Владимир Георгиевич Гниловской

Вулканы Ставрополья

Раздел из книги «Занимательное краеведение»

На Земле имеется около 400 действующих вулканов. Потухших насчитывается значительно больше. Всем известны вулканы Камчатки, Курильских островов, других частей Азии, вулканы Америки, Европы, немногочисленные, но высокие вулканы Африки и Антарктиды. Но мало кто знаком с вулканами Ставропольского края. Многие читатели, наверное, даже удивятся: «А разве в Ставропольском крае есть вулканы?» Представьте себе — есть. И даже не один.

Вулканический ландшафт Пятигорья.

Горы: 1. Кокуртлы. 2. Кинжал. 3. Лысая. 4. Змейка. 5. Бык. 6. Верблюд. 7. Машук. 8. Развалка. 9. Железная. 10. Бештау. 11. Медовая. 12. Шелудивая. 13. Золотой курган. 14. Юца. 15. Джуца. 16. Тупая. 17. Острая.

Ставропольские вулканы расположились к северу от Эльбруса, образовав целый вулканический район, называемый обычно Пятигорьем, хотя здесь не пять, а семнадцать вулканических гор.

Пятигорские вулканы особенные. Их можно назвать «неудавшимися вулканами», так как раскаленная магма у многих из этих гор, поднимаясь из земных недр, не смогла пробить толщи вышележащих горных пород и лишь приподняла их над окружающей местностью в виде высоких куполов. Земная кора не позволила пятигорским вулканам сделаться настоящими вулканами, извергающими лаву, пепел, раскаленные бомбы и горячие газы. Такие недоразвитые вулканы называют лакколитами.

Недалеко от станции Минеральные Воды еще недавно поднималась острая пирамида горы Кинжал, стоявшая как страж у самой дороги. В последние годы тут добывался камень, гора была срезана более чем на половину высоты. К югу от железной дороги расположены остальные лакколиты Пятигорья. В центре пространства, занятого этими горами, возвышается пятиглавый огромный «сизо-голубой» Бештау, а вокруг него — горы Машук, Лысая, Железная, Развалка, Змейка, Острая, Медовая, Тупая, Шелудивая, Бык, Верблюд. Вдали, за Пятигорском, видны еще три конических вершины: Джуца, Юца и Золотой курган. Лакколиты, разбросанные по обширной, слегка покатой к северу равнине, напоминают высокие скалистые острова среди безбрежного моря. Хребет Джинал, другие передовые хребты Кавказа и стоящие за ними вершины снежных гор во главе с Эльбрусом похожи на берег этого обширного «каменного моря».

Гора Кинжал.

Горы Пятигорья в прошлом были мало изучены. Детальное исследование пятигорских лакколитов началось лишь в годы первых пятилеток.

Много поработали советские геологи для выяснения природы пятигорских лакколитов. Оказалось, что у самой большой горы Бештау, как и у некоторых других пятигорских гор, магма не только подняла, но пробила толщу земной коры и вышла на ее поверхность. Таким образом, Бештау и некоторые другие лакколиты нашего края оказались не лакколитами, как об этом думали раньше, а настоящими вулканами. Только лава этих вулканов в момент извержения из-за своего состава и сравнительно невысокой температуры была очень густой, поэтому она не могла разлиться по склонам горы. Толщи древних морских осадочных пород, прорванные магмой, были не только подняты, но местами «поставлены на голову», т. е. вертикально, и зажаты между жилами магмы; в других местах веерообразно раздвинуты и запрокинуты во внешнюю сторону от магматического ядра.

У Бештау, горы Бык, Развалки, Железной и некоторых других магма так же, как и у настоящих вулканов, поднималась неоднократно. Каждый раз она пробивала уже застывшую лавовую кровлю, возникшую при первоначальных извержениях.

Такие извержения не могли проходить тихо. Вся местность на сотни километров вокруг содрогалась, над вулканами поднимались столбы газов, озаряемых раскаленной магмой.

Ученые установили, что вулканы Пятигорья возникли сравнительно недавно. Их можно даже назвать молодыми: ведь им не более 10 миллионов лет!

Строение лакколитов Пятигорья.

Фазы внедрения магмы: I — первая, II — вторая, III — третья, IV — четвертая. Горные породы: V — палеозойского фундамента, Cr1 — мел нижний, Cr2 — мел верхний, Pg — палеоген (нижний, средний и верхний).

Вулканы образовывались не сразу, они формировались, может быть, в течение сотен и тысяч лет. Возможно, что их подъем не вполне закончился и в настоящее время. Глубоко в недрах Земли продолжается передвижение магмы. Недаром в этом районе и в соседних с ним местах иногда отмечаются сильные подземные толчки.

Пятигорские вулканы росли, но в то же время и разрушались. Водные потоки размывали осадочные горные породы на поверхности лакколитов, вскрывая застывшую магму. Подземные воды, прокладывая себе пути в толще известняков, образовывали подземные пещеры и провалы, а местами, наоборот, заполняли трещины кальцитом и отложениями других солей, как бы залечивая раны, образовавшиеся при подъеме гор.

Гора Медовая — обнажившаяся магматическая жила.

Застывшая магма и примыкающие к ней породы разрушались многочисленными сбросами. У некоторых лакколитов, как, например, у горы Развалки, в результате этого возникали трещины, происходили большие обрушения. У подножья и в нижних частях склонов гор создавались нагромождения скал, каменные хаосы, непроходимые «каменные моря». Там, где по линиям сбросов передвигались большие глыбы кристаллических пород, горные породы отполировались, как зеркало. Такие «зеркала» есть и на Бештау, и на Острой, и на других горах.

Вода минеральных источников, которой так богаты подножья пятигорских вулканов, нигде не выходит, как думали прежде, из магматического ядра лакколитов. Она образуется из просачивающейся поверхностной воды в недрах осадочных пород, нагретых до высокой температуры. Обычный путь ее движения-трещины в пластах, покрывающих ядра лакколитов. Но почему же минеральная вода Пятигорья имеет различную температуру? У одних источников вода едва-едва теплая, у других — почти кипяток. Это объясняется тем, что у некоторых источников она идет с больших глубин по более прямым и коротким трещинам — в таких источниках температура воды выше. Воды холодных и теплых источников зарождаются на меньших глубинах или, поднимаясь с глубинных пластов, движутся медленно, по длинным проходам и по дороге на земную поверхность охлаждаются.

Обилие недоразвитых вулканов на ограниченной площади Пятигорья и однородность магмы, составляющей их ядра, говорит о единстве их происхождения. Можно предполагать, что в этом районе из глубоких недр к земной поверхности приблизился гигантский магматический выступ. Такие массивы магмы называют батолитами. Батолит дал ряд ответвлений, поднявшихся по трещинам в верхние части земной коры. Ответвления батолита и образовали пятигорские горы, причем у некоторых из них магма неоднократно выходила на поверхность — эти горы стали вулканами; у других — например, у Машука, горы Лысой — магма только приподняла осадочные породы, они превратились в типичные лакколиты; у третьих — поднимающаяся магма застыла в трещинах в виде вертикальных или наклонных жил, а потом обнажилась при разрушении окружающих их горных пород, образовав стенообразные массивы, называемые дайками. К дайкам относятся горы Острая, Шелудивая, Медовая, они вытянуты по направлению одной магматической жилы.

Внедряясь в поверхностные пласты, ядра пятигорских вулканических гор расширялись, поэтому большая часть их по форме представляет суживающиеся в глубину грушевидные тела, местами нависающие над смятыми осадочными породами. Некоторые из обнажившихся ядер напоминают обелиски и иглы.

Когда пытаешься представить извержения пятигорских вулканов, в памяти невольно встают картины грандиозного извержения вулкана Мон-Пеле на острове Мартиника в 1902 году. Началось оно взрывом газов в жерле вулкана. Затем из кратера стал подниматься купол полузастывшей лавы диаметром в 700 метров. Медленно поднимаясь, он приобретал форму остроконечного обелиска и за 8 месяцев подъема достиг высоты в 476 метров от основания вулкана. Обелиск раскалывался трещинами, светящимися по ночам, от него отваливались большие куски, и неоднократно вершина его обрушивалась. В первые дни извержения из кратера, прорвавшись между магматической пробкой и стенками вулкана, вырвался столб горячих газов. Но он не поднялся вверх, так как газы были отягощены большим количеством пепла. Облако газа катилось по склону с силой урагана.

Возможно, что в прошлом извержение Бештау, Развалки и других гор напоминало извержение на острове Мартиника. Ведь у пятигорских вулканов магма также поднималась в полузастывшем состоянии.

Геологи называют магму пятигорских лакколитов трахилипаритом, или бештаунитом, Бештаунит — хороший строительный и кислотоупорный материал. Из бештаунита высекают ванны и чаны для химических заводов, производящих кислоты. Бештаунит употреблялся для облицовочных работ при строительстве Волго-Донского канала имени Ленина. К сожалению, большая часть добываемого в Пятигорье бештаунита идет на щебень для бетона. Щебень можно изготовлять из галечников, гранитов и других твердых горных пород, запасы которых в горах Кавказа неисчерпаемы. Но управление промышленности стройматериалов мало проявляет заботы о подыскании новых месторождений щебеночных материалов, продолжает разрушать ценные памятники природы — лакколиты, некоторые из них — Кинжал, Шелудивая, Острая — почти исчезли с лица Земли.

