непонятно чем думает.

– То есть ты признаешь мой талант в этой области?

– В управлении крестьянами? Да.

– Я про другое. Про умение работать с информацией и находить оптимальные решения.

– Эрано, к чему ты клонишь?

– К тому, что мне надоело участвовать в сомнительных авантюрах в условиях дефицита информации. Ты уверена, что твой план оптимален? Уверена, что я не найду пути лучше?

– Ты… – Кая начала говорить и осеклась.

– Слишком мало знаю? – закончил я за неё фразу. – Ты права. О чём и речь. Мне нужна информация.

– Всему своё время.

– Так дело не пойдёт.

– А если я откажусь рассказывать, то что?

– Я не буду напоминать о нашем уговоре. Ты мне и так многое поведала.

– Чем тогда будешь мне угрожать?

– Тогда рано или поздно я уйду.

На это Кая рассмеялась.

– Я тебе предлагаю дружбу, – её смех меня ничуть не смутил, – а ещё союз. Не следовать за тобой хвостиком, а быть на равных. Если, несмотря на прошедшее время, ты к этому не готова, то не будешь готова никогда. Так зачем мне стучаться в закрытые ворота и дальше?

– Ты забыл, благодаря кому стал сильнее в последние дни?

– А ты не забыла, кто спас твою шкуру? Одна бы ты не справилась. В лучшем случае сбежала бы, но не получила бы мертвые сердца. Не стала бы сильнее. А сегодня? Та же самая история. Мы нужны друг другу. Но ты хитришь, хочешь сохранить за собой преимущество владения информацией, думая, что тебе это что-то даст. Но знаешь, как на самом деле? Это не усиливает тебя, а ослабляет. Вместе мы сможем больше, чем по отдельности.

– И куда же ты пойдешь без меня?

– Здесь? Если ты психанешь, обидишься и гордо уйдешь в закат, как-нибудь выберусь. Силу монстров я оценил. Поохотиться нормально не получится, но, уверен, выход найти смогу. Потом вернусь в деревню, продолжу практиковаться, а как вырасту, отправлюсь в столицу герцогства и поступлю в одну из школ.

– Всё обдумал, да? – зло бросила девушка.

– Озвучил очевидное. Хватит дурить, Кая. Давай действовать либо по-взрослому, либо… Оно того не стоит. Невежество ведет к смерти, а я хочу прожить долгую жизнь.

– Что ты хочешь узнать?

Девушка злилась, но я видел, что она готова уступить. Что ж… Очень хорошо. Ещё один маленький шаг в оформление наших отношений. Посмотрим, что удастся выжать из этой ситуации.

* * *

В пещере задержались на сутки. Этот мир по своему устройству напоминал самый обычный. Здесь имелся свой световой цикл, и солнце тоже. С красным отливом, жаркое и палящее. Насчёт смены времен года неизвестно. Когда Кая здесь была в прошлый раз, погода стояла такая же.

Удивительное дело, впервые за долгое время девушка полноценно ответила на все мои вопросы. Общались мы в то время, пока поглощали добытые специи из сурхов. К сожалению, только сердце старшей особи позволило развить внутренний запас энергии. Остальные специи этого вида существ шли на общую закалку тела. Что тоже полезно.

Я в горячке боя этого не заметил, но Кая после обратила моё внимание на то, что старший сурх создавал вокруг себя поле давления. Обычный человек ощутил бы это как пару тяжелых мешков на плечах. Ноша вроде не страшная, но драться с ней невозможно. Я же и вовсе не заметил. Наглядная разница, чем отличается практик, пусть и ребенок, от обыкновенного человека.

Тот запас, что мы добыли, был равнозначен удачной охоте в течение трёх месяцев в мире людей. Ночи-то случаются не каждый день, а сурхи ещё реже захаживают. Да и преобразуются они, теряя часть полезных свойств.

Сам приём специй ничем особым не выделялся. Закидываешь порцию в рот, прожевываешь, стараясь не думать о вкусе и внешнем облике того, с кого это добыл, а потом часами медитируешь, стараясь направить изменения в нужную сторону на тонком уровне. Звучит не так сложно, а на деле семь потов сходит, пока проведешь трансформацию тела.

Кая поделилась описанием ступеней в закалке. Ещё один показательный момент, чем простолюдины отличаются от аристократов. Сергиус ни про какие ступени не рассказывал, как и Тара. Подозреваю, потому что их путь восхождения шёл по принципу: ну, как получится. Аристократы же, я имею в виду потомственных практиков, накопили больше опыта и знаний. Поэтому у них и классификации на все случаи жизни имелись.

Шаги условные, но тем не менее дающие общие представления о том, где ты находишься и куда двигаться дальше.

Первая ступень сводилась к развитию физических возможностей до максимума. Реализовать этот шаг просто, если ты готов с малых лет тренироваться каждый день часов по пять. Если ещё и питаться хорошо будешь, да под присмотром наставников трудиться, то и вовсе развиться до максимума не такая уж проблема.

Хех. Сказал, и самому смешно. Десять лет пахать – это всего лишь первая ступень на примитивном этапе закалки тела.

На второй ступени начинался выход за максимум. Можно сказать, что я на этом этапе. Да и Кая тоже. Если приводить конкретные примеры, я могу бежать час и не выдохнуться, получить серьезную рану и продержаться какое-то время, прожить дольше, чем следует, и дотянуть до оказания помощи. Реакция лучше, силы больше, гибкости хватает. Это при том, что мне тринадцатый год пошёл. Совсем ребёнок ещё.

Третья ступень – это сверхвозможности, как их называла Кая. Нечеловеческая сила, стальная кожа, которую не ранит обычное оружие, запредельная скорость – в общем, тот уровень, который превращает разумное существо в настоящую машину смерти. Кая сразу предупредила, для выхода на этот этап надо поглощать силу совсем других созданий. А те, на кого мы охотимся, они так, слабаки.

Так что я сейчас на второй ступени этапа закалки. И на первой внутренних практик. Да-да, у этого этапа тоже имелись свои шаги. Сложная и запутанная система, пока в ней не разберешься. На данный момент я освоил общеукрепляющий комплекс тела за счёт внутренней энергии, защитный покров, темное лезвие и удар внутренней силы. Через пару лет, развив их до должного уровня, буду считаться крепким талантом.

План Каи сводился к следующему. Разобраться с проблемой дефицита специй для укрепления. Живя в деревне, мы просто не могли реализовывать весь свой потенциал и поэтому теряли время. Прийти сюда – решение этой проблемы. За один день добыть то, что в обычных условиях искал бы в лучшем случае три месяца, – это серьезное ускорение.

Будь наши таланты и потенциалы попроще, мы бы такой объём не смогли усвоить. А так, закончив медитацию, я ощущал лишь одно – хочу ещё, да побольше.

С чего и начинались основные сложности, которые ждали нас впереди. О части проблем этого мира я узнал ранее. Кая дополнила картину. Существовало три зоны: твёрдый мир, пограничье, где мы сейчас находились, и мир людей. В первый нам нельзя, там не выживем, во втором будем охотиться, а в третий надо вернуться.

Пограничье делилось ещё на три зоны. Условных, но достаточно выраженных, чтобы я учитывал их в своих расчётах. В самой ближайшей к миру людей зоне сидели так называемые изгои. Это Кая дала название. Выслушав то, что она знает об этой группе существ, я с ней согласился. Самые слабые. Те, кто не вписался в местное общество.

Говоря общество, я не шучу. Какие тут шутки.

Во второй зоне, дальше за изгоями, жили стаи. Кая встречала группы от семи до тридцати особей, во главе с одним или несколькими старшими сурхами. Также она у них видела примитивные орудия труда и оружие. Девушка предупредила, чтобы я исходил из того, что обычный стайный сурх раза в два сильнее его собрата изгоя.

В какой-то степени нам повезло, что мы сражаемся именно с изгоями. Они разрознены, способны собираться в группы, но слишком медленно.

Также Кая рассказала, что ближе к родному твёрдому миру находятся сильнейшие стаи. Именно они выбираются во время опасной ночи в мир людей. С ними нам встречаться рано. Очень рано. Лучше вообще не встречаться.

По всему выходит, что наши цели – это изгои. Оставаться здесь будем, либо пока не надоест, либо пока не найдём выход, либо пока не погибнем.

Сложность номер один – дефицит еды, воды и воздуха. Сложность номер два – Кая осталась без основного оружия, сломав копье. Сложность номер три – моё копье тоже продержится недолго.

По итогу было решено идти куда глаза глядят. Звучит так себе, но другого варианта не было. Мне нужно накопить знания о местности. Где воздух собирается, какие аномалии встречаются, где вода скрывается, как сурхи себя ведут. Увидев закономерности, смогу предложить что-то получше. Глядишь, поиск выхода тоже оптимизирую. Сведу к чему-то конкретному вместо слепого полагания на волю случая.

Спали по очереди. Отдохнув и восстановив силы, собрались и отправились в дальнейший путь.

* * *

Спустя три недели мы по-прежнему находились в чужом мире. После долгого перехода через заснеженные леса мы выглядели так себе, а сейчас и подавно. Кажется, я похудел килограмм на пять, кормили-то здесь плохо. Не как в лучших заведениях. Хотя по ценности как раз наоборот. Того, что мы добыли, хватит на годовой налог барону, а то и больше.

Богами не стали, конечно. А жаль. Зато пару шагов по, как говорят местные, лестнице возвышения сделали. Мой внутренний резерв в два раза увеличился. Тело крепче и выносливее стало. На коже загар появился, и она теперь лучше держала удар. Серьезный удар мечом не остановит, конечно же. Но случайно пропущенный тычок кулаком или лапой – да, такого теперь могу вовсе не бояться. Не знаю, продержался бы я без этих изменений. Что-то подсказывает, что нет.

– Пора уходить, – озвучил я свой вердикт.

– Пора, – согласилась Кая.

За эти дни наши отношения укрепились. Сдвинулись от словесного соглашения о союзе в сторону практической реализации. Я ведь сдержал обещание. Изучил местность, научился быстрее Каи отыскивать воду и места с повышенным содержанием воздуха. Изучил и сурхов, их повадки, потребности, а, следовательно, и то, где их проще всего вычислить.

Эти существа напоминали людей лишь отдалённо. Вместо крови у них густая смазка. Они не едят привычную человеку пищу, а потребляют ту самую оранжевую ржавчину, которой покрыты горы вокруг нас. Мы не раз выслеживали сурхов, которые находили скопления рыжеватой субстанции и погружались в неё, стараясь измазаться с ног до головы. Не факт, конечно, что это способ питания, но более подходящего определения я для этого процесса не придумал. Из этой любви к ржавчине и проистекал новый способ поиска. Найди место с её повышенным содержанием, и туда обязательно придёт сурх. А если знаешь, куда он придёт, сможешь подготовить ловушку.

Таким образом мы перебили больше сотни существ и семь старших особей. Хватило и на медитации, и на запас с собой.

Решение уходить было обусловлено двумя вещами. Наши припасы давно закончились, а питаться исключительно специями не слишком полезно для организма. Я уже чувствовал, что, если задержаться, начнутся проблемы. Надо вернуться в деревню и неделю-две отдохнуть, чтобы оптимально реализовать тот потенциал, что мы набрали. Вторая причина – стаи. Устроив геноцид сурхам, мы привлекли внимание. Не далее как вчера видели первую стаю, что вышла на охоту за нами. Удалось скрыться и сбросить преследователей, но…

Это лишь первый сигнал, что в ближайшее время за нас возьмутся всерьез. Что тогда будет, Кая не знала. Логика же подсказывала, что никакое общество не потерпит на своей территории вредителей.

Место предполагаемого выхода я нашёл. Это было на уровне ощущений. Я чувствовал и улавливал, что там «слабое пространство», и когда наступит твёрдая ночь в мире людей, случится разрыв, через который мы и пройдём.

Оставалось дождаться нужного часа. Добычу упаковали плотно в мешки. Оружия у нас не осталось. Моё копье постигла ожидаемая участь. Древко не выдержало направленной через него энергии и развалилось. Лезвия сохранили и даже использовали, добивая сурхов. А так сражались с помощью темных кинжалов. Я это таинство на новом уровне освоил и попадал точно в цель с двадцати шагов. Серьезный уровень, между прочим. Хватало двух попаданий, чтобы нанести повреждения, несовместимые с жизнью. Старшие особи лучше удар держали, но под нашим совместным с Каем натиском тоже погибали. Единственный минус у этой тактики – запасы энергии. Если она кончалась, приходилось отступать, а пару раз и долго убегать.

– Уверен, что не хочешь поохотиться на самку?

– Уверен.

Разговор не в первый раз поднимался. Самкой мы назвали третий вид существ, встречающийся в стаях. Видели один раз её. Собственно, она и вела ту стаю, что охотилась на нас. Быстрое существо, юркое, чувствующее себя в этих краях как рыба в воде. Единственное, что нас спасло, – это расстояние и глазастость. Заметили раньше, чем нас, и дари дёру.

Одного взгляда хватило, чтобы понять: это существо иного порядка, сильнее, чем вожаки сурхов. А значит, и добыча может быть ценнее. Кая таких не убивала, поэтому не знала точно.

Заманчиво, но нет. Я прикинул расклады и пришёл к выводу, что нет смысла рисковать. Лучше вернуться сюда месяца через три и устроить новую охоту, нежели подставляться прямо сейчас. Кая после некоторых уговоров согласилась.

Оставалось ждать. Сидеть без дела скучновато. Я старался не думать о сочном, хорошо прожаренном, посыпанном солью куске мяса. Которое ещё добыть надо будет по пути. Желудок от этих мыслей отзывался болью. Обиделся он на меня. Совсем его хозяин хорошей пищей не балует.

– Нас может выбросить где угодно, – сказала Кая.

– Я догадался.

– На всякий случай предупреждаю. Чтобы не удивлялся.

За прошедшие дни мы на многие километры от начальной точки сместились. Но если бы всё было так просто. Два мира пересекались случайным образом. Не было такого, что проходы открывались в одном и том же месте. Нас могло выбросить реально где угодно. Как и в самой деревне, так и на другом конце герцогства. Кая утверждала, что сильного разброса быть не должно. Я не верил, видя, что она так больше себя успокоить пытается. Как человек, который очень хотел верить в конкретное убеждение и подводил доказательную базу под это дело в ущерб объективности. Из фактов было то, что раньше Кая выходила относительно недалеко от намеченных точек. Относительно – это в паре недель пешей прогулки, если не спешить.

Особо много я об этом не думал. Смысл переживать, если неизвестно, насколько нам повезет. Или не повезет. К любым неожиданностям мы готовы. Маски на лица есть, так что, если попадем к людям, надо будет уйти в леса, сориентироваться на местности, а дальше по обстоятельствам.

Кая об этом не говорила, но данный вариант путешествий – хороший способ скрыться от погони. А в том, что она может начаться, я всё меньше сомневался. Слишком мы наследили. Рано или поздно это привлечет внимание. А там кто знает, как отреагирует тот же барон. Либо попытается использовать, либо… Устранить, если нам сильно не понравится его предложения по использованию. Был вариант и самим его устранить. Ловцы иногда проворачивали такие трюки, если это вело к знаниям. Тонкость в том, что я не вижу, чтобы положение барона дало что-то по-настоящему ценное лично мне. Нет, лучше подрасти, подкопить средств, усилиться и мигрировать ближе к столице герцогства. Осмотреться там, оценить предложения и либо задержаться, либо двинуться дальше.

– Ночь близко, – предупредила Кая.

Пустое замечание. Я и так видел, что она близко. По моим расчётам, скоро две ночи пересекутся – и откроется проход. Только вот…

Кая напряглась, но с места не сдвинулась. Я более спокойно отреагировал на появление гостей. Ожидаемо. К точке предполагаемого прохода шла пара сурхов. Значит, они как-то чуют, где граница откроется. Любопытный факт.

Девушка потянулась к луку, но я остановил.

– Подожди. Может, я ошибся с точкой. Тогда они покажут нам место.

– Резонно, – помедлив, согласилась она и убрала оружие обратно.

В охоте луки мы почти не использовали и старались их беречь. Повезло, что те сохранились. В мире людей проще будет добыть пропитание.

Иногда так бывает, что события разворачиваются по плану, а потом резко выходят из-под контроля. Мы дождались, когда граница истончится. Сурхи вошли в образовавшуюся темную пелену и затерялись среди теней. Мы подхватили сумки и последовали за ними. Когда уже почти перешли на ту сторону, я почувствовал что-то неладное, обернулся и увидел, как на нас надвигается стая.

Им оставалось не так уж много. Шагов сто, не больше. Ещё до того, как в полной мере осознал увиденное, я схватил Каю за руку и побежал в проход. Стаю вела за собой самка. Она вырвалась вперед и была так близко, что, казалось, вот-вот настигнет нас. За ней двигались по меньшей мере десять сурхов, в том числе старшие особи. И это те, кого я успел разглядеть в темноте.

Без вариантов, надо было отступать, и я предпочёл уйти в мир людей.

Внутри что-то ухнуло, меня потянуло, на несколько мгновений потерялась возможность дышать, а потом я свалился в холодный снег, испытав облегчение.

– Бей его! – раздался голос рядом.

Я поднялся и увидел, как чуть дальше от нас трое мужчин сражаются с двумя сурхами. Рядом с ними пылал костер, а дальше виднелся силуэт деревни. Но не это было самым паршивым.

Следом за криком раздался громогласный рев, и в мир людей явилась предводительница сурхов. В обычную ночь мы привели угрозу опасного уровня.

Глава 9. Незапланированные неприятности

Защитники деревни представляли собой до боли знакомое зрелище. По тому, как они двигались, каким оружием били и как выглядели, я сделал вывод, что это посредственности, а не настоящие практики. Чего стоит непропорционально большая рука главного нападающего – верный признак перекоса в развитии.

Последующие события показали, что я был прав в своей оценке.

Самка сурхов прорвалась в этот мир и натурально завизжала. Вместе с её криком полетели блестящие лезвия энергии. Будто кто-то кинул хорошо заточенные ножи, если бы таковые делали размером со взрослого человека. Лезвия вспороли ближайшие сугробы, полетели в нас с Каей и накрыли защитников.

Я на автомате отпрыгнул, подал энергию в руку и отбил чужое таинство так, как учила Кая. Кисть обдало болью, по коже будто напильником прошлись, а рукав куртки в клочья разорвало. Кая справилась получше, но от столкновения отлетела назад и плюхнулась задницей в снег. Мешок с добычей отлетел в сторону, разорвался, и драгоценные специи разлетелись.

Трём мужчинам повезло меньше. Тот, что с большой рукой, выставил её перед собой. Брызнула кровь – и его вжало в землю. Тот, что справа стоял, он… Его разрезало на две части, он даже среагировать не успел. Тому, что слева, полоснуло по бедру, он заорал и завалился рядом с костром. Сурх, с которым он сражался, бросился на него и цапнул зубами за лицо. Крик оборвался, а тело забилось в судорогах.

Они нам не помощники. Убежать от самки тоже не получится. Придётся принимать бой.

Нам не надо было обсуждать с Каей план, чтобы начать действовать. Самка прыгнула в нашу сторону. Приземлилась не очень удачно. Её ноги разъехались по снегу и земле, она проскочила вперед, не задев нас, и полетела кубарем.

Я от такого подарка растерялся, но самую малость, что не помешало мне зачерпнуть энергию, вложить туда все доступные эмоции, выбрать наиболее подходящее с виду место и нанести удар. Темное лезвие вышло точечным. Как разделочный нож, цель которого – нанести один-единственный укол и ослабить защиту, если та имеется. В следующий миг в то же самое место прилетел удар Каи. Её темное лезвие отличалось от моего. Скорее как удар саблей. Широкий, мощный и подавляющий.

На спине монстра появилась широкая рана. Самка пошатнулась, и я кинул второй кинжал. Да, сейчас я их формировал гораздо быстрее. Вторая атака вышла слабее. Это была цена за скорость. Но и так, попав в открытую рану, расширил её.

Я рассчитывал на то, что при переходе, тем более столь серьезного существа в неподходящую ночь, оно получит за это штрафы. Вполне конкретного ослабляющего характера. Да и погодные условия самке явно незнакомы. Вон как сглупила и подставилась. Чужое замешательство и растерянность первых мгновений, возможно, были нашим главным шансом.

Кая тоже должна была это понимать. Поэтому ударила немедля, расширив рану ещё сильнее. По ощущениям, это как рубить твердое дерево. Топоры у нас, может, и острые, но существо поддавалось с трудом. Вот оно встало, закрылось бронированной рукой от нас и бросило злобный взгляд, попятившись.

– Получай! – раздался крик за спиной твари.

Это орал тот рукастый мужчина. Кажется, я его недооценил, и он смог пережить атаку. Сейчас он добивал сурха, который жрал его напарника. Второго сурха ранили до этого, и он вяло полз куда-то в сторону, используя лишь передние конечности. Перебит позвоночник. Стандартная тактика против твёрдых тварей.

Шум отвлёк самку. Она посмотрела на мужика и потратила драгоценные секунды, решая, на кого напасть. Точно дезориентирована. Теперь это не предположение, а уверенность. Когда существо повернуло морду к нам, Кая ударила по глазам. На этот раз рёв был куда пронзительнее.

И ему ответили.

Обернувшись, я увидел остальную стаю, что появлялась из темноты. Не сразу скопом, а рассеявшись по разным местам, что давало несколько секунд до того, как все соберутся.

Да чтоб вас невежество забрало!

Мой потолок сейчас – десять-пятнадцать лезвий за бой. Количество зависит от силы каждого. Зная опасность и крепость существ, легко предсказать, что меня одного не хватит для победы над всей стаей. Да меня на старшего сурха не хватит! А их здесь три! Тоже дезориентированных, кстати.

Тем временем Кая продолжила атаковать самку. Во всю доступную мощь лупила. Одно лезвие за другим. Выглядело внушительно, но любое расточительство имеет свойство быстро заканчиваться. Я знал, насколько девушки хватит. Поэтому бросился вперед, на ходу вытаскивая из петли лезвие от копья. Ранее кожей у основания обмотал и получился пусть не самый лучший, но длинный и опасный нож.

Сейчас я сильно рисковал. Одна малейшая ошибка – и быть мне раздавленным. Но если не воспользоваться дезориентацией противника и тем ущербом, что ему нанесла Кая, то… В момент, когда она остановилась, а израненная самка замерла, я оказался рядом с монстром и полоснул острием по внутренней части ноги. Размеры существа позволяли проскочить под ним, особо не пригибаясь.

Брызнуло черной кровью, но я не остановился и вонзил лезвие в таз, выпуская через него поток разрушительной энергии. Это не было хлестким ударом, но и так разворотило внутренности, отчего тварь пошатнулась и упала на колени, меня при этом не задев. Я прыгнул самке на спину и вбил кинжал под лопатку, в стык между броней. Ещё и ладонью добавил, вколачивая поглубже и запуская волну энергии.

Финальную точку поставила Кая. Её темное лезвие, сконцентрированное и пылающее от вложенной силы, вонзилось в шею и отделило голову наполовину. Та сползла набок, натянула лоскуты жил, и два перевернутых глаза уставились на меня.

– Надо уходить! – крикнула девушка.

– Ты с ума сошла! – указал я на остальную стаю.

За время добивания самки те почти пришли в себя. Младшие сурхи собрались вокруг старших. Они не походили на себя прежних, приняв более знакомый для мира людей вид. Я не знал, почему они так меняются, в то время как мы с Каей после путешествия остались прежними. Но факт есть факт. Трансформация закончилась и в любой миг они бросятся в бой.

– Вы кто такие, чтоб вас ночь проглотила?! – снова донёсся голос рукастого мужчины.

Это он зря, конечно. Пусть он и старше, бороду длинную носит, но мы только что сильного монстра уложили. Сомневаюсь, что он сам бы смог так сделать. Ещё и внимание стаи привлек своим криком. Они сдвинулись с места и запрыгали к нам. Точнее, прыгали младшие сурхи, а вот старшие топали и формировали таинства.

Мужчина это заметил. Я увидел у него на руке перевязку. Успел позаботиться о себе. Двое других так и продолжили лежать в снегу. С разрубленным на две части понятно, а тот, что ногу потерял, мог бы и выжить, но маловероятно. Нет здесь нормальной медицины.

Пожалуй, этот защитник сделал то единственное, что ему оставалось. Развернулся и побежал в сторону деревни. Один бы он со стаей не справился. А так был шанс укрыться за стеной и… Либо предупредить жителей, либо сбежать. Чем закончится его личная история, я увидел сразу. Старший сурх выпустил таинство, и стрела с рыжим отливом врезалась мужчине в спину, пробив его насквозь.

– Эрано, чтоб тебя!

Кая оказалась рядом со мной, схватила за руку и потащила в сторону ближайшего леса.

– Надо помочь! – зашипел я на неё в ответ.

– Нужен маневр, идиот!

От её слов стало полегче. Самое простое – это оторваться и скрыться. Сил хватит, чтобы сбросить след. В этом случае сурхи разнесут деревню и убьют всех жителей. Раньше я никогда не замечал в себе порывов защитить кого-то постороннего, но… Это же мы привели беду на людские головы! Как-то бесчеловечно не попытаться это исправить.

А ещё мне в тот момент вспомнился почему-то барон, который в наглую забрал у нас припасы, обрекая деревню на проблемы. Легкое решение для барона, трудные дни для обычных крестьян.

Отбежали мы шагов на тридцать, спрятавшись за усыпанными снегом деревьями. Часть сурхов во главе с одним старшим отделилась и направилась к нам. Всего четверо противников. Основная масса отправилась в сторону деревни. Как бы мне ни хотелось помочь, я понимал, что здесь и сейчас не могу решить проблему. Нужно сначала разобраться с малым отрядом, а потом уже на помощь бежать.

– Сначала мелкие уродцы, – выдохнула Кая.

Короткая пробежка по сугробам кого хочешь измотает. Сурхам в этом вопросе проще было. Они прыгали метра на четыре вперед, застревали в снегу, но это не мешало им вскоре снова прыгнуть. Несколько странное зрелище, но что есть, то есть.

Стандартный вариант охоты на младшего сурха – ударить его чем-нибудь потяжелее. Шкура у них прочная, если не владеешь подходящими таинствами, то мечом, копьем или стрелой нечего и пытаться пробить. Я же с ними разбирался с помощью копья с мертвым лезвием, делая через касание выплеск энергии. Если попасть в правильную точку, хватает одной атаки, чтобы как минимум нанести серьезные повреждения. Если сурха замедлить и лишить способности прыгать, он перестаёт быть опасным.

Сейчас у меня копья не было.

– Разделяемся, – бросил я Кае и побежал в сторону, по дуге.

Она выругалась мне в спину, но остановить не успела. Пара сурхов отделилась от малого отряда, а старший выпустил в меня таинство. Прыгнув, я зарылся в сугроб, но удара избежал. Проклятый снег. Как же он ограничивал и лишал мобильности. Я ещё и в особо большой пласт угодил, зарывшись чуть ли не по пояс. Свистнуло – и рядом со мной снег осел. Снова таинство, от которого я чудом увернулся.

Помогая себе руками, преодолел злополучный участок и выбрался на дорогу. В этот момент по мне попали. Словно тараном в спину угодили. Меня бросило вперед и я пропахал новую борозду, тормозя руками и… лицом. Приподнявшись, выплюнул пригоршню снега и издал стон.

А это больно…

Понимая, что следующий удар и последним может оказаться, поднялся, шатнулся в сторону и побежал. Судя по хрусту, сурхи были где-то опасно близко. Почему медлит Кая? Или она там смеется, наблюдая за моими жалкими попытки бежать?

Мчался я к одной-единственной цели – тому оружию, которым пользовался рукастый. У остальных убитых тоже должно что-то быть, но именно этот тип – главная ударная сила, а значит, стоит рассчитывать, что и его оружие получше будет.

Домчался я до трупа приблизительно в тот же момент, когда меня нагнали сурхи. Нормальные исследования проводить времени не было, но, если оценивать на глаз, они ещё не до конца адаптировались. Может, из-за самого перехода тормозили, а может, их так зима оглушила.

Повезло, что боевой молот валялся рядом с мужиком. Рукоятью вверх торчал. Это ещё одна причина, почему я рванул именно сюда. Снега столько, что целый оружейный склад потерять можно, не то что одно оружие. Искать по сугробам, чем сражались остальные, не было времени, а этот мужчина молот аккуратно уронил, я заранее приметил. Схватившись за рукоять, ожидал, что не смогу вытащить, но нет, закалка не прошла даром.

Удар вышел кривым. Меня чуть не занесло, а в момент попадания, когда плоская часть молота обрушилась на голову собравшегося атаковать сурха, оружие выбило из рук, ещё и кисти отсушив. Второго сурха я встретил темным лезвием. Прямо в пасть запустил. Ему зубы повыбивало и оскал расширило. Ещё и череп разворотило. Вот что дыхание смерти с людьми делает. Заставляет выкладываться, как никогда раньше.

Глянул, что там у Каи. Она младшего сурха убила и сейчас кружила вокруг старшей особи.

Вытащил молот из снега, крутанул им пару раз, привыкая к весу. Всё же тяжелый, зараза. Рассчитан на взрослого, сильного мужчину. Полноценно сражаться не получится. Оба сурха ещё дергались, поэтому я не поленился и добил их. Заодно и оружие опробовал. Это сейчас мне повезло, и я всего лишь руки отбил. А могло и иначе выйти. Отскочило бы мне куда-нибудь в голову или ногу, знал бы тогда, как за чужие игрушки хвататься.

Когда дошёл до Каи, она смогла отрубить ногу сурху. Тот упал на грудь, потянулся к девушке, а она пятилась. Силы на исходе, догадался я. Подгадав момент, опустил молот старшему сурху на голову. А потом ещё раз. Для надежности.

– Ты… не спешил… – сказала Кая.

Опять её волосы слиплись. Стоит девушке выложиться, как красивая грива в половую тряпку превращается. А если так на морозе постоит, то ледяной коркой волосы покроются.

Зарождающийся разговор прервал крик. Я обернулся и увидел, что два старших сурха разломали забор и забрались на территорию деревни. Наверняка шум разбудил жителей, и те подняли панику. Пока не всё так критично, лягушки только забираются вниз, но дальше… Дальше жители деревни начнут умирать.

– Идем, – позвал я Каю.

– Куда? – та и не подумала сдвинуться.

– Надо закончить начатое.

– Нас не хватит на всю стаю, – качнула она головой, убирая мокрую прядь со лба.

Я посмотрел в сторону деревни. Так просто уйти. Каждый сам должен о себе заботиться. Это честно и справедливо. Почему же я тогда чувствую неправильность этого?

– Как знаешь, – ответил Кае, перехватил молот и пошёл в сторону деревни.

– Ты дурак, Эрано, – донеслось мне вслед. – Погибнешь там.

Не оборачиваясь, я продолжил двигаться вперед, сам не зная, почему так делаю.

* * *

Метры, что отделяли меня от деревни, были не тем расстоянием, за которое можно придумать хороший план, позволяющий выжить и убить своих врагов. Напасть в лобовую не вариант. Мне и одного старшего сурха хватит, чтобы погибнуть. А их там двое – и штук пятнадцать мелких тварей.

Отвлечь внимание и увести в сторону тоже не получится, момент упущен. Сурхи подчиняются одной конкретной логике, попадая в мир людей. Добраться до живых и уничтожить их. Кая рассказала, что есть теория, будто они так развиваются. Люди для них – те же специи. От этой идеи мне сейчас не легче. Сурхи вот-вот устроят бойню, а у меня тупо нет решения, как с ними разобраться и спасти всех жителей.

Пожалуй, стоит признать, что всех выручить и не получится. А действовать придётся по принципу сокращения проблемы. Сделаю, что могу, а там будь что будет.

На последних метрах я ускорился. Дыхание перевёл более-менее и был готов к следующему раунду. Одного взгляда хватило, чтобы оценить диспозицию. Сурхи разбрелись по деревне. Старшие особи разломали по дому каждая и сейчас убивали жителей. Уже убили. Прямо на моих глазах сурх поймал женщину и откусил ей голову. Та только и успела, что истошно завизжать, когда её жизнь оборвалась.

Я задавил эмоции. Не сейчас. Нельзя паниковать.

Первой целью выбрал ближайшего сурха, который пытался выломать дверь. Ужас долой, а вот злость и решительность я вложил в удар. Сурх и обернуться не успел, как молот впечатался ему в спину. Я знал, куда бить, чтобы сломать позвоночник и лишить подвижности. Тело рухнуло на дверь, которая и так на ладан дышала. Ещё и сила удара добавилась. Последний рубеж жильцов рухнул и внутри завизжали.

Идиоты. Нет бы, как мышки, тихо сидеть, а они внимание к себе привлекают.

Те лягушки, что рядом находились, заметили неладное и бросились ко мне. Я отпрыгнул в сторону, проскользил по ледяной корке, а сурх врезался в стену дома и оттолкнулся от неё, прыгая за мной. Пригнувшись, я пропустил его мимо, а дальше рванул за дом, чтобы скрыться от остальных противников.

Повезло, что здесь типичная для крестьян застройка. Дома стоят плотно друг к другу, между ними ещё попробуй пройти. Человек-то протиснется, а вот сурх… Самый шустрый, который прыгал за мной, со всей дури влетел в зазор, зацепился и свалился боком в снег. Занеся молот, я приголубил тварь, а потом ещё разок, для надежности. Грязная работа, я, по сути, не убиваю, а калечу, но иначе нельзя.

Где-то рядом раздался грохот и новый крик. Сурхи продолжали убивать, а я тут в игры играю, лишь на жалкие укусы способный. С новой злостью встретил вторую тварь. Хороший молот мне попался. Одна сторона у него плоская, как раз, чтобы кости дробить. А вторая острая, чтобы шкуру пробивать.

По большому счёту сурхи самые безобидные существа, если знать, как с ними обращаться. Любой крепкий мужчина, покажи ему, что как, да дай хорошее оружие, при небольшой удаче справится. Если сурхов двое, то иной расклад. Нужно что-то большее, чем пустая удача. Если же их стая…

Всё портили старшие вожаки. Мои шалости они заметили. Стоило высунуться из проулка… А я не дурак идти тем же путем… Как в стену рядом врезалось таинство. Почему-то способности старших изменились после перехода. Они не волны камней поднимали, а пуляли аналогами темных лезвий, только с металлическим и рыжеватым отливом. Таинство оставило на бревне борозду с меня размером. Щепки разлетелись, а я отшатнулся и бросился в другую сторону.

Самое время перемахнуть через забор и броситься бежать отсюда. Но нет. Ещё один крик – и я почувствовал бессилие. Прямо как тогда, когда убили Элизу. Из-за моего любопытства и глупости.

По шуму вокруг я догадался, что меня окружают. Бросился вдоль забора и, когда сурх выпрыгнул из прохода, врезал ему в морду, подловив в прыжке. Только не рассчитал, сам поскользнулся, падающая туша задела меня, чем усугубила ситуацию. Сурх врезался в поленницу, а я просто на земле растянулся. Что в данной ситуации было смерти подобно.

Раздался хруст, хлопок – и ногу обожгло болью. В тот же момент меня дернуло вправо и наверх, короткий полёт – и я врезался в стену. Рядом зарычал сурх, он, как дикий зверь, пригнулся и шипел. В глазах у меня двоилось, и я так сразу не мог сказать, сколько монстров вышло против меня. Когда сурху надоело угрожающе рычать, и он бросился вперед, чтобы вцепиться в меня, его встретило темное лезвие, куда я вложил всю свою боль и волю к жизни.

Я из принципа не сдохну здесь, да покарает меня невежество!

Зацепившись рукой за выступ бревна, приподнялся и охнул от боли. Ногу прокусили. Не сильно, штаны из кожи сурхов защитили, но… Ещё две твари подбирались ко мне с двух сторон. Сзади дом, впереди отползающий с разорванной мордой сурх.

