Джеймс Роллинс - Индиана Джонс и Королевство хрустального черепа

Литературно-художественное издание

Для широкого круга читателей

Джеймс Роллинс

Индиана Джонс и Королевство хрустального черепа

Приключенческая повесть

Перевод с английского С. Магомета

Редактор М. Теплова

Художественный редактор Е. Гальдяева

Технический редактор Е. Кудиярова

Корректор И. Мокина

Компьютерная верстка А. Федоров

Книга представляет собой перевод оригинального издания:

James Rollins

«Indiana Jones and the Kingdom of the Crystal Skull»

Дизайн обложки H. Сушковой

Пролог

1546 год

Вернись!..

Франческо де Ореллана поднялся на гребень скалы. У самого края пропасти, почти без сил, упал на колени. Внизу простиралась пустынная равнина без начала и конца. На заходе солнца выжженная, скалистая местность казалась отражением собственной души испанца. Отсюда, с вершины утеса были хорошо видны рисунки огромных размеров, выбитые прямо на каменистом плато и разбегавшиеся в разные стороны на многие мили. Среди них изображения обезьян, насекомых, змей, цветов, а также каких-то неизвестных загадочных существ.

Проклятая Богом и заселенная демонами страна. Ох, не нужно, не нужно было сюда соваться.

Франческо сорвал с головы конкистадорский шлем, отбросил в сторону. Догорал закат. Вытащив из ножен меч, Франческо с силой вогнал клинок в раскаленный песок. Эфес и рукоятка испанского меча отбрасывали тень, похожую на распятие.

Франческо начал молиться – об отпущении грехов, о спасении души.

О, милостивая Пресвятая Дева!..

Но разве можно вымолить прощение за все совершенные убийства?

На лезвии меча, на рукоятке густо запеклась кровь. Свежей кровью забрызганы позолоченные доспехи. Это кровь его товарищей, которые пали от его руки.

Своим золотым кинжалом Франческо перерезал глотки братьям-близнецам Яго и Исидору. Потом, как поросенка, выпотрошил Гаспара и, выхватив меч, одним ударом снес с плеч голову силачу Рогелио. А Олеоса, который пустился наутек, заколол в спину. Потом зарубил убегающего Диего. Предсмертные хрипы товарищей были слышны даже здесь, на вершине скалы.

Потом все стихло.

Бойня закончилась.

Вернись!..

Франческо застонал и впился ногтями в виски. Дьявольский призыв раскалывал череп. Ему хотелось вырвать из головы этот властный голос; он проклинал себя за то, что преступил грань запретного. Но все было напрасно – голос не отпускал его. Злой демон, словно острый гарпун, прочно засел в его теле. И проникал все глубже: впивался в позвоночник, разрывал внутренности.

Нет спасенья...

Несколько недель Франческо пытался выбраться из этих проклятых мест, прихватив с собой добычу. Награбленным сокровищам не было цены. Драгоценные предметы могли бы изумить и королеву! Один сундук доверху набит золотом и серебром, другой – изумрудами и рубинами. До отплытия судна, бросившего якорь в укромной гавани, оставалось всего несколько дней.

Казалось, до спасения рукой подать...

Но зловещий голос повелевал: «Вернись, вернись!..»

Корчась от боли около воткнутого в землю меча, Франческо молил о пощаде. Когда солнце зашло, он понял, что окончательно сломлен и спасенья действительно нет. Каждый новый шаг только обострял боль, засевшую в мозгу. А голос звучал все настойчивее. Истощились последние силы. Он понял, что попал в ловушку, из которой только один выход.

Странно, но его товарищи не испытывали ничего подобного. На обратном пути они веселились, как дети, хвастались друг другу своим богатством, мечтали, строили фантастические планы на будущее. Когда он приказал повернуть назад, его не послушались. На него набросились с кулаками и бранью. Пытались заставить идти дальше. В конце концов, они решили, что бросят его одного, а сами, прихватив сокровища, отправятся на корабль.

Франческо не возражал.

Однако, одурманенные жаждой наживы, они решили захватить с собой и то, что принадлежало лишь ему, Франческо. Как бы не так! В припадке слепой ярости он набросился на них и перерезал, как свиней. Никто не мог остановить его.

«Вернись!..» – требовал голос.

Теперь он остался в полном одиночестве.

Теперь можно было повернуть назад.

После захода солнца, когда на землю опустилась ночная мгла, Франческо с трудом поднялся на ноги, водрузил на голову шлем и вытащил из земли меч. Развернувшись кругом, он покорно зашагал вниз по склону холма – прямо в темное ущелье.

Вдруг ему показалось, что впереди что-то движется. Присмотревшись, он увидел, что из-за скал, из пещер, из густых зарослей повылезали какие-то темные фигуры. Они ползли к нему отовсюду. Он слышал, как стучат их костистые колени, как цокают по камням пятки.

На него надвигалась настоящая армия. Армия ходячих скелетов, высохших до костей живых мертвецов.

Побледнев, Франческо развернулся и бросился в обратную сторону. Вот теперь он действительно пропал.

Живые мертвецы настигали его.

Они хотели утащить его прямо в ад.

Туда ему и дорога.

Воздев руки к ночному небу, Франческо завопил – но не от ужаса, а от отвращения, понимая, что теперь проклят на веки вечные. За то, что осмелился нарушить приказ, который звучал у него в голове. Жестокие и беспощадные, мертвецы подступали все ближе. Истошный вопль бедного Франческо снова прорезал ночь. В голове у него звучал все тот же призыв: «Вернись, вернись!..»

Часть первая

Город Судного дня

Глава 1

Юкатан, Пенсильвания, 1957 год

Каждый камень хранит свою историю.

Лежа на животе, он ползком пробирался по круглой пещере. На каменном полу был вырезан круговой календарь майя. Огромное колесо с множеством концентрических кругов, которые были разделены на сектора, каждый снабженный своим особым символом. Впереди, в самом центре располагалась громадная статуя в виде змеиной головы. Как живая. Казалось, она вот- вот бросится и проглотит любого зазевавшегося пришельца. В распахнутую змеиную пасть вполне мог пролезть взрослый человек.

Но что там внутри?

Это он и хотел узнать.

Вот бы только туда добраться!..

Он старался двигаться быстрее, но сверху все тяжелее давил низкий потолок. Скоро нельзя было встать даже на локоть. От рискнувшего забраться в эту узкую, низкую пещеру требовалась змеиная гибкость. Вероятно, это была своеобразная дань уважения Кетцалькоатлю, Пернатому Змею, сакральному божеству племени майя. Правда, в отличие от божества, теперешний лазутчик не обладал оперением. На нем были обыкновенные штаны цвета хаки, потертая кожаная куртка, какие носят военные пилоты, а также видавшая виды потрепанная шляпа «Федора».

Перепачканный с ног до головы грязью, он медленно полз по полу, выложенному известняковыми плитами. Всю прошлую неделю в Юкатане лило как из ведра. Казалось, ясное небо и солнце исчезли навсегда. А теперь в довершение всех бед на Юкатан обрушился тропический шторм, грозивший выгнать незваных гостей из заросшего джунглями развалин древнего города майя.

– Эй, Индиана! – послышался голос с верхней площадки.

– Я здесь, Мак! Немного забуксовал... – откликнулся Индиана Джонс.

– Скоро начнет темнеть, дружище, – озабоченно предупредил товарищ, говоривший с сильным английским акцентом. – И ветер все усиливается. Минуту назад меня чуть не оглушило сорвавшимся с пальмы кокосом.

– Велика важность, еще один тропический тайфун!

– Да это настоящий ураган, Инди!

– Ладно, давай сойдемся на том, что это просто сильный тропический тайфун. Я здесь еще не закончил. Не уйду, пока не узнаю, что внутри этой статуи. Думаю, там что-то интересное...

Потайной вход в святилище майя Инди обнаружил пару дней назад. Само же святилище находилось в заброшенном городе на побережье Юкатана в центральной его части. Потребовался не один час тщательных раскопок, прежде чем удалось обнаружить секретный лаз, который вел во внутреннее помещение. Джунгли так густо опутывали храм, что здание до сих пор было надежно скрыто от алчных охотников за ценностями, попросту говоря, воров.

Пробираясь ползком, Инди попутно разглядывал циркулярный календарь. Мифологические изображения, расположенные во внешней части круга, рассказывали об истории возникновении народа майя, – как это описано в «Попул Вух», священной книге майя. Дата первого дня Творения соответствовала три тысячи сто четырнадцатому году до Рождества Христова по григорианскому календарю. Картинки, расположенные ближе к центру, повествовали об истории киче, одного из племен майя, заселявшем территорию современной Гватемалы. Три изображения Инди никогда раньше не видел. Это был рассказ о рождении и восхождении на царство бога Кетцалькоатля, Пернатого Змея.

Не обращая внимания на стертые колени, Инди продолжал карабкаться дальше – к внутреннему кругу, где располагались последние числа древнего календаря. А именно 21 декабря 2012 года, по современному летоисчислению.

До этой даты оставалось чуть более полувека.

Неужели в этот день действительно наступит Конец Света?

Что ж, времени до тех пор не так уж мало. Еще можно многое успеть!

Инди подобрался к змеиной голове и посветил фонарем в отверстие-пасть. Там располагалась какая-то полость, но дна видно не было. Символическая глотка змеи обрывалась вниз, подобно темному мрачному колодцу. Сколько Инди не старался, но так и не сумел рассмотреть, какой глубины колодец. Никаких подробностей. Темноту заполняло лишь эхо.

Инди просунулся в отверстие и опустил фонарь. Внизу что-то серебристо заблестело, но что это такое – не рассмотреть.

– Индиана! – снова позвал Мак с верхних ступенек. – Что ты там делаешь?

– А ты как думаешь?

– Такое впечатление, что ты решил залезть в глотку гигантскому питону.

От этой шутки у Инди по спине побежали мурашки. Это было похоже на ночной кошмар. Изогнувшись, он снял с плеча смотанный, как лассо, длинный пастуший кнут. Привязав к концу фонарь, он стал опускать его в колодец. По мере того как разматывался кнут, мгла отступала. Стены колодца были выложены гладко отполированными известняковыми плитами.

Наконец фонарь осветил то, что поблескивало серебром. Вода! Подземный источник, журчавший на дне колодца. Значит, змеиная пасть вела к одной из многочисленных подземных рек, пронизывавших известняковые глубины Юкатана. Они могли простираться во все стороны на многие километры. Майя считали, что это вход в загробный мир.

Инди опустил фонарь ниже. Вода бурлила, словно полноводная река. И неудивительно – после нескончаемых проливных дождей, которые за последние дни морской тайфун обрушил на Юкатан. Между тем, несмотря на бурный поток, вода была кристально прозрачной, и на дне колодца виднелось еще одно последнее изображение.

Еще немного, и ему удастся его рассмотреть.

Инди пролез дальше, свисая почти до пояса, и протянул руку вниз. Картинка слегка расплывалась. Но Инди ее узнал. Точно такую он видел над притолокой у входа в храм. Вырезанное на камне изображение человека, перевернутого вверх ногами, – что должно было символизировать рождение, приход человек в этот мир.

А может быть, нечто совершенно противоположное – предостережение...

Слишком поздно! Карниз под Инди обломился, и осколки посыпались вниз. А за ними и сам Инди. Сердце едва не выскочило из груди, из горла вырвался крик ужаса и отчаяния. Расставив руки и ноги, стараясь зацепиться за стены, он кубарем катился вниз. Увы, стены колодца оказались абсолютно гладкими...

– Инди! – донесся откуда-то издалека голос Мака.

Фонарь шлепнулся в воду и тут же погас. Затем в воде оказался Инди. Мощный поток подхватил его и в кромешной темноте понес по подземному тоннелю. От студеной воды перехватило дыхание. Уносясь в неизвестность, Инди старался перевернуться, чтобы в случае чего приземлиться на ноги.

Что и говорить, со змеями шутки плохи!

* * *

Небольшой отряд продирался сквозь густые тропические джунгли. Вокруг бушевала водяная стихия. Ураганный ветер срывал верхушки пальм и ломал ветки деревьев. Тяжелый крупный дождь был похож на град, обжигал, словно плетка.

Это была невероятно трудная миссия, но впереди сквозь мутную лесную чащу уже мелькали огни лагеря. Туда они и направлялись.

Бойцы ударной группы были отлично экипированы: защитные очки, шлемы, камуфляж, но от разгула стихии это почти не спасало.

Впрочем, ничто не могло их остановить.

У командира группы имелся строгий приказ.

Добыть «языка».

Остальных уничтожить.

* * *

Задержав дыхание, Инди несся сквозь абсолютную тьму.

В глазах рябили какие-то огни, свет. Сначала он решил, что это следствие кислородного голодания. Легкие разрывало от удушья. К чему борьба?.. Потом он осознал, что свет настоящий. Где-то в конце темного тоннеля все ярче мелькали отблески дневного света.

Забрезжила слабая надежда.

Побережье!

Заброшенный город в джунглях находился всего в нескольких сотнях ярдов от береговой линии Юкатана. Вполне возможно, что подземная река, пробившись сквозь прибрежные скалы, вела прямо к морю.

Стиснув зубы, Инди решил, что это его последняя надежда.

Внезапно тьма сменилась сумрачным светом, какой бывает в ненастную погоду. Туннель вывел в небольшую полость. Но этого оказалось достаточно, чтобы высунуть из воды нос и жадно вдохнуть. Присмотревшись, Инди увидел впереди просвет: подземная река выходила наружу. А еще немного погодя – кусочек пасмурного неба в обрамлении густых джунглей. Вырвавшись из скалы, река обрывалась вниз громадным водопадом. До уха Инди донесся также мерный гул тяжелого морского прибоя.

Он все еще находился значительно выше уровня моря.

Сопротивляться мощному течению реки было бесполезно. Словно пробка, выпущенная из бутылки шампанского, Инди вылетел на свет божий, оказавшись над громадным обрывом. Внизу среди зазубренных скал пенились волны.

Извернувшись в воздухе как кошка, Инди размахнулся и резко щелкнул кнутом. Фонарь, который он привязал к его концу, давно пропал. Скорее инстинктивно, нежели повинуясь отработанной технике, Инди удалось надежно перехлестнуть длинный кнут через висящие над обрывом оголенные корни деревьев.

Крепко вцепившись в ручку кнута обеими руками, Инди круто взмыл в воздух. Потом, подобно маятнику, его понесло назад. Его спасло то, что он успел вытянуть ноги и спружинить об отвесную скалу. Потом его снова развернуло, на этот раз боком, и больно ударило о камни.

Тяжело дыша, он закачался над пропастью.

Ветер и дождь беспощадно хлестали по лицу. Оглушительный гром сотрясал землю. Выбора не было. Из последних сил Инди стал карабкаться вверх по скале. Порывы ураганного ветра, то и дело налетавшие сзади, грозили сбросить в пропасть. Почерневшие небеса зловеще ощеривались молниями. К счастью, в наклонной скале имелись многочисленные выбоины и террасы, по которым, как по удобным ступеням, Инди методично поднимался все выше. Через четверть часа он добрался до вершины.

И, раскинув руки, повалился ничком на землю.

Инди представил себе анатомию подземной реки, все ее русло: сначала он провалился змее в пасть, потом его протащило по ее кишкам и, наконец, вышвырнуло через зад. Как будто и правда побывал в змеином чреве.

Вспомнив шутку Мака, Инди невольно вздрогнул. Быть проглоченным змеей – такое даже врагу не пожелаешь. Как бы там ни было, все позади. Можно представить, как будет потешаться Мак, когда услышит о его приключениях. Будучи англичанином, он, конечно, подыщет более яркие эпитеты, чтобы описать появление Инди из змеиного ануса.

Что ж, теперь можно и посмеяться.

Инди застонал и поднялся на четвереньки.

Пропади они пропадом эти змеи – и настоящие, и каменные!

Морщась от боли, Инди поднялся на ноги и стал спускаться со скалы. Ноги и спина ныли так, словно он попал под асфальтоукладчик, а голова кружилась как после нескольких тяжелых нокаутов. Пару дней придется пролежать пластом. Это ясно.

Ураган все крепчал. Инди медленно пробирался через джунгли в развалинах древнего города. Лагерь археологов располагался на другом конце города, в самых дебрях. Грохотал гром, крупные капли дождя падали и разрывались, как шрапнель. Обогнув развалины, Инди направился прямо в лагерь. Наверное, Мак уже извелся, переживая, куда запропастился его товарищ?!

Как бы там ни было, приятно, когда о тебе кто-то беспокоится и ждет.

Уставший, как собака, оглушенный бурей, Инди вошел в лагерь, еще не успев осознать, что здесь творится что-то неладное. Вдруг он споткнулся. Поперек тропинки лежал мертвый человек, уткнувшийся лицом в траву. Инди охнул и попятился назад.

Хлесткий звук винтовочного выстрела перекрыл раскаты грома.

Он прозвучал там – в самом центре лагеря.

Потом затрещала автоматная очередь.

Расхитители могил или местные повстанцы. Больше некому.

Выругавшись сквозь зубы, Инди бросился обратно в джунгли. Кроме пастушьего кнута, никакого другого оружия. Если удастся зайти в тыл противнику, то, напав из засады, можно завладеть пистолетом или карабином...

Обернувшись к зарослям, Инди замер на месте. Из джунглей выходили солдаты в защитных очках. С автоматами наперевес. На опушку вытолкнули человека. Он упал на колени. Окровавленный, одежда разодрана в клочья.

Это был Мак.

За ним шагал громила в очках и шлеме, с ног до головы замызганный грязью. На его форме не было никаких знаков отличия. Но он был явно за главного.

У Мака, продолжавшего стоять на коленях, при виде Инди от изумления отвисла челюсть.

– Инди?! Как? Откуда?.. Я же собственными глазами видел, как тебя проглотила змея!

– Кажется, я пришелся ей не по нутру.

Инди подошел к товарищу и помог ему подняться на ноги.

Мак печально вздохнул. Вокруг них сомкнулись солдаты.

– Лучше бы тебя сожрала змея... – пробормотал он.

Глава 2

Невада, 1957 год

Пустыня убивает неосторожных. Тот, кто не усвоил этого правила, погибает первым.

Сержант Джимми Уайкрофт прижал скорпиона каблуком, а затем раздавил, наслаждаясь хрустом. Он и еще двое полицейских прятались в тени небольшой патрульной будки. Один из них, прикрывшись ладонью от солнца, вглядывался в слепящее пространство. Вокруг патрульной будки простиралась раскаленная пустыня с редкой растительностью и колючими кактусами. Никакого движения. Разве что пробежит дикая собака, или ветер закружит пыль, или по равнине прокатится перекати-поле. Жуткая скука.

Примерно на расстоянии одной мили от полицейского поста, в районе автотрассы, над пустыней взвились два пылевых облака. Какое-никакое развлечение! Кому-то взбрело в голову устроить гонки. Соперники, решившие устроить это дурацкое состязание, более чем странные: допотопный «роудстер» тридцать второго года выпуска и внушительный армейский внедорожник.

Слева от сержанта Уайкрофта расположился капрал Хиггинс. Поднеся к глазам бинокль, капрал принялся комментировать происходящее с таким жаром, словно это были скачки высшей лиги в Кентукки.

– ...Вот «форд-роудстер» настигает внедорожник... Как видно, у него самые серьезные намерения! Пока соперники идут ноздря в ноздрю...

Капрал достал пару долларов и, положив их на порог патрульной будки, прижал булыжником.

Ставки сделаны.

На борту внедорожника отчетливо видна армейская символика. Сержант Уайкрофт ухмыльнулся. Он поставил на «форд», а значит, против родной команды. Следом за «фордом» шли грузовики и джипы. Судя по всему, армейская колонна направлялась на какой-то отдаленный полигон. И тут, откуда ни возьмись, этот шальной «роудстер» с наглыми тинейджерами. Дикие вопли, разносящиеся по прерии, слышны даже здесь, на удаленном полицейском блокпосте. Водитель головной машины, заскучавший в дороге, не выдержал и решил принять вызов: помериться силами с «роудстером» прямо посреди раскаленной пустыни.

– Постой, постой! Кажется, вперед вырвалась моя лошадка! – возбужденно продолжал Хиггинс, который поставил на армейский внедорожник против старого «роудстера». – Они направляются в сторону кафе «Атом».

Уайкрофт прищурился. Оставляя за собой два пыльных облака, автомобили пронеслись мимо местной придорожной забегаловки с неоновой вывеской в виде сияющей ракеты.

– «Роудстер» отстает все больше... Внедорожник явно вырывается в лидеры... Вот это гонка!

– Сэр, может быть, нам следует связаться с колонной по рации? – предложил третий полицейский. Рядовой Митчелл был на базе новичком, еще не умел держать себя в руках, хотя и прятался за солнцезащитными очками. Он нервно оглянулся на колючую проволоку, которая ограждала вверенную им территорию. Въезд на полигон преграждал шлагбаум. – Неужели нам нужно дожидаться приказа?

Сержант Уайкрофт беспечно махнул рукой. Он служил в этой пустыне вот уже пять лет. И привык пользоваться моментом – не пропускал ни одной забавы.

– Предлагаю увеличить ставки! Двадцать против одного, что «роудстер» придет первым!

– Годится! – ухмыльнулся Хиггинс. – Принимаю вызов!

Две автомашины неслись по трассе, набирая скорость. Теперь они шли бампер к бамперу, так что нельзя было различить, кто лидирует.

Хиггинс прилип к биноклю.

– «Роудстер» вырывается вперед... – сообщил он дрожащим голосом.

Уайкрофт самодовольно ухмыльнулся. В чем в чем, а в машинах он разбирался. Недаром столько лет проработал в отцовском гараже. «Роудстер» хоть и был на четверть века старше внедорожника, но, оснащенный шестицилиндровым двигателем с форсажем, вполне мог с ним соперничать. За семь секунд развивал скорость от нуля до шестидесяти миль в час. В общем, Уайкрофт ничуть не сомневался, кто придет к финишу первым.

Хиггинс громко выругался. Пришлось признать свое поражение.

По прериям разносились торжествующие вопли тинейджеров из «роудстера».

– Как вы догадались, сержант? – огорченно пробормотал Хиггинс, опуская бинокль.

– Поживи с мое, капрал, – хмыкнул Уайкрофт.

Наклонившись и отбросив в сторону булыжник, он сунул выигранные доллары в карман. Потом отряхнул штаны, потянулся и снова устремил взгляд в пустыню.

Армейский внедорожник снизил скорость, свернул в сторону, неторопливо запылил по узкой проселочной дороге, которая не имела на картах ни названия, ни номера. Между тем дорога вела прямо к их полицейскому блокпосту. Постепенно внедорожник догнали остальные автомашины, и теперь колонна двигалась единым порядком.

– Кажется, к нам гости, парни, – беззаботно сообщил Уайкрофт. – Интересно, кому это дома не сидится?

Не успели они оглянуться, как армейская колонна с командирским внедорожником во главе уже подъезжала к блокпосту. Завизжали тормоза, зачихали выхлопные трубы. Колонна стала притормаживать.

Уайкрофту пришлось выйти из будки на пекло. Стоя на середине дороги, он поднял руку. На его лице застыла маска холодного равнодушия. Выражение лица человека, который знал свое дело.

Тяжелый внедорожник ударил по тормозам и остановился.

Уайкрофт не торопясь подошел к дверце водителя. Митчелл нервно поправил на носу солнцезащитные очки.

На задней дверце внедорожника медленно опустилось стекло. Показался локоть.

Начальственным тоном Уайкрофт обратился к водителю и пассажирам:

– Плохие новости, джентльмены. Данный район закрыт для проезда. На время проведения испытаний. Приказ действует в течение суток. Для всех без исключения.

Дверца командирского внедорожника открылась, и из него вылез высокий человек. Настоящий атлет. Гора мышц. На лице, словно вырубленном из ледяной глыбы, отсутствовали какие бы то ни было эмоции.

Человек решительно шагнул прямо к Уайкрофту.

Сержант невольно отступил назад. Не то чтобы его впечатлил рост громилы. На погонах у незнакомца поблескивали звездочки полковника американской армии. Уайкрофт подтянулся и поспешно отдал честь.

– Здравия желаю, сэр!

Офицер шагнул ближе. С тем же ледяным выражением лица.

Уайкрофт быстро оглянулся на своих подчиненных. Те, как и он, вытянулись по стойке «смирно». У Митчелла от усердия даже сползли с переносицы очки.

В конце концов, Уайкрофт решил, что не станет заискивать перед старшим по званию. У них свои начальники, у него свои. Приказ есть приказ.

– Прошу прощения, сэр. Боюсь, этот запрет распространяется также и на вас. Командный пункт прислал инструкцию еще утром. Ничего не могу поделать.

Полковник скривил губы в едкой ухмылке. Не то удивленно, не то презрительно. И по- прежнему не произнес ни слова.

– Прошу прощения, сэр... – пробормотал Уайкрофт, досадуя на собственную робость.

Полковник сделал к нему еще шаг. Теперь Уайкрофт отчетливо видел, что в голубых глазах сверкнуло что-то первобытно-дикое. И все молчком. Во всей ситуации было что-то зловещее.

Сержант машинально потянулся к кобуре.

Неожиданно хлопнули дверцы армейского грузовика. Откинулся задний борт. С поразительным проворством из кузова стали выпрыгивать солдаты, держа наперевес автоматические винтовки с глушителями.

Уайкрофт выдернул пистолет.

Слишком поздно.

Мрачный полковник ударил его по руке. Рука тут же онемела, словно перебитая тяжелой бейсбольной битой. Пистолет отлетел в сторону.

Сержант покачнулся. Его словно ударили под дых. Между тем полковник стоял, опустив руки.

Потом его обожгла боль. В руках солдат – автоматические карабины с глушителями, извергающие пламя. Беззвучно, как в страшном сне.

Мельком он увидел, как сраженный наповал рухнул на землю Хиггинс. Митчелл куда-то исчез. Уайкрофт оглянулся, надеясь, что у парня хватило ума дать деру. За задними колесами грузовика дергались чьи-то ноги в армейских брюках. Потом затихли. А рядом в пыли валялись солнцезащитные очки в никелированной оправе. Одно из стекол было пробито пулей. Оба его подчиненных были мертвы.

Как? Почему?..

Распластавшись на земле, Уайкрофт увидел рядом громадные армейские ботинки. Полковник наклонился к нему и взял за руку, словно хотел рывком поднять на ноги. На самом деле все, что ему было нужно, это стащить с сержанта нарукавную повязку с эмблемой военной полиции и шлем. Он перебросил повязку и шлем одному из своих людей.

Другой солдат уже подходил к воротам с ломиком в руках.

Дужка замка хрустнула, словно кусок сахара, и замок упал на землю.

Ворота широко распахнулись.

Рядом взвыл двигатель грузовика. Грузовик тронулся с места. За грузовиком – командирский внедорожник и джипы.

– Нет, не положено... – пробормотал Уайкрофт, захлебываясь кровью.

Но на него уже никто не обращал внимания. Колонна проследовала через ворота. Теряя сознание, сержант взглянул на табличку у ворот с названием объекта, который они охраняли: «Ангар № 51».

Все кончено.

Под самым носом у него пробежал скорпион. Убивает не только пустыня...

* * *

Развалившись на сиденье рядом с водителем, громила-полковник снял с головы кепи, провел ладонью по гладковыбритому черепу, а затем, щелкнув пальцами, показал на восток. Когда дорога стала карабкаться в гору, он сел прямее. Внизу, сколько хватало взгляда, раскинулась прокаленная солнцем пустыня, буро-красная, лишь кое-где торчали зазубренные каменные глыбы.

И кто тут только может жить? На родине полковника куда как прохладнее – зимой трещат морозы, а леса покрыты тонким инеем. Неудивительно, что американцы прячут свои секреты именно здесь – среди тарантулов и скорпионов.

Когда перевалили через холм, показалась длинная, пересекавшая равнину взлетная полоса. Покрытие из черного тармака вело прямиком к громадному ангару, такому громадному, что в нем мог бы разместиться не один реактивный самолет. Однако полковник знал, что там находились не самолеты.

Несмотря на удушливую жару, губы полковника растянулись в усмешке.

Наконец они у цели.

Как оказалось, ничего сложного.

На холме неподалеку от ангара виднелся небольшой бетонный бункер с тяжелыми воротами. Из ворот выходила узкоколейка, которая тянулась через пустыню и терялась среди дальних песчаных дюн.

Полковник перевел взгляд на ангар и взлетную полосу и сделал знак водителю, чтобы тот направлялся прямо туда. Вслед за внедорожником на взлетную полосу вырулили джипы и грузовик. Подъехав к воротам ангара, высотой с четырехэтажный дом, колонна остановилась. На воротах красовались огромные белые цифры – «5» и «1».

Моторы работали на холостом ходу. Все ждали дальнейших распоряжений полковника.

Солдаты беспокойно перешептывались, им было не по себе. Еще бы: они проникли в самое сердце вражеского логова. В зеркало заднего обзора виднелся грузовик, в котором они доставили «языка». «Язык» должен был помочь добраться до сокровища, спрятанного в ангаре.

За «языка» пришлось заплатить кровью и жизнями нескольких товарищей.

Полковник распахнул дверцу и выбрался наружу. Затем, строго по старшинству, из машин стали выпрыгивать остальные, занимая позиции по всему периметру – на тот случай, если их обнаружат и придется держать оборону. Нельзя было терять ни секунды. Полковник кивнул двум солдатам с ящиком инструментов, и те бросились к электрическому щитку – отпирать ворота.

Пока техники занимались воротами, нужно было сделать еще кое-то.

Решительно подойдя к фургону, полковник сделал знак, чтобы отперли заднюю дверцу. Два солдата взяли наизготовку автоматы, а двое других, вытащив из фургона какого-то изможденного человека, кое-как поставили на ноги. Человек был высокого роста, замотан в пончо, с тонкими седыми усами. По его багровому лицу струился пот. Его щеки были в ссадинах, а один глаз заплыл синяком. Не обращая внимания на направленные на него автоматы, человек разминал затекшие руки и ноги и отряхивал пыльную куртку.

Полковник равнодушно шагнул мимо него.

Этот не представлял большой ценности.

Один из солдат достал фотографию и сличил ее с человеком в пончо.

– Кажется, это не профессор! – громко сказал он по-русски.

Полковник сверкнул на солдата глазами. Сейчас они не могли позволить себе глупых ошибок. В пустыне даже шепот разносился на многие сотни метров. Если русскую речь услышат на сверхсекретной американской военной базе – то-то поднимется переполох!

По знаку полковника из фургона вытащили второго избитого пленника. Его седая шевелюра была растрепана, а седая, давно не стриженая борода клоками торчала во все стороны. Обутый в запыленные сапоги, он с трудом держался на ногах. Он находился под прицелом сразу трех стволов. Сопротивление бесполезно. Впрочем, и этот второй пленник, не обращая внимания на направленные на него автоматы, с любопытством осматривался по сторонам. Его лицо было разбито еще сильнее, чем у первого. И он кидался в драку при первой же возможности.

– Вот тот, кто нам нужен, – сказал солдат, еще раз взглянув на фотографию.

Полковник молча кивнул. Этот человек был тем самым «языком», без которого проведение всей операции было бы невозможно. Выполняя секретный приказ, полковник похитил его из джунглей и доставил сюда.

Солдат заглянул в фургон и, достав старую коричневую «Федору», нахлобучил ее пленнику на голову.

Между тем первый пленник расправил усы и, окинув неторопливо небо и пустыню, обратился к товарищу по несчастью, выговаривая слова с отчетливым английским акцентом:

– Как бы там ни было, Индиана Джонс, теперь ты, по крайней мере, дома!

Глава 3

Шагая по взлетной полосе под прицелом нескольких стволов, Инди подслеповато щурился на солнце. Над раскаленным черным покрытием слоилось густое марево. Каждый шаг отдавался в голове болезненными спазмами – после бесчисленных тумаков, которыми его осыпали последние дни. Во рту стояла отвратительная горечь с оттенком миндаля и яблока. Знакомый вкус. Малоприятная штука.

Тиопентал натрия.

Седативный препарат, который используют в тех случаях, когда кому-нибудь нужно развязать язык.

Известная дрянь!

Инди потер синяк на шее – от укола шприцем. Сколько дней прошло? Как в тумане замелькали эпизоды: нападение посреди джунглей, похищение, долгая тряска по грязным проселочным дорогам, пересаживание в самолет на аэродроме, затерянном в какой-то глуши. Потом его накачали наркотиками.

Он осторожно покосился вокруг и пересчитал охранников. Все вооружены. Причем до зубов. Нет, это не какие-то там бандиты или охотники за кладами. Хорошо обученные военные.

Словно прочитав его мысли, второй пленник наклонился ближе и, приподняв одну бровь, кивнул в сторону похитителей. Это был Джордж Макхейл, бывший агент английской спецслужбы, с которым Инди довелось работать на протяжении почти двадцати лет. Судя по всему, у него были точно такие же мысли, как и у Инди.

Инди почувствовал укол совести. Мак заглянул на археологические раскопки на пару дней – просто повидаться, и попал в эту мясорубку. Русские коммандос безжалостно перестреляли персонал лагеря, всех до единого человека. Какую цель они преследовали? Что им было нужно?.. Инди по-прежнему не имел об этом никакого понятия.

Мак потер ладонью шею. Ему тоже вкололи наркотики.

– Как ты, Мак? – пробормотал Инди.

– Бывали времена и получше, – хмыкнул тот, шагая по взлетной полосе. – Это русские. Очевидно, силы особого назначения, – добавил он, понизив голос.

– Спецназ?

Мак кивнул.

– С ними придется повозиться.

Морщась от боли, Инди старался не хромать. Такое чувство, что в бедре скрипел песок. А тут еще многочасовые переезды в трясущемся фургоне. Кое-как удалось размять спину – и то хорошо. С каким бы наслаждением он залез сейчас в горячую ванну, попарил усталые кости, а затем, проглотив горсть аспирина, завалился спать.

Увы, сейчас об этом нечего и мечтать. Каждый шаг давался с трудом.

– Случалось нам попадать в передряги и похуже. А, Инди? – заметил Мак с неистребимым британским апломбом.

– Сомневаюсь. Где это?

– Будто не помнишь?.. А Фленсбург? Там их было раза в два больше. И мы выкрутились. Никогда не падай духом, дружище!

– Мы тогда были чуть моложе, Мак.

– Я и сейчас не старый!

Инди язвительно прищурился на приятеля. Мак был похож на полудохлого кота, которому каким-то чудом удалось выкарабкаться из речки. И дело не только в том, что на нем живого места не оставили. Годы, годы – они всему виной!.. Впрочем, и сам Инди выглядел не лучше. Как бы там ни было, в глазах старого товарища все еще блестел отважный огонек. Как говорится, есть еще порох в пороховницах!

О себе Инди не мог этого сказать.

Последние два года его здорово подкосили.

Он посмотрел налево. На плече у одного из десантников висел, смотанный, как лассо, его старый добрый пастуший кнут. Надежный товарищ. Без него Инди был как без рук. Не имея при себе никакого оружия, волей-неволей приходилось подчиняться русским. Преодолевая боль в бедре, он продолжал шагать к ангару.

– Там, во Фленсбурге, у нас, помнится, были стволы, – вздохнул он, обращаясь к Маку.

– Чепуха, – усмехнулся тот. – Ставлю пятьсот баксов, что мы и на этот раз выкрутимся.

Однако перед тем как они успели заключить пари, русский гигант остановился и преградил им путь. На нем была американская военная форма, а на лацканах красовались серебряные полковничьи орлы. Инди помнил его еще с тех пор, когда на них напали в джунглях.

Командир группы русских коммандос.

– Хорошо, – кивнул Мак, – готов снизить ставку до сотни...

На взлетной полосе появился еще один командирский внедорожник. Судя по всему, его появление не стало ни для кого неожиданностью. Видно, кто-то из опоздавших на «мероприятие».

Полковник подошел к Инди вплотную и показал рукой в сторону громадного ангара. Он говорил с сильным русским акцентом, и в его голосе слышалась неприкрытая угроза.

– Вам знакомо это здание, да?

– Пошел ты к черту! – равнодушно отреагировал Инди.

Впрочем, к ангару стоило присмотреться повнимательнее. Стоило порыться в памяти. Кажется, действительно что-то знакомое.

Задумавшись, он не заметил, как русский размахнулся и резко ударил его в лицо. Голова у Инди откинулась назад, а ноги подкосились. Он упал на колени, чувствуя во рту вкус крови.

Опираясь на одну руку, Инди потрогал другой разбитые губы. И прибавил, уже язвительно:

– Прошу прощения... Я хотел сказать: пошел ты к черту, товарищ!

Гигант схватил Инди за шиворот и, поставив на ноги, занес над ним страшный кулак, чтобы ударить еще раз.

Но его остановил отрывистый, как пистолетный выстрел, возглас:

– Пра-а-астите!

Рядом резко притормозил второй командирский внедорожник. Задняя дверца распахнулась, и из нее показалась стройная, подтянутая фигурка. Инди с изумлением увидел, что это женщина. На ней тоже была американская военная форма, только изящно скроенная. Плюс высокие, до колен, сапоги. В каждом ее движении было что-то от опасного хищника. Что-то вкрадчивое, свирепое.

Вдобавок у нее на поясе висели узкая сабля и кинжал.

Русский гигант отпустил Инди и, вытянувшись по швам, четко отсалютовал подошедшей женщине. Инди показалось, что в его холодных голубых глазах промелькнул затаенный страх.

Час от часу не легче.

Она намеренно заговорила с полковником по-английски. Чтобы понимали все присутствующие.

– Достаточно, полковник Давченко. Вы прекрасно справились с заданием.

Стало быть, это действительно был полковник – только русский.

– Где вы отыскали профессора Джонса? – поинтересовалась женщина.

– На раскопках в Мексике. Он собирал там всякий хлам...

В руках Давченко появился вместительный парусиновый портфель. Инди с замиранием сердца узнал свой старый саквояж. Полковник начал его расстегивать. Инди рванулся было вперед, но стоявший рядом охранник схватил его за руки и оттащил в сторону. Между тем из саквояжа на взлетную полосу посыпались вещи, бесценные находки времен раннего периода майя: античные статуэтки, глиняные вазочки, черепки с редкими иероглифами, и, грохнувшись об асфальт, разлетались вдребезги.

Инди в ужасе зажмурился. Семь недель кропотливого труда собаке под хвост.

Потом он повернулся к женщине и недоуменно покачал головой. Несмотря на удушающую жару, на ее лице ни капельки пота, холодная, словно снежная королева.

– Позвольте, я угадаю, – предложил он. – Кажется, вы родом не из этих мест.

– Что ж, попробуйте, доктор Джонс.

Инди на мгновенье задумался.

– Судя по тому, как вы вытягиваете трубочкой губы и тянете гласные, ваша родина – Восточная Украина.

Глаза женщины выдали ее удивление.

– Похвально, мистер Джонс, – кивнула она и представилась: – Доктор Ирина Спалко. К тому же полковник Советской армии. – Она протянула ему руку, но Инди рукопожатием не ответил. Это ее ничуть не оскорбило. Она кивнула на громилу-русского:

– А это полковник Антон Давченко. Думаю, с ним вы уже хорошо знакомы.

– Очаровательная личность. Нам с ним не раз доводилось хлебать щи... Слушайте, может быть, наконец объясните мне, что все это значит?

Ирина Спалко дернула подбородком.

– Терпение, доктор Джонс. Я была трижды удостоена ордена Ленина, а также медали Героя Социалистического Труда. И знаете, за что?.. За уникальную способность предвидения. Я вижу вещи насквозь. И многое знаю из того, что еще никто не знает... А теперь мне нужно узнать... – она показала в сторону ангара, – что находится там!

– Я-то тут при чем, леди?

Она наклонилась ближе и пристально взглянула ему в глаза. В ее глазах сверкала ледяная синева Арктики. Она не отрываясь смотрела на Инди. Но он не дрогнул, не отвел взгляда. Она удивленно повела бровями и первой отпела взгляд. На ее губах мелькнула улыбка. Затем лицо снова приобрело бесстрастное выражение.

– А вы, оказывается, упрямый, как осел, доктор Джонс. Что ж, тогда, судя по всему, придется действовать по старинке... – В голосе Ирины Спалко зазвенела жесть. – Вы нам все расскажете, уверяю вас. И поможете отыскать то, что мы ищем.

В этот момент раздался громкий щелчок, а из трансформаторной будки при ангаре брызнул фонтан электрических искр, затем послышался мерный гул, похожий на гул вращения громадного часового механизма. Еще немного погодя, белые цифры «5» и «1» поплыли в стороны: огромные ворота ангара стали медленно открываться. Солдаты радостно загалдели.

– Что ж, посмотрим, – нетерпеливо промолвила Ирина Спалко.

Все направились к раздвигающимся воротам. На этот раз солдатам не потребовалось подгонять Инди прикладами. Ему и самому не терпелось узнать, что там такое. Перед ними открылось громадное помещение. Пожалуй, здесь легко уместилась бы даже статуя Свободы, причем вместе с факелом.

Под потолком засверкали ряды мощных ламп. От пола до потолка и вдоль всего ангара, разбитого на секции, тянулись бесконечные стеллажи и полки.

Оказавшись внутри, Инди изумленно закрутил головой. Едва переступив порог, он испытал странное чувство дежавю. Знакомы были даже запахи – старой древесины и машинного масла. Разинув рот от удивления, он продолжал рассматривать длинные ряды полок по обеим сторонам. Если снаружи все казалось незнакомым и чужим, то здесь, внутри, все было таким привычным и родным. Однажды, лет десять тому назад, его действительно привозили сюда в специальном автобусе с закрашенными стеклами. Секретный объект тщательно охранялся людьми из службы безопасности.

И вот теперь он снова здесь.

Инди еще раз оглянулся. На полках стояли ящики самых разных размеров и форм. Все они были снабжены специальной маркировкой и надписями «Совершенно секретно». Обычно появление подобных надписей означало для Инди конец приключениям, но теперь, судя по всему, они только начинались.

В какую еще историю его угораздило вляпаться?

Глава 4

Спалко шла рядом с американцами. Командирский внедорожник и два джипа медленно двигались следом. Дымили выхлопные трубы.

Пока Инди был поглощен изучением обстановки, Спалко изучала его самого. По сравнению с недавними оперативными фотографиями он выглядел несколько старше. Однако от нее не ускользнуло, с каким пристальным вниманием он оценивал ситуацию и своих противников. Казалось, его мозг находился в постоянной работе: считал и пересчитывал. Несмотря на возраст, он находился в хорошей форме, собран и подтянут, как стальная пружина. Но это ее нисколько не испугало. Она сокрушала еще и не таких. Она способна согнуть и перековать даже сталь. И никогда не знала неудач. Не будет их и на этот раз.

Она решительно шагнула вперед и промолвила:

– Значит, это тот самый склад, где американское правительство хранит свои самые главные тайны, доктор Джонс?

– Понятия не имею, – покачал головой он. Очевидная ложь.

Оба это понимали.

Но она и не думала возражать. Вместо этого принялась сухо излагать известные ей факты:

– То, что мы ищем, находится в прямоугольном контейнере. Его размеры: высота – метр, длина – Два метра, ширина – двадцать сантиметров. Нас интересуют находящиеся в нем мумифицированные останки.

Инди невольно вздрогнул, и это не укрылось от нее. Она успела заметить беспокойство, промелькнувшее в его глазах. Он, несомненно, понял, о чем идет речь. Не прошло и пяти минут, и она уже видела его насквозь.

Она остановилась, жестом остановив и его.

– Вам, конечно, известно, о чем я говорю?

– С чего вы взяли, что мне должно быть известно о каком-то ящике и его содержимом?

– Десять лет назад, – ледяным тоном промолвила она, – вы были членом научной группы, которая занималась изучением содержимого контейнера. Разве не так, доктор Джонс?

– Послушай, детка, даже если бы я что-нибудь знал...

В мгновение ока Ирина Спалко выхватила из ножен свою тонкую сабельку и приставила ее к горлу Инди. Она спокойно наблюдала, как лихорадочно забился пульс на его сонной артерии. Но лицо Инди было абсолютно спокойно. Только испарина, выступившая на висках, выдавала волнение. Как ни старайся, некоторые вещи не скроешь!

Спалко самодовольно усмехнулась. Еще немного – и она будет видеть этого человека насквозь, читать свободно, словно «Войну и мир» Льва Николаевича Толстого. Все, что ей для этого нужно, – наблюдательность и терпение.

Четко выговаривая каждое слово, она заявила:

– Я заставлю вас. Вы поможете нам найти то, что мы ищем.

По тонкому лезвию сабли скатилась капля крови и упала ему на плечо.

Но Инди и глазом не моргнул.

– Не думаю, что моя смерть поможет вам в ваших поисках.

Она все еще держала саблю у его горла.

– Возможно, вы правы...

Теперь она уверена: ее противник гораздо податливее, чем ей казалось сначала. Она знала его слабое место. Запугивать доктора Джонса было бесполезно. Страх ему неведом. По крайней мере, за себя.

Ирина Спалко повернулась к солдатам.

Один из них ударил автоматом в живот товарища Инди. Охнув от боли и согнувшись пополам, Джордж Макхейл рухнул на колени. Двое других солдат потащили его к грузовику и запихнули его голову под заднее колесо. Двигатель взвыл на холостом ходу.

Спалко кивнула водителю. Тот нажал на сцепление и переключился на заднюю передачу. Но отжать сцепление не успел.

– О’кей, о’кей! – воскликнул Инди.

Спалко опустила саблю.

– Итак, доктор Джонс, контейнер. Где он находится?

Инди окинул взглядом бесчисленные ряды полок.

– Леди, сами посмотрите! Здесь сам черт ногу сломит.

Спалко снова повернулась к водителю и подняла руку.

– Да подождите вы! – воскликнул Инди. – Дайте спокойно подумать! Должен быть какой- то выход!

Он медленно осмотрелся. Она заметила, что в его глазах отразилась паника. Потом он взял себя в руки и попытался сконцентрироваться.

Полковник Давченко, угрожающе сдвинув брови, шагнул вперед, но она покачала головой. Она вела с американцем сложную психологическую игру, и Давченко мог только помешать ей.

Она не сводила глаз с Инди. Следила за его дыханием, за движением глаз, за тем, как он напряженно потирает ладонью подбородок. От нее не могло укрыться даже, как сужаются и расширяются его зрачки.

Неожиданно доктор Джонс щелкнул пальцами.

– Мне нужен компас! – потребовал он, вытянув руку.

Никто не двинулся с места. Солдаты недоуменно переглянулись.

– Компас! – повторил он. – Обыкновенный компас, который указывает, где юг, а где север...

– ...запад и восток! – подсказал Мак, высовываясь из-под колеса грузовика.

– Ну и вояки! Неужели у вас нет даже компаса? – усмехнулся Инди.

Русские продолжали недоуменно переглядываться. Взгляд Инди упал на пистолет Давченко.

– Тогда дайте несколько патронов, – потребовал Инди, снова протянув руку.

Громила русский сначала удивленно поднял брови, а затем расхохотался. Но Ирина Спалко молчала. Зрачки американца не были сужены – значит, в его словах не было подвоха.

– Слушайте сюда, – возбужденно продолжал доктор Джонс. – Вам нужна моя помощь, так? – Он обвел руками стеллажи и полки. – Содержимое контейнера должно излучать сильное магнитное поле.

Спалко кивнула Давченко.

– Делайте, что он говорит!

* * *

Инди присел на корточки около ящичка с инструментами, который придвинул ему один из солдат. Взяв плоскогубцы, он осторожно вытащил из гильз пули. Он от души надеялся, что его расчет окажется верным. Других идей у него не было.

Мак присел рядом с ним, переводя дыхание и потирая шею.

– Ты уверен в том, что делаешь, Инди?

– А что я делаю? – хмыкнул тот. – Спасаю твою задницу – вот что я делаю.

Инди подставил ладонь и вытряс на нее порох поочередно из каждой гильзы.

– Лучше что-то, чем ничего, верно, Инди? – с безрадостной усмешкой шепнул ему Мак. – Решил постепенно их разоружить? По одному патрону?

Закончив, Инди поднялся на ноги и сделал несколько шагов вдоль стеллажей. Он чувствовал, что женщина следит за каждым его движением, чувствовал кожей.

Она подошла, встала рядом.

– Если содержимое контейнера сильно намагничено, то металлические частички в порохе укажут нам путь...

Он поднес ладонь к губам и подул. В воздухе повисло серое облако. Постепенно оседая, частички действительно выстраивались в виде вытянутых магнитных линий. Все сосредоточенно рассматривали покрытый порохом бетонный пол. Линии тянулись в сторону одного из проходов.

Инди посмотрел на Ирину Спалко, словно ожидая похвалы за свою находчивость, но та с нетерпением бросилась вперед. Хвалить американца – еще чего! Недовольно хмыкнув, Инди отправился следом за ней. Постепенно Спалко замедлила шаг и остановилась. Ящики и контейнеры были сложены друг на друга до самого потолка.

– Ну и какой из них? – с досадой воскликнула русская. – Здесь их, наверное, тысячи!

Инди кивнул на солдата с карабином.

– Мне нужна картечь... Дайте один патрон.

Спалко, прищурившись, посмотрела на него. Потом обернулась и распорядилась, чтобы Инди дали то, что он просит. Солдат недовольно подчинился. Извлек из магазина патрон и протянул его Инди.

Отойдя в сторону, Инди без колебаний перекусил картонную гильзу зубами. Поморщившись от вкуса пороха, он вытряс содержимое гильзы прямо на пол. Мелкие стальные шарики картечи, звеня и подскакивая, покатились по бетону. Большая их часть, увлекаемая сильным магнитным полем, словно стайка насекомых, устремилась дальше по проходу.

Инди и Спалко бросились вдогонку.

Шарики неслись с такой скоростью по складу, что они едва поспевали за ними. Следом неотступно двигались джипы, наполняя воздух удушливыми выхлопными газами. «Ну и развлечение!» – пронеслось в голове у Инди.

В конце концов рассыпавшаяся картечь исчезла под нагромождением ящиков.

С трудом ковыляя, Инди пробормотал:

– Должно быть, это...

Но, оказывается, картечь отправилась дальше. Шарики стали подскакивать вверх и исчезни между двумя ящиками.

– Быстрее! – крикнул Инди. – Помогите мне!

Давченко был тут как тут. Вдвоем они стащили со стеллажа верхний ящик и опустили на пол. Ящик треснул, из него вывалилась стопка досье с надписями «Для служебного пользования». Но Инди было не до них. Он поспешно пролез в освободившийся проем. Дальше путь преграждали ряды других ящиков. Картечи нигде видно не было.

– Нужно расчистить путь! – воскликнул Инди, кивая на стеллажи.

Подоспели другие солдаты и принялись раздвигать ящики, освобождая проход. Глаза Спалко азартно сверкнули. В самой глубине обнаружился ящик, сплошь облепленный шариками картечи.

Этот был тот самый ящик, который они искали.

Инди взглянул на русскую. Дрожа от нетерпения, она махнула солдатам, чтобы те вытащили ящик. Сопя от натуги и матерясь, они выволокли ящик в проход. Инди заметил, что браслет с наручными часами на запястье у одного из солдат, задергался, а затем прилип к ящику. Ящик был точно таких размеров, как указала Спалко, – величиной с небольшой гроб, только немного уже. Интуиция не подвела русскую.

Спалко выхватила у одного из солдат ломик. Инди понял, что она не позволит никому другому вскрывать ящик. Она должна сделать это собственноручно. Ее глаза горели диким огнем.

– Золотце мое! – пробормотала она по-русски, молитвенно сложив руки.

Просунув ломик в щель между досками, она принялась срывать с гробика крышку. Инди заметил полузатертую надпись или маркировку. Ему удалось разобрать несколько знаков:

«SWELL, N. М. 7-9-47»

Это был тот самый ящик.

Когда дощатая крышка была сорвана, внутри обнаружился металлический контейнер, обложенный соломой. Спалко кивнула одному из солдат, и тот стал вскрывать выпуклую крышку контейнера, опечатанную сургучом. Сургуч хрустнул, послышалось легкое шипение.

Из контейнера взвился в воздух едва заметный, голубоватый дымок и тут же рассеялся.

Железные лампы на потолке, как по команде, повернулись по направлению к контейнеру.

Крышку сняли. Внутри лежало нечто, многократно обернутое в металлическую фольгу. Странное покрытие, словно слой жира, тускло мерцало – не то поглощая, не то излучая свет. Инди почувствовал, как у него по спине пробежали мурашки.

Что чувствовали остальные, трудно сказать. Солдаты, устроившись на корточках перед контейнером, осторожно, слой за слоем, разматывали фольгу. Словно шелушили громадную луковицу. Снова у них на запястьях задергались браслеты с наручными часами. У одного из солдат часы даже сорвались с руки и плотно прилипли к сильно намагниченному предмету, вместе с металлическими шариками картечи.

Не в силах сдерживаться, Спалко снова бросилась к контейнеру.

Она сорвала с мумии последние клочки фольги. Все сгрудились вокруг нее. Инди не было видно, что находится в контейнере. Но когда Спалко отложила в сторону кусок металлической обертки, на фольге, как на посмертной маске, отпечаталось лицо гуманоида. У него был сильно вытянутый, яйцеобразный череп, с огромными раскосыми глазными впадинами, – что делало его похожим на насекомого.

Сгрудившиеся вокруг контейнера русские с жадностью рассматривали находку.

Ради этого они сюда и пожаловали.

Но Инди с ними было не по пути.

Он отступил назад, осторожно протискиваясь между двумя солдатами. Он уже наметил цель. И двигался прямо к ней.

Неожиданно, словно заподозрив неладное, Спалко выпрямилась и посмотрела на Инди. Еще мгновенье, и она была готова поднять тревогу.

Поздно, детка!

Инди уже нашел то, что искал. Протянув руку, он схватил рукоять своего пастушьего кнута, который свисал с плеча у одного из солдат. У него было такое чувство, словно он встретил старого, надежного друга. Солдат резко обернулся, но Инди сбил его с ног и успел завладеть кнутом.

Русский, охранявший Мака, поднял пистолет и прицелился в Инди.

Сегодня не твой день, приятель!

Инди взмахнул кнутом, да так ловко, что его конец оглушительным щелчком обвил запястье изумленного солдата.

У зрелого возраста есть одно неоспоримое преимущество: было время потренироваться.

Между тем первый солдат, которого Инди сшиб с ног, стал подниматься и снимать с плеча карабин.

Инди резко щелкнул кнутом, заставив солдата, стоявшего рядом с Маком, выстрелить. Пули сразили солдата с карабином прямо в грудь, и он как подкошенный рухнул на пол. В следующее мгновение Инди с силой рванул кнут на себя, и первый солдат, потеряв равновесие, угодил прямо ему в объятия.

Выхватив у солдата пистолет, Инди, не долго думая, перебросил его Маку, а сам снова повернулся к солдату и, сбив его с ног, отпихнул на Ирину Спалко и остальных.

Потом, отступив, наклонился и подхватил с пола карабин убитого солдата.

Но вот солдаты, наконец, пришли в себя и схватились за оружие, но Инди уже успел вернуться к Маку. Теперь, прикрывая друг друга, они стояли спина к спине.

Как в старые добрые времена.

Инди направил ствол на Ирину Спалко, находившуюся в двух шагах от него.

– Всем опустить оружие! – закричал он. – Немедленно! Или я ее пристрелю!

Солдаты повиновались. Только Давченко не двинулся с места. Его громадный револьвер был нацелен прямо на Инди.

– Опусти пушку! – рявкнул Инди, но в следующую секунду почувствовал: что-то тут не так.

Спалко скрестила руки на груди и ухмыльнулась. Мак отступил в сторону. У Инди неприятно засосало под ложечкой.

Нет, быть того не может!

Инди хотел повернуться, но пистолет Мака уткнулся ему прямо в висок.

Глава 5

Потом Мак присоединился к Спалко и Давченко. Он избегал взгляда Инди и был явно смущен. Инди задохнулся от злости и тоски. У него не было слов.

– Мак? Ты?.. Почему?

Человек, с которым они были друзьями на протяжении двадцати лет, лишь пожал плечами.

– Что тебе сказать, Инди? Не думай, я вовсе не коммунист. Я самый обыкновенный капиталист. Они мне заплатили. Причем очень хорошо.

Теперь Инди не чувствовал ничего, кроме злости.

– Ты что, шутишь? И это после стольких лет борьбы с красными?

Мак снова пожал плечами и смущенно улыбнулся.

– Просто у тебя неудачно легла фишка, приятель. Такие дела, Инди. Ужасная невезуха. – Он перевел взгляд на ящики, которыми были заставлены стеллажи ангара. Его глаза алчно вспыхнули: сколько здесь секретов, есть чем поживиться! – Ты ведь знаешь, я никогда не мог избежать искушения, – вздохнув, закончил он.

Давченко с мрачным видом шагнул вперед и медленно взвел курок. Его намерения были очевидны. У него явно чесались руки.

Спалко положила ладонь на рукоятку сабли.

– Вы хотите произнести прощальную речь, доктор Джонс?

– Я бы не отказался...

Давченко хмуро поднял пистолет.

– Опустите карабин. И кнут. Немедленно!

Инди поднял руки.

– Твоя взяла, приятель!.. Держи!

И, вместо того, чтобы просто положить карабин на землю, он подбросил его вверх – прямо в гущу вооруженных солдат. Ударившись о бетонный пол, автоматическая винтовка сорвалась с предохранителя и, завертевшись волчком, как живая, начала палить во все стороны. Засвистели пули, одна из них пробила ботинок десантнику.

Солдат завопил от боли и упал навзничь. При этом, как и рассчитывал Инди, он машинально нажал на спусковой крючок и выпустил длинную автоматную очередь. Пули брызнули во все стороны – в передний джип, ящики на стеллажах. Ища укрытия, все бросились врассыпную.

В том числе Давченко со Спалко.

Инди развернулся и устремился к груде ящиков. Перепрыгивая с ящика на ящик, словно по огромной лестнице, он в считанные минуты оказался на верхних стеллажах и сразу лег на живот, чтобы немного отдышаться. Легкие жгло, как огнем.

Кривясь от боли, он огляделся в поисках выхода. Вокруг, сколько хватало глаз, были бесконечные ряды ящиков и контейнеров, разделенные темными проходами.

Не разгуляешься...

Инди осторожно посмотрел вниз. Давченко и Мак уже поднялись на ноги. За ними остальные. Все стволы были нацелены на него. Прежде чем отпрянуть, он услышал пронзительный возглас.

Спалко!

Она неслась по проходу, подгоняя двух солдат, которые тащили к одному из джипов похожий на гробик металлический контейнер. Спалко прыгнула на водительское сиденье и, выжав полный газ, рванула с места. И снова лампочки под полотком ангара, как по команде, закивали вслед намагниченной мумии, погруженной в джип.