Магма пятигорских вулканов была сравнительно охлажденной, поэтому она мало изменила соприкасавшиеся с нею осадочные породы. Некоторые из них слегка уплотнились и имеют следы ожога. В других образовались мелкие кристаллы лилового аметиста, красные кристаллы гранита, золотисто-желтые кубики пирита.

Вулканы нашего края при своем возникновении и извержениях, в отличие от других вулканов земного шара, не принесли человеку никакого вреда, так как человека тогда не было. Теперь же они служат советскому народу. Вокруг ставропольских вулканов создалась одна из главных здравниц нашей родины — курорты Пятигорск, Кисловодск, Ессентуки, Железноводск, Кумагорск, славящиеся целебными минеральными водами.

Биография Эльбруса

Если горы Пятигорья оказались «неудавшимися вулканами», то этого никак нельзя сказать об Эльбрусе, стоящем на границе Ставропольского края с Кабардино-Балкарской АССР. Очень давно Эльбрус был настоящим вулканом, а теперь числится в группе самых грандиозных потухших вулканов мира. Высота Эльбруса равняется 5642 метрам.

Немногие вулканические горы земного шара превосходят по высоте Эльбрус. Лишь потухший вулкан Аконкагуа (6960 м) и действующая огнедышащая гора Льюльяйльяко (6723 м), расположенные в Южной Америке, превышают Эльбрус немногим более чем на один километр. Величайший вулкан Африки Килиманджаро почти равен Эльбрусу, превосходит его только на 253 метра, то же можно сказать и о наибольшем вулкане Северной Америки Орисабе (5700 м), превосходящем Эльбрус на 58 метров. Среди гор Азии Эльбрус — самая высокая вулканическая вершина, следующая за нею гора Демавенд уступает Эльбрусу по высоте на 38 метров.

Вид Эльбруса со Скалистого хребта (репродукция с картины М. Ю. Лермонтова).

Эльбрус, как и многие другие вулканы, можно разделить на две части: пьедестал, состоящий из горных пород, и насыпной конус, образовавшийся в результате извержений. Пьедестал Эльбруса достигает приблизительно 3700 метров. Значит, «прирост» Эльбруса за счет его извержений равен примерно 2000 метров.

Самый большой по высоте насыпной конус среди всех вулканов имеет Ключевская сопка. Насыпной конус этого вулкана достигает 4572 метров и превосходит конус Эльбруса почти на три километра.

Очертания двуглавого то синего, то розового — в зависимости от освещения — конуса Эльбруса хорошо знакомы ставропольцам. Эльбрус виден из всех, даже самых северных пунктов края, у которых горизонт не загорожен другими, более близкими возвышенностями. Интерес к Эльбрусу у ставропольцев объясняется и тем, что воды его ледников питают самые большие реки нашего края — красавицу Кубань и бурный Терек.

Ни одна из вершин Европы и Кавказа не может сравниться с Эльбрусом по красоте форм, по обширности фирновых полей и вечных льдов.

Знаменитый русский поэт В. А. Жуковский писал о величии этой горы:

И вдалеке перед тобой,

Одеты голубым туманом,

Гора вздымалась над горой,

И в сонме их гигант седой.

Как туча, Эльборус двуглавый

Ужасною и величавой

Там все блистает красотой…

Эльбрус господствует над всеми другими горами Кавказа, он виден со всех вершин хребта, с равнинных территорий, из Закавказья и даже с палуб пароходов, плывущих вдоль восточных берегов Черного моря. Недаром силуэт этой горы стал как бы символом и своеобразным гербом всего, что относится к Кавказу.

Перелетая осевую зону Кавказа, Эльбрус можно узнать только по его доминирующей высоте, в этот момент он выглядит одиночным конусом-восточная вершина закрывает западную.

Западная вершина Эльбруса наиболее высокая, она имеет 5642 метра над уровнем моря, восточная на 38 метров ниже, а разделяющая их седловина достигает высоты 5320 метров. Обе вершины представляют самостоятельные вулканические конусы, разделенные расстоянием всего лишь в полтора километра, а основание всей горы имеет диаметр около трех километров.

Эльбрус — классическая вулканическая гора. В его обширном конусе, насыпанном во время многочисленных извержений, как бы записана история вулкана; ее успешно читают советские геологи по пластам лавы, пепла и вулканического туфа.

Эльбрус возник в конце неогена при подъеме Кавказского хребта. Извержения Эльбруса, вероятно, напоминали извержения современного Везувия, но отличались большей силой. Из кратеров вулкана в начале извержения поднимались на много километров вверх мощные тучи паров и газов, насыщенные черным пеплом, закрывая все небо, превращая день в ночь. Земля содрогалась от мощных подземных взрывов. Воздух разрывался беспрестанными молниями и огненными полосами от тысяч вулканических бомб, вылетавших из жерла. По склонам горы неслись потоки пепловой грязи, сметая на своем пути растительность и камни. Каждое извержение заканчивалось выходом раскаленной лавы, быстро застывавшей на поверхности. Слои пепла, лавы, камней, наслаиваясь друг на друга, расширяли склоны вулкана, увеличивали его высоту. Вулкан обладал колоссальной силой, его пепел находят в районе г. Нальчика, на склонах горы Машук, отстоящей от Эльбруса на 90 километров. Эльбрусу, вероятно, принадлежат пепловые отложения, обнаруженные на севере нашего края близ города Новоалександровска. Но эпохи извержений сменялись периодами затишья, во время которых реки и ледники энергично разрушали насыпанный до этого вулканический конус почти до основания. Вулканические породы перекрывались мощными моренами и отложениями рек. С момента зарождения Эльбруса до настоящего времени периоды размыва и возрождения конуса повторялись до десяти раз.

Геологический профиль вулкана Эльбрус с запада на восток. 1. Современные (послеледниковые) вулканические отложения; 2. Верхнечетвертичные; 3. Среднечетвертичные; 4. Нижнечетвертичные; 5. Отложения верхненеогеновых извержений. 6. Палеозойские породы и гранты. 7. Разломы.

Эльбрус, Бештау, Машук и другие горы Пятигорья — члены одной вулканической семьи. Но эти родственники мало похожи друг на друга, что зависит от неоднородности их магмы. Если у Бештау магма была вязкой и выдавливалась в виде густой массы, то у Эльбруса она была жидкой, изливалась через край и растекалась во все стороны, наращивая склоны.

Деятельность Э. льбруса продолжалась в ледниковую эпоху четвертичного периода, когда на Кавказе уже жил человек, и прекратилась около 2500 лет назад. При наступлении льдов его склоны неоднократно покрывались мощным ледяным панцирем, при очередных извержениях они размывались бурными потоками воды.

Места извержения Эльбруса неоднократно перемещались. Оба купола, венчающие в настоящее время Эльбрус, — самые молодые.

В юго-западной части горы в виде скал Хотю-Тау-Азау сохранились остатки наиболее древнего кратера. Отсюда берут начало ледники, питающие водой реку Баксан и притоки Кубани. Восточная и западная вершины Эльбруса как бы всажены в верхнюю часть древнего кратера. Заканчивать работу Эльбруса пришлось самому юному кратеру — восточной вершине горы. Возможно, что оба конуса иногда работали одновременно. Кратеры обеих вершин Эльбруса сравнительно невелики. Центральные части конусов заполнены снегом, по краям выступают из-под снега остатки кольцеобразных лавовых гребней, окружавших прежде кратер. Тут же можно видеть выходы розовой пемзы, светло-серого вулканического туфа, кусочки серы, мелкие вулканические бомбы. Лучше сохранился кратер у восточной вершины, его диаметр 300, а глубина 80 метров. Конус западной вершины более грандиозный, склоны его крутые, до 50°, диаметр кратера 600, а глубина 300 метров. Юго-западная сторона стены разрушена, тут вытекает ледник, начинающийся в центре.

Географы XVI века считали Эльбрус действующим вулканом. В книгах и на картах он изображался огнедышащей горой, таким же описывается во многих народных легендах. Среди жителей гор и предгорий иногда распространялись слухи о том, что Эльбрус вновь начал действовать или что ожидается оживление Эльбруса в ближайшее время. Эти рассказы ничем не оправданы.

Эльбрус, пожалуй, можно назвать не потухшим, а угасающим вулканом. Он иногда бывает центром небольших землетрясений, распространяющихся в пределах Предкавказья. В недрах батолита, питавшего прежде Эльбрус, остывает магма, она снабжает минеральные источники углекислым газом, превращая их в нарзаны, которых очень много в подножьях Эльбруса. Кое-где на склонах Эльбруса из трещин выходят сернистые газы.

