Аферистка по призванию 2

ПРОЛОГ

Где-то в Нентории

Стук в дверь отвлек Роберта от бумаг. Так деликатно и тихо мог стучать только Франциск — старый дворецкий, служивший семье графов д’Орунелл уже много лет.

Молодой человек вздохнул, пробежал глазами последние записи, отложил перо и сказал:

— Входи!

Дверь приоткрылась. В кабинет молодого господина вошел суховатый высокий старик с прямой, как палка, спиной. Его идеальная, без единого пятнышка белая ливрея была отличительной чертой слуг дома д’Орунелл. А булавка из оникса на шейном платке указывала на высокий ранг.

— Франц, почему так поздно? — осведомился граф и, хмуря брови, уставился на серебристый поднос, который дворецкий держал на ладони. — Что там еще?

— Ваше Сиятельство, это принес охранник. Он сказал, что конверт просунули в щель под воротами.

Старик опустил поднос на стол перед хозяином.

Удивленный Роберт щелкнул пальцами, проверяя странную корреспонденцию на магические или опасные для жизни включения. Обычно родовой почтовый поднос неплохо справлялся с этим, но всегда находились умельцы, изобретающие что-то новенькое. Послание не изменилось. Граф кончиками пальцев взял скромный конверт из дешевой серой бумаги и покрутил в руках. Дешевые слабые чернила, серая бумага, а почерк — так пишет его конюх “…цать мешков овса”! Конюшня вспомнилась неслучайно — от странного послания исходил стойкий запах конского пота, словно его долго держали в старой седельной сумке. Ни подписи, ни обратного адреса — ничего! Даже на сургуче, которым был запечатан конверт, не оказалось никаких знаков. Просто кляксы дешевого бурого цвета, купленного, скорее всего, на ближайшей почтовой станции.

— Странно, — пробормотал молодой человек с нарастающей тревогой и вскрыл конверт.

Вытащил сложенный вдвое листок и прочитал вслух, с трудом разбирая кривые строки:

— “Граф д’Орунелл! Ваша невеста у нас. Если хотите увидеть ее живой, не смейте никому сообщать об этом послании!..”

Голос графа сорвался. Побледнев, Роберт сжал конверт и ощутил, что там есть что-то еще! С бешеным стуком сердца рванул конверт, и ему в ладонь тут же выпала блестящая безделушка. Он застыл, впившись в нее глазами.

Это была серьга. Скромная золотая сережка с рубином. И в ней не было ничего особенного, не считая двух фактов.

Эти серьги сделал известный в Нентории ювелир по его, Роберта, личному заказу. А ещё он собственными руками вдел их в милые ушки своей невесты Лоретты д’Анкур перед тем, как она отправилась из Нааганата в Драконию!

Взгляд потрясенного графа вернулся к письму:

“…Наши требования весьма скромны. Мы с удовольствием обменяем вашу прелестную невесту на безделицу, которая уже много лет хранится в вашей семье. Речь идет о Черном Гримуаре. Нам известно, что у вас находится последний экземпляр этой древней книги. Если согласны, то сожмите в руках сережку и произнесите вслух ваш ответ. Он будет услышан, и вы получите дальнейшие указания”.

— Некромантия запрещена во всех окрестных королевствах! — тихий голос слуги заставил Роберта вздрогнуть и вернуться в реальность. — Если о Гримуаре узнают, вас обвинят в незаконном хранении, а король пришлет сюда отряд боевых магов, чтобы выжечь некромантское гнездо и половину ваших владений! Что вы намерены делать, Ваше Сиятельство?

Роберт понял, что уже несколько минут сверлит глазами письмо. В душе клокотала буря.

— Не знаю! — отрезал он, хватая серьгу. — Но я найду выход!

ГЛАВА 1

На следующее утро все случившееся ночью казалось дурным сном.

Кира медленно сползла с кровати, лениво умылась прохладной водой, причесала волосы и, накинув “чайное” платье, напоминающее обильно украшенный оборочками халат, спустилась в кухню вместе с котятами.

Малыши сразу кинулись к месту кормежки, задорно стуча пустыми мисками. Пришлось нарубить для них мяса, разбить в отдельную миску пару яиц и покрошить творога. В брошюре по содержанию мантикор указывалась необходимость разнообразного питания для подрастающих магических кошек.

Только после этого Кира смогла заняться собственным завтраком. Впрочем, готовить не хотелось, так что она отрезала несколько тонких ломтиков белого хлеба, намазала их медом и плюхнула на магическую плиту турку для кофе.

Не успела она сварить любимый напиток, как в парадную дверь постучали. Это не могла быть служанка: Арда всегда заходила с черного входа, дом ее знал и пускал.

— Кого там принесла нелегкая! — раздалось знакомое ворчание, и рядом с девушкой материализовался призрак алхимика.

Это произошло столь внезапно, что Кира едва куском булки не подавилась.

— Профессор! — воскликнула, немного откашлявшись. — Вы хотя бы предупреждайте!.. В следующий раз… — прибавила она, поймав на себе насмешливый взгляд мужчины.

Котята, заметив духа, повели себя очень странно: выгнули спины дыбом, встопорщили шерсть и зашипели.

— Цыть, малявки, — беззлобно бросил Рильон. — Сейчас не до вас. Ты уже придумала, как будешь искать мой перстень?

Стук повторился. Это избавило Киру от необходимости отвечать.

Игнорируя мага, она выглянула в окно.

На крыльце топтался незнакомый юноша в светлом костюме с узким галстуком и в соломенной шляпе-канотье.

Светловолосый и светлокожий, с острым носом и по-птичьи круглыми глазами, он выглядел милым чистеньким мальчиком из зажиточной семьи. Только тросточки в руках не хватало. Вместо нее незнакомец держал папку с бумагами и слегка пританцовывал, словно от нетерпения.

— Профессор, вы знаете, кто это? — Кира с любопытством оглядела незнакомца.

— Еще бы не знать, — проворчал призрак, подлетев ближе и заглядывая в окно через плечо Киры, — это Тит Данасий. Самый ядовитый вестник местной газеты. Настоящий проныра! Сразу видно, явился сюда в поиске свежих новостей.

Кира поняла, что под “вестником” Рильон имеет в виду журналиста. Она вспомнила статью, на которую случайно наткнулась в департаменте. Было там что-то такое: “Ждите эксклюзивное интервью с леди д’Анкур уже в ближайшем выпуске!”

— Похоже, придется его впустить, — вздохнула она. — Еще напишет обо мне что-нибудь этакое, — девушка повела рукой в воздухе, изображая замысловатый кульбит.

— Статья в “Новостях” привлечет слишком много любопытных, — недовольно высказался профессор, — а вам нужно искать мой перстень!

Кира усмехнулась:

— Не переживайте. Есть у меня одна идея.

— И какая же, позвольте узнать?

— Используем этого вестника в наших целях. Попробуем выманить вашего таинственного вора с помощью интервью.

Рильон посмотрел на нее с явным сомнением:

— Что-то подсказывает мне, что это плохая идея.

— У вас есть получше, профессор? — хмыкнула Кира.

Ее уже охватил азарт, какого она сама от себя не ожидала. Потирая руки в предвкушении хорошего развлечения, она направилась в холл. Котята помчались следом, пытаясь при этом ухватить что-то в воздухе.

“Я буду рядом! — прозвучал в голове недовольный голос призрака. — На всякий случай! Ай, да отцепитесь вы!”

Перед тем, как открыть дверь, Кира заглянула в зеркало. Поправила кружева на груди, “надела” светскую улыбку и только тогда повернула замок.

— Вы что-то хотели, любезный? — хлопнула ресничками перед носом журналиста.

Тот, надо отдать ему должное, моментально взял себя в руки. Приосанился и ответил не менее светской улыбкой:

— Прошу прощения за ранний визит, леди д’Анкур, но дело не терпит отлагательств.

Он снял канотье, учтиво поклонился и затараторил, наступая на девушку и вынуждая впустить его в дом:

— Тит Данасий к вашим услугам, лучший вестник “Новобашенских новостей”. Только свежие новости, и только у нас! Откомандирован нашим редактором, мэтром Жулиском, дабы взять интервью у самой очаровательной леди-детектива этого столетия!

Кира уперлась одной рукой в дверную раму и старательно удивилась:

— Простите, я не расслышала, кто вы?

Стиляга немного растерялся:

— Вестник! Я прибыл взять у вас интервью!

— Ах, неужели! — Кира старательно округлила рот и уставилась на журналиста с легким испугом: — Но это же совершенно невозможно! Я не готова! Нужно переменить платье, сделать прическу, выбрать туфельки! Право, сударь… простите, не помню вашего имени. Зайдите к обеду! А лучше к ужину! Или завтра! Да, точно, завтра будет лучше всего!

Она тараторила так же быстро, как он перед этим. А заодно напирала грудью, вынуждая беднягу шаг за шагом отступать все дальше от двери. Пока тот наконец не оступился, забыв, что у крыльца ещё три ступеньки.

Доски хрустнули. Неудачливый репортер с обреченным криком упал на дорожку и вдобавок приложился затылком о щебень. Шляпа смягчила удар, но изрядно помялась.

Однако это не остановило акулу пера, уже почуявшего сладкий запах сенсации. Встав на четвереньки, Тит поправил шляпу и решительно кинулся к девушке, уже готовой захлопнуть дверь:

— Леди д’Анкур! Но почему завтра? Что мешает нам поговорить сейчас? Или вы уже обещали кому-то эксклюзивное интервью?

От такой мысли бедняга покрылся алыми пятнами и дернул галстук, словно тот мешал ему дышать.

— Я заплачу больше! — добавил он, поднимаясь и отряхивая колени.

— Сколько? — тут же отреагировала Кира, вспомнив, что деньги Лоретты начали быстро таять.

Конечно, стоило обратиться с этим вопросом к профессору, но она не хотела чувствовать себя зависимой от него. Хватит уже и клятвы, данной так опрометчиво. Пока они с Рильоном союзники и играют на одной стороне. Но в любой момент может все измениться.

Вестник смешался. Он заглянул в свою папку:

— Редактор выделил три золотых…

— За эксклюзивное интервью с лучшим детективом эпохи? — уточнила Кира, упирая руки в бока и даже не подозревая, что копирует Карамель. — Шесть — и не меньше!

— Может, пять? — замялся Тит. — Пожалейте бедного вестника, леди, мне придется добавить недостающие деньги из своего кармана.

Она смерила его ледяным взглядом с ног до головы и обратно. Потом с видимой неохотой согласилась:

— Ладно, пять с половиной — и эксклюзив твой. Но взамен ты ответишь на мои вопросы.

Тот явно не ожидал такого поворота событий и слегка приуныл:

— Простите, леди, чем может быть полезен вам бедный вестник?

Кира улыбнулась, делая вид, что сменила гнев на милость. Впрочем, это было несложно: уж очень потрепанный вид приобрел лощеный красавец после неудачного падения.

— Надеюсь, вам известно об ограблении лаборатории что-то такое, что неизвестно префектуре? — тут она понизила голос, словно делясь некой тайной. — Если так, то мы могли бы помочь друг другу.

— О, конечно, у меня есть кое-что любопытное! — глаза вестника загорелись, как фонари в ночном саду. — Вам известно, что профессора Рильона подозревали в контрабанде?

— Контрабанде зелий? — Кира выгнула бровь.

— Контрабанда зелий — это самое малое, в чем его могли обвинить! — ухмыльнулся вестник во весь рот. — Ходят слухи, что он в своем подвале держал на цепи живого метаморфа! Оттого все его зелья обладали неповторимым эффектом!

“Бред!” — тут же отозвался Рильон.

Последние несколько минут невидимый маг торчал у нее за плечом и комментировал каждое слово вестника скрежетом зубов и нелестными эпитетами вроде “шпана”, “идиот” и прочее.

“Вам есть что скрывать, профессор?” — мысленно осведомилась Кира. А сама всплеснула руками, обращаясь к Титу:

— Да что вы говорите!

И пошире распахнула входную дверь:

— Прошу, господин Данасий. Чувствую, нас ждет весьма содержательная беседа!

* * *

Три часа спустя модный вестник “Новобашенских новостей” покинул не слишком гостеприимный дом, в котором его, вопреки всем обычаям, даже не угостили чаем. При этом сама хозяйка ела и пила за троих на глазах у бедняги, заставляя того давиться слюной. А ещё в гостиной царил полумрак из-за плотно задернутых штор, а треклятые лампы светили ему прямо в глаза!

Теперь он чувствовал себя не только смертельно голодным, но и выжатым досуха, будто пережил допрос с пристрастием. Устало залез в ожидающий экипаж, приказал кучеру ехать к редакции и раскрыл свои записи.

Невеселая улыбка скользнула по губам молодого человека: похоже, это не он брал интервью, а у него. Леди Лоретта опасная женщина! Так ловко выпытала у него все, что он знал об ограблении, до последней мелочи. А взамен отделалась общими фразами. Не рассказала ничего существенного ни о себе, ни о деле, ради которого прибыла в Новую Башню.

Мэтр Жулиск будет весьма недоволен такой работой. Пять с половиной золотых ушли в никуда. Впрочем, ещё не все потеряно.

Улыбка Тита стала шире и самодовольнее: ему не впервой рыться в грязном белье публичных особ и высасывать из пальца сенсации.

ГЛАВА 2

Кира проводила взглядом отъехавший экипаж репортера и обернулась к профессору.

Марсель де Рильон сидел в кресле, закинув ногу на ногу, и смотрел на нее с холодным ожиданием. Сквозь его призрачную фигуру были видны котята, которые спали, свернувшись клубочком на мягком сиденье.

Похоже, маленьких мантикор совершенно не тревожило присутствие духа, а вот на Тита они отреагировали вздыбленной шерстью и душераздирающим воем. Но потом они вдруг присмирели, забрались на свободное кресло и улеглись.

— Так и знала, что это ваших рук дело! — улыбнулась девушка. — Как вам удалось их приструнить?

— Немного сонных чар, — признался Рильон и указал на свободное кресло. — Садитесь, леди. Я хочу знать, что вы планируете делать дальше.

— Я?

— Ну не я же! — передразнил он ее. — Если помните, я не могу даже выйти из дома!

Кира опустилась в кресло и наградила призрака укоризненным взглядом.

— Скажите, профессор, то, что рассказал этот Тит — правда? Про метаморфа в подвале и обыск?

Алхимик поморщился:

— Да, было дело. Где-то за месяц до ограбления в префектуру поступил донос. Мне его потом показали. Некто “Анонимус” писал, что я незаконно удерживаю в подвале лаборатории живого метаморфа. Разумеется, драконы тут же потребовали тщательной проверки.

— Драконы? Почему именно они? — удивилась Кира.

Ее собеседник криво усмехнулся:

— После того, как Нааганат объявил метаморфов вне закона, Владычица Неба издала прямо противоположный указ. В нем сказано, что Дракония дарует убежище всем метаморфам в обмен на пожизненное служение трону.

— И?.. — напряглась девушка, чувствуя подвох.

— Несчастных, имевших глупость явиться в Драконию, сопроводили во дворец Владычицы Неба. Теперь они живут там, надо сказать, в комфортных условиях и платят за жизнь своей кровью. Но гнездо Владычицы очень большое, омолаживающих зелий на всех не хватает. К тому же, — он выразительно посмотрел на нее, — чем старше метаморф, тем сильнее эффект от его крови, и тем медленнее она восстанавливается.

— Ясно, — Кира сделала пометку в блокноте, — значит, обыск ничего не дал.

— Верно. Но ещё несколько дней за мной была слежка, и я могу поклясться, что следили не драконы и не городские стражи.

Похоже, дело обретало новый поворот.

— А кто?

Призрак пожал плечами:

— Думаю, те же личности, что ворвались в лабораторию.

— Угу… — ещё одна пометка.

— На третью ночь после обыска меня разбудила охранная магия дома.

— Кто-то залез? — встрепенулась девушка.

— Да. Их было трое. Двое сумели спастись, а третий застрял в печати охранки.

Маг замолчал. Кира, конспектирующая его показания, поторопила:

— Вы его поймали, как гоблинов? Сдали стражам?

— Нет… — ответил он после некоторой паузы.

— А что с ним стало?

— Вам лучше самой посмотреть…

Кира послушно встала и двинулась за призраком. Тот направился в кухню, а там птичкой вспорхнул к узенькой лестнице, ведущей на чердак.

Девушка шла следом, не торопясь и придерживая длинные юбки: что бы там ни было, оно подождет, а вот мелкие детали и подробности, которые она вытянула из репортера, нужно тщательно уложить в голове.

— Скажите, — поинтересовалась иномирянка, пока маг открывал чердачный люк, — вы же не только драконов подозреваете, верно? Эльфы и дриады тоже подходят на роль конкурентов. К тому же вы сами сказали, что перстень мог перехватить только более сильный маг, чем вы. Сколько таких магов вы знаете?

— В Новой Башне? — хмыкнул Рильон. — Штук двадцать, не меньше. Половина городского совета и вся верхушка Академии. Я ведь даже до декана не дорос, так, всего лишь преподаватель.

Кира задумалась.

Сузить круг подозреваемых не вышло. Он стал только шире. Судя по остаткам ящиков с пузырьками в лаборатории, профессор кому-то перешел дорогу. А ведь есть ещё оборотни, получающие налоги со всех продаж, идущих на их земле. И Академия, которая явно была бы не против наложить лапу на изобретения профессора. А наги?

— Вы продавали зелья нагам? — спросила она, протискиваясь в узкий люк.

Призрак пробурчал что-то себе под нос, потом уже громче ответил:

— Только гнезду Владыки. Его жены щедро платили за самые редкие зелья. Но требовали штучный товар и обязательно в дорогой эксклюзивной упаковке. Пришлось даже с ювелиром договор заключить на поставку золотых флаконов с самоцветными пробками.

— А ювелир дракон или эльф?

— Гном. Потомственный ювелир с известным именем. Бертольд Кугхенбрайн. Он на каждом изделии ставит свою печать, это увеличивает стоимость самого простого флакончика вдвое.

— Значит, и гномы! Ох, и крутой замес получается! — принялась вслух размышлять девушка. — Выходит, что одной половине жителей Новой Башни ваше исчезновение на руку, второй половине — нет. Как определить тех, кто не только желал вас убрать, но и мог это сделать?

Кира настолько погрузилась в размышления, что почти не обращала внимания, куда идет. Смотрела вниз, на мелькающий перед глазами подол призрачной мантии профессора. И не сразу поняла, что маг подвел ее к огромному запыленному сундуку и поднял крышку.

Она машинально заглянула внутрь и остолбенела, охваченная ужасом. Волосы на затылке поднялись дыбом, а в горле застрял жалкий писк.

В сундуке лежала почерневшая мумия, обтянутая остатками кожи и ткани.

— Тихо, тихо, — дух осторожно опустил крышку. — Это и есть тот третий. Он попал в мою ловушку, когда пытался проникнуть в дом через чердачное окно.

— Вы его убили? И высушили? — дрожащим голосом уточнила девушка, пытаясь не выплеснуть свой завтрак на пыльные доски.

— Вот еще! — фыркнул алхимик. — Буду я руки пачкать. Кто-то повесил на него печать верности, и бедняга самоуничтожился, едва я попытался его допросить.

— А сказать он что-нибудь успел?

— Нет! Но я спрятал его здесь на всякий случай и нанес скрывающие руны. Поэтому его до сих пор не нашли. Хотя, должен заметить, эта пронырливая джиния все-таки умудрилась учуять труп.

“Потому что тут пахнет смертью!” — вспомнила Кира.

— Значит, Джайна была права, — пробормотала девушка, положив руку на то место, где под тканью платья находился кулон. — И вас она тоже почувствовала, профессор.

— Даже не сомневаюсь, — буркнул Рильон и взялся за крышку. — Ну, готовы?

— К чему?

— Я не успел обыскать этого охотника за приключениями.

— И предлагаете сделать это мне? — прищурилась Кира. — Какой же вы джентльмен?

— Я не претендую на роль джентльмена, — парировал призрак. — Достаточно того, что притащил его сюда!

С этими словами он нырнул в сундук и начал обыскивать мумию, скидывая находки на пол.

Кира присела на корточки. Нож, странная короткая веревка с ручками на концах, несколько запечатанных склянок и керамических шариков, смятый лист бумаги и сухарь.

— Странный наборчик! — вслух удивилась она и пожалела, что в этом мире ещё не изобрели латексные перчатки. — А это что?

Аккуратно, стараясь действовать самыми кончиками пальцев, развернула бумагу. В первой же строчке значилось: “Долговая расписка, данная Магнусом Торрусом, студентом…”

— Хм, а вы его знаете? — Кира перевела взгляд на мага.

— Разумеется. Один из тех паразитов, что вечно кучкуются на задних партах и пишут пошлые оды куртизанкам из Дома Наслаждений вместо того, чтобы писать рефераты! Этот вот с факультета зельеварения, четвертый курс! Пять раз ходил ко мне на пересдачу, но так и не сдал!

— Ох… Это что же получается, — слегка растерялась девушка, — к вам залез студент, погиб здесь, и его никто не ищет?

— Мне тоже любопытно, почему никто не объявил его в розыск. Вот эти флаконы, — профессор ткнул в пару крошечных бутылочек, запечатанных сургучом, — мои зелья. Одно “светлячок” — просто дает свет, если встряхнуть, второе способно сделать жидким любой сплав, в котором не менее половины железа.

— Ага… Значит, замки и двери. А сейф у вас есть? — Кира ухватилась за внезапно пришедшую мысль.

— Сейф? — призрак непонимающе посмотрел на нее.

— Металлический ящик для хранения документов.

— Есть, только он у меня из железного дерева, это зелье не поможет.

— Значит, этой детали воры не знали. Похоже, — начала она размышлять, — они вломились в дом в поисках ценных бумаг, но тот, кто направил их, обезопасил себя этой, как ее…

— Печатью верности.

— Точно! — Кира щелкнула пальцами, но тут же приуныла. — Ну и что с этой информацией делать? Ехать в Академию, искать дружков этого студента? Или родственников? А как сказать, что он погиб и откуда я об этом знаю?

— Никто не должен знать о его смерти! — взвился Рильон и даже слегка замерцал от волнения. — Я подозревал, что ноги у моих проблем растут из Академии, но у меня нет доказательств. К тому же весь деканат — это очень сильные маги! Достаточно сильные, чтобы перехватить мои заклинания!

Кира поднялась, отряхнула пыль с подола и чихнула. Она уже успела успокоиться и даже привыкнуть к соседству с мумией нерадивого студента, хотя нет-нет, да и ежилась, бросая в сторону сундука опасливые взгляды.

— Но в Академию все равно нужно, — вздохнула она. — Я, кстати, уже видела декана Галендана. Он разговаривал с вашим ассистентом Альтом Клеменсом. Вам не кажется это подозрительным?

— Конечно, нет! — раздраженно отозвался дух и толкнул крышку сундука. Та с грохотом опустилась. — Что подозрительного в разговоре между деканом факультета и лучшим студентом на курсе?

Сундук закрылся — и Кира наконец-то перевела дух. Все же стоять вот так рядом с трупом… жутко!

— Ладно, — Рильон отряхнул призрачные руки и бросил на Киру скептичный взгляд. — Идемте, леди-детектив. Вам стоит привести себя в порядок.

— Ну разумеется! — огрызнулась она, смахивая со лба паутину. — А вам стоило бы здесь прибрать.

После времени, проведенного на чердаке, ее вид и правда оставлял желать лучшего: с крыши на волосы насыпалась труха, подол измазан в пыли, а на платье и лицо налипли обрывки паутины. Но в отличие от многих женщин, Кира насекомых не боялась. Брезговала слегка, но не боялась. Вот и сейчас она на глазах у Рильона ловким щелчком сбила с плеча восьмилапого кроху.

— Вы страшная женщина, леди Лоретта, — вздохнул профессор, пропуская ее вперед. — Даже не взвизгнули, когда увидели труп. Ну и сейчас тоже…

— Вам известно, что я не Лоретта, — фыркнула девушка, протискиваясь в люк и нащупывая ногой перекладину лестницы. — Но вы упорно продолжаете называть меня этим именем.

— Потому что своего настоящего вы мне не сказали, — резонно заметил дух.

Раздраженная Кира хотела бросить в ответ что-то едкое, но не успела. Раздался треск ткани, и она с ужасом поняла, что наступила себе на подол. Нога соскользнула с перекладины, тело по инерции занесло назад, и девушка, чертыхнувшись, рухнула вниз.

Не успела Кира закрыть глаза и как следует испугаться, как полет оборвался. Только на этот раз она влетела не в упругую сеть, а в чьи-то объятия. Сильные руки подхватили ее и прижали к не менее сильному телу.

— Ой! — выдала иномирянка и рефлекторно обхватила спасителя за шею.

Затем ощутила, как ее медленно опускают.

— Не нужно ко мне так прижиматься, — раздался над ухом недовольный голос… профессора. — Я хоть и временно бесплотный, но не давал обет безбрачия.

— Ой! — повторила Кира, открывая глаза.

Она действительно находилась на руках у призрака! Тот смотрел на нее с явной укоризной, а ещё весь светился и был вполне ощутим!

— Как?! — выдохнула она, едва он опустил ее на пол. — Как вы сумели меня подхватить? Вы же бесплотный дух!

Лицо профессора передернула болезненная гримаса. Едва девушка оказалась в безопасности, как свечение начало меркнуть, а вместе с ним слабеть и контуры мага.

— Ничего сверхъестественного, — буркнул Рильон. — Все случилось так неожиданно, что я не успел сориентироваться и создать воздушную подушку. Инстинкт направил все силы на укрепление тела. Но теперь…

Он ещё раз поморщился, будто происходящее доставляло ему дискомфорт, и оглядел свое медленно тающее тело.

— Теперь мне придется исчезнуть на время.

— Что? Как? — Кира шагнула к нему. — Профессор! Только не оставляйте меня! А как же расследование?

Маг молча развел руками.

“Это ненадолго, — раздался его мысленный голос, хотя девушка видела, как на блекнущем лице шевелятся губы. — Может, на пару дней, пока я накоплю достаточно сил, чтобы проявиться”.

— Пару дней?! А мне-то что делать все это время?

“Прогуляйтесь в Академию. Аккуратно расспросите студентов. В конце концов, кто из нас детектив?”

Кира застыла в полной растерянности. Там, где только что мерцал призрак, теперь была пустота.

Она задрала голову. Оценила высоту, с которой упала. Метра четыре, не меньше. В доме профессора высокие потолки, и кухня не исключение. Потом тихо выругалась: если бы не клятый подол, ничего бы этого не случилось. И кто только придумал такую дурацкую моду?

К ней с громким мяуканьем бросились мантикорыши.

— Что, опять проголодались? — улыбнулась девушка, подхватывая их с пола и прижимая к груди. — Похоже, нам всем стоит немного перекусить и успокоить нервы.

Взгляд зацепился за стол. На нем лежали блокнот с пометками и карандаш, хотя Кира точно помнила, что оставляла их в гостиной. Похоже, перед тем как исчезнуть, Марсель де Рильон нашел в себе силы оставить ей этот намек.

ГЛАВА 3

Утешив себя жареным беконом и немного отдышавшись, Кира вернулась к своим заметкам. Все указывало на то, что следующим этапом расследования должен стать визит в Академию. Но ехать туда одной было боязно. Неизвестно, кто враг, но он достаточно сильный, чтобы убивать на расстоянии, как это случилось с несчастным Магнусом.

Кира бросила взгляд на окно. Во дворе без дела слонялись Ульф и Хурт. Капитан приказал им присматривать за домом “на всякий случай”, а на ночь молодых оболтусов сменит новый караул.

Может, с ними поехать? Хоть какая-то польза от этих двоих…

Она снова потрогала кулон. Пока здесь бродят оборотни, ей не выпустить джинию!

Еще и профессор пропал. Вот невезуха.

От грустных мыслей отвлек цокот копыт. Ульф и Хурт тут же выпрямились, как на параде: спина прямая, грудь колесом и правая рука на эфесе короткого городского меча. Сразу видно, начальство пожаловало.

Интуиция Киру не подвела: в воротах показался казенный фаэтон. Кучер придержал лошадей, дверца открылась, и на дорожку спрыгнул капитан Вегард.

— Докладывайте! — бросил охранникам.

Кира навострила уши. Только его не хватало! Он же сейчас учует в доме запах магии.

— Никаких происшествий не было! — отрапортовал Ульф, как старший.

— Вольно.

Увидев, что гость направился к крыльцу, она затолкала в рот последний кусок бекона и, на ходу вытирая губы, поспешила в холл. Успела распахнуть дверь как раз в тот момент, когда Вегард собрался постучать. Оборотень так и застыл с занесенной рукой, едва не столкнувшись с девушкой нос к носу.

— Капитан! — она одарила его самой обворожительной улыбкой из своего арсенала. — Как я рада вас видеть! Вы-то мне и нужны!

Шагнула навстречу, ненавязчиво оттесняя от дверей и закрывая их за собой. Затараторила:

— Тут такое дело. Мне срочно нужно посетить Академию! Это касается расследования, поэтому я прошу вас сопровождать меня.

Слегка оторопевший от ее напора капитан приосанился.

— Разумеется, леди, я буду рад вам помочь.

— Замечательно! — она ещё раз улыбнулась. — Тогда подождите меня в экипаже. Мне нужно двадцать минут на сборы.

А затем, не давая бедняге и слова сказать, юркнула в дом и захлопнула дверь у него перед носом.

В холле на секунду закрыла глаза, шумно выдохнула и, задрав юбки, помчалась на второй этаж.

Служанки нет, она, оказывается, через день приходит. Джайну не выпустишь. Значит, придется одеваться самой.

Ругаясь и чертыхаясь, Кира с горем пополам напялила корсет, чулки и нижние юбки. Выбрала самое скромное платье, ещё раз мысленно поблагодарила Лоретту за любовь к пуговкам и крючкам. Уложила волосы в высокий шиньон, приколола шляпку-таблетку с вуалькой, обулась, схватила перчатки и поспешила на улицу.

Вегард встретил ее у ворот. Капитан так и не сел в экипаж, а ходил вдоль забора, пиная камешки. Увидев девушку, окинул ее одобрительным взглядом.

Подав руку, помог “детективу” забраться в повозку. Потом крикнул кучеру:

— В Академию Магии!

Фаэтон плавно тронулся с места.

Ехать в молчании было неловко. Но пока Кира судорожно искала тему для разговора, ее спутник заговорил первым.

— Прошу прощения за вольность, леди, — начал он таким тоном, что она напряглась, — но могу я быть откровенным с вами?

— Конечно, — улыбка вышла немного натянутой.

— Вы необыкновенная девушка. Прибыли к нам из столицы, а одеваетесь очень скромно. Вот, даже зонтик с собой не взяли, хотя уже полдень, и в такое время все местные дамы прячут лица от солнца.

Ей стоило большого труда удержать на лице расслабленное выражение. Мысленно же обозвала себя идиоткой: чертов зонтик! Совсем забыла, что здоровый загар здесь не в чести, а женщины тратят огромные деньги на чудо-средства для отбеливания кожи!

Пришлось срочно делать хорошую мину при плохой игре:

— Мне не нужен зонтик. Я могу позволить себе эльфийский крем для защиты от солнца.

А сама пальцы скрестила: пусть только в этом мире такой крем имеется!

Капитан, судя по его взгляду, вполне удовлетворился таким объяснением. Но сама Кира поняла, что надо быть осторожнее: такие мелочи, на которые она сама никогда бы не обратила внимания, могут выдать в ней самозванку!

* * *

Путь до Академии пролегал через центр города, но затем экипаж выехал на окраину и покатил между полей. Кира с интересом глазела по сторонам, пока наконец впереди не показались величественные ворота, охраняемые двумя каменными грифонами на высоких постаментах. Статуи выглядели как живые, настолько искусно неведомый мастер высек их из черного мрамора. Казалось, они вот-вот распахнут крылья, ветер встопорщит перья, и гигантские птицы сорвутся в полет.

— Это стражи Академии, — сообщил Вегард, поймав восхищенный взгляд спутницы. — Сам Дарбен Грухенхейм заряжает их каждый вечер.

— А Дарбен — это у нас кто?

— Ректор, разумеется.

Кира напрягла память: точно, в досье ведь упоминались имена и расы всего преподавательского состава Академии. А ректор, кажется, гном. Странно, конечно, что в заведении, где в деканах ходят эльфы, ректором сделали какого-то гнома…

— Почему именно он? — удивилась она. — Среди гномов редко рождаются маги с уровнем выше пятого, а тот же декан Галедан, насколько мне известно, маг десятого или одиннадцатого уровня.

— Господин Грухенхейм владеет силами камня и железа, — пояснил Вегард, — ему подчиняется весь академический комплекс. А ещё он отличный управленец, поэтому его и выбрали на эту должность.

Каменные грифоны проводили гостей слепыми глазами, ворота распахнулись, и фаэтон въехал на территорию Академии.

Здесь было довольно шумно. По дорожкам между цветущих кустов слонялись студенты в мантиях разного цвета. Некоторые совсем дети — больше пятнадцати на вид и не дашь. Другие постарше, а были и такие, что выглядели взрослее самой Киры. Въехавший экипаж привлек их внимание. И не успела девушка сойти, как к ней устремились любопытные взгляды.

— Капитан, — она вцепилась в руку оборотня, — не могли бы вы проводить меня к ректору. Знаете, где его кабинет?

— Боюсь, моя леди, тут я вам не помощник, — Вегард покосился на ее пальцы. — Но я знаю, кто нам поможет. Эй, пацан!

Он ухватил за шиворот пробегавшего мимо паренька в серой мантии. Тот дернул длинными ушами и с опаской уставился на оборотня.

— Привет, — Кира постаралась сгладить грубость капитана, — знаешь, как пройти в кабинет ректора?

Мальчишка кивнул.

— Проводишь нас?

— А вам зачем? — тут же подключился молоденький эльф из толпы.

Кира отметила и зеленую мантию говорившего, и то, что он выглядел ровесником Альта Клеменса.

— Третий курс? — рискнула она. — Факультет алхимии?

— Зельеваренье, — поправил студент, вздернув изящный нос. — Эльбрен Лианэль к вашим услугам, леди. Алхимики в красных мантиях. Если вам нужен ректор, то его сейчас нет на месте, он читает лекцию о магических свойствах минералов на факультете Артефакторики.

— Вот и отлично, — Кира потерла руки, — проводите нас туда, господин Лианэль.

Факультет Артефакторики оказался той ещё матрешкой. Небольшое здание из красного камня располагалось во внутреннем дворе кафедры металлов и минералов. Кафедра была частью крыла магов-прикладников, а само крыло относилось к корпусу бытового и ремесленного волшебства. Кира только ежилась, когда юный Лианэль восторженно перечислял ей все “уровни”, которые им предстояло миновать. Да и догнать легконогого эльфа было делом непростым. Хитрый волк остался у экипажа:

— Не буду вам мешать, госпожа детектив, — сказал он с поклоном.

Кира криво улыбнулась и поспешила за студентом, осознавая масштаб проблемы — на территории Академии можно было спрятать слона! Нет, стадо слонов! Корпуса, оранжереи, лаборатории… Редкие указатели ни капли не помогали понять, где ты находишься. А ещё были общежития, какие-то конюшни, груды угля… Как вообще здесь можно отыскать что-то или кого-то?

К счастью для измученных нервов иномирянки, ректор нашелся довольно быстро. Он стоял на кафедре в просторном лекционном зале, похожем на раскрытую раковину. Огромная аудитория была заполнена всего на треть, зато перед каждым студентом стояла коробка с образцами минералов, а над кафедрой висела проекция друзы кристаллов, в которую крепкий гном в распахнутой фиолетовой мантии, отделанной золотом, тыкал указкой.

— Итак, теперь вы знаете, как именно следует разделять друзу родохрозита для изготовления артефакта спокойного сна. На следующем занятии жду от вас схему подключения кристалла-накопителя!

Отключив проекцию небрежным щелчком, гном одним пассом собрал со столов коробки с образцами и только тогда заметил стоящую в дверях Киру:

— Леди д’Анкур? Наслышан! Что привело вас в Академию?

— Добрый день, господин Грухенхейм, — Кира изобразила легкий кивок. — Я ищу студента пятого курса Магнуса Торруса и его друзей.

— Зачем? — ректор удивленно поднял кустистые брови.

— Полагаю, Магнусу кое-что известно об исчезновении профессора Рильона, — уклонилась девушка от прямого ответа.

Ну не говорить же ректору, что его студент умер и даже успел превратиться в мумию? Вряд ли господин Грухенхейм будет рад таким новостям. Да и профессор Марсель настоятельно рекомендовал не откровенничать.

— Что ж, пройдемте в ректорат, — нахмурился гном, — нужно проверить списки, но мне кажется, этот студент был отчислен за неуспеваемость.

— Вы уверены? — с легким сомнением в голосе уточнила Кира.

Собеседник бросил на нее укоризненный взгляд и жестом пригласил идти за собой.

— Леди д’Анкур! Высшая Академия Магии и Волшебства — весьма престижное учебное заведение! У нас очень мало отстающих, и я знаю их всех хотя бы по именам!

Вежливо выслушав этот спич, лже-детектив поспешила за ректором.

Дарбен Грухенхейм провел ее через какие-то технические помещения, каморки и подвалы. Через несколько минут они очутились в просторной приемной, отделанной дубовыми панелями. За столом сидела худощавая женщина в строгом платье, похожем на то, которое надела Кира.

— Госпожа Криспин, — прогудел гном, — проверьте данные по студенту Магнусу Торрусу. Если не ошибаюсь, его отчислили после первого семестра?

Дама махнула рукой в сторону шкафа, и оттуда вылетела картонная папка с несколькими пометками:

— Совершенно верно, господин ректор! Магнус Торрус отчислен около месяца назад за систематическую неуспеваемость! Учебники сданы, задолженности в общежитии нет. Выданы средства на билет до Тронхейма.

— Магнус завершил все дела и уехал домой? — не выдержала Кира. — А его друзья? Неужели он один был таким раздолбаем?

Госпожа Криспин вгляделась в пометки на папке и поморщилась:

— Не один. После отчисления студента ещё двоим его однокурсникам вынесено последнее предупреждение. Они покидали территорию Академии в учебное время. Правда, потом предоставили документы с подписью декана зельеваров. Мы не поощряем прогулы! К счастью, эти молодые люди одумались и сумели исправить оценки.

— Госпожа Криспин, прошу вас, напишите мне имена этих студентов. Я бы хотела поговорить с ними о профессоре Рильоне.

— Но профессор не читал у них лекций! — возмутилась секретарь и чопорно поджала губы.

— Зато Магнуса видели возле дома профессора незадолго до его исчезновения! — несколько раздраженно ответила Кира.

— Мерил, дайте госпоже д’Анкур все, что она просит, — вмешался гном, насупив брови. — Эта история с исчезновением профессора не идет на пользу нашей Академии! Еще не хватало, чтобы нас начали подозревать в сокрытии улик!

— Как скажете, господин ректор! — секретарь вздернула подбородок.

ГЛАВА 4

Через пять минут на руках у Киры были выписки из личных дел студентов-раздолбаев, приятелей покойного Магнуса. Госпожа Криспин добавила даже список оценок и расписание на семестр, вот уж дотошная особа! Зато и придраться было не к чему.

Изучив бумаги, Кира поняла, что ловить зельеваров на занятиях бесполезно: в лаборатории посторонним входить нельзя, а лекции уже давно закончились. В мужское общежитие даму не пустят…

Зато можно перехватить юнцов в местном кабачке. В личном деле были пометки о драке в питейном заведении “Мензурка”, расположенном на территории кампуса. Простившись с ректором и его помощницей, Кира поспешила к экипажу. Идти в кабак одной неправильно и небезопасно, но и капитан городской стражи неподходящий спутник. Вряд ли студенты захотят откровенничать при нем. А ей ничего не стоит разговорить пару подвыпивших юнцов, достаточно продемонстрировать им живейший интерес. Тут уж навыки Карамель будут в помощь.

Драконов позвать? Может сработать. Пусть недоверчивый Флайвер убедится, что она отличный детектив. Да и ей драконья защита не помешает. Вот и решение…

— Куда теперь? — спросил Вегард, когда она забралась в фаэтон.

— Пока домой, — кивнула Кира, занятая своими мыслями.

— Надеюсь, вы узнали то, что хотели?

— Несомненно.

Группа студентов в красных мантиях алхимиков привлекла ее взгляд. Среди них она заметила Альта Клеменса, тот о чем-то болтал с симпатичной феечкой, у которой за плечами трепетали полупрозрачные стрекозиные крылышки.

С другой стороны экипажа ей в затылок впился чей-то холодный взгляд. Будто острая ледяная спица пронзила. Кира так явственно ощутила его, что содрогнулась всем телом и оглянулась.

Там точно так же стайками сновали студенты, и не было ничего подозрительного. Но краем глаза она успела зацепить алый подол, отороченный серебром, который метнулся за угол.

Декан факультета алхимии?

Было ли это простым совпадением? В памяти всплыли наставления Рильона: у каждого факультета — свой цвет мантии, у студентов каждого курса — свой отличительный знак на рукаве, профессора Академии носят береты, мантии деканов оторочены серебром, мантия ректора — золотом.

— Что с вами? — отреагировал Вегард на ее поведение.

Он напрягся и даже положил руку на эфес, собираясь отбить любую угрозу, но Кира поспешно взяла себя в руки. Она выдохнула и покачала головой:

— Все нормально. Вам не о чем беспокоиться.

Только бы он не заметил, что ее кожа покрылась мурашками!

* * *

Капитан порывался довезти ее до самого дома, но Кира попросила остановить экипаж в начале улицы и сказала, что остаток пути пройдет сама. Ей хотелось размять ноги, а еще зайти в почтовое отделение и послать господам-драконам курьера с запиской. А чтобы Флайвер и Ренуар не восприняли приглашение в бар неправильно, Кира решила, что назначит встречу пораньше и все объяснит.

Курьер обошелся ей в одну серебрушку, хотя заведующий отделением гном очень настаивал, что лучше отправить магического вестника за три золотых. Мол, это сэкономит кучу времени, и адресат получит послание прямо в руки, где бы он ни был. Хоть в ванной!

Но Кира помнила о быстро тающих деньгах и упрямо качала головой, пока тот не сдался.

Оплатив услуги, она получила лист серой бумаги и перьевую ручку, которые ходили здесь уже несколько лет с легкой руки госпожи Лизаветы. Писать, стоя за конторкой, было неудобно. Кира грызла кончик ручки, смотрела в потолок и пыталась сочинить предельно деловую записку.

На ум ничего не приходило. Мешало ощущение враждебного взгляда, которое все еще жгло затылок.

В конце концов, кое-как справившись, она запечатала конверт и со вздохом вручила курьеру — молодому орку, который в ожидании работы поигрывал чугунной гирей. Сама же поспешила на выход, но едва переступила порог, как влетела в чье-то твердое, пахнущее сандалом тело.

Аромат благовоний ударил ей в нос, точнее, она сама уткнулась носом в сукно, пропитанное духами. Инстинктивно отшатнулась и ойкнула, когда сильные руки не дали этого сделать.

Над головой послышался недовольный цокот:

— Ц-ц-ц! Леди, вам стоит быть осторожнее.

Голос показался смутно знакомым. Кира задрала голову и оторопела. Она стояла ни много ни мало — в объятиях вампирского князя Алистера и самым наглым образом прижималась к нему всем телом. А заведующий конторкой и курьер уже глаза вытаращили в ожидании бесплатного зрелища.

— Простите, князь, — заговорила Кира, немного придя в себя, — я вас не заметила. Не могли бы вы меня отпустить?

Алистер выгнул тонкую бровь и убрал руки, но отступать с дороги, похоже, не собирался. Он перевел взгляд ей за спину на ухмыляющегося орка и с прохладцей в голосе осведомился:

— Кажется, леди оплатила услугу?

Курьера как ветром сдуло. Только пыль закрутилась за ним. Вампир же слегка отступил и предложил Кире локоть:

— Уделите мне несколько минут вашего драгоценного внимания, леди д’Анкур.

Кира нахмурилась. Вегард предупреждал, что с вампирами лучше не связываться.

— А если я не хочу?

Алистер самодовольно сверкнул клыками:

— Захотите, когда узнаете, о чем идет речь.

Он сделал скользящий шаг вперед, грациозно склонился и, обдавая дурманящим ароматом, шепнул ей на ухо:

— Не так ли, моя госпожа-метаморф?..

Она отшатнулась от неожиданности и упала бы, но вампир успел подхватить, причем так ловко, что оставшийся за конторкой гном ничего не заметил. У Киры внутри все заледенело, она даже не поняла, как оказалась на улице. После прохладного полумрака конторки яркий свет ударил по глазам. Подслеповато моргая, девушка только и смогла прохрипеть:

— Откуда?!

— Может, все-таки поговорим в более подходящем месте? — Алистер небрежно махнул рукой. — Что вы скажете, если я приглашу вас в кофейню на чашечку чая?

— Вы пьете чай? — Кира вытаращилась на него, позабыв о приличиях. Рацион местных вампиров немного шокировал ее.

— Вы пьете, — снова ухмыльнулся князь. — Ну так как?

Выбора не было. Держи друзей близко, а врагов ещё ближе — эту истину Кира помнила с детства и всегда старалась следовать ей. Но кто такой Алистер — друг или враг? Вот она и узнает.

— Хорошо, — улыбнулась, возвращая себе хладнокровие, — но с условием.

Князь приподнял брови в ожидании ответа.

— В кофейне должно быть людно и… никаких отдельных кабинетов!

С этими словами она положила руку на подставленный локоть.

— Как скажете, леди, — хмыкнул вампир.

Кира почувствовала, как второй рукой он крепко обхватил ее за талию, и хотела уже возмутиться. Но тут за плечами Алистера развернулись два черных крыла, которые она до сих пор считала плащом, и земля ушла из-под ног.

* * *

Лететь, уткнувшись носом в черный камзол вампира, было странно. Запах будил память о доме, точнее, о кофейне на углу, в которой Кира любила прихватить порцию эспрессо по дороге на работу. К счастью, до того, как она успела погрузиться в воспоминания и окончательно раскиснуть, Алистер приземлился возле милого домика, украшенного словно тульский пряник. Ставни, балкончики, колонны, маркизы в крупный горошек — все в очаровательной бело-голубой гамме на фоне стен из красного кирпича.

— Прошу, леди д’Анкур, — князь вежливо пропустил даму к застекленной двери и придержал тяжелую створку.

Внутри пахло выпечкой, кофе, ванилью и пряностями. Сладкий, тягучий аромат, абсолютно не похожий на дурманящий запах вампира.

Интерьер кофейни оказался не таким пряничным, как снаружи, зато выглядел очень уютным. Круглые столики с бежевыми скатертями, стулья из лакированного темного дерева, диванчики, обтянутые коричневым гобеленом с бежевым узором — все выглядело скромным и домашним.

Низкая широкая стойка была оформлена как лесенка, на каждой ступеньке располагались хрустальные и серебряные вазы под стеклянными колпаками, оберегающими нежные десерты от пыли. Кира присмотрелась и едва не облизнулась, так аппетитно выглядели на витрине вполне земные лакомства. Она так засмотрелась, что невольно прошептала вслух:

— Безе? Корзиночки с кремом? Эклеры?

— Эти сладости довольно редкие для нашего мира. Но в Новой Башне их можно купить свободно, — пояснил Алистер. — Патент на их производство получен госпожой Лизаветой, поэтому здесь вы можете пробовать их когда угодно и сколько угодно. По слухам, даже эльфийские и дриадские лакомства уступают этим изысканным десертам!

— Не смогу отказаться от такой красоты! — искренне заявила девушка.

На самом деле ее поразили вовсе не десерты, а их… привычный вид. До сих пор ей встречались только пиленые кусочки сахара, самые простые печенья да пироги. А тут пирожные выглядели так, словно их только что доставили с Земли.

— Выбирайте, леди, — Алистер подчеркнул жестом широту выбора.

Высокая оборотница, стоящая за прилавком, дружелюбно оскалила белые зубы и уточнила:

— Что будете пить, госпожа?

— Цветочный чай без сахара! — решила Кира и приступила к выбору десертов.

Через пять минут вампир отодвигал стул в тихом углу кафе и с некоторым изумлением поглядывал на поднос, заполненный пирожными. Девушка не устояла и взяла “на пробу” практически каждый вид сладостей.

Как только они уселись, Кира приступила к дегустации. Белковый крем оказался восхитительно нежным, песочные корзиночки правильно крошились, а пастила имела отчетливый яблочный вкус. Право слово, если бы не шантаж, она получила бы от похода в кофейню истинное удовольствие!

— Итак, лорд Алистер, вы хотели со мной поговорить? — рассердившись на себя за слабость, Кира отодвинула блюдце с весьма соблазнительным кусочком торта и уставилась в темные глаза с алым зрачком.

— Хотел, — князь медленно кивнул, словно никуда не торопился. — И вижу, что сделал правильный выбор. Буду с вами честен, леди д’Анкур. Вы мне нужны. Профессор Рильон изготавливал для моей семьи особое зелье, важным компонентом которого была кровь… ваших соотечественников.

Кира вздрогнула — еще одно зелье на крови метаморфов?

— Только благодаря ему моя единственная дочь до сих пор жива. Из чего именно алхимик делал лекарство и где брал компоненты, мне узнать не удалось. Хранится оно не больше недели. И вот теперь, когда Марсель де Рильон пропал или убит, моей дочери грозит развоплощение. Она совсем дитя и никогда никому не делала ничего плохого. Я не хочу ее потерять.

С этими словами вампир вынул из кармана цепочку для часов, на которой вместо брелока висел миниатюрный портрет девочки лет двенадцати. Очень худой, с изможденным лицом и огромными фиалковыми глазами.

Кира невольно кинула взгляд на бледное личико и закусила губу:

— Сожалею, но что вы хотите от меня? Поиски профессора ведутся, правда, пока безрезультатно.

— Профессора могут и не найти, — Алистер был так же невозмутим, — но вы можете мне помочь. Точнее, ваша кровь, леди д’Анкур. Давайте заключим сделку: я молчу о вашем происхождении и помогаю в расследовании всеми силами, а вы посещаете мой замок дважды в неделю, чтобы поддержать мою девочку, пока не найдется профессор.

— А если не найдется? — опешила Кира.

— Поверьте, стать вечной гостьей в моем замке — не самое худшее, что может с вами случиться. Ради спасения Белинды я готов на все. Поверьте. В борьбе за жизнь дочери меня ничто не остановит. Господин префект и хозяйка города уже знают об этом. Тогда мне не повезло, но теперь я не отступлю, чего бы мне это ни стоило!

ГЛАВА 5

Девушка сжала руки. Князь явно намекал на какие-то темные делишки в прошлом, но она не хотела знать, что он хранит за душой. Чужие секреты могут дорого стоить.

— То есть вы предлагаете мне стать донором? — уточнила она.

— До-но-ром? — брови вампира взлетели вверх. — Кажется, госпожа Лизавета именно так называет тех, у кого мои братья покупают кровь, — пробормотал он задумчиво, а Кира едва не стукнула себя по лбу: ну надо же так проколоться!

— Да, я бывала в гостях у госпожи Лизаветы, — натянуто проговорила она и поспешила спрятать панику в чашке с чаем. — Но как вы себе это представляете? Я веду расследование, мне нужно быть в форме! Да и сколько крови потребуется вашей дочери за прием? Уцелею ли я после такой кровопотери?

Алистер бросил на собеседницу нечитаемый взгляд, но на вопросы ответил:

— Белинде нужно примерно пять глотков, чтобы остановить распад организма.

— И как она будет брать у меня эту кровь?

Кира представила, как ей в шею впиваются острые зубы, и передернула плечами. Да, картинка не из приятных.

Но князь улыбнулся:

— Клянусь, больно не будет. Вы даже ничего не почувствуете. Мы не звери и заботимся, чтобы нашим… донорам… ничего не грозило. Например, можем наводить чары и погружать в особый транс.

— То есть я буду беспомощной? — напряглась девушка.

— Нет, вы просто не будете чувствовать боли. От боли, страха и прочих плохих эмоций кровь становится кислой. Мы стараемся, чтобы этот процесс был приятен обеим сторонам.

— А следы от укусов?

У него и на это был готовый ответ:

— Наша слюна не только обезболивает, но и быстро заживляет любые раны. Соглашайтесь, всего десять глотков в неделю! Уверен, для молодой и здоровой… э-э-э… человеческой женщины эти потери ничтожны. Во время ежемесячных кровотечений они теряют не меньше.

— А вы знаете, как у женщин портится характер во время этих кровотечений? — сварливо отозвалась Кира.

Ее слегка потряхивало от страха, но она прекрасно осознавала, что вампир в ней нуждается. А здесь, в зале, полном посетителей, он не посмеет обидеть ее.

— Полагаю, ваш характер несколько улучшит денежная компенсация? Или вы предпочтете охрану? Судя по отчетам префектуры, вы притягиваете к себе неприятности.

Иномирянка поставила чашку и прямо взглянула в алые зрачки князя:

— Охрану вы предоставите в любом случае. И если я правильно поняла все, что услышала, то моя смерть не спасет вашу дочь, ей нужна свежая кровь. Поэтому охранять меня вы и так будете. А еще платить. По сто золотых за каждый прием.

Алистер усмехнулся:

— Не слишком ли много?

В голове у Киры стучало, но на подкорке вспыхивали слова старшего юриста их фирмы: “Девочки, всегда оговаривайте условия на берегу!”

— Не слишком ли мало за жизнь вашей дочери? За эту сумму я обязуюсь давать ей кровь, пока не найдется другое решение.

— Вы и так будете ее давать, если не хотите, чтобы о вашей личности стало известно префекту.

Голос вампира не изменился, но Кира закашлялась, подавившись крошкой, и с трудом прохрипела:

— Хорошо, восемьдесят. Мне, знаете ли, надо будет восстанавливаться, а для этого деньги нужны!