Эти твари либо прыгают и пытаются подгрести под себя, либо… Та, что справа, шагнула ко мне и ударила лапой. Скорее пугает, а не всерьез атакует. Передние конечности у «лягушек» короткие, да и когтей нормальных нет. Не особо страшно. В отличие от мощной челюсти, что и камень перегрызет.

С раненой ногой много не навоюешь. С молотом здесь тоже не развернёшься… Тот, что слева, бросился на меня. Челюсть клацнула опасно близко, и я подставил под зубы рукоять. Сурх вцепился в неё, вырвал оружие из моих рук и отшвырнул. Тот, что справа, когда я отвлекся, тоже напрыгнул, но я успел дернуться в сторону, и челюсти сомкнулись пусть и рядом, но всё же не на мне.

Оставшись без оружия, собрал останки энергии и врезал по черепу навалившейся твари. Чужие лапы схватили, прижали к стене дома, приподняли вверх. Взрывная энергия вошла в голову, отчего глаза сурха лопнули как перезревшие фрукты. Он инстинктивно отшатнулся, закрутил башкой, врезался в того, который оружие вырвал. Использовав это, я бросился в просвет, игнорируя боль в ноге.

Не убежал. Из темноты выпрыгнула третья фигура, снесла меня, и мы покатились по земле. Сурхи крайне опасны, если добрались до тебя. Сжимают лапами, как нижними, так и верхними, а зубами вгрызаются в мясо. Оказавшись внизу, увидел, как раскрывается пасть. Впереди ждала мучительная смерть.

Но не меня. Темное лезвие пробило голову сурха, на меня брызнула черная смазка и ошметки внутренностей. Глаза залило, попало в рот, и я задергался, пытаясь выкарабкаться и отплеваться.

Когда справился, собрал пригоршню снега и отер себе лицо. Язык жгло, как и глаза. То, что заменяло сурхам кровь, было до противного жгучей и разъедающей субстанцией. Не яд и не кислота, но приятного мало. Когда восстановил зрение, увидел стоящую рядом Каю. Она держала в руке оброненный мною молот, закинув его себе на плечо. Поза настолько же глупая, насколько и пафосная.

Девушка не единственная, кто находился на задней части дворов, между домами и забором. За ней я увидел тени, что перелезали через забор. Кто-то из крестьян собрался бежать. В целом мудрое решение. Во время ночи обычному человеку трудно спастись в лесу, но шансов точно больше, чем в деревне, где хозяйничает стая.

– Теперь ты готов уйти? – прошипела раздраженно Кая.

Я оперся на левую ногу, забыв, что её прокусили. Вспышка боли, прострелившая от икр до макушки, живо напомнила, что я сейчас не боец. Внутри щекотал пустой источник. Кая рассказывала, что, когда достигает опустошения, чувствует холод, а у меня вот щекотка. Не глядя бы с ней поменялся.

Шум в ушах прекратился, и я услышал разом множество звуков. Где-то рядом плакал ребенок, кричали женщины и мужчины. Крики разные, не только ужаса, но и попыток предпринять что-то, как-то спастись. Слышал я и звук ломаемого дерева, предсмертные крики и рык монстров. С неба повалил снег, снежинки коснулись лица, но я этого не почувствовал. Настолько был напряжен.

– Мы…

– Не можем уйти? – резко перебила Кая. – Так иди, убей ещё кого-нибудь. Хочешь, одолжу молот?

Яду в её голосе хватило бы отравить десяток стай.

Не дав мне ответить, дом рядом с нами взорвался – и оттуда вывалился разъяренный сурх.

Глава 10. Погоня

Когда в грудь прилетает бревном, понимаешь: лимит удачи на сегодня исчерпан. Я был отброшен в сторону забора, о который и ударился, чувствуя, как затрещали кости. Сурх разломал дом, выбрался наружу и встал перед нами в полный рост, обрушив на Каю лапу.

Девушка отпрыгнула, скинула молот с плеча и врезала по конечности, чуть выше кисти, ломая её. Сурх ответил таинством, Кая приняла удар на оружие, то треснуло, но девушку уберегло. Её откинуло назад, и она пробила собой забор, кувыркнулась и исчезла с той стороны.

Да чтоб тебя… Я отскочил, уворачиваясь от ступни. Охнул от боли и побежал куда глаза глядят, догадавшись, что последует дальше, стоило воздуху свистнуть, как я рухнул лицом вперед. Над макушкой пронеслось что-то нехорошее и прорубило в заборе просеку.

Чувствуя, что не успеваю, вскочил и побежал в пролом. Если в тот момент и были мысли о судьбе крестьян, то они оказались задавлены единственным желанием выжить и ощущением приближения конца.

Оставался всего лишь какой-то шаг, когда удар лапы настиг меня, подкинул вверх и отправил в полёт. Приземлился я неудачно, боком, ударился плечом и ребрами о жесткую корку льда. Единственное, на что хватило сил, – это перевернуться и… Увидеть, что над забором стоит старший сурх, а с его руки срывается таинство, настигающее меня…

Удар я принял грудью, отправившись в темноту.

* * *

Когда уже успел решить, что умрешь, очнуться живым очень приятно. По большей части морально. Потому что физически я ощущал боль и раздавленность, а вовсе не удовольствие.

Пошевелился и убедился, что все конечности двигаются. Разве что в ноге боль особо сильно отдавала, в том месте, куда укусы пришлись. Ещё грудную клетку что-то сдавливало. Осмотрелся, пытаясь понять, где оказался. Это чей-то дом. Нетрудно догадаться, чей именно. Кого-то из крестьян. Слишком уж характерное, без изысков, убранство. Лежал я один. Не видел и не слышал, чтобы кто-то ещё здесь был. Рядом кто-то заботливо поставил кувшин с водой. Напился я с большим удовольствием. Ещё бы поесть… Но вот с этим были проблемы.

Последующее изучение обстановки помогло сделать открытие: меня перевязали. Пальцы в темноте нащупали тугие повязки. Нос уловил характерный запах. Есть в лесах баронства кое-какие травки, которые используют как антисептик. Вот этим средством меня и намазали. Могла Кая озаботиться – мы с собой всегда таскали минимальный набор на случай ранений, могли и жители деревни. Если последние, получается, среди них остались выжившие и…

И кто-то разобрался со стаей. Сомневаюсь, что это могла сделать Кая. Её силы кончились, да и саму девушку несколько раз крепко приложили.

Где она, кстати? Жива?

От этой мысли я похолодел. Авантюра могла закончиться гораздо хуже, чем я ожидал. Если уж на то пошло, это и вовсе могла быть совсем другая деревня, а я сейчас лежал не в лазарете, а в плену.

Мысль здравая, но суету наводить рано. Раз никто не бьет, я не буду вырываться. Надо узнать побольше о том, что происходит. Кое-как встал и прошёлся до дому, убедившись, что это самая обычная изба. Небольшая и стандартная. Нашёл запасы еды, пожевал, чувствуя, как желудок благодарностью откликнулся. Подошёл к двери и убедился, что та не заперта. Значит, всё же не плен. Если с другой стороны не стоят бравые стражники. Приоткрыл и увидел яркий свет. День на дворе. Без сознания я, получается, провалялся не меньше пяти часов. То-то, несмотря на разбитость, чувствую себя хорошо выспавшимся. Да и источник восполнился.

Кстати, источник… Раз уж никто меня не гонит, проведу небольшую медитацию. Надо организмом заняться и помочь ему восстановиться.

К концу первого комплекса дверь скрипнула, открылась и внутрь зашла темная фигура. Темная на фоне яркого дневного света. Каю я узнал сразу. Пусть и потрепанная, но характерная броня, которую мы сами собирали, выдавала её. Девушка явилась в маске, что говорило о многом.

– Восстанавливаешься?

– Как видишь. Что происходит?

– Мы с тобой в заднице, и лучше нам побыстрее уйти, пока дело не приняло дурной оборот.

– Что случилось после того, как меня вырубило? – спросил я, отправившись одеваться.

Кто-то снял часть защитного костюма. Теперь понимаю, что этот кто-то – сама Кая.

– Мне пришлось спасать твою глупую тушу.

Голос девушки звучал не едко, а глухо, безэмоционально. Насколько же она устала, что так говорит?

– Спасибо, – ответил я. – Тогда командуй.

Не разобравшись в том, что происходит вокруг, я не мог сам составить план, и, если ситуация критическая, лучше довериться Кае. В разумных пределах. Пока она опять не решит броситься в очередную авантюру.

– За мной. Маску надень. Ни с кем не говори. Ни на кого не смотри и будь осторожен. Идём молча, садимся на лошадей и уходим.

Не самые обнадеживающие вводные. Вышел вслед за девушкой и… Увидел в чем-то знакомую картину разрушений. Старшие сурхи разнесли с десяток домов. Их тела тоже здесь нашлись, на главной улице. Как и младших особей. Все мертвые. С характерными следами потрошения.

Были здесь и крестьяне. Не много, человек пять всего, они проводили нас опасливыми и хмурыми взглядами, но ничего не сказали. Мы прошли через всю деревню, перебрались за забор, там нас дожидались две оседланные лошади. С тюками на крупах. Кая запрыгнула на свою кобылу, я на оставшуюся.

Обернулся, чтобы ещё раз осмотреть степень повреждений, и обомлел. Трупы. Десятки трупов лежали вдоль забора. Настолько длинный ряд, что уходил за угол и скрывался из виду.

Кая ударила каблуками и тронулась в путь. Моя лошадь поскакала за ней, не особо обращая внимание на душевное состояние седока.

Следующие минуты я скакал молча, раздавленный увиденным. Это чужие люди. Я вообще из другого мира и не должен о них заботиться. Но почему-то вид трупов, лежащих в ряд, ударил по мне сильнее, чем лапа старшего сурха. Эарец во мне посчитал это странным. Нас учили совсем иначе. Цель превыше всего. Цель может быть только одной – добыть знание. Переживать стоило только в одном случае. Если жители деревни обладали важным знанием. Но нет. Это самые обычные крестьяне.

И почему-то вопреки логике их смерть было тяжело видеть.

Минут через двадцать я взял себя в руки, поравнялся с девушкой и спросил, что происходит.

– Ты идиот, Эрано, вот что.

Голос такой же безжизненный. Это пугало больше, чем любые оскорбления. Их я слышал много, а вот этот тон – впервые.

– Да что случилось-то, почему ты такая?!

Неизвестность резала по нервам, расшатывая меня ещё сильнее.

– Это чужое баронство, – снизошла до объяснений Кая и замолчала.

Этого мне хватило, чтобы осознать всю глубину ямы, в которую мы угодили. Если бы о наших делах узнал барон Кастл, имелись бы варианты. От казни до вербовки, принесения клятвы верности и последующего использования. Зависело от того, на каком уровне силы мы будем к тому моменту. А то может так выйти, что у барона не найдётся сил, чтобы с нами разобраться. Правда, до этого нам ещё расти и расти. Как-никак, у него условия для возвышения гораздо лучше, чем у нас. Несмотря на все авантюры.

Если же попали на территорию чужого барона, это будет расценено как вторжение. Без шума уйти не получится. Целая деревня видела нас в сражении.

– Расскажи, что случилось после того, как я отключился.

Кая не стала отнекиваться и рассказала. Как оттащила меня в лес. Как за ней гнались сурхи, и как она отбивалась. Как потом вошла в деревню и добила остатки стаи. Крестьяне разбежались, монстры последовали за ними и разъединились. Разобраться с тварями по отдельности не стало большой проблемой.

– А дальше что? Кто потрошил сурхов?

– Крестьяне помогли, – буркнула Кая.

Эмоции по мере разговора всё же прорезались у неё.

– Принудительно? – догадался я.

Кая ничего не ответила, но я и так понял. Не удивлюсь, если девушка силой заставила их «помогать».

– Я не могла за всеми уследить, – сказала она. – Наверняка кто-то отправился с утра к барону. Он тут недалеко живет, полдня пути. Нам не повезло с точкой выхода. К этому моменту барон уже должен знать о случившемся и выслать людей.

– Почему ты не разбудила меня раньше?

– Потому что надо было закончить начатое и восстановиться. Я едва на ногах стояла после того, куда ты меня втянул.

. – Ты могла бросить крестьян и не убивать сурхов.

– Упустив добычу?! – возмутилась девушка.

– Не думал, что ты такая меркантильная.

– Ну надо же! Впервые я сделала что-то хорошее, защитила людей, и что в ответ?! Получаю обвинения в меркантильности!

– Так ты хотела их защитить или использовать?

– Считай, что твой глупый, наивный, идиотский порыв вдохновил меня превратиться в такую же идиотку!

Фух. Я рад, что обычная Кая вернулась. Пусть лучше ругается, чем в апатию впадает.

Дальше какое-то время ехали молча. Я думал о своём, приводил мысли и чувства в порядок, пытался разобраться, что мною движет и чем это грозит. Кая в чём-то права. Я поступил безрассудно. Наверное, этот поступок можно назвать благородным. Прямо герой, бросился спасать мирных жителей.

Только вот есть несколько «но». Я тот герой, который сам и привёл стаю к деревне. Так что меня скорее надо злодеем называтьъ. Я подставил напарницу, точно зная, что наших сил не хватит справиться. То, что Кая добила стаю, больше везение и… Ну да, голый расчёт. Пока сурхи жрали крестьян, она расправлялась с ними по одиночке.

Если так подумать, то слово «благородно» – сплошная профанация и игра смыслами. Мой поступок на первый взгляд благороден, а поведение Каи бесчеловечно и цинично. Но кто прав? Я, который чуть не погиб, или напарница, которая вытащила меня и стаю добила, тем самым спася хоть кого-то? С точки зрения внешнего облика она злодей, а я герой. А с точки зрения результата, всё наоборот. Аж голова заболела от этих рассуждений.

– Я поняла, чего тебе не хватает, – нарушила тишину девушка.

– Не хватает для чего?

– Для продвижения в темных практиках.

– К которым у меня якобы нет таланта?

– Да. Я думала, что дело в способностях, но сегодня поняла, что есть и другие причины. Тебе не хватает жизненного опыта. Спектра эмоций, в первую очередь негативных, через которые ты бы прошёл, и они бы тебя закалили. Боль, страх, ужас, ненависть, ярость. Не та злость, что ты испытываешь в отношении братьев. Не спорь, Эрано, – подняла Кая руку. – Ты когда-нибудь ненавидел настолько, что задыхался от ярости?

– Нет, – ответил я, подумав.

– То-то и оно. Ночью мы могли задержаться на десять минут. Перевести дух, собрать силы, дать сурхам рассредоточиться. В этом случае погибли бы крестьяне. Но тогда ты бы не пострадал и со стаей мы разобрались бы быстрее. Жертв было бы меньше.

– Ты не можешь утверждать это наверняка.

– Не могу. Но опыт подсказывает, что так и было бы. Скажи, неужели ты переживаешь из-за внешней обертки? Никак решил поиграть в благородство?

Она что, мысли читает?

– Нет, но… Если честно, я и сам не знаю, почему так поступил.

– Какие-то мысли у тебя есть на этот счёт? – не поверила Кая.

– Есть.

– Поделишься?

– А ты хочешь услышать мои откровенности?

– Почему нет? Мои ты слышал и не раз.

Это правда. Кая никогда не скрывала чувств. Иногда сама разговор заводила, иногда я спрашивал, и она свободно отвечала. Изначально я грешил на её словоохотливость, а потом она рассказала, что для темного практика крайне важно разбираться в своих чувствах и эмоциях. Выговариваться Кае было полезно. Так она лучше понимала себя и справлялась с внутренними демонами.

– Когда попал в это тело, первые дни я не понимал, где нахожусь, и старался узнать побольше. Так выбрался ночью, чтобы посмотреть на то, что делает мой дядя. Он был странствующим наёмником. Ночью, помимо чудовищ, пришли разбойники. Они убили мать мальчика из-за того, что она бросилась искать сына.

– Иначе говоря, сделала это по твоей вине и из-за твоего неуёмного любопытства, – резюмировала Кая.

– Да.

– Таких историй полно. Как и тех, что произошли сегодня ночью. Но что тобой двигало? Желание искупления?

– Мне просто показалось неправильным, что из-за нас пострадают другие люди.

– Мм… Хорошо. Это лучше, чем тупое желание поиграть в бравых героев.

– Чем тебе герои не угодили?

– Тем, что они либо лицемеры, либо тупые. Этот мир жесток. Надо просчитывать свои действия на несколько шагов вперед, если хочешь выжить.

– Прагматично. – Кая хмыкнула на это и пришпорила лошадь.

Достались нам клячи самого низкого пошиба. На таких не разгонишься, не выберешься за пару часов из чужого баронства.

– Забыл спросить, в каком мы баронстве? Далеко от нашего?

– Не особо. Помнишь тех наёмников, которые ходили к нашему барону крестьян резать? Вот к тому, кто их посылал, мы и попали. Здесь нечему радоваться. Барон Гронворк тот ещё старый ублюдок.

Ещё ни одного барона Кая не назвала порядочным и достойным человеком. Несмотря на это, я был с ней солидарен. Хорошие люди не посылают наёмников, чтобы те грабили и убивали на соседних землях.

– Это тоже говорит о том, что живыми отсюда выбраться будет сложно. Если нас поймают, то сначала запытают, чтобы узнать, кто такие. А когда расскажем, Гронворк пожалуется герцогу и выставит всё так, будто люди Кастла напали на его земли. В лучшем случае молодой барончик заплатит внушительную виру. В худшем – на его землю ворвётся союз двух-трёх баронов, чтобы пощипать неудачника.

– Звучит дерьмово.

– А это и есть самое настоящее дерьмо сурхов.

– Нет доказательств, что сурхи гадят.

– Ой, Эрано, иди в пень! – отмахнулась Кая.

Пока болтали, она то и дело поглядывала по сторонам. Я тоже. Лошади медленные, земли чужие. В любой момент на разъезд наткнуться можно.

– Богатая хоть добыча вышла?

– Более чем, – сухо ответила Кая.

– Ты знаешь, сколько нам ехать до дома?

– Недели через две вернемся.

– Так долго?

– Не тупи. Мы идем не по прямой, а в другую сторону, чтобы сбить след. Как дойдём до границы баронства, углубимся в леса. Нам бы осесть где-нибудь на неделю, чтобы добычу переварить да восстановиться полноценно. А там налегке куда хочешь доберемся.

– Это если нас не будут искать основательно.

– Вот и увидим, – мрачно сказала Кая.

Накаркала. Ехали несколько часов. За время пути встретили пару человек. Они передвигались на телеге и нас обошли стороной, когда увидели маски. Я уже надеялся на то, что уйдем от погони, но нас нагнали. Первым спешащих всадников заметил я. Предупредил Каю, и мы свернули с дороги, углубились в лес. Попытались уйти, но преследователи двигались слишком быстро.

– Эрано, отойди в сторону и подстрахуй с луком, – сказала Кая, спешиваясь.

Лошадь она привязала к дереву. Как и я свою. После чего отбежал на пару десятков шагов. Девушка от лошадей тоже отошла. Встала так, чтобы те скрывались за кустами. Так себе маскировка зимой, но хоть что-то. Глядишь, не разглядят, что у нас сумки набитые.

Кая сняла маску и спрятала её. Закуталась в плащ, пряча под ним оружие. Я тоже встал так, чтобы меня не было видно.

Вскоре увидел, что всадников всего трое. Лошади у них что надо. Самое то для быстрых перемещений. Не элита из элит, но около того. По стоимости как целая деревня. Тот, что скакал впереди, был одет в шубы и в целом выглядел как аристократ. Только они так свободно носят на поясе мечи. Остальные двое были либо охранниками, либо помощниками. Одеты неброско, как воины. Под мехами наверняка хорошая броня.

Они остановились на опушке леса. Спешились, один охранник остался привязывать лошадей, а второй пошёл следом за господином. Тот шёл уверенно, по нашим следам, ничуть не таясь.

– Кто такая? – спросил он, когда подошёл к Кае.

Я был далеко, но слова услышал. Голос мощный, звонкий. Да и лицо, как говорится, породистое. В смысле лошадиная морда, уши торчат и выражение такое наглое, что аж плюнуть хочется.

– Милостивый господин, – поклонилась Кая.

Моя челюсть тоже чуть поклон не отвесила, едва не упав в снег от такого голосочка.

– Я спросил, кто ты такая? И где второй? – огляделся мужчина.

– Следы туда ведут, – указал охранник.

– Мой учитель сбежал, – снова заговорила Кая, не разгибаясь.

Это она так истинные эмоции прячет?

– Твой учитель трус? – рассмеялся «господин».

– Он не захотел с вами связываться и сказал, чтобы я вас отвлекла.

– Покажи своё лицо, дитя, – вполне добродушно сказал мужчина. – И как же он приказал нас задержать?

– Этого он не уточнил, – потупилась девушка и сделала пару шагов назад.

Ну уж нет. Этой актрисе незачем прятать лицо. Даже я поверил в спектакль.

Тем временем подошёл второй охранник. Он держал в руках лук с натянутой стрелой.

– Свяжите её, допросим, – приказал господин.

Удивительное дело, но Кая вскрикнула, как деревенская крестьянка, и дала себя схватить. Я стоял за деревом и не знал, что делать. Она издевается, что ли? То ли надо мной, то ли над людьми барона Гронворка. Сам барон, по рассказам, был стариком и никак не походил на того, кто к нам явился.

Пока девушку связывали, я перебежал и сменил позицию, ушёл ещё дальше. Чего Кая хочет от меня? Чтобы я отвлёк от неё охранников? Чтобы бегал от них по лесу? Или чтобы атаковал и устранил кого-нибудь, создал шум? Не могла нормально объяснить!

Про меня они не забыли. Не прошло и минуты, как двое охранников отправились следом. Да так резко бросились, что на принятие решения оставалось несколько секунд. Я дождался подходящего момента и выстрелил. Стрела летела точно в грудь, но в последний момент вильнула и отклонилась в сторону. Я снова натянул лук и собирался повторить выстрел, но внезапно меня накрыло тяжестью, и оружие упало в снег. Сам же я рухнул на колени и схватился за голову, чувствуя, как в голове нарастает гул.

– Не дергайся! – крикнул охранник, подбежал и пнул меня ногой по ребрам.

Мужик он крепкий, явно с закалкой дружит, удар что надо вышел. Хекнув, я завалился назад и рухнул на спину. Пришёл в себя, когда меня за ногу тащили. Одежда задралась, и спину царапало снегом да всеми лесными неровностями. Сзади, вверх тормашками для меня, шёл второй охранник и недобро улыбался. Нет, может, и добро, по-дружески, но с такой позиции оскал показался зловещим.

– Ребенок? – навис надо мной главарь поискового отряда, когда меня приволокли к нему. – А ты кто такой, и где твой учитель?

Заминку, вызванную тем, что мне понадобилось время на осознание того, что они точно не знают, сколько нас было, восприняли как нежелание отвечать. Охранник, что тащил меня, наступил на руку, отчего я вскрикнул.

– Отвечай, – потребовал главный. – А то будет больно.

– Учитель… ушёл, – ответил я, постаравшись показать страх.

Кая, может, и хорошая актриса, но ловцы знаний – самые ушлые типы во вселенной!

– Там не было других следов, господин.

– Хочешь сказать, что стаю перебили двое… детей? – спросил господин, а потом рассмеялся.

Как иронично. Мы прошли через тяжелое испытание, сделали невозможное, а эти люди не верят в нашу силу. Ещё и скрутили так быстро, как… кхм… детей. Кая-то сама сдалась, я тоже ничего не показывал, но… Впервые я столкнулся с солдатами, которые так легко таинства применяли.

– Проверьте, что там с лошадьми, – приказал господин.

Я попытался поймать взгляд Каи, чтобы понять, что она задумала, но девушка упорно не смотрела на меня, изображая испуганную лань. Должен признать, вблизи это выглядело ещё убедительнее. Ну точно девственница на оргии. Губы приоткрыты, взгляд затравленный, сжалась вся в комочек.

– Хорошая добыча, – доложил охранник, когда достал мешки с лошадей и заглянул внутрь.

Не уверен, что он именно охранник. Скорее группа поддержки для господина. А тот кто тогда? На землях барона может командовать либо он сам, либо кто-то из его родственников. Настолько глубоко в изучение аристократов я не углублялся и всех родичей баронов не знал, поэтому не мог определить, с кем нас свела дорога.

Зато герб на плаще узнал. Да и перчатка на пальце присутствовала. Точно аристократ. Какой-нибудь внук или около того. Недостаточно значимый, чтобы заниматься чем-то более важным, а вот бегать по лугам за нарушителями – самое то.

– Их учитель щедр, если оставил это нам, – довольно улыбнулся аристократ. – Или он самое ценное забрал себе? Отвечайте.

Вопрос адресовался нам с Каей. И что говорить? Излишняя покладистость будет слишком подозрительна. А если молчать, в лучшем случае изобьют.

– Что же вы молчите? – улыбнулся мужчина. – Если не заговорят, – повернулся он к охраннику, – выколи мальчишке глаз.

Ну спасибо тебе, добрый человек. Лучше пинок по ребрам. Глаз мне ещё пригодится. Охранник достал нож и подошёл ко мне. Его лицо ничего не выражало. Почему-то я сразу уверовал, что глаз он мне выколет и не… кхм… моргнёт.

Кая, если у тебя есть план, самое время действовать.

Или у тебя нет плана?

Кажется, пора начинать самому действовать.

– Так что? – наклонился баронский родственничек над Каей. – Что забрал ваш учитель? И как его зовут?

– Он запретил нам говорить, – ответила девушка, отползая и заикаясь.

– Что же ты, дитя, боишься меня? Это хорошо, это правильно, – тон противоречил словам. – Сейчас меня нужно бояться больше, чем своего учителя. Он уже далеко и не вернемся, а я здесь. Понимаешь?

Кая закивала. Её губа дрожала так натурально, что любая театральная комиссия поверит. Десять из десяти.

Пока главный урод отвлекся, я постарался просчитать план спасения. Охранники стоят собранные, но поглядывают больше по сторонам, нежели на меня. Да чего уж, меня они даже не связали. То ли потому, что я выгляжу как подросток, то ли потому, что перевязан в нескольких местах и бледный, как мертвец. А может, дело в том, что пытался стрелять из лука, да и то неудачно.

Даже по меркам аристократов, на пути восхождения есть ограничения в виде возраста. То, что мы с Каей это ограничение обошли, было уникальным случаем. Эти люди, увидев наш возраст, должны были подумать, что в плане таинств мы пустышки и ничего не умеем. Следовательно, и опасаться нечего.

Если атаковать темным лезвием, да сделать это в подходящий момент, можно убить одного из них. При условии, что они прямо сейчас не держат защитных таинств.

Насколько вижу, не держат. А вижу я многое.

Любое таинство требует затрат энергии. Держать его полностью раскрытым – это гарантированное истощение для кого угодно. Есть шансы, что они и не держат. Если только не опасаются внезапной атаки «учителя». Другое дело, что это опытные воины, а значит, с закалкой у них всё хорошо. Может статься, что моего темного лезвия не хватит. Для надежности придётся вложить всего себя, как в плане энергии, так и в плане эмоций.

Одна попытка, один удар. Это определит, выживу я или нет.

И уцелеет ли мой глаз.

– Учитель забрал один мешок, – якобы сдалась Кая, якобы не выдержав игр в гляделки с господином. – Я не знаю, что в нём.

– Твой учитель уничтожил стаю?

– Да.

– Что вы делали на наших землях?

– Учитель не говорил. Мы идём туда, куда он скажет.

– Саймон, – повернулся господин к тому мужчине, что стоял с ножом рядом со мной. – Ты ей веришь?

– Нет.

– Вот и я не особо. Тебе этот мальчишка дорог, девочка?

Кая отвернулась, пряча глаза. Я чертыхнулся про себя.

– Он мне никогда не нравился, – призналась Кая, а дальше вывалила груду переживаний: – Всегда такой шумный, лезет, куда не надо! Постоянно хотел обратить внимание учителя на себя! Достал! Ненавижу!

Господин недоуменно посмотрел на Саймона. Ну да, такое чудо, как Кая, редко когда встретишь.

– Меня зовут Эдью Гронварк, – представился он. – Я внук барона Гронварка, хозяина этих земель. Если ты поможешь мне найти твоего учителя, дитя, и… правильно себя поведешь, обещаю тебе защиту.

– Что желает господин? – Кая подалась вперед и добавила заискивающих ноток.

Вот змея.

– Для начала я хочу узнать всё о твоем учителе. Даже не думай врать. Моё терпение подходит к концу.

Мои нервы тоже на грани. Чувствую, скоро ситуация разрешится. Тем или иным образом.

Глава 11. Кровавый урок

Если выберусь из переделки, настоятельно порекомендую Кае сменить род деятельности. Не тем она занимается, ох не тем. Так красиво врать, это надо уметь.

Девушка демонстративно сдалась под натиском «страшного господина». Минут за пять выболтала целую историю. И кто её учитель, и как его зовут, и почему он здесь оказался, и про конкуренцию между учениками, и про то, что третий ученик погиб пару месяцев назад. Болтала она и про то, как её хорошо учили, говорила, что она самая послушная и будет верной слугой достойному господин. А тот, кто её бросил на произвол судьбы, больше таковым называться права не имеет.

Всё это сопровождалось слезами, вздохами, всхлипами и подвываниями, томными взглядами и попытками «соблазнить» внучка барона. Только идиот не догадался бы, на что намекает девушка и как именно она готова доказать верность.

Если бы я не знал настоящего характера Каи, поморщился бы от этого зрелища. А Эдью ничего, понравилось. Да и охранники похабно улыбаться начали к концу.

– А ты что скажешь, парень? – обратился ко мне Эдью.

– Да чтоб эта мелкая лживая шлюха сдохла! – выпалил я.

Даже врать особо не пришлось. После такой-то сцены, как не проникнуться сочувствием.

– Ай-я-яй, – покачал головой Эдью. – Как некрасиво так говорить про… леди.

Он заулыбался, охранники тоже. Особенно тот, что рядом со мной стоял. Видимо, он хорошо знал повадки своего господина, потому что тому даже приказ отдавать не пришлось. Мне прилетел удар.

Ногой.

По носу.

Раздался хруст, который я узнаю из тысячи.

Ну всё. Хана им. Убью с особой жестокость, чего бы мне это ни стоило.

– Саймон, ты, как всегда, резок. Иди поищи следы учителя.

Саймон убрал нож и пошёл по следу, который я оставил. То, что следы «учителя» отсутствуют, ни о чем не говорило. Есть и такие таинства, что позволяют и по снегу ходить как по воздуху.

– Как думаешь, этот учитель ценит своих учеников? – спросил Эдью у второго охранника. – Кажется, мы здесь задержимся. Организуй привал, отдохнём.

Мужчина послушно кивнул, отошёл к лошадям и достал свертки. Разложил шкуру рядом с господином, бросил тюк, на который Эдью уселся. В снегу сделал ямку, туда кинул пару черных углей, полил чем-то, дурно пахнущим, чиркнул огнивом и обеспечил огонь.

– Ты, – указал Эдью на Каю. – Раздевайся.

– Что, господин? – Та сделала вид, что не поняла сказанного.

– Раздевайся, – беспечно повторил Эдью, как будто ничего такого не происходило. – Хочу посмотреть, что ты предлагаешь. Учитель пользовал тебя?

– Нет, господин, – побледнела Кая.

И как ей это удаётся? Ладно мимика, но вот чтобы бледнеть…

– Девственница? – обрадовался Эдью. – Это хорошо. Это очень хорошо. Может, ты мне и пригодишься. На какое-то время.

Если он собрался взять её прямо здесь, в снежном лесу, то даже не знаю, что и сказать. Похотливый ублюдок, не боящийся отморозить яйца? Или он не трахаться собрался, а реально «посмотреть товар»?

– Ну? – поторопил Эдью и, не дождавшись реакции, бросил второму охраннику: – Помоги даме.

Тот осклабился и пошёл к ней. Кая поползла от него, но он прыгнул вперед и схватил её за волосы. Дернул, швырнул к Эдью. Кая упала прямо перед ним, в снег, рядом с разложенной шкурой.

Охранник потянул с неё плащ и… Кая прыгнула вперед, прямо на господина. Как-то она разделалась с путами, и в её руке блеснул нож, который вошёл мужчине точно в щёку. Эдью заорал и отшатнулся, но Кая набросилась на него, повалила на спину и нанесла ещё удар.

Я в тот же момент сформировать настолько сильное темное лезвие, настолько мог, и швырнул охраннику в спину. Он потянулся за Каей, наклонился, и лезвие удачно попало ему в затылок. Часть макушки снесло, я увидел обнаженный мозг.

При этом мужчина не остановился, схватил Каю за ногу и отшвырнул в сторону. Девушка отлетела, как пушинка, врезалась в дерево и упала. Охранник выпрямился, недоуменно схватился за голову, что-то почувствовав, и я немедля прыгнул на него.

Эти идиоты не удосужились проверить меня как следует. Оставили спрятанный в сапоге нож. Им-то я и врезал в брюхо уроду. Лезвие ударило по металлу, отскочило в сторону, а мне прилетел кулак по голове. Я разложился на земле, потеряв связь с реальностью.

Рядом раздался яростный крик, послышался свист рассекаемого воздуха, и я ощутил, как сверху на меня льётся горячая кровь. Тут же и тело упало. Умирающий мужик рухнул на меня, а весу в нём немало. Выглянул я из-под этой туши в тот момент, когда Эдью с окровавленным лицом выставил вперед руки, а Кая стояла перед ним, упав на одно колено.

Не просто так упала. Эдью её чем-то придавил, какой-то своей силой.

Таинства формировать можно в любом положении. Но не в любом это просто сделать. Я заворочался, скинул мужика и… Кинул Эдью пригоршню снега в лицо. Ну да, не таинство, но концентрацию сбивает. Кая выдохнула, но в бой не бросилась, повалилась на бок и рукой в снег уперлась. Зато я бросился. Проскальзывая по снегу, разогнался и врезался в Эдью.

Массы во мне меньше, но я смог зацепиться за него и повалить в снег. Зацепился пальцами за окровавленную щёку и дернул. Эдью заорал, забился, как скотина на бойне, но ничего не сделал. Я врезал ему кулаком в челюсть, а потом ещё раз и ещё. Бил, пока Кая не упала рядом и не вбила ему в глазницу нож.

– Второй… охранник, – вымолвил я, тяжело дыша.

– Луки, – также тяжело ответила девушка.

Мы поднялись одновременно и пошли к оружию. Мой лук недалеко валялся, его вместе со мной притащили. Оружие Каи на лошади, привязанное, висело. Я вгляделся в зимний лес, но фигуру мужика нигде не увидел. А ведь он точно должен был услышать шум. Нападет или сбежит?

Кае потребовалось несколько секунд, чтобы подготовиться и вооружиться. Она встала недалеко от меня так, чтобы с одной стороны деревья прикрывали. Я тоже сместился. В этом мире есть дальнобойные таинства, не хотелось бы нарваться.

– Он стрелы отводить умеет, – припомнил я свой опыт стрельбы в этого мужчину.

– Насыщай стрелу таинством, тогда, может, и попадешь.

– Если не сбежит.

– Никуда он не денется. Барон вздернет его за смерть внука. Обратно ему лучше не возвращаться. Если только с нашими головами.

– Какая умная девочка, – раздался голос.

Я обернулся и увидел мужчину, стоящего метрах в пяти от нас. В руке он держал копье. Когда только достать успел? Копья у них были привязаны к лошадям, и что-то я не видел, чтобы он своё снимал.

– Он мне никогда не нравился, – посмотрел Саймон на убитого внука барона. – А вы хороши. Учителя ведь никакого нет?

– Может, разойдёмся миром? – предложил я.

Не потому, что и правда миром хотел разойтись. Это теперь как раз невозможно. Он мне нос сломал, а я обещал его убить.

Обещания надо выполнять. Особенно когда дело касается носа.

Да и не стоит сбрасывать со счетов вероятность, что он нас сдаст при первой же возможности.

– Проще вас убить.