Следом за джипом Спалко рванул и другой джип.

Эй, детка, куда же ты!

Нагнувшись как можно ниже, Инди со всех ног пустился скакать по стеллажам. Вокруг свистели пули и отколотые от ящиков щепки.

Оказавшись в конце прохода, он заметил, что лампы под потолком четко, словно стрелка компаса, указали вниз. Мимо как раз проезжал джип Спалко.

Сейчас или никогда.

Разбежавшись, Инди сиганул со стеллажа – прямо в разверзнувшееся под ним пространство. Ящик, от которого он только что оттолкнулся, вдребезги разлетелся сразу от нескольких автоматных очередей. Щелкнув в свободном полете кнутом, Инди захлестнул им один из светильников и, словно Тарзан на лиане, пронесся над головами изумленных солдат. Его целью был джип Ирины Спалко.

Но он немного не рассчитал.

Каблуки лишь слегка коснулись контейнера, который лежал в кузове джипа. В следующее мгновенье Инди уже несло в противоположном направлении – на этот раз прямо на русских во втором джипе.

Над головой у него раздался свист. Это разматывался кнут, который удерживал Инди в воздухе.

Дело – дрянь.

Приземлившись на капот второго джипа, Инди перевернулся и, кубарем перелетев через лобовой щиток, плюхнулся на сиденье – прямо между двумя русскими.

– А как хорошо было задумано! – пробормотал Инди.

Одного русского он ударил локтем в лицо, другого ткнул в ухо. Оба кувырком вылетели из машины через противоположные двери.

Схватив руль и нажав на газ, Инди бросился вдогонку за джипом Спалко.

Заслышав взвывший сзади мотор, женщина оглянулась. На ее лице отразилось крайнее изумление. Это не могло не порадовать Инди.

Никак не ожидала.

То ли еще будет, детка!

Инди круто рванул руль вправо и на полном ходу врезался джипу в борт. Потеряв управление, машина русской въехала прямо в баррикаду из ящиков, а сама Спалко, по инерции перелетев через руль, ухнула головой в груду посыпавшихся из разбитых ящиков бумаг.

Инди резко затормозил и перепрыгнул в ее джип.

Извини за беспокойство, детка!

Включив задний ход, он погнал мимо ящиков, а затем, развернувшись так, что аж покрышки задымили на бетонном полу, устремился к дальнему выходу. Оглянувшись, Инди радостно усмехнулся: главное, «гробик» был на месте.

Вот и славненько!

Не мог же он допустить, чтобы ценный экспонат оказался в руках у русских.

В зеркальце заднего обзора он увидел, что Спалко выбралась из груды хлама живая и невредимая.

А жаль...

Вцепившись в руль, Инди гнал к выходу. Вдруг из бокового прохода выскочил один из внедорожников и, перекрыв путь, понесся ему навстречу.

Инди поспешно нырнул в первый же проход, по и тот оказался блокирован мощным армейским грузовиком. А сзади, визжа тормозами, уже перекрывал путь внедорожник.

Инди оказался в ловушке.

Оставался лишь один путь к отступлению...

Вверх!

Потолок ангара поддерживали толстые поперечные балки. Что ж, поиграем в кошки-мышки!

Разогнав джип, Инди оставил его на включенной передаче, а сам в полный рост вскарабкался на сиденье и снова взялся за свой верный пастуший кнут. Впереди ослепительно сверкнули фары летящего навстречу внедорожника.

В последнюю секунду Инди взмахнул кнутом. Раздался оглушительный, как пистолетный выстрел, щелчок, и конец кнута обвил одну из потолочных балок.

На этот раз расчет был верен.

Крепко ухватившись за рукоятку кнута, Инди выпрыгнул из джипа. Не обращая внимания на резкую боль, которая от напряжения обожгла плечо, он, словно акробат под куполом цирка, понесся в воздухе.

Внизу завизжали тормоза, раздались вопли.

Тяжелый армейский внедорожник и грузовик почти одновременно врезались в джип, из которого только что выпрыгнул Инди, и смяли его с двух сторон в гармошку. Потерявшие управление машины перевернулись и врезались в стеллажи, опрокидывая контейнеры. Из разбитых в пух и прах дощатых ящиков посыпалось секретное содержимое.

Инди благополучно приземлился прямо посреди обломков. Сматывая кнут, он заметил, что рядом что-то поблескивает. Из разбитого ящика вывалился золотой ларец. От изумления у Инди перехватило дыхание. Драгоценный предмет был ему хорошо знаком.

Неужели это возможно?

Да это же Чаша Грааля!..

Он склонился ниже.

– Что же это делается, люди добрые? – пробормотал он.

Но в следующее мгновение прогремела автоматная очередь. Пули прошили контейнер, стоявший рядом. Он успел заметить, как из разбитого армейского внедорожника вылезает Мак с пистолетом в руке. Их взгляды встретились. Мак поднял пистолет. Прежняя дружба была разбита вдребезги, как искореженные автомобили. Времени на размышления не было. Инди бросился за груду ящиков.

– Остановись, Инди! – крикнул Мак. – Там нет выхода!

– Выход есть всегда! – крикнул в ответ Инди. Это было любимое выражение бывшего друга.

Пригнувшись, он пустился в противоположном направлении – к распахнутым воротам. Он отчаянно рвался из сумрачного ангара навстречу солнечному свету. Расстояние до ворот было изрядное, но выбирать не приходилось. От автоматной пальбы в ушах звенело.

К свету, к свету!..

Бросаясь в очередной проход между стеллажами, Инди услышал за спиной рев автомобиля. Слишком поздно. Машина летела прямо на него. Он не успел увернуться. Он хотел перепрыгнуть через машину, но прыжок не получился, его ударило передним бампером, сбило с ног и швырнуло на капот. Он влетел прямо в щиток лобового стекла, беспомощно уткнувшись в него лицом, словно расплющившаяся о лобовое стекло муха.

На водительском месте восседал не кто иной, как сам Давченко.

Машину понесло юзом. Прилипший к стеклу Инди загораживал обзор, и Давченко отчаянно крутил руль, чтобы сбросить его с капота. Инди оглянулся и увидел, что машину несет к входу в туннель, расположенный в дальнем конце ангара.

Нет, только не это!

Машина соскочила на бетонные ступени лестницы, ведущей вниз.

Инди изо всех сил вцепился в щиток лобового стекла.

Сюрпризы бывают и неприятные.

Глава 6

Не успевшему отреагировать и свернуть в сторону, Давченко оставалось лишь яростно материться и крепче держаться за руль, пока машину подкидывало на крутых ступенях.

Прогремев по всей лестнице до самого низа, машина остановилась в мрачном помещении, вроде подземного бункера. Тяжело дыша, Давченко оторвал занемевшие пальцы от руля и огляделся.

Посреди помещения стояла вагонетка или дрезина. Несколько железнодорожных путей вели в глубь темного туннеля. Увидев рельсы, Давченко начал понимать, где находится. Он вспомнил небольшой железобетонный бункер рядом с ангаром, с выходившей из него узкоколейкой, которая терялась далеко в пустыне. Судя по всему, он угодил именно в него.

Рядом послышался стон. Американец медленно сполз с капота на пол, кое-как поднялся на ноги и заплетающейся походкой устремился к выходу.

Врешь, не уйдешь!

Давченко распахнул дверцу и выскочил из машины. В два прыжка настиг Инди и ударил в спину. Всплеснув руками, Инди опрокинулся прямо на плоский кузов вагонетки.

Подбегая к ненавистному американцу, Давченко с удивлением покосился на странную железнодорожную машину. В задней части дрезины располагалось подобие реактивного двигателя, кое-как привинченного к кузову. Инди зашевелился и, попытавшись подняться, бессознательно ударил ладонью по приборной доске.

В ту же секунду вспыхнули красные лампочки и загудела предупредительная сирена.

По правую руку от Давченко помещение стало наполняться ярким светом. Это в конце темного туннеля с рельсами стремительно раздвигались бронированные двери, через которые в мрачный бункер потоком хлынуло солнце. Инди обернулся к свету, ему кое-как удалось подняться.

Вряд ли у него хватит сил добраться туда.

Между тем Давченко уже успел забраться в кузов. И тут же получил от американца удар в лицо. Он ожидал удара, хотя и не такого сильного. Впрочем, для него это был все равно что комариный укус. Он бросился на Инди и прижал его к переднему борту дрезины. Одной рукой он обхватил Инди за плечи, а другой схватил за горло.

Американец беспомощно забился в его железных объятиях.

Давченко с наслаждением наблюдал, как лицо американца стало синеть, а затем багроветь.

Это смерть твоя пришла, мистер!

Глаза Инди вылезли из орбит. Отчаянно вертя головой, он искал возможности освободиться. Только не теперь! Услышав какой-то шум, они оба оглянулись и увидели, что по лестнице сбегает, размахивая пистолетом, Мак.

– Полковник Давченко! – закричал англичанин. – Доктор Джонс нужен Ирине живым! Вам это прекрасно известно...

Давченко увидел, что в глазах американца мелькнула надежда, однако с садистской ухмылкой лишь сильнее стиснул пальцы на горле жертвы.

– Давченко! – рявкнул Макхейл.

Чувствуя, что вот-вот задохнется, Инди с мольбой смотрел на человека, который когда-то был его лучшим другом. Давченко заметил, что американец выразительно показывает глазами то на пистолет, то на него, на Давченко.

Инди молил о помощи. Он умолял Мака нажать на курок.

Но Макхейл опустил пистолет и отвернулся.

– Прости, Инди...

Давченко почувствовал, как американец сник. Вторичное предательство друга лишило его последних сил.

Позади дрезины снова послышался какой-то шум. Это в бункер вкатил еще один джип с русскими. Похоже, выхода действительно не было. Конец...

Давченко продолжал сдавливать горло Инди. Наклонившись, он злорадно ухмыльнулся и прошептал в ухо жертвы:

– Гу-у-дбай, товарищ!

Вдруг Давченко увидел во взгляде Инди новую надежду. Он оглянулся, но было поздно: американец потянулся вперед и успел рвануть ключ зажигания на панели управления дрезиной.

В ту же секунду взвыл реактивный двигатель. Вырвавшийся из сопла язык белого пламени мгновенно разнес в пух и прах подъехавший джип вместе с находившимися в нем солдатами. Оглушительно рванул бензобак.

Давченко отбросило в сторону, Инди, спасаясь от жара, отполз на четвереньках в сторону. Предатель-англичанин юркнул под бетонную лестницу.

Давченко успел сообразить, что к чему, когда реактивный двигатель уже работал на полную мощность.

Сорвавшись с места, дрезина превратилась в реактивные сани и понеслась по рельсам. Давченко и Инди оказались прижаты к защитной перегородке в задней части кузова, отделявшей их от двигателя.

Реактивные сани влетели в туннель. Не в силах пошевелиться, русский и американец лишь смотрели, как, расплываясь от бешеной скорости, мимо мелькают стены. Давченко почувствовал, как его сердце расплющивается о ребра. В глазах зарябило. Через доли секунды реактивная дрезина выстрелила из дверей бункера и понеслась по пустыне – навстречу заходящему солнцу. Ослепительное солнце невыносимо резало глаза, но Давченко не мог прикрыть веки, не позволяло ускорение.

Дрезина неслась по выжженной равнине.

Куда? – вот вопрос.

* * *

Спалко и Джордж Макхейл стояли в воротах ангара. Одежда американца, опаленная пламенем реактивного двигателя, еще слегка дымилась. Спалко пристально вглядывалась вдаль – туда, где несколько минут назад исчезла в закатном мареве дрезина с Давченко и Инди.

Пустыню продолжало сотрясать эхо грохочущего реактивного двигателя.

Разглядывая полуобгоревшего британца, который только что в панике выбежал из бункера, русская никак не могла взять в толк, что произошло.

– Они унеслись вдвоем – Давченко и доктор Джонс?

Мак горячо закивал, отчаянно обмахиваясь широкополой шляпой.

– Вы думаете, они еще живы?

Он неопределенно пожал плечами. Судя по всему, у него не было в этом никакой уверенности. Несмотря на то что он пошел на предательство друга, что-то не давало ему покоя. Возможно, прошло слишком мало времени.

Подкатили уцелевший внедорожник и один из джипов. Оба сильно помятые, побитые, ждали дальнейших распоряжений. Спалко показала в сторону горизонта, и, немедленно подчинившись приказу, машины сорвались с места и, словно стервятники, преследующие раненую жертву по запаху крови, бросились в погоню за дрезиной.

Она во что бы то ни стало должна узнать, что случилось. Особенно ее интересовала судьба доктора Джонса. Жив он или мертв?

Лучше бы, конечно, мертв.

Глава 7

Инди казалось, что на грудь навалилась целая планета. Даже целая Вселенная. Он не мог ни вдохнуть, ни выдохнуть. По причине сумасшедшего ускорения глаза заволокло туманом. Проносящийся мимо пейзаж казался одним сплошным тоннелем. Лицо сплющило, словно кусок теста под прессом.

Реактивная колымага за считанные секунды покрыла сразу несколько миль и остановилась так же неожиданно, как и пришла в движение.

Двигатель зашипел и заглох. Включились заскрипевшие по рельсам тормоза. Дрезина плавно уткнулась в буферную насыпь в конце узкоколейки и, наконец, остановилась. Рядом виднелась небольшая будка-дежурка.

Всё, приехали. Конечная. Можно выходить.

Наконец американец и русский смогли перевести дух. Кое-как доползли до борта и, цепляясь за него, кое-как встали на четвереньки. Но война еще не окончена. Они бросились друг на друга, нелепо размахивая кулаками, как пьяные матросы.

Инди размахнулся, но промазал. Давченко размахнулся, но, даже не успев ударить, потерял равновесие и снова опрокинулся навзничь. Его громадное тело гораздо сильнее пострадало от ускорения. Судьба сыграла с ним злую шутку. Вернее, простой закон физики, по которому величина силы, воздействующей на тело, всегда прямо пропорциональна массе самого тела.

Инди прислонился к борту дрезины и огляделся. Начинало темнеть.

Далеко-далеко пылили автомобили, которые Спалко послала за ними в погоню.

Инди поднялся на ноги. В противоположной стороне он разглядел какие-то огоньки. Неужели это город? В такой-то глухомани? Как бы там ни было, это обнадеживало. Инди вылез из кузова и заковылял по пустыне по направлению к жилью.

Он должен был поднять тревогу.

Русские идут!

* * *

– Да бросьте вы этот хлам, – посоветовал Мак Спалко.

Но у нее были свои планы. Она продолжала тащить стальной контейнер вдоль прохода к потрепанному внедорожнику. Было ясно, что свою добычу она не бросит.

Что ж, каждый сходит с ума по-своему. Что касается Мака, то у него в данный момент была одна задача – спасти собственную шкуру. Ему удалось завести машину, но теперь мешал погнутый каркас брезентового верха. Пришлось вооружиться инструментами, отвинтить стойки и избавиться от него. Без верха внедорожник смотрелся даже лучше. Как лихой кабриолет.

С другой стороны ангара послышался визг тормозов. Это наконец прибыли поднятые по тревоге американские пехотинцы. Если бы не рев реактивной дрезины, наверное, так бы и проспали до утра.

Пора было уносить ноги.

Мак подбежал к Спалко, помог ей загрузить контейнер в кузов внедорожника. А ведь совсем недавно ему и Инди пришлось пролежать там, связанными по рукам и ногам, целых несколько дней. От одного этого воспоминания Мака бросило в дрожь. Он поспешно захлопнул заднюю дверцу и посмотрел в сторону горизонта.

Прости, дружище Инди!

Что сделано, то сделано. И это был его выбор.

Мак сел за руль, а Спалко устроилась рядом. Плавно нажав на газ, британец осторожно направил машину к задним воротам ангара. Вдалеке уже были слышны голоса американцев.

Маку ничего не оставалось, как рискнуть – еще немного прибавить газу.

Морские пехотинцы обыскали весь ангар и, выйдя через задние ворота, увидели перед собой лишь пустыню, погруженную в сумерки. Мак был уже далеко.

– По крайней мере, нам удалось достать то, что мы искали, – промолвила Спалко.

«Кажется, мы могли бы рассчитывать и на большее», – подумал Мак.

* * *

Очнувшись, Давченко увидел над собой звезды.

Его подняли с земли, помогли встать на ноги, отряхнули от пыли и дали напиться противной теплой воды. Махнув своей громадной лапой, полковник послал подчиненных подальше. Дальше он как-нибудь сам. Сделав несколько нетвердых шагов, он жадно вдыхал ночной воздух. В голове словно работал тяжелый молот, а обожженные глаза слезились.

Рядом стоял джип с работающим двигателем. Солдаты ждали дальнейших распоряжений.

Давченко осмотрелся.

Доктора Джонса нигде не было видно.

– Где он? – злобно спросил полковник по-русски.

Один из солдат покачал головой.

– Когда мы приехали, его уже не было.

С гримасой отвращения Давченко медленно обошел кругом реактивную дрезину. Рядом на песке обнаружились следы, ведущие в пустыню.

Доктор Джонс!

Давченко злобно прищурился, мысленно проследив путь профессора. Вдали, почти у самого горизонта виднелись огни какого-то города. Давченко, выпрямившись, схватил за шиворот одного из солдат.

– Найдите его! И убейте! – рявкнул он по-русски. – А вместе с ним и всех, с кем он успел поговорить.

Трое солдат уселись в джип, который немедленно сорвался с места и, подняв тучу пыли, устремился по направлению к городу.

Несколько секунд Давченко пристально следил за джипом, а затем, развернувшись, заковылял к командирскому внедорожнику. Упав на заднее сиденье, он приказал шоферу развернуть машину, и внедорожник помчался в противоположном направлении – туда, откуда приехал.

Давченко хмуро смотрел на выжженную пустыню.

Он был сыт по горло этими дюнами, кактусами и скорпионами.

Глава 8

Прихрамывая на одну ногу и согнувшись в три погибели, Инди вошел в город. От усталости он едва держался на ногах. Он брел наугад по главной улице. По обеим сторонам темнели витрины. Час был поздний, и все магазины были давно закрыты. Только уличные фонари весело подмигивали. Где-то далеко слышалась музыка. Наверное, из бара или ресторана, еще не успевших закрыться.

Инди пошел на звук в надежде на стакан воды.

В пересохшем горле саднило от пыли.

Он порылся в карманах. Ни цента. Оставалось надеяться лишь на помощь добрых самаритян.

Двигаясь в сторону центра, он рыскал взглядом в поисках полицейского участка или мэрии. Нужно поднять тревогу! Чтобы остановить этих ужасных русских.

Ему попалось несколько автомобилей, припаркованных у обочины. Сначала он хотел воспользоваться одним из них, но потом понял, что у него нет для этого ни сил, ни желания. Как ни печально признать, он находился в совершенно беспомощном состоянии.

На перекрестке он остановился, размышляя, куда идти дальше. Откуда-то сзади донесся шум приближающегося автомобиля. Со стороны пустыни к городку подъезжал джип. Одна фара ярко горела, другая была разбита. Он сразу понял, что это за «гости».

Русские шли за ним по пятам.

Инди поспешно свернул за угол, а джип въехал на главную улицу. Они не оставят его в покое.

Застонав сквозь зубы, он нырнул в переулок – подальше от русских. По обеим сторонам улицы располагались аккуратные домики, словно игрушечные. Подстриженные лужайки перед крылечками. Пышные клумбы. Заборчики из штакетника. Жаль подвергать риску это райское местечко, но другого выхода не было.

Двигаться вдоль по улице слишком опасно.

Инди свернул в проход между домами во внутренний дворик. В сумерках он не заметил, как налетел на развешенное поперек двора белье. Словно угодил в ловчую сеть, расставленную аборигенами. Кое-как выпутавшись из веревок, он поспешил к заднему крыльцу одного из домов.

За цветастыми занавесками уютно горел абажур. Слышались голоса, музыка.

Инди вежливо постучал, но ответа не дождался. А кричать поостерегся. Обнаружив, что дверь не заперта, он решил войти без спросу. Он оказался в крохотной кухне, с кафельным полом в шашечку. Кухня была укомплектована по последнему слову техники. Включая громадный современный холодильник.

Инди бросил на него жадный взгляд, мечтая о стакане воды со льдом.

Но нельзя было терять ни секунды.

– Есть кто дома? – позвал он спертым от жажды и усталости голосом.

Снова не дождавшись ответа, он поспешил туда, откуда раздавалась музыка, и оказался в уютной гостиной. Семья из четырех человек расположилась в креслах и на диване перед включенным черно-белым телевизором. Папа, мама и двое детишек. По телевизору шло дурацкое телешоу «Как дела, Америка?». Чтобы не слышать этой идиотской дребедени, Инди с удовольствием раздолбал бы телик, но, увы, он находился в гостях.

Его взгляд упал на журнальный столик с телефоном. Схватив трубку, он принялся набирать помер. Одновременно обернулся и торопливо обратился к главе семейства.

– Русские! Диверсанты! Они проникли на секретную военную базу... – Прижимая трубку к уху, Инди сообразил, что не слышит гудка. Он несколько раз постучал по клавише ладонью. – Эй, у вас тут есть исправный телефон?

Никто не двинулся с места. Никакой реакции. Словно впав в гипнотический транс, семья была прикована к телевизору. На экране кривлялся конопатый ведущий – то гогоча, как гусь, то издавая лошадиное ржанье.

– Да что с вами такое, люди добрые?!

Инди схватил отца семейства за руку и потряс. Какого же было его изумление и ужас, когда рука тут же оторвалась от тела. А мужчина вывалился из кресла и, упав на ковер, застыл в странной позе, с неловко вывернутой шеей. На его лице продолжала сиять дурацкая улыбка.

Инди в ужасе отпрянул.

Он находился среди манекенов.

Едва живой от жажды и усталости, он никак не мог понять, что же происходит. Изумленный до глубины души, не в силах пошевелиться, он и сам застыл на месте, подобно манекену.

Затем, словно нарочно пробуждая его ото сна, на улице завыла сирена. Все громче и громче. Инди повернулся к окну. Его осенила ужасная догадка.

Он узнал звук этой сирены.

Это был сигнал воздушной тревоги.

– Час от часу не легче!..

Он бросился к парадной двери и, распахнув ее, выскочил на крыльцо. Потом на лужайку. Около почтового ящика с письмами в руке застыл манекен-почтальон. На другой стороне улицы замер на ходу манекен-прохожий с манекеном-собачкой на поводке. В конце улицы на спортивной площадке виднелись манекены ребятишек, играющих в мяч. А на перекрестке замер «бьюик» с манекеном-водителем у открытого окна.

Инди заметил на обочине знак с какой-то надписью. Крупные буквы вверху провозглашали: «Добро пожаловать!». Подойдя ближе, он прочел надпись полностью:

«Добро пожаловать в город Судного Дня!

Испытательный полигон армии США

Гражданским лицам вход строго воспрещен!»

У Инди отвисла челюсть. Ну и денек!

Неожиданно вой сирены захлебнулся. Вместо него в громкоговорителях послышался пронзительный голос:

– ВСЕМУ ПЕРСОНАЛУ ЗАНЯТЬ СВОИ ПОЗИЦИИ. НАЧИНАЮ ОБРАТНЫЙ ОТСЧЕТ ВРЕМЕНИ!..

Глава 9

Забыв про усталость и синяки, Инди в панике рванул к центральному перекрестку. Удивительное дело, как страх смерти в одну секунду заряжает энергией обессиленные члены!

Едва он повернул за угол, как у него под ногами заклубилась земля, а над ухом послышался осиный свист пуль. Присев от неожиданности, он не сразу понял, что по нему ведут прицельный огонь.

Тоже мне, нашли, чем испугать!

Впрочем, угроза была не шуточная.

Инди шмыгнул за почтовый ящик. Улучив момент, он выглянул и увидел, что русский стрелок занимает новую, более удобную позицию, укрывшись за неподвижным «бьюиком».

Деваться Инди было некуда.

Затем с другой стороны послышался шум подъезжающего автомобиля. Это был потрепанный армейский джип. Круто развернувшись посреди площади, он остановился прямо перед Инди. Солдат на переднем сиденье, положив карабин на щиток лобового стекла, стал целиться.

Что ж, ваша взяла... Только поздно спохватились, ребятки!

– Осталось сорок пять секунд... – прокричал голос из громкоговорителя.

Один из снайперов выстрелил, и пуля звонко отрикошетила от почтового ящика.

Понимая все безумие ситуации, Инди вышел из укрытия и высоко поднял над головой руки. Терять было нечего.

– Подождите! – заорал он. – Хватит палить, идиоты! Вы что, не врубаетесь, что происходит?

Он повернулся и указал рукой туда, где в конце центральной улицы на холме, возвышаясь над всем городком, торчала собранная из металлических балок вышка, увешанная громкоговорителями и сиренами. Чуть ниже, над специальной платформой был подвешен огромный черный шар, опутанный проводами и облепленный зарядами-детонаторами.

Для пущей ясности у него на боку было выведено крупными белыми буквами: БОМБА.

Более того, ЯДЕРНАЯ!

Русский снайпер выпучил глаза. Только сейчас до него дошло. Развернувшись, он пустился наутек, что-то выкрикивая по-русски и потрясая в воздухе винтовкой. Он обращался к своим товарищам в джипе, показывая им на вышку с бомбой.

Сообразив, что к чему, водитель нажал на газ, и джип пронесся мимо стрелка, притормозив лишь на долю секунды, чтобы тот успел запрыгнуть.

Инди последовал за ними, но потом остановился и, в отчаянии махнув рукой, пробормотал:

– Ну конечно! На меня вам наплевать...

Потом он сделал еще несколько шагов. Но, осознав всю бесцельность своих действий, остановился.

Джип пронесся по главной улице и, выскочив из города, как бешеный помчался прямо по пустыне, поднимая тучи пыли и сшибая на ходу кривые кактусы.

– Осталось тридцать секунд!.. – сообщил громкоговоритель.

Инди понял, что у него есть только один шанс на спасение, а для этого он должен вернуться в город, на аккуратную улицу с игрушечными домиками.

Парадная дверь, как он ее и оставил, была распахнута настежь. В несколько прыжков Инди преодолел лужайку, взбежал на крыльцо и бросился через гостиную на кухню. В гостиной все еще звучала музыка из популярного телешоу.

– Осталось пятнадцать секунд!..

Оказавшись на кухне, Инди сразу бросился к громадному современному холодильнику и распахнул дверцу.

– Осталось десять секунд!..

Ну же, ну!

Дрожа от нетерпения, он принялся освобождать холодильник, швыряя прямо на пол полки и коробки. Он задержался лишь на мгновенье – чтобы сунуть в рот кубик льда из ледницы, с наслаждением всасываясь в тающий лед. Другого случая ему уже могло и не представиться.

– Осталось пять секунд!..

Он забрался в холодильник и с силой захлопнул за собой дверцу.

– Четыре!..

Но дверца не захлопывалась. Рукав его кожаной куртки зацепился за ручку.

– Три!..

Он отцепил рукав...

– Два!..

...захлопнул дверцу.

Перед тем как погасла лампочка, Инди успел прочесть небольшую надпись на внутренней стороне дверцы...

– Один!..

«НАДЕЖНАЯ ТЕПЛОИЗОЛЯЦИЯ. СВИНЦОВАЯ ЗАЩИТА».

* * *

Джип швыряло по ухабам из стороны в сторону; он успел отъехать от города Судного Дня примерно на милю. Один из солдат оглянулся и обмер от ужаса. Никогда он не видел ничего подобного. Серая пустыня озарилась ярким белым светом. Вспышка была такой силы, что в следующее мгновенье в глазах у солдата потемнело: сетчатка была выжжена начисто.

Водителю повезло меньше. Взрыв озарил пустыню на многие мили вперед, превратив каждую песчинку в сверкающий бриллиант. В зеркало заднего обзора он увидел, что мир загорелся, как гигантский костер. По пустыне катился шквал адского огня, превращая песок в расплавленное стекло.

На его глазах эта жуткая волна подкатывала все ближе и ближе.

За секунду до того, как бесследно испариться вместе с остальными товарищами и самим джипом, солдат успел стать свидетелем очень странного явления. Мимо них, вернее, у них над головами, подхваченный взрывной волной, пронесся огромный белый холодильник.

В следующее мгновенье джип исчез в огне.

* * *

Инди не помнил ни полета, ни приземления. Очнувшись в замкнутом пространстве, в полной темноте, он вообще ничего не помнил. В первый момент его охватила паника: неужели он погребен заживо?! Для археолога, привыкшего забираться в гробницы и пещеры, этот страх был, можно сказать, профессиональной фобией. Инди стал отчаянно царапать и молотить кулаками стены.

Потом он вспомнил все.

Но от этого паника только усилилась.

Он пинал стены коленями, лягал ногами, толкал плечом. Наконец ему удалось сломать защелку, дверца распахнулась, и он вывалился наружу. Его обожгла волна раскаленного воздуха. Рядом, среди дымящихся обломков, валялся обожженный, закопченный холодильник.

Инди сделал несколько нетвердых шагов в надежде поймать прохладный ветерок.

Увы, вокруг сеялась зола остывающего адского пекла.

На расстоянии мили от него над пустыней поднималось огромное грибовидное облако, бледно отсвечивающее на фоне ночного неба. Немного погодя облако начало видоизменяться и превратилось в огромный жуткий череп. Из черных глазниц сыпались огненные искры.

Череп человека или маска дьявола.

Большой разницы Инди не видел.

Глава 10

Несколько часов спустя голый Инди стоял в дезактивационной камере одной из военных баз. Четверо солдат с садистским наслаждением скребли и оттирали его жесткими щетками, норовя забраться туда, где он и сам никогда не бывал. А может, просто хотели содрать с него, живого, кожу. При этом они сыпали отнюдь не лестными комментариями относительно его телосложения.

Ну да, у него было несколько шрамов. А у кого их нет? За каждым шрамом стояла своя история, которыми была полна его бурная жизнь. Долгие годы он колесил по странам и континентам. Поднимался в горы, спускался в древние гробницы, вылезал живым и невредимым из непролазных джунглей, плутал по выжженным солнцем пустыням и заснеженным тундрам. Ему довелось вступать в схватку со всеми злодеями мира: начиная от дикарей-людоедов и кончая нацистами. Кстати, если уж зашла речь о людоедах и нацистах, то он, без сомнения, предпочел бы иметь дело не с последними.

И вот теперь он здесь...

Жесткие щетки продолжали безжалостно скрести его измученное тело. Как будто хотели отскрести его прошлое.

Несколько часов назад военный вертолет случайно обнаружил его, в полубессознательном состоянии, недалеко от эпицентра ядерного взрыва. Перед тем как его доставили сюда, в него влили несколько литров крови, лекарств и физраствора; заставили выпить несколько стаканов йодированной соды, чтобы обезопасить внутренние органы от последствий радиоактивного облучения.

Наконец помывка закончилась, и к нему приступил коротышка-врач со счетчиком Гейгера в руке. Он обследовал Инди спереди и сзади. К счастью, счетчик почти не издавал щелчков.

– Вы в рубашке родились, – заметил доктор.

– О да! Точнее, в суперсовременном холодильнике, – кивнул Инди, накидывая халат. Все тело нестерпимо горело огнем. Казалось, его заживо поджарили.

Впрочем, жаловаться не приходилось. Живой – и на том спасибо!

Двое мужчин, наблюдавших за унизительной банной процедурой из другого угла комнаты, кажется, ничуть не разделяли его радости.

Они были словно братья-близнецы: оба в темных костюмах, сверкающих туфлях, оба вырубленные из одного и того же материала, того самого, из которого делают суровых попечителей государственной безопасности. У одного фамилия была Смит, у другого – Тейлор. Имен им, как видно, не полагалось. По крайней мере, ему, Инди, они своих имен не открыли.

Инди не спеша направился к ним. В этот момент в комнату вошел солдат-посыльный и, словно механическая кукла, подал Смиту листок бумаги. Тот молча прочитал сообщение, не произнеся ни слова, протянул листок Тейлору, который так же молча пробежал его глазами и, аккуратно сложив вчетверо, сунул в нагрудный карман своего безукоризненного пиджака.

Затем оба пристально взглянули на Инди.

Смит показал на стул рядом с железным столом. Инди не прочь был присесть, но в данной ситуации предпочел вести разговор стоя.

Смит заговорил первым.

– Судя по всему, история, которую вы рассказали, похожа на правду, доктор Джонс... Но лично меня в первую очередь интересует, каким образом вы оказались в одном автомобиле с русскими.

Инди протяжно вздохнул. Сколько можно повторять одно и то же?

– Я уже говорил, меня оглушили и похитили прямо с археологических раскопок в Мексике. Я пришел в себя только в автомобиле.

– Вместе с вашим добрым приятелем Джорджем Макхейлом?

Инди сразу почувствовал подвох. Шок, который он испытал после предательства друга, могли залечить только годы. Если вообще могли...

Он покачал головой.

– У меня не было никаких оснований подозревать, что Мак окажется шпионом. Мы служили вместе во время войны. Он работал на Ми-16, я – на УПП. Мы провели около тридцати совместных миссий в Европе и на Тихом океане. Мы даже...

– Не нужно бравировать своими боевыми заслугами, полковник Джонс, – оборвал его Тейлор. – Мы все работали.

– Серьезно? И на кого же работали вы?

Тейлор нахмурился. Слово снова взял Смит:

– Думаю, вы недопонимаете всю серьезность ситуации, доктор Джонс. Судя по всему, вы поспособствовали агентам КГБ проникнуть на секретную базу, да еще в самом сердце Америки. В самом сердце моей Родины.

Однако Инди никак не отреагировал на эту приманку, решив сменить тему.

– Что было внутри того металлического контейнера, который они искали? – поинтересовался он.

Тейлор похлопал ладонью по столу.

– Разве они вам не объяснили? Вы же видели содержимое этого контейнера раньше.

Инди молча переводил взгляд с одного на другого.

– Вы имеете в виду фарс с авиакатастрофой сорок седьмого года? – наконец фыркнул он. – Что я могу вам сказать? Меня вместе с двумя десятками других специалистов загнали в автобус с закрашенными стеклами. Нам даже не разрешали друг с другом разговаривать. Нас отвезли куда-то к черту на рога, где уже шла полным ходом спасательная операция. Разбился какой-то испытательный аппарат. Единственное, что я запомнил, – изуродованные тела, завернутые в фольгу, излучавшую сильное магнитное поле. Нам так никогда и не рассказали всю правду о случившемся. Нам даже пригрозили, что если мы кому-то проболтаемся об увиденном или попытаемся заняться самостоятельными расследованиями, нас обвинят в государственной измене... – Инди посмотрел на Смита. – Такие дела... Теперь ваша очередь рассказывать. Что же находилось в том контейнере?

– Так дело не пойдет. Вопросы здесь задавать будем мы, а вы будете на них отвечать, доктор Джонс.

– Там находилась мумия, – сказал Инди, вспомнив, что так называла свою находку Спалко.

Губы Смита дернулись, но потом он постарался скрыть свое удивление.

– В наших архивах нет ничего насчет того, что именно там находилось, – пробормотал он.

– Должно быть, вы что-то напутали, доктор Джонс, – резко прибавил Тейлор, всем своим видом давая понять, что если Инди и на этот раз вздумает спорить, это будет прямая угроза безопасности Соединенных Штатов.

– На складе хранятся лишь запчасти к самолетам, – сказал Смит. – И ничего больше.

Инди хотел возразить, но в этот момент дверь в комнату распахнулась, и в помещение вошел пожилой здоровяк с лицом, выражение которого напоминало бульдога, готового к схватке. На нем была военная форма, на погонах сверкали две звезды. Генерал был мужчиной громадного роста, и голос у него был соответствующий.

– Здравия желаю, генерал Росс! – смущенно приветствовал его Смит.

Но генерал не обратил на него никакого внимания. Он шагнул прямо к Инди.

– Слава богу, Инди! Ты жив и невредим! Неужели нельзя было придумать ничего поумнее, как забраться в холодильник? Известны случаи, когда люди захлопывались в холодильниках, а потом не могли выбраться. И в результате – смертельный исход.

Генерал от души расхохотался над своей собственной шуткой. Инди лишь сдержанно усмехнулся. Он уж и не помнил, когда последний раз беззаботно смеялся. Улыбка быстро сошла с его лица – слишком велика была усталость, слишком напряжены нервы.

Он обменялся с генералом рукопожатием.

– И я рад встрече, Боб!

– Сэр... – начал Смит.

Генерал Росс повернулся к парочке в штатском.

– Расслабьтесь, парни. Я готов поручиться за доктора Джонса.

Наконец Инди позволил себе сесть.

– Что происходит, Боб? Агенты КГБ расхаживают по территории США, как у себя дома. Кто та женщина?

– Какая женщина? – поспешно спросил Тейлор. – Опишите ее!

Инди отвернулся от Тейлора и посмотрел на генерала. Тот кивнул.

– Давай, Инди, как она выглядела?

– Высокая брюнетка лет тридцати пяти, – сказал Инди. – Носит при себе что-то вроде сабли или рапиры. И к тому же неплохо ею владеет... – Он потер ладонью горло.

Смит и Тейлор вновь переглянулись. Инди понял, что они знают, о ком идет речь. Затем, извинившись перед генералом, Тейлор поспешно вышел из комнаты.

Генерал Росс удивленно двинул бровями.

– Похоже, это Ирина Спалко...

Смит порылся в толстой оперативной папке, которую держал в руках, и, выудив фото, на котором была изображена русская, протянул Инди. На снимке она была моложе и одета в советскую военную форму. Да, это была она – Снежная Королева.

– Она! – кивнул Инди.

Глядя на полупрозрачное стекло, он увидел, что из соседней комнаты за ними наблюдает Тейлор. Потом Тейлор снял телефонную трубку и стал набирать номер. Инди отвернулся.

– Вы уверены, что она находится здесь? – переспросил Смит, напоминая Инди, что допрос еще не закончен.

– Была, по крайней мере. Я так полагаю... А кто она?

Смит спрятал фотографию в папку, а папку в дипломат. И вместо ответа щелкнул замком.

Генерал Росс был более откровенным.

– Она была любимицей Иосифа Сталина. Один из главных научных специалистов по экстрасенсорике, если это можно назвать наукой.

Смит нахмурился.

– Генерал Росс! – предостерегающе промолвил он.

– Она руководит группами, которые Кремль рассылает по всему миру – на поиски различных артефактов, которые могут найти применение в военной области. Она...

– Сэр!.. Я настаиваю!

Генерал смерил его ледяным взглядом, но Смит не отступал.

– Вы можете поручиться за доктора Джонса, но кто поручится за вас, сэр?

Генерал наклонился к нему и спокойно сказал:

– Полегче, Пол!

Стало быть, у Смита было имя.

– В нашей армии далеко не все красные, Пол, – продолжал генерал. – Во всяком случае, Инди не из их числа.

Инди уже был наслышан о недавно развернувшейся компании по «охоте за ведьмами», которую возглавил сенатор из штата Висконсин Джозеф Маккарти. Именно он добился смертного приговора для супругов Розенберг, обвиненных в передаче русским секретных ядерных разработок. С тех пор бесконечные слушания и расследования, начатые в Вашингтоне, как зараза распространились по всей стране, докатившись даже до Голливуда.

Инди озабоченно сдвинул брови, понимая, что в словах агента в штатском могла содержаться реальная угроза.

– Кстати, какие обвинения выдвинуты лично против меня? – поинтересовался он. – Может, я повинен в том, что выжил, находясь в эпицентре ядерного взрыва?

Через стекло было видно, что Тейлор закончил говорить по телефону. Через секунду он вернулся в комнату.

– Пока никаких обвинений, – ответил Смит. – Однако, если честно, – продолжал он, – ваше знакомство с Джорджем Макхейлом вызывает большие подозрения, включая военный период.

Генерал Росс побагровел от возмущения.

– Вы что, с ума посходили? Да известно ли вам, сколько орденов и медалей у этого сорвиголовы?

– Известно, известно. Только это еще большой вопрос – как он их заслужил...

Вступивший в разговор Тейлор предупредил новую вспышку генеральского гнева.

– Давайте говорить начистоту, доктор Джонс. По понятным причинам ФБР проявляет интерес к вашей персоне, – сказал Тейлор. – Только и всего.

– И очень значительный интерес, – присовокупил Смит.

Инди не верил своим ушам: неужели его лояльность может вызывать сомнения?! Внутри у него все переворачивалось от возмущения. Сколько еще нужно заработать шрамов, чтобы, наконец, заслужить признание своей страны?

– Послушайте, – нахмурившись, сказал Инди, – если у вас есть насчет меня какие-то сомнения, свяжитесь с конгрессменом Фреленгом. Или с Эйбом Портманом из армейской контрразведки. Черт, да спросите кого угодно! У меня куча друзей в Вашингтоне.

– Мне кажется, профессор, – тонко улыбнулся Тейлор, скрестив руки на груди, – у вас на этот счет большие иллюзии.

Глава 11

Ирина Спалко решительно вошла в операционную частного исследовательского центра. На ней был голубой докторский халат, маска закрывала половину лица, а на руки были натянуты резиновые перчатки.

Пациент лежал на никелированном хирургическом столе. Рядом стоял ассистент, специалист-патологоанатом, прилетевший специально из Восточного Берлина. Над операционным столом ослепительно сияли три мощные электрические лампы, каждая размером со сковородку.

Однако в помещении было как-то необычно пусто: ни анестезиолога, ни медсестер. Ни соответствующего оборудования.

Впрочем, для пациента, который ждал своего часа на операционном столе, ничего этого не требовалось.

В операционной находились также три пожилых человека в строгих серых костюмах с непроницаемыми каменными лицами. Надев медицинские маски, они стояли неподвижно, держа руки за спиной.

На лацканах у них не было пришпилено никаких табличек с именами, а в паспортах значилось, что они граждане Франции, Бразилии и Италии. И только Спалко знала, что перед ней особо важные персоны, члены президиума советского политбюро. Те, кому принадлежала реальная власть в Москве.

Поприветствовав членов политбюро кивком головы, Ирина Спалко шагнула к столу.

Артефакт, обнаруженный в Нью-Мексико и похищенный из ангара военной базы в Неваде, был со всеми предосторожностями извлечен из металлического контейнера. Теперь он лежал на столе, все еще обмотанный металлической фольгой. Его уже пытались исследовать про помощи рентгеновских лучей, но это не дало никаких результатов.

– Вы готовы? – спросил патологоанатом по-немецки.

– Да.

Казалось, она ждала этой минуты целую вечность.

Патологоанатом протянул руку и включил видеокамеру, установленную рядом на высокой треноге. Затем вдвоем они принялись осторожно, слой за слоем освобождать мумию от фольги, в которой та покоилась, словно в коконе. Куски фольги снимались без труда, но, когда их откладывали в сторону, они удивительным образом принимали прежнюю форму.

Само собой, каждый кусочек фольги был сохранен и аккуратно упакован для дальнейших исследований.

Последний слой фольги снимали с особенной тщательностью. Рядом жужжала видеокамера, но Спалко слышала лишь стук своего колотящегося сердца. Когда последний слой был снят, она ощутила, что на нее повеяло каким-то небывалым ароматом. Запах напоминал букет специй: апельсиновое масло, лакрицу. Кроме того, здесь присутствовал насыщенный земляной дух. Но больше всего Ирину Спалко заинтересовал едва уловимый электрический оттенок – так пахнет в воздухе после короткого замыкания.

Наконец были удалены все обертки. Руки Спалко застыли над странным телом: небольшим по размеру, с кривыми ручками и распухшими коленями, сероватой кожей и огромными раскосыми глазами. Патологоанатом приступил к измерениям. Внимание Спалко было целиком поглощено головой мумии. Прежде всего в глаза бросались удлиненная форма черепа, маленький рот и узкие щелки ноздрей.

Прошло не меньше часа, прежде чем патологоанатом сделал знак Спалко, что пора браться за скальпель.

Следующие шесть часов заняло медленное, методичное вскрытие. С такой же тщательностью, как они снимали фольгу, теперь они слой за слоем препарировали плоть. Со всеми соответствующими измерениями и сбором образцов. Каждый образец был помещен в отдельную банку с формальдегидом. Наконец перед ними лежал голый скелет: череп, грудная клетка с тонкими ребрами, таз, а также кости рук и ног.

Спалко ахнула от изумления и отступила назад.

В ярком свете операционных ламп обнаружилось нечто чудесное. Это просто не укладывалось в человеческой голове. Кости сияли и переливались всеми цветами радуги, словно драгоценные камни. Казалось, они сами излучали свет – небывалого, неземного происхождения.

Спалко обошла стол кругом. Один раз. Потом другой. Потом третий.

Она была загипнотизирована удивительным зрелищем.

Услышав рядом сдержанное покашливание, она вспомнила, что кроме нее в операционной находились члены политбюро. На их лицах было все то же бесстрастное выражение, а в блеклых глазах ни одной искры любопытства. Судя по всему, они уже сделали свои выводы и теперь направлялись к выходу.

– Делайте все, что положено, – сказал первый.

– Вам никто не будет мешать, – сказал второй.

В словах третьего прозвучала почти угроза:

– И никаких ошибок!

Когда они вышли, Спалко, как зачарованная, снова повернулась к столу.

В ее мозгу крутились тысячи вопросов, гипотез и возможностей. Но она уже знала, как будет действовать дальше.

И ее ждет успех!

Часть вторая

Учиться никогда не поздно

Глава 1

Инди неторопливо прохаживался перед классной доской, на которой мелом были начертаны древние кельтские письмена. На столе были разложены груды археологических экспонатов из Северной Европы, позаимствованные из университетского музея и из его, Инди, личной коллекции: каменные таблички с рунами, каменные топоры, ножи, испещренные кельтскими символами, щит викинга, серебряные украшения, а также множество глиняных черепков.

По другую сторону преподавательского стола расположились студенты-первокурсники. Они внимательно наблюдали за передвижениями Инди вдоль стола, словно следили за поединком на теннисном корте. Шаг направо, два шага налево. На Инди были твидовый пиджак с заплатами на локтях, а также темные спортивные очки.

Вернуться к своим корням, раствориться в окружающей среде – как любил повторять его старый приятель Маркус Броди, декан колледжа Маршалла, достигший всех наград и почестей в своей области, ныне покойный.

Однако некоторые вещи не так-то просто спрятать.

Инди проковылял в другой конец аудитории. Он вернулся в университет всего три недели назад. Синяки и ссадины на лице почти зажили, но до полного выздоровления еще было далеко. Он поднял указку и, поглядывая через плечо на студентов, принялся рассказывать о развешанных на доске фотоснимках развалин Скара Брейе времен эпохи неолита, затерянных среди зеленых холмов Оркни.

– ...что стало возможным с возникновением дорог и примитивных способов осушения болот, признаки коих мы можем наблюдать также и в Скара Брейе, на западном побережье Шотландии. Скара Брейе датируется третьим тысячелетием до нашей эры. Поселение просуществовало шестьсот лет, а в две тысячи пятисотом году до нашей эры было покинуто. По какой причине? Этого мы не знаем. Как не знаем этого и относительно многих других исчезнувших цивилизаций...

Инди обернулся и увидел, что дверь отворилась и в аудиторию вошел декан Чарлз Стенфорт. Это был пожилой человек, седой, с большими залысинами, державшийся прямо и с достоинством. Костюм, который он носил, вот уже лет двадцать как вышел из моды.

Увидев его, Инди запнулся. Что-то не так. Декан покидал свой кабинет – «башню из черного дерева» – только в исключительных случаях.

Стенфорт приветствовал Инди кивком головы. Они были друзьями. Стенфорт молча оглядел студентов и так же молча сделал Инди знак, чтобы тот вышел с ним в коридор.

Инди положил указку на подставку у классной доски.

– Я на минутку... А пока прочтите четвертую главу из Михельсона. Чуть позже мы поговорим на тему миграций...

Стенфорт направился в холл. Студенты зашептались. Инди последовал за деканом. Они вышли в пустой коридор с холодными каменными стенами. Стрельчатые окна в конце коридора выходили на симпатичный студенческий городок: ухоженные газоны, фронтоны коттеджей увиты плющом, между ними большой плакат с объявлением о предстоящем товарищеском матче.

Стенфорт хмуро пожал Инди руку.

– Привет, Генри.

Прошла секунда-другая, прежде чем до Инди дошло, что обращаются к нему. Стенфорт никогда не знал его как Индиану. И всегда обращался к нему исключительно официально. Как и значилось на табличке его кабинета: «Профессор Генри Джонс-младший».

– У меня неприятные новости, – продолжал декан. – Утром у нас были агенты ФБР. Устроили обыск в твоем кабинете, перерыли все бумаги...

– Погоди! – всплеснув руками, возмущенно воскликнул Инди. – Как так?

– У них был ордер на обыск и все бумаги.

– И ты им позволил? – воскликнул Инди. – Ты же декан! Ты мог поднять грандиозный скандал. Они не имели никакого права...

– Боюсь, что имели, – вздохнул Стенфорт. – Ты знаешь, какая сейчас в стране политическая обстановка. Университет не может позволить себе ссориться с властями.

– Чертовы бюрократы, – проворчал Инди.

Прежний декан Маркус Броди никогда бы не сидел сложа руки, наблюдая, как вламываются в кабинет его сотрудника.

– Есть новости и похуже, – сказал Стенфорт.

– Похуже?

Декан неуверенно покашлял.

– Попечительский совет постановил, чтобы ты на время ушел в отпуск.

– Что? – Инди понял, к чему идет дело. – Меня что, увольняют?

– Да нет же, – пробормотал декан. Он снял очки и озабоченно потер пальцем переносицу. – Говорю тебе, отпуск...

– Говори прямо, ты хочешь меня уволить!

Стенфорт нетерпеливо поднял руку.

– Отпуск с сохранением содержания. Ты даже не потеряешь в зарплате.

Инди повернулся и погрозил кулаком в неопределенном направлении.

– Не нужны мне их поганые деньги! – Он снова посмотрел на декана. Его голос звенел от возмущения. – Можешь им передать, пусть засунут их сами знают куда!..

– Пожалуйста, не глупи, Генри. Ты ведь не знаешь, через что мне пришлось пройти.

– Да? И через что же? – язвительно усмехнулся Инди.

Стенфорт пристально посмотрел на разозленного друга.

– Мне пришлось подать в отставку.

* * *

Потрепанный, видавший виды кожаный чемодан лежал на кровати. Единственное утешение. Инди щелкнул замками и откинул крышку. Проще говоря, он еще не успел распаковать чемодан после последней поездки.

Инди подошел к высокому комоду и принялся бросать в чемодан рубашки и носки. Как попало. Порядок наведет потом, когда прибудет на место.

– Ну и куда же ты отправишься? – поинтересовался Стенфорт, усаживаясь в кресло за письменным столом Инди.

С охапкой сорочек и мятым костюмом в руках Инди выпрямился и взглянул на друга. Молча пожал плечами. Потом швырнул вещи в чемодан. Он еще не решил. Всякие есть варианты.

Стенфорт рассеянно перебирал предметы, грудой сваленные на письменном столе. Чего тут только не было: маски маори, пластинки с письменами из моржовой кости, египетский жук-скарабей. На стопке старых журналов стояла полупустая бутылка красного вина. А ведь была только середина дня...

– Должны же у тебя быть какие-то планы, Генри?

Конечно, кое-какие задумки имелись. Правда, в самом зачаточном состоянии.

– На поезде до Нью-Йорка, – немного поразмыслив, сказал Инди. – Потом в Лондон. А там посмотрим... Может быть, осяду в Лейпциге, буду опять преподавать. Генрих обещал меня пристроить...

– Тебя здесь ничто не держит... – согласился Стенфорт, задумчиво поболтав вино в бокале. – Я и сам с трудом узнаю нашу страну. Повсюду им мерещатся коммунисты. Теперь, когда истерия перекинулась на университет, моей карьере в любом случае пришел бы конец.

Прислонившись к шкафу, Инди задумчиво посмотрел на друга, только что подавшего в отставку декана. Нет, видно недаром кое-кто называл его, Инди, эгоистом. К сожалению, он сам слишком поздно обнаружил за собой этот грех...

– А как Дейдра приняла новость о твоей отставке? – поинтересовался он.

Стенфорт пожал плечами.

– А как, по-твоему, жены реагируют на подобные новости? Со смешанным чувством гордости и ужаса.

Те же чувства были написаны и на лице самого бывшего декана. Плюс сожаление.

– Я чувствую себя скотиной, – сказал Инди. – Я с самого начала не имел права сомневаться в тебе.

– Чего уж там... В наше время начнешь сомневаться в ком угодно. Даже в друзьях.

Инди вздохнул и уселся на кровать.

– Последняя пара лет была для меня сплошным несчастьем, Чарли. Сначала отец, потом Маркус...

– Оба – великие люди, – кивнул Стенфорт, поднимая бокал. – Нам их будет не хватать...

– А тут еще Мак. Он для меня тоже все равно что умер.

Стенфорт сдержанно покивал.

– Кажется, мы вступили в ту пору жизни, когда человек теряет больше, чем приобретает...

Последовала долгая пауза. Инди потер больное колено, а Стенфорт продолжал играть вином в бокале, словно рассчитывая найти в нем ответ на все вопросы. В какой-то момент оба одновременно встряхнулись, сбрасывая с себя меланхолию.

Инди снова принялся за сборы, а Стенфорт взялся за бутылку.

– Пожалуй, еще полстаканчика... – пробормотал последний.

Инди перерывал ящики письменного стола. Выудив паспорт и еще несколько документов, сунул их в открытый чемодан.

Стенфорт наполнил бокал до краев.

– Надеюсь, что и ты встретишь какую-нибудь женщину, вроде моей Дейдры, – продолжал рассуждать Стенфорт. – Тогда тебе будет легче. Не исключено, что она уже где-то совсем рядом, только ты еще этого не знаешь.

Инди нахмурился.

– Не наступай на больную мозоль, дружище!

Стенфорт миролюбиво помахал рукой, а потом, спохватившись, взглянул на часы.

– Боже правый, я должен бежать домой! Дон и Мэгги приезжают из города на обед. Срочный семейный совет.

– Хорошие у тебя ребята, Чарли, – улыбнулся Инди.

Стенфорт улыбнулся.

– Здоровые и работящие. О чем еще можно мечтать. – Он неуклюже поднялся на ноги, едва не расплескав бокал. – Мне действительно пора домой. К тому же неплохо прогуляться вечерком по воздуху. Погода-то какая!

Инди положил ему руку на плечо.

– Спасибо тебе за все, Чарли, дружище!

Стенфорт неопределенно кивнул и пожал плечами.

– По-твоему, у меня такой жалкий вид? – хмыкнул друг. – А знаешь, эти господа из попечительского совета чуть сквозь землю от стыда не провалились. Так я и буду рассказывать внукам.

Он двинулся к двери, но на пороге остановился, чтобы высказать еще одну осенившую его мысль.

– Полжизни человек тратит на поиски самого себя. А когда находит, другие полжизни ему приходится потратить на то, чтобы мир его заметил...

Инди как раз распахнул дверцу шкафа, и его взгляд упал на висящую на крючке потрепанную рыжую «Федору». На полке рядом лежал свернутый кольцами кнут. Как будто ждали своей очереди отправиться в путь.

«Это и есть мое «я», – подумалось Инди.

Между тем Стенфорт продолжал:

– С недавних пор я стал задаваться вопросом: когда меня не будет, что обо мне скажут люди...

Так и не закончив фразу, он вышел из комнаты, словно оставив Инди наедине с этим вопросом.

Инди разглядывал шляпу и кнут.

А правда, что обо мне потом скажут люди?

Был и другой вопрос. Не менее болезненный.

А будет ли кому вообще вспомнить обо мне?..

Инди представил себе опустевший после его ухода дом. Откуда-то с улицы донесся женский крик: мать звала ребенка ужинать. В комнате монотонно тикали старинные баварские часы, еще дедовы. Когда-то это был его дом. Теперь помещение превратилось в музей, к тому же закрытый. Музей, из которого ушли даже смотрители.

На что он потратил жизнь?

Инди медленно отвернулся от шкафа. Так и не притронувшись ни к шляпе, ни к кнуту. Может быть, сейчас наступил тот самый момент, когда нужно выбрать новую дорогу.

И он решительно захлопнул дверцу, щелкнул замок, словно захлопнул дверь в прошлую жизнь.

Глава 2

Молодой мотоциклист гнал вдоль по улице, низко нагнувшись к рулю пижонского «Харлея». Юноша был одет в черную кожаную куртку, голубые джинсы и сверкающие сапоги. Плюс черные очки. Плюс кожаные перчатки.

Он гнался за мужчиной, который уносился от него на заднем сиденье такси. Сначала ему не удалось застать его дома, а теперь приходилось ловить его в городе. Такси затормозило перед железнодорожным вокзалом. Протяжный гудок отходящего поезда полностью заглушил рев мотоциклетного двигателя. Мужчина вылез из такси. На нем был твидовый пиджак, а в руке потрепанный чемодан с наклейками разных экзотических стран. Было ясно, что покидает город, уезжает за тридевять земель. У мотоциклиста оставалась последняя возможность – перехватить его на вокзале.

По вокзалу прокатился второй предупредительный гудок. Поезд должен был вот-вот отойти.

Мужчина с потрепанным чемоданом поспешил вверх по лестнице, прыгая через одну-две ступеньки.

Мотоциклист едва не потерял его из виду.

Сейчас он исчезнет навсегда.

У юноши не оставалось другого выхода, как направить мотоцикл прямо к лестнице. Заднее колесо завизжало, задымило. Выжав полный газ, мотоциклист сорвался с места и погнал вверх по ступенькам. Затем по переходу.

Но мужчина уже выходил на платформу.

Мотоциклист рванул следом. Двигатель взревел как бешеный. Соскочив с лестницы на перрон, мотоциклист, привстав на мотоцикле, словно всадник на стременах, замер на месте, но лишь на долю секунды. Мотоцикл нетерпеливо ревел. Поезд, выпуская пары, медленно тронулся с место. Перрон был запружен толпой.

Где же он?

Наконец мотоциклист заметил его, мужчину с чемоданом. Он запрыгнул в один из последних вагонов прямо на ходу.

Ах, черт!..

Мотоциклист снова оседлал своего железного коня и дал полный газ. К нему уже спешили дежурные по перрону в красных форменных фуражках. Лавируя среди толпы, юноша бросился вслед за уходящим, набирающим скорость поездом.

Когда он сдернул с носа очки, оказалось, что ему лет семнадцать-восемнадцать, не больше. Он закричал мужчине в твидовом пиджаке:

– Эй, мистер!.. Эй, мужик!

Никакой реакции.

Тогда он завопил что было мочи, стараясь перекричать рев своего мотоцикла.

– Эй, профессор!

Мужчина обернулся и, сдвинув брови, прищурился на несущегося по платформе мотоциклиста.

– Вы доктор Джонс?