В. Корзун во время первого зимнего восхождения на Эльбрус обнаружил на западном склоне восточной вершины большие выходы пара. «Издали, — говорит путешественник, — казалось, что весь склон дымится. При ближайшем рассмотрении оказалось, что пар со слабой примесью сернистого газа выходит из разных по величине снежных воронок и из протаявших в снегу около камней отверстий… Все склоны южной и западной стороны восточной вершины оказались увенчанными причудливыми ветвями как бы снежных растений невиданной формы — в таком виде выкристаллизовался осевший на промерзшие скалы пар».

Все описанное подтвердила и специальная экспедиция геологов из Ставрополя, посетившая этот район в 1962 году. Здесь, на уровне 5400 м, в четырехметровой толще снега обнаружены большие лабиринты, образованные горячими парами, с температурой воздуха в них до 18°, скальное дно которых поросло зелеными мхами. Выходы газов также говорят, что Эльбрус не вполне потухший вулкан, — он еще «дышит» и находится сейчас в стадии относительного покоя.

Двуглавый великан Эльбрус хранит в своих недрах неисчерпаемые богатства. У его подножья выходят целебные источники: знаменитая «Долина Нарзанов» близ истока реки Малки — детище Эльбруса. Это будущий курорт, не уступающий Кисловодску по количеству источников и по качеству нарзанов. Внутреннее тепло, разнообразные полезные ископаемые Эльбруса ждут своего использования.

Советские ученые используют Эльбрус для изучения высоких слоев атмосферы, действия разреженного горного воздуха на организм человека, для решения вопросов борьбы с градом и многих других научных проблем.

На Эльбрусе работает самая высокая в Европе геофизическая обсерватория, на его склонах построены гостиницы, альпинистские лагеря, подвесные канатные дороги.

Приэльбрусье ежегодно посещают тысячи туристов и альпинистов со всех концов Советского Союза и других стран.

Советский человек полностью подчинит себе величественный Эльбрус, и его многочисленные богатства будут использованы для умножения силы и славы нашей Родины.

Снеговая шапка великана

Конус Эльбруса поднимается выше линии вечного снега на 2300 метров. Снеговая шапка, как бы надетая на вершины этой горы, дает начало многочисленным ледникам, расползающимся по ее склонам во все стороны горизонта. В плане ледниковая область Эльбруса звездообразна и напоминает фигуру гигантской амебы; ледники подобной формы встречаются еще только в Скандинавских горах. Общая площадь оледенения Эльбруса составляет 134 квадратных километра, около 10 процентов от всех ледников северного склона Кавказа. Тем не менее длина эльбрусских ледников сравнительно невелика, наибольшие из них достигают 6–9 километров, в 2 раза уступая в этом отношении наиболее значительным ледникам Кавказа, например, леднику Дыхсу, Безенгийскому леднику, имеющим длину соответственно 13,3 и 17,6 километра. Всего на Эльбрусе насчитывается 23 ледника. Есть среди них ледники Ирик, Кокуртлы, Большой Азау и другие, протекающие по выпаханным обширным углублениям, долинам. Встречаются висячие ледники, языки которых с грохотом обрываются со скал, образуя ледяные лавины, например, Когутай, Терскол, Гарабаши, и, наконец, оригинальные «возрожденные» ледники, крупнейший из них — Уллукам. Верхняя часть этого ледника наползает на край скалистого лавового барьера, обламывается, дробится на мелкие кусочки, образуя мощный ледопад; ниже, через несколько сот метров, разбитые куски льда вновь срастаются и продолжают свое движение в сторону истоков реки Кубани.

Вечный снег на северном склоне Эльбруса начинается с высоты 3850 метров, на южном склоне снеговая линия несколько ниже. Мощность ледникового покрова Эльбруса очень неравномерна. Она изменяется в зависимости от рельефа, глубины долин, по которым стекает лед, условий накопления снега от десятка до сотни метров.

Древние ледяные потоки Эльбруса были длиннее, они сливались с ледниками соседних гор и пропахивали углубления для будущих долин Кубани, Малки и других рек.

Ледники спускаются ниже современной снеговой линии, например, ледник Большой Азау достигает высоты в 2 километра над уровнем моря. У многих ледников в их конечной части образуются красивые ледниковые гроты, из которых вытекают ручьи. На десятки километров от окончания ледников тянутся громадные конечные морены из валунов, щебня, глины, снесенных ледниками в прошлом; обнаруживаются отполированные «бараньи лбы», видны следы угасших ледниковых озер. Встречаются остатки громадных грязе-каменных потоков — селей, иногда они сносили массивы леса, перепруживали реки, образуя озера. Древние эльбрусские ледники доходили в пределах Кубанской долины до места современного аула Хурзук.

Схема оледенения Эльбруса. 1 — горизонтали через 200 м; 2 — ледоразделы между ледниками; 3 — границы ледников; 4 — выходы вулканических пород.

Ледники Эльбруса питают три крупные реки: Баксан, Малку и Кубань, дающих воду оросительным системам Ставрополья.

Бассейну Кубани принадлежит десять эльбрусских ледников: Битюктюбе, Кюкюртлю, Уллукам и семь меньших — безымянных. Общая площадь их 13,3 кмІ. Первенство по площади (6,5 кмІ) и по длине (7,5 км) среди ледников западного склона Эльбруса принадлежит Кюкюртлю — это самый длинный ледник Ставропольского края.

Скорость движения ледников Эльбруса не превышает 25 см в сутки, у концов она и того меньше, так что действительно ледники «ползут». Частице воды, выпавшей где-либо на вершине Эльбруса и превратившейся в лед, потребуется не меньше 100–200 лет, чтобы достигнуть подножья горы. По скорости движения ледник Кюкюртлю побил рекорд среди всех ледников Эльбруса — в его средней части, на ледопаде, установлена скорость 140 см в сутки, но и тут лед продвигается в год только на полкилометра.

Ледники — большое природное богатство: они питают горные реки, регулируют их сток. Из всей воды, какая проходит по руслу Кубани за год, 34 процента приходится на атмосферные осадки, 21 — на подземные воды и 45 процентов за счет высокогорного снега и льда.

И вот эти, казалось бы, никому, кроме альпинистов, ненужные, порою даже страшные, заброшенные на заоблачные высоты, где не живет человек, скопления льда приходится тщательно изучать. Много лет работает на Эльбрусе специальная гляциологическая (ледниковая) экспедиция Московского государственного университета. Ученые исследуют мощность, структуру, химический состав, температуру ледников на поверхности и в глубине. Определяют ежегодное накопление и расход льда, чтобы выяснить запасы воды в ледниках, дать прогноз их изменения, предусмотреть обеспечение рек, каналов и гидроэлектростанций водой на ближайшие годы.

Тревогу вызывает продолжающееся последние сто лет прогрессивное отступание ледников, связанное с изменением климата. Площадь ледников Эльбруса сократилась за это время на 18, а текущих в сторону Кубани даже на 33 процента. Отступают ледники неравномерно, то таяние задерживается и они даже начинают наступать, то они вновь укорачиваются и уменьшаются по мощности. Последние девять лет темп отступания ледников стал замедляться.

Отступание ледников сигнализирует о необходимости принимать срочные меры для сохранения водоносности горных рек — не допускать вырубки лесов в горах, распашку горных склонов, восстанавливать вытравленные луга.

На Эльбрусе суровый климат, роднящий его с арктическим районом. Средняя температура самого теплого месяца -1,4°. Осадков на Эльбрусе много, в два-три раза больше, чем на Ставропольских равнинах, но они выпадают только в виде снега. На Эльбрусской метеорологической станции на высоте 4250 метров, за три года наблюдений ни разу не было отмечено дождя.

Эльбрус иногда сравнивают с куском льда размером в 6 километров, заброшенным далеко на юг из арктических районов. Естественно, что теплые массы воздуха, идущие с Атлантического океана, встречая это препятствие, поднимаясь и охлаждаясь, принуждены отдавать часть своей влаги склонам на подступах к этой горе. В результате Эльбрус изменяет погоду в обширных пространствах соседних районов, что отмечено приметой местных жителей: «Когда в ясный день Эльбрус надевает облачную шапку — будет непогода». Самый холодный месяц на Эльбрусе — февраль. Средняя температура воздуха в феврале на 15° ниже, чем в Ставрополе. В самом теплом месяце, в июле, средняя температура воздуха приблизительно равняется декабрьским температурам на Ставрополье, а самая высокая дневная температура в этом месяце достигает только восьми градусов тепла.

Август — самый лучший месяц для восхождений на Эльбрус, в это время стаивает снег, открываются все трещины во льду, даже там, где их обычно не видно.

Концы эльбрусских ледников вторгаются в зону альпийских лугов, ниже их располагаются хвойные леса. Северные склоны Эльбруса более сухи, каменисты и имеют меньше растений.

Из растений наиболее высоко, за пределы вечного снега поднимаются камнеломки и горечавки. Еще выше, в пределах ледяной шапки Эльбруса, на уровне 4500 метров, среди камней можно встретить лишайники и мхи. Ледниковый покров Эльбруса посещают не только люди. Альпийская галка гнездится в скалах «Кругозора». Иногда даже зимой ее видели на вершине Эльбруса. До высоты 4500 метров залетают горные индейки, ими всегда интересуются альпинисты, так как они при понижении атмосферного давления, предвещающего непогоду, прекращают свой свист. До самой вершины проникают дневные бабочки и жужелицы. На Эльбрусе находили замерзших перелетных птиц, застигнутых снеговой бурей.