Действовать мы начали одновременно. Я натянул рук, собрал доступную энергию, вложил её и эмоции в наконечник и выстрелил. Кая тоже успела стрельнуть. А Саймон сделал один-единственный выпад.

Я не сразу понял, что произошло. Стрела Каи ушла в сторону, врезалась в дерево и пробила его насквозь. Моя же застряла в шее мужчины. А его копье – в животе Каи.

Мужчина схватился за стрелу, попытался дернуть, но этим сделал лишь хуже. Я подскочил к нему, собирался ударить ножом, но он смог перехватить мою руку. Бессмысленно. Силы покидали его, немного борьбы – и лезвие коснулось его щеки, пошло в сторону, к глазу, оставляя кровавую борозду. Он хрипел, пытался забороть меня, но взгляд быстро терял осмысленность. Закончилось тем, что лезвие вошло ему в глаз, я повалил мужчину и нанёс ещё несколько добивающих ударов, чтобы наверняка. А то знаю я этих практиков. Любят удивлять в самый неприятный момент, когда думаешь, что они давно мертвы.

Оттолкнувшись от тела, я поднялся и бросился к Кае.

– Эрано, – прошипела та, сплюнув кровью. – Глупо получилось, да?

– Ты дура.

Она улыбнулась, а я побледнел.

– Нет-нет-нет, подруга. Ты мне ещё не на все вопросы ответила. Даже не думай сдохнуть.

Ничего не сказав, Кая обмякла в моих руках.

* * *

Никогда не сомневался, что Кая та ещё живучая зараза. И на секунду не в то, что она умрет.

Когда девушка отключилась, я времени не терял. Перетащил её на шкуру, поближе к огню. Осмотрел рану и наложил повязку. Сходил за котелком, плеснул туда воды и вскипятил. Рану промыл, обработал и зашил, в который раз порадовавшись, что необходимый запас мы всегда с собой таскаем, и что он нигде не потерялся за время приключений.

Дальше какое-то время просто сидел, смотря в пустоту. Стемнело. Двигаться сейчас куда-то было невозможно. Кая ранена, и я не уверен, что она переживет, если я её на лошадь закину. Сначала надо дождаться, чтобы девушка очнулась, и сама сказала, сможет она передвигаться или нет.

Как эмоциональный ступор закончился, и я пришёл в себя, взялся за другие дела. Проверил трупы, собрал с них всё ценное. Не поленился и частично их раздел. В первую очередь, меня интересовали металлические части защиты. Хороший металл ох как непросто добыть, нельзя упускать уникальную возможность. Оружие тоже собрал. Копье, которым девушку ранили, себе оставил. Пусть оно и запятнано кровью напарницы, но свою функциональность не потеряло. Добротное, с металлическим основанием, такое просто так не сломаешь.

По-хорошему надо было провести с ним пару тренировок, чтобы привыкнуть к балансу, но не сейчас. Я и сам пострадал, раны после твердой ночи не исцелились до конца. Повезло, что в коротком бою не открылись.

В конце, когда закончил все дела, чтобы пережить ночь и в случае чего отступить, достал добытое со стаи и взялся за медитацию. Поспать всё равно не получится. Кто-то же должен остаться дежурить.

* * *

– А я-то думала, что отбегалась. Не ожидала увидеть твою рожу снова.

Это были первые слова Каи. Произнесла она их отнюдь не нормальным голосом. Скрипучим, слабым и тихим, будто с того света весточку через труп послала. От неожиданности я вздрогнул. Зевал в этот момент, как раз и думал о том, что делать, когда запас топлива, что троица притащила с собой, закончится.

– А я думал, что тебя придётся прикопать. Сжечь не вариант. Сейчас с этим проблемы, сама понимаешь. А так бы носил на могилку цветочки, вспоминал и проливал скупые мужские слезы.

– Что такое могилка? И откуда у тебя мужские слезы? – Кая приподнялась и застонала, рухнув обратно.

– Сейчас было обидно.

На это девушка ничего не ответила. Ушла в себя. Либо отключилась от перезагрузки, либо проверяла, что с её телом.

– Дерьмо, – сказала она через пару минут. – Мы тут одни?

– Ты, я, романтическая ночь… Точнее, уже рассвет.

– Какая романтика, Эрано? Мне брюхо проткнули!

– Хватит жаловаться. Лучше водички попей. С травками. Полегчает.

Кая доверчиво хлебнула из фляги и закашлялась. Там было что-то очень крепкое. У Эдью позаимствовал.

– Прости. Я тебя обманул, не удержался. Эдью был запасливым человеком.

– Так я выпила из его фляги?

– Ага. Я из неё тоже пил, если тебя это волнует. Насколько плохо себя чувствуешь? Не хотел бы тебя тревожить, но лучше нам убраться отсюда. Чем скорее, тем лучше. В ближайшие часы за нами вышлют погоню.

– Сколько я провалялась в отключке?

– Часов семь. Я приготовил всё к отбытию, так что наше выживание зависит от твоего самочувствия.

– Дерьмово я себя чувствую. Мне нужен хотя бы час. И притащи сердце старшего сурха.

– Будет исполнено, госпожа.

* * *

Из леса выбрались, когда рассвет полностью накрыл лес и окрестности. Каю я привязал ремнями к лошади Эдью. Остальных кобыл тоже забрали. Скакали часа три, сделали привал, я осмотрел рану Каи и сменил повязку. Полчаса на отдых и снова скачка. В таком темпе двигались до самого вечера. Несколько раз встречали путников, оставляя за собой след.

Ночевали также в лесу. В этот раз значительно тяжелее пришлось. Кая бредила. Я помогал, чем мог. Где-то в середине ночи, когда я задремал, чуть не пропустил нападение волков. Всего три особи пожаловали, злые и голодные. Хватило темного лезвия, чтобы убить одного и отпугнуть остальных. До самого утра слышал их подвывания вдали.

Наутро Кае стало немного лучше. Она провела пару часов в медитации и использовала новое сердце.

Снова скачка. Рискнул заехать в деревню. Каю оставил в ближайшем лесу, хотя она порывалась отправиться вместе со мной. Общение с местными особо не задалось, но то, что хотел, я получил. Хватило одного темного кинжала, чтобы погасить любые попытки к сопротивлению. Заезжал я в маске, и был шанс, что останусь неузнанным. Крестьян не обидел, по-честному купил у них еду и лекарства для Каи.

* * *

– Что это было? – спросил я через пару дней, когда подруге стало получше.

Да и мне тоже. Настолько, что мы оба перешли на галоп и скрылись в неизвестном направлении, снизив шансы, что нас выследят.

– Ты про что? – спросила девушка, будто не поняла сути вопроса.

– Что это было за представление?

– Не понимаю, о чем речь.

– Думаю, тебе надо работать в театре.

– Что это такое?

– Эм… – растерялся я. – У вас нет театра? Даже в столице герцогства?

– Нет. Так что это такое? – в Кае проснулся интерес, но я подозревал, что она так тему меняла.

– Это когда люди притворяются кем-то другим, а им платят, чтобы посмотреть на спектакль.

– Ты хочешь сказать, что заплатишь мне?

Я вздохнул и откусил от окорока – последние наши запасы, купленные в деревне. Скоро придётся устраивать охоту.

– Кая, я слишком хорошо тебя знаю. Ради чего ты обдурила бедного Эдью?

– Он угрожал вырезать тебе глаз, а меня хотел насиловать ближайшую неделю, а потом отдать солдатам, чтобы они тоже развлеклись. С чего бы он бедный?

– Кая… – протянул я и закатил глаза.

– Это был урок. Пусть и кровавый.

– Урок кому?

– Эдью и тебе, дурень.

– Давай по порядку… Ты с ним знакома?

– Была когда-то.

– Он молод, удивительно, где вы успели с ним пересечься.

– Чем тебя его возраст смущает? Он и в походы со своим отцом, Демьеном Гронворком, успел сходить. Эдью тот ещё затейник. Любит деревни грабить и крестьянок насиловать.

– Ты поэтому его убила?

– Скажем там… Получила дополнительное удовольствие, сделав то, что необходимо. Мы в любом случае не могли разойтись мирно.

– Да это я понял. Ну а мне какой урок хотела припадать?

– Чтобы ты получил опыт. Ещё чтобы увидел, какие бывают последствия у необдуманных и глупых действий. Легко отделались. Меня не успели изнасиловать, а тебе ничего не отрезали. Обычно Эдью действует жестче.

– То есть ты, пока я валялся в отключке в деревне, узнала, что она располагается на территории баронство Гронворков, прикинула, кого именно за нами отправят в погоню, и сделала так, чтобы нас поймали?

– Ты наговариваешь, Эрано, – поморщилась Кая.

– Так это неправда?

Кая промолчала, а я понял, что она точно на голову двинутая. А ещё мстительная.

* * *

К себе домой вернулись через две недели. По нашему баронству передвигались особо осторожно и подгадали так, чтобы зайти на рассвете, когда крестьяне ещё спят. Лишняя перестраховка, зимой редко когда из домов выбираются, но мало ли кому с утреца приспичит до ветру сходить. Слишком много времени прошло. Мы долго отсутствовали, и неизвестно, как изменилась обстановка. Вдруг Сергиус умер, и нас встретит другой староста?

На этот случай лошадей оставили за деревней, как и всю добычу. Кая выздоровела и тоже осталась. Отправился на разведку я один, и, стоило подойти к дому старосты, как оттуда вышел Сергиус.

Смотря на него, я не знал, что чувствовать. Он выглядел… Нет, не как прежде. Как кинжал, который сломали, но потом взяли и перековали. Неизвестно, начнёт ли он разить ещё острее или сломается при первом же ударе.

– Вернулся, – сказал Сергиус, встретив меня. – Где Кая?

– Осталась в лесу.

– Да уж, – хмыкнул мужчина, поглядывая на меня недобро. – Вы задержались.

– Заблудились.

– Остроумно, – на этот раз обошлось без хмыканья. – Веди к своей напарнице. Будем с вами разбираться.

Может ну его нахрен? Взять Каю да свалить отсюда? А то что-то тон недобрый.

– И не думай сбежать, – добавил Сергиус. – Найду. Хватит с вами в игры играть. Вижу, сильнее стал. Девчонка, глядишь, тоже не отстала. Раз так, буду учить как взрослых.

– Вы вернулись, наставник?

Сергиус несколько секунд смотрел на меня, а потом коротко кивнул. Я поклонился, развернулся и повёл его к Кае.

* * *

Тело приятно покалывало. В некоторых местах – досадно побаливало. В местах недавних ранений тянуло, но ничего опасного. Закономерный итог после жесткой то ли тренировки, то ли разноса, что нам устроил Сергиус.

– Что скажешь? – спросил я у Каи, что сидела на снегу, прислонившись спиной к дереву.

– Безвольный Сергиус мне нравился больше.

– Да ладно тебе. При наличии толкового учителя скорость обучения возрастает.

Кая поморщилась, но промолчала. Свою толковость Сергиус доказал прямо сейчас. Точнее, в последние два часа, до того как ушёл. Он нас и валял, и избивал, и пробивал защиты, и копьем гонял гораздо лучше. Может, он и не самый лучший наставник в мире, но на текущим этапе, несмотря на все наши усиления, подходил на эту роль.

– А ты что скажешь? – спросила у меня Кая. – Ты же отвечаешь за стратегию. Так давай, выкладывай дальнейший план.

– У тебя ещё остались в закромах способы, как нам усилиться?

– Нет.

– Врешь?

– Нет.

– Поверю на слово.

Кая фыркнула и закатила глаза.

– Тогда можно вернуться в твердый мир где-то через месяц, – прикинул я нашу скорость развития. – В темный мир попадают таким же образом?

– Да, но это сложнее. С темной ночью связь слабее, поэтому можно месяцами искать проход. Нужно дойти до границы, дождаться подходящую ночь и успеть проскочить в щель.

– Что, если посчитать вероятности, маловероятное событие. Да и что-то мне подсказывает, что там опаснее.

– В ближайшие пять лет я бы туда не сунулась, – призналась Кая.

– Хорошо. Тогда план очевиден. Живем здесь, развиваемся.

– А Сергиус?

– Будем учиться у него.

– А потом делать, что он скажет?

– Зависит от того, что скажет, – пожал я плечами. – Долго ты ещё рассиживаться будешь? Идём в деревню. Так и быть, я тебе воды нагрею. Помоемся нормально.

– Вместе?

– Хм… – окинул я Каю взглядом. – Рановато.

Она снова фыркнула и протянула руку. Я подошёл и помог ей встать.

Глава 12. Кульминация

Хлопья снега падали на сырую землю. Последняя попытка зимы удержаться, запомниться людям и оставить след.

Жалкая попытка. Температура держалась чуть выше нуля, и буран оставлял лишь слякоть, а не белые шапки.

Я стоял в тени дерева и слушал звуки. Ничего. Никаких лишних тресков. Кая хороша. Эта ушлая девчонка настолько тонко изучила меня, что каким-то образом обходила родовой дар видеть скрытое и тайное. Да я Сергиуса замечал! А Каю только в последний момент!

Две недели как она это освоила и с тех пор только совершенствовала. Подозреваю, она новое таинство создала. Таинство «Оставить Эрано с носом». Но ничего. Я ведь тоже на месте не стою и осваиваю то, что нам дал Сергиус.

Всю зиму он нас учил своему мастерству. Как быть незаметным, как скрываться в тенях и ночи, как подкрадываться и перемещаться так, чтобы никто не увидел. Как убивать, тоже учил. День наш делился на две части. В первую половину мы охотились друг на друга. Во вторую – на Сергиуса. И, если плохо справлялись с последним, он сам выходил охотиться на нас.

Зимой жители деревни в основном сидели по домам, поэтому мы могли развлекаться, как хотели. А если кто-то выходил на улицу, это создавало дополнительные сложности.

Так и жили.

В прошлом году, когда вернулись из авантюрного путешествия и обстоятельно поговорили с Сергиусом, остатки зимы он посвятил продвинутой закалке. Пришлось частично раскрыться перед ним и рассказать, что мне доступна внутренняя энергия. Точнее, он сам догадался, слишком много я стал показывать, а там слово за слово и…

И у Сергиуса сложилось правильно-ложное представление о нас с Каей. То, что девушка тоже внутреннюю энергию освоила, было удивительно, но не то чтобы очень. В её возрасте это уже можно сделать. А то, что я к этому пришёл… Мои навыки письма и счёта, ведение бухгалтерии, живой ум, странный интерес местной звезды Кристиана Изгоняющего – и вуаля, Сергиус решил, что я из непростой семьи. Удобно.

Так меня отнесли к талантливым, да ещё и с хорошей наследственностью.

После чего началась совсем другая история…

Сергиус просек, что нас можно грузить по-черному. А я просек то, как он это делает, что показывает и как это улучшить. Так и дошли до того, что за зиму, весну и лето я превзошёл то, что мог дать наставник в плане закалки и развития внутренней энергии. Чем удивил его и разозлил Каю. Как я и думал, мой темп оказался выше, и постепенно наша разница из-за возраста стиралась. Можно сказать, что мы сейчас были равны.

Я дернулся, и брошенный нож пролетел рядом с головой. Ударился он с глухим стуком, тупым концом. Хотели не убить, а проверить реакцию.

– Наставник, – вышел я из тени дерева.

А кинул именно он. Причем я не заметил его приближения. Да и не думал, что надо замечать. Сейчас день, Сергиус в это время делами деревни занимается.

– Плохо, Эрано, – сказал он. – Почему ты вышел? Вдруг я тебя не заметил и всего лишь решил напугать?

– Потому что просто так вы бы не стали прерывать наше занятие. Либо хотите сегодня научить чему-то другому, либо что-то случилось.

– Ты прав. – В чем именно, он не сказал, но и так ясно. – Бери свою подружку, и подходите на нашу поляну.

Я поднял нож и метнул вверх, прямо над головой Сергиуса. Тот и бровью не повёл. Стука не послышалось. Кая успела перехватить клинок и метнуть обратно. Лезвие вошло в землю рядом с моей ногой.

– В чем я ошиблась? – девушка спрыгнула с дерева.

– Появление наставника тебя смутило, – честно сказал я. – Слишком любопытством фонила.

Так повелось, что мы не скрывали друг от друга оплошности. Как иначе развиваться? Если один ошибался, второй поправлял его и давал возможность проработать слабые стороны. Обидно, конечно, что Каю с каждым разом было сложнее и сложнее подловить, но так она испытывала те же самые трудности.

– Думаю, я знаю, зачем он пришёл, – ответила девушка. – Идем?

Сергиус уже исчез, не став нас дожидаться.

– Кульминация?

– Да.

Кульминацией называли процесс закрепления, подведения итогов и перехода на следующий этап. В каком-то смысле перерождение. Как в буквальном, физическом значении, так и фигуральном, смысловом, когда ученик перестаёт быть просто учеником и становится кем-то большим.

Эту тему мы с Каей не раз обсуждали. Обычно через процесс кульминации проходят в районе восемнадцати-двадцати лет, когда тело полностью сформировано и развито до пика физических возможностей. Если девушка не ошиблась, и Сергиус правда хочет нас провести через этот процесс, то… Ну и славно, что тут скажешь. Я не прочь сдать «экзамен» экстерном.

Кая не ошиблась. Когда подошли на поляну, Сергиус уже разжег костёр и варил что-то в котле. Событие не удивило, потому что Кая разбиралась в этом процессе, знала, что для этого нужно, и мы оба видели, как наставник собирает нужные ингредиенты.

– Обычно перед тем, как дать это ученику, он должен убить старшего сурха, – заговорил Сергиус, когда мы сели напротив. – Вы это уже делали, так что пропустим эту часть.

Специи, добытые со старших сурхов, являлись частью эликсира, что он готовил. На самом деле вся суть этого варева сводилась к тому, что из специй делали концентрат путем различных химических преобразований. Выпаривали, высушивали, настаивали… Список требуемого действительно был довольно обширный. Не только старших сурхов убить нужно, но и других тварей. Я точно знаю, что там есть добыча с мертвых монстров, с темных тварей, ну и с самок сурхов ещё.

В принципе, могли и сами заварить. Если бы не одно «но». Требовались кое-какие ингредиенты, которые в нашем баронстве достать было невозможно. Решаемый вопрос, но для этого надо иметь связи и какое-никакое влияние. Титаническая и проблемная задача для подростков и вполне решаемая для старосты деревни, который по совместительству матерый убийца. Пусть и на пенсии.

Если сознаешь сложность задачи и то, что ингредиенты добывают с существ, которых ещё попробуй встретить, не удивишься, узнав, что через кульминацию проходят избранные. В основном наследники успешных баронств и тех, кто выше их. Чтобы один такой эликсир собрать, уходит около десяти лет. Или пара лет, если ты герцог и собираешь дань в виде специй. По статусу мы с Каей простолюдины, а по добыче – ближе к герцогам, потому что не раз выбирались в твердый мир и успешно там охотились.

– Пейте. Медитируйте. Ничего сложного в этом нет, так что бояться нечего.

Кая рассказывала, что в некоторых школах во время кульминации устраивают бои насмерть. Якобы смертельный риск и выработка адреналина способствует лучшему закреплению этапе ученичества. Может, и так, я не знал. Да и неважно это сейчас. Не с кем бой насмерть устраивать.

Я взял протянутую кружку с варевом и мелкими глотками выпил горячий напиток до дна.

Первые минуты прошли ожидаемо. Я почувствовал жар, погрузился в себя, наблюдал за тем, как разворачиваются процессы. А потом…. Что-то внутри взорвалось, и я провалился в темноту.

* * *

Кая закончила кульминацию, вынырнула из транса и уставилась на наставника.

– Как себя чувствуешь? – спросил он.

«Отец бы спросил другое. Насколько я стала сильнее».

– Хорошо, наставник. Эрано ещё не закончил?

Ответа не требовалось. Упомянутый парень сидел чуть в стороне, с закрытыми глазами, и… Его покрывал слой темноты.

– Что с ним? – нахмурилась девушка.

– Спросишь у него потом, – ответил мужчина, и Кая догадалась, что Сергиус и сам не знает ответа.

Она встала, потянулась и задумалась о том, стоит ли начинать беспокоиться за Эрано или пока ещё рано. Проверила собственные ощущения. Кульминация прошла как надо. Можно пару дней отдохнуть, дать внутренним процессам завершиться – и переходить к новому этапу.

Минута тянулась за минутой, а Эрано из транса не выходил.

– Он всегда был тугодумом, – буркнула девушка.

Что-то было не так, но она не могла понять, что именно.

* * *

Когда открыл глаза, я хотел пошевелиться, но не смог. Отчего испугался, дернулся и завалился на бок, рухнув, как деревянная статуя.

– Эрано? – послышался взволнованно-настороженный голос.

Скосив глаза, увидел Каю, что стояла напротив, держа в руке копье. Лезвие было направлено вверх, что образовала, но взгляд казался подозрительным. А ещё из этой позы Кая могла легко направить оружие мне в сердце и сделать выпад, применяя все доступные таинства. Это не умозрительная угроза, а вполне реальная. Девушка так и вибрировала напряжением. Как натянутая тетива.

– Эрано, это ты?

– А ты кого-то другого ожидала? – вяло пошутил я, но быстро сообразил, что шутка не самая смешная. – Где Сергиус?

– Ушёл вчера.

– Вчера?

– Да. Ты просидел в трансе почти трое суток. Сергиусу надоело тебя караулить, и он это скинул на меня.

– Серьезно? В смысле, я серьезно так долго просидел?

От того, что начал двигаться, тело отмерло, и я ощутил миллиарды укусов по всему телу. Проклятое онемение, будь оно неладно.

– Ох, – вырвался стон. – Для справки, ты сама сколько просидела?

– Около трёх часов. Как обычно и сидят. Что такое справка?

– Эм… Неважно. Потом как-нибудь объясню. Что-то я подзадержался. Это плохо? И почему ты так странно на меня смотришь?

– Сам знаешь.

– Поводов для паники у тебя нет, если волнуешься, – процедил я и кое-как поднялся, чтобы снова застонать от боли. – Что-то я не чувствую себя перерожденным. Скорее наоборот. Ты точно меня не била всё это время?

– Был соблазн придушить по-тихому и сказать, что само вышло. Но я сдержалась.

– Никогда не сомневался в твоей стойкости.

Я распрямился, несмотря на боль, потянулся и чуть не рухнул. Нет, это точно не дело.

– Кая, со мной что-то не так. Всё тело ломит.

– Мышцы затекли?

– Возможно.

– Разомнись и проверим.

– А ты копье-то уберешь?

– Зачем?

– Чтобы продемонстрировать доверие и здравый смысл? Ну, или, хочешь, опять поцелую.

– Ещё чего! – мотнула девушка головой, отчего её коса подлетела.

Н-да, половое созревание, суровое и беспощадное. С недавних пор я начал заглядываться на Каю как на девушку. Ей-то в районе шестнадцати-семнадцати, а мне около тринадцати-четырнадцати. Добавим к этому то, что мы, благодаря закалке, опережаем свой возраст… И то, что у Каи за последние три месяца выросла приличная грудь, что тоже свою роль играло. Не могу сказать, что она красавица. Но это я скорее ворчу. И Кая ворчит. А когда улыбнется, сразу плюс сто к красоте.

– Эрано, о чем это ты задумался? – копье качнулось в мою сторону.

– А? – отмер я. – Да так, о всяком разном. Надо как-то проверить, всё ли со мной в порядке.

– Могу побить тебя.

– Спасибо, давай пока без этого. Происходило что интересное, пока я… эм… медитировал?

– Происходило. Всякое разное, – передразнила Кая.

– Хватит тебе. Что было-то?

– Если не считать того, что ты покрылся сначала слоем темноты, а спустя несколько часов – слоем света, и то мерцал, то светился, то втягивал разлитую энергию вокруг внутрь себя, то ничего и не случилось. Обычные скучные дни уходящей зимы. Не отморозил себе ничего, кстати? А то столько на холодной земле просидеть, да ещё под дождем…

Я посмотрел на свою одежду, которая оказалась сухой.

– Ты испарил влагу вокруг себя, – пояснила девушка. – Самая странная кульминация, которую я когда-либо видела. Ничего не хочешь объяснить?

– Пока не хочу.

Потому что ничего не помню. Для меня это вообще как одно мгновение пронеслось. Вот я закрыл глаза, а вот уже мучаюсь от болей в теле.

Не знаю, насколько это нормально, но то, что со мной произошло, нужно обязательно проверить.

* * *

Спустя пару дней я сделал вывод, что ничего страшного не случилось и даже наоборот. Случилось что-то хорошее. Единственное, что смущало, – это хорошее было следствием не моей воли.

Когда Кая говорила, что кульминация является перерождением, я, конечно, кивал и мотал на ус, но особо не принимал на веру. Что значит перерождение? Я перестану быть человеком? А кем тогда стану? Много вопросов, на которые никто не дал ответов. Зато сейчас я их получил. И да, кульминация – это и правда перерождение. Тогда я не замечал проблемы, а сейчас вижу. У закалки обнаружился существенный минус. Пиковое состояние ненормально для обычного организма. Его можно поддерживать, но ценой того, что тело начинает медленно разрушаться. Что не так очевидно в юном возрасте, но хорошо заметно на примере тех, кто постарше.

Тот же Сергиус, как я подозреваю, через кульминацию не проходил, и поэтому практики разрушали и старили его организм быстрее, чем при обычной человеческой жизни.

Я же перешёл в принципиально иное состояние, при котором то, что считалось пиковым, стало минимальным. Да, вот такие от дела. Теперь я снова в начале пути, но на другом этапе. Если говорить о практической стороне, то особых изменений почти и не было. Немного другим стало ощущение тела. Я с ним сроднился. Стали лучше даваться таинства. Защитный покров расширился по площади и держится дольше, темные кинжалы летят дальше. Сплошные бонусы на первый взгляд.

Но вопрос, почему кульминация пошла не по обычному шаблону, оставался открытым. Старые закладки Темного Герцога? Возможно. Если так, то спасибо ему. А если нет… Ну, пока моё сознание никто не пытается уничтожить, беспокоиться не о чем.

* * *

Я сидел на крыльце и хлебал из кружки травяное варево. Та ещё гадость, но самое то, чтобы взбодриться в эту пасмурную погоду. После моего «возвращения» из ритуала Сергиус позволил нам пару дней отдохнуть. Вот мы и отдыхали.

Вроде утро на дворе, да и погода дождливая, но эти два факта не помешали въехать в деревню всаднику. Посыльного я узнал сразу. На одежде виднелся герб барона.

– Не к добру, – сказал сам себе, поднялся и пошёл встречать. – Кто такой и по какому вопросу прибыл?

– Умерь гонор, парень, – окинул меня взглядом мужчина. – Зови старосту. Есть приказы от господина барона.

Я прикинул, смогу ли его побить. Успехи у меня выдающиеся, но в кое-каких дисциплинах проседали. В частности, катастрофически не хватало практики против людей. В теории я подкован, но получить разнообразный опыт по понятным причинам не мог.

Поймав себя на желании проверить новые силы, улыбнулся и пошёл звать Сергиуса. Опасно это, не контролировать примитивные позывы.

* * *

– Что значит, Кая уезжает?!

От этой новости я не то чтобы растерялся. Охренел – наиболее подходящее слово.

– Это значит, что я еду служить барону, – кисло улыбнулась девушка.

– Эрано, успокойся, – посмотрел на меня Сергиус. – Ты забыл, кому служишь? Барону нужна новая мастер-специй. Кая на эту роль пока не тянет, но быстро научится.

– Но…

– Хватит! Приказы не обсуждаются! Приказы исполняются!

Впервые я посмотрел на Сергиуса со злостью. Та история, когда охотились на разбойников, которых послал барон Гронварк, получила продолжение. С нами двумя это никак не было связано. После убийства Энди мы смогли скрыться. В другом причина. Все прошлое лето гуляли слухи, что нашего-то барона поджимают со всех сторон. Смена власти – это всегда хорошее время, чтобы эту власть пошатнуть. Чем добрые соседи и занимались. Ставили палки в колёса Кастлу. Также гулял слух о том, что Кастл убил внука Гронварка. Так что говорить, что мы совсем уж непричастны, неправильно. Но не суть…

Летом конфликт перерос в открытую стадию, и Кастл удвоил сбор налогов. Это после мертвой-то ночи, когда часть деревень полностью вымерла, а другая понесла серьезные потери! Барона это не волновало, ему надо было выжить и свою дружину усиливать. Поэтому он и тянул соки, ставя деревни на грань вымирания.

Ничего, справились. Барон же как-то отбивался от нападок. Зимой эта история затихла, но сегодня пришла новая весть. Что-то там такое произошло, Кастл был ранен, его мастер-специй убита. Говорят, что в замок к барону подослали убийц. Нормальная практика, кстати. Кому, как не мне, ученику убийцы, относиться к этому с пониманием.

Мастер специй – это очень серьезная должность. Что-то вроде золотой клетки. Будешь на особом счету, но о своём развитии забудешь. Твоя задача – специи подготавливать, а не по пути восхождения идти.

Зная Каю, могу сказать, что она в принципе на эту должность согласиться не может. Но сейчас выглядит пусть и кисло, но не то чтобы очень. На самом деле она уже согласилась. Переговорила после ухода вестового с Сергиусом. А там и меня позвали, чтобы сообщить новость.

– Иди остынь, – бросил мне Сергиус и указал на дверь.

Да чтоб тебе провалиться. Вместе с бароном.

* * *

Кая стояла возле лошади. Мешок она свой прицепила к крупу и повернулась, чтобы встретить меня.

– Ты и правда уезжаешь?

– Как видишь.

– Но почему?

– Потому что так приказали.

– Это не повод.

– Что ты от меня хочешь, Эрано? – приподняла бровь Кая.

– Как же наши планы? Мы с тобой собирались отправиться в темный мир. Вместе идти по пути возвышения.

– Может, и сходим, – пожала она плечами.

– Тебя сажают в клетку, где будут сытно кормить. Ты этого хочешь?

– А может, и хочу? – внезапно ответила Кая со злостью. – Этого дерьма под названием восхождение мне хватило в прошлый раз. Может, я хочу жить мирно. Ты не думал об этом?

– Ты врешь. Прошлого мастера специй убили. Это мирная жизнь, что ли? Не ты ли говорила, как мир вокруг опасен, и что либо ты силен, либо ты никто?

– Возможно, быть никем не так уж плохо, – ответила Кая и сделала вид, что потеряла интерес к разговору. – Я ухожу. Ты хочешь что-то сказать ещё или остановишься на этом?

Хотел ли я что-то сказать? Я не знал.

В тот момент я ощущал растерянность. Сам не знал, почему её уход так встревожил меня. Потому что планы рушатся? Так составлю новые. Потому что привязался к ней? Если так, это плохо. Для ловца знаний нет ничего хорошего в привязанностях.

Может, если бы она хотя бы намекнула, что не хочет ехать… В этом случае я бы предложил ей сбежать и плевать на планы. Вдвоем мы бы прорвались куда угодно.

Но она не предложила. Её холодные глаза, надменный вид, сложенные на груди руки – всё это оттолкнуло меня. Я сам не ожидал, что какое-то прощание может быть настолько болезненным. Внутри что-то заныло, я разозлился на эту слабость и кивнул.

– Раз ты так решила, так тому и быть. Удачи, Кая.

– Удачи, Эрано.

Девушка запрыгнула на лошадь, пришпорила бока и ускакала прочь. Я стоял минут пять, тупо смотря на опустевшую дорогу, а потом плюнул и пошёл в дом.

Следующий день я бездельничал и хандрил, осмысливая свои чувства. Потом тренировался. С утра и до глубокой ночи, неистово, пока не упал без сил. Я старался забыть Каю. Но у жизни были другие планы.

Через семь дней с её ухода к нам в деревню пришла новость.

Барон Кастл был убит.

Глава 13. Новые проблемы

Торговец, что заехал к нам и привёз дурные вести, стоял, краснел и пятился от Сергиуса. Он и не заметил, как уперся в свою телегу.

– Что значит, умер? – навис над ним наставник. – Как это вышло?!

– Не могу знать, – торговец стянул с себя шапку и прикрылся ею, как щитом. – За что купил, за то и продаю. Плохие времена в баронстве настали. Наследника-то нет. Кого теперь назначат? А я слышал, у вас и так дела плохи. Товар привёз. Долго вёз, с рисками.

Цену себе набивает. Всего к нам прибыло три человека. Не самое частое зрелище, но иногда торговцы захаживают. Особенно если узнают, что где-то появился спрос на определенный товар. Я прикинул, что им от баронского города до нас, если по прямой, дня четыре точно ехать. С остановками и того больше.

– Когда это произошло? – спросил я.

Торговец посмотрел на меня, словно впервые увидел. Сергиус всё его внимание приковал, что неудивительно. Это я привык к виду наставника и видел его в разных проявлениях. Для постороннего же человека Сергиус выглядел не как тот, с кем можно шутить. Его серые, холодные глаза так и говорили, что только дёрнись – сразу шею сверну.

– Так семь дней назад. Говорят, убийцы проникли в дом и распотрошили барона.

Убийцы, в дом… Кая отбыла десять дней назад. День-два добиралась до места. Могла она сама убить барона? Ох как могла. После той стычки с Эдью я ничему не удивлюсь. Если уж она тогда воспользовалась ситуацией, чтобы свести счёты, то и сейчас могла. Мало ли, какие у неё претензии к Тамаралам накопились. Не удивлюсь, если она всех баронов королевства вместе с герцогами и остальной знатью с радостью перебьёт. Кая, она такая. Немного психованная.

Нельзя исключать и личный мотив. Достаточно вспомнить, как Кастл смотрел на юную Каю пару лет назад. Нехороший взгляд. Намекающий, что барон, не отягощенный продвинутой моралью, зато облеченный пусть и небольшой, но властью, попытается затащить девушку в постель. А если та откажет, попытается взять силой.

И почему, чем дольше я думаю об этом, тем больше убеждаюсь в том, что знаю, кто именно убийца?

– Известно, кто убил-то? – уточнил я.

– Я не знаю, – смутился торговец. – Так мы торговать будем? Если нет, пустите на постой. Ночь-то близко, не хотелось бы оказаться снаружи. Ох, плохие времена начинаются. Ещё и с дороманцами конфликты…

– Эрано, устрой гостя.

– Идите за мной, – сказал я, стараясь не показывать истинных чувств. – Не знаете, что стало с убийцами?

– Кто-то говорит, что сбежали они. А кто-то, что их убили.

– Да точно убили. Там знатный бой вышел, – добавил второй мужчина, больше похожий на охранника, чем на торговца. У него на поясе большой нож висел. Тот максимум, что доступен не дружине барона.

– Ерунда это всё, – вмешался третий, загоняя телегу в ворота. – Не было там шума. Убийцы тихо сработали. На то они и убийцы.

Слушая их трёп, быстро понял, что они и сами толком не знают, что случилось. К городу они подъехали, но их туда не пустили. Дружина перекрыла путь. Но слухи – дело такое, шила в мешке не утаишь, так торговцы и узнали, что случилось.

Товар я у них купил. Немного. Ровно столько, чтобы никто с голоду не помер, и было, что засеять. Делал это механически, думая о своём.

Вариант первый – Кая убила барона. Вероятность высокая. Вариант второй – другие убийцы напали на барона. Вероятность тоже имеется. В этом случае Кая могла как не пострадать, так и погибнуть заодно. Вероятность последнего низкая. Не верю я, что девушку могли прикончить какие-то убийцы. Уж кто-кто, а она из любой передряги выберется. Также был вариант, что после убийства барона против неё ополчилась дружина и… Выбраться девушка всё же не смогла. Сразу погибла или в темнице сидит.

Получается, что Кая либо мертва, либо в плену, либо сидит себе спокойно в городе, либо подалась в бега. Если последнее, то… Я прикинул, сколько прошло времени. Если она не ранена, то давно бы сюда добралась. То, что до нас слухи так долго шли, неудивительно. Если в городе хаос, то никто не будет посылать вестовых, чтобы предупредить крестьян. Торговцы тоже к нам не спешили. Брели от одной деревни к другой. Если бы не они, мы бы могли ещё пару недель, а то и дольше новость не услышать.