Мужчина недоуменно кивнул. Выглянув из вагона, он посмотрел вперед – туда, где платформа заканчивалась кирпичной стеной.

– Кажется, ты выбрал не тот путь, парень!

Не думая о грозящей ему опасности, юноша продолжал гнаться за поездом.

– Доктор Оксли, это ведь ваш друг, верно?

Профессор приподнял брови.

– Гарольд Оксли? Археолог?

– Да!

– Что с ним стряслось, парень?

– ЕГО ХОТЯТ УБИТЬ!!!

Он сделал все, что мог. Резко затормозив, вздыбил мотоцикл передним колесом вверх и сумел остановить его буквально в дюйме от кирпичной стены.

Поезд, грохоча сквозь клубы дыма и пара, уходил прочь от платформы.

Похоже, он все же опоздал.

Мотоциклист развернул мотоцикл. Его окружили красные фуражки. Оставалось лишь надеяться на то, что профессор услышал последнюю фразу...

Когда клубы пара рассеялись, все встало на свои места.

На противоположной платформе стоял мужчина в твидовом пиджаке с чемоданом в руке.

Глава 3

Инди сидел в ресторанчике «У Арни». Перед ним на выложенном кафелем столике лежала фотография. Напротив расположился молодой человек, с аппетитом уплетающий с огромной тарелки картофель фри. Одним из ломтиков юноша ткнул в снимок:

– Вот, это Окс!

Несмотря на пролетевшие годы, Инди сразу узнал в пятидесятилетием зануде-педанте в костюмчике, застегнутом на все пуговицы, и начищенных до блеска ботинках старого знакомого.

– Мы не разговаривали лет двадцать... – пробормотал он.

И расстались они, прямо сказать, не друзьями.

Второе лицо на фотографии узнать тоже было не трудно: брюнет, напомаженные волосы зачесаны назад, на губах улыбочка пофигиста. Теперь улыбка исчезла, но бриолина для прически потребовалось на пару банок больше. Расческа лежала рядом с тарелкой – чтобы, в случае чего, уложить каждый волосок на свое законное место.

Когда из музыкального автомата послышалась «Слава любви», Инди потянулся, разминая затекшую поясницу. Декор кафе – сплошь черно-белый кафель, мигающие неоновые лампы, отдельные кабинки для посетителей, разгороженные пластиковыми перегородками, изогнутая барная стойка. Здесь смачно пахло фритюром и пирожками с абрикосовым повидлом.

И народу, как всегда, – яблоку упасть негде.

Территория поделена строго на две равные части. Первую оккупировали «ботаники» и «мальчики-мажоры» в аккуратных костюмах с подружками в розовых кофточках. Вторую – шпана в черных кожаных куртках с напомаженными волосами. Первые потягивали пустую минералку. Вторые – пробавлялись дешевым местным «пильзнером» и явно нарывались на неприятности.

К какой из двух категорий принадлежит его собеседник, у Инди вопроса не было. Сейчас его интересовало другое: о чем он хотел рассказать, что случилось с Оксом?

– Оксли всегда был умницей, – начал Инди, стараясь вызвать юношу на откровенность. – Один из лучших.

– Самый лучший! – решительно поправил его юноша.

– Однако не без странностей... Мог говорить часами. Пока не заснешь...

Юноша усмехнулся. Но не словам Инди. Каким-то своим, глубоко личным воспоминаниям.

– Когда меня, маленького, нужно было уложить спать, он, как правило, так и усыплял, – кивнул парень. – Лучше кружки теплого молока. – Он протянул Инди руку через стол. – Кстати, меня зовут Матт... Матт Уильямс.

– Матт? Это еще что за имя такое?

– Я его себе сам выбрал, – покраснев, сказал юноша, отдергивая руку. – А вы что, против?

Инди миролюбиво помахал рукой.

– Да не заводись ты! – Инди протянул фотографию обратно. – Так кем тебе доводится Оксли – дядей, что ли?

– Вроде того. Мой отец погиб на фронте, а Окс помог матери меня вырастить.

Юноша взялся за расческу и механически провел по волосам.

Инди взглянул на часы.

– Слушай, сынок! Я должен успеть на последний поезд. Если тебе есть что рассказать, – поскорее выкладывай!

Матт печально вздохнул. И как будто сразу повзрослел.

– Полгода назад мама получила от Окса письмо. Он был в Перу. Писал, что откопал какой-то хрустальный череп или вроде того. Такой же, как когда-то нашел Митчелл-Хеджес...

Инди неопределенно покачал головой, хотя о хрустальном черепе ему доводилось кое-что слышать. В 1926 году в Британском Гондурасе некий археолог по имени Митчелл-Хеджес действительно нашел странный хрустальный череп – среди руин древнего святилища племени майя. Этот череп был вырезан из цельного куска горного кварца в виде точной, хотя и уменьшенной копии человеческого черепа. Вплоть до подвижной нижней челюсти. Жрецы майя уверяли, что с его помощью человек, задумавший убить врага, мог соответствующим образом настроиться. Инди много лет пытался получить разрешение осмотреть этот череп, но все напрасно.

Однако потомки майя рассказывали также и о том, что таких черепов якобы существует более десятка, и они спрятаны где-то в джунглях Южной Америки. А точнее, тринадцать штук. Несчастливое число. Ходили слухи, что если кому-то удастся собрать все черепа, то с их помощью он сможет постичь все тайны мира и вселенной.

Пока Инди размышлял, правда ли Оксу удалось добыть один из черепов, Матт стянул с подноса у проходящей мимо официантки бутылку пива. Инди отреагировал мгновенно: молча выхватил у Матта бутылку и поставил обратно на поднос. Официантка даже ничего не заметила.

– Что касается черепов Митчелла-Хеджеса... – нахмурившись, промолвил Инди. – Когда мы с Оксом учились в колледже, это была наша общая навязчивая идея. А тебе откуда о них известно?

– От Окса, конечно. Он ничуть не изменился, мог говорить о них до посинения... Но что такое эти черепа? Что-то вроде идолов?

– Во всяком случае, имеют прямое отношение к религиозным культам. В мире их насчитывается несколько. Один из них я видел на выставке в Британском музее. Изумительно мастерская работа. Но больше я ничего не знаю.

– Тогда почему Окс все твердил о какой-то психофизической энергии, которой они обладают?

Инди снова покачал головой. Похоже, этот парень знает слишком много. Оксли действительно был помешан на всяких паранормальных штуках.

– Я тоже об этом слышал. – Разговоры о мистической силе черепов осточертели Инди еще в колледже. – Говорили, если долго смотреть на них, можно сойти с ума...

Матт ничуть не удивился.

– Вы, наверное, не поверите, но Окс утверждал, что нашел один из них. Причем какой-то особый. Более того, направлялся с этим черепом в Акатор...

В Акатор!..

Инди заерзал на стуле и подался вперед.

– Акатор? Он так и сказал? Ты ничего не путаешь?

Бурная реакция Инди удивила парня.

– Ну конечно, уверен. А где это?

Инди откинулся к спинке стула.

– Древний город, затерянный в Амазонии. Конкистадоры называли его Эльдорадо. Есть легенда, что семь тысяч лет тому назад боги избрали племя, называемое угла, – для возведения великого города, причем из чистого золота. Говорят, там был водопровод, мощеные дороги, а уровень технологий – недоступный нам даже спустя пять тысяч лет. В поисках золотого города в Амазонии пропал Франческо де Ореллана. Это случилось в 1546 году. А в начале двадцатых годов прошлого века – британский исследователь полковник Перси Фосетт. Я и сам чуть не помер от тифа, когда обшаривал эти места. Не думаю, что город вообще существует...

– Но зачем тогда Окс решил отвезти туда череп?

– Есть одна легенда...

Теперь настал черед Матта навострить уши.

– Говорят, в пятнадцатом или шестнадцатом веке, – продолжал Инди, – из Акатора был похищен хрустальный череп. Существует поверье, что тот, кто вернет его в храм, сможет управлять его энергией.

– Какой еще энергией?

– Понятия не имею, парень, – фыркнул Инди. – Так говорит предание.

Юноша кивал головой. Казалось, он услышал именно то, на что рассчитывал.

– Из письма, которое прислала мама, следует, что Окс действительно повредился рассудком... – Он легонько постучал себя расческой по лбу. – Съехал с катушек. Она отправилась его искать, и сама попала в заложницы. Теперь они оба в руках похитителей. Окс заблаговременно спрятал где- то череп. Если мама не сумеет выяснить, где он, их убьют. Она сказала, что вся надежда на вас ...

– На меня? Что за чепуха! А как зовут твою маму?

– Мэри Уильямс.

Инди наморщил лоб. В его голове замелькал длинный список женских имен. Некоторых он почти не знал. Увы, слишком мало информации.

– У меня была не одна Мэри Уильямс, парень, – вздохнул он.

– Заткнись, мужик! Ты говоришь о моей матери!

Инди снова покачал головой. Ну вот, опять он лезет в бутылку!

– Слушай, что ты заводишься с пол-оборота? По-моему, это глупо, каждые пять минут доказывать миру, какой ты крутой парень!

Матт подумал и кивнул.

– Мама сказала, что если кто-то и способен отыскать этот череп, так это только вы. Что вы, типа, гробокопатель или вроде того.

– Вообще-то я преподаватель.

– Один фиг. Послушайте, две недели тому назад она позвонила мне из Южной Америки и сказала, что ей удалось сбежать, но похитители идут за ней по пятам. Еще она сказала, что переправляет мне письмо от Окса – чтобы я передал его вам. На этом разговор оборвался...

Инди хотел что-то сказать. Но промолчал. Молчание – золото. Все-таки эта женщина – его мать.

Инди задумчиво покачал головой. Матт достал из кармана конверт. В конверте оказался один-единственный желтоватый листок, весь изрисованный загадочными значками.

– Хрень какая-то, – проворчал Матт. – Ни слова по-английски.

– Погоди, погоди! – удивленно промолвил Инди.

Он сделал вид, что внимательно изучает знаки на листке. На самом деле тайком наблюдал за двумя мужчинами у стойки бара. Оба в тесных костюмах, косая сажень в плечах. Инди заметил их, как только они вошли в кафе. Сидя за барной стойкой, мужчины все это время не сводили с них глаз. А как только Матт достал конверт и передал его Инди, поднялись и направились прямо к ним.

Похоже, они знали, что делают.

Их целью было, конечно, письмо.

С первого момента их появления Инди понял, что здесь что-то не так. Их никак нельзя было отнести к завсегдатаям этого кафе, где тусовались исключительно мажоры и рокеры. Более того, Инди был уверен, что засек их еще на железнодорожном вокзале. Они следили за ним.

Но зачем?

– Видишь тех двух громил, которые только что отошли от барной стойки? – чуть слышно шепнул Инди Матту. Он поспешно сложил письмо вчетверо и сунул в карман. – Они здесь явно не ради молочных коктейлей.

– Кто они?

– Пока не знаю. Может, из ФБР.

Парочка подошла к их столу. Вопрос Матта разрешился сам собой. Как только незнакомцы раскрыли рот. Особенно Инди встревожило, что они и не думали скрывать свой русский акцент.

Тот, что поздоровее, жуткий мордоворот, заговорил первым.

– На выход, доктор Джонс! И без глупостей. Мы знаем, что письмо у вас.

Значит, все-таки письмо.

– Какое еще письмо? – невинным тоном осведомился Инди.

– Которое вам передал мистер Уильямс.

– Кто – я? – удивился Матт, скрещивая руки на груди. – Я что, похож на почтальона?

Тогда заговорил второй русский. Он был пониже ростом и не такой накачанный, но в его глазах таилась куда более страшная угроза.

– Дважды повторять не будем. На выход или...

Раз-два – и в руке Матта блеснуло узкое лезвие ножа. Юноша нацелил его на того, кто был ближе.

– ...Или что? – усмехнулся он.

Проворство паренька восхитило Инди. Но ему еще не мешало бы подучиться, если он решил, что от этих двоих можно так легко отделаться.

– Неплохо, парень, – кивнул Инди.

– Но твой ножик не пляшет... – русский с мертвыми глазами вытащил пистолет и приставил к виску Инди, – ...против такой вот пушки!

Глава 4

Матту пришлось смириться с тем, что мордоворот отобрал у него нож и, сложив, сунул себе в карман. Уши Матта горели не столько от возмущения, сколько от позора.

– Не горюй, парень, – сказал профессор, – кто из нас не ошибался?

Русские расступились.

– На выход, – повторил первый.

– Немедленно, – добавил второй.

Матт вопросительно взглянул на профессора. Тот кивнул. Было ясно, что другого выбора у них нет. Они выбрались из-за стола и под конвоем русских, многозначительно державших руки в карманах, направились к дверям. Инди еще приходилось тащить свой чемодан.

Матт увидел, что в кафе зашли еще двое в таких же дешевых костюмах. Кивнули первым. Было ясно, что они заодно.

Что ж, русским больше, русским меньше...

Матт не спускал с них глаз. Профессор слегка дотронулся до его локтя, показывая глазами на блондинистого юношу-мажора, который стоял неподалеку, болтая со своей рыжеволосой подружкой.

– Врежь тому парню, – шепнул Инди одними губами.

– Что-что?

– Я сказал, врежь тому пижону, да покрепче.

Матт все понял. Сделав шаг в сторону, он грубо задел парня плечом и громко сказал:

– Эй, не путайся под ногами, приятель!

Пижон, побагровев от злости, тут же развернулся и попытался схватить Матта за куртку.

Но прежде чем он успел отреагировать, Матт со всего размаха заехал ему по носу.

Пижон рухнул как подкошенный.

Его приятели тут же повскакивали с мест, дрожа от ярости. Девчонки завизжали, показывая пальцами на Матта.

Парень с эмблемой футбольного клуба заорал:

– Ну-ка, сделаем этого хиляка!

Русский протянул руку, чтобы схватить Матта за шиворот и вытолкнуть вон, но не успел. На Матта набросились сразу трое пижонов, едва не сбив с ног. Юноша пригнулся: над его головой пронеслась пивная бутылка и заехала еще одному из пижонов по голове.

Нырнув в сторону, Матт успел заметить, что дюжина пижонов и байкеров уже двинулись стенка на стенку, потрясая кулаками и выкрикивая оскорбления.

Музыкальный автомат переключился со «Слава любви» на «Улетай, беби!». Как нельзя к месту.

В следующее мгновенье Матт увидел, что профессор в твидовом пиджаке раздает тумаки направо-налево: то одному из пижонов, то русскому, то байкеру. Матт раскрыл рот от удивления: во дает, препод!

Оказавшись рядом с Маттом, профессор схватил его за плечо, и они вместе ринулись к выходу.

Последний профессорский удар достался русскому – точно в кадык. Мордоворот захрипел и без чувств растянулся на полу.

Инди размахнулся и, раскачав чемодан, как метательный снаряд, отправил его в русских. Затем подтолкнул Матта, который успел нагнуться и выхватить из кармана обездвиженного русского свой нож.

– Пошевеливайся, парень!

Они устремились к выходу. Русские попытались броситься вдогонку, но возникшая в баре невероятная свалка преградила им путь.

Инди и Матт выскочили на улицу и что было духу понеслись в соседний переулок – туда, где Матт припарковал мотоцикл. Красно-черный «Харлей-Дэвидсон», казалось, ждал своего звездного часа. Матт нашарил в кармане ключи.

– Что происходит? – пробормотал он, усаживаясь на сиденье.

Увы, профессор знал не больше, чем он. Но по выражению его лица, можно было догадаться, что ничего хорошего их не ожидает.

– Твоей маме не удалось убежать далеко, парень. Скорее всего, они нарочно дали ей уйти. Для того чтобы она отправила тебе это письмо. Чтобы ты получил его и принес мне...

– Им нужно, чтобы его перевели!

– Соображаешь!

Матт радостно рассмеялся. Приятно, когда тебя хвалят. Да еще профессор.

Где-то рядом взревел мотор. Они оглянулись и увидели, что в конце переулка показался седан. Автомобиль несся прямо на них, переворачивая и сшибая по пути мусорные баки.

Матт сунул ключ в замок зажигания, повернул, и мотоцикл отозвался мощным урчанием. Оглянувшись на профессора, который переминался рядом с ноги на ногу, юноша воскликнул:

– Что стоите? Кажется, нам пора рвать когти!

Профессор с сомнением окинул взглядом железного коня. Но выбора не было. Он поспешно уселся сзади.

– А ты вообще умеешь водить, сынок?

Вместо ответа Матт свирепо газанул. Мотоцикл вскинулся на дыбы, как дикий жеребец. Точнее говоря, как целый табун жеребцов, – учитывая мощность двигателя.

Завизжали колеса, и мотоцикл рванул по переулку.

Профессор в панике обхватил юношу руками.

Матт самодовольно ухмыльнулся.

– Добро пожаловать в мир молодых, профессор!

Глава 5

Чтобы не выскочить из седла, Инди пришлось вцепиться в юношу что было силы. На повороте, вылетая из переулка, мотоцикл накренился так низко, что Инди едва не чиркнул коленом по асфальту. Матт вылетел на улицу и понесся вдоль осевой, лавируя между автомобилями.

Когда, набравшись духу, Инди оглянулся, то обнаружил, что из переулка вынырнул черный седан и пустился за ними в погоню. Впрочем, они успели оторваться на значительное расстояние.

Второй раз так не повезет.

Впредь нужно быть начеку.

Неожиданно на перекресте показался другой черный седан, точь-в-точь как первый. Теперь он мчался бок о бок с мотоциклом, который не мог вырваться вперед из-за идущего впереди автобуса.

Седан прижался почти вплотную. Из открытого заднего окна показались здоровенные ручищи. Они схватили Инди за шкирку и, одним рывком ссадив с мотоцикла, втащили в машину. Инди пришлось отпустить Матта, – иначе мотоцикл мог пойти юзом, перевернуться, и в результате парень оказался бы под колесами... Как бы там ни было, не успев моргнуть глазом, Инди оказался на заднем сиденье автомобиля.

Русский не ожидал такой легкой победы. И, как выяснилось, не напрасно. Оказавшись внутри седана, Инди тут же заехал ему локтем в зубы и бросился в атаку.

Через заднее окно ему было видно, что Матт не отстает, пытается обойти седан то справа, то слева.

– Соображает! – снова усмехнулся Инди.

Ухватившись руками за оконную раму, он с силой пнул русского ногами, а сам наполовину высунулся в окно.

Матт уже был рядом.

– Могу подбросить!

– Не откажусь!

Инди потянулся и крепко схватился руками за хромированную дугу у мотоциклетного сиденья. Выпрыгнув из автомобиля, он немного не рассчитал. Он приземлился не на сиденье, а рядом, – и его потащило за мотоциклом прямо по дороге. Подошвы его кожаных ботинок, засвистели по асфальту и мгновенно раскалились. Пятки жгло, будто он оказался босиком на горячих углях. Вдобавок затрясло так, что зубы, едва не повылетав, зверски заклацали.

В конце концов Матт резко нажал на тормоз, и Инди по инерции швырнуло прямо на сиденье.

– Как вы там – не очень скучаете? – обернулся к нему юноша.

– Скучаю?! – задохнулся от возмущения профессор.

У этой молодежи никакого уважения к старшим!

Матт снова дал полный газ, и они рванули вперед на второй космической.

Ну, это уж слишком!.. Из переулка вылетел еще один седан и, круто развернувшись, перекрыл улицу.

Матт бросил мотоцикл в сторону, наклонившись так, что Инди ободрал-таки колено об асфальт. Затем юноша рывком поднял руль и перескочил через бордюр прямо на тротуар. Мотоцикл загрохотал вверх по ступенькам мимо старинного солидного здания. Инди успел прочитать табличку у дверей:

«Библиотека колледжа Маршалла.

Основана в 1856 году».

Взлетев вверх по лестнице, они остановились перед самым входом. Изумленный студент распахнул перед ними дверь. Воспользовавшись его замешательством, Матт направил мотоцикл через вестибюль прямо в читальный зал. Вдоль стен потянулись книжные полки из красного дерева, над письменными столами ссутулились читатели. Через пыльные мозаичные окна, расположенные под самым потолком, лился приглушенный дневной свет. В закрытом помещении оглушительный рев мотоцикла рвал барабанные перепонки.

Студенты повскакивали с мест. Мотоцикл летел через читальный зал. Одна из библиотекарш с перепугу выронила из рук огромную стопку книг.

Матт дико расхохотался.

– Осторожно, стена! – воскликнул Инди.

Матт резко затормозил, но полированный пол сыграл с ним злую шутку: мотоцикл завалился набок и юзом понесся через зал, остановившись точно около стойки.

Пожилая библиотекарша восседала на своем законном месте. С невозмутимым достоинством, как нельзя более уместным в древних стенах библиотеки, она погрозила крючковатым пальцем, призывая к тишине.

– Тсс!..

– Прошу прощения, мэм, – пробормотал Матт, поднимая мотоцикл.

Инди машинально отряхивался.

К ним подбежали несколько студентов-второкурсников, они сразу узнали своего профессора.

– Доктор Джонс, раз уж вы здесь, будьте так добры... У меня к вам маленький вопрос насчет теории Харгроува, касательно нормативной культурологии...

Инди энергично махнул рукой.

– Забудьте Харгроува! Читайте Гордона Чайлда – о взаимопроникновении культур. Его сведения подкреплены реальными натурными изысканиями...

Матт крутанул педаль зажигания, и мотоцикл снова взвыл. Обернувшись к библиотекарше, он показал одними губами: «Прошу прощения!..» Затем достал из нагрудного кармана расческу и привел в порядок растрепавшийся кок. Толпившиеся вокруг студенты (и студентки) смотрели на него с нескрываемым восхищением. Одна из них особенно пристально.

Инди попятился от студентов и поспешно уселся на мотоцикл позади Матта. И все-таки, не в силах побороть в себе преподавателя, обернулся, чтобы бросить напоследок последний совет:

– Если хотите стать хорошими археологами, поменьше... – Матт нажал на газ и рванул к выходу. – ...торчите в библиотеках!

* * *

Через запасной выход мотоцикл снова выскочил на открытый воздух – в ослепительно ясный день. Тревожно поглядывая по сторонам, Матт понесся по улице. Удалось ли им избавиться от «хвоста»?

Увы, нет!..

Из-за угла библиотеки вырулил один из седанов и устремился за ними.

В чем в чем, а в упорстве этим парням не откажешь!

Матт прибавил газу – да так, что заднее колесо задымило резиной по асфальту, – и направил мотоцикл в центр. Послышались громкая музыка, шум толпы. Повернув за угол, юноша увидел колонну демонстрантов. На тротуарах толпились прохожие. Судя по надписям на транспарантах, это была предвыборная политическая демонстрация. Орали громкоговорители, люди размахивали плакатами, что-то скандировали.

Матт не сбавил скорости. Черт побери, эти выборы, он на них еще ни разу не был.

Лавируя из стороны в сторону, он мчался прямо через толпу. Люди оборачивались, возмущенно грозили вслед кулаками. Кто-то запустил в мотоцикл апельсином.

Седан продолжал их преследовать, но заметно отставал.

Один из студентов едва успел отскочить прямо из-под колес. Полотнище транспаранта, которое он нес, залепило лобовое стекло седана. На транспаранте оказалась надпись:

РУССКИЕ ИДУТ!

Вырвавшись из толпы митингующих, Матт направил мотоцикл к зданию стадиона из красного кирпича, которое виднелось в конце улицы. Оттуда тоже доносился рев толпы. Ответственный студенческий матч был, очевидно, в самом разгаре.

Матт ухмыльнулся.

Что ж, он давно мечтал покидать мячик...

* * *

– Пас!..

Нападающий отправил мяч защитнику.

Борьба разворачивалась на четвертой полосе. Впереди еще было семьдесят ярдов. Сейчас или никогда. На скамейке запасных уже рвались в бой новички. Нападающий должен был поддержать свою репутацию. Тем более в таком ответственнейшем матче. Его фотографию уже обещали поместить на коробках с овсяными хлопьями среди других элитных игроков.

Защитник отбежал назад, чтобы отпасовать крученым.

Вдруг совсем рядом двум вражеским защитникам удалось прорвать оборону, и они устремились прямо на него. Сейчас его возьмут в «клещи». Да еще какие! Мечты о фотографии на овсяных хлопьях оказались под угрозой.

Один из защитников, тот, что повыше, остановился и оторопело уставился куда-то – но не на нападающего.

Только теперь нападающий услышал сзади какой-то рев.

Он круто обернулся и... Прямо на него несся мотоцикл!

Он метнулся в одну сторону, мотоцикл в другую. Затем, разбрасывая из-под колес землю и клочки травы, мотоцикл рванул к центру поля. А с другой стороны на поле уже въезжал огромный черный седан. Проехав между штангами ворот, седан устремился прямо на них.

Игроки толпились на другой стороне поля.

Когда седан пронесся мимо, защитник как раз находился на своей позиции. Теперь все футбольное поле было в полном его распоряжении. Лучше момента не придумаешь.

Нападающий не мог упустить свой звездный шанс.

Чтобы показать новичкам, кто есть кто. Чтобы доказать самому себе...

Сделав шаг назад, он размахнулся и послал мяч в пространство – на удачу.

Это был идеальный крученый удар!

* * *

Инди кричал Матту, чтобы тот прибавил ходу.

– А я что делаю?! – прокричал тот в ответ.

Но мотоцикл буксовал на раскисшем, размокшем поле. Оглянувшись назад, Инди увидел, что седан приближается.

Боковым зрением он заметил в воздухе какой-то летящий предмет, который летел прямо на него. Это был футбольный мяч.

Сам того не ожидая, совершенно инстинктивно, Инди протянул руки и точно принял пас. В этот момент седан оказался рядом.

Стадион взвыл от возбуждения.

Инди размахнулся и что было сил отправил мяч по кривой дуге – точно через открытое окно седана в лицо изумленному водителю.

Седан резко занесло в сторону.

Наконец мотоцикл добрался до твердого покрытия, колеса перестали пробуксовывать, и он устремился в конец стадиона. Его целью был тоннель, над которым виднелась надпись «Выход».

Виляя из стороны в сторону, упорный седан не отставал. Матт нырнул в тоннель. В закрытом пространстве мотор оглушительно взревел. Седан разогнался и, промчавшись по тоннелю, повис на хвосте.

Когда мотоцикл выскочил на улицу, перед ним взметнулась огромная бронзовая статуя, сидящая на постаменте. Руки на коленях, на бронзовых губах застыла едва заметная усмешка. Это был монумент в честь покойного друга Индианы. Памятник бывшему декану Маркусу Броди.

Завизжав резиной по асфальту, Матт успел свернуть в сторону. Чтобы избежать столкновения, ему хватило каких-нибудь нескольких дюймов.

Седану повезло меньше.

Автомобиль врезался в постамент. Бронзовая статуя покачнулась и опрокинулась вниз. Голова улыбающегося Маркуса Броди пробила лобовое стекло, и статуя раздавила русских в лепешку.

Матт уже уносился прочь.

Инди оглянулся и благодарно кивнул. Даже после смерти верный друг, не раздумывая, пришел на помощь!

Спасибо, Маркус!

Глава 6

Под покровом ночи Инди привел Матта к себе домой. Показаться здесь раньше он не решался. Целый день они прятались в лесополосе на окраине города. Затаив дыхание, Инди отпер дверь и прислушался. Кроме нескольких сверчков, других гостей в доме, похоже, не было.

Убедившись, что все в порядке, он кивнул Матту.

– Только не зажигай свет, – предупредил он.

Они заперли двери и окна, опустили все шторы и жалюзи. Только после этого Инди включил настольную лампу. Приглушенный свет озарил уютную комнату: старый камин, книжные полки, лестница-стремянка, сувениры со всего мира. Здесь пахло стариной и древними пергаментами.

Дом есть дом.

Матт плюхнулся на диван и бесцеремонно задрал ноги на журнальный столик.

Проходя мимо, Инди бросил на него хмурый взгляд.

Матт молча убрал сапоги со столика, но с дивана не тронулся.

– Так вот где вы обитаете, – промолвил он. – Нужно отсюда сматываться. Здесь нас будут искать в первую очередь.

– Мы не надолго.

Матт не стал спорить. Он не прочь был задержаться и подольше.

Инди достал из кармана письмо от Оксли и принялся внимательно изучать, задумчиво проводя по строчкам пальцем.

– Если я не ошибаюсь...

Он подошел к одной из книжных полок и достал толстенный фолиант. Пособие по древним языкам Латинской Америки, под редакцией Хейрдала. Раскрыв книгу, Инди уселся на единственное сиденье в комнате, стоявшее напротив камина старое потертое кресло. Кресло отца Генри Джонса-старшего. Несмотря на то, что после смерти отца прошло два года, Инди до сих пор не решался присесть на него.

Казалось, старик все еще сидит на своем месте.

Устроившись таким образом на отцовских коленях, Инди принялся листать страницу за страницей, сличая символы с теми, что содержались в письме. Потом постучал пальцем по книге.

– Так я и думал. Язык койхома.

Матт встрепенулся и приоткрыл сонные глаза.

– Что-что?

– Один из мертвых языков Латинской Америки. Система слогов составлена еще до Колумба. Видишь эти косые черточки на идеограммах? Такие только в койхоме.

– Ну и что с того? Вы что, говорите на нем?

– На нем давно никто не говорит. Он молчит уже по меньшей мере три тысячелетия. – Инди дернул плечом. – Может, удастся что-нибудь прочесть...

Он перевернул еще одну страницу. Вся она была испещрена древними символами.

Что-то бормоча себе под нос, Инди продолжил сличать книгу с письмом.

– Пожалуй, сначала нужно попытаться перевести на язык майя...

Он задумчиво прищурился на иероглифы. Они расплывались у него в глазах. И дело тут, увы, не в усталости. Инди несколько раз потер глаза, но потом сдался.

Пошарив в кармане, выудил бифокальные очки и нацепил на нос.

Матт понимающе кивнул.

– Знаете, а вы неплохо машете кулаками, для старика.

– Ну спасибо, – хмыкнул Инди.

– А кстати, сколько вам? Лет восемьдесят?

Инди даже не поднял головы.

– У меня была нелегкая жизнь, сынок. Не бери с меня пример. – Он потряс листком бумаги с переводом. – Судя по этим надписям, одним лишь богам позволено читать то, что начертано на колыбели Орелланы, которую охраняют живые мертвецы...

Смысл записки постепенно доходил до него. Он поднялся на ноги.

– Только боги могут прочесть... По-видимому, речь идет о символах Наска.

– А это еще что такое?

Приставив к одной из полок лестницу-стремянку, Инди достал сверху пыльный том. «Зеркало богов: древняя астрономия и небесный путеводитель». Спрыгнув со стремянки, поморщился от боли в бедре. Потом принялся листать книгу.

– Геоглифы, – объяснил он, – гигантские древние письмена, начертанные прямо посреди пустыни в Перу. С земли они не представляют собой ничего особенного, но с высоты птичьего полета!..

Найдя то, что нужно, он уселся рядом с Маттом на диван и показал ему иллюстрации. На двух страницах были помещены аэрофотоснимки, сделанные в перуанской пустыне. Одна из фигур изображала обезьяну, другая гигантского паука. А последняя – силуэт гуманоида с продолговатой головой.

– Только боги могут прочесть... – Инди ткнул пальцем вверх. – Потому что боги живут на небесах. В письме Оксли сообщает нам, что череп находится именно в перуанской Наска. И, похоже, русские единственные, кто поняли, что к чему. Поэтому они и держат Оксли в заложниках. Вероятно, в Кремле решили, что силу черепа можно применить в военной области. Не удивительно, что за ним идет такая охота.

– Если маму отпустят, черт с ним, с этим черепом, – сказал Матт, вставая. – Пойдемте!.. И не пытайтесь меня отговаривать!

Матт шагнул к двери, но Инди не тронулся с места. Вместо этого он продолжал листать книгу, пока не отыскал еще кое-что. Это был подробный план древнего города, вырубленного на вершине плато и скрытого джунглями.

Даже в очках приходилось напрягать глаза. Рассматривая мелкие детали плана, он бормотал, разговаривая сам с собой:

– Акатор... Там, где Оксли нашел череп. Если город действительно существует, ради такого открытия стоило жить. С таким авторитетом не сможет тягаться ни один политик...

Инди представил себе физиономии Смита и Тейлора.

Инди вырвал из книги страницу с планом, а заодно и страницу с символами майя. Аккуратно сложив, сунул в карман.

– Ну что, едем наконец?

– Нет пока.

Инди направился в спальню. Подойдя к шкафу, распахнул дверцу. Вот они – старые друзья: потрепанная «Федора» на крючке и свернутый кнут на верхней полке.

В памяти эхом отозвалась последняя фраза Стенфорта: «Что обо мне скажут люди?..»

Теперь он знал ответ.

Сняв с гвоздя шляпу, нахлобучил ее на голову. А вот и кнут. Привычно сжав рукоять, он лихо развернул кнут в воздухе и, поддернув, оглушительно выстрелил:

КРРРА-А-АК!..

Часть третья

Знаки на песке

Глава 1

Наска, Перу

Этот парень когда-нибудь угомонится?

На высоте пяти километров Инди мирно дремал, убаюканный шумом авиационных двигателей. В Мексико-Сити они пересели с «DC-З» на «Ан-2» и теперь парили над Перу. Позади был длинный перелет. Через час они должны были заходить на посадку.

Надвинув шляпу на самые глаза, Инди надеялся таким образом отгородиться от болтливого попутчика. Пока есть возможность, нужно поспать. После посадки в Перу им уже будет не до сна.

– Так это они самые и есть? – спросил Матт.

– Ты про что, опять про облака? – проворчал Инди.

– Да нет же! Смотрите!

Инди приподнял шляпу и посмотрел в окно. Что именно так удивило парня? Матт тыкал куда-то пальцем. Инди присмотрелся получше. Крыло Ан-2 закрывало почти весь обзор. Пропеллер сливался в один размытый круг.

– Там, на земле! – сказал Матт. – Те самые фигуры Наска, о которых вы рассказывали...

Внизу раскинулась огромная пустыня. Казалось, она простиралась до самого горизонта. Солнце ослепительно дрожало в мареве, отражаясь от песчаной равнины. Наконец Инди рассмотрел то, что поразило юношу. Четко вычерченная на одном из плато, виднелась фигура обезьяны с закрученным спиралью хвостом. Рисунок вытянулся не меньше, чем на несколько сотен метров. Сотни других рисунков – цветы, геометрические фигуры – сплошь покрывали всю равнину.

– Как они их сделали? – поинтересовался Матт.

Инди вздохнул. Что ж, по крайней мере, молодежь не утратила любознательности. Он показал рукой сначала на землю, потом на небо.

– Для вычерчивания фигур индейцы Наска пользовались самыми примитивными инструментами и небесными картами. Затем снимали верхний темный слой почвы, который насыщен окислами железа. Нижний слой гораздо светлее.

– Но зачем Наска понадобилось вкладывать в это столько труда? Ведь с земли фигуры не видны. Только отсюда – сверху!

Инди пожал плечами.

– На этот счет имеется масса теорий, сынок. Возможно, это культовые символы, небесные карты или русла подземных рек. Но как обстоит все на самом деле, не знает никто. Это загадка.

Инди снова откинулся на сиденье, а Матт продолжал рассматривать пейзаж.

– Тебе не помешало бы немного поспать, – посоветовал Инди.

– Еще успею!

Инди закрыл глаза и снова надвинул шляпу на самые брови.

– Когда приземлимся, нам будет не до сна, ты уж поверь, – проворчал он.

* * *

И ради этого надо было тащиться в такую даль?

Матт сидел в забегаловке на центральной площади Наска. Солнце палило неистово. На небе ни облачка. Он прижал ко лбу стакан с холодной газировкой. На столе уже выстроилась целая батарея пустых бутылок.

Сколько можно ждать?

Далеко на горизонте тянулась гряда острых скал, похожих на собачьи клыки. К бревну у входа в забегаловку были привязаны кобыла, мул и лама. Ламы – хуже всего. Ненавидят людей и чуть что начинают плеваться.

По крайней мере, откровенно. Родственная душа.

Рядом с вьючными животными к бревну был надежно прикован цепью с замком верный «Харлей». Ему тоже пришлось проделать по воздуху долгий путь – из самих Штатов.

Матт не спускал с мотоцикла глаз.

За забегаловкой тянулся ряд глинобитных домиков, свежевыбеленных, сверкающих на солнце. На улицах толпами бродили местные перуанцы – в пестрых пончо, широкополых шляпах, лениво глазели вокруг, перебирали безделушки на лотках. Вверх и вниз по улицам громыхали тележки и повозки всевозможных размеров и конструкций, запряженные высокими ламами, низкорослыми мулами, а то и самими крестьянами. По переулкам шныряло множество разного люда – что-то продавали, что-то покупали. Высматривали, где бы что украсть.

Здесь нужно держать ухо востро. Такое место.

Многолюдное, небезопасное... в общем, Касабланка есть Касабланка. Казалось, из-за угла вот- вот вынырнет сам знаменитый разбойник Буджи.

Впрочем, не все так мрачно! В толпе то и дело мелькали радостные детские мордашки, круглые, бронзовые от загара, что-то лопотали, перекрикивались друг с другом.

С ними не соскучишься!

Только что одна такая милая девчушка выхватила у немецкого туриста из заднего кармана бумажник – и была такова.

От нечего делать Матт принялся считать наречия. Тут слышались самые разные языки: датский, французский, итальянский, португальский, китайский. Не считая тысяч незнакомых испанских диалектов.

Русской речи, слава богу, не слышно.

По крайней мере, до сих пор.

Время от времени Матт поглядывал в сторону профессора Джонса, который, оживленно жестикулируя, был поглощен беседой на непонятном наречии с аборигенами. Юноша едва узнавал своего спутника. Вместо твидового пиджачка – крутая кожаная куртка, потрепанная «Федора» да еще пастуший кнут через плечо. На гладко выбритом лице лихое пиратское выражение.

Похлопав каждого из собеседников по плечу, Инди наконец распрощался с аборигенами и широкими шагами направился к столику, за которым скучал Матт. Его глаза возбужденно сверкали.

Должно быть, недурные новости.

Ну, наконец-то!

– Окса здесь действительно видели, – подтвердил Инди. – Несколько месяцев назад он появился в городе, грязный, оборванный, хуже дикаря. С помутившимся рассудком.

– Как так? – изумился Матт, вскакивая.

Человек, который его вырастил, был ему вместо отца, всегда отличался безукоризненной аккуратностью во всем – идеально завязанный галстук, прическа волос к волоску. Даже в портфеле, полном бумаг, порядок, как в аптеке.

Матт не верил своим ушам. Грязный, оборванный, хуже дикаря... И это о профессоре, которого он знал с детства.

Продолжая свой рассказ, Инди кивнул юноше, чтобы тот следовал за ним.

– Его сцапали полицейские и отвезли в местный изолятор или больничку. В общем, упекли в «санаторий». Кажется, это там...

Джонс энергично зашагал по улице навстречу слепящему солнцу. Матт едва за ним поспевал.

– Скажите, – пробормотал юноша, – на каком наречии вы говорили с аборигенами около забегаловки? Мне казалось, я знаю испанский, но не разобрал ни слова.

– Это кечуа. Местный диалект инков.

– Откуда вы его знаете?

– Долго рассказывать... – пожал плечами профессор, успев перехватить руку уличного мальчишки, который уже вытаскивал у него бумажник. И, сунув сорванцу в ладонь монету, отпустил.

– Я не тороплюсь, – сказал Матт.

Странное дело, его неудержимо тянуло узнать о жизни этого человека как можно больше.

– Что ж, – кивнул профессор, – когда-то я путешествовал в компании Панчо Вильи.

От удивления Матт споткнулся.

– Ну, вы, блин, даете! Правда?

– Ты спросил, я ответил. И пожалуйста, следи за своим языком!

– Панчо Вилья! Да ведь это мексиканский генерал-революционер!

– Точно. Строго говоря, он меня похитил.

– Кажется, вас этим не удивишь.

– Да уж, привычка.

Матт недоверчиво покачал головой.

– Значит, вы были в плену у самого Панчо Вильи?

– Это произошло, когда он сражался против Викториано Хуэрты. – Профессор раздраженно сплюнул. Как будто само имя Хуэрты вызывало у него отвращение.

– Погодите... Когда же это было? Кажется, сорок лет назад. Сколько же вам тогда было?

– Столько, сколько сейчас тебе, сынок.

– Вот черт! Вашим родителям явно было не до вас.

Инди снова пожал плечами.

– Да уж, времена были трудные. У меня с матерью действительно были непростые отношения.

Матт сочувственно хмыкнул.

– Точь-в-точь как у меня. Мы с матерью тоже все время ссоримся.

– Ты бы с ней повежливее, сынок, – проворчал Джонс. – Мать у человека одна. И притом не вечная.

Матт немного смутился и некоторое время шел молча. Потом не выдержал и снова принялся болтать. Что-то никак не давало ему покоя.

– Тут дело не только во мне. Не я один виноват. Мать взъелась за то, что я бросил школу. Теперь держит меня за слабоумного...

Профессор удивленно дернул бровью.

– Так ты бросил школу?

– И не одну, – усмехнулся юноша. – Я бросал их одну за другой. Что за хрень, когда тебя целыми днями учат играть в шахматы, вести дискуссии, фехтовать... – Он похлопал по ножику в кармане. – Я могу фехтовать ножом почище любого мушкетера! Да что толку...

– Значит, ты так и не закончил школу?

– Не-а. В школе одна хрень, я же говорю. Дурацкие книги и все такое. То есть я не в том смысле, что я вообще не люблю книги. Когда я был маленьким, Окс заставил перечитать кучу литературы. Мне попадалась даже одна из ваших книг.

– Да что ты?! – изумился профессор. Было видно, что ему необычайно приятно узнать об этом.

Матт давно заподозрил, что между Джонсом и Оксом пробежала какая-то кошка.

– Теперь я сам выбираю себе книжки, понимаете?

– Ну а чем ты зарабатываешь себе на жизнь? Есть у тебя дело?

– Чиню мотоциклы. Я отлично разбираюсь во всех марках двигателей.

– Собираешься заниматься этим всю жизнь?

Во взгляде Матта мелькнуло раздражение.

– А что, вам не нравится? Что тут такого?

– Да нет, ничего. Если ты действительно любишь это дело, кто бы что ни говорил, никого не слушай, сынок.

Профессор и Матт добрели до угла. Инди показал в самый конец улицы. Вдали, на самой вершине холма виднелось громадное глинобитное строение. Даже в ярком солнечном свете оно не казалось чересчур приветливым. Не говоря уж о том, что на большинстве окон были решетки.

«Санаторий».

Когда подошли ближе, Матт прочел вывеску над дверью:

«Обитель святого Антония де Падуа».

Профессор мрачно усмехнулся.

– Что такое? – полюбопытствовал Матт, когда они поднимались на крыльцо.

– Антоний де Падуа. Это святой, который помогает отыскать потерянные вещи.

Матт снова оглянулся на вывеску.

– Значит, мы как раз по адресу!

* * *

Между тем на другой стороне улицы из-за тележки с фруктами осторожно выглянула какая- то фигура. Хмуро поглядев вслед юноше и профессору, человек покачал головой и с отчетливым британским акцентом пробормотал себе под нос:

– Опять за свое... Вечно тебе неймется, Инди!

Глава 2

Инди шел за медсестрой, которая неторопливо вела их по безукоризненно чистому коридору вдоль ряда железных дверей с маленькими зарешеченными окошками. Каблучки медсестры отдавались звонким эхом под потолком из красной черепицы. Юноша плелся следом за профессором. Было видно, что ему здесь не по себе.

Сложив ладони на животе, медсестра нервно крутила в пальцах связку ключей, перебирая их, словно это были монашеские четки. Она говорила по-испански.

– Да, помню такого. Был здесь пару месяцев назад. А потом... его увели плохие люди с ружьями. Пришли и выкрали его. – Она искоса посмотрела на Инди. – Такой был симпатичный человек.

Один из обитателей «санатория» смотрел на них, жадно прильнув к решетке на двери. Раскрыв косой рот, в котором торчало всего три кривых зуба, бедолага понес какую-то невообразимую околесицу, – как будто заговорил сразу на всех языках.

Матт подошел ближе.

– Кажется, несколько слов можно разобрать. Он что-то говорит об археологе.

Неожиданно безумец бросился на решетку и, просунув руки сквозь прутья, вцепился в воротник кожаной куртки Матта и потащил к себе, хватая за волосы. Пытаясь вырваться, юноша завопил от ужаса.

Инди успел прийти на помощь. Схватив Матта за ремень, дернул на себя и вырвал из объятий безумца. Взяв юношу под руку, сказал на ухо:

– Не стоит разговаривать со здешними обитателями!

Обернувшись к медсестре, Инди вежливо кивнул и, как ни в чем не бывало, продолжал беседу. Ошеломленный Матт жался к профессору.

– Что происходит? – пробормотал он.

– Она говорит, что Оксли помешался. У него были навязчивые идеи. Изрисовал все стены, пол и потолок своей камеры.

Мимо прошел мрачный уборщик, толкая перед собой мусорную тележку. Инди вытащил письмо Оксли. Снова перечел его вслух.

– ...одним лишь богам позволено прочесть... то, что начертано на колыбели Орелланы... – Снова сложил письмо. – Какая-то бессмыслица. Колыбель. Ореллана родился вовсе не в Перу. Он был конкистадором и родился в Испании. В Америку он отправился за золотом. Пропал без вести вместе с шестью своими товарищами. Их тела так и не удалось обнаружить.

Медсестра остановилась у одной из дверей. Выбрав громадный засаленный ключ, отперла замок.

– Вот здесь держали вашего знакомого. Теперь мы запираем эту камеру на ключ. Другим в ней сразу становится хуже.

Она показала взглядом на коридор. Едва дверь в камеру, где сидел Оксли, открылась, обитатели других камер настороженно притихли. Ей и самой было явно не по себе. Она предпочитала держаться от двери подальше.

– Я вас ненадолго оставлю одних, – поспешно отходя в другой конец коридора, сказала медсестра.

Вокруг воцарилась мертвая тишина.

Инди вошел первым. Камера была размером шесть квадратных метров, не больше. Здесь были лишь койка с аккуратно сложенным одеялом и небольшой белый умывальник у стены. Два маленьких зарешеченных окна под самым потолком. Стены и пол кое-как оштукатурены.

Матт зашел следом за Инди.

– Бог ты мой!..

Диагноз, поставленный Оксли, был как нельзя более точным. Помешательство с навязчивыми идеями.

Вся камера, куда только могла дотянуться рука, была покрыта тысячами рисунков. Рисунки самых разных размеров и стилей, некоторые вполне реалистичные, другие просто абстрактные. Но тема, содержание были явно одни и те же.

Сияющий череп.

Внимание Инди привлекла передняя стена. На ней был изображен лишь один громадный череп с зарешеченными окнами вместо глаз, в которых сверкало солнце.

Матт медленно осмотрелся.

– Окс, дружище, что же с тобой случилось?! – вырвалось у него.

Инди оглянулся. Юноша был потрясен до глубины души. Инди почувствовал, что нужно что-то сказать, как-то утешить парня. Но тот отвернулся. Инди было шагнул к нему, но потом остановился, не зная, что сказать. Да и что тут скажешь?

Поэтому он занялся тем, в чем разбирался лучше всего: принялся изучать рисунки на стенах. Раз за разом осматривал стены, словно искал какой-то ключ к разгадке. Потом потянулся, разминая затекшую спину. Нужно было во что бы то ни стало понять смысл этих каракулей!

– Этот череп... – промолвил он, рассматривая рисунок на передней стене. – Он совсем не похож на те, что обнаружил Митчелл-Хеджес. Взгляни на его верхнюю часть, она характерно увеличена со стороны затылка.

Матт подошел ближе. Он крепко обхватил себя руками за плечи, словно старался таким образом сохранить хладнокровие.

– А на что похож?

– У индейцев Наска есть один обычай. Они перевязывают черепа младенцам, помещая их в специальные дощечки. Вследствие чего со временем голова приобретает особую сплющенную форму. Подобный обычай встречается у многих древних цивилизаций: египтян, австралийских аборигенов, даже у племен чинукан и чокто в Северной Америке.

– Вот психи! – пробормотал Матт. – Зачем?

– Чтобы задобрить богов.

– Но череп у бога совсем другой формы! – Матт ткнул в один из рисунков.

Инди снова обратился к начерченным углем каракулям Оксли.

– Это смотря кто твой бог, – промолвил он, разглядывая слово, нацарапанное под черепом. Это слово многократно повторялось среди многих рисунков. Переводилось на сотни разных языков.

Матт наклонился и прочел его. На этот раз на испанском. «Вуэлта». Он взглянул на Инди.

– Вернись... Вернись – куда?

– А может, не «вернись», а «верни». Тогда вопрос – что именно?

Инди перевел взгляд на сияющие глаза огромного черепа.

– Ты думаешь, Окс имел в виду череп? – спросил Матт.

Инди обвел рукой стены камеры.

– Похоже на то, сынок.

– Но куда его нужно было вернуть?

Инди снова вытащил письмо. Перечел, сделав особый упор на слова «колыбель Орелланы». Потом окинул взглядом сотни переводов одного и того же слова – «верни...».

– Колыбель... – пробормотал он. – У этого слова несколько значений. На языке майя оно также означает «место для отдыха»...

Инди почувствовал, как у него екнуло сердце.

Ну конечно!

Он снова оглядел комнату. На этот раз – с трудно сдерживаемым нетерпением. Он знал, где искать.

– Ну же, Окс, – воскликнул он, – куда ты запрятал ключ к тайне? Должна быть еще одна подсказка!

– Что вы имеете в виду?

Голова Инди работала с бешеной скоростью.

Колыбель Орелланы... Место для отдыха...

– Окс говорил о могиле конкистадора, – сказал он и посмотрел себе под ноги.

Где ищут могилу? Ну конечно, – в земле!

Увлекшись черепами, он просмотрел главное. То, что было скрыто под слоем пыли и грязи. Он опустился на четвереньки и стал расчищать ладонью каменный пол. Не столько видел знаки, сколько чувствовал их на ощупь. Когда пол был исследован, Оксли занялся стенами.

Вскочив на ноги, Инди бросился к двери.

– Вы куда? – крикнул ему вслед Матт.

Через секунду профессор вернулся с веником в руках, который он позаимствовал у уборщика, и, сунув его Матту, приказал:

– Подмети пол!

– Что?

Поморщившись, словно досадуя на его несообразительность, Инди энергично помахал рукой.

– Я сказал, подмети пол!

Матт покладисто принялся за работу, а профессор, взобравшись на койку, подтянулся к одному из двух зарешеченных окон. Затем повернулся, словно хотел оглядеть комнату глазами черепа.

Жаркое солнце пекло ему в спину. Он напряженно думал. Нужно было вспомнить юные годы – как они с Оксли учились в одном колледже. Даже тогда его никак нельзя было упрекнуть в зазнайстве. Он увлеченно продолжал доказывать свое даже в тех случаях, когда слушатели начинали зевать от скуки. У него всегда имелись ответы на все вопросы. Невероятный педант! Он никогда не выходил из своей комнаты, не застегнувшись на все пуговицы, не приведя в идеальный порядок прическу. К тому же упрямый, как осел!

Но Оксли действительно обладал блестящим умом. Сразу было ясно, что говоришь с гением!

Оксли не изменился и теперь. Даже будучи заточенным в эту камеру.

Матт усердно очищал пол. С каждым взмахом веника на каменном полу все яснее проступали образцы творчества Оксли. Это была своего рода интерпретация, его представление о том, что могли видеть боги, взирая на землю сверху.

А может быть, его рисунки предназначались специально для Инди?

На полу обнаружились весьма замысловатые рисунки. Но на этот раз без черепов. По мере того как Матт подметал пол, взору Инди открывались рваные силуэты ритуальных храмов и надгробных монументов. И могильных плит.

Скоро стало окончательно ясно: на полу изображено кладбище.

– Место, где покоится Ореллана, – вырвалось у Инди.

Матт удивленно взглянул на профессора, потом снова на пол.

– Кажется, вы говорили, что все конкистадоры пропали без вести. Что их тела так и не нашли.

Инди, прищурившись, смотрел на изрисованный пол.

Если человек гениален...

– Похоже, Оксли все-таки удалось их отыскать!

Глава 3

Молния расколола ночное небо, озарив простиравший перед ними ландшафт. И на мгновение все вокруг словно вспыхнуло серебром. По пустыне загрохотали громовые раскаты, будто предостерегая пришельцев не соваться дальше, а повернуть назад. Песок еще хранил дневной жар, но в воздухе уже веяло прохладой.

Матт остановил «Харлей» на гребне одного из холмов. Снова блеснула молния, озаряя пустыню и гряду острых скал. Потребовался целый день, прежде чем они добрались сюда, в горную местность Наска.

Впереди лежала еще одна долина.

– Вот то, что нам надо! – скомандовал Инди, сидевший сзади, и показал рукой в сторону дальних скал.

Присмотревшись, Матт разглядел на одном из холмов смутные очертания древних мавзолеев и покосившихся статуй. Сотни лет здесь хозяйничали одни ураганы.

– Кладбище чаучилла, – пояснил профессор. – Точь-в-точь как на рисунке Оксли.

Скопировав рисунок на лист бумаги, они стали расспрашивать местных жителей. Некоторые узнали это место, но настоятельно советовали держаться от него подальше. Проклятое местечко. Только щедрое вознаграждение помогло заставить одного полуслепого бродягу начертить им дорогу через горы к кладбищу.

Впрочем, до сего момента, даже имея на руках план, Матт был уверен, что бродяга их просто надул.

Но оказалось, что нет.

Теперь он понимал, почему их так отговаривали от этой поездки. Утес, на котором располагалось древнее кладбище, был сильно подточен снизу многолетними ливневыми потоками и готов был обрушиться в любую минуту. Корни деревьев и пожухлая трава свисали с обрыва, трепыхаясь на ветру, словно огромная всклоченная борода.

Еще одна вспышка молнии – и они увидели, что далеко внизу, под горой, раскинулось то самое плато, испещренное знаменитыми фигурами Наска.

С каждой вспышкой молнии загадочные фигуры начинали отливать серебряным сиянием. Матт разглядел паука с кривыми лапами, а также долговязую человеческую фигуру с головой, как огромный котел. Они смотрели прямо на них. Матт поежился. Фигуры снова исчезли в ночной мгле.

– Вперед! – нетерпеливо промолвил доктор Джонс, не отрывая глаз от кладбища.

Матт перевел дыхание. Он от души надеялся, что профессор не заметил, что его колотит от страха. Никогда он не любил кладбищ... Даже при свете дня. Впрочем, на этот раз речь шла о жизни его матери. Нужно было отыскать этот чертов череп.

Делать нечего, Матт направил мотоцикл через гребень холма. Узкая, укромная тропинка, карабкавшаяся выше и выше, вывела их точно к воротам кладбища. На столбе, громыхая от порывистого ветра, трепыхалась жестяная табличка с предупредительной надписью на испанском.

Матт остановился около столба с табличкой. Профессор слез с мотоцикла и направился к полуразвалившейся сторожке. Как и следовало ожидать, там никого не оказалось. Стены потрескались, покрылись плесенью. Потолочные балки подгнили, провалились. Здесь тоже похозяйничала стихия.

Между тем Инди вышиб ногой дверь и исчез внутри. Послышалась какая-то возня, и наконец он вернулся с фонарем в руках. В лампе осталось немного керосина, и Инди удалось ее разжечь.

– Нужно найти лопаты, – сказал он, поднимая фонарь.

Они отыскали пару лопат неподалеку от ворот.

Матт кивнул в сторону предупредительной таблички и громко прочитал, переведя надпись с испанского:

– Могильных воров будут расстреливать на месте!

Инди покачал головой.

– Слава Богу, что мы не воры!

Дорожка вела между двумя кривыми соснами. От сильного ветра голые ветки стучали друг о друга, словно высохшие кости. Матт тревожно смотрел по сторонам.

Господи, кто бы знал, как ему ненавистны эти кладбища!

Вдруг ему показалось, что среди ветвей замелькали какие-то тени. Потом исчезли. Несколько мгновений он находился в столбняке, потом поспешил спрятаться за спину профессора.

– Ну-ка, посмотри, сынок!

Джонс остановился перед кладбищем, рассматривая могильные плиты с начертанными на них письменами.

– Могильные воры... – хмыкнул он. – Кажется, до нас здесь уже успели хорошенько порыться!

Матт осторожно выглянул из-за его плеча. Статуи, кресты, небольшие мавзолеи – до самого обрыва. Кладбище находилось в самом плачевном состоянии. Половина могил была вскрыта, надгробные плиты перевернуты, кресты повалены, ямы так и не засыпаны. Все ценное давным- давно расхищено. Ненужными оказались лишь сами обитатели могил: повсюду были разбросаны скелеты, черепа, кости.

Все кладбище превратилось в беспорядочную груду костей.

Профессор поднял фонарь повыше. Ветер поднимал с земли столбы пыли, которые казались ожившими мертвецами.

У Матта зуб на зуб не попадал.

– A-а ч-что... мы з-здесь... ищем? – пробормотал он.

– Пока не знаю. Трудно сказать. Может быть, вход в один из мавзолеев.

Профессор кивнул направо. Потом передумал и двинулся прямо.

Матту пришлось последовать за ним.

Если так дело пойдет и дальше, им придется торчать здесь всю ночь.

Вдруг слева снова показались какие-то тени. Матт вздрогнул и в панике схватил доктора Джонса за локоть. Профессор едва не выронил фонарь.

– Да что с тобой, парень? – проворчал он.

– Так, что-то померещилось...

– Хватит пугаться каждого куста. Здесь нет никого, кроме мертвецов...

Неожиданно одна из теней скакнула на надгробье, а затем, бросившись на профессора, сбила его с ног. Другая, выпрыгнув из-за дерева, бросилась на Матта. Сбитый с ног, юноша кубарем покатился по пыльной земле. Перевернувшись на спину, он стал яростно отбиваться от невидимого противника руками и ногами, но рядом никого не оказалось. Профессор тоже ударил в темноту, но с тем же результатом.

Призраки!

Матт в ужасе вскочил на ноги и прижался спиной к одному из надгробий. Под ногой что-то хрустнуло. Он увидел, что наступил на руку скелета. Он отпрянул в сторону, но наткнулся на скелет, поднявшийся из соседней могилы.

Череп смотрел прямо на него.

Матт едва не задохнулся от ужаса, не в силах даже крикнуть, когда скелет бросился на него, стараясь схватить его своими страшными когтями. Юноша с силой оттолкнул его прочь, но сбитый с ног скелет быстро поднялся.

Только теперь Матт понял, что перед ним не скелет, а худой, густо вымазанный грязью человек с привязанными к телу костями.

От изумления юноша не мог сдвинуться с места.