Князь протянул ей стакан воды, неизвестно откуда возникший в его руке.

— Двадцать пять.

— Пятьдесят! — тут же отреагировала иномирянка, намереваясь торговаться за каждую копейку. В конце концов, с такими деньгами она и здесь неплохо устроится. К тому же этому шантажисту невдомек, что алхимик никуда не пропал! — Ну а бонусом… я надеюсь на вашу помощь в поисках профессора. Есть места, куда в одиночестве не отважится явиться даже самая смелая дама, особенно если ей нужно тихо что-то узнать, а не просто спалить кабак или бордель.

Алистер откинулся на спинку стула, сложил на груди руки и тем же бархатным голосом, которым говорил с ней на почте, заявил:

— Сколько живу, столько удивляюсь… человеческой… наглости!

— Заметьте, — философски сказала Кира, разрушая ложечкой очередное пирожное, — я не прошу у вас ничего невозможного. Ни луну, ни корону Владычицы Неба, и даже жениться на мне не требую. Клятва на крови тоже не нужна. Достаточно договора, скрепленного нотариусом префектуры. И капитана Вегарда в свидетелях. Или самого префекта, — добавила она, решив, что наглеть — так наглеть.

Алистер бесшумно поаплодировал:

— Что ж, доедайте ваше пирожное, леди, нас уже ждут в префектуре.

— Видите, я вас даже удивить не сумела, — печально заявила девушка, — договор наверняка уже составлен и ждет подписей.

— И все-таки удивили, — качнул головой собеседник, — мало кто осмеливается ставить условия князю Дома Ночи!

Кира молча допила чай. Остатки пирожных оборотница собрала в плетеную коробочку, и тут девушка заметила, что все посетители куда-то исчезли. Она покрутила головой и убедилась — столики пусты!

— Это что, вампирский гипноз? Куда делись люди?

— Сбежали, — невозмутимо отозвался князь. — Они решили, что я привел вас сюда, чтобы съесть.

— Вампиры не едят людей, только пьют кровь, — машинально возразила Кира.

— Но местные сплетницы были уверены, что вы станете исключением!

Девушка подняла бровь — ей показалось, или на бесцветных губах Алистера змеилась лукавая улыбка?

Уже на улице она внезапно вспомнила слова Вегарда и не удержалась от вопроса:

— Скажите, а вы и в самом деле питаетесь дыханием девственниц? Или это все сплетни?

Князь окинул ее таким взглядом, каким гурман окидывает редкий десерт.

— У высших вампиров свои секреты. Может, я и открою их… если мы станем ближе. — Его голос упал на пару тонов, стал соблазнительно ласкающим. — Обещаю, вам даже понравится.

— Нет-нет, спасибо, — Кира поспешно выставила руки перед собой. — Предпочту, чтобы наши отношения не выходили за рамки деловых!

Вампир насмешливо хмыкнул:

— Даже не сомневался.

* * *

В префектуре их действительно ждали. Кира несколько раз перечитала бумаги, в которых было указано, что Лоретта д’Анкур и седьмой князь Дома Ночи Алистер Иверлион от лица своей дочери Белинды Иверлион заключили договор о кормлении.

Как пояснил нотариус, такие договоры заключались вампирами чуть ли не каждый день. Имелся даже стандартный образец. Многие жители Новой Башни, да и не только, с радостью продавали свою кровь за хорошую плату. Ведь это проще, чем пытаться заработать на жизнь любым другим способом. К тому же платили вампиры щедро.

Но иномирянка все же придралась к паре двусмысленных пунктов и выторговала еще один бонус: ежемесячную корзинку со сладостями госпожи Лизаветы. Она заявила, что это поможет ей быстрее восстанавливаться для следующих “процедур”.

Алистер молчал. Бледный как полотно нотариус поминутно хватался за сердце, присутствующие тут же понятые — капитан Вегард и три матерых оборотня — многозначительно скалили клыки, но тоже молчали. То ли считали такие капризы присущими леди-детективу, то ли, напротив, одобряли ее попытки разорить вампирского князя.

В конце концов, накапризничавшись вволю, Кира соизволила поставить подпись. Алистер оставил на бумагах не только затейливую завитушку, но и оттиск своего перстня.

Многозначительные переглядывания нотариуса и оборотней подсказали девушке, что ситуация очень серьезна, но ей уже было наплевать. Запал кончился. Осталось лишь чувство смертельной усталости и желание поскорее вернуться домой.

— Сейчас я вызову вам экипаж, — заявил вампир, сворачивая свой экземпляр договора в трубочку. Бумага исчезла в его руках, зато вместо нее на ладони появился туго набитый кошель. — Это аванс. Отправляйтесь к модистке и закажите себе нормальное платье.

— Интересно, — возмутилась Кира, уперев руки в бока, словно торговка на привозе. — А чем вам мое не нравится?

Князь смерил ее придирчивым взглядом, и она на миг прикрыла глаза — ну вот опять! Какая приличная леди позволит себе такое? Она должна скромно улыбнуться, ну, в крайнем случае всплакнуть в платочек, а не нарываться с нахальным видом!

— Я, знаете ли, не привык ходить по кабакам в компании монашек, — заявил Алистер, сверкнув клыками. — Приведите себя в порядок и ждите. Я приду ровно в десять.

С этими словами он испарился. Причем так внезапно, что у Киры слова застряли на языке.

Пыхтя от негодования, она схватила свой экземпляр и рванула к дверям. Краем глаза еще успела заметить, как нотариус-гном трясущимися руками убирает бумаги в сейф. Но сейчас ее больше всего занимало хамское поведение вампира.

— Ах, я недостаточно хорошо одета для прогулки по кабакам?! Да кто сказал, что я вообще пойду с тобой в какой-то кабак?!.. Ой…

Ответ застиг ее внезапно, уже на крыльце, рядом с которым, как и предупредил Алистер, ждал наемный экипаж.

Она же сегодня собиралась в “Мензурку”! Но откуда вампир узнал? Неужели он мысли читает?

Нет, быть не может! Если бы читал, то знал бы, что профессор находится в доме, правда, в немного непривычном виде. Значит, тут что-то другое. Но все равно нужно ухо держать востро. Слишком много вокруг любопытных шантажистов!

Кира залезла в коляску и с удивлением обнаружила на сиденье тот самый кошель, который вручил ей вампир. Она ведь не взяла его! Бросила на столе в кабинете нотариуса. Так откуда?..

— Я же сказал, что это аванс, — прошелестел над ухом вкрадчивый шепот. — Потратьте его с умом. Все-таки не каждой смертной выпадает честь выйти в люди под руку с самим князем Ночи.

Девушка резко обернулась. Но Алистера поблизости не было видно.

— Опять вампирские шуточки, — пробурчала она, принимая нахохленный вид.

Потом взвесила кошель на руке, раскрыла его, пересчитала монеты и, пряча коварную улыбку, крикнула терпеливо ждавшему кучеру:

— Любезный! К лучшей модистке города!

Хотите поиграть, господин Алистер? Что ж, поиграем. Только потом не жалуйтесь, если игра пойдет не по вашим правилам!

* * *

Лучшая в городе модистка оказалась… мужчиной! Это был высокий, тощий как циркуль тип в лиловом бархатном пиджаке и узких оливково-зеленых брюках. Он встретил Киру в зеркальном салоне и первым делом приложился к ее руке:

— Леди д’Анкур, наслышан, наслышан о вас! Очень рад, что вы заглянули ко мне! Мэтр Вортэль к вашим услугам! Право слово, ваша индивидуальность требует гораздо больше смелости и шарма!

Местный кутюрье манерно тянул гласные, грассировал и поминутно прикладывал к носу надушенный кружевной платочек.

Кира открыла рот, намереваясь сообщить шустрому портному, что ей не идут розовые оборки и зеленые ленты, но он ловко крутанул ее на месте и рыкнул на пару субтильных девушек в строгих черных платьях:

— Кремовый шелк, шоколадный бархат, золотое шитье!

Через минуту ткани легли на огромный стол, а рядом… замерцал трехмерный фантом самой Лоретты! Правда, в одном белье.

Кира растерянно уставилась на призрачную фигуру, а та за минуту обрела вполне живой вид. Разве что не двигалась и таращилась в пустоту остекленевшим взглядом.

Иномирянку усадили в глубокое кресло и подали чашечку кофе. Пока она приходила в себя от местного сервиса, длинные пальцы мэтра Вортэля заплясали над кусками материи, словно руки пианиста над клавишами. Шелк взлетел в воздух, обернул фантомную фигуру, где-то встопорщился, где-то прилег, мелькнули золотистыми искорками булавки, потом потянулись ленты и кружева…

Через несколько минут на манекене красовался корсет самой пленительной формы, под ним — тончайшая сорочка, вышитая лентами, панталончики с кружевами и три нижние юбки с разного вида отделкой.

Кира только и могла, что изумленно хлопать глазами, пока модельер не уточнил:

— Вы идете в ресторацию или в театр? С кем?

— В ресторацию, — выдавила Кира, решив, что кабак вполне можно назвать таким громким словом, и добавила: — С князем Дома Ночи!

— О! — мэтр Вортэль тотчас отбросил коричневый бархат. — Тогда этот цвет вам точно не подойдет! Селин, — он щелкнул пальцами, обращаясь к помощнице, — алый сатин и черный велюр!

Еще два рулона ткани тяжело бухнулись на стол и быстро-быстро развернулись прямо в воздухе.

— Нижнее платье из алого сатина, — сам с собой заговорил мэтр, заставляя ткань укладываться поверх белья. — Обманчиво скромное…

Полоса горящего огнем атласа обняла горло фантома, скользнула по плечам, превратилась в длинные рукава с плотными манжетами на пуговицах. Потом манекен повернулся спиной и… да, вырез был до самой поясницы!

Кира судорожно втянула в себя воздух, собираясь возразить, но со стола сорвалась полоса бархата и прикрыла это безобразие. Накидкой.

— Вот так! — мэтр Вортэль отступил, явно довольный собой, и обошел свое творение. — Только мужчина должен знать, насколько откровенно раздета его женщина!

ГЛАВА 6

Девушка уставилась на платье, не зная, как реагировать. Она потихонечку привыкала к магии этого мира, но всегда находила ей “технический” аналог в своем мире. Та же система безопасности в доме — на Земле их множество, самых разных. А вот такую магию она видела впервые. У джинии это получалось не так… наглядно. Джайна доставала готовые вещи из своей лампы, где, как она утверждала, находился “пространственный карман”.

— Остальные платья вам доставят завтра, — мэтр улыбнулся и незаметно смахнул пот со лба огромным розовым платком.

Этот жест помог Кире найти нужные слова:

— Благодарю вас, мэтр! Вы потрясающий мастер! Я никогда не видела такого роскошного платья. Но я не уверена, что моих скромных средств хватит на еще один шедевр от вашей мастерской.

— О, не переживайте, леди д’Анкур, — Вортэль картинно взмахнул руками. — Я открою вам безлимитный кредит. В конце концов, все знают, что князь Алистер заботится о своих… подругах.

— Что-о?! — Кира изумленно уставилась на него. — О каких подругах вы говорите? У нас с князем чисто деловая встреча! У меня, вообще-то, жених есть!

Жених, конечно, был у Лоретты, но сути это не меняло.

— Прошу прощения за бестактность, — тут же отреагировал Вортэль и покрылся румянцем. — Видимо, я неправильно понял.

Он ловко перевел разговор на менее скользкую тему.

Пока одна из помощниц упаковывала обновки в коробки, вторая принесла счет в хрустальной шкатулке. Кира глянула на него и слегка ужаснулась. Но, к ее облегчению, в кошеле вампира оказалось достаточно денег. Поразмыслив, девушка решила, что ей хватит еще и на салон красоты. Ведь к такому наряду и внешность нужна соответствующая, тут масочкой из огурца не обойдешься.

— Рекомендую заглянуть к мэтру Ливианэлю, — улыбнулся Вортэль, словно прочитав ее мысли. — Его салон чуть дальше по улице.

— Почему именно к нему?

— Он эльф!

Модельер заявил это таким тоном, что Кира не осмелилась уточнять. Ну, эльф и эльф, ладно, сами посмотрим, на что он способен.

Через двадцать минут она уже входила в стеклянные двери лучшего в городе эльфийского салона красоты.

* * *

Вампирский князь был пунктуален до мозга костей. Ровно в десять у ворот дома остановился роскошный экипаж, запряженный четверкой белоснежных коней. На его запятках стояла пара лакеев в белых шелковых чулках и шитых серебром ливреях.

Кира услышала цокот копыт и выглянула в окно. Последние полчаса она только и делала, что нервно поглядывала на стрелки часов и сомневалась в правильности своих действий.

Когда она вернулась из салона, ее уже ждали Флайвер и Ренуар. Кира совсем забыла, что назначила им встречу на шесть. Пришлось сказать полуправду и попросить, чтобы они сопровождали ее. Оставаться один на один с вампиром, даже в людном месте, было опасно. Кира в этом уже убедилась.

— Вы правы, леди, — мурлыкнул Ренуар, пожирая ее глазами, — вампирам нельзя доверять. Конечно же, мы будем рядом!

Флайвер по большей части молчал, Кира давно заметила, что он не болтун, но точно так же, как и блондин, не сводил с нее глаз.

— На сколько назначена встреча? — осведомился он деловым тоном.

— Князь обещал быть здесь в десять, — вздохнула Кира.

— Хорошо. Мы будем ждать вас в “Мензурке”. Советую взять с собой служанку и не оставаться в карете наедине с Алистером.

Обговорив детали, драконы уехали, а Кира потратила ещё час, чтобы уговорить Арду поехать с ней.

— Ни-за-что! — заявила та безапелляционным тоном, едва услышала, о чем идет речь. — Я дорожу своей репутацией и не сяду в один экипаж с молодым мужчиной!

— Э-э-э… — растерялась Кира, — боюсь, князь Алистер не так уж и молод. Он же вампир.

— Тем более! Кто знает, что у него на уме? Вдруг начнет домогаться?

Последние слова Арда произнесла свистящим шепотом и округлив глаза в священном ужасе. Кира скептически оценила ее высохшую грудь, обтянутую черным сукном, дряблое старческое лицо и покрытые венами узловатые руки. Даже если Алистер провел в вынужденном целибате последнюю тысячу лет, все равно вряд ли бы прелести Арды вдохновили его на подвиг.

Но служанка была непреклонной, пока Кира почти силком не сунула ей золотой. Блеск монетки, составляющей месячное жалованье, зажег алчный огонек в глазах старухи. И та, чопорно поджав губы, соизволила процедить:

— Вы толкаете меня на преступление, леди! Что скажут мои внуки? Но раз это ради профессора, то так и быть, я согласна. Только буду ждать вас в карете!

Картинно вздохнув, она спрятала монетку в недра высохшего декольте.

И вот теперь Алистер стучал в двери дома.

Кира глубоко вздохнула, бросила на себя последний взгляд в зеркало и поспешила открыть.

— Готовы? — высокая фигура загородила дверной проем.

Алистер был одет в черный бархатный плащ, украшенный серебряным шитьем, а в руках держал щегольскую трость с алмазным набалдашником.

— Как видите!

Девушка вздернула нос, намереваясь потрясти дерзкого гостя своей красотой. Недаром же мэтр Ливианэль трудился над ней целый час!

Вампир на минуту замешкался. Пристальный взгляд алых глаз изучил платье и бархатную пелерину, скользнул по безупречному лицу Киры, коснулся сияющих волос, потом спустился опять на лицо и замер у нее на губах.

— Великолепно, — прошептал князь с тонкой усмешкой и протянул руку в белой перчатке. — Сразу видно работу мастера.

Кира прищурилась: работу мастера? А где дифирамбы ее неземной красоте? Хоть бы отметил, как она посвежела и похорошела! Странный комплимент, право слово! Но вампир, будто не понимая, чего от него хотят, взял ее за руку и увлек за собой к карете.

— Подождите! — притормозила иномирянка, сдерживая возмущение. — Нужно соблюсти правила приличия! Арда!

Алистер вздернул бровь. Потом увидел выплывающую из холла сухопарую фигуру, по самый подбородок затянутую в черное сукно, и расхохотался:

— Ах да, я и забыл. Нехорошо, если вас застукают со мной наедине, леди Лоретта. Вашему жениху это точно не понравится.

— Дался вам всем этот жених! — пробухтела иномирянка себе под нос.

— У вампиров очень острый слух, — тут же отреагировал князь. — Не переживайте, я сохраню вашу тайну, ведь мы заключили договор. К тому же вам нужно бояться не меня.

— А кого?

— Подумайте, вы же умная женщина. А я вас не выдам, мне это невыгодно. Наоборот, в сложившейся ситуации я, вероятно, ваш единственный друг.

В его словах была доля истины. Но друг — вампир? Нет уж, увольте, даже драконы с их планами на кровь метаморфа вызывали у Киры больше доверия. Может, потому что вели себя учтиво и не позволяли вольностей? А может, потому что не демонстрировали клыки при каждом удобном случае.

В карете женщины сели рядом, напротив вампира. Князь окинул их сытым взглядом и постучал тростью в потолок. Это был сигнал для возницы.

* * *

Только переступив порог кабака, Кира поняла, что Алистер ее жестоко подставил. В своем платье “от кутюр” она выделялась среди завсегдатаев “Мензурки” как павлин среди куриц. Да и само заведение вряд ли тянуло на “ресторацию”. Полуподвальное помещение, невнятные лужи и черепки от дешевых кружек и кувшинов у двери заставили девушку брезгливо подобрать подол.

— Могли бы предупредить! — процедила она.

— Виноват, — вампир даже не скрывал, что насмехается, — не смог отказать себе в удовольствии. Но не переживайте, сейчас все исправим.

Он тоже оценил “пейзаж”, сморщил породистый нос, щелкнул пальцами — и роскошное платье окутала легкая дымка.

— Вы слишком прекрасны для такого места, — отвесил князь еще один сомнительный комплимент. — Но я оценил ваши старания.

После этих слов он с легким поклоном распахнул перед Кирой замызганную дверь.

Сам Алистер тоже преобразился. Вместо холеного красавца в бархате Кира увидела невзрачного бугая с тусклыми пепельными волосами, выцветшими голубыми глазами и одутловатым лицом. Его штопаный суконный камзол, несвежая рубаха и зеленые штаны выглядели так, словно он в них неделю спал. А на себе Кира обнаружила слегка замызганную мантию зельевара.

Они вошли в душный кабачок, выбрали столик в углу и присели. Пара студентов у стойки, не отрываясь от своих кружек, проводили вошедших красноречивыми взглядами.

— Что им нужно? — взволнованно шепнула Кира. Она постаралась не прикасаться к липкой поверхности с остатками пиршества предыдущих клиентов. Князь окинул незнакомцев презрительным взглядом и произнес:

— Не узнаете своих дружков?

— Драконы? — спохватилась она.

Если бы Алистер не сказал, она бы в жизни не поверила, что эти двое хилых юнцов в помятых мантиях — Флайвер и Ренуар.

— Даже не сомневаюсь. Алистер поманил пальцем дородную деваху с подносом:

— Милочка, оботри тут и подай ваше лучшее пиво с закусками.

Деваха улыбнулась во весь щербатый рот, махнула перед Кирой вонючей засаленной тряпкой и направилась к стойке, покачивая необъятными бедрами.

— Похоже, вы ей понравились, — иномирянка сморщила нос.

— Ревнуете?

— Мы с вами не так близко знакомы, князь, — парировала она. — И, смею напомнить, пришли сюда совсем не за этим.

Вскоре им принесли свиные сосиски с капустой и пиво. Алистер сделал вид, что пьет, и замаскированные драконы в один миг растворились среди толпы молодых раздолбаев, орущих, пьющих и набивающих желудки дешевой едой.

Впрочем, “Мензурка” была ещё приличным кабачком. Среди студентов мелькало немало девушек, а на столах громоздились не только пивные кружки, но и конспекты, колбы с зельями и мешочки с ингредиентами. Студенты переговаривались довольно громко, но в общем шуме сложно было что-то понять.

Ситуацию спас вампир. Он быстро уловил нужные имена и указал Кире на последний столик в левом ряду:

— Похоже, это те, кто вам нужен.

— Откуда вы…

— Острый слух, — князь коснулся острого уха. — Я ведь уже говорил.

Решив, что выяснит позже, как много ему известно об этом деле, Кира присмотрелась. Приятели Магнуса выглядели безмятежно. Они заказали только капусту и сосиски, без пива, зато сели в самом углу, отказавшись присоединяться к другим компаниям. Девушка надеялась, что студенты будут говорить между собой о Магнусе, но их интересовал только очередной зачет. Алистер шепотом передавал их слова, но этого было мало.

Пришлось импровизировать. Благо недалеко от парней темнел вход в уборную.

Кира поднялась, двинулась в нужном направлении и, проходя мимо приятелей Магнуса, будто случайно смахнула краем мантии ложку у них со стола.

— Ой, простите! — улыбнулась, захлопав ресничками. — Я такая неуклюжая.

Парни глянули хмуро, но увидели значок первокурсницы и слегка расслабились.

— Вы же алхимики, да? — затараторила девушка, спеша закрепить успех. — Пятый курс?

— Ну, допустим, — недовольно протянул один из них.

— Я видела вас вместе с Магнусом, — улыбнулась она как можно невиннее, — Он обещал отдать мне свои конспекты по сонным зельям. Не знаете, где он? Что-то давно не видно…

Студенты сразу захлопнулись, как устрицы. Уставились подозрительно и враждебно. Потом один из них буркнул:

— Отчислили его! Гулял много!

— Ой, как жалко! — протянула Кира, пытаясь придумать, как расколоть молчунов и узнать нанимателя.

Увы, в голову ничего не приходило. “Подозреваемые” вернулись к своим тарелкам, и ей пришлось взять паузу.

ГЛАВА 7

Девушка устремилась дальше по проходу в “дамскую комнату”. Узкий коридорчик вывел ее в нужное место. С одной стороны темнела замызганная дверь в женскую уборную, а с другой — в мужскую.

Пытаясь собраться с мыслями, Кира долго мыла руки и поправляла прическу. А когда наклонилась ближе к зеркалу, чтобы поправить шпильку, из коридора донеслись торопливые шаги.

Действуя по наитию, Кира слегка приоткрыла дверь. И как раз вовремя, что бы увидеть, как к мужскому туалету спешит один из приятелей Магнуса. Через минуту из зала появился и второй. Воровато оглядевшись, он тоже исчез в уборной.

Не веря своей удаче, девушка выскользнула в коридор. Прокралась на цыпочках к заветной двери и прижалась к ней ухом.

Предчувствие не обмануло. Студенты говорили о пропавшем Магнусе. Слишком тихо, что бы она смогла расслышать подробности, но кое-что уловила:

— Как думаешь, что за девчонка к нам подходила? Я ее что-то не помню.

— Да мало ли за Магнусом девок бегало?

— Мало или много, а эту кралю я вообще в “Мензурке” первый раз вижу. Да и говорит она для первокурсницы слишком чисто!

— Может, из городских?

Кира услышала шорох одежды. Инстинкт подсказывал, что надо срочно отступать, если она не хочет попасться. Но желание дослушать разговор оказалось сильнее.

— Нет уж, подозрительно все это. Вопросы задает, а сама зыркает, как моя бабка, когда я у нее кошель стащил! Надо бы прижать ее к стенке и припугнуть. Мне проблемы не нужны.

Второй студент, судя по звукам, возражать не стал и двинулся к двери. Кира отпрянула, спеша укрыться в женской уборной — и не успела.

Впопыхах дернула дверь на себя, забыв, что она открывается внутрь.

— А вот и она! — раздался за спиной слегка удивленный голос. — Киф, держи ее!

Кира рванула в сторону зала, один из парней прыгнул наперерез и схватил. К ее изумлению он оказался недюжинной силы. Толкнул к стене и навис, а потом поднес к носу девушки перочинный нож:

— Видела? Колись, откуда про Магнуса знаешь, а то все лицо распишу!

Ножик был маленьким, но лезвие — острым.

— Я… я не знаю, о чем вы… — проблеяла Кира, всерьез испугавшись.

У этого парня была магия, которая сейчас, спеленав по рукам и ногам, лишила ее движения.

— Слышала, что Киф сказал? — вразвалочку приблизился его приятель. — Лучше сама все выкладывай. Кто тебя подослал?

Кира только набрала побольше воздуха в легкие, чтобы закричать, как почувствовала легкий сквозняк. Едва заметный ветерок погладил ее щеку, тронул волосы, и вдруг лицо Кифа перекосилось, будто ему на шее захлестнули петлю.

Захрипев, он отшатнулся и выронил нож. Схватил невидимую удавку, пытаясь освободиться, а его приятель бросился прочь.

Попытался.

— Куда собрался, меш-ш-шок с кровью? — раздался ледяной голос вампира.

Второго студента швырнуло к стене и расплющило. Теперь оба парня скребли руками и ногами, желая вдохнуть хоть немного воздуха.

А сила, державшая Киру, внезапно исчезла. Девушка сползла на пол, пытаясь прийти в себя. Перед ней материализовалось двухметровое чудовище: серая кожа, распахнутые кожистые крылья, лысый череп, горящие алым глаза и тонкие иглы клыков. Когтистые лапы держали обоих студентов за горло.

— Кто вас нанял? — рыкнул монстр и встряхнул бедолаг. — Кто отдал приказ забраться в дом Рильона?

Она не сразу поняла, что это красавец Алистер в своем истинном виде. На миг ей показалось, что он сейчас закусит студентами, а потом примется за нее. Видимо, у незадачливых воришек сложилось такое же мнение. Потому что один из них захрипел:

— Лаусиэль! Лаусиэль Галендан! Наш…

Договорить он не успел. Вспыхнувший синий огонь в мгновение ока охватил его тело. Пара секунд — и в когтях вампира осталась высохшая мумия, подобная той, что хранилась в сундуке у Рильона.

Князь разжал руки, и второй студент мешком свалился на пол. Кира сидела ни жива ни мертва. Но вот крылья втянулись в спину, маску чудовища сменила маска светского щеголя, и Алистер, недовольно хмурясь, оглянулся на Киру:

— Похоже, придется вызвать капитана Вегарда. Это отребье убила клятва на крови!

Он презрительно пнул останки усопшего. Вслед за этим дверь, ведущая в зал, распахнулась, послышался шум голосов, и перед потрясенной иномирянкой возникли Флайвер и Ренуар, изображающие студентов.

— Простите! — выдохнул блондин, бросаясь перед ней на колени и хватая за руку. — Вы не пострадали?

— Вы задержались, — прохрипела девушка. — Если бы не Алистер…

— Этот подлец наложил заклятье на нас, — прорычал Флайвер, по привычке пытаясь схватить эфес. — Я, Флайвер Ридериус, потомственный лорд Драконии из гнезда госпожи Лизаветы, вызываю тебя на дуэль!

Князь только хмыкнул:

— Всегда к вашим услугам, а сейчас давайте займемся делом.

* * *

Флайвер накрыл коридор магическим куполом, чтобы не привлекать лишних свидетелей, а Ренуар сообщил капитану о том, что случилось. Оказывается, у всех, кто работал в префектуре, имелись амулеты для магосвязи.

Пока ждали Вегарда, Кира с Алистером допросили владельца “Мензурки”. Лысый и краснощекий толстяк был явно не рад оказанному вниманию. Бедняга поминутно прикладывал к слезящимся глазам большой клетчатый платок и громко чихал.

— Проклятая аллергия, — пояснил он свое состояние, — на магию.

Много от него узнать не удалось, да Кира и не надеялась. Но кое-какие ее подозрения толстяк подтвердил: Магнус часто проводил время в “Мензурке”. Порой он засиживался до утра за крепким пивом и картами, а потом внезапно исчез. Причем как раз в конце первого семестра. Его друзья не появлялись все каникулы, хотя обычно не пропускали ни дня. А когда наконец появились, то стали вести себя тише воды, ниже травы. И спиртное больше не заказывали.

— Так я и думала, — вздохнула девушка, когда они с Алистером покинули тесный кабинетик владельца.

— Могу я узнать, что именно? — тут же отозвался вампир. — Мы же партнеры.

— Партнеры? — она вскинула на него удивленный взгляд. — Скорее заложники обстоятельств.

Продолжить не успела: по коридору к ним размашистым шагом направлялся капитан городской стражи.

Хмурый оборотень прибыл не один — его сопровождали коронер и штатный маг. Вопреки опасениям Киры, крепкий мужчина средних лет в белой мантии универсала сразу подтвердил смерть студента от нарушения клятвы верности и заполнил бумаги.

Выслушав драконов, “Лоретту” и князя, капитан приказал второго студента ни о чем не расспрашивать, дабы ценный свидетель не расстался с жизнью, как его дружок.

— Упакуйте его в мешок для трупа и доставьте обоих красавцев в морг при префектуре, — приказал он коронеру — двухметровому орку. Затем повернулся к Кире и остальным: — Нужно пустить слух, что оба студента погибли.

Иномирянка намек поняла:

— Боитесь потерять свидетеля?

— Если ваши подозрения верны, то декан, да ещё эльф, нам не по зубам, — признал оборотень, — слишком сильный маг. Если начнет заметать следы — все пропало.

— Так вызовите его на очную ставку и заставьте снять с парня клятву верности!

— Не выйдет, слишком крупная фигура. Поверьте, леди, я знаю, о чем говорю. Мало того, что Академия городским властям не подчиняется, так еще его сородичи притащат в суд самых лучших адвокатов. А могут вообще затребовать высшего суда Матери Неба, поскольку формально Новая Башня и Академия — подданные Драконии. Так что нам нужны железные доказательства его вины, свидетели и тело профессора.

— А что, если тела нет? — Кира не собиралась выдавать секреты Рильона, но с умным видом начала строить предположения, взяв за основу любимые детективные сериалы. — Декан-зельевар наверняка имеет в своем арсенале кислоты, растворяющие зелья или что-то подобное…

Капитан взглянул на нее с интересом:

— Значит, вам нужно доказать применение этих зелий. Они тоже оставляют следы. Да и как вы объясните ведро кислоты или растворяющего зелья, зарытого где-нибудь в саду?

— Почему в саду? — Кира подняла брови. — В лабораторном чане. Или где там используют большое количество подобных веществ? На производстве?

Судя по выражению на лице оборотня, она угодила в точку. Никто и не подумал о том, что растворить тело можно в обычном чане для окраски тканей, протравливании кожи или в выварке для костей на бойне.

— Это важная информация, леди д’Анкур, — помрачнел волк ещё больше, — вам удалось что — то узнать? Можете сказать точнее?

— Нет, — безмятежно отозвалась лже-детектив, — я ничего не узнала, кроме имени подозреваемого, но род его занятий навел меня на размышления. К тому же эта Академия такая большая! Здесь можно армию потерять, если постараться.

Вот с этим выводом капитан явно был согласен. Они уже вышли из “Мензурки” через подсобный вход и наблюдали за погрузкой “тел” в черный экипаж без окон. Волк мрачно оглядел шумную грязную улицу, полную студентов, и покачал головой:

— Вы правы, леди д’Анкур, здесь можно спрятать все что угодно. Поэтому нам и нужны железные доказательства вины декана. Или хотя бы его мотивы. Я даже представить себе не могу, ради чего столь высокопоставленный и уважаемый эльф может пойти на такое сложное преступление!

ГЛАВА 8

Из “Мензурки” всей компании пришлось ехать в префектуру писать отчет. Префект Вольф встретил Киру задумчивым взглядом и теми же словами, что и капитан: “Нужны неопровержимые доказательства! А пока храните молчание! Иначе преступник уйдет, ещё и свидетеля потеряем, ведь такой могущественный маг, как декан Галендан, вполне способен убить на расстоянии”.

Кира вернулась домой полностью разбитая. Да ещё всю дорогу пришлось слушать причитания Арды. Старуха, завороженная Алистером, так и просидела в экипаже вампира все время, пока они были в кабаке, а потом в префектуре.

Сунув ей пару монет за молчание и отправив домой, Кира наконец — то осталась в тишине. Если, конечно, не считать голодного рева трех мантикор, основательно подросших за последние пару дней. Мясные запасы в “холодильнике” понемногу таяли, а котятки ели все больше и больше. Да ещё грызли и царапали все, до чего могли дотянуться. Ловкие лапы помогали зверенышам в один миг очутиться даже на потолке, что бы через секунду спланировать вниз на тонких кожистых крыльях.

Почесав мелким разбойникам мягкие ушки и оценив остатки припасов, Кира решила схитрить. Она отправила одного из охранников за костями в ближайшую лавку. А пока тот ходил, успела принять ванну и сменить одежду. Роскошное платье, которое обрело свой естественный вид, едва она сняла его, заняло почетное место в гардеробной.

Когда вернулся охранник с покупками, Кира мило улыбнулась ему, поблагодарила и захлопнула дверь. Оборотень только хмыкнул — капитан Вегард приказал леди-детектива охранять и слегка потакать ее капризам. Столичная гостья сумела произвести на волка впечатление своим здравомыслием.

На кухне Кира занялась готовкой, пытаясь совместить приготовление еды для магических животных и человека. Поразмыслив, она сварила кости, обобрала и отдала развлекаться малышам. А остатки мяса и бульон использовала, чтобы наварить целый чугунок каши. Дала ей немного остыть на подоконнике и высыпала в миски для котят.

Подрастающим мантикорам еда пришлась по вкусу, хоть горе-хозяйка и забыла ее посолить. После сытые зверьки улеглись в большое кресло, свернулись в плотный рыжий клубок и уснули.

Кира заварила себе чаю, отыскала корзинку с печеньем и устроилась у огня в кресле напротив, с удивлением понимая, что ей хорошо даже без телефона, интернета и сериала. В последнее время она напрочь забыла о них, хотя ещё недавно не представляла себя без гаджетов. Жизнь в новом мире оказалась бурной и насыщенной, а отдых — особенно приятным.

Ночь застала иномирянку за перечитыванием досье. Информации о Лаусиэле Галендане было катастрофически мало. Очевидно, эльфы жили замкнуто и не стремились рассказывать миру о себе. Даже такие публичные личности, как декан крупнейшей кафедры Академии Магии.

Кира приуныла. Она была уже не рада, что ввязалась в это дело. Наглядное применение клятвы верности в кабачке окончательно убедило, что ей достался опасный противник. Но договор, заключенный с Рильоном, лишил пути к отступлению.

Подняв руку, иномирянка обреченно вздохнула: на запястье чуть заметно поблескивала тонкая линия — напоминание о клятве, которую шантажом вырвал профессор.

С этой штукой сбежать из города никак не получится. А даже если и выйдет, то по следам беглянки помчится сам князь Дома Ночи. Если, конечно, не растреплет драконам, что столичная гостья — метаморф. Тогда за ней в погоню ринется вся Дракония во главе с Владычицей Неба.

Она перелистнула длинный список регалий декана, занимавший несколько страниц. Хотелось отыскать что-нибудь этакое, как в кино, но все было просто и банально. Эльф, образован, умен, не женат…

Когда девушка перечитывала скупые строчки уже в пятый раз, ее внезапно посетила интересная мысль: а вдруг в лаборатории что-то уцелело? Например, ингредиенты для зелья, которое Алистер покупал у Рильона? Жаль, самого профессора все еще нет, но в лабораторию стоит наведаться!

Перед глазами тут же мелькнули перевернутые, разбитые пробирки и колбы. Их было так много, что в осколках вполне могло кое-что уцелеть. А если верить Вегарду, то оборотни, делавшие первичный осмотр, ничего оттуда не взяли. Значит, завтра нужно нанести туда повторный визит, возможно даже, с вампиром…

Вдруг он сможет опознать нужное зелье или ингредиенты, если они сохранились?

Уже лежа в кровати и почти засыпая, Кира внезапно вспомнила про дуэль. Она раскрыла глаза и уставилась в потолок.

Флайвер и Алистер договорились скрестить шпаги следующей ночью на какой — то лесной поляне. Причем Ренуар согласился быть секундантом.

В Драконии дуэли между мужчинами были разрешены, Кира это точно знала, и всячески поддерживались драконицами. Правда, если речь шла о дуэлях из-за женщин или за место в гнезде. Но вот в самой Новой Башне дела обстояли иначе. Тут единогласным решением владелицы города любое насилие было запрещено.

Разумеется, правила нарушались. Но меньше всего Кире хотелось стать причиной чьей — то смерти или ранения.

— Это же они не всерьез? — выдохнула она в темноту. — Прямо как дети! Я должна их отговорить!

Ответом ей было довольное урчанье котят, пригревшихся под боком.

— Ладно, — пробормотала иномирянка, закрывая глаза, — надеюсь, хоть один из них адекватный и прислушается к голосу разума. Хотя… если вампира на время посадят в тюрьму, я ничуть не расстроюсь.

* * *

На следующее утро Кира проснулась с четким ощущением, что она что — то забыла. Хмуря брови, девушка умылась, оделась, покормила мантикор и уже налила себе чашку кофе, когда в парадную дверь постучали. На пороге довольно щурился вампирский князь.

— Вижу, вы не успели позавтракать? — Алистер многозначительно взглянул на печенье в ее руке. — В таком случае приглашаю вас перекусить в компании леди Белинды.

Кира вздрогнула. Вот что она забыла! Договор с вампиром! Ей нужно дать кровь юной вампирше.

— Прямо сейчас? — иномирянка тоскливо взглянула на кофе, остывающий на столе.

— Моей дочери стало хуже, — серьезно ответил вампир.

Девушка всмотрелась и поняла, что под наносной бравадой прячется нешуточное беспокойство. Да и по какой еще причине князь мог так нагло нарушить этикет и почти ворваться в дом к незамужней девушке ни свет ни заря? Приличное время для визитов наступало после трех часов пополудни!

— Дайте мне пять минут на сборы! — выдохнула Кира и не удержалась — отхлебнула утренней бодрости прямо на бегу.

Через пять минут в шляпке, перчатках и легкой накидке она забралась в экипаж вампира.

— Поедем быстро, — предупредил Алистер, — держите шляпку!

Сытые, застоявшиеся кони понесли коляску с такой скоростью, что девушке действительно пришлось придержать шляпку. Через десять минут дома закончились, замелькали кусты и деревья, и Киру охватила паника: а точно ли этому князю можно доверять? Вдруг ему надоели уговоры, и он просто запрет глупую иномирянку в каком-нибудь подземелье, а потом будет цедить ее кровь, сколько захочет?

— Не надо бояться! — алые зрачки Алистера уставились в глаза Киры. — Страх портит вкус крови! Я дал клятву и не причиню вам вреда!

Не то чтобы это успокаивало…

Видимо, вампир и сам это понял, поэтому просто обнял девушку за плечи, прижал к себе и… замурлыкал! Ну, точнее, он начал издавать горлом какой — то звук, который подействовал на Киру как скучное кино — расслабил и погрузил в легкую дремоту.

Осознав свое состояние, иномирянка решительно выкрутилась из прохладных рук вампира.

— Что это?

— Это наша расовая особенность, — неохотно ответил князь, — мы можем так успокаивать людей, что бы не портить вкус крови.

— Спасибо, я уже успокоилась! — слегка ядовито заявила девушка, отодвигаясь.

— Вот и хорошо! Мы уже прибыли! — отозвался вампир.

Экипаж остановился, Алистер спрыгнул на землю, а Кира с любопытством огляделась.

Дом вампиров представлялся ей мрачным замком, древними развалинами с провалами окон и подвалов, но на деле перед ней раскинулось милое загородное поместье с изящными белыми ставнями и вычурными балкончиками. Правда, дом изрядно затеняли высокие сосны, а фоном белым стенам служил густой мрачный ельник, но все равно особняк ничем не напоминал гнездо вампиров из готических фильмов.

— Прошу вас, леди д’Анкур, — Алистер подал гостье руку.

Он помог ей спуститься и довольно бодрым шагом повел к дому.

Кира крутила головой, рассматривая цветники, беседки, миниатюрные фонтанчики, и не могла сдержать удивления.

— Князь, признаюсь, вы меня поразили…

— Ожидали увидеть мрачный склеп с пыльными гробами? — понимающе хмыкнул он. — Склеп есть, гробы тоже имеются, но это все осталось в древнем Гнезде. Там много обращенных, они спят днем, и ящик с плотной подкладкой, оберегающей от света, пыли и насекомых, лучшее решение. А этот дом я построил для дочери. Она, как и я, рождена вампиром, а не обращена.

— А есть разница между рожденными и обращенными? — полюбопытствовала иномирянка. Ей — то всегда казалось, что вампир — он и есть вампир: днем спит в гробу, а ночью превращается в летучую мышь и сосет кровь у припозднившихся зевак.

— Ну конечно, — снисходительно улыбнулся князь. — Обращенные боятся света, не умеют трансформировать свое тело, не обладают магией и на первых порах плохо контролируют жажду. Правда, они быстрее, сильнее и выносливее обычных смертных. Обращенный человек по силе и ловкости не уступает оборотню.

— А рожденные вампиры?

— О, мы большая редкость и элита нашей расы.

Они вошли в дом, и Кира убедилась — внутри интерьер больше соответствовал ее представлению о готических замках. Здесь было много темного дерева, дикого камня и тяжелых бархатных драпировок густых оттенков синего, красного и зеленого. Даже стекла в окнах были витражами, и солнечные лучи разноцветным веером падали на стены и темный пол.

Алистер помог гостье снять накидку, подождал, пока она положит на специальный столик шляпку и перчатки, и потянул в следующую комнату — уютную гостиную.

Из кресла навстречу им поднялась девочка в белом платье. Она, пожалуй, полностью соответствовала каноническим представлениям о вампирах: бледная и худенькая, почти прозрачная, черноволосая, с красными запавшими глазами и тонкой алой полоской рта. Она напомнила Кире чахоточных дев времен Пушкина.

— Леди д’Анкур, позвольте вам представить мою дочь, княжну Белинду Иверлион!

— Очень приятно, — пробормотала Кира, рассматривая юную вампиршу.

— И мне, — вежливо ответила та, в свою очередь не отводя взгляда от внезапной гостьи.

— Предлагаю сначала покончить с нашим делом, а потом позавтракать, — князь лучился мрачным энтузиазмом.

— Стол накрыт, — сказала Белинда, указывая на арку, обрамленную каменной резьбой.

За аркой обнаружилась небольшая столовая, центр которой занимал овальный стол, накрытый на одну персону, и… пугающий кубок на отдельном подносе. Рядом с кубком лежал узкий клинок.

ГЛАВА 9

— Леди д’Анкур, — князь вежливо склонился к руке растерянной Киры и вдруг повернул ее ладонью вверх. Девушке показалось, что запястье слегка оцарапали, но вампир тут же подставил под ее конечность кубок с непонятной жидкостью и надавил. Тонкая алая струйка потекла по краю. Кира вздрогнула.

— Прошу вас, не вырывайтесь, Лоретта, — Алистер не сводил горящих глаз с кровавой дорожки, — эта рана закроется только от моей слюны.

Задержав дыхание, Кира смотрела, как ее кровь стекает в темную жидкость и закручивается в воронку.

— Достаточно! — князь поднес ее руку к губам и лизнул.

Язык у него оказался немного шершавым, а губы теплыми и сухими. Кира с удивлением поняла, что этот жест ей приятен. Сразу захотелось податься ближе к вампиру, позволить, чтобы его язык скользнул ниже, прошелся по чувствительной нежной коже на сгибе локтя… Она потрясла головой, сбрасывая наваждение.

От места, где дыхание вампира коснулось ее, по коже побежали мурашки. Иномирянка потянулась, что бы почесать зудящее место.

— Не нужно этого делать, — остановил Алистер. — Иначе зуд только усилится. Это побочный эффект от быстрой регенерации. Он пройдет через пару минут, когда рана полностью затянется, а пока вам нужно поесть. Желательно чего — то горячего и сладкого.

Кира осторожно опустилась на мягкий стул — боялась, что закружится голова. В столовой бесшумно появился слуга в черной ливрее. Он налил ей чай, предложил теплый пирог с мясом и несколько десертов.

Пока иномирянка неохотно ковыряла вилкой в тарелке, вампир поднес дочери кубок с кровью. Девочка чуть поморщилась, но выпила странный напиток, и… Кира своими глазами увидела, как на ее лицо возвращаются краски.

Бледность отступила, темные круги под глазами стали светлее, а заостренные прежде черты обрели округлость, присущую двенадцатилетним детям. Через пару минут Белинда уже ничем не напоминала обитательницу склепа. Просто милая, яркая девочка с блестящими, как вишни, глазами и ямочками на щеках.

Кира даже ресницами похлопала, думая, что зрение помутилось из-за кровопотери.

— Ешьте, Лоретта, — напомнил князь.

Кира послушно вернулась к тарелке. Аппетит наконец проснулся, и она оценила все, что ей подали.

Пока гостья ела, тот же молчаливый слуга принес два кубка и подал их князю и его дочери. Иномирянка сглотнула — неужели вампиры вот так просто пьют кровь из бокалов? А как же покусанные жертвы?

— Это просто вода, леди д’Анкур, — ответил он на невысказанный вопрос. — Вампиры моего уровня не нуждаются в свежей крови, а недостаток жидкости мы восполняем чистой водой.

— Поэтому вы не пили ни кофе в кофейне, ни пиво в кабаке? — уточнила девушка.

— Вы правильно поняли, — князь был сама безмятежность.

— Но ведь могли заказать просто воды! — изумилась девушка.

— Обычная вода содержит слишком много примесей, которые вредны для меня. А это чистейшая родниковая, из Светлого Леса — настоящий эликсир жизни, — вампир с улыбкой поднял бокал. — Эльфы давно наладили поставки этой воды к нам в Дом Ночи.

— Но ваша дочь пьет кровь? — не скрывая любопытства, уточнила Кира.

— Дети высших пьют кровь только до совершеннолетия, — пожал плечами князь, — это не тайна. Мы, рожденные вампирами от вампиров, отличаемся от обращенных — тех, кого добавили в клан через укус.

— Так ваши дети рождаются? Я думала, дочь…

Алистер нахмурился и строгим тоном сказал:

— Детей обращать запрещено! Если вы видите вампира-ребенка, значит, это высший, рожденный от высших! Они нуждаются в крови, но недолго. Не будь Белинда больна, я бы пригласил для нее какую-нибудь селянку подороднее и этим решил вопрос. Но, к сожалению, ее болезнь состоит именно в том, что ни человеческую, ни чью-либо ещё кровь ее организм не усваивает. Только метаморфа.

— А что еще было в кубке?

— Смесь трав, которая не дает вашей крови свернуться.

— Разве ваша магия не может сохранить кровь от порчи?

— Может, — кивнул Алистер, — но здесь дело в другом. Эту смесь мой алхимик выделил из зелья Рильона. Мы постарались воссоздать ее как можно ближе к оригиналу, но она все равно не давала нужного эффекта. А теперь посмотрите на княжну — я был уверен, что все дело в вашей крови, и вот результат!

Кира перевела взгляд на девочку. Та почти ничем не отличалась от обычных детей своего возраста. И не скажешь, что дочь вампира или что десять минут назад была похожа на призрака.

— А магические заготовки мы берем в путешествие или в битву, — продолжил Алистер, сделав глоток воды, — чтобы поддержать раненых. Дома проще выпить сразу из человека.

Услышав это, Кира вспомнила, что находится не на светском рауте, а в доме у вампира. Она нервно вцепилась в чашку.

— И много вам надо?

Князь пожал плечами:

— Ребенку высшего вампира достаточно нескольких глотков, — он отодвинул кубок. — Это обращенные не умеют сохранять и экономно расходовать силы, поэтому берут больше. Низший вполне способен осушить обычного человека, но это приравнивается к убийству и карается по закону. А приличные вампиры просто оплачивают визиты пары приятных смертных или даже оборотней из бедных кланов. У них кровь гуще, но человеческая питательнее и вкуснее, а один укус раз в неделю практически незаметен.

Кира вспомнила, как к ним на работу приезжала передвижная лаборатория по сдаче крови. Тогда врачи предупредили, что в следующий раз можно сдавать кровь только через два месяца. Но и взяли они больше, чем сегодня Алистер сцедил для Белинды. Выходит, вампиры берегут свой “корм”?

От этой мысли настроение иномирянки улучшилось, хотя считать себя кормом было не очень приятно. Она смогла поесть, а когда все вернулись в гостиную, задала князю вопрос, не дававший покоя:

— Значит, вы смогли выяснить, что еще было в зелье Рильона кроме крови метаморфа?

— Не совсем, — Алистер развел руками. — Я уже сказал, что мой алхимик смог выделить часть составляющих и создать смесь, не дающую крови свернуться. Но на этом все. Главный ингредиент остался тайной. Чем Рильон заменил кровь метаморфа — мне неизвестно. Если бы я смог узнать формулу этого вещества, моей дочери бы не пришлось зависеть от профессора!

“И тут эта формула”, — тоскливо вздохнула Кира. Похоже, открытие профессора никому в Новой Башне жить не дает.

— А химический анализ не проводили? — задумчиво уточнила она.

— Химический анализ? — вскинул брови князь. — Простите, леди д’Анкур, не знаю значения этого слова. Это на каком языке?

— Это расклад вещества на составляющие части, — попыталась объяснить Кира.

— А, — понятливо кивнул вампир, — алхимический веер. Мы отдали остатки зелья другим алхимикам, но они точно так же ничего не смогли сказать.

— Возможно, дело не в составляющих, а в их пропорции? — предположила девушка.

Мысленно Кира сделала очередную пометку: князь мог невольно подставить профессора, когда раздал остатки зелья его конкурентам. Те не отказались бы от возможности заработать на больной вампирше. Всего-то и нужно — вывести формулу и присвоить себе. Странно, что Рильон не запатентовал свое открытие. Ни это, ни омолаживающее зелье. А может, в его арсенале есть что — то еще, о чем он молчит?

— Возможно, — мрачно кивнул князь. — Но, боюсь, без Рильона мы этого никогда не узнаем.

Иномирянка с сомнением глянула на него. Стоит рассказывать о своих домыслах или нет? В конце концов, этот вампир лично заинтересован в возвращении Рильона, а значит, и в том, что бы она вернула кольцо.

— Ваша Светлость, как насчет прогулки в лабораторию? — бросила она пробный камень. — Мне бы очень пригодилась ваша помощь.

Он усмехнулся:

— И чем же я могу вам помочь? Разве городские стражи не провели уже обыск? Да и вы наверняка были там.

— Все верно. Грабители устроили настоящий погром, но кое-что могло уцелеть. Думаю, нам стоит проверить. Вдруг где-то в углу закатилась колба с нужным вам зельем, или под грудой мусора спрятан обрывок бумаги с рецептом?

Алистер задумчиво посмотрел на дочь. Юная вампирша пристроилась у окна с вышивкой в руках и что-то тихонько мурлыкала под нос. На ее плече крутилось маленькое черное существо, в котором Кира узнала летучую мышь.

— Вы правы, — сказал, наконец, вампир. — Если есть хоть малейший шанс что — то узнать, я готов им воспользоваться.

* * *

Попасть в лабораторию сразу не удалось — Кире пришлось искать Вегарда, ведь только у него были пропуски. Капитан стражи недовольно поцокал языком, глядя на безмятежно ухмыляющегося вампира, и заявил, что отправится с ними. Он явно не доверял князю, но вслух ничего не сказал.

В помещении ничего не изменилось с прошлого раза. По крайней мере, так казалось на первый взгляд. Те же осколки пробирок и колб, тот же ворох бумаг на столах и на полу.

Пока мужчины мерились взглядами в дверях, Кира скользнула в кабинет профессора, обвела его взглядом и… ощутила крепкую хватку на своем горле!

Чья-то рука в кожаной перчатке сжала ее за шею, лишая дыхания. Вторая заткнула рот, обрывая крик.

Девушка инстинктивно задергалась, затрепыхалась, попыталась пнуть неизвестного, но тот держал очень крепко.

Кира не могла оглянуться и посмотреть, кто на нее напал. Но сумела скосить глаза, рассмотреть черную кожаную перчатку и черный рукав. Судя по увиденному, это был не тролль и не орк, а по силе хватки — точно не женщина. Выхода было два и оба рискованные. Один — постараться ударить незнакомца ногой, второй — нанести удар затылком, но Кира выбрала третий и резко расслабилась. “Стекла” всем весом на пол, имитируя обморок.

Тот, кто ее держал, не ожидал такого поворота. Руки незнакомца дрогнули, разжались, чтобы подхватить осевшую девушку. И вот тут она с мрачным удовлетворением двинула локтем наугад.

Острый локоть угодил нападающему под ребра.

Заорали оба, одновременно.

Из лаборатории тотчас раздался стремительный топот. Но не успели Вегард и Алистер добраться до кабинета, как неизвестный с силой оттолкнул “Лоретту”, легко вскочил на подоконник и исчез в разбитом окне. Только черный плащ взлетел, будто крылья.

Когда оборотень и вампир ворвались в тесный кабинет, Кира стояла у окна, разглядывая пустую лужайку внизу. Она потирала пострадавшее горло и тихо ругалась.

— На меня кто-то напал, — мрачно прохрипела мужчинам. — И сбежал вон туда.

Лже-детектив ткнула пальцем в окно.

— Леди д’Анкур! — князь молнией подлетел к ней, выглянул на улицу, втянул воздух и поморщился: — Кто бы это ни был, он подстраховался и от вас, капитан, и от меня. Я чувствую остатки заклинания, путающего следы, но все-таки попробую догнать.

Миг — и вампир исчез, перемахнув через подоконник.

Волк поморщился, признавая правоту кровососа.

— Вызвать лекаря? — спросил он, глядя на несчастное лицо девушки.

— Не стоит, я в норме, — поморщилась Кира. — Но хватка у этого парня железная!

Горло болело, и говорить было трудно, но меньше всего ей хотелось попасть на осмотр к местным костоправам. Мало ли, чего они там обнаружат. Иномирное происхождение, например.

— Значит, это был мужчина? — тут же отреагировал оборотень. — Вы его хорошо рассмотрели?