Тысячи лет снеговая шапка Эльбруса питала кавказские реки прозрачной холодной водой. Гигантская энергия рек бесцельно тратилась на перенос камней и разрушение горных кряжей. Лишь теперь, в советское время, вода эльбрусских ледников оживила сухие степи Ставрополья.

Энергия водных частиц, занесенных солнечными лучами на вершину Эльбруса, приводит в движение машины на многих заводах нашего края, ею движутся электропоезда. В свете электрических огней, украшающих улицы Ставрополя, Пятигорска, других городов края, также скрыта энергия эльбрусских ледников, преобразованная Баксанской, Куршавскими, Свистухинской, Сенгилеевской и другими ГЭС в электрический ток.

Все большее значение приобретает теперь снеговая шапка Эльбруса для полей Ставрополья. Сперва было налажено орошение эльбрусской водой (по каналу имени В.И. Ленина и другим) юго-восточной части края. С 1948 года Невинномысский канал принес эльбрусскую воду на поля западного Ставрополья. Вместе с ней здесь, где никогда не видели, как растет рис, появились обширные рисовые плантации, поля различных овощей. Правобережный канал распределяет эльбрусскую воду по водоразделу между Егорлыком и Калаусом. Терско-Кумский канал открыл путь водам Эльбруса и других рек Кавказа в Восточное Ставрополье. Гидростоители приступили к обводнению центральной части Ставропольского края по самому грандиозному в РСФСР — Большому Ставропольскому каналу, включенному Директивами XXIV съезда КПСС в число главнейших строек 9-й пятилетки.

Ледяной венец Эльбруса, воспетый А.С. Пушкиным, теперь не только украшает голубой небосвод Ставрополья, но и шлет на соседние обширные степи свет, тепло и живительную влагу.

Покоренный исполин

Первые сообщения об Эльбрусе встречаются у древних греческих мореплавателей, посещавших за много веков до нашей эры сказочную Колхиду, на которой «высится неведомая гора, треть ночи освещаемая солнцем». По их рассказам, «задолго до того, как солнце осветит гребни волн, эта таинственная вершина уже купается в золоте первых лучей улыбающейся Эос [1], и в то время, когда на море уже наплывают сумерки, снега загадочной вершины еще горят рубинами закатных огней».

Эльбрус был хорошо известен многочисленным древним народам Кавказа. У каждой народности он получал свое имя, отражающее те или иные особенности этой горы.

В современном слове Эльбрус, видимо, слились его грузинское наименование «Ялбуз», что означает «Грива снега», и осетинское наименование Эльбруса «Алборс», т. е. «Высокая гора». Другие народы дали ему имена «Царь горных духов», «Гора дня», черкесы называли Эльбрус «Приносящей счастье горой». У первых русских поселенцев на Ставрополье он был известен под именем «Шат-гора».

Научное изучение Эльбруса русскими исследователями началось в XIX веке. В 1913 году астроном академик В.К. Вишневский впервые точно определил местоположение и высоту Эльбруса.

В 1829 году Эльбрус посетила первая русская научная экспедиция. В нее входили знаменитый русский физик академик Ленц, ботаник Мейер, архитектор Пятигорска Бернардацци и другие. Экспедицию сопровождал начальник Кавказской линии генерал Эммануэль с отрядом в 1000 казаков. Отряд остановился у северного подножья Эльбруса на высоте 2400 метров. Генерал дальше не пошел, предпочитая наблюдать за действиями ученых в подзорную трубу. На камнях в месте стоянки лагеря была выбита надпись: «1829 г. с 8 по 11 июля лагерь под командою генерал кавалер Эммануел».

Начав восхождение, экспедиция, после ночевки на высоте 3000 метров, продолжала подъем. Часть экспедиции достигла лишь высоты 4800 метров. Здесь на камнях был высечен георгиевский крест и цифра 1829. Эту надпись обнаружила в 1949 году группа советских альпинистов общества «Наука».

Дальнейший путь продолжали только Ленц, два казака и два проводника-кабардинца. Ленцу и казаку Лысенкову удалось достичь седловины, дальше идти было невозможно, так как сильно размягчился снег. Выше пошел только один кабардинец Киллар. Ему удалось достичь вершины, так как его организм был лучше приспособлен к горным условиям и он вышел раньше по твердому снегу.

Эммануэль видел в подзорную трубу Киллара вблизи восточной вершины. Вернувшегося вечером проводника ученые приветствовали как первовосходителя на Эльбрус. В ознаменование работ экспедиции и достижения вершины были отлиты две чугунные доски с надписью, излагавшей это событие, установленные в дальнейшем в Пятигорске у грота Дианы и хранящиеся в настоящее время в музее.

Они подтверждают приоритет нашей страны в покорении Эльбруса и начисто опровергают распространяемые за рубежом рассказы об англичанине Дугласе Фрешфильде как о первовосходителе на Эльбрус, поднявшемся туда в 1870 году.

В архиве Кабардино-Балкарской АССР имеется интересный документ 1870 года — прошение сыновей Киллара Герандуко и Хамбия о наделении их землей «не по происхождению нашему, а за услугу, оказанную покойным отцом нашим русскому правительству», но начальство отказало в просьбе Килларовых вследствие того, что они происходили из «низшего сословия».

Альпинизм в России не был развит. В конце XIX столетия Россия стала наводняться иностранными альпинистами, при этом многие из них проявляли подозрительный интерес к пограничным районам и полезным ископаемым Кавказа. Лишь некоторые из побывавших на Эльбрусе иностранцев оставили ценные научные материалы. Многие восхождения этого периода кончались неудачно.

В 1888 году русский топограф Чаплиевский с девятью казаками в бурю и туман совершил первый переход через седловину Эльбруса с севера на юг.

В 1890 году на восточную вершину взошел первый русский альпинист, военный топограф А.В. Пастухов. Он шел без проводников, в сопровождении нескольких казаков. Опыта горовосхождений у Пастухова в то время еще не было, но его смелость и беспримерное мужество и настойчивость обеспечили успех.

Экспедиция на Эльбрус в 1829 году. Акварель хранится в Государственном Центральном Военно-историческом архиве. Публикуется впервые. Под рисунком надпись: «Рисовал с натуры 21-й артилл. бригады прапорщик Горшков». «Вид горы Эльбруса с севера». «Высота от поверхн. Средиземн. моря — 16330 рус. футов. a) Кабардинец Киляр — 16330 ф., b) Г-н Ленц — 15693 ф., c) Гг. Купфер, Ментрие, Мейер и Бернадаций — 14 427,5 ф.».

Выше каменной гряды, расположенной на южном склоне Эльбруса на уровне 4681 метра, у Пастухова начались острые приступы горной болезни. Несколько раз обессилевшего Пастухова в бессознательном состоянии казаки сносили на бурках к упомянутой гряде, получившей в дальнейшем наименование «Приют Пастухова». На следующий день он вновь начинал борьбу за достижение вершины, наконец, на шестые сутки борьбы со стихией он взошел на вершину, пробыл на ней три с половиной часа, проводя топографическую съемку. Наибольшим результатом его подъема было составление первой карты самой значительной вершины Кавказа. В 1896 году Пастухов совершил второе восхождение на Эльбрус.

В начале XX столетия восхождения на Эльбрус альпинистов участились. Русские горовосходители преследовали не только спортивные рекорды, но и решение научных задач.

В те годы в городе Владикавказе (ныне Орджоникидзе) жил С.М. Киров. Здесь по заданию партии он вел большую революционную работу среди многонационального населения. Киров любил горы Кавказа и отважных горцев, он часто посещал далекие аулы, расположенные в диких ущельях, сплачивал на совместные выступления горскую бедноту. В 1910 году С.М. Киров поднялся на вершину Казбека, на следующий год он вдвоем со своим товарищем П.Г. Лучковым взошел на восточный конус Эльбруса.

Вдохновенные слова С.М. Кирова, которыми он описывал впечатление о подъеме на горы, прекрасно характеризуют природу Кавказа. «Какой простор! — писал С.М. Киров. — Какая очаровательная красота во всех этих снежных гигантах, мощно возвышающихся к небу!.. Какое разнообразие цветов и тонов в этих скалистых утесах бесконечной цепи гор, теряющейся где-то далеко, далеко!.. Как глубоко все это трогает душу и сердце человека! Им овладевает такое чувство восторга, описать которое — сверх человеческих сил…»

Но не одну только красоту видел С.М. Киров среди Кавказских гор. Выступая в дальнейшем, в годы гражданской войны, на съезде народов Терской области, он говорил: «Мы должны сказать, что не только красота скрывается в горах Кавказа, но что эта цепь горных скал явится той могучей преградой, о которую разобьются все силы реакции, что в диких горах слышен не только вой ветра, но там слышна и революционная песня… истинных сынов демократии».