Раз Кая не пришла, значит, отменяется вариант, что она сбежала. Хотя она могла просто сбежать… Я об этом не хотел думать. Как и о том, что она погибла.

* * *

– Что мы будем делать? – я пришёл к Сергиусу, когда разобрался с торговцами.

– Продолжим твоё обучение, – ответил он невозмутимо.

– Очень смешно, – в моём голове прозвучал неподобающий сарказм, отчего наставник нахмурился.

– С дисциплиной и уважением у тебя до сих пор проблемы.

– Так, хорошо, – выдохнул я. – О уважаемый учитель. Раз уж кто-то прикончил барона, то встаёт два вопроса. Первый – когда мы отправляемся за Каей? Второй – кому мы теперь служим и какие последствия в связи со смертью Кастла нас ожидают?

Разговор прервал звук удара. Упала деревянная игрушка. Ну как упала… Дочка Сергиуса швырнула её, та врезалась в стену и упала. Ребенок испугался и захныкал. Наставник наградил меня осуждающим взглядом и взял девочку на руки. Та разрыдалась ещё сильнее.

Я встал и вышел. Дождался на улице, когда Сергиус успокоит ребенка и передаст его помощнице. В деревне после мертвой ночи осталось несколько вдов. Одна такая перешла в дом к наставнику и помогала ему с ребенком. Суровые реалии крестьянской жизни. Вернулся я, когда женщина увела малышку к другим детям.

– Хорошие вопросы, – как ни в чем не бывало продолжил наставник, когда я зашёл внутрь. – Во-первых, мы не поедем за Каей.

– Почему это?

– А должны? – прищурился он.

– Она же ваша ученица…

– Уже нет, – перебил он меня и выставил руку вперед. – Вы прошли через кульминацию. Первый этап обучения закончен. Дальше она отправилась служить другому и перестала быть моей ученицей.

– Но…

– Эрано, что ты хочешь от меня? Чтобы я оседлал коня и бросился в город? А дальше что? Нашёл Каю, если она жива, и забрал с собой? Мастера специй? Кто же мне её отдаст?

– Она сама пойдет. В любом случае надо узнать, что с ней случилось.

– Новости сами скоро до нас дойдут. Почему тебя это так беспокоит?

– Потому что, – буркнул я.

Причин слишком много, и основная – это то, что Кая могла убить барона, и ей нужна в связи с этим помощь.

– Сейчас туда лучше не соваться. Это будет слишком подозрительно.

В холодных глазах наставника читалось многое. Он не говорил об этом вслух, но… Сергиус не дурак. Он тоже подумал, что Кая могла убить барона. Если так, наше появление породит новые проблемы. В первую очередь для нас самих. Кая ведь ученица Сергиуса. Тут попахивает заговором.

Если так, нам сейчас лучше готовиться к появления карательного отряда или дознавателей. Последних может прислать родственник барона. У него была жена, вроде как беременная. Маловероятно, что она захватит власть. Женщине, не практику, да ещё в положении… Нет, не в этом мире, где правит культ силы. Либо кто-то из соседей власть захватит, либо сам герцог вмешается. В итоге мы получаем, что с нами может захотеть разобраться либо регент, либо другой барон, либо герцог. Не сам лично, а кто-то из его людей.

Как же бесит… Ничто так не раздражает, как дефицит информации. В чем-то Сергиус прав. При столь скудной информации поспешные действия могут привести к большей беде.

– Так что же получается, – сам не веря, что говорю это, сказал я после размышлений. – Сидим здесь и ничего не делаем?

– Делаем и ещё как. Пора тебе освоить использование внешних сил.

– Ага…

Любой практик руку отдаст, чтобы добраться до такого уровня. Я же относился к этому почти что с безразличием. Всего лишь один из шагов на пути моего возвышения и на пути сбора знаний этого мира. Мы как раз с Каей планировали перейти к этому этапу. Но вон как сложилось.

– А что насчёт служения?

– Это опасный вопрос, Эрано.

– И всё же.

– Я уважал барона Тамарала. – По тону я понял, что речь о погибшем в мертвую ночь бароне, а не его наследнике. – Его сын… С ним меня меньше связывает, а после его смерти получается, что пока наследник не рождён, и клятва верности больше не действует.

Чисто из вредности я подумал, что с этим утверждением можно поспорить. Существовало великое множество форм служения. Будь клятва Сергиуса немного иной, и ему бы пришлось отправиться мстить убийцам вне зависимости от того, кто это будет. Даже если бы убила Кая. Возможно, прикончи она старого барона, Сергиус бы её и убил. Но в случае его сына… Тут скорее не крепкие узы его связывают, а что-то типа «Служить обязан, но не особо хочу и первым порадуюсь, когда господин сдохнет».

Поэтому я и спросил про наш статус. Так-то я тоже должен был в скором времени перейти на службу к барону. Сразу, как Сергиус официально бы объявил, что ученик закончил обучение. Лично для меня это означало необходимость превратиться в убийцу, который служит барону. Но сейчас-то служить некому. Вот и получается, что я вроде как свободен. Я и так не собирался тратить время на убийства. Но так смогу уйти без осложнений и лишних проблем. Что и подтвердил Сергиус.

Ещё бы с Каей разобраться.

* * *

Иногда особо хорошо чувствуешь, как медленно тянется время в баронстве. За следующий месяц мы узнали, что Кая пропала. Предположительно, её считали мертвой. Почему так, что там случилось на самом деле, этого слухи не были способны рассказать. Слишком много разрозненной информации поступало, и чем больше проходило времени, тем больше путались изначальные смыслы.

Одно я узнал точно – Каи не было в городе. И она не пришла ко мне.

Сначала я злился на неё. Потом грустил. Бесился на себя и на неё. Убивался в тренировках. В какой-то момент успокоился. Подумал, что это, если она жива, очередной её психоз. Какой-то червячок сомнений всегда грыз её, она опасалась, что Темный Герцог может вернуться. Если подумать, то исчезла она после странной кульминации. Кто знает, может, не выдержала и решила сбежать куда подальше и надежно оборвать связь с прошлым.

Грустно, неприятно, но… Я её понимал. Эмоции улеглись, и я пожелал ей легкой дороги, куда бы она ни пошла.

Это помогло выкинуть девушку из головы. Как-никак, я эарец, и у меня есть конкретное задание. Да и другие дела появились. Нежданно-негаданно герцог прислал своего человека в баронство. А вместе с ним пришли и новые проблемы.

* * *

После мертвой ночи, пришедшей почти два года назад, от жителей деревни осталось меньше половины. Чуть меньше шести десятков. Ещё семеро умерли за зиму. Не смогли пережить отравления поветрием и медленно погибали, пока смерть не взяла вверх.

Быть может, окажись барон Кастл, пусть ему икается в посмертии, чуть более хорошим человеком, он прислал бы лекарей, но нет. Все его ресурсы уходили на собственные нужды да на дружину.

Сейчас у нас снова насчитывалось около шести десятков жителей. Не все деревни пережили мертвую ночь. Некоторым пришлось куда хуже. Штук пять деревень закончили существование. Три из них были уничтожены мертвыми, а две рассосались между другими селениями, в том числе кто-то перешёл и к нам.

Всех этих людей сейчас на главной и единственной улице собрал вестовой. Стоял он на крыльце дома Сергиуса. То было сделано специально, чтобы выступать ещё и помостом. Этот человек мне не нравился. Справедливости ради скажу, мне из незваных гостей мало кто нравился. Обычно они приносили проблемы. Этот принёс не просто проблемы, он собирался вывалить на голову людей то ещё дерьмо.

Впервые вижу, чтобы человек так одевался в здешних краях. Когда мужчина снял плащ, то представил перед нами… в платье. Сшитом из чего-то, похожего на шёлк. Выглядело так дорого, что не удивлюсь, если за стоимость этой одежды можно купить всю нашу деревню. Его лицо не вызывало доверия. Слишком ухоженное. Гладкое, без единого волоска. Без единого – это без волос на голове, без бровей над глазами, без усов и бороды. Губы тонкие, подбородок острый, а взгляд высокомерный. Ручки тоненькие, ножки тоже. Плюнь в такого и перешибешь соплей.

При этом даже Сергиуса напрягло его появление. Не говоря уж про обычных крестьян. Посланник самого герцога – это сильно. Повод сжать булки и молиться небесам, чтобы не сильно придавили.

За спиной посланника стояли двое солдат. Вот они настоящие бойцы, сразу видно. При оружии, фигуры крепкие, челюсти квадратные. Как будто их на одном заводе отлили. Одного взгляда хватает, чтобы отбить желание плеваться в посланника. Не уверен, что против этих ребята Сергиус выстоит в открытом бою. Не против двоих точно.

– Герцог Урсувайский постановил, – начал посланник говорить высоким, громким и совсем немного писклявым голосом. – Что каждая деревня должна отправить мужчин в количестве, равном одной десятой от общего числа жителей! У вас есть час, чтобы определиться, кто это будет! В противном случае я сам выберу.

– Отправить куда? – раздался вопрос.

– На войну. Начинается война с герцогством Дороманским! В подлости своей они воспользовались трагедией мертвой ночи и нанесли удар! Пришло время заплатить им за содеянное!

Серьезно? Кто-то поверит в столь дешевую пропаганду?

Ах да, главные аргументы как раз стоят за спиной посланника. А если этого не хватит, так сюда пришлют отряд воинов, которые пару человек показательно убьют, а тех из мужчин, что выживут, заберут с собой – и воля герцога в любом случае будет исполнена.

– Это возможность для каждого! – посланник снизошёл до предложения бонусов. – Каждый отправившийся на войну получит возможность взойти! А по окончании войны получит золотой урс!

Как щедро. Хватит, чтобы построить дом и жить потом год. Хорошо, что посланник, да и герцог тоже, не слышат моего сарказма.

– У вас есть час! Не затягивайте!

Троица удалилась, а люди зашептались.

– Сергиус! – пробился к наставнику один из крестьян. – Что нам теперь делать?

– Да, что нам делать?

– Что творится-то?

Улица моментально утонула в крестьянском гуле.

– Хватит! – рявкнул Сергиус. – Приказ есть приказ. Даю вам полчаса на то, чтобы добровольцы сами вызвались. Если их не хватит, устроим жеребьевку.

Староста развернулся и ушёл к себе в дом. Я последовал за ним.

– Это угробит деревню, – сказал я ему.

– Не всё так плохо.

Ну-ну. Одна десятая от нашей деревни – это шесть мужчин. Из шести десятков у нас девять детей. Ещё тридцать шесть женщин. Не считая меня и Сергиуса, пятнадцать мужчин. Так уж вышло, что в мертвую ночь их погибло больше, чем женщин. Закономерно, ведь именно мужчины выходили и вставали грудью против монстров.

Из пятнадцати человек – шестеро относятся к тем, кто по местным меркам считается стариками. Работают вполсилы, и на войне им точно делать нечего. Если только не вспомнить про цинизм и не отправить тех, кто не особо полезен для деревни. Брр… Мерзко звучит. Если же стариков не трогать, получается, что остаётся всего девять. От восемнадцати до сорока лет. Двое молодых мужчин и семь ценных специалистов, которые выполняют важную работу. Убери шесть из них и… Да, не всё так плохо. Плохо – неверное слово. Это будет катастрофа.

Война выжмет все соки из баронства. Которое и так потрепало за последние два года. Готов спорить на что угодно, что налоги повысят. Ещё не стоит забывать, что в следующем году могут повторить процедуру. Тогда совсем грустно станет.

С работой-то оставшиеся худо-бедно справятся. А когда придут ночи… Тогда-то самое страшное и начнётся. Если защитники поголовно уйдут, то некому будет защищать. Случись опасная ночь, и как пить дать жертв в этот раз будет куда больше.

Я остановился и задумался. Мне-то с чего переживать? Надо освоить практику внешних таинств да валить куда-нибудь подальше. Война – это не то место, где можно найти знания. Нет, знания надо искать у тех, кто эту войну организовывает. Часто они далеко от передовой.

Попытка отгородиться продлилась недолго. Я вспомнил, что эти мужчины, которым придётся уйти… Нет среди них никого воинственного. Они даже через закалку нормальную не проходили. Война их уничтожит.

– Что вы делаете, наставник? – Я заметил, что мужчина собирает вещи.

– А ты как думаешь, Эрано?

– Вы собрались на войну?

– Да.

– Но…

– Из меня плохой староста. Зато убийца хороший. Там я пригожусь куда больше.

– Но почему?

– Почему что?

– Идти на войну нелогично.

– Ты так думаешь?

– Конечно. В этой войне нет благородных мотивов, нет высоких смыслов. Просто один герцог захватил другое герцогство восемь лет назад. А сейчас идёт всего лишь продолжение борьбы за власть и желание править всем доминионом.

– Может, и так, – кивнул Сергиус. – Это не отменяет того, что в случае поражения сюда придёт вражеская армия и убьёт всех.

– Может, и не придёт. Да и убивать всех нерационально.

– Может. Но я не могу остаться в стороне. Кого предложишь послать вместо меня? Юнцов? Стариков? Мастеров? Они пыль, которую жернова войны перемелют и не заметят.

– Кто останется с вашей дочерью?

Сергиус замер и посмотрел в сторону. В то направление, где его дочь находилась с другими детьми и женщинами.

– Из меня плохой отец, – мрачно сказал он.

– Другого-то нет.

– Хватит, – твердо ответил он. – Это я твой учитель, а не ты мой! В жизни иногда бывают такие моменты, что ты делаешь то, что должен, даже если тебе это не нравится.

– Как же наше обучение?

– А что с ним? – усмехнулся Сергиус. – У тебя-то как раз выбора нет. Ты отправляешься со мной.

Видя моё лицо, наставник злорадно рассмеялся.

– А если я не хочу? Только давайте без угроз, что убьёте.

– Если не хочешь… Если не хочешь выполнить свой долг, отправиться вместе с учителем, защитить деревню и спасти чью-то жизнь, не хочешь стать сильнее, познать таинства, обрести опыт войны и закалиться… Тогда делай, что хочешь. Твоё ученичество закончилось.

Какая-то слабоватая мотивация. Совсем не убедительная.

– Ах да, ещё кое-что, – сделал он вид, будто и правда позабыл. – Для практика нет способа лучше продвинуться в обществе, чем военные успехи. Соверши пару подвигов, прояви себя, и… Тебя с радостью примут в гвардию герцога или в любую из школ. А это доступ к знаниям совсем другого уровня. Возможность устроиться в жизни. С твоим талантом ты быстро поднимешься в герцогстве к самым его вершинам.

Мерзавец. Я ведь это и планировал. Попасть в столицу и посмотреть, что она может предложить.

Хм… Попасть юным, недавно закончившим обучение учеником или ветераном войны? Второе заманчивее. Это и возможность связи завести, и рекомендации получить, и многое другое. Хороший вариант, если я выживу.

Но надо ли оно мне?

Глава 14. Рядовой

Возможность вызваться добровольцами превратилась в балаган. Были и те, кто хотел, но у них нашлись жены, устроившие истерику и поумерившие пыл мужиков. Я застал финал разборок и в итоге всё свелось к жеребьевке.

– Я вам соломки подготовил, – Сергиус отправил меня разобраться с вопросом, чем я и занимался. – Четыре короткие, остальные длинные.

– Почему четыре? – спросил один из угрюмых мужиков, что собрались вокруг дома старосты.

– Потому что два места из шести заняты. Если кто не понял, то мной и Сергиусом. Чуть позже он оставит распоряжения, что делать, пока нас не будет.

А на самом деле я эти распоряжения оставлю, а он их озвучит. Как пришить кого-нибудь, так Сергиус мастер. Как рассчитать экономику захудалой деревни на пару лет вперед, чтобы не загнулись – так Эрано займись этим. Лучше бы подумал, кто деревню от ночей будет защищать, пока нас не будет. Я то прикрою, оставлю денег на наёмников. Если те сюда доберутся, конечно же. А то кто знает, вдруг призвали вообще всех умеющих сражаться.

– Кто первый готов испытать удачу? – спросил я, когда повисла пауза.

– Парень, а тебе сколько лет? – спросил Бормир.

Он у нас плотник. Дом построить или починить, смастерить что – к нему идут. Мужику лет сорок и у него двое детей. Парень восемнадцати лет и дочка семи. Жена тоже есть. Во время мертвой ночи брата потерял. Тот тоже плотником хорошим был.

– Достаточно, чтобы успеть пролить кровь, – ответил я раздраженно.

Злился я вовсе не на вопрос. Что мне крестьянское мнение? Уж точно переживать не буду. Мнение не важно, но судьба тех, кто скорее всего погибнет – это да, печалит. Глупая трата ресурсов. Ну да и просто по человечески как-то это неправильно.

Мужики погудели, да тянуть начали. Бормир первым вышел. Длинная, значит остаётся. Следом остальные потянулись. Первым не повезло Дурни. Мужчине со странным именем. Сам он тоже странный. Так себе работник. Любит выпить, поваляться в сене, да в небо поглазеть. Зато истории хорошо рассказывает. Примитивные, но в деревне развлечений нет, поэтому хоть что-то. В целом его любили. Ему двадцать пять лет. Три деревни сменил, пока до нас не добрался. Вот уж кому на судьбе написано на одном месте долго не задерживаться.

Дурни вздрогнул, когда короткую вытянул. Я похлопал его по плечу и он ушёл. Женщины охали, а одна так и вовсе заплакала. Задержись он здесь, стала бы его женой.

Второму, кому не повезло, оказался Сэм, сын Бормира. Парня взволновало это событие. А вот его отец в ужас пришёл.

– Нет! – крикнул он.

В глазах крестьян читался двойной страх, с каплей жалости. Они переживали за парня, но у них тоже были близкие и кто-то сейчас рад, что не им выпала участь.

– Отец, я справлюсь, – проговорил Сэм.

А он молодец, – подумал я. Ему страшно, но он пытается успокоить отца. Будет жалко, если погибнет.

Толпа зашумела. Но вовсе не из-за маленькой драмы, что разворачивалась на деревенской улице. К нам вышел посланник герцога. Толпа расступилась перед ним, он остановился возле меня и глянул на соломки.

– Добровольцев, как понимаю, нет, – сказал он, поджав губы, – Досадно. Я думал мы найдём отважных людей.

Если я его стукну, это сильно плохо кончится?

– Сколько ещё осталось? – такие люди, как он, в принципе не способны замечать реакцию окружающих, считая их пустым местом. – Давайте побыстрее. Мне надоело терять время в этой дыре.

– Четверо выбрано, – ответил я, – Ещё двое.

– Двое? – в его голосе добавилось презрения, – Ваша деревня должна отправить семерых.

– Вы говорили про одну десятую.

– А у вас больше шести десятков. Значит должно уйти семеро.

Мудак. Опробовать что ли на нём то, чему Сергиус научил?

– Я пойду вместо своего сына, – заявил Бормир.

– Вместо? – кажется, этому посланнику просто нравится глумиться над людьми. – Если он вытянул жребий, значит так тому и быть. Впрочем, если хочешь позаботиться о нём, то отправляйся вместе, а не вместо.

– Нет…

Это был не крик. Это был тихий стон жены Бормира. Потерять сразу двух мужчин слишком жестоко для одного дня. Надеюсь, наш плотник проявит благоразумие.

– Я пойду, – заявил он.

Дурак. Если герцог обещал возвышение, значит солдат будут пичкать какими-то специями, пусть и самыми простыми. Только вот молодым возвыситься куда проще, чем тем, кто «поздно начинает».

– Тогда уже пятеро? – улыбнулся посланник, – Ещё двое. Поживее.

Я молча выставил руку и дал вытянуть соломинку следующему. Не повезло Потапу. Я не удивился и даже не расстроился. Он вообще мужик не везучий. Его брат был прошлым старостой. Когда тот погиб, то Потап метил на его место, но назначали Сергиуса и ему пришлось утереться. В мертвую ночь ему досталось. Выжил, но заполучил серьезную рану на всю правую ногу. Теперь хромает и стонет от боли, когда погода бушует и ночи приходят.

– Это что? – возмутился посланник, – Вы хотите послать своему герцогу калеку?

– Я не калека! – с толикой гнева и страха ответил Потап.

Его эмоции определялись также легко, как и то, что посланнику не помешает искупаться по самую макушку в нужнике. Потап до ужаса боялся отправиться на войну. Ещё он боялся разгневать столь высокопоставленного человека, как посланник. Это я, выходец из другого мира, плевать хотел и на герцогов, и на королей. Крестьяне же смотрели на него, как на посланника самого бога. Отчасти так и было. Герцог мог приказать, что угодно.

Одного взгляда посланника хватило, чтобы болезненная горделивость Потапа затухла.

– Выбери кого-нибудь другого. – приказал мне мужчина, – У этого человека есть тот, кто может его заменить?

– Я сам пойду! – страху в Потапе прибавилось.

Лично у меня с ним отношения не очень сложились. Он единственный, кто пытался следить за мной и Каей, постоянно ворчал, хотел управлять нами. Потапа всегда бесило, что мы с Каей посмеиваемся и игнорируем его. Несостоявшийся староста пытался через детей реализовать жажду власти и насолить Сергиусу. Ума понять, насколько это глупо и бесполезно, ему не хватало.

Посланник едва заметно кивнул и тот охранник, что прибыл вместе с ним, толкнул Потапа. Он полетел на землю, не в силах удержаться.

– Герцог отправит меня на виселицу, если я ему приведу убогих, – зло процедил мужчина, – Защищать герцогство – честь для каждого! Или кто-то хочет оспорить это?! – взвизгнул он.

Я бы многое оспорил с большой охотой, но лишь молчаливо наблюдал за этим балаганом.

– Я заменю его, – вперед вышел сын Потапа.

Крис. Парню всего восемнадцать лет. Переняв обиду отца, он как-то пытался меня подловить и поглумиться. Быстро отстал, когда я его избил. Зато на другом отыгрался. Настроил остальных детишек против меня. Я с ними и так не спешил общаться, так что его действия легли на благодатную почву, окончательно лишив меня возможности стать частью детской стайки.

– Отлично, – поджав губу, сказал посланник, – Остался один и можно будет убраться из этой дыры.

Последнего нашли быстро. Уже третий человек вытащил короткую соломинку. Крестьянскую драму я пропустил, ушёл собирать перекус посланнику в дорогу. Не удержался, сходил до запасов, достал кое-какую засушенную травку, мелко её размолол и высыпал во флягу с водой. Хорошая травка. Полностью растворяется в воде, почти не имеет вкуса и запаха. Дозу маленькую выбрал, чтобы не сразу подействовало и посланник успел убраться подальше, до того, как его пронесёт.

Эта маленькая гадость грела мне душу остаток дня, пока я готовился к отбытию. Вышли утром.

* * *

Масштаб бедствия я узрел во всей мощи, когда подошли к городу. Сам город то и не увидели. Сначала показались палатки. Они заполонили территорию вокруг и не сказать, что местности это пошло на пользу. Поднимались столбы дыма от костров, шум доносился издалека, слышались крики. В основном зычные команды.

Жили мы дальше многих, так и получилось, что прибыли одними из последних.

– Кто будете? – окинул нас стражник.

Я приметил на его форме чужой герб. Это не люди барона.

– Я Сергиус, – вышел вперед наставник, – Привёл людей, как и было велено.

– Новое мясо, – бросил второй стражник, – Чего встали? Дуйте к палатке, как командир вернётся, так примет вас.

Чужое высокомерие я оставил без внимания. Меня волновало и интересовало совсем другое. Где-то в городе может находится Кая и если она там, нужно её найти. Для чего следует сначала попасть в сам город. То, что нас ждёт, я в общих чертах представлял. Армии в разных мирах устроены схоже. В этой наверняка есть исключения, учитывая наличие практиков, но тоже ничего принципиально нового. Читал я и про те армии, где имелись элитные воины, с теми или иными силами.

Сейчас нас загребет военная машина, прожует и выплюнет. Жевать будет медленно, не особо приятно для нас самих. Начнут с опроса, потом распределят и, если повезет, будут тренировать. Если не будут, то плохо дело. Тогда нас заранее списали и не хотят тратить ресурсы. Стражник окажется прав. Мясо оно и есть мясо.

Командир пришёл минут через пятнадцать. Сказал заходить по одному. Я зашёл последним. Не хотел спешить и пользовался возможностью, чтобы оглядеть доступную часть лагеря. Первое впечатление, что палаткам нет конца и края быстро улетучилось. Это место больше походило на цирк, нежели на военный лагерь. Большую часть людей составляли такие же крестьяне, как и те, кто с нами пришёл. Ими занимались солдаты. Я их оценил, как посредственности на этапе закалки. Тренированные, обученные, но не гении пути восхождения.

Глупо было бы ожидать, что сюда пошлют элиту. Прислали тех, кого хватит организовать крестьян и привести на границу с дороманцами.

Интересно, здесь хотя бы один по-настоящему сильный практик есть? Я бы посмотрел на него.

Сергиус зашёл передо мной и когда вышел, я направился внутрь палатки, припомнив наставления. Наставник во время пути сюда отвёл в сторону и дал задание.

– Твоя задача притвориться обычным.

– Это в каком смысл? – тогда я не сразу разгадал замысел.

– Скрыть то, что ты мой ученик. Начни с самого низа. Но особо не сдерживайся. Ты должен проявить себя настолько, чтобы это не выглядело подозрительно, но при этом тебя заметили и перевели в хорошее место.

– А чем хорошее место отличается от плохого?

– Тем, что там ты погибнешь не сразу.

Н-да. Мастерство мотивации никуда не делось. Сергиус в своём репертуаре.

Задание я принял. Наставник лучше разбирается в местных реалиях, и если считает, что так будет лучше, то хорошо. Мне то лично без разницы. Заодно потренируюсь внедряться. Это тоже входило в подготовку как ловцов знаний, так и убийц.

– Мальчик, что ты тут делаешь? – спросил мужчина, сидящий за столом.

– Видимо дверью ошибся. Думал, здесь армия собирается.

Капитан выглядел как тот, кто изрядно хлебнул дерьма. Краснощёкий, потный, несмотря на то, что погода прохладная на улице, в помятом мундире. По нему можно было определить, что его послал герцог. Не лично, кто-то из его командующих, но герб на мундире присутствует, а значит по местным меркам этот человек кто-то вроде левого мизинца бога. У себя дома мелкая сошка, а тут – тот, кто может творить, что захочет.

Но он мне понравился. Не стал психовать из-за глупой шутки, а улыбнулся.

– Имя?

– Эрано.

– Откуда будешь?

– Деревенский я.

– Если ты деревенский, то я сурх.

Я пожал плечами. А что тут скажешь? Сам знаю, что слишком отличаюсь от обычного крестьянина. Надеюсь, пока беседа протекает в рамках «Быть заметным, но не подозрительным».

– Сколько тебе лет?

– Восемнадцать.

Наглая ложь, но в глазах капитана не особо сильная. Я раздался в плечах за последнее лето, вымахал на целую голову, да и мышц прибавилось. Если честно, то последнее пугало немного. В прошлом теле я был утонченным юношей, а здесь как-то резко массу набираю, превращаясь в здоровяка. Худым меня точно не назовёшь. Даже странно, что капитан назвал мальчиком. Разве что некоторые черты лица выдают, да голос, который ещё не стал «мужским».

Это общество не отличалось особой просвещенностью. В армию можно было записаться начиная с шестнадцати. Но в этом случае я бы точно попал под разряд «сосунков». Восемнадцать почти тоже самое, но вот именно, что почти.

– Что умеешь?

– Могу в морду дать.

– А на роль армейского шута не хочешь? Или нужники чистить?

– Уверен, моим талантам найдётся более подходящее применение.

– Тогда хватит дурачиться, – хорошее настроение покинуло капитана, – Докладывай, что умеешь и не трепи мне нервы.

И почему, с кем не пообщаюсь, утверждают, что я им нервы треплю? Злые инсинуации.

– Немного копьем владею, стрелять из лука умею, на кулаках драться. Вынослив, сильнее сверстников.

Иначе говоря, «немного закаленный юноша».

– Обучался? – заинтересовался капитан.

– Немного.

– Проверим. Найди сержанта Голову. Скажи, что я приказал… кхм… оценить твой потенциал.

На этом встреча закончилась. Зачем этим занимался капитан лично я не особо уловил. Разве что выискивал всяких ветеранов и практиков. Я точно знал, что таких не то, чтобы много по деревням, но они всё же есть. Могли и до армии дойти.

* * *

Как я впоследствии узнал, Голова – это прозвище. Называли так сержанта за любовь бить в морду всех, кто ему не нравился. Вырубал с одного удара. По слухам владел особым таинством.

При этом Голова выглядел, как половина человека. Я его на два локтя выше. Тело плотное, крепко сбитое, но из-за роста он всё равно худым выглядит.

– Чего уставился?! – рявкнул он и посмотрел на меня злобно, когда я подошёл.

Тогда я ещё не знал, что это и есть Голова, и чем именно он заслужил прозвище.

– Меня капитан отправил найти сержанта Голову для оценки потенциала.

– Потенциала, значитца. Топай сюда, мелкий.

Слышать это от человека с его ростом было странно, но я подошёл. Стоило приблизиться, как голова пробил с кулака мне в грудь. Сильно пробил. Приблизительно как Кая. А она доску навылет пробивала. Голой рукой. Я успел отшатнуться, поэтому удар не полностью прошёл, но и так, было неприятно.

– Живой? – недоуменно посмотрел Голова, – И даже среагировал… Тогда давай, присоединяйся к ребятам и вперед. Беги, пока не скажу остановиться.

Сержанта я нашёл рядом с небольшим подлеском, вокруг которого уже наворачивали круги солдаты. Судя по натоптонности земли, делали это здесь часто и давно.

Бег… Нашли, чем испытывать.

Через два круга, когда я думал, как скрыть то, что почти не вспотел и не запыхался, Голова подозвал к себе и накинул на плечи груз. Килограмм десять. Ещё через два круга добавил. Остановился на сорока килограммах. Ухмылялся гаденько, когда добавлял.

С таким грузом бегать тяжело. Не за гранью возможного, но силы через час кончатся. Посмотрим, кто раньше выдохнется. Я или терпение сержанта.

– А ты упрямый, да? – сказал он на десятом круге. – Закончили. Иди за мной.

Так постепенно я прошёл через ряд тестов, заодно поближе познакомившись с временным лагерем. Узнал, где стрельбище (маленькое, всего с тремя луками и убогими стрелами), где арена для сражений (обычная лужайка, вытоптанная в ноль), где люди спят, где едят, гадят и прочие детали. Видел и наших. Они проходили через такие же испытания, разве что попроще. Сергиус так ни разу на глаза и не попался. А жаль, я бы посмотрел, как он испытания для крестьян проходит.

Моя тренировка закончилась дракой на кулаках против Головы. А сама драка закончилась моим нокаутом. Сержант оказался ловким, скользким, как угорь и владеющим таинством бить в голову.

О чем я и узнал, когда очнулся. Пробудился от того, что водой окатили. Проморгавшись, увидел двух солдат. Не крестьян, а именно солдат.

– Ты на Голову не обижайся, – сказал один из них, – Он хороший мужик. Ты ему понравился. Сказал, что в нашем отряде будешь.

– Дайте угадаю – ваш отряд самый отмороженный?

– Нет, с чего ты взял? – рассмеялся второй, – Обычный наш отряд. Может чуть лучше, чем остальные. Нас сюда прислали проследить за мясом, чтобы не сдохло по пути. По возможности натаскать, кого получится.

Эх, а я то думал, что Голова великий практик, далеко зашедший по пути восхождения и я смогу научиться у него чему-то выдающемуся. Кажется, не фортануло. Великих практиков в не самое успешное баронство не отправляют.

– Тебя как звать то, парень? – протянул мне руку первый.

Не чтобы поздороваться, а чтобы помочь подняться. Я валялся на земле, мокрый, униженный и с головной болью.

– Эрано. Зовите меня Эрано.

– Я Калхем, а это Дисмас. Будем знакомы, Эрано. Пойдем, покажу, где спать будешь в ближайшую неделю.

– Мы здесь на неделю задержимся?

– Да, а потом к темному лесу отправимся. Там сколько пробудем, а дальше на войну. Летом самое то воевать. Всяко лучше, чем по холоду или под дождями.

Слово за слово, я разговорил двух солдат и узнал много нового. В том числе почему сержанта Головой называют.

* * *

К городу я подошёл поздно вечером. В это время новобранцам дозволялось заняться своими делами. Большинство предпочитало либо сидеть у огня, либо спать. Денёк то выдался изматывающим.

Ворота были закрыты. В город никого не пускали. Разумная мера, когда в одном месте собирают столько мужчин и заставляют их готовиться к отправке на войну. Лично мне от этого было не легче. Про закрытые ворота я знал, но всё равно пришёл глянуть. Да и на стену хотел посмотреть. Три метра высотой, я смогу через неё перелезть, но… Если кто заметит, проблем не оберешься.

Между лагерем и стеной шагов двести открытого пространства. Близко подходить я не стал. Слишком заметно. Посмотрел по сторонам и неожиданно приметил Сергиуса, который сидел на тюке и подал мне знак, чтобы подошёл. Место он выбрал между палаток так, чтобы никто нас случайно не заметил с обеих сторон.

– Её здесь нет, – сказал наставник, когда я подошёл, – Она замешана в убийстве барона, была в тот момент рядом и пропала.

– Насколько это точная информация?

– Точнее ты не найдешь. Забудь её, Эрано. Если бы она хотела, то вернулась бы.

Обидно самую малость. Основные эмоции я прожил и сейчас всколыхнулись отголоски. Ушла, значит ушла. Надеюсь, её жизнь хорошо сложится.

На этом разговор закончился. Подумав, отправился спать. Всё равно здесь делать нечего.

* * *

На следующее утро весь лагерь разбудили с первыми лучами солнца и построили в шеренги. Крестьяне выстраиваться не умели. Хотели, особенно после смачных затрещин от солдат, но навыки хромали. Я тоже строем не владел, но избежать агрессии смог. Для этого достаточно было не тупить.

Когда сержант прошёл мимо, то кивнул мне, как старому знакомому. То, что я попал к нему в отряд – удача. Остальных крестьян распределили в отряды между собой, а меня к опытным военным засунули. Пусть маленький, но успех.

В следующий час нам всем зачитали правила и обязанности. Если коротко, то каждый обязан незамедлительно выполнять приказания. Пить запрещено, устраивать драки тоже. Отдохнуть можно во время увольнительных, но мы пока слишком ничтожны, чтобы рассчитывать на них. Если хочется подраться, то вперед на арену, коль силы останутся.

Про силы не зря уточнили. Как закончилась «вводная лекция», то всю толпу отправили бегать. Мне то не сложно, даже несмотря на то, что внимание Головы не ограничилось приветственными кивками. Да и то, что я новичок не отметило того, что норму мне выдали солдатствую. То есть бегал я с сорока килограммами за плечами и должен был двигаться в два раза быстрее самого шустрого крестьянина. Справедливости ради замечу, что остальные члены отряда тоже бегали и никто не отлынивал. Чувствовалось, что каждый из них серьезно относится к закалке.

Я не удивлен. Обычные люди в плане физических возможностей могут сильно отличаться, а уж практики… Хочешь выжить, тем более в составе армии, то рви жилы каждый день.

Так прошла большая часть дня. Опытные пытались вбить азы в неопытных. Я схватывал всё налету и последовали вопросы, кто меня обучал. Отговорился тем, что в деревне жил отставной солдат, он мной и занимался. Почти правда. А самое важное – распространенная правда. Куда ещё деваться ветеранам, которые умудрились выжить? По деревням они и оседали. Так что в этом нет ничего удивительного, что кто-то захотел меня учить.

К середине дня я понял, что ничему серьезному новобранцев обучать не будут. Уж не в эту неделю точно. У солдат была конкретная задача – подготовить толпу людей к дальнему переходу. В контексте этого их и муштровали. Натаскивали на исполнение приказов, послушание и уматывали в ноль, видимо чтобы меньше думали.