Безумец снова бросился на него. Но в следующее мгновение на голову нападавшего обрушилась тяжелая лопата, и он распластался на земле. Маска в виде черепа раскололась, и под ней обнаружилось человеческое лицо. Быстро придя в себя, человек поднялся на четвереньки и, проворно перебирая руками и ногами, исчез в темноте.

Теперь Матт и профессор, размахивая лопатами, словно ятаганами, сражались спина к спине.

– Черт, это не мертвые! – крикнул юноша.

– В письме Оксли было что-то о живых мертвецах, – отозвался профессор. – Оказывается, это была не шутка...

Крра-а-ак!.. Крра-а-ак!..

Две короткие стрелы-дротика с пушистым опереньем вонзились в деревянную ручку лопаты, которой прикрывался Джонс. Профессор не раздумывая бросился на землю.

Матт оказался не таким проворным.

Из-за спины профессора вынырнули две тени, и, получив сильный удар в грудь, юноша опрокинулся прямо в разрытую могилу.

Он упал в жидкую грязь. Не успел он прийти в себя, как над ним, в проеме могилы показалась фигура, целящаяся в него из длинной боевой трубки.

Деваться было некуда...

Матт выхватил из кармана нож и, раскрыв, метнул в нападающего. Сверкнув в темноте, лезвие угодило стрелку в предплечье – достаточно, чтобы вывести врага из строя.

Трубка выпала у него из рук, но ее сразу подхватил другой нападавший и, набрав в грудь побольше воздуха, прицелился в юношу.

Оказавшись без оружия и понимая, что конец неминуем, Матт зажмурился от ужаса.

Но отчаиваться было рано.

Подскочивший к стрелку профессор схватил конец длинной трубки и, повернув к себе, с силой дунул в нее.

Стрелок выронил оружие и, схватившись за горло, рухнул на землю. Задыхаясь, он пытался вытащить застрявший в горле шип. Но яд уже попал в горло, и через секунду-другую нападавший испустил дух.

На другом краю могилы раненый боец выдернул из руки нож и размахнулся, чтобы метнуть его в юношу.

Раздался оглушительный щелчок.

Матт вздрогнул.

Наверху пастуший кнут захлестнул руку с ножом. Профессор резко тряхнул кнутом, и выбитый из руки нападавшего нож взлетел высоко вверх. А затем, несколько раз перевернувшись в воздухе, упал и угодил лезвием в землю – прямо между ног юноши.

Еще немного и...

– Прошу прощения, сынок! – крикнул профессор.

Между тем нападавший был готов снова броситься на него.

В руке у профессора появился пистолет. С громким щелчком взведя курок, он направил его прямо в грудь нападавшему. Тот замер на месте. А затем, переведя взгляд с пистолета на кнут, развернулся и бросился наутек.

Подняв нож, Матт вскочил на ноги. Нападавшие брызнули врассыпную.

Слава богу, у них хватило ума!

Вспышка молнии озарила впечатляющую фигуру профессора – в одной руке пистолет, в другой – грозный кнут.

– Вы действительно учитель? – пробормотал Матт.

– По совместительству, – усмехнулся Инди.

Протянув руку юноше, он помог ему вылезти из могилы.

Глава 4

Инди убрал пистолет в кобуру и повернулся к Матту. Тот обтирал измазанный кровью нож о джинсы. Было видно, что юношу мутит от отвращения.

Что ж, когда-то нужно становиться мужчиной!

– Раньше мне никогда... не приходилось им пользоваться... – промолвил Матт, разглядывая лезвие ножа. – Только как открывашкой для бутылок...

Инди похлопал его по плечу.

– Все в порядке, сынок. Ты не спасовал.

Инди подошел к отравленному стрелку и, схватив за ноги, сбросил в могилу. Потом прикрыл тело пончо и широкополой шляпой, которые позаимствовал у одного из скелетов.

– Износу не будет. Наряд на пару сотен лет, – хмыкнул он.

Дрожащий Матт стоял, обняв себя за плечи, не сводя глаз с мертвеца. Инди понял, что юноша впервые видит смерть воочию. Но, нужно отдать парнишке должное, он держался молодцом. Даже не отвернулся.

– Кто были те люди? – наконец вымолвил Матт.

– Индейцы Наска. А может, их потомки.

Инди поразмыслил над более точной формулировкой. Наска пришли в эти места за тысячу лет до Рождества Христова. Племя процветало на протяжении пятнадцати столетий. У них на вооружении были весьма прогрессивные методы земледелия, разветвленная оросительная система. А по части выделки тканей и глиняной посуды Наска были и подавно непревзойденные мастера... И вот пришли испанцы и стерли народ с лица земли.

Что же делали здесь их потомки? Почему прятались?

Инди окинул взглядом кладбище.

– Кто бы они ни были, – сказал он, – ясно, что наше вторжение им не по душе... Отсюда вопрос: что они здесь охраняют?

Внимание Инди привлекли развалины каменной стены, расположенной в глубине кладбища. В них было что-то странное. А что – он и сам не понимал... Он похлопал Матта по плечу и направился к развалинам.

В стене было множество ниш, затянутых паутиной и заваленных костями и черепами. Инди дотронулся пальцем до паутины.

– Ласиодоридес стриатус... – пробормотал он.

Матт наклонился ближе.

– Это еще что такое?

– Гигантский перуанский паук, – сказал Инди, выпрямляясь.

Юноша недоуменно покачал головой.

– Ну, такие огромные тарантулы, – пояснил профессор, двинувшись вдоль стены.

– Огромные? – переспросил Матт и невольно оглянулся.

– Иди сюда... Смотри! – сказал профессор, пробегая пальцами по стене. – Каменная кладка явно состоит из разных слоев. Один над другим. Каждый соответствует определенной эпохе. А каждая эпоха – своей цивилизации...

Обследуя стену, Инди заметил на песке следы, которые вели от стены и обратно. Он принялся изучать этот участок более тщательно, едва не касаясь носом паутины. Не пропускал ни одной ниши, спокойно раздвигая одну паутину за другой.

– А если тарантулы? – прошептал Матт.

Инди не обратил на его слова никакого внимания. Все, что ему удалось обнаружить, – однотипные захоронения. Затем он перешел к следующей нише, в которой лежали кости и череп более ранней эпохи. Продолжая как ни в чем не бывало раздвигать паутину. Паутина приподнималась от ветра, словно шелковая вуаль, и казалось, что череп дышит.

– Циркуляция воздуха... – пробормотал Инди себе под нос.

– Что-что?

– Она указывает на то, что где-то под землей есть тоннель или пещера.

Он протянул руку и достал из ниши череп, ухватив его пальцами прямота пустые глазницы. Из черепа выскочил жирный тарантул и быстро побежал по его руке. Матт ахнул от ужаса, но профессор не обратил на паука никакого внимания. Тарантул спрыгнул в другую нишу и исчез.

Убрав череп, Инди продолжал исследовать проем. Он нащупал веревочную петлю и потянул за нее. Один из камней со скрипом отодвинулся в сторону, и за ним обнаружился какой-то темный проход.

Матт присел на корточки рядом с профессором. В свете фонаря он рассмотрел дверь с ручкой. Не долго думая, юноша протянул руку и потянул за ручку.

– Я бы на твоем месте не стал так рисковать!.. – воскликнул Инди.

По руке юноши побежало сразу несколько штук черных скорпионов.

– А-а-а!.. – завопил Матт, отпрянув назад, и принялся трясти рукой.

Скорпионы дождем посыпались на землю и разбежались.

– Успокойся, – сказал Инди. – Это всего лишь скорпионы.

Неожиданно Матт вскрикнул и хлопнул себя по руке.

– Один... один из них меня ужалил! – С расширенными от ужаса глазами юноша повернулся к профессору. – Я теперь умру?

– Все мы когда-нибудь умрем, сынок. Такова жизнь, – философски заметил Инди, но это не успокоило юношу. – А он большой был, этот скорпион? – со вздохом поинтересовался Инди.

– О, громадный!

– Это хорошо.

– Хорошо?!

– Ну да. Чем больше скорпион, тем он безопаснее.

Профессор снова переключился на тоннель. Затем, как будто вспомнив о чем-то, резко обернулся.

– Но если тебя укусит маленький скорпион, – сказал он, – немедленно скажи мне!

И, просунув фонарь в тоннель, полез внутрь.

* * *

Матт с недоумением смотрел вслед исчезнувшему профессору. Мудрый совет насчет скорпионов не слишком его ободрил. Он оглянулся назад – на ночное кладбище. С неба упало несколько капель. Молнии сверкали одна за другой. Повсюду шевелились мрачные тени. Из могил выглядывали скелеты, недовольные вторжением чужаков.

Матт поежился. Что выбрать? Кладбище или скорпионов?

Молния погасла, и кладбище снова погрузилось во тьму. Матт наконец решился.

Раскрыв нож и держа его наготове, он двинулся следом за профессором.

Оказавшись в тоннеле, он обнаружил, что профессор уже успел отойти на порядочное расстояние. Пришлось догонять бегом, больно ударяясь локтями и коленями о камни.

Здесь пахло сыростью и землей. Клочки паутины щекотали шею. Муравьи и тараканы бегали по рукам. Наконец он догнал Джонса. Но едва перевел дыхание, как почувствовал, что земля уходит из-под ног и он проваливается вниз.

Вот он уже по пояс в яме... Вот – пытается уцепиться за каменные плиты, которыми вымощен пол... Все напрасно: он проваливался все глубже... Вдруг сильная рука схватила его за шиворот и одним рывком подняла из ямы. Хватая ртом воздух, как выброшенная на берег рыба, он распластался на полу.

– Мы не на прогулке, – послышался голос профессора. – Весь утес подточен снизу. Будь осторожен!

Джонс направился дальше и скрылся за поворотом тоннеля, унеся с собой фонарь. Юноше не осталось ничего другого, как вскочить на ноги и прокричать ему вслед:

– Спасибо за совет!

Делать нечего, пришлось следовать за профессором. Свет фонаря – единственное, что отпугивает скорпионов. При свете не так страшно. Осторожно нащупывая пол коленями и ладонями, Матт полез на четвереньках в глубь тоннеля.

Повернув за угол, юноша увидел, что профессор куда-то исчез, а вместо него из ниши в упор пялится скелет.

– А-а-а! – истошно завопил Матт.

Изо всех ниш, разинув страшные рты, на него пристально смотрели мертвецы.

– Нельзя ли немного потише, а? – раздраженно откликнулся профессор.

Сердце у Матта бешено колотилось.

– Черт, тут столько скелетов! Посмотрите, какие у них черепа!

Джонсу пришлось вернуться назад. Он поднял фонарь и осветил одного из мертвецов с деформированной, по форме напоминающей яйцо черепной коробкой. Потом протянул руку и немного повернул череп, чтобы рассмотреть его получше.

– Точно такой же, как на рисунках в камере Оксли, – кивнул он, продолжая озираться. – Значит, мы близки к цели.

Матт старался держаться поближе.

– А кто они такие?

– Люди, конечно, – сказал профессор. – Скорее всего, из королевской династии Наска.

Матту сразу припомнился его рассказ о ритуале Наска, которые особым образом перевязывали младенцам черепа. Чтобы угодить богам.

– Может быть, те воины, которые напали на нас наверху, именно их и охраняют?

– А может быть, что-то еще, – загадочно промолвил профессор. – Ну-ка, взгляни!

Чуть дальше внизу обнаружилась обширная пещера, в которой он смог встать в полный рост. Помещение размером с гараж на две машины. В отличие от тоннеля, здесь было довольно сухо и душно. И – какое-то странное чувство: как будто вот-вот что-то случится.

Спустившись к профессору, Матт хотел шагнуть дальше, но тот схватил его за локоть.

– Ничего не трогай!

Дважды повторять не пришлось. Юноша не забыл о скорпионах.

– Это еще что такое?! – пробормотал Инди. Опустив фонарь, посветил на полу. – Здесь явно кто-то побывал до нас. Причем, судя по следам, совсем недавно. Кажется, их было двое.

Матт встал на колени и измерил следы ладонью.

– Одного и того же размера, – сказал он. – Может быть, это был один и тот же человек, приходивший дважды...

– Неплохо, сынок! – похвалил профессор, поднимая фонарь и рассматривая стены.

Матт увидел несколько ниш. В каждой из них находились скелеты с черепами примерно той же формы, как у королевских отпрысков Наска, скелеты которых они обнаружили в тоннеле. Однако эти останки, покрытые густым слоем пыли, нельзя было хорошо рассмотреть.

– Не отходи от меня ни на шаг, – приказал профессор, отправляясь дальше. – И двигайся точно след в след.

Матт увидел, что и сам профессор двигается с большой осторожностью, стараясь точно попадать в следы, оставленные на пыльном полу. Наконец они перебрались в дальний угол помещения.

Матта заинтересовала одна из боковых ниш. Там тоже находилось какое-то тело, но рассмотреть его и вовсе не было никакой возможности, поскольку оно было упаковано в своего рода кокон. Сквозь густой слой пыли что-то серебристо поблескивало. К тому же в воздухе странно запахло электричеством. Даже на языке появился электрический вкус.

Сгорая от любопытства, юноша наклонился ближе и хотел дотронуться до странной фигуры, но профессор положил ему руку на плечо.

– Не спеши! – Затем Джонс принялся считать ниши, махая фонарем в сторону каждой. Потом поставил фонарь на пол. – Кажется, это и есть Ореллана со товарищи.

– Проверить, так ли это, можно лишь одним способом, – промолвил Матт.

Глава 5

Инди подошел к ближайшей нише. Протянул руку, осторожно ощупал пальцами погребальные покровы. На ощупь – вроде ткани. Но когда осыпались пыль и песок, блеснуло серебро. Не ткань, но и не металлический корпус. Он сразу узнал этот материал – точно в такую же фольгу были обернуты мумифицированные останки, уложенные в саркофаг в ангаре №51.

Но что было спрятано здесь?

Чтобы посмотреть, что внутри, Инди снял первый слой.

– Похоже на то, как разворачивают новогодние подарки, – заметил Матт, нетерпеливо заглядывая через плечо профессора.

Затаив дыхание, Инди принялся снимать слой за слоем. Странное волнение. Волоски на руках неожиданно наэлектризовались и стали дыбом. И напряжение нарастало с каждым снятым слоем.

Наконец показалось содержимое кокона. Разглядев, что было скрыто под фольгой, Инди вздрогнул от неожиданности и даже отступил назад. Перед ним-находилось идеально сохранившееся тело. Казалось, человек просто заснул. Он сидел, поджав ноги к сложенным на груди рукам. Глаза закрыты, голова, как у спящего, склонилась на грудь. Пышная борода. Кожа, словно еще теплая. Даже ткань рубашки нисколько не повреждена тлением.

Инди провел пальцами по нагрудной пластине доспехов с гербом в виде испанского креста. Рядом с человеком лежал меч, а на голове красовался высокий конический шлем.

– Конкистадоры! – сказал Инди. – Они самые.

Матт наклонился, чтобы получше рассмотреть мумию.

– Кажется, он умер совсем недавно...

– Однако с тех пор минуло уж больше пяти столетий... – Инди снова пощупал погребальную фольгу. Она явно излучала какую-то энергию. – Вот почему они так хорошо сохранились!

Рассматривая конкистадора, Инди увидел у него в руке золотой кинжал с эфесом, инкрустированным рубинами и изумрудами. С величайшей осторожностью он высвободил кинжал из стиснутых пальцев и с восхищением поднес поближе к фонарю. На лезвии виднелись какие-то буквы – вероятно, имя владельца. Интересно, кто был этот человек? Как он жил? Как случилось, что его похоронили именно здесь?

Инди машинально раскрыл сумку, чтобы сунуть туда находку. Матт смущенно покашлял.

– А я думал, что мы не имеем с расхитителями могил ничего общего!

Инди стало неловко. Он представил себя перед разрытой могилой, жадно хватающим не принадлежащие ему драгоценности.

– Вообще, я как раз собирался положить его на место...

– Я так и подумал.

Инди снова посмотрел на конкистадора. Но – удивительное дело! – тело уже успело совершенно истлеть. Рассыпалось в прах. Не прошло и десяти секунд. Даже одежда превратилась в пыль. Остались лишь почерневшие кости.

– Вот так фокус! – изумленно промолвил Матт.

Инди опустился на колени и поднял с земли кусок металлической фольги.

– Я уже видел нечто подобное, – покачал головой он. – Десять лет назад. На месте одной катастрофы...

А еще несколько недель назад – в Неваде.

Он энергично смял кусок фольги в комок и отшвырнул в сторону. Почти в то же мгновение фольга распрямилась и приняла прежнюю форму.

– Вау! – ахнул юноша. Он схватился за нагрудный карман, но нож уже выскочил из него и приклеился к фольге. – Ну и дела!

– Этот материал излучает сильное магнитное поле.

– Вы думаете?

Матту потребовалось немалое усилие, чтобы оторвать нож от фольги. На всякий случай он засунул его поглубже в сапог.

– Скорее всего, там, где конкистадоры похитили хрустальный череп, они прихватили и фольгу.

– И не только, – заметил юноша, кивнув на ноги конкистадора.

Рядом с телом обнаружился раскрытый сундучок, полный золотых монет, украшений и прочих драгоценностей. Упав перед сундучком на колени, Инди запустил руки в золото и набрал полные пригоршни. Зачарованно смотрел, как золото сыпется сквозь пальцы. Казалось, здесь были монеты со всего мира. Вот одна из Афин, на другой отчеканен шлем из Коринфа, на третьей – глаз Хоруса.

– Греция, Македония, Египет... – бормотал он. – Как они здесь оказались? Из совершенно разных эпох. Из разных уголков планеты...

– Может, они украдены из Акатора? – спросил Матт.

– Чего не знаю, того не знаю, – сказал Инди, поднимаясь на ноги.

Он подошел к другой нише и заглянул внутрь. Так же, как и в первой, в ней обнаружилось идеально сохранившееся тело испанского конкистадора, которое почти мгновенно превратилось в прах, как только с него сняли серебристую фольгу и оно оказалось на открытом воздухе.

Матт проверил остальные ниши.

– Одна из мумий уже раскрыта! – воскликнул он.

Инди подошел.

– Я же сказал, чтобы ты не отходил от меня ни на шаг!

– Эй, полегче! – обиделся юноша. – Я двигался строго след в след! – И показал на отпечатки ног на полу.

Инди нахмурился.

– Что ж, если ты считаешь, что можешь... – начал он, заглядывая в нишу.

Парень оказался прав. Мумия уже была частично распакована. Сняв оставшиеся слои фольги, Инди обнаружил под ними скелет в полном облачении воина: доспехах, шлеме, даже в погребальной маске. Правда, на этот раз все это было из чистого золота!

– Да это же Ореллана!

– Откуда вы знаете? – спросил Матт.

– Все из золота. А ведь у него и прозвище было – Золотой Воин. Потому что он носил доспехи из чистого золота...

Инди снова нахмурился и потер пальцем бровь.

– Что-то не так?

– Вот именно! – Инди кивнул на золотую маску. – Испанцы никогда не хоронили своих мертвецов в погребальных масках. – Он взялся за края маски.

– Эй, поаккуратнее! – предупредил Матт.

Инди прищурился на него, словно говоря: уж я-то знаю, что делаю, парень!

Осторожно приподняв маску, он сдвинул ее в сторону. Под маской, словно застыв в немом крике ужаса, был череп Орелланы. Конечно, это был совершенно голый череп, но тем не менее выражение ужаса и отчаяния словно навечно застыло на лице испанца.

– Пожалуйста, скорее его закройте! – попросил Матт.

Собственно, Инди и собирался это сделать. Но в последний момент заметил какое-то странное сияние. Оно разливалось вокруг головы Орелланы, образуя что-то вроде нимба.

Опустившись на колени, Инди взял испанца за плечи и немного приподнял.

– Ну-ка, подержи! – кивнул он Матту.

Несмотря на то что пришлось оказаться нос к носу со зловещим черепом испанца, юноша повиновался.

За мумией, в небольшом углублении в стене обнаружился огромный, в два раза больше человеческого, череп. Причем это был не настоящий череп, а словно выточенный из куска хрусталя. Каждый лучик света, который попадал на него от тусклой лампы, усиливался многократно, сливаясь с другими в фантастическом сиянии.

Инди потянулся, чтобы достать череп, но его пальцы словно онемели. Он припомнил рассказы Оксли о странных черепах, которые обладали магической, подчас опасной для жизни энергией. В конце концов он подавил в себе суеверный страх и осмотрел череп более внимательно. Судя по всему, он действительно вырезан из цельного куска драгоценного хрусталя, абсолютно прозрачного, но в то же время как будто разделенного на множество сверкающих капель.

Спустя некоторое время любопытство окончательно победило страх. Инди взял в руки череп и осторожно вытащил из ниши. В тех местах, где пальцы касались хрусталя, сияние слегка притуплялось.

Матт смог наконец опустить обряженную в доспехи мумию на место.

– Брр!.. – вырвалось у него.

Инди поднял фонарь и поставил его перед черепом. Свет удивительным образом отражался и концентрировался внутри кристалла и выходил прямо через глазницы – подобно двум лазерным лучам. На череп, как на солнце, даже в момент затмения, было больно смотреть. Оглядев его со всех сторон, Инди убедился, что затылок у него такой же – яйцевидный, как и у черепов в тоннеле.

– Удивительно! – пробормотал он. – Никаких следов режущих или шлифовальных инструментов. Просто невероятно!

Он поднес череп к самым глазам.

– А это еще что такое?..

Внутри черепа, там, где у человека располагается мозг, виднелись четкие очертания другого кристалла – цвета благородного опала. Свет внутри этого внутреннего кристалла дрожал и переливался всеми цветами радуги, словно драгоценная жидкость.

Профессор еще раз осмотрел удивительный череп со всех сторон.

– Цельный кристалл кварца был разрезан, причем поперек кристаллической решетки. Вещь совершенно невероятная, даже при помощи всех современных технологий. Хрусталь неизбежно должен был потрескаться по краям...

Матт рассматривал череп, выглядывая из-за его плеча.

– Вы думаете, это один из тех, что был найден в Акаторе?

– Возможно. Должно быть, разграбив сокровища, конкистадоры направились с добычей на побережье, где их ждал корабль. Потом они погибли. Или их убили. Местные жители завернули их тела в фольгу, которую обнаружили среди награбленного, и похоронили...

Наконец Инди опустил череп и стал разглядывать следы на пыльном полу. Присев на корточки, он указал на отпечатки, которые привели их сюда.

– А несколько сотен лет спустя, – продолжал он, – Оксли находит этот череп, уносит его... может быть, в Акатор... Не исключено, что ему удалось отыскать этот легендарный город... Но потом почему-то приносит череп обратно...

Матт встрепенулся.

– Вернуть!.. Это слово было начертано на стене его камеры.

– Бессмыслица какая-то, – пробормотал Инди. – Он прячет череп точно в то же месте, где его нашел. Почему?

Вдруг Матт схватил профессора за руку и прошептал:

– С-смотрите!!

Инди увидел, что рука Орелланы, словно живая, поднялась и тянется к черепу. Его обуял суеверный страх, но он быстро пришел в себя. Не спеша приподнял, а затем опустил череп. Рука точно следовала за его движениями.

Интересно...

– Эй! – закричал Матт, отскакивая в сторону. – Да он живой! Отдайте ему этот чертов череп!

Не обращая на него внимания, Инди подошел к мумии и постучал согнутым пальцем по золотым доспехам, каждая часть которых соединялась с другой при помощи специальных шарниров и креплений.

– Доспехи металлические, – объяснил он, – они просто притягиваются черепом.

– Но кварц не может быть магнитом!

– Да и золото не является магнитным материалом, – согласился Инди.

Сдвинув брови, он задумчиво рассматривал череп, то поднимая его, то опуская. Что за чудеса?

Неожиданно он снова заглянул в пустые глазницы. Как будто хотел найти там ответы на все свои вопросы.

Свет, засиявший в хрустале, ударил ему прямо в глаза. Как будто что-то должно было подсказать разгадку. Нужно было только еще чуть- чуть сосредоточиться...

– Эй!.. – позвал его Матт.

Голос юноши доносился до него словно издалека. Как из глубокого колодца.

– ...что-то происходит...

Еще немного, еще чуть-чуть- и он поймет!

– ...Эй, профессор! Земля дрожит! Кажется, нам пора отсюда убираться...

Пламя внутри черепа разгоралось все ярче. Еще немного...

– Скорее! Бежим!!!

Глава 6

Матт дернул профессора за локоть, череп выпал у него из рук и покатился по пыльному полу. Два ярких луча, которые выходили из пустых глазниц, заскользили по потолку.

Джонс обернулся.

– Как ты думаешь...

Увидев глаза профессора, юноша в ужасе отпрянул. Они светились тем же странным светом, что и глазницы хрустального черепа. От удивления Матт чуть не уселся на мумию Орелланы.

Джонс заморгал, а потом стал ожесточенно тереть пальцами виски – как будто хотел избавиться от боли. Мало-помалу жуткий свет в его глазах погас, но зрачки по-прежнему были неестественно расширены.

– Земля!.. Земля трясется! – пробормотал Инди.

– А я вам что говорю?!

Песок на полу завибрировал, а мелкие камешки даже начали подскакивать. Камни побольше загремели, цокая друг о друга. А скелеты – те и подавно затряслись мелкой дрожью, словно от страха.

Джонс повернулся к выходу.

– Скорее! Туда!

Матт шагнул вперед, но пол под ним провалился. Юноша стал стремительно проваливаться вниз. Из его груди вырвался вопль ужаса. Лавина песка и мелких камней увлекала его под землю. В отчаянии он пытался нащупать руками опору. Его пальцы ухватили что-то твердое.

Но он продолжал проваливаться. Зажмурив глаза, отплевываясь, задыхаясь от песка и пыли, он почувствовал, что в какой-то момент его падение остановилось. Одной рукой он держался за что-то, вроде изогнутого корня, а другой уцепился за выступ скалы. Еще несколько камней пролетели мимо него и ухнули куда-то вниз.

Матт посмотрел вниз и обмер.

Его ноги болтались в воздухе, а под ним, в нескольких десятках метров, виднелось огромное скалистое плато. Вспышка молнии озарила изображенные посреди равнины фигуры Наска: паука, обезьяны, ящерицы...

Матт поднял голову. Прямо на него смотрела жуткая мумия Орелланы, на физиономии которого застыл истошный крик. Падая, юноша ухватился вовсе не за корень, а за лодыжку Орелланы. Вернее, за золотые доспехи, в которые тот был одет. В последний момент профессор успел ухватить Ореллану за латы и теперь пытался вытащить юношу из дыры.

Матт неловко пошевелился. Одна из золотых пластин отскочила и сквозь доспехи, словно из высушенного панциря, посыпались вниз кости, ребра, позвонки, прах.

– Не дергайся! – заорал на него профессор.

Неловкая попытка юноши помочь ему лишь расширила дыру в полу. Вниз полетела новая порция камней, песка и костей. Матт посмотрел вверх. Весь уступ скалы покрылся глубокими трещинами. Падая вниз, камни вдребезги разбивались о скалистое плато.

Матт в отчаянии посмотрел на профессора.

– Не двигайся, парень! Я тебя вытащу!..

Легко ему говорить – не двигайся!

Еще несколько булыжников отвалились от скалы и ухнули вниз. Неподалеку от него что-то ярко блеснуло.

Хрустальный череп!..

Матт ловко изогнулся в воздухе и ухитрился поймать череп свободной рукой, прижав его к груди, словно футбольный мяч.

– Я же сказал – не дергайся!!! – рявкнул профессор.

Матт показал ему череп.

– Я просто подумал, что он может вам пригодиться...

Инди не нашелся, что ответить.

Постепенно ему удалось вытянуть юношу из дыры. Кости скелета давно высыпались, но звенья доспехов, надежно скрепленные друг с другом, не подвели. Матт распластался на полу гробницы. Хрустальный череп откатился в сторону. Смахнув со лба испарину, профессор сунул его в сумку. Потом кивнул в сторону выхода.

– Нужно спешить!

Кое-как они поднялись на ноги. Джонс нырнул в тоннель первым и проворно двинулся вперед, словно эта дорога была ему отлично знакома. Матт семенил следом. Скалы вокруг зловеще сотрясались. А еще немного погодя за его спиной раздался ужасный грохот – это обрушилась гробница, из которой они только что выбрались.

– Хватит ворон ловить! – окликнул Инди зазевавшегося юношу.

Матт что было мочи припустил к выходу. Скала под ними продолжала распадаться на части, словно спешила увлечь их за собой. Юноша едва поспевал за профессором. Теперь ему не требовалось особое приглашение.

Наконец они выбрались из тоннеля и без сил повалились друг на друга.

Профессор помог юноше встать, и они добрели до твердой почвы. Скала у них за спиной частично обрушилась. Последние обломки скатились вниз, и все стихло. В небе загоралась оранжевая заря.

– Мы это сделали! – промолвил Матт.

– Поздравляю, – откликнулся незнакомый голос.

Они обернулись и увидели, что из-за темного мавзолея выступили три фигуры. Двое в военной форме с карабинами. Опять эти русские!.. Третий был в хаки и широкополой панаме. Он встретил профессора радостной улыбкой.

– Ну, здравствуй, Инди!

* * *

– Мак...

Инди, конечно, ожидал этой встречи и все- таки очень удивился.

Не успел он ответить на это странное приветствие, как заскрипел песок и, шаркая своими мощными бутсами, на сцену вышел полковник Давченко.

Инди увидел, что русский подошел к Матту сзади и, размахнувшись кистенем, уложил юношу на землю одним ударом.

– Ах ты, гад! – вырвалось у Инди.

Злобно усмехнувшись, Давченко огрел Инди тем же кистенем. В глазах профессора закружились звездочки. Он рухнул на землю. Парусиновая сумка выпала у него из рук, расстегнулась, и хрустальный череп, выкатившись на песок, остановился прямо у него перед глазами.

Потом его накрыла тень Давченко.

Подняв с земли обеими руками громадное надгробье, он занес его над Инди, чтобы без лишних слов размозжить ему голову.

– Нет! – крикнул Мак. – Она сказала, что он нужен живым!

Снова ухмыльнувшись, Давченко с силой обрушил тяжелый камень вниз. В миллиметре от головы зажмурившегося Инди.

Отойдя в сторону, Давченко выругался по-русски. Инди лишь понял, что это очередная порция угроз и зловещих обещаний.

Когда русский отошел, Инди снова перевел взгляд на хрустальный череп. Яркие лучи утреннего солнца потоком вливались в горный кристалл. В черных глазницах вспыхнуло пламя. Инди почувствовал на себе пристальный взгляд. Ему показалось, что череп обращался к нему с каким-то немым призывом...

Он широко распахнул глаза.

В него хлынуло пламя.

Потом он почувствовал рядом чью-то руку. В следующую секунду ему в шею вонзилась игла шприца. В вену заструилось психотропное вещество, и свет стал стремительно гаснуть. В том числе и огонь внутри черепа...

В голове у Инди промелькнула последняя мысль: «Только не это!»

Часть четвертая

Огненные глаза

Глава 1

Икуитос, Перу

Его разбудил крик обезьяны.

Чувства возвращались постепенно. Сначала боль в плечах. Затем запах сырой глины, корицы. Язык словно распух от жира. В воздухе стоял густой комариный писк. В глазах зарябило: зрение то возвращалось, то исчезало. Он лежал в гамаке, в небольшой походной палатке. К одной из стоек привязан фонарь.

Его взяли за волосы и, приподняв голову, стали вливать в рот огненную жидкость. Он пытался сопротивляться, но голова была тяжелой, словно чугунное ядро. Перед ним мелькнула этикетка со славянскими буквами. Водка. Дешевая водка. В его желудке как будто вспыхнул пожар. Огонь разлился по членам.

Инди попытался встать, но оказалось, что он привязан к стулу. Веревка туго стягивала запястья. Сколько прошло дней? В его памяти замелькали смутные воспоминания: пышущий паром локомотив, грузовой отсек, заросли джунглей, путешествие по реке...

Куда он попал?

Инди поднял голову. Он сидел в полупустой палатке. Палатка была четырехугольная, брезентовая, из черно-зеленого камуфляжа. Явно армейского образца. За сетчатыми окнами ночная мгла. Через один из брезентовых пологов просвечивало пламя костра. Двигались тени. Снаружи доносилось нестройное пение. Судя по всему, веселье было в разгаре. Может быть, в честь какого-нибудь государственного праздника. Советского праздника.

В поле зрения появилась фигура. В одной руке еще один стул, в другой – бутылка водки. Одетый в форму хаки, мужчина поставил стул на землю и уселся напротив. Придерживая бутылку водки у себя на колене, он, прищурившись, рассматривал пленника. У него была рыжая физиономия и гладкие усики.

– Мак... – пробормотал Инди и презрительно сплюнул.

Так вот кто устроил засаду на кладбище чаучилла. Проклятый предатель!

– В очередной раз тебе повезло, Инди, что я оказался рядом, – усмехнулся британец. – Давченко едва не размозжил тебе голову. Третий раз я спасаю тебя от смерти.

– Развяжи меня, и я тебя отблагодарю! – пообещал Инди.

Мак откинулся назад и принялся раскачиваться на стуле. Отпив прямо из горлышка бутылки, он резко выдохнул и загнул палец:

– Нет, погоди. Давай по порядку. Первый раз я спас тебя, когда к твоему затылку уже приставили немецкий люггер. Если не ошибаюсь, это было наше первое знакомство. Не так ли, коллега?

– Ничего подобного. У меня тогда все было под контролем.

Мак загнул второй палец.

– Теперь Джакарта. Помнишь отравленные стрелы, которые я вытаскивал у тебя из шеи?

– Отравленные стрелы? – Инди недоуменно дернул бровью.

– Вот видишь, не помнишь! – покачал головой Мак. – Что ж, как и все остальное. Впрочем, можешь поверить мне на слово. Ты мне многим обязан!

Инди подался вперед, насколько это позволяли веревки.

– После войны, когда ты решил переметнуться на другую сторону, скольких наших ты сдал красным? Сколько наших ребят полегло из-за тебя, шкура? Вот за это ты мне точно ответишь!

Мак грустно вздохнул.

– Думаю, ты просто многого не понимаешь, дружище.

– Когда-нибудь мне удастся развязать эти веревки, товарищ, и первое, что я сделаю – разобью тебе физиономию.

– Ты меня «товарищем» назвал? Неужели ты думаешь, что идеология имеет для меня какое- то значение? Флаги. Всякие там мундиры и эполеты. Страны и границы... Все это временное.

– Только деньги – вечное, да?

– Нет, деньги тоже обесцениваются. Другое дело – золото. Это навсегда. – Мак нервно покосился на включенный магнитофон, который фиксировал каждое слово их разговора.

Понизив голос до шепота, Мак заговорщицки промолвил:

– И не просто золото. Целые горы золота! Плевать на то, что платят мне русские. Это ничто по сравнению с Акатором. Ты ведь хорошо знаешь эту легенду. Целый город из чистого золота! Именно за ним, во славу Божью, охотились конкистадоры. Мы будем богаче Рокфеллера!

– Грязные деньги. Каждый грош перемазан кровью! – презрительно поморщился Инди.

Мак наклонился ближе и едва различимым шепотом сказал:

– Это не так. Я хочу, чтобы ты почувствовал разницу, Инди. Будь умницей. Мы должны играть в одной команде. Помнишь, как в Берлине?.. Улавливаешь?

Потом Мак встал и прошелся по палатке. На его губах змеилась улыбка Иуды.

Инди прислушался. Где-то далеко раздалось рычание ягуара, преследующего добычу. Ягуар, по-научному пантера, семейство кошачьих. В воздухе витали свежие ароматы амазонской розы и гигантской ночной лилии. Он заметил маленьких ярко-желтых бабочек с длинными хвостами, которые вились вокруг фонаря. Их еще называют «звездной молью».

Мозг Инди работал, как компьютер. Он припоминал и сопоставлял образцы флоры и фауны соответствующих регионов мира. Наконец он безошибочно определил место, где находился. Непроходимые перуанские джунгли.

Если его расчеты верны, то они находились на реке Укайали, в одном из самых глухих уголков, куда редко кому удавалось добраться, а выбраться – и подавно почти никому.

Что они здесь делают?

Неожиданно полог палатки откинулся и упал. В палатку вошел еще кто-то. Инди сразу узнал эту женщину. Правда, теперь она сменила мундир американской морской пехоты на форму серого цвета, такую же пилотку и черные сапоги. Форма советской армии. Теперь она не скрывалась.

Впрочем, кое-что из прежней амуниции сохранилось. Ремешок с острой сабелькой на бедре.

Ирина Спалко.

Мак чуть заметно кивнул женщине-полковнику:

– Спокойной ночи, доктор! Оставляю вас наедине с нашим «языком».

Ирина Спалко не обратила на его приветствие никакого внимания. Маг поспешно вышел из палатки, но Инди успел заметить, что в его взгляде промелькнуло беспокойство.

Как только Мак вышел, Спалко, держа руку на рукоятке сабли, тут же шагнула к Инди.

– Вам опять сохранили жизнь, доктор Джонс. Нам понадобилась ваша помощь.

– Вы меня знаете, – как можно спокойнее сказал Инди. – Всегда к вашим услугам.

Женщина хищно прищурилась.

– «...И вот теперь я превратился в саму Смерть, в Разрушителя миров!..» Вы знаете, кому принадлежат эти слова, не так ли? Вашему доктору Оппенгеймеру, создателю водородной бомбы.

В памяти Инди моментально пронеслась картинка: страшное ядерное облако-гриб над полигоном в Неваде.

– Это цитата из индуистских святых книг, – уточнил он.

– Нет, это – ядерный шантаж! – усмехнулась Спалко. – Но теперь с этим покончено... А в недалеком будущем мы продвинемся еще дальше: мы будем грозить вам новым оружием, а вы будете нас бояться.

– Новым оружием? Что вы имеете в виду?

– Психотронное оружие. То, которое воздействует непосредственно на человеческое сознание и откроет новые рубежи в военной области. Наконец-то мы осуществим идеи великого Сталина!

Инди понял, что перед ним умалишенная.

– Теперь я, кажется, начинаю догадываться, почему Оксли решил отнести череп туда, где ему и положено быть. Должно быть, сообразил, что вы тоже за ним охотитесь...

Спалко уселась на стул перед Инди. Взяла оставленную Маком бутылку и налилась себе водки.

– Можете иронизировать, сколько вам заблагорассудится, доктор Джонс, но этот хрустальный череп не только религиозный фетиш. Уверена, что вы с первого же взгляда поняли, что его не мог сделать человек.

– Кто же, по-вашему, его сделал?

Спалко слегка приподняла бровь. Неужели непонятно?

– Рассказывай, детка! Здесь все свои, – усмехнулся Инди.

Она повернулась и, привстав со стула, сдернула полог с одного из ящиков. Блеснула серебристая поверхность. Под пологом оказался знакомый металлический саркофаг из ангара № 51.

– Вот останки, которые вы, американцы, обнаружили в Нью-Мексико, – продолжала Спалко. – Но это был далеко не первый такой случай. На территории СССР тоже случались подобные происшествия. Помните, к примеру, взрыв тунгусского метеорита в сибирской тайге?

Инди навострил уши. Еще бы! В 1908 году в районе реки Тунгуски на землю рухнул таинственный объект. Взрыв был такой силы, что на несколько километров вокруг повалило деревья. Взрыв, равный по мощности нескольким атомным бомбам. Русские распространили сообщение, что это было падение обыкновенного метеорита. Что, конечно, было откровенной ложью.

Заметив удивленный взгляд Инди, Спалко только улыбнулась.

– То, что рассказывают об Акаторе, доктор Джонс, никакие не легенды, а чистая правда. Судя по описаниям, которые дошли до нас от древних племен инков и майя, – первобытный человек никак не мог обладать технологиями такого высокого уровня, чтобы спроектировать этот удивительный город. Не то чтобы построить... Технологии, которые были использованы при его возведении, недоступны даже сегодняшней науке. Подобных сверхъестественных вещей нет нигде на земле.

– Вы, наверное, меня разыгрываете?

Инди пытался шутить, но в его душе росла нешуточная тревога. Он хорошо помнил свой собственный опыт «общения» с черепом. Несмотря на то, что времени для этого у него оказалось не так уж много, одно было ясно сразу: они имеют дело с каким-то экстраординарным объектом. Артефакт был вырезан из цельного кристалла кварца, но его грани и поверхности были такими гладкими, что казались масляными на ощупь. Уж не говоря про мастерское исполнение. Инди не мог не признать, что такую вещь нельзя было изготовить при помощи современных инструментов...

Спалко внимательно следила за выражением его лица, за тем, как в нем борются противоречивые чувства и сомнения.

– Нельзя быть таким упрямым, доктор, чтобы не доверять даже собственным глазам! Находка в Нью-Мексико подарила нам большие надежды. Мы тщательно изучили останки.

Инди метнул на нее изумленный взгляд. Неужели они успели и это?!

– В отличие от других образцов, – продолжала она, – то, что мы обнаружили в Нью-Мексико, оказалось еще более невероятным. На этот раз не только череп, но и весь скелет был сделан из одного цельного кристалла. Это нечто потрясающее. Даже если учесть, что размеры скелета много меньше роста среднего человека... Не исключено, что останки из Нью-Мексико имеют самое прямое отношение к хрустальному черепу, который обнаружили вы. Есть предположение, что те существа, которые размером поменьше, были посланы, чтобы отыскать Акатор. В этом смысле у нас с ними одна и та же цель. Других объяснений всему происходящему дать невозможно.

Инди скептически покачал головой и решительно возразил:

– Всегда можно найти другие объяснения.

Но она не хотела ничего слушать. Ее решимость была тверже алмаза. К тому же ее переполнял охотничий азарт.

– Как вы знаете, – возбужденно продолжала Спалко, – один из таких черепов был выкраден из Акатора в пятнадцатом веке. По одному из преданий, тот, кто вернет его назад и поместит обратно в главный храм...

– ...получит неограниченную власть над миром, – докончил за нее Инди. – В свое время я наслушался этих сказок, детка, выше крыши, – усмехнулся он. – Хочу напомнить лишь одну вещь...

– Какую?

– А что, если никакого Акатора вообще не существует?

В ответ она пожала плечами и спокойно сказала:

– Хороший вопрос, доктор Джонс. Мы уже пытались на него ответить. При помощи вашего приятеля доктора Гарольда Оксли.

– Окс? Он что, здесь? – встрепенулся Инди.

Она кивнула.

– Здесь-то здесь... Но с ним у нас небольшая проблема...

Глава 2

Потирая затекшие руки, с которых только что сняли веревки, Инди наклонился и вылез из палатки. У входа дежурили два русских охранника в серой униформе, с карабинами наперевес. Следом за Инди вышла Спалко, с полуавтоматическим Макаровым в руке, направленным американцу в спину.

Было ясно, что шутить они не намерены.

Инди ненадолго задержался у входа в палатку, чтобы отдышаться на свежем воздухе, разогнать остатки головной боли и головокружения.

Лагерь был окружен густыми джунглями. Кроны деревьев нависали сверху, словно огромные опахала. В воздухе носились ароматы ночных цветов, свежей земли, лесной влаги. То тут, то там мелькали загадочные тени. Жужжание насекомых сливалось в непрестанный гул. Время от времени квакали лягушки. Дикие, мрачные, первобытные джунгли были полны жизни.

И тут взору Инди предстала удивительная картина.

В центре русского военного лагеря пылал огромный костер. Языки пламени вырывались высоко в небо, опаляя кроны деревьев. По кустам и листве гуляли яркие отблески. В другом конце лагеря виднелась стоянка, забитая техникой: джипами, грузовиками, а также несколькими вездеходами с горизонтальными, огромного размера бензопилами.

Инди машинально прикидывал, какими силами располагает противник. Увы, шансов у него, похоже, не было никаких. Он насчитал не менее полусотни солдат, рассредоточенных по всему лагерю: кто чистил оружие, кто курил, кто выпивал-закусывал. Большая часть собралась у костра. Солдаты что-то пели и хлопали в ладоши.

Настоящий пионерский слет.

– Нам сюда, – сказала Спалко.

Она провела его прямо к костру. Справа и слева неотступно следовали охранники.

Инди продолжал присматриваться, пытаясь придумать, как отсюда выбраться. Солдаты расступались, пропуская Спалко. Завидев ее, они поспешно затаптывали сигареты и умолкали. Было видно, что женщина-командир нагоняет на подчиненных изрядный страх и держит в ежовых рукавицах.

Они подошли к костру. Пение начало затихать. Те, кто не успел заметить Спалко, затянули другой куплет, но товарищи их смущенно одергивали. Инди и Спалко вышли на поляну.

Теперь перед огромным костром отплясывал только один человек. Босоногий, он прыгал, кривлялся, вертелся. Его грязные спутанные волосы торчали клоками во все стороны. Борода чуть не до пояса. На нем было рваное ветхое пончо, хлопающее полами, и такие же ветхие штаны.

Сделав около костра круг, странный человек приблизился к Инди и несколько раз заглянул ему прямо в лицо. Впалые щеки, настоящий скелет. И все-таки Инди его узнал.

– Окс?

Не может быть!

Доктор Гарольд Оксли, собственной персоной.

Он никак не отреагировал на свое имя. Продолжал отплясывать. Разве что перестал петь и хлопать в ладоши. Инди двинулся за ним. В его голове никак не укладывалось, что этот одичавший, изможденный человек не кто иной, как профессор колледжа, сухарь, педант и аккуратист, всегда застегнутый на все пуговицы.

Инди обошел его вокруг и, пристально глядя в глаза, спросил:

– Окс? Это я, Инди! Ты что, меня не помнишь?

Отплясывая, Оксли двинулся дальше. Одной рукой он ожесточенно размахивал в воздухе, как будто дирижировал невидимым оркестром. Его взгляд бесцельно блуждал. Он странно покачивал головой, словно прислушиваясь к каким-то отдаленным звукам.

Инди схватил приятеля за худые плечи и притянул к себе.

– Ты ведь притворяешься, правда, дружище? – горячо зашептал он ему. – Ну, скажи мне, что ты просто валяешь дурака перед русскими.

Профессор выскальзывал из рук, продолжая плясать. Инди взял его за подбородок и снова заглянул ему в глаза. Только теперь он заметил, что борода и лицо Оксли сильно опалены. Он танцевал слишком близко к огню. Инди все пытался повернуть лицо друга к себе. Даже в ярком свете костра его зрачки были противоестественно расширены. В его взгляде не промелькнуло даже тени узнавания.

С губ Оксли слетал бессмысленный бред:

– ...Ах эти глаза, ослепшие от слез...

Инди слегка потряс его за плечи.

– Слушай меня! Тебя зовут Гарольд Оксли! Ты родился в Лидсе. И ты никогда, никогда... – Он окинул друга взглядом. – ...никогда не выглядел так глупо, как сейчас. Мы с тобой учились в одном университете в Чикаго. По вторникам ходили ужинать в пиццерию. Я – твой друг Индиана...

Инди подмигнул другу. Потом он подумал, что, может быть, приятель отреагирует на его другое имя.

– Окс! Это я, Генри Джонс-младший!

Оксли выскользнул у него из рук и запрыгал по поляне. Одной рукой он продолжал дирижировать невидимым оркестром.

Инди повернулся к Спалко. Рядом с ней, скрестив руки на груди, стоял Мак. На его лице застыло озабоченное выражение. Впрочем, о чем именно беспокоился Мак – об Оксли или том, чтобы не упустить шанс отыскать золотой город, трудно сказать.

– Что вы с ним сделали? – резко спросил Инди у Спалко.

Женщина лишь покачала головой. За нее ответил Мак.

– Ничего мы с ним не делали. Честное слово. Это все проклятый череп.

– Ваш друг – как волшебная путеводная нить – приведет нас в Акатор, – бесстрастным, как у патологоанатома, голосом произнесла Спалко. – Но нам нужен человек, который способен перевести на нормальный язык тот бред, который он несет. Совершенно ясно, его рассудок окончательно помутился...

Чья-то рука опустилась Инди на плечо. Судя по размерам этой лапы, не стоило даже оборачиваться, чтобы понять, кто это. Конечно, Давченко. Он стиснул плечо Инди с такой силой, что хрустнул сустав.

Развернувшись на каблуках, Спалко отрывисто бросила:

– Надеюсь, ваши мозги окажутся крепче, доктор Джонс!

Она зашагала в противоположный конец лагеря. Давченко подтолкнул Инди в том же направлении. Два солдата, держа карабины наготове, зашагали, следом.

Они остановились у самой большой палатки в лагере, которая была ярко освещена изнутри.

Откинув полог, Спалко молча нырнула в палатку. Инди затолкали следом. Увидев, куда его привели, он нахмурился. Сначала он подумал, что это медсанчасть. По одну стену выстроились ящики с медицинским оборудованием, у другой стены находился письменный стол. Однако вместо хирургического стола или больничной койки посреди палатки, у центральной стойки стояло кресло с подлокотниками.

По бокам свисали кожаные ремни.

О, боже!..

Давченко рывком усадил Инди в кресло. Профессор пытался отбиваться, но, ослабленный многочасовыми инъекциями снотворного, не мог оказать достойного сопротивления. К тому же Давченко помогали два солдата. Инди в отчаянии задергался. Его руки и ноги стянули ремнями. В конце концов он сдался.

Другой военнослужащий, одетый в медицинский халат, подошел к Инди с мотком электрических проводов, чтобы прикрепить к его телу электроды.

– Если вы думаете, что заставите меня говорить!.. – воскликнул Инди, решивший, что его сейчас будут пытать электрическим током.

Спалко отошла в другой угол палатки.

– Успокойтесь, доктор Джонс! Это всего лишь энцефалограф.

Они решили снять с него энцефалограмму? Зачем им понадобилось исследовать его мозговую активность?

Инди хотел оглянуться на Спалко, но солдаты крепко держали его голову, пока техник прикреплял к его вискам и лбу электроды. Провода подсоединили к медицинскому прибору. Техник щелкнул выключателем, и маленькое чернильное перо начало вычерчивать на специальной бумаге тонкую синусоиду.

Спалко вернулась с деревянным ящиком в руках и поставила его на стол.

Опутанный проводами, Инди удивленно закрутил головой.

Откинув крышку, женщина извлекла из ящика какой-то круглый предмет, обернутый в серебристую фольгу. Под фольгой обнаружился огромный хрустальный череп. Огонь в фонаре беспокойно затрепетал, как будто всасываемый черепом. Инди даже показалось, что на секунду свет в палатке померк. Зарядившись светом, череп ярко засиял.

Повернувшись спиной к Инди, Спалко с расстановкой произнесла:

– Судя по всему, хрустальный череп стимулирует скрытые возможности человеческого мозга. Так сказать, открывает один из особых психических каналов...

Окончательно распаковав череп, она отложила в сторону скальпель и ножницы и, обернувшись, что-то отрывисто приказала двум солдатам по-русски. Те немедленно бросились вон из палатки исполнять приказание.

Спалко снова переключилась на Инди.

– Профессор Оксли повредился рассудком оттого, что слишком долго смотрел в глазницы черепа. Возможно, после того, как вы пройдете ту же процедуру, вы сможете найти с ним общий язык.

Инди сразу вспомнил то странное ощущение, когда на кладбище он впервые заглянул в горящие глазницы черепа. Казалось, этот свет испепелял душу. Но, удивительное дело, сейчас он испытывал двойственное чувство: с одной стороны, приходил в ужас от одной мысли снова заглянуть в глазницы черепа, а с другой – что-то неодолимо влекло его попробовать еще раз. В прошлый раз пришлось прерваться. Казалось, еще немного – и он поймет что-то необычайно важное. Может быть, ему удастся на этот раз?

– А если я не соглашусь сотрудничать? – поинтересовался он.

Полог палатки приподнялся. Два солдата внесли громадный крупнокалиберный пулемет и направили его дуло прямо в лицо Инди.

Что ж, выбора у него, похоже, не было.

Однако солдаты сняли пулемет с подставки и отложили в сторону. Спалко подошла к пустому станку и поместила на него хрустальный череп. Теперь его можно было подкатить вплотную к Инди.

Свет внутри кристалла разгорался все ярче.

Глазницы мерцали, словно чего-то ожидая.

Инди отвел взгляд в сторону.

– Слушайте, если вы считаете, что это поможет объясниться с Оксом, почему бы вам самой это не попробовать?

– Я уже пробовала, – разочарованно сказала Спалко. – Ничего не вышло. И у других тоже.

Она щелкнула пальцами, и солдат поставил стул прямо перед креслом Инди. Затем она протянула руку и убрала провода, которые свисали со лба профессора и мешали ему смотреть на череп. При этом она легонько потрепала Инди по щеке.

Боковым зрение Инди чувствовал, что череп уставился прямо на него. Он физически ощущал это жжение.

– Неужели вы испугались, доктор Джонс? А ведь вы всю жизнь бесстрашно искали ответы на самые трудные вопросы...

Что верно, то верно. Более того, какое-то внутреннее чутье подсказывало ему, что череп может поведать ему о многих тайнах.

– Вы только представьте, какую пользу вы сможете принести науке!

Инди медленно повернул голову. Причем без всякого принуждения. Не мог же он бороться с самим собой! Его взгляд слился с сиянием, которое лилось из пустых глазниц. Он почувствовал, как расширились его зрачки, как обжигающий свет проникает все глубже.

Он уже ничего не видел, кроме хрустального черепа.

Спалко продолжала шептать ему на ухо:

– В Акаторе хранятся сотни, может быть, тысячи таких черепов. Кто отыщет их, тот сможет управлять одной из самых мощных природных энергий. Он получит власть над человеческим разумом!

Ослепленный сиянием, Инди промолвил:

– Берегитесь! А вдруг вам это удастся?

– Конечно, удастся, доктор Джонс. Можете не сомневаться.

Сияние продолжало проникать в него. За его спиной техник у энцефалографа что-то удивленно бормотал. Инди слышал, как энергично задергался самописец, вычерчивая на бумаге сложную кривую.

– Только вообразите, что это будет за власть! – шептала Спалко. – Не знающая ни границ, ни расстояний, она позволит выведать все вражеские секреты. Мы сможем управлять сознанием ваших лидеров. Даже целыми армиями.

Инди едва ее слышал. Его ослеплял свет. Словно из дальнего далека доносился скрип самописца. У самого уха он чувствовал дыхание Ирины Спалко.

– Мы сможем мгновенно проникнуть во все уголки земли. Мы проникнем в ваши сны, мысли, желания...

Пламя обжигало. Казалось, оно заливает мозг. Весь мир превратился в сплошное сияние... И из глубин этого сияния что-то медленно надвигалось. Все ближе. Ближе...

Кто-то предостерегающе вскрикнул.

Но женский голос жужжал в ухо, словно назойливая муха.

– Но главная прелесть в том, что вы даже не будете догадываться о том, что происходит!

Он сам превратился в сплошное сияние. И забыл даже свое имя.

Где-то внутри сознания пробились и зазвучали только два слова: «Верни! Вернись!..» Лишь это имело значение.

– Вернись!

Голос звучал все громче. Он стал его сущностью, его всем.

Его губы беззвучно шевелились.

– Вернись!..

Однако этот призыв был услышан.

Глава 3

С бутылкой водки в руке, Мак кружил у костра. Русские солдаты предпочли прервать веселье и разойтись. Звуки джунглей обступили лагерь. На фоне языков пламени тени стали гуще. Казалось, невидимые глаза не отрываясь следят за ним из диких зарослей.

А может быть, Мака просто грызла совесть?..

Бродя вокруг костра, он неотступно следовал за пляшущим пугалом. Никто не приказывал ему присматривать за Гарольдом Оксли. Он добровольно записался в няньки.

В любом случае здесь, у костра, веселее, чем в палатке со Спалко. И у него не было ни малейшего желания посмотреть, что там происходит. Он был в курсе того, что она решила сделать с Инди. Присматривая за обезумевшим Оксли, Мак понимал, что его бывшего приятеля ожидает та же участь.

Сделав еще кружок около костра, Мак бросил взгляд на палатку. Нервно подергал себя за ус. Эх, Инди! И зачем ты вечно суешься не в свое дело?..

Задумавшись, Мак неожиданно налетел на Оксли. Сумасшедший профессор замер на месте, как вкопанный. Впервые за все время, он вообще остановился.

Может, наконец выбился из сил?..

Словно прислушиваясь к чему-то, профессор склонил голову набок и смотрел в сторону палатки. Вдруг его губы прошептали:

– Вернись!..

– Эй, Оксли? Что случилось, старина?

Но профессор не шелохнулся. У него на лице появилось странное, словно недоуменное выражение. Более того, еще недавно безумные глаза вдруг приобрели осмысленность. Через несколько мгновений он промолвил:

– Генри?..

От удивления Мак выронил бутылку, и водка полилась на землю.

Вот так штука!

Мак схватил профессора за руку и поспешно усадил на ближайшее бревно. Оксли повиновался. При этом он усиленно протирал глаза, словно только что проснулся и пытался поскорее прийти в себя.

– Погоди, приятель!

Охваченный страхом, Мак пустился бежать через лагерь. У большой палатки его резко окликнул часовой, но Мак не стал тратить время на объяснения – немедленно нырнул под полог. В первое мгновение он хотел сообщить новости об Оксли, но потом его взгляд упал на Индиану.

Его старый приятель, привязанный к креслу, сидел нос к носу с хрустальным черепом. Лицо Инди побагровело, со лба катился пот, а на висках тяжело пульсировали вены. Но самое ужасное – кровавые слезы катились по его щекам одна за другой.

– Хватит! – закричал Мак.

Все обернулись.

Мак ткнул пальцем в сторону костра.

– Инди удалось установить контакт с Оксом!

Спалко шагнула вперед. Самописец, за которым она и техник неотрывно следили, словно взбесился: размашистые зубцы синусоиды были такими густыми, что почти сливались в одну черную полосу. Мак знал, что этот прибор – энцефалограф. И сразу понял, для чего к голове Инди присоединены провода... Другой вопрос: что происходит у него в мозгах?!

– Остановитесь! Достаточно! – восклицал он, кивая на Индиану. – Ради бога! Если он умрет, нам никогда не добраться до Акатора!

Спалко смутилась. Торопливо переводя взгляд с пленника на энцефалограф, она не знала, на что решиться. С одной стороны, ей хотелось посмотреть, что будет дальше. С другой... Наконец она сделала знак одному из солдат. Тот немедленно подскочил к сияющему черепу и накинул на него черный капюшон.

Вздрогнув, словно от электрического разряда, Инди откинулся к спинке кресла. Он хватал ртом воздух, как выброшенная на берег рыба. Голова бессильно упала на грудь, а из глаз продолжали течь кровавые слезы. Между тем самописец энцефалографа заметно снизил скорость.

Спалко выхватила из прибора бумажную ленту и пробежала глазами.

– «Тета-волны» зашкаливают! Он находился в состоянии глубокого гипноза! – вырвалось у нее.