После Великой Октябрьской революции началась новая эра в изучении нашей Родины. Молодая Советская страна осваивала новые, отсталые прежде районы, строила гидростанции, прокладывала новые железные дороги, осваивала воздушные пути, укрепляла оборону страны, растила здоровое, сильное, жизнерадостное поколение строителей социализма.

Во все уголки необъятной территории Советского Союза, направились сотни научных экспедиций: в тундры, в пустыни, в тайгу, на высочайшие горные пики, во льды Арктики. Всюду строители социализма начали изучать и побеждать природу. В этой грандиозной работе не был забыт и величавый Эльбрус.

Здесь начал развиваться массовый советский альпинизм.

Первые попытки советских альпинистов подняться на Эльбрус были сделаны еще в 1925 году. Пионером этого дела был преподаватель Пятигорского пединститута, знаток ледников Кавказа Я.И. Фролов, но небывалой силы ветер, заставлявший Фролова временами ползти по снегу, не дал ему возможности достигнуть вершины. В 1923 году группа альпинистов под руководством профессора Николадзе совершила успешное восхождение на вершину Казбека, а в 1925 году 19 альпинистов, в том числе несколько девушек, с тем же руководителем успешно поднялись на восточную вершину Эльбруса. Эти восхождения положили начало советскому альпинизму.

В отличие от дореволюционных горовосхождений, советский альпинизм с момента своего зарождения стал коллективным, массовым. На Эльбрусе стали создаваться приюты и хижины для туристов (на «Кругозоре», у «Приюта одиннадцати»).

В дальнейшем число восхождений на Эльбрус быстро росло. На Эльбрусе была создана высокогорная метеорологическая станция, на которой первые зимовщики под начальством В.Б. Корзуна вели наблюдения погоды в течение трех лет подряд начиная с 1933 года. Впервые на Эльбрусе заговорило радио, оно передавало сводки погоды на Большую землю. Зимовщики также положили начало зимним восхождениям на вершины Эльбруса. Начались почти ежегодные массовые альпиниады, организуемые ЦДКА. Над Эльбрусом, где прежде, как и над Казбеком, «носились лишь туманы да цари орлы», впервые стали парить советские самолеты, сопровождавшие отряды альпинистов.

Начиная с 1934 года на Эльбрусе стала действовать комплексная экспедиция Академии наук СССР. Она изучает прозрачность облаков, оптические явления в атмосфере, работоспособность человека на большой высоте и другие проблемы. Экспедицией были созданы станции и лаборатории на разных высотах. На «Кругозор» была доставлена динамо-машина, и впервые на склонах Эльбруса загорелся электросвет. Телефон связал между собою лагеря экспедиции, западную и восточную вершины Эльбруса и город Нальчик. На Эльбрусе был создан документальный фильм «Человек на высоте».

1935 год для Эльбруса явился годом мировых рекордов. Помимо многих зимних восхождений, на Эльбрус одновременно поднялось 638 лучших колхозников Кабардино-Балкарии.

Эти замечательные итоги развития советского альпинизма были отмечены на Второй сессии ЦИК 10 января 1936 года. «В нашей стране растет число героев воздуха, героев подводников, героев борьбы с природой. С 1829 года по 1914 год на гору Эльбрус было всего 59 восхождений, из них 47 иностранцев. За один 1935 год на Эльбрус было 2016 восхождений советских людей. В прошлом тяжелая жизнь трудящихся не давала им и думать о таких вещах, как увлекательное восхождение на высочайшую гору. Теперь положение изменилось и появились новые интересы».

Вплоть до начала Великой Отечественной войны и после нее альпинизм на Эльбрусе продолжал развиваться в еще более широких размерах.

Когда осенью 1942 года фашистская армия подошла к предгорьям Кавказа, немецкое командование поставило своей целью прорваться через перевалы Кавказского хребта на юг, в район Грузии и Азербайджана. Захватчики бросили сюда хорошо обученную альпийскую дивизию «Эдельвейс», проходившую специальную двухлетнюю тренировку в Альпах. Но на защиту перевалов двинулись наши горнострелковые части, укомплектованные альпинистами. Места прежних восхождений, туристских походов стали местами больших сражений. Линия фронта проходила по склонам Эльбруса. В арену жестоких боев превратились «Приют одиннадцати», «Кругозор» и другие альпинистские базы.

Советские альпинисты, сражаясь в одних рядах со всем народом, поздней осенью 1942 года сбросили ненавистного врага с кавказских перевалов. В честь победы советских войск под Сталинградом и на Кавказе командование советскими частями в феврале 1943 года поручило водрузить на вершинах Эльбруса Государственный флаг Советского Союза. Это задание было успешно выполнено двумя отрядами советских альпинисток во главе с А. Гусевым и Н. Гусаком. Красное знамя снова поднялось и гордо развевается над Эльбрусом и прилегающими горными хребтами.

Освободив Кавказ, части советских войск продолжали громить врага в других районах вплоть до Берлина, и на груди воинов-альпинистов, рядом с множеством боевых орденов и медалей Советского Союза, красовались значки альпиниста с силуэтом Эльбруса.

В послевоенные годы продолжалось бурное развитие альпинизма в нашей стране. К 1948 году, к двадцатипятилетнему юбилею первого восхождения на Эльбрус советских спортсменов уже 60 тысяч человек носили значок «Альпинист СССР». В 1950 году было совершено 1440 восхождений на высокие горы. Были покорены считавшиеся прежде совершенно неприступными горы: Ушба, Тихтинген, Дых-Тау, Шхара и многие другие вершины Кавказа, Средней Азии и других горных районов СССР.

Рекорд же посещения кавказского гиганта был достигнут в 1969 году, когда на Эльбрусе побывали 3224 человека и только за один день совершили восхождение более 2500 альпинистов. Ничего подобного не знала практика мирового альпинизма.

Большие достижения были и у горнолыжников по подъему, траверсу обеих вершин Эльбруса, спуску к «Приюту одиннадцати» и к подножию горы. Нашлись спортсмены, поднявшиеся на восточную вершину на мотоцикле, колеса которого были оборудованы специальными шипами для движения по льду и лыжами для передвижения по снегу. Но мотоцикл пришлось оставить на вершине горы, так как водитель обессилел и не мог перетягивать его через трещины во льду при спуске.

За время войны на Эльбрусе были разрушены все созданные ранее постройки. Здания туристской хижины на седловине и комфортабельного трехэтажного отеля «Над облаками» на «Приюте одиннадцати» сохранились, но от потолков до пола заплыли льдом. Восстановление их потребовало много сил и труда. Строительные материалы и оборудование поднимали на себе альпинисты. Впервые стали использовать на Эльбрусе памирских яков — низкорослых, покрытых длинной шерстью высокогорных быков. С грузом в сто килограммов они доходили до седловины.

С 1960 года у подножья горы, на склонах Эльбруса и на соседней вершине Чегет развернулось строительство гостиниц, спортивных баз, других сооружений, входящих в спортивно-туристский комплекс. Многие из них уже возведены, есть среди них трех-, пяти- и даже восьмиэтажные благоустроенные здания красивой архитектуры, прекрасно вписывающиеся в горный ландшафт.

Наибольшее достижение строительства — создание Чегетской кресельной подвесной дороги. Ее первая очередь, пущенная в 1963 году, имеет длину 1 600 метров. Она сразу поднимает 90 человек, размещающихся в креслах с 2100 до 2750 метров. С 1966 года стала действовать ее вторая очередь длиной 950 метров, поднимающая пассажиров за пять минут на трехкилометровую высоту со скоростью 2,5 метра в секунду. Чегетская дорога обслуживает главным образом горнолыжников. С вершины горы начинаются лыжные трассы для слалома и скоростного спуска, здесь проводятся массовые лыжные соревнования и спартакиады.

Интересна гора Чегет и для туристов; с ее станций Эльбрус виден как на ладони, открываются прекрасные панорамы на Донгуз-Орун, Накра-Тау, другие грозные вершины Главного Кавказского хребта. Только за 1963 год на Чегете побывало 100 тысяч туристов. Теперь эти возможности еще большие, так как с 1969 года вступила в строй новая парнокресельная дорога, поднимающая туристов до первой станции на Чегете.

Строительство спортивного комплекса на Эльбрусе завершится созданием «Большой Эльбрусской канатки». Первая очередь ее уже действует с 1969 года. Комфортабельный тридцатиместный вагончик доставляет пассажиров от поляны Азау, лежащей в верховьях долины Баксана на уровне 2200 метров до станции «Кругозор», на высоту 3200 метров. Воздушный путь протяженностью 1 900 метров вагон преодолевает на сорокаметровой высоте. В ближайшее время дорога дойдет до «Приюта одиннадцати» — исходного пункта подъема на вершины Эльбруса, сюда прежде могли добираться только опытные альпинисты. Теперь же люди любых возрастов, прибыв в Азау по асфальтированной дороге, могут побывать на Эльбрусе, не затрачивая своих сил на трудный и порой опасный пеший подъем по крутым склонам, через ледниковые трещины, полюбоваться самой изумительной панорамой горных хребтов, какую только можно видеть на Кавказе, и в тот же день спуститься вниз, вернуться в Нальчик или Пятигорск.