А я вот от этой сомнительной привилегии отлынивал, как мог. Думал и искал пути, как выполнить задание Сергиуса, да и к своим целям приблизиться. Нашёл вариант. Не самый изысканный, но и здесь не учёные мужи собрались. В середине дня, когда крестьяне отправились отдыхать… Ну как отправились, уползли скорее… Солдаты взялись за тренировку с оружием.

– С копьем дружишь? – спросил у меня Голова.

Я молча протянул руку и под смешок сержанта взял протянутое оружие. Настоящее, боевое. Отошёл на пару шагов назад, крутанул вокруг себя, почувствовал вес… А потом показал несколько выпадов и упрощенную версию того комплекса, которому научила Кая.

– Пойдёт, – довольно кивнул Голова, – А в строю драться умеешь?

– Нет.

– Тогда делай, что говорят и запоминай.

Пара часов ушла на отработку построений. Я по-началу тупил, но быстро втянулся. Спасибо дарам, которые помогали усваивать любое знание. Я просто видел, что делают солдаты и повторял за ними. Хватало нескольких повторений, чтобы освоить навык на начальном уровне. Я даже немного снизил темп, чтобы не вызвать подозрений.

Но не это стало тем, что помогло мне влиться в коллектив и заложить основы репутации.

– Что, парни, разомнёмся? – ближе к вечеру предложил сержант.

Кто-то радостно крякнул, потянулся и начал тянуться. Кто-то наоборот, скривился.

– Что будет? – поинтересовался я, не став молчать.

– Старая добрая драка. Да, парни? – Голова прямо светился.

– Любой может участвовать?

– Любой, – сержант кивнул и прищурился, – Хочешь попробовать?

– Да.

Солдаты нас окружающие заулюлюкали.

– Сержант, пощади его. Совсем молодой парнишка. – со смешком бросил Калхем. Тот самый, что мне базовые вещи о местных порядках рассказал.

– Зато крепкий, – ответил сержант, – Если готов, то выходи. Или трусишь?

– А есть чего бояться? – ответил я с усмешкой, чем вызвал протяжный гул.

В общем, в тот раз меня вырубили на первой минуте. Я повалялся какое-то время в отключке, пока меня водой не окатили. Оклемался, встал и понаблюдал за парой боев. А потом снова вышел на поляну, где бои проходили.

– Эрано, ты ещё хочешь? – удивился сержант. До он не дрался, а стоял рядом и наблюдал за драками.

– Что-то в первый раз не распробовал.

На это часть солдат заржала, а я понял, что двигаюсь в верном направление. Жаловался же недавно, что не хватает практики против людей. Одной Каей сыт не будешь. А здесь три десятка солдат, каждый из которых может обогатить мою практику драк. Пусть на кулаках, без оружия, но надо же с чего-то начинать.

– Калхем! – позвал сержант, – Ты хотел помягче с парнем, так покажи, как надо!

Я встряхнулся и приготовился к бою.

* * *

Сержант, когда дрался, выглядел как сжатая до предела крепость. Не пружина, а именно крепость, замок, оборонительное сооружение и окоп в одном флаконе, который упаковали до размеров маленького человека. Куда не ткни его, везде блок держит.

Спроси, кто больше всех любит махаться в отряде, не задумываясь ответят, что Голова. Но в последние дни кое-кто потеснил его в этом статусе. Эрано-драчун. Молодой парнишка, который на днях получил прозвище. После шестнадцатого своего поединка.

Сержант вжал голову, спрятал её за кулаками, непропорционально большими для его тела, и двигался то в одну сторону, то в другую, раскачиваясь, как змея. Всего сюда прислали один взвод. Это тридцать солдат из регулярной армии герцогства. Ещё дружина погибшего барона. Около пятидесяти человек, половина из которых находилась в городе, а другая половина здесь. Плюс пара десятков новобранцев, которые тоже из себя что-то представляли. Итого почти восемь десятков человек, с которыми можно было подраться.

Армейский бой выглядел… Я не мог сказать, что прослеживалась какая-то ярко выраженная школа. Точнее как… За неделю я изучил, как тут всё устроено. Войско делилось на практиков и на мясо. То есть солдат обычных, часто ополченцев, которые к пути восхождения имели далекое отношение. Среди же практиков были две категории людей. Первая – те, кто состоял в элитных подразделениях. Они изучали одинаковые таинства и могли слаженно применять их во время боя. Такое я видел, когда Кристиан Изгоняющий сражался с мертвой армией. Не от него самого, а в исполнение его солдат. Второй тип людей – это индивидуалисты. Кристиан как раз из них. Те, кто обладал сильными, уникальными таинствами и был слишком особенным, чтобы его держать в каком-то отряде, ограничивая.

Учитывая, что в армии есть люди, способные одним ударом уничтожить полсотни обычных человек, возможно не самое глупое разделение. В случае простолюдинов разделение шло по стандартному пути. Пехота, копейщики, тяжелая пехота, лучники и прочие. Самая многочисленная когорта – пехотинцы. Отличаются они тем, что в них меньше всего ресурсов вкладывали. Основополагающий принцип я уловил в первый же день. Лучшие специи достаются лучшим солдатам. Нам это прямым текстом озвучили. Отличился на тренировкам – получишь награду. Отличился на войне – аналогично. Победил в соревнования – тоже не обделят.

Всю неделю новобранцам давали помогающие восстановиться эликсиры. Я с этого горько посмеялся. Сам пил такие. Раз в двадцать более концентрированное. Даже могу сказать, где их армия взяла. У барона. В наглую ограбила его, но так как на всех нормальных порций не хватит, то отличившихся и самых усердных поощряли разбавленной бодягой.

От мыслей отвлек Голова, который пригнулся совсем уж низко. Он так обманывает. Сейчас… Сержант распрямился, как пружина и выбросил кулак мне в голову. Удар у него что надо. Невозможно заблокировать. Я чуть сдвинулся в сторону, пропуская мимо.

Вложенная энергия ушла в пустоту. Никто её кроме меня не видел. Может только сам Голова. Но сержант не был бы сержантом, если бы на этом остановился. От кулака я увернулся, а того, что он резко бросится вперед, обхватит меня руками и опрокинет на землю – нет. Ещё и затылком о вытоптанную поверхность приложил, а когда я поплыл, пробил по корпусу.

Для наглядности и улучшенного запоминания материала.

Шёл седьмой день моей службы… И сорок шестой бой… Тридцать один из которых я проиграл. И шестнадцать которых хватило для получения не самого звучного прозвища.

– Сдаёшься? – довольно усмехнулся сержант.

– Сурха вам в зад!

Я дернулся, высвободил руку и сбил захват Головы. Энергия внутри вскипела, на миг усилила мышцы и я отбросил его в сторону. Приятный бонус разницы в массе. Я весил, как полтора сержанта, чем и воспользовался.

Ну ещё тем приёмом, который подсмотрел у других солдат. Направление внутренней энергии в мышцы для временного усиления.

Солдаты, наблюдавшие за поединком, засвистели.

– Тебе конец, парень! – рявкнул сержант и снова бросился в бой.

На его удары я выставил блок, не забывая следить за применением таинств. Сам тоже атаковал. Мы кружили друг напротив друга и пытались ударить как можно больнее.

Никогда не думал, что начну получить удовольствие от столь варварских развлечений.

Сержант снова попытался провернуть свой трюк. Вцепился в меня, как медведь и хотел приподнять, но получил локтём по спине. Не он один умеет энергию выплескивать. От удара Голова ослаб, чем я и воспользовался, сам навалившись сверху.

– Сдаёшься? – на этот раз я кричал довольно.

– Вот ещё, – процедил сержант, коснулся моей груди и…

Я улетел назад и рухнул задницей на землю, почувствовав, как внутренности выворачивает.

Это чем он меня…?

– А Драчун хорош, – чужие голоса доносились сквозь шум в голове.

– Поднатаскать его и совсем хорош будет.

– Хватит болтать! – а вот этот голос я лучше других расслышал. Крик сержанта ни с чем не спутаешь, – Кто следующий? Или только языками чесать горазды?

Пока на площадку выходила следующая пара, Голова подошёл ко мне и подал руку.

– Ты молодец. Есть запал. Продолжай в том же духе и тебя ждёт слава.

– При всём уважение, Сержант, в задницу славу.

– Что же ты тогда ищешь? – хмыкнул он.

– Тоже, что и остальные. Силу.

– Хороший ответ. Надеюсь, ты не сдохнешь в ближайшее время.

Чем мне нравились некоторые солдаты, так тем, что они не скрывали, что ждёт мясо.

Возможность вызваться добровольцами превратилась в балаган. Были и те, кто хотел, но у них нашлись жены, устроившие истерику и поумерившие пыл мужиков. Я застал финал разборок и в итоге всё свелось к жеребьевке.

Глава 15. Пыль дорог

На восьмой день, задержавшись, прибыло большое начальство.

– Кто, говоришь, нас поведет? – спросил я Зака.

Тот сидел у палатки и стругал. Без цели и смысла уничтожал один колышек за другим. Щепки потом сжигал на костре. На вопрос, зачем он так делает, дал ответ, что это помогает ему успокоиться. Хорошо, что не добавил: помогает не слышать голоса в голове. Иначе бы уже я забеспокоился. В палатках жили по двое, и именно к Заку меня подселили.

– Дэмьен Гронворк, – ответил мужчина.

Заку лет тридцать на вид. Может, и меньше, но это надо с него бороду сбрить, волосы помыть да причесать. А коли массаж лица сделать, не удивлюсь, если случится чудо – и передо мной окажется юнец. Правда, сомневаюсь, что местные знают про массаж лица, продвинутую гигиену и прочие прелести цивилизации.

– Это его благородная задница прибыла полчаса назад?

– Ты поаккуратнее, Драчун. Дэмьен Гронворк славится резким на расправу нравом. Он служил в столице, и там его ценят. Говорят, у него сын год назад умер. Так с тех пор Демьен Молот совсем озверел.

– Ага, спасибо, что предупредил.

– Ты дерзкий. Это опасно, – Зак посмотрел на меня осуждающе и продолжил стругать.

Социальный лифт в герцогстве строился таким образом, что подняться наверх можно было двумя путями: родиться аристократом или далеко уйти по пути восхождения. Второе сложно, потому что именно аристократы забирали основную часть ресурсов и специй, которые производились в герцогстве.

Мне же по факту повезло во многих вопросах. Я встретил Сергиуса, а он уже состоявшийся практик. Познакомился с Каей, которая в прошлом аристократка. Я сам не обычный мальчишка, а ловец знаний с дарами, что помогают быстрее обучаться. Если подумать, то моё положение было в чем-то получше, чем у аристократов, а в чем-то не уступало их позициям. Перечисленное позволяло выживать и добывать специи там, где обычный крестьянин, возжелай он встать на путь восхождения, сложил бы голову. Правда, и рисковать мне приходилось побольше, чем аристо.

Наш капитан, тот самый, который встречал новобранцев, занимал максимально высокое место, доступное простолюдину. Отрядом он командовать мог, а вот ротой – уже нет. Поэтому к нам и прибыло «высокое начальство» благородных кровей. По злой иронии это был отец убитого Каей Эдью Гронворка.

Совпадение или нет? Гронворки давно зуб точат на это баронство, и единственный, кто остался на их пути, – это беременная женщина. Слухи среди солдат разные ходили, но я так и не смог точно определить, что там творится. Да и неважно это лично мне. Я лишь прислушивался к разговорам, чтобы понимать, что вокруг происходит.

– Завтра выходим? – спросил я солдата.

– Как прикажет господин, – ответил тот с насмешкой.

Ну да. Без воли аристократа никто в армии и пёрнуть не имеет права.

Гронворк прибыл днём и привёл с собой двадцать солдат. Не так много на общем фоне, но это был хорошо подготовленный отряд, все на лошадях. Всадники считались элитными воинами, потому что содержать боевого коня – то ещё расточительство. Я пошатался по лагерю, послушал настроения, понаблюдал за тем, как делают последние приготовления к отправке. Приметил, что Гронворк наведался в город и вернулся через пару часов.

На следующее утром мы тронулись в путь.

* * *

Когда надо, наставник умел передвигаться настолько незаметно, что и опытные солдаты не замечали. Очнулся я от того, что почувствовал недоброе намерение. Как будто сейчас прутом по заднице отхлещут. Слишком характерное чувство, чтобы проигнорировать его. Аккуратно выбрался из палатки, постаравшись не разбудить Зака, и не удивился, когда увидел Сергиуса.

Его возвышение относилось к так называемому темному пути. Что включало в себя как минимум два направления. Всякие игры с ночью и скрытностью и взаимодействие с эмоциями. Как со своими, так и с чужими. Наставник редко показывал эту часть своего искусства, но сегодня, видимо, была такая ночь.

Он молча подал знак идти за ним и быть аккуратным. Эх… Чую, не дадут мне сегодня поспать. Двигаясь за Сергиусом, вскоре я вышел за пределы лагеря. Его не то чтобы охраняли, но дозорные всё же стояли. Наставник их обошёл, те и не шелохнулись. Ладно-ладно, тут инвалид пройдёт, настолько большие щели в «обороне».

– Не будем затягивать, – сказал мужчина, когда отошли в ближайший лес. – Пора тебе перейти к следующему этапу обучения.

Хотелось съязвить и спросить, кого надо убить, но удержался.

– Ты освоил работу с внутренней энергией. На пусть и примитивном, но достаточно неплохом уровне. Следующий этап, как ты знаешь, – это освоение внешних сил.

– Что нужно делать?

– Всё просто. Ты должен ощутить что-то внешнее и использовать это.

– Как?

– Через медитацию и практику.

– В чём суть медитации и практики? – послушно уточнил я.

– Ты должен ощутить что-то внешнее и почувствовать, как это использовать.

– Мне кажется, или мы пошли по кругу?

– Лучше объяснения не будет. Это тот шаг, который ученик должен сделать сам. Или не сделать и остаться на уровне внутренних энергий.

– А подсказки какие-то будут? – я постарался, чтобы мой голос не прозвучал жалобно.

Кая не раз приводила примеры того, чем отличаются внутренние силы от внешних. Если темный практик использовал свои эмоции, как я это делаю в некоторых таинствах, то это внутреннее таинство. Если же практик использовал чужие эмоции… То внешнее. Причем девушка не раз уточняла, что нюансов хватает. Так несколько минут назад Сергиус направил на меня свою эмоцию. Ключевое слово – свою. А значит, это внутреннее таинство. Если бы он нашёл эмоцию внутри меня и разжёг её, это было бы внешнее таинство.

То есть по большому счёту разница в том, с чем взаимодействовать. С тем, что внутри тебя, или с тем, что есть в окружающем мире. Считалось, что можно использовать абсолютно любое внешнее проявление мира. Начиная от эмоций и продолжая огнём или другой стихией. Сколько ещё возможностей – я и представить не мог, слабо понимая, как это выглядит на практике.

Сложно переоценить эту возможность. Черпать силы извне, вместо того чтобы тратить внутренний запас – когда практик это осваивал, он выходил на новый уровень в развитии.

– Подсказок не будет, – качнул головой Сергиус.

– Ну вы хотя бы можете показать, как это выглядит?

– Могу.

Мужчина сказал это и… что-то показал. Темнота ночного леса вокруг него ожила и, как ласковая любовница, приняла в свои объятия. Мой дар позволял видеть многое из того, что скрыто и тайно. Но сейчас я потерял наставника из виду, несмотря на то, что был готов и смотрел в упор на то место, где он исчез.

Сам этот факт заставлял переоценить уровень силы Сергиуса. Я думал, он гораздо слабее и не сможет выкинуть что-то подобное. Не тогда, когда я его столько лет изучал. Получается, я обманулся. А значит, Сергиус мог не раз и не два слушать наши с Каей разговоры.

Упс.

Мужчина появился в другом месте, у меня за спиной. Этому я не удивился. Было логично, что Сергиус решит покрасоваться. Также я не удивился, что никаких сгустков тьмы не перемещалось. Да и звуков перемещения я не уловил. То есть он не просто вокруг себя темноту собрал. Он в ней растворился.

– Понял что-то? – спросил наставник.

– Нет, – честно признался я. – Вы как-то взаимодействовали с ночью или светом.

– Или с его отсутствием.

Я завис, осмысливая сказанное. Взаимодействовать с чем-то – это понятная концепция. А взаимодействовать с отсутствием чего-то – нет, мозг скрипит и отказывается это понимать.

Да уж… Учиться мне ещё и учиться.

– Как это освоить?

– Не спеши. Каждый практик, что добирается до этого этапа, находит что-то своё. Когда найдёшь, должен будешь создать способ с этим взаимодействовать. Если повезет, встретишь учителя, который разбирается в этом.

– Разбирается в самом направлении или в его узком проявлении?

– Я могу научить, как подружиться с ночью после того, как ты почувствуешь её. Но не могу рассказать, как черпать силу в пламени. С чем получится установить связь лично тебе, можно проверить только на практике.

– Остаётся непонятным, как это сделать.

– У каждого это происходит по-своему, поэтому нет единого способа.

Или ты его не знаешь.

– У меня кое-что есть для тебя, Эрано. Зелье, что подталкивает практика к этому шагу. Его принимают обычно в более зрелом возрасте, но ты у нас парень талантливый.

Сергиус достал из кармана флакон, который слегка светился золотом. Я напряг память, но не смог определить, что это такое, и из чего оно может состоять. А раз так, то в здешних краях это достать нереально.

– Что это?

– Зелье пробуждения. Детали неважны. Пей.

– Откуда у вас это?

– Готовил для сына.

– Но у вас…

– Нет сына.

Темнота снова ожила, скрывая лицо наставника. Сознательно или нет, он не хотел показывать эмоции.

– Но есть дочь, – моя рука остановилась на полпути и не притронулась к флакону.

– Я не хочу, чтобы она пошла этим путем.

– У неё могут быть внуки.

– Ты отговариваешь меня? – недобро спросил Сергиус.

Упрямый он. Местами.

– Ладно, как скажете, – взял я флакон. – Выпить и…

– И медитировать остаток ночи в надежде, что что-то почувствуешь. Не забудь в лагерь вернуться, пока тебя дезертиром не сочли.

– Тогда я лучше в палатке медитировать буду.

– Как знаешь, – ответил с безразличием мужчина и растворился в темноте.

Возвращался я один.

* * *

Если бы я знал о том, как однообразно и скучно путешествие в составе армии, то десять раз подумал бы, прежде чем соглашаться на эту авантюру.

На следующий день после прибытия сына барона Гронворка, мы выдвинулись в путь. Шли от рассвета и до заката, с одной короткой остановкой в середине дня. Уж чем-чем, а человеколюбием Дэмьен Гронворк не отличался. Или новобранцелюбием, тут как посмотреть.

То, что крестьяне не выдерживают темпа, его не волновало. В чём-то я понимал эту жестокость. Приказ должен быть выполнен, и, если люди не могут справиться с дорогой, то на войне точно не выдержат. Понимал, но внутренне не одобрял, смотря на изможденные лица. Не все сдулись, но где-то треть выглядела так, будто вскоре умрёт и вовсе не от вражеского оружия, а от банального истощения.

Сам я страдал от скуки, а не от нагрузок. Чтобы разбавить однотонность, записался в охотничий отряд, быстро доказав, что по лесу ходить умею, не шумлю, следы читаю. Всего барон разрешил охотиться одному отряду. Добывали мы что-то не так уж часто, но одну-две туши раз в день притаскивали. Добыча доставалась Дэмьену и старшим офицерам. Ну и охотникам немного мяса отходило. Новобранцев же кормили пресной кашей.

Также я не забывал про поиск внешних источников, которые пойдут со мной на контакт. Но как ни пыжился, как ни старался, не вглядывался и не настраивался – ничего. Мне в жизни часто успехи приходили быстро, и задержка в столь важном направлении расстраивала и навевала уныние. Но я держался. Чисто из упрямства что-нибудь найду.

Как отошли от города, двинулись в сторону баронства Гронворк. Шли вдоль деревень, но солдатам к ним приближаться запрещалось. Их держали на приличном расстоянии, высылая небольшие отряды, чтобы забрать припасы. Что тут скажешь. Дэмьен на чужой территории действовал жестко, натурально грабя всех, кто попадался нам на пути. В связи с чем часть крестьян роптала. Как-никак, они сами пришли из этих селений.

Особо возмущающихся сначала гнобили на тренировках, а потом и плетей паре человек прописали. Один так и вовсе остался мертвым на земле. Не выдержал экзекуции. Морального духа это новобранцам не добавило, да и я сам окрестил Дэмьена тем ещё мудаком.

Лучше стало, когда вышли за пределы баронства. На своих землях наш военачальник вёл себя куда бережливее. Дошли до центрального города, где нас поджидала дружина и такие же новобранцы. Долго не задержались, выдвинулись на следующий день к границе баронства. Там разбили лагерь на три дня и дождались прихода ещё одного барона, нашего соседа.

На карте его земли располагались сверху и справа от Тамал. А баронство Гронворк сверху и слева. Вдвоём они перекрывали проход в глубь земель. Я же последние годы жил на отшибе, на границе доминиона, и никого дальше за нами не было.

Пока ждали, никто нам скучать не позволил. Я так и не смог дать точного определения, что происходит. То ли новобранцев хотят обучить, то ли загнобить. Нагрузку никто не соизмерял, да и вообще, сильно не запаривался адекватностью. Дэмьен Гронварк в первое утро вышел и заявил, что каждый новобранец обязан соответствовать стандартам армии, и лучше ему либо побыстрее к этому прийти, либо сдохнуть в процессе. В этот момент я окончательно понял, что собравшиеся люди для аристократов не больше чем обезличенный ресурс. Лично для меня ничего нового здесь не было. Просто ещё одно напоминание, что надо сохранять бдительность и думать головой.

Дальше прошли через баронство, добрались до реки Урс… С названиями в герцогстве было туговато. Столица тоже называлась Урсом. Крупный город, куда мы двигались, назывался Ург. Пока добрались до него, прошли через два баронства. Там присоединились к большому войску. Впервые я увидел хоть какой-то размах происходящего. Собралось около двух тысяч новобранцев. Нам сказали, что здесь мы задержимся на месяц, чтобы пройти обучение. Я это счёл хорошей новостью.

Всего до города добирались две недели. И это мы даже к границе герцогства не подошли. Как рассказывали солдаты из моего отряда, нам ещё предстояла неделя пути до крепости, что раньше стояла на границе с Сарвайским герцогством, которым Темный Герцог правил. Оттуда пройдем мимо его сожжённого замка и отправимся к следующему герцогству – Дороманскому. С которым, собственно, война и началась. Это ещё недели две-три пути. Получается, что на поле боя попадем месяца через два, и это, если без задержек.

Пока до Урга шли, деревень тридцать видели. Да и сам город оказался значительно больше всего того, что мне попадалось в этом мире. Внутрь нас не пустили. Если немного отойти от лагеря, где-то вдали виднелись стены и шпили зданий. Но всё равно на центр цивилизации это не тянуло. Пока я не увидел ничего такого, что походило бы на очень ценное знание, что обеспечит моё возвращение, и на то, что относится к высокой опасности. Не зря же этот мир красным обозначили.

Хотя чего это я? Убивают здесь часто. Ночи ещё опасные. На войну вон попал. Хватает проблем. Просто я к ним, видимо, адаптировался.

За всё время Сергиуса я больше не видел. Искал, но не нашёл. Либо наставник свалил, либо его отослали, либо он мастер скрываться от ученика. Я не сильно забивал себе этим голову. Вроде как пересекаться нам лучше не стоит.

Больше и нечего рассказать о переходе. Зато дальнейшее обучение вышло познавательным.

* * *

Дэмьен сидел в кресле и обедал, когда к нему привели Криса.

– Господин, – склонился последний и не рискнул распрямиться.

– Расскажи то же, что и мне, – ткнул юношу в бок мужчина, который и привёл его.

– Про Эрано? – растерялся Крис.

– Про темноволосого парня, светловолосую девушку и их наставника.

– Так что про них рассказывать? – ответил парень, не разгибаясь. – Жили они у нас. Странные. Постоянно где-то пропадали.

– Практики?

– Наверное…

– Ты рассказывай, – тычок повторился. – Всё, что знаешь.

– Их староста привёз. Его сам барон назначил, в обход моего отца. – Крис скосил глаза на то, кто ему щедро тычки выдавал, и благоразумно не стал возмущаться действиями барона Тамала. – Сергиус троих учеников привёз, но один погиб. Это лет шесть назад было. Остальные двое, Эрано и Кая, никогда в работах не участвовали, всегда отлынивали.

– Чем же занимались? – поинтересовался Дэмьен, продолжая обедать.

– Они тренировались. Я как-то раз увидел, но староста мне нагоняй устроил, за то, что не на работах был. Он их всегда покрывал.

Дэмьену быстро надоело слушать сбивчивую речь, и он махнул рукой, чтобы Криса прогнали. Помощник выгнал его из палатки и вернулся, чтобы доложить, как надо.

– По возрасту и описанию подходят, – начал он. – На всю округу больше нет никого подходящего. Девчонка пропала во время убийства Кастла. Мальчишка находится здесь. Он подготовлен гораздо лучше сверстников.

– А их наставник?

– Он тоже присоединился к армии. Привести его?

– Нет. Так разберемся. Пока последи за ними. Может, это сговор?

– С целью захвата власти в баронстве Тамал? Возможно. Сергиус подготовил двух сильных учеников, избавился от барона и отправился на войну, пока ситуация не уляжется. Если отличится, ему могут и титул даровать.

– Натянуто, но возможно, – задумался Дэмьен.

– Может, их убить… – помощник провёл пальцев по горлу.

– Всегда успеется. Если они так хороши, что убили моего сына, пусть сначала отработают.

– Как прикажете, – поклонился мужчина.

– Свободен, – махнул Дэмьен рукой.

Глава 16. Первый выход

Голова стоял передо мной с таким видом, будто собирался короновать, а заодно сосватать любимую дочку.

– Сегодня будет что-то важное? – не удержался я от вопроса.

– Ставлю на то, что Эрано справится за неделю, – предположил Калхем.

– Три дня, – вмешался Зак.

– Что ставите? – флегматично поинтересовался Сухо, и эти двое сразу поморщились.

У этого прозвища любопытная история. Про него говорили так: не спорь с Сухо, а то будет сухо. Имея в виду, что проиграешь, останешься без денег, а значит, и без выпивки. Сам он меньше всего походил на солдата, представляя собой нечто среднее между пузатым пекарем и краснощёким алкоголиком.

– Не слушай этих бездарей, – сказал Голова. – Сегодня всех новобранцев начнут учить двум базовым солдатским таинствам. Без них на войне сложно выжить, парень. Ты готов учиться?

– Конечно.

– Тогда слушай внимательно…

Голова рассказывал, в целом, очевидные вещи. Если солдат и правда хотел выжить на войне, то ему следовало озаботиться двумя вещами: защитой и нападением. Таинства как раз на это и были направлены. Первое – защитный полог на тело на основе внутренней энергии. Второй – выплеск внутренней энергии.

Для меня в этом не было ничего нового. Полог являлся примитивным аналогом темной защиты. Почти то же самое, только без усиления за счёт эмоций. Оба таинства имели градацию. Навык считался освоенным, если практик мог защитить какую-то из частей тела.

– Только у нас в армии своя градация, – поделился Голова, – как-то укрепить одну часть тела недостаточно. Нужно создать настолько крепкую защиту, чтобы она могла отразить удар мечом или копьем. Если хочешь выжить, надо уметь противостоять усиленному удару.

– Логично, – кивнул я.

Про усиленные удары он тоже рассказал. Выплеском на первом уровне освоения называлась подача энергии в мышцы, чтобы сделать удар банально сильнее. Для чего нужна хорошая закалка, чтобы эти мышцы, а вместе с ними связки и сухожилия, не порвать. Следующий шаг – это когда солдат может себя усилить комплексно и точечно без вреда для организма, с хорошим конечным результатом. Например, ускориться и увеличить мощь на минуту-другую. Трудно переоценить эту возможность на поле боя. Третий шаг – это выплеск энергии. Через удар телом или через оружие.

– Я знаю, что ты уже умеешь это делать, – сержант наклонился ко мне, пока остальной отряд делал ставки. – Но не уверен, что на должном уровне. Раз уж ты в нашем отряде, сегодняшний день буду тебя тренировать. Хватай копье и подходи.

Он был прав. Я это уже умел делать и на куда более высоком уровне, чем он мне сейчас рассказал. Удивительно, но то, что рассказывала Кая, называлось здесь таинством… Ну, как базовые вещи. Постоянное использование внутренней энергии для укрепления себя. Я бы мог сержанту, да и остальным, на эту тему лекцию прочитать, сильно обогатив их понимание, но тогда бы спалился по самое не могу. Поэтому послушно сходил до стенда и взял тренировочное копье. Такое же, как обычное, только наконечник тупой. Ударить можно, а убить сложно.

Голова объяснил, в чем суть тренировки. Обычный спарринг, но если пропускаешь удар, то должен блокировать его защитным таинством. Если сам смог дотянуться, должен подкрепить атакующим таинством. Я кивнул, и мы приступили.

Сержант держал копье двумя руками, закручивая его. На месте он не стоял и легко двигался по поляне. То влево пойдёт, то вправо. Первые удары были медленными, чтобы дать мне настроиться. Этим я и воспользовался, сделав резкий выпад. Целился по пальцам – они находились ближе всего, а значит, и дотянуться проще.

Голова не повёлся и ушёл от удара, перестав со мной играться. Первый пропущенный удар отозвался гулким взрывом в животе. Вот этого мне и не хватало. Практики против людей. Я умел применять защитное таинство, но не в бою, когда нужно идеально рассчитать время, чтобы, с одной стороны, закрыться, а с другой – сберечь силы.

– Как ощущения? – крикнул Калхем в ответ на мой пропущенный удар.

Я закрутил копье, отбил вторую атаку и ткнул в ответ. Мне позволили ткнуть, чтобы применить таинство. И я оплошал.

Что ж… Ради этого ведь я и теряю время в армии, не так ли? Чтобы набраться опыта. Стиснув зубы, продолжил тренировку.

* * *

– Подходи по одному! – кричал помощник интенданта. – По одному, тупые увальни! Не толпитесь!

– Сам увалень!

– Эрано!

Сквозь шум, который появляется всегда, когда несколько сотен людей собираются в одном месте, донеслось моё имя, и я заозирался, выискивая, кто это меня зовёт.

– Бормир! – махнул я в ответ и пробился к нашему плотнику. Правда, он уже не совсем наш, но какая разница?

Рядом с мужчиной стоял Сэм, его сын. Да и Дурни тоже здесь нашёлся, с подбитым глазом.

– Это кто его? – глянул я на мужчину.

– Это его сержант. За недостаточную расторопность, – хмыкнул Бормир.

Нам пришлось сдвинуться, потому что очередь на месте не стояла. Сюда меня Голова отправил, чтобы я получил доспехи и оружие. Всё то, чем обязан уметь пользоваться солдат.

– Я не удивлен.

– Эй! – возмутился Дурни. – Я здесь самый расторопный! Просто кое-кто дурак и не понимает шуток!

– Шуткой он называет благостный сон днём среди кустов, – пояснил Сэм, за что заслужил злой взгляд.

– Как вы? – спросил я, не особо желая долго смеяться над Дурни.

Бормир рассказал стандартную историю. Их дела были такими же, как и у всех здесь. Тренировались с утра до вечера. Исполняли приказы. Всё.

– Может, нас в плотники заберут, осадные орудия строить, – поделился Бормир. – Хочешь, я и насчёт тебя договорюсь?

– Какой из меня плотник? – улыбнулся я. – Мои таланты совсем в другой области.

– Ох, молодость, всё бы вам подраться, – осуждающе покачал головой Бормир.

Драться я не особо хотел, но стоило бросить один взгляд на красного Сэма, чтобы понять, кому именно слова предназначались.

– А ты в бой рвёшься? – спросил я парня.

– Нет… – ответил он и отвёл глаза. Врёт. Уж точно не хочет плотником становиться.

– Два таинства освоил?

– Так их только вчера показали! – возмутился парень.

Ну да, ну да. Что-то я не подумал.

– Есть те, кто освоил?

– Говорят, что есть, – ответил Бормир.

– Талантов здесь хватает, будь уверен, паря, – ожил Дурни. – Я вчера видел, как один копьем махает. Одно загляденье на него смотреть. Будто его сама буря благословила.

– Так хорош? – заинтересовался я.

– Очень. Весь жирок с герцогства собрали. Даже с двух. Конечно, среди всей этой толпы нашлись таланты.

Пока болтали, дошла очередь и до нас. Я получил в своё пользование боевое копье с деревянным основанием и металлическим лезвием. Нагрудник и шлем из металла, всё остальное было кожаное.

Кстати, я недавно узнал, чем был обусловлен дефицит металла в герцогстве. Оказывается, единственные крупные залежи руды располагались раньше под рукой Темного Герцога. Чем он и пользовался, обеспечивая высокие цены и пошлины. Сейчас же, когда герцог Урсувайский захватил и освоил земли соседа, ситуация изменилась в лучшую сторону.

Не особо сильно, правда. Новобранцам выдали необходимый минимум и сказали, что можно получить улучшенную броню и доспехи, если проявим себя. В случае специй та же самая схема. Отличись – и армия позаботится о том, чтобы ты прожил подольше.

Я перекинулся ещё парой слов со знакомыми и отправился обратно к своему отряду. Тренироваться я собирался так неистово, как только мог.

* * *

Срок нашего пребывания возле города Ург несколько раз менялся. То месяц нам говорили, то два, то пару недель. До меня быстро дошло, что нет смысла строить какие-то планы и верить в точные цифры, потому что ситуация может измениться в любой момент. Поэтому я забил на то и дело меняющиеся слухи и сосредоточился на обучении.

Тех, кто проявлял себя на тренировках, поощряли занятиями с мастерами. Обычно это были солдаты-ветераны, которые служить уже не могли, а передавать опыт – вполне.

Награда ценная, не спорю. Я даже несколько раз получал её, на первом же уроке сообразив, что лично для меня это пустая трата времени. Просто наблюдая за более опытными товарищами, я мог научиться гораздо большему, чем слушая примитивные объяснения ветеранов. Что мне толку с рассуждений о важности дисциплины и концентрации, когда я мог видеть, как тот же Голова использует таинства, какое сопряжение сил и в какой последовательности рождается в его теле? Так что для меня основной задачей стало не поощрение заслужить, а подсмотреть за кем-нибудь интересным. Повезло, что это всё же армия, и единственное, чем здесь сейчас занимались, – это тренировки.

Как рассказал Голова, а сослуживцы дополнили, война на самом деле уже началась, и сейчас основные войска находились на границе с Дороманским герцогством. Нас же готовили в качестве дополнительного резерва, который должен вскоре прийти на подмогу. К концу третьей недели под городом собралось около пяти тысяч человек. Четыре из которых были новобранцы, а остальные – баронские дружины. Среди этого многообразия я каждый день находил тех, за кем подсматривал и вдохновлялся.

А потом пришёл приказ выдвигаться.

* * *

Вышли мы в составе небольшой армии в тысячу человек. Ветеранов и новобранцев поровну. Устроили марш-бросок до главной крепости, что раньше сдерживала армию Темного Герцога. Ничего такой замок и застава. Я впечатлился. Словно опять на лекции по различным цивилизациям оказался. В саму крепость мы не заглядывали. Прошли мимо и сутки потратили на то, чтобы преодолеть перевал в горах.

Первые встреченные мною горы в этом мире. Не особо крупные, но достаточно неприятные, чтобы замедлить продвижение и заставить икры ног гореть. Поднялись по тропам вверх, потом спустились вниз и оказались на территории бывшего Сарвайского герцогства. С этой стороны замок-крепость тоже видели. Разрушенную. Солдаты шептались, что раньше там жил сам Темный Герцог.