— Этот тип держал меня сзади, прижав к себе, — пояснила она. — Его подбородок был выше моей макушки. Я еще не встречала тут женщин, которые были бы настолько выше меня. Разве что леди Лизавету. Но вряд ли это была она.

ГЛАВА 10

Вегард задумался. Он окинул Киру изучающим взглядом, что-то подсчитал в голове и сказал:

— Действительно, таким высоким мог быть только мужчина и только не гном.

— Орков и троллей тоже исключаем, — проворчала девушка. — Не та комплекция. Этот более изящный, как дракон или эльф.

— И не человек, — дополнил Алистер, возвращаясь. — Люди не способны передвигаться с такой скоростью.

— Ушел? — прищурился Вегард.

— Ушел, — подтвердил вампир. — Причем на окне была защита от проникновения с обеих сторон. Он ее снес, как мыльную пленку. И следа не осталось.

Оба посмотрели на Киру.

— Кстати, а запах? — вспомнил капитан. — Без спецпропуска сюда не проникнуть. Может, это был один из ассистентов Рильона? От него чем-то пахло, например, реактивами?

— В Академии есть настолько сильные студенты? — скептично хмыкнул князь.

— Вряд ли, — удивленно отозвалась Кира. Память подкинула мягкий, едва уловимый травянистый аромат, оставивший привкус на языке. — Его плащ пах травой, дождем или влажным деревом, чем-то таким, лесным.

Мужчины переглянулись. А Кира почувствовала, как к горлу подкатывает клубок тошноты. Ее едва не задушили, причем без всяких сантиментов. Если бы не эти двое, еще неизвестно, чем бы закончилась встреча с незнакомцем. Она оперлась на подоконник и подставила лицо свежему воздуху. Блеск металла в траве привлек ее взгляд.

— Господа, взгляните! — позвала девушка, вглядываясь в лужайку. — Там что-то блестит!

На этот раз первым отреагировал волк. Легко выпрыгнул из окна, пошарил в траве и с видом победителя поднял вверх кулак, из которого свисал шнурок с узкой медной пластинкой.

— Это академический пропуск, — сообщил он. — Такие выдавали студентам профессора Рильона для прохождения практики в его лаборатории.

— А можно узнать, кому именно выдали этот пропуск?

Кира настороженно осмотрела территорию вокруг здания и спряталась обратно.

— В прихожей должна быть книга посещений, — Вегард подтянулся и молодецки перемахнул через окно обратно в кабинет. — Там записаны имена студентов и номера выданных им пропусков.

Иномирянка быстрым шагом направилась в прихожую. Там действительно лежал растрепанный гроссбух со следами влаги и земли на страницах. Быстро пролистав его, Кира уточнила:

— Капитан, какой номер у этого жетона?

— Сто семнадцать, — отозвался оборотень, успевший нагнать даму-детектива.

Вампир, который теперь не отходил от Киры и на шаг, заглянул ей через плечо.

— Неразборчиво, Жак… Жюв… — пробормотала она, водя пальцем по строчкам.

— Жеф! — всмотрелся в страницу Алистер. — Кажется, именно так звали того несчастного, которого в кабаке убила клятва!

— А его дружка зовут Киф, — вспомнила девушка.

— Верно! — капитан тоже взглянул на потрепанную страничку. — Похоже, студент либо добровольно кому-то передал свой жетон, либо его украли. Но в свете последних событий смею предположить, что этот “кто-то” и тот, кто взял с него клятву верности — одно лицо.

— То есть, — Алистер обвел Киру и Вегарда внимательным взглядом, — декан Академии только что незаконно проник на место преступления и пытался убить леди д’Анкур?

— Есть шанс предъявить обвинения? — девушка с интересом взглянула на представителя префектуры.

Волк сокрушенно вздохнул:

— Нарушено сразу несколько законов Новой Башни! Но увы, леди, доказательств по — прежнему мало. — Он заметил, что она постоянно трет шею, и добавил: — Предлагаю вам показаться лекарю. Он уберет возможные синяки и напишет отчет о нападении.

Киру внезапно посетила идея:

— А есть ли возможность снять с моей кожи следы нападавшего?

— Вряд ли что-то получится, — поморщился вампир. — Я и так скажу, что он позаботился о сокрытии своей личности, а пассивный магический отпечаток слишком мал, чтобы быть нам полезным.

— Я не про магию, — терпеливо пояснила девушка, вспоминая любимые сериалы. — Тот, кто меня душил, был в перчатках, но ведь на перчатках тоже остаются следы! Пыльца, пыль, капли воды. Когда он схватил меня за шею, крошечные частички всего этого попали на кожу. Вот если их собрать, а потом сравнить с теми, что остались на перчатках подозреваемого…

— Я понимаю, о чем вы говорите, леди д’Анкур, — расстроенным тоном сказал волк, — но у нас нет этих перчаток, и мы не можем явиться к декану Галендану, что бы потребовать их. Это не в нашей компетенции. Однако теперь мне ясно, почему Владычица Неба прислала именно вас. Такой простой и в то же время хитроумный ход мне бы и в голову не пришел!

— Просто мужчины не занимаются стиркой, — пожала плечами Кира, — а ведь по пятнам на одежде часто можно узнать, где побывал человек и что он делал.

Мысленно же она обругала себя: чуть было не выдала себя снова! Зато мужчины смотрели теперь с уважением. Даже с лица вампира сползла его скептичная ухмылка.

* * *

Группа захвата, вызванная капитаном, так ничего и не нашла. Нападавший будто растворился в воздухе. Но пока оборотни рыскали по подворотням, Кира и Алистер тщательно изучили содержимое сохранившихся колб и бумаг. Их было немного, но работа затянулась до вечера. Вампир сначала откупоривал колбу, принюхивался к запаху, потом, если считал нужным, пробовал вещество кончиком языка и говорил название. Кира записывала в тетрадь. В основном это были базовые ингредиенты.

Вегард отправил к ним молоденького стажера, которого девушка тут же пристроила писарем к Алистеру, а сама занялась изучением разбухших от влаги полуобгоревших бумаг.

Она ругала себя за недальновидность: ну почему раньше этим не занялась? Ведь настоящий сыщик первым делом бы тщательно изучил все записи жертвы! А она только походила тут с умным видом, изображая мисс Марпл.

Странно, что ее до сих пор не раскусили. Видимо, все дело в авторитете настоящей Лоретты. Вот мелкие проколы и сходят с рук. Но как долго это будет продолжаться? Хорошо, что вампир на ее стороне. Если нужно — прикроет. Хотя он явно у префектуры на дурном счету, да и вообще персона нон грата.

Кира с усталым вздохом оперлась головой на руки и прикрыла глаза.

В бумагах ничего важного не было. В основном счета: сколько чего закуплено за свои деньги, сколько — за гранты Академии. Дебет и кредит. Причем все закупленные ингредиенты были простыми и известными Кире по ее недолгой карьере химика. Кто-то поставил перед ней корзинку с пирожками. Запах заставил сглотнуть голодную слюну и открыть глаза. За окном вечерело.

— Леди, — Алистер склонился над ней, — уже поздно. Наверняка вы устали, а у меня еще назначена важная встреча. Позвольте, я провожу вас домой.

Она устало кивнула.

Вегард еще командовал подчиненными, когда Кира, затолкнув в рот кусок пирожка, залезла в предоставленный экипаж.

— Леди д’Анкур, — подошел капитан, — найденный пропуск останется у меня. Мы попытаемся опросить друзей Жефа, но допрашивать арестованного, как вы понимаете, бесполезная трата времени.

Кира кивнула:

— Клятва, я помню. Буду рада, если вы подготовите мне отчет.

— Разумеется, — Вегард щелкнул каблуками и отошел.

Карета тронулась с места.

Алистер подался к девушке, чем вызвал удивление на ее лице, но ничего не сказал, только молча поправил подушку у нее под спиной.

— Вы так заботливы, князь, — хмыкнула иномирянка, жуя пирожок.

Она была слишком голодна и слишком устала, что бы думать сейчас о приличиях. Да и перед вампиром не было смысла играть великосветскую даму.

— Я забочусь о лекарстве моей дочери, — в тон ей ответил Алистер. — Считайте, что в моих глазах вы хрупкий сосуд с драгоценным содержимым, который я не хочу разбить и не позволю разбить кому-то еще.

— Так себе комплимент.

— А с чего вы решили, что это комплимент? — он выразительно поднял бровь. — Не в моих правилах отпускать еде комплименты.

Кира едва не подавилась куском. С трудом сдержала кашель и наградила вампира красноречивым взглядом.

“Вот гад!” — говорили ее глаза. Алистер улыбнулся:

— Ну-ну, не надо злиться, от этого портится кровь. Я всего лишь хочу быть честным с вами. Разве это такое уж преступление?

— Вы всегда так честны? — пробурчала Кира, не скрывая недовольства.

— Я никогда не вру. Врут слабаки, мне это не нужно.

А ей приходится врать каждый день, что бы выжить. Вот что стояло за его словами, и Кира это уловила.

— Вы правы, — признала она, отворачиваясь к окну, — иногда, чтобы выжить, приходится лгать. Я пока не готова умереть из-за бесполезной честности или стать источником молодости для драконов.

— Я не хотел вас задеть, — вампир положил свою руку в перчатке поверх ее. — И это тоже правда.

— Флиртуете с едой? — парировала Кира. Князь понимающе усмехнулся и убрал руку.

Через несколько минут экипаж подъехал к дому профессора. Кира холодно попрощалась с князем, кивнула вскочившим при виде нее Ульфу и Хурту и отправилась в дом. Следующие пару часов заняли привычные дела: переодеться, приготовить ужин, покормить вопящих мантикор, убрать следы их пребывания в доме. И только лежа в теплой расслабляющей ванне, Кира внезапно осознала, о какой важной встрече проговорился вампир: этой ночью должна состояться дуэль между ним и Флайвером!

ГЛАВА 11

Выскочить из ванны было делом одной секунды. Добежать до дверей, по пути закутываясь в льняную простыню, заменяющую полотенце, и постараться, чтобы ноги не разъехались на гладком полу — ещё пара минут.

Схватив ситцевый халат, Кира накинула его поверх полотенца и уже на ходу, сбегая по лестнице, завязала пояс.

Охранники сидели на лавочке перед крыльцом. Они резались в карты при свете одинокого фонаря, но услышав, как хлопнула дверь, вскочили.

— Леди д’Анкур? — вытянулись по стойке смирно и даже придали лицу суровое выражение. — Что-то случилось? Кто-то забрался в дом?

— Нет-нет, — Кира помахала рукой, переводя дыхание, — со мной все в порядке.

— Вы уверены? — Ульф опустил многозначительный взгляд на ее ноги.

И только тогда девушка поняла, что вылетела на крыльцо босиком. Ясное дело, приличные леди не бегают босиком как пастушки.

Она скрипнула зубами от досады, но быстро сориентировалась.

— Да, — отрезала тоном, не терпящим возражений. — Со мной все в порядке, а вот с лордом Флайвером и князем Алистером большая проблема! Где тут у вас обычно дуэли проводят?

Оборотни переглянулись.

Первым ответил Хурт.

— Ну, если это дуэль за женщину или место в гнезде, — начал он, почесывая макушку, — тогда на ристалище ближе к столице. В Новой Башне госпожа Лизавета запретила любые дуэли.

— А если причина в другом?

— Тогда в Священной роще. Это любимое место тайных дуэлянтов.

— Почему? — прищурилась Кира.

— Так там святилище бога смерти. Никто не смеет остановить того, кто пришел туда умереть.

— Ох, мамочки! — иномирянка в ужасе захлопнула рот ладошкой. — Так они что, собрались умереть?!

— Кто, миледи? — напряглись охранники, хватаясь за оружие.

— Флайвер и Алистер! Они назначили этой ночью дуэль!

— А-а-а, — оборотни расслабились и заулыбались, — нет, обычно до смерти не доходит, но чья-то кровь однозначно прольется, бог смерти должен получить свою мзду.

— Знаете что! — Кира рассерженно уперла руки в бока. — Не вижу ничего смешного! Мы должны их остановить. Вам известно, где эта роща?

Парни поморщились.

— Да, миледи, — нехотя признался Ульф. — Только мы все равно ничем не поможем. На территории рощи нельзя останавливать дуэль, а арестовать дуэлянтов можно, только когда они покинут ее. И то, если речь идет о лорде Флайвере и князе Дома Ночи, то мы, простые охранники, ничего им не сделаем. У нас нет таких полномочий.

Хурт поддержал его одобрительным гулом.

— А кто сделает? — насупилась девушка.

— Капитан Вегард или сам префект.

— Отлично! Вызывай капитана!

— Но ведь ночь…

— Ты слышал, что я сказала? — она грозно надвинулась на него и ткнула пальцем в грудь опешившему оборотню: — А пока капитан собирается, мы сами отправимся в эту рощу!

— Вызвать экипаж? — тут же осведомился Хурт.

— Нет, нужно сделать все в полной секретности. — Кира наморщила лоб. — Вряд ли дуэлянты будут рады огласке. Далеко эта роща?

— Час езды.

— Да уж, ближний свет. Пешком не дойдем. И наемный экипаж вызывать не хочется…

— У нас есть кони, — напомнил Хурт, за что получил от брата предупреждающий взгляд.

— Точно, кони! — обрадовалась иномирянка.

— Негоже леди ездить верхом, да еще ночью, — проворчал Ульф.

— Но за попрание устоев меня же в тюрьму не посадят, нет? — Кира выгнула бровь. — Вот и ладно.

Оборотни хотели сказать ещё что-то насчет несоответствия внешнего вида леди и поставленной задачи, но решили, что лучше смолчать. Уж очень серьезно она была настроена. Ульф достал амулет связи и забормотал в него, как в микрофон. Хурт, изумленно покачивая головой, отправился за конями, привязанными у заднего входа.

Кира поймала себя на том, что от ночной прохлады поджимает пальцы на ногах.

— Я сейчас буду! — коротко бросила Ульфу.

И быстро вернулась в дом. Прихорашиваться было некогда, поэтому девушка только сбросила полотенце да надела поверх халата длинный суконный плащ, закрывающий тело от пяток до самого подбородка. На влажные волосы нахлобучила шляпу с широкими полями, лицо прикрыла вуалью, обула мягкие сапожки без каблуков и схватила перчатки.

Уже на выходе вспомнила про кулон, который сняла перед ванной. Но возвращаться за ним не стала. Все равно в нынешних обстоятельствах пользы от джинии нет.

Когда она выскочила на улицу, Ульф уже ждал в седле, Хурт стоял рядом с конем, который нетерпеливо пофыркивал.

— К сожалению, третьей лошади нет, — сокрушенно заметил оборотень.

— Значит, один из вас возьмет меня к себе в седло! — несколько нервно улыбнулась Кира, смутно представляя, что ее ждет.

Девушка поправила шляпу и кивнула Хурту, как самому, с ее точки зрения, безобидному:

— Поеду с тобой! Без возражений!

Она внезапно вспомнила, что всего пару раз ездила верхом — по набережной во время летнего отдыха. И то, лошадь тогда инструктор водил за узду.

Но отступать было поздно. Поэтому Кира с самым решительным видом встала на подставленные ладони Хурта и с грациозностью подбитого лебедя с третьего раза взгромоздилась в седло. При этом ее охватило странное чувство. Будто она комар, присевший на Эйфелеву башню. Она скосила глаза вниз, на землю, и невольно сглотнула.

— Капитан не в городе, — сообщил Ульф, подождав, пока Хурт займет место за девушкой и возьмет поводья. — Но он просил вам передать, что уже в пути.

— Держитесь, миледи, — пробасил Хурт. Оборотни пришпорили лошадей. Кира, с трудом сдерживая душераздирающий визг, со всей силы вцепилась в шею коня и затряслась вместе с ней.

— Миледи, вы можете упасть! — волк придержал живой транспорт.

Конь недовольно заржал, но остановился.

— Прошу вас, хоть это и неприлично, откиньтесь на меня и держитесь вот за этот выступ! — широкие ладони оборотня разжали руки “Лоретты” и перенесли их с косматой конской гривы на обтянутую кожей деревянную луку.

— Я боюсь! — выдохнула Кира. — Я почти не ездила верхом! Только в карете!

Это “почти” было вставлено впопыхах. Кто его знает, на чем там ездила настоящая Лоретта д’Анкур? А вдруг она опытная наездница? Как бы не проколоться на такой ерунде!

— Вы дергаете коня, он нервничает, а если резко опустит голову — вы кувыркнетесь на землю, — ровным тоном, словно ребенку, объяснил Хурт. — Держитесь здесь и опирайтесь на меня. Если вам страшно, могу усадить на круп, но там сильнее трясет.

После этих слов Кира окончательно запаниковала, но согласилась пересесть за спину охранника. Там сидеть оказалось легче: можно обнимать мужчину за талию и прятать лицо от ветра и страха за его плечом.

Убедившись, что леди-детектив вцепилась в него, как клещ в кожух, волк пришпорил лошадь, заставляя перейти в галоп.

— Держитесь крепче! — прокричал он, ныряя под сень гигантских деревьев.

Примерно через час тропа вывела всадников к изящной деревянной арке, увитой плющом. Тут оборотни придержали коней:

— Священная роща, — пояснил Хурт, — дальше придется идти пешком. Похоже, там уже все собрались.

И правда, возле арки темнел экипаж, и несколько коней фыркали возле поилки.

Опираясь на руки охранника, Кира с готовностью соскользнула на землю. И тут же застонала — ноги тряслись, как желе, голова слегка кружилась, да ещё острый запах конского пота неимоверно раздражал. Ей казалось, будто она вся им пропахла и уже никогда не отмоется.

— Сейчас все пройдет, миледи, — пробасил оборотень, помогая девушке устоять на ногах.

Иномирянка поморщилась, но спустя несколько минут ей действительно стало лучше.

Привязав лошадей к поилке, вся компания двинулась через арку в густой таинственный лес.

К удивлению Киры, в лесу было довольно светло. Волки, конечно, и в полной темноте отыскали бы знакомых — по запаху, но в воздухе летали светлячки, сквозь кроны пробивался лунный свет, а дорожка под ногами была гладкой и твердой.

Складывалось впечатление, что она припозднилась с работы и спешит домой через парк. Правда, запахи тут были другие — более пряные и острые. Воздух пах сыростью, прошлогодней листвой и грибами, а гигантские узловатые стволы и ветви мало напоминали хрупкие акации и сирени, к которым она привыкла.

Идти, точнее, почти бежать, пришлось долго. Кира уже начала уставать и решила, что они зря приехали в рощу. Нет тут никого.

Но сквозь переплетение веток донеслись голоса и звон клинков.

Девушка подобрала подол и прибавила скорость: дуэль уже идет! Они опоздали!

ГЛАВА 12

Деревья раздвинулись, и Кира выскочила на поляну, озаренную лунным светом. Со всех сторон ее окружали могучие дубы, а в центре, будто на арене, застыли две мужские фигуры.

Флайвер и Алистер.

Дракон и вампир. Каждый из них держал в одной руке шпагу, а в другой — узкий длинный кинжал. И в тот момент, когда Кира увидела их, вампир вонзил шпагу в ключицу дракона.

Девушка ахнула, дракон извернулся и всадил кинжал в предплечье противника.

Кровь хлынула у обоих.

Не помня себя, Кира бросилась между мужчинами.

— Хватит! Остановитесь!

И только оказавшись между оторопевшими дуэлянтами, поняла: и тот, и другой полуголые!

Кубики пресса у обоих были что надо. Иномирянка в полной прострации перевела взгляд с одного идеального торса на другой и почувствовала, как заливается краской.

Дуэлянты тоже смутились, опустили оружие и застыли, не зная, что делать. А к ним уже спешили встревоженные секунданты с плащами и охранники Киры.

— Леди д’Анкур, — первым отмер вампир. Изобразил учтивый поклон, но при этом в его голосе слышались ироничные нотки. — Спасибо, что решили примкнуть к нашей дружной компании, хотя, признаться, я вас не ожидал.

— Простите, Лоретта, — Флайвер тоже поклонился, — за наш внешний вид, но как вы здесь оказались?

Ренуар и незнакомый вампир передали дуэлянтам плащи, что бы прикрыться. Флайвер перевел вопросительный взгляд на оборотней, и те синхронно развели руками.

— Леди д’Анкур потребовала доставить ее сюда, — проворчал Ульф.

— А капитан Вегард приказал исполнять ее приказы, — мрачно добавил Хурт.

Все взгляды устремились на Киру. Та немного растерялась от такого внимания, но вспомнила, что лучшая защита — это нападение, и уперла руки в бока.

— Господа, почему вы в таком виде?

— Э-э-э…

Мужчины переглянулись.

— Не хотел запачкать одежду кровью, — хмыкнул Алистер. — Да и лишних дырок на ней мне тоже не надо.

— Таков обычай, — пояснил Флайвер, — Обнаженное тело показывает, что противник не использует чешую, амулеты или заклятия.

— А раны? — девушка посмотрела на Ренуара. — Разве их не нужно залечить?

— Разве это раны, — скривился незнакомый вампир. Он выглядел старше Алистера, но по тому, как держался рядом с князем, Кире стало ясно, что ранг у него более низкий. — Так, царапины, недостойные настоящих мужчин. От них уже и следа не осталось.

— Предлагаете продолжить дуэль? — осведомился Флайвер.

— Нет, стоп! — Кира сделала шаг вперед. — Да что вы как дети? Устроили членовредительство из-за ерунды!

— Причина довольно серьезная, — возразил Ренуар. — Князь посмел заблокировать нам выход, когда вы нуждались в нашей помощи. Он подверг вас опасности.

— Но я в порядке! Со мной ничего не случилось! И если дуэль из-за меня, то могли бы, ради интереса, спросить мое мнение! — отрезала девушка. — А теперь оружие в ножны, господа. Обычай исполнен — кровь пролилась, пора закругляться.

Мужчины недоуменно нахмурились, услышав иномирное словечко, проскользнувшее у Киры на эмоциях, но общий смысл тирады был им ясен.

— Вы удивляете меня все больше и больше, — с кривой усмешкой Алистер первым опустил шпагу и вложил ее в ножны.

— Правильно, — в тон ему ответила Кира. — Нечего спорить с едой.

Флайвер учтиво кивнул вампиру и тоже убрал оружие.

— Простите, что заставили вас волноваться, — он шагнул к девушке, завладел ее рукой и поднес к губам. — Смею надеяться, что вы беспокоились за меня.

И все это — пристально глядя ей в глаза.

Когда горячее дыхание дракона коснулось кожи, Киру охватило странное чувство, похожее на легкую эйфорию. Она поняла, что тонет в таинственно мерцающих зеленых глазах. В памяти всплыло короткое видение идеального драконьего торса, тут же возникло желание прижаться к нему, пересчитать кубики пресса, убедиться собственноручно, что они и на ощупь такие же идеальные, как и на вид…

— Гм… — вежливое покашливание прервало эротические фантазии иномирянки. — Прошу прощения, господин Флайвер, но не могли бы вы держать свои инстинкты под контролем?

Судя по фонтанирующему сарказму, голос принадлежал Алистеру.

Кира вздрогнула, обернулась к вампиру и почувствовала, как странный дурман отступает.

— Что происходит? — пробормотала она.

В животе ноющим узлом осело чувство неудовлетворенности.

— Простите мою несдержанность, — дракон отпустил ее руку. — Князь, леди права, кровь пролилась, роща получила свою плату. Предлагаю завершить дело миром и разойтись.

— Замечательно, — ухмыльнулся тот, — поскольку я первым вас ранил, то вы сдадите мне шпагу в качестве трофея.

Ренуар открыл рот, собираясь возразить, но Флайвер остановил его движением руки:

— Как скажете, князь. Трофей так трофей.

На глазах у кипящего от возмущения друга он вынул шпагу, сломал ее об колено и бросил обломки под ноги вампиру. Затем поклонился Кире:

— Леди Лоретта, инцидент исчерпан, мы возвращаемся в Новую Башню. Если хотите, можете ехать с нами.

— Верхом? — скуксилась девушка, представляя обратный путь в седле.

— Нет, — дракон улыбнулся. — У нас экипаж.

— О, тогда с удовольствием!

— Не будет ли наглостью с моей стороны напроситься в попутчики? — тут же вмешался князь.

— На каком основании? — Флайвер смерил его глазами.

— А на том, что у нас с леди д’Анкур заключен контракт, по которому я должен ее охранять и сопровождать.

— И мы должны охранять! — напомнили оборотни, которые все это время молча наблюдали за перепалкой аристократов.

Алистер поморщился, драконы заметно приуныли, а тут еще и второй вампир вставил свои пять копеек:

— Милорды! Я слышу какой-то шум! Кто-то идет сюда.

— Вегард! — обрадованно выдохнула Кира.

Но это был не капитан…

Из леса выступила темная фигура в длинном плаще с капюшоном. Мужчины тотчас склонились в поклонах, а девушка замерла, не зная, как реагировать на незнакомца или незнакомку. Подсказал Флайвер — тронул за рукав и шепнул:

— Леди, склонитесь перед жрецом священной рощи!

Кира вежливо поклонилась, во все глаза наблюдая за тем, как незнакомец в капюшоне выходит на поляну.

— Кровь пролита, — пророкотал низкий голос, — вы можете задать вопросы нашему божеству!

— Это как? — шепот Киры напоминал комариный писк.

— Пролитая в поединке кровь драконов и вампиров дает много магических сил, за это бог смерти может ответить на любые вопросы, но…

— По одному от каждого участника? — догадалась иномирянка.

— Верно! — сверкнул улыбкой дракон. — И желательно правильно сформулировать вопрос. Божество отвечает либо “да”, либо “нет”.

— Что-то немногословный он у вас…

— Прошу, — жрец указал на святилище — круг из камней, в центре которого виднелась статуя бога.

Божество, высеченное из камня, сидело в позе лотоса.

Кира протерла глаза: как она его не заметила? Ведь точно помнит, не было никаких камней и статуй на поляне ещё минуту назад!

— Дамы вперед, — хмыкнул Алистер, пропуская ее.

Она оглянулась на остальных. Мужчины дружно закивали:

— Да, да, леди Лоретта.

— Поторопись, смертная! — с пафосом пробасил жрец. — Наш бог не будет ждать до утра!

— Он не только немногословный, но ещё и торопыга, — пробормотала иномирянка себе под нос, но ускорила шаг. До выложенного камнями круга было шагов пятнадцать. Все это время Кира мучительно пыталась решить: а что спрашивать? Сможет ли она вернуться домой? Сможет ли обрести себя в этом мире? Найдет ли кольцо Рильона? Почему близость Флайвера так действует на нее? Как избавиться от вампира? Столько вопросов! Как выбрать один? Да ещё рядом с мужчинами, обладающими тонким слухом! Вопрос не должен навести на подозрение, что Лоретта д’Анкур не та, за кого себя выдает!

Когда девушка встала перед статуей, в голове стало вдруг пусто и легко. Создалось впечатление, что ее прочли, как открытую книгу! Значит, задавать вопрос вслух нет необходимости? Тогда…

“Вернусь ли я на Землю?” — шепнула Кира одними губами.

И сердце замерло в ожидании ответа.

— Нет, — прогремело со всех сторон.

Кира пошатнулась, но устояла. На дрожащих ногах отошла в сторону, уступая место князю Ночи. Но тот с привычной усмешкой указал драконам на святилище:

— Господа, уступаю вам эту сомнительную честь.

— Вы не хотите узнать ответ на сокровенный вопрос? — удивилась Кира, все ещё находясь под впечатлением от произошедшего.

— А что это изменит? Допустим, я спрошу, выживет ли моя дочь, и этот каменный истукан ответит, что нет. И что тогда? Опустить руки, прекратить всякую борьбу и ждать ее смерти? — вампир взглянул на девушку так, что та содрогнулась.

— А если наоборот? — прошептала иномирянка.

— Тогда тем более. Если я буду знать, что моя дочь выживет в любом случае, зачем мне переживать и думать, как ее спасти? Она же все равно выживет!

Всегда спокойный и насмешливый князь разволновался так, что его бледные щеки окрасил румянец, а глаза засверкали двумя рубинами. Кира ещё не видела его в таком состоянии и потому отшатнулась.

— Но-но, — между ними встал подоспевший Флайвер.

К этому времени он успел надеть рубашку и камзол. Словно почувствовав состояние “леди”, дракон накинул ей на плечи свой плащ. Та вздрогнула под тяжестью ткани и ощутила, как дракон деликатно прижимает ее к своему горячему боку.

— Не стоит так волноваться, леди Лоретта, — мягко заметил он, — иногда все, что происходит в нашей жизни, необходимо. Если бы мы не спешили с докладом к префекту, не встретили бы вас…

Многозначительная пауза не тронула Киру.

— Но не все знания приносят пользу, — вздохнула она.

— Может быть, может быть, — тот покачал головой, думая о чем-то своем.

Девушка погрузилась в переживания, а Ренуар, оценив ее погасший взгляд, подхватил скрытый посыл друга:

— Наша встреча придала моей жизни новый смысл!

Иномирянка устало улыбнулась и отстранилась от Флайвера:

— Ваш черед задавать вопрос, милорд.

Дракон отошел к светящемуся кругу. Через миг над поляной прогремело гулкое “Нет”. И Кира увидела, как дрогнули плечи мужчины.

— Все, что ни делается — к лучшему, — подбодрила она, когда Флайвер вернулся к ней.

— Кто знает, может, я как раз получил тот ответ, на который рассчитывал.

При этих словах он глянул на Киру так пристально, что та невольно смешалась.

Настала очередь Ренуара. Но и он услышал гулкое “Нет!”

— Возможно, я задал вопрос слишком прямо, — пояснил он с кривой улыбкой, вернувшись к друзьям. — Но для влюбленного мужчины всегда есть варианты.

— Варианты? — Кира нахмурилась.

Ей показалось, что она потеряла нить разговора.

— Мужчина в гнезде может быть не только супругом, — ответил дракон, заглянув ей в глаза. — Советником, наложником, любовником…

Кира скептично хмыкнула:

— А есть разница?

— Конечно! — воскликнул Ренуар, воодушевленный ее интересом. — Советник — это уважаемый член гнезда, один из старших. Он может быть наставником молодых дракончиков, может быть приближенным Матери или даже послом. Наложник — юноша, который вошел в гнездо, чтобы согревать постель уважаемой драконицы. От него редко рожают детей, но часто берут с собой на балы и в поездки. Любовник — игрушка сердца госпожи. Им может стать любой дракон, даже гость из другого гнезда! — увлеченно объяснял мужчина, сияя глазами с вертикальным зрачком.

— Простите, господин Ренуар, — прервала Кира фонтан слов. — Вы сейчас про гарем говорите? С женщиной во главе?

Она, конечно, слышала про странные нравы, царившие в Драконии, но пока лично с ними не сталкивалась.

— Какой гарем? — нахмурился Ренуар, — гаремы только у нагов! У нас это гнездо, и в нем есть место для всех, кто попросится под крыло к Старшей Матери! Вот сейчас мы с Флайвером в гнезде госпожи Лизаветы…

Он продолжил лекцию, не замечая, что от статуи бога вернулся Алистер, молча взял Киру за руку и повел за собой.

— Эй, ваша светлость! — возмутилась девушка. — Куда это вы меня тащите?

— Поближе к экипажу и подальше от этого зануды. Или вы собрались до утра выслушивать этот бред?

Она оглянулась. Флайвер остался стоять на месте, только задумчиво смотрел ей вслед. А вот Ренуар спешил следом, бормоча под нос что-то о преимуществах гнезда перед обычным семейством.

— Кажется, драконы приглашали меня в свой экипаж? — притормозила Кира перед большим фиакром и наконец-то смогла выдернуть руку из цепких пальцев вампира.

— А это он есть, — хмыкнул князь. — Залезайте!

Остальные тоже в роще задерживаться не стали. Оборотни вскочили на коней, незнакомый вампир просто выпустил крылья — и исчез. Флайвер и Ренуар молча присоединились к Кире и Алистеру. Причем блондинистый дракон о чем-то вздыхал, поминутно кидая на девушку тоскливые взгляды. А его товарищ, наоборот, будто замкнулся.

Всю дорогу Флайвер мрачно смотрел в окно. И не сказал Кире ни слова. Наконец фиакр остановился возле дома алхимика. Мужчины проводили Киру до крыльца, где уже ждали Ульф и Хурт. Ренуар поцеловал ей на прощание руку и бросил еще один тоскующий взгляд…

Но Кира буквально валилась с ног и думала только о том, как не зевнуть во весь рот — в пути ее укачало. Так что она лишь вежливо попрощалась с мужчинами, вошла в дом, закрыла за собой дверь и через пару минут свалилась в постель.

На полу возле кровати кучкой остался лежать ее плащ…

ГЛАВА 13

Сладкий утренний сон вдребезги разбила парочка зудящих голосов. Один принадлежал женщине, второй — мужчине, и оба были подозрительно знакомыми. Нехотя выплывая из дремы, Кира прислушалась.

— Нужно немедля будить хозяйку! — женский голос срывался на истеричные нотки. — Это неслыханно! Она должна разобраться с нахалом!

— Бесполезно, — вздыхал красивый баритон с хрипотцой. — Чтобы разобраться с нахалом, его сначала нужно поймать. А никто не знает, кто стоит за подписью “Аноним”.

— Но это же скандал! Если наглеца нельзя призвать к ответу, моей хозяйке придется уехать из города!

— Ничего подобного! Она не покинет Новую Башню, пока не вернет мне кольцо!

— Вот прицепился со своим кольцом! Тут речь идет о репутации моей госпожи!

— Скорее, о репутации Лоретты д’Анкур.

“Ну не дом, а проходной двор!” — поморщилась Кира.

Подняв тяжелую голову, иномирянка сползла с кровати. В ванной поплескала в лицо холодной воды из таза и поплелась на кухню — все равно настала пора кормить мантикор, заодно и узнает, из-за чего весь сыр-бор.

В гостиной синим вихрем клубилась джиния. Она металась, точно неупокоенный дух, то возникая, то пропадая вновь. Призрак профессора безмятежно восседал в кресле, закинув ногу на ногу и покачивая в воздухе потертой тапкой. Котята катались по полу одним пушистым клубком.

Когда сонная Кира появилась в дверях, все пять пар глаз уставились на нее. Синие глаза джинии, серые — профессора и желтые глаза мантикор.

— Доброе утро! Что случилось?

Она хотела придать голосу строгие нотки, но зевок смазал все впечатление.

— Вот! Посмотри!

Синий вихрь взвился к потолку, и на стол упала газета, остро пахнущая свежей типографской краской.

На первой странице красовалась статья, дополненная гравюрой профессора и более живым изображением Лоретты д’Анкур.

Тит Данасий весьма бойким языком описывал прибытие в Новую Башню дамы-детектива, уделив внимание ее скромному гардеробу и деловой хватке.

Кира озадаченно пожала плечами:

— А что там не так? Он написал то, что я ему рассказала.

Котята с громким голодным мявком бросились к хозяйке и оккупировали ее подол.

— А ты ниже! Ниже смотри! — Джайна с помощью магии подняла газету в воздух и развернула. Теперь перед Кирой зависла нижняя часть первой полосы.

— “Любовные похождения Лоретты д’Анкур…” — прочитала Кира название, набранное крупным шрифтом, и в полной прострации посмотрела на Рильона. — Профессор, что это?

— Да ты читай, читай, — Джайна ткнула газетой ей прямо в нос, — не отвлекайся! Там еще много чего интересного!

Профессор невозмутимо кивнул, подтверждая слова джинии.

Кира перевела взгляд на статью.

— “Знаменитая леди-детектив оказалась весьма легкомысленной особой! Она в Новой Башне уже две недели, а дело о пропаже профессора Марселя де Рильона так и не сдвинулось с мертвой точки. Зато столичная гостья времени зря не теряет. Проводит дни, раскатывая по городу в ландо с двумя знатными драконами. А вчера из доверенных источников стало известно, что сам лорд Ридериус Флайвер, самый завидный жених Драконии, и главный затворник города князь Алистер скрестят из-за нее шпаги! Как видите, слухи о небывалом дедуктивном методе леди д’Анкур сильно преувеличены и не имеют под собой никаких оснований. Интересно, что скажет лорд д’Орунелл, когда до него дойдут вести о фривольном поведении его невесты?”

Дочитав, Кира с минуту пыталась все это переварить, а потом выдала не совсем цензурное:

— Что за…

Дальнейшую непереводимую речь подсказала память Карамели.

От прозвучавшей тирады джиния покраснела, точнее, стала фиолетовой до корней волос. А профессор только выразительно вздернул брови.

— Я подумал примерно так же, — сообщил он своим коронным невозмутимым тоном, — когда увидел эту газетенку.

— Госпожа! С этим нужно что-то делать! — Джайна вновь начала заламывать руки.

— Откуда вы это взяли? — нахмурилась иномирянка.

Она потрясла газетой, одновременно пытаясь отцепить от платья наглых котят.

— Кто-то бросил на крыльцо.

— Профессор, и часто вам на крыльцо бросают прессу? Вы подписаны на местное издание?

— Нет, — он покачал головой, — я не трачу деньги на подобную ерунду.

Кира всмотрелась в мелкий шрифт в самом низу.

— Еженедельник “Новобашенские новости и скандалы из первых рук”,тираж пять тысяч экземпляров.

Газета была напечатана на рыхлой серой бумаге, чернила кое-где расползлись.

— И это кто-то покупает? — брезгливо поморщилась девушка.

— Покупают из-за объявлений, — подсказал Рильон. — Скандалы и новости только на главной, а дальше — местные объявления разного толка. От найма работника до объявления свадьбы и похорон. Чтобы дать объявление, нужно купить сначала газету и вырезать из нее бланк. Это можно сделать в любом почтовом отделении.

— И где же этот бланк? — Кира недоуменно покрутила газету.

— На последней странице.

— Какая разница, где этот бланк! — взвизгнула джиния. — Надо решить, что делать! Мы не можем допустить, чтобы эта грязная статейка пошла по рукам!

Завывание мантикор бэк-вокалом вторило ее визгливому голосу.

— Тише, — иномирянка потерла виски. Вздохнув, она села в кресло напротив профессора. — Джайна, раз уж ты здесь, сделай мне, пожалуйста, чашечку кофе. И котят покорми, пока они не съели меня.

Фыркнув, синий вихрь унесся на кухню. Алхимик выжидательно уставился на иномирянку:

— Как продвигается расследование? Я, знаете ли, был весьма опечален, прочитав эту статью.

— А уж как я опечалена! — фыркнула та. — Но очень рада, что вы уже в норме. Нужно кое-что обсудить, профессор, только сначала я хочу знать, как Джайна здесь оказалась? Разве она не должна сидеть в кулоне, чтобы оборотни ее не учуяли?

— Это все заслуга Марселя! — донесся из кухни голос джинии.

— Марселя?.. — Кира перевела озадаченный взгляд на мага.

— Ну да, — тот пожал плечами, — меня так зовут. Мы с Джайной оба, так сказать, бестелесные сущности, питающиеся магией. К чему между нами лишние церемонии?

— Ага, — выдала девушка, ничего не поняв. — Но вы не ответили на мой вопрос. Или капитан Вегард снял своих оборотней с охраны дома?

— Нет, эти двое все ещё там, — Рильон кивнул на окно. — Хотя пользы от них нет никакой. Всю ночь храпели в беседке, а теперь бродят без дела и камни пинают.

Вернулась джиния с подносом, на котором дымилась чашечка кофе и тарелка с румяными булочками.

— И когда это ты успела? — ахнула Кира, едва поднос опустился перед ней.

— Профессор, — мурлыкнула Джайна, стреляя глазками в сторону алхимика, — у вас великолепная кухня! Просто мечта хозяйки! Вы не против, что я немного усовершенствовала печь?

— Джайна! — строго напомнила девушка. — Тебе же нельзя магичить! Оборотни…

— О них можно не беспокоиться, — улыбнулся Рильон. — Я активировал экранирующую магию в стенах. Никто не почувствует наше с Джайной присутствие.

— Даже если войдет? — недоверчиво нахмурилась Кира.

— Даже если войдет.

— И когда вы успели, профессор? Вы же сказали, что ваши силы иссякли, когда поймали меня во время падения с лестницы!

— Так и было. Я утратил возможность поддерживать видимую форму и общаться с вами, но все это время был здесь. Я наблюдал и восстанавливался, накапливая статическую магию.

— Надеюсь, вы не подсматривали за мной? — прищурилась иномирянка.

Призрак смущенно кашлянул:

— Леди, ваши подозрения оскорбительны…

— Ладно-ладно, замнем. Продолжайте.

— Ну вот, вчера вечером я смог вернуть себе зримую форму. Но не успел вам об этом сказать. Вы умчались куда-то посреди ночи. Так понимаю, дело было в дуэли, о которой упомянул Аноним?

— Мы оба прекрасно знаем, как зовут этого анонима, — пробурчала девушка, вгрызаясь зубами в хрустящую горячую булку.

— Конечно знаем, но доказательств нет никаких.

— Ладно, а Джайна? — Кира посмотрела на джинию. — Как ты смогла сама покинуть кулон?

— Не сама, — Джайна затрепетала ресничками и бросила на алхимика виноватый взгляд. — Марсель мне помог.

— Это как? — нахмурилась иномирянка. — Ты же говорила, что только хозяин может выпустить джина из бутылки?

— Ну так, ты и выпустила, — синекожая засмущалась еще больше.

Ее спас профессор.

— Мне стало скучно, — признался он. — Вы спали, а Джайна какой-никакой собеседник. Я просто сделал вот так.

Он щелкнул пальцами. Через минуту в гостиную вплыл кулон, приблизился к Кире и нырнул ей под пальцы.

— Заклятье активируется прикосновением хозяина, вот и все, — усмехнулся Рильон, глядя на ошарашенное лицо иномирянки. — Все просто.

— Жулики! — выдохнула она. — Причем оба!

— Кто бы говорил, — парировал призрак. Взяв чашку с кофе, девушка подошла к окну и выглянула из-за занавески. Ульф и Хурт слонялись по двору, попинывая камни и позевывая от безделья.

— Бедняги, — резюмировала иномирянка, отпивая глоток, — надо бы им занятие найти, а то совсем заскучали.

— Отправьте их в магическую лавку, — предложил Рильон. — Я дам список ингредиентов.

— Зачем вам это?

— Сделаю для вас духи, — хмыкнул мужчина, — все равно заняться нечем.

— Знаете, — Киру внезапно посетила идея, — лучше сделайте зелье, которое у вас покупал князь Алистер для своей дочери!

— А, так вы уже знаете про нее? Бедная девочка…

— Князь шантажом вынудил заключить с ним договор на кормление. Он понял, что я метаморф, и амулеты не помогли!

Девушка потрясла бесполезными безделушками.

— Князь сильный маг, — вздохнул профессор, — а ваши амулеты рассчитаны на простого обывателя. Впрочем, дайте-ка их сюда, я это исправлю.

— Но от драконов они меня защитили! — возразила иномирянка.

Маг, нахмурившись, осмотрел амулеты. Затем покинул кресло, медленно облетел вокруг Киры и вернулся назад.

— Все понятно. Драконы не вампиры, они могли учуять в вас метаморфа только по магическому шлейфу, обычному для этих существ. Когда вы впервые пришли в мой дом, этот шлейф был едва заметен, а купленные амулеты заряжены достаточно, чтобы его скрывать. Я тогда наложил на вас дополнительную защиту. Князь же, видимо, учуял запах вашей крови. В этом плане с вампирами даже оборотни не сравнятся. Но теперь можно об этом не беспокоиться. Похоже, вы очень дороги Алистеру, раз он поверх моей защиты наложил на вас еще и свою.

— Угу, — мрачно выдала девушка, — я даже знаю, чем так ему дорога.

Пока Рильон “заряжал” магией кольца и серьги, Джайна по просьбе Киры достала перо и бумагу.

— Так что там надо для зелья? — поторопила иномирянка.

— Ничего не получится.

Алхимик шевельнул пальцами, и сверкающие от переизбытка магии амулеты вернулись к хозяйке.

— Это еще почему?

— Дело не в ингредиентах, а в способе их обработки. Я ничего не смогу сделать без своего оборудования. А оно все осталось в лаборатории, куда я сейчас попасть не могу.

Кира уже хотела сказать, что можно отправить оборотней, чтобы они принесли все, что надо, но вовремя прикусила язык. Ведь так станет ясно, что профессор нашелся, и его недруг зашевелится. Кто знает, на что он способен?

Зато воспоминание о декане навело на новую мысль:

— Кажется, я знаю, как вернуть вам кольцо!

— Вы знаете, у кого оно? — оживился призрак.

— Подозреваю. Нет, я уверена!

— Ну? — профессор даже приподнялся от нетерпения. — Не тяните!

Кира победно сверкнула глазами:

— Имя Лаусиэль Галендан вам что-нибудь говорит?

Рильон на секунду оторопело застыл, затем с тяжким вздохом свалился в кресло.

— Вот оно что… Да, я предполагал, что за налетом на лабораторию стоит кто-то из моих конкурентов. Но Лаусиэль? Зачем ему это? Он же… он же декан!

Алхимик произнес должность эльфа таким благоговейным тоном, что Кира язвительно пробурчала:

— Это не значит, что он непорочный! И это именно он отправил в ваш дом беднягу Маркуса. Это он взял со студентов клятву верности. Двое уже погибли из-за нее.

— Двое?

— Да, товарищ Маркуса по имени Жеф погиб в студенческом кабачке, когда мы попытались узнать, кто заставил их залезть к вам в дом и зачем. Он только выдохнул его имя — и все! Его охватило странное пламя и за секунду превратило тело в мумию.

— Жеф? Наверное, Жеффруа Ламелье? Помню, был такой старшекурсник. Из тех, что вечно пропускают лекции, а потом ноют, что вредные профессора валят их на зачетах, — нахмурился Рильон. — Странно, что он вообще успел что-то сказать, клятва действует мгновенно. А с кем вы были, Лоретта?

— С князем Алистером. Он как раз этого Жефа за горло держал.

— А, тогда ясно. Видимо, князь смог на пару секунд задержать действие клятвы, все-таки он очень силен! Академия потеряла в его лице талантливого некроманта.

— Эм… — Кира удивленно закусила губу. — Алистер еще и некромант?

— Это обычное дело у вампиров, — алхимик пожал плечами. — Тем более у высших. Так что вы сказали там о кольце?

Кира мысленно пожелала погибшему студенту “земли пухом” и широко улыбнулась:

— У меня есть идея, как вывести Галендана на чистую воду. Нужно взять его с поличным!

ГЛАВА 14

— И как вы собираетесь это сделать? — Рильон и Джайна с интересом глянули на иномирянку.

Та щелкнула пальцами:

— Легко! Теперь, когда мы знаем, что это он послал к вам воров, у меня не осталось сомнений: кольцо тоже у него. Пока вы тут отдыхали, профессор, я еще раз наведалась в лабораторию. Он был там! Возможно, приходил искать ваши записи. И он напал на меня. Конечно, ни вампир, ни оборотень не смогли его опознать, но я уверена, что это был Галендан! Больше некому. Нам только нужно выяснить, носит ли он ваш перстень с собой или прячет в надежном месте.

— Например, в своем доме, — предположил алхимик, продолжая ее размышления.

— Или в рабочем кабинете, — кивнула Кира. — Нам нужно выяснить это, чтобы решить, как действовать дальше.

— И как же ты это сделаешь, госпожа? — встряла Джайна. — На кольцо Марселя наверняка наложена сильная иллюзия. Ты его не увидишь, даже если оно будет лежать у тебя перед носом!

— Да, — поморщилась девушка, — я об этом уже думала. Поэтому мне нужен напарник. Кто-то более сильный, чем Галендан, или хотя бы равный ему по силе. Может, лорду Флайверу рассказать о моих подозрениях?

Призрак покачал головой:

— А толку? Префектура не даст вам ордер на обыск, ваши подозрения еще не доказательства. А без ордера ни один дракон не рискнет залезть в дом к эльфу. Между этими двумя расами и так все очень сложно. Они на дух друг друга не переносят. Все никак не могут договориться, кто же из них первородные!

— Странно, — удивилась иномирянка, — тогда почему Эйфрил д’Эверон женился на эльфийской принцессе?

— А это его так наказали, — фыркнул призрак, — за излишнюю любвеобильность.

Кира вспомнила, с какой тоской рыжий дракон поглядывал на брачный браслет.

— Значит, драконы отпадают, — вздохнула она. — А что насчет вампиров? Князь Алистер учуял во мне метаморфа, может, он и ваше кольцо учует?

— Не знаю, не знаю… Он очень силен, все-таки целый князь, если усилить его ментальные способности амулетом для снятия иллюзий…

Профессор воспарил к потолку, позволив дамам с изумлением таращиться на его ноги в тапочках, торчащие из перекрытий. Через минуту призрак вернулся:

— В библиотеке есть книга, в которой описывается амулет, способный сорвать иллюзию. Сложность в том, что для него нужна шерсть мантикоры.

— Кхм, — Кира сдержала усмешку, — целых три мантикоры сейчас лопают мясо из ваших запасов, господин Рильон!

— Да? — алхимик потер лоб и с места “рыбкой” нырнул сквозь стены в сторону кухни. Только тапки остались стоять.

Через секунду оттуда раздался возмущенный мяв, переходящий в обиженный вой и шипение, и вскоре призрак вернулся в гостиную, сжимая в руке пучок рыжей шерсти.

— Какие агрессивные животные! — он возмущенно потряс разорванным в клочья призрачным рукавом. — Не желают помочь хозяйке восстановить справедливость!

— И как это котята смогли порвать вам одежду? — ахнула Кира.

— Я всего лишь призрак, — буркнул Рильон, опуская ноги в тапки, — и эта рубаха — часть меня. А ваши котятки — магические создания, способные выслеживать и уничтожать неупокоенных духов. Что удивительного в том, что они смогли сделать дырку в моем рукаве?!

Прореха зарастала прямо на глазах, но профессор так искренне возмущался, что Джайна и Кира чуть не упали от смеха. Но все же сумели сделать серьезные лица и посочувствовать призраку.

Тем более, что из кухни с грозным мявом вкатился рыжий клубок и попытался цапнуть агрессора за пятку.

— Я займусь амулетом, — профессор дернул ногой. Тапка слетела и напугала подбежавших котят, те отпрыгнули с грозным шипением. — А вы добейтесь помощи от вампира и успокойте уже свою живность!

Пряча улыбку, Кира вздохнула, сгребла в кучу возмущенно вопящих котят и отправилась к себе — одеваться на выход. По пути выглянула на крыльцо:

— Господин Ульф, будьте так любезны, пригласите курьера. Мне нужно доставить послание князю Алистеру.

— Так, может, это… я сам? — вытянулся бравый рубака.

Второй тут же встал у него за плечом, и оба уставились на Киру с мольбой в глазах.

— Скучно? — посочувствовала она.

— Мочи нет! — синхронно признались оба. — Хоть бы гоблин какой попытался во двор залезть!

— Хорошо. Я сейчас напишу пару строк. Отправляйтесь в особняк князя Алистера и передайте записку ему лично в руки. Это касается расследования, больше никто не должен видеть ее. Все поняли?

Она строго глянула на охранников.

— Так точно, леди д’Анкур!

— Вот и отлично.

Через минуту Кира вернулась с запечатанным конвертом. Едва оборотни покинули двор, она поднялась в свою комнату, где уже ждала Джайна.

— Ну, госпожа, — джиния с хищным видом потерла руки, — позвольте мне вас одеть.

Кира ответила ей такой же усмешкой:

— Только не переусердствуй!

* * *

Пока Кира читала прессу и готовилась к встрече с вампиром, на другом конце города лорд Флайвер изучал тоненькую папку личного дела, присланную из Ненторийской Академии сыска.

На портрете красовалась знакомая блондинка со стальным взглядом серых глаз. Она была точной копией девицы, которую дракон видел несколько часов назад.

Точной, за исключением взгляда.

Подпись под эксклюзивным магическим оттиском гласила: “Лоретта д’Анкур, выпускник высших курсов расследования и сыска”.

Задумчиво потерев подбородок, мужчина пробежал взглядом по скупым данным и зацепился за строчку: “…подано прошение о браке с графом Робертом д’Орунеллом”.

А вот это уже интересно. Аристократ, пусть и человек. Возможно, он прольет свет на личность своей невесты. Странно, что она сама ни разу не упомянула о нем и не носит помолвочный браслет с тех пор, как они с Ренуаром обратили на него внимание.

Отложив “Дело”, Флайвер вооружился пером и листком бумаги с гербами гнезда. Может, он совершает глупость, вмешиваясь, но бог смерти из древнего святилища никогда не врет! Прошлой ночью Флайвер спросил у него: “Это леди Лоретта стоит сейчас рядом со мной на поляне?”

И тот ответил четкое: “Нет!”

Подозрения подтвердились. Впрочем, он с первой встречи был уверен, что с этой Лореттой что-то не так. Ни одна благородная леди не позволит себе делать столько мелких ошибок. Начиная от обращения к незнакомцам и заканчивая неправильным сочетанием перчаток и шляпки.

До случая с мантикорами он не обращал на это внимания. Ну, подумаешь, леди эксцентрична слегка, это только добавляет ей свежести и очарования. Но как леди смогла переступить через свою нелюбовь к животным, которая стала уже легендой? Она ведь не притворялась, не лицемерила, защищая котят!

Еще тогда Флайвер по своим особым каналам связался с Департаментом расследований, который и прислал досье на Лоретту д’Анкур. Там обнаружилось достаточно нестыковок, чтобы главный боевик Новой Башни решил повнимательнее присмотреться к столичной гостье. Или той, кто выдает себя за нее.

Взять хотя бы привычки в еде. В досье говорилось, что леди не любит сладости и не ест мяса. Но Флайвер сам видел, как она и то и другое уплетала за обе щеки! Таких мелочей было много, а с каждой новой встречей становилось ещё больше.