Трудно сказать, в чем в настоящее время большее значение для нас имеет Эльбрус — то ли как центр альпинизма для советских спортсменов и наших зарубежных гостей, то ли для развития научных исследований атмосферы, космических лучей, ледников и других природных явлений, изучение которых здесь с каждым годом расширяется.

Помимо метеостанции постоянной геофизической экспедиции Академии наук СССР, начавшей работу на Эльбрусе еще в 1934 году, здесь базируется экспедиция Грузинского государственного университета. В 1957–1958 годах работала по программе Международного геофизического года гляциологическая экспедиция Московского государственного университета. Международный год давно закончился, а исследование ледников экспедицией продолжается и поныне. К пятидесятилетнему юбилею Великой Октябрьской социалистической революции, в 1967 году, Институт физиологии Академии наук Украинской ССР создал на восточной вершине Эльбруса, на уровне 5621 метра, самую высокую в мире лабораторию по изучению условий жизни в высокогорье. Строительство и оборудование лаборатории осуществлено благодаря героическому труду многих альпинистов, ученых и летчиков воздушного флота, доставлявших материалы и грузы для лаборатории по воздуху на мощных вертолетах, яки тут уже помочь не могли.

В стихотворении М.Ю. Лермонтова «Спор» Эльбрус предупреждает гору Казбек о возможности покорения его человеком. Побежденным оказался не только Казбек, но и сам Эльбрус. Советский человек, вооруженный передовой техникой, уже широко использует поверхность и недра кавказского гиганта. По Эльбрусу проложены во всех направлениях туристские пути, созданы жилища и лаборатории, движутся вагончики канатной дороги. Грудь Эльбруса уже слышит не только топор и лопату человека, но и радиосигналы, телефонные гудки, гул советских самолетов. В грудь Эльбруса врезаются буровые станки, определяющие мощность льда, свойства горных пород, опускаются термометры и другие приборы.

Эльбрус побежден! Он превращен в высокогорную научную обсерваторию и школу советского альпинизма.

Гора Машук

Машук, пожалуй, самая популярная гора нашего края. Высота ее — 994 метра над уровнем моря, над Пятигорском она поднимается на 300–400 метров. Редко кто, посетивши Пятигорск, не бывал на ее вершине, откуда виден и Кавказский хребет и значительная часть равнинного Ставрополья.

Гора Машук.

Контур горы со стальной мачтой на вершине хорошо известен телезрителям края — это титр, объявляющий о начале передач Пятигорского телецентра.

Ее подножье еще более знаменито. Тут и отрог Машука Горячая гора с серными источниками, и Пятигорский провал, и известные экскурсантам памятники старины: Эолова арфа, Лермонтовский грот. У подножья Машука — памятник на месте дуэли великого русского поэта М.Ю. Лермонтова и сам Пятигорск с его санаториями.

Откуда ни посмотришь, со всех сторон Машук кажется огромной куполовидной горой, как бы близнецом горы Железной. Лишь юго-западные и юго-восточные склоны горы рассечены глубокими прямолинейными балками. На большей своей части склоны Машука покрыты лиственным лесом, вершина же горы безлесна. Здесь раскинулась красивая луговая степь.

Мощные потоки магмы, внедрившись в толщу земной коры, образовали эту гору, но не смогли прорваться наружу. Не успел вскрыть ядра горы и поверхностный размыв ее склонов. Машук до сих пор еще хранит тайну своего внутреннего строения. На поверхности Машука залегает мощная толща серого мергеля, образовавшегося на дне древнего палеогенового моря. С южной стороны к Машуку примыкает в виде широкого отрога Горячая гора. Таких гор на земном шаре очень мало. Это насыпная, вернее, даже «наливная» гора, ее создали мощные струи минеральной воды, выходящей у подножья Машука. Изливаясь на поверхность уже более миллиона лет, горячая минеральная вода, испаряясь, оставляла на траве и опавших листьях деревьев много извести и других солей, принесенных водой с больших глубин. Листья и трава, пропитываясь солью, постепенно окаменевали, превращаясь в пористый слоистый камень — известковый туф, называемый иначе травертином. Из него-то и состоит весь массив Горячей горы. В потоки ручьев вместе с листьями и травой попадали кости древних животных. В туфах найдены остатки предков современных слонов — Южного слона, слона Трогонтерия, кости оленей, рога первобытных быков и т. д.

Эти животные были свидетелями мощных извержений соседнего Эльбруса — вместе с их костями в пластах травертина были погреблены пропластки вулканического туфа, заброшенного на Машук Эльбрусом.

Места выхода минеральных вод вокруг Машука в течение веков менялись. Горячие источники, а вместе с ними и «горячие горы», слагаемые туфом, как бы кочевали вокруг Машука. Самый древний выход вод располагался в северной части горы, из туфа этого времени сложена Перкальская скала, в ней найдены остатки самых древних животных. В дальнейшем источники выходили у восточных и северо-восточных склонов Машука. В наше время наибольшее количество источников располагается в южной части, на Горячей горе — здесь мощность туфа достигает 70 метров.

В местах выхода источников гора как бы продолжает постепенно расти, но ее росту мешает человек, заключивший воду в трубы и направивший ее в ванные помещения, расположенные в различных частях Пятигорска. Однако вода продолжает «работу»: травертин откладывается в трубах, забивает их отверстия, иногда они лопаются, вода вновь вырывается на свободу.

Интересны экскурсии на Горячую гору. С нее открывается обширный вид на Подкумок, лакколиты Пятигорья и Кавказский хребет. Горячая гора не только растет, но и быстро разрушается водой и ветром. На ее склонах имеется много пещер, есть два небольших провала. По гребню вдоль горы проходит глубокая сбросовая трещина. Некогда по трещине текла горячая минеральная вода, трещина «дымилась» от поднимавшихся паров. Теперь она суха, местами по дну засыпанной трещины проходит пешеходная тропинка.

Травертин «горячих гор» Пятигорья вырабатывался на хозяйственные нужды. Вырубавшийся из него штучный камень и плиты шли на строительство. Почти все крупные старые здания Пятигорска возведены из этого камня. Обожженный травертин давал лучшую в Ставрополье пятигорскую известь.

Чтобы не потревожить пластов, по которым поднимаются из глубины пятигорские минеральные воды, теперь прекращена вырубка травертина у подножья Машука.

Выше уровня Горячей горы вокруг Машука проходит кольцевая дорога. Длина ее около 10 километров. Это знаменитая экскурсионная тропа. Учащиеся 10 класса школ Пятигорска с факелами в руках, торжественной процессией, вместе с преподавателями заканчивают свой выпускной вечер ночным походом вокруг Машука.

Но еще интереснее экскурсия вокруг Машука в дневное время. Дорога начинается в Провальной части Пятигорска. Здесь близ Народных ванн на поверхность выходит мощный сероводородный источник.

Эта часть дороги одно из самых красивых мест Пятигорска. Вдоль шоссе-аллеи тянутся красивые здания санаториев. За санаториями устроена площадка Провала, за которой дорога вскоре входит в лес. Постепенно закругляясь, почти не меняя высоты, кольцевая дорога обходит гору. Всюду высится густой лиственный лес, перемежающийся небольшими полянами, открываются новые виды окрестностей Пятигорска. В северной части дороги, в 3 километрах от Провала, расположена Перкальская поляна, одно из самых живописных мест Машука. Особенно интересен здесь питомник. В нем собрано много субтропических деревьев, хорошо акклиматизировавшихся в этих местах. Тут растут платаны, тюльпанное дерево из Северной Америки, орех черный и сердцевидный, вымирающее дерево Кавказа — тис ягодный, различные виды ели, сосны, лиственницы, «живое ископаемое» дерево гинкго — одно из древнейших растений Земли, вымершее в Европе и сохранившееся в горах Южного Китая.

Близ питомника на поверхность земли выходит холодная, приятная на вкус вода Перкальского источника. Здесь же невдалеке расположена одна из тропинок, ведущая к вершине Машука.

Обсаженная ореховыми деревьями дорога поднимается к месту, где 15 (27) июля в 7 часов вечера в 1841 году, на 27 году жизни, был убит М.Ю. Лермонтов. На месте дуэли сооружен высокий обелиск с бюстом поэта. От места дуэли у экскурсантов путь может быть различен. Можно спуститься вниз по дороге к Лермонтовскому разъезду. Продолжая же путь вокруг горы, выходим в верхнюю часть Пятигорска, к Ленинским скалам. Здесь, на обращенном к югу склоне, уже издали виден огромный, в пять метров высотой, портрет В.И. Ленина. Рабочий, художник и поэт И.К. Шуклин правдиво запечатлел на камне образ великого вождя как подарок первому Краевому съезду горянок, проходившему в Пятигорске в 1925 году. Заключительное собрание съезд провел у подножья Машука и торжественно открыл этот памятник Ильичу.

В 1942 году фашисты пытались уничтожить портрет, расстреливая его из орудий, но из этой затеи ничего не вышло. Теперь автор реставрировал памятник, рядом поместил вдохновенные стихи о его истории. Портрет всегда украшают живые цветы, приносимые сюда экскурсантами.