Не обращая на русскую внимания, Мак подбежал к Инди. Все ли с ним в порядке? Он взял его за подбородок и пристально посмотрел в лицо. Белки глаз были буквально налиты кровью, превратившись в сплошной кровоподтек, а зрачки расширены до такой степени, что уже нельзя было определить, какого цвета радужная оболочка. Мак стер с его щек кровавые полосы. По крайней мере, из глаз больше не текли эти ужасные алые слезы.

Инди тупо посмотрел на Мака.

– Индиана, ты меня слышишь?

К ним подошла Ирина Спалко.

– Доктор Джонс, что с вами?

Инди медленно перевел взгляд на русскую.

– Ему нужна медицинская помощь! – сказал Мак.

Спалко отошла в сторону и кивнула Давченко. Русский полковник шагнул к Инди и принялся развязывать ремни на руках.

– С тобой все будет нормаль... – начал Мак, склонившись над старым приятелем.

Неожиданно Инди резко выбросил руку, и его кулак с хрустом впечатался Маку в физиономию. Схватившись за нос, британец опрокинулся назад и завыл от боли. У него в глазах заплясали звезды.

Побелевший от ярости, Инди погрозил ему кулаком и попытался приподняться.

Мак облизал окровавленные губы. Осторожно ощупал пальцами лицо.

– Ты сломал мне нос!

– А я тебя предупреждал.

Давченко прижал Инди к спинке кресла, но на этот раз в глазах мрачного русского гиганта светилось нескрываемое восхищение.

Что касается Ирины Спалко, то русскую это происшествие оставило равнодушной.

– Хватит! – резко сказала она и кивнула в сторону палатки. – Доктор Джонс, надеюсь, теперь вы поговорите с профессором Оксли и уговорите его показать нам дорогу в Акатор?

Инди окинул ее презрительным взглядом.

– Но-о-у! Не-е-ет!

Спалко вздохнула, как будто и не ожидала другого ответа от пленника.

– Что ж, тогда придется поговорить с вами по-другому! – Они посмотрела на Давченко. – Отведите его!

Глава 4

С трудом поднявшись на ноги, Инди заковылял в другой конец лагеря – туда, где горел костер. В голове стучало так, словно мозги вот-вот полезут из ушей. От яркого пламени резало глаза, все вокруг было как в тумане. Чтобы хоть немного заглушить боль, он ожесточенно растирал кулаками виски.

Рядом с палаткой гудел вентилятор. Остановившись под струей свежего воздуха, Инди смог немного перевести дух. Теперь он крепче держался на ногах.

Давченко исчез в палатке, но через несколько секунд вернулся, толкая перед собой какого- то человека, который пытался упираться и протестовать.

У Инди упало сердце. Он узнал черную кожаную куртку. Человек, которого Давченко поставил перед Ириной Спалко и Маком, было не кто иной, как Матт Уильямс! Красный от возмущения, юноша потирал запястья и бросал яростные взгляды на русского гиганта. Его одежда находилась в плачевном состоянии. Да и прическа пострадала.

«Почему Матт здесь?» – недоумевал Инди. Он был в полной уверенности, что русские бросили юношу, который был без сознания, на кладбище чаучилла. Зачем они привезли его сюда? Инди метнул на Мака гневный взгляд: зачем было впутывать юношу? Предатель смущенно опустил глаза.

Инди шагнул к Матту, но Давченко схватил его за руку.

– Ты в порядке, парень? – крикнул Инди.

– Они бросили мой мотоцикл там, на кладбище!

Голос юноши дрожал от возмущения. Инди нахмурился.

– Я спрашиваю, с тобой все в порядке?

– Черт, они оставили мой байк на кладбище! – горестно восклицал Матт. – Какое они имели право!

На поляне появился еще один солдат. Он принес продолговатый ящик, точнее, шкатулку из красного дерева, украшенную резьбой и позолотой. Спалко подошла к ящику и открыла крышку. Это был оружейный футляр, обитый изнутри дорогим бархатом, с четырьмя отделениями. В трех из них находились драгоценные клинки. Спалко вытащила из ножен саблю и уложила в свободное отделение.

Некоторое время она пристально рассматривала клинки, любовно пробегая пальцами по сверкающим, покрытым орнаментами лезвиям. Наконец выбрала самый узкий и зловещий. На лезвии клинка почти не было гравировки. Это страшное оружие имело только одно назначение.

Пускать кровь.

Вооружившись клинком, Спалко повернулась к Матту.

– Что ж, – повторила она, – попробую убедить доктора Джонса в необходимости сотрудничества...

Увидев перед собой острую, как бритва, сталь, юноша машинально заслонился ладонью.

– Эй, подождите! Не надо! – воскликнул он.

Инди показалось, что в его голосе зазвучала неподдельная паника, но в следующую секунду юноша спокойно извлек из кармана куртки расческу и быстро привел в идеальный порядок прическу, заботливо уложив волосок к волоску.

– Ну вот, теперь можете приступать, – с достоинством промолвил он, обращаясь к Спалко. Потом подмигнул Инди и добавил: – Ничего не говорите этим подонкам!

Инди не мог сдержать улыбки. Парня не так- то легко было запугать!

Повернувшись к Спалко, Инди с притворным сожалением развел руками.

– Вы слышали, что он сказал?

Спалко разочарованно вздохнула и опустила клинок.

– Возможно, я выбрала не ту болевую точку, – согласилась она. – Попробую нащупать более чувствительную...

Клинок нацелился на Джорджа Макхейла. Инди презрительно усмехнулся.

– Сколько угодно, детка! Буду только рад, если вы разделаетесь с этим мерзавцем.

Однако Спалко повернулась к охранникам.

– Приведите женщину! – отрывисто приказала она по-русски.

Охранники нырнули в палатку. Инди услышал в палатке какой-то шум, женские крики.

Женщина говорила по-английски, и ее бесстрашный, решительный голос показался ему удивительно знакомым.

– Руки прочь, вы, советские ублюдки!

У Инди сжалось сердце. Не может быть!

Солдаты выволокли из палатки женщину. Они крепко держали ее за руки, а она пинала их ногами. Наконец ее поставили перед Спалко и Маком. Отпихнув от себя охранников, женщина одернула куртку цвета хаки и отряхнула длинное синее платье. Несмотря на то что теперь ей было не меньше сорока, Инди легко узнал ее. Ярко-рыжие волосы, веснушки. Эти глаза он никогда не забудет...

Ах, эти глаза!..

Он помнил, когда впервые увидел этот удивительный, полный огня и страсти взгляд. Молодая женщина сидела в аудитории на задней парте. Это был его первый выпуск. И этот чудесный взгляд всегда был с ним.

Марион Рейвенвуд!

У него задрожали колени. Но в данном случае хрустальный череп не имел к этому никакого отношения. В памяти замелькали воспоминания. Ее проказливая улыбка, когда она затащила его в подсобку университетской библиотеки... Потом дымный запах ее волос, когда они пережидали бомбежку в непальском кабаке... Вкус ее губ, первый поцелуй... И наконец, их последняя яростная ссора и окончательное расставание. Безмерное разочарование в глазах.

Они были вместе совсем недолго, но Инди успел понять, что в этой женщине страсть и ярость, энергия и отчаяние присутствуют в равных пропорциях. В ней всегда сочеталось несочетаемое.

И он любил ее. По-настоящему.

Но их отношения были обречены с самого начала...

Вот и сейчас в ее глазах бушевало пламя. А когда она, наконец, узнала Индиану, это пламя вспыхнуло с удвоенной силой.

– И ты здесь, Джонс? Нашел время!

Изумленный Матт рванулся к ней.

– Мама!

Марион обернулась.

– Сынок! Что ты здесь делаешь?

Инди переводил взгляд то на юношу, то на Марион. Мама?.. Одно короткое слово перевернуло всю его душу.

– Ты сказал «мама»? – пробормотал он.

Никто не обратил на него внимания. Матт рвался к Марион, но Давченко крепко держал его за шиворот.

– Забудь обо мне, мама! – закричал юноша. – Скажи только, как ты. С тобой все в порядке?

Инди недоуменно тряс головой. Его измочаленный мозг отказывался что-либо понимать.

– Так Марион – твоя мать?

На него по-прежнему не обращали внимания. Марион в ярости тыкала пальцем в Матта.

– Мальчишка! Я же предупреждала тебя, чтобы ты сам сюда не совался!

– Я задал вопрос! – повысил голос Инди. – Марион Рейвенвуд – твоя мать??

– Слушай, Инди, – раздраженно бросила ему Марион, – может, хватит на всех орать?

– Я просто хотел... То есть... Я бы никогда не подумал, что ты...

– ...что я не ушла в монастырь после нашего расставания, кобель? – усмехнулась Марион, перебив его.

Инди в отчаянии замахал рукой.

– Я не то хотел сказать... Я...

– А я не ушла в монастырь! И, чтобы ты знал, неплохо жила все эти годы!

– Ну и прекрасно... Я только хотел сказать...

– Я была чертовски счастлива без тебя! – заявила Марион, выделяя каждое слово.

Инди почувствовал, как кровь бросилась ему в лицо.

– И я тоже, Марион! – проворчал он. – Чертовски счастлив!

Уперев руки в боки, она гневно сверкнула глазами.

– Я не сомневаюсь!.. Значит, по-прежнему топчешь женские судьбы? Или уже выдохся?

– Ты что, напрашиваешься на свидание?

Разъяренная Марион шагнула к нему, но охранник удержал ее за локоть. На лице Матта сияла восторженная улыбка.

– А ты чего скалишься, щенок? – в сердцах рявкнул Инди.

Марион отбивалась от охранника.

– Пусти! Пусти! Я хочу разобраться с этим мерзким типом!

– И за что ты на меня так взъелась? – грустно сказал Инди.

– А ты до сих пор не понял?..

Ей пришлось умолкнуть, поскольку один из солдат ткнул ей в висок ствол пистолета.

– Кончайте базар! – резко сказала Спалко. – Теперь вы будете с нами сотрудничать, доктор Джонс. Не так ли?

Она сделала знак солдату, чтобы тот убрал пистолет, и, подняв клинок, нацелила его прямо в лицо Марион. В дюйме от ее левого глаза.

– Простого «да» от вас будет вполне достаточно, коллега! – сказала она Инди.

– Эх, Марион, зачем ты только ввязалась в эту историю? – пробормотал тот. – Зачем позволила себя похитить?

– На себя посмотри! – фыркнула Марион.

Они скрестили взгляды. Ни один из них не желал уступать.

Как в старые добрые времена.

Глава 5

Под прицелом охранников Инди снова отправился к костру. Матта повели вместе с ним, а Марион отправили в палатку в качестве заложницы и гарантии «сотрудничества». Инди распирало любопытство. Он готов был осыпать юношу тысячами вопросов – о том, как жила его мать все эти годы. Но при любой попытке Матта заговорить, Давченко обрывал его подзатыльником.

Клинок Спалко упирался Инди между лопаток.

Между тем Инди ощущал во всем теле необычайную легкость. В нем снова проснулись надежды.

Марион Рейвенвуд здесь!.. Они не общались много лет. Но, стоило ему взглянуть на нее одним глазком, всех этих долгих лет как не бывало! Он чувствовал себя помолодевшим – таким, когда они были вдвоем. Сердце билось упруго. Он забыл о синяках и ушибах... И в то же время прекрасно сознавал нависшую над ними смертельную опасность.

Оттого, удастся ли ему разговорить Оксли, зависела жизнь Марион. Любая его оплошность – и Спалко не замедлит на ней отыграться. Нельзя было этого допустить!

Подойдя к костру, Инди увидел Оксли, который сидел на бревне и неподвижно смотрел на пламя. Профессор казался еще более исхудавшим и осунувшимся. Это была лишь тень человека, которого он когда-то знал.

Матта тоже поразил его вид. На лице юноши отразились жалость и отчаяние.

– Господи, что с ним стряслось?.. – вырвалось у него.

Давченко тут же прервал его увесистым подзатыльником.

– Это все хрустальный череп! – сказал Инди, с ненавистью глядя на русского.

Давченко поднял руку на сына Марион!

Инди подошел к бревну и присел рядом с Оксли. Во всяком случае, его старый приятель казался спокойным. Он нахлобучил на голову панаму цвета хаки, украшенную несколькими яркими птичьими перьями. Этот странный наряд озадачил Инди. Раньше Оксли предпочитал носить широкополую шляпу, клетчатое кепи, а в особо торжественных случаях – даже цилиндр. Перышки на панаме чуть дрожали – профессора заметно лихорадило. Правая рука Оксли нервно сжимала колено. Словно больной церебральным параличом, он с трудом сдерживал пронизывающую его дрожь.

Оксли медленно перевел взгляд на Индиану. В его блеклых глазах промелькнуло узнавание.

– Генри Джонс-младший!

– Верно, Оксли! – облегченно вздохнув, кивнул Инди.

Мак был прав. К Оксу действительно вернулся рассудок. И в этом, надо признать, была заслуга русской Снежной Королевы. Спалко догадалась, как можно воздействовать на Оксли. У Инди снова появилась надежда, что все закончится благополучно.

Рядом солдаты поставили магнитофон, чтобы записать каждое слово их разговора. Это и понятно: Спалко боялась пропустить что-то важное. К тому же эта магнитофонная запись была, очевидно, нужна ей в качестве отчета для начальства.

Инди слышал, как у него за спиной Мак обратился к одному из солдат:

– Держу пари три к одному, что этот янки выведает, где находится золотой город!

Не обращая внимания на эту болтовню, Инди сосредоточился на Оксе. Несмотря на то что Оксли узнал Индиану, его друг все еще находился на грани помешательства.

– Послушай, Окс, нам нужно...

Профессор схватил его за руку.

– Генри Джонс-младший!

М-мда...

Инди выразительно посмотрел на Матта, который с сомнением покачал головой. Потом снова на профессора.

Оксли еще крепче вцепился в его руку.

– Генри Джонс-младший!

– Мы уже это выяснили, Окс, – нетерпеливо кивнул Инди, вглядываясь в лицо приятеля.

Что-то не так. Профессор пришел в себя, но... как бы это выразиться, не совсем. Казалось, любое неосторожное слово – и он снова провалится в безумие.

– Чтобы завладеть Золотым Ключом... к вратам от Дворца Вечности... – забормотал Оксли.

Инди недоуменно наморщил лоб.

– От Дворца Вечности? – услышал он рядом. Это была Спалко.

– Он цитирует поэзию Мильтона, – продолжала она. – Он цитировал это и раньше... – В ее голосе мелькнуло разочарование. Затем угроза: – Что все это значит?..

Инди покачал головой. Он и сам ничего не понимал. Жизнь Марион висела на волоске. Нужно было отыскать разгадку.

– Послушай, Гарольд, – с мольбой обратился он к другу. – Ты должен объяснить мне, как проникнуть в Акатор. Это очень важно. Ты меня понимаешь? Если ты не скажешь, они убьют Марион!

– Ах эти глаза, ослепшие от слез... Таинственная страна мертвецов...

Оксли все сильнее била лихорадка. Казалось, еще немного – и он снова пустится в пляс вокруг костра.

Словно пытаясь удержать его от очередного приступа, Инди взял друга за руку.

– Они грозятся убить младшую дочь Абнера, Окс! Ты ведь помнишь Абнера?.. Марион – его дочь!

Оксли печально повел бровями.

– Последнее, что видел я, ослепнув от слез...

Инди сжал его дрожащую руку.

– Как нам туда добраться, Окс? Ты должен знать!

Профессора все сильнее била дрожь. Вдруг Инди осенило. Отпустив руку друга, он увидел, что, сложив по-дирижерски пальцы, Оксли словно что-то чертит в воздухе. Точь-в-точь, как и тогда – около костра, когда он дирижировал невидимым оркестром. Его пальцы были сжаты точно так же.

Инди присмотрелся.

Нет, профессор вовсе не пытался дирижировать!

Он пытался... что-то нарисовать!.. На этот раз – прямо у себя на колене.

Инди оглянулся на Спалко.

– Дайте перо и бумагу!

Спалко окликнула одного из солдат, и через минуту Инди принесли блокнот и авторучку.

Инди поспешно вложил в руку профессора перо и подставил блокнот.

Разбрызгивая кляксы, тот принялся что-то рисовать. Вскоре на листке появился какой-то набросок. В то же время было совершенно очевидно, что профессор не отдавал себе отчет в своих действиях. Он даже не смотрел на блокнот. Его взгляд был прикован к Инди.

– Генри Джонс-младший!

– Именно так, Окс.

Профессор наклонился ближе. В его голосе зазвучали нотки заговорщика.

– Три раза туда, один раз сюда.

– Совершенно верно, – кивнул Инди, внимательно следя за тем, что появляется на листе бумаги.

Первый набросок был готов. На рисунке было изображено что-то вроде бури на море. Инди перевернул лист блокнота, и профессор продолжил рисовать. На этот раз чьи-то закрытые глаза.

Спалко наклонилась, чтобы рассмотреть рисунок поближе. Потом перевела восхищенный взгляд на Инди.

– Ну конечно! – воскликнула она. – Как я сама не догадалась! Это же автоматическое письмо!

Между тем Оксли нарисовал еще три картинки.

Солнце посреди небосвода.

Змея с высунутым жалом.

Горы на горизонте...

После этого авторучка выпала у него из руки.

Спалко, прищурившись, изучала рисунки.

– Что это такое? – спросила она. – Что-то вроде пиктограмм?

– Нет!

Инди порылся в кармане куртки и торопливо выудил сложенные несколько раз листки. Это были те самые страницы, которые он вырвал из книги, когда уходил из дома. Развернув и разгладив листки, он разложил их у себя на колене и принялся сличать с тем, что изобразил Оксли.

Это был язык майя.

Работа закипела. Инди почувствовал себя в своей стихии.

– Это иероглифы! Составные части языка майя. Пожалуй, я смогу это перевести!

Глава 6

Марион сидела за столом, сложив руки перед собой. Рядом дежурили два охранника с пистолетами наготове. Но в данном случае пистолеты были ни к чему. Куда она денется от своего сына?

Она молча смотрела на пламя костра.

Зачем он ввязался в эту историю? Ведь она запретила ему приезжать!

Она думала о сыне, но ее взгляд снова и снова останавливался на Индиане.

Даже отсюда, из палатки, ей была хорошо видна вся его худощавая фигура в широкополой «Федоре» – ссутуленные плечи, задумчиво склоненная голова... Снова и снова ей вспоминались ночи, когда они были вместе. Она лежала в постели, а он работал при свете свечи за письменным столом. Она ждала, когда он закончит со своей археологией и отправится спать. В конце концов он задувал свечу, быстро раздевался и нырял к ней под одеяло.

Она поворачивалась к нему, целовала его. Ей так хотелось, чтобы он знал, что в жизни, кроме науки, есть и другие радости!

Поэтому она ждала его.

Каждую ночь.

Но однажды он не пришел ночевать.

Потом еще раз.

Но она все ждала.

В конце концов, она осталась одна в пустой постели.

И тогда, и сейчас она знала правду.

Ее мужчина был однолюб.

Но его любовью была не она.

И она перестала его ждать. Все забыла. Потом у нее появился другой мужчина, прекрасный человек. Они поженились. У них были дом, семья. Ах, какое счастливое это было время! Праздники, дни рождения, торты, зажженные свечи, подарки, новогодние елки, чудесные летние дни и не менее чудесные зимние вечера... Она – в объятиях другого мужчины...

Потом война отняла у нее счастье. В один миг. Так бывает, когда задувают свечу, и все погружается в кромешную мглу и пустоту.

У нее остался только сын. Единственный теплый огонек в ночи.

Теперь, глядя на искры костра, Марион чувствовала, что в ее груди тоже разгорается огонь. Инди снова был рядом. После стольких лет разлуки.

Глядя на костер, она сознавала всю горькую правду.

Несмотря на все прошедшие годы, счастье и радость, где-то в дальнем уголке своего сердца она никогда не переставала его ждать.

С одной стороны, она понимала, что не может без него, а с другой – осознавала, какая пропасть их разделяет.

Марион взглянула на Матта. Увы, теперь она была уже не той бесшабашной девчонкой, которая на спор была готова перепить любого мужика. В ней говорила мать, женщина, которая должна была заботиться не только о будущем. Пора было остепениться и распрощаться с беспечной юностью.

И снова ее глаза искали Джонса.

Ее сердце было охвачено пламенем. Но не любви. Злости.

На него. На себя.

Хватит с нее этого ожидания!

* * *

Пока Инди кропотливо изучал рисунки, Матт сидел рядом на бревнышке и задумчиво смотрел на небо, которое уже стало светлеть на востоке. Приближался рассвет.

Потом юноша перевел взгляд на Окса. Казалось, перед ним какой-то другой человек. Настоящий Окс – это тот, который когда-то учил его ездить на мотоцикле, помогал выбрать костюм на первый школьный бал, выслушивал его жалобы, когда у него были проблемы с матерью. Он был ему заместо отца.

Матт вздохнул и взял профессора за руку. Но тот вырвал руку. Юноша наклонился, чтобы заглянуть ему в глаза.

– Эй, Окс!

Глаза с воспаленными веками смотрели куда-то в пустоту. Он просто не замечал того, кто буквально вырос у него на руках.

– Ну же, Окс, – взмолился Матт, – посмотри на меня!

Одного отца у него отняла война... Неужели он потеряет и этого?!

Ответа не было. Никакой реакции.

– Ну, пожалуйста, Окс, – всхлипнул юноша. – Как же я без тебя?.. Я ведь тебя... люблю!

Ни разу Матт не говорил этого Оксли, человеку, который после смерти отца стал для него всем. Неужели любовь не способна на чудо?

Взгляд профессора бессмысленно блуждал по костру.

Похоже, что не способна...

* * *

– Эврика! Я понял!

Инди выпрямился и потряс листками. Сначала он показал один рисунок, потом другой.

– Волнистые линии – это вода. Закрытый глаз означает сон. Солнце на небе стоит в зените. Горизонт и змея символизируют простор и реку.

Спалко недоуменно покачала головой.

Инди, словно собирая детали головоломки, составил рисунки в одно целое.

– Вода и сон. Просто. Река... – Он повернулся к Спалко и показал рисунки. – Посмотрите! Это все ориентиры!

Она удивленно приподняла бровь.

Инди вскочил на ноги.

– Мне нужна карта!

– Туда! – лаконично приказала Спалко и сделала знак, чтобы все, включая Оксли, Матта и Давченко, следовали за ней.

Они направились к палатке, где под дулом пистолета томилась ожиданием Марион. С поникшим видом женщина сидела на стуле. Инди шагнул к ней, но та встретила его враждебным взглядом, и он смущенно отступил. Когда она увидела сына, ее взгляд мгновенно потеплел.

Матт подошел, обнял мать и сел рядом, всем своим видом показывая, что никому не позволит причинить матери боль. В том числе и Индиане.

Солдат принес из соседней палатки походную карту, свернутую в рулон. Разложив карту на столе, прижал ее по углам увесистыми камнями.

– Ты что, в отпуск собрался, Джонс? – язвительно усмехнулась Марион.

– Почему бы нет? – кивнул Инди. – Куда-нибудь, где побольше экзотики.

– Говорят, в этом сезоне в моде ад. Поезжай туда!

– В аду я уже побывал, радость моя. Когда жил с тобой.

Марион нахмурилась. Он задел ее за живое. Впрочем, Инди уже и сам раскаивался, что позволил себе эту глупую шутку. Но слово не воробей... На лице Марион снова появилось неприступное выражение. Инди мысленно клял себя на чем свет стоит. Как можно быть таким болваном?!

Спалко прервала эту милую, почти семейную ссору, хлопнув ладонью по карте.

– Ну и куда же мы отправимся, доктор Джонс?

Вернувшись к реальности, Инди разгладил ладонями карту и прищурился. Черт побери, этот мелкий шрифт! Надписи расплывались у него в глазах. Чтобы понять, что к чему, он должен был разглядеть все детали. Делать нечего, пришлось лезть в карман за очками.

– Какой ты лапочка! – вырвалось у Марион.

Инди почувствовал, что краснеет, и поспешно склонился над картой.

– Длинная река – это, конечно, Амазонка, – сказал он, проводя пальцем по извилистой, похожей на змею голубой линии. – Но я никак не могу понять, что значит «сон и вода»...

Спалко наклонилась над картой. Их плечи соприкоснулись. Она постучала пальцем по карте.

– Это здесь! Место называется Соно. По-португальски «сон». Небольшой приток. Здесь он сливается с Амазонкой.

Инди энергично закивал.

– Верно! Так оно и есть!

– Я знала, что вы двое быстро найдете общий язык! – фыркнула со своего места Марион.

Но Инди пропустил ее иронию мимо ушей. Он был целиком поглощен разгадкой тайны.

– Итак, он хочет, чтобы мы отправились по реке Соно – туда, где она впадает в Амазонку. Это на юго-востоке. Но что дальше?

Инди снова принялся перебирать рисунки. Где недостающее звено? Может быть, разгадка кроется в строчках, которые цитировал Оксли? Как там у него?..

«Ах эти глаза, ослепшие от слез...»

«Страна мертвецов...»

Инди снова вернулся к карте.

– Направление задано верно. Дорога ведет прямо в неисследованную часть амазонской сельвы. Видите, здесь картограф смог обозначить лишь общую картину...

Неожиданно стол подскочил кверху. Инди отлетел в сторону, но удержался на ногах. Спалко повалилась на Давченко, и оба растянулись на полу.

С другой стороны стола появилась радостная физиономия Матта.

– Бежим! – заорал он и рывком поднял Марион со стула.

Пока охранники находились в замешательстве, мать и сын успели выскочить из палатки и нырнуть в джунгли.

Инди не осталось большого выбора.

Бросившись к Оксли, он схватил его в охапку и потащил вслед за Маттом и Марион. За их спинами затрещали выстрелы, дождем посыпались сбитые пулями ветки и листья.

Черт бы побрал этого бешеного парня!

Яблоко от яблони не далеко падает. Что мать, что сын.

Но времени на раздумья не было.

Глава 7

Увлекая за собой остальных, Матт устремился по узкой звериной тропе – прямо в темные джунгли. Мокрые листья и лианы больно хлестали по щекам. Юноша бросился в самые густые заросли. Гремели выстрели. Солдаты что-то кричали по-русски. Откуда-то из тьмы раздалось сдавленное, похожее на кошачье, предостерегающее шипенье. Что-то остро ужалило в шею. Но он продолжал бежать без оглядки. Воздух в джунглях был таким тяжелым и влажным, что спирало дыхание.

Только вперед!

Он приметил эту укромную тропинку еще накануне. Он не знал, куда она ведет, но чем дальше углублялся в заросли, тем радостнее становилось на душе. И крепко держал за руку маму.

Сзади слышался треск и топот. Тяжелое дыхание. Кто-то споткнулся и упал, разразившись проклятиями. Матт рискнул оглянуться и увидел, как Инди поднимается с земли, отряхивая свою «Федору», и тащит за собой Оксли.

– Ради бога, давай быстрее, Гарольд! – пыхтя от натуги, умолял он.

Двигаться становилось все труднее. Болотистая почва затягивала ноги.

Наконец Джонсу с Оксли удалось догнать их. Лицо Инди пошло багровыми пятнами. Но не только от усталости. Он был вне себя от ярости. Поравнявшись с Маттом, он принялся осыпать юношу упреками.

– Эй, парень, что ты себе позволяешь, черт тебя подери? У тебя вообще есть мозги?

– Но они хотели нас убить!

– Мало ли что!

– Эй, вы оба, – вмешалась Марион, стараясь утихомирить обоих, – сейчас совсем не время...

Но юноша и не думал извиняться.

– Нужно же было что-то предпринять!

– Что-нибудь поумнее!

– По крайней мере у меня был план!

Мимо них с комариным писком просвистела пуля.

– Эй, вы слышите, что я вам говорю? – разозлилась Марион. – Может, пора свернуть куда-нибудь в сторону?

С этим словами она сошла с тропы и бросилась в заросли, увлекая за собой сына. Джонс и Оксли заковыляли следом. Спотыкаясь и падая, они покатились по наклонной плоскости и в конце концов оказались в широком овраге среди громадных высохших деревьев. Где-то впереди маячил просвет.

Джонс махнул рукой в сторону просеки, и они устремились туда. А немного погодя спрятались в кустах терновника, чтобы перевести дыхание.

Матт немного отстал и, укрывшись за одним из громадных стволов, стал наблюдать за джунглями. Крики, угрозы, выстрелы эхом разносились по лесу. Затем на опушке появилось несколько русских. Матт замер. Солдаты медленно прошли мимо и стали удаляться. Через несколько минут они скрылись в густых джунглях, и все стихло.

С облегчением вздохнув, Матт повернул назад и, вернувшись в овраг, прошептал:

– Кажется, нам удалось оторваться...

Но в овраге никого не оказалось. Только заросли кустарников. Юноша поспешил дальше.

– Мама! – осторожно позвал он, выходя на поляну.

Сначала он увидел Оксли, который рассеянно отщипывал с куста ягоды. А чуть дальше, посреди поляны, в странных позах, как будто стараясь удержать равновесие, замерли мать и Джонс. Оба – по колено в песке.

Чепуха какая-то!

Юноша шагнул к ним, но Джонс зашипел на него:

– Стой! Ни с места!

– Назад! – крикнула мать.

Они погружались в песок прямо на его глазах. Теперь уже по бедра.

– Не пытайся вылезти, Марион! – проговорил сквозь зубы Инди. – Когда ты шевелишься, внизу образуются пустоты, и ты только проваливаешься еще глубже...

Матт остановился на краю поляны, не зная, что делать.

Мать смущенно усмехнулась.

– Ничего-ничего, сейчас я отсюда выберусь...

Она попыталась вытащить одну ногу, но увязла еще сильнее.

– Я же сказал – не двигайся! – рассердился Инди. – Тебя только затянет глубже!

– Пожалуйста, мамочка, не двигайся! – умоляюще прошептал Матт.

На некоторое время она замерла на месте.

– Ну вот, я не шевелюсь... Но все равно меня затягивает!

Матт растерянно огляделся по сторонам.

– Что это? Зыбучие пески?

Инди раздраженно покачал головой.

– Чему вас только учат в школе?! – Он обвел рукой поляну. – Это так называемый пылевой мешок. В принципе это то же самое, что огромный пылесос... А зыбучие пески – это смесь песка, грязи и глины. И они не так опасны, как...

Поморщившись, Марион хлопнула его по плечу.

– Джонс, ради всего святого! Хоть сейчас хватит поучать! Мы же сейчас не на уроке!

– Не шевелись, Марион! Если стоять спокойно, то ничего страшного не...

Неожиданно рядом взорвался целый песчаный гейзер. Когда Матт протер глаза и отплевался от пыли, то увидел, что мать и Джонс погрузились в песок по пояс.

– Вот видите, одна из пустот вышла на поверхность, – прокомментировал Инди. – Под нами их множество...

Больше Матт не мог бездействовать. Нельзя было терять ни секунды. Нужно было что-то делать. Ему не хотелось оставлять мать, но другого выхода не было.

– Держитесь! – воскликнул он. – Я постараюсь что-нибудь придумать! – И бросился обратно в темные джунгли.

* * *

– Эй, парень! Немедленно вернись! – крикнул Инди.

Но Матт уже исчез в зарослях. Инди слышал, как он с трудом продирается вглубь. Что за беспечность! В джунглях человека на каждом шагу подстерегает смертельная опасность. Даже опытные исследователи безнадежно сбивались с дороги, оказавшись в этих тропических зарослях. А тут еще русские! К тому же у Матта не было даже компаса!

Продолжая что-то ворчать себе под нос, Индиана покосился на Марион.

– Да уж, парень весь в тебя, – вырвалось у него. – Вечно лезет на рожон!

Марион хотела что-то ответить, но он, не слушая ее, окликнул Оксли, который с блаженным выражением на лице ощипывал с куста ягоды и совал в рот.

– Слушай, Окс! Хватит скалиться, как последний идиот! Разве не видишь, нам нужна помощь!

Мутный взгляд профессора мельком скользнул по ним. Поправив на голове панаму, украшенную дурацкими перьями, Оксли пробормотал:

– Помощь?..

– Вот именно, Окс! Ты все понимаешь!

– Эй, Гарольд, нам нужно, чтобы ты...

Неожиданно, не сказав ни единого слова, Оксли развернулся и, сиганув прямо через кусты, исчез из виду.

Ну и дела!

Было слышно, как он продирается куда-то сквозь заросли. Причем в противоположном направлении от того, в котором исчез Матт. Сокрушенно покачав головой, Инди почувствовал, что погрузился в песок еще на дюйм. И почему эти глупые люди никогда не слушают его умных советов?

– Ты прав, Джонс, – со вздохом промолвила Марион. На ее лице даже появилось виноватое выражение. Она с тоской бросила взгляд туда, где исчез сын. – Готова признать, Матт поступил не слишком обдуманно. Он чересчур импульсивен...

И, пристально поглядев на Инди, она добавила:

– Он так напоминает мне одного человека...

– Что ж, – кивнул Инди, поправляя шляпу, – импульсивность – не самое плохое человеческое качество...

Еще один гейзер взорвался рядом, осыпав их песком и пылью. Откашлявшись, Инди обнаружил, что погрузился в песок почти по грудь. Дышать становилось все труднее. Марион находилась в таком же отчаянном положении. Ее глаза слезились от пыли.

Инди понятия не имел, что предпринять, что сказать. Единственное, что пришло на ум, это посоветовать, чтобы она пошире раскинула руки.

– Это должно приостановить погружение... Матт вернется, бросит нам что-нибудь, за что можно уцепиться...

Марион не сводила с него глаз. Инди показалось, что в ее взгляде засветилась нежность. Вдруг он понял, что слезы, которые катятся у нее по щекам, – вовсе не от пыли...

– Инди, а ведь Матт...

– Не переживай, Марион! Он очень даже неплохой парень!.. Знаешь, зря ты так наседала на него из-за школы... Черт с ней со школой...

– Я не то хотела сказать... Дело в том, что Матт...

– Все в порядке, Марион. Просто есть люди, которые не созданы для учебы в школе...

Нежность в ее глазах сменилась нетерпеливой досадой.

– Инди! – перебила она его. – Ты знаешь, как настоящее имя Матта?.. Его зовут Генри!

Чтобы обернуться и посмотреть на нее, Индиане пришлось с трудом изогнуться.

– Генри?

– Он – твой сын, Инди!

– Мой сын?! – Ему показалось, что он вот-вот провалится сквозь землю. Впрочем, к тому и шло. – Генри Джонс-третий!

Инди отвернулся. Его душила неудержимая ярость. Он понимал, что теперь совсем не время для выяснения отношений, но ничего не мог с собой поделать.

– Какого же дьявола, ты позволила ему бросить школу? – снова повернувшись к Марион, закричал он.

Но она не успела ответить. Что-то громадное, длинное, толстое шлепнулось между ними, снова запорошив пылью глаза. Инди закашлялся и стал протирать глаза, которые жгло, как огнем. Он чувствовал, как по его щекам потоком катятся слезы.

Что это было? Может быть, сверху упала какая-то ветка?

– Хватайтесь! – услышал он голос Матта.

Это был голос его сына!.. Юноша сумел отыскать дорогу назад. Что ж, неудивительно! Матт был копией отца. Такой же сообразительный.

Марион сразу же вцепилась в толстую ветку. Инди потянулся, чтобы тоже схватиться за нее. В глазах стоял сплошной туман. Едва он дотронулся до ветки, как она извернулась и злобно зашипела прямо ему в лицо.

Инди в ужасе отпрянул.

Это была не ветка!

Это была... гигантская змея!

– Ты с ума сошел! – заорал Инди на Матта.

В глазах у него сразу прояснилось. Громадная змея была толщиной с его бицепс. Медленно извивалась и складывалась кольцами. Она была такой длинной, что дотягивалась до Матта. Маленькие черные глазки налиты ненавистью, а из пасти торчал ядовито-красный язык.

Марион что было сил вцепилась в змеиные кольца.

– Давай, Инди! Хватайся!

– Но это же змея!!!

– Не бойтесь, – крикнул ему Матт. – Это обыкновенный уж!

Инди боялся даже посмотреть на змею.

– Ужи не бывают таким громадными!

– А этот такой. Вы еще не видели, какого размера там в джунглях муравьи! С большую крысу!

Гигантские муравьи? Парень явно наслушался сказок.

– К тому же, ужи не ядовиты! – заверил профессора юноша.

– Пойди, поищи еще что-нибудь! – проворчал Инди, пряча за спину руки.

– Что же я вам найду?

– Ну не знаю... Веревку. Или что-нибудь в этом роде...

– Послушайте, вам здесь не супермаркет, чтобы выбирать!.. Хватайтесь, говорю!

– Кажется, я уже нащупал ногами дно.

– Хватайся!! – в один голос заорали на него Матт и Марион.

Глава 8

Инди перекосило от отвращения. Он закрыл глаза и, не глядя, стал нащупывать коричневатое тело змеи. Матт держал ее за хвост. Она была такой длинной, что юноша даже смог пару раз обмотать ее вокруг себя. Сидя на земле, он изо всех сил упирался ногами в поваленное дерево. Ему отнюдь не улыбалось угодить в пылевой мешок, который так красноречиво описал доктор Джонс.

Даже если ему не удастся вытащить их из песка, то, по крайней мере, он попытается остановить дальнейшее засасывание. Между тем, преодолев себя, Джонс ухватился за змею, которая тут же начала сворачиваться вокруг его рук тугими кольцами. Но его лицо было по-прежнему перекошено гримасой отвращения.

Матт собрал все силы и...

– Бу-у-у-м-м-м!

Это взорвался еще один гейзер. Притом такой силы, что песчаный столб выбросило до самых верхушек деревьев.

Обрушилась еще одна подземная полость.

«Пылевой мешок – это и есть подземная полость...» – пронеслось в голове Матта одно из профессорских поучений.

Мешок...

Воспользовавшись песчаным выбросом и сотрясением почвы, Матт отчаянно рванул на себя змею. Колени задрожали от напряжения, а кожа на запястьях, казалось, вот-вот лопнет. И все-таки ему удалось вытянуть Марион и Джонса настолько, что в подземный вакуум, который засасывал их, проникло немного воздуха. Сработал обратный эффект. Пылесос словно переключили в другую сторону, в следующую секунду оба вырвались из песчаного плена и, ухватившись друг за друга и за змею, плюхнулись на землю рядом с Маттом.

Когда песчаная пыль осела, юноша увидел, что мать и доктор Джонс, переплетясь друг с другом руками и ногами, распластались на краю песчаной поляны. Бросив змею, он бросился к ним.

Мать приподнялась и благодарно похлопала чешуйчатое тело змеи. В отличие от Джонса, который едва раскрыв глаза, в ужасе отпрянул и с гримасой отвращения принялся энергично оттирать ладони о штаны.

Между тем змея, получив долгожданную свободу, зашуршала по песку и исчезла в зарослях.

– Странное дело, вы не боялись тарантулов и скорпионов, а тут обыкновенная змея... – усмехнулся Матт, склоняясь над профессором.

Джонс ткнул трясущимся пальцем в заросли.

– Обыкновенная? Да это настоящее чудовище, щенок!

– А вы просто вздорный старик, – покачал головой Матт.

Где-то рядом послышался хруст веток, и они примолкли.

Из кустов вышел сияющий Оксли.

– Окс! – воскликнул Матт.

Из-за спины профессора показались солдаты с карабинами. Солдаты расступились, чтобы пропустить Спалко и британца с разбитым носом. Поправив на голове панаму, Мак проворчал:

– Неужели нельзя без глупостей, Инди?

Стоявший рядом с ним Оксли приосанился и, приподняв свою панаму, украшенную перьями, гордо сказал:

– Помощь!

Джонс перевел взгляд на профессора и со вздохом промолвил:

– Что бы мы без тебя делали, Гарольд!..

Спалко с невозмутимым видом кивнула солдатам, чтобы те поставили пленников на ноги.

– Мы не можем терять время! – сказала она и махнула рукой в сторону лагеря. – Нужно отправляться в путь. Теперь нам предстоит проверить, насколько точны ваши догадки о маршруте. – Инди хмуро усмехнулся. – Будем надеяться, что вы не ошиблись, доктор Джонс...

Спалко многозначительно посмотрела на Матта и Марион.

* * *

Пока колонна готовилась к отправке, полковник Давченко наблюдал за тем, как Спалко упражняется в искусстве фехтования.

Выбрав укромное место за своей поляной, и в полной уверенности, что за ней не наблюдают, женщина-полковник переоделась в легкую блузку и просторные штаны. Давченко, спрятавшийся за кустами, занял идеальную позицию для наблюдения. Прислонившись к дереву, он устремил взгляд в просвет между ветками. В джунглях стояла изнурительная духота. Совсем не то что на его родине в Сибири, где березовые рощи благоухают прохладой. Впрочем, сейчас он не променял бы эти джунгли даже на березовые рощи.

Приняв первую боевую позицию, Спалко подняла рапиру и коснулась губами эфеса. В следующую секунду она сделала глубокий выпад вперед, стремительно пронзив стальным клинком пространство. Казалось, узкий клинок растворился в воздухе – такой невероятной была скорость движений, в которых слились грация русской балерины и свирепая решительность опытного воина.

Давченко следил за ней, затаив дыхание.

Не останавливаясь ни на мгновение, десять минут кряду Спалко исполняла боевой танец, меняя техники, позиции, серии ударов. Давченко плохо разбирался в фехтовании. Однажды она взялась учить его этому искусству, но он оказался никчемным партнером, не умеющим отличить пируэт с полуоборотом от обратного выпада.

Теперь ему казалось, что перед ним – богиня. Ни больше ни меньше.

Взмокшая от пота блузка плотно облегала упругую, рельефную фигуру. Играя мускулами, она была словно ожившая статуя – безукоризненная, изящная.

Она вела бой с невидимым противником.

Но Давченко знал, что это был не бой с пустым местом, а реальный поединок, где ее соперниками были зловещие тени прошлого. В глазах Спалко сверкала неподдельная ярость. Эта удивительная женщина не только жаждала реванша, но и хотела что-то доказать самой себе. Каждое ее движение было отточено до абсолютного совершенства.

Давченко понимал, что она готовится к покорению главной вершины своей жизни.

Он оглянулся на готовую к выезду колонну машин и попытался представить себе этот невероятно трудный маршрут – через джунгли, через сельву.

Кроме того, у них был приказ.

И они были обязаны его выполнить.

Часть пятая

Там, где не ступала нога человека

Глава 1

В дебрях Амазонки...

Джип кидало из стороны в сторону. Ирина Спалко расположилась на переднем сиденье джипа рядом с молодым водителем-украинцем. Черноволосый, черноглазый, он находился как раз в том возрасте, в каком была она, когда навсегда распрощалась с родным селом.

Остальная колонна тянулась следом. Дюжина автомобилей и шестьдесят человек. Единственная машина, двигавшаяся впереди, – специальный вездеход с дизельным резаком, нечто среднее между циркулярной пилой и громадными ножницами. Пробивая дорогу сквозь джунгли, вездеход ревел, ножи-пилы визжали и дымились. Водитель сидел в кабине, расположенной в задней части машины.

За колонной тянулась колея из смешанных с грязью веток и листьев. Через пару сезонов колея зарастет, и от нее не останется и следа. Амазонская сельва, как хищное живое существо, уничтожала все следы незваных гостей.

На это Спалко и рассчитывала.

Где-то впереди, надежно спрятанный в джунглях, их ждал легендарный город Акатор. Многие стремились туда. Но для Ирины Спалко это было делом всей жизни.

Джип продвигался вперед с утомительно медленной скоростью. Спалко достала с заднего сиденья рюкзак. Конечно, куда безопаснее было хранить его под замком в железном ящике в багажнике, но ей хотелось, чтобы он всегда был у нее под рукой. Развязав ремни, Спалко извлекла из рюкзака хрустальный череп и, приподняв в ладонях, принялась рассматривать.

Утренние солнечные лучи, пробивавшиеся сквозь густую листву, многократно отражались внутри кристалла, сиявшего подобно огромному бриллианту. Спалко держала череп прямо перед глазами. Она помнила, как взбесился самописец энцефалографа, когда в глазницы черепа смотрел доктор Джонс. Череп стимулировал невероятную мозговую активность. По щекам профессора катились кровавые слезы.

Но она смотрела на череп без малейшего страха. И доктор Джонс, и доктор Оксли – оба не имели никакой специальной психологической подготовки. Между тем с психической энергией, которая отрывала разуму безграничные возможности, мог совладать лишь высоко организованный и тренированный мозг.

С заднего сиденья к черепу потянулась дрожащая рука. Не говоря ни слова, Спалко хлопнула по руке ладонью, и рука исчезла. На заднем сиденье сидели доктор Гарольд Оксли и Джордж Макхейл. Как и Спалко, Оксли испытывал неудержимое влечение к хрустальному черепу. Но в отличие от нее первый же контакт с черепом повредил его бедный рассудок.

Держа череп перед глазами, Спалко в который раз попыталась подключиться к его скрытой энергии. Обученная самым тонким техникам медитации, она мысленно отключилась от рева двигателя, хруста веток, от всех звуков. От всего мира. Она имела глубокие познания в йоге, владела искусством парапсихологии... Но когда пыталась погрузить взгляд в магический кристалл, не получала никакой ответной реакции – перед глазами мелькали лишь редкие, тусклые блики.

Почему ты не хочешь говорить со мной?

Джип налетел на пень, и машину подбросило вверх. Хрустальный череп едва не вылетел у нее из рук. Спалко инстинктивно прижала его к груди. Ее сердце бешено колотилось. Мысленно выругав себя за беспечность, она поспешно убрала череп в рюкзак и тщательно завязала ремни. Ни в коем случае нельзя допустить, чтобы череп разбился или треснул. Только не теперь, когда цель так близка! Нельзя быть такой неосторожной!.. Но череп продолжал непреодолимо манить к себе. У нее буквально чесались руки снова достать его из рюкзака.

– Похоже, у черепа есть свои мозги, а? – раздался голос сзади.

Она повернулась и посмотрела на Джорджа Макхейла. Он наклонился ближе. В кузове за его спиной расположились несколько солдат.

Макхейл кивнул на рюкзак, который Спалко бережно держала на коленях.

– Кажется, эта штука чересчур привередлива, не так ли? – продолжал он. – С одними говорит, с другими не желает?

– Я бы не сказала, – фыркнула Спалко, многозначительно показав глазами на профессора Оксли, который, как оказалось, успел утратить к черепу всякий интерес и рассеянно поглядывал на кроны деревьев.

Спалко раздраженно сжала кулаки. Чудодейственная сила! Она с презрением смотрела на полоумного профессора. И почему только череп выбрал этого доходягу? Неужели нет никого достойнее, с более подготовленным сознанием?

Почему не она?

Спалко была твердо убеждена: на этот раз осечки не будет – ради советской родины, ради себя самой!

Спалко родилась и выросла в глухом украинском селе. Ее необычные дарования всегда вызывали у окружающих ненависть и подозрение. Сколько гадостей ей пришлось вытерпеть! Не только она, вся ее семья были словно зачумленные. А когда в надежде отгадать тайну жизни и смерти маленькая Спалко увлеклась хирургическими опытами над живыми зверюшками, на нее стала косо смотреть даже собственная мать. Едва повзрослев, Спалко была вынуждена бежать из родного села, где темные, необразованные односельчане не могли оценить ее по достоинству. И девушка смело бросилась в большую жизнь.

Сколько она себя помнила, ее всегда интересовали философские вопросы: кто она, почему она не такая, как все, зачем пришла в этот мир?

И вот здесь, в дебрях Амазонки, разгадка была как никогда близка.

Спалко была готова сокрушить любого, кто осмелился бы встать у нее на пути.

Откинувшись на сиденье, она устремила взгляд вперед. Мощный вездеход ожесточенно вгрызался в джунгли. Покачнулось и упало высокое дерево. Захлопотали испуганные птицы, закричали дикие обезьяны.

Но у Макхейла, судя по всему, еще оставались вопросы. Он снова наклонился ближе и кивнул на рюкзак.

– Этот череп... Он ведь просто стекляшка? Человек, который на него смотрит, погружается в своего рода гипнотическое состояние... Самовнушение – и больше ничего... Но тогда как объяснить показания энцефалографа?

– А разве паранормальные способности не заложены в человеке от рождения? – пожала плечами Спалко.

– Вы что, шутите? Неужели вы действительно считаете себя экстрасенсом?

– А с вами разве никогда не случалось ничего необычного? К примеру, звонит человек, о котором вы только что думали? Скажете, – простое совпадение?.. Разве не существует каких-то иных, еще не познанных каналов передачи психической информации?

– Просто у одного человека есть чутье, у другого нет. Что касается меня, у меня с этим всегда были проблемы. Одним словом, невезуха.

– А как насчет телепатической связи между матерью и ребенком? Мы проводили такой эксперимент. На подводную лодку брали выводок новорожденных крольчат, а мать-крольчиху оставляли на берегу. Так вот, когда детенышей одного за другим умерщвляли, показания энцефалографа, подсоединенного к крольчихе, регистрировали всплески психической активности.

– Почему бы вам не найти себе более приятное хобби?

Спалко пренебрежительно отмахнулась. Настоящая наука не терпит слюнтяйства.

– Причем всплески энцефалограммы точно совпадали по времени с моментом умерщвления каждого крольчонка, – продолжала она. – Это доказывает, что между всеми живыми организмами существует особая телепатическая связь. Если нам удастся найти способ управления коллективным разумом...

– Ну ладно, ладно! – торопливо прервал ее Макхейл. – Я не охотник до чужих секретов... А вот давайте на спор, готов поставить на кон весь свой гонорар: попробуйте отгадать, о чем я сейчас думаю?

Он наклонился еще ближе и пристально взглянул ей в глаза.

Спалко насмешливо двинула бровью.

– Ну, для этого не нужно экстрасенсорных способностей, мистер Макхейл!

– Да что вы говорите!.. Тогда хоть ради развлечения. Прочтите мои мысли и ответьте на мой мысленный вопрос.

Она вперила в него взгляд. У него на лбу выступила легкая испарина. Зрачки чуть расширились. Ничего особенного. Похоть, беспокойство, нетерпение. Все мужики похожи друг на друга. Она заглянула глубже. Постепенно с его лица исчезла ухмылка. Она заглянула ему прямо в душу, и он отпрянул назад, как животное, которое всем своим существом почувствовало опасность.

Но Спалко схватила его за плечо и притянула ближе. Еще ближе. Когда она заговорила, ее губы почти касались его губ.

– Мой ответ на ваш вопрос следующий: «При первой же необходимости...»

И с нескрываемым удовольствием увидела, как в его взгляде отразился животный ужас. Отпустила его, и британец, бормоча что-то нечленораздельное, откинулся на сиденье.

Молодой водитель, крепко сжимавший руль, осторожно покосился на нее и тихо спросил по-украински:

– А какой у него был вопрос, товарищ полковник?

– Его интересовало, – ответила Спалко, – перережу ли я ему глотку, когда мы найдем Акатор.

Водитель еще крепче вцепился в руль и, поспешно отвернувшись, стал смотреть на дорогу. И все-таки она успела заметить, как его губы беззвучно сложились и произнесли одно слово: «Ведьма!..»

Глава 2

– Ты что, издеваешься?!- вскричал Матт.

Конечно, Марион знала, что это известие повергнет сына в шок, но она также понимала, что нельзя оставлять его в неведении. Особенно если учесть, что в настоящий момент оба – и отец, и сын – были в буквальном смысле прикованы друг к другу. Лучше времени для такого признания и придумать нельзя.

Марион огляделась.

Всех троих их поместили в кузове замыкающего колонну грузовика с брезентовым верхом и рассадили по скамейкам, привязав к металлическим стойкам. Рядом стояло несколько армейских ящиков, маркированных русскими буквами. На соседней скамейке расположился полковник Давченко с Калашниковым на коленях.

Марион сидела рядом с Инди. Вид у него был, прямо сказать, неважный. Впрочем, и Матт, сидевший за его спиной, выглядел не намного лучше.

Отец и сын.

Наконец-то вся семейка в сборе. Лучшего места для свидания не придумаешь.

– Мой отец – британец, – продолжал ворчать Матт. – Он пилот королевских ВВС. Герой войны! – Юноша презрительно покосился на Инди. – А не какой-то там школьный препод!

Марион покачала головой, а потом промолвила:

– Это не так, милый. Колин был твоим отчимом. Мы начали встречаться через три месяца после твоего рождения. Он был замечательный человек. Но, к сожалению, не твой отец.

Инди нетерпеливо заерзал на лавке.

– Погоди-ка! – воскликнул он. – Это не тот ли Колин Уильямс, с которым я тебя сам познакомил? Значит, ты выскочила за него замуж?

Давченко поморщился. Его явно раздражала эта семейная разборка. Марион не обращала на русского никакого внимания.

– Видишь ли, Инди, – усмехнувшись, продолжала она, – учитывая, что ты сбежал от меня за три дня до свадьбы, ты вряд ли имел право принимать участие в решении таких интимных вопросов...

Инди захлебнулся от возмущения.

– Нет, Марион, так дело не пойдет! Мы оба прекрасно знали, что разлука неизбежна. Какая женщина согласилась бы выйти за мужчину, который месяцами пропадает бог знает где?..

– Я бы согласилась! – гневно сверкнув глазами, крикнула в ответ Марион. Этот чурбан даже не подозревал, сколько горя он ей причинил! Если разобраться, он не заслуживал даже ее презрения. – Да только ты ведь меня об этом не спрашивал!

Давченко с силой брякнул прикладом автомата по скамейке.

– Эй, вы там! А ну заткнитесь!

Все трое на секунду обернулись к русскому, но потом снова набросились друг на друга.

– А о чем я был должен тебя спросить? – продолжал Инди. – Хочешь ли ты полжизни прокуковать в одиночестве?

– Почему бы нет? Может, мне как раз была по душе спокойная, уединенная жизнь?

– Неужели?

– Представь себе!.. Но ты со мной вообще не желал что-либо обсуждать!

– Потому что ты все превращаешь в ссору!

– Нашел себе оправдание, да? Не моя вина, что даже поговорить по-человечески ты и то не можешь!

Инди пожал плечами и поправил шляпу.

– Просто не хотел тебя огорчать, Марион.

– Поэтому разбил мне жизнь. Кстати, ты знаешь, почему Окс перестал с тобой разговаривать? По той же причине. Потому что ты сбежал от меня.

Матт в ярости топнул ногой.

– Может, хватит, а?

Инди язвительно фыркнул.

– В самом деле, Марион! Зачем устраивать сцену в присутствии сына?

Матта аж передернуло.

– Никакой я вам не сын!

– В том-то и дело, что сын. Можешь не сомневаться! Кстати, у меня для тебя хорошие новости: ты возвращаешься в школу!

Матт остолбенел.

– Что?! – вскричал он, оправившись от изумления. – Кажется, только что вы распространялись о том, что школа не для каждого, что можно обойтись и без нее?

– Тогда я еще не был твоим отцом, – нахмурился Инди и снова повернулся к Марион. – Вообще ты была обязана рассказать мне о сыне. Я имел полное право знать.

– Если помнишь, ты растворился в воздухе сразу после нашего расставания.

– Я написал.

– Ну да. Спустя целый год. Когда я родила Матта и вышла замуж.

– Тогда почему ты решила признаться сейчас?

– Потому что нам грозила смерть!

Разразившись потоком брани, Давченко вскочил на ноги и, отложив автомат, принялся копаться в куче ветоши под скамейкой, отрывал и комкал куски тряпок. Ему намерения были прозрачны: заткнуть пленникам рты.

– Не беспокойся, Марион, – торопливо продолжал Инди, – такая возможность нам еще представится!

Сначала, как настоящий джентльмен, Давченко решил заняться дамой. Нагнувшись над Марион, он оказался в чрезвычайно невыгодной позиции.

Инди со всей силы ударил русского обеими ногами в лицо.

Охнув от боли, Давченко отлетел в другую сторону – прямо к Матту, который уже был наготове. По примеру отца юноша лягнул полковника в челюсть мотоциклетными сапогами, да так, что тот отлетел обратно к Инди.

– Ваша очередь!

Индиана снова пнул русского обеими ногами. Давченко рухнул на пол и уже не двигался.

– Высоко летать – низко падать, – усмехнулся профессор. – Где там твой перочинный ножик, Матт? Ты его не потерял? – Юноша усмехнулся и покачал головой. – Вот умница!

* * *

С ножом в руках Инди наклонился над Марион. Неловко обхватив ее руками, он принялся перепиливать ножом тугие, пропитанные дегтем веревки. Его щека касалась ее щеки.

Боже, она все так же благоухает!

Ваниль и корица.

Касаясь губами его уха, она прошептала:

– Вообще-то не я одна отправилась на сторону! Ты тоже хорошо погулял!

– Ты о чем?

– Слыхала я про твои похождения, Джонс. Сколько у тебя было женщин за все эти годы?

– Не так уж много. К сожалению, у всех у них был один и тот же недостаток.

– Интересно, какой же?

Наконец веревка перерезана. Ее запястья свободны. Инди подумал, что лукавить нет смысла. Он пристально посмотрел ей в глаза.

– Они были непохожи на тебя.

Глаза Марион заискрились. На губах заиграла озорная улыбка. Наконец, она была свободна от оков. Их губы почти касались...

Краем глаза Инди заметил на одном из ящиков знакомую маркировку.

Блеск! Это то, что нужно!

Вскочив на ноги, он бросился к ящику мимо Матта, который присматривал за оглушенным Давченко.

– Ты куда, Джонс? – разочарованно протянула Марион.

Сбивая с продолговатого ящика крышку, Инди молился лишь об одном: чтобы ящик не был пуст.

Его молитвы были услышаны.

Бережно упакованная в солому, в ящике тускло чернела мощная стальная туба. Теперь он чувствовал себя во всеоружии. Оставалось лишь хорошенько прицелиться...

Инди окинул взглядом брезентовый верх грузовика.

Пора приниматься за работу.

В его руках снова блеснул складной нож.

Глава 3

Взобравшись на ящики, Индиана потянулся к брезентовому верху.

– Эй, старина, поаккуратнее! – заботливо предупредил его Матт, который придерживал ящики, чтобы те не опрокинулись.

– За меня не беспокойся, – бросил через плечо Инди.

– А я не за вас, – усмехнулся юноша, – а за свой нож.

Сдвинув брови, Инди схватился одной рукой за стойку, а другой размахнулся ножом. Лезвие ножа пропороло брезентовый верх со звуком расстегиваемого зиппера. Сделав один длинный разрез, Инди повернул нож и стал резать грубую материю под прямым углом. Закончив, сложил нож и бросил Матту.

– Держи! Как новенький!

– Я бы и предпочел новый, – фыркнул юноша.

Не обращая на него внимания, Индиана подтянулся на руках и просунул голову в дыру в потолке. Затем он выбрался на крышу фургона.

Матт посмотрел на мать.

– Так значит, это он?

Она виновато двинула плечами.

– Он тебе понравится, вот увидишь!

Юноша вздохнул.

– Могла бы сказать мне раньше.

– Прости, сынок.

Матт подошел к матери, она обняла его за плечи. Оба задрали головы и посмотрели на дыру в потолке. Сквозь брезент просвечивала фигура, которая поползла по крыше фургона к кабине грузовика.

Джонс.

Отец.

Матт в недоумении покачал головой.

Перешагнув через лежащего без движения русского, они двинулись вслед за тенью Инди. Задняя стальная дверь кабины водителя была заперта. Воспользоваться автоматом они не решались: можно было всполошить остальных.

Тень Джонса у них над головой добралась до кабины водителя и пропала.

Затем послышался треск, и через маленькое окошко задней дверцы Матт увидел, что, пропоров брезентовый потолок кабины, Инди бросился прямо на водителя.

– Готово! – воскликнул юноша.

Грузовик бросило в сторону. Мать и сына сбило с ног.

– Держись! – крикнула мать.

Увы, когда кувыркаешься в воздухе, держаться просто не за что.

Вдруг раздался скрежет, треск, и грузовик резко остановился. Сына и мать по инерции швырнуло на дверь кабины, которая распахнулась, и оба влетели в нее. Матт с размаху впечатался физиономией в лобовое стекло, а Марион перебросило через спинку кресла, и она оказалась на сиденье рядом с водителем.

Матт увидел, что грузовик врезался в дерево. Инди распахнул дверцу и пинком выбросил из кабины находящегося без сознания водителя. Затем Инди уселся за руль, потянул рычаг передачи и дал задний ход. Грузовик попятился назад. Инди вывернул руль, переключился на переднюю передачу и, выехав на просеку, направил грузовик вслед за колонной.

Матт уселся на сиденье рядом с матерью. На лице Джонса все еще оставалось свирепое выражение.

– Ты был неотразим! – шепнула ему Марион.

– Это только начало, милая, – усмехнулся Инди, пожав плечами.

Матт крутил головой, переводя взгляд то на мать, то на профессора.

Неужели это его родители?

Глава 4

Переключившись на третью скорость, Инди быстро догонял колонну. Следующие одна за другой, машины медленно, но верно двигались сквозь густые джунгли, как по туннелю. Подъехав поближе, Инди принялся изучать противника.

Нужно отдать должное этим русским: они подготовились к экспедиции более чем основательно. Кроме нескольких джипов и грузовиков, в колонне было также несколько экзотических машин. По форме они, скорее, напоминали лодки на колесах и были предназначены специально для форсирования водных преград. Причем в отличие от обыкновенных амфибий каждая из них имела на вооружении крупнокалиберный пулемет, установленный на крыше.

Но больше всего заинтересовал Инди вездеход, который двигался в голове всей колонны вдоль русла полноводной реки. Ориентиром была едва приметная, почти заросшая тропинка, по которой можно было пробраться лишь верхом или пешком. Вездеход-ножницы.

Двумя огромными передними клешнями, снабженными циркулярными пилами, вездеход прокладывал в джунглях колею, в точности такой ширины, какая требовалась для прохода колонны. Без него ни о какой экспедиции сквозь джунгли нечего было и думать.

«Эврика!» – подумал Инди, хлопнув себя по лбу.

Стало быть, вездеход!

– Что ты задумал, Джонс? – поинтересовалась Марион.

Пригнувшись к рулю, Инди всматривался в дорогу. Прикидывал, оценивал. Его план был прост.

– Вызволить Оксли, завладеть черепом и добраться до Акатора раньше, чем они... – сказал он.

– И только? – покачала головой Марион. В ее голосе послышались знакомые нотки недоверия.

Впереди колонна подходила к речной излучине. Русло реки делало крутой поворот. Одна за другой, машины стали поворачивать и вытягиваться в форме буквы «U».

Как раз подходящий момент. Но нужно было спешить.

– Держи руль! – бросил Инди Марион, поднимаясь с сиденья.

Марион протиснулась на водительское место, а он полез обратно в кузов. Грузовик стало кидать из стороны в сторону по кривой колее, но Марион быстро справилась с управлением.

– Что он задумал? – крикнул Матт матери.

– Думаю, он и сам толком не знает, сынок...

Не обращая внимания на эти язвительные комментарии, Инди пробрался к ящикам, среди которых был тот, который он приметил раньше. Давченко неподвижно лежал ничком, громко хлюпая разбитым в кровь носом.

Разворошив солому, Инди вытащил из ящика огромную стальную базуку и, прижав увесистый гранатомет к груди, радостно улыбнулся. Чудо оружейной техники калибра 60 мм! Базука была заряжена мощной гранатой.

Взгромоздив гранатомет на плечо, словно таран, Инди забрался обратно в кабину. Увидев базуку, Матт изумленно ахнул.

– Ну-ка, сынок, подвинься! – с усмешкой сказал Инди, поудобнее устраиваясь на сиденье.

– Никакой я вам не сынок! – возмущенно откликнулся юноша. Однако ему пришлось подчиниться и прижаться к сиденью.

С трудом развернув громадную базуку поперек кабины, Инди сунул раструб сопла в водительское окно – прямо перед носом у Марион, – а гранату выставил в противоположное окно.

Кое-как удерживая гранатомет на плече, он стал пристраиваться к прицелу. Колонна вытягивалась вдоль изгиба речного русла, и довольно скоро голова колонны оказалась на одном крыле буквы «U», а ее хвост на противоположном.

В какой-то момент вездеход-ножницы поравнялся с грузовиком Инди. Это была самая выгодная позиция.

Инди стал наводить прицел на вездеход. Весь его план зависел от одного-единственного удачного выстрела. И второй попытки у него уже не будет. Если ему удастся вывести из строя вездеход-ножницы, вся колонна безвылазно застрянет в джунглях. Затаив дыхание, он ждал, когда цель появится в прорези прицела. Права на ошибку у него не было.

– Еще немного, не торопись... – говорил он Марион, прижавшись щекой к базуке.

Неожиданно переднее колесо попало на кочку, грузовик тряхнуло, и Инди нажал на спусковой крючок. Сноп огня и дыма вырвался из сопла базуки, а граната, пронзительно, как стрела, прочертила четкую траекторию над речной гладью.

В ушах Инди стоял звон. Он клял себя за преждевременный выстрел, но... Выстрел оказался удачным!

Просвистев над водой, ракета угодила прямо в вездеход. Раздался оглушительный грохот. Мгновенно сдетонировав, бензобак взорвался и разнес машину буквально на куски. Пламя и обломки взметнулись под самое небо.

Следовавшие за вездеходом машины резко затормозили и стали налетать друг на друга. Все внимание Инди было приковано к джипу, который следовал сразу за вездеходом. Это была машина Спалко. Сквозь клубы дыма он рассмотрел на заднем сиденье Оксли.

– Инди!!! – в ужасе крикнула Марион.

* * *

Как в страшном сне, Ирина Спалко смотрела, как вездеход, еще мгновенье назад расчищавший тропу вдоль реки, вдруг взлетел на воздух и в огненном смерче разлетелся на куски. Одна из клешней-ножниц с пронзительным звоном исчезла в лесных зарослях, а другая со свирепым воем понеслась прямо на их джип.

Водитель в панике бросился под сиденье, но клешня с продолжающей визжать циркулярной пилой просвистела мимо. Еще каких-нибудь несколько дюймов, и джип разнесло бы в клочки. Словно в гипнозе, Спалко следила за полетом клешни над рекой – по направлению к хвосту колонны. Заметив над водой тонкий дымный след, Спалко в бешенстве сжала кулаки. Именно из последнего автомобиля и был произведен этот изуверский выстрел гранатомета. Объяснение могло быть только одно.

Доктор Джонс.

Побелев от ярости, Спалко наблюдала, как оторванная клешня вездехода, перемахнув через реку, устремилась прямо в...

* * *

– Вниз! – закричала Марион, бросаясь на Инди и Матта.

Она успела заметить, как из клубов дыма и пламени вырвался сверкающий на солнце диск и понесся прямо на них. Она попыталась закрыть Инди и сына хотя бы своим телом.

Тяжелый грузовик тряхнуло от невероятной силы удара. Заскрежетало железо. Брезент, покрывавший фургон, изрезало в лоскуты, которые посыпались вокруг, как конфетти.

Через мгновенье все было кончено.

Марион приподнялась на сиденье и огляделась. Над ее головой ярко светило солнце. Кабину грузовика вместе с брезентовым верхом снесло напрочь.

– Черт меня подери!.. – пробормотал Инди.

– И я того же мнения, – откликнулась Марион.

Глава 5

Когда Спалко увидела, как клешня от вездехода срезала кабину грузовика вместе с брезентовым верхом, на ее лице не дрогнул ни единый мускул. Через несколько секунд из-под обломков грузовика выкарабкались Джонс, женщина и юноша.

Живые и невредимые.

Сжав рукоятку меча, Спалко запрыгнула на сиденье.

– Вперед! – крикнула она водителю, показав саблей в сторону просеки – туда, где только что тарахтел вездеход. – Следуйте прямо по тропе!

Джип рванулся вперед, а Спалко, перепрыгнув на заднее сиденье, приземлилась между Макхейлом и профессором Оксли.

– Приглядывайте за черепом! – крикнула она британцу, перепрыгивая в кузов, где расположились солдаты. – От этого зависит ваша жизнь!

Солдаты поспешно раздвинулись, чтобы дать ей дорогу, и Спалко перепрыгнула на капот другой машины. Оттуда – на крышу фургона, и так далее. Ошеломленный водитель только рот разинул. Гибкая и стремительная, она была похожа на дикую пантеру, которая устремилась в погоню за дичью. Не останавливаясь ни на мгновение, Спалко на ходу подхватила с одного из сидений автомат. Когда водитель пришел в себя и начал притормаживать, он крикнула:

– Не останавливаться! Продолжайте движение за головной машиной!

* * *

– Вперед, вперед! – крикнул Инди.

Марион повернула ключ зажигания и запустила заглохший двигатель.

Когда дым рассеялся, они увидели, что колонна продолжает движение. Марион нажала на газ, и грузовик рванулся по направлению к сгрудившимся впереди машинам. Привстав на сиденье, Инди пытался рассмотреть, что происходит с колонной. Два джипа неторопливо миновали воронку, оставшуюся на месте взорванного вездехода, и, судя по всему, решили двигаться дальше, самостоятельно пробиваясь по заросшей тропе. Другие машины пристраивались следом.

Инди мгновенно понял, что надо делать.

Марион как раз подвела грузовик к одной из амфибий. На ее кузове был смонтирован крупнокалиберный пулемет. Показав на амфибию, Инди крикнул Марион:

– Подъезжай вплотную!

Она кивнула и нажала на газ. Водитель амфибии оглянулся и с удивлением посмотрел на грузовик. Потом что-то крикнул сидевшему рядом солдату. Тот схватил с сиденья автомат.

– Не спеши, дружище!

Грузовик поравнялся с амфибией, и, перегнувшись через борт, Инди оттолкнул водителя и, ухватившись за ствол автомата, который держал солдат, рванул на себя. Потом неожиданно изменил направление и со всей силы ткнул в противоположную сторону так, что заехал солдату прикладом автомата прямо в лицо. Солдат нажал на спусковой крючок, и несколько пуль, просвистевших над ухом у Инди, угодило в дверцу грузовика.

Инди в панике оглянулся, но все обошлось: Матт тоже успел высунуться из грузовика и с размаху оглушил водителя амфибии обломком доски.

– Неплохо, сынок! – крикнул ему Инди.

* * *

Грохот выстрелов привел в сознание Давченко. Застонав, русский перевернулся на бок, а затем сел. Над головой мелькали ветви деревьев, сияло солнце. Что за чудеса? Где же крыша фургона?.. Оглядевшись, Давченко догадался, что крышу напрочь снесло.

Еще не поняв, что случилось, он принялся материться. Главное, он знал, кто всему виной.

Конечно, Джонс!

Ухватившись за края разбитого борта, Давченко вскочил на ноги и, шатаясь, двинулся по направлению к кабине. Обрывки брезента царапали ему лицо. Он увидел американца в одной из амфибий. Джонс выбросил из кабины оглушенного водителя и махнул рукой в сторону грузовика.

Давченко недоуменно потряс головой. Потом он увидел, как из грузовика вылез какой-то человек и перепрыгнул в амфибию.

Давченко узнал юношу. Шатаясь из стороны в сторону, русский приблизился к кабине. На месте водителя была женщина.

Марион Рейвенвуд!

Выскочив из кабины, она выпрыгнула из грузовика. Потеряв управление, грузовик завилял по дороге. Перебравшись через груду ящиков, Давченко бросился в кабину через распахнутую заднюю дверь. Нельзя было терять ни секунды. Через треснувшее лобовое стекло он с ужасом увидел, как неуправляемый грузовик несется прямо на огромное дерево.

Одним прыжком Давченко оказался на сиденье водителя и круто рванул руль в сторону. Машину повело юзом, развернуло. Пролетев буквально в дюйме от дерева, грузовик снова опустился на все четыре колеса. Давченко ударил по тормозам, колеса завизжали, и грузовик остановился среди других машин, сгрудившихся на дороге.

Приехали!..

Между тем бессовестные американцы прямо на глазах угоняли одну из амфибий. Объезжая колонну, амфибия, словно гоночный автомобиль в разгаре ралли, вырывалась из окружения.

– Врешь, не уйдешь! – пробормотал Давченко, вцепившись в руль.

Глава 6

Не сбавляя хода, Инди миновал дымящиеся обломки вездехода и направил амфибию по узкой тропе. Мрачные джунгли нависали справа и слева. На дороге то и дело попадались перевернутые стволы деревьев. Гнать сквозь такие заросли на полной скорости было полным безумием...

Тем не менее Инди яростно вдавил педаль газа в самый пол. Выбора не было. Во-первых, нужно выручать Оксли. Во-вторых, во что бы то ни стало заполучить хрустальный череп, который никак нельзя было оставлять в руках у Спалко. А кроме того...

Сзади загремели выстрелы. Их настигал джип, битком-набитый русскими солдатами.

Нажав на газ, Инди вписался в поворот. Ему удалось оторваться от хвоста, но впереди их ожидала другая неприятность.

– Держитесь! – крикнул он Матту и Марион, круто повернув руль. Машину снова развернуло на двух колесах.

– Кажется, меня начинает укачивать! – пожаловался Матт.

– Нельзя останавливаться, сынок!

За поворотом они снова вышли на прямой отрезок. Инди увидел джипы, которые шли впереди колонны.

Он снова вдавил в пол педаль газа.

Амфибия с треском неслась между густых зарослей. Вокруг шумел океан зелени. У амфибии было некоторое преимущество: она шла по колее, проложенной джипами. Все, что требовалось от Инди, – не сбиваться со следа.

На следующем повороте скорость оказалось слишком высока, и машину потащило с тропы в сторону. Чтобы не потерять колею и не угодить в заросли, Инди рванул руль в другую сторону. Впереди мелькнуло дерево.

Матт в ужасе зажмурился, но они пронеслись мимо.

Кое-как Инди удалось вывернуть машину на тропу.

На следующем повороте они оказались перед джипом, который сбавил ход, чтобы перевалить через упавшее поперек тропы дерево.

Не успев затормозить, амфибия неслась прямиком на джип. Но что еще хуже – в кузове стояла Спалко с автоматом в руках.

– Ложись! – крикнула Марион.

Инди успел пригнуться как раз в тот момент, когда лобовое стекло прошила автоматная очередь. Он наугад крутанул руль влево и вывел амфибию из-под огня.

Сзади послышались крики. Инди оглянулся и увидел, что вылетевший вслед за ними из-за поворота джип с русскими попал под автоматную очередь Спалко, сразившую водителя и нескольких солдат.

Потерявший управление автомобиль на полной скорости протаранил джип Спалко. Вылетев из джипа, русская врезалась лобовое стекло.

Инди выпрямился и, взглянув в зеркало заднего обзора, увидел, что Спалко уже успела вскочить на ноги. Ее глаза сверкали ненавистью.

Усмехнувшись, Инди снова нажал на газ. Передний джип уже почти перевалил через упавшее дерево и вот-вот готов был ускользнуть.

Не тут-то было!

Инди крутанул руль вправо, и амфибия поравнялась с джипом. На заднем сиденье он увидел Оксли, но в кузове было полным-полно солдат.

– Ну-ка, держи еще раз руль! – крикнул он Марион.

– Кажется, это начинает входить у тебя в привычку, Джонс!

Но Инди некогда было отвечать. Через секунду джип понесся сквозь заросли, ветки захлестали по кабине, и, воспользовавшись переполохом, Инди бросился на абордаж.

Одним прыжком он оказался на переднем сиденье. Оксли расплылся в дружеской улыбке и приветственно поднял руку, но солдаты набросились на него с тумаками.

Времени на обмен любезностями не было. Инди повернулся к водителю и без лишних слов заехал ему локтем в лицо. Водитель отключился, и, схватив руль, Инди крутанул в сторону. Затем обернулся и с размаху заехал кулаком по физиономии кому-то сидящему рядом с водителем. Бедняга схватился за нос и со стоном сполз с кресла.

– О-ох!.. Опять по носу!

Это был Мак.

Но Инди было не до него. Водитель успел прийти в себя и уже тянулся, чтобы схватить Инди. К тому же солдаты, сидевшие в кузове, пробирались к кабине с той же целью.

Инди спасла случайность. Автомобиль налетел на очередное лежащее поперек дороги дерево, и солдаты повалились друг на друга. В следующую секунду Инди круто свернул в сторону, машину тряхнуло еще сильнее, и солдаты, вопя от ужаса, посыпались из кузова, как орехи из корзинки.

Уцепившись одной рукой за руль, другой Инди пытался оттолкнуть водителя. В зеркало заднего обзора он мельком увидел, что в отличие от исчезнувших в зарослях солдат, Оксли остался на сиденье, надежно пристегнутый ремнем безопасности. В руках профессор сжимал знакомый рюкзак, в котором что-то пронзительно сверкнуло.

Хрустальный череп!

Рядом кто-то закопошился. Инди обернулся и увидел Мака, которому только что удалось выбраться из-под сиденья. Инди уже готов был врезать ему еще разок, но тот поспешно поднял руки и заорал:

– Инди, ты что, совсем болван?! Я же из ЦРУ!!!

* * *

Между тем оставшийся в амфибии Матт лихорадочно шарил в кузове в поисках хоть какого-нибудь оружия.

– Посмотри за задним сиденьем! – посоветовала ему мать.

Перегнувшись через сиденье, Матт обнаружил на полу знакомый продолговатый футляр из красного дерева. Щелкнув замком, он откинул крышку и радостно вскрикнул. Внутри, в обитых нежным бархатом отделениях, он обнаружил несколько сиявших на солнце клинков.

– Ну что там? – нетерпеливо спросила мать.

Выхватив из футляра рапиру, он коротко ответил:

– Теперь мне будет чем заняться!

* * *

– Ты из ЦРУ?! – не скрывая иронии, воскликнул Инди.

– Конечно, тупой ты сукин сын! – заверил его Мак, на всякий случай загораживая нос локтем. – Я тебе об этом еще в палатке намекал, практически открытым текстом! Помнишь, я сказал: «Как тогда, в Берлине...»?

Инди наморщил лоб. Он действительно помнил, как Мак успел склониться над ним и, пока в палатке не было Спалко, заговорщицки прошептал: «Как тогда, в Берлине...»

Тогда он не понял Мака. Впрочем, и теперь не понимал.

– В Берлине мы с тобой кем были, дружище? – нетерпеливо проворчал Мак. – Мы были двойными агентами!

Инди удивленно поднял брови.

А ведь и правда! Они тогда работали под видом нацистов, чтобы завладеть «Кодом Энигмы».

– А как ты думаешь, кто направил в Неваду генерала Росса, чтобы тот вызволил тебя из неприятностей? – торопливо продолжал Мак. – Это я сообщил, что ты в беде. Ведь он мой резидент!

В голове у Инди пронесся вихрь мыслей. Нужно было как-то свести концы с концами.

Неожиданно кусты затрещали, и им наперерез выскочил джип Спалко. Стоя на заднем сиденье, Спалко что-то кричала по-русски.

Инди снова недоуменно наморщил лоб. С какой стати она обращается к нему на русском?

Потом понял, в чем дело. Она обращалась не к нему, а к солдату, которому удалось удержаться в кузове, когда остальные посыпались за борт. Теперь он карабкался на заднее сиденье.

Перебравшись к Оксли, солдат ударил профессора и выхватил у него из рук рюкзак с черепом.

Только не это!

Завладев драгоценным предметом, солдат размахнулся и перебросил рюкзак Спалко. Русская с радостным возгласом приняла пас. Ее джип сразу затормозил и стал отставать. Она получила то, что хотела.

Выхватив штык-нож, солдат бросился на Инди, но тут вмешался Мак, который ударил нападавшего кулаком в нос, да так, что солдат кубарем покатился обратно в кузов.

– Не нравится! – усмехнулся Мак.

Затем британец повернулся к Инди и подмигнул.

– Видишь!

– Что же ты молчал, что ты из ЦРУ? Так бы сразу и сказал! – напустился на него Инди.

– Я и сказал, – поморщился Мак. – Кто виноват, что до тебя никак не доходит? Может, мне нужно было написать у себя на заднице большими буквами: «Я из ЦРУ»?

– А что, места хватит! – усмехнулся Инди, похлопав старого приятеля по плечу.

Глава 7

Спрятав рюкзак с драгоценным черепом под задним сиденьем, Спалко выпрямилась и, глядя вслед джипу, выхватила из ножен саблю.

Теперь можно заняться доктором Джонсом!

Этот американец был у нее как кость в горле. Спалко крикнула водителю, чтобы тот во что бы то ни стало догнал джип. Водитель дал полный газ, и машина рванула вперед. Стоя на заднем сиденье и сгорая от нетерпения, Спалко яростно рассекала саблей воздух. Дистанция между машинами быстро сокращалась.

Еще немного – и американцу конец!

Когда она замахнулась саблей, чтобы на ходу срубить врага, какое-то шестое чувство шепнуло ей, что она сама находится в смертельной опасности. Круто развернувшись, Спалко отпрянула назад и, похолодев от ужаса, загородилась клинком. Зазвенела звонкая сталь. Только теперь она увидела своего противника.

– Ты?! – вырвалось у нее.

Пока русская была увлечена погоней за Инди, с ее джипом успела поравняться амфибия, в кузове которой с рапирой в руке балансировал не кто иной, как Матт Уильямс.

Вот еще, какой-то щенок будет путаться под ногами!

Отбив удар, Спалко мгновенно сделала ответный выпад. Однако мальчишка на удивление ловко отразил ее атаку, и она сразу поняла, что перед ней умелый противник.

И даже очень.

Спалко взглянула на него почти с уважением. Их разделяло узкое пространство между бортами джипа и амфибии. Он приветствовал ее поднятой рапирой. Это был вызов!

Что ж, она его принимает!

Завязался яростный поединок. Она в кузове джипа, он – в амфибии. Последовало несколько стремительных серий: разнообразные удары, повороты, отходы, выпады. Движения юноши были похожи на темпераментный танец. Матт поднимался на цыпочки, кружился в пируэтах, растягивался в шпагате. Каков наглец! Если учесть, что поединок происходил на мчащихся машинах, то зрелище было впечатляющее!

Вот он применил мастерский боковой удар, но Спалко, четко парировав, крикнула ему:

– Ты дерешься, как все нетерпеливые мальчишки. Сразу рветесь в бой. Для вас главное – поскорее закончить. Настоящие мастера наслаждаются долгим поединком!

– Прошу прощенья, – усмехнулся он в ответ, – кажется, вы имеете в виду не фехтование!

Расстояние между машинами сократилось, и он снова бросился в атаку. Одной ногой на борту амфибии, другой – на джипе. Снова зазвенели клинки.

Удар. Защита. Удар. Защита...

Теперь они сражались почти лицом к лицу. Отступать было некуда.

Удар. Защита. Удар. Защита...

Вдруг машины стали разъезжаться и, зависнув над пропастью, Матт был вынужден фехтовать в широком шпагате.

Сделав секундную паузу, Спалко рассмеялась:

– Люблю мальчишек. Они такие непосредственные и пылкие. Все их желания написаны у них на лице.

Жаль было кончать поединок, когда противник находился в такой невыгодной позиции, но на этот раз Спалко не могла себе позволить игру в кошки-мышки. Сделав выпад, она выбросила клинок, чтобы пронзить противника точно в сердце.

Но в последнее мгновенье амфибия вильнула, борта машин снова сошлись вплотную, и, подпрыгнув высоко вверх, юноша сделал сальто, и стальное острие пронзило лишь пустое пространство. Спалко потеряла равновесие и по инерции едва не опрокинулась через борт. Ее спасло только то, что машины были слишком близко, она успела перепрыгнуть в амфибию. Но, не удержавшись на ногах, споткнулась и растянулась в задней части кузова.

Впрочем, ее противнику тоже досталось. Перекувырнувшись в воздухе, Матт перелетел в джип и приземлился на заднее сиденье. Таким образом, они поменялись позициями. Приподнявшись, Спалко увидела, как одной рукой он поднял упавшую на пол рапиру, а другой – схватил рюкзак с хрустальным черепом.

Главный приз ускользал... Нет, только не это!

* * *

Марион успела заметить, как сын перепрыгнул в другую машину.

– Матт! – окликнула она сына. – Сейчас же вернись!

Водитель попытался схватить юношу за воротник кожаной куртки, но тот успел отпрянуть. Джип начал притормаживать, и амфибия Марион проскочила вперед.

Беспокоясь за жизнь сына, Марион поспешно обернулась и посмотрела назад. И это спасло жизнь ей самой. Удар сабли рассек спинку сиденья.

Спалко!

Сосредоточив все внимание на Матте, Марион позабыла про русскую.

Она резко нажала на тормоз. Амфибия дернулась, и Спалко, пробив лобовое стекло, поехала по капоту. Если бы не станковый пулемет на носу амфибии, за который она ухватилась обеими руками, она оказалась бы под колесами.

Вскочив, Спалко мгновенно развернула пулемет – прямо на Марион, почти в упор.

Дав длинную очередь, русская вдребезги разнесла то, что осталось от лобового стекла. Но Марион успела нырнуть вниз и снова нажала на газ.

Амфибия рванулась вперед, и, потеряв равновесие, Спалко вцепилась в пулемет, продолжая палить куда попало.

Марион рискнула выглянуть из-за руля и увидела, что амфибия почти догнала джип, и в нем – изумленное лицо Матта. Она нажала на тормоз, и другой джип пронесся мимо.

Между тем русский водитель продолжал бороться с Маттом. Скорее инстинктивно, чтобы избежать столкновения, Марион нажала газ. Увидев, что амфибия подошла почти вплотную, Матт размахнулся рюкзаком с черепом и обрушил его на голову водителя. Водитель сразу отключился, и джип сбавил скорость. Марион не успела отреагировать.

Амфибия врезалась джипу в задний бампер.

Спалко снова бросило вперед, и она плюхнулась на заднее сиденье джипа.

– Матт!!!

Глава 8

Юноша услышал крик матери в тот момент, когда сила инерции отбросила его в угол кузова. Однако он успел подняться на ноги и посторониться, чтобы пропустить летящую прямо на него Спалко. Не выпуская рюкзака с черепом, он принялся шарить около себя, но – увы! – рапира бесследно исчезла. Впрочем, он и не думал капитулировать.

Спалко что-то яростно рявкнула водителю, который мгновенно пришел в себя и нажал на газ. Джип рванул вперед. Спалко снова переключилась на Матта. Вперившись в него своим ледяным взглядом, русская протянула руку и потребовала:

– Живо сюда череп!.. К тому же для такого шустрого мальчишки у меня всегда найдется работа! – многообещающе добавила она.

– Как бы не так, детка! – усмехнулся юноша, загораживаясь кулаком.

Не тратя времени на дальнейшие уговоры, Спалко сразу перешла в атаку, осыпав Матта градом ударов. Несмотря на всю его изворотливость, многие из них достигли цели. Судя по всему» русская отлично владела искусством рукопашного боя. В голове юноши зазвенело от пропущенного хука справа. «Ну, хватит! – решил он, вскипев от ярости. – Сколько можно быть боксерской грушей?!» Пусть он не так хорошо владеет карате, зато мускулы у него железные.

Выбросив вперед рюкзак с черепом в качестве отвлекающего маневра, Матт сокрушил Спалко ответным ударом в челюсть. Падая, она успела как следует пнуть его ногой в живот. Скрючившись от боли, он тем не менее сумел развить атаку и, схватив Спалко за волосы, ткнул головой в спинку сиденья.

Теперь силы равны...

Спалко выпрямилась, пуговицы ее куртки отлетели одна за другой, и... Матт ахнул от неожиданности. Краска прилила к лицу. Как-никак он все-таки был мужчиной!

Воспользовавшись его замешательством, Спалко ударила его прямо кулаком в лицо. Он попытался уклониться, но не слишком удачно: из рассеченной брови брызнула кровь.

– Что, первый раз? – усмехнулась русская. – Я имею в виду – получаешь по физиономии?

Вне себя от подобного вероломства, Матт с утроенной энергией бросился вперед. Но Спалко, рассчитывавшая именно на такую реакцию, отклонилась в сторону. Матт отлетел к борту джипа. Она тут же бросилась на него.

– Чтобы одержать победу, одних мускулов мало, – прошипела русская. – Требуется хладнокровие!

Теперь она перешла в атаку, вкладывая в удары всю силу, и завершила серию, пнув юношу ногой в грудь, да так, что тот попятился назад, беспомощно раскинув руки.

Как хищная кошка, Спалко снова бросилась вперед и выхватила у него из руки рюкзак с черепом.

Нет!!!

Увы, Матт был бессилен что-либо предпринять. Не удержавшись на ногах, он перелетел через борт, но, к счастью, приземлился не в заросли, а на капот джипа, который как раз поравнялся с ними.

Оглянувшись на водителя, он изумленно пробормотал:

– Папа?!

– Не мог же я тебя бросить в минуту опасности, сынок, – усмехнулся Инди.

На заднем сиденье юноша успел разглядеть также Оксли, который следил за происходящим с полнейшим равнодушием. Более того, мужчина по имени Мак, привстав с переднего сиденья, протянул Матту руку, чтобы помочь юноше перелезть через лобовое стекло в машину.

Джип затормозил.

Но Матт не торопился перелезать в кабину. Он показал рукой в сторону джипа, на котором унеслась Спалко, и заорал:

– Чего вы ждете, старые клячи?.. У нее же череп!!!

– Весь в меня, – пробормотал Джонс, выжав полный газ.

Джип рванулся вперед. Матт так и остался на капоте – в качестве экзотического украшения. Ветки и листья деревьев бешено захлестали его по лицу, щекам, спине. Загородившись локтем, он покосился назад и увидел, что за ними несется амфибия Марион.

Юноша рискнул немного приподняться, чтобы помахать матери, но, к сожалению, совсем не вовремя.

Едва он поднял руку, как одна из лиан перехлестнула его кисть и в мгновенье ока сорвала с капота. С отчаянным воплем юноша взмыл в воздух, и его подбросило к самым верхушкам деревьев, словно камень, выпущенный из пращи. Ему показалось, что мир разлетелся вдребезги.

Достигнув максимума амплитуды, он на мгновение застыл в пространстве, и в его мозгу пронеслось, что сейчас он рухнет вниз и от него не останется даже мокрого места... Но, как ни странно, он не упал, а повис на одной из верхних ветвей, инстинктивно обхватив ее руками и ногами.

Внизу пронеслись и исчезли джипы.

Матт покрепче ухватился за сук. Потом он оглянулся вокруг и – со всех сторон на него пялились десятки жутких морд!.. Он завопил от ужаса. Морды завопили в ответ.

Обезьяны!

Они сновали вокруг, прыгая с ветки на ветку.

Глядя, как они ловко перелетают с дерева на дерева, юноша понял, как ему нужно действовать.

Когда-то в детстве у него это получалось совсем неплохо!..

Схватив одну из оказавшихся под рукой лиан, Матт попробовал ее. на прочность, а затем, решив, что она вполне выдержит его вес, соскочил с ветки и отчаянно бросился вниз.

Размашисто перелетая с дерева на дерево, ловко цепляясь то за одну лиану, то за другую, он поспешил вслед за джипами, сопровождаемый визгом обезьяньей стаи.

Глава 9

– Я уже запутался, кто кого догоняет! – воскликнул Мак.

Инди усмехнулся и круто развернул джип. Еще мгновенье назад он шел борт о борт с русской, но теперь оказался впереди нее. Заросли сомкнулись густой стеной, а затем впереди открылся гребень громадного утеса. Чтобы не слететь в пропасть, Инди был вынужден свернуть в сторону и теперь, вырвавшись вперед, несся прямо над обрывом. Далеко внизу белой пеной клубился водопад и сверкали мокрые каменные глыбы.

Неожиданно их джип оказался в очень невыгодном положении. Но не потому, что машина летела, не разбирая дороги, перескакивая через поваленные стволы и колдобины, а потому что сзади их преследовал джип Спалко, который то и дело таранил их в задний бампер, норовя сбросить с обрыва.

Похоже, Спалко хорошо понимала свое преимущество и яростно жала на газ.

– Может быть, нам лучше пропустить ее вперед? – предложил Мак. – Как-никак дама!

– Эй, – огрызнулся на него Инди, – мне тут еще советчиков не хватало!

– Не волнуйся, похоже, долго тебе терпеть меня не придется, – вздохнул Мак, искоса поглядев через борт в пропасть.

Инди отчаянно маневрировал. Быстрее разогнаться он не мог. Земля то и дело грозила уйти из-под колес. Вдруг джип накренился, и заднее колесо беспомощно закрутилось над пропастью.

– Ну же, ну!!! – бормотал Инди.

Сзади взвыл джип-преследователь. Спалко разгонялась, чтобы на этот раз наверняка сбросить их вниз. Кроме них, поблизости не было никаких других машин. Остальная колонна сильно отстала. Марион решила задержаться в лесу, чтобы отыскать пропавшего сына. Инди от души надеялся, что ей это удалось, и они в безопасности.

Лихорадочно дергая рычаг переключения скоростей, он старался сдвинуть джип с места, но тут у него заглох мотор.

Будь проклята эта развалюха!

Оглянувшись, он увидел торжествующую физиономию Спалко. Набирая скорость, ее джип летел прямо на них.

Инди снова переключился на первую, запустил двигатель и нажал на газ. Колеса бешено вращались, поднимая тучу пыли. Вниз с грохотом сыпались булыжники. В нескольких метрах впереди обломился огромный кусок скалы и обрушился в пропасть. Спалко была вынуждена немного притормозить, чтобы правильно рассчитать траекторию. В любом случае русская не собиралась отказываться от своего намерения.

Неожиданно с верхних ветвей метнулась какая-то тень. Инди лишь успел рассмотреть кожаную мотоциклетную куртку.

Это был его сын!

Прыгнув в джип, Матт с размаху вышиб Спалко с водительского сиденья. Потеряв управление, машина понеслась прямо в пропасть...

– Матт!!! – в ужасе вскричал Инди.

* * *

Что за жизнь, ей-богу, целый день на него все орут! В том числе родные родители.

Кто-кто, а уж он-то, Матт, прекрасно знал, что делает!

Круто рванув руль в сторону, он в последний момент успел отвернуть от обрыва. Затем, перегнувшись через сиденье, подхватил завалившийся в угол рюкзак с хрустальным черепом.

Солдат, сидевший на заднем сиденье, бросился было на него, но у Матта оказалось надежное прикрытие. С деревьев посыпались разъяренные обезьяны. Попробуй тронь! Шутить с собой не позволят и своих в обиду не дадут! С воинственным визгом обезьяны накинулись на солдата.

– Грацио, комрады! – с благодарностью откликнулся Матт. – Спасибо, собратья!

Не выпуская рюкзака, он перелез через руль, перепрыгнул через лобовое стекло на капот и, отбив на капоте лихую чечетку, одним прыжком перемахнул в отцовский джип.

Джип слегка тюкнул машину в задний бампер. Этого оказалось вполне достаточно, чтобы колеса снова обрели сцепление с землей, и машина рванулась вперед.

– Ты что, сумасшедший? – проворчал Инди.

– Такой же, как мой отец, – усмехнулся юноша.

Плюхнувшись на заднее сиденье рядом с Оксли, Матт радостно потрепал профессора по колену. Оксли жадно смотрел на его трофей. Потом протянул руки и, бережно положив рюкзак к себе на колени, осторожно заглянул в щелку. На его лице расплылась счастливая улыбка. Потом, развязав ремни, вытащил хрустальный череп на свет божий. Драгоценный кристалл засиял, как тысяча солнц.

Они... это... сделали!

Матт оглянулся. И как раз вовремя. На сиденье джипа рядом с водителем стояла Спалко. В руке у русской была рапира, которую Матт выронил, когда делал сальто-мортале. Размахнувшись, Спалко метнула рапиру, словно дротик, прямо в затылок Инди.

Юноша бросился вперед, чтобы заслонить собой отца. Если уж кому и было суждено убить Инди, то только не этой дикой кошке!

Вдруг Оксли встрепенулся и поднял над головой хрустальный череп. И мгновенно траектория летящей рапиры искривилась. Цви-и-и-нь!.. Стальной клинок, притянутый мощным магнитным полем, пронзительно щелкнул по сверкающему кристаллу, как по звонкому корабельному колоколу.

Даже не поняв, что произошло, Инди удивленно обернулся.

– Может, хватит в игрушки играть? – проворчал он.

Сзади взвыл джип Спалко, которая не собиралась выпускать из рук добычу.

Еще не вечер!

* * *

Давченко сидел за рулем грузовика со срезанным верхом. Губы плотно сжаты. Глаза, как две ледяные булавки. Оказавшись в хвосте колонны, он подбирал на тропе солдат, которые выкарабкивались из кустов и прыгали в кузов. Он был как ураган, медленно, но верно набиравший силу, чтобы в какой-то момент взорваться в бешеном порыве и броситься напролом.

Собрав достаточно людей, он свернул с тропы, по которой шла колонна, и направил грузовик наперерез Джонсу прямо через джунгли. Смахивая рукавом кровь из-под носа, он желал лишь одного: порвать американца в клочья.

Глава 10

Инди катил вдоль обрыва. Склон ущелья становился все более пологим. Среди скал и зарослей все чаще мелькала вспененная вода. Обрушиваясь вниз тяжелой массой, река разливалась все шире.

Неожиданно тропинка отвернула от обрыва и стала взбираться вверх. Инди нажал на газ, и джип полез в гору. Что там, за перевалом, Инди не знал, зато хорошо понимал, что их ждет, если они снизят скорость. Сзади то и дело гремели выстрелы. От пуль их пока спасало лишь то, что на ухабистой дороге невозможно было прицелиться.

Инди также понимал, что Спалко будет преследовать их с упорством хищного зверя. Одно хорошо, теперь она избегала идти на таран, понимая, что если их джип опрокинется в реку, то хрустального черепа ей не видать как собственных ушей. Да и выстрелы были скорее для устрашения. В данном случае она не могла себе позволить рисковать.

Инди взглянул в зеркало заднего обзора. Держа на коленях хрустальный череп, Оксли забавлялся им, как дитя. На лице профессора сияла блаженная улыбка. Череп защищал их от беспощадной Спалко. Хотя она и висела у них на хвосте. Единственное, на что можно было рассчитывать, это оторваться от нее в джунглях.

Инди яростно жал на педаль газа. Джип набирал скорость. Наконец он перемахнул через крутой гребень холма и, как с трамплина, взмыл в воздух. Водитель судорожно вцепился в руль, а пассажиры в сиденья.

Перелетая через овраг, Инди с изумлением увидел, что впереди, прямо поперек тропы возвышается странный серый холм, похожий на огромную помойку. Казалось, сотни мусоровозов свалили посреди джунглей многие тонны шлака и пыли.

Инди не успел затормозить.

Приземлившись, джип по инерции стал взбираться на этот странный холм. Однако очень скоро колеса забуксовали, погрузившись в пыльную массу. Мотор заглох.

В наступившей тишине оглушительно взвыл двигатель джипа-преследователя, который должен был вот-вот вылететь из-за гребня.

– Пора уносить ноги! – крикнул Инди.

Распахнув дверцы, они высыпали из джипа и поспешили вниз по склону холма. Мак поддерживал Оксли, который не выпускал из рук рюкзак с черепом. Инди схватил за локоть Матта и потащил за собой.

Но скрыться в джунглях они не успели. Джип Спалко вылетел из-за гребня и, описав в воздухе крутую дугу, приземлился на холм. Скорость была такой, что, в отличие от джипа Инди, машина взлетела на самую вершину. Там она тоже забуксовала, погрузившись в пыль по бампер, и заглохла.

Инди разобрал смех. Но мешкать было нельзя. Самое время оторваться от погони.

Но тут Матт ткнул пальцем себе под ноги.

– Я же говорил, тут водятся гигантские муравьи!

Инди нахмурился и взглянул туда, куда показывал юноша. Два огромных муравья, размером с ладонь, спешили по своим делам.

Инди перевел взгляд на странный холм. Только сейчас до него дошло, что это такое. Отчаянно замахав Маку и Оксли, чтобы те поторапливались, он схватил Матта под руку и потащил дальше.

– Бежим!..

* * *

Едва придя в себя после приземления, Спалко приподнялась на сиденье и огляделась. Чтобы собраться с силами, она сделала несколько дыхательных упражнений по системе йоги. В голове сразу прояснилось. На склоне холма она увидела джип американцев.

Охваченные ужасом, Инди и его товарищи улепетывали во весь дух.

Спалко усмехнулась. То ли еще будет!

Она повернулась к солдату на соседнем сиденье. Тот глухо стонал, потирая лоб, разбитый о переднюю панель.

Что ж, опять все приходится делать самой!

Перевалив солдата на бок, она вытащила у него из кобуры пистолет. Сжав пистолет обеими руками, она перевела дыхание и стала целиться в убегавших.

Сначала, конечно, доктор Джонс.

Теперь ей нечего было опасаться, что джип грохнется в реку и драгоценный череп утонет. Отсюда сверху она спокойно перещелкает беглецов, одного за другим. А потом без помех заберет рюкзак с черепом.

Почувствовав смертельную опасность, Инди невольно обернулся. Их взгляды встретились.

Прощайте, доктор Джонс!

Но выстрелить Спалко не успела. На стволе пистолета появился громадный муравей и зашевелил усиками-антеннами.

Ну и чудище!

Муравей пробежал по стволу и цапнул изумленную Спалко за палец, взводящий курок.

От боли у нее потемнело в глазах. Она яростно заколотила рукой по приборной доске, а затем запрыгнула на сиденье. В кабине появились другие муравьи. Они выползали из вентиляционных отверстий, карабкались вверх по педалям. Не успела она прийти в себя, как на полу их собралось великое множество. И они устремились к ней.

Спасаясь от муравьев, Спалко перелезла через лобовое стекло и прыгнула на капот. Склоны холма покрывались муравьями. Они лезли отовсюду. Казалось, земля вокруг закипела. Неисчислимое множество муравьев. В нос ударила тяжелая, густая вонь, которую распространяли насекомые. Это был запах гниющего мяса.

Спалко все поняла. Она оказалась в колонии термитов-хищников.

Солдат, находившийся в джипе без сознания, вдруг задергался и ожесточенно захлопал себя по щеке. Острая боль привела его в чувство. Завопив, он повернулся к Спалко, и она увидела, что вся правая половина его лица покрыта муравьями. По его подбородку и шее текла кровь. Стараясь спастись, солдат перевалился через борт джипа и спрыгнул на землю.

Это его и погубило. Не прошло и нескольких мгновений, как его накрыла волна гигантских муравьев. Ослепленный, он упал на четвереньки и с воем пополз по земле.

Глава 11

– Это огромный термитник! – в ужасе выдохнул Инди.

– Вот черт! – ахнул Мак.

Когда они наконец сбежали с холма, Инди на ходу оглянулся. Спалко стояла на капоте джипа. Весь холм, превратившись в грозный вулкан, кипел от бесчисленных муравьев. Они стекали по склонам, как рыжая лава.

– Сиафу! – пробормотал Инди и, встретив вопросительный взгляд Матта, пояснил: – Так называют колонии термитов. Даже самые мелкие из них способны прокусить кожу до мяса... Мы должны добраться до реки!

Инди уже приходилось сталкиваться с колониями термитов в джунглях Центральной Африки и Азии. Численность насекомых в колонии может достигать нескольких миллионов. Когда они отправляются в путь через джунгли, их ничто не может остановить. Звери и люди стараются убраться подальше. Даже огромные слоны – и те спасаются бегством.

Но известные ему муравьи не шли ни в какое сравнение с этими!

Инди снова оглянулся. На вершине термитника Спалко стояла неподвижно, как статуя. На капоте джипа. Их взгляды снова встретились. Но теперь между ними было клокочущее муравьиное море. Он чувствовал, что она сгорает от ненависти и желания убить его. Он продолжала целиться в него из пистолета, однако... не решалась нажать на спусковой крючок, понимая, что ее единственный шанс на спасение – оставаться совершенно неподвижной и не проявлять никакой враждебности. Стоило выстрелить или пошевелиться, на нее тут же набросятся легионы разъяренных термитов.

Подгоняя остальных, Инди бросился к противоположному гребню холма. Нельзя было терять ни секунды. Мак и Матт тащили под руки Оксли. Еще раз оглянувшись, Инди увидел, что полчища термитов развернулись и с поразительной скоростью устремились за ними.

– Быстрее! Еще быстрее! – закричал он.

Когда они достигли дальнего гребня холма, до них донесся странный, стремительно нарастающий шум. Сначала Инди подумал, что это грохот водопада. Потом он задрал голову и посмотрел на небо.

Может, на них надвигалось торнадо?

Разгадка пришла сама собой. Из густых джунглей выскочил мощный армейский грузовик.

Тот самый, битый-перебитый, с которого снесло брезентовый верх.

Резко затормозив, грузовик перекрыл им дорогу, едва не свалившись с обрыва в пропасть. Путь к реке тоже был отрезан.

Распахнулась дверца, и на землю спрыгнул знакомый великан. Свирепый полковник Давченко.

И, словно сорвавшийся с рельсов локомотив, устремился прямо на Инди. На его лице, перекошенном ненавистью, застыла жажда мщения.

Отвлекая внимание русского на себя, Инди попятился назад.

– К реке! Скорее бегите к реке! – крикнул он Матту и Маку.

Оксли энергично закивал, а потом вдруг упал ничком на траву, прикрыв собой рюкзак с черепом.

Матт попытался поставить его на ноги.

Понимая, что юноша ни за что не согласиться бросить профессора, Инди повернулся к Маку:

– Тащи парня к реке!

Мак кивнул и, схватив юношу под руку, потащил за собой к обрыву.

В следующую секунду в Инди врезался слетевший с рельсов локомотив.

* * *

– Да пусти ты, мужик! – упираясь, бормотал Матт. – Нужно забрать Окса!

Но британец оказался сильнее. То ли потому что был старше, то ли от страха. И все же юноша продолжал отбиваться:

– Никуда я не пойду без Окса!

Мак показал ему на склон холма. Еще немного, и их захлестнут полчища муравьев, которые катились на них бурлящими волнами.

– Давай, парень! Ты еще слишком молод, чтобы отдавать себя на растерзание термитам... А об Оксли позаботится Индиана!

Матт с сомнением покачал головой.

– Ты, наверное, еще не в курсе, сынок, – продолжал Мак, – но твой батя выбирался и не из таких переделок!

Последнее, что увидел Матт, – как от удара кулака в живот Инди подбросило в воздух. Мак тащил юношу за собой, приговаривая:

– Если кому и суждено вылезать из дерьма свежим и благоухающим, как утренняя роза, так это нашему Индиане!

Матту не оставалось ничего другого, как поверить на слово.

Они направились прямо к обрыву. Но тут возникла одна небольшая проблема.

Вражеский грузовик.

Машина заблокировала дорогу. Защелкали затворы карабинов и автоматов. Было ясно, что на этот раз солдаты не позволят им так просто уйти. Мак и Матт попытались взять левее, но грузовик тут же рванул следом.

Матт оглянулся. Со стороны холма на них неслась армия термитов. Они оказались в ловушке.

Мак озабоченно сдвинул брови.

– Похоже, Инди придется спасать и нас тоже...

* * *

С первого же взгляда Марион оценила ситуацию. Когда из джунглей выскочил грузовик, она поняла, что теперь вся надежда на ее амфибию. Русский решил срезать дорогу. Эти красные всегда играют по своим правилам!

Промедление было смерти подобно.

Марион вдавила в пол педаль газа, и амфибия рванулась вперед, отсекая грузовик от Матта и Мака.

Расчет оказался верным. Неожиданное появление амфибии застало русских врасплох. Ведь это была их амфибия, и они не сразу сообразили, кто за рулем. Воспользовавшись их замешательством, Марион успела перекрыть линию огня.

– Живо в машину! – крикнула она Матту и Маку.

Сообразив, наконец, кто за рулем, русские открыли оглушительный огонь.

Марион пригнулась как можно ниже. Пули рикошетили от бронированного борта амфибии. Матт и Мак запрыгнули в машину и тут же бросились на пол.

– Мы должны гнать к реке, мама! – крикнул Матт.

– План есть план... Но сначала... – Марион включила заднюю передачу. – ...нам нужно забрать Оксли и твоего отца!

– Марион! – вмешался Мак. – Инди распорядился, чтобы мы отправлялись к реке без него.

Марион нажала на газ.

– Эй, Мак! Когда это он мной командовал, а?

Глава 12

На Инди уже не было живого места. Сплошная отбивная котлета – можно подавать термитам на обеденный стол. Несколько его ударов достигли цели, но все они были русскому гиганту – как слону дробина.

Услышав за спиной выстрелы, Инди боялся даже оглянуться. Потом он услышал голос Марион и понял, что все в порядке.

Рядом на траве лежал Оксли, прижимая обеими руками к животу рюкзак с драгоценным черепом. Еще несколько мгновений, и полчища термитов обрушатся на профессора.

Потрясаемый ударами русского, Инди тем не менее старался держаться поближе к Оксли. Нужно было как-то расшевелить друга.

Давченко все наседал. Он был в полном порядке, не считая разбитых в кровь кулаков. Да и то вряд ли это была его собственная кровь.

Инди замахнулся, но его удар был без труда парирован. Затем громадный, как утюг, кулак Давченко ударил его в грудь. Инди подбросило в воздух, и он плюхнулся на землю рядом с Оксли.

– Генри Джонс-младший, – расплылся в улыбке профессор.

Не в силах произнести ни слова, Инди только охнул и потер ладонью грудь. Удар русского медведя потряс его до основания.

Ну вот, кажется, Давченко удалось отыскать на его теле место, где еще не было синяков и переломов.

Теперь будут.

Перекатившись на живот и поднявшись на четвереньки, Инди оглянулся.

А где, собственно, наши друзья-термиты?

Первая волна муравьев была от них всего в нескольких шагах. Шансов спастись практически не осталось. Инди схватил профессора, чтобы оттащить в сторону, но тот энергично вырвался и неожиданно выхватил из рюкзака череп и поднял вверх.

Горный хрусталь ослепительно засиял... И, словно по волшебству, полчища термитов разделились и стали обтекать их с двух сторон.

Но на спасительном островке они оказались не одни.

С медвежьим ревом Давченко бросился в атаку. Инди решил, что с него хватит и пошел прямо на медведя. Когда Давченко был готов схватить его своими страшными лапами, Инди нырнул вниз и, присев, перебросил русского через себя. Бросок получился идеальным. На этот раз огромная масса русского сослужила последнему плохую службу. Перелетев по инерции через Инди, он со всего маху шлепнулся на спину – прямо в гущу хищных термитов.

И через мгновенье был с головы до ног облеплен муравьями.

Давченко попытался приподняться на локтях, но термиты уже рвали его на части. Из его горла вырвался истошный вопль, но почти сразу был заглушен набившимися в рот насекомыми. Термиты лезли в глаза, уши, ноздри. Он покатился о земле, корчась в беззвучной агонии.

Затем его тело заскользило по земле.

Сначала Инди показалось, что русский пытается ползти по-пластунски, но потом увидел, что это волна термитов приподняла его на несколько сантиметров от земли. Огромное скопище насекомых тащило добычу в термитник.

Кушать подано.

Сегодня в меню деликатес.

Туша русского медведя.

* * *

Марион гнала амфибию задним ходом.

В зеркало заднего обзора она увидела, как Инди поднял профессора с земли и взвалил на плечи. Оксли вцепился в череп мертвой хваткой. Сгибаясь под тяжестью, Инди с трудом побрел навстречу амфибии. Скопища термитов расступались перед ним, как Красное море перед ветхозаветным Моисеем.

Марион и прочим повезло меньше.

Термиты покрыли плато густой массой. Грузовик и амфибия исчезли под ними без остатка.

Вскрикивая от боли, Матт и Мак принялись хлопать себя ладонями.

Несколько термитов вскочили на ноги Марион.

На краю обрыва, в надежде спастись от муравьев, разматывая веревки, суетились с альпинистским снаряжением русские, понимая, что их единственный шанс – добраться до реки.

Наконец Марион поравнялась с Инди.

– Тебя подбросить, незнакомец? – весело и как ни в чем не бывало поинтересовалась она.

Ну и видок у него! Сплошные синяки да кровоподтеки. Она ожидала, что он хотя бы разозлится. Но Инди сдержанно улыбнулся и еле слышно промолвил:

– Спасибо, Марион!

Он был такой жалкий, что у Марион защемило сердце. Передав Оксли в руки Маку, Инди вскарабкался на переднее сиденье рядом с ней. Его рука незаметно нашла ее руку и нежно пожала. Это простое рукопожатие немного согрело ее сердце, оледеневшее от ужаса.

– Куда теперь, красотка? – шепнул он.

Ободренная, Марион включила дворники, чтобы смести с лобового стекла муравьев. Затем нажала на газ и направила амфибию прямо к ущелью.

Увидев, куда они мчатся, Инди сжал ее руку немного крепче.

– Прелесть моя, если ты не затормозишь, мы грохнемся с обрыва...

– Этого я и добиваюсь! – усмехнулась она.

– Не слишком удачная идея, – проворчал он. – Дай-ка мне руль!

Но, вместо того чтобы подчиниться, Марион наградила Инди одной из его фирменных кривых улыбочек: нам, мол, и море по колено, прибавив опять-таки его всегдашнее:

– Доверься мне!

Амфибия набирала скорость. Русские солдаты разбегались в стороны. Не обращая на них внимания, Марион вывела машину прямо к обрыву и бросила ее в пропасть.

Глава 13

Спалко слышала шум, крики, выстрелы, но на ее лице не дрогнул ни единый мускул. Стоя на капоте джипа, она воспользовалась техникой непальских монахов, которая позволяла контролировать дыхание, ритм сердца, температуру тела. У них она научилась превращаться в «ничто».

Теперь она находилась именно в этом состоянии.

Как будто ее вообще не существовало.

Ничто.

Термиты не обращали на нее внимания. Она ждала, когда они уйдут из муравейника, наблюдая, как густая лавина насекомых медленно сползает с холма. Наконец холм очистился, и Спалко тихонько пошевелилась. Нужно было успеть убраться подальше, пока они не вернулись. Это был ее единственный шанс на спасение. С величайшей осторожностью она слезла с капота и поворошила ногой пыль. Сначала одной, затем другой. Никто не бросился на нее в атаку.

Стараясь ступать как можно мягче, тщательно следя за своим дыханием, она пустилась бегом под гору. При этом ни на мгновение не выпускала из виду муравьиную армию. Едва спустившись с холма, она решила, что туда, откуда доносились крики, направляться не стоит, и, отбросив предосторожности, понеслась без оглядки по направлению к лесу. Все изгибы реки были ей хорошо известны. Времени на сомнения не осталось. Она знала, как добраться до реки другой дорогой.

Но сначала нужно отыскать товарищей.

Потом очередь за доктором Джонсом!

* * *

Амфибия с разгону сорвалась со скалы и взмыла в воздух. Одной рукой Инди вцепился в Марион, а другой в ручку своей дверцы. Мимо пронеслись солдаты, которые готовились к спуску и торопливо бросали с обрыва веревки.

Несколько мгновений машина парила в воздухе, так, что захватило дыхание, а затем ухнула вниз.

– Мари-о-о-он! – вырвалось у Инди.

Неожиданно амфибия, резко спружинив, обо что-то стукнулась и повисла в пространстве, так и не достигнув дна ущелья. Инди бросило вперед, он едва не разбил лицо о приборную доску.

Какого черта!..

Онемевший от изумления, он перевесился через борт амфибии и взглянул вниз. Неужели они грохнулись на какой-то промежуточный уступ скалы?.. Ничего подобного. Сквозь ветви и листья было видно, как внизу среди скал пенится водопад. Потом Инди перевел взгляд на Марион. Наконец до него дошло, куда они приземлились. Сорвавшись с обрыва, как птица в ловчую сеть, амфибия угодила в ветви громадного дерева.

– Дерево?! – пробормотал он. – Ну вот, по твоей милости мы оказались на каком-то дурацком дереве!

Пожав плечами, Марион продолжала давить на газ. Колеса крутились в воздухе, взбивая вокруг сорванную с веток листву.

– Я приметила это дерево еще раньше, когда ехала сюда. К тому же в этом месте обрыв не такой уж высокий...

Инди только покачал головой. Этот полет стоил ему пяти лет жизни.

Кроме того, их неприятности отнюдь не закончились.

Русские солдаты уже спускались с обрыва и направлялись прямо к ним.

А с другой стороны на них катила красная волна термитов.

– Здесь нельзя оставаться! – заорал Инди, стараясь перекричать вой двигателя.

Амфибия слегка вздрогнула. Дерево затрещало и под весом автомобиля наклонилось в сторону. Корни дерева затрещали и стали рваться из земли. К тому же с обрыва катились громадные валуны, которые с силой ударяли о ствол, отчего дерево кренилось еще ниже.

Затаив дыхание, они наблюдали, как мимо них, не обращая никакого внимания на застрявшую на дереве амфибию, пробегают первые русские солдаты, которые успели спуститься с обрыва по веревкам. Вражда отступила перед общей смертельной угрозой. За убегающими солдатами неслась лавина муравьев-людоедов. Один из них споткнулся, дико вскрикнул, и его тут же накрыла хищная волна.

Между тем амфибия накренялась все больше и больше носом вниз.

Через лобовое стекло Инди разглядел песчаный берег и бурлящую реку. Не так уж высоко. Дерево продолжало гнуться. Центр тяжести смещался, амфибия все сильнее тянула корни из земли. Потом затрещали ветви, и машина стала соскальзывать вниз. На песок охапками сыпались листья. Вот-вот и амфибия сорвется с дерева...