Я, когда смотрел на скелет его замка, разрушенного до основания, прислушивался к себе. Мало ли, что колыхнется. Ничего, тишина. Надеюсь, частички того древнего старика, который пытался тело захватить, давно растворились.

* * *

Стоило нам добраться до конечной точки и прийти в лагерь, как на следующий день отправили с первым заданием.

То, как велась война, было обусловлено ландшафтом: лесом и горами, это если коротко. А не коротко… Место, куда мы прибыли, называлось Темным лесом и не просто так писалось с большой буквы. Деревья подпирали макушками небеса, настолько высоки они были. Полсотни метров – это отнюдь не предел. Тянулся лес в обе стороны на многие километры, а чтобы пройти его насквозь, потребуется полдня. Это если знать, как и куда идти. Иначе, как уверяли солдаты, можно и вовсе не выйти.

Лагерь находился на лесной границе, среди деревьев. Нас приметили сильно заранее – встретил конный разъезд, что патрулировал дороги. Остатки дня прошли в бюрократической волоките. Нас распределяли, выделяли места для ночлега, приписывали к командирам и делали всё то, что необходимо для «переваривания» большого количества людей.

Ну а следующий день для меня начался с первого задания. Голова всех поднял, мы получили паёк на три дня и заступили в дозор.

– А что охраняем? – спросил я Зака, когда зашли под сень деревьев.

– Герцогство, – ответил он, но увидел мой взгляд и снизошёл до нормальных объяснений: – Воспринимай этот лес как отдельное поле битвы. Он примыкает прямо к горам, что находятся на землях дороманцев. Они там все тропы знают. Большую армию провести не могут, а малые отряды засылают регулярно.

– Мы здесь с ними сражаться будем?

– Если встретим. Они мастера скрываться.

– А что по основному месту сражений?

– Армия собралась на той стороне, – махнул Зак рукой. – Есть всего один нормальный путь к дороманцам. Его преграждает их крепость. Как возьмем её, начнётся самое веселое.

– На штурм ещё не ходили?

– Пока нет. Всё оттягивают чего-то.

– Хватит болтать! – послышался раздраженный голос сержанта. Он отходил от нашего отряда вперед и сейчас вернулся. – Тянут, чтобы сброд превратить в армию. Может, ещё какие замуты, я не знаю. Сейчас следите за тем, чтобы стрелу не поймать.

– А как выглядят дороманцы? В смысле, как их отличить от какого-нибудь нашего отряда, что прячется в кустах.

– Наши прятаться не будут.

– Точно? – не поверил я.

– Эрано, хватит трепаться! – сержант начал злиться.

– Да не вопрос, просто впереди, шагах в тридцати, сидит трое человек, – сказал я тихонечко, не смотря в ту сторону.

Отряд среагировал мгновенно, скользнув за деревья. Я же остался на месте. Если кто-то захочет выстрелить в меня, успею это заметить. Наверное. Подумав, тоже сделал шаг в сторону.

– Если это шутка, я тебя лично в этом лесу закопаю, – прошипел сержант.

– Могу подстрелить их, и тогда проверим. Но это точно не наши?

От лагеря мы всего ничего отошли. Шагов на двести где-то. Сам лагерь уже было не видно, но слышно. Здесь деревья очень высокие, стоят редко. Если бы не мощные корни, шли бы как по нормальной дороге. А так приходилось колени задирать, карабкаться и маршрут заранее выбирать. Кое-где корни были размером с человека. Тут внизу запах сырости стоял, мошкара мелкая летала, редкий мох рос да всякая жесткая трава, темного болотистого цвета.

– Стреляй, если сможешь. Остальным приготовиться.

У каждого в отряде имелся лук, копье и небольшой щит, охотничий нож, ну а остальное – стандартный набор, что пригодится в походе по лесу.

Я припомнил направление, расстояние, отсутствие ветра и то, за чем скрывались вражеские солдаты. Или не вражеские, а наши, и тогда неловко выйдет. Как приготовился, выглянул из-за дерева, выпустил стрелу и скользнул обратно, чтобы через секунду выскочить с другой стороны и послать вторую.

Дальше события пустились вскачь. Сержант сорвался с места, проскочил под корнем, взбежал по следующему и перелетел ещё через один, потерявшись из виду. Остальные солдаты тоже бросились врассыпную, и вскоре я остался один, не зная, что делать. На всякий случай сменил позицию, забрался повыше и огляделся, вдруг ещё кого-то примечу. Но нет, больше нам никто не попался. Голова первым достиг вражеских солдат, вступил в бой, а когда к нему остальные подоспели, дело было закончено.

Я подошёл ближе и увидел три трупа. Один со стрелой в шее – удачный выстрел получился. Второй с разрубленной грудью, а третьему кто-то копьем в лицо попал. Неприятно, наверное.

– Это дороманцы? – уточнил я, хотя ответ был очевиден.

– Ага, – кивнул и сплюнул Калхем.

Люди как люди. Смуглая кожа, черные, густые брови, завитые чуть назад. Лица измазаны чем-то зеленым. Скорее всего, соком какого-то растения. Одежда безразмерная, как будто кто-то сшил десяток тряпок. Внешне напоминало лесной пейзаж. Понятно, почему их обычным взглядом было не заметить. Они ещё и какое-то таинство применяли, маскируясь. По этому напряжению в тишине леса я их и приметил.

– Есть ещё кто? – спросил Голова.

– Не заметил.

– А этих как заметил? Они тут могли долго сидеть.

– Как-то заметил, – пожал я плечами, подумав, что не испытываю мук совести из-за убийства.

Скорее всего, эти люди захотели бы убить нас. Или кого-то другого. Я не вёлся на пропаганду, что дороманцы плохие, а Урсувайское герцогство хорошее. Нет, этот конфликт банален, он не больше чем борьба за ресурсы и власть. Но и душевных сомнений я не испытывал, как раньше. Очерствел? Видимо, так и есть.

– Ещё сможешь заметить? – сержант смотрел на меня внимательно. Другие солдаты тоже. Кроме тех, кто отошёл от нас и занял позиции, прикрывая.

– Таких же, как они, думаю, да. Если кто более опытный попадётся… Практика покажет.

– Звучит ненадежно, но ответа лучше я от тебя, кажется, не услышу. Ты молодец, Эрано. Первый выход и первая жертва. Хорошо сработал.

– Да, парень, ты хорош, – похлопал меня по плечу Сухо. – Как увольнительная будет, с меня вино.

– Кто о чем, – хохотнул Калхем.

– Хорош болтать. Хватайте тела, да потащили их к лагерю. Нельзя мертвецов оставлять.

– А если дороманцы кого-то здесь убивают, то как с телами поступают?

Вопросами я сыпал не из праздного любопытства. Если хочу выжить здесь, надо понять логику происходящего. Культура, традиции, ландшафт, флора и фауна – всё это диктовало определенную логику, а логика, в свою очередь, подсказывала, как будут вести себя люди. Разберусь в этом и смогу предсказывать их поступки, а значит, и управлять ими.

Знание – ключ к управлению.

– Прячут, – хмуро ответил Зак. – А когда приходит ночь, они восстают.

– В виде мертвецов?

– Это темный лес, парень, – покачал головой Сухо. – Здесь восстают ужасы.

– Что ещё за ужасы?

– Эрано, если ты так болтать любишь, то силы есть. А ну хватай за ноги и тащи, – приказал сержант.

Всего тела три, а нас десять человек. Итого шестеро будут задействованы. Я хотел возразить, что такому глазастому юноше лучше по сторонам смотреть, а не на мертвеца, но промолчал. Никто не любит тех, кто отлынивает.

– Есть тащить! – я послушно нагнулся и схватил свеженький труп. – Так что за ужасы? Пока рядом с лагерем, я не прочь узнать, с чем столкнуться можно.

– Лучше рассказать, а то всю душу выест, – проворчал Калхем.

– Ужасы – это почти как мертвецы. Если воля крепка, то не страшно, – ответил Сухо.

– Не скажи, – качнул головой Зак. Он тащил мертвого вместе со мной. – Они хорошо в темноте прячутся и на эмоции давят.

– Ставлю на то, что Эрано не обосрётся. Кто принимает? – живо поинтересовался Гайно.

Если охарактеризовать этого мужчину одним словом, то это будет игрок. Если двумя – игрок-неудачник. Мы всего ничего знакомы, но на моей памяти Гайно раза три проигрывался в пух и прах.

– Опять ты за своё, – Голова не поленился и отвесил солдату подзатыльник. – Лучше на специи траться, у тебя же есть потенциал, дурень.

В армии был довольно циничный и ироничный подход к жалованию. Если ты выжил в течение года, то становился полноценным солдатом и получал оплату. Если продержался три года, превращался в ветерана, и оплата возрастала. Тратили парни деньги на своё усмотрение. Посылали родным, спускали на развлечения или покупали амуницию и специи. Ещё уроки у продвинутых мастеров брали.

Разумеется, я успел узнать расценки и то, что предлагают. В принципе, не так уж плохо, как могло бы быть. Для обычного крестьянина, который оказался достаточно удачливым, чтобы выжить в первые несколько лет, существовала возможность превратиться в серьезного воина и практика. Отслужишь тридцать лет, накопишь неплохое состояние и станешь либо старостой, либо трактирщиком, либо мастерскую откроешь. А если хорошо в силе поднимешься да отличишься на войне, то и бароном можешь сделаться. Со всеми приятными бонусами в виде возможности развить своих детей и дать им лучшие стартовые условия.

Социальные лифты в примитивном обществе, где ценится личная сила.

– Так ставка же хорошая. Что, никто не хочет принять?

В этот раз Гайно не поддержали. Чем польстили мне. Какую-то репутацию я всё же смог наработать.

Дотащили трупы до лагеря. Я узнал, где их сдают. Оказывается, здесь регулярно мертвецов сжигают. Никто не хотел нашествия орды ужасов.

Когда возвращались, попались на глаза Дэмьену Гронворку. Получили нагоняй за то, что всё ещё в лагере. Его не особо волновало, что мы убили троих врагов. Н-да. И почему здесь самому нельзя выбрать начальство? Сколько бы это проблем разом решило. Правда, тогда бы плохие командиры наглядно увидели, что они плохие, зато армия бы оздоровилась.

Жаль, что это всего лишь мечты.

Глава 17. Вражеский отряд

Бродить по Темному лесу скучно. Пока не замечаешь вражеских диверсантов. Лес тянется на два дня пути в обе стороны. В ширину – всего полдня. Но это справедливо для «облагороженного» пути. От лагеря, в котором мы расположились, тянулась дорога до второго, того, что стоял напротив крепости. Вот по этой дороге как раз полдня идти, ну, или на телеге с грузом ехать.

За последующие две недели мы пару раз сопровождали обоз. Стандартное задание. Сражающимся требовалось регулярно питаться, да и в других припасах они нуждались.

Что касается остального…

Я обвёл взглядом окрестности, подмечая детали.

Деревья расположены на большом расстоянии друг от друга. Двадцать шагов между ними вовсе не предел. Толщина стволов такая, что редко когда хватит одного человека, чтобы обхватить. На высоте от пяти до десяти метров начинаются ветви. Многие из них потолще самого упитанного солдата в лагере будут.

И это вовсе не голые деревья, листвы на них хватает. Причем листья стоят отдельного упоминания. Внизу, среди деревьев, гуляет ветер, иногда достаточно сильный, чтобы отрывать листья. Они падают вниз, создают полотно, которое вскоре сгниёт и удобрит почву, и по которому мы часто ходим, так что возможность рассмотреть вблизи, без искажений, имеется. Некоторыми листочками я могу накрыться. Полностью не спрячусь, но на грудь хватит. Весна давно вступила в свои права, почки распустились, и, если глянуть наверх, увидишь редкие просветы среди кроны. Темный лес обрёл своё имя не только благодаря тому, что здесь повышенное количество темных созданий появляется. Здесь буквально темно. Ночью совсем мрак, без таинств, усиливающих зрение, или огня не пройти.

Не у каждого в нашем отряде имеется такое таинство. Поэтому, стоило солнцу подобраться к горизонту, как возможность передвигаться падала до нуля. Да и днём тоже не сказать, что двигаемся быстро. Голова тщательно маршрут выбирает, обходя неприятности.

Справа от меня подул ветер и донёс запах гнили. Частое здесь явление. Значит, в той стороне как раз верхний слой почвы преет вперемешку с опадающей листвой, а здесь она часто сыплется, несмотря на то, что ещё даже лето не наступило и до осени далеко. Такие места, как там, справа, называли гнилыми. Не особо заморачивались с названием. Опасны тем, что легко провалиться. Не глубоко, обычно по колено или около того, но на этом проблемы не кончаются, а начинаются. В подобных местах обитают гнильцы. У них название хорошее, сразу понятно, где встретишь. Мелкие твари размером с две ладони, прячутся в листве и способны выжидать часами, пока кто-то рядом не пройдёт. Прыгают высоко, легко до лица доскакивают, в которое с радостью и вцепляются. Что будет с тем, кому не повезет, лучше не знать. Сожрут тело, а останки, если не забрать, будут разлагаться и в гнилом месте.

Голова тоже запах учуял. Свернул в другую сторону. Это хорошо. Наша работа подразумевала необходимость проверять всякие плохие закутки, потому что лазутчики их почему-то больше всего любили. Не хотели сидеть на чистых лужайках. Которых здесь и не было, хех.

Где-то через полчаса движения встретили другую напасть. Паутину. Её я не любил ещё больше, чем гнильцов. Те, когда выпрыгивают, шелестят листвой. Пауки же бесшумны.

На этот раз вперед вышел Калхем. Уж не знаю как, но он в местах с паутиной ориентировался лучше всего. Плохо. Если произошла смена, значит, идём к паукам. Я присмотрелся, выискивая мелких засранцев размером с голову коня и способных впрыснуть яд достаточный, чтобы отправить на тот свет за пару минут. Это если оранжевые особи укусят. Если же обычные черные пауки, которые как раз мало заметны в темноте, то всего лишь парализует. А их начальство, оранжевые, чуть позже на пиршество подойдут.

Увидел парочку тварей вдалеке. Я их, благодаря дару, научился замечать. Почти всегда вовремя. Эти слишком далеко, чтобы суетиться, но лучше быть аккуратным.

Раздался стук. Это Сухо одного ножом к корню дерева пришпилил.

Корни здесь – самое опасное. Большие, мощные, они настоящие лабиринты создавали, и паук мог откуда угодно прыгнуть.

Бесит.

На этот раз нам повезло. Что-то интересное нашли минут через десять медленного движения. Три тела, завернутые в коконы. Кому-то не повезло.

– Наши или дороманцы? – спросил Зак, разрушая тишину.

В лесу мы редко говорили. Большую часть времени знаками общались. Но редко не означает никогда. Иногда можно было, если не наглеть и не шуметь там, где лучше соблюдать тишину.

– Сейчас проверим, – ответил Сухо, забирая нож.

Выдернул вместе с тушей паука и стряхнул её. Та шмякнулась о корень, сползла и исчезла в расщелине.

В этом лесу надо смотреть под ноги, по сторонам, наверх и лучше вообще отрастить глаза в разных местах, чтоб наверняка.

Сержант махнул рукой, давая добро на следующие действия. Оставлять трупы нельзя. Восстанут и превратятся в ужасы. Которых я до сих пор не встречал и хорошо. Потому что, по рассказам, это как мертвые, только с возможностью нагонять ужас. Так вот… Оставить нельзя, но и лезть к паутине, чтобы их достать – тоже так себе идея. Тем более до лагеря день пути. Упаримся тащить. На этот случай в отряде имелась зажигательная смесь. Которую Сухо и достал. Чиркнул огнивом, подпалил и метнул. Попал, куда надо. Сосуд разбился, брызнуло пламя, и вскоре паучье логово загорелось.

Лесного пожара никто не боялся. Здесь настолько сыро, что хорошо горит только паутина. Ну, или просто всем плевать.

– Уходим, – скомандовал Голова.

Отличная новость, сержант. Так держать! Ненавижу пауков.

* * *

Без преувеличения, этот лес сам по себе отдельный мир. Здесь можно встретить гигантских змей, способных задушить сильного практика. Ядовитых пауков, что подберутся к тебе незаметно. Свирепых хищников, что выходят на охоту ночью. Мелких прыгунов, отдаленно напоминающих обезьян, если бы у тех были столь же острые зубы и когти. Здоровенные корни, преграждающие путь. Завалы многолетней гнилой листы, в которой скрываются гнильцы. Всё это и сотни других особенностей делали вылазки в лес испытанием для сильных духом. Не сильно покривлю душой, если скажу, что возненавидел это место на второй день.

За прошедшие недели вступали в бой всего три раза. Один раз наткнулись на засаду. Второй и третий были, когда идущий караван пытались уничтожить. Сухо получил стрелу в живот, но успел к сегодняшнему дню восстановиться. Отлежался только в лагере неделю. Гайно схлопотал копьем в ногу и до сих пор лежал в лазарете. Остальные, я в том числе, пока что отделывались царапинами.

Сегодня была очередная вылазка. Сержант повёл нас кружным (очень кружным) путем на другую сторону, пообещав, что наконец-то посмотрим на лагерь вживую. Я давно его глянуть хотел. Ну, как давно… Не дольше двух недель, но по ощущениям века три точно прошло.

Как разобрались с телами в паучьем логове, вышли на относительно спокойную тропу и пробирались по ней пару часов.

Пригнувшись, пропустил над головой камешек. Даже смотреть не стал на бросившего Зака. Вместо этого шагнул в сторону, плюхнулся на задницу и съехал по поросшему мхом корню. Мимо пролетал ещё один камень, на этот раз брошенный сержантом.

– Может, хватит? – раздраженно проворчал я.

– Даже не думай, – ответил Голова. – Смотри, насколько ловким стал.

– Тогда почему остальные не тренируются? Где это вы видели беззащитных жертв?

– Справедливо, – сержант встал на корень и глянул на меня. – Слышали?! Эрано становится охотником и тоже будет в нас кидать…

Сержант не договорил, отбивая рукой камень, а вот на второй среагировать не успел, и тот врезался ему в ногу.

– Уворачиваться надо, а не отбивать! – злорадно сказал я ему и поспешил ретироваться.

Нарушая технику безопасности, тишину всколыхул многоголосый ржач. Прямо в голос никто не смеялся, скорее в себя, прикрывая руками, но здесь вокруг такая тишина царила, что любые звуки были хорошо слышны…

История с камнями началась после первого нападения на обоз. В смысле, для меня первого. Тогда я увидел и лучника, и выпущенную стрелу. Которую принял на защитное таинство. Отбил, но потратил неожиданно много сил и заполучил небольшую рану. Стрелок оказался не простым, усилил выстрел. Сержант это увидел и устроил мне нагоняй, объяснив, что если можешь увернуться, то лучше увернуться, а не тратить силы на таинства. В целом я был с ним согласен и в тот момент хотел проверить свои способности. В качестве наказания сержант приказал кидаться в меня камнями. В любой момент похода. Бродить по лесу было скучно, поэтому идею быстро подхватили и каждый из солдат отныне таскал с собой груду небольших камешков, чтобы подлавливать меня.

Первые дни было тяжело, а потом ничего, привык. Изучил повадки каждого и стал предсказывать, когда именно они собираются кинуть. Хорошая тренировка получилась. И сегодня началась её новая часть, когда я тоже кидать буду. Чтобы отряд без запасов оставить, я камешки исправно собирал и много припас.

Будет, чем порезвиться.

Смех иссяк, а мы двинулись дальше, на этот раз в тишине. Шутки шутками, но совсем уж косячить никто себе позволять не собирался. Чревато.

* * *

– Лагерь как лагерь. Я ожидал чего-то большего.

Ответ был дан мной на вопрос сержанта, как оно мне. Да никак. Вышли к краю леса, а потом ещё несколько часов, до вечера, топали вдоль него. Здесь светло, хорошо, далеко видно. Лагерь заранее показался. Палатки, колья вокруг. Штандарты баронств вижу. Они десятками по всей территории натыканы.

Пожалуй, сам лагерь – самое скучное, что здесь есть. Другое дело горы и крепость, что преграждала путь через них. Её тоже видно. Громадная настолько, что трудно не увидеть.

– Так, значит, известен один путь? – уточнил я.

– Один, – мне ответил Сухо, который стоял ближе других. – Крепость хорошая, надежная, поэтому так просто не пройти.

– А почему кто-нибудь вроде Кристиана Изгоняющего или самого герцога её не снесёт?

– Эк ты глупость спросил, – покачал головой Голова. – Думаешь, у дороманцев нет своих талантов?

– Кто у них главный? – заинтересовался я.

– Кто нам расскажет. Ходят слухи, что крепость защищает Артур Крепкий.

– Подходящее прозвище для защитника.

– Раз оборону до сих пор не пробили, то так и есть, – кивнул с серьезным видом Сухо.

– Сержант! – позвал я. – Залезу на дерево, осмотрюсь?

– Привал! – скомандовал он, а мне кивнул.

Солдаты устало опустились кто куда. Вторые сутки в дороге. Ночевали в лесу, на деревьях. Так-то если хочешь здесь жить, то обязан научиться лазить. Мне проще в силу молодости. Раз, два, цепляешься за кору и быстро оказываешься наверху.

Лез я с той целью, которая до сих пор не потеряла актуальности. Надо понять, с чем имеешь дело, чтобы спрогнозировать ситуацию.

Горы даже на вид выглядели неприступными. Это тебе не холмики, здесь и отвесные скалы виднеются. Я попытался прикинуть, как по таким пробираться, и ничего не сообразил. Возможно, у долгого ожидания здесь есть и другие причины. Не исключено, что люди герцога ищут проход через горы, картографируют тропы.

А быть может, нашли, но не спешат этим пользоваться. Война – удобная штука. Позволяет всех объединить, повысить налоги, дать общую цель.

Ну да ладно. Чужие мотивы интересны, но пока о них только гадать можно. Внимательно осмотрел окрестности. Лес тянулся в обе стороны, сколько было видно. Горы тоже. Они то вздымались ввысь, то опускались. Иногда создавалось ложное чувство, что где-то вон там вроде можно пройти, но потом взгляд натыкался на какое-нибудь препятствие, и иллюзия рассыпалась. Я понимал, что пусть с высоты дерева – а забрался я высоко – видно многое, но это не то же самое, что находиться в самих горах. То, что отсюда выглядит маленьким подъемом, вблизи может оказаться непреодолимым препятствием.

Странное место. Будто искусственное. Лес и горы, а между ними пустая полоса. Почти пустая… От леса до гор, если навскидку, где-то километровое расстояние. То есть за пару минут не пройдешь. Но и совсем долго топать не придётся. Да и нельзя сказать, что граница чётко выражена. Со стороны леса, после того как кончаются мощные гиганты, кое-где растут деревья поменьше. Ещё кусты виднеются. Ничего высокого, самого обычного, скромного размера, поэтому с моей высоты далеко видно, растительность взор не преграждает.

Наш лагерь находится на границе с лесом. Впритык я бы сказал. Часть деревьев там вырублена и пущена, по всей видимости, на укрепления. По крайней мере, добротную, мощную, пусть и деревянную стену я увидел. А ещё вышки, ров и другие оборонительные сооружения. Сам лагерь раза в два больше, чем тот, в котором я сейчас живу. Сколько людей – так сразу и не скажешь. Пара тысяч человек точно есть. С моей высоты они выглядят как муравьи, которые бродят по лагерю и занимаются какими-то работами.

Не все в лагере находятся. Пара отрядов занимается под открытым небом, почему-то не стесняясь дороманцев.

Те сидят в крепости, и, как у них там дела обстоят, мне не видно. Сама крепость расположена между высоких скал, являясь частью ландшафта. Смотришь на неё, на эту высокую, каменную стену, и сразу понятно, что легко она не дастся. Дороманцы угрохали уйму сил, чтобы построить это нечто.

Н-да. Что-то смотрю на всё это и не хочу идти на штурм.

Изучив, что хотел, собирался спускаться вниз, но приметил вражеский отряд, что вдали пробирался от гор в сторону леса. Без суеты пересчитал их, прикинул направление и после этого отправился вниз.

– Сержант! – позвал я тихо. – Там дороманцы прошмыгнули, всего десяток.

Если бы не их таинства, отряд бы вся округа заметила. А так словно сама природа тени нагоняла и взгляд отводила. Если бы не дары, никогда бы не увидел.

– Кажется, парни, отдохнуть не получится. Поднимаемся!

Вскоре мы уже бежали по лесу. Сержант ушёл дальше остальных. Он хорошо умел выслеживать, читать следы, да и неприметнее других был. Вернулся минут через пять, повёл отряд, а в какой-то момент подал знак, чтобы мы приготовились и вели себя тихо.

Я глянул, что там впереди, но ничего не увидел. Только туман… Туман?

А вот это плохо. Ещё одна визитная карточка дороманцев – это нагонять на поле боя туман. Я не сильно испугался. Туман – опасный козырь в этих лесах, но я и сквозь него прекрасно вижу. Не так хорошо, как без него, но тоже нормально.

Замечу, в лесу и обычных аномалий хватало. Туман мог иметь и естественное происхождение. Будь утро, я бы так и подумал, но сейчас вечер… В общем, других вариантов нет. Это точно дело рук дороманцев. Если они выпустили туман, значит, засекли нас. В этом нет ничего удивительного. Не только у нас имелись глазастые воины, способные заранее засекать противников.

Солдаты рассредоточились, занимая наиболее выгодные позиции. Повисла тишина. Противник знает о нас, мы знаем о них. Туман накрыл отряд, я почувствовал запах сырости, дыма и чего-то, отдалённо напоминающего корицу. Для создания тумана дороманцы использовали химию, так что ничего удивительного. Хорошо, что яд не подмешивают.

Внезапно я разглядел тень, мелькнувшую впереди. Собирался подать знак, но та выпрыгнула, пролетела несколько метров, оттолкнулась от корня и заскочила ещё выше, явив себя во всей красе.

Про красу не оговорка. Это была женщина, с рыжими волосами, собранными сзади в тугие косы. По её лицу расходились красные разводы. Слишком приметно, но тут ради устрашения старались, а не маскировались. В руках она держала легкое копье. Полностью металлическое, что само по себе делало его необычным.

Я выпустил стрелу, но она легко отбила снаряд. Остальные солдаты тоже в неё выстрелили, те, кто с луками ходил, но она увернулась, спрыгнула между корней и… исчезла.

Проклятые практики, как же они раздражают.

Сменив позицию, огляделся, но никого не увидел. Туман стал гуще, концентрируясь между нами. Настолько сильно, что я потерял свой отряд из виду. Неприятное ощущение, когда оказываешься слепым рядом с противником. Мне потребуется несколько секунд, чтобы дар адаптировался. Странно, подобного я раньше не встречал. Когда на обоз дороманцы напали, хорошо через туман видел, а здесь его усиленная версия, кажется.

Раздался вскрик боли, но быстро умолк. Кого-то убили. Этот звук ни с чем не спутаешь. Лук я убрал и перехватил копье. Постарался вспомнить ландшафт вокруг и то, каким образом меня могут попытаться достать. Ткнул копьем наугад, но разрезал лишь пустоту.

Минуты текли, и ничего не происходило. Когда туман развеялся, я обнаружил свой отряд. Они были живы. Все, кроме одного.

Сухо стоял в стороне. Обезглавленный, он застыл, стоя на коленях. Рядом торчало копье, кто-то вбил его в землю, а на острие насадил голову. На лице мужчины застыла гримаса ужаса и боли.

– Сволочи, – прошипел Зак, вставший рядом со мной.

Мы попытались взять след, но ничего не обнаружили. Из кого бы ни состоял этот отряд, какие бы цели ни преследовал, им удалось скрыться.

* * *

Спустя час бесплотных поисков вернулись к телу Сухо, забрали его и отнесли в ближайший лагерь, на который я недавно смотрел. Там доложили о случившемся и заночевали. На утро вышли обратно.

Когда вернулись, отряд поминать пошёл, а я по мастерам отправился. Выпить – это хорошо, почтить смерть товарища тоже, но позаботиться о выживании ещё лучше.

Я ещё в прошлые разы прошёлся по лагерю, расспросил и поинтересовался тем, что могут предложить мастера. Не только про это спрашивал. Здесь собрались люди из двух герцогств, с разных его уголков, и было интересно послушать байки, чтобы лучше понять то место, в котором я оказался. Но общую картину в следующий раз продолжу формировать. Сейчас же меня интересовали сугубо практические вещи.

Каждый солдат при желании мог взять урок или несколько у любого мастера, который эти услуги предоставляет. Среди тех, кто продержался в армии больше года, нет тех, кто не владеет хотя бы парочкой таинств. Кто-то и десятком различных умений мог овладеть. На том или ином уровне. Мастерами условно называли тех, кто обучал за плату. Это мог быть как один из лучших воинов, владеющий таинствами на высоком уровне, так и молодой ветеран, который особо ничего не умел. Или умел чуть лучше, чем новобранцы. Поэтому я и говорю, что название «мастер» условное. Не все могли похвастаться мастерством. Но есть хотели все, дальнейшее обучение требовало денег, поэтому каждый крутился, как мог, предоставляя свои услуги. Я не заметил, чтобы этот рынок как-то регулировался. Назначай любую цену, предоставляй любые таинства, учи любым образом. А дальше люди сами рассудят. Просишь много, даёшь мало – так репутация быстро испортится. В армии слухи разлетаются стремительнее лесных пожаров.

Первая хорошая новость, она же единственная – выбор велик. Много чего армия накопила. Вторая новость плохая – таинство таинству рознь и большое количество идёт рука об руку с сомнительным качеством. В армии просто зашкаливающее количество людей с теми или иными перекосами. Не обязательно причина в ущербности таинства. Ещё многое зависит от человека, от специй и от того, насколько надлежащим образом происходит практика.

Третья плохая новость – цена. Полноценное обучение требует нескольких уроков. Кто-то занимается месяцами, спуская на это всё жалование. Для меня это не так критично. Смею надеяться, что смогу быстрее все освоить, чем рядовой солдат.

Только вот… Мне требовалось кое-что особенное по многим параметрам. Во-первых, оно должно помочь выжить. Пока самое опасное, с чем я столкнулся, – это проклятый туман. Невозможно сражаться с теми, кого не видишь. Во-вторых, я хотел таинство с потенциалом. Не каждое из них можно развить до существенных высот. На самом деле многое из того, что предлагают, однотипно. Одни и те же таинства с кучей вариаций. Оно мне не надо. Сомневаюсь, что можно получить преимущество за счёт стандартных вариантов. Нужно что-то особенное.

И такие таинства были. Правда, то, что солдаты считали особенным, мне не подходило. К настоящим мастерам так просто не пробиться. Их график расписан на месяцы вперед, берут они сильно выше средней цены, ещё и репутация нужна со связями, чтобы на тебя обратили внимание.

В силу перечисленных пунктов оставалось не так много вариантов, куда я мог податься. Через пару месяцев службы ситуация изменится, я перестану быть совсем уж никем, но до этого времени ещё дожить надо. Да и не из тех я людей, которые готовы месяцами ждать, чтобы урвать кусочек особенных таинств, которые считаются особенными в рамках исключительно армии, а если брать весь этот мир, выглядят они не такими уж и серьезными.

В общем, я направился в единственное место, где мог отыскать нечто подходящее. К мастеру Тирвану.

Он нашёлся за лагерем, среди деревьев. Ну да, других мест здесь нету. Мастер… занимался. Отрабатывал удары копьем, при этом удерживая меч невидимой волей. Тот словно третьей рукой держали. Рядом порхает и дополнительно жалит воздух. Сейчас мастер один был, что мне на руку.

– Чего надо? – парящий клинок повернулся в мою сторону.

– Учиться хочу.

– Чему? – мастер никак не показал, что его тронули мои слова.

Я специально уточнял, что у него с популярностью. Сам мастер был уважаемым человеком, но его искусство считалось крайне сложным в освоении, поэтому очереди из желающих приобщиться не было.

– Вашему изъявлению воли.

Так называлось то таинство, которое он сам постиг и которому обучал.

– Найдешь камень. Всю следующую неделю, каждую секунду будешь заниматься поднятием его в воздух.

– Как я понимаю, вовсе не руками?

– Нет, – улыбнулся мастер. Спокойно так, без высокомерия. – Как я меч удерживаю, так ты и камень попытайся удержать.

– Это все наставления?

– Приходи через неделю, обсудим твой опыт.

– А можно чуть подробнее?

– Ты должен поверить, что это возможно. Верить, даже если не получается. Получится тогда, когда вера станет сильнее неверия.

– Хорошо… – сказал я неуверенно.

Все мастера такие, что ли? А то Сергиус тоже горазд давать кривые объяснения. Я так и не продвинулся в освоении внешних явлений. Сам же наставник так больше и не появлялся, чтобы направить ученика.

В принципе, ожидаемый итог разговора. Чего-то такого я и ждал. Не зря же расспрашивал людей о мастерах. Тирван брал оплату постфактум. Если я чему-то научусь, должен буду ему натаскать специй. Учитывая, что урок свёлся к одному простому заданию, подход в чём-то справедливый.

Уходить сразу я не стал. Мастеру было плевать на то, что я смотрю. Поэтому присел неподалеку и следующий час наблюдал, подмечая детали. Постепенно дар заработал, и я увидел многое. Это была вовсе не воля. Мастер пропитывал клинок своей энергией настолько концентрированно, что тот обретал свойство следовать за его мыслью.

Любопытно… Ещё некоторое время я просидел, по большей части думая о том, как это применить для моих задач. Хотя чего тут думать. Тренироваться надо.

С этой мыслью отправился искать камень. Как нашёл, отправился к своим. Поминать хорошего мужика Сухо.

* * *

Через пару дней после нашего возвращения и доклада о рыжей женщине командиры лагеря устроили большую облаву. Слишком уж этот отряд оказался опасным. Перебили человек сорок всего за два дня. Пугающая эффективность.

Облава длилась двое суток, и никого не нашли. Неудивительно. Прочесали в лучшем случае треть леса. Остальная треть была настолько непроходимой и опасной, что людей потеряли бы ещё больше.

Результат от, на первый взгляд, бессмысленной суеты был. Рыжая исчезла. Убийства прекратились, и солдаты облегченно выдохнули. Я не был столь наивен, чтобы связывать между собой два разрозненных факта, даже если хочется. Эта женщина ушла из леса или затаилась не потому, что испугалась солдат, а по каким-то другим, своим причинам.

Постепенно жизнь вернулась на прежние рельсы. Я осваивал новое для себя таинство. В первый же день пропитал выбранный камень и научился его сдвигать. Воля здесь и правда фигурировала, но не так, как ожидалось. За пафосным названием скрывался высокий контроль над разумом. Ну и да, воля в каком-то роде. Та мышца, которая отвечала за направление мысли нужным образом.

Как получилось сдвинуть, я начал непрерывно тренироваться, что бы ни делал. Засунул камень в карман и какой-то частью сознания пытался его вытащить силой мысли. Через пару дней начало получаться настолько, что камень выскочил наружу. Это помогло мне вернуться к игре – кинь камушком в ближнего своего. Смерть Сухо омрачила настрой в отряде, но вскоре люди отошли и снова начали развлекаться, как могли, в вылазках.

А потом пришла темная ночь.

Глава 18. Приглашение

Самое приятное в темной ночи – это сидеть в безопасности лагеря. Нет, ещё приятнее получить специи с темных тварей, но для этого надо их убить. Задача посильная, в принципе. Когда-то на моих глазах Сергиус справился с одной тварью в простую ночь. Правда, он отключился после этого и чуть не умер.

Сейчас другое дело. Сразу по двум позициям. Здесь не один Сергиус, а пара тысяч солдат в лагере. Но и не обычное место, а темный лес, который не просто так прозвали темным. Граница тоньше, проход шире открывается, а следовательно, и тварей выходит побольше. Целыми стаями выбираются.

Добыча лакомая, но и жертвы в этом деле обеспечены.

Мы возвращались с привычного обхода. Каждый, кто в лес уходил, при себе имел походный вариант столба. В лагере крупный стоял, так что новости о ночах ни для кого сюрпризом не стали. При обходе территории рассчитали всё так, чтобы за пару часов до темноты вернуться.