Странная манера вести расследование тоже вызывала вопросы. Она никак не походила на ту, которой прославилась леди д’Анкур. А уж этот вопрос Флайвер изучил досконально за последнее время!

Написав несколько строк, дракон перечитал послание, добавил размашистую подпись и приложил личную магическую печать. С ее помощью письмо придет в Департамент мгновенно. А ему пора собираться.

Флайвер взглянул на карту, висящую на стене кабинета.

От Драконии до Нентории две недели пути. Но магически усиленные лошади преодолеют это расстояние в два раза быстрее. Лучше он встретится с графом лично и все ему объяснит, чем будет тратить время и ждать, пока тот приедет.

— Эмиль! — позвал Флайвер, дергая за сонетку.

Через минуту в кабинет заглянул молодой дракон:

— Слушаю, ваша светлость!

— Лорд Ренуар еще не вернулся?

— Нет, ваша светлость.

— Жаль, — Флайвер слегка помрачнел. — Когда он вернется, передай ему, что я отправился с визитом по делу, которое мы обсуждали… И что я полагаюсь во всем на него, — добавил после заминки.

По губам драконьего лорда скользнула предвкушающая усмешка. Уж Ренуар сумеет очаровать самозванку и выведать, что ей на самом деле нужно в Новой Башне!

* * *

Джиния расстаралась на славу. Восточная любовь к тонким ярким тканям и многослойной одежде, помноженная на европейскую моду, царящую в Новой Башне, дала поразительный результат.

Бирюзового цвета строгая блузка и юбка на три тона темнее были подчеркнуты ещё более темным корсажем, расшитым серебром. Серебряная брошка в белой пене кружев под горлом, расшитый серебром клатч, бирюзовые перчатки и крохотная шляпка с пышным бантом из бирюзового газа и нескольких серебряных лент.

Кира одобрительно глянула на себя в зеркало — амазонка, хоть сейчас в седло! Жаль, что не умеет.

Она пару раз крутанулась перед зеркалом, погрозила пальцем котятам и вышла из дома.

У ворот уже ждал наемный экипаж: чего-чего, а извозчиков в Новой Башне хватало на любой вкус.

Кира с удовольствием забралась на обитое бархатом сиденье двуколки. Хорошо, что не придется идти в тонких туфельках по брусчатке.

Записку князю наверняка уже передали, значит, он вот-вот прибудет в кафе на одной из центральных улиц. А может, уже сидит там. Нужно поторопиться!

* * *

Князь действительно ждал “Лоретту”, постукивая пальцами по столу и со скучающим видом оглядывая посетителей. Официанты недовольно косились в его сторону: знали, что высший вампир ничего не закажет, а место за столиком занимает и других клиентов отпугивает. Но сказать это вслух, разумеется, ни один из них не решался.

Наконец, когда в дверях появилась “Лоретта”, князь поднял руку и щелкнул пальцами. Не успела девушка подойти к нему и занять пустующее кресло, как на столе появился поднос с графином, полным гранатового сока, пирожные и фрукты.

— Добрый день, леди, — спокойно сказал Алистер, собственноручно наливая Кире сок. — Что за срочное дело, о котором вы написали?

Она отпила, чтобы смочить пересохшее горло. Покосилась на соседние столики и тихо спросила:

— Видели сегодняшнюю газету?

Перед тем, как выйти из экипажа, Кира опустила вуаль на лицо. И все равно сейчас ей казалось, что весь зал бросил есть и уставился на нее.

— Гм… вы о той грязной статейке? — понимающе хмыкнул вампир. — Очередная новобашенская сенсация. Не переживайте, через пару дней все о ней забудут.

— Не переживайте? И все?

— А что вы ещё хотели?

Князь с невозмутимым видом откинулся на спинку кресла.

— А что насчет вашей репутации? — удивленно прищурилась Кира. — Неужели не боитесь, что она может пострадать из-за этой статьи?

— Моя репутация? — он вдруг расхохотался. — О чем вы, леди? От моей репутации в этом городе давно не осталось даже следа. Но вы ведь вызвали меня не за этим? Рассказывайте, что вам понадобилось от старого вампира.

— Допустим, вы не такой уж и старый, — проворчала иномирянка.

— Внешность обманчива. Ну, я вас слушаю.

— Боюсь, я не смогу сказать это вслух, — призналась она. — Слишком много чужих ушей.

— Тогда напишите.

ГЛАВА 15

Князь достал из кармана маленький блокнот в кожаном переплете с золотым обрезом и протянул через стол. К блокноту прилагалось миниатюрное самопишущее перо — дорогая вещица, недоступная простым обывателям.

— Спасибо.

Кира благодарно улыбнулась, задумалась на секунду, а потом быстро нацарапала на чистой странице:

“Мне нужно выяснить, где Лаусиэль Галендан прячет одну вещицу, но так, чтобы он не узнал об этом. Помогите мне это сделать!”

Вампир глянул на строчки, поднял брови, но больше ничем не выдал, что удивлен. Совершенно бесстрастным голосом произнес:

— И с какой стати я должен вам помогать?

— Мы заключили договор…

Он прервал ее взмахом руки:

— В том договоре не сказано, что я обязан по вашей просьбе нарушать личное пространство приличных граждан. Наоборот, там четко прописано, что моя помощь касается только расследования, которое ведет Лоретта д’Анкур.

— Это тоже связано с расследованием! — воскликнула Кира и осеклась. Люди с соседних столиков уставились на нее.

Покраснев под вуалью, она написала в блокноте: “Мне нужно обыскать Галендана! Возможно, это именно он виноват в пропаже профессора, но без доказательств я не смогу призвать его к ответу!”

Прочитав, вампир покачал головой:

— Это очень опасное дело. Вы предлагаете мне совершить преступление. Даже если нас не поймают стражи, есть возможность попасть в ловушки магической защиты. Не забывайте, речь идет о сильном маге!

— Пожалуйста! — иномирянка сложила ладони в умоляющем жесте. — Без вас я не справлюсь.

Князь поставил локти на стол, сложил пальцы домиком и задумчиво приложил иx к губам. Затаив дыхание, девушка ждала, что он скажет.

— Хорошо, — раздалось после затянувшейся паузы. — Я вам помогу. Но вы должны мне все рассказать. Хочу знать, ради чего я рискую.

Кира с готовностью схватила блокнот.

Несколько минут Алистер терпеливо ждал, пока “Лоретта” закончит писать. Затем глянул на строчки.

“Ради возвращения профессора! Он не похищен и не убит, но и не жив. Не совсем жив! Он призрак, а чтобы вернуть ему тело, надо вернуть кольцо, которое — я уверена! — украл Галендан!!!” Если вампир и был поражен прочитанным, то никак этого не показал. Только аккуратно вырвал страницы из блокнота, поднес к светильнику, горевшему на столе, и подождал, пока бумага превратится в пепел.

— Что ж, — произнес ровным тоном, — это действительно веская причина. Я готов вам помочь, леди д’Анкур. И дело даже не в нашем контракте. Сочту за честь подпортить жизнь этому заносчивому снобу.

— Вот и отлично, — облегченно вздохнула Кира, — теперь нам нужна стратегия!

Вампир тонко улыбнулся, сделал комбинацию из трех пальцев, и девушка почувствовала, как в окружающем мире что-то изменилось. Их столик будто окружил невидимый купол, а все звуки стали намного глуше.

— Это полог тишины, — пояснил князь, — теперь нас никто не услышит, а мне, знаете ли, лень писать. Так вот, как я понимаю, нужно обыскать самого Галендана, а если искомой вещи при нем не окажется, то продолжить поиски в его доме?

— Или в кабинете в Академии, — вздохнула Кира, осознавая весь масштаб задуманной аферы.

— Ну, насчет самого эльфа не беспокойтесь. Есть один способ провернуть это нелегкое дельце.

— Какой?

— Особая ментальная сеть, создать которую может только высший вампир. То есть я, — он насмешливо поклонился. — Галендан не менталист, если хорошо постараться, то ничего не заметит. Но нам нужен кто-то, кто сможет отвлечь на себя его внимание. У вас нет таких на примете?

Неизвестно, что придумала бы иномирянка, но именно в этот момент двери кафе отворились, и в зал, как по заказу, вошел знакомый дриад. Его ярко-зеленая шевелюра привлекла внимание девушки.

Альт Клеменс выглядел опечаленным и озабоченным одновременно. Не замечая ни Киру, ни ее спутника, ни, казалось, других посетителей, он прошел прямо к стойке и заговорил с феечкой за прилавком.

— Интересно, что его так расстроило? — полюбопытствовала лже-детектив, наклоняясь ближе к вампиру.

Алистер усмехнулся:

— Если я правильно понял, брат этой девицы — аптекарь, и он обещал помочь господину Клеменсу с дипломной работой. Но что-то пошло не так.

— Не так? — встрепенулась девушка. — Он не сказал, что именно?

— Минутку…

Алистер прикрыл глаза, вслушиваясь в тихий гул, царивший в кафе, и вычленяя из него нужный голос.

— Похоже, аптекарь слишком занят.

В голове у Киры будто щелкнуло что-то, и в памяти всплыла полузабытая сцена: Альт Клеменс и декан Галендан на ступеньках аптеки.

— А случайно этого аптекаря не Аэлар зовут? — пробормотала она, припоминая имя из досье.

— Да, — князь удивленно взглянул на нее. — Аэлар Элладан.

Иномирянка допила сок, отставила стакан и широко улыбнулась:

— Похоже, господин Клеменс, как и мы, нуждается в помощи.

— Хотите его использовать в нашем деле? — смекнул вампир.

— Ну, почему сразу использовать? — Кира надула губки, не подозревая, что копирует Карамель. — Вовсе нет! Мы поможем ему с дипломной работой. Точнее, вы поможете, ваша светлость, ведь у вас, насколько я знаю, есть и лаборатория, и штатный алхимик.

— А взамен? — прищурился “светлость”. — Как вы объясните этому наивному юноше его задание?

— Оу! — выдала Кира и на секунду задумалась. Затем махнула рукой: — Скажем, что хотим устроить Галендану сюрприз! Например… например…

Она прищурилась, изучая напрягшегося вампира, который будто почувствовал, что ничего хорошего сейчас не услышит. А затем с победным блеском в глазах закончила:

— … хотим оставить у него на столе именное приглашение на приватную вечеринку в замке самого князя Алистера Иверлиона из Дома Ночи!

Если бы князь в это время пил, он бы подавился. Но и без этого вампир захрипел, будто воздух встал ему поперек горла.

— Вы же устраиваете закрытые вечеринки для избранных, ваша светлость? — Кира состроила невинные глазки. — Все богачи так делают.

— Вы имеете в виду светский раут? — уточнил князь, отдышавшись.

— Что-то такое, — она неопределенно покрутила рукой, — куда бы очень хотел попасть наш декан.

— Вот уж куда ни один эльф не стремится попасть, так это на закрытую вампирскую вечеринку. Да я и не собираюсь приглашать к себе этого сноба! Он своей аурой мне весь клан отравит, низшие будут месяц страдать несварением! — возмутился князь, потом бросил взгляд на дриада и вдруг расцвел хищной улыбкой: — Но я точно знаю, куда он хотел бы попасть! На бал Роз!

— Бал Роз? — Кира недоуменно хлопнула ресницами.

— О, это исключительно местная новинка, — глаза вампира влажно блеснули, — госпожа Лизавета, супруга префекта, считает, что местное общество нуждается в благотворительных мероприятиях. Поэтому раз в год она устраивает пышный бал, на который приглашаются лишь избранные, за особые заслуги перед городом. Гости пьют, веселятся, танцуют и проводят аукцион.

— Аукцион?

— Благотворительный! — поднял палец князь. — Главная его цель — собрать как можно больше средств для местного госпиталя. Стараниями госпожи Лизаветы, это заведение процветает, а бал стал невероятно престижным мероприятием. Вот только декана на него еще ни разу не приглашали! Впрочем, как и другую академическую знать.

— Почему? — удивилась Кира. — Академия держится особняком? Тот же Галендан мог бы помочь госпиталю лекарствами или травами.

— Никто не знает, — хмыкнул вампир, — но догадываюсь, что дело вовсе не в снобизме наших магов. Любой из них руку бы себе отгрыз, лишь бы попасть туда. Но приглашения подписывает и рассылает сама госпожа Вольф. Кстати, бал через месяц, и приглашения уже начали рассылать.

Кира продолжала наблюдать за дриадом. Тот понуро взял предложенный стакан и махом его осушил. Затем поднялся, собираясь покинуть кафе.

— Значит, — задумчиво подытожила она, — если мы скажем Альту, что собираемся исполнить давнюю мечту его руководителя и подкинуть в его кабинет приглашение на бал Роз…

— Он постарается сделать все, чтобы это стало реальностью. Многие знают, как честолюбив Галендан.

— Что ж, осталось пригласить юношу к нашему столу и уговорить! — закончила Кира.

Алистер шевельнул пальцами, и полог тишины с едва слышным шелестом растворился. Девушка подняла руку вверх, привлекая внимание дриада. Клеменс заметил “Лоретту”, недоуменно замедлил шаг, но все же свернул и подошел к ее столику:

— Леди д’Анкур, какая честь… — начал он.

— Господин Клеменс, — Кира ласково улыбнулась и включила все обаяние, доступное Карамельке. — Очень рада нашей встрече, садитесь. Давно хотела представить вас князю.

Дриад невольно улыбнулся в ответ и поплыл, очарованный девушкой. Но когда рассмотрел, кто ещё сидит за столом, то смешался.

Кира продолжала, не меняя тона:

— Ваша светлость, это очень талантливый молодой человек! Он пишет дипломную работу по алхимии! Не вы ли говорили мне, что в вашей личной лаборатории есть место для лаборанта?

— Верно, — веско уронил князь. — Леди д’Анкур, вы хотите, чтобы этот юноша практиковался в лучшей лаборатории Дома Ночи?

Глаза у дриада в один миг превратились в бездонные лесные озера, а чуть удлиненные уши зашевелились от нетерпения.

— Я думаю, господин Клеменс этого достоин, — будто сомневаясь, протянула Кира.

Князь скептически хмыкнул, изучая тощего, как подросток, юношу.

— Ах, князь, ну позвольте мне вас уговорить! — Кира и не подозревала, что может быть такой убедительной актрисой. Она даже положила руку поверх руки вампира. — Уверена, Альт не откажет вам в любой помощи, лишь бы получить возможность закрепить свои знания под руководством ваших специалистов!

Мальчишка усиленно закивал головой, заранее на все соглашаясь. Вампир ещё раз смерил его взглядом, потом небрежно поймал ладошку девушки и преувеличенно эффектным поцелуем коснулся кончиков ее пальцев:

— Только ради ваших прекрасных глаз, дорогая! И… ради одной милой шутки!

Кира улыбнулась ещё шире, наклонилась к покрасневшему Клеменсу и почти прошептала:

— Вы же поможете князю немного пошутить?

— С радостью, госпожа! — дриад едва не подпрыгнул на стуле.

— Госпожа Лизавета поручила мне доставить приглашения на бал Роз…

Многозначительная пауза позволила Кире и дриаду проникнуться важностью мероприятия и миссии вампира.

— Ваш декан, Лаусиэль Галендан, удостоился чести получить приглашение в этом году! — продолжил Алистер, добавляя убедительности голосу. — Я бы хотел сделать ему сюрприз: оставить конверт в его кабинете, но Лаусиэль активирует сложную защиту, когда покидает его. Вот если бы вы, юноша, заняли господина Галендана на несколько минут, чтобы мы с леди смогли оставить приглашение и сопроводить его красивыми иллюзиями, то я бы замолвил словечко за вас перед специалистами моей лаборатории!

Дриад вновь закивал, потом сглотнул:

— Но как? Господин Галендан действительно не покидает кабинета без магического замка!

— Так мы же и говорим. Его нужно чем-то отвлечь, — вмешалась в разговор Кира. — Нужен эффект внезапности.

Альт задумался.

— Есть одна мысль! — наконец выпалил он. — Наш декан терпеть не может, когда студенты шумят или начинают выяснять, кто сильнее, прямо в коридоре перед его кабинетом. Использование магии в стенах Академии запрещено. Но я могу устроить небольшую заварушку, чтобы отвлечь его.

— Вот и отлично! Только нужно придумать что-то такое, чтобы он не успел активировать магзамок.

— Положитесь на меня, леди, — Альт сверкнул самодовольной усмешкой. — По части проказ я лучший дриад на курсе!

Кира и Алистер обменялись красноречивыми взглядами. С теоретической частью плана было покончено. Пришло время переходить к практике.

— Вы уж постарайтесь, юноша, — вампир сверкнул клыками, отчего дриад побледнел. — Не испортите мне сюрприз!

ГЛАВА 16

В назначенный день и час князь и “Лоретта” явились в Академию Магии, чтобы “задать господину декану несколько вопросов о пропавшем профессоре де Рильоне”. При этом лже-детектив громко сетовала, что дело не двигается с мертвой точки за недостаточностью улик и свидетелей.

Секретарь попросил посетителей подождать в приемной, но вскоре его вызвали за бумагами к ректору, и молодой эльф ушел, бросив на вампира рассеянный взгляд.

— Пора! — Кира чуть не подпрыгивала от волнения и нетерпения.

Перед приходом сюда они ещё раз до мелочей обговорили план и тактику на случай, если этот план провалится.

— Рано, — князь ледяной статуей замер на диванчике, — если Альт начнет драку сейчас, их будет разнимать секретарь. Подождем, пусть уйдет подальше. Там его уже ждут.

— Кто? — перепугалась девушка. Ей не хотелось, чтобы от ее задумки кто-то пострадал.

— Одна нетерпеливая барышня, которой очень хочется стать низшей!

— Она его…

— Пф-ф-ф, — насмешливо фыркнул вампир, — она всего лишь задержит секретаря, чтобы он не помешал нашему плану!

Кира тихонечко вздохнула и уселась, как примерная школьница, сложив руки на коленях.

— Вот теперь пора! — князь небрежно поправил галстук и сжал в пальцах рубин, украшающий галстучную булавку.

Где-то в коридоре раздался грохот, потом треск, шум, визг. Двери распахнулись, точно выбитые порывом ветра, и в приемную, круша все на своем пути, вкатился колобок из студентов.

Через секунду открылась дверь кабинета, и на пороге возник белый от гнева Лаусиэль Галендан:

— Мальгир, что здесь происходит?

Князь и “Лоретта” замерли на диванчике, недоуменно хлопая ресницами. Студенты выкатились обратно в коридор, но шум только усилился. Убедившись, что секретаря нет на месте и он не появился на грозный рык, декан в раздражении вылетел из приемной, толкнув за собой дверь в кабинет.

— Пора! — шепнул Алистер и с невиданной скоростью метнулся к заветной двери.

В последний момент он успел вставить ногу и не дать ей захлопнуться. Магический замок не сработал. Защитные руны, нанесенные по периметру двери, едва засветились, словно нехотя, и через секунду погасли.

— Успел! — выдохнул Алистер, смахивая со лба непослушную прядь, а затем поманил Киру. — Следите за дверью, пока я тут все обыщу.

Девушка оценила размер помещения и закусила губу. Она не могла представить, как за пять минут обыскать огромный кабинет, две стены которого сплошь заставлены полками, увитыми ползучими лианами. А ещё огромный стол со множеством ящичков, какие-то шкатулки, мешочки с травами, склянки, в которых вполне можно спрятать искомый артефакт за темным стеклом или непрозрачной жидкостью.

Однако вампирский князь решил эту проблему. Встав в центре комнаты, он сделал несколько пассов, отчего практически все предметы засветились.

— Зеленый цвет — эльфийская магия, — пояснил Алистер, элегантно промокнув лоб красным шелковым платочком. — Черный или алый — вампирская и прочие темные энергии. Коричневая — оборотническая, белая — дриадская.

— А мы ищем какую? — вздохнула девушка. — Вряд ли профессора в его нынешнем виде можно назвать человеком. Магию призрака?

— Духа! — поправил вампир и крутанулся вокруг себя, чтобы уловить нужную эманацию. — Призраки магией не владеют, чтобы вы знали. Ищите золотистое сияние!

Минуты через три, когда шум в коридоре начал стихать, стало понятно, что нужной магии в кабинете декана нет. Какие-то крохи в зельях присутствуют, но слишком мало для мощного артефакта.

— Похоже, здесь ничего нет, — Кира сдалась первой.

— Действительно, — согласился Алистер, — декан осторожен. Но я и не ждал, что удача улыбнется нам с первого раза. Придется…

Он ловко вытолкнул “Лоретту” в коридор, одним движением усадил на диванчик, плюхнулся рядом и принял самый небрежный вид.

Кира оглянулась на дверь кабинета и изумленно ахнула: дверной проем покрывала тончайшая опалесцирующая пленка, которой минуту назад еще не было!

— Что это? — негромко спросила она, кивая на загадочное сияние.

Алистер открыл рот, чтобы ответить, но тут распахнулась другая дверь — ведущая в коридор, и в приемную ввалился мрачный Галендан.

— Ваша светлость, леди д’Анкур, приношу свои извинения, — процедил он сквозь зубы, — студенты совершенно распоясались! Устроили драку фантомов прямо под моим кабинетом!

Не прекращая говорить, эльф прошел к себе, никак не отреагировав на сияющую пленку. Только один из перстней на его левой руке сверкнул золотистой звездочкой. Пленка тут же истаяла без следа.

Кира и Алистер переглянулись.

— Леди д’Анкур, о чем вы хотели поговорить? — спросил декан, когда его гости заняли кресла.

Кира с важным видом достала из складок платья блокнот и самопишущее перо, презентованное вампиром.

— Хотела задать вам пару вопросов о пропавшем профессоре.

— Но я уже рассказал капитану Вегарду все, что знаю, — нахмурился эльф.

— Да, я читала отчет. Но, может, вы что-то вспомнили? Любая мелочь может оказаться важной для моего расследования! Не замечали ли вы за ним каких-либо странностей? Или, может, он общался с подозрительными личностями?

Теперь декан уставился на нее с интересом:

— Подозрительные личности?..

— Да, насколько мне известно, к профессору приходили с обыском. Некто обвинил его в контрабанде запрещенных веществ, а еще… — тут она подалась вперед, делая большие глаза, и закончила заговорщицким шепотом: — Мне сказали, что он держал в подвале на цепи настоящего метаморфа!

Галендан моргнул, накрыл правой ладонью кольца на левой и пробормотал:

— Нет, ничего подобного я не знаю. Мы с Рильоном почти не общались.

Кира почувствовала, как под столом Алистер аккуратно наступил ей на ногу. Она ответила ему тем же, мол, не дура, сама поняла.

— Ну, раз леди д’Анкур узнала все, что хотела, — заговорил вампир голосом скучающего богача, — то, пожалуй, можно перейти к моему вопросу. Я бы хотел взять к себе на практику вашего выпускника. Альта Клеменса.

Галендан поднял брови. Все это время он словно нарочно игнорировал князя, но теперь, когда тот обратился к нему, вынужден был ответить.

— Альта Клеменса? — в голосе декана сквозило вежливое недоумение. — Почему именно его? Ваша лаборатория считается одной из лучших в городе, а господин Клеменс, насколько я знаю, дриад средних возможностей. Не лучше ли выбрать кого-то из отличников?

— Это каприз моей леди, — с весьма паскудной улыбкой заявил вампир, делая вид, что не заметил каблука Киры, вонзившегося ему в ногу. — Женщины верят в зелья, способные сохранить или преумножить красоту, а я не привык отказывать им в такой мелочи.

— Неужели Клеменс так хорош? — продолжал удивляться эльф.

— Вы же сами сказали, что он дриад, — Алистер беззаботно пожал плечами. — Пусть и средних способностей, но его травяные эликсиры и маски радуют мою леди. Это все, что от него требуется.

— Что ж, — Галендан посверлил взглядом “Лоретту”, получил в ответ безмятежно наивный взгляд и сдался. — Не вижу препятствий. Возможно, работая с вашим алхимиком, господину Клеменсу удастся подтянуть некоторые дисциплины. Бумаги оформим в ближайшее время.

— Благодарю! — князь вновь принял высокомерно прохладный вид, и прощание не затянулось.

Уже выйдя из административного корпуса, Кира поделилась с вампиром своей догадкой:

— Это сияние в дверях кабинета — ваших рук дело?

Тот усмехнулся:

— Надо же. От ваших глаз ничего не укроется. — Он внимательнее вгляделся ей в лицо. — Вы настоящая загадка, Лоретта.

Девушка мысленно обругала себя: вот кто за язык тянул?

— Не переживайте, — князь будто прочитал ее мысли, — ваши секреты останутся между нами. Не забывайте, мы с вами на одной стороне.

“Пока вам это выгодно”, - мысленно закончила Кира, а вслух сказала совсем другое:

— Значит, декан носит перстень при себе. Я видела, как одно из его колец вспыхнуло, когда он прошел сквозь пленку. Но почему никто не замечает его? Ведь перстень носил Рильон, разве то, что теперь он у декана, не должно вызывать вопросы?

— Сложное наложение нескольких заклинаний, — пояснил вампир, — иллюзия не только на внешний вид артефакта, но и на его магическую суть. Хочешь что-то спрятать — положи на видное место. Галендан в этом преуспел как никто другой, но я, кажется, знаю, как с этим справиться законным способом.

— Как? — заинтересовалась Кира.

Она порядком перенервничала и устала. Хотелось быстрее покончить со всем этим делом, прогуляться по городу, выпить кофе с пирожным, не прячась ото всех.

— Через неделю в ратуше будет традиционный осенний бал. Мероприятие массовое, поэтому в прежние годы случались разные недоразумения, проникновения под личинами и скандалы. Однако несколько лет назад госпожа Лизавета распорядилась установить на входе в бальный зал мощные амулеты, аннулирующие любые проявления магии, в том числе иллюзии и личины.

— А… мне безопасно появляться там? — Кира сглотнула комок, внезапно появившийся в горле.

Алистер снисходительно взглянул на нее:

— Неужели вы так мало знаете о своей природе, леди д’Анкур? Ваша внешность не иллюзия, не магическая личина, а полное соответствие оригиналу. С вас нечего срывать, кроме одежды!

Тут вампир подмигнул так непристойно, что девушка вспыхнула до корней волос, а потом разозлилась и постаралась больно ткнуть его локтем в бок. С легким смешком князь увернулся от ее попытки и тут же галантно поцеловал пальчики:

— Не сердитесь, прекрасная Лоретта, право, когда вы в гневе, вы очаровательны, а ваша печаль пронзает мне сердце!

— Ваш пафос заставляет меня искать подвох! — в тон ему проворчала иномирянка.

— На балу мы должны появиться вместе и ворковать как голубки.

Кира поморщилась. Князь, конечно, великолепный образчик мужчины, но… вампир, да еще высший! Их отношения не имеют будущего. К тому же у настоящей Лоретты где-то скучает жених…

— Ворковать обязательно? — вздохнула она.

— А как ещё мы сможем украсть кольцо?

— Украсть?

Вот теперь Кира смотрела на Алистера с интересом.

— Вряд ли декан его снимет, — вампир покачал головой. — Иллюзия спадет, но мало ли перстней на руках у знатного эльфа? Даже опытному вору необходимо некоторое время и… отвлечение внимания.

— Что-то уронить? Взорвать? Поджечь? — с энтузиазмом предложила иномирянка.

— Какая вы, оказывается… добрая леди! — усмехнулся князь и пояснил: — Такого сильного мага не отвлечешь фейерверком или падающими бокалами, а вот чувствами, страстью! Эти ледяные эльфы на самом деле страшные лицемеры! Они обожают подсматривать за теми, кто испытывает сильные эмоции.

— И что вы предлагаете? — чуть дрожащим голосом уточнила Кира.

Где-то в глубине души она уже догадывалась, что предложение князя ей ничуть не понравится.

— Изобразить душераздирающую страсть, — самодовольно улыбнулся вампир. — И начать репетицию прямо сейчас!

Девушке захотелось стереть его с лица земли, но… опыт работы в офисе закаляет.

— До бала ещё неделя, — сказала она, возвращая себе хладнокровие, — вы уверены, что за эти дни мои эмоции не перегорят? К тому же я совершенно точно не соглашусь на публичные сцены. Не забывайте, у меня есть жених!

Вампир смерил девушку алым взглядом.

— Что-то не часто вы его вспоминаете.

Она ответила ему высокомерно вздернутым носом.

— Моя личная жизнь вас никак не касается!

Алистер еще с минуту вглядывался в лицо “Лоретты”, затем, оценив ее решимость и уверенность в своих силах, вздохнул:

— Будь по — вашему.

Кира выжидательно уставилась на него.

— Танец, — нехотя пояснил он, — эльфы эстеты. Тисканье в углу все равно не даст нужного эффекта. А вот движение под музыку с легчайшими нарушениями приличий…

— Но я не умею танцевать ваши танцы! — воскликнула Кира и тут же поправилась: — Точнее, редко посещаю балы. Я, знаете ли, училась, потом работала, не до танцев мне было!

— О, двигаетесь вы достаточно хорошо, — отмахнулся князь, — а остальное предоставьте мне! Я знаю, как привлечь внимание эльфа.

Кира смерила вампира подозрительным взглядом, но он невинно улыбнулся, и она поняла, что большего не добьется. Пусть так. Танец — это не страшно, переживет. Или нет?

ГЛАВА 17

Выйдя из Академии, вампир и “Лоретта” расстались. Князя ждали дела в центре города, а Кира вернулась домой, чтобы накормить котят. Профессор парил под потолком прямо в кресле, шуршал газетой и неприлично фыркал.

Матикорыши с разочарованным воем пытались взлететь и достать его. Но их крылья были еще слишком слабы и годились, только чтобы спланировать с небольшой высоты.

— Что случилось? — поинтересовалась девушка, сгребая в руки котят.

Те уже изрядно подросли и потяжелели, но все равно были отличными антидепрессантами.

— Мантикоры, — нейтральным тоном отозвалась джиния.

— Что “мантикоры”? — не поняла иномирянка.

— Открыли охоту на профессора. Сначала кидались из темных углов, потом начали подкрадываться. Когда забрались на портьеры, он решил, что лучше обезопасить себя таким образом. Но это не очень-то помогает. Они пытаются взлететь и поймать его!

— А кресло не упадет? — Кира покосилась на образчик местной мебельной моды. Весил он, пожалуй, больше нее.

В ответ сверху раздался благородный фырк, и Рильон склонился через подлокотник:

— Леди д’Анкур, рад видеть вас в добром здравии! Какие новости?

— Думаю, вы не удивитесь, — вздохнула девушка, — узнав, что декан носит ваш перстень при себе?

— Ни капли, — согласился профессор.

Она коротко рассказала алхимику про бал, заодно и пожаловалась, что не умеет танцевать.

— О, этому легко научиться! — Рильон сложил газету и спрыгнул с кресла, элегантно приземлившись рядом с Кирой.

На этот раз он был не в тапках, а в щегольских туфлях с пряжками. А призрачную хламиду трансформировал в модный костюм: рубашка с присборенными рукавами, узкий жилет, бриджи, чулки и обязательный шейный платок, в котором звездочкой поблескивала булавка.

Котята зашипели. Правда, лениво, словно напоминая, кто здесь главный. Иномирянка шикнула на них и попросила джинию покормить голодающих.

Пока подросшая малышня гремела мисками на кухне, профессор вынул из ящичка стола артефакт, похожий на металлическую ромашку, крутанул колесико в центре, и в воздухе поплыла музыка!

— Леди! Позвольте пригласить вас…

Комната на миг скрылась в полумраке, а затем по стенам вспыхнули бра, превращая ее в бальный зал.

Кира ахнула, не в силах сдержать удивления.

— Как?!

— О, я долгое время жил один, и вот — развлекался как мог, придумывая разные магические новинки, — скромно отозвался Марсель де Рильон.

— А как же ваше здоровье? Такая потеря магии не повлияет на вас? — забеспокоилась девушка.

— Нет, я не трачу свою магию. Это действуют артефакты-накопители, встроенные в стены дома. Мне нужно совсем немного энергии, чтобы активировать их. Все равно что высечь искру, которая зажжет фейерверк. Ну, вы готовы? — Он элегантно отставил ногу и склонился, одновременно вытянув руку вперед, и сделал приглашающий жест. — Это несложно, вот увидите!

Придерживая юбку, Кира изобразила вежливый книксен, вложила пальцы в протянутую ладонь и… поплыла по залу.

Над ухом раздался приглушенный голос профессора:

— Поворот, руку выше, поклон… Расслабьтесь… Представьте, что вы перышко, которое носит воздух.

Легко сказать — расслабьтесь! Она не чувствовала объятий призрака, но видела его полупрозрачную руку на своей талии, и это наполняло ее странным волнением. Как давно она танцевала с мужчиной? Как давно мужчина обнимал ее за талию? Давно.

Кажется, еще в прошлой жизни.

И пусть сейчас ее кружит призрак, но его близость смущает и волнует ее! Ведь как ни крути, а Марсель де Рильон — мужчина. Достаточно молодой и очень харизматичный, пусть и полупрозрачный!

— Нет, так дело не пойдет, — проворчал он, останавливаясь. — Я будто веду в танце не красивую женщину, а деревяшку!

Кира обиженно поджала губы:

— Ну знаете! Может, мне вообще танцевать не дано.

— Ерунда! — заверил Рильон. — Даже мантикору можно научить танцевать, было бы желание. Закройте глаза.

— Это еще зачем?

— Вам нужно расслабиться и довериться мне.

Призрачное тело алхимика засветилось, и Кира ощутила тяжесть его руки на своей талии.

— Профессор! — воскликнула она.

Он поморщился, переплетая свои пальцы с ее:

— Марсель.

— Простите, что? — Кира растерянно взмахнула ресницами.

— Я хочу, чтобы вы обращались ко мне по имени.

— Эм… — она смутилась под пристальным взглядом. — Даже не знаю, насколько это уместно.

— Эта просьба вас ни к чему не обяжет. Но мне будет очень приятно.

Иномирянка закусила губу.

Ага, как же "ни к чему не обяжет"! Она и так живет в его доме, спит в его постели и ест за его столом. А сейчас втайне жалеет, что профессор — бесплотный призрак. Был бы он реальным мужчиной…

Быстрый взгляд, брошенный в сторону Джайны, выбил из головы глупые мысли. Джиния зависла в воздухе и, открыв рот, наблюдала за танцующей парой. В ее глазах светился неподдельный восторг, а руки были прижаты к груди. Она даже раскачивалась в такт музыке, словно сама танцевала сейчас в объятиях Рильона.

— Ну так что? — прошелестел призрак голосом опытного соблазнителя. — Вы мне доверяете или как?

— Или как, — вздохнула иномирянка. — Но учитывая данную клятву, выбор у меня небогатый.

И она закрыла глаза.

Дальше все было как во сне. То ли это магия действовала, то ли просто момент был такой, но все мысли выскочили из головы, остались только воздушная легкость, наполнившая тело, и объятия де Рильона. Весь мир, все заботы и тревоги отступили на задний план. Растворились в волнующем ощущении. И Кира наконец-то отпустила себя. Расслабилась. Доверилась мужским рукам, которые вели ее в танце легко и уверенно.

Она не заметила, как они вдвоем прошли полный круг по комнате, потом еще один и еще! Голова кружилась от новых ощущений. Тело запоминало движения. А близость профессора уже не казалась чем-то вызывающим. Наоборот, теперь ей хотелось, чтобы он держал ее крепче и не отпускал…

Закончилось все вместе с музыкой.

Руки Рильона разжались, и Кира ощутила досаду.

— Как, неужели все?

— К сожалению, — он натянуто улыбнулся. — Если продолжу — опять придется исчезнуть на пару дней.

— Нет-нет, исчезать не надо! — спохватилась девушка. — Тем более в такой ответственный момент!

— Вот и я так подумал…

Он вежливо проводил ее до кресла, причем его свечение меркло с каждым шагом, пока наконец профессор снова не стал бесплотным призраком. А когда она села, чувствуя, как дрожат от непривычки ноги, Джайна подала стакан лимонада.

— Это было великолепно! — прошептала джиния, закатив глаза от восторга. — Как бы я тоже хотела потанцевать!

— Хм, ну, это проще простого, — подмигнул призрак. — Уж танцы с вами мне не грозят потерей энергии!

* * *

До назначенного бала оставалась еще неделя. Кира училась танцевать, общалась с профессором и Джайной, воспитывала мантикор и все чаще ловила себя на том, что ей нравится такая жизнь.

Если раньше ее тяготила клятва, вырванная шантажом, то теперь девушке казалось, что она попала в нужное место и нужное время. Что этот дом — ее дом. Все в нем казалось родным и привычным.

Даже другие расы и магия уже не так удивляли.

Кира перестала таращиться на эльфов и драконов. Перестала реагировать на их красоту, как человек, объевшийся сладкого, перестает восхищаться пирожными в витринах. Решив насущные вопросы с жильем, одеждой и легализацией в новом мире, она осознала себя частью общества Новой Башни. Теперь ее интересовало то, что происходит вокруг. Желание вернуть перстень и призвать к ответу зарвавшегося декана стало собственным, а не навязанным.

С такими мыслями Кира в очередной раз отправилась к Белинде — вампирше нужна была новая порция крови. На обратном пути в экипаже ей стало плохо. Сначала закружилась голова, затем в глазах замерцали черные мушки, а тело охватила пугающая слабость.

— Князь! — испугавшись, что потеряет сознание, иномирянка схватила вампира за руку. — Мне срочно нужно выпить сладкого и горячего!

Алистер немедля приказал кучеру свернуть к ближайшему кафе. В уютной маленькой чайной девушке подали чайник мятного чая, плошку с медом, ломтики лимона на блюдце и… круассаны! Самые настоящие, с шоколадной начинкой.

Сделав несколько глотков, чтобы прогнать слабость, Кира призналась:

— Никогда не видела, чтобы чай подавали так…

И тут же прикусила язык. Конечно, не видела — в этом мире!

— Эта чайная принадлежит госпоже Лизавете Вольф, — поклонился фей-официант. — Она научила нас сервировать чай именно таким образом, уверяя, что так любят завтракать на ее родине!

— Это очень необычно! — Кира спрятала смятение за улыбкой.

Чай помог, она чувствовала себя много лучше и потому начала рассматривать посетителей.

К ее удивлению, за одним из столиков сидел Ренуар. Увидев, что его заметили, дракон подошел поздороваться. Князь отвечал в своей привычной холодной манере, но безупречно вежливо. Похоже, он не слишком жаловал местный бомонд. Дракон же, игнорируя нелюбезность вампира, уставился на Киру призывным взглядом. Обычные слова приветствия он произнес таким тоном, будто признавался ей в любви. А когда коснулся поцелуем кончиков ее пальцев, девушку словно током ударило.

Молодые посетительницы кафе и даже те, что постарше, бросали в сторону дракона заинтересованные взгляды. Красивый, чувственный мужчина, щедрый и внимательный, но…

К этому времени Кира уже подтянула свои знания местных реалий и знала: Флайвер и Ренуар не шутили. Драконы действительно живут “гнездами”, во главе которых стоит драконица. В местной газете часто упоминались супруги, советники, наложники, женихи и телохранители. Все это относилось к мужчинам-драконам, членам одного гнезда.

Профессор Рильон объяснил, что на одну драконицу может приходиться от пятнадцати до пятидесяти мужчин различного возраста. А все потому, что испокон веков девочки у драконов рождаются реже, чем мальчики.

Но Кире даже представить такое “общежитие” было сложно.

— Леди Лоретта, — Ренуар поймал ее взгляд, — позвольте пригласить вас на прогулку.

— Простите, милорд, — слабо улыбнулась Кира, — я сегодня перегрелась на солнце и плохо себя чувствую.

— Могу я надеяться, что завтра вам будет лучше? — мужчина был настойчивым, но при этом ласково поглаживал пальцы девушки, которые “забыл” отпустить.

Кира поняла, что пора расставить все точки в отношениях с драконами. Мягких уверток чешуйчатые лорды просто не понимают или не хотят понимать.

— Лорд Ренуар, — она выпрямилась на стуле и забрала свою руку из соблазнительно горячих пальцев, — боюсь, моему жениху не нравится, когда я провожу слишком много времени с другими мужчинами.

Дракон поднял брови, бросил на ухмыляющегося вампира выразительный взгляд, но не стал выяснять отношения. Молча откланялся, бросил на свой столик монету и ушел.

— А вы… весьма жестокая и решительная девушка, леди Лоретта, — чуть насмешливо прокомментировал Алистер.

Кира устало допила чай и потянулась, чтобы налить себе еще. Князь перехватил тяжелый чайник и сам поухаживал за дамой. Пришлось девушке объясняться:

— Жестокостью было бы морочить голову благородному мужчине. Я слишком уважаю себя и лорда Ренуара, чтобы играть с его чувствами. Ненужные узы лучше рубить сразу.

— Не ожидал такой мудрости от столь юной леди, — хмыкнул вампир, — но согласен с вами. Ни к чему разводить канитель. Лучше рубить сразу.

Они так увлеклись разговором, что не заметили, когда в чайной появилась супруга префекта.

Высокая светловолосая женщина в юбке и блузке, украшенных узорами по оборотнической моде, о чем-то переговорила с полуэльфийкой у стойки, оглядела зал и, заметив Киру, решительно направилась к столику иномирянки:

— Добрый день, леди д’Анкур, рада встрече!

— Добрый день, госпожа Вольф, взаимно! — ответила Кира, вставая.

— О, сидите, сидите, прошу вас, без церемоний! — губы Лизаветы улыбались, но глаза смотрели серьезно и даже жестко. — Я заглянула на минутку, проверить, как тут идут дела.

— Да, нам сказали, что это ваше заведение. Никогда не видела, чтобы так подавали чай! — похвалила девушка. — А круассаны выше всяких похвал! Прямо тают во рту!

Лизавета ещё раз улыбнулась и перевела взгляд на вампира:

— Князь, вас не затруднит заказать для меня чайник с чабрецом? И шоколадный торт! Здесь очень искусный кондитер!

Тот понимающе улыбнулся. Поцеловал Лизавете руку и отошел на другой конец зала.

— Леди Лоретта, — Лизавета вмиг стала серьезной, — прошу вас, будьте осторожны с князем! Вампиры весьма коварные существа. Они почти не уступают в силе драконам, а их жестокость может напугать не только человека, но и оборотня. Поверьте, я знаю, о чем говорю!

ГЛАВА 18

— Благодарю за предупреждение, госпожа Вольф! — Кира постаралась ответить вежливо.

Она видела, что супруга префекта искренна в своем беспокойстве и не преследует никаких целей, кроме желания предостеречь.

Внезапно над головой притихших женщин раздался насмешливый голос Алистера:

— Понимаю, о чем вы, госпожа Лизавета, но ничуть не сожалею о сделанном. У меня были веские причины. А теперь вам абсолютно не стоит меня опасаться. И пугать леди д’Анкур тоже.

— Причины настолько веские, что вы попытались убить меня и украсть артефакт? — Лизавета бросила на него гневный взгляд. — Даже придумать не могу, ради чего можно пойти на такое!

— Например, ради спасения своих детей, госпожа Вольф. Или скажете, что не убьете любого, если от этого будет зависеть жизнь вашей дочери или сыновей?

Князь стоял за ее спиной с насмешливым выражением на лице. Будто знал, что ей нечем крыть.

Супруга префекта насторожилась:

— Что вам пообещала герцогиня Леброн?

Вампир развел руками:

— Лекарство для моей дочери. Но, как вам прекрасно известно, я не выполнил задание, а потому не получил плату.

— А что вам нужно от леди Лоретты?

Он улыбнулся:

— То же самое. Лекарство, которое сможет спасти мою дочь.

— Думаете, я вам поверю? После всего, что вы сделали? — облив его холодным презрением, Лизавета посмотрела на Киру: — Вы можете уйти сейчас вместе со мной, леди Лоретта. Князь Алистер не тот мужчина, с которым юной девушке стоит разгуливать по кофейням.

И снова неприязненный взгляд на вампира:

— Полагаю, вы не посмеете задерживать нас.

Но Кира только головой покачала:

— Простите, госпожа Лизавета. Мы с князем заключили договор…

— Обещаю, любой договор будет расторгнут, — перебила супруга префекта, — если он заставил вас подписать его шантажом или обманом!

— Спасибо за вашу заботу, госпожа Лизавета, — мягко ответила девушка, — но я остаюсь. Князь прав, у каждого из нас есть кто-то, ради кого мы готовы убить или умереть сами.

Хозяйка города внимательно посмотрела на “Лоретту”, потом на помрачневшего вампира и выдохнула:

— Что ж, надеюсь, вы не пожалеете об этом. Помните, что вы всегда можете обратиться ко мне за помощью!

Она ушла, не притронувшись к чаю и сладостям.

Не успела дверь кафе закрыться за ней, как Алистер пристально посмотрел на Киру и спросил:

— И кто же это для вас?

Она постаралась безмятежно улыбнуться, скрывая волнение:

— Я пока не встретила этого человека, ваша светлость, но однажды он обязательно появится в моей жизни.

— Хм… значит, речь шла не о вашем женихе? Кажется, его зовут Роберт д’Орунелл, если я не ошибаюсь.

И Кира в который раз выругалась про себя.

Что-то хрустнуло.

— Так я и думал, — философски заметил князь.

Она проследила за его взглядом.

Вампир смотрел на ручку фарфоровой чашечки, которую она в волнении отломила.

* * *

В день бала вокруг Киры с раннего утра крутилась Джайна. Она приготовила для хозяйки ванну с ароматными травами, потом сделала ей массаж с тягучим фруктовым маслом. Предложила расписать кисти рук и стопы хной и огорчилась, когда хозяйка отказалась.

— На бал принято надевать перчатки до самых локтей, — объяснила свой отказ Кира, — а также чулки и туфельки, никто просто не увидит твоих стараний.

Джиния повздыхала, бормоча что-то про глупую моду, которая не дает расцвести женской красоте. Но приставать с хной больше не стала.

Пока Кира нежилась в ванне, Рильон прохаживался под дверями, давая последние наставления и параллельно воюя с котятами. Они, похоже, испытывали к нему особые чувства. А вот Джайну словно не замечали. Возможно, потому, что она в их глазах была собственностью хозяйки, а значит, не представляла ни малейшего интереса как жертва.

— Какое платье желаете? — осведомилась джиния, приготовившись создавать бальный наряд.

— Сегодня обойдемся без магии! — напомнила Кира. — Еще не хватало, чтобы я оказалась там голой. Забыла, что князь говорил?

— Да-да! — донеслось из-за двери. — Леди Лоретта, никакой магии! Иначе может быть большой конфуз.

— Жаль, — Джайна вздохнула, — и новое платье заказать никто не подумал.

— Это лишнее, — улыбнулась иномирянка, — в гардеробе уже висит одно. Зачем мне второе? И кстати…

Она поманила джинию пальцем, а когда та нагнулась, шепнула на ухо:

— Посмотри в вещах Лоретты. Там должны быть подходящие украшения! На бал без них нельзя! А еще мне нужны цветы для прически: незамужним леди полагаются белые розы или камелии. Где мы их возьмем?

— Без паники! — раздалось из-за двери. — Цветы для прически вот-вот доставят. Я осмелился сделать заказ в дриадской лавке на ваше имя. Дюжина бутонов, заклятых на неувядание.

— Благодарю вас, профессор! — вздрогнула Кира и поспешно скрестила пальцы в надежде, что Рильон не услышал первую часть фразы.

Покинув ванну, иномирянка вытерлась, надела шелковое белье, принесенное Джайной, и вытянулась перед зеркалом.

Последнее время она редко смотрелась в него. Видеть не себя родную, а чужое лицо было не слишком приятно. Вот, драконы с ней такие обходительные, и Алистер, и профессор. Но останутся ли они такими же любезными и предупредительными, если узнают, кто прячется за миловидным личиком Лоретты д’Анкур?

Узнай драконы, что она метаморф — и ее относительной свободе придет конец. Но это ещё не самое страшное. Не убьют же, в самом деле, а жизнь во дворце Владычицы Неба на правах важного ингредиента может быть и не так плоха. Но если станет известно, что она иномирянка лишь душой — начнется настоящий кошмар!

У Киры было достаточно времени, чтобы изучить этот вопрос. Она опасалась расспрашивать окружающих, чтобы не вызвать подозрений. Но в библиотеке Рильона нашлось несколько книг на нужную тему, а ещё были статьи в газете.

Не так давно этот мир регулярно посещали всякого рода попаданцы. К ним относились как к стихийному бедствию, которое нужно просто пережить.

Потом появилась госпожа Лизавета. Она сумела приручить древний артефакт и восстановить разрушенную Портальную Башню. С тех пор спонтанные порталы в другие миры больше не открывались. Все, кто не успел ими воспользоваться, застряли здесь навсегда и стали жителями этого мира. А Портальные Башни, расположенные по всему континенту, вернулись к прямым обязанностям: их использовали для перемещения между городами и странами. Все было просто и логично. Пока дело не касалось “вселенцев”.

Так здесь называли приблудные души, оказавшиеся без собственного тела и вселившиеся в чужое. Таких существ считали одержимыми, а чужую душу изгоняли всеми возможными способами. И Кира была такой приблудной душой, занявшей тело Анны Марии Селесты дю Ренси, метаморфа, больше известной в Нааганате под прозвищем Карамель.

Кира почти смирилась со своей новой жизнью, но порой ее мучили страхи. Что-то нелогичное было в том, что она так легко приняла облик Лоретты д’Анкур, хотя до этого у нее не получалось удержать чужое лицо даже минуту! И почему теперь она не может избавиться от него?

Поначалу девушка боялась, что образ Лоретты сползет в самый неподходящий момент, как трусы с лопнувшей резинкой. Постоянно ждала тех самых разоблачающих мурашек. Но шли дни, недели — а ничего не менялось. Она уже начала подумывать, что навсегда застряла в облике леди-детектива.

Это решило бы много проблем.

Но создало бы новые.

Ведь у Лоретты имелись родные, друзья и жених. А провести близких людей сложнее, чем незнакомцев!

Вздохнув, иномирянка всмотрелась в чужое лицо, смотревшее на нее из зеркала. За это время оно стало почти родным.

“Интересно, — мелькнуло в голове, — если бы профессор увидел меня в моем настоящем виде… Он счел бы меня красивой?”

Так и не найдя ответ на этот вопрос, Кира продолжила одеваться.

* * *

Наконец все было готово. Осталось только дождаться Алистера, который обещал заехать за Кирой.

Девушке пришлось заранее побеспокоиться о соблюдении приличий: уговорить Арду сопровождать ее, как в прошлый раз. Служанка долго не соглашалась. Она была обижена, что “леди Лоретта” отказалась от ее услуг. Но в конце концов пара блестящих монеток заставили старуху пойти на уступки.

— Но в дом я не войду! — заявила она, пряча деньги в кошель. — Не хочу, чтобы на меня напали ваши монстры! Это вообще безобразие, что вы их держите в доме. Куда только смотрит префект?

Кира только облегченно вздохнула: вот и еще одна проблема решилась. Она боялась, что ушлая старуха заметит в доме присутствие Рильона или джинии, но та сама не захотела входить.

Теперь Арда, недовольно поджав губы, сидела на лавочке у крыльца. Джайна подлетела к окну, глянула на старуху и сморщила нос:

— Если бы я могла отправиться с вами!

— Но ты не можешь, — резонно заметила Кира.

Рильон кружил вокруг нее, нейтрализуя остатки магии.

— Помните, — напутствовал он, — я снял с вас всю защиту, поэтому будьте осторожны. Мне не нравится, что вы будете там с князем Алистером, но он единственный, кто сможет скрыть вашу ауру метаморфа. Поэтому не отходите от него далеко, а лучше вообще не разрывайте физический контакт.

— То есть? — нахмурилась Кира.

— У высших вампиров очень яркая аура. Представьте звезду и свечку. Крошечный свечной огонек хорошо виден в темноте, но что, если рядом с ним зажжется звезда? Кто заметит бедную свечку в лучах ее света?

— Да вы романтик, профессор, — заметила девушка.

— Марсель, — он покачал головой и вздохнул. — Мое имя не такое уж сложное, чтобы вы не могли его запомнить.

Кира смутилась. Она видела, как Джайна поглядывает на призрака. Харизматичный профессор нравился джинии, и та не скрывала своего интереса. Но сам Марсель де Рильон держал себя с синекожей подчеркнуто вежливо. Зато порой Кира ловила на себе его задумчивые взгляды. Да и сама она украдкой разглядывала его, когда считала, что никто этого не видит. Все-таки профессор был привлекательным мужчиной, пусть и призраком. А она — одинокой девушкой фертильного возраста, уже соскучившейся по мужскому вниманию.

С улицы донесся шум приближающегося экипажа. Это избавило Киру от необходимости отвечать.

— За вами прибыли, — с грустной улыбкой отметил маг. — Желаю повеселиться этой ночью.

— Спасибо, проф… — она запнулась и опустила взгляд.

А когда снова подняла его, призрака в гостиной уже не было. Он бесследно исчез.

— Удачи, госпожа! — шепнула Джайна и синим дымком взвилась сквозь потолок.

ГЛАВА 19

Алистер встретил Киру на крыльце и влил бальзам мужского восхищения на ее измученное сомнениями сердце:

— Леди, вы великолепны!

Девушка слегка зарделась, но улыбнулась. Ей стало приятно, что вампир оценил усилия Джайны и профессора. Кожа “Лоретты” мягко светилась от притираний, волосы блестели, мелкие бутоны и три полураспустившихся цветка заменяли диадему.

Князь ещё раз пристально оглядел девушку, не нашел никакого нарушения неписаных правил, и галантно предложил ей руку:

— Прошу. Клянусь, сегодня мне будут завидовать все мужчины Новой Башни!

— Вы льстите, князь, — легонько отмахнулась веером Кира, — но мне приятно! Продолжайте!

— Главное, держитесь поближе ко мне, — серьезно напомнил Алистер. — Не хочу, чтобы кто-то из блохастых охранников учуял то, что чуять ему не положено.