– Держитесь! – закричал Инди.

Но, как оказалось, опасаться было нечего. Дерево плавно наклонилось, и амфибия мягко, без единого толчка съехала на прибрежный песок.

Русские солдаты с изумлением глазели на этот уникальный маневр. И все же не замедлили поднять автоматы и взять американцев на мушку.

Однако когда амфибия окончательно съехала с дерева, ствол резко распрямился и, как громадная мухобойка, с невероятно!! силой хлопнул по скале, превратив в лепешку нескольких скалолазов.

Более того, удар вызвал новый оползень. Часть скалы обломилась, и вся масса муравьев покатилась прямо на изумленных русских. Побросав автоматы, они бросились наутек. Амфибия пронеслась мимо них и нырнула в реку.

Здесь машина оказалась в своей стихии, она сразу поплыла, подхваченная течением. А ее пассажиры благополучно избавились сразу от двух опасностей – вооруженных русских и хищных муравьев.

Они это сделали!

Сердце у Инди радостно колотилось, а на лице сияла счастливая улыбка.

Оксли взволнованно тыкал пальцем на реку, так же, как и Инди, потрясенный неожиданным избавлением.

– Там!.. Там! – кричал профессор.

Потерявшую управление амфибию закрутило, но Марион ничего не могла с этим поделать. Она отчаянно нажимала на педали, крутила руль, но все безрезультатно. Машина была целиком во власти течения.

– Там!.. Там! – продолжал надрываться профессор, махая рукой. Другой рукой он прижимал к себе рюкзак с черепом.

Поглядев в том направлении, куда показывал Оксли, Инди успокаивающе потрепал приятеля по плечу и сказал:

– Ну да, туда мы направляемся, Окс. Можешь не волноваться!

Мак помог Инди усадить Оксли, а затем наклонился к Марион и, кивнув на приборную панель, любезно промолвил:

– Нажмите на эту кнопочку, милая дама, и машина чудесным образом превратиться в катер, а вы – в капитана!

Марион подозрительно хмыкнула, но на кнопку все-таки нажала.

Включился вспомогательный двигатель. Сиденье под Инди завибрировало. Бросив взгляд за борт, он увидел, что колеса сложились в специальные ниши, а сзади заработал мотор-помпа.

Держа руль одной рукой, Марион без труда выровняла амфибию, с торжествующей улыбкой обернулась к Инди, которому не оставалось ничего другого, как поздравить ее с успехом.

– Так держать, мамочка! – крикнул Матт, нагнувшись к ней.

Когда юноша снова расположился на заднем сиденье, Инди незаметно взял Марион за руку и уже не выпускал.

Глава 14

Амфибия плавно скользила по реке. Матт развалился на сиденье, сложив скрещенные ноги на борт. Почувствовав на себе пристальный взгляд, юноша оглянулся.

– Что такое? – удивленно спросил он, встретившись глазами с Инди.

– Я наблюдал, как ты сражался со Спалко... – Инди помахал рукой, изображая фехтование. – Ты научился этому в школе?

Матт пожал плечами.

– Один из бесполезных предметов, – хмыкнул он.

– Как оказалось, не такой уж бесполезный, – заметил Инди.

Не отрываясь от управления амфибией, Марион с гордостью сказала:

– Два года подряд он брал призы на всех турнирах, но потом, – прибавила он, нахмурившись, – его отчислили за то, что он организовал тотализатор.

– Что?! – возмущенно вскричал Инди. – Как отчислили? Как они посмели?

Матт с достоинством постучал себя кулаком в грудь.

– Я всегда делал ставки на самого себя. И заработал кучу денег. Что в этом плохого?

Мак хлопнул юношу по плечу.

– Молодчина! – Сделав небольшую паузу, британец понизил голос и с серьезным видом промолвил: – Но кое в чем тебе еще придется подучиться...

– В чем это?

– Нужно уметь доводить дело до конца. Особенно с женщинами.

Матт подумал и согласился. Пожалуй, британец прав. Жаль, что ему это раньше не пришло в голову.

Инди хотел что-то энергично возразить, но неожиданно амфибию затрясло и начало бросать из стороны в сторону. Все настороженно примолкли.

– Течение становится все сильнее, – предупредила Марион.

Матт взглянул на реку и воскликнул:

– Впереди небольшие перекаты! Думаю, беспокоится не о чем. Ты с ними справишься, мама!

Мать похлопала его по плечу и улыбнулась. Она вывела амфибию туда, где поглубже, но и течение там было сильнее.

Мак подвинулся к Матту и протянул руку Марион.

– Кстати, позвольте представиться – Джордж Макхейл! Прошу прощенья, что первое впечатление было не таким приятным. Двойной агент и все такое... Вообще-то я очень даже...

Инди хлопнул британца по руке.

– Эй, лучше держись от нее подальше!

– Почему это?

Инди нахмурился.

– Думаешь, я не вижу, как ты пялишься на нее, приятель. Облизываешься, как голодный кобель!

Амфибия неслась через перекаты, о которых говорил Матт. В какой-то момент она зарылась носом, и пассажиров окатило водой.

Особенно досталось Матту. Волна ударила прямо в лицо, и он успел нахлебаться. Юношу смыло с сиденья и бросило на пол. Пытаясь подняться, он почувствовал, как что-то впилось ему в руку, и закричал от боли. Матт затряс рукой, в которую вцепилась небольшая пестрая рыбка.

– Ой! – с отвращением крикнул он. – Да это пиранья!

Остальные тоже закричали.

Матт тряхнул кистью, и рыбка полетела обратно в реку. Юноша прижал окровавленную руку к груди.

Но беспокойные крики продолжались.

– Со мной все в порядке! – успокоил он. – Ничего страшного!

Но, как оказалось, дело было вовсе не в нем. Все со страхом смотрели вперед. Они стремительно приближались к водопаду.

– Три раза! Три раза! – возбужденно воскликнул Оксли.

Марион пыталась справиться с управлением, но скоро стало ясно, что течение сильнее. Амфибия беспомощно фыркала, ее несло прямо к обрыву.

Матт вцепился в борт.

* * *

На берегу реки Спалко подсчитывала потери. Солдаты погрузились в три грузовика и осторожно спустились к реке объездной дорогой. Личный состав – отборные силы советского спецназа – сократился ровно на одну четверть. К тому же геройски погиб полковник Давченко... Но самое обидное, что всему виной были несколько жалких америкашек: женщина, мальчишка и пожилой археолог!

Впрочем, приходилось смириться с суровой реальностью: что есть, то есть. Нужно было двигаться дальше. Неприятель пустился вниз по реке, и Спалко ничего не оставалось, как направить колонну вдоль русла.

Машины выстроились друг за другом. Не тратя ни минуты, Спалко уселась в головную машину и скомандовала:

– Всем по машинам!.. Вперед!

* * *

Они летели через водопад в свободном падении.

Инди ухватился руками за дверную ручку, а ногами уперся в пол. Ему показалось, что его вот-вот выбросит из кабины. Амфибия тяжело плюхнулась в реку. На мгновенье она ушла под воду, но потом как ни в чем не бывало выскочила на поверхность.

Не так уж страшно!

Отплевываясь от воды, Инди облегченно вздохнул. Но расслабляться было рано- впереди показался второй водопад.

– Там!.. Там! – снова закричал профессор.

Амфибию подхватило мощным течением и снова бросило вниз. Снова свободное падение, удар о воду, погружение. Когда амфибия вынырнула на поверхность, Инди перебросило волной на заднее сиденье. Он едва не оказался за бортом. К счастью, все остальные были на месте.

Оксли приподнялся на сиденьи, продолжая кричать:

– Там!.. Там!..

– Успокойся, дружище! Ты же сам хотел, чтобы мы отправились вниз по реке. И ты, кажется, говорил о трех водопадах...

Но Оксли не унимался.

– Там!.. Там!..

– Кажется, он имеет в виду не реку, – вмешался Мак.

Инди увидел, что Мак прав. Профессор показывал рукой на дорогу, которая шла вдоль русла реки.

В этот момент на дороге показалось несколько грузовиков и джипов. Русские. Старые знакомые.

– Ах, черт!

Марион удивленно поднял брови.

– Что случилось?

Инди был вынужден признать свою ошибку.

– Мы могли проехать вдоль реки. К тому же у нас опять гости!

Он снова взглянул на Оксли. Бледный от страха, тот отчаянно мотал головой. Только теперь Инди понял, в чем дело.

Еще не видя. Просто по звуку. Жуткий, нарастающий гул.

Третий водопад.

Собравшись с духом, Инди взглянул в лицо этому воплощенному ужасу. Пенясь и шипя, река как будто обрывалась в никуда.

Впереди было одно лишь небо.

– Живыми нам его не одолеть, – пробормотал он. – По крайней мере, в этом корыте...

– Что с тобой, Инди? – обеспокоено спросила Марион, боясь даже подумать, что он сейчас предложит.

Инди мрачно оглядел спутников.

– Как только мы начнем падать, все должны немедленно покинуть амфибию... Короче, просто прыгайте за борт! Это наш единственный шанс спастись!

Никто не проронил ни звука, но Инди знал, что они поняли. Амфибия приближалась к пропасти. Инди повернулся вперед, чтобы встретить опасность лицом к лицу.

Никто даже не вскрикнул. Да и что толку было кричать?

Как только амфибия оказалась на краю водопада, каждый набрал в грудь побольше воздуха, готовясь броситься за борт. Машина ухнула носом вниз. Где-то далеко внизу зарябила река.

Инди надеялся лишь на чудо.

– Прыгайте! – заорал он.

Часть шестая

Заброшенный храм

Глава 1

Ожесточенно работая руками и ногами, Инди рвался на поверхность. Не понимая, где верх, где низ, он инстинктивно стремился из тьмы к свету. Легкие лопались от недостатка кислорода, мышцы скрутила судорога. Из последних сил ему удалось вынырнуть и жадно схватить ртом воздух.

Это было как второе рождение. Мир встречал его оглушительной овацией.

Неторопливо разгребая воду руками и ногами, Инди огляделся. То, что показалось ему оглушительной овацией, на самом деле оказалось шумом громадного водопада. Опасаясь угодить под водяной шквал, Инди стал отгребать прочь. К счастью, в этом месте река перетекала в небольшое озерцо – спокойное и глубокое, прежде чем снова нестись по перекатам вниз.

Течение ощущалось, но Инди без особого труда его преодолел. Когда рябь в глазах рассеялась, он увидел, что неподалеку в воде кто-то барахтается. Кто-то его зовет...

– Инди-и-и!..

Марион!

Он бросился на голос. Подплыв поближе, увидел, что это Марион и Матт. Оба гребли к берегу.

– Марион! – крикнул он.

Она оглянулась, и ее лицо просияло.

– Давайте к берегу! – кивнул он, оглядываясь по сторонам.

Ни в воде, ни на берегу не было никаких следов Мака и Оксли. Куда они могли подеваться?

Наконец неподалеку от водопада он заметил, как на берег выкарабкиваются две фигуры: Мак и Оксли, опираясь друг на друга, напоминали двух мокрых котов, которых топили да не утопили...

Инди поплыл к Марион и Матту. Едва выбравшись на берег, оба рухнули на землю совершенно обессиленные.

Инди и самому приходилось нелегко: намокшая одежда тянула вниз. Между тем он с любопытством осматривался вокруг. Воздух здесь казался гуще и прохладнее, вероятно, из-за близости водопада. На берегу теснились кустарники и цветущие орхидеи. То тут, то там из зарослей вспархивали попугаи макао с ослепительно алым опереньем. Из джунглей доносились крики любопытных мартышек: кто это там пожаловал в их владения?

Наконец Инди добрался до берега и вышел из реки. Казалось, он весил вчетверо больше обычного и едва волочил ноги. Стащив с плеча холщовую сумку, бросил ее на землю. Тут силы окончательно покинули его, и, сам того не заметив, он рухнул на четвереньки. Подполз к Марион. Та даже не подняла головы. Он растянулся на песке рядом с ней и притянул к себе. Как в старые добрые времена.

Он заглянул ей в лицо и нежно провел большим пальцем сначала по одной ее брови, потом по другой. Мокрая, изможденная, едва не захлебнувшаяся, Марион тем не менее была как никогда прекрасна.

Почувствовав на себе его взгляд, она чуть заметно улыбнулась.

– У тебя что, еще остались силы?

– Радость моя, ты даже не представляешь, как я...

– Еще как представляю. И неудивительно. Посмотри, что за жизнь ты ведешь: тебя носит бог знает где!

– Дело не в географии, милая. Это возраст.

Они пристально посмотрели друг другу в глаза. Впервые он был вымотан настолько, что не было сил даже иронизировать.

– Марион... – начал он.

В этом имени для него было все – и надежда, и желание.

Не успел он закончить фразу, как кусты затрещали. Рядом встрепенулся Матт и, словно пробудившись от спячки, завертел растрепанной головой.

– Это еще что за черт?

Инди привстал на локте и дернул плечом.

– Успокойся, сынок. Может, дикий олень или тапир...

Но это были Мак и Оксли.

Мак рухнул на песок рядом и, устремив бессмысленный взор в синее небо, пробормотал:

– Чтоб я еще когда-нибудь...

Следом за Маком приковылял Оксли. Несмотря на все приключения в реке, он ни на секунду не выпустил из рук рюкзак с черепом.

Усевшись на берегу спиной к воде, профессор поместил рюкзак к себе на колени и осторожно развязал. Достав хрустальный череп, опустил его на мелкую гальку.

Инди изумленно вскрикнул. Марион и Матт обернулись.

Оксли поместил череп таким образом, что взгляд пустых глазниц был направлен туда же, куда и его собственный. Инди отчетливо ощутил в воздухе какую-то нарастающую вибрацию. Не могло же ему это померещиться!

– Вы только посмотрите! – вырвалось у Матта.

Мелкие камешки и песок около черепа пришли в движение и стали выстраиваться в форме идеального круга.

Марион схватила Инди за руку.

– И страшно, и в то же время чудесно!

Инди прикрыл глаза ладонью в виде козырька и, проследив направление, в котором был повернут череп, показал туда рукой. На опушке джунглей виднелась довольно высокая черная скала, поросшая мхами и дикими орхидеями. Один из ее уступов напоминал громадную человеческую голову. Вернее, череп. Хрустальный череп.

Огромные глазницы.

Оксли пристально вглядывался в них и приговаривал:

– Ах, эти глаза, ослепшие от слез...

* * *

...Страна мертвецов... Золотое видение...

Матт покачал головой, словно снова и снова прокручивая последние строки у себя в голове. Ну конечно, он вспомнил, откуда это!

– Он цитирует Элиота! – воскликнул юноша.

Все разом повернулись к нему. Но, погруженный в свои мысли, он торопливо придвинулся к Оксли.

– Окс, ты помнишь? Ты заставлял меня читать эти стихи?.. «Ах, эти глаза, ослепшие от слез... Страна мертвецов... Золотое видение...»

Оксли и бровью не повел.

Мак подполз к ним на четвереньках и с любопытством переспросил:

– Как там у него? Золотое видение?.. Мне нравятся эти стишки. Честное слово. Я с вами, ребята!

Немного разочарованный, но не отказавшийся от намерения разговорить Оксли, Матт уселся около него. Глядя в том направлении, куда был развернут череп, он сосредоточенно наморщил лоб. Немного погодя к ним присоединился Инди.

Пристально глядя на скалу, Матт повел рукой вверх-вниз.

– Посмотрите, если приглядеться, небольшой ручей, который вытекает из левой глазницы, как маленький водопад, очень напоминает слезы...

Инди сощурил глаза, но ничего не смог рассмотреть.

– Твои глаза зорче, чем мои, сынок, – со вздохом признал он. – Я готов поверить тебе на слово...

– Ах, эти глаза, ослепшие от слез... – снова пробормотал юноша. Он чувствовал, что Инди не сводит с него взгляда, как будто ждет, как он разгадает эту головоломку. И, как ни странно, этот взгляд был ему отнюдь не безразличен.

Наконец Матт повернулся к Инди.

– Глаза, ослепшие от слез, должны обозначать эти две небольшие пещеры на скале, похожие на глазницы... Точнее, левую из них.

Инди радостно хлопнул его по плечу.

– Верно, сынок! Туда мы и отправимся!

– Туда? Каким образом? Без специального снаряжения?

Доктор Джонс шагнул к оставленной на песке холщовой сумке.

– Что поделаешь! В любом случае, нужно вернуть череп.

– Вернуть!.. – эхом откликнулся Оксли.

Матт с сожалением посмотрел на профессора и снова повернулся к Инди.

– С какой стати? Эта черепушка не принесла нам ничего, кроме неприятностей. – Он кивнул на Оксли. – Только полюбуйтесь на него!

Инди перебросил сумку через плечо.

– Я обязан вернуть череп.

Марион обняла сына за плечи.

– Но почему именно ты, Инди?

Тот пожал плечами.

– Да потому что он меня сам об этом попросил!

Матт недоверчиво покачал головой.

– Кто попросил – эта безмозглая черепушка?

Доктор Джонс приподнял бровь и усмехнулся:

– А почему ты решил, что она безмозглая?

Глава 2

Цепляясь за уступы, Инди медленно карабкался по скале вверх. Вокруг стоял густой туман. Усталое тело болело так, словно на нем не было ни единого живого места. Полдня им понадобилось, чтобы отыскать сюда тропу. Скала становилась все отвеснее. Чтобы не сорваться вниз, приходилось рассчитывать каждое движение. Скользкий мох и папоротники никак не способствовали восхождению. Любой камень мог предательским образом обрушиться вниз.

Инди устало прищурился на заходящее солнце. Предзакатные лучи превратили заросшее джунглями ущелье в волшебную шкатулку из малахита и изумрудов, на дне которой серебряной змеей блестела река. Низкие, густые клочки тумана висели как привидения. Из зарослей доносились крики диких животных. Это был девственный мир, где еще не ступала нога человека.

– Эй, вы мне чуть руку не отдавили!..

Нет, видно, не такой уж девственный.

Инди взглянул вниз. Следом за ним карабкалась Марион. За ней тащились Мак и Матт. Упершись коленями в скалу, юноша устало потряс кистями.

Багровый от усталости, Мак тяжело отдувался. По его лицу катился пот.

– Извини, дружище, не рассчитал...

– Хватит скулить! – прикрикнул на них Инди, сам удивляясь своей энергичности. Он показал юноше безопасный уступ. – И запомни, сынок: всегда нужно держаться за скалу в трех местах. Безопасность прежде всего!

Матт насмешливо фыркнул.

– Какая тут может быть безопасность! – Однако все-таки последовал совету. – Безопасность! – проворчал он. – Особенно в одной компании с теми, кто разговаривает с черепами!

– Не останавливайся!

Инди снова посмотрел вверх. Когда они пробирались сквозь джунгли, его замучили вопросами о том, что он имел в виду, когда заявил, что череп – живое существо. Что он мог ответить? Он и сам толком не понимал. Даже когда череп находился не рядом, он постоянно испытывал какое-то странное чувство – как будто что-то влекло его вперед и вперед.

Вернись!..

Инди хорошо помнил то состояние, когда он впервые взглянул в пустые глазницы и сразу почувствовал, что перед ним какое-то загадочное существо. Жаль, у него не было времени, чтобы получше поразмыслить над этим...

– Эй, Инди, смотри! – окликнула его Марион.

Она показывала рукой куда-то вверх.

Инди задрал голову. «Слабое звено» их маленькой экспедиции – Оксли – оказался проворнее всех. Он карабкался по склону скалы с такой легкостью, словно это была воскресная прогулка в парке. Он был так увлечен восхождением, что даже перестал украшать свою панаму разноцветными орлиными перьями.

Теперь Оксли находился как раз под небольшой трещиной, из которой бежал прозрачный ручеек и, разбиваясь на множество сверкающих капель, сбегал по скале вниз – как слезы из огромной глазницы.

Они поднимались вдоль ручья. Это был главный ориентир. Инди внимательно следил за тем, куда Оксли ставит ноги, за какие уступы хватается. Было совершенно ясно, что он прекрасно знает дорогу, как будто уже не раз бывал в этих местах. Инди охотно предоставил ему право быть их проводником.

Глядя, как беспечно Оксли перепрыгнул с одного уступа на другой и оказался под трещиной, из которой бежал ручей, Марион испуганно вскрикнула.

Как бы то ни было, Матт оказался прав. Оксли привел их именно к небольшому водопаду, который снизу казался плачущим глазом.

Ободренный, Инди поспешил за Оксли. Ио, взобравшись на уступ и не обнаружив рядом с водопадом никакого отверстия или входа в пещеру, удивленно поднял брови. Между тем Оксли продолжал делать какие-то знаки, указывая на сплошной полог падающей воды.

Инди не оставалось ничего другого, как решиться на последний отчаянный шаг. И он бросился прямо сквозь водопад.

Поток ледяной воды ошарашил его. Однако, придя в себя, он восхищенно присвистнул и облегченно перевел дыхание. Перед ним находился вход в тоннель.

– Инди! – окликнула его Марион. Ее тень была хорошо видна на сверкающей водяной завесе.

– Со мной все в порядке! – крикнул он в ответ. – Прыгай, не бойся! Я тебя поймаю!.. Ты можешь на меня положи...

Не успел он договорить, как Марион уже бросилась ему навстречу, пролетела сквозь водяную завесу и оказалась в его объятиях.

– Что ты говорил? – спросила она.

– Теперь неважно, – промолвил он, затаскивая ее в тоннель.

Затем раздался голос Мака:

– Я иду!..

В конце концов все они собрались в небольшой пещере. Инди заранее припас несколько веток копалли – местного дерева, богатого горючей смолой, которую аборигены Амазонии использовали в качестве лекарства от простуды. Чиркнув зажигалкой, Инди запалил верхушки веток. Едкий, пахнущий ментолом дым потянулся к потолку.

Инди поднял факел и осветил туннель.

– А куда подевался Оксли? – поинтересовалась Марион.

Инди озабоченно огляделся. Только секунду назад профессор стоял рядом, а теперь куда-то исчез. В глубине тоннеля сверкнул хрустальный луч.

– Он там! – воскликнул Инди.

Скоро они увидели и самого профессора, который приплясывал и приговаривал:

– Генри Джонс-младший!.. Генри Джонс- младший!..

– Нужно спешить, иначе, как говорится, мы его совсем потеряем.

Матт сделал. несколько шагов в сторону и приподнял факел.

– Вы только поглядите! – вырвалось у него.

Инди подошел. Вся стена, сложенная из огромных каменных плит, была украшена удивительными росписями.

– И здесь тоже! – воскликнула Марион, посветив факелом около другой стены.

Нечто подобное Инди однажды видел в Одной древней пещере на юге Франции. На стенах пещеры сохранились доисторические рисунки, которые датировались пятнадцатым тысячелетием до нашей эры. Там были лошади, быки, носороги, гигантские кошки... Каждая древняя цивилизация стремилась запечатлеть то, что казалось ей наиболее важным.

Точно такие же рисунки были и здесь.

Инди двинулся вглубь по тоннелю, подсвечивая стены факелом. Все они были покрыты замысловатыми фресками, разбитыми на строго симметричные сегменты. Затем одна за другой потянулись небольшие пещеры, словно залы художественной галереи, в которой были представлены образцы примитивной живописи.

Каждая из пещер была расписана с изумительным мастерством.

Но кем?

* * *

Руки в боки, Спалко стояла на берегу реки, рассматривая обломки амфибии. Это была одна из ее машин. Ей уже успели доложить, что именно на ней пленники сплавились вниз по реке.

Неужели доктор Джонс и его товарищи погибли?

Спалко протяжно вздохнула.

В любом случае русские должны идти вперед.

Куда? – вот вопрос.

Отвернувшись от реки, Спалко принялась пересчитывать оставшихся бойцов. Из шестидесяти человек в живых осталось лишь около дюжины. Искусанные термитами, с лицами, распухшими от москитов. Изможденные, перевязанные. И тем не менее это были лучшие из лучших. Буквально прошедшие огонь и воду. Наделе доказавшие свою отвагу.

Солдаты распределяли между собой снаряжение и боеприпасы. Грузовики пришлось оставить на скале, а самим спускаться на веревках. Каждый был вооружен до зубов...

Спалко просила судьбу лишь об одном: чтобы доктор Джонс был еще жив.

Внезапно в ее глазах вспыхнуло ослепительное сияние. Ослепнув на несколько мгновений, она опустилась на одно колено. Голову сдавило, словно железным обручем. Спалко поморщилась от жестокой боли. Но это была особая боль – она причиняла не только страдание. Она воодушевляла.

Потом боль утихла.

Не может быть...

– Товарищ полковник?.. – озабоченно обратился к ней один из офицеров.

Спалко мотнула головой и поднялась на ноги. То, что она испытала, было как внутренняя вспышка. С трудом переставляя ноги, она отошла от берега.

– Они его нашли... Они отыскали Акатор! – вырвалось у нее.

Она и сама не могла сказать, откуда ей это известно, но она знала, что так оно и есть.

Офицер протянул ей портативный локатор. Спалко положила его на ладонь. Луч упорно поворачивался в одном и том же направлении.

Спалко прищурилась вдаль.

Ну конечно!..

Посреди джунглей возвышалась скала, напоминавшая по форме огромный череп. Пустые, зловещие глазницы смотрели с мрачным вызовом. Она все поняла.

Наконец-то она нашла то, что искала!

Ворота в Акатор.

Глава 3

Пламя факела колебалось, освещая настенную роспись.

Инди пристально рассматривал фрески, чуть не касаясь носом стены. Шесть коленопреклоненных человеческих фигур. Руки воздеты к небу. Инди пробежал кончиками пальцев по стене. Потом понюхал.

– Охра... сажа... окись железа...

Матт был поглощен собственным расследованием. Тут же на стене он обнаружил отверстия, специально просверленные для факелов. Посветив около одного из отверстий, Матт осмотрел нижнюю плиту. Она была черна от копоти. Последовав примеру Инди, юноша провел пальцем по маслянистому камню. Копоть легко стиралась. Понюхав пальцы, которые слегка отдавали скипидаром, он понял, что кто-то пользовался той же смолой, что и они.

– Это свежие следы, – пробормотал Матт. – Совсем недавно кто-то зажигал факелы...

На его слова никто не обратил внимания. Все были слишком увлечены рисунками. Инди выпрямился и потянулся, чтобы размять затекшую спину.

– Скорее всего, эти фрески были сделаны людьми из племени угха, первыми жителями Акатора.

У Мака рисунки не вызвали большого энтузиазма.

– Сколько им лет, как ты думаешь?

– Некоторые из них могут относиться к Мезолиту. Шесть или даже восемь тысяч лет назад.

Они двинулись дальше по тоннелю, продолжая рассматривать настенную живопись. Инди остановился у следующей плиты. И здесь была изображена группа людей на коленях с поднятыми к небу руками. Только вместо солнца, была изображена длинная тонкая фигура с раскинутыми руками, словно парящая в небе. Во все стороны от нее расходились лучи света.

– Их посещали пришельцы, – промолвил Инди.

Они прошли в следующую пещеру. Языки пламени отбрасывали на стены длинные дрожащие тени. Матт невольно поежился. Он кожей чувствовал какую-то опасность.

На других каменных плитах тоже были изображены странные длинные фигуры, но на этот раз – среди обычных людей. Затем потянулись фрески со сценами из повседневной жизни: строительство зданий, ковка металла, возделывание полей. На последней картине – фигура Пришельца среди людей в позе лотоса. Тонкие руки указывали на звездное небо.

Притрагиваясь ладонью то к одной, то к другой фреске, Инди продолжал комментировать:

– Пришельцы научили народ угха искусству архитектуры, металлургии, ирригации и земледелия...

Марион окликнула их из глубины пещеры. Она осветила факелом огромную, во всю стену картину. Казалось, фреска была сделана с натуры, столько в ней было жизни. Портрет Пришельца в профиль. Каждая деталь прописана с любовной тщательностью. Кожа гладкая, разных оттенков белого. От картины веяло каким-то неизъяснимым покоем и мудростью. Одно было совершенно ясно: на портрете был запечатлен не человек.

Инди задумчиво провел пальцем вдоль странного силуэта: удлиненный затылок, большие раскосые глаза.

– Точь-в-точь наш череп! – промолвил он.

Вся следующая пещера была сплошь покрыта этими странными фигурами в сияющих одеждах среди изумленного народа. Всюду варьировалась одна и та же тема.

Джонс обвел рукой фрески.

– Смотрите, – сказал он, – их тринадцать. Теперь они повсюду вместе. Всегда в группе. Всегда выстроившись в форме круга.

– Что бы это значило? – спросил Матт.

Джонс пожал плечами и кивнул в сторону следующей пещеры. Они прошли по тоннелю и собрались в центре пещеры, плечом к плечу, с высоко поднятыми факелами.

Здесь была только одна фреска, которая, подобно круговой панораме, располагалась от одной стены к другой. Онемев от увиденного, никто не мог проронить ни слова. Где-то Матт видел нечто подобное. Огромное полотно Пабло Пикассо, которое называлось «Герника». В честь одной испанской деревни, разрушенной во время войны. Это была страшная картина: лица, искаженные страданием, потоки крови, рты, перекошенные предсмертной агонией. На ней словно были собраны все ужасы войны.

То же самое в этой пещере.

На фреске была изображена деревня, из которой в страхе разбегались жители. Огромные языки пламени. Одна из женщин протягивала к небу младенца. По ее рукам текла кровь. Повсюду громоздились горы трупов. Повешенные. Посаженные на кол. А посреди этих ужасов располагалась горделивая фигура человека в золотых доспехах. Вокруг него – отряды бойцов в шлемах и латах.

– Конкистадоры! – вырвалось у Матта.

В другом углу фрески виднелись фигурки людей народа угха, вооруженных дротиками, размахивающих над головой странным оружием, вроде лассо, только с привязанным к концу веревки камнем. Но что они могли сделать против мушкетов и мортир, которыми были вооружены завоеватели.

– Конкистадоры пришли сюда в поисках Эльдорадо, – тихо сказал Инди. – Они разорили город. Взяли все, что только могли унести. В том числе хрустальные черепа...

Он повел спутников в следующую пещеру. Под впечатлением только что увиденного никто не мог вымолвить ни слова. Отойдя от этой леденящей душу картины, все вздохнули с облегчением. Матту казалось, что у него в голове еще звучат чьи-то предсмертные вопли.

Последняя пещера оказалась самой просторной. Вместительный зал, потолок в виде огромного купола, под сводами купола пляшущие тени. Они медленно обошли весь зал. Здесь не было ни единой фрески.

Только кости.

Причем кости, искусным образом вмурованные в стены. Скелеты доисторических животных. В центре композиции – скелет дикой лани, застывшей в отчаянной попытке ускользнуть от настигающего ее скелета пантеры.

Вверху, на сводах купола, скелеты птиц, распростерших крылья. По углам пещеры скелеты разнообразных ползучих гадов. Кости, когти, клыки.

Но самой впечатляющей была композиция из тринадцати черепов, расположенных в нескольких метрах от пола – по всем четырем стенам. Казалось, они присматриваются к незваным гостям – пристально и угрожающе.

И снова Матт ощутил прилив какого-то необъяснимого ужаса.

Проходя под одним из черепов, он почувствовал, как что-то струйкой сеется ему на плечо. Он повернулся и подставил ладонь. Это была не вода, а струйка мелкого песка. Юноша присмотрелся повнимательнее.

Череп зашевелился, заморгал!..

Спотыкаясь и вопя от страха, Матт в панике бросился к центру пещеры.

В следующий момент весь скелет пришел в движение и оказался фигурой, вымазанной скользкой грязью. Отовсюду послышался хруст и треск. Черепа и скелеты оживали один за другим. Чумазые фигуры зашлепали по полу босыми ногами. А за ними – все новые и новые. Они выползали, словно черви из земли.

Обезумевший от страха, Матт ринулся к выходу из тоннеля. Краем глаза он видел, что фигуры поднимаются в полный рост, начинают раскручивать над головой веревки с камнями. Юноша выскочил в пещеру с изображением битвы народа угха с конкистадорами.

Только сейчас он понял, что веревки с камнями были не чем иным, как примитивным охотничьим оружием, называемым «бола». Впрочем, в опытных руках бола могла превратиться в смертельно опасный снаряд...

Один из дикарей размахнулся и пустил его прямо в юношу. Матт попытался уклониться, но не успел: бола настигла его и закрутилась вокруг шеи. От удара и неожиданности Матт споткнулся и растянулся на полу.

В панике перекатившись на спину, он увидел, что один из нападавших уже занес над ним острый каменный нож.

Понимая, что за этим последует, Матт зажмурился. Но уже через мгновенье послышался звонкий удар. Это кулак Инди, выброшенный, как ядро, опрокинул дикаря навзничь.

Джонс наклонился и рывком поднял юношу на ноги.

– Нечего разлеживаться, сынок!

Глава 4

В пещере воцарился кромешный хаос.

Придерживая юношу за локоть, Инди продвигался по тоннелю. У него над головой просвистела еще одна бола – только успевай пригибаться! Впереди Мак и Марион со всех ног неслись к выходу. На фоне подсвеченного солнцем проема показалась сияющая физиономия Оксли. Профессор размахивал своей дурацкой, украшенной перьями панамой.

– Давай, сынок! Пригнись ниже и не отставай! – шепнул юноше Инди и бросился к выходу.

Несколько бол с треском ударились в стену и потолок, высекая брызги искр. Инди скакал из стороны в сторону, словно отплясывал лихую джигу. Матт не отставал от него ни на шаг.

Вслед за ними неслись воинственные вопли.

Еще мгновение, и они вырвались на солнечный свет.

Щурясь от ярких лучей, Инди обнаружил, что они находятся на самом верху длинной каменной лестницы.

Марион и Мак уже успели сбежать по лестнице вниз и бросились бежать по зеленому лугу. За ними неслись несколько дикарей. За дикарями беззаботно скакал Оксли.

Загородив собой юношу, Инди повернулся к входу в туннель и выхватил свой верный пастуший кнут. Размахнувшись, он оглушительно щелкнул кнутом. Он был полон решимости прикрывать отступление остальных.

Но уже через мгновение из тоннеля выкатилась целая толпа дикарей и с единым боевым кличем бросилась прямо на него.

Передумав стоять насмерть, Инди круто развернулся на каблуках и побежал вниз по лестнице, перепрыгивая сразу через две ступеньки. Новые и новые дикари выныривали из скрытых лазеек по обеим сторонам лестницы. В воздухе бешено засвистели болы, с искрами и лязгом отскакивая от каменных плит.

Инди на ходу бросил взгляд на нижнюю долину.

На просторном плато, почти скрытые от глаз джунглями, виднелись развалины древнего города. За городом возвышалась громадная голубая чаша, сверкающая на солнце, в клочках предвечернего тумана.

Инди догадался, что удивительный водоем не естественного, а искусственного происхождения.

Несмотря на опасность и страх, он прежде всего оставался ученым, археологом.

От водоема через весь город протянулись сверкающие голубые спирали-нити – акведуки, искусственные водяные каналы. В центре спирали виднелась величественная, многоступенчатая пирамида. Это был легендарный главный храм Акатора.

Инди прищурился, пытаясь рассмотреть, что находится на вершине пирамиды.

Неожиданно его сбили с ног. В следующую секунду на него набросились два дикаря. Один из них схватил его сзади и, накинув на шею болу, стал затягивать петлю.

И поделом! Не надо рот разевать.

Затем раздался отчаянный крик, и, откуда ни возьмись, выпрыгнул Матт, который раскинул руки и одним ударом сбросил обоих дикарей с лестницы.

– Не время разлеживаться, старина! – промолвил он, помогая Инди подняться.

Теперь они бежали по лестнице вместе, отец и сын, прыгая сразу через несколько ступенек, уворачиваясь от вертящихся в воздухе бол.

– Инди-и-и!!!..

У подножия лестницы один из дикарей, повалив на землю Марион, схватил ее за горло и занес над ней каменный нож.

– Мама! – вырвалось у Матта.

Но они были слишком далеко, чтобы помочь. Если только...

Кррра-а-ак!!!

Инди выбросил вперед свой верный кнут. Его длины хватило как раз для того, чтобы захлестнуть дикаря за шею и одним рывком сбросить с Марион.

Подбежав к Марион, Инди и Матт подхватили женщину под руки и понеслись дальше.

Трогательная картина: счастливое воссоединение семейства.

Но они должны были позаботиться еще о двух родственничках.

Впереди, окруженный дикарями, яростно отбивался Мак. Он всегда предпочитал неспортивные приемы: коленом между ног, локтем в зубы.

Инди, Матт и Марион с ходу размели нападавших и потащили Мака за собой. Это напоминало стремительный диснеевский мультик. Оставалось воссоединиться с последним членом семейства, который издали махал им панамой.

Оторвавшись от преследователей, они поравнялись с Оксли.

По обеим сторонам дороги, вымощенной каменными плитами, высились мощные статуи и скульптуры, увитые лианами, покрытые мхом и улитками. Одна из них изображала нечто среднее между драконом и змеем. Каменное чудище словно рвалось подняться на дыбы, но его удерживали густые лианы.

Чуть дальше, среди бурной растительности, виднелись развалины каких-то строений. Их тоже не пощадило время.

Только одно здание горделиво возвышалось впереди, не подвластное ни джунглям, ни времени.

Это был горделивый монумент, воздвигнутый в незапамятные времена – в ознаменование победы гармонии над хаосом.

Знаменитый каменный храм Акатора.

Вопли и крики, которые раздавались уже совсем близко, снова напомнили Инди, что не время предаваться философским раздумьям. Нужно было спасать свою жизнь.

И только один человек мог подсказать путь к спасению. Гарольд Оксли.

Инди схватил профессора за плечи.

– Окс! Ты был здесь раньше! Ты знаешь дорогу! Что нам делать?

Профессор продолжал бессмысленно хихикать.

Инди принялся трясти его за плечи. Спасаться бегством было поздно. Да и некуда.

– Гарольд! – заорал Инди. – Мы все погибнем!!!

Оксли наморщил лоб и покосился на приближавшихся дикарей. Неожиданно он шагнул прямо к ним.

Торопливо развязав рюкзак, он достал хрустальный череп и поднял высоко над головой.

Чудесный кристалл засиял на солнце всеми цветами радуги. Вокруг сделалось светло, как в ясный полдень. Во все стороны полились странные вибрации. Толпа разъяренных дикарей, побросавших на землю свои страшные болы, замерла на месте как вкопанная. По толпе прошелестел смущенный вздох. Это был не страх, не ужас. Инди с удивлением увидел, что в глазах дикарей засветился восторг, словно перед ними появилось божество.

Грязные руки показывали на Оксли. Дикари закивали головами и попятились назад к скале. Не прошло и минуты, как все они, до единого человека, исчезли и оставили пришельцев в покое.

А может быть, просто не хотели мешать.

Мак шагнул к Инди и, кивнув на череп, заметил:

– Я бы тоже не отказался иметь такую штуку!

Инди медленно повернулся к каменному храму Акатора. Словно древний часовой, храм охранял великую тайну. Прикрыв глаза ладонью, Инди окинул пирамиду пристальным взглядом.

– Я бы на твоем месте, Мак, прежде хорошенько подумал!

Глава 5

– Ну что ж, где-то должен быть вход... – нетерпеливо проворчал Мак, прохаживаясь вдоль верхней террасы. Сняв шляпу, он вытер лысеющую голову носовым платком. Потом снова надел шляпу.

Матт не обращал на ворчание британца никакого внимания. Юноша неотступно следовал за Инди, пытаясь понять, что задумал отец. Целый час, перелезая с террасы на террасу, они потратили на то, чтобы вскарабкаться на верхушку храма.

Все это время Инди предпочитал отмалчиваться. Взбираясь на новую террасу, мрачнел все больше. Из него нельзя было вытянуть ни слова. Добравшись до вершины пирамиды, они так и не отыскали входа внутрь. Несколько проемов, которые снизу казались дверьми, на самом деле оказались глухими нишами, исключительно для декора.

Несомненно, вход в пирамиду должен был располагаться где-то здесь, на вершине. Но где именно?.. Судя по всему, ответ надо было искать в разгадке назначения странного сооружения на самом верху.

Джонс и Матт несколько раз обошли кругом массивный каменный куб, собранный из грубо отесанных гранитных плит. Он напоминал громадный цветочный горшок и был высотой почти в человеческий рост. Вдоль его основания располагались несколько отверстий, но они были наглухо, словно пробками, закрыты мощными каменным чушками.

Упершись кулаками в бедра, Инди хмуро разглядывал странную конструкцию. Потом решительно шагнул вперед и, ухватившись руками за края куба, подтянулся и взобрался наверх.

Матт немедленно вскарабкался следом.

Огромный куб оказался наполнен до самых краев. Но не грязью, а песком.

– Это похоже на коробку, куда гадят кошки, – проворчал британец. У него не было ни сил, ни желания скрывать раздражение. – Где же это чертово золото? Вы только посмотрите! – воскликнул он, обводя рукой городские развалины. – Это какая-то большая помойка!

Оглядывая долину с самой высокой точки пирамиды, Матт пытался представить себе, каким был этот древний город во времена своего расцвета. Судя по всему, это был один из самых уникальных и красивых мегаполисов. Статуи, величественные здания, открытые амфитеатры. Чудо градостроения. Удивительно! Даже спустя многие столетия вода исправно поступала в город по системе акведуков... А ведь когда-то здесь шумели прекрасные сады, били фонтаны, раздавался детский смех!

Похоже, остальные придерживались другой точки зрения.

– Просто груда булыжников, – продолжал ворчать Мак.

Марион и Оксли сидели в сторонке. Время от времени Марион бросала на Инди и юношу взгляд, полный умиления. Матт без труда догадался, о чем она думает.

Отец и сын. Вместе решают проблему.

Джонс опустился на колени и загреб песок ладонью. Задумчиво смотрел, как он сеется сквозь пальцы. Полная концентрация. Потом встал и принялся рассматривать четыре гранитные, треугольной формы призмы, торчащие из песка. Камни были под небольшим наклоном расположены друг напротив друг. Они указывали точно в четыре стороны света: Север, Юг, Восток и Запад. Запорошенные песком, их нижние части покоились на квадратных каменных плитах, расположенных по углам пирамиды.

Снизу это сооружение было похоже на величественную гранитную корону, водруженную на вершине пирамиды. Что бы это значило?..

Встав в самом центре куба, Инди медленно повернулся кругом и пробежал взглядом по каждой из гранитных призм. Наконец, не произнеся ни слова, медленно кивнул. Потом, упершись локтем в одну из них, сделал другой рукой странный жест: как будто вращал пальцем стрелку невидимого циферблата.

– Четыре к одному! – вырвалось у него.

Матт следил за ним с нескрываемым удивлением.

– Ну и что все это значит?

Инди не ответил. Похлопав ладонью по одной из призм, он повернулся, и его глаза блеснули на солнце. Было ясно, что он нашел разгадку. Присев, он соскочил с каменного куба обратно на террасу.

Матт спрыгнул за ним.

– Вы ведь что-то поняли? А, доктор Джонс? – нетерпеливо воскликнул он.

Но Инди, по-прежнему не обращая на него внимания, подошел к Оксли. Затем к ним присоединился Мак. Было видно, что и британец сгорает от любопытства узнать, в чем дело.

Марион встала и нетерпеливо посмотрела на Инди.

– Что ты там придумал, а?

Инди кивнул на Оксли.

– Гарольду удалось дойти до этого самого места, но потом не оставалось ничего другого, как вернуться назад. Потому что ему не удалось проникнуть в храм.

– Ты что, шутишь? – фыркнул Мак.

– Таким образом Окс сделал лишь то, что было в его силах: вернулся на кладбище и просто положил череп туда, где его нашел...

Матт сразу вспомнил следы на полу склепа конкистадоров. Следы вели в одну и другую сторону. Глаза Инди возбужденно сияли. У Матта заколотилось сердце.

Неожиданно Оксли заерзал и пробормотал:

– ...И вот они нашли Золотой Ключ, чтобы проникнуть во Дворец Вечности...

Инди кивнул. Подойдя к одной из гранитных призм у основания куба, он провел пальцем по ее поверхности.

– Когда-то они были идеально отполированы... – Инди показал на солнце. – Чтобы отражать солнечные лучи...

– Это и есть – Золотой Ключ! – промолвил Матт.

Джонс кивнул.

– Мы ищем этот ключ. Но ключ сломан.

– Как сломан? – беспокойно воскликнул Мак.

Инди хотел что-то добавить, но юноша перебил его. Он тоже понял, в чем секрет. Это было проще простого.

– Эти четыре гранитных призмы! Если их сдвинуть вместе, то они образуют одно целое...

– А именно – Золотой Ключ, – закончил Инди, похлопав юношу по плечу. – Все, что нам нужно, это сдвинуть призмы и восстановить ключ.

Матт разочарованно присвистнул.

– Как же мы их поднимем? Каждая из них весит, наверное, тонны три, не меньше...

– Пожалуй, что и все пять, сынок.

– Теперь я понимаю, почему Окс не смог проникнуть внутрь, – вздохнул Матт.

Британец недоверчиво покачал головой.

– Если это действительно ключ, то каким должен быть замок?!

– Ты стоишь на нем, балда! – усмехнулся Инди.

Он прошагал в другой конец площадки и остановился, задумчиво рассматривая небольшие каменные бруски, аккуратно сложенные друг на друга.

– Сам ты балда, если думаешь, что мы сможем сдвинуть призмы! – обиделся британец. – Ну вот, – добавил он, – сначала Оксли повредился рассудком, теперь еще и Индиана!..

Между тем, обхватив один из каменных брусков, доктор Джонс распрямился, поднял брусок над головой и, не говоря ни слова, устремился прямо на Мака. В ужасе отскочив в сторону, британец заорал:

– Что за черт? Ты что, решил меня укокошить?

Не обращая на него внимания, Инди пробежал мимо и с размаху ударил тяжелым бруском по одной из каменных затычек, расположенных в нижней части куба. Затычка раскололась и выскочила из отверстия. Оттуда засеялся песок.

– Что ты делаешь? – ошалело пробормотал Мак.

– Опорожняю кошачий ящик, Мак. Только и всего, – ответил Инди и, повернувшись к Матту, улыбнулся. – Ну-ка, подсоби, сынок!

Вспомнив недавний загадочный жест отца, когда тот водил пальцем, словно поворачивая циферблат невидимых часов, Матт мгновенно понял, что к чему. Схватив еще один каменный брусок, юноша принялся раскалывать другие затычки.

– Мама! Окс! – позвал он. – Помогите расчищать песок! Чтобы дырки не забивались!

– Умница! – похвалил Инди, хлопнув юношу по плечу.

Все принялись за работу. Даже Мак.

Через некоторое время, поглядев на гранитные призмы в каменном кубе, Матт заметил, что они действительно начали сдвигаться. При этом вершины призм указывали прямо в небо.

Скоро все затычки были выбиты, и песок сыпался из всех отверстий.

Зрелище было впечатляющим: многотонные каменные плиты под собственной тяжестью продолжали медленно сдвигаться.

– Ну и чудеса! – пробормотал Мак.

Когда высыпалась последняя горстка песка, четыре гранитные призмы соединились и образовали одну конструкцию – громадную, строго вертикальную призму.

Марион обняла Инди.

– Получилось!

Через мгновенье каменные плиты у них под ногами задрожали. Послышался тяжелый скрип какого-то мощного механизма. Плиты вокруг каменного куба, увенчанного гранитной призмой, стали медленно расползаться в стороны.

– Как тебе это удалось? – удивился Мак.

Инди нетерпеливо махнул рукой. Нужно было спешить.

– Ничего особенного: огромный гранитный ключ весом в двадцать тонн привел в действие рычажный механизм.

Плиты разошлись, и в полу открылась громадная полость.

– Пирамида внутри пустая! – сообщила Марион, осторожно заглянув в проем.

– Не совсем, – поправил ее Матт. – Посмотрите!

В центре проема, под кубом с призмой обнаружился мощный каменный столб.

– Ступеньки! – воскликнул Инди.

Присмотревшись, Матт действительно разглядел винтовую лестницу в виде прямоугольных брусков, которые опоясывали столб.

Между тем напольные плиты расползались все шире.

– Скорее, прыгайте! – крикнул Инди. – Иначе будет слишком поздно!

Марион нахмурилась и покачала головой. Матт знал, что мать панически боится высоты. Поэтому, не дожидаясь, пока она запретит ему, юноша разбежался и перемахнул через зияющую пустоту – на ступеньки вокруг столба.

Марион грозно топнула ногой.

– Немедленно возвращайся назад!

Но Матт побежал вниз по лестнице.

– Давай, мама, не бойся! Иначе зачем мы вообще сюда пришли?

Марион и Инди посмотрели друг на друга и одновременно выпалили:

– Весь в тебя!

Назад пути не было. Один за другим они принялись прыгать через расширяющийся проем. Даже Оксли не заставил себя ждать и с радостным воплем перемахнул на ступеньки. Теперь они снова были в полном сборе и стали осторожно спускаться по лестнице.

– Не торопитесь! Осторожнее! – приговаривал Джонс.

До земли было метров тридцать, не меньше.

– Можно считать, что мы легко отделались! – усмехнулся Мак.

– Похоже на то, что ты... – начал было Инди, но встревоженно умолк.

Ступени винтовой лестницы стали медленно вползать обратно в стену. Мак удивленно посмотрел на Инди.

– Быстрее! – заорал тот.

* * *

На другой стороне долины Спалко только что выбралась из темного тоннеля и щурилась от солнечного света. Ее взору открылись развалины древнего города, чудесное искусственное озеро и голубые акведуки. У нее за спиной затихало эхо выстрелов.

К Спалко подошел офицер с дымящимся пистолетом и сообщил о потерях. Спалко благосклонно кивнула. Тоннель был забит трупами дикарей.

– Остальные попрятались по щелям, товарищ полковник!

– Похвально.

– Какие будут приказания?

Спалко достала портативный локатор и посмотрела на луч. Стрелка указывала точно на центральную пирамиду.

Приказ мог быть только один: вперед!

Спалко молча устремилась вниз по лестнице. За ней трое русских десантников. Все, что остались. Лучшие из лучших. Ее ладонь инстинктивно сжала рукоять сабли.

Наконец-то.

– Пора с ними кончать!

Глава 6

Круг за кругом Инди спускался бегом по винтовой лестнице, проклиная этих хитроумных древних инженеров. Такого подвоха он никак не ожидал. Черт бы побрал эту допотопную архитектуру: да ловушки здесь на каждом шагу!

Каменные бруски под ногами медленно, но неуклонно уходили в стену. Теперь на узких ступеньках едва умещалась нога. И ступеньки продолжали укорачиваться.

– Быстрее! – подгонял он.

Задыхаясь от напряжения, больно ударяясь коленями о стену, Инди понимал, что останавливаться нельзя ни на секунду. Они все еще находились на высоте четырехэтажного дома. Матт и Оксли значительно опережали остальных. За них уже можно было не волноваться.

Зато Мак и Марион находились в отчаянном положении. Оба по очереди вскрикивали от ужаса и боли. Бедная Марион, она всегда так боялась высоты! Так же, как он змей.

Еще круг. Потом еще один.

В конце концов Инди был вынужден спускаться по лестнице, прижавшись грудью к стене, обхватив каменный столб руками. Бочком, бочком. Еще один круг – и ему пришлось уже балансировать на носках.

Он рискнул оглянуться на Марион и Мака. Но не увидел ни той, ни другого. Оставалось лишь молиться, чтобы они не потеряли равновесие и не свалились с высоты вниз.

И вот это произошло. Его нога не нашла опоры и соскользнула с узкого выступа. Падая, ему кое-как удалось извернуться и приземлиться на ноги. Высота была метра два, но его прошибло до самых печенок.

К нему подбежали встревоженные Матт и Оксли. Последний прижимал к груди рюкзак с драгоценным черепом. Инди помогли кое-как подняться.

Но где же Мак и Марион?

Вместе с Маттом и Оксли Инди обошел кругом огромную каменную колонну. Рядом раздался вопль, и кто-то упал на пол. Это был Мак. Морщась от боли, он потер ушибленный зад.

– А где Марион? – спросил Инди.

Мак молча показал вверх.

Уцепившись пальцами за крошечный выступ, она висела на высоте двух-трех метров от пола.

Инди подбежал и протянул руки.

– Прыгай, Марион!

– Ни за что!

– Я тебя ловлю!

– Мне и здесь неплохо!

Ступеньки продолжали вдвигаться в стену. Долго она все равно не продержится.

– Детка, почему бы тебе не поверить мне хоть раз в жизни?!

Она бросила на него яростный взгляд.

– Поверить? И у тебя еще хватает совести сейчас об этом говорить?

Он тянул к ней руки.

– Ну же, детка! Прошу тебя, доверься мне!

– Ах, Инди...

Она в отчаянии прижалась щекой к колонне.

– Поверь мне, Марион! На этот раз я тебя не обману!

Он вложил в эту мольбу всю душу.

Марион закрыла глаза и, доверившись судьбе, разжала пальцы...

И приземлилась прямо в его объятья. Несмотря на усталость, синяки и ушибы, он крепко прижимал ее к себе.

Теперь-то уж он ее не выпустит!

Марион заворочалась в его объятьях и с улыбкой шепнула:

– Кажется, это уже однажды было...

– Ты права, – кивнул он, заботливо помогая ей встать на ноги. – Но тогда в Египте вокруг было полным-полно змей...

Она лишь многозначительно усмехнулась.

Она имела в виду совсем не Египет.

Он улыбнулся в ответ. Он тоже все понимал.

– Эй! – закричал Матт, высовываясь из-за колонны. – Здесь какая-то дверь!

Инди протянул руку Мак и помог приятелю подняться на ноги. Тот небрежно кивнул.

– Спасибо, дальше я сам!

Британец взглянул на каменную колонну. Ступеньки винтовой лестницы уже полностью ушли в стену.

Встретив вопросительный взгляд друга, Инди молча кивнул. И без слов было ясно: выбираться из пирамиды придется каким-то другим путем.

Они обошли колонну и увидели, что Матт стоит на пороге какого-то низкого помещения. Подойдя ближе, Инди обнаружил тоннель, который мог тянуться под землей на многие мили.

– Наверное, этот тоннель проходит через весь город, – промолвил Матт, и они двинулись вперед.

Тоннель был довольно мрачный, но кое-как освещенный. Дневной свет достигал подземелья по сложной системе шахт и люков, отражаясь от полированных кристаллических плит, которые были искусно расположены друг за другом по всему городу.

Заглушая звук шагов, громко журчала вода. По одну сторону тоннеля тянулся длинный открытый акведук, по которому бежал мощный водяной поток, питавшийся, без всякого сомнения, из огромного искусственного озера, которое Инди видел среди городских руин.

Через некоторое время они увидели, что акведуки сходятся к громадным бронзовым колесам. Этих колес было несколько десятков, все они стремительно вращались.

– Турбины! – изумленно воскликнул Инди.

Он подошел к трубопроводу, подсоединенному к одной из турбин, и приблизил к нему руку. Волоски на коже сразу встали дыбом, а в воздухе запахло озоном.

– Это электрический кабель, – продолжал Инди. – А мы находимся на настоящей электростанции...

– Интересно, для чего нужна электроэнергия? – поинтересовался Матт.

– Хороший вопрос, – кивнул Инди.

Они двинулись дальше. Это был разветвленный лабиринт. Чтобы изучить его целиком, потребовался бы не один год. Удивление Инди росло с каждым шагом. Его мысли крутились в таком же стремительном темпе, как бронзовые турбины древних электрогенераторов. В его гудящей, как трансформатор, голове проносились тысячи вопросов.

Он увидел, как Матт что-то взял с одной из полок. Это был продолговатый камень, похожий на кристалл изумруда, вставленный в серебряную оправу. Кристалл ярко сиял, улавливая и концентрируя малейшие лучи света. Юноша с любопытством повертел его в руках. Инди как никто другой мог понять его чувства. Этой драгоценной находке цены не было. А ее значение для науки...

Заметив интерес сына, Марион грозно сдвинула брови и хлопнула его по руке.

– Немедленно положи на место! Как тебе не стыдно!

– Это я и собирался сделать, – невинным тоном ответил юноша. – Я ведь не какой-то там кладбищенский вор!

Инди покосился на Матта: неужели тот намекал на золотой кинжал конкистадора, который они нашли на кладбище? Однако незаметно подмигнул сыну, как бы говоря: подожди, когда мать отвернется!

Матт чуть заметно улыбнулся в ответ. Они двинулись дальше.

– Ты хоть знаешь, куда мы направляемся? – поинтересовалась Марион, подходя к Инди.

Инди показал на электрический кабель, который тянулся под потолком.

– Он приведет нас куда надо!

Мак, прихрамывая, плелся следом за остальными. Проходя мимо изумруда, который Матт по требованию матери положил обратно на полку, британец незаметно сунул его в карман.

– Вот так-то лучше!..

Глава 7

– Посмотрите, здесь еще какая-то комната! – воскликнул Матт.

Юноша бросился вперед, но отец и мать закричали в один голос:

– Не суйся в воду, не зная броду!

– Немедленно вернись!

Скрепя сердце, Матту пришлось вернуться.

В конце прохода располагалось еще одно помещение. Юноша-сгорал от любопытства узнать, что там – внутри пирамиды? Наверняка что-то необычайно ценное, недаром же вокруг понаставлено столько ловушек и секретных механизмов!

Когда они подошли ближе, в нос ударил резкий запах чего-то горелого. Не древесного угля, а чего-то другого. Однажды Матт прожег окурком свою кожаную куртку. Точно такой же запах.

Матт вопросительно посмотрел на родителей. Мать брезгливо поморщилась. Джонс помахал им рукой, чтобы они подождали, а сам отправился на разведку.

Матт осторожно двинулся следом. На всякий случай. Здесь нужно смотреть в оба.

В дальнем конце полукруглого помещения виднелись массивные двери, словно вырубленные из громадного куска железистого минерала. Судя по всему, неприятный запах шел именно оттуда.

По обе стороны от дверей, подобно зловещим статуям, были выставлены полуистлевшие трупы, расположенные полукруглыми рядами. Смерть застала несчастных в позах, выражавших ужас и агонию. Но особенно страшно выглядели их закопченные головы: оскаленные, обгоревшие до кости.

Матт чувствовал, что его вот-вот стошнит, и с беспокойством посмотрел на отца. Но на Джонса обугленные трупы, казалось, не произвели никакого впечатления. Юноше не оставалось ничего другого, как последовать за отцом.

Инди подошел к одной из фигур. На трупе были бронзовые доспехи древнеримского воина, а внутри – сплошная труха. Голова обуглена до кости, как и у других.

Матт старался держаться поближе к отцу, а остальные разбрелись по комнате. Джонс внимательно осмотрел череп. Особенно обгорели глазные впадины. Казалось, что труп смотрит широко распахнутыми, удивленными глазами.