Пока шли, болтали о всяком разном. В основном обсуждали рыжую. Наш отряд не единственный её видел.

– Отродясь у дороманцев рыжих не было, – говорил Калхем, – Обидно как-то.

– То, что девка нам всем зад надирает раз за разом? – подначивал его Зак.

– Это тоже, – кивал мужчина. – Вообще, девок я люблю. Но не в том случае, когда они наших убивают. Таких не люблю.

Дальше разговор перешёл на женщин. А если не сглаживать углы, то на баб. С которыми в лагере был дефицит. Ближайшие деревни в дне пути, особо туда не набегаешься. Есть продажные женщины, но на всех не хватает. Я уж не говорю про эстетическую составляющую.

Поэтому нет ничего удивительного в том, что рыжую обсуждали. Она пусть и враг, но красивая. Не повезет ей, если в плен попадет.

Я предвкушал, как скину пыльную одежду, ополоснусь в бочке с водой, поем у костра да завалюсь спать, но у судьбы были на нас другие планы. Шёл я одним из последних, сержант топал впереди. Сначала он остановился, потом остальные. Когда я подошёл и заглянул им за спины, увидел посыльного от Дэмьена Гронворка. Настроение сразу испортилось. Обычно приход этого человека ничем хорошим не заканчивался.

Разговора я не услышал, посыльный быстро ушёл. Но по лицам солдат догадался, что нас ждёт очередная неприятность.

– Чем Гронворк нас опять осчастливил? – спросил я.

– Приказал добыть ему сердце Кайт Ши, – мрачно ответил Голова. – Вся остальная добыча наша.

Никто бы из солдат не рискнул в лагере, где полно посторонних ушей, критиковать действия аристократа. Но я достаточно хорошо изучил этих людей, чтобы понять, о чем они думают.

Нас подставили, и сильно.

– Тогда у нас есть пара часов, чтобы отдохнуть и подготовиться, – сказал я. – Не знаю, как вы, а я хочу отлить и пожрать.

– Эрано дело говорит, – буркнул Калхем. – Чтоб ему пусто было.

Как нетрудно догадаться, последние слова предназначались вовсе не мне.

* * *

Совсем уж безнадежной поставленная задача не являлась. Не мы одни на защиту лагеря отправились. На самом деле за это дело даже борьба велась. Враг опасен, но и здесь хватает опытных талантов. Противник хорошо знаком, давно изучен, и есть методики борьбы против него. При этом добыча ценна и специи с темных тварей ох как котируются. Мигом разлетятся, осядут прямо здесь, в лагере, не факт, что куда-то дальше уйдут. Ну, разве что большое начальство свою долю получит.

Было два варианта, как поучаствовать в общей охоте. Первый – сидеть в лагере. Можно и вовсе в палатке спать, ни о чем не беспокоясь. Ночь по уровню опасности обычная, кайт ши пусть и серьезный противник, но не настолько, чтобы боятся за свою жизнь. Но палатки – это для тех, кто не хочет участвовать. Те же, кто собирается попытать удачу, встанут вокруг лагеря рядом с частоколом. Там колья грамотно понатыканы, кайт ши жизнь усложняют, не дают свободно нападать. Плюс народу много собирается, всегда прикроют. В этом случае шансы уцелеть высокие, а получить добычу – низкие. Вариант для тех, кто хочет немного рискнуть, но не то чтобы сильно.

Второй путь – отправиться за защитный периметр. Не совсем в голый лес, хотя можно и так, но это для очень подготовленных отрядов, которые кайт ши на завтрак без соли едят. Для тех, что попроще, – занять гнездо метрах в ста от лагеря.

В такое место мы и направились.

Шагали хмуро, без особой радости. Ну, это я про отряд. Сам-то я зевал и прикидывал, что делать в случае разных вариантов, а то мало ли как ночь обернется.

– Тебе страшно, Эрано? – спросил Сержант, не оборачиваясь. Остальные уши развесили и слушали, что отвечу.

– Никак нет.

– Это хорошо, если так. И плохо, если врешь.

– Я присутствовал при убийстве Кайт Ши. Знаю, как они давят. Не переживайте, ножом в спину не ударю.

– Хорошо. Ты талантливый парень, может, и правда не ударишь, – сказал он задумчиво.

За то время, что я здесь нахожусь, это вторая темная ночь. Первую спокойненько переждали в лагере. Не было шанса проверить меня в деле. А сегодня сразу в гущу отправимся. Темные твари мастаки на эмоции давить. Страхи пробуждать, всякие нехорошие желания. Тем, у кого с контролем плохо, лучше на пути у темных тварей не вставать. Правда, в нашем случае это совсем уж слабыми надо быть. Как выяснилось, давление темных тварей распределяется по всему отряду. Или по всем тем, кто оказывается в поле действия их способностей. Чем больше людей, тем сложнее одному кайт ши задавить кого-то. Если, конечно, это не старая опытная тварь, способная действовать точечно. Если нам такая попадется, плохо дело. Надо в оба глаза за напарниками смотреть, чтобы не случилось чего.

Сержант это понимает и думает, что я самое слабое звено. Может, и так. Опыта против чужеродного давления мне не хватает, признаю.

Как вышли из лагеря и добрались по тропе до гнезда.

– Хорошо, что Демьен хотя бы гнездо выбил, – тихо сказал Калхем. – С него станется просто так отправить, да подальше. Чтобы наверняка сердце добыли.

– Мы не так далеко ушли, чтобы ты языком глупости болтал, – осадил его сержант.

– Здесь все свои, – упрямо ответил Калхем. – Голова, ты не думал, что сынок барона на нас как-то взъелся? Не было раньше такого. А сейчас на самые опасные участки отправляет. Словно избавиться хочет.

Я при этих словах мысленно кивнул. Тоже о таком думал. И даже догадывался, в чем причина. Без стопроцентной уверенности, но, когда ты виноват в смерти сына того, кто систематически подставляет твой отряд, невольно задумываешься, а не связаны ли эти два события.

Единственное, что смущает, – будь Дэмьен уверен в моей причастности, давно бы убил. На этот счёт я сомнений не имел.

Гнездо выглядело… как гнездо и выглядело. Деревья здесь большие. Вот вокруг одного из таких и приделали площадку. Опоры поставили, стены с торчащими кольями привязали. В таком удобно обороняться против ночных кошек, которых так напоминают Кайт Ши.

Наверх забрались пятеро лучников. Четверо, я в том числе, остались внизу с копьями. Спорное решение, как по мне. Благодаря дару видеть скрытое, я смогу раньше засечь Кайт Ши, чем кто-либо. Об этом даре я прямо не говорил, может, и зря. Но слишком он выдающийся даже по меркам тех, кто владеет таинствами.

Здесь хватает тех, кто видит, слышит и чувствует больше, чем рядовой солдат. Но замечать скрытое и делать это хорошо – умение совсем другого калибра. Поэтому я молчал. Прямо сейчас не уверен, что это что-то изменит. Сержант опасается, выдержу ли я давление, и хочет придержать меня при себе.

Расположились, заняли позиции, развели костер. В пределах видимости ещё пара таких мест виднелась. Там тоже люди засели и огонь развели. Верный способ привлечь к себе ночных монстров.

Дальше стояли молча. Подошли в темноте, ночь вот-вот начнётся. В воздухе словно что-то кислое разлили. Я сжимал копье, чувствуя, как оно придаёт уверенности. Глупое, иррациональное чувство, но мне казалось, что пока в руках копье, никакие беды не страшны. Становлюсь суеверным? Не исключено.

У Головы на руке браслет есть. Он его проверяет каждый раз перед выходом, думая, что никто не замечает. Это ему то ли жена сплела на удачу, то ли девушка. Про семью он ничего не рассказывал, как и про жизнь за лагерем. Не потому что скрывал, хотя, может, и так, а потому что я с ними слишком мало времени провёл. Или не мало? Если подумать, то нормально уже прошло. Было время разговориться.

Калхем в другое суеверие верит. У него серебряный урс в ботинке припрятан. Специально там отделение сделано, чтобы монету держать и ногу не натирало. Зак при каждой возможности новые фигурки вырезает. Старые в огне сжигает. Приговаривая при этом, чтобы и всё плохое, что налипло, сгорело.

Если так подумать, то вокруг меня одни сплошные психи собрались. Но это плохие мысли. Нервничаю, вот и думаю всякие глупости.

Когда началось, и ночь вступила в свои права, вздохнул с облегчением. Лучше драка, чем ожидание.

– Приготовились, – тихо прошептал сержант.

Тихо-то тихо, но я дернулся и только сейчас заметил, что руку судорогой свело, так крепко древко сжимал. Встряхнувшись, вгляделся в темноту.

– Сержант, – сказал я. – Отойду чуть подальше, а то из-за костра ничего не видно.

– Жить надоело? – зло бросил он.

– Да я аккуратно. Одна нога там, одна здесь. Кайт ши любят с добычей поиграть. Пока добегут… В крайнем случае приманкой поработаю.

– Точно жить надоело, – сплюнул Калхем, что стоял рядом со мной.

– Я не дурак и не самоубийца, чтобы понапрасну жизнью рисковать. Но сами знаете. Эти кошки драные умеют в темноте прятаться. А я могу высматривать всякое разное. Отчего сейчас толку нет, потому что огонь весь вид перекрывает.

– Если парень чудовище раньше заметит, чем оно нападет… – задумчиво произнёс Зак.

– Три шага, Эрано. Три шага в темноту, – нехотя согласился Голова.

Я послушно сделал три больших шага, оставив костер позади. Так сойдёт. Прикрыл глаза, но не до конца, маленькие щёлочки оставил. Прислушался.

Копье по-прежнему в руках сжимал. Поставил перед собой так, чтобы удобно было вперед вытолкнуть, если кайт ши бросится. Не забывал и наверх поглядывать. Эти кошки хорошо по деревьям скачут. Местный лес для них сплошное раздолье.

Что там сейчас на небе, не разглядеть. В светлый день его особо не видно, а уж в темную ночь, которая в принципе темнее обычный – тем более. На практике это означало, что где-то метров через десять от костра начиналась кромешная темень, а через двадцать – абсолютная. Немного спасало усиленное зрение и таинство ночного видения. Я улавливал смутные силуэты деревьев, кроны листьев, переплетение корней.

С каждой минутой деталей прибавлялось. Если подумать, то спрятанное в темноте тоже относится к тайному и скрытому. Мой дар работал мгновенно только на хорошо знакомых вещах. Сейчас же… Ему требовалось время, чтобы выйти на полную мощность. Поэтому я просто ждал. Медленно дышал, усилием воли заставлял все мышцы расслабиться, а лишние мысли и переживания покинуть голову. Есть только я и этот темный лес. Ещё копье и враги, которых надо убить.

В темную ночь запахи исчезали. Напрягаешься, пытаешься понять, чем пахнет, и не можешь ни за что зацепиться. Это сбивает с толку, заставляет нервничать. Запах – важная часть леса. По нему многое можно узнать, и, если он отсутствует, это щекочет нервы.

На другое внимание надо обращать. На эмоции и чувства. Быть внимательным к себе, и если кто-то тебя коснётся, то…

Первый удар пришёлся вовсе не по нам. Пока я, сосредоточенный, сканировал округу и отслеживал, не пытается ли кто-то на меня воздействовать, вдали раздались крики, рык и шум драки. Прозвучал чей-то предсмертный крик, предупреждая, что ожидание закончилось, сейчас пойдет волна.

То существо, что к нам приближалось, я засёк по колебаниям внимания. Зверь нас едва-едва коснулся, не захотел своей позиции выдавать. Опытный, это плохо и хорошо. С матерых особей специи концентрированнее. То, что Дэмьену надо сердце сдать, ничего не значит. Если повезет, парочку кайт ши точно убьем и отдадим ему то, что хуже по качеству. Придётся хитрить, но так здесь принято. Те, кто наверху, всегда хотят поиметь тех, кто внизу. А те, кто внизу… Ну, они тоже с радостью имеют начальство.

Я чуть наклонил копье, давая понять нашим, что кайт ши близко. По веткам карабкается, да так ловко перепрыгивает, что обычным глазом и не заметишь. Метров за тридцать увидел черное напряжение, что спряталось среди листвы. И снова почувствовал касание чужого разума. В прошлый раз такого не было. Моя чувствительность и восприимчивость возросли.

Когда кайт ши стремительно прыгнул, я шагнул в сторону и выставил копье. Кошка за миг до того, как напоролась, ударила по эмоциям. Вопить мне от ужаса, если бы не удачный удар. Лезвие вошло в брюхо зверю и пробило жесткую шкуру. От столкновения чуть не выдернуло копье. Кайт ши отпрыгнул, раздраженно зашипел и пошёл волнами темноты – так работала полуматериальная форма.

В тот же момент в него вонзилась пара стрел, а сержант рванул вперед, атакуя копьем. Кайт ши не из тех, кто любит отступать. Если в драку ввязались, то не уйдут. Трое солдат окружили монстра и грамотно его удерживали, не давая выбраться из круга. Сверху ещё стрелы прилетали, сбивая зверю настрой.

Но если бы всё было так просто… Я бдительности не терял и успел заметить черную тень. Она разогналась, оттолкнулась от корня и пролетела над землей, вцепилась в ствол дерева. Полезла наверх, как спринтер, и вмиг оказалась возле гнезда.

Залезла бы внутрь, не встреть её копьем. Не просто так наверх поднялись пять человек. Четверо с луками и один с коротким копьем, прикрывает их. Лезвием твари в морду ткнули и сбросили вниз. Я этот момент предвидел, бросился вперед и, когда зверюга сверзилась, успев развернуться в полёте, чтобы на лапы приземлиться, удачно подставил копье ей под брюхо – самую уязвимую часть. Прошлый опыт учёл и на этот раз решил рискнуть, уперев другой конец в землю.

Оружие выбило из рук, а меня откинуло в сторону. Туша-то большая и мускулистая, несмотря на кажущиеся легкими разводы темноты вокруг тела. Поступил я глупо. Остаться без оружия в бою чревато. Но это как посмотреть. Каким бы крепким ни был монстр, но, если свалиться с высоты на копье, это кого хочешь добьет. Особенно если лезвие удачно в уязвимое место вошло. Тварь рыкнула, выгнулась, завалилась на бок, ко мне спиной, и я увидел, что лезвие ей мало того, что грудь пробило, так ещё и через позвоночник прошло. Кайт ши задергался в конвульсиях, и я счёл, что надо немного выждать перед тем, как добивать. Придётся обычным ножом. Темные лезвия я ещё не показывал и не собирался этого делать при свидетелях, а то вопросов не оберешься.

Огляделся и никого больше не заметил. Первого кайт ши зажали и методично расстреливали. Это не одному против него драться. В отряде всегда прикроют. Сам я достал нож и прыгнул сверху на пытающегося отползти зверя. Если ему дать время избавиться от копья, которое перебило позвоночник, он и восстановиться может. Нельзя этого допустить.

Ножом я не просто так бил. Окутал его темным слоем, наложив таинство лезвия. Иначе бы шкуру не пробил. Подставлюсь в глазах сослуживцев, которые потом спросят, как справился, но сейчас иначе никак. Надо развивать успех, пока есть возможность.

Я успел ударить несколько раз, когда сверху послышался шум, а следом треск ломаемого дерева. Звук не обещал ничего хорошего. Скорее проблемы сулил. Я отскочил от зверя, а заодно подальше от дерева. Как раз вовремя. На то место, где я стоял, чье-то тело упало. С обезображенным лицом, в темноте и хаосе не узнал, кто это был. Но ему не повезло. Сначала чем-то острым по лицу схлопотал, а потом вниз головой упал.

На этом беды не закончились. Я бросил взгляд наверх и увидел, как из гнезда тело свисает. На этот раз узнал Дирмана. Ему горло перерезали, и сейчас из второго рта кровь стекала и на землю падала.

Что-то пошло не так. Кайт ши не умеют кинжалами пользоваться.

Копье первого убитого вывалилось следом за ним. Вошло в землю и закачалось. Я схватил его инстинктивно, снова ощутив ту уверенность, что дарило оружие в руках.

– Сверху! – крикнул я.

Наверху кто-то был, и с каждой секундой это всё меньше походило на нападение чудовищ. А потом оттуда вылетела склянка, врезалась в костер, где и взорвалась серым облаком… Запахло химией, и густой туман повалил во все стороны.

Я успел увидеть, как сержант добил кайт ши. Крик они мой услышали и среагировали. Калхем и Зак встали к сержанту спиной, выставив оружие перед собой. Голова что-то крикнул, но я не расслышал, сосредоточившись на фигуре, что спрыгнула сверху.

Эту рыжую женщину было невозможно не узнать. Она здесь одна такая на весь лес. И прямо сейчас шла ко мне.

В руке она держала короткий меч, которым взмахнула и стряхнула капли крови. У неё за спиной двигались и другие фигуры, но их я уже не различал. Эта женщина легко манипулировала туманом и создала между нами свободное пространство.

– Эрано… – пропела-позвала она. – Эрано Экто….

Я вздрогнул, услышав свою фамилию. Это было невозможно. Если только я не вижу перед собой другого ловца.

– Ты должен пойти со мной, – заявила женщина, останавливаясь в паре метров. – У нашего бога есть к тебе вопросы.

Я невольно сглотнул, не ожидая услышать такое.

Глава 19. Привет от бога

Рыжая спокойно шла через лес, ничуть не боясь того, что на неё нападут кайт ши. В руках она держала кадило, которое дымило чем-то едким и приторно сладким. Я замечал, что ночные чудовища подкрадываются к нам, но стоило им учуять запах, как они раздраженно чихали и уходили.

– Как тебя зовут? – окликнул я девушку.

– Это неважно. Идём.

– Ты убила моих людей.

– Ты успел к ним привязаться? – повернулась она и усмехнулась. – Это против заповедей Эара.

Я прикусил губу, чтобы ещё что-нибудь не ляпнуть. Разумеется, я пошёл за ней следом. Она ведь ловец, посланница самого бога. Это не тот случай, когда можно отказаться. При этом не могу сказать, что решение мне далось легко. Сержант и остальные, кто ещё был жив, продолжили сражаться и вовсе не против ночных тварей. Хотя как посмотреть. Головорезы рыжей те ещё твари.

Скорее всего, мой отряд сейчас поголовно мертв, а я стал дезертиром и предателем. Этот факт выбивал из колеи, причинял боль и вызывал смятение.

– Куда мы идем?

– К алтарю, – ответила женщина.

Этот ответ не прояснил, что происходит. Алтари обычно использовали, чтобы самоубиться и отправиться домой. Меня хотят вернуть? Но почему? Никогда не слышал, чтобы одного ловца посылали за другим.

Рыжая не разоружила меня, я шагал, держа копье в руках. Копье, которое покрывала кровь мертвого напарника.

– Из какого ты дома?

– Это неважно.

– А мне важно.

– Я жрица Эара. Этого тебе должно хватить. – Её голос перестал быть дружелюбным.

Она права. Выше в иерархии ловцов только жрецы и жрицы. Что-то типа возвысившихся ловцов. Их посылают не в случайные миры, а с конкретными заданиями. Тратить такого на то, чтобы нашла меня, – это как-то подозрительно. Точнее, это великая честь, и мне следует радоваться, но почему-то вместо этого интуиция буквально кричит, что надо бежать. А ещё лучше ткнуть копьем в спину рыжей.

– Твои люди не пойдут с нами?

– Они рядом, не переживай. Того, что происходит на самом деле, им видеть не надо, поэтому они держатся на расстоянии. С твоей стороны было глупо пользоваться старым именем.

Глупо? Оговорка, или она меня специально дразнит? Глупо использовать настоящее имя только в том случае, если хочешь скрыться от своих же.

Не знаю, чего она добивалась, но этим настроила против себя ещё больше. Я огляделся, выискивая пути спасения. Их не было, если честно. Не уверен, что выстою против одной рыжей, а уж ночью, в лесу, где полно кайт ши… И где неподалеку её люди, которые в случае чего прикроют женщину…

Она шла удивительно беспечно. Держала при этом дистанцию в пять шагов. Надо прыгнуть вперед и сделать выпад, чтобы коснуться её. Чтобы попытаться…

– С чего мне верить, что ты та, за кого себя выдаешь?

– Маленький Эрано разыгрывает недоверчивость, чтобы потянуть время? – остановилась она и глянула на меня. – Это ведь первая твоя вылазка?

– Да, – я не видел смысла скрывать то, что она и так могла знать.

– Оно и видно. Тем интереснее, что ты такого натворил, что отправили меня, да ещё в столь необычное место.

Когда кто-то и что-то «натворил», его за это наказывают. Я чем-то прогневил бога? Но чем? Что я такого сделал, что отправили аж целую жрицу?

– Какое у тебя задание? – спросил я.

– Найти тебя, доставить к алтарю, убить.

Иначе говоря, зашвырнуть дух и душу к Эару.

Я остановился и встряхнулся. Что бы дальше ни происходило, чутье подсказывало, что эта женщина точно не друг, и всё выглядит не так, как кажется на первый взгляд. Будь это первый месяц жизни в этой мире, я бы обрадовался встрече. Да что там, я бы ликовал и прыгал от счастья, что меня вернут домой! Сейчас же я искренне сомневался, что возвращение действительно будет. Если я провинился, то наказание за это обычно одно – заточение в пустоте, в великом ничто, где нет ничего, никакой информации.

От этой мысли меня пошатнуло, голова закружилась. Ничего удивительного. Кажется, только что начал рушиться весь мой мир и все мои планы.

– Эрано? – обернулась рыжая. – Ты же будешь хорошим мальчиком и не усложнишь мне работу?

– Как-то у меня отпало желание идти с тобой, – ответил я, беря себя в руки.

Если меня убьют, я просто умру. Это гораздо лучше, чем попасть в руки к богу, который тобой недоволен. Я помню, насколько трудно было пробиться в этот мир. Эар при всей его силе так легко до меня не дотянется.

Сама эта мысль означала предательство всего, во что я верил. Предательство бога, предательство моего народа.

Предательство матери, которую я больше никогда не увижу. В это не хотелось верить.

– Сначала расскажи, кто ты такая и зачем тебя послали за мной. Я ни в чём не виноват перед нашим богом, чтобы мою миссию прерывали.

– Слушай, Эрано, – начала она раздражаться. – Я провела здесь долгих шесть лет, разыскивая тебя. А ты, оказывается, всё это время сидел в деревне и носа не высовывал. Ловец из тебя так себе. Или уже успел добыть нечто ценное? Если так, я готова выслушать. Хорошее знание мне не помешает перед возвращением.

Когда рыжая остановилась, дым от кадила начал растекаться вокруг неё. Я по-прежнему ощущал, что где-то рядом кружат хищники. Они не решались подойти к нам, но давили на разум, выискивая слабые места. Может, в этом причина? Может, я подвергся влиянию? Нет. Кайт ши не влияют на слух, а я прекрасно слышал, что говорила эта женщина.

– Так что, не хочешь по-хорошему? – спросил она задумчиво и аккуратно положила кадило на корень дерева.

Сражалась она коротким мечом. У меня же было копье почти в два метра длинной. На дистанции преимущество за мной, но эта женщина легко расправлялась с опытными солдатами. Уверен, не только клинком. За шесть лет-то много таинств должна была изучить.

– Сам напросился, – зло бросила она и выставила руку перед собой.

Выглядело так, будто воздух толкнула. Я заметил вспышку энергии и то, как волна силы врезается в меня, отбрасывает назад и прикладывает спиной о жесткий корень. На этом давление не остановилось, меня потащило ещё дальше, и я головой влетел в старую листву. Когда выбрался, услышал рядом рык кайт ши. На меня навалился ужас, но в этот раз скинуть его было куда легче.

Сейчас следовало бояться кое-чего другого, а не злобных кошек, что любят убивать людей. На фоне гнева бога они безобидные котята.

Я поднялся, оценил вариант бегства и отбросил его. Нет, в лесу не выживу. Не в эту ночь. Нельзя далеко отходить от дыма.

Рыжая никуда не делась. Осталась стоять на том же самом месте, где и была. Она продемонстрировала силу и пока не собиралась драться всерьез. Я отряхнулся, поднял упавшее копье и спустился с корней на землю. Остановились мы на ровном участке. Самое то для хорошей драки.

Перехватив копье, принял боевую стойку. Древко параллельно земле, лезвие смотрит в лицо жрицы.

– Чему-то ты всё же научился.

Она двинулась вперед, отставив клинок в сторону. Я помнил, что в случае практиков смотреть надо вовсе не за оружием. А она сама это знает?

Шагнув вперед, выбросил копье ей в лицо. Она отбила его мечом, но не это было главной атакой. Сформировав темный кинжал, я выпустил его ей в живот.

Она проигнорировала атаку. Лезвие врезалось, женщина пошатнулась и остановилась. Недоуменно посмотрела на живот – отряхнула его, словно от пыли избавлялась. Перевела взгляд на меня и строго свела брови.

– Это всё? Я не понимаю. Что же ты такого натворил? Видно же, что слабак.

Я отвёл копье и ударил вновь, на этот раз целясь по пальцам на рукояти. Жрица довернула оружие и снова толкнула воздух. На этот раз я устоял. Выставил перед собой копье и рассёк ту волну, что на меня обрушилась.

– Неплохо! – крикнула противница и кинулась в атаку.

Первый удар обрушился сверху. От него я отпрыгнул и ткнул ей в живот пяткой копья. Попал, как ни странно. Но что в случае кинжала, что в случае этой атаки результата было ноль. Высокий уровень закалки или какое-то защитное таинство. А может, и то, и то.

Соберись, Эрано! Если хочешь выжить, потребуется всё что есть!

Меня быстро загнали на один из корней дерева. Жрица шагала за мной, нанося размашистые, широкие удары. Несколько я принял на жесткий блок, руки хоть и отсушило, но я узнал, что физически она не так сильна, как могла бы быть.

Когда я уперся в дерево, а она победно усмехнулась, я подловил её на беспечности. Ударил копьем, которое она приняла на лезвие. Только вот вложил туда заряд энергии. Удар получился хлестким, Кая бы одобрила. Вложенная сила ушла в оружие, а женщина вскрикнула и отдернула руку. Её меч, вращаясь, улетел в сторону, а я принялся работать копьем, как швейной машинкой, стремясь нанести хоть какую-то рану.

Первый же удар, пока она была растеряна, пришёлся ей в грудь и распорол одежду. Я увидел полоску бледной кожи, на которой не появилось крови. Второй она отбила голой ладонью. На третий выпад попыталась схватить за древко, но я дал ей темным лезвием по глазам и заставил отступить.

На этот раз уже я теснил её и согнал вниз, на землю. Впрочем, так и не нанеся серьезного урона.

– Хватит! – крикнула она и отбросила меня назад особо сильной волной.

На этот раз я защититься не смог. Врезался спиной в корень, кувыркнулся и свалился на мох. Повезло, посадка мягкая вышла.

Что это было? Она не так сильна, как казалась, или грамотно заманила меня в ловушку?

– Беру свои слова обратно, – сказала она, когда я поднялся. – Ты что-то умеешь.

Меч её потерялся среди корней, и женщина стояла безоружная. Только почему мне казалось, что это обманчивое впечатление.

– Ладно, ладно, не буду держать тебя за идиота.

Она отвела руку, и меч прилетел ей в руку.

– Знаешь, таинства, которыми этот мир буквально напичкан под самую завязку, – нечто удивительное. Столько ценных знаний, которые так пригодятся нашему богу.

– Зачем тебя послали?

– Я уже назвала причину. Убить тебя.

– Очаровательно. И чем же я заслужил такую честь?

Возникло подозрение, что жрица убеждена, будто я владею ценной информацией, и весь этот спектакль с боем был направлен на то, чтобы подтолкнуть меня раскрыться. Если глуп и поверю, что могу её победить, – сыграть на самоуверенности. Если умен и не поверю – на страхе и желании договориться.

– Вот и мне интересно. Чего в тебе такого особенного, Эрано Экто?

– Не имею ни малейшего понятия.

– Да? – прищурилась она. – Про то, что случилось с твоим родом, тоже не слышал?

– А что с ним случилось? – спросил я, холодея внутри.

Где-то рядом разворачивалось настоящее сражение между людьми и кайт ши. Во время боя мы сместились и сейчас стояли так, что я смотрел в сторону лагеря, а жрица повернулась к нему спиной. В темноте ночи я видел вспышки пламени и применяемых таинств. Ушли мы не так далеко, чтобы расстояние скрыло всё это.

Сами мы стояли в темноте, и я смутно видел черты лица женщины. Она, как ночной призрак, была частью ночи. Только волосы и бледная кожа выделялись на общем смазанном фоне.

– Значит, не в курсе.

Лица я не видел, но интонации улавливал. Для меня они ничего хорошего не означали.

– Предлагаю соглашение. Ты рассказываешь свою историю, а я – что случилось, после того как ты покинул родной мир, – предложила жрица.

– Согласен. Ты первая, – тут же ответил я.

– Э, нет, – её насмешка разливалась по воздуху, как яд. – Не уверена, что после моего рассказа получится нормальный разговор. Ты первый.

– Я тебя не знаю. Ты не представилась. Может, ты вообще враг ловцов, а вовсе не жрица. Хочешь нормального разговора – начни первой. Убеди меня, что ты та, за кого себя выдаешь.

– Эрано, сын наложницы и труса, не надо со мной играть в эти игры. У нас заканчивается время. Скоро дым кончится, и кайт ши набросятся.

– Не думаю, что они представляют для тебя проблему.

– А для тебя?

Резонно. Шансы уйти живым у меня близки к нулю, и я пока не вижу ничего, что повысит их.

– Как-нибудь выберусь, – буркнул я, чтобы больше себя успокоить, чем дать достойный ответ.

– Похвальная решимость, – рассмеялась жрица. – Ну ладно, для затравки… Твой род стерли.

Я не сразу осознал, что она сказала. Стёрли? Это как?

– Что это значит?

Мой голос выдавал ту бурю чувств, что поднялась внутри. Я чувствовал страх и ужас, не желая вникать в смысл произнесенных слов. В то же время я жаждал услышать правду.

– Нет-нет, Эрано. Твоя очередь. Что в тебе такого ценного?

– Что… случилось… с моим родом? – выдохнул я.

– Этот разговор начинает меня утомлять. – вздохнула жрица. – Может, в тебе и нет ничего важного?

– Почему тебя это так интересует? Разве жрице не следует беспрекословно выполнять задание своего бога?

– Кто бы говорил. Это ведь ты разгневал его.

– После моей смерти он узнает, что ты не так послушна.

Этим я хотел подвести вовсе не к той реакции, которая последовала.

– Ты прав. Но моё задание допускает то, что я просто тебя убью. Как-никак, шесть лет прошло, ты мог развиться до любых высот, и не факт, что у меня получилось бы провести убийство, как надо.

– А сама не боишься предстать перед богом? Рано или поздно это случится.

– Слушаю тебя и понимаю, что ты пустышка, – в голосе промелькнула задумчивость. – Так мало знаешь о реальном положение вещей и еще меньше понимаешь. Может, ценность не в тебе самом, а в том, куда ты попал? Почему этот мир? Только не говори, что он был случайностью.

– Боюсь тебя огорчить, – зло усмехнулся я, надеясь хоть чем-то ей насолить. – Но именно так и было.

– Что ж… Тогда ты подписал себе смертный приговор.

– Перед тем как начнём, – крутанул я копьё и принял боевую стойку. – Что случилось с моим родом?

На сам род мне было плевать, но мама…

– Его полностью вырезали. Устроили настоящую бойню, а тела скинули в пустоту.

– Всех? – уточнил я, не веря в то, что слышу.

– Абсолютно всех. Членов рода, прислугу, жителей доминиона… Чем-то твой род прогневал бога. Так бывает. Пусть редко, но бывает. Это пятый случай за последние сто лет, о котором мне известно. Видишь ли, наш бог не так уж добр, как о нём рассказывают.

Я понял, что дальше придётся драться. И если раньше я сомневался, то сейчас собирался победить любой ценой. Скупые ответы меня не устроили. Я хочу… Нет, я обязан узнать, что случилось!

Копье в моих руках запело, отозвалось решимостью. Я закрутил его вокруг себя и выстрелил в сторону жрицы. Та отбила атаку мечом и шагнула вперед, сокращая дистанцию. Ожидаемый ход от той, кто пользуется коротким клинком.

Её встретило темное лезвие, в которую я вложил все клокочущие внутри чувства. Что-то изменилось во мне. Впервые я бился не ради добычи, не ради новой порции силы или потому, что так сказал наставник. Я бился за то, что для меня было по-настоящему важным.

Жрица ошиблась. Она и в этот раз проигнорировала атаку, понадеявшись на свою защиту. Лезвие врезалось ей в грудь, разорвало куртку и кожаную броню под ней. По бледной коже побежала алая кровь. В темноте я не различал цвета, но учуял этот металлический запах.

– Ты испортил это тело! – гневно закричала жрица.

Её клинок вспыхнул, обрушился на подставленной копье. От силы удара меня протащило на пару шагов назад. Я уперся ногой в корень и скользнул в сторону. Вспышка сошла с меча и врезалась туда, где я стоял, разрубая дерево.

Я ткнул жрицу копьем в бок, хлестко ударил и заставил её отскочить. Она потянулась к сумке на боку и достала оттуда склянку. Я слишком хорошо понимал, что дальше произойдёт, и обрушился на неё, не давая разбить зелье.

Склянка выпала из её рук. Наверное, она рассчитывала, что та разобьется, но спасла мягкая земля. Я чуть не наступил на пузырек, отвел ногу в сторону, из-за чего потерял драгоценную секунду. Жрица размылась в воздухе, сместилась мне на спину и хлестнула сзади. В последний момент я создал защиту, и удар пришёлся по ней. Меня швырнуло вперед, я выставил руку и кувыркнулся, моментально развернулся и выстрелил копьем.

Лезвие ударило по опускающейся на склянку ноге. Жрица выругалась и зашипела. Пузырек остался целым.

Мы с противницей замерли друг напротив друга. Передняя часть одежды слезла, и она стояла напротив меня с почти обнаженной грудью. Кровь уже не текла, остановилась. Сказывалась хорошая закалка.

– За что их убили? Говори! – сорвался я на крик, требуя объяснений.

– Никто точно не знает, – ответила жрица.

Её грудь часто поднималась, а из ноздрей вырывалось тяжелое дыхание. Всё же я смог её достать. А может, она только разогрелась. Это было неважно.

– О таких вещах не говорят. Но перед этим случился скандал. Главу рода убили и свергли. Вроде как тогда ещё изнасиловали и убили наложницу…

– Нет! – вырвалось из меня. – Ты врёшь!

– Зачем мне врать? – с презрением ответила она. – Что-то твои натворили, из-за чего даже меня послали, чтобы разобраться с тобой.

– У тебя не получится.

– Это мы ещё посмотрим. Хватит игр, Эрано. Я поняла, что секрет не в тебе самом. Этот мир и есть главная награда, и я ещё узнаю почему.

– Меньше болтай, дура психованная.

Она бросилась в бой. Отбила копье и толкнула воздух. Я прошиб волну и сам налетел на неё. Копье она увела в сторону, скользнула мимо, но нарвалась на темное лезвие. Воздух перед ней уплотнился и засиял, таинство застряло в защите, а она добралась до меня и ударила мечом.

Лезвие разрезало бок, я не успел защититься. Охнув, по инерции пробежал вперед и, превозмогая боль, отмахнулся копьем. Она не последовала за мной. Молча дошла до склянки и разбила её. Повалил густой дым. Он стелился вдоль земли, корней, растекался и скрывал поле боя.

Я прижал ладонь к ране и попытался оценить, насколько всё плохо. Броню она разрезала как бумагу. Укрепленную кожу и мышцы тоже – верхний слой, внутренние органы не задеты, а значит, рана не так серьезна, как могла бы быть.