Это спустило Киру с небес на землю и напомнило ей о миссии. — Вы правы, не время для флирта.

— Ну почему же? — вампир подмигнул. — Для этого время найдется всегда. Расслабьтесь, я не хотел вас напугать. Всего лишь предупредить

Натянуто улыбаясь, девушка заняла место в элегантном лакированном экипаже. Ее спутник поспешил присоединиться, и они двинулись в центр города.

К скромному на вид зданию префектуры был пристроен флигель, предназначенный для балов и собраний. Сегодня просторное помещение щедро украсили разноцветными листьями, яблоками, осенними цветами и лентами. У дальней стены стояли два высоких кресла, похожих на троны, рядом — стулья и кресла поменьше. Слева шел ряд высоких окон с газовыми ламбрекенами, а справа — длинный стол, уставленный чашами для пунша, бокалами, тарелками и закусками.

Алистер вместе с Кирой остановились в дверях. Предусмотрительный вампир, не выпуская руки девушки, протянул карточку невысокому кругленькому мужчине в ярком камзоле. Тот выпрямился, стукнул жезлом в медный диск, закрепленный в полу, и прокричал звонким голосом:

— Его Сиятельство Алистер Иверлион, восьмой князь Дома Ночи и леди Лоретта д’Анкур!

На этот пронзительный вопль кто-то обернулся, кто-то поспешил укрыться от пристального взгляда алых глаз высшего вампира, а нашлись и такие, кто наоборот, придвинулся ближе, жадно рассматривая отважную спутницу князя Ночи.

— Алистер! — Кира ощутила кратковременный приступ паники. — Вы что, никогда не появлялись на балу с дамой?

— На этом балу — никогда, — лаконично ответил вампир, растягивая тонкие губы в усмешке.

Сверкнувшие клыки заставили самых любопытных податься назад.

— На этом? — девушка вдруг поняла, что практически ничего не знает о светской жизни князя Ночи.

— На балах в моем поместье я появлялся либо с дочерью, либо с фавориткой, которая по совместительству была и моей закуской, — довольно охотно объяснил Алистер, разглядывая гостей.

— А ваша жена? — содрогнулась Кира. — Мать Белинды?

— Ее давно нет на этом свете, — сухо отозвался князь, вновь превращаясь в ледяную статую.

— Простите, не хотела вас обидеть, — иномирянка вздохнула и напомнила им обоим: — Нам нужен декан Галендан. Я его пока не вижу.

Вампир повернулся в одну сторону, в другую и так же тихо сказал:

— Не чую его. Похоже, декан ещё не пришел. Значит, мы можем поздороваться с хозяевами праздника и немного побродить у столов. Только не отходите от меня больше чем на десять шагов. Если, конечно, не хотите, чтобы присутствующие здесь оборотни и драконы что-то учуяли.

Кира понятливо кивнула и даже чуть-чуть расслабилась, но в этот момент у входа появилась госпожа Лизавета. Перед хозяйкой расступились все гости.

— Леди д’Анкур, рада вас видеть! — поприветствовала супруга префекта, недовольно косясь на вампира.

— Госпожа Вольф, взаимно, — Кира искренне улыбнулась.

Приятно было снова встретить землячку.

— Вы уже пробовали наши капкейки с беконом?

— Капкейки с беконом? — девушка удивилась.

— Это выпечка моего мира, — отмахнулась Лизавета, — традиционно ее делают сладкой, но маленьким оборотням много сладостей вредно, так что я чуть-чуть изменила рецепт, и теперь на балах Новой Башни подают капкейки с беконом, копченой уткой и олениной. Попробуйте, это вкусно!

Лизавета подхватила Киру под локоток и потащила к столам. Та беспомощно оглянулась на князя.

Вампир подмигнул, мол, все под контролем. И неспешным шагом направился следом. Краем глаза Кира заметила, что он старается держаться поблизости. К нему подошел сам префект, и они о чем-то вполголоса заговорили.

Неужели все это заранее спланировано, и Лизавета вновь желает ее предупредить о коварстве вампиров?

Но высокая блондинка налила два бокала легкого фруктового пунша, положила на тарелку капкейк с беконом, украшенный соленым сырным кремом, и, откусив кусочек, похвалила платье гостьи:

— Очаровательный цвет, леди д’Анкур. Вы с князем великолепно смотритесь рядом. Неужели он наконец-то решил представить обществу новую княгиню?

Кира поперхнулась кусочком мяса и с трудом справилась с собой. Пришлось опустошить бокал с пуншем, прежде чем дыхание выровнялось.

— Откуда такие мысли, госпожа Вольф? — девушка постаралась как можно наивнее хлопнуть ресницами.

— Алистер вдовец, — с легкой улыбкой поведала Лизавета то, что Кира уже и так знала, — прежде на балах появлялся в силу необходимости. Всегда один, всегда холоден. Танцевал три обязательных танца с хозяйкой бала, ее дочерью и какой-нибудь вдовой. Потом прощался и пропадал на пару месяцев. Теперь же он появился под руку с вами. Уверена, половина присутствующих сделают те же выводы, что и я.

— Спасибо за предупреждение! Но это ложные выводы. У меня есть жених.

Лизавета окинула ее недоверчивым взглядом, и Кире пришлось поспешно добавить:

— Князь помогает мне в расследовании — и не больше.

— Что ж, я рада, что мои подозрения были напрасны. Он не лучшая партия для такой юной леди. Хотя, — она сделала паузу и окинула девушку придирчивым взглядом, — из вас вышла бы очаровательная княгиня Ночи.

Кира больше не рискнула проглотить ни кусочка. Вспомнила напутствия профессора, предупреждения вампира и, поставив тарелку, поспешила туда, где стоял Алистер. Уже на третьем шаге ее догнала музыка. Та самая, под которую они танцевали с Рильоном! А потом вампир шагнул ей навстречу, раскрыл объятия и шепнул:

— Он здесь! Пора! Одним движением он выдернул девушку в круг.

* * *

Вы когда-нибудь попадали в ураган? Или в сильное течение? Именно так Кира угодила в вампира! Он заглянул ей в глаза, прижал к себе и шепнул:

— Леди Лоретта! Представьте, что я тот, ради которого вы готовы пойти на все! Даже на смерть!

Девушка растерялась, но музыка словно перенесла ее в привычную гостиную, туда, где ее обнимали руки призрака.

Высоко подняв голову, Кира чуть-чуть откинулась назад, позволив Алистеру проследить ладонью свою руку от запястья до плеча, потом вздрогнула, когда прохладные губы вампира прижались к нежной коже шеи, и дальше их понесло уже вдвоем. Точно выверенные шаги, повороты, наклоны — все это потеряло смысл. Остались лишь мужчина и женщина, чьи тела, движения, взоры кричали о любви, о нежности, о ревности и страсти.

На самом деле каждый из них рассказывал свою историю. Князь вспоминал покойную жену — каждый его жест, каждый взгляд был наполнен горечью утраты. Кира, напротив, танцевала то робкое, зарождающееся чувство, которое лишь просыпалось в ее сердце. Оттого ее движения были порой скованы и прерывисты, но князь разворачивал ее, тянул к себе, словно умолял стать на миг той, которая ушла в вечность.

Они не заметили, как для их пары освободили центр зала, как прочие гости отошли к стенам, любуясь их танцем. Как музыканты вновь завели ту же самую мелодию, давая им возможность пройти ещё один круг, в яростном не то сражении, не то соитии.

На последних тактах Кира почти висела на князе, а он нежно покачивал ее, целуя затянутую в перчатку руку. Когда музыка смолкла, с минуту в зале стояла почтительная звенящая тишина, а потом грохнули аплодисменты.

— Ваша светлость. Ваша светлость! — из толпы вынырнул знакомый шустрик в мятом котелке, с блокнотом в руках: — Скажите, вы решили представить обществу Новой Башни будущую княгиню?

Алистер вздрогнул, волшебство развеялось. Кира в панике дернулась, но вампир невозмутимо удержал ее и холодно ответил вестнику:

— Леди д’Анкур оказала мне честь, прибыв на этот бал в моем обществе. Не более того.

Вновь заиграла музыка, на этот раз веселая, и князь неторопливо повел девушку к приоткрытому окну.

— Простите, лорд Алистер, я не успела вас предупредить, — расстроено сказала Кира. — Госпожа Вольф предположила, что меня сочтут вашей… невестой.

— К сожалению или к счастью, те, кто выдумывает о вампирах различные слухи, абсолютно не знают, как проходит истинное представление княгини. Зачем бы я стал представлять свою невесту или жену людям, драконам и оборотням? Первую леди клана представляют клану! — Лицо вампира снова стало невозмутимым и отстраненным, словно он спрятал чувства за маской. — Но это не важно, леди Лоретта. Главное, у нас все получилось!

— Что получилось? — не поняла Кира, а через секунду спохватилась: — Лаусиэль Галендан был в зале?

— Был, — безмятежно продолжил вампир, — и его так увлек наш танец, что мой помощник сумел подменить нужный перстень на его пальце.

— Ура! — вскликнула Кира чуть громче, чем следовало, но тут же прикрыла ладошкой рот и уставилась на князя расширенными глазами. — А он не заметит подделку? Все-таки Галендан сильный маг!

Князь развернул девушку к залу и указал на дальний стол, вокруг которого с постной миной шатался знакомый Кире вампир. Тот самый, что был секундантом на дуэли.

— Это Максимильян, мой штатный маг. Он способен увидеть суть предмета или живого существа сквозь иллюзии любой сложности. И может ее скопировать. Новый перстень нашего друга-эльфа — его работа и ничем не отличается от оригинала. Это точная копия с одним небольшим нюансом.

— Каким?

— Она не способна вернуть тело профессору. Но Галендан об этом вряд ли узнает. Для него перстень как был накопителем, так и остался. Правда, ради такого дела мне пришлось пожертвовать любимым рубином, но чего не сделаешь ради общего дела, — театрально вздохнул вампир.

— Почему именно им?

— Потому что в перстень профессора вставлен рубин. — Алистер кивнул на арочный вход, поддерживаемый двумя колоннами из малахита. — Здесь не работают никакие иллюзии. Когда Галендан вошел, иллюзия с его перстня тоже слетела. Вставь мы в подделку любой другой камень, он бы сразу заметил.

Князь говорил вполголоса, а сам улыбался и кивал проходящим мимо знакомым. Кира, счастливый как болванчик, повторяла за ним. При этом она чувствовала руку вампира, которой тот, словно забывшись, поглаживал ее по спине.

Поглаживание было легким, но приятным, а ещё от Алистера шел обалденный запах. Кира поймала себя на том, что хочет уткнуться носом в его камзол и вдохнуть полной грудью.

Она слегка отодвинулась, прижала ледяные ладони в перчатках к пылающим щекам, и с дрожью спросила:

— Значит, мы можем уже уходить?

— Не стоит спешить, — князь сделал вид, что ничего не заметил, — это может вызвать подозрения. Давайте ещё побродим среди гостей, дождемся выбора короля и королевы бала, и разрезания ими традиционного “пирога урожая”, а вот потом сможем уехать. Наш уход не должен выглядеть бегством.

Кира печально кивнула. Танец сожрал столько эмоций, столько душевных сил, что она с трудом скрывала зевоту. Хотелось приткнуться в укромном уголке и подремать, лишь бы позволили.

Но пришлось прогуливаться под ручку с князем вдоль окон, отвечать на вопросы и поддерживать вежливые разговоры о погоде и урожае.

Потом ее пригласил на танец какой-то смелый оборотень из службы префекта, и она честно оттоптала ему ноги. Закрывал бал Белый танец — нововведение госпожи Лизаветы. И Кира, с молчаливого согласия Алистера, выбрала Галендана.

Эльф сморщился, но отказать ей не смог. Это считалось верхом неприличия. Держа партнершу двумя пальчиками, он вел ее так, точно боялся испачкаться.

Кира наивно хлопала ресницами, бурно вздыхала и всячески делала вид, что глупая человечка без ума от эльфийской красоты. Под конец Галендан даже милостиво ей улыбнулся. Но когда он провел ее на место, иномирянка еле сдержалась, чтобы не вытереть руки.

— Вы отлично смотрелись, — поддел ее Алистер, подавая чашу с пуншем.

— Не начинайте! — фыркнула Кира.

Вскоре объявили короля и королеву бала — юную оборотницу и такого же юного человека. Немного нескладных, но сияющих от счастья. Гости дружно спели гимн урожаю, и тогда слуги вынесли к двум “тронам” блюдо с пирогом. Кира прежде не видела ничего подобного, поэтому ее грызло любопытно. Князь легко раздвинул толпу, помогая девушке подвинуться ближе, и объяснил на ухо значение этой традиции:

— Этот древний обычай оборотни переняли от людей. Для тех сбор урожая всегда был важной вехой в жизни. Пирог символизирует достаток, изобилие, а еще это своеобразное гадание. Вот смотрите, сейчас король будет нарезать пирог на маленькие кусочки, а королева раздавать. В каждом кусочке будет предсказание.

— Неужели пирог начинен бумагой? — удивилась Кира.

— Что вы. Нет! Но в нем перемешаны самые разные начинки. Я точно не знаю, как это делают, но вкус у разных углов пирога разный. А еще в него запекают монетки, серебряные фигурки и прочую мелочь. Хотите узнать, что приготовила вам судьба?

Кира колебалась, а вампир уже решительно проталкивался ближе к тронам, ведя ее за руку.

— Ваше Величество, — он поклонился вихрастому юнцу в криво сидящей короне, — эта прекрасная леди желает получить кусочек пирога!

Мальчишка не стал тянуть. Ловко отделил квадратик, плюхнул на подставленную “королевой” тарелочку и протянул Кире:

— Изобильного года, леди!

Чуть смутившись, девушка приняла угощение и отошла в сторону.

— Что теперь с ним делать? — спросила она вампира.

— Есть! — ответил он, вручая ей вилку.

Кира осторожно отломила кусочек и отправила в рот, молясь, чтобы не сломать зубы. Пресное тесто и жгучая начинка напомнили ей о юге. В следующем кусочке оказалось мясо. Потом — сладкая ягода. Все было вкусно, но очень непривычно. А потом ей попалось кольцо. Самое обыкновенное гладкое кольцо. Серебряное.

— А вот это уже интересно! — вампир рассмотрел находку, — Кажется, вас ждет замужество, леди д’Анкур.

ГЛАВА 20

— Замужество? — невольно сглотнула Кира.

Выходить замуж в ближайшие десять лет она точно не собиралась!

— Ваш жених ведь человек? — уточнил вампир.

— Это важно? — в свою очередь спросила девушка.

— Видите ли, драконы во время обетов дарят будущей матери гнезда фигурку дракона из драгоценного камня, в цвет зверя жениха. Оборотни ставят метку, внешние признаки брака у них другие. А люди — обмениваются кольцами. Простыми гладкими кольцами, точно такими, как это.

— А вампиры?

Кира поборола смущение и поспешила отвлечь князя от того факта, что обитательница этого мира не знает брачных обычаев.

— Вампиры… вам необязательно это знать, но вампиры меняются заколками.

— Заколками? — девушка обратила внимание на собранные в хвост волосы своего спутника.

— Да. Вдовец выпускает одну прядь слева. Холостяк — справа. Юноши носят волосы распущенными или стягивают шнурком.

— А девушки? — Кире стало любопытно, к тому же нужно было ещё немного побыть в зале, чтобы усыпить подозрения.

— Точно так же, — пожал плечами Алистер, — незамужние носят волосы распущенными, или собирают в косу, но оставляют прядь.

— Очень интересно, — кивнула девушка, доедая пирог.

Последний кусочек был сладким. Душистым. Таким вкусным, что она от восторга прикрыла глаза и даже слегка прищелкнула языком.

— Кажется, этот пирог обещает вам самый счастливый брак, — задумчиво сказал вампир. — Пойду-ка и я потребую кусочек выпечки!

— Вы же не сможете ее есть! — удивилась Кира.

— Зато смогу узнать ее вкус, — пожал плечами Алистер, — и получу свою игрушку.

С самым решительным видом он вернулся к тронам, пристроился к галдящей толпе и получил свой кусочек пирога одним из последних.

Кира хвостиком следовала за ним. С одной стороны она боялась остаться без защиты его ауры, а с другой: ей было любопытно узнать, что ждет вампирьего князя. Она без стеснения заглянула в его тарелку. Алистер деликатно, самым кончиком языка пробовал начинку и морщился:

— Горькие травы! С той поры как Белинда болеет, я все время ощущаю на языке их привкус. Кажется, даже воздух в доме горчит!

— Первый кусочек словно напоминает о прошлом, — задумчиво сказала Кира, — у меня сложилось именно такое впечатление, когда я его откусила.

— Да, кажется полностью это звучит “прошлое, настоящее и будущее”, пирог советуют откусить именно три раза, — задумчиво отозвался вампир, отламывая от кусочка почти треть. — Теперь попробуем настоящее. Хм, это явно лучше. Уже не горчит, немного пряно и пахнет… Белиндой.

— Белиндой? — удивилась Кира.

— Она любит аромат этой специи, ваниль, если не ошибаюсь.

— Значит, вашей дочери станет лучше! — ободряюще улыбнулась иномирянка.

Князь решительно раскрыл последнюю часть пирога и деликатно разворошил ее вилкой. Из теста выпал маленький темный предмет, похожий на булавку. Отодвинув его, Алистер коснулся начинки кончиком языка и застыл как недавно Кира. Девушка и сама замерла, рассматривая мужчину, который сидел с абсолютно несвойственным ему выражением лица.

Когда вампир отмер, она осторожно спросила:

— Вам не понравился вкус?

— Он был… божественным! — глухо выдохнул Алистер.

Он аккуратно шевельнул вилкой странную загогулину, выпавшую из пирога, и озадаченно нахмурился:

— А это что?

Кира присмотрелась и ответила:

— Шпилька. Женская заколка. Человеческая.

Да, это была обыкновенная шпилька. Без всяких украшений, из простого металла.

— Хм… — многозначительно выдал вампир. — Похожа на те, какими у нас женихи скрепляют фату невесте.

Он отвел глаза, вынул из кармана белоснежный платок, протер безделушку и сунул в карман.

— Пирог раздали, можно уходить! — сообщил, ставя тарелку на подоконник.

— Хорошо, — Кира не стала спорить, ей и самой хотелось уйти. — Перстень у нас, теперь нужно решить, что делать дальше.

— В экипаже, — отрезал князь.

Кира спорить не стала.

* * *

Алистер подсаживал свою спутницу в коляску, когда к нему, чуть пошатываясь, подошел один из гостей, раскланялся, почти упал, потом еще раз раскланялся и ушел.

— Ну вот, — сказал вампир, когда колеса застучали по мостовой, — перстень с руки декана у меня в кармане.

— Не может быть! — восхитилась Кира, разглядывая влажно блеснувший в полумраке камень. — Но вы же говорили, он у Максимилиана. Как ему вообще удалось провернуть этот трюк?

— Да, было непросто, — хохотнул князь, откидываясь на спинку диванчика, — Максимилиану пришлось наложить на себя иллюзию прекрасной эльфийки и явиться к господину декану за зельем от веснушек. Знаете, многие эльфийки страдают от них и втайне пользуются различными притираниями, но ни за что не признаются в этом. А декан, оказывается, еще тот прохвост. Мой маг еле отбился от приглашения на свидание, но ручку все же позволил поцеловать.

— Бедный Максимилиан! — ахнула девушка и рассмеялась, представив эту картину.

— Да, бедняге крупно повезло, что Галендан не стал настаивать на продолжении знакомства. Но главное, Максимилиан сумел снять магический слепок с нужного нам перстня. А остальное уже дело техники. Подменить перстень прямо на пальце по силам любому карманнику. Тем более, если внимание жертвы намертво приковано к одной страстной паре.

— Но когда Галендан вышел из зала… Ох, — заволновалась иномирянка, — он точно не заметит подделки? — Максимилиан воспроизвел и сам перстень, и магические плетения на нем с исключительной точностью, — заверил Алистер. И, немного подумав, добавил: — Правда, то что мы сделали, абсолютно незаконно. Если наш план провалится, я буду отрицать свою причастность.

Он серьезно глянул на Киру:

— Простите, леди, но я беспокоюсь о дочери.

Девушка выдержала его взгляд:

— Я вас понимаю.

Но в сердце кольнула досада: вот, значит, как. Вампир помогает, пока ему выгодно. Не нужно льстить себе мыслью, что они стали друзьями. Добыча и хищник не могут дружить. Впрочем, она ведь тоже не набивается в друзья к пирожным, которые уплетает за обе щеки.

— И что теперь? — откинув романтические бредни, она направила разговор в нужное русло. — Кольцо у нас, значит профессор вернет свое тело, сделает лекарство для Белинды и сможет сам свидетельствовать против декана?

— Не все так просто, — вздохнул князь. — Поскольку перстень мы украли, он не может быть уликой или доказательством в суде. Мало ли, где Галендан его взял? Может, нашел на улице.

— Но… зачем тогда наложил иллюзию? — попыталась возразить Кира.

— Цвет камня не понравился! — с легкой усмешкой парировал ее собеседник. — Накопитель большой, удобный, а перекрасить камень для сильного мага пустяк. К тому же эльфы такие эстеты!

— В общем отбрешется, — сделала она простецкий вывод.

— Несомненно.

— И как же нам быть?

— Для начала вернуть перстень профессору, — хищно улыбнулся вампир, — и спровоцировать декана. Пусть сам раскроет себя!

* * *

К дому профессора вампир и леди-детектив подъехали в молчании. Алистер помог Кире выйти из экипажа, проводил до крыльца и получил приглашение зайти.

— Леди, — замялся статный красавец, сияя в темноте белоснежной сорочкой и клыками, — уже поздно для визитов…

— Князь, — нарочито усталым тоном отозвалась девушка, — хватит церемоний. Вы же хотели вручить перстень профессору? Вот и сделайте это.

Несколько обескураженный, Алистер поднялся на крыльцо и вошел в дом следом за “Лореттой”. В холле было тихо и темно, только на тумбе у входа теплился шарик магического светильника.

Киру охватила усталость. Она вяло хлопнула в ладони и объявила:

— Профессор, у нас гости. Мы раздобыли ваш артефакт!

В глубине холла, у подножия лестницы возникло голубоватое свечение. Оно медленно и пугающе приближалось, становилось все больше и ярче, пока, наконец, не обрисовало фигуру профессора. А затем, словно с горки, кинулось вниз и элегантно затормозило рядом с Кирой.

— Действительно, призрак! — не удержался от возгласа князь и протянул руку.

— Ваше темнейшество, — строго-укоризненным тоном отозвался Рильон, — не стоит.

— Простите, профессор! — опешил тот. — Позвольте вернуть ваш артефакт!

Алистер вынул из кармана перстень и протянул его призраку на раскрытой ладони.

Марсель сделал несколько пассов, стряхивая с ювелирного изделия постороннюю магию. На глазах у пораженных свидетелей камень в перстне налился насыщенно алым цветом и запульсировал.

— Иди ко мне, мое сердце! — хриплым от волнения голосом позвал алхимик.

Перстень взлетел с ладони вампира и впечатался пламенеющим рубином в призрачное тело призрака, в центр груди.

Кира ойкнула, боясь, что он пробьет в нем дыру. Алистер зашипел, видимо, по той же причине. А профессор только негромко вскрикнул и стал наливаться цветом.

Миг ожидания — и вот уже посреди холла стоит сам профессор Марсель де Рильон, живой и здоровый. Знакомый перстень с алым камнем блеснул на безымянном пальце его левой руки.

Алхимик повел плечами, потянулся, разминая мышцы новообретенного тела, а затем изящно склонился:

— Благодарю вас, князь. Благодарю вас, прекрасная Лоретта! Вы даже представить не можете, что сделали для меня!

Он взял Киру за руку и поднес к губам ее дрожащие пальцы. Горячие губы профессора обожгли девушку сквозь ткань перчатки и заставили смутиться. Она почувствовала, как вспыхнули щеки, и поспешно пробормотала:

— Не стоит благодарностей. Вы же знаете, я…

Договорить не успела. Из темного угла на профессора с громким воем кинулись мантикоры. А посреди холла вдруг повалил синий дым, материализуя Джайну.

— Марсель! — вскликнула джиния. — Ай, глупые кошки!

Одна из мантикор попыталась цапнуть ее, потом прыгнула на вампира. Тот стремительно увернулся от новой опасности и прикрыл Рильона собой.

Профессор же, не теряя времени и не обращая внимания на поднявшийся шум, подхватил Киру на руки. Он закружил девушку, прижимая к себе и с восторгом ловя ее взгляд.

— Невероятно. Просто невероятно! — шептал алхимик, глядя на Киру сияющими глазами. — Это потрясающее чувство, ощущать ваш вес, ваше тепло, биение вашего сердца и даже запах! Все, что недоступно бесплотным призракам.

— Разве вы не ощущали все это, когда танцевали со мной? — девушка затрепетала ресничками. Ее вдруг охватило желание пококетничать, чего давно не случалось.

— Разумеется, нет. Тогда была магия, а сейчас я держу вас в своих руках!

Он остановился посреди холла. Кира почувствовала под ногами твердый пол, но почему-то не торопилась разрывать объятия. Наоборот, замерла, понимая, что тонет в кристально синих глазах мужчины.

Руки у Рильона были сильными, крепкими и очень горячими. А сам он выглядел даже моложе, чем на портрете в досье. В чертах его лица прослеживались следы южной крови, а волна темных волос элегантно скрывала первые морщины на лбу. Будь он переселенцем с Земли, Кира решила бы, что профессор испанец или аргентинец. Но и без этого он был безумно хорош.

Ей вдруг захотелось его поцеловать. Вот так, ни с того ни с сего. И узнать, растет ли у него щетина, как у всех нормальных мужчин. Потому что гладкая кожа драконов, вампиров, эльфов и прочих порядком поднадоела.

Привстав на цыпочки, Кира мимолетно коснулась губами его щеки. Марсель дернулся, его губы мазнули по губам девушки, превращая случайное касание в поцелуй.

— Леди, — смутился профессор, разжимая объятия.

Покрасневшая и смущенная Кира опустила глаза.

— Ох, я такая неловкая… — Я готов простить вам эту неловкость, леди Лоретта!

Чужое имя разбило иллюзию. Спустило с небес на землю.

Ну правильно, все видят Лоретту, а не Киру, все восхищаются Лореттой — не Кирой. Она всего лишь самозванка, натянувшая чужое лицо вместо маски.

Восторг схлынул, накатила усталость. Кира натянуто улыбнулась:

— Пожалуй, мне пора спать.

— Ох, теперь ведь еще придется решать вопрос с жилплощадью! — подлетела Джайна.

— А чем тебе этот дом не подходит? — нахмурилась иномирянка.

— Ну как же! Вы молодая, незамужняя леди. Теперь, когда профессор вернулся, вы не можете оставаться с ним под одной крышей! Это недопустимо!

— Так может, воспользуетесь моим гостеприимством? — с другой стороны приблизился князь. — Мой особняк достаточно вместительный, а Белинда только обрадуется такому соседству.

Кира открыла рот, собираясь ответить. И в этот момент в дверь постучали.

ГЛАВА 21

Веселье прервали оборотни-охранники. Непонятный шум, поднявшийся в доме поздним вечером, заставил их напрячься и деликатно постучать во входную дверь.

В холле установилась мертвая тишина, и вся компания опасливо переглянулась. Даже котята, почувствовав бродившее в воздухе напряжение, перестали дурачиться.

— Кажется, у нас гости, — первым отмер вампир.

Кира поспешила воспользоваться ситуацией и отойти от Рильона:

— Пойду, открою. Наверняка это Ульф и Хурт.

Профессор уставился на входную дверь как на врага и ворчливо проговорил:

— Нет уж, позвольте, это сделаю я.

Джайна мгновенно исчезла, прихватив с собой синий дымок. Бывший призрак махнул рукой, уничтожая следы ее присутствия, и только тогда рывком открыл дверь.

Не ожидавшие этого оборотни отшатнулись и в полном недоумении уставились на хозяина дома.

— Профессор? Э-э-э… — Хурт растерянно поскреб черепушку.

— Разве вы не пропали? — пробасил за братом Ульф.

Он втянул носом, не веря своим глазам. Но обоняние утверждало, что перед ними стоит профессор алхимии Марсель де Рильон собственной персоной.

— Добрый вечер, господа! — алхимик был сама любезность. — Это действительно я. Или вы сомневаетесь?

Он элегантным жестом расправил кружевное жабо.

— Нет, но как вы здесь оказались? — вмешался Хурт, который никак не мог вывести логическую цепочку.

Он ведь своими глазами видел, что кроме леди Лоретты и вампира в дом никто не входил!

— Магия, господа! — отрезал Рильон строгим “профессорским” тоном. — А сейчас я прошу прощения, у нас есть дела!

Парни отступили. Марсель закрыл дверь и повернулся к девушке, замершей в луче света:

— Леди д’Анкур, полагаю, нам нужно решить, как сообщить миру о моем возвращении.

— И как наказать декана! — напомнила Кира, беря себя в руки.

Реальный, живой профессор из крови и плоти оказался куда притягательнее, чем его призрачный вариант. Кира с неудовольствием поняла, что самым бессовестным образом млела в его руках! И этот случайный поцелуй…

А был ли он случайным? Или ей так хочется себя оправдать за минутную слабость?

Прикосновение его теплых и мягких губ все еще горело у нее на губах. Когда в последний раз ее целовал мужчина?

Кира уже не могла припомнить.

— Ваша светлость, — Рильон с трудом оторвал взгляд от зардевшейся “Лоретты” и повернулся к Алистеру, — присоединитесь к обсуждению? Нам понадобится ваш проницательный ум.

Тот ответил легким кивком.

Все, включая мантикор, переместились в гостиную, где Джайна уже разожгла в камине огонь. Стоило троим заговорщикам занять кресла вокруг овального столика, как с легкой руки джинии на него опустился узорчатый платок. Затем появились маленькие узорные чашечки, кувшин с вином, фрукты, жареное мясо, рис с овощами, сладости…

Всего минута — и вот уже богато накрытый стол соблазняет всех ароматами восточной кухни.

Сама Джайна материализовалась возле стола.

— Прошу вас, подкрепите свои силы, — она манерно, точно восточная гурия, поклонилась.

— Думаю, поздний ужин не повредит нам всем, — одобрительно кивнул Рильон.

— Для вас, князь! — джиния с поклоном поставила на стол кубок с водой.

— Из Светлого леса? — удивился вампир, сверкнув алым взглядом.

Джайна скромно потупилась:

— Не совсем. Из запасов профессора.

Кира запоздало сообразила, что князь Ночи изрядно устал на балу и ему не мешало бы подкрепиться. Но откуда у Марселя вода из эльфийских источников?

К счастью, он сам пояснил:

— Прежде, когда его светлость приходил ко мне за новой порцией зелья для дочери, мы частенько выпивали с ним по бокальчику. Он — эльфийскую воду, ну а я кое-что покрепче. Даже не думал, что в погребе еще что-то осталось.

— Семнадцать бутылок воды, — отчиталась Джайна, — и двадцать две вина. Но, думаю, вина было больше, просто его кто-то стащил. В некоторых нишах слой пыли совсем незаметный, будто бутылки взяли недавно.

— Арда? — машинально выдала Кира.

Ведь кроме старой служанки в дом никто не входил.

— Хм… — отозвался Рильон.

— Ваша служанка тащила у вас не только вино, — фыркнул Алистер, наблюдая, как на лице алхимика проступает обескураженное выражение. — Уверен, при тщательной ревизии, вы недосчитаетесь кое-каких ценных вещей.

— Но зачем ей это?! Я знаю Арду как уважаемую вдову и щедро платил ей за услуги!

— Может, не вы один.

— Князь, объяснитесь, — вмешалась Кира.

Вампир хмыкнул, откинулся на спинку кресла с бокалом в руках, сделал глоток, зажмурился, всем своим видом показывая, что наслаждается моментом. И только после этого заговорил:

— Вы же знаете, у меня чуткий слух. А еще острый глаз. Я тут как-то следил за господином Галенданом и случайно наткнулся на вашу служанку. Мне показалось странным, что она отирается возле эльфийского ресторана. Это слишком дорогое заведение для нищей старухи. Но ещё больше я удивился, когда наш декан с ней заговорил. Конечно же я навострил уши!

Князь сделал эффектную паузу.

— И? — подалась вперед Кира.

— И? — нетерпеливо воскликнул Рильон.

— Она сказала ему, что леди Лоретта отказалась от ее услуг. Эльф ее отругал! Обозвал бесполезной старухой.

— Арда! — простонала иномирянка.

— Вы уверены, что это был Лаусиэль? — недоверчиво переспросил профессор.

— Без сомнений. Я два часа проторчал в забегаловке напротив, высматривая, когда он уже выйдет из ресторана, и шел за ним до самого дома.

— Но почему вы решили за ним следить?

Алистер развел руками:

— Признаюсь, когда я узнал, что господин Галендан причастен к вашему исчезновению, то не поверил в историю с призраком и кольцом. Я решил сам все выяснить. Но эта встреча со служанкой убедила меня: он тоже не знает где вы и очень боится, что вы вдруг объявитесь.

— Значит, Арда доносила ему обо всем, что творится в доме, — устало вздохнула Кира. — А я так переживала, что уволила ее. Ваша светлость! — встрепенулась она и уставилась на вампира расширенными глазами. — Это что же получается? Галендан наверняка знал, что мы с вами вдвоем прибудем на бал?

— Ну разумеется, — сыто облизнулся князь Ночи. — Но вы были неподражаемы, моя радость. Лаусиэль, как и все присутствующие, решил, что у нас с вами роман.

От этих слов на скуле профессора дернулась жилка, но этого никто не заметил.

* * *

Обсуждение дальнейших планов получилось бурным.

Алистер считал, что профессор должен немедля бежать в лабораторию, чтобы изготовить лекарство для Белинды.

Сам Марсель де Рильон пылал праведным гневом и мечтал отомстить декану за погубленную лабораторию и свою репутацию.

Кира тихо радовалась, что ее задание выполнено. Почти. Еще следовало предоставить Рильона общественности и объяснить его исчезновение.

Хорошо, что не слишком сообразительным оборотням не пришлось ничего объяснять. Но вряд ли этот номер пройдет с префектом Вольфом или капитаном Вегардом.

Кстати, а куда исчез капитан? Кира вспомнила, что давненько его не встречала. Кажется, последний раз они виделись еще перед дуэлью, на которой он так и не появился.

Впрочем, какое ей дело до того, куда он пропал? Ей бы со своими проблемами разобраться!

— Господа! — прервала она мужчин. — Нам нужна легенда!

— Легенда? Сказка? — не поняли ее.

— Я так понимаю, что обвинить представителя другого государства в похищении артефакта с целью наживы у нас не получится?

— Почему не получится? — возразил профессор. — Я сам могу свидетельствовать против Галендана!

— Неужели? — насмешливым тоном остановил его князь. — И расскажете всем, что вы приблудная душа без тела?

Рильон побледнел и почти сравнялся по цвету с манишкой своей рубашки.

— Как давно вы догадались?

— С той минуты, как леди Лоретта сказала про перстень.

— Это исключено, — воскликнула Кира. — Если кто-то узнает, что профессор на самом деле дух, а не человек, то суд потребует для него принудительного развоплощения! А этот проныра ещё и медаль получит. За храбрость! Ну как же, великолепный Лаусиэль Галендан, рискуя собственной жизнью, пытался остановить приблудную душу, проникшую в наш мир из других измерений! — зачитала гнусавым тоном и закатила глаза для пущего эффекта.

На самом деле ей было совсем не смешно. Кто знает, что будет, если кто-то узнает и ее маленькую тайну? Например, тот же Алистер. Ведь теперь, когда профессор найден, она сама не так уж нужна вампиру.

— И выйдет ваше слово, против его, — с мрачным удовлетворением резюмировал Алистер. — Лаусиэль Галендан уважаемый эльф, декан академии.

— А академия не подчиняется городским властям.

— Эльфы не позволят судить соотечественника. И мне не хотелось бы снова вас потерять, профессор.

Все приуныли. Вроде и перстень вернули, и профессор спасен. Но по факту продолжают топтаться на одном месте.

— Хотите сказать, что ничего сделать нельзя? — угрюмо пробормотал Рильон.

— Ну почему же, — мягким тоном ответила Кира, представляя, что уговаривает капризного поставщика. — Для этого нам и нужна легенда.

— Вы правы! — поддержал вампир, — И эта легенда должна быть достоверной!

— Тогда… — Марсель де Рильон нахмурился, покрутил на столе чашечки, словно пробирки, перелил вино из одной в другую и заговорил: — Завтра я появлюсь в Академии. Как обычно. Загляну в деканат, напишу объяснительную. Если будут расспрашивать, скажу, что меня похитили из лаборатории и держали в каком-то подземелье. А вы, леди Лоретта, и вы, ваша светлость, меня спасли. Думаю, этого будет достаточно. С остальным пусть разбираются блюстители порядка. Мне разгромили лабораторию, я должен взыскать убытки!

— Ваше появление может спровоцировать Галендана, — кивнула Кира, — но нам это и нужно. Особенно, свидетели его необдуманных поступков. А ещё хорошо бы уведомить капитана Вегарда. Он с самого начала вел это дело.

— Есть только одна проблема, — вставил ремарку Алистер и отсалютовал бокалом. — Вегарда в городе нет. Говорят, он занят новым делом, связанным с похищением одной известной персоны. Но подробности хранят в тайне, мне о них не известно.

— Значит, — подытожила Кира, — будем справляться собственными силами.

Обсуждение деталей под эльфийскую воду, вино и зеленый чай переместилось ближе к камину. Котята давно объелись и уснули, Джайна приглушила светильники и настроила музыкальный кристалл на негромкое звучание. Повинуясь приказу хозяйки, она переместила из спальни папки с личными делами подозреваемых и студентов. Ночь близилась к концу. Рассвет медленно вползал в окна, неся с собой новый день, а с ним и большие перемены, которые всколыхнут тихий торговый город.

— Похоже, дело закрыто, — со вздохом резюмировала Кира и захлопнула папку. — Имена грабителей известны, их нанимателя тоже. Перстень я вам вернула, Марсель. Остается только сочинить в префектуру правдоподобный отчет и избавиться от этого.

Небрежным жестом иномирянка подвернула рукав и продемонстрировала тонкую вязь клятвенного узора. Она удивленно потерла его — ощущения вдруг стали малоприятными.

— Ах да, — вспомнил профессор. Он щелкнул пальцами и произнес: — Клятва выполнена!

Узор на руке девушки вспыхнул, превратился в золотистую дымку и медленно испарился.

— Простите, что пришлось использовать печать.

Марсель виновато улыбнулся и кончиками пальцев коснулся чувствительного запястья Киры, словно повторяя затейливый узор.

— Однако, это еще не конец! — вмешался вампир. — Профессор, ваше открытие слишком многим мозолит глаза. Вещество, которое вы открыли, сулит неслыханные богатства любому мало-мальски опытному алхимику! Вы же понимаете, что процесс уже запущен! Уберем Галендана, придет кто-то другой. Даже я не прочь отдать свое бессмертие за формулу этого вещества!

— Кстати, — Кира в упор взглянула на Рильона, — вы мне тоже кое-что обещали!

В ответ на ее напоминание на руке бывшего призрака нехотя засветился узор клятвы. Марсель вздохнул:

— Да, что-то такое припоминаю. Ладно, по крайней мере одну проблему мы можем решить. Зовите этого пройдоху-вестника. Как его там?

— Тита Данасия? — улыбнулась Кира.

— Да, — поморщится Рильон, — пригласите сюда и скажите, что его ждет сенсация.

— Джайна! Подай, пожалуйста, перо и бумагу!

Кира догадывалась, что задумал профессор, и была рада помочь. Потратив несколько минут на записку, она вышла на крыльцо, укрытое холодной росой, и позвала скучавших охранников:

— Господа! Прошу вас доставить это письмо в редакцию “Новобошенских новостей”!

Девушка старалась говорить строго, при этом старательно сдерживала зевок.

— Доставим, леди д’Анкур, — хором пробасили волки.

С чувством выполненного долга Кира отправилась спать. За ней синей дымкой стелилась джиния. Рильон и Алистер остались в гостиной, обсуждать дальнейшие планы.

Уже лежа в кровати, девушка с грустью улыбнулась их голосам: скоро наступит время прощанья. Вряд ли ей стоит здесь задерживаться. Не надо испытывать судьбу дольше, чем требуется, она и так была благосклонной к попаданке.

Но думать об этом сейчас не хотелось. Пусть все идет своим чередом.

ГЛАВА 22

Тит Данасий не подвел — явился к вечернему чаю. К этому времени Кира успела хорошо выспаться, а маг и вампир прикончить по бутылочке вина и эльфийской воды под приятную беседу.

— Леди д’Анкур, целую ваши ручки! — раскланялся вестник, едва вошел в дом. — Скажите, неужели это правда? Вы нашли профессора Рильона?

Кира сладко улыбнулась журналисту и кивнула на накрытый стол:

— Чистейшая. Присаживайтесь, уважаемый, сейчас мы вам расскажем, как это случилось!

— Мы? — Тит закрутил головой, ведь в гостиной были только он и леди д’Анкур.

Но тут со стороны дверей послышалось легкое покашливание, шаги, и вот уже на пороге появился князь Алистер. А следом за ним в гостиную вошел Марсель де Рильон.

— Профессор! — прошелестел Тит непослушными губами и бухнулся в кресло. — Это действительно вы?

Вскочив, он подбежал к алхимику и уставился во все глаза.

— Вы не против? — протянул к нему чуть дрожащую руку.

— Да, пожалуйста, — Марсель с самым безразличным видом позволил себя пощупать.

— Сенсация! — шелестел вестник, бегая вокруг него и то касаясь, будто не веря, что видит профессора во плоти, то принюхиваясь. — Сенсация! Просто невероятно! Это такой скандал!

— Да в чем дело-то? — не выдержала Кира и остановила бессмысленную беготню.

Тит замер на месте, затем развернулся к ней на каблуках и одним махом выпалил:

— Вы не поверите! Но у меня были сведения, что профессора нет в живых!

— Э-э-э? — глубокомысленно выдал сам профессор.

— А можно узнать, кто вам это сказал? — вкрадчиво поинтересовался вампир и подступил к Титу поближе.

Вестнику явно не понравился заинтересованный блеск алых глаз, и он поспешно отклонился. Но все же признался:

— В редакцию пришло письмо от неизвестного! Он ссылался на проверенный источник.

— Ах, опять этот неуловимый Аноним! — мурлыкающим тоном отметил Алистер и сделал ещё шаг к бедняге. — Пора бы научить его манерам.

— Н-нет-нет! — воскликнул тот немного дрожащим тоном. — На самом деле нет никакого Анонима, это я его выдумал для большего эффекта. К нам в редакцию постоянно приходят новости, под которыми нет подписей. Вот, я и придумал печатать их под именем Анонима.

— Но вы же понимаете, что это не новости, а сплетни? — сухо осведомилась Кира.

— А что делать? — Тит развел руками. — Я же не виноват, что в этом городишке никогда ничего интересного не происходит. Вот и приходится сочинять на ходу, чтобы хоть как-то продать тираж.

— Сочувствую вашему горю, — Алистер сверкнул клыками и поинтересовался: — А та мерзкая статейка, бросившая пятно на честь леди Лоретты, не ваших рук дело? Или скажете, что это кто-то подбросил вам анонимно?

Тит побледнел. Вампир, наступая, уже загнал его в угол. Марсель стоял в стороне и с преувеличенным вниманием разглядывал свои ногти, а Кира даже не скрывала, что сердится.

— Н-но… — начал незадачливый журналист.

— Только не врите, — ухмыльнулся князь. — Я ложь нюхом чую.

Тит бросил быстрый взгляд на присутствующих и понял, что здесь ему никто ничем не поможет. Нервно смяв собственную шляпу, он с отчаянием воскликнул:

— Ну хорошо, хорошо! Я напишу опровержение! Этого достаточно, чтобы загладить мою вину?

— Нет, — улыбнулась Кира. — Вы сделаете для нас ещё кое-что.

— Что именно? — напрягся вестник.

Она передала ему листок, на котором заранее была составлена статья. Тит пробежался взглядом по строчкам и замер с открытым ртом.

— Но… но…

— Вы сделаете это для нас, — с нажимом повторил князь и склонился к нему так низко, что дыхание вампира пощекотало шею Данасия. — Иначе наше знакомство может стать более… близким!

Тит и так был белым как полотно. Казалось, побледнеть ещё больше физически невозможно. Но он умудрился. А ещё закатил глаза и начал медленно оседать на пол.

Алистер еле успел его подхватить.

— Слабые вестники нынче пошли, — хмыкнул Рильон.

Все трое переглянулись.

— Думаю, он сделает все, что нам нужно, — хихикнула Кира. — И никому ничего не скажет. Конечно, если не хочет познакомиться с князем поближе.

* * *

На следующий день “Новобашенские новости” вышли с кричащим заголовком, на который редакция не пожалела красных чернил: “Сенсационное возвращение профессора де Рильона!” Чуть ниже красовалась ещё одна надпись: “Тайна секретного ингредиента раскрыта!”

А дальше на первой полосе излагалась та самая “легенда”, которую Кира и Алистер придумали для Марселя. Профессор алхимии был похищен неизвестными из собственной лаборатории. Все это время он томился в плену в заброшенных катакомбах под Башней, но храбрая леди д’Анкур и не менее храбрый князь Алистер, рискуя собственными жизнями, сумели отыскать его следы и спасти.

Вернув свободу, гениальный алхимик решил обнародовать рецепт чудодейственного эликсира, ведь это именно он был целью похитителей. А леди д’Анкур в очередной раз доказала, что ей по зубам даже самое трудное дело!

Там же в статье шел список ингредиентов и пошаговый рецепт изготовления снадобья, с указанием всех пропорций.

Горожане раскупили тираж буквально за полчаса. Еще три раза редакции пришлось доставать из запасов бумагу и допечатывать по тысяче экземпляров, потому что каждый хотел сохранить для себя рецепт эликсира, который по свойствам не уступал драгоценной крови метаморфа. И, что удивительно, ингредиенты для этого зелья требовались самые простые. Вся соль была в их обработке!

Обнародование формулы взорвало и академию. Свидетели говорили, что декан алхимического факультета рвал на себе великолепные блондинистые локоны и сыпал такими проклятиями, что треть академического парка превратилась в мертвый лес. Охрана вывела его под белые руки и передала штатному лекарю, а тот диагностировал у декана тяжелый нервный срыв и на сутки погрузил беднягу в принудительный целительный сон.

Студенты прятали вырезку с рецептом в личные лабораторные дневники, ректор, похмыкивая, предсказывал скорое исчезновение из оборота компонентов зелья, зато аптекари и травники потирали руки — ни одна красавица не откажется от попытки сварить омолаживающее зелье из “крови метаморфа” на собственной кухне.

В общем, опубликованный рецепт в один миг вознес Новую Башню на вершину международных новостей. Слухи о нем проникли даже в соседние государства, и метаморфы, пригревшиеся под крылом драконьей владычицы, заволновались.

Еще бы не волноваться! Объявленные персонами нон грата в других королевствах, они нашли приют в Драконии. Правда, за этот приют приходится платить собственной кровью, но это такая мелочь! Небольшая кровопотеря никому не повредит, особенно, если в обмен на нее тебя обеспечат комфортным жильем и защитой.

А что же теперь? Если рецепт профессора и правда такой чудодейственный, то метаморфы станут вообще не нужны…

* * *

Выждав сутки, чтобы поулеглись страсти, Кира решила явиться в префектуру с отчетом. Она писала его целый день, вместе с Рильоном и под ехидные комментарии вампира. Выглядело это примерно так:

— Осмотр дома профессора показал наличие следов волочения у задней двери… — Кира проговаривала каждое слово и старательно царапала пером по недорогой рыхлой бумаге.

Профессор вставлял возмущенные ремарки:

— А лаборатория? Они разгромили мне лабораторию! Пишите, что меня похитили оттуда!

— Лоретта, пишите, что профессора украли дважды… частями! — ехидничал князь, потягивая эльфийскую воду.

Получив желанный рецепт, вампир засадил за приготовление лекарства для дочери своего личного алхимика, который нарадоваться не мог умненькому ассистенту-дриаду. А сам наглейшим образом напросился переночевать в доме профессора, ведь “незамужней леди неприлично оставаться наедине с холостым мужчиной!”

— Профессор! — утомленно вздохнула девушка. — Я описываю попытки вашей служанки вытащить из дома ценные вещи! Это вторая часть отчета!

— Ах, да! — отсалютовал бокалом вина де Рильон. — Укажите, что эта карга вынесла из особняка весь запас свечей, мыла и амулеты для розжига!

— А соль не прихватила? — насмешливо фыркнула Кира.

— Соль тоже украла! Ароматическую! Из ванной!

— Марсель, — протянул Алистер, — зачем вам ароматическая соль? Настоящий алхимик должен вонять бертолетовой солью!

— Князь, я же не спрашиваю, для чего вам женская заколка? — алхимик обратил внимание на украшение, которое вампир крутил в руках.

Алистер поджал губы и убрал безделушку в карман. Кира, пользуясь повисшей тишиной, дописала отчет и с облегчением отправилась одеваться.

* * *

До префектуры Кира добиралась в экипаже князя Ночи. Стоило девушке в сопровождении вампира войти в знакомое здание, как дежурный оборотень вытянулся и громко объявил:

— Леди д’Анкур, вас просят пройти к префекту!

Кира, конечно, удивилась такому вниманию, но, вспомнив про скандальный репортаж, отмахнулась от подозрений. Наверняка, префекту просто интересно узнать, как нашелся профессор.

— А капитан Вегард? — поинтересовалась она. — Он на месте?

— Никак нет, леди, — отрапортовал охранник. — Капитан на важном задании!

Пока Кира топала по лестнице к кабинету префекта, сам префект размышлял, сидя за рабочим столом.

После ошеломительной публикации в газете, бургомистр Новой Башни получил ноты протеста от эльфов, дриад, драконов и пережил несколько неприятных минут. Правители этих рас требовали немедля изъять из народа рецепт “крови метаморфа”, уничтожить весь тираж “Новобашенских новостей” и закопать секрет поглубже, передав отдельные экземпляры газеты представителям только их расы!

Не зная, что делать, бургомистр лично принес пухлую папку в дом госпожи Лизаветы и бухнул на стол:

— Я согласился управлять городом, а не это вот все!

Пришлось отпаивать его лучшим вином и задабривать копченым окороком. Все же господин Ланвернон знал свое дело, и город при нем процветал.

Когда он ушел, Инмар с женой перечитали ”ультиматумы” и не смогли удержаться от смеха. Ведь написаны они были практически одинаково, отличаясь лишь принятыми обращениями и мелкими деталями. В остальном и Владычица Неба, и Мать Леса, и даже Светлейший Владыка эльфов были единодушны: если оборотни и люди не отдадут им уникальный рецепт вместе с правами на производство и распространение этакой редкости, их расы покинут Новую Башню.

Лиза долго смеялась, потом посоветовала супругу “случайно” перепутать грозные ноты с собственными ответами и отправить их конкурентам-правителям. Вот и получил Владыка эльфов ультиматум от Матери Леса, а та — полное угроз письмо от венценосной драконицы. Сама же Владычица Неба пришла в неописуемую ярость, когда ей доставили высокопарную ноту протеста от эльфов.

Как с этим разбирались дипломаты трех государств — Инмару не доложили, но больше таких истерических требований в город не поступало.

Зато маговестник принес письмо от Флайвера.

Дракон настоятельно просил задержать Лоретту д’Анкур в Новой Башне любыми способами, но так, чтобы она ничего не заподозрила. А еще дракон выпросил в помощники Олафа Вегарда и пообещал держать префекта в курсе дела, но только после проверки какой-то важной информации.

Вот и сидел Инмар в своем кабинете, понимая, что у него нет никаких причин задерживать леди в городе. Она приехала, чтобы найти профессора — и нашла. Вот сейчас сдаст отчет и — свободна!

Помучившись некоторое время, волк решил подслушать, что творится в приемной. Он навострил уши и разобрал болтовню секретарш. Девушки обсуждали, прилично ли леди Лоретте оставаться в доме профессора, если хозяин нашелся. Молодой, холостой алхимик и просватанная невеста…

А еще эта сплетня про леди и князя Алистера. Неужели у них и в самом деле роман? Ой, а как отнесется к этому ее жених? Говорят, он богатый граф из Нентории…

— Леди д’Анкур, — префект выглянул в коридор, — зайдите! Вы принесли отчет?

— Да, господин Вольф, здесь все бумаги: описание сбора улик и результаты поиска.

Кира положила папку перед префектом на стол. Тот указал ей на кресло:

— Присаживайтесь.

Заглянув в папку, Инмар перелистнул несколько страниц, затем поднял взгляд на посетительницу:

— Очень хорошо! Все это будет передано в суд. И раз ваше дело завершено, то я хотел бы пригласить вас в гости на несколько дней. Вы понравились моей супруге, она будет рада повидаться с вами в неформальной обстановке.

Кира смутилась.

— Право, это лишнее, господин Вольф! — она постаралась отказаться от высокой чести. — Вы верно сказали, мое дело завершено. Я хотела бы уехать как можно скорее.

“Пока не привязалась к этому городу и одному харизматичному магу больше, чем нужно”, — пронеслось у нее в голове.

Но префект продолжал настаивать.

— Леди д’Анкур, — нахмурился он, — вам в любом случае придется остаться до суда. Наверняка судья захочет вызвать вас как свидетеля и задать пару вопросов.

— Если это необходимо…

Видя, что леди колеблется, волк надавил:

— Я знаю, вы не обращаете внимания на слухи, но раз уж господин де Рильон нашелся, вам теперь неуместно жить в его доме.

— Хм… надеюсь, в гостинице найдется свободный номер?

— Что вы, леди! Какая гостиница?! Что подумают о нашем гостеприимстве другие расы? Я приглашаю вас переехать в наш дом. Места всем хватит. Лизавете будет очень приятно, да и младшенький наш заинтересовался расследованиями!

Девушка нехотя сдалась. На самом деле ей очень нравилась Новая Башня и ещё больше понравился профессор Марсель. Но теперь, когда он обрел плоть и из призрака превратился в мужчину, его близость стала смущать ее больше, чем нужно.

А еще князь последнее время начал слишком настойчиво оказывать знаки внимания. Их договор о кормлении был аннулирован, но Алистер будто не заметил этого и продолжил опекать девушку всеми способами. Порой она ловила на себе его задумчивый взгляд. Вампир словно приценивался или что-то решал. При этом он крутил в руках шпильку, попавшуюся ему в пироге.

Да, префект прав. Если ей придется задержаться здесь еще немного, то лучше пожить отдельно. В гостинице. А вот в гости к землячке она с удовольствием сходит. Пусть даже Лизавета не знает, что Кира тоже с Земли.

— Хорошо, я останусь, — согласилась иномирянка. — Но только в гостинице и только до суда. Потом я сразу уеду. Мой жених… — она запнулась, пытаясь вспомнить имя этого жениха, но так и не вспомнила, — мой жених скучает без меня.

* * *

Пока Кира сидела в префектуре, Рильон надел свой лучший костюм и профессорскую мантию, нахлобучил на голову берет, взял подмышку портфель с лекциями и как ни в чем не бывало отправился в Академию.

Его появление произвело там фурор.

Стоило алхимику выйти из наемного экипажа, как его обступила толпа студентов. Спустя минуту к ним присоединились и преподаватели, проходившие мимо.

— Профессор Рильон, это вы! — летели недоверчивые крики. — Вы вернулись! Мы читали статью в газете и ваш рецепт. Это невероятно! Вы гений! Вы совершили беспрецедентный прорыв в алхимии!

Один из первокурсников пробился совсем близко и звонко крикнул:

— Профессор, а это правда, что вас похитили прямо из дома и держали в старом подземелье под Башней?

К воротам академии подъехала роскошная карета декана Галендана. Рильон приосанился, делая вид, что не заметил ее. Выдержал красноречивую паузу, поджидая, пока из экипажа покажется сам Галендан в мантии с серебром, и лекторским тоном произнес:

— Это не совсем точно. Меня похитили из лаборатории.

— А уже известно, кто это был? — уточнили в толпе.

— Разумеется, — важно сообщил профессор, отмечая, что декан алхимического факультета немного замедлил шаг, — это наши студенты. Маркус Торрус, Жеффруа Ламелье и Киф Руссан. Последний, кстати, единственный выживший. Надеюсь, суд будет к нему справедлив и не слишком строг, ведь его друзья погибли.

Декан приостановился позади толпы.

Рильон выжал скупую мужскую слезу и промокнул глаза батистовым платочком.

Над академией повисла траурная тишина.

Но вот кто-то крикнул:

— Да зачем им это?! Зачем студентам-выпускникам вас похищать? Здесь какая-то ошибка!

По толпе прошла волна возмущенного гула.

— Никакой ошибки. Вероятно, ребята поняли, что с такой жаждой знаний дипломы им не получить и решили добыть их другим путем, — назидательно пояснил Рильон. — Сначала они ворвались в мой дом, но их отпугнули ловушки. Бедный Маркус не успел защититься и умер, он был слишком слабым магом. Затем остальные двое напали на лабораторию, одурманили меня каким-то порошком и похитили. Я очнулся уже в подземелье.

Эта история полностью повторяла напечатанную в газете. Марсель два часа репетировал свою речь и мимику перед леди Лореттой и князем, чтобы все выглядело достоверно.

— Но как студенты-двоечники смогли справиться с вами, дипломированным магом?! — удивился один из профессоров.

— А вот это уже пусть суд выясняет. Но и так ясно, что у них был сильный покровитель. Киф задержан и сейчас дает показания, это только дело времени, когда он назовет имя.

Говоря, Рильон перевел взгляд на толпу, туда, где стоял Галендан. Но эльф уже отвернулся, всем видом показывая, что разговор его не касается, и направился к центральному корпусу. Только отороченная серебром мантия мазнула по плитам площади, поднимая облачко пыли.

* * *

Декан алхимического факультета важно шествовал к административному корпусу Академии Магии. Со стороны казалось, что светлый эльф не спешит, любуется видами парка, частично восстановленного после его вспышки ярости. Однако это было не так. Лаусиэля Галендана подгонял страх разоблачения.

Он нутром чувствовал, как золотые песчинки перетекают из одной стеклянной колбы в другую, все ускоряясь. Его время в этом городе истекает. Если законники объединят все косвенные улики, то их и без признания Кифа будет достаточно, чтобы испортить жизнь и репутацию спесивому эльфу.

Нужно бежать, пока этого не случилось. Но делать это следует неторопливо и элегантно, чтобы не уронить эльфийскую честь и чтобы никто не догадался о бегстве.

Соблюдая видимую невозмутимость, декан вошел в приемную ректора и холодно улыбнулся скучной старой деве, исполняющей обязанности секретаря.

— Госпожа Криспин, ректор у себя? — спросил он, немного смягчив обычный ледяной тон.

— У себя, — кивнула девица и слегка зарделась, — он как раз о вас спрашивал. Сейчас доложу.

— О, прошу вас, не надо! — снисходительно отозвался эльф. — Не стоит отрывать господина ректора от важных дел. Я всего лишь хочу оставить заявление на срочный отпуск. Мне прислали весть из Светлого леса. Моей дорогой бабушке, леди Зеленых Ветвей, настало время соединиться с предками. Я ее единственный внук и хотел бы проститься.

При этих словах эльф скорчил такую печальную мину, что секретарь сочувственно всхлипнула.

— Госпожа Мерил, — голос декана потеплел настолько, что в нем появились прочувствованные нотки, — прошу, дайте мне свиток с магической печатью. Я напишу заявление, а вы потом отнесете господину Грухенхейму, чтобы заверить… Мой экипаж уже стоит у дверей. Бабушка не сможет долго ждать!

Секретарь заморгала, поднимая ветер куцыми ресницами, неуверенно улыбнулась и поплыла, поддаваясь знаменитому эльфийскому обаянию.

Лаусиэль самодовольно усмехнулся. Он уже приготовился быстро набросать пару строк и бежать, но…

Госпожа Криспин вдруг дернула за бороду фигурку гнома, стоящую на столе.

Раздался резкий гудок. Медный горняк шевельнулся и погрозил секретарю кулаком. Девица вздрогнула, сбрасывая наведенную благосклонность, поджала узкие губы, строго блеснула круглыми стеклами очков, за которыми прятались невыразительные серые глаза, и кивнула посетителю на дверь:

— Проходите, господин декан, вас ждут.

Галендан, кипя от ярости, с трудом удержал лицо.

Какая-то человечка сумела противиться его природному магнетизму! Так его еще не оскорбляли! Обычно девицы и даже парни растекались лужицей перед его белокурым совершенством.

Окинув упрямицу презрительным взглядом, Лаусиэль величественно шагнул в распахнутую перед ним дверь. Не глядя по сторонам, он прошел по бордовой ковровой дорожке к столу ректора.

— Господин Грухенхейм, светлого дня! — со скрытым бешенством поздоровался декан.

— И вам крепкого свода, — отозвался гном, хмуря тяжелые брови.

Подземные жители не любили и опасались лесов, так что приветствие эльфа было тонко завуалированным оскорблением.

— Мне нужно срочно отбыть в Светлый лес по семейным обстоятельствам…

— Боюсь, господин Галендан, вам придется задержаться! — перебил ректор, не давая повторить слезливую историю про умирающую бабушку.

— Прошу прощения? — эльф скрипнул зубами. — На каком основании вы мне отказываете? Моя бабушка…

Не обращая внимания на высокомерный тон, Дарбон Грухенхейм открыл папку со свежей корреспонденцией. Не спеша послюнявил палец, перевернул пару листков и вынул один. Серый, невзрачный. Единственным его украшением служили несколько скупых строк и магическая печать.

Ректор вложил листок в ладонь Галендана.

— Вот, просили вам передать.

— Что это? — эльф машинально сжал листок и поднес к глазам.

— Повестка передана и принята, — произнес гном условную фразу.

В тот же миг печать полыхнула, и на тыльной стороне эльфийской ладони засияла ее точная копия.

Галендан с трудом удержался от ругани: печать с кожи исчезнет только после посещения здания префектуры. Стиснув зубы, он все же прочитал повестку:

“Высокочтимому господину Лаусиэлю Галендану, декану факультета алхимии Академии Магии. Префектура города Новая Башня вызывает вас в суд в качестве свидетеля по делу о похищении профессора Академии Магии господина Марселя де Рильона. Предварительное слушанье сегодня в десять часов до полудня. Явка обязательна”.

— Что это? — Лаусиэль с раздражением бросил листок на стол.

Ректор невозмутимо пожал плечами:

— Повестка в суд. Там же написано.

— И на каком основании?!

— В покушении принимали участие студенты вашего факультета, — гном поднял кустистую бровь. — Не откажите в любезности нашему префекту, господин Галендан, расскажите что знаете. Я отправлю с вами официальных представителей Академии, а вы можете потребовать защитника из Светлого леса. Если он вам нужен — отправьте птичку сейчас, эти господа готовы сопроводить вас на слушание без задержек.

Только в этот момент ошеломленный декан заметил парочку оборотней, которые все это время сидели на диванчике в “гостевом” уголке огромного ректорского кабинета.

Услышав, что о них говорят, оборотни поднялись.

Эльф побледнел.

— Я… — он запнулся, но быстро взял себя в руки и приосанился. — Я требую, чтобы на заседании присутствовал мой адвокат!

— Так мы и не против, — пробасил один из волков.

— Слушание через сорок минут, — напомнил ректор и указал на часы. — Вам стоит поторопиться.

ГЛАВА 23

Отвертеться от присутствия в суде Лаусиэлю не удалось, как он ни старался. Пришлось смириться, сесть в неудобный казенный экипаж и в сопровождении бравых волков направиться в городской суд.

“Ничего, — думал он, глядя на пролетающие мимо дома и деревья, — у меня все под контролем. Никто не докажет мое отношение к похищению Рильона. Киф будет молчать, если не хочет попрощаться с жизнью, а других свидетелей нет. Так что мне ничего не грозит”.

С этими мыслями он вошел в зал суда. Окинул быстрым взглядом ложу присяжных и успокоился окончательно: из тринадцати заседателей больше половины были эльфами. А уж свои точно в беде не бросят. Даже если причастность Галендана будет доказана, сородичи не позволят судить его в Новой Башне. И все, что сможет здешний судья-гном, это депортировать подсудимого в Светлый лес.

Но стоило взгляду декана скользнуть дальше, к ложе свидетелей, и его сердце противно заныло.

Столичная леди-проныра, профессор-зазнайка, князь кровососов и алчная старуха, которую он нанял, чтобы шпионить за Рильоном.

А эта карга что здесь забыла? Неужели пришла свидетельствовать против него? Нет, ей не позволит клятва! Он не дурак, обезопасил себя со всех сторон. Пусть Арда попробует хоть пикнуть против него — ее ждет мгновенная смерть!

Тяжелые двустворчатые двери зала сомкнулись за его спиной с глухим стуком. Это стук прозвучал так внезапно в тишине зала, что Лаусиэль вздрогнул и оглянулся. Ему на миг показалось, что это захлопнулась ловушка. И в душе эльфа всколыхнулась тревога, которую он поспешно задавил.

Удерживая на лице привычное выражение высокомерной брезгливости, он прошел к свидетельской ложе и сел на пустующее место, подальше от остальных.

— Итак, все в сборе, — помощник судьи обвел присутствующих пронзительным взглядом. Затем стукнул в маленький гонг. — Первое слушание по делу о похищении профессора алхимии Марселя де Рильона объявляю открытым! Встать, суд идет!

Все поднялись.

* * *

Кире, знакомой только с судопроизводством родной страны, да и то, больше по книгам и фильмам, было странно и интересно наблюдать за происходившим.

Когда был оглашен список свидетелей и присяжных, судья — пожилой гном с длинной седой бородой, заплетенной в сложную косу — стукнул молоточком. В зал ввели подозреваемого.

Задержав дыхание, иномирянка уставилась на него. Это был Киф — тот самый студент, который напал на нее в «Мензурке». Сейчас он не выглядел таким боевым, как тогда. Шел, опустив голову и сгорбив плечи. Только один раз бросил в сторону свидетельской ложи быстрый заискивающий взгляд.

Взгляд предназначался Галендану. Кира была в этом уверена. Но оглянувшись на эльфа, увидела, что тот с невозмутимым видом смотрит мимо студента. Будто не замечает его.

— Вот сволочь эльфийская, — шепнул Алистер, озвучивая ее мысли. — Ничего, Круг вытащит из мальчишки всю правду!

— Какой круг? — машинально спросила Кира.

И поняла, что совершила ошибку, когда вампир поднял на нее пристальный взгляд.

— Круг для допроса, — произнес он, не спуская с нее изучающего взгляда. — Уж вы-то, леди, должны о нем знать.

Сглотнув, Кира попыталась оправдаться:

— Вылетело из головы. Память девичья.

А сама мысленно взвыла: ну как так можно опростоволоситься?! Она детектив или кто? Так бездарно завалить свою роль!

— Тише вы! — шикнул Марсель с другой стороны. — Допрос начинается!

Подозреваемый остановился перед кафедрой судьи, в центре круга, выложенного из странных камней, похожих на гальку, и нервно переступил с ноги на ногу.

— Осознаете ли вы, что вошли в Круг Правды, чтобы свидетельствовать по делу о похищении профессора алхимии Марселя де Рильона? — спросил судья, сведя к переносице седые брови.

— Осознаю, — кивнул студент.

— Клянетесь ли вы говорить правду, только правду и ничего кроме правды?

Киф громко сглотнул.

Конечно, он мог отказаться от клятвы, ведь ее дают добровольно. Но такой поступок в глазах суда был признанием вины.

— Клянусь.

— Властью, данной мне городом Новая Башня, я активирую магию круга.

И камни под ногами мальчишки вспыхнули белым светом.

— Назовите свое полное имя, подозреваемый!

Допрос начался…

Вскоре Кира поняла, как действует круг. Это был своеобразный магический детектор лжи. Подозреваемому задавали вопросы, но стоило ему запутаться в показаниях или солгать, как белое сияние окрашивалось в черный цвет. Тогда судья грозно стучал молоточком и предупреждал о наказании за лжесвидетельство.

Бедняга Киф не мог назвать имя своего нанимателя, ведь это означало бы верную смерть. Он нервничал, путался в показаниях, периодически срывался на рыдания и поминутно оглядывался на свидетельскую ложу, ожидая поддержки. Но единственный, кто мог ему помочь, сидел с равнодушным видом и рассматривал свои ногти.

Осознав, как действует Круг, Кира тоже занервничала, едва ли не больше самого Кифа.

Почему ни профессор, ни вампир не предупредили об этом? Ах, да, леди-детектив сама должна знать, как протекает судебный процесс!

Но что теперь делать?

Что будет, если ее или Марселя вызовут в этот Круг? Тогда ведь придется сказать всю правду. Признаться, что никакая она не Лоретта, а самая настоящая самозванка, да еще метаморф. И раскрыть тайну Марселя тоже придется. Страшно представить, как воспримет суд новость о том, что доблестный профессор алхимии — дух, приблудная душа, у которой даже нет собственного тела, не считая того, что дает артефакт!

Не может быть, чтобы Марсель об этом не знал!

Она так углубилась в свои переживания, что перестала следить за происходящим. Пока не прозвучал гонг, и голос помощника не озвучил:

— Объявляется перерыв десять минут! Свидетели, подготовьтесь к даче показаний!

Кира вздрогнула. Присутствующие начали подниматься с кресел и покидать зал.

— Куда они все? — удивилась она.

— Вероятно в буфет, — хмыкнул князь. — Или в уборную.

Ее спутникам, похоже, не требовалось ни то, ни другое. Вскоре они остались втроем в опустевшей ложе, и тогда Кира встревоженно произнесла:

— Наша легенда развалится, если нас вызовут в Круг! Мы этого не учли!

— Все хорошо, беспокоиться не о чем, — улыбнулся Марсель, подтверждая свои слова уверенным взглядом. — Я знал, что это случится, и подготовился.

Кира склонилась ближе к нему, чтобы никто не услышал о чем они говорят.

— Хотите сказать, что есть способ обмануть этот детектор лжи?

— Детектор лжи? — с другой стороны отозвался вампир и уставился на девушку с нездоровым интересом.

— Я придумала такое название для этой штуки! — ловко вывернулась она.

И украдкой вздохнула: похоже, ложь и притворство плотно вошли в ее жизнь.

— Обмануть Круг Правды не получится, — покачал головой Рильон, — это невозможно. В зале суда запрещены любые проявления магии, но недаром же я профессор алхимии.

— Гениальный профессор! — добавил вампир.

— Вы что-то придумали? — встрепенулась иномирянка.

— Само собой.

С триумфальной улыбкой профессор раскрыл ладонь, лежащую у него на коленях. Кира уставилась на три золотых шарика размером со спичечную головку.

— Что это? — подозрительно спросила она.

— Одно мое давнее изобретение. Оно заставляет говорящего верить в любую ложь, какая выходит из его уст. Даже не знаю, зачем я это создал и уж точно не ожидал, что оно когда-нибудь пригодится.

— Это поможет?

— Должно. Если вы будете искренне верить своим словам, то и круг вам поверит.

— А кто-то еще знает об этом?

— Я не самоубийца, — хмыкнул алхимик. — Это единственные образцы. Раскусите пилюлю перед тем, как встать в круг. Действие длится пятнадцать минут, так что успейте сказать самое главное!

Видя ее нерешительность, он первым сунул горошину в рот. Его примеру последовал и вампир.

Кира перевела взгляд с одного на другого. Но уверенные и спокойные лица мужчин придали ей храбрости. Чтобы ни придумали эти двое, они еще не подводили ее. У нее нет причин им не доверять.

Она ещё колебалась, когда в зал начали возвращаться свидетели и присяжные. Но вот прозвучал удар гонга, и помощник судьи объявил:

— Суд объявляет опрос свидетелей! Леди Лоретта д’Анкур, встаньте в Круг Правды!

* * *

Кира еще ни разу в жизни так не врала. Вдохновенно, эмоционально, помогая себе жестами и мимикой. В душе она даже гордилась собой: эх, такой талант пропадает! А мысль, что все это происходит в зале суда, в Круге Правды, щекотала нервишки и подливала масла в огонь азарта.

Нет, поначалу она очень даже боялась и переживала. Идя к Кругу на подгибающихся ногах, иномирянка раскусила пилюлю и едва не выплюнула сгоряча, когда кислое, терпкое содержимое заполнило рот. Но едва встала в Круг — и неприятный вкус во рту исчез, а голову наполнила беззаботная легкость.

— Итак, — заговорил судья, поглядывая на нее с высоты своей кафедры — Вы осознаете, что вошли в Круг Правды, чтобы свидетельствовать по делу о похищении профессора алхимии Марселя де Рильона?

— Осознаю, — ответила Кира.

— Клянетесь ли вы говорить правду, только правду и ничего кроме правды?

— Клянусь.

— Властью, данной мне городом Новая Башня, я активирую магию Круга.

Под ногами девушки вспыхнуло магическое сияние.

— Назовите свое полное имя, свидетель!

— Лоретта д’Анкур, — произнесла она с непоколебимой верой в собственные слова.

И сияние в круге определило ее слова как чистую правду.

Душа Киры пела. Иномирянка обстоятельно отвечала на вопросы суда, при этом придерживаясь общей легенды. Заговорщики знали, Киф ни за что не назовет имя декана, ведь парень видел, что случилось с его товарищем, и вряд ли захочет повторить судьбу бедняги Жефа. Значит, нужно спровоцировать Галендана. Заставить его нервничать и делать ошибки. Добиться, чтобы он выдал себя.

Целью заговорщиков было именно это. И сейчас, вдохновенно плетя небылицы, Кира искоса наблюдала за лицом эльфа.

Сначала оно у него выражало легкую брезгливость и превосходство. Но постепенно превратилось в напряженную маску, а затем и вовсе вытянулось, особенно, когда лже-детектив начала в подробностях расписывать ужасы подземелья и жалкое состояние, в каком она нашла профессора де Рильона.

Галендан смотрел на “Лоретту” расширенными глазами и не верил своим ушам. Нагнувшись ближе к своему адвокату, он тихо шепнул:

— Она врет.

— Вы уверены? — так же тихо ответил Алариэль Эрильен.

— Уверен. Профессор никогда не был в подземелье.

— Хм… на нее Круг не действует? Это же невероятный скандал! Но если мы заявим, что свидетельница лжет, вам придется рассказать суду, откуда вы знаете правду. Вы готовы?

Галендан недовольно нахохлился.

Адвокат прав: опротестовать слова свидетельницы — значит подставиться самому. Придется молчать. Но как эта столичная фифа смогла обмануть Круг Правды? Кто ей помог? Вампир? Или профессор?

Какие ещё секреты хранит этот троллий выскочка?

Не поворачивая головы, Галендан скосил глаза в сторону надоедливой троицы. Место Лоретты сейчас пустовало, а вот алхимик и вампир чему-то уж очень довольно улыбались, слушая, как она дает показания.

И декана пронзила запоздалая мысль: это ловушка! Они все спланировали! Выйти из зала суда он не может, остается лишь ждать, когда эта ловушка захлопнется.

Но в чем же подвох?

Между тем “Лоретта” заявила, что застукала Арду Бременс за шпионажем в пользу присутствующего здесь уважаемого члена общества. Галендан не выдержал и метнул на пожилую женщину ненавидящий взгляд. Дернул же его болотный тролль воспользоваться услугами этой никчемы!

— Вы можете назвать имя этого господина? — осведомился судья.

— Разумеется, — иномирянка снисходительно улыбнулась. — Это декан Академии Лаусиэль Галендан.

— Протестую! — с кресла рядом с Галенданом вскочил адвокат. — Мой клиент не имеет к этой старухе ни малейшего отношения!

— Протест отклонен, — судья стукнул молоточком, заставляя возмущенного Алариэля замолкнуть. — Круг Правды подтверждает слова леди д’Анкур. Леди, у вас есть чем дополнить ваши свидетельства?

— Да, ваша честь, — скромно потупилась Кира. — У меня есть свидетель — князь Алистер Иверлион. Он лично видел встречу господина Галендана с Ардой Бременс.

— Протестую! — снова взвился защитник. — Мало ли по какой причине они встречались!

— Вы только что сказали, что ваш клиент не имеет к госпоже Бременс ни малейшего отношения, — хмыкнул судья. — Протест отклонен. Леди д’Анкур, вы свободны. Суд вызывает князя Алистера Иверлиона для дачи показаний.

Алистер с кривой ухмылкой занял место свидетеля. Он разве что руки не потирал, собираясь отыграться на Галендане за весь пережитый страх и тревоги. Ведь по милости этого эльфа вампир едва не потерял свою дочь! Если бы не случайная встреча с Лореттой, если бы та не оказалась метаморфом, возможно, к этому моменту Белинда уже превратилась бы в прах…

Князь не скупился на подробности, особенно в той части, что касалась несчастного Жефа. Когда рассказ дошел до момента, где гибнущий студент успел прохрипеть имя декана, эльф-защитник опять вскочил:

— Протестую! Свидетель говорит, что напал на жертву в своем истинном виде. Не мудрено, что мальчик перепугался и хотел призвать на помощь своего преподавателя. А свидетель неправильно истолковал его предсмертный хрип! Ведь мой клиент один из сильнейших магов Академии и куратор выпускного курса. Логично, что бедный Жеффруа Ламелье пытался связаться с ним.

— Протест принимается, — с явной неохотой отметил судья. — Господин Иверлион, Круг подтверждает правдивость ваших слов, потому что вы сами в них верите, но господин Эрильен тоже прав. Вы не можете знать, по какой причине погибший назвал имя Лаусиэля Галендана. Возможно, он хотел обратиться к нему за помощью. Одного вашего свидетельства недостаточно, чтобы уличить господина Галендана в причастности к этому делу.

Выжав все из князя, суд вызвал Рильона, затем Арду Бременс, соседей профессора, молочника, зеленщика и других, кто мог пролить хоть луч света на загадочное похищение. Пока выходило, что трое студентов-выпускников спланировали все сами. Но все больше и больше косвенных признаков указывало на Галендана, вынуждая эльфа нервничать, а его адвоката искать способ отвести подозрения.

На улице уже стемнело, когда очередь дошла до декана. Тот поднялся, окинул зал высокомерным взглядом и направился к кафедре.

— Похоже, судья имеет зуб на него, — шепнул Кире на ухо вампир, — иначе не стал бы столько мариновать.

— Боюсь, Лаусиэлю крупно не повезло, — с другой стороны хмыкнул Марсель. — У судьи Бруодерхайма есть внук, который очень хотел поступить в нашу Академию в прошлом году.

— Но не поступил? — смекнула Кира.

— Ага, не хватило баллов на вступительных тестах.

— Даже догадываюсь на каких.

Она знала, что перед поступлением все будущие студенты сдают экзамен по общей магии. Он делится на две части: теоретическую (тесты) и практическую. И что Лаусиэль Галендан один из членов приемной комиссии, оценивающий потенциал будущих магов.

— Да, не добрал парнишка баллов по теории зельеваренья, — подтвердил алхимик ее мысли.

— Вот зачем гному теория зельеваренья? — фыркнул Алистер. — Он же гном!

— Гному может и ни к чему, — согласился Марсель, краем уха следя за судебным процессом. — Но нам на руку, что судья затаил обиду на Галендана.

ГЛАВА 24

Вместе с Галенданом на границу Круга Правды вышел и его адвокат, Алариэль Эрильен.

Кира давно заприметила этого эльфа. Он сидел рядом с деканом и часто шептался с ним.

Эльфийский защитник обладал утонченным обликом и роскошной гривой серебристых волос, спускавшихся ниже пояса. Стоило ему занять место за небольшой конторкой, расположенной слева от кафедры судьи, как несколько оборотниц и человеческих женщин, находящихся в зале, томно вздохнули.

Сама Кира сдержанно хмыкнула. На нее знаменитое эльфийское обаяние не действовало, да и не по вкусу ей были смазливые блондины. Вот харизматичные брюнеты с сильными чуткими пальцами, способными удержать хрупкую колбу…

Эльф бросил на “Лоретту” острый взгляд, то ли оценивая противника, то ли обещая неприятности. Его голос полился медовой патокой:

— Частный адвокат пятой ступени Алариэль Эрильен к вашим услугам, господа и дамы! Мне выпала честь представлять и защищать в суде интересы благородного Лаусиэля Галендана.

— Хм, — отреагировал судья, не скрывая издевки. — А есть что защищать? Господин Галендан, поведайте суду, в каких отношениях вы состояли с обвиняемым Кифом Руссаном?

Защитник дернул ухом, а декан изысканно поморщился, мол, где он — и где студент-недоучка? О каких отношениях может быть речь?

Но от внимательного глаза иномирянки не укрылось, что надменный эльф напрягся.

— Я вел у него курс зельеварения, — вынужден был процедить Галендан.

— Вы знали, что два студента этого курса погибли при странных обстоятельствах?

— Да, ваша честь, — эльф скрипнул зубами.

— Вы имеете к этому отношение?

Он бы хотел активировать магию и уничтожить этот жалкий вертеп вместе со всем содержимым. Но Круг Правды требовал лаконичный и правдивый ответ.

— Да, — выдавил Галендан через силу.

И облегченно выдохнул, когда услышал голос своего адвоката:

— Протестую, ваша честь! Как известно, Круг принимает за правду слова, в которые верит свидетель. Мой клиент искренне верит, что имеет отношение к гибели своих студентов. Ведь он отвечал за них и должен был защитить. Этот груз вины ещё долго будет давить на его плечи, но благородство господина Галендана не позволило ему забыть о семьях погибших. Он уже связался с ними, высказал соболезнования от имени Академии и своего лично, а также выплатил им компенсацию из собственного кармана. Разве это не доказательство того, что мой клиент один из благороднейших эльфов Светлого леса?! — патетически воскликнул адвокат в конце речи.

Он прижал руки к груди и закатил глаза, всем лицом выражая преклонение перед великодушием клиента.

По залу прошелся восторженный женский вздох, а в ложе присяжных загудели эльфы, соглашаясь с адвокатом.

Судья Броудерхайм поморщился, но протест принял.

— Вот это загнул, — потрясенно выдала Кира. — Это ж надо так ловко вывернуться.

— Мы вас об этом предупреждали, леди Лоретта, — напомнил вампир. — Алариэль Эрильен владеет таким искусством риторики, что способен убедить кого угодно и в чем угодно, даже Круг Правды. Но у нас тоже есть козырь. Кое-кто ненавидит ушастых выскочек так же люто, как дети Ночи.

Алистер кивнул на мрачного дракона в прокурорской мантии. Тот все это время сидел за кафедрой по правую руку от судьи, молча слушал и делал себе какие-то пометки. Но после полной экспрессии речи эльфийского адвоката, поднялся и заговорил:

— Тэшаэрр Уришшар, обвинитель Новой Башни. Опрос свидетелей уже закончен, но у меня остались кое-какие вопросы. Господин Галендан, оставайтесь на месте до дальнейших распоряжений. Охрана, доставьте обвиняемого Кифа Руссана в дополнительный Круг Правды!

Два дюжих оборотня вернули студента. Кире он показался еще несчастнее, чем прежде, когда давал показания. Да и чему радоваться, если солгать не дает Круг Правды, а сказать правду — клятва верности, данная одному злопамятному эльфу!

Судья Бруодерхайм, позевывая, задал обвиняемому стандартные вопросы и активировал магию Круга.

За окнами быстро темнело, народ в зале уже начинал ерзать, поглядывая на двери. В ложе присяжных кое-кто даже задремал, прикрываясь бумагами. Только эльфы продолжали сидеть прямые как палки, с постными лицами и холодно поблескивать глазами.

— Прошу, господин Уришшар, — кивнул судья, — задавайте свои вопросы.

— Благодарю. Господа, — обвинитель повернулся к Кифу и Галендану, — постарайтесь отвечать быстро, если не хотите, чтобы слушание затянулось до утра.

Киф поежился, бросая на декана жалкий взгляд. Тот надменно вскинул подбородок:

— Как скажете.

* * *

А дальше уже дракон показал свое умение. Он так искусно задавал вопросы Кифу и Галендану, заставляя обоих отвечать, что клятва верности хоть и окрашивала порой запястья юнца в багровый цвет, все же не вскипятила ему кровь. Зато всем присутствующим стало ясно — именно декан нанял студентов разгромить лабораторию профессора, украсть знаменитый рецепт и сделать нечто такое, от чего Марсель де Рильон мог умереть.

Дракон не плел сладкую паутину, как эльф, он врубал в сознание комиссии твердые факты. Сговор был? Был! Лабораторию разгромили? Разгромили! Известному жителю Новой Башни нанесли ущерб? Нанесли! И все ниточки ведут к Галендану!

— Итак, многоуважаемые члены комиссии! — дракон подвел итог допросу. — Я прошу вас отметить, что все совершенные преступления не были результатом спонтанного решения или опьянения! Этот несчастный юноша и его погибшие товарищи были вовлечены в преступный сговор представителем Светлого леса! Их молчание обеспечивала клятва на крови, запрещенная во всех цивилизованных странах! И как представитель обвинения Новой Башни, я требую наказания не для этого мальчишки, а для того, кто посягнул на честь города и жизнь его обитателя!

Тут Уришшар ткнул рукой в сторону Галендана. Это стало последней каплей в и без того переполненной чаше терпения надменного эльфа.

Под возмущенно укоризненными взглядами сородичей и зрителей декан не выдержал, шевельнул пальцами — и ветвистая зеленая молния понеслась в сторону перепуганного Кифа.

К счастью для трясущегося от ужаса студента, Круг Правды защищал тех, кто в нем находился, даже от других свидетелей. Вокруг парнишки моментально выросла полупрозрачная стена и поглотила атакующее заклинание. Эльфийская магия растеклась по ней, вспыхнув зеленым сиянием. Это видели и ощутили все, кто был в зале. Даже старый тролль в последнем ряду вздрогнул и прошамкал сидящему рядом внуку:

— Никак эльфы напали?

— Нет-нет, дедушка, — заверил его зеленый мальчишка. — Все хорошо!

— Что и требовалось доказать, — проговорил Уришшар, хищно глядя на побледневшего Галендана. — Вы сами подписали себе приговор. Прошу господ присяжных решить, какое наказание Новая Башня вынесет господину Лаусиэлю Галендану. Я требую полной конфискации имущества, лишения магических сил на сто лет и заменить тюремный срок отработкой на благо Драконии!

Лаусиэль побледнел ещё больше, приобретая зеленоватый оттенок. С его губ сорвалось проклятие. Эльф дернулся, создавая ещё одно заклинание. Почти утратив рассудок от бешенства, он швырнул его в Уришшара.

Но не успел.

Судья Броудерхайм стукнул своим молоточком, и по залу пошла вибрация. Задрожали пол, стены и даже потолок. А затем в центре купола сконцентрировалась тяжелая гномья магия и в одно мгновение сковала Галендана по рукам и ногам.

— Побуянил — и хватит, — проворчал судья, почесывая бороду. — Господа присяжные, голосуйте! А то я решу, что Светлейший Владыка эльфов официально объявил нам войну и сообщу об этом Владычице Неба. Давненько она не хозяйничала в ваших лесах.

В зале на миг повисла гробовая тишина. Но вот в ложе присяжных первыми отмерли эльфы. Теперь они смотрели на Лаусиэля с жалостью и презрением, хотя ещё несколько минут назад каждый из них готов был защищать своего соотечественника. Но не теперь, когда он проиграл и едва не подставил весь Светлый Лес.

Через несколько минут все было закончено. Судье поднесли плотный черный конверт. Не торопясь он сломал печать, вынул лист тонкой веленевой бумаги и зачитал вердикт:

— Суд присяжных просит заменить отработку вечным изгнанием. Из города и, соответственно, из Академии. — Броудерхайм широко зевнул. — Что ж, я согласен. Не очень-то хочется кормить этого баламута за казенный счет.

И так же, как его предки опускали каменные молоты на головы врагов, он опустил судейскую печать на приговор, подтверждая его.

Когда Галендана выводили из зала суда, он метнул злобный взгляд на ложу свидетелей.

— Мне его даже жаль, — сказала Кира, оценив стеклянные взоры других эльфов. Они смотрели сквозь приговоренного, словно в один момент вычеркнули бывшего декана из списка живых. — Столько усилий, чтобы обогатиться за чужой счет: построить карьеру, получить славу — и все впустую. Надеюсь, он найдет куда применить свои способности.

Алистер загадочно улыбнулся:

— Уверен, мы ещё не скоро услышим о нем, леди д’Анкур, эльфы не прощают проигрыша. Даже своим.

* * *

Сегодня Кире впервые предстояло ночевать не в доме профессора, а в гостиничном номере, который она сняла, отклонив любезное предложение вампира и префекта.

— Жаль, жаль, — вздохнул Алистер, незаметно оттирая плечом Марселя и становясь рядом с девушкой. — Еще не поздно передумать. Белинда очень обрадуется вашему визиту.

— Простите, но мне нужно побыть одной, — отрезала девушка.

Нацепив вежливую улыбку, она села в кабриолет. Напротив пристроились Алистер и Марсель. Оба мужчины явно чувствовали себя соперниками, что прослеживалось в их взглядах, которые они нет-нет, да и бросали искоса друг на друга. Предмет соперничества пока что вслух не обсуждался, но и без слов было ясно, в чем дело.

Точнее, в ком.

Яблоко раздора нервно морщило лоб и вздыхало, поглядывая по сторонам, пока впереди не показался полускрытый соснами фасад гостиницы.

Кабриолет остановился напротив крыльца. Марсель поднялся, но уважаемого профессора алхимии снова опередил вампир. Ловко соскочив на землю, он протянул руку девушке:

— Прошу.

Кира без задней мысли воспользовалась его помощью. Уже стоя на твердой земле, услышала позади тихий вздох. Оглянулась и бросила на профессора встревоженный взгляд:

— Что-то не так?

По губам Марселя скользнула улыбка:

— Тот же вопрос я хотел задать вам, леди Лоретта. Еще никогда не видел вас такой задумчивой. Скажите, что вас тревожит?

Она покачала головой:

— Просто устала. Сегодня был очень насыщенный день. Вот отдохну — и все будет по-прежнему.

Кира заставила себя улыбнуться, но улыбка вышла зажатой и жалкой.

Попав в номер, иномирянка упала на кровать и устремила глаза в потолок. Вот и все, профессор найдет и обелен, его репутация восстановлена, обвинения в контрабанде кровью метаморфов сняты, преступник наказан.

Ее миссия здесь закончилась, но на душе почему-то легче не стало. Наоборот, в последние дни появилась смутная тревога. Кира думала, что это из-за суда, но почему же и сейчас предчувствие беды не оставляет ее?

А еще, пока ехали к гостинице, она вдруг почувствовала те странные мурашки, которые предвещают смену личины, и перепугалась.

Кира со страхом ждала, что лицо Лоретты вот-вот стечет с нее, как подтаявшее мороженое. Пока оно крепко держится, но однажды это случится!

— Что же дальше? — прошептала она в тишину, подергав себя за медовый локон. — Что мне делать теперь?

Здравый смысл подсказывал: бежать! Срочно бежать из этого города. Вот прямо сейчас!

Но в доме Рильона остался кулон с джинией и котята. А ещё Марсель. И сейчас она даже под страхом смерти не могла бы признаться, кто из них ей дороже всего.

ГЛАВА 25

Разбудило ее пение птиц.

Открыв глаза, Кира увидела над головой привычный балдахин и с удовольствием потянулась. Она поднялась, мурлыча под нос невнятную мелодию, умылась, затем надела блузку и юбку, в которых удобно ходить по дому, писать отчеты и носиться по городу в компании вампира и профессора.

Застегивая вторую пуговичку, девушка внезапно моргнула, огляделась и схватилась за сердце:

— Я же вчера уснула в гостинице! Джайна!

Синий дымок просочился под дверью и сформировался в довольную джинию:

— Доброе утро, госпожа моя!

Кира схватилась за голову и зашипела:

— Какое “доброе”? Джайна! Что я здесь делаю?

— Одеваетесь к завтраку с профессором? — невозмутимо ответила та.

— Я не о том! Как я здесь оказалась?!

Кире было не до шуток. Она отчетливо помнила, что уснула в крошечном безликом номере местной гостиницы. После суда ей было все равно где упасть и уснуть — ее накрыл откат от пережитого стресса и вероятно от “пилюли” профессора Рильона.

Но девушка все же запомнила безвкусный горчичный цвет стен и серое в желтый цветочек покрывало на кровати. А проснулась в доме профессора! В своей голубой спальне! Будто и не покидала ее. Пустой баул стоит у кровати, все вещи лежат на местах, а под дверью возятся котята, карауля проснувшуюся хозяйку.

— Не знаю! — развела руками синекожая красавица. — Утром я пришла сюда, чтобы прибрать, и увидела, что вы лежите в постели и крепко спите. Мы с профессором не знали, что думать! Но вы так сладко спали, что решили вас не будить. В конце концов, ваше место здесь, в этом доме. А не в каких-то гостиницах. Вредно отдыхать на комковатом матрасе не первой свежести, дышать пылью и питаться подогретыми лепешками! — категорично заявила джиния.

— Хочешь сказать, что охранки профессора не сообщили о моем появления?! — раньше Кира не понимала, как это можно орать шепотом, а вот теперь у нее получилось просто отлично, без всяких тренировок.

В ответ Джайна смутилась.

— Вообще-то было что-то такое. После полуночи охранки на окнах в вашей спальне вдруг слабо вспыхнули и сразу погасли, — признала она, ежась под пристальным взглядом своей госпожи. — Но это длилось всего мгновение, и мы решили, что это сбой. Марсель сказал, что сегодня посмотрит и отрегулирует охранные руны.

— На окнах? — пораженно прошептала девушка. — Неужели я лунатила? Бродила по улицам во сне? Залезла в окно? В таком виде?!

Она в ужасе оглядела себя, вспоминая, что проснулась в корсете и панталонах. Вчера не осталось сил даже на то, чтобы надеть ночную сорочку.

— Ну-у-у, — протянула джиния, оценивающе глядя на ноги хозяйки, — если бы вы бродили по улицам, на ногах осталась бы грязь!

Кира оглядела пятки и выдохнула с облегчением:

— Верно! — но тут же задалась новым вопросом: — Как же я все-таки здесь очутилась?

— Не знаю, госпожа, — развела руками Джайна и многозначительно прибавила: — Магия!

Кире хотелось побиться головой о стену.

— Какой позор! — воскликнула она в отчаянии. — Новая сенсация для местной газетенки: “Молодая незамужняя женщина вломилась ночью в дом холостого мужчины”! Слава мне обеспечена. Что подумают соседи? А сам Марсель? Решит, что я его преследую!

Стон хозяйки заставил Джайну взвиться под потолок и уже оттуда осторожно увещевать:

— Клянусь, госпожа, вас никто не видел! Если вы беспокоитесь за свою репутацию, то можно попросить профессора вернуть вас в гостиницу мини-порталом! После завтрака! Вы же вчера переживали, не ужинали. Вон, даже спали в корсете! А голод и волнения плохо сказываются на цвете лица!

Тяжело вздохнув, Кира глянула на себя в зеркало. Она и правда выглядела бледнее, чем обычно.

— Ладно, — пробурчала, щипая себя за щеки, чтобы те хоть немного порозовели, и решительно направилась к двери. — Раз уж я здесь, то было бы неплохо вкусно позавтракать, выпить чая и почитать свежую прессу. Наверняка Тит Данасий уже собрал все сплетни о вчерашнем заседании суда!

В кухне аппетитно пахло яичницей, булочками и абрикосовым джемом. Профессор сидел за столом, читал газету и довольно хмыкал.

— Леди Лоретта! — он солнечно улыбнулся, увидев Киру. — Прошу к столу, пока булочки не остыли!

Девушка, показательно хмуря брови, уселась на мягкий стул.

Как он может быть таким хладнокровным? Знал ведь, что она среди ночи появилась у него в доме, но запретил джинии трогать хозяйку! Разве можно так пренебрегать приличиями? Репутация в этом мире дорого стоит!

— Профессор… — решительно начала Кира.

— Марсель, пожалуйста.

— Да… — она немного смутилась, — господин Марсель, почему вы не разбудили меня и не отправили восвояси? Если кто-то узнает, что я ночевала с вами под одной крышей, будет страшный скандал!

Рильон, продолжая улыбаться, налил ей чай и подвинул корзинку со сдобой. Кира была так голодна, что даже последние события не лишили ее аппетита.

— Признаюсь, — сказал профессор, глядя, как она уплетает булочку с джемом, — я и сам был удивлен. Но сейчас меня занимает другое.

Он вручил ей газету.

— Взгляните, леди Лоретта. Думаю, вам будет интересно узнать о происшествии, имевшем место этой ночью на Большом тракте.

Кира приняла лист, остро пахнущий типографской краской, и в самом низу страницы, в разделе “происшествия” прочитала анонимную заметку о том, что экипаж Лаусиэля Галендана бесследно исчез по дороге в Светлый лес. Следы колес обрывались прямо посреди тракта. Не было ни признаков нападения, ни борьбы. Все указывало на то, что дилижанс, увозивший бывшего декана из города, просто испарился на месте!

В конце заметки безымянный автор опуса выразил сочувствие членам семьи изгнанника и добавил несколько высокопарных слов про неисповедимость путей правосудия.

Девушка перечитала заметку дважды, силясь понять, что же произошло с опальным эльфом. Предположения были. Позор нации могли убить или скрыть сами эльфы, но это куда проще сделать в Светлом лесу. Приехал бывший декан домой и уединился в дереве. Насовсем.

Могли вмешаться рассерженные его самоуправством оборотни. Но волки — парни простые. Если бы они взялись устранять Галендана, на дороге остались бы щепки от кареты, ошметки лошадей и куски одежды невезучего эльфа. Попался стае диких волков, с кем не бывает?

А тут написано, что Лаусиэль пропал бесследно, вместе с багажом, каретой и конями. Тут точно без магии или без крыльев не обошлось.

Кто на такое способен?

Мелькнула догадка.

Кира опустила газетный лист и глянула на профессора поверх желтоватой бумаги. Тот безмятежно улыбнулся, копируя клыкастую ухмылку вампира, и медленно кивнул.

Иномирянка отложила газету, налила еще чая и с философским спокойствием произнесла:

— Ай да князь, ай да затейник. И здесь выгоду присмотрел. Профессор в ответ тонко улыбнулся и отсалютовал своей чашкой.

* * *

Особняк князя Алистера издалека привлекал взгляд высокими башнями, открытой галереей, увитой цветами, и колоннадой вдоль фасада. Он выстроил его, чтобы порадовать дочь, вопреки всем обычаям и моде вампиров.

Но это касалось только наземной части.

В глубоком подвале, там, куда не мог попасть солнечный свет, стояли саркофаги для дневного сна верных слуг лорда Алистера. А еще располагалась прекрасно оснащенная алхимическая лаборатория, полная всех достижений науки.

Вдоль длинных металлических полок выстроились драгоценные хрустальные колбы и пробирки, центр рабочего стола занимали большой и малый перегонные кубы, чуть дальше стояли модные спиртовки, на особой каменной подставке высился огромный тигель, а одну из стен занимала печь-атанор.

В углу приткнулся шкаф, заполненный плотными кожаными фартуками и перчатками, оберегающими жизнь и здоровье алхимика от опасных веществ.

Но сейчас в лаборатории царили полумрак и тишина. Только на углу стола, в маленьком тигле булькало в серебряном сосуде зелье, призванное заменить кровь метаморфа.

У огонька сидел несчастный, изрядно похудевший и подурневший Лаусиэль Галендан. Один из лучших алхимиков Светлого леса каждый день варил зелье, рецепт которого так яростно пытался узнать.

Дверь в лабораторию была заложена кирпичом. Тюремщик оставил только небольшое окошко, через которое пленный эльф отдавал готовое зелье, а взамен получал скромную пищу, воду и новые ингредиенты для приготовления “крови метаморфа”.

Алистер не считал себя жадным. Скорее, практичным. Если имеется лаборатория, рецепт, алхимик и нужные ингредиенты, то почему бы не приготовить нужное зелье? Белинда пьет его как воду, и с каждым днем хорошеет! А излишки можно продать.

Он прислушался к тяжкому вздоху, донесшемуся из окошка, и ухмыльнулся.

Эльф так мечтал об этом рецепте, что даже пошел на преступление. Пусть же теперь готовит чудесное зелье каждый день, всю свою оставшуюся жизнь! О-о-очень долгую жизнь магического существа, запертого в подвале!

* * *

Кира не хотела привлекать к себе лишнее внимание. Хватит того, что ее в городе уже знает каждая собака. Поэтому после завтрака Марсель активировал одноразовый портал, который вернул девушку вместе с джинией в гостиничный номер.

Котятам, как и прежде, пришлось остаться в доме профессора. Владельцы гостиницы были против животных в номерах.

Не успела Кира отдышаться, как в дверь постучали.

Девушка схватилась за кулон, но Джайна послушно притихла, чтобы никто не заподозрил ее присутствия.

— Кто там? — настороженно окликнула иномирянка.

— Леди Лоретта, для вас доставка, — раздался голос прислуги. — От князя Алистера Иверлиона.

— Интересно, что ему нужно? — проворчала девушка, открывая дверь.

На пороге стояла горничная с объемной корзинкой в руках. Из корзинки торчал живописный букет.

— Поставьте это сюда, — Кира кивнула на столик возле дверей.

Когда горничная ушла, иномирянка выудила из букета тисненную золотом карточку и прочитала:

“Дорогая леди Лоретта, смею надеяться, что вы не откажетесь позавтракать со мной. А посему ожидаю вас в ресторане на первом этаже гостиницы”.

И лаконичная подпись: “Алистер”.

Завтракать ещё раз?

Кира прислушалась к переполненному желудку, в который с утра уже утрамбовала чай и несколько булочек. Есть не хотелось совсем. Но если отказаться от предложения вампира, он заподозрит что-то неладное. Хотя…

Может, именно Алистер объяснит, что с ней случилось ночью?

Решившись, она поправила прическу, проверила, хорошо ли спрятан кулон под корсажем, и спустилась в гостиничный холл. В это время здесь было безлюдно, но из приоткрытых дверей ресторана доносилась легкая музыка.

Кира пошла на звуки скрипки. Обеденный зал встретил ее драпировкой в розово-белых тонах и круглыми столиками, за которыми завтракало несколько постояльцев.

— Леди Лоретта! — окликнул ее вампир, поднимаясь.

Улыбнувшись, девушка заняла плетеное кресло напротив него.

— Я взял на себя смелость сделать заказ, — он кивнул на блюдо с воздушным омлетом и тостами.

— Князь, спасибо за приглашение. Но, признаться, я не голодна. Хотя с удовольствием выпью чая, — добавила она, когда вампир разочарованно вздохнул.

— А что насчет прогулки? — осведомился он. — Сегодня в квартале Цветов открывают новый фонтан. Не хотите взглянуть?

Кира задумчиво покрутила серебряную вилку. Эх, была не была!

— Ваша светлость…

Он поморщился, обрывая:

— Алистер, просто Алистер. Оставим эти глупые церемонии. Так что вы хотели сказать?

— Лорд Алистер, мне нужен совет или, может быть, помощь.

Вампир тут же напрягся:

— Вам угрожает опасность?

— Нет-нет, что вы… Дело совсем другого толка, но весьма странное.

— Если так, то я слушаю вас.

В общих чертах Кира рассказала, что с ней случилось. И добавила, что профессор и джиния не имеют к этому никакого отношения.

— Они сами не понимают, как это вышло! — заключила она. — Может, вам что-то известно? Может, вы слышали о подобных случаях?

— Хм… — князь подпер кулаком подбородок и устремил на девушку испытывающий взгляд. — Кое-что мне это действительно напоминает. Знаете, что такое Песня Крови?

Она отрицательно качнула головой.

— Это когда вампир помечает жертву, а затем призывает ее ментальной магией. Действует только на противоположный пол. Жертва ничего не помнит, но ведомая Песней Крови, она способна без единой царапины преодолеть любые преграды, вскрыть любые запоры. Ее невозможно удержать или остановить. Наш мир еще не придумал таких цепей или замков. Правда, последние сто лет Песня Крови находится под запретом. Мы, вампиры, воспитанные, цивилизованные существа и больше не пользуемся такими варварскими методами, — закончил Алистер ворчливым тоном. — Но то, что с вами случилось, очень похоже на действие Песни Крови.

— Странно… — пробормотала иномирянка, переваривая услышанное. — Я действительно не помню, как оказалась в доме Марселя. Но одно могу сказать точно, двери в моем номере были заперты изнутри! Через них я не выходила.

— А окна?

— Эм… — она призадумалась. — Кажется, в ванной было открыто окно… Но это второй этаж! Неужели вы думаете, что я спрыгнула или спланировала как летучая белка?

— Кто знает? — князь развел руками. — Но если это была магия призыва, то она может повториться.

— Думаете, мое перемещение было не одноразовым? — ужаснулась она.

— Вполне вероятно. Я только не могу понять, что именно призвало вас в дом Рильона и почему.

— Вы верите, что он не замешан?

— Вряд ли профессор будет заниматься такой ерундой. Если бы он хотел, чтобы вы остались в его доме, он сказал бы об этом прямо.

Кира облегченно выдохнула. Конечно, она ни капли не сомневалась, что Марсель не имеет к ее ночному перемещению ни малейшего отношения. Но все же ей нужно было услышать это со стороны.

— Что же мне делать? — она приуныла.

Алистер с минуту наблюдал, как девушка нервно отщипывает от тоста крошечные кусочки. Затем сообщил:

— Я не чувствую на вас никакой ментальной привязки. Не грустите, Лоретта. Хотите, я поставлю на вас маячок?

— И что он даст? — она бросила на него мрачный взгляд.

— Если ночью вы сдвинетесь с места, я смогу отследить все ваши перемещения.

Кира недолго думала.

— Хорошо, — согласилась она. — Что нужно сделать?

— О, — Алистер ухмыльнулся во все клыки. — Дайте мне вашу руку.

Глядя на вампира со все возрастающим подозрением, девушка сделала, как он велел. Алистер крепко сжал ее ладонь, задрал рукав до плеча и, не обращая внимания на возмущенный возглас, припал губами к нежной коже на сгибе локтя.

— Что вы творите! — Кира вырвала руку.

— Дело сделано, — князь облизнулся. — А вы сладкая, леди Лоретта.

Ахнув, иномирянка уставилась на алое пятно, оставшееся в том месте, где губы вампира коснулись ее кожи. Это был самый обыкновенный засос, размером с маленькую монетку.

— Так чем вы, говорите, питаетесь? — пробормотала она, поспешно возвращая рукав на место.

— Я вас разочарую, — усмехнулся он. — Мое меню весьма однообразно.

ГЛАВА 26

Алистер как в воду глядел.

Помня об обещании, данном префекту, Кира весь день провела в доме госпожи Лизаветы. Она уже настроилась завтра покинуть город, ведь суд прошел, и ее здесь больше ничего не держит, кроме завораживающих глаз одного алхимика. Но за обедом выяснилось, что покинуть город без дорожной грамоты леди Лоретта не может.

— Вы уж простите, — пробасил префект, разводя руками, — но грамоту эту выдать я вам не могу.

— Это еще почему? — насторожилась иномирянка.

— Печать магическая сломалась.

— А починить?

— Такие вещи не чинятся, — вставила Лизавета. — Придется новую отливать.

— А долго?

Супруги переглянулись.

— Дня три-четыре, может быть пять, как повезет. Там сложный сплав, да еще многоуровневое наложение заклинаний. Такие вещи быстро не делаются.

Кира обреченно вздохнула. Еще пять дней в этом городе. Пять дней рядом с Марселем. Можно ли придумать более жестокую пытку?

Она бы уже давно сказала о своих чувствах, но здесь не принято, чтобы девушка делала первый шаг. Такое любят и практикуют только драконы, а вот обычного мужчину излишняя активность может оттолкнуть. А еще для всех она леди Лоретта, помолвленная с другим.

Но даже не это самое важное!

Кира все чаще стала ловить на себе нежные взгляды алхимика. Он радовался ее обществу, не скрывал этого и даже ненавязчиво ухаживал. И ей было горько, что приходится его обманывать. Он ведь думает, что ухаживает за леди Лореттой!

Кира не хотела продолжать этот фарс, но и правду сказать не могла. А еще вампир стал слишком настойчив, сопровождая Киру везде, где позволяли приличия.

Теперь, когда их больше не связывал договор, иномирянка начала опасаться, что его настойчивость принесет ей беду. А вдруг князь обидится, что она не отвечает на его ухаживания, и из вредности выдаст ее тайну?

— Не переживайте, леди Лоретта, — улыбнулась хозяйка города, по — своему трактуя тяжелый вздох. — Мы будем рады видеть вас в гостях. Пять дней это не так уж много, если провести их в хорошей компании.

Кира с трудом ответила на эту улыбку.

Поздно вечером она вернулась в гостиничный номер, а утром проснулась в своей кровати… в доме Рильона. С минуту лежала, уставившись в потолок, затем сердито воскликнула:

— Это уже не смешно! Что здесь происходит?

— Вот и я хочу это знать! — ворчливо отозвалась джиния, дымком вылетая из кулона.

Девушки переглянулись.

— Пора разобраться! — Кира решительно поднялась

Профессор на кухне был не один. Марсель спокойно завтракал и ничуть не удивился появлению “Лоретты”, впрочем, как и его гость. Князь Алистер отвесил хмурой девице поклон и вернулся к созерцанию эльфийской воды в хрустальном бокале.

— Кто-нибудь объяснит, что происходит? — Кира обвела мужчин тоскливым взглядом. — Лорд Алистер, что поведает ваш маячок?

Джайна на скорую руку накрыла на стол, зная, что с утра хозяйка голодная и очень злая.

Вампир сделал неторопливый глоток и сказал:

— Все очень странно. Если верить маячку, то вы не ходили во сне.

— Нет? — Кира изумленно уставилась на него. — А как я тогда здесь оказалась?

— Вероятно, с помощью пространственной магии. Маячок погас у вас в номере и вновь вспыхнул здесь. Это случилось через минуту после полуночи.

— Ничего не понимаю…

— Дорогая Лоретта, — отозвался Марсель, — может быть, вы латентный пространственный маг? Тогда ваш перенос можно объяснить тем, что во время сна силы проявляются, и ваше подсознание само создает портал в мой дом.

— Ерунда! — отрезал князь. — Если бы в леди была хоть капля пространственной магии, она бы работала в департаменте Перевозок, а не Расследований!

— Тоже верно. Вряд ли в Академии могли не заметить латентного мага. Все студенты проходят вступительные тесты, на которых выявляют даже скрытые и спящие способности, — признал профессор.

Кира сердито уплетала завтрак, не забывая прислушиваться к разговору, но когда мужчины начали сыпать непонятными терминами, она взорвалась:

— И что же мне делать?!

— Сменить место жительства? — хором ответили оба.

— Да, госпожа, — поддержала Джайна. — Попробуйте переехать из гостиницы в другое место. Более удобное и приятное. Вдруг этого окажется достаточно?

— И куда же мне переехать, по — вашему? — проворчала она.

Алистер бросил на профессора самодовольный взгляд и озвучил:

— Разумеется, в мой особняк!

Предупреждая возможные отговорки, он быстро добавил:

— Обещаю, вашей репутации ничего не грозит. Там есть милый и весьма комфортабельный флигель для высокородных гостей. Соглашайтесь, Лоретта, вы ничего не теряете. К тому же, Белинда соскучилась по вас.

Кира запихнула в рот последний кусок сливового пудинга, посмотрела в пустую тарелку и махнула рукой:

— Будь по — вашему. Лорд Алистер, я не могу уехать из города, пока префект не выдаст мне дорожную грамоту, а у него внезапно сломалась печать. Вчера мне сообщили, что делать новую будут три дня как минимум. Я не могу каждый раз просыпаться в доме профессора, это вызовет сплетни, а мы и так привлекли к себе много внимания. Так что я принимаю ваше предложение.

В наступившей тишине из-за стола поднялся Марсель. Он оглядел компанию:

— Ну, раз все утряслось, то, пожалуй, и я вставлю слово, — на его губах заиграла загадочная улыбка. — У вас весьма занимательный кулончик, леди Лоретта. Как я уже говорил, кто-то хорошо постарался, чтобы приковать к нему джинию. Но магическая наука не стоит на месте.

Все взгляды устремились на него. Заинтересованный — Алистера, настороженный — Лоретты, обнадёженный — Джайны. Джиния даже руки прижала к груди.

Наслаждаясь общим вниманием, Марсель жестом фокусника извлек из кармана коробочку и ловко открыл. На белом бархате сверкнул алый камень.

Девушки ахнули в унисон. Перстень был точной копией перстня самого профессора, только меньше размером.

— У меня ушли годы на то, чтобы создать артефакт, который дал мне тело. Но повторить эксперимент, имя все нужные ингредиенты — дело нескольких часов. Я решил, что такой же артефакт для Джайны сможет взломать ее тюрьму. Ведь если у джинии будет физическое тело, она не сможет вернуться в кулон, а значит заклятие аннулируется! — заявил довольный Марсель. — Прошу, примерьте его!

— Так вот зачем вы просили меня наполнить рубин моей магией! — воскликнула Джайна.

Ее синие щеки покрылись румянцем.

— И когда это вы все успели? — удивилась Кира, глядя, как перстень поднимается в воздух и медленно левитирует к джинии.

— В отличие от обычных людей, я не нуждаюсь во сне, — Рильон с улыбкой пожал плечами. — Точнее, пока мое тело восстанавливается, лежа в кровати, я не трачу время зря. Последние события напомнили мне, как много я хочу сделать и как внезапно может закончиться жизнь!

— Оно и видно, — хмыкнул вампир. — И такого гения тот жалкий блондинчик в зеленых штанишках пытался убрать с дороги? Ему век не расплатиться за свои прегрешения!

Пока они говорили, перстень опустился на раскрытую ладонь джинии. Затаив дыхание, Джайна посмотрела на Киру, затем на профессора и вампира. Каждый кивнул, подбадривая ее.

— Джайна, повторяй за мной: “Иди ко мне, мое сердце”, - подсказал Марсель. — Может быть немного больно от непривычки.

— Иди ко мне, мое сердце, — выдохнула джиния дрожащим голосом.

Перстень взвился с ее ладони и с силой впечатался камнем в грудь синекожей красавицы.

Джайна вскрикнула от резкой боли, пронзившей грудную клетку. Перед глазами взорвался красочный фейерверк, в голове зазвучали фанфары. Она покачнулась и поняла, что падает. Сила, позволяющая ей зависать над полом, куда-то исчезла, а тело внезапно стало тяжелым, неловким и придавило к земле.

Алистер с Кирой едва успели ее подхватить.

— Грешные боги! — Джайна в ужасе уставилась на две тонкие ровные ножки, обтянутые атласной кожей нежно-голубого оттенка. Ножки дрыгнули и пошевелили пальчиками. — Это что же такое?

Она поднесла к глазам левую руку. На безымянном пальце, как у профессора, сверкал перстень с рубином.

— Получилось! — шепотом воскликнула Кира. А потом уже громче: — Марсель, у вас получилось!

Не помня себя от радости, она подскочила к алхимику и обхватила за шею. Привстала на цыпочки и прижалась губами к его щеке, даря благодарный поцелуй.

Профессор на миг застыл истуканом, но через секунду обхватил девушку за талию и прижался губами к ее губам, не давая оттолкнуть его или отвернуться.

Поцелуй наполнился страстью.

Киру охватил жар. Ей казалось, что вся кровь прилила к губам, чтобы не пропустить ни одной искры удовольствия от этого простого действия.

Увы, охватившее их безумие продолжалось недолго. Неведомая сила оторвала профессора и девушку друг от друга и разметала по разным углам комнаты. Пока Кира и Марсель пытались прийти в себя и растерянно прятали взгляды, возмущенный вампир заявил:

— Леди, если вы решили забыть своего жениха, то почему не со мной?!

Кира не успела ответить. Раздался треск, девушку кольнуло жаром, и по корсажу ее платья растеклось странное опалесцирующее пятно.

Иномирянка потянула за горячую цепочку, но вместо кулона-кувшинчика на ней теперь болтался невразумительный оплавленный комок сизого стекла. И Кира, и Джайна, не веря своим глазам, уставились на него.

— Так я и думал! — профессор воодушевленно взмахнул руками, забыв, что минуту назад целовался. — Мои расчеты оказались верны! Джайна теперь свободна!

Бывшая джиния в полной прострации оглядела себя. Она все еще сидела на полу и попеременно шевелила то рукой, то ногой, не в силах поверить, что ее самая сокровенная мечта внезапно сбылась.

* * *

Бить лицо ревнивому вампиру профессор не стал, но сборы в особняк саботировал как мог. У Киры пропадали платочки, шляпные коробки, шпильки, сапожки и даже теплый плащ. Пока девушки носились по дому, пытаясь собрать багаж, мужчины сверлили друг друга насмешливо-подозрительными взглядами, да ещё и обменивались издевательски-вежливыми подначками. В конце концов “Лоретте” это надоело, и она объявила, что едет к вампиру с одним саквояжем и котятами.

— Остальные вещи заберу позже! — заявила она, выходя на порог с сумкой в руках. — Если эта ночь пройдет без эксцессов!

К радости Киры, Алистер и его дочь ничего не имели против маленьких мантикор. Нехитрый скарб иномирянки и котята были загружены в экипаж князя и отправились в особняк. Джайна по общему решению осталась в доме Марселя, заново учиться ходить, танцевать и совершать простейшие действия без помощи магии. Кира крепко обняла ее перед тем, как расстаться.

— Госпожа, я взобью вам подушечки! — шепнула джиния ей на ухо.

— Вот это меня и пугает! — также тихо ответила девушка. Простившись, она со всей возможной скоростью забралась в экипаж.

Джайну от падения лицом на мостовую удержал профессор, и они вдвоем махали вслед лакированной коляске князя Ночи.

Кира старалась не оглядываться. Ей было грустно покидать Марселя, особенно сейчас, когда она осмелилась к нему прикоснуться, а он в ответ поцеловал ее так сладко! Но рядом элегантно и расслабленно жмурился на утреннем солнце Алистер, не давая ей даже минутки, чтобы предаться печали.

— Итак, леди Лоретта, я отослал Белинде вестника с наказом приготовить для вас гостевой флигель. Она ждет вас с нетерпением.

— Благодарю, — несколько официально ответила Кира.

Она все еще сердилась на вампира за то, что он прервал ее поцелуй с профессором. Это было грубо! Да и “Лоретта” не давала князю ни малейших авансов. Друг, знакомый, наниматель в спасении Белинды — не более!

Алистер уловил нюанс в обращении, но проигнорировал его, продолжая расписывать красоту и удобство гостевого флигеля:

— Шикарная ванная, безо всяких призраков! Просторная спальня! Ах да, я отдал распоряжение специально для вас нанять повара в главный дом. Он связан клятвой на крови и не посмеет доносить на вас, как та старуха. Мой помощник пополнил гостевую библиотеку книгами по розыску, любовными романами и детективами. Никаких учебников по алхимии. Уверен, вам очень понравится!

Флигель оказался изящной постройкой во внутреннем дворике особняка. К нему вела аллея, усыпанная золотисто-желтым гравием и обсаженная с двух сторон высокими туями.

Князь тараторил без умолку, чего за ним раньше не наблюдалось. И к тому времени, как экипаж остановился у крыльца, Кира уже мечтала укрыться от назойливого собеседника в самом глубоком подвале.

На пороге их встретила Белинда — похорошевшая, напоенная жизненной силой. Теперь она совсем не напоминала замученную двенадцатилетнюю девочку. За плечом княжны стоял ещё один вампир — худощавый, длинноносый, но вполне симпатичный молодой человек в угольно-сером камзоле. Алистер представил его:

— Илиан Арридейл, мой помощник и… вероятный жених Белинды!

Княжна вспыхнула:

— Отец!

Алистер мрачно сверкнул глазами:

— Не хочу, чтобы у леди Лоретты появился ещё один объект для внимания!

— Князь! — теперь уже Кира почувствовала себя оскорбленной.

— Я пошутил, прекраснейшая! — вампир склонился над рукой девушки, коснулся поцелуем ее дрогнувших пальцев и предложил: — Пройдемте в дом. А то даже котята устали сидеть в корзинке!

Во флигеле, который больше напоминал небольшой загородный дом, действительно все было приготовлено для приема гостей. Белинда, радостно улыбаясь, провела Киру по трем приготовленным для нее комнатам:

— Спальню я выбрала именно эту, она самая тихая и уютная. Отец сказал, что вам нравятся пастельные тона, так что я распорядилась изменить цвет стен, повесить новый балдахин и шторы…

Кира ходила следом за юной вампиршей и изумлялась. Если в особняке она видела строгие готические покои, то здесь стены укрывала дорогая ткань. Под ней наверняка был проложен войлок, чтобы спальня гостьи стала теплее, уютнее и тише. Светло-лиловый балдахин с пышными темно-лиловыми кистями и серебристо-розовой каймой окружал широкую кровать. Бархатные портьеры сложного кроя отсекали солнечный свет и шум за окнами.

В купальне, выложенной малахитовой плиткой, Киру ждали полотенца, лавандовое мыло и местный аналог шампуня. А еще полдюжины баночек дриадской косметики для лица и тела.

Третьей комнатой для гостьи стал милый будуар в теплых бежевых тонах, в уголке которого притаились миски с печенью для мантикор.

К этому моменту котята вовсю рвались на свободу. Выскочив из наскучившей корзинки, они первым делом убедились, что хозяйка рядом. Потерлись носами, ставя метки, а потом не мешкая рванули за “добычей”. Все присутствующие невольно рассмеялись, любуясь малышами.

Потом хозяева оставили “леди Лоретту” одну, чтобы она могла привести себя в порядок с дороги, а через полчаса пригласили к столу в главный дом. Князь желал похвастаться искусством нового повара. И не важно, что хозяева дома пили эльфийскую воду — гостье подавали изысканные блюда, достойные всяческих похвал.

— Отведайте это нежнейшее сотэ, леди Лоретта, — клыкасто улыбался князь, — если судить по запаху, мой повар старался изо всех сил, и у него получилось весьма похоже на то блюдо, которое подавали на обеде у Владычицы Небес.

— Надеюсь, вам понравился флан? — Белинда довольно подпрыгивала на месте от избытка энергии. — Это так красиво, когда на поверхности десерта пляшет огонь!

Вначале Кира с удовольствием пробовала все блюда, но под конец трапезы запросила пощады и прогулки:

— Все было очень вкусно, князь, но пощадите, я скоро скончаюсь от переедания. Может, пройдемся по саду? Я видела там прелестные клумбы!

Гулять в саду мужчины не желали, поэтому перебрались в кабинет князя, прихватив бутылку эльфийской воды, а Кира и Белинда гуляли до темноты. Они болтали о нарядах и лентах, любовались цветами и даже пели. У юной вампирши оказалось великолепное оперное сопрано.

Когда стемнело и “Лоретта” начала зевать, княжна проводила гостью до флигеля и оставила отдыхать.

ГЛАВА 27

Утро Кира встретила в доме профессора. Вместо лилового балдахина над головой покачивался голубой.

Застонав, девушка зарылась лицом в подушку и накрылась одеялом. Какая бы сила не перенесла ее сюда, она очутилась в спальне в том виде, в каком легла спать. Как хорошо, что большая часть одежды осталась тут!

Скрипнула дверь, и в комнату влетела довольная Джайна:

— Госпожа, доброе утро!

— А оно точно доброе? — проворчала Кира в подушку. — Что-то я сомневаюсь.

Не обращая внимания на ее настроение, точнее, его отсутствие, Джайна захлопотала вокруг хозяйки, помогая себе болтовней:

— Оказывается, этот перстень заменяет кулон! Если я сниму его, то снова стану бесплотным духом, как и профессор. Это очень удобно! Хотя, признаюсь, перемещаться по воздуху и проникать сквозь стены намного легче, чем топать ногами. Ах, госпожа! Марсель настоящий гений! Его талант не знает границ!

Джиния в экстазе завела глаза к потолку.

— Угу, — угрюмо ответила Кира, глядя на себя в зеркало, — только этот гений не может решить мою маленькую проблему. Я, знаешь ли, хочу засыпать и просыпаться в одной постели!

— Так в чем дело? — Джайна многозначительно похлопала ресницами. — Спите здесь! Профессор красивый мужчина, умен, богат…

Кира бросила на нее хмурый взгляд и вышла из комнаты.

* * *

На кухне ее уже ждали Марсель, завтрак и магический вестник от князя, полный расстроенных чувств, непонимания и извинений.

Кира читала и вздыхала.

Вот чем ей вампир не угодил? Тоже красив, умен, богат, а главное — заинтересован! Но не лежит к нему душа. Хочется видеть напротив умные глаза Марселя, слушать его мягкий голос и согреваться невидимым, но ощутимым теплом дружеского участия…

Или не совсем дружеского?

Девушка вспыхнула и вернула внимание письму Алистера.

Он писал, что после полуночи ее магическая метка пропала, а котята словно взбесились. Целую минуту они так орали и выли, что их вопли были слышны в главном доме. Едва метка активировалась, показывая, что леди находится в доме алхимика, как мантикоры начали бросаться на двери и окна в явной попытке выбраться на улицу. Котят заперли, но он просит забрать их поскорее, пока они сами не отправились искать хозяйку.

— Похоже, в этом доме им нравится больше, чем у князя, — вздохнула девушка, складывая письмо. — Придется ехать и забирать. Но что делать с моими непонятными перемещениями — ума не приложу!

Она в отчаянии подняла взгляд на Марселя.

Тот сидел напротив нее за столом, подперев щеку рукой, и ласкал “леди Лоретту” мечтательным взглядом. Увидев, что она на него смотрит, профессор вздрогнул, придал лицу строгий вид и смущенно откашлялся.

— Исходя из тех данных, что у нас есть, вас перемещает какой-то портал. Он срабатывает ровно в полночь — и вы исчезаете, а через минуту оказываетесь спящей в своей постели в моем доме. Но я вчера облазил весь дом от цоколя до конька и не нашел ни малейшего признака чужой магии!

— А если попробовать не спать и понаблюдать? — вставила Джайна.

— Пробовала, — призналась Кира. — Но уже к одиннадцати часам валюсь с ног и засыпаю на ходу. Прямо наказание какое-то. Ладно, пора за котятами ехать, пока они не натворили беды.

Она отложила салфетку и поднялась из-за стола. Марсель поднялся вместе с ней.

— Если хотите, я перенесу вас в особняк с помощью портала, — предложил он.

— Не стоит, — девушка покачала головой. — Я возьму экипаж. Мне нужно побыть одной и подумать.

И наконец-то принять решение. Так жить нельзя!

Она должна уехать из города — это единственный выход. Какая бы сила не возвращала ее в дом профессора, она не может ей подчиниться!

Как-то Марсель говорил, что короткие магические порталы действую только в пределах города. Чтобы их активировать, используют артефакты, заряженные магами-пространственниками. Он сам пользуется такими. А вот перемещаться на дальние расстояния можно только с помощью Портальных Башен. Одна из них как раз стоит посреди города.

Воспользоваться Башней Кира не могла без разрешения от префекта. И ждать бумаги ещё несколько дней она тоже не может. Сегодня, когда умывалась, девушка отчетливо ощутила мурашки, бегущие по щекам. Те самые мурашки, что изменяют внешность.

Последнее время они стали появляться все чаще, пугая ее. Да, облик Лоретты сидел как прибитый, но как долго это будет продолжаться? Она почти позабыла о том, что носит чужую личину! И вот, проклятые мурашки напомнили! Кто даст гарантию, что чужое лицо не сползет с нее в самый неудобный момент?

Остается только один выход: тайком уехать из города. Нанять экипаж, выбраться за ворота и гнать лошадей так, чтобы к полуночи оказаться как можно дальше от Новой Башни. От вампира, драконов и… профессора. Вдруг повезет, и большое расстояние решит проблему ночного перемещения?

А если нет?..

Иномирянка потрясла головой.

Будем решать проблемы по мере их поступления!

* * *

Кира выбрала для визита к вампиру строгое платье и шляпку с густой вуалью. Пусть сразу видит, что она с коротким деловым визитом, и держит при себе неуместное внимание.

Девушка уже садилась в наемный экипаж, когда во дворе появились старые знакомые. Ульф и Хурт Германды.

После возвращения профессора охрана с дома была снята, и молодые оборотни вернулись к прежней работе — патрулированию улиц. Увидев их сейчас, Кира удивленно застыла на подножке кареты.

— Господа, что привело вас ко мне? — осведомился Марсель, который вышел проводить девушку.

— Простите, что беспокоим, — вежливо поклонились волки, — но у нас приказ префекта. Леди д’Анкур, просим вас проследовать с нами.

В сердце Киры забрезжила надежда. Неужели печать сделали раньше, и господин Вольф собирается выдать ей дорожную грамоту? Это было бы очень кстати!

— Вас послал префект? — переспросила она.

— Да, леди. Возникло одно неотложное дело. Пожалуйста, поторопитесь.

Не в силах сдержать нетерпение, Кира чмокнула оторопевшего Марселя в щеку. Она забралась в экипаж и сжала кулачки: пусть это будет дорожная грамота, а не очередное приглашение на пирог госпожи Лизаветы!

* * *

Оборотни проводили леди до приемной префекта. Зная, что ее ждут, Кира вошла в кабинет без стука. К ее удивлению, Инмар Вольф был не один.

Девушка сразу узнала Флайвера, обрадовалась капитану Вегарду и удивилась присутствию незнакомого темноволосого мужчины. Все присутствующие встали с дивана при ее появлении. Она рассеянно поздоровалась с ними и перевела вопросительный взгляд на префекта, не заметив женской фигуры в плаще. Та сидела в тени, в дальнем углу кабинета.

— Леди Лоретта, — начал Инмар, — тут кое-кто очень хотел с вами встретиться.

Незнакомый брюнет шагнул к девушке, поедая ее глазами. Он был высоким и стройным. Его волосы слегка вились вдоль лица, спадая на плечи. Темные пряди подчеркивали аристократическую бледность кожи, правильные черты и узкий нос с горбинкой.

Такое лицо трудно забыть. Но Кира видела этого мужчину первый раз в жизни.

Она недоуменно глянула на него:

— Сударь, чем могу быть полезна?

— Лоретта д’Анкур это ваше настоящее имя? — осведомился префект, пока незнакомец жадно разглядывал ее.

— Да, — ответила девушка, чувствуя нарастающее беспокойство. — А в чем, собственно, дело?

— Может в том, что вы лгунья? — произнес звонкий женский голос, поразительно похожий на ее собственный.

Ахнув, Кира развернулась на каблуках и нос к носу столкнулась с девушкой, как две капли воды похожей на ту, чей образ она изо дня в день видела в зеркале. Вот только волосы у нее были убраны в строгий шиньон, глаза смотрели со жгучим любопытством, а на груди, поверх скромного платья, поблескивала кожаная портупея с чехлами для холодного оружия.

Иномирянка в ужасе уставилась на воскресшую покойницу. Как? Откуда? Ведь настоящая леди Лоретта мертва! Она сама видела ее труп! Видела тело!

Пока девушки, застыв, разглядывали друг друга, к ним приблизились Флайвер и Вегард.

— Вот настоящая Лоретта д’Анкур, — произнес дракон, укоризненно глядя на самозванку. — И это легко доказать. Господин граф, вы можете точно определить, кто из них ваша невеста?

Мужчина, который не сводил с Киры жадного взгляда, кивнул:

— Разумеется. У моей невесты есть маленький шрам, полученный в детстве. Она очень стесняется его и тщательно маскирует. Этого шрама нет ни на одном из ее портретов, даже в метрике он не указан. Поэтому самозванка, кем бы она ни была, не могла о нем знать.

Каждое слово, вылетевшее из его уст, казалось Кире ударом молота по крышке ее гроба.

Настоящая Лоретта и граф д’Орунелл — ее жених! Откуда они здесь взялись? Почему Лоретта жива?!

— И где же этот шрам? — прищурился Флайвер, наслаждаясь моментом.

— Над верхней губой, — ответил мужчина.

— Прошу! — дракон выудил из кармана и протянул девушке в портупее батистовый платок.

— Только пусть мой маленький секрет останется между нами, господа, — произнесла вторая Лоретта, беря платок.

Причем сказала она это серьезно, без тени кокетства. Бросила на Киру пристальный взгляд и провела платком над губами, стирая слой пудры.

Тонкий шрам шел наискось от левого крыла носа к верхней губе, но заканчивался, не касаясь ее.

— Я получила его в шестнадцать лет, поранившись веткой — продолжила настоящая Лоретта. — Пыталась вывести разными способами, но у меня оказалась аллергия на магию, а обычные зелья и мази не помогали. Именно из-за этой аллергии я не могу использовать амулеты, зато прекрасно чувствую малейшее присутствие магии. Сейчас на вас, сударыня, тонна амулетов и охранных заклинаний, у меня уже глаза начинают слезиться, — с усмешкой заключила она.

Кира опустила взгляд, принимая поражение. Она поняла, что попала в ловушку, из которой нет выхода. От подбородка вверх по лицу поползли мурашки. Те самые. Они сконцентрировались над верхней губой.

— Что ж, господа, думаю, других доказательств не нужно, — голос Флайвера заставил девушку вздрогнуть. — Смотрите, это происходит у вас на глазах!

— Поразительно! — воскликнул граф д’Орунелл.

— Она повторила мой шрам! — ахнула настоящая Лоретта. — Она метаморф! Вот почему от нее так разит магией! Она пыталась замаскировать свою сущность!

Кира мысленно застонала. Ей хотелось исчезнуть, провалиться сквозь землю, но вместо этого она продолжала стоять в окружении любопытных и осуждающих взглядов. Разум иномирянки метался в поисках выхода, но выхода не было. Кажется, на сей раз ловушка захлопнулась. Глупая мышка попалась.

— Так я и думал, — удовлетворенно подытожил дракон. — А вам, сударыня, наглости не занимать. Это ж надо, воспользоваться бедственным положением настоящей леди д’Анкур, обмануть драконов из гнезда госпожи Лизаветы и проникнуть в Драконию! Неужели надеялись, что никто ничего не поймет? Бедный Ренуар! Этот простофиля ещё и влюбился!

Кира не знала, что ответить. В голове крутились обрывки мыслей, которые никак не могли ей помочь, а язык словно к нёбу прирос.

Сама виновата. Она так спешила убраться из Нааганата, что забыла о предупреждении Джайны. Метаморф не может принимать облик покойников. Надо было задержаться и заглянуть под вуаль!

— Я думала, она мертва, — выдавила девушка через силу. — Я никому не хотела навредить. Все это чудовищное недоразумение!

— Недоразумение, что я осталась жива? Уж извините, — развела руками Лоретта, — не буду просить за это прощения! Пока вы тут развлекались под моим именем и личиной, я томилась в плену у черного мага! И если бы не мой жених граф д’Орунелл, неизвестно, чем закончилась бы история с моим похищением!

Кира уставилась на нее во все глаза.

— Но… кто же тогда та женщина? Я же видела труп рядом с разбитой каретой!

— И спрятали его, — обвинительно проворчал капитан Вегард. Он не скрывал своего осуждения, хотя ещё недавно восхищался “Лореттой”. — Мы с лордом Флайвером хорошенько изучили то место, где на экипаж леди д’Анкур напали, и действительно нашли там женское тело. Только это была компаньонка леди — госпожа Шпирц. Что же вы не удосужились заглянуть под вуаль, прежде чем делать выводы?

Иномирянка почувствовала, как покрывается пятнами.

— Что меня теперь ждет? — тихо спросила Кира. — Кажется, метаморфов нигде не жалуют, а за присвоение чужой личности полагается смерть?

— Ну, смертный приговор можно заменить пожизненным служением на благо Владычицы Неба, — задумчиво протянул Флайвер и вперил взгляд в запястье девушки, туда, где тонкими ниточками голубели вены. — Но в свете последних событий это уже не так актуально.

Кира выдавила понимающую усмешку:

— Кровь метаморфа. Теперь у Владычицы есть дешевый и более действенный заменитель.

— Леди Лоретта, — напомнил префект, — как пострадавшая сторона, только вы имеете право требовать наказания для самозванки. Но до вынесения приговора ей придется посидеть в городской тюрьме.

— Нет! — пискнула Кира.

— Нет! — одновременно с ней воскликнула настоящая Лоретта. И добавила уже ровным тоном: — Это лишнее, господин префект. Насколько я знаю, девушка отлично справилась с трудным делом: разыскала вашего профессора, уличила преступника и ничем не посрамила мое имя. Было бы не меньшим преступлением сгноить такой талант в тюрьме!

В полном непонимании Кира уставилась на нее. Где-то в конце тоннеля безнадежности забрезжил лучик надежды.

— Дорогая, ты хорошо подумала? — вмешался граф д’Орунелл.

— Разумеется я обговорю детали со своим начальством, но уверена, в департаменте Расследований и Сыска для нее найдут место. Женщин там очень мало, а вот деликатных расследований много. Что скажешь? — Лоретта заглянула в глаза своей копии.

— Быть детективом на службе правительства лучше, чем провести остаток жизни в тюрьме — ответила Кира с преувеличенным рвением.

— Хорошо, — довольно кивнула Лоретта и добавила: — Можешь уже перестать притворяться мной. Прими свой естественный облик.

— Не могу, — выдохнула девушка, нервно сжимая пальцы.

— Что? — переспросила Лоретта. — Я не расслышала.

Откашлявшись, иномирянка повторила чуть громче:

— Я не могу изменить внешность.

— Как это?

— Оно происходит само. Я не умею им управлять.

— Метаморф, который не умеет управлять своими врожденными способностями? — брови Флайвера изумленно взмыли вверх.

Кира отметила мелькнувшее в его глазах подозрение и громко сглотнула.

— Мы разберемся! — командным тоном заявила Лоретта.

Она плечом оттеснила шагнувшего было к Кире дракона и протянула девушке руку:

— Ты выбрала? Окончательно? Если дашь согласие работать на Департамент, я сниму свои обвинения. Сейчас, когда метаморфы стали не нужны драконам, ими заинтересуются другие расы. Все будут искать выгоду. Я никогда не любила твоих соотечественников, но теперь вижу, что вы тоже можете приносить пользу, а не только жить за счет чужой репутации.

— Хм, у меня встречное предложение, — с другой стороны протянул руку дракон. — Уступите этого метаморфа мне, леди д’Анкур. Я замолвлю за нее словечко перед госпожой Лизаветой.

— Чтобы цедить мою кровь? — горько усмехнулась Кира глядя на Флайвера. Как она могла восхищаться его красотой?

— Чтобы изучить ваш феномен! Я ещё не встречал метаморфов, не способных контролировать трансформацию! Если мы найдем ключ управлению этим действием…

Настоящая Лоретта перебила его, отвлекая Киру от слов дракона:

— Как тебя на самом деле зовут?

— К… — иномирянка едва не назвала настоящее имя, но вовремя прикусила язык.

Еще не хватало выдать всю подноготную! Тогда ее просто развоплотят, и слушать не будут! Уж лучше пусть думают, что она метаморф.

Она обреченно назвала имя хозяйки тела:

— Селеста дю Ренси.

— Ах, Селе-е-еста, — протянул страшно обрадованный дракон.

— Дю Ренси? — нахмурился Вегард.

— А не та ли это Селеста, которую власти Нааганата объявили в межгосударственный розыск? — вставил граф.

— Похоже, что та, — мрачно резюмировал префект, который молчал все это время, но не спускал глаз с компании.

Все четверо уставились на иномирянку, как на горячий бифштекс, поданный к столу.

Девушка среагировала, не раздумывая. Схватила Лоретту за руку и зачастила, глядя ей прямо в глаза:

— Леди д’Анкур, я принимаю ваше предложение! Готова дать любые клятвы, какие хотите, и сей момент поступить на службу в департамент Расследований и Сыска!

Сейчас Кирой руководило только одно: страх, что ее заставят отвечать за преступления, которых она не совершала.

Лоретта осторожно высвободила руку из ее цепких пальцев.

— Сначала мне нужно проконсультироваться со своим начальством, — сказала она, поправляя перчатку. — Ваша одиозная личность многое меняет. Пока что вам придется остаться здесь.

Кира сникла.

— Неужели меня ждет тюрьма? — она вскинула на префекта умоляющий взгляд, потом посмотрела на Флайвера и Вегарда.

Дракон и оборотень отвели глаза. Ей стало горько: ещё недавно они ухаживали за ней, целовали ее руки, приглашали на свидания. А теперь отвернулись.

Впрочем, она догадывалась, что так и случится.

— Только, пожалуйста, не трогайте моих друзей, — попросила негромко, смиряясь с судьбой. — Князя Алистера и профессора Марселя. Они не знали кто я на самом деле. Не хочу, чтобы им пришлось пострадать из-за меня…

ГЛАВА 28

Пообещав во всем разобраться, мужчины покинули кабинет. Лоретта д’Анкур уходила последней, под руку с женихом, и еще раз попросила Инмара Вольфа быть милосерднее к “девушке, которая, несмотря ни на что, решила вашу проблему”.

Кире повезло. Вместо ожидаемой камеры, префект приказал запереть самозванку в хранилище с уликами. Но перед этим с девушки сняли все амулеты, скрывающие ауру метаморфа, а штатный маг аннулировал действие заклинаний.

Теперь она была беззащитна и растеряна, как в первый день, когда появилась в этом мире.

Братья Германды сопроводили ее в хранилище. Оно находилось в подвале префектуры, и пока шли, оборотни не переставали утешать арестантку:

— Не волнуйтесь, леди Лоретта, там хорошая комната. Просторная, удобная.

— Да, там прежде все в кучу было свалено, но год назад префект приказал ее расчистить, все по полочкам разложить. Там сейчас даже стол есть и кресло, чтобы дознавателям было удобнее работать. И даже уборная есть!

— Зовите меня Селеста, — вздохнула Кира. — Никакая я не леди Лоретта, а Селеста дю Ренси.

Оборотни переглянулись и озадаченно замолчали.

О похождениях Карамели тут знали даже патрульные!

Хранилище оказалось совсем крохотным, похожим на каморку. В нем не было ни окон, ни часов, чтобы следить за временем.

— Располагайтесь, леди, — волки тоже стали прятать глаза.

И от этого душу Киры наполнила горечь.

Вздохнув, она вошла в помещение. За спиной лязгнул засов.

Вот и все.

Слезы покатились по щекам неудержимым потоком.

Всхлипнув, девушка упала в продавленное пыльное кресло и разревелась.

Ей вновь предстояли перемены, на которые она не могла повлиять. Исчезла уверенность в завтрашнем дне, а еще было бесконечно страшно от того, что она осталась абсолютно одна в чужом мире, да ещё в теле с дурной репутацией. И все, с кем успела познакомиться, кем дорожила — отвернулись от нее! Это было больнее всего.

Кира надеялась, что Марселя, Джайну и Алистера не притянут к ответу за укрывательство метаморфа.

Интересно, как скоро друзья узнают, что с ней случилось? Уж для них не секрет, что она метаморф. А вот то, что настоящая Лоретта жива — станет большим сюрпризом!

Наревевшись вдосталь, Кира встала, умылась, напилась воды из стоящего рядом кувшина и поправила одежду.

Она не знала, сколько времени провела взаперти. Но на столе стоял кристалл, чьё слабое сияние озаряло помещение, а практичная натура девушки устала страдать и теперь жаждала действия.

Иномирянка начала бродить по хранилищу, разглядывая коробки с уликами. Все коробки были магически запечатаны и при попытке дотронуться бились током.

Кира чувствовала себя тигром, запертым в клетке. К тому же еще и есть захотелось. Видимо, наступило время обеда или давно прошло.

Когда бурчание в пустом желудке достигло своего пика, двери хранилища со скрипом открылись. К радости арестантки на пороге возник Вегард с подносом.

— Я принес вам поесть, леди… — замялся он, избегая встречаться с ней взглядами. — Селеста.

Оборотень поставил поднос на пыльный стол и хотел уйти, но Кира остановила его:

— Скажите, вам что-то известно? Что там происходит?

Волк нехотя посмотрел на нее.

— Ничего хорошего для вас. Час назад Портальной Башней прибыл посланник Нааганата. Он требует вашу голову и у него артефакт, способный блокировать силу метаморфа.

Девушка замерла в неловкой позе. Нааганат! Та жаркая и пыльная страна, откуда Селеста пыталась выбраться всеми фибрами своей души!

Ледяные мурашки скользнули по позвоночнику, перебежали на лицо…

Неужели сейчас проявится лицо Карамели?

Кира испуганно схватилась за щеки, а капитан принял ее испуг на свой счет:

— Мне жаль, что все так получилось. Действительно жаль. Вы очень хорошая девушка…

— Подождите! — в отчаянии воскликнула она. — А как же предложение перейти в департамент Расследований и Сыска? Я готова! Прямо сейчас! Дам какие угодно клятвы!

— Боюсь, это вам ничем не поможет, — волк покачал головой. — Префект получил вестника от Владычицы Неба. Она приказала отдать вас Нааганату. Уж очень влиятельные особы требуют вашу голову. Вы многим насолили, Селеста.

— Верно, — беззвучно шепнула она, — никто не захочет ссориться с нагами из-за одного метаморфа.

— Простите, что ничем не могу вам помочь.

Кира склонилась, чтобы спрятать лицо.

Волк решил, что она плачет, и ушел, не забыв запереть двери.

Но Кира не плакала. Она думала. Если ее выдадут Нааганату, значит повезут туда? Может быть, по дороге появится возможность бежать? Только в этот раз придется уповать не на способности метаморфа, а на собственные опыт и знания. Жаль, среди них не так уж много того, что может помочь в побеге.

Значит, остается надеяться, что ее убьют быстро. Но так хочется жить!

Девушка прикрыла глаза. Ей нужно быть сильной, но как быть сильной, если слезы сами текут?

* * *

По ощущениям Киры дело близилось к ночи, когда засов на каморке снова лязгнул, пропуская мужчину. На этот раз пришел дракон. Но не Флайвер.

Кира удивленно вскочила навстречу нежданному гостю.

— Лорд Ренуар!

Он был очень взволнован и нервно стискивал что-то под полой камзола. Его шейный платок небрежно съехал на сторону, а волосы были всклокочены.

— Леди Ло… Селеста! — начал он, едва отдышавшись. — Халиф Нааганата и Владычица Неба подписали приказ о вашей экстрадиции. Через час за вами придут. Есть только один способ снять все обвинения!

— Какой же?

За это время Кира уже успокоилась и даже немножко смирилась. Теперь она понимала и не осуждала Карамель. Каждый выживает как может. А Селесту сама жизнь вынудила скрываться от всех, носить маски и делиться секретами с джинией, потому что иных друзей у нее не было.

Человек в этом мире весьма одинок, а женщина одинока вдвойне!

— Вы должны выйти замуж за дракона и объявить о создании гнезда! — выпалил Ренуар и жадно уставился в лицо “Лоретты”. — Тогда вы станете подданной Драконии, и мужья смогут выкупить вашу жизнь у нагов!

Кира тяжело вздохнула и внимательно посмотрела на блондина, застывшего в ожидании.

Отказываться глупо, но… ей не хотелось становиться матерью гнезда. Мужчины — это ответственность. Это жизнь вместе. Это, возможно, дети. Разве можно делить свое сердце на части? И как жить с мужчинами, к которым не чувствуешь ни любви, ни желания?

Думая об этом, она не испытывала ничего, кроме отвращения.

— Зачем вам связываться со мной? — спросила девушка. — Вы же знаете, что я преступница!

— Что вы брачная аферистка? — дракон криво улыбнулся и дернул плечом. — Я знал это с первого дня нашей встречи, Селеста, и никому не сказал.

— Как?! Откуда?! — Кира изумленно отшатнулась.

В ответ он достал из-под полы и протянул ей небольшой пакет, завернутый в пеструю ткань. Когда упаковка слетела, Кира узнала дневник Карамели, который пропал как раз в то время, когда она встретила на дороге карету драконов.

Она и забыла про него, надеясь, что он безвозвратно утерян!

— Где вы его взяли? — хриплым от волнения голосом спросила иномирянка.

— Нашел в тот день, когда мы с Эйфом и Флаем осматривали место нападения. Видимо, вы обронили его, когда выбирались к дороге.

— Но почему вы промолчали? — потрясенно пробормотала иномирянка. — Почему не разоблачили меня?

— Разве не очевидно? — по губам мужчины скользнула улыбка. — Я влюбился с первого взгляда!

Он вдруг опустился на одно колено, протянул руку и глухо проговорил:

— Селеста, выходите за меня. Я смогу вас защитить. Вплоть до того, что упрошу госпожу Лизавету переправить вас в другую страну через Портальную Башню!

Девушка несколько мгновений всматривалась в умоляющие глаза дракона, а потом медленно покачала головой:

— Простите меня, лорд Ренуар, но… я не могу! Не хочу подставлять вас, портить вам жизнь. Вы замечательный мужчина и дракон, вы еще встретите свое счастье…

Кира замолчала, чувствуя, как в горле сжимается комок, а оправдания переходят в жалкий лепет.

— Подумайте хорошо! — воскликнул Ренуар, пытаясь поймать ее пальцы. — Это ваш единственный шанс!

Она отступила, пряча руки за спину.

— Я уже подумала. Не хочу использовать или кого-то другого. Даже ради спасения собственной жизни.

Он еще с минуту стоял на коленях, ожидая, что она изменит решение. Но Кира твердо решила не оставлять ему ни капли надежды. Отвернувшись, она молча вернулась к креслу, села и закрыла глаза.

Ее сердце болело. Она понимала, что поступает глупо. О какой морали может идти речь, если на кону спасение собственной жизни? Но что-то внутри не давало ответить дракону согласием. Может быть, образ Марселя, который внезапно всплыл перед глазами.

Алхимик смотрел на нее с мягкой укоризной, словно понимал, какой она только что сделала выбор… и осуждал глупую попаданку.

Кира усмехнулась этим фантазиям. В момент, когда Ренуар озвучил свое предложение, она со всей ясностью поняла, что любит другого мужчину. Любит всем сердцем. И ничего не может с этим поделать.

— Надеюсь, вы не пожалеете о своем решении, — тихо сказал Ренуар.

Он приблизился к столу, положил дневник рядом с Кирой и поклонился. А затем так же тихо ушел. Ульф Германд, оставленный караулить арестантку, закрыл за ним двери.

Кира вздрогнула, когда лязгнул железный засов, и прошептала:

— Все мы о чем-то жалеем…

ГЛАВА 29

Девушка свернулась калачиком в кресле, пытаясь задремать, чтобы укрыться во сне от душевной боли, но замок снова лязгнул, впуская толстого нага в алой жилетке и пышном тюрбане.

— Ссселессста дю Ренссси, — прошипел он, ощупывая воздух трепещущим змеиным языком, выпущенным из человеческого рта.

Кира вздрогнула и сжалась. Она всегда боялась змей, поэтому от этого человека со змеиным взглядом и пестрым хвостом хотелось бежать, но ноги подкашивались от ужаса.

— Это дейссствительно вы! — наг сверил свои ощущения с лоскутком, вынутым из узкой серебряной колбы. — Расссхан Четвертый желает видеть сссамую наглую и бессспринципную мошшшенницу Нааганата во дворце! В иссстинном виде!

Девушка непонимающе хлопнула ресницами, а представитель халифа уже вынул из широкого пояса небольшую безделушку и прижал ее ко лбу арестантки.

Ошеломленная, Кира не успела уклониться или оттолкнуть его. Ее лоб пронзил удар молнии. Девушка вскрикнула, а в следующий миг толпа мурашек заставила ее с испуганным возгласом схватиться за лицо.

Кире казалось, что ее щеки потекли, как подтаявшее желе.

— Вот теперь всссе правильно! — удовлетворенно сказал наг.

— Что со мной? — в панике закричала иномирянка. — Что вы сделали?!

— Заблокировал вашшши спосссобности. Вы вернулисссь в свой естессственный вид, — чуть брезгливо отозвался мужчина. — Радуйтесссь, что халиф захотел вассс увидеть. Ему нравятся эксссперименты. Возможно у вассс будет шшшанссс продлить сссебе жизнь, исссполняя фантазии нашшшего госсссподина…

Все это он произнес с таким превосходством и презрением, что Киру затошнило от перспектив.

Действительно! Как же она не подумала о том, что метаморфы — это просто находка для гарема! Могут в любой момент изменить внешность, голос, цвет волос или глаз. А еще на метаморфах быстро заживают раны, почти как на оборотнях, хотя болят очень сильно.

Этот наг намекает на то, что правитель Нааганата ищет себе забавную игрушку для постельных игр? Значит, казнь отменяется?

Эта новость должна была обрадовать арестантку, но она вызвала панику. Страх сковал девушку по рукам и ногам, не давая сказать ни слова.

Кира с трудом выдавила из себя нечленораздельный звук. Наг отступил в сторону, и она увидела стоящего в дверях зеленокожего здоровяка.

Троллю пришлось нагнуться, чтобы войти, таким он был огромным. Он навис над девушкой, и та пожалела, что не может потерять сознание. Это избавило бы ее от общества этого громилы, у которого запястье было толщиной с ее бедро!

Тролль шумно сплюнул, глядя на дрожащую жертву, и осклабился во все клыки.

Кира вжалась в спинку кресла, на котором так и сидела все это время. Ухмыляясь, тролль сгреб ее одной лапищей и головой сунул в плотный мешок.

— Нет, пожалуйста, не надо! Я могу и сама идти! — взвыла иномирянка.

Мешок встряхнули, заставив девушку поперхнуться собственным воплем. А в следующий миг она поняла, что ее вскинули на плечо.

Кира не видела, куда ее несут. Могла только догадываться. Десять минут спустя, когда все тело уже болело от твердого плеча тролля, мешок с ней скинули на что-то упругое.

Кира охнула.

Чья-то рука сдернула плотный шелк с ее головы, и пленница поняла, что оказалась в экипаже без окон. Она не успела даже вдохнуть, как на ее руках и ногах защелкнулись кандалы. На шею лег металлический ошейник, а цепь, идущую от него, наг пристегнул к дубовой перекладине в полу кареты.

— Вот так-то лучшшше! — заявил он, довольно потирая руки. — А то вдруг вам, госсспожа Селессста, придет в голову сссбежать? Проявите покорность, и мой госссподин, возможно, проявит к вам милосссердие!

Опустив голову, Кира с силой укусила себя за щеку и заставила промолчать. Не стоит устраивать скандал, это ничем не поможет.

Но наг прав. Она должна проявить покорность. Пусть он думает, что она смирилась со своей участью. Это заставит его расслабиться, а ей — даст больше свободы.

Она будет молчать, подчиняться и искать возможность для побега.

До Нааганата далеко. Вдруг судьба все же будет к ней благосклонна?

* * *

Немного успокоившись и устроившись поудобнее на кожаном сиденье, Кира призадумалась. Странно, что ее не отправили в Нааганат Портальной Башней, а везут в экипаже.

Придав лицу робкое выражение, она спросила об этом у нага. Тот недовольно поморщился:

— Башшшни предназначены для добровольного перемещщщщения. Нельзя доссставить мысссслящее сущессство куда-то против его воли. Поэтому их не иссспользуют для переноссса прессступников.

Увидев надежду, мелькнувшую на лице девушки, он добавил:

— Но не надейтессссь, что вам удассстся сссбежать по пути. Вашшши кандалы заговорены нашшшим лучшшшим магом, вы не сссможете их разорвать. Только я знаю, каких рассстегнуть, а я, разумеется, не ссстану этого делать.

— А как же еда, сон и в кустики сбегать? — Кира наивно затрепетала ресничками.

— Не переживайте, — осклабился наг, — за нами ссследует отряд из двадцати сссильнейших воинов халифата. Они будут охранять вассс во время ссстоянок и в куссстики провожать. Чтобы вам не взбрело в голову потерятьссся!

Девушке пришлось изобразить смиренную улыбку. Следующие несколько часов она просидела молча, размышляя о своей печальной судьбе.

Она не знала, сколько времени они ехали. Не знала, день на улице или ночь. Мерное покачивание кареты навевало дрему, даже надзиратель-наг захрапел, откинув голову на спинку сиденья.

Но Кира уснуть не могла. В голове бродили тревожные мысли, а сердце сжималось от страха за будущее.

Внезапно карета остановилась. Это произошло так резко, что девушку швырнуло вперед. Цепи врезались в ее тело, ошейник — в горло, удерживая на месте.

Нагу повезло меньше. Он мешком свалился к ногам арестантки. Но тут же вскочил, ругаясь на своем шипящем языке.

— Эй, балбесссы! — прокричал он, постучав в потолок кареты. — Сссмотрите, куда едете! Сссовсем рассспустились!

В ответ на его крик в стенку что-то глухо ударило. А потом еще раз и еще.

Наг схватился за ятаган, висевший за поясом. Выхватив оружие, он метнулся к девушке на сиденье, схватил ее за цепь на ошейнике и притянул к себе, прикрываясь Кирой, как щитом.

— Похоже, вашшши друзья решшшили нанести нам визит! — прошипел он ей в ухо. — Но у меня четкий приказ! Доставить вас халифу или убить!

На темной обшивке дверцы появилась щель. В нее вонзились длинные острые когти и начали кусками выламывать дерево. Через дыру в карету проник холодный ночной воздух, звон металла и крики боли.

Еще секунда — и выломанная дверь отлетела. В недра кареты заглянуло чудовище. Серая кожа обтянула его лысый череп, глаза полыхали адским огнем, а безгубый рот скалился сотней острых как иглы клыков.

Кира вздрогнула, узнавая ухмылку. И не сразу почувствовала, как лезвие ятагана уперлось ей в горло, чуть выше ошейника.

— Алистер!

— Господин вампир! — взвизгнул наг внезапно писклявым голосом. — Этот метаморф является собственностью Нааганата и лично Расхана Четвертого!

Ухмылка чудовища стала шире.

Кира зажмурилась, когда рука с длинными когтями потянулась в ее сторону. Она почувствовала, как неведомая сила с ужасающим треском сорвала с кареты крышу. А затем что-то схватило завизжавшего нага и дернуло вверх. Его ятаган, бренча, упал к ногам девушки. А следом упал и тюрбан.

Алистер брезгливо отбросил имущество нага и взялся за цепи.

— Их не разорвать, — прошептала Кира, открывая глаза. — Они заговорены.

— Это мы еще посмотрим! — вампир напряг мышцы.

Но всей его силы оказалось недостаточно, чтобы освободить девушку.

Карета стояла на тракте посреди леса. С неба светили звезды, а вокруг шел бой. Точнее, бойня. Пара десятков вампиров в истинной ипостаси пиршествовала, сея ужас и панику в рядах нагов. Те махали ятаганами, пытаясь отогнать кровососов. Но вампиры атаковали с воздуха, нападали по двое, по трое и были намного быстрее и ловче.

— Только мой охранник знает, как снять кандалы! — вспомнила Кира. — Даже если вы разломаете всю карету, я останусь прикована к этой штуке!

Она подергала за цепь, вбитую в пол.

Князь кивнул, вернул ее на сиденье и крикнул:

— Варжич!!!

Его голос заставил вампиров на секунду остановиться.

— Да, ваша светлость? — откуда-то сверху раздался смиренный ответ.

— Неси сюда этот мешок с кровью. Он мне ещё нужен!

Шум битвы возобновился.

На землю из темноты с болезненным воплем шлепнулось крупное тело.

Алистер наступил на грудь извивающемуся нагу и прошипел:

— Сними цепи.

— Нет, я не могу! Повелитель меня убьет! — тот забился под его ногой.

— Если не снимешь, я убью тебя сам! Причем прямо сейчас!

Когти на пальцах князя стали в два раза длиннее. Они превратились в обоюдоострые кинжалы и нацелились в глаза пленнику.

Теперь Кира видела, что наг абсолютно лысый, его шелковая жилетка порвалась, а левое плечо и шея залиты кровью. И вот теперь Алистер склонился над ним с явным намерением выколоть бедняге глаза!

— Ну? — поторопил князь.

Острия его когтей замерли в миллиметре от глаз перепуганного нага.

— Я… я сделаю, как вы хотите, — пролепетал тот, сдаваясь. — Прошу вас… только не убивайте меня!

Вампир отступил, схватил пленника за шкирку и бросил рядом с Кирой:

— Тогда шевелись! Не заставляй леди ждать!

Наг подполз к девушке ближе. Дрожащими руками взялся за цепь и что-то забормотал, запел, перемежая слова тонким свистом.

Кандалы засветились.

Кира почувствовала, что ошейник становится мягче, точно разогретый в руках пластилин. Не веря своим ощущениям, она коснулась его и легко растянула, а затем и вовсе стащила через голову. То же самое Алистер быстро сделал с браслетами на ее руках и ногах, а затем схватил девушку в охапку и прижал к груди как желанную драгоценность.

Звякнул металл.

Едва вампир утратил бдительность, как наг нащупал и схватил ятаган, валявшийся на полу. Он даже успел вскочить на ноги с воинственным воплем и один раз полоснуть искривленным лезвием по спине князя.

Но только лишь раз.

Кира вскрикнула.

Алистер зарычал от боли и ярости.

Отпустив девушку, вампир молниеносно развернулся и всадил в нага все десять когтей. Когти пробили грудь жертвы. Хлынула кровь, и наг, захлебываясь ею, во второй раз выпустил ятаган.

— Глупый змееныш! — рыча, Алистер дернул руками в разные стороны. — Я ведь тебя пожалел!

Наг захрипел, разрываемый на две половинки.

Кира зажмурилась, зажимая руками рот. Она и допустить не могла, что элегантный насмешник Алистер может быть столь жестоким!

Раздался жуткий чавкающий звук.

Девушка подалась вперед, извергая содержимое желудка. А через миг потеряла сознание.

Князь Дома Ночи небрежно отбросил останки нага и склонился над ней. Он медленно втянул перепончатые крылья, когти и вернул себе прежний вид.

— Ваша светлость! — рядом опустился Рэйду Варжич, командующий княжеской гвардией. — Кто-то из нагов послал призыв о помощи. Надо уходить, иначе через минуту сюда порталом придет целая армия.

— Верно. Уходим, — кивнул Алистер, подхватывая бесчувственную “Селесту” на руки. — Жаль, что в этот раз не удастся уничтожить все следы. Уничтожьте хотя бы трупы, живых можете забрать с собой.

— Спасибо, князь, — поклонился Варжич.

По его губам скользнула плотоядная ухмылка: давно его светлость не был так щедр к своим слугам! Видимо, эта девушка скоро станет их госпожой.

ГЛАВА 30

Очнулась Кира в странном месте. Ее окружал плотный балдахин из вишневого бархата, рядом потрескивал камин, отдавая тепло, но вокруг пахло влажной землей, холодным камнем и кровью. А еще, несмотря на приоткрытое окно, стояла мертвая тишина. Ни крика птиц, ни шелеста ветра.

Моргнув, девушка все вспомнила: свой арест, карету, нага, цепи и брызнувшую в стороны кровь. Сглотнув, она торопливо повернулась на бок и увидела Князя Ночи. Вампир сидел в кресле и наблюдал за ней, благоразумно не пытаясь приблизиться.

— Воды! — прохрипела Кира, ощущая, что к горлу подступает желчь.

Кубок со свежей влагой немедля оказался у ее рта. Утолив жажду и отогнав тошноту, Кира полежала минуту с закрытыми глазами, принимая ситуацию, потом открыла глаза и попросила:

— Дайте мне зеркало! Наг сказал, что заблокировал мои способности метаморфа и вернул истинное лицо…

— У нас нет зеркал, — хриплым голосом отозвался вампир, — мы не отражаемся в них, но я могу сделать так…

Он махнул рукой в воздухе. Часть воды из кувшина поднялась стеной и застыла, превращаясь в зеркало.

Кира убедилась, что одета в плотную закрытую ночную рубашку, и, кутаясь в одеяло, осторожно взглянула на себя.

На нее смотрела Селеста. Та самая Селеста, которой она стала, осознав себя на жарком базаре Нааганата. Вот только видок был еще тот!

Всклокоченные волосы, покрасневшие от слез глаза, бледная кожа и искусанные до яркости губы. Вылитая вампирша! Зато от Лоретты д’Анкур не осталось даже следа. Вместо ставших уже привычными карамельно-медовых прядей по плечам Киры струились пепельные. Густые, блестящие, пусть и спутанные ото сна.

Девушка невольно потянулась поправить прическу. Провела пальцами по линии скул, глянула в глаза своему отражению.

— Без чужой маски вы гораздо привлекательнее, Селеста, — тихо прошелестел рядом князь. — В роли Лоретты д’Анкур вы казались мне сильной женщиной и достойным соперником, а теперь вызываете желание защищать вас и оберегать.

Кира вздрогнула. Она успела забыть, что не одна.

— Но мне все равно, как вы выглядите, — Алистер смотрел на нее со странным мерцанием в алых глазах. — Мы, вампиры, видим и чувствуем иначе. Для меня не изменился ваш запах, ваш вкус… Сейчас я больше чем когда-либо хочу назвать вас своей княгиней…

— Вы торопитесь, князь, — усталым тоном ответила иномирянка, возвращаясь в постель. — Забыли? После полуночи я вернусь в дом Марселя.

— Сомневаюсь. Вы все ещё здесь.

— Здесь… это где? — нахмурилась она.

— В моем родовом замке, на исконных землях нашего клана. Это неприступная крепость, надежно укрытая со всех сторон. Вы проспали больше суток, но даже не сдвинулись с места. Я лично сидел возле вас целую ночь.

— Я так долго спала?! — девушка пораженно уставилась на него. — Но как… почему меня не перенесло?

— Я уже думал над этим, — признался вампир. — И пришел к выводу, что все дело в первородной магии Дома Ночи, которая защищает замок многоуровневым барьером. Она развеивает любые попытки вмешаться извне или изнутри. Какая бы сила не переносила вас в дом профессора, она оказалась бессильна перед древней магией крови. Простите за каламбур.

Алистер тонко улыбнулся.

Кира слушала его, приоткрыв рот. Осознание истины медленно дошло до нее:

— Я провела здесь ночь… И осталась…

— Да, Селеста. Разве это не подтверждает лучше всяких слов, что ваше место здесь, рядом со мной?

Он внезапно подался вперед, ближе к девушке. Его зрачки налились завораживающим светом, а голос упал до хриплого шепота, от которого по коже Киры побежали мурашки.

— Я слишком долго откладывал свое признание. Но теперь хочу услышать ответ. Вы согласны?

Жадный, ласкающий взгляд вампира заставил Киру смутиться. Она была взрослой женщиной и понимала, когда мужчина смотрит на нее с неприкрытым желанием. Но… вампир? О нет, ей хотелось бы видеть такое желание в глазах совершенно другого мужчины! Но не стоит грубо отказывать князю, особенно сейчас, когда она полностью в его власти.

— Зачем вам женщина, которую разыскивают минимум в трех королевствах? — начала она осторожно. — Да ещё с дурной репутацией?

— Это пустяки, — отмахнулся Алистер, — Здесь вас никто не найдет. Ни оборотни, ни драконы, ни наги. Никто из них не посмеет ворваться сюда без моего разрешения, даже если поймут, что вы здесь. А я не разрешу.

— Наги будут искать… — отметила Кира. — Вы похитили опасную преступницу, которую везли во дворец халифа по его личному приказу. Он так просто не отступит.

Она судорожно выдохнула. У нее перед глазами как наяву встала жуткая сцена: брызнувшая в стороны кровь и тошнотворный запах разорванных внутренностей.

Алистер равнодушно пожал плечами

— Пусть попытаются. Мы напали на нейтральной территории. Как раз между Светлым лесом, Драконией и Нааганатом. Даже если Расхан Четвертый начнет вас искать, у него не хватит храбрости лезть к вампирам. Особенно сейчас, когда моя двоюродная сестрица Иллария держит его хвост в своем кулачке.

— И все же… зачем нужно было поступать так жестоко? Эти наги… Они просто выполняли свой долг! И ваши люди наверняка пострадали в той схватке!

Алистер смерил девушку задумчивым взглядом: испуганна, растеряна, вся дрожит. Но задает неудобные вопросы, стоит на своем и заботиться о его людях.

Приятно! Селеста дю Ренси будет отличной княгиней, а с ее прошлым он разберется! Никто не посмеет даже подумать плохо в ее сторону.

— Мои воины обычно так тихо и незаметно делают свою работу, что о них начинают забывать, — усмехнулся князь, лаская взглядом лицо “Селесты”. — Появляются претенденты на наши земли, какие-то невнятные храбрецы лезут в наши замки и склепы. Поэтому приходится напоминать, что мы мирный клан, пока нас не трогают. Это нападение намеренно было таким кровавым, чтобы напомнить миру о том, что нас не стоит задевать.

— Я… понимаю, — Кира отвела взгляд, — но мне тяжело это принять.

— Как и мой истинный облик? — он понимающе хмыкнул. — Ничего, вы привыкнете.

Она вздрогнула, вспоминая крылатое чудовище с обнаженными клыками. И тихо пробормотала:

— Не уверена в этом…

— Привыкнете. У вас будет достаточно времени.

Алистер говорил уверенно, он уже все решил для себя.

— Не беспокойтесь ни о чем, Селеста, — властным жестом князь взял руку девушки и поцеловал ледяные пальцы, — отдыхайте. Если что-то понадобится — дерните за сонетку. Позже я покажу вам замок. Уверен, он вам понравится.

С этими словами вампир растворился в пространстве. Не вышел за двери, даже не поднялся из кресла, просто исчез! Оставшись одна, Кира с минуту вслушивалась в тишину. Убедившись, что Алистер ушел, она соскочила с кровати и подбежала к окну.

Створки были распахнуты, но само окно оказалось закрыто решеткой, каждый прут которой были толщиной с палец. Ухватившись за прутья, девушка потянулась и выглянула наружу, но не увидела ничего, кроме низкого сизого неба, простиравшегося до самого горизонта.

Она посмотрела вниз и содрогнулась.

Судя по всему, замок располагался где-то в горах. Причем на большой высоте, окруженный пиками скал и ущельями. Исконные земли вампирского клана…

Сбежать отсюда нет ни малейшей возможности. И даже ее волшебный перенос здесь не работает!

Кира вернулась в постель. Уткнулась лицом в подушку и всхлипнула.

Неужели ей придется провести остаток дней, скрываясь в вампирском замке от всего мира? Она хотела этого меньше всего. И уж тем более не хотела становиться женой кровожадного чудовища, каким теперь в ее глазах выглядел князь.

Они столько времени были знакомы, а она и представить не могла, что он может быть настолько жесток! В тот миг, когда он разорвал бедного нага, Кира осознала жуткую истину: Алистер действительно монстр. Он древнее бессмертное существо, которому наплевать на чужую боль и тем более жизнь. А все остальное — маска.

Киру била крупная дрожь. Девушка натянула одеяло на голову и свернулась клубочком. Сердце тоскливо заныло, напоминая, что карета сменилась на замок, наги на вампиров, а она все равно осталась пленницей.

Ей хотелось сейчас оказаться в одном конкретном доме с одним конкретным человеком…

Но судьба редко откликается на наши желания.

* * *

Когда Кира проснулась во второй раз, рядом с кроватью стоял поднос, полный изысканных блюд, а на кресле лежало свежее платье ярко-алого цвета.

Девушка равнодушно глянула на то и другое. Несмотря на то, что ела она довольно давно, запах еды не вызвал ни малейшего аппетита.

Она собралась отвернуться к стене, когда незнакомый голос осторожно позвал:

— Госпожа желает чего-то другого?

Кира резко села.

— Кто здесь?

Из полумрака на свет шагнула молодая женщина в наглухо застегнутом черном платье с передником.

— Я Ализьена, — представилась она, делая книксен. — Ваша горничная. Его светлость приставил меня прислуживать вам.

— Ты человек? — Кира обратила внимание на ее бледную кожу.

— Не совсем, — улыбнулась Ализьена. — Я полувампир.

— И что это значит? — нахмурилась девушка. — Ты такой родилась или тебя обратили?

— Моя мать приняла кровь Высшего, когда я была в ее утробе. Она стала низшим вампиром, а я родилась полувампиром.

— Алистер обратил беременную женщину? — ужаснулась Кира. — Неужели он способен на такую жестокость?!

— Нет-нет, что вы! — испугалась горничная, — Если бы князь Ночи не сделал этого, мы бы обе погибли.

— О чем ты говоришь? Почему? — недоуменно нахмурилась Кира.

— Мою мать укусила бешеная лисица, — со вздохом призналась Ализьена. — От бешенства нет спасения, а смерть ужасна и мучительна. Его светлость спас нас обеих. Мама сама попросила его.

Кира недоверчиво уставилась на горничную. Выходит, и в этом мире есть болезни, которые не умеют лечить даже маги.

— А где твоя мать сейчас? — поинтересовалась она.

— Спит в подземном склепе. Сейчас ведь день, — легко улыбнулась девушка.

Кира продолжила расспрашивать:

— А ты почему здесь? Или не боишься солнца?

Ализьена терпеливо объяснила:

— Полувампирам солнце не страшно. Мы не такие сильные, ловкие и выносливые, как обращенные, у нас не так быстро заживают раны. Зато не боимся солнца и храним покой клана, пока не наступит ночь.

— Значит, ты будешь следить за мной днем, чтобы я не сбежала? — проворчала иномирянка.

— В этом нет необходимости. Из замка Иверлион не сбежать.

— Так я все же пленница?

— Нет, вы почетная гостья. Его светлость приказал выполнять все ваши желания… в пределах разумного, — добавила Ализьена, заметив, как загорелись глаза госпожи. — Чтобы ваше пребывание было здесь в удовольствие.

— Ах, вот как… — протянула гостья, сузив глаза.

Похоже, Алистер всерьез решил ее здесь запереть и ждет, что она покорно это воспримет?

А Марсель и Джанна? Они знают, что с ней случилось? Она должна связаться с друзьями и выяснить!

— Где сейчас князь? — осведомилась Кира деловым тоном.

Она помнила, что Алистер не нуждается в дневном сне.

— Его светлость ожидает в малом каминном зале. Он сказал, чтобы я проводила вас, когда вы будете готовы.

— Значит, не будем зря терять время!

Кира решительно откинула одеяло и встала. Вялось, слабость и хандра отступили, словно испуганные внезапным приливом уверенности.

— Горячую ванну и кофе! — скомандовала она решительным тоном.

Ализьена почтительно поклонилась и за пять минут все организовала. Правда ванну наполняли и нагревали магией, но Кире было все равно. Она с удовольствием понежилась в ароматной водичке, позволила поухаживать за волосами и кожей, а потом облачить себя в платье из струящегося шелка.

В отличие от нарядов, которые Кира носила в Новой Башне, это было слишком открытым и облегающим. Держалось только за счет корсета, выставляя напоказ плечи, руки и беззащитную шею.

Кира скептично осмотрела себя и приказала:

— Накидку! И поплотнее. Не хочу простудиться.

Ализьена тут же накинула ей на плечи бархатную пелерину, на которой сияла брошь с огромным рубином. Затем уложила волосы госпожи в элегантную высокую прическу и украсила ее рубиновыми звездами. Кроваво-красные камни идеально сочетались с алым цветом наряда и черным бархатом пелерины.

Последний штрих — черные шелковые перчатки до локтя.

— Вам очень идут цвета клана! — заявила горничная, восхищенно глядя на Киру.

— Черный и красный? — хмыкнула та.

— Жаль, что венец княгини вам пока не полагается, — извиняясь, вздохнула Ализьена. — С ним вы были бы еще красивее!

— Что за венец? — насторожилась Кира.

— Это артефакт, который князь наденет на вашу голову на церемонии бракосочетания. Я слышала, это случится уже в ближайшее новолуние!

Иномирянка сдержанно усмехнулась. Она обойдется и без венца!

Алистер уже к бракосочетанию готовится, а ее не предупредил? Неужели он все ещё верит, что она станет безропотно ему подчиняться? Если так, то он ошибается. Похоже, настало время показать всю глубину его заблуждений!

ГЛАВА 31

Ализьена проводила будущую княгиню через безмолвные анфилады замка и оставила возле высоких двустворчатых дверей, украшенных причудливой резьбой.

— Его светлость вас ожидают, — с поклоном сообщила она и исчезла.

Недолго думая, Кира толкнула створки, раскрывшиеся неожиданно легко, и переступила порог.

Она оказалась в мрачном помещении, заставленном тяжелой дубовой мебелью. Посередине высился громоздкий стол, окруженный кожаными креслами. В одном из них сидел Алистер с книгой. Но едва Кира вошла, он отложил книгу на подлокотник и встал.

— Я знал, что вы будете хороши в красном, — князь окинул гостью довольным взглядом. — Но вы превзошли мои ожидания!

Он галантно поцеловал пальчики девушки.

Та сдержанно улыбнулась:

— Помнится, вы обещали мне экскурсию по замку!

— И не отказываюсь от своих слов! Прошу вас, Селеста.

Он подал ей руку. — Рад, что вы передумали проводить время в тоске и печали.

— Мне стало… любопытно! — призналась Кира и тут же кокетливо добавила: — Я благодарна вам за спасение. Но если вы так хотите, чтобы я стала вашей княгиней, то я должна видеть, в каких условиях буду жить. Вдруг ваш замок обветшал? Стены покрылись мхом, в трещины задувает ветер…

Она многозначительно замолчала.

Князь лишь тонко усмехнулся.

Как и многие мужчины, он был уверен, что на свете нет места лучше его родового гнезда, и в переделке древний замок не нуждается.

Однако Кира быстро спустила самонадеянного вампира с небес на землю.

— Боже! Что за ужасные двери!

Алистер недоуменно уставился на огромные створки черного дерева, украшенные прихотливым готическим узором.

— Они абсолютно не держат тепло! И звук! — девушка стукнула по отполированной маске смерти. — А ведь в моей комнате стоят точно такие же!

Она презрительно сморщила нос:

— Это что же, любой желающий сможет услышать, чем мы занимаемся в спальне?

— Я установлю полог тишины.

— Нет, так не пойдет! Тут все устарело и давно вышло из моды! Алистер, я отказываюсь жить в таких условиях и требую капитальный ремонт!

Невинно трепеща ресничками, она повисла на локте у остолбеневшего вампира и замурлыкала:

— Князь, вы же не откажете будущей княгине в такой малости?

— Э-э-э… — тот потерял дар речи, но быстро вернул хладнокровие. — Чего именно хочет моя королева?

— Ах! — изображая восторг, Кира всплеснула руками. — Здесь надо полностью обновить мебель, стены обшить утеплителем, а сверху хочу шелковые обои. Обязательно ручной выделки и в желтый цветочек. Ничего черного или красного, это вульгарно. Эти огромные двери убрать. Они давно вышли из моды… А это что за убожество?

С хищным выражением на лице девушка шагнула к небольшому витражному окну. Двумя руками ухватилась за массивный свинцовый переплет и затрясла его так, что маленькие цветные стекла жалобно зазвенели.

— Халтура! — припечатала Кира онемевшего вампира незнакомым словом. — Князь, да тут все на честном слове держится и вот-вот упадет! В столице давно отказались от витражей. Они непрактичны и пропускают мало света!

— В какой столице, моя богиня? — вкрадчиво поинтересовался Алистер.

Кира на миг задумалась, потом тряхнула головой:

— Во всех! Во всех столицах. Витражи уже давно прошлый век! Вы бы ещё слюдой или бычьим пузырем окна затягивали!

Подхватив Алистера под руку, она потащила его прочь из гостиной.

— Показывайте, где у вас тут библиотека, каминный зал и все остальное?

По дороге им встретилось несколько полувампиров. Те склонились перед князем. Кира же громко фыркнула, тыча в них пальцем:

— Что это за ужасный дресс-код! Требую переодеть всех слуг в голубые ливреи! Обязательно с серебряным шитьем и бантиками.

Увидев, как вытянулись лица мужчин, она мстительно добавила:

— Да! Бантики обязательны! И кружева!

После чего слуги постарались слиться со стенами и проводили будущую княгиню потрясенными взглядами.

А Кира пустилась уже во все тяжкие. В библиотеке она демонстративно расчихалась и заявила, что в таком бардаке и сырости книги гибнут. В парадном зале притопнула по каменному полу, сморщила нос и объявила:

— Танцевать невозможно! Пол неровный, на балках — пыль и паутина, всюду сквозняки и дикие призраки!

— Это не призраки, — тяжело вздохнул князь, виновато поглядывая в сторону означенных личностей. — Это духи моих предков.

— Неважно! Они безнадежно устарели и портят общее впечатление. О!

Она замолкла, словно осененная гениальной идеей.

— Придумала! Мы откроем тематический отель! Ваши призраки, то есть духи предков, будут там обслуживающим персоналом. А парочку отправим зазывать клиентов. Вон, тот красавец с крыльями нетопыря отлично подойдет, у него такой колоритный профиль!

Упомянутый “красавец” метнулся прочь, только призрачные крылья зашуршали по каменному полу.

Второй предок Алистера, ставший хранителем родового гнезда, с воем исчез в стене, когда его обвинили в неумении греметь цепями и “создавать у жертв подходящее настроение”. Проснувшиеся к ночи вампиры только первые пять минут жаждали знакомства с будущей княгиней. Потом они как-то быстро и незаметно разбежались по углам и сверкали оттуда красными глазами, опасаясь приближаться к разбушевавшейся Кире. Последней каплей, переполнившей чашу их ужаса, стало требование изменить форму гробов на “более прогрессивную”.

— Колеса обязательно! — вдохновенно перечисляла Кира, загибая пальцы. — Слугам по три колеса, с них хватит. Остальным — по четыре. Сделать две откидывающиеся крышки. Одна чтоб лицо открывала. И всенепременно окошечко застеклить.

Алистер, поначалу искренне переживающий за свое имущество, к исходу пятого часа “прогулки по замку” разгадал замысел гостьи и лишь молча улыбался, когда она запугивала его подданных очередным заумным словечком. Он был старым и опытным вампиром, поэтому выжидал. И дождался.

Когда нервное напряжение достигло пика, Кира вдруг замолчала и мягко упала прямо в его объятия. Она выдохлась, бегать по мрачным покоям и каменным лестницам с неудобными высокими ступеньками.

— Что случилось, ваша светлость? — всполошилась Ализьена, появляясь на зов князя.

— Ничего страшного, — отмахнулся Иверлион, наслаждаясь ароматом девушки и ее беззащитностью в своих объятиях. — Я отнесу госпожу Селесту в спальню, а ты приготовь ванну и ночное платье. Моя невеста перенервничала и устала. Ей нужно поспать.

Горничная понятливо закивала и поспешила вперед, открывая двери перед господином и его драгоценной ношей.

В опочивальне Алистер опустил Киру на постель, вынул из волос украшения, ослабил шнуровку корсета и не удержался — припал легким поцелуем к нежной шее. Замерев, он несколько мгновений шумно дышал, втягивая аромат ее кожи. Затем проследил цепочкой поцелуев линию скулы и, наконец, накрыл побледневшие губы девушки, собираясь закружить ее в водовороте страсти.

Такая тихая и покорная, Селеста возбуждала его даже больше, чем яркая и деловая “Лоретта”. Она была податливой флейтой в его умелых руках, и он уже предвкушал, как заставит петь каждый нерв в ее теле…

У нее было столько мужчин. Но он заставит ее забыть обо всех!

Девушка сладко потянулась, подставляя его поцелуям шею, потом губы, выгнулась, трепыхнулась в желании прижать к себе мужчину, и прошептала умопомрачительно сладко:

— Марсель!

В ту ночь князь Алистер был очень зол и разметал на куски старую башню вместе со своим кабинетом.

* * *

Пока князь Ночи переживал крушение своих надежд, в Новой Башне Марсель де Рильон оббивал пороги чиновников.

Узнав об аресте “Лоретты”, профессор направился сначала к бургомистру, потом к префекту, потом к самой Лизавете. Бургомистр сказал, что не вмешивается в уголовные дела, префект — что бессилен перед приказом Владычицы Неба. А хозяйка города повздыхала, с жалостью глядя на осунувшегося мужчину и деликатно спросила:

— Неужели она вам так дорога, профессор?

— Дороже собственной жизни! — выпалил Рильон, не удержавшись.

— Тогда вам стоит знать, что Селеста отказалась выйти замуж за лорда Ренуара, хотя эта свадьба спасла бы ее от экстрадиции, — сказала она. — Я не уверена, но так может поступить только глупышка или та, в чьем сердце живет любовь к другому мужчине.

— Мне все равно, кто живет в ее сердце, — ответил Марсель, не задумываясь. — Я просто хочу быть уверенным, что она счастлива и в безопасности. В жизни себе не прощу, если с ней что-то случится! Помогите спасти ее. Придумайте что-нибудь, госпожа Лизавета!

— Хм… — женщина задумалась. — Есть шанс, что Великий халиф отменит казнь, если вы обменяете жизнь Селесты на что-то очень ценное для него.

— Например? — встрепенулся Марсель, и в его погасшем взгляде загорелась надежда.

— Что-то подобное вашему заменителю крови метаморфа.

Алхимик задумался. Он любил экспериментировать. Можно сказать, на эти эксперименты уходила львиная доля его доходов. И за последние годы лаборатории накопилось достаточно уникальных составов. Как те пилюли, которые помогли обмануть Круг Правды.

Словно прочитав его мысли, Лизавета сказала:

— Мой муж до сих пор под впечатлением. Да и не только он. Как Селесте удалось обмануть Круг Правды? Это ведь вы ей помогли?

— Я, — сокрушенно признался Марсель. — Арестуете меня за это?

— Нет, — она улыбнулась. — Я сохраню вашу тайну. В конце концов эта маленькая ложь помогла призвать к ответу настоящего преступника, виновного в двух смертях! Но если вы предложите нечто подобное халифу…

Его осенило.

— Да! — воскликнул алхимик, в порыве чувств хватая ладони госпожи Лизаветы и прижимая их к сердцу. — Спасибо огромное! Вы очень мне помогли!

Спешно попрощавшись, Марсель криво нахлобучил шляпу, выскочил из дома хозяйки города и бросился по дороге, напрочь забыв про наемный экипаж, ожидавший его у обочины.

— Довезите его, — попросила Лизавета возницу.

А сама осталась стоять на крыльце, глядя вслед убегающему профессору. К ней подошел Инмар.

— Мне тоже жалко эту девушку, но ты уверена, что это поможет?

— Думаю, у господина Рильона есть такой туз в рукаве, от которого не откажется даже правитель нагов, — лукаво улыбнулась ему в ответ жена.

Остаток дня Марсель провел в кабинете, разбирая свои формулы и ища среди завала бумаг одну, очень нужную.

Джайна, как могла, помогала ему, но поминутно срывалась на слезы. Она даже представить боялась, как же ее госпоже холодно и одиноко в тюремной камере.

Вечером в двери робко постучали.

Шмыгая носом, Джайна нехотя спустилась в холл и открыла. Она удивилась, увидев на пороге юную вампиршу с корзинкой в руках. Корзинка была объемистой и очень знакомой.

— Здравствуйте, — вампирша протянула корзинку. — Это забыла у нас леди Лоретта…

— Княжна Белинда! — раздался за спиной Джайны голос профессора. — Вы принесли котят? А где же сам князь?

Девушка пожала плечами:

— Отец куда-то исчез. А где леди Лоретта?

— Ах, леди, вы не слышали последние новости? — воскликнула Джайна и тут же запричитала на восточный манер: — Моя госпожа! Моя бедная госпожа!

Белинда серьезно глянула на Марселя:

— Профессор, чего я не знаю?

Теперь, когда смерть ей уже не угрожала, а все признаки болезни исчезли, княжна из бледной двенадцатилетней дурнушки превратилась в ослепительную красавицу восемнадцати лет. На самом же деле ей было уже несколько веков, и профессор хорошо понимал, что за юным обликом кроется разум взрослого существа.

— Заходите, — сказал он, распахивая двери пошире. — Та, кого вы знаете под именем леди Лоретты, нуждается в нашей помощи!

* * *

Джайна и Марсель усадили юную вампиршу в кресло и в общих чертах, не стесняясь сгущать краски, описали ситуацию. Джиния причитала, профессор хмурился, обстановка в кабинете накалялась с каждой минутой. Но Белинда была умной девушкой и быстро сообразила:

— Значит, вы хотите выкупить жизнь Селесты у нагов?

— Да! — горячо отозвался профессор.

— И готовы предложить что-то конкретное? — в голосе княжны прорезалось любопытство.

— Эликсир правды! У меня где-то был рецепт вещества, которое развеивает ментальные барьеры любой силы и сложности и заставляет мыслящее существо говорить только правду.

— Это действует на людей? — осведомилась княжна.

— Нет, на всех! — заверил ее профессор. — Состав действует на любое мыслящее существо, разница только в силе воздействия, а оно зависит от дозировки. В общем, если налить полный кубок, то можно будет разговорить и дракона, а человеку без усиленной ментальной защиты хватит пары капель.

— Хм, такой эликсир точно заинтересует халифа. Особенно, если учитывать, какие интриги постоянно плетутся в его гнезде, — Белинда сверкнула клыками. — И где же этот рецепт?

Она бросила оценивающий взгляд на кипы бумаг, разбросанных по столу, по полкам стеллажей и по полу.

— Надо искать! — развел профессор руками. — Смею ли я надеяться, что вы нам поможете?

— Разумеется. Селеста спасла меня, я обязана ей жизнью. К тому же я ненавижу этих гадких холодных змей!

До полуночи все трое разгребали бумаги. У Марселя и Джайны ещё теплилась надежда, что Кира вернется сама. Так же, как в прошлую ночь и все предыдущие.

Но вот часы пробили полночь, прошла минута, другая…

Молодые люди молча, не сговариваясь, отложили бумаги и бросились вверх по лестнице, в спальню Селесты.

К их разочарованию она оказалась пуста. Точнее, кровать оккупировали котята.

— Похоже, они чувствуют, что с хозяйкой что-то случилось, — всхлипнула джиния.

Марсель помрачнел. Последняя надежда, что Селеста вернется — растаяла.

— За весь день они ни разу не притронулись ни к еде, ни к воде, — тихо сказала Белинда. — Думала, хоть здесь поедят.

Но нет, наполненные Джайной миски стояли нетронутыми.

— Возвращаемся в кабинет! — Марсель решительно вышел. — Нам троим сон не нужен. Будем искать рецепт, пока не найдем!

ГЛАВА 32

Утро встретило всю компанию дурной вестью. Город гудел: на кортеж посла Нааганата напали вампиры. Часть охраны мертва, часть пропала. Сам посол найден разорванным в клочья, а арестованного метаморфа и след простыл!

Но какой именно клан напал — остается загадкой. Халиф в бешенстве, требует разбирательства, но никто из смежных государств не желает враждовать с вампирами. Нападение произошло на нейтральной территории, да и всем известно, что вампиры очень злопамятные и мстительные существа. Даже за ложные подозрения могут обидеться и отомстить.

— Видимо посол, а может и сам Расхан чем-то насолили князьям Ночи, — вот и все, что сказала Владычица Неба, услышав про нападение. — Пусть разбираются между собой.

Примерно то же самое, но другими словами, сказали правитель эльфов и королева дриад. И сделали вид, что чужие склоки их не касаются. Развязывать войну с вампирами из-за нескольких мертвых нагов и одного метаморфа никто не хотел.

Когда Расхану Четвертому доложили об этом, он в ярости вцепился зубами в собственный хвост и разнес в пыль парадную пещеру.

А вот Марсель, Джайна и Белинда понимающе переглянулись:

— Алистер!

— Князь!

— Отец! — воскликнули одновременно.

Сомнений не было. Нападение — это его рук дело.

— Он спас Селесту! — захлопала Джайна в ладоши.

— Нет, он ее похитил, — со вздохом резюмировал профессор.

— Похоже, отец всерьез настроен жениться на ней, — мечтательно улыбнулась княжна.

Марсель и Джайна потрясенно уставились на нее:

— Что?! Какая женитьба?

— Ой, а вы не знали? На празднике урожая отец и леди Лоретта, то есть Селеста, взяли по куску пирога с предсказаниями. Селесте досталось обручальное колечко, а отцу — вампирская заколка, какой жених обычно скрепляет фату избранницы. Вот, он и решил, что леди, точнее госпожа Селеста, его судьба!

Марсель побледнел и схватился за сердце.

Вот оно как… девушка, которую он полюбил всей силой своей призрачной души, на самом деле любит другого…

— Значит, это она из-за князя отказала лорду Ренуару, — убитым голосом выдохнул он. — Что ж, они красивая пара… Но я должен знать… Я хочу быть уверенным…

Алхимик вскинул голову и обвел женщин вспыхнувшим взглядом:

— Я должен встретиться с князем и убедиться, что Селеста с ним счастлива! Княжна, вы знаете, где он может быть?

— Хм… в одном из наших владений? — предположила она. — Но у нас их очень много…

— Это должно быть место, где не действует портальная магия, — подсказала Джайна.

Марсель кивнул:

— Точно!

— О, это сужает круг поисков, — улыбнулась Белинда. — Есть одно место, где не действует никакая магия, кроме первородной магии крови. Это древний замок в горах, колыбель нашего клана.

— Доставьте меня туда, леди Белинда! — взмолился Марсель.

— Простите, но это невозможно, — вздохнула княжна. — В замке не принимают гостей. Там живут Древние. Вы можете попасть туда только в качестве пищи… или нового члена клана.

— Селеста…

— Если она там, значит мой отец твердо намерен сделать ее новой княгиней!

— Тогда… скажите, что я хочу встретиться с ним. Хочу убедиться, что с ней все хорошо! И клянусь, больше не потревожу…

Последние слова он произнес почти шепотом.

Обе девушки с сочувствием посмотрели на него.

— Профессор, — робко позвала Джайна.

— Не сейчас, — он отмахнулся и поднял на Белинду погасший взгляд. — Княжна, устройте мне встречу с вашим отцом. Это все, о чем я прошу.

* * *

После трогательного сообщения дочери, князь Ночи сам назначил встречу профессору. Уютный загородный ресторанчик был в каком-то смысле нейтральной территорией, потому что им владели тролли. Зеленокожие великаны отлично жарили мясо на открытом огне и подавали его со жгучими травами, пресными лепешками и козьим сыром.

Чтобы не привлекать внимания, профессор заказал себе порцию мяса и гранатовый сок, а вампир, как всегда, обошелся эльфийской водой и тонкой усмешкой.

— Князь, — Марсель не стал тянуть кота за хвост, — до меня дошли слухи, что Селеста дю Ренси находится в вашем замке. Я могу увидеть ее?

— Нет! — резко ответил вампир, щелкнув клыками.

— Я лишь хочу убедиться, что с ней все хорошо, и она ни в чем не нуждается, — как можно спокойнее проговорил Марсель.

— Будущей княгине Ночи не нужны визиты посторонних мужчин! — отрезал князь почти грубо.

— Если вы уверены в ее чувствах к вам, что изменит одна короткая встреча? К тому же я хочу передать ей котят! — тут профессор удачно вспомнил мантикор, и в его голосе добавилось уверенности.

— Вот пусть моя дочь их передаст! — заявил Алистер, раздражаясь все сильнее. — И вообще, незачем морочить голову почти замужней женщине!

Марсель поднял брови:

— Почти? Значит, Селеста ещё не дала согласия на брак?

Князь помрачнел. Память подкинула неприятную картину: Селеста в его объятиях, отвечающая на его поцелуи и при этом упорно шепчущая сквозь сон и страсть: “Марсель! О, Марсель!”

Это повторялось уже несколько ночей.

Когда же она поймет, что никакие уловки не заставят князя Алистера отпустить свою жертву?

Он почувствовал приступ гнева.

— Рано или поздно я добьюсь ее любви! — процедил, сверкая алыми рубинами глаз. — Ни одна женщина не устоит перед князем Ночи!

— Насколько я знаю, — мягким тоном заметил повеселевший Марсель, — госпожа Селеста уже неделю как похищена вами. И до сих пор не приняла венец княгини? Неужели ваша хваленая харизма здесь не сработала?

Почти напевая, он с аппетитом взялся за мясо.

Разъяренный вампир вскочил, отбрасывая стул, зарычал, выпуская клыки и когти в начальной трансформации.

— Она примет венец! Если придется, я силой надену его!

Он сам не понял, отчего так откровенен с человеком.

Зато Рильон знал. Несколько капель его драгоценного “эликсира правды”, оказывается, творят чудеса с высокомерными клыкастыми снобами.

— И сделаете ее бесконечно несчастной, — сухо заметил он. — Или забыли, что княгиня должна войти в клан добровольно?

Князь зашипел, протягивая когтистые конечности к профессору. Затем опомнился — огляделся, натыкаясь на хмурые тролльи морды, и растворился в воздухе.

Алхимик остался за столом в одиночестве. Через минуту к нему подошел зеленый официант весьма брутальной наружности и басом шепнул:

— Все сделал, как вы сказали, господин.

Марсель опустил монету в протянутую ладонь.

Понятливый молодчик кивнул и пропал, прихватив со стола бокал с остатками эльфийской воды. А невероятно довольный алхимик вернулся к трапезе.

Зелье, которым он планировал выкупить жизнь любимой, прошло испытание. Пора передать его визирю Расхана Четвертого в обмен на помилование для Селесты.

А ещё он заронил в сопернике зерно сомнения и убедился, что Селеста не любит Алистера. За это следовало съесть хороший кусок запеченного мяса и побыстрее приготовить еще одну порцию эликсира!

* * *

В родовой замок вампир ворвался, как в покоренную крепость. Влетел, вышибая витражные стекла каминного зала, бестолковой летучей мышью пометался под потолком и, наконец, с пронзительным криком приземлился на стол, где вернул себе человеческий облик.

Ализьена, ощутив возвращение Повелителя, немедля прибежала с докладом:

— Ваша светлость! Госпожа не выходит из спальни!

Алистер скрипнул зубами. Бурного кипения Селесты хватило на два дня. За это время она успела запугать низших вампиров и призраков, начать перестановку в некоторых помещениях и ремонт. А потом, видимо, осознала, что ее попытки запугать самого князя Ночи бесполезны.

Горькие слезы девушки целую ночь держали вампира в отдалении, а утром третьего дня она отказалась вставать с постели.

Сначала Ализьена решила, что это просто каприз. Принесла в комнату ночной горшок и таз для умывания, подала завтрак, но гостья-пленница отказалась от еды, не стала менять сорочку, лишь глубже забилась в подушки и задремала, болезненно вскидываясь на каждый звук и иногда тихо плача.

— Совсем не выходит? И с постели не встает? — Алистер в гневе почти шипел.

Ализьена попятилась, но подтвердила:

— Не встает, милорд! И есть отказывается.

— Бери свою мать и ступай к моей невесте. Одеть, накормить и усадить в кресло. Я приду через час! — прорычал Высший.

Перепуганная горничная пулей вылетела из дверей и со всех ног бросилась выполнять приказ хозяина.

Когда Алистер, немного успокоившись, заглянул в спальню девушки, его встретила вязкая ватная тишина.

Селеста, одетая в алое платье из мягкой ткани, сидела в кресле с высокой спинкой и смотрела в окно. Перед ней на столе остывал красивый чайный прибор, в пиалках и вазочках блестели мед, тростниковый сахар, варенье и вошедший в моду мармелад. Рядом стояла сухарница, полная булочек, печенья и сладких сухариков — в общем всего того, что вызывает желание ухватить кусочек и сунуть в рот просто так, для удовольствия. Однако бледная рука девушки безвольно лежала на подлокотнике, сбившееся черное кружево обрамляло слабую кисть, словно лепестки — сердцевину цветка.

Алистер бесшумно подошел к Селесте и встал рядом. Девушка не шелохнулась. Она безо всякого выражения смотрела на скалы и редкие гребни кривых сосен. Равнодушно скользила взглядом по величественным белым облакам, развалинам старой башни и вычурным краям новых построек. Казалось, пленница безмятежно любуется видом, но вампир видел и чувствовал — ее здесь нет.

— Селеста, — тихо позвал он, присаживаясь в соседнее кресло.

Ализьена тут же подала ему кубок с эльфийской водой и, повинуясь движению руки, удалилась.

Девушка неохотно оторвалась от созерцания пейзажа за окном и перевела взгляд на вампира:

— Князь.

— Почему вы не едите? — Алистер все еще был вежлив.

— Не хочется, — тем же ровным, безжизненным голосом отозвалась его невольная невеста.

— Но так же нельзя. Селеста! Ваше тело нуждается в пище! Позже, когда вы пройдете все обряды, и я напою вас своей кровью, вы сможете обходиться только эльфийской водой или магией, но и то — не сразу. А сейчас вам нужны силы!

Девушка равнодушно покачала головой и вновь уставилась на горизонт. Князь решил попробовать пробудить в ней интерес к ее собственным задумкам:

— Вы же затеяли такой грандиозный ремонт. Мои подданные ждут ваших распоряжений!

Селеста лишь покачала головой, и вампир не выдержал — сорвался в ее присутствии. Вскочил, отшвырнул тяжелое резное кресло, схватил девушку за руки и как репку выдернул из кресла:

— Очнитесь. Селеста! Очнитесь. Что с вами произошло? Почему вы вдруг утратили радость жизни? Да у вас даже запах изменился. Теперь от вас пахнет болезнью!

Она отвернулась от него, едва заметно пожав плечами:

— Со мной все в порядке, лорд Алистер, не понимаю, почему вы так сердитесь.

— Потому что вы не та прекрасная Селеста, которая вошла в мой дом и запугала фамильных призраков. Где яркая, дерзкая девушка, в которую я влюбился? Вы тень себя прежней! Я не понимаю, что вам не нравится? Что мне сделать, чтобы вы стали прежней?!

— Разве вас это волнует? По-настоящему? — Селеста даже не рассердилась. Просто посмотрела на князя, как на бестолкового ребенка, которому приходиться все объяснять несколько раз. — Вы придумали себе, что именно я должна стать вашей женой, потому что я человек. Но я не человек — я метаморф. Тогда вы придумали, что я влюблюсь в вас, позабыв о том чувстве, которое уже созрело в моей груди. Но в темноте корни растут вглубь, и мои чувства становятся лишь сильнее. А теперь вы решили, что вам не нравится то, что вы придумали. Что всесильный князь вампиров делает с надоевшими игрушками? Ломает? Или выбрасывает?

Она отвернулась и вновь уставилась в окно. Алистер отступил. Если бы девушка взвилась, загорелась огнем, пусть и ненависти — он бы поддержал и раздул это пламя. Ему ли не знать, как порой из ненависти вырастает любовь? Но Селеста не горела — она затухала. И его усилия не могли раздуть ее пламя.

В отчаянии, Алистер вновь дернул девушку на себя, сжал в объятиях, приник губами к ее губам, ожидая реакции. Но она не сопротивлялась, не отвечала, просто лежала тряпичной куклой в его руках, равнодушная и холодная. Смотрела неподвижным стеклянным взглядом и пережидала момент его ярости.

На миг ему показалось, что он целует губы умертвия.

Не выдержав, Алистер зарычал и оттолкнул ее от себя. Селеста безвольно упала на пол. Свернулась, подтянув колени к груди, и замерла, не пытаясь поправить беспорядок в прическе и одежде.

Невнятно выругавшись, князь вышел. Наткнулся в коридоре на Ализьену и ее мать, коротко рявкнул:

— Кормить с ложечки, развлекать и оберегать. Не давать днем лежать ни минуты. Я скоро вернусь!

Расправив крылья, высший вампир обернулся летучей мышью и отправился в поместье под Новой Башней — повидать дочь и разузнать последние новости.

ГЛАВА 33

Кира медленно умирала.

Нет, в физическом плане со здоровьем все было более чем хорошо. Как она выяснила опытным путем, тело метаморфа способно сутки выдерживать без еды и воды, не причиняя особого дискомфорта.

Но вот душа ее умирала. Мысль, что ей придется сотни лет прожить с нелюбимым мужчиной, да ещё в этом мрачном замке, убивала ее.

Предстоящая вечность пугала до дрожи. Но еще больше пугала и отталкивала страсть вампира. Кира никогда не смотрела на него как на мужчину, хоть его человеческий облик был привлекательным. А теперь, зная какой Алистер на самом деле, она боялась его. Как любое мыслящее существо боится буйства природы.

В ее глазах он был ураганом. Неконтролируемым и жестоким. И никак не хотел принимать очевидного.

Через неделю ежедневных молчаливых посиделок у окна, терпение вампира лопнуло. Он появился перед ней, как всегда, мрачный, облаченный в торжественно-черное, и распорядился, обращаясь к служанке:

— Ализьена, через час госпожа должна быть готова к прогулке.

Горничная засуетилась, а Кира даже не повернула головы.

Ее торопливо выкупали, растерли, одели в очередное алое платье и черный бархатный жакет. Волосы по последней моде уложили в две “волны” и накрыли черным бархатным беретом с алым пером и рубиновым аграфом. Алые перчатки, алые сапожки — облик Селесты просто вопил о том, что она стала избранницей вампира, но Кира осталась абсолютно равнодушна к своему изображению в зеркале. Даже не дрогнула, когда рядом беззвучно появился князь.

— Идемте, Селеста. Думаю, прогулка за пределами замка пойдет вам на пользу…

Один шаг — и они стоят на незнакомой улочке, вымощенной диким камнем. Алистер сжал ее руку и потащил за собой.

Кира вяло подчинилась.

Идти оказалось неудобно: у замшевых сапожек, в которые ее обули, была слишком тонкая подошва. Но она и этого не заметила, просто неожиданно глубоко втянула прохладный воздух и закашлялась.

Князь тотчас остановился, подождал, пока она отдышится, а потом сообщил сухим тоном:

— Тут недалеко есть милое кафе. Люди уверяют, что в нем подают весьма приятные десерты. Я оставлю вас ненадолго…

Кира не возразила. Впервые за десять дней в ней проснулось любопытство. Видимо, так повлияла иллюзия свободы.

Девушка с первого взгляда поняла, что это не Новая Башня. Но город выглядел милым и чистым, хотя и очень простым.

Князь проводил спутницу до выкрашенного в цвет охры домика, спросил отдельный кабинет, завешанный портьерами, и усадил за столик, накрытый на двоих.

Словно из воздуха рядом соткался официант-фей. Затрепетал крылышками:

— Чего изволите?

— Чай и “дамский поднос”.

Кира даже вспомнила, что так называется набор крошечных — на один укус — пирожных, сделанных специально для того, чтобы не испачкать платья и все же отведать сладости.

Официант исчез, а князь задержался, хотя собирался уходить. Несколько минут он вздыхал, заглядывал Кире в лицо, ловил ее взгляд и поглаживал пальцы. Потом, не удержавшись, поцеловал холодное запястье.

— Я буду рядом, Селеста, — произнес глухим тоном. — Если вам будет плохо, или вы пожелаете вернуться в мой замок — только позовите. Я сразу приду!

Кира равнодушно кивнула, и вампир наконец ушел.

Через пару минут любезный официант принес заказанный чай, пирожные и вазочку с восхитительным ягодным кремом. Право слово, прежде Кира отринула бы любую диету, чтобы отведать подобный микс из свежей клубники, малины и черники, изрядно сдобренный воздушными взбитыми сливками, кусочками шоколадного бисквита и тонюсенькой стружкой лимонной цедры. Но сейчас ей казалось, что перед ней стоит картонный стакан, наполненный картонными обрезками.

Она едва шевелила ложкой, гоняя ягодки по кругу, и не заметила, как в кресло напротив кто-то бесшумно сел.

Наконец, Кира все же решилась попробовать. Зачерпнула немного густого белого крема, красивой шапочкой накрывающего вазу, сунула в рот и тут же охнула.

Зубы наткнулись на что-то твердое.

Выплюнув непонятную вещицу в ладонь, девушка замерла.

Кольцо! Очаровательное кольцо с искристым синим камнем в обрамлении крохотных прозрачных камушков. Неужели кто-то потерял такую красоту и не заметил? Но как оно оказалось в десерте?

Кира подняла голову, чтобы окликнуть официанта, но наткнулась на взгляд, который снился ей каждую ночь с того момента, как она попала в замок вампира.

— М… Марсель?

Это был он. Сидел напротив и серьезно смотрел ей в глаза.

— Селеста, вы станете моей женой? — спросил тихо, но твердо.

Девушка растерялась. Она не могла поверить своим глазам, только продолжала сжимать кольцо в кулаке.

А неизвестно откуда взявшийся алхимик с улыбкой продолжил:

— Я так долго искал вас, так волновался! Клянусь, что больше никогда и никуда не отпущу вас в одну!

Кира замерла, судорожно вздохнула и неожиданно для себя пробормотала:

— Не говорите так, профессор. Вы не знаете, кто я! Клянусь, вы сами сбежите прочь с криками ужаса, когда узнаете мою историю!

— Мне плевать, — жестко прервал ее сумбурную речь Рильон. — Я люблю вас, и мне не важно, кто вы на самом деле: Селеста, Лоретта или еще кто-то. Ведь я люблю не за внешность, не за длину волос или цвет глаз. Я не могу забыть ваш веселый смех, вашу улыбку, вашу манеру сдувать волосы с лица и привычку грызть перо, записывая что-то важное. Я полон любви к вам и не позволю исчезнуть, оставив меня ни с чем!

— Нет, я так не могу!

Кира отчаянно пыталась все объяснить, но мужчина уже поглаживал ее руки, явно собираясь надеть на палец кольцо.

— Остановитесь! Марсель! — воскликнула девушка, а потом перешла на сбивчивый шепот: — Вы должны знать обо мне кое-что. Возможно, узнав правду, возненавидите меня так же сильно, как сейчас любите. Я… женщина из другого мира.

— Иномирянка? — слегка удивился профессор. — Как госпожа Лизавета? У нас их давно не было, но департамент еще сохранил ставку. Не вижу в этом ничего страшного.

— Я не просто иномирянка, Марсель. Я не Селеста, не метаморф. Селеста умерла, а я душа. Душа из другого мира, которая заняла это тело!

Последние слова она почти прокричала в отчаянии, и сразу пришло облегчение.

Все! Она призналась — и будь что будет.

Если профессор сейчас побежит вызывать экзорциста, Кира со спокойной душой позовет Алистера. Князь защитит и не откажет в убежище. Тело Селесты тихо умрет в его замке. Возможно даже не сразу — метаморфы живучие ребята.

А вот если Марсель ее примет…

Девушка чувствуя, как замерло сердце, заглянула в глаза любимого — и пропала! Марсель смотрел на нее так, что слова были лишними. Он молча взял кольцо из ее дрожащих рук, надел ей на палец и счастливо улыбнулся:

— Вот эту душу я и люблю. Какая разница, в чьем она теле? Главное, что мое место рядом с тобой!

По лицу Киры сами собой потекли слезы.

— Теперь понятно, почему я всегда возвращалась в твой дом, — прошептала она. — Мы оба хотели быть вместе…

— Ну что ты, ну зачем! Селеста!

— Кира! Зови меня Кира!

— Кира, — мягко повторил Марсель, касаясь ее щеки, — какое красивое имя.

Едва он коснулся ее, как девушка ощутила мурашки. Они ринулись лавиной от корней волос к подбородку, но на этот раз не щекотали, а покалывали и жгли огнем.

— Ой! Что с моим лицом?!

В панике она схватилась за щеки.

Марсель улыбнулся, отводя в стороны ее руки, присмотрелся и рассмеялся:

— Мне кажется, ты стала еще красивее, но если интересно, взгляни!

Один жест — и в воздухе повисло знакомое Кире “водное зеркало”, а в нем… В нем отразилась она сама! Та самая Кира, которая жила на Земле и однажды очнулась на узких улочках Нааганата!

— Это я! Я! Это мое лицо!

Иномирянка в восторге кинулась на шею возлюбленного, одновременно целуя его и поливая слезами. Марсель не подвел — поймал и обнял в ответ.

Возможно, если бы он был груб и напорист, как Алистер, то Кира разочаровалась бы и оттолкнула его. Но он касался ее губ с невероятной нежностью, словно боялся примять. И от его деликатных, осторожных поцелуев по телу Киры прошлась волна жара.

Она поняла, что тает в любимых руках. Что это именно тот поцелуй, о котором она мечтала…

* * *

Едва эмоции немного улеглись, Марсель усадил Киру к себе на колени, чтобы кормить десертом с ложечки, слегка браня за голодовку. И рассказывать ей, рассказывать, как славно они заживут в своем тихом городе. В своем милом доме вместе с преданной Джайной и неугомонными котятами. И что никто, никогда не найдет ни поддельную Лоретту, ни Селесту.

Ведь жену профессора Рильона зовут Кира и он привез ее из другой страны. А его сил вполне хватит, чтобы скрыть ее сущность.

Да и сам он, если быть честным, приблудная душа. Просто создал себе новое тело. Но раз любимую это не беспокоит, то и ему не о чем переживать.

Девушка с радостью отвечала на его поцелуи и думала, что ее сказка еще не закончилась. Впереди ждет долгое и счастливое будущее.

Какая бы сила не забросила ее в этот мир, Кира ей благодарна. Магия привела ее в нужный город, в нужный дом и к очень нужному мужчине. И пусть она не сразу осознала это, пусть обманывала себя и пыталась сбежать, но теперь это все позади. Она в надежных руках.

Нет, в любимых руках!

* * *

Когда очередной поцелуй влюбленных стал уж совсем неприличным, Алистер выпустил из рук портьеру, за которой стоял все это время и наблюдал.

Вампиру непросто было признать, что эта прекрасная, яркая женщина, которую крепко держит в своих объятиях профессор де Рильон — полная противоположность той странной тени, которая жила в его замке.

Всесильный князь ошибся, и праздничный пирог предсказал ему другую княгиню.

Пусть парочка влюбленных проведет еще немного времени наедине, а он пока позаботится, чтобы им никто не мешал. Да и неплохо бы навестить кузину Илларию. Кажется, она ходит в любимых женах у Расхана Четвертого? Вот пусть и заставит его забыть об одном исчезнувшем метаморфе…

Теперь профессор Рильон и его жена будут жить своей жизнью, а он, Алистер Иверлион, должен найти свой путь.

И невесту!

КОНЕЦ

Content

Аферистка по призванию 2

ПРОЛОГ

ГЛАВА 1

ГЛАВА 2

ГЛАВА 3

ГЛАВА 4

ГЛАВА 5

ГЛАВА 6

ГЛАВА 7

ГЛАВА 8

ГЛАВА 9

ГЛАВА 10

ГЛАВА 11

ГЛАВА 12

ГЛАВА 13

ГЛАВА 14

ГЛАВА 15

ГЛАВА 16

ГЛАВА 17

ГЛАВА 18

ГЛАВА 19

ГЛАВА 20

ГЛАВА 21

ГЛАВА 22

ГЛАВА 23

ГЛАВА 24

ГЛАВА 25

ГЛАВА 26

ГЛАВА 27

ГЛАВА 28

ГЛАВА 29

ГЛАВА 30

ГЛАВА 31

ГЛАВА 32

ГЛАВА 33