Иван Холодов

Особая Дальневосточная

Зорок глаз часового Особой Дальневосточной.

Опершись на винтовку, красноармеец глядит на пустынную реку, слушает шум дремучей сибирской тайги, спустившейся с гор к самым берегам Амура.

От часового к часовому разъезжают конные пикеты. Аэроплан плывет высоко в небе — он следит за рекой, за нашей границей.

В 1929 году капиталисты Франции, Англии, Польши и других стран хотели напасть на Советский Союз. Первыми должны были начать на востоке белогвардейцы и китайцы из Манчжурии. Они захватили Китайскую Восточную Железную Дорогу — КВЖД и послали свои войска на Амур.

Тогда Особая Дальневосточная по приказу Реввоенсовета встала на страже наших границ по всему Амуру.

КВЖД построена на китайской земле русским царем. Деньги на постройку царь взял у рабочих и крестьян. Он строил дорогу на чужой земле, в Манчжурии, потому что надеялся отнять у китайцев эту землю. Так делали и англичане, и французы и другие капиталисты.

После революции советское правительство сказало китайскому народу: давайте владеть дорогой совместно и делить доходы справедливо.

Китайский народ обрадовался такому предложению. Империалисты отняли у него много городов, земель. Они и сейчас грабят и унижают Китай. А Советский Союз предлагает справедливо решить спор о большой и важной дороге.

Китайские генералы подумали и тоже согласились: они надеялись, что со временем захватят дорогу целиком.

В 1929 году китайские генералы и русские белогвардейцы по приказу капиталистов захватили КВЖД.,

Советское правительство заявило: воевать не хотим. Нам нужно строить фабрики, заводы, машины, автомобили, тракторы, электростанции.

У нас сейчас дни великой мировой стройки. У нас даже Красная армия занимается мирным делом: она чинит крестьянский инвентарь, плуги, тракторы. Но на свою землю мы не пустим никого. Наша Красная армия не забывает о военной учебе.

Империалисты сказали китайцам и белогвардейцам: надо сейчас же начать войну с СССР. Нельзя дать им построить пятилетку. Тогда они станут слишком сильны. Давайте испытаем: сильна ли Красная армия, крепка ли советская власть? Пусть белые и манчжурские генералы нападут на Советскую землю. Хотят или не хотят большевики, а придется им воевать.

И вот белые разъезды и отряды нападают на наши селения и порода, а китайская артиллерия громит с южного берега Амура мирные деревни.

— Мы не дадим врагу пробиться вглубь нашей страны — сказали в лагерях красноармейцы.

— Мы готовы к обороне социалистического отечества.

— И мы с вами, товарищи. Мы все встанем на защиту нашего строительства, — сказали Дальневосточной армии рабочие делегации, больших городов и заводов приехавшие в штаб Особой Дальневосточной к командарму товарищу Блюхеру…

— Мы приготовим столько патронов, снарядов и ружей, сколько потребуется для защиты революции — сказали дальневосточникам металлисты Ленинграда и Урала, побывавшие на передовых позициях.

- Все рабочие всего мира с вами, товарищи. Вы защищаете дело рабочего класса, - сказали дальневосточникам иностранные рабочие делегаты.

— И мы с вами, — сказали китайцы-крестьяне. — Бейте наших генералов. Мы привезли вам в подарок капусту с наших огородов. Больше у нас нет ничего.

Там, где Сунгари втекает в Амур, стояла китайская флотилия. Она громила советские берега. Она топила наши торговые пароходы на Амуре.

— Довольно, — сказал командарм Дальневосточной товарищ Блюхер.

Тогда поднялись советские бомбовозы. Канонерки полным ходом пошли из Амура в Сунгари. Китайская флотилия была разбита.

Главные силы китайцев собрались, чтобы напасть на наши земли, у станции Манчжурия. Видя, что без боя не обойтись, Дальневосточная решила здесь разбить белых и китайцев. Красные части двинулись в атаку.

Вихрем понеслась красная бурято-монгольская конница. Буряты при царе были неграмотными кочевниками, а теперь они строят у себя социализм. Китайские и белые генералы грозят им прежним рабством. Вот почему так лихо дрались бурято-монгольские кавалеристы с белыми.

Чтобы китайские солдаты дрались отчаянно, генералы сказали им, будто Красная армия расстреливает всех пленных.

Дальневосточная разбила и окружила китайцев. Восемь тысяч солдат и сам командир, генерал Лян были взяты в плен. Никто не расстреливал пленных, — их кормили, поили, повели в баню. Китайские солдаты поняли, что генералы их обманули. Многие солдаты говорили:

— Мы пойдем вместе с красными воевать против своих генералов.

Китайские войска, спасаясь от красных, грабили и жгли дома мирных китайских жителей.

Никого не грабили и ничего не жгли красноармейцы в занятых городах. Красноармейцы подметали улицы, убирали сор, помогали чинить разрушенные китайскими войсками дома. Мирные китайцы трудящиеся дружили с красноармейцами.

Рабочие углекопы Джалайнора поднесли уходящим красным бойцам знамя.

А уходила Красная армия из Китайской земли обратно в Советский Союз потому, что разбитые манчжурские генералы запросили мира и восстановили прежний порядок на КВЖД.

В Даурии под музыку в красных гробах хоронили павших героев.

И теперь уже делегации победившей Дальневосточной рассказывали рабочим о боях в Манчжурии, о том, как они защитили наше строительство.

— Мы победили потому, что с нами была вся страна — говорили дальневосточники.

Быстрая и решительная победа Дальневосточной показала мощь Советского Союза. Другие враги не осмелились напасть на Союз. Те, кто пробовал нашу силу штыком, были наказаны. Рабочие и колхозники продолжали строить социализм.

Опасность будет грозить Советскому Союзу, пока существует капитализм.

Попрежнему грозил опасность и на Востоке.

Особая Дальневосточная попрежнему боевым стражем стоит на Амуре.

Японские генералы и капиталисты решили подчинить себе весь огромный Китай.

Они не прочь захватить и наш Дальний Восток. Японские империалисты прямо говорят: «Нужно отобрать у СССР земли до Байкала, посадить там белогвардейцев. Белые генералы будут нашими приказчиками, а мы будем настоящими хозяевами».

Японские генералы шлют в Манчжурию полки за полками, они закупают в Европе и шлют в Манчжурию аэропланы, танки, пулеметы, газы и пушки.

Мы должны быть готовы к бою за нашу свободу, за наши земли, за нашу страну.

Особая Дальневосточная не дремлет на боевом посту.

Врасплох ее не захватят.

Зорко смотрит днем и ночью часовой Особой Дальневосточной.

Content

Иван Холодов
Особая Дальневосточная