За несколько секунд жрица полностью скрылась из виду. Я знал, что она где-то рядом. Достав окровавленной рукой камень, который обрабатывал все эти дни, приготовился к решающей схватке. В голове мысленно шёл отчёт, когда защита от кайт ши перестанет действовать. Оставалось совсем немного до начала бойни. А я по-прежнему не имел плана, как выбраться из этой передряги.

Она налетела на меня, но ошиблась, собравшись подразнить. Лезвие полоснуло плечо, оставляя надрез. А я, используя то, что она выдала себя, тупо в неё врезался, закрутил и повалил. Мы упали в листву и покатились по земле. Жрица словно с ума сошла, принялась отбиваться, как кошка. Её меч я умудрился выбить, а копье выронил до столкновения. Без оружия рыжая не стала менее опасной. Как-то она умудрилась врезать мне под подбородок, ударить в пах и оцарапать кожу на лице.

Отпустил её, кувыркнулся в другую сторону и тихо застонал от боли. Подлая она.

Но теперь я знал, где она находится.

Своей энергией я пропитывал не только камень, но и копье. Было бы странно, не воспользуйся я столь очевидным шагом. В своих экспериментах обнаружил кое-что полезное. Если уровень пропитки высок, то появляется ощущение, где находится та вещь, с которой породнился.

Я чувствовал и камень, и копье. Сейчас жрица отступила от меня и кружила, хотела зайти за спину. Как-то она меня видела, и это стоило учитывать. Я попятился и сделал вид, что случайно наткнулся на копье. Поднял его медленно и выставил перед собой, водя из стороны в сторону.

Она шагнула ко мне и снова полоснула. На этот раз я сформировал защиту и понадеялся, что в тумане она видит не так хорошо, чтобы заметить отсутствие раны.

Вскрикнув, сделал пару шагов назад и отмахнулся копьем. Не попал, разумеется. Ещё рано было бить в полную силу.

Внезапно навалилось давление на голову. Эмоции поднялись, закрутились и ударили по нервной системе. Как минимум парочка кайт ши сидела где-то рядом и поджидала добычу. Они мне дали понять, что я слишком далеко ушёл от едва тлеющего кадила.

Пришлось менять план и двигаться в другую сторону. Жрица замерла, разгадав мой замысел. Мой дар видеть скрытое наконец-то заработал. Может, в силу полученного ранее опыта, а может, из-за того, что я точно знал, где скрывается женщина. Туман по-прежнему скрывал то, что находится вокруг, но сейчас я различил силуэт жрицы.

Она встала в стойку и приготовилась, кажется, отрубить мне руки, когда мимо пройду. Занесла меч над головой и открыла живот.

Туда я копьем и сделал выпад. Она успела среагировать, сделала шаг назад и опустила руки с мечом. Только вот преимущество копья как раз в том, что им очень хорошо работать на средних дистанциях. Я перенаправил удар и всё же успел её коснуться. Мечом она прикрылась, но неудачно, и лезвие скользнуло ей по пальцу, пошло дальше и едва коснулось бока. Тишину вокруг нас разорвал приглушенный звук разрываемой плоти и вскрик сквозь сжатые зубы.

Сейчас точно где-то гордится одна ненадежная Кая, что бросает друзей на произвол судьбы.

От давления кайт ши чувства по-прежнему клубились внутри, порождая странные мысли. Я отдернул копье, чтобы ударить снова, но жрица отмахнулась, толкнув волной. Да чтоб её… Я к чему-то такому готовился, но вспышка была настолько силой, что разбила мне губы и… нос.

В тот момент во мне что-то переключилось. Давление, эмоции, кайт ши, судьба мамы, смерть отряда, гнев бога и разбитый нос. Шутки шутками, но у любого человека есть предел.

Я метнул копье в жрицу, чего она не ожидала и сбилась, отталкивая его. Сам прыгнул на неё, перехватил руку с мечом и вывернул. Второй рукой достал нож из костей мертвых и всадил его в бок. Рыжая вскрикнула, попытался разорвать дистанцию, но я набросился на неё и принялся давить, нанося удары, как безумный.

Кровь стекала по моему лицу, я брызгал ею вперемешку с слюной, хрипел и теснил жрицу, пока не прижал к корню дерева. Финальный удар должен был прийтись в горло. В тот момент я не думал, что должен сохранить ей жизнь, чтобы узнать подробности случившегося. Вместо этого я жаждал убить.

Лезвие остановилось в считанных сантиметрах от горла. Не потому, что я передумал, а потому, что его остановила чужая воля. Жрица применила новое таинство. Мою руку сжало в стальных тисках, а следом и горло. Я не растерялся, сформировал темное лезвие и попытался вогнать его ей в шею с другой стороны, но она перехватила и его.

Сдавила ещё сильнее, отчего я почувствовал, как сжимает трахею, а в глазах темнеет от нехватки воздуха. Усилив натиск, попытался её достать хоть чем-то и…

Силы у неё кончились чуть раньше. Она смогла откинуть меня в сторону, я пролетел метров пять и врезался в дерево. Рухнув на ноги, удержался и, хрипя, сделал пару шагов вперед, всё ещё сжимая в руке мертвый нож.

А в следующий миг в меня полетели металлические шипы. Вонзились в бедро, живот и плечо. Лицо я защитил рукой, и в ладонь тоже вошёл металл. Вскрикнув, пошатнулся, рухнул на колени и завалился набок. Вгляделся сквозь пелену боли в темноту ночи и скорее почувствовал, нежели увидел, как жрица убегает.

Рядом послышался рык. То ли защита спала, то ли рыжая прихватила кадило с собой, но больше меня ничто не защищало от кайт ши. Я чувствовал их прикосновения, то, как они играют с эмоциями. Пробуждают первобытный страх и ужас, заставляют мышцы оцепенеть.

– Дерьма сурха вам всем в глотку… – сплюнул я кровь. – Нападайте, кошки драные.

Слова давались с трудом. В голове билась мысль о том, что я не могу умереть вот так глупо, не узнав, что случилось. Ей вторила другая – никто из умерших сегодня не планировал этого. Все хотят жить.

Передо мной сформировалась темная фигура. Я ощущал её как сгусток напряжения. Умный кайт Ши, который нашёл себе легкую добычу.

– Эрано! – раздался внезапно знакомый голос. – Продержись!

Я не поворачивал головы. Сейчас это было чревато. Вместо этого перехватил нож покрепче и приготовился держаться.

– Ну, наставник, хоть разок вы появились вовремя.

Кайт ши зарычал, оттолкнулся лапами и прыгнул.

Эпилог

На утро выстроилась очередь к лекарям, но я этой участи избежал. Не потому, что ран мало, как раз-таки наоборот, а потому, что Сергиус решил заняться мной лично, не дожидаясь этого самого утра. Объявился в последний момент, когда кайт ши медленно грыз меня, чтобы причинить побольше страданий, убил зверюгу, на этот раз справившись поразительно быстро, а потом ещё и до лагеря дотащил, что я помнил смутно, потеряв слишком много крови и получив несколько ранений.

Уж не знаю, какие раны были страшнее. Телесные или душевные.

– Ауч, – выдал я, когда Сергиус щипцами вырвал шип, торчащий из плеча. Он тут же плеснул мутной жидкости, выполняющей функции антисептика, и принялся штопать рану.

– Терпи, – буркнул он.

– Вовремя вы. Не ожидал.

– Я присматривал за тобой.

Как мило. Язвительные слова так и хотели сорваться с языка, но я промолчал, стиснув зубы. Чувствовалось, что у Сергиуса есть опыт в… причинении страданий. По какому недоразумению это называется полевой медициной, я при всём желании сказать бы не мог.

– Что та женщина хотела от тебя? – последовал закономерный вопрос.

– Убить.

– Для этого незачем тащить в ночь, устраивать разговоры и показательные бои.

– Так вы были там всё время? – удивился я.

Немного удивился. Сил на полноценное удивление не осталось. Сергиус вытащил следующий шип, и я зашипел от боли.

– Нет, но логика и жизненный опыт подсказывают, что к тебе она испытывала особый интерес.

Если Сергиус ничего не слышал, это упрощало дело.

– Она хотела принести меня в жертву.

– Кому?

– Своему богу.

Сергиус замолчал и занялся остальными моими ранами. Которых оказалось неожиданно много. Самые мерзкие оставались от шипов – зазубренных, – когда вытаскивали, они рвали мышцы и кожу. Останутся уродливые шрамы, но это меня сейчас совсем не волновало.

– Твой отряд положили, – назрушил тишину наставник.

– Весь?

– Насколько я видел, да.

– Сука, – прошипел я.

– Убивала не она, а её люди.

– Где они?

– Я их убил. Поэтому и задержался.

– Вас отправили на них охотиться?

– Да. Дэмьен Гронворк предположил, что если они и захотят устроить что-то грандиозное, то сделают это сегодня ночью, воспользовавшись общим хаосом. Как по мне, предложение глупое, но оказалось верным.

Значит, наставник присматривал не за мной. Точнее, может, и за мной, но вполглаза, в отрыве от остального задания.

– Мы не нравится Дэмьен, – озвучил Сергиус то, что я давно подозревал. – Он хочет от нас избавиться.

– Почему просто не убьет?

– Причина в Кристиане Изгоняющем. Он не любит, когда с солдатами поступают не по справедливости. А я слишком заметен, чтобы избавиться от меня по-тихому. И от тебя заодно.

Кристиан… Опять он. Про него не то чтобы болтали, но относились хорошо даже те, кто его максимум издали видел. Генерал армии, главный герой и главная ударная сила. Ещё и о солдатах заботился. Как такого не уважать и не любить?

– Никто не поверит, что ты победил ту воительницу. Не после того, когда от её рук пало столько солдат.

– К чему вы это, наставник?

– К тому, что от Дэмьена можно ожидать чего угодно. Он может обвинить тебя в сговоре с врагом и в измене. Меня, как ты понимаешь, тоже. Поэтому тебе надо хорошо продумать, что будешь говорить, когда спросят, почему остальные мертвые, а ты жив.

– Мои раны скажут за меня красноречивее любых слов.

– Да. Поэтому не спеши выздоравливать. И будь готов. Если совсем прижмёт, требуй высшего суда поединком.

– Я против Дэмьена?

– Как твой учитель, я выйду вместо тебя.

– Победите?

– Возможно. Дэмьен – хороший воин.

Значит, шансов не так уж и много.

– Спасибо за подсказку. Придумаю что-нибудь.

– Не сомневаюсь. Твоё восстановление должно, – выделил он это слово, – занять недели две. Отлежись, покряхти для вида, а потом займись тем, что тебе хорошо даётся.

– Неужели задавать вопросы?

– Учись, Эрано. Я укажу тебе солдат, на которых стоит обратить внимание, и скажу, что у них перенять. Найди к ним подход. Освой то, что скажу.

– А дальше?

– А дальше я заберу тебя с собой, и возьмёмся за практику.

– Больше не буду бегать с отрядом по лесам?

– Будешь бегать со мной по горам. Про желание воительницы принести тебя в жертву лучше помалкивай. Что-то я не припомню, чтобы дороманцы баловались жертвоприношениями.

– А если она не дороманка? Все только и говорят о том, что у них отродясь рыжих не было.

– Тогда это можно использовать, но ты уверен, что лучше Дэмьена выворачиваешь факты в свою пользу?

Юный ловец знаний с широким кругозором или опытный аристократ этого мира? Даже не знаю, кто победит.

– Я буду осторожен, наставник.

– Отдыхай, Эрано. Попробуй поспать.

Я молча кивнул, чувствуя опустошение. Весь этот разговор как попытка спрятаться. Что-то привычное и хорошо знакомое. Да я сейчас был готов болтать о чём угодно, лишь бы не думать о том, что произошло ночью.

Жрица… А она ведь жива, и у неё по-прежнему есть нужные мне ответы.

Закончив обрабатывать раны, Сергуис ушёл, дал мне побыть одному. Не уверен, что его заботило моё душевное состояние. Да и не мог он знать, насколько всё плохо. А всё было очень плохо.

Встретить второго ловца в том же мире, где и ты, – это маловероятно, но возможно. Правила велят в этом случае помочь друг другу. Если получится и если имеется резон, то объединить силы. Это не мой случай. По факту, бог послал за мной убийцу.

Нет, не так.

Бог! Послал! За мной! Убийцу!

Перед этим вырезав весь мой род! Весь! Стёр целый доминион!

Эта мысль просто не укладывалась в голове. Я по-прежнему не хотел в это верить, ища объяснения, почему жрица так сказала. Поводы-то у неё есть. Как-никак, мы дрались. Ещё у Эара могут быть враги. Вдруг она не жрица, а шпионка, которая хотела выведать секреты? Но откуда тогда знает второе имя и другие подробности? Если только их сеть осведомителей не проникла в мой родной мир, но в это тоже верится с трудом.

Слишком много вопросов для одного дня. В какой-то момент организм не выдержал, и я отключился. То ли от полученных ран, то ли не перенеся эмоционального напряжения.

* * *

– Вытащите его! – из объятий сна меня выдернул властный голос.

Чьи-то руки схватили меня, но замерли.

– Сам встану, – тихо сказал я, и руки медленно убрались в сторону.

Нож я тоже спрятал. А то зачем его держать у горла того, кто был столь нерасторопен.

– Солдат, как это понимать? – потребовал ответа сам Дэмьен.

Я проморгался и попытался подняться, но игры с ножом отняли те силы, которые успели накопиться за время сна. Вместо того чтобы гордо встать и поприветствовать аристократа, я совсем не эстетично рухнул обратно на землю. Ночевал в своей палатке, здесь не было нормального пола. Секунд десять ушло на то, чтобы прийти в себя, выбраться наружу и увидеть наконец-то виновника моей побудки. Палатки у нас маленькие, рассчитанные на двоих, слуга Дэмьена залез внутрь и попытался меня бесцеремонно вытащить, но быстро понял, что резкие движения несовместимы с жизнью.

– Ножом есть силы махать, а встать нету? – спросил Дэмьен с той интонацией, которую я не смог разобрать.

– Найдутся, – тихо ответил я и всё же смог подняться.

Выпрямиться, правда, не смог. Рану на боку жгло, поэтому предстал перед Дэмьеном, ссутулившись.

– Рядовой Эрано встал, господин. Чем обязан?

Вообще-то, добропорядочному крестьянину полагалось падать ниц при виде аристократа. Но мы сейчас в военном лагере. Я ранен. Дэмьен не мой господин, а всего лишь условный командир, на которого спихнули новобранцев из соседнего баронства. Нюансов хватает, и я сам в них не до конца разбираюсь, чтобы точно определить, как себя вести и реагировать. Не то чтобы меня это беспокоило. Больше всего на свете я сейчас хотел лечь обратно, и чтобы меня кто-то водой напоил.

– Что вчера случилось, боец? – спросил Дэмьен строго.

– Если вы про ту бойню, которая вчера разразилась за стенами лагеря, то ваше задание выполнено. Господин.

Оговорку и паузу мужчина заметил и нахмурился. Он и так стоял суровый, будто… будто его сына кто-то убил. Мда… Всё время забываю, что между нами кровь, и он может об этом догадываться.

– Что-то я не заметил, чтобы кто-то принёс сердце Кайт Ши сегодня утром.

– Это потому, что отряд перебили. Та рыжая женщина, которая пускала нам кровь последнюю неделю. А так мы двоих кайт ши уложили. Их можно найти возле гнезда, если ещё не растащили.

Если он сейчас будет придираться, то репутацию себе подпортит. Сначала ему надо меня выставить в дурном свете, а потом уже топить. То, что рядом почти никого нет… Почти в этом деле не считается. Рядом стоят другие палатки, и кто знает, греют там уши солдаты или нет. Тут же человек Дэмьена. Тот самый, который меня вытащить из палатки хотел. Да и те, кто не спал и встал к этому часу, пусть и стоят в отдалении, но разговор видят и слышат.

– Если отряд перебили, почему ты жив?

Я был готов поклясться, что этим фактом Дэмьен сильно недоволен.

– Потому что мне повезло. Хотя, учитывая мои раны, в это верится с трудом.

Для наглядности я закашлялся, сморщился и согнулся. Кашлял так, что живот спазмом скрутило, отчего боль обострилась. Да я чуть легкие не выблевал, пока кашлял. Раскраснелся, вены на шее набухли – ну прямо солдат на последнем издыхании.

– Расскажи, что было и что стало с напавшим на вас отрядом, – приказал Дэмьен, когда я закончил не такой уж и спектакль.

– Заняли позицию возле гнезда, – ответил я хриплым голосом. – На нас напали кайт ши. Одного теснили отрядом, лучники сверху прикрывали. Второй запрыгнул на дерево и попытался достать лучников, но его скинули копьем. Я это заметил и воспользовался ситуацией – подставил копье под падающую тушу. Думаю, это прикончило тварь. Потом откуда ни возьмись появился отряд. Я не сразу понял, что происходит. Кто-то убил лучников. Я видел, как упало тело. Копье тоже упало, и я завладел им, чтобы не встречать опасность без оружия.

– Что было дальше? – поторопил Дэмьен.

– А дальше завязалась драка. Наш отряд против дороманцев и кайт ши. Меня оттеснили от отряда и… – я развёл руками, показывая, чем это закончилось.

– Если ты жив, получается, что отряд чужаков мертв?

– Не могу знать. Рыжая сбежала, а остальные… Нет, их участи я не видел. Я вообще смутно помню, что со мной было в последние минуты. Кажется, кайт ши хотел меня сожрать. Медленно и мучительно.

Я указал на перебинтованную ногу, где остались следы зверя.

– Как же ты тогда спасся?

– Предположу, что меня вытащили, господин.

– Кто?

– Сергиус.

Скрывать его участие не было смысла. Если он ловил вражеский отряд, то появление наставника оправданно.

– Кто он тебе?

– Мы из одной деревни, господин. Он мой бывший староста.

– Он учил тебя?

– Да, господин.

Тоже врать смысла нет. Моя подготовка лучше, чем у всех новобранцев вместе взятых.

– Какие отношения тебя связывают с вражеским отрядом?

– Десяток ран, господин. Болезненных. Ещё ненависть. Я бы эту рыжую суку сам лично удавил, попадись она мне живой. Ребят жалко… – взгрустнул я.

По-настоящему. Даже слезы на глазах навернулись, и я отвернулся, чтобы спрятать их.

– Узнай все подробности и проверь, – приказал Дэмьен своему человеку, развернулся на пятках и ушёл.

Раунд за мной или нет?

* * *

Человек Дэмьена оказался туповатым и обидчивым. А может, это я – хамоватым и наглым. Он честно попытался разузнать у меня всё, что нужно, но я завалился обратно в палатку и сказал, что если он всерьез рассчитывает говорить, то либо пусть притащит воды и еды, либо приходит завтра.

После переругиваний и обещаний сломать мне что-нибудь, еду и воду принесли. Возникли здравые подозрения, а не плюнул он ли туда, что подпортило аппетит, но, надеюсь, он не настолько плохой человек.

Пока он ходил, я собрался с мыслями и подготовился к допросу. А в том, что это именно допрос, цель которого – подловить меня, сомневаться не приходилось. Этот тип всячески пытался придраться, но умом не вышел.

Закончилось тем, что на сомнения в том, что я слишком молод и слаб для выживания там, где более достойные люди полегли, предложил через пару недель встретиться в круге чести и проверить на деле, кто из нас слаб. Этот тип согласился. Ещё и обрадовался, что попытался скрыть. Пусть так. Если Дэмьен хочет убить меня чужими руками, что ж… Как минимум на минус одного солдата под его началом станет меньше. Так или иначе.

* * *

Всю следующую неделю лагерь перерабатывал последствия ночи. Обошлось без серьезных жертв. Как-никак, это армия, а не случайные люди собрались. Отработанные схемы, тактики и построения делали своё дело.

Прошёл слух, что перебили двадцать шесть кайт ши. Одного сердца хватит, чтобы продвинуться в большинстве темных таинств. Это, опять же, по слухам. Так что ничего удивительного, что за этот товар разразилась настоящая… не бойня, но около того.

Для меня все эти события прошли мимо. Я лежал в палатке, наведывался раз в день к лекарям, чтобы получить порцию лекарств, да залечивал раны физические и душевные. С последними была проблема.

Вся моя жизнь буквально потеряла смысл. На текущий момент я уже обзавёлся кое-какими полезными знаниями. Как минимум о перспективном мире. Да и изученные таинства, пусть и мелочь, но её могло хватить на билет домой. Иначе говоря, в случае незапланированной смерти был шанс, что Эар притянет меня обратно. А уж через пару лет, да построив алтарь, я бы гарантированно вернулся.

Сомневаюсь, что получил бы новый доминион, хотя кто знает. Тело бы точно выдали. А там и возможность начать сначала. Пройти нормально обучение, освоить то, что добуду здесь. Встретиться с мамой, устроить её жизнь…

Эти планы помогали держаться в самые тоскливые минуты. Когда я рисковал жизнью, когда тренировался на износ, когда получал раны и травмы, проливал кровь.

А теперь всего этого нет.

Нет возможности вернуться домой. Нет шансов на перерождение. Возможно, моя мама мертва, а если верить словам жрицы, то умерла она отнюдь не легкой смертью.

Одного этого факта было достаточно, чтобы размазать меня тонкий слоем, положить на лопатки и лишить воли к жизни.

Я остался один. Без права вернуться домой. Без семьи. Без будущего.

О том, что чувство одиночества, тоски и безысходности накатывало на меня раз за разом, я умолчу. Скажу только, что первые дни были самыми тяжелыми. В какой-то момент осознал, что тону. Что если так и дальше продолжится, то убьюсь в первом же бою. В принципе, на тот момент эта перспектива устраивала. Зачем растягивать мучения? Лучше быстро отмучаться, нежели просуществовать сколько-то лет одиночкой.

А потом заглянул Сергиус, выдал список людей, чьи таинства я должен перенять, и пообещал, что, если буду хандрить, он вытащит меня из палатки и засунет в нужник. С мотивацией у него, как обычно, плоховато, но это послужило толчком, чтобы я начал выбираться. Итогом стало заключенное с самим собой соглашение.

Я должен отыскать жрицу и расспросить ее о том, что случилось. Узнать все подробности, которые ей известны. А дальше… Кто знает. Вдруг я найду таинство «Навалять Эару за то, что вырезал весь мой род».

Чем не план? Безумный, но много ли надо тому, кто не особо-то и жить хочет?

* * *

Сергиус смог удивить. Дважды.

Первый раз, когда принёс список тех, к кому надо заглянуть. Удивил он вовсе не этим, а тем, что поведал важное уточнение на пути возвышения. О нем я и раньше догадывался, но наставник помог оформить понимание.

Таинства на определенном уровне изучения могли наслаиваться друг на друга и вырастать, как пирамиды.

Защитный покров на первом уровне позволял защитить какую-то часть тела. Этот уровень можно развивать как вширь, так и вглубь. То есть увеличивать площадь покрытия или его качество.

Официально считалось, что следующий шаг в этом таинстве – наращивание мощи. Но нет, всё куда сложнее. Никто не спешил выдавать стройную систему объяснений, поэтому я сам для себя её сформировал.

На втором уровне таинство защитного покрова сводилось к комплексному укреплению мышц, костей, кожи и внутренних органов. Точнее, в базовом своём виде развивалась только кожа. Остальное – это как раз те самые наслоения. В лагере имелись специалисты по каждому направлению: как сделать максимально сильную защиту в одной точке, как укрепить кожу, мышцы и всё прочее.

Причем, даже покрутившись некоторое в лагере, я лично не смог разобраться в этом и узнать, к кому и в какой последовательности идти учиться. Сержант и остальные солдаты, пусть их посмертие будет легким, тоже об этом не говорили. Как я подозреваю, информация не то чтобы секретная, но на блюдечке не лежит, нужен кто-то, кто верно сориентирует. Сергиус указал мне общее направление, а дальше я уже сам домыслил, выстроив у себя в голове систему.

Упомянутое – лишь малая часть того, как можно выстроить свою пирамиду. Хорошо освоившись в управлении внутренней энергией, я открыл пути к освоению таких вещей, как ускоренные восприятие, скорость движений или улучшение регенерации.

Этим я и занимался, пока выздоравливал. Наблюдал то за одним солдатом, то за другим. С кем-то общался, но пока лишь обозначил намерения, потому что платить было нечем.

Здесь-то Сергиус и удивил второй раз. Появился откуда ни возьмись и предоставил мне бюджет на взятие уроков. Но это была малая часть его вложений. Когда я прошёлся по каждому учителю и узнал, сколько нужно различных специй для освоения их направлений, и сидел возле палатки пришибленный, наставник снова материализовался и выдал мне мешок… специй.

С таким же успехом он мог мешок с золотом скинуть. И то эффект был бы не столь разительным. Нет, ничего сложного в том, чтобы достать большую часть этих вещей в лагере, не было. Но требовались деньги. Серьезные деньги и связи. Как Сергиус умудрился это провернуть – выходило за рамки моего понимания и представлений о наставнике.

– Раз уж ты согласился на бой, то обязан не посрамить честь учителя. У тебя неделя, чтобы освоить всё.

– Наставник, вы шутите?

– Нет, – сказал он, развернулся и ушёл.

Я тоже шутить не стал. Меня ещё шатало по эмоциям, сидение без дела давило на психику, поэтому я полностью отдался практике. Заодно поправил своё здоровье. И то ли мотивация хорошей оказалась, то ли накопился критический груз тренировок, то ли ещё что, но за последующую неделю я рванул по всем показателям и освоил наконец-то полноценный защитный полог. Да не простой, а с кучей дополнений. Пусть я был только в начале пути, но уже умел укреплять кожу, кости, мышцы и внутренние органы и ускорять заживление ран.

Полноценный полог – имелось в виду, что я теперь всё тело покрыл. Это считалось серьезным уровнем. Достаточным, чтобы обратиться к офицеру, попросить о проверке и подтвердить свой статус опытного таланта. Двух таинств, защитного и атакующего (я продемонстрировал темное лезвие), хватило для того, чтобы с успехом сдать экзамен и тем самым подняться в табели о рангах. Я перестал быть бесправным новичком и заявил о себе как о серьезной боевой единице.

Что добавило пикантности предстоящему бою.

* * *

Когда в одном месте собирается толпа практиков, пусть это и называется армией, вольно-невольно, а конфликты возникали, возникают и будут возникать. Для чего и были придуманы различные методы урегулирования. Разумеется, солдат старались умотать так, чтобы они не думали о глупостях, но иногда конфликт выходил на тот уровень, когда мирно решить его не получалось.

Для чего существовал дуэльный круг. Дрались обычно либо до сдачи, либо до нокаута, либо до первой крови. Популярное мероприятие, чтобы и силы проверить, и пар выпустить.

Исключение – суд чести, когда обычной дракой вопрос решиться не мог.

Сам бой меня не пугал. Единственное, чего я недооценил, – это возможности Дэмьена влиять на общественное мнение. Кто-то, не буду показывать пальцем, пустил слух о том, что я предатель, а обстоятельства смерти моего отряда слишком подозрительные. Кроме своего отряда, я ни с кем не общался, большую часть времени проводил в вылазках, в армии появился недавно, поэтому и сложилось так, что никто не мог сказать, что Эрано – нормальный парень.

Для большинства я выглядел и правда странным и подозрительным. У слухов не возникло препятствий, и это подготовило почву для моего убийства.

Мне даже напрягаться не пришлось, чтобы узнать это. Некоторые особо одаренные личности сообщили об этом в весьма фривольной форме.

– Подыхать идёшь, подстилка дороманцев?! – крикнул мне какой-то идиот.

Я остановился, окинул его взглядом и ответил миролюбиво.

– Если ко мне есть какие-то претензии, то можешь быть следующим в круге.

– Да легко! – ударил он себя в грудь, а его дружки за спиной загалдели.

– Что здесь происходит? – за спинами солдат нарисовался командир, и они как-то сразу притихли. – Если вы, умственно отсталые, опять учудить чего вздумали…

Конца фразы я не услышал, так как воспользовался заминкой и, скользнув между палаток, скрылся в лагере. Не потому, что боялся командира, а потому, что не хотел тратить время на всякую ерунду. Да и разжигание конфликта – лишнее. Убить одного на дуэли – это по меркам армии достойный поступок. Меня оскорбили, я ответил. Убить нескольких – это уже не так достойно, а больше похоже на подрывную деятельность. Не хочу предоставлять Дэмьену лишних аргументов против меня.

В назначенный час, прихватив копье, пришёл на арену. Утоптанный кусок земли, со вбитыми кольями по кругу. В диаметре около двадцати шагов. Не разгуляешься, но и тесно не будет. Дэмьен Гронворк сидел на почётном месте. Солдатня, которая не была прямо сейчас чем-то занята, тоже собралась. Человек сто или около того.

Люди расступились, дали пройти, поприветствовали меня свистом. Мой противник тоже вышел. С копьем, как и я. Надо было узнать его имя. Впрочем, зачем? В данной ситуации он безликий статист, что увяз в чужой паутине.

Я ждал, когда Дэмьен даст отмашку. Именно он выступал здесь и сейчас распорядителем. Но вместо этого запел сигнальный рог. Этот звук означал, что в лагерь прибыло большое начальство. Дэмьен нахмурился и отослал одного из сидящих рядом солдат. Остальные зашептались, кто-то свалил с арены.

Бой-то будет или нет?

Я отошёл к краю арены и облокотился на копье. Кажется, придётся ждать.

* * *

Чутье не подвело. Поединок отложили на час. Дэмьена вызвали в штаб, а без его участия проводить дуэль было нельзя. Точнее, можно, но в данном случае он запретил.

Вернулся аристократ в компании других господ и… Кристиана Изгоняющего. Тот выглядел как айсберг среди мелких обломков кораблей. Возвышался надо всеми как минимум на голову, а в размахе плеч был готов поспорить с любым. Не человек, а какая-то аномалия.

– Начинайте! – крикнул Дэмьен, когда все важные гости расселись.

Сами господа заняли места на трибуне. Она здесь одна была. Все остальные, кто хотел посмотреть, стояли вокруг на своих двоих. Я встал, потянулся и встряхнулся, разгоняя кровь по мышцам. Появление Кристиана меняло расклады. Он уже один раз обратил на меня внимание, и что, если получится вновь заинтересовать его? В прошлый раз я так и не понял, что привлекло его, а в этот… В этот у меня больше возможностей повернуть ситуацию себе на пользу.

Хм…

Мой противник дошёл до середины арены и встал в стойку, из которой как атаковать можно, так и защищаться.

Хм…

Ускорившись и сорвавшись с места, да так, что земля из-под ног вылетела, я отбил выпад, сблизился и ткнул мужчину лезвием в корпус. Тот успел лишь покров призвать, но…

Хлесткий удар пробил его защиту, а темное лезвие, что я пустил следом, вошло в плоть, проникло внутрь, и сквозь солдата во все стороны прошли черные штыри. Не совсем лезвия. Нда…

Его тело постояло несколько секунд, а потом рухнуло на землю. Повисла тишина.

– Солдат! – голос Кристиана разрушил её. – Подойди.

Когда фигура столь высокого калибра велит подойти, то единственное, что ты можешь выбрать, – это то, с какой скорость метнуться, заодно решив, не упасть ли на колени. Так, на всякий случай.

Я обошёл мертвое тело и встал напротив, как говорят, сильнейшего бойца герцогства. А теперь и двух герцогств.

– Почему ты его убил?

– Это был суд чести, господин, – склонил я голову.

Кристин сидел на скамье. Остальным приходилось тесниться, а он сидел, можно сказать, что в одиночестве. Стоя рядом, я ощутил, какая волна силы исходит из него. Силен, ох силен. Не припомню, чтобы встречал кого-то подобного.

– Что послужило поводом?

Я посмотрел на Дэмьена, что сидел неподалеку и дал ответ так, чтобы все услышали.

– Меня обвинили в том, что я сотрудничал с дороманцами. Слышать такое, после того как они перебили мой отряд, людей, с которыми я проливал кровь… Простите, господин, но, как по мне, такие оскорбления прощать нельзя.

– Тебя обвинил этот человек? – прищурился Кристиан, кивнув на труп за спиной.

– Меня обвинил человек Дэмьена Гронворка. Также, возможно, он распустил лживые слухи об этом по всему лагерю.

Я бы мог просто ответить «да». Но здесь и сейчас был шанс разыграть несколько карт. Обострить наш с Дэмьеном конфликт, а там посмотреть, что выйдет. Ситуация-то не самая простая. Будь здесь Кастл Тамал, на чьей земле я жил до этого, у нас были бы совсем другие отношения. Господин и его собственность. Но Гронворк из другого баронства. Пусть он и аристократ, пусть его и назначили командиром над людьми Тамал, пусть я и попал в его же отряд… В общем, после смерти отряда и этой дуэли наши с ним отношения под большим вопросом. Добавим к этому моё недавнее подтверждение статуса и быструю победу, где я продемонстрировал что-то сильно нестандартное, и получим…

Получим немного хаоса, в котором легко как лишиться головы, так и вылезти вперед.

– Дэмьен, это правда? Ты обвинил Эрано в том, что он сговорился с врагами? – в голосе Кристиана послышался раскат грома.

Кажется, в этот момент весь лагерь поёжился. Да что там, я уверен, дороманцы всем народом вздрогнули. А они ведь далеко, за горами прячутся.

– Весь его отряд погиб, – ответил Дэмьен, сохраняя внешнее спокойствие и при этом буравя меня ненавидящим взглядом. – Он один выжил. Это слишком подозрительно.

Пока он говорил, я думал совсем о другом. Кристиан запомнил моё имя. Может, он, конечно, обладает настолько хорошей памятью, что для него это не проблема, но… С нашей встречи пару лет прошло. Обычных мальчишек люди его калибра не должны запоминать. А ещё преднамеренно или нет, Кристиан показал, что знает меня.

Серьезная заявка. И что-то я уже не уверен, что связь с этим человеком к добру. А то мало ли, во что это выльется.

– С каких пор удача и доблесть в бою подозрительны? – недовольство в голосе Кристина услышал даже тупой.

Дэмьен на это едва заметно скривился и промолчал.

– Можешь идти, солдат. Надеюсь, в ближайшие дни ты покажешь себя. Негоже убивать своих же, когда у нашего герцогства хватает врагов.

Поклонившись, я отправился на выход с арены. Когда проходил мимо зрителей, те провожали меня молчаливыми взглядами.

* * *

– Что это было, Эрано?

– О чём вы, наставник? – сделал я невинное лицо.

– То таинство. Никогда такого не видел.

– А, вы про это… Это я разозлился.

– Разозлился?

– Да, наставник. Навалилось всякое разное, вот и психанул.

– Воину пристало контролировать свои эмоции, – с серьезным видом заявил Сергиус.

– Обязательно займусь этим, наставник. – На следующий день я был сама учтивость.

– Завтра выдвигаемся, – перешёл он к основной теме.

– Куда?

– Отправимся в горы. Будем искать тропы и убивать дороманцев. Много убивать. Это та цена, которую придётся заплатить за свободу.

– Нас туда Дэмьен отправил?

– Дэмьен больше не твой командир. Пока что мы с тобой сами по себе. В этом деле и Кристиан поучаствовал, так что будь аккуратнее, Эрано.

– Как скажете, наставник. Как скажете…

Значит, в горы. Отлично. Это приблизит меня к рыжей. А там, глядишь, выслежу её и спрошу как следует.

Content

Роман Романович
Ловец знаний 2. Охота

Пролог

Глава 1. День

Глава 2. Поисковый отряд

Глава 3. Битва

Глава 4. Возвращение

Глава 5. Пустые усилия

Глава 6. Зима

Глава 7. Твердый мир

Глава 8. Передышка

Глава 9. Незапланированные неприятности

Глава 10. Погоня

Глава 11. Кровавый урок

Глава 12. Кульминация

Глава 13. Новые проблемы

Глава 14. Рядовой

Глава 15. Пыль дорог

Глава 16. Первый выход

Глава 17. Вражеский отряд

Глава 18. Приглашение

Глава 19. Привет от бога

Эпилог