Матт не выдержал и отвел взгляд.

Мак с интересом рассматривал золотые кольца и браслеты, украшенные драгоценными камнями. Наверняка успел набить карманы, пока никто не видел. Джонсу и Марион было не до него. Марион медленно двигалась вдоль стены и, словно в музее, разглядывала разложенные в нишах бесчисленные экспонаты: кубки и мечи, короны и шлемы, резные таблички и каменные инструменты.

Матт снова повернулся к отцу.

Фигуры, расставленные полукругом, напоминали гостей, которые съехались на какой-то зловещий бал-маскарад. Казалось, здесь были представители всех эпох и народов. Матт узнал рогатый шлем викинга, потрепанные доспехи античного воина, отполированные до блеска рыцарские доспехи. Были здесь и фигуры в туниках, набедренных повязках, экзотических костюмах. Было даже два китайских самурая в полном боевом облачении.

Но всех их постигла одна и та же участь.

– Они сгорели, – промолвил Матт, чтобы нарушить тягостную тишину. – Все до единого... Что же с ними случилось?

– Хороший вопрос, – снова кивнул Джонс, выпрямляясь и окидывая взглядом другие фигуры и бесчисленные ниши в стене. – Здесь собраны экспонаты всех эпох... – продолжал он, восхищенно обводя рукой помещение. – Вот македонцы. А там – самаряне...

Матту припомнилось кладбище конкистадоров. Громадный ларец, набитый золотыми монетами всех эпох и стран. Юноша еще огляделся вокруг. Ну конечно, конкистадоры здесь тоже присутствовали.

– Похоже, им удалось напасть на золотую жилу... – пробормотал он.

Но Джонс не слушал. Продолжал свое:

– Это этруски, а это – вавилоняне...

У Мака разгорелись глаза.

– Любой музей мира отдал бы все что угодно, чтобы хоть на день заполучить такую экспозицию!

– Каменный век... Доисторическая эпоха.;. – как зачарованный повторял Джонс.

– Да здесь добра – на сотни музеев!

Наконец Джонс пришел в себя и повернулся к остальным.

– Сдается мне, что все они тоже были собирателями-коллекционерами! – Он шагнул к массивным дверям. – Но кто они такие? Откуда пожаловали?

Из всех присутствующих только один человек оставался равнодушным к древним экспонатам. Это был Оксли. Бедняга-профессор по-прежнему стоял у входа в помещение, едва живой от страха.

– Окс, старина, в чем дело? – обратился к нему Матт.

Оксли словно вышел из летаргического сна. Оглядев комнату и достав из рюкзака хрустальный череп, поднял его над головой и торжественно двинулся к железным дверям. С каждым шагом череп разгорался все ярче и ярче. Начало происходить нечто странное: слетаясь отовсюду, к черепу стала липнуть красноватая пыль.

– Это частички железной руды, – сказал Джонс.

Оксли продолжал шествие к дверям. Все новые частички, в том числе более крупные, прилипали к сияющему хрустальному кристаллу. Это было очень странно: как будто слой за слоем на череп наращивалась плоть – мышцы, капилляры, сухожилия. Когда Оксли подошел к дверям, в его руках уже был не череп, а готовый бюст.

Матт сразу узнал его– точь-в-точь как те, что были изображены на стенах туннеля.

Один из Пришельцев.

Подняв череп еще выше, Оксли подошел к дверям почти вплотную.

Все затаили дыхание.

Но ничего не происходило.

Наконец Матт не выдержал и недоуменно спросил:

– Как же мы их откроем?

Глава 8

Инди задумчиво прохаживался перед запертыми дверями. Остальные ждали. На дверях не было ни надписей, ни изображений, ни украшений. Плоские каменные плиты.

Между тем наверняка имелась какая-то хитрость, чтобы их открыть.

Сначала они все вместе попытались приналечь и отворить их силой. Затем Мак, вооружившись древним мечом, пробовал их взломать. Но все было напрасно. Мощные двери не поддавались. Как в случае с гранитным ключом на вершине пирамиды, нужно было отыскать секрет.

Инди еще раз оглядел комнату. Сначала застывшие фигуры. Он был абсолютно убежден, что смерть настигла этих людей в каком-то другом месте, а аборигены угха принесли и расставили трупы здесь. В качестве предостережения другим незваным гостям.

Затем Инди пробежал взглядом по нишам в стене. Все они были расположены на высоте не более метра от пола – как раз для удобства низкорослых аборигенов.

Одну минутку...

Инди припомнилось еще кое-что. Увлекшись дверями, он совсем забыл о странной нише, которая была расположена справа от них. В отличие от остальных, ниша находилась от пола на высоте около двух с половиной метров.

Слишком неудобно для низкорослых аборигенов.

Значит, она предназначалась для кого-то другого.

– Они были высокого роста, – пробормотал Инди, вспоминая фигуры на фресках. Пришельцы были гораздо выше представителей народа угха, да и нас тоже.

Инди задумчиво потер щеку. То же самое на кладбище конкистадоров чаучилла. Вход в секретную погребальную нишу располагался довольно высоко. Кстати, там же, за мумией Орелланы был спрятан и хрустальный череп.

Разгадка находилась где-то рядом.

Инди подошел к Оксли и заглянул профессору в глаза. В его взгляде светились страх и беспокойство. Инди осторожно прикоснулся к черепу. Частички пыли, имитировавшие плоть, разошлись под его пальцами, словно жидкая глина.

– Я тебе его потом отдам, – пообещал он другу. – Я только хочу кое-что попробовать...

Профессора с головы до ног пронизала дрожь, но он безропотно передал череп Инди.

– Генри Джонс-младший...

– Умница, – кивнул Инди и, обратившись к Матту, попросил: – Ну-ка, подсади меня, сынок!

– Как в Чаучилла? – спросил юноша.

Удивленно, но в то же время с гордостью за сына, Инди кивнул:

– В точку!

Матт сцепил руки и подсадил отца. Инди поставил череп в нишу в том же направлении, как передал его Оксли. Ниша оказалась как раз под размер черепа.

Перед тем как спрыгнуть на пол, Инди успел заметить рубиновую вспышку. Луч был направлен прямо на череп. Это было похоже на сканирование сетчатки лазером. В ту же секунду хрустальный кристалл вновь засиял. На этот раз даже сквозь слой железной руды.

Матт и Инди инстинктивно отступили назад.

– Это еще что такое?.. – вырвалось у юноши.

Ответ пришел сам собой. Раздался резкий хлопок, и металлические частички разлетелись в стороны. А в следующее мгновение заскрипели двери.

– Магнитное поле переменило знак! – воскликнул Инди, отряхивая с одежды рыжую железную пыль. – Смотрите! – крикнул он, показывая на двери.

Створки стали медленно раздвигаться, и в комнату из узкой щели брызнул ослепительный свет.

– Все назад! – закричал Инди.

С громким скрежетом двери продолжали открываться. Щель расширялась. Поток света был таким сильным, что нельзя было разглядеть, что находится за порогом.

Как ночной мотылек на свечу, Инди бросился навстречу свету.

– Инди! – окликнула его Марион.

– Знаю, знаю, – проворчал он. – Я осторожно!..

– Нет, я не то хотела сказать... – Купаясь в потоке чудесного света, Инди почувствовал в своей руке руку Марион. – Подожди меня!

Остальные толпились сзади.

Обе дверные створки полностью отворились и замерли.

Увидев, что ждет их за порогом, Инди обернулся и крикнул:

– Матт! Думаю, сначала нам лучше снова достать череп.

Вытащив из ниши хрустальный череп, Инди вручил его Оксли. Чутье подсказывало ему, что тот и теперь должен оставаться главным хранителем чудесного кристалла.

Все вместе они шагнули за железные двери.

Комната была идеально круглой формы. Стены из каменных плит. Повсюду ниши, а в них бесчисленные ритуальные принадлежности: украшенные резьбой тотемы, божки плодородия, каменные урны и вазы, нити блестящего бисера, бронзовые статуэтки и костяные бубны. Словом, все, что необходимо для отправления религиозных культов.

Кому именно все это предназначалось, у Инди не было никаких сомнений.

По кругу помещения возвышалось тринадцать штук огромных тронов, украшенных искусными изображениями змей. На каждом троне восседала высокая прямая мумия. Тела усохли до того, что плоть пристала к костям, как кожа. Одежды давным-давно истлели и превратились в прах. Никаких корон на мумиях не было. Головы одинаковой формы, с крупным, удлиненным затылком.

Оксли шагнул вперед и, держа на вытянутых руках череп, тихо промолвил:

– Вот то, что вы так долго ждали...

Только теперь Инди заметил, что у одной из мумий недостает головы. Проследив его взгляд, Матт усмехнулся:

– Угадай с трех раз, чего там не хватает!

Оксли торжественно направился к обезглавленной мумии.

Наконец-то они были у цели. Как вдруг... резкий, как удар плеткой, раздался знакомый голос:

– Ни с места!!!

Глава 9

Спалко с явным удовольствием наблюдала, как у изумленного доктора Джонса отвисает челюсть.

В сопровождении офицера и двух солдат с Калашниковыми наперевес она шагнула через порог круглой комнаты, сжимая рукоятку тонкой рапиры.

– Благодарю вас, доктор Джонс, – мрачно усмехнулась она. – Вы помогли нам найти дорогу и разгадать секреты Акатора. Теперь вам лучше отойти в сторонку. Дальнейшим займутся более просвещенные умы.

– Как вы нас отыскали? – вырвалось у Инди.

Вместо ответа, Спалко протянула руку. У нее на ладони лежало портативное устройство. Джордж Макхейл с видом побитой собаки неторопливо прошагал между неподвижных товарищей и присоединился к Спалко.

– Радиомаяк, – объяснила Спалко. – Нам оставалось лишь следовать его сигналу. Как говорится, дело техники...

– Мне очень жаль, Индиана, – пробормотал британец.

Инди со вздохом потер ладонью лоб.

– Ну и дела!.. Может, еще передумаешь? А, Макхейл?

Марион Рейвенвуд покачала головой и с отвращением промолвила:

– Меня от него тошнит!

Но Джонс все еще ждал ответа.

– Может, я опять чего не понимаю, Мак? Ты что – тройной агент?

– Увы, Индиана. Насчет двойного агента – это было вранье.

Инди изумленно поднял брови.

Ирине Спалко успели наскучить эти глупые препирательства. Она решительно направилась к профессору Оксли. Она не питала к этому бедняге никакой вражды. Просто спокойно взяла у него из рук хрустальный череп. Легко быть благородным, когда чувствуешь себя победителем.

Между тем Макхейл продолжал:

– Не стоит так убиваться, Марион! Ты можешь присоединиться к нам. Золота хватит на всех...

– Как бы не так, подонок! – с презрительным смехом прервала его Марион.

Не обращая на них никакого внимания, Спалко подняла череп и заглянула в его глазницы. Больше ее ничего не интересовало. Теперь, в этой комнате, между ней и хрустальным черепом наконец установился контакт.

– Говори! – приказала она ему.

Череп завибрировал и стал нагреваться. Ей показалось, что у нее в ладонях забилась настоящая жизнь. Давно бы так! Ее сердце бешено заколотилось, но она постаралась успокоиться. Глубоко в черепе начало разгораться слабое желтоватое сияние.

Наконец-то!..

Она подняла череп повыше. Ей показалось, она погружается в хрустальное сияние, словно в морскую пучину. И не сопротивлялась этому. Любое сопротивление такой мощной силе было чревато серьезными психическими нарушениями. Один раз она уже наблюдала нечто подобное. Бросаться навстречу волне было смертельно опасно.

По мере того как она растворялась в сиянии, Спалко начала ПОНИМАТЬ.

– Посмотри на них! Им не удалось улететь домой. Но они все еще ждут. За ними и прилетали те другие – разведчики-карлики...

Перед ее мысленным взором возникли мумифицированные останки из ангара №51.

– Спрятавшись здесь, двенадцать из них ожидали возвращение тринадцатого.

Хрустальный череп в ее ладонях разгорался все ярче.

– Они обладают коллективным разумом – все тринадцать. И вместе – невероятно сильны! Гораздо сильнее, чем порознь.

Ноги сами собой повели Спалко к обезглавленной мумии. Ее голос сделался еще более резким.

– Скажите, что мы должны сделать?

– Чего не знаю, того не знаю! – как сквозь сон, услышала Спалко голос доктора Джонса. – Думаю, этого не знали даже те, кто построил этот храм.

Спалко нетерпеливо поморщилась: ничтожный умишко!

– Сочувствую вам, доктор Джонс, – покачала головой она. – Вам никогда не понять, что такое настоящая вера!

Спалко отвернулась и шагнула к подиуму, на котором располагались величественные троны. Вот где ее место!

– Ясное дело, детка, – кивнул Инди. – Поэтому ты там, а я предпочитаю находиться на своем месте.

Поднявшись на верхнюю ступеньку, Спалко протянула череп сидящей на троне мумии. Хрустальный кристалл так и запылал жаром. Раскалился до такой степени, что его едва можно было держать в руках. Неожиданно Спалко отдернула ладони, и череп, пронесшись по воздуху, опустился прямо на плечи тринадцатой мумии.

Все замерли в ожидании. Никто не смел проронить ни слова.

Неожиданно пол под ними тяжело задрожал. Глухой гул все нарастал. Затряслись каменные плиты и стены. Одна из ваз соскользнула с постамента и, ударившись об пол, разлетелась вдребезги. Из ниш посыпались и другие предметы.

Не понимая, что происходит, Спалко поспешно сошла с подиума и вернулась на середину комнаты.

Восседавшие на тронах мумии также принялись вибрировать и трястись. Их силуэты стали размываться по контуру. Сухая корка, в которую давно превратилась их плоть, начала слетать с костей и крошиться в пыль.

Однако это были не кости.

Чистый хрусталь!

Постепенно вибрация утихла, и стало понятно, что скрывалось под прахом. На тронах восседали тринадцать хрустальных скелетов – причем живых. Сквозь кристаллические тела этих удивительных существ можно было рассмотреть, как внутри, переливаясь по венам и артериям, пульсирует жидкий свет.

Спалко чувствовала, что ее собственный череп словно распирает изнутри. Как будто она все еще была подключена к коллективному разуму. Информация продолжала поступать, и давление росло. Спалко застонала. Не то от ужаса, не то от удивления. Она поняла, что происходит, и воскликнула:

– Они пробуждаются!

Глава 10

Когда задрожали пол и стены, Инди подошел поближе.

Восседающие на тронах хрустальные скелеты зашевелились. Кости трепетали мелко-мелко – как крылышки колибри. Кристаллическая плоть ожила, засветилась теплом. Руки получили возможность двигаться, глаза – видеть. В считанные секунды тела сформировались в свои окончательные формы, буквально из ничего.

Онемев от изумления, Инди вглядывался в лицо одного из оживших существ, понимая, что за многие столетия он первый, кому выпала эта честь – наблюдать его пробуждение.

В свою очередь, чуть склонив голову, существо пристально рассматривало их самих. В его огромных глазах сияло мудрое всезнание. Но было в них и что-то такое, отчего по спине у Инди поползли мурашки.

Это были существа из другого мира.

Абсолютно чужие.

Рядом с Инди стоял профессор Оксли, устремив немигающий взгляд в сторону подиума. Неожиданно он дернулся и заговорил быстро-быстро. Но это был не английский язык. Инди ахнул от удивления.

– Это же язык майя! – воскликнул он. – Он говорит на языке майя!

– А что он говорит? – обернувшись, поинтересовалась Спалко.

Инди подошел ближе. Профессор находился в таком возбуждении, что Инди боялся даже прикоснуться к нему. Что происходит? Старый приятель болтал на древнем языке так же свободно, как на своем родном. Казалось, прорвало невидимую дамбу – и слова хлынули нескончаемым потоком.

Инди понял, что является источником этого словесного фонтана. Оксли не сводил глаз с одной из фигур. Между тем она пристально смотрела на самого Инди.

Он узнал это существо. Ему уже доводилось вступать с ним в диалог.

Существо подняло руки и сложило ладони.

Не понимая, что это значит, Инди снова повернулся к Оксли в надежде на какое-то объяснение. Вслушиваясь в речь друга, он пытался расшифровать древний язык.

– Оно благодарит нас, – сказал Инди, кивая в сторону трона. – Это несомненно. И в знак благодарности хочет преподнести нам ответный дар. Что-то очень ценное.

Спалко шагнула вперед и, сложив ладони, решительно обратилась к существу:

– Расскажите мне обо всем, что вам известно. Я хочу знать все. Я должна это знать!

Существо пошевелилось и повернулось к ней.

Оксли продолжал говорить, а Инди переводить.

– Оно поняло, о чем вы просите... – В его голосе слышалось разочарование.

На этот раз вперед шагнул Матт.

– Значит, они собираются поделиться с нами своими знаниями?

Юноша хотел подойти ближе, но Инди схватил его за плечо.

– Не торопись, умник!

Инди почувствовал, как у него на затылке, словно от статического электричества, зашевелились волосы. Он вздрогнул и оглянулся. Другие двенадцать существ на тронах тоже завибрировали. Через несколько мгновений с них слетела пыль, и они превратились в сияющие хрустальные скелеты.

Что-то должно было произойти.

– Не нравится мне все это, – пробормотал Инди.

Спалко по-прежнему не могла оторвать взгляда от одной из оживших мумий. Однако теперь глаза всех мумий озарились ярким светом. Инди чувствовал, что напряжение в комнате нарастает. Тринадцать хрустальных черепов гудели, как мощные электрогенераторы.

К нему подошла Марион.

– Инди, – прошептала она, – у них такие прекрасные глаза! – Он не ответил, и, повернувшись к нему, она увидела, что он пристально смотрит прямо на нее.

– Ты что, в гляделки решил поиграть? – улыбнулась она.

– Просто я понял, что нашел то, что искал.

Пол снова задрожал. На этот раз еще сильнее. Несколько громадных глиняных статуэток, в том числе божок плодородия, вывалились из ниш и раскололись вдребезги.

Прищурившись, Инди быстро осмотрелся. Стены покрылись трещинами и стали расползаться. Они оказались на удивление тонкими. Словно фальш-панели. Под ними обнаружился настоящий материал – удивительно гладкий, сверкающий, как жидкое серебро.

Инди сразу пришла на память серебристая фольга, в которую были обернуты мумии конкистадоров. Только эта была гораздо толще.

Матт посмотрел вверх. Потолок потрескался, и под ним показался гладкий блестящий купол.

– Что происходит? – воскликнул юноша. – Они что – космические пришельцы?

– Судя по всему, Матт, у этих существ тела с инвертированным строением, – многозначительно сказал ему Гарольд Оксли.

Инди с изумлением повернулся к другу. Остальные тоже. Глаза профессора осмысленно просияли. Неожиданно профессор нахмурился и, сорвав с головы дурацкую панаму с перьями, с презрением отбросил ее в сторону.

Инди радостно улыбнулся и воскликнул:

– Поздравляю с пробуждением, Окс!..

Но продолжить ему не удалось, так как вибрация пола и стен достигла такой силы, что гудение превратилось в пронзительный вой.

– Эй, Инди, – крикнула Марион, – что происходит?

Она показала на подиум, который неожиданно пришел в движение и стал медленно вращаться вокруг них.

Круг за кругом, подобно огромной рулетке в казино. Все быстрее и быстрее. Через некоторое время ни сидящих на тронах, ни самих тронов уже нельзя было рассмотреть. Только стремительно несущаяся мимо карусель.

Казалось, вой достиг мощности ультразвука.

Но вращение продолжало набирать новые обороты.

Серебряный купол у них над головой засверкал еще ярче, и под ним образовалось что-то вроде крутящегося облака. Все сильнее пахло электричеством. Как во время сильной грозы. Казалось, из облака вот-вот ударит молния.

И действительно, оно стало заметно темнеть, превращаясь в зловещую чернильно-черную тучу, которая, к тому же, не переставала вращаться, – но в противоположном направлении. Куски стены по углам комнаты стали крошиться. Их затягивало в черную воронку, и они мгновенно исчезали.

Неожиданно громадный кусок стены отломился и ухнул в жуткую воронку.

Инди невольно прищурился. Это добром не кончится!

– Эй! – крикнул он. – Все вниз!

Он рывком прижал Марион к полу, а Матт – Оксли. Они все сбились в кучу.

Через несколько мгновений, Инди решился взглянуть вверх. Ему показалось, что над ними навис гигантский торнадо. Огромная черная воронка расширялась на глазах.

– Что это такое? – в отчаянии воскликнула Марион.

– Это вход в параллельное пространство! – промолвил потрясенный Оксли.

– Пора уносить ноги! – крикнул Инди.

Больше, как говорится, смотреть было не на что. Да и некогда. Пока внимание русских было приковано к черной воронке, Инди показал на дверь, и они не мешкая бросились к выходу.

Спалко и ее бойцы, как зачарованные, смотрели на вращающееся электрическое облако.

Уже на пороге Оксли обернулся, и его взгляд скрестился со взглядами инопланетных существ, сверкающими, излучающими космическую мудрость. Его ноги сразу сделались ватными.

Инди нахмурился. О нет, только не сейчас, дружище!

Схватив профессора за локоть, он одним рывком выдернул его из комнаты.

Сломя голову они пронеслись через полукруглый зал, опрокидывая мумии-манекены с обугленными черепами.

– Многомерные пространства! – на ходу бубнил Оксли. – Вы только себе вообразите! Мигтон Торн выдвинул любопытную гипотезу, предположив, что законы природы...

– Ради всего святого, Окс!!!

– ...могут меняться в зависимости от местоположения во Вселенной. Подобно тому, как в Ледовитом океане неожиданно возникают оазисы с горячими источниками. Ты улавливаешь мою мысль?

– У нас проблемы! – крикнул Матт.

– Неужели? – покачал головой Инди.

Глава 11

Ползая на четвереньках по тронному залу, Мак лихорадочно хватал все, что попадалось под руку: серебряные амулеты, золотые монеты, украшения с рубинами, – и распихивал по карманам. Разобраться можно и после. Сейчас не до того.

Рядом валялась изящная золотая статуэтка короля инков, размером с палец, не больше. Однако на нее можно вполне было купить роскошный особняк где-нибудь в Майями. Мак уже протянул руку, чтобы заграбастать драгоценность, как неожиданно статуэтка взмыла в воздух и со свистом понеслась к потолку. А вместе с ней и особняк в Майями.

Мак было ринулся вдогонку, но тут случилось нечто еще более досадное. Едва он взмахнул рукой, чтобы поймать беглянку-статуэтку, как с его запястья сорвались дорогие часы и отправились вслед за королем инков. Мак в ярости стукнул кулаком по полу.

Между тем по всей комнате носились и вертелись различные металлические предметы. Срываясь с мест, они выстреливали прямо в страшную черную воронку под куполом.

Потирая поцарапанное запястье, Мак не стал искушать судьбу и бросился к массивным железным дверям.

На пороге он оглянулся.

Русский офицер, который был увешан оружием и обмотан тяжелыми патронташами, – не говоря уж про сапоги, подбитые стальными подковами, – неожиданно воспарил над полом. У Мака отвисла челюсть. Русский нелепо размахивал руками и ногами в отчаянных поисках, за что бы зацепиться.

Один из солдат попытался схватить его, но не успел, и в следующее мгновенье офицера засосал черный смерч под потолком. Неожиданно из ножен Спалко, подобно стремительной ракете, выскочила рапира и, просвистев в воздухе, пронзила солдата насквозь. Фонтаном брызнула кровь. Но, странное дело, брызги крови не падали вниз, а благодаря насыщенному железом гемоглобину, тоже устремились в черную воронку. Оставляя за собой алый след, пронзенный рапирой солдат завертелся в воздухе и полетел к потолку. Через пару мгновений его тоже засосал черный смерч.

Жуть какая!

С него хватит!.. Мак поспешил на карачках к выходу. Сзади раздался истошный вопль другого солдата, но британец даже не обернулся. Можно было не сомневаться, бедняга-солдат отправился вслед за своим боевым товарищем прямиком в адское жерло.

Однако ему все-таки пришлось оглянуться. Пронзительно кричала Ирина Спалко.

Она застыла посреди комнаты, омываемая, словно потоками дождя, ослепительными взглядами проносящихся мимо существ. В отчаянии она зажала ладонями уши, пытаясь не слышать того, что звучало у нее в голове. Ее лицо лучилось, словно подсвеченное изнутри. Она сама сделалась похожа на прозрачный череп.

– Я вижу! Наконец я вижу! – вырвался у нее из горла крик, в котором смешались ужас и восторг.

Инди тащил за собой упиравшегося Оксли. Ему удалось догнать Матта и Марион, когда те уже находились в зале с гигантскими бронзовыми колесами-турбинами. Юноша был прав: похоже, у них действительно проблемы.

Да еще какие!

Пол под ногами угрожающе дрожал. Эхо доносило грохот глухих подземных взрывов. Но то, что было рядом, вызывало еще большую тревогу. Бронзовые турбины вращались с ошеломляющей скоростью. Толстые электрические кабели под потолком гудели и искрились от напряжения, источая зловещий голубоватый свет, похожий на огни святого Эльма, которые появляются на мачтах кораблей в бурю и считаются очень дурным предзнаменованием. Многие киловольты электрической энергии перекачивались туда – в тронный зал, где сейчас творилось нечто ужасное...

У Оксли по-прежнему не закрывался рот. Даже набегу профессор продолжал рассуждать:

– Торн называет подобные явления постискажениями пространства. Само собой, это следствие того, что феномен глобального расширения Вселенной может формировать своего рода потенциальные ямы, где наши законы физики не действуют...

В конце коридора электрическое свечение достигло такой интенсивности, что в воздухе то и дело с оглушительным треском проскакивали ослепительные молнии.

Впрочем, на Оксли это электрическое шоу не произвело особого впечатления. Он был увлечен своими мыслями.

– ...Таким образом, в пространстве возможно сосуществование двух и более параллельных реальностей, – продолжал кричать он на ухо Инди, – причем каждая из них может не догадываться о существовании другой...

Электромагнитная буря все крепчала. Воздух был насыщен озоном. Нити-молнии опутывали коридор, словно электрическая паутина. Идти дальше значило идти на неминуемую смерть.

– Нужно найти другой путь! – крикнул Матт.

Тяжелый грохот заставил их оглянуться. Коридор содрогнулся. С потолка в конце коридора посыпались обломки каменных плит. Электрическая буря распространялась по туннелю, подобно сокрушительной волне.

– Назад!!! – завопил Инди.

Развернувшись, они бросили бежать. Одна из бешено вращавшихся турбин сорвалась со своей оси и теперь неслась прямо на них со скоростью, которой могли бы позавидовать гонки на «Формуле-1». И деваться им было некуда. Под ногами расплескивались фонтаны искр.

– Поднажмите! – крикнул Инди, показывая на боковой туннель в конце коридора. Тот самый, который вел в запутанную, словно волшебный лабиринт, систему подземных переходов.

Матт и Марион успели свернуть за угол и исчезли из виду.

Инди и Оксли повезло меньше. Единственное, что успел Инди, это оттащить профессора в сторону, и они оба, раскинув руки, как можно плотнее прижались к стене.

Гигантское бронзовое колесо прогремело мимо них в каких-нибудь нескольких сантиметрах, даже не поцарапав.

– Ну и как тебе такая гипотеза, Инди? – как ни в чем не бывало поинтересовался профессор. – Но что гораздо любопытнее, – продолжал он, – так это, кто такие эти существа...

– Не сейчас, Окс! – взмолился Инди.

Схватив профессора, он потащил его в боковой тоннель вслед за Марион и Маттом. У них за спиной с грохотом рушились каменные плиты. Сооружение разваливалось на глазах. Нужно было искать другой выход.

Но где???

Глава 12

Спалко слышала истошные вопли своих солдат. Но теперь они казались ей ничтожным комариным писком. Она перешла на особый, высокий уровень сознания.

Перед ее мысленным взором разворачивались куда более внушительные картины. Галактики рождались из бесформенной пыли и снова гибли, исчезая в черной бездне.

Она шире распахнула глаза. Чтобы видеть еще больше. Верхняя часть помещения расплылась и исчезла. Там возникло иное пространство. Единственное, что приковывало внимание Спалко, – сияющие взгляды пришельцев. Этот удивительный свет потоком лился в голову Спалко. Ей казалось, что ее. черепная коробка вот-вот лопнет от напряжения.

Спалко сделала глубокий вдох через нос и выдохнула через рот. Особая дыхательная техника индийских йогов. Следуя учению непальских монахов, она снова пыталась превратиться в «ничто». Полное расслабление.

Она ничему не сопротивлялась. Плыла вслед за огненными волнами света. Рождение всегда мучительно. Но именно через него человек является из мрака в новый мир. Она будет первым представителем человечества, которому удалось это новое, небывалое перерождение.

Впереди – абсолютное знание!

Давление росло. Казалось, черепная коробка раскалывается на части. Она продолжала глубоко дышать, подавляя боль. Зрение словно расширялась. Казалось, у нее появилась способность видеть сразу во все стороны.

Обретя эту новую способность, она наблюдала, как последний из ее солдат, схватившись за голову, с воем метался по комнате. Словно слепец, пытался найти дорогу. Его рот перекосило беззвучным криком. Он страдал от адской боли. По его щекам струилась кровь, а обугленная макушка дымилась.

Ужас охватил Спалко. Впрочем, она не ощущала жалости. Этот жалкий человек не был посвящен в высшее знание. Следовательно, не был достоин славного перевоплощения. Вместо того чтобы подчиниться божественному солнечному ветру, он пытался сопротивляться.

В какой-то момент солдат бросился к Спалко. О чем-то умолял, о чем-то пытался предупредить.

Потом замертво рухнул на пол.

Точнее говоря, упасть на пол он не успел. Его подхватило и понесло вверх. Спалко с удивлением обнаружила, что ее рука как бы сама собой поднялась вслед за улетающим солдатом. Его безжизненное тело завертело, и в конце концов оно исчезло в черной воронке.

Теперь Спалко казалось, что она парит в межгалактической пустоте. Где-то далеко поблескивали мертвые звезды. Космический мрак сгущался. Пустота и неизвестность звали, притягивали к себе. Все яростнее, все настойчивее.

Ужас мешал ей видеть дальше и шире. Страх отбросил ее назад в собственное, бившееся в агонии тело. И снова она оказалась лицом к лицу с одним из космических пришельцев.

Существо смотрело прямо на нее. В его глазах мерцало галактическое пламя.

Как оно здесь оказалось?

Когда успело покинуть трон?

Боковым зрением Спалко заметила, что верхняя часть помещения перестала вращаться. У нее было такое чувство, что сейчас должно что-то произойти.

Существо сверкнуло глазами, и этот свет хлынул в глаза Спалко. Сознание и боль стали уходить. Истина пронзила Спалко. Полученное знание не было даром. Существо пыталось ее уничтожить. Оно пользовалось знанием, как кинжалом.

НЕТ!!!..

Огромным усилием воли, Спалко повернула голову и отвела взгляд от этих убийственных глаз. Она отвернулась, но... на нее смотрели страшные глаза другого существа. Они пылали, как тысяча солнц.

НЕТ!!!..

Она хотела закрыть глаза и – не могла. Единственное, что ей удалось, отвернуться.

Но куда бы она ни поворачивалась, со всех сторон ее встречали новые и новые глаза.

ХВАТИТ!!!..

Они окружили ее плотным кольцом. Тринадцать пар безжалостно сиявших глаз.

– Уберите их! Уберите!!! – прошептала она помертвелыми губами, хотя прекрасно понимала, что помочь ей уже некому. Она была в комнате совершенно одна.

Ее наполнял новый свет. Новые ощущения. В висках глухо стучало. В мозгу разливалось ослепительное сияние, превращающее нейроны в хрустальные кристаллы.

В нее лилась новая и новая энергия, которую уже ничто не могло остановить.

С языка Спалко стали слетать незнакомые слова. Все быстрее.

Чужая речь хлынула из нее потоком. Спалко почувствовала, что ее весь мозг -превратился в один сверкающий кристалл. По щекам потекли горячие слезы.

Нет, не слезы... Это была кровь!

Зрение снова расширилось. Она снова воспарила над землей. При этом ей припомнилось, что о подобных зрительных, внетелесных галлюцинациях рассказывали те, кто пережил клиническую смерть. Она поняла, что умирает. Теперь она парила высоко-высоко – вращалась, корчилась в предсмертной агонии. Теперь можно было взглянуть на себя со стороны, увидеть свое собственное лицо.

Кровь сочилась из вылупленных, дымящихся глаз. Глаза вывалились и почернели.

Рот исказил немой вопль: НО Я ЖЕ ЕЩЕ НЕ ОСЛЕПЛА!!!

Лишившись глаз, она чувствовала, что свет по-прежнему льется в нее потоком.

Ей показалось, что она поднялась еще выше.

В конце концов весь ее мозг, превратившийся в хрустальный кристалл, взорвался ослепительной вспышкой. Свет фонтаном забил из обугленных слепых глазниц.

Там, внизу, она увидела, что ее тело забилось в последней агонии и затихло. Все связи с физическим телом оборвались в одно мгновение: словно кто-то отключил рубильник. Но, как и в случае с солдатом, ее тело не упало на пол, а воспарило вслед за ней самой.

Ее собственные мертвые руки тянулись к ней.

Она закричала от ужаса и резко отвернулась. Но, вместо мертвого тела, ее взгляд упал в жуткую черноту воронки, распахнутой, словно хищная пасть, в ожидании добычи.

Преследуемая собственным трупом, Ирина Спалко ухнула в черную бездну и...

Пропала.

Глава 13

Размываясь по краям, страшная воронка черного смерча продолжала расти. Ее форма постоянно менялась, напоминая многомерные вращающиеся эллипсы. Воронка пожирала все на своем пути. В самой ее глубине что-то зловеще бурлило, словно готовясь к решающему превращению.

Но прежде всего ей требовалась энергия.

Ненасытная черная дыра.

Глава 14

Мак чувствовал, что за ним как будто кто-то гонится. Волоски на шее встали дыбом. С бешено колотящимся сердцем, он вприпрыжку понесся по коридору. Пол содрогался от глухих подземных взрывов. Воздух трещал от электричества. Казалось, он угодил в эпицентр огромного урагана. Он еще не видел настигающего его кошмара, но интуиция подсказывала, что его дела плохи.

Ой, как плохи!

Мак прибавил ходу.

А что еще ему было делать?

Он свернул в длинный коридор. Стены, пол, потолок на глазах покрывались трещинами. Казалось, он бежит по тонкому льду, который вот-вот провалится. Сзади раздался оглушительный скрежет и хруст. Как будто перемалывали огромную скалу. Мак оглянулся и увидел, что в конце коридора возникло что-то черное и страшное.

Мак прищурился, но напрасно – рассмотреть, что это такое, не было никакой возможности.

Наверное, просто показалось.

Что бы это ни было, но ноги понесли его прочь с новой силой. Впереди мелькнул вход в боковой тоннель, а в нем – знакомая фигура в широкополой «Федоре».

Слава богу!

Если кто и мог отыскать выход из этого кошмара, так это...

Инди во весь дух несся по коридору. Он едва держался на ногах. От боли в бедре темнело в глазах. По сравнению с ним Оксли еще держался молодцом. Далеко впереди Марион и Матт только что свернули в следующий тоннель.

Сколько их там еще, этих запутанных лабиринтов!

Каменные плиты под ногами подскочили, как от землетрясения. От неожиданности Инди запнулся и упал на одно колено. Ну и толчок! Судя по всему, бешеная энергия черной дыры вот-вот была готова обрушить все городские подземелья разом. И похоронить их под обломками. Единственная надежда заключалась в том, чтобы отыскать выход до наступления всеобщего коллапса.

Решив сражаться до последнего, Инди поднялся и, стиснув зубы, двинулся дальше. Выжить во что бы то ни стало! Теперь у него был настоящий стимул. Только что он обрел жену и сына. Не мог же он позволить себе их потерять!.. Инди уже хотел свернуть за угол, как вдруг кто- то схватил его за локоть. От неожиданности его едва не хватил удар.

– Мы это сделали, Индиана! – послышался знакомый голос.

«Черт бы его побрал! Только не это!» – мысленно простонал Инди. Впрочем, он должен был это предвидеть.

– Что, крысы бегут с корабля? – с горечью пробормотал Инди, оборачиваясь к Маку.

Конечно, в этой сумасшедшей заварухе он мысленно молил о чуде. Но уж никак не о таком. У него не было сил даже на злость. Кроме того, он уже и так дважды ломал Маку нос... Или, как говорится, Бог любит троицу?

Инди размахнулся.

– Подожди! – всплеснув руками, воскликнул Мак. – Ты ведь с самого начала понимал, что я за вас, верно?

Конечно, Инди не верил ни одному его слову. И все-таки опустил руку.

– Что, Мак, вот и тебя припекло?

Приятель лишь криво усмехнулся в ответ. Никакого чувства вины. Никакого раскаяния. Такой уж он был человек. Удивляться не приходилось. Почему бы Инди и в этот раз не простить мерзавца? По правде сказать, в душе Инди всегда сочувствовал таким вот прожженным авантюристам. Не говоря уж о том, что Мак действительно не раз и не два спасал его от верной гибели.

В конце концов Инди махнул рукой.

– Черт с тобой, Мак! Давай выбираться из этого дерьма!

Минуту-другую они молча неслись по тоннелю. Как в старые добрые времена. Инди даже удалось вырваться вперед. Что, опять-таки, не могло не польстить его самолюбию.

– Инди, погоди! – окликнул его Мак.

Что-то очень странное послышалось в его голосе, и, оглянувшись, Инди увидел, что Мак как-то нелепо буксует на месте, словно его ноги завязли в трясине. Лицо побагровело от натуги, а зрачки расширены от страха.

У него за спиной ворочалась, бурлила черная дыра – жуткая гравитационная воронка.

Она все-таки настигла их.

Теперь и Инди ощущал ее близость. Казалось, лицо овевал холодный электрический ветер. Черная дыра властно влекла его к себе.

Мак, который значительно отстал, с трудом сопротивлялся силе притяжения. Тянул к Инди руки, хватал пальцами воздух. Инди заметил, что карманы Мака неестественно оттопырены.

Блеснуло золото.

Инди мгновенно все понял.

– Бросай золото, Мак! Немедленно!

Чернильно-черная бездна надвигалась все ближе. Камешки, осколки плит с грохотом катились по полу, исчезая в ее жуткой пасти. По стенам и потолку бежали зловещие трещины. Отдельные плиты на глазах выламывались из стен и проваливались в ненасытную черную дыру.

Карманы куртки Мака уже трещали по швам. Один карман лопнул, и из него посыпались золотые монеты и драгоценности. И в мгновение ока исчезли в черной дыре.

Мак машинально хлопнул себя по пустому карману.

– Мак!

Приятель и сам понимал, что ведет себя, как дурак.

– Я только хотел попробовать, Инди...

Золото, которым были забиты его карманы, перетянуло, и, потеряв равновесие, Мак растянулся на животе. Его сразу потащило по полу. Сдирая с пальцев кожу, он пытался цепляться за каменные плиты.

– Инди!!! – в отчаянии закричал он, понимая, что обречен.

Дыра тянула его к себе. Перевернувшись на спину, он пытался упираться в пол ногами. Все было напрасно. Его тащило все сильнее. Мимо проносились камни и обломки плит. По стенам со страшным грохотом разбегались все новые и новые трещины.

Он все еще пытался сопротивляться.

Но продолжал скользить по полу.

И ничего не мог с этим поделать.

Вдруг – КРРРА-А-АК!

Что-то щелкнуло и захлестнуло его за запястье. Мак повернулся и увидел, что это кончик пастушьего кнута. Изловчившись, Мак обеими руками вцепился в него. Кожаный кнут натянулся, как струна. Широко расставив ноги, Инди что было силы тянул его к себе. Он был похож на рыбака с удилищем, которому на крючок попался гигантский марлин.

Дружище Индиана!

Увы, напряжение было слишком велико! Его подошвы заскользили по полу. В какой-то момент Маку удалось ухватиться рукой за колонну... Надолго ли?

Мак видел, как Инди багровеет от натуги. Казалось, его самого вздергивают на дыбе. В нескольких шагах от Мака бурлила черная дыра. Все ближе, ближе...

Увы, он обречен.

– Брось меня, друг! – крикнул он.

– Давай, Мак! – задыхаясь, закричал в ответ Инди. – Мы еще и не в таких переделках бывали!

– Нет, Инди! Теперь мне конец!

– Выход всегда есть! – крикнул Инди, напоминая другу его же собственные слова.

– Только не теперь, дружище!..

Черная бездна влекла его к себе. Точное отражение его собственной черной души. В жизни он был неважным товарищем. Может быть, перед смертью ему удастся немного оправдаться.

Мак отпустил конец пастушьего кнута.

– Нет!!! – в ужасе вскричал Инди.

Выпустив спасительный кнут, Мак заскользил по полу. Он увидел, что Инди, неожиданно освободившись от непосильного бремени, отлетел на несколько шагов назад, на безопасное расстояние.

Удачи, дружище!

Итак, Маку не оставалось ничего другого, как открыто взглянуть в лицо судьбе. Несмотря на трагизм положения, на его губах появилась едва заметная улыбка.     >

У него в карманах полным-полно золота.

В общем, есть с чем отправиться в странствия.

А там видно будет!..

Глава 15

Мак исчез в черной бездне. Поднявшись на ноги, Инди было шагнул за ним, но понял, что теперь приятелю уже ничем не поможешь. Сила притяжения росла с каждым мгновением. Иной мир властно требовал его к себе.

Словно балансируя над пропастью, Инди в нерешительности замер на месте.

Потом резко повернул назад.

Но не от страха.

Из глубины туннеля до него донесся отчаянный крик:

– Инди-и-и!!!..

Это была Марион.

Инди решительно бросился на зов. С каждым шагом страшная сила черной дыры заметно слабела. Теперь его уже ничто не могло остановить. Не то что какая-то жалкая воронка!

– Инди-и-и!!!..

Впервые в жизни у него появилась настоящая цель.

Где-то сзади слышался оглушительный грохот: это рушились дальние своды туннеля. Рядом по стене бежала зловещая трещина. Трещина и Инди словно пустились наперегонки. Наконец, повернув за угол, Инди увидел Марион, которая стояла на пороге другого туннеля.

– Инди, наконец-то! – Она хмурила брови, но ее голос дрожал от радости. – Скорее! В конце коридора какой-то свет!

Инди подхватил ее за талию, и они вместе поспешили в туннель.

Это был удивительный туннель. Его прорубили сквозь гранитную скалу, но в его стенах попадались светлые вкрапления прозрачного горного хрусталя. С каждым шагом все крупнее и светлее. Не успели они сделать и двух десятков шагов, как уже весь тоннель превратился в хрустальный коридор.

За хрустальными стенами бурлила вода. Инди сразу припомнился гигантский резервуар, который они видели в городе. Судя по всему, они оказались неподалеку от системы городских акведуков.

Неожиданно каменные плиты под ногами содрогнулись от нового мощного толчка.

Обернувшись, Инди увидел, что стены тоннеля покрываются черными трещинами. Они были похожи на щупальца, которые тянула к ним черная дыра, не желавшая упускать добычу.

– Быстрее, Инди! – закричала Марион.

– Как прикажешь, – усмехнулся он.

Они прибавили ходу. Сзади раздавалось жуткое ворчание и треск. Огромные силы гравитации буквально рвали на части гранитную скалу. Вдруг послышался какой-то другой шум. Плеск и журчание. Оглянувшись, Инди увидел, что из трещин в кварцевых стенах хлещет вода.

Потом у них за спиной раздал грохот и, словно прорвало дамбу, в тоннель хлынули огромные массы воды.

– Быстрее! – крикнул Инди.

Этого им еще не хватало!

У них за спиной одна за другой рушились переборки. Но времени оглянуться уже не было. Из огромного бассейна, находящегося прямо над ними, в тоннель обрушился целый водопад.

Пробежав по закругленному тоннелю и повернув за угол, Инди увидел впереди яркий дневной свет. Матт и Оксли замерли в ожидании. Выход был совсем рядом.

– Бегите! – крикнул Инди.

– Куда?! – в отчаянии пробормотал Матт.

Подбежав к Матту и Оксли, Инди понял, в чем дело. Они находились в тупике. Но прямо у них над головами сквозь длинную вертикальную шахту ярко сияло солнце.

Они попали в ловушку.

А из тоннеля прямо на них несся бешеный поток воды.

– Хватайтесь друг за друга! – заорал Инди.

Они бросились навстречу друг другу, сцепившись в одно целое: Инди, Марион, Матт, Оксли.

В следующее мгновение их захлестнул водяной поток и, подхватив, понес вверх по прозрачной кварцевой шахте.

Инди и представить не мог, какой силы окажется напор. Их несло все быстрее и быстрее. Крутило. Вертело. Стены проносились мимо с головокружительной скоростью. Вместе с ними несло всевозможные обломки и осколки. Инди успел заметить промелькнувший рядом полуобгоревший скелет.

Наконец их выбросило из шахты на гребне огромного водяного фонтана и с силой швырнуло на горный склон. Потеряв друг друга, они прокатились вниз и замерли на одном из просторных уступов скалы.

Промокший и продрогший, Инди кое-как ощупал себя: руки-ноги были целы, но сил подняться не было. Единственное, что он смог, это подцепить валявшуюся рядом шляпу и нахлобучить ее на голову.

Оказалось, что водяная струя забросила их на одну из скал, которые кольцом окружали долину, где среди джунглей затерялись городские развалины.

Минуту спустя к нему подползла Марион, тоже промокшая до нитки. За ней подтянулся и Матт. Благодаря энергии юности, не такой уж и уставший. Его лишь слегка покачивало, да бледен он был, словно его только что вырвало. Оксли, в своем мокром пончо, лежал распластавшись, не в силах пошевелить даже пальцем.

Инди махнул профессору рукой и сказал:

– Погляди-ка туда, Гарольд. Тебе это понравится.

Оксли через силу поднялся, сел и посмотрел туда, куда показывал Инди.

С высокого горного плато, на котором они оказались, открывался прекрасный вид на долину. Посреди древних развалин величественно возвышался Каменный Храм. Огромная пирамида, не подвластная времени, простояла не одно тысячелетие, но теперь ей, похоже, пришел конец.

Громадное сооружение начало крошиться, разваливаться на части. Стены пришли в движение, тяжелые гранитные плиты покрывались трещинами и бороздами, ломаясь, словно кукурузные крекеры. Древняя столица Акатор, раздираемая на части, погибала на глазах.

Инди с ужасом представил себе, что еще немного, и гигантские трещины избороздят всю долину. Так оно и вышло. Как только храм развалился на части, древний город начал хлюпать и булькать, как огромная квашня. Здания рушились до основания, дороги трескались и проваливались. Все пришло в движение.

В центре города Великий Каменный Храм покачнулся и ушел под землю, а на его месте появилась страшная черная дыра, вокруг которой все крутилось, булькало, кипело, и чем ближе к воронке, тем сильнее.

Инди изумленно взирал на то место, где только что был Храм. Судя по всему, вращающийся черный волчок, который они видели под землей, в конце концов пробился на поверхность, грозя всосать в бездонную прорву всю долину.

– Смотрите! – вырвалось у Матта.

Зоркий юноша заметил это первым.

В самом центре воронки блеснуло серебро. Из черных недр начало выдвигаться нечто – до того отполированное, что солнечные лучи, отражаясь от поверхности, больно резали глаз. Как и зловещая бездна, оно стремительно вращалось, только в противоположном направлении.

Среди множества обломков, которые кружили вокруг серебряной сферы, можно было рассмотреть массивного каменного змея.

Серебряный шар медленно поднимался вверх. И чем выше он поднимался, тем труднее было рассмотреть его очертания. Казалось, он распадается на отдельные шары, кольца, диски размером поменьше, с осями вращения, направленными как горизонтально, так и вертикально.

С высокого горного плато Инди, Марион, Матту и Оксли было хорошо видно, как странный объект вдруг в мгновение ока сделался совершенно плоским, вроде громадной фотографии, – но при этом продолжал вращаться. Потом вращение этой гигантской фотографии стало замедляться, пока ее ослепительно-белое ребро не мелькнуло в последний раз и... исчезло.

И сразу обломки, вращавшиеся вокруг него, словно потеряв поддержку, разом посыпались вниз. А каменная статуя, изображающая змея с насмешливо высунутым языком, приземлилась на плато в двух шагах от Инди.

Похоже, космические пришельцы тоже обладали чувством юмора.

По долине рокотом прокатилось тяжелое эхо.

Стены огромного бассейна-резервуара, поврежденные землетрясением, не выдержали и рухнули. Искусственное озеро хлынуло в долину и без остатка поглотило развалины древнего города.

– Точно следы заметают!.. – вырвалось у Оксли.

Тяжелая волна ударила в холм, на котором находилось плато, и, отвалившись от скалы, в воду рухнул изрядный кусок. Марион в испуге бросилась к Инди. Оксли уселся на валун. Только Матт, как ни в чем не бывало, остался стоять на краю утеса.

– Интересно, куда они улетели? – пробормотал юноша, задрав голову вверх. – Туда?..

– Они отправились не в космос, а в другое измерение, – объяснил Оксли, покачав головой.

Он сложил ладони вместе, а затем вывернул их в обратную сторону. Как бы демонстрируя, что такое параллельное пространство.

Инди задумчиво потер подбородок. Но его интересовал куда более практический вопрос.

– Кстати, Гарольд, а как тебе удалось проникнуть на кладбище чаучилла и вынести оттуда череп? Ведь его охраняли дикари. Мы там сами едва не погибли.

– Как?.. Да очень просто. Я пришел на кладбище днем. Когда дикари отсыпались. Кому придет в голову, что кто-то решит грабить могилы посреди бела дня!

– Здорово! – рассмеялся Инди. – Мне до такого ни в жизнь не додуматься!

Матт подошел и уселся рядом с матерью.

– Все-таки никак не пойму, – пробормотал он, – откуда взялись эти легенды о городе из чистого золота? Золотые вещи, которые мы там видели, были привезены туда из других стран...

Инди припомнились золотые монеты и богатые ювелирные украшения мумий. Что касается народа угха, то у них золотые украшения были не в почете.

– Я думаю, все дело в неправильном переводе, – сказал он. – Испанцы перевели слово «драгоценный город» как «золотой город». Тогда как на языке угха «драгоценность» означает «истина». Знание – вот истинное богатство. То есть не Золотой Город, а Город Истины!

Марион осторожно погладила Матта по щеке.

– Ну вот, теперь у тебя останется шрам! – сказала она, имея в виду его бровь, которую Спалко рассекла саблей.

– Ты еще легко отделался, парень! – проворчал Инди.

Солнце медленно опускалось за горную гряду. Вот и еще один день прошел. Инди улегся на травке и надвинул на глаза шляпу. Теперь не мешало немного вздремнуть.

Наклонившись к нему, Марион чуть-чуть приподняла его шляпу и заглянула ему в глаза. Он улыбнулся и обнял ее за талию.

– Иди ко мне, детка!

Она улеглась рядом с ним, уютно устроившись у него на плече. Почувствовав ее тепло, Инди крепко прижал ее к себе. Им было так хорошо вдвоем, словно они и правда были двумя половинками, которые, наконец, нашли друг друга.

Матт поморщился. Но не потому что отец и мать обнимались. Он кивнул в сторону скал.

– Что вы здесь – заночевать решили?

– В джунглях темнеет очень быстро, – сказал Инди. – Если в сумерках спускаться со скалы, можно, пожалуй, свернуть себе шею.

– Почему бы не попробовать, старина?

Инди снова надвинул шляпу на глаза и усмехнулся:

– Вот вы и попробуйте, молодой человек!

– Нет уж, отец! Лучше сначала ты!

У Оксли от удивления отвисла челюсть.

– Отец??? – воскликнул он, повернувшись к Матту. – Ты назвал его отцом?

Эпилог

– Как я мог забыть?!

Чарлз Стенфорт, декан колледжа Маршалла, спешил по аллее мимо административных корпусов. Сверкающие оксфордские туфли застучали каблуками по мраморному полу. Нервно подтянул узел галстука, поправил темно-синий пиджак. Так опозориться!

Да еще в такой день!

Его взгляд упал на рабочего с кисточкой, который старательно, как настоящий художник, выводил буквы на полупрозрачной двери одного из служебных кабинетов.

Стенфорт на секунду притормозил и взглянул на свежую надпись:

«Профессор Генри Джонс-младший».

Рабочий закончил выводить последнюю букву и вопросительно взглянул на декана.

Стенфорт махнул рукой.

– Все в порядке! Пожалуйста, продолжайте!

Рабочий снова взялся за кисть и чуть ниже вывел: «Заместитель декана».

Идеальная работа. Лицо Стенфорта расплылось в довольной улыбке. Он кивнул и торопливо зашел в свой кабинет. На стене висел портрет предыдущего декана, покойного Маркуса Броди. Стенфорт задумчиво прикоснулся к раме, в которую была вставлена фотография.

– Жаль, дружище, что тебя сейчас нет с нами с такой день! – промолвил он. – А может быть, – помолчав, прибавил он с улыбкой, – ты сейчас где-то рядом!

Выйдя из задумчивости, Стенфорт торопливо порылся на полках и достал старую Библию в потертом кожаном переплете. Книге было столько же лет, сколько самому колледжу. По преданию, на ней приносил присягу сам Авраам Линкольн. До недавних пор Библия находилась в личном владении семейства Броди, но в своем завещании Маркус отписал ее колледжу.

Без нее нельзя было начать церемонию!

Схватив Библию, Стенфорт бросился обратно. Несмотря на спешку, он старался держаться с достоинством, подобающим декану. Не хватало еще, чтобы его увидели скачущим вприпрыжку по алее, в парадном фраке.

Через несколько минут он, наконец, подходил к университетской часовне, которая была выстроена из серых плит, добытых на местной каменоломне, и красовалась посреди аккуратной зеленой лужайки. В цветных витражах сияло яркое солнце. По обеим сторонам аллеи цвели кусты шиповника. Как опоздавший, Стенфорт поспешно нырнул в боковую дверь.

Как оказалось, с тех пор как он отправился за Библией, никто не двинулся с места. Священник все так же стоял перед счастливыми женихом и невестой, благостно улыбаясь. Только Инди нетерпеливо хмурился. Он был гладко выбрит и при бабочке. Рядом в белом свадебном платье сияла голубыми глазами Марион Рейвенвуд. По правую руку от Генри находился еще один член семьи. Отпрыск в мощных мотоциклетных сапогах.

Ну и молодежь пошла!..

– А еще позже нельзя было, Чарлз? – прошипел Инди.

– Ты же знаешь, как Маркус ценил эту Библию! – смущенно пробормотал Стенфорт и передал книгу священнику.

Инди понимающе кивнул:

– Спасибо, Чарли!

Теперь Стенфорт мог занять свое место – рядом с женой и взрослыми детьми. Последние приехали еще накануне. Никто не хотел пропустить такое событие. Чтобы своими глазами увидеть, как женится Индиана Джонс, гости съехались со всего мира.

Нашлась, наконец, такая, что окрутила и этого молодца!

Наклонившись к Оксли, Стенфорт прошептал:

– И зачем только нужно было так долго тянуть со свадьбой!..

Что правда, то правда! Самому Инди казалось, что он ждал этого события всю жизнь.

Священник раскрыл Библию и начал церемонию.

Инди бегло оглядел гостей. Кого тут только не было! Присутствовал даже генерал Росс, прикативший из Невады, при парадном мундире, с саблей на боку.

Еще ни разу в жизни Инди не чувствовал себя таким счастливым.

– Итак, по словам Господа, плодитесь и размножайтесь... – бубнил священник. – Любите друг друга, как говорит в своем первом послании к Коринфянам апостол Павел...

Инди нетерпеливо поморщился. Коринфяне?.. Он знал о коринфянах буквально все. Еще бы! Он читал студентам целый курс об этих самых коринфянах!..

Не дожидаясь, пока священник дочитает отрывок из Священного Писания, Инди обнял Марион и нежно поцеловал. Марион удивленно прошептала:

– Эй, Инди! Кажется, сначала нас должны объявить мужем и женой!

– Ну вот, а я только разохотился!

Он притянул ее к себе и снова поцеловал. Теперь-то уж он ее никуда не отпустит! Гости вежливо рассмеялись. Но ему все было нипочем. Голубые глаза Марион радостно сияли. Бог с ними со всеми! Пусть испанцы гоняются за своим золотом, а аборигены за абсолютным знанием!.. Что касается Инди, он уже нашел свое сокровище.

– Браво, Генри! – крикнул со своего места Оксли.

– Горько! – крикнул Матт.

– Спасибо за поддержку! – усмехнулся он и погрозил юноше пальцем.

Тот сделал невинные глаза: а что я такого сказал?

Как бы там ни было, до конца церемонии Матту пришлось еще раз наблюдать, как Инди целует его мать. Ох уж эти старички! Как говорится, одной ногой в могиле, а все туда же!.. Одно успокаивало: такой счастливой Матт не видел мать ни разу в жизни.

Наконец молодожены покончили с поцелуями и, сойдя с подиума, двинулись по проходу. Гости радостно хлопали в ладоши, отовсюду сыпались цветы, поздравления. Матт скользнул взглядом по мемориальной плите, на которой были выбиты имена выпускников университета. Всех без исключения. И добропорядочных граждан, и авантюристов. И конечно, Генри Джонса-младшего. Тем более что Инди вполне можно было отнести и к тем, и к другим!

Юноша недоуменно покачал головой.

«Итак, значит, это и есть мой отец?»

Двери часовни распахнулись, и счастливая пара вышла на улицу. Озорной ветерок Новой Англии, пахнущий лепестками роз, ворвался в часовню и, прошелестев по гардеробу, сорвал с крючка широкополую шляпу и покатил по проходу между церковными скамьями.

Матт подхватил шляпу с пола и, отряхнув, задумчиво оглядел. Старая добрая «Федора». Потрепанная. Видавшая виды... Впрочем, еще очень даже ничего.

А что, если...

Матт расправил поля шляпы и уже собрался надеть ее на голову, как чья-то рука проворно выхватила ее у него из рук. Юноша обернулся и встретился взглядом с Инди.

– Мал еще! – усмехнулся тот.

Надев шляпу, Инди эффектно развернулся на каблуках и. торопливо зашагал к выходу. На пороге он подхватил под руку счастливую Марион, и парочка вышла из церкви – навстречу новым приключениям.

А как же иначе?

Content

Джеймс Роллинс - Индиана Джонс и Королевство хрустального черепа

Литературно-художественное издание

Пролог

Часть первая Город Судного дня

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Часть вторая Учиться никогда не поздно

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Часть третья Знаки на песке

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Часть четвертая Огненные глаза

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Часть пятая Там, где не ступала нога человека

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Часть шестая Заброшенный храм

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Эпилог