На вершину Машука можно подниматься со всех сторон, хотя издали это кажется почти невозможным. Наиболее известная тропа на Машук начинается от здания курортной выставки. Она идет зигзагами, и за 45 минут можно достигнуть вершины. Высота подъема в этом месте составляет 370 метров, длина тропы около 3 километров: Спускаться с Машука интересней по новому пути, например, по тропе, идущей к Провалу.

Подъем с юга труден, значительно легче подняться на вершину с северной стороны от Перкальской поляны или по дороге, начинающейся недалеко от места дуэли Лермонтова, но тропа идет по лесу, и окрестностей до вершины не видно.

Все это мы говорим для туристов — любителей пеших путешествий, при которых можно лучше познакомиться с местностью, чем поднимаясь на автомашине по дороге, спиралью обвивающей гору и служащей также терренкуром для курортников.

Но в наш технический век на вершину Машука можно добраться куда быстрее, чем даже на такси. Этому служит Машукский воздушный трамвай, иначе — «канатка». Ее нижняя станция разместилась возле Радоновых ванн — гордости Пятигорского курорта. У посадочной площадки трамвая всегда много желающих совершить «перелет» на вершину знаменитого лакколита. Скользя по стальному тросу, к площадке подходит застекленный со всех сторон воздушный вагон. Забрав 20 очередных путешественников и включив мотор, трамвай плавно бежит к вершине горы.

Каждую секунду, по мере подъема путешественников, сменяется картина окрестностей и с боков и под вагоном. Не успели тронуться, а станция где-то уже далеко внизу. Слева проплывают Ленинские скалы. Поочередно уходят вниз, будто проваливаются куда-то, верхушки деревьев, над которыми плывет «воздушный корабль». Среди лесного массива в виде развалин башен и замков поднимаются глыбы белого известняка, также уплывающие вниз по склону. На середине пути вдруг промелькнет встречный трамвайчик, он везет вниз туристов, уже побывавших на вершине. Линия горизонта все более убегает вдаль, раскрывая обширную панораму на город с блестящей лентой реки Подкумок, синеющие контуры лакколитов и, наконец, белоснежную цепь Кавказского хребта. От быстрого подъема слегка закладывает уши, как на самолете. Но вот перед глазами замаячили стены надвигающейся на вас верхней станции, вагон пришвартовывается к площадке. Путешествие окончено, вы на вершине. За 140 секунд проделали путь в 964 метра, со скоростью в 8 метров в секунду, и поднялись на 368 метров вверх от подошвы горы.

Вблизи станции канатки на крутом южном склоне стоит обелиск над могилой русского альпиниста, военного топографа А.В. Пастухова. Положивший начало альпинизму в нашей стране А.В. Пастухов завещал похоронить его на Машуке, на виду у кавказских снеговых гигантов, с которыми он так сроднился во время своих восхождений.

Обходя вершину Машука вокруг здания телецентра, видишь обширную круговую панораму окрестностей. Перед тобой проходят, как кадры кинофильма, один прекраснее другого виды на север, восток, юг и запад, от ставропольских степей до гор Кавказского хребта.

Особенно много впечатлений получают те туристы, которым удается достигнуть вершины с вечера и после ночевки у верхней опушки леса наблюдать восход солнца на ледниках и пиках Кавказского хребта. Это зрелище надолго сохраняется в памяти наблюдателя как одно из самых прекрасных видений природы.

Пятигорский Большой Провал

Провалов на Кавказских Минеральных Водах несколько. Их можно встретить на Лысой и на Горячей горах и в других местах. Но самый знаменитый из них Пятигорский Большой провал — он охраняется государством как ценный памятник природы.

Провал тесно связан с минеральными источниками Пятигорска. Его посещали А.С. Пушкин, М.Ю. Лермонтов, Л.Н. Толстой. Провал описан в повести М.Ю. Лермонтова «Княжна Мери». Каждый год тысячи туристов и лечащихся на Кавказских Минеральных Водах из всех районов страны знакомятся с этим «чудом природы». Провал расположен на южном склоне Машука, в восточной части Пятигорска. Узкий горизонтальный тоннель длиной 43,8 метра ведет в глубь горы. Тоннель заканчивается обширной подземной пещерой с огромной воронкой, зияющей в ее потолке, через которую видно небо.

Глубина воронки до дна 41 метр. Пещера в поперечнике достигает 15 метров. В ее юго-западной части расположено небольшое озеро глубиной около 10 метров. Котловина озера постепенно переходит в узкую трещину, рассекающую стены пещеры, на большую глубину. По линии трещины когда-то произошел сброс. Пласты по одну сторону трещины поднялись, по другую — опустились. На одном уровне оказались с одной стороны — темно-серые мергели палеогена, образовавшиеся 30 миллионов лет назад, и с другой — поднявшиеся с большой глубины белые слоистые известняки мелового моря, имеющие возраст около 60 миллионов лет. По сбросовой трещине циркулировала горячая минеральная вода. Она растворяла горные породы, что привело к возникновению пещеры с озером. Потолок пещеры обрушился, образовав воронку.

Озеро в Провале производит чарующее впечатление. Его сине-зеленая вода, цвет которой связан с нахождением в ней серы, особых бактерий и отчасти в результате отсвета небосклона, разливает по всей пещере удивительно нежный голубой свет.

В пещере чувствуется запах сероводорода, которым насыщена озерная вода, имеющая температуру около 40°. Все серебряные вещи — часы, кольца и другие, внесенные в пещеру, под действием этого газа быстро темнеют. Веточки и другие предметы в озерке покрываются налетом солей, растворенных в воде.

Сбросовая трещина питает озеро минеральной водой. До образования воронки все дно пещеры было занято озером. После обвала потолка на дне пещеры возникла первая «суша», занявшая 2/3 ее площади. При высоком уровне озера часть воды по каналу под полом пещеры вытекает на поверхность ниже входа в Провал. Бывали годы, что вода мощным потоком вытекала даже через тоннель.

Высокая температура озерной воды указывает на ее связь с большими глубинами. Колебания уровня воды в Провальном озере связаны с изменениями режима источников Пятигорска, видимо, их питает водой общая система трещин.

Провал был известен давно. У местных народов он имел плохую славу. Они думали, что в нем живет крылатый огнедышащий змей, пожирающий людей и вылетающий по ночам за своей добычей. Другим он представлялся жерлом потухшего вулкана. Во время стычек русских с горцами жертвы схваток сбрасывались в это «гиблое» место.

Во времена Лермонтова тоннель еще не был пробит, но диковинная воронка привлекла внимание посетителей курорта. Любители сильных ощущений иногда покрывали Провал досками и устраивали танцы над «адской бездной». Другие опускались вниз в корзине на канате и купались в озере, где вода считалась особо целебной.

Первые попытки исследования Провала относятся к 1793 году. Ученый Паллас приблизился ползком к краю воронки и наблюдал пещеру сверху. Паллас измерил глубину внешней воронки и описал ее вид. В то время на дне были видны два озера — большое и малое, соединенные узким проливом. Обычно в глубине было тихо, доносилось лишь воркование голубей, примостивших свои гнезда в углублениях стен, и шипение газа. Голуби селились на северной, освещенной части стены воронки, а затененные участки были заняты сплошными рядами летучих мышей. Голуби и летучие мыши жили мирно и никогда не переходили границ своих владений. За сутки они как бы сменяли друг друга. Рано утром летучие мыши, убегающие от солнечных лучей, возвращались в Провал, а голуби вылетали в это время на поиски корма. Вечером же, наоборот, возвращались голуби и улетали мыши.

Первый спуск в Провал с научными целями был совершен только в 1857 году. В нем приняли участие известный исследователь минеральных вод Ф.А. Баталин, директор Тифлисской метеорологической обсерватории Мориц, офицеры-топографы и землемеры.

Сохранились записи из дневника Баталина.

«Утро 20 июня, около 8 часов утра, я и мои спутники были уже у Провала. Порядочная коллекция инструментов должна была сопровождать нас на дно. Вскоре явилось несколько лиц пожелать нам счастливого пути и посмотреть на самый спуск. Первым спустился один из моих товарищей, затем наступила и моя очередь. Сказать по правде, я чувствовал себя не совсем спокойным, дрожь подчас одолевала меня, но я старался пересилить ее. Процесс спуска очень прост. Вдоль мостика лежит бревно, на внешнем конце которого укреплен блок. Один конец каната держат рабочие, другой, пройдя через блок, идет под полом мостика и снова выходит наружу через отверстие, нарочно сделанное в том же полу. К этому концу каната за середину привязано нечто вроде круглого полена. Вот и вся машина, незатейливая, но зато и очень неспокойная. Я сажусь на полено, пропустив канат между ног, дабы иметь его перед собою; меня привязывают, ради большей безопасности, бечевкой к канату и в заключение говорят: «Ну, с богом спускайтесь!» И вот, ухватившись одной рукой за канат, другою за веревку-оттяжку, начинаю сползать ногами вперед, припав грудью к земле, по окраине стены Провала, которая здесь идет выступом, в отверстие пола мостика, едва достаточное для того, чтобы пролезть человеку. Тут нужна осторожность, ибо полено, служащее сиденьем, зацепившись за что-либо, может вывернуться, и тогда путешественнику предстоит повиснуть на канате на одних руках. Вначале сползать было легко, но едва я спустился головой под мостик, ноги напрасно искали прочной опоры; слышался только шум осыпавшихся из-под них камней. По команде отпустили оттяжку, потянули канат, я отделился от стены и повис над бездной на аршин ниже мостика и на столько же от ближайшей стены. Канат (а на этот раз не пожалели нового) начал сильно крутиться и раскручиваться. Таким образом, мне пришлось обернуться около самого себя раз 25, то в ту, то в другую сторону. Все зарябило в глазах: круги, круги, круги! Взглянуть вниз еще страшней, а сверху несется пыль и песок. Опасаясь головокружения, я закрываю глаза и уж не знаю, спускаюсь ли я или все еще продолжаю вертеться на одном месте. Через несколько секунд я слышу крики сверху: «Упирайся ногами!»

Раскрываю глаза и вижу перед собой скалистую стену, от которой приходится отталкиваться ногами, ибо она идет выступами. Я трусь об нее то спиной, то боком; сверху летит куча песку и мелких камней, которые бьют немилосердно. Затем снова впадина в стене, снова начинаю кружиться; но я уж привык к этому и с любопытством осматриваю стены, искоса заглядываю на дно, все еще страшное дно Провала. Новый выступ и вдобавок острый. Рука, попав в промежуток между канатом и стеной, мгновенно исцарапана. Далее спуск продолжается благополучно, — и вскоре я ощущаю под ногами что-то твердое. Озираюсь и вижу, что нахожусь на довольно широком выступе скалы…

На остров уж схожу по заблаговременно спущенной лестнице. Таким же образом, один за другим, спустились и все прочие мои спутники. Пока продолжался спуск, те, которые находились на дне, должны были скрываться под нависшей скалой, припрятав туда все инструменты, ибо мелкие камни постоянно сыпались сверху в большом количестве. Поднятие было еще труднее спуска, стоило немалых забот попасть и пролезть в отверстие мостика».

Работы были закончены 20 июня.

Для проверки и дополнения был предпринят вторичный спуск на следующий день. В первый раз исследователи пробыли на дне 8 часов, а в другой раз около 3,5 часа.

Вид, который открывался снизу, вполне вознаградил исследователей за неприятности тяжелого спуска. Грот изумлял громадностью размеров и причудливостью очертаний. Подземное озеро, уходящее под своды юго-западной стены, своим цветом усиливало оригинальность картины.

Работа «подземной экспедиции» была успешной, ею была замерена температура, определен состав воды, измерена глубина озера, по которому участникам спуска пришлось плавать на плоту. Экспедиция установила, что пещера возникла в силу растворения известняка циркулирующей по трещинам водой, потолок пещеры обрушился, образовав воронку Провала.

В 1858 году к подземному озеру был пробит тоннель, и с тех пор Провал приобрел большую популярность.

В наше время Провал посещают тысячи экскурсантов, туристов, курортников, знакомящихся на его примере с жизнью подземных вод, их влиянием на горные породы и рельеф местности и любующихся красотой его пещеры. Советские ученые, наблюдающие жизнь подземного озера, выясняют условия образования и режим минеральных вод Пятигорья.

Тайны горы Развалки

Олег Чумаков из нашего краеведческого кружка как-то спросил Сашу Донцова:

— Помнишь, у нас на кружке был доклад о «Дневнике загадочной экспедиции». Ты веришь тому, что там, в дневнике, написано?

— Верю, — ответил Саша.

— А я нет. Уж очень много там чудес придумано и даже «вечная мерзлота» в Ставропольском крае.

— А разве ее нет?

— Ну, какая у нас может быть вечная мерзлота, когда зимой и то почти не бывает морозов! Вечная мерзлота найдена только в Сибири и в Канаде, в тех местах, где средняя температура года ниже нуля градусов. Вечную мерзлоту впервые открыли в Сибири в XVII столетии русские казаки-землепроходцы.

— Да, да, помню! — обрадовался Саша. — Заграничные ученые еще долго не верили этому открытию, и один из них… забыл фамилию…

— Леопольд фон Бух, — подсказал Олег.

— Верно! Он самый. Так этот Бух писал, что никакой вечной мерзлоты нет… Обожди, у меня его слова даже записаны, уж очень они меня задели.

Саша достал из кармана блокнот, полистал его и прочитал, подражая голосом, как ему представлялось, надлежащему тону чопорного ученого: «Я вполне убежден, что должно считать совершенно ненадежными все известия, в которых утверждается, будто на глубине нескольких футов земля даже летом была находима замерзшей в странах, где произрастают кустарниковые растения и что известия Гмелина о том, что в Якутске при рытье площади нашли мерзлую землю до 100 футов, не следовало бы повторять в учебниках, как доселе делается».

— Даже слушать противно! — возмутился Олег. — Всем давно известно, что русские ученые первыми стали изучать вечную мерзлоту, не обращая внимания на то, как к этому отнесутся в Западной Европе. Особенно много сделали советские ученые. Теперь у нас в Академии наук есть даже специальный Институт мерзлотоведения. Но в том-то и дело, вечная мерзлота в Сибири, а не в Ставропольском крае. Дался тебе этот «Дневник загадочной экспедиции». Наверно, и путешествия-то никакого не было, и в дневнике все выдумано.

— Да что нам с тобой спорить, — обиделся Саша. — Пойдем к Ивану Семеновичу, пусть он нам скажет, есть у нас в крае вечная мерзлота или нету.

Гора Развалка с западной стороны.

Иван Семенович, учитель географии нашей школы, узнав о споре ребят, сказал:

— Ты напрасно, Олег, так нападаешь на «Дневник загадочного путешествия». Все, что там написано — правда. Я вам раскрою секрет дневника. Ведь он был написан в нашей школе, но только давно, лет пятнадцать назад, сочинили его такие же, как и вы, члены краеведческого кружка, когда готовились к географическому вечеру на тему: «Природа Ставрополья». Готовили они его по тем же книгам о нашем крае, читая которые Вите Кузнецову удалось расшифровать их загадку. А пришли вы очень кстати. У меня. сейчас в гостях Иван Иванович Быстров — вы, наверное, его знаете? Он краевед, и его книжки вы читали. Иван Иванович только что вернулся с горы Развалки, где изучал растительный покров в местах выхода холода. Вот мы и попросим его рассказать о вечной мерзлоте в нашем крае. А сам я о Развалке знаю мало, давно там не был. Могу только сказать, что она расположена в трех километрах к северу от Железноводска, имеет высоту 927 метров. Когда проезжаешь в электричке по дороге между Пятигорском и Минеральными Водами, Развалка издалека напоминает фигуру громадного льва с большой косматой гривой, лежащего на пологом пьедестале, покрытом лесом. Эту гору в XIX веке так и называли — «Спящий лев».

Развалка — один из лакколитов Пятигорья, — возможно, как и Бештау, также был вулканом, и магма прорвалась здесь через толщу осадочных пород на поверхность. Застывшая магма в настоящее время составляет всю центральную часть Развалки, прорванные осадочные породы можно видеть только в нижних частях склона. Гора выглядит «спящим львом» только с восточной стороны, вблизи же она оправдывает название Развалки, или «Развала», как ее именовали в старину. Вся она состоит из растрескавшихся высоких скал, состоящих из застывшей магмы-трахита. Местами скалы и их обломки нависают над подножьем горы, грозя каждую минуту обвалом. Особенно круты недоступные для подъема южные и восточные склоны. Развалка издавна упоминается в учебниках географии и геологии как пример разрушения гор, и уже только с этой стороны она является ценным памятником природы. Склоны и подножье горы усеяны глыбами трахита, крупным щебнем, образуя «каменные моря» и «потоки камней». Вот все, что я могу сказать вам о горе, на которой действительно есть участки вечной мерзлоты. А теперь пойдемте, я вас познакомлю с Иваном Ивановичем.

— Вот, Иван Иванович, ваша будущая смена, — будущие исследователи Кавказа. Это Олег Чумаков, это Саша Донцов. Ребята интересуются Развалкой; и Олег не верит, что там есть вечная мерзлота.

Иван Иванович отложил засушенный цветок какого-то растения и, улыбнувшись, пожал засмущавшимся мальчикам руки.

— Это ты не веришь, что у нас есть вечная мерзлота? Ишь ты! Вечная мерзлота только в Сибири… Правильно. Но… не совсем. Вот послушайте!

Вечная или летняя мерзлота?

Есть и в нашем крае вечная мерзлота. И именно на горе Развалке. Вы никогда там не были, ребята? Жалко. Побывать на этой горе интересно. Ее склоны со всех сторон покрыты густым лесом из дуба, граба, ясеня, клена, яблони, груши и других лиственных пород, характерных для всего района Пятигорья. Все в этом лесу напоминает теплый юг, в нем можно встретить кусты кизила, заросли малоизвестной северянам алычи, даже вьющуюся по стволам лозу дикого винограда.

Но у подножья Развалки в некоторых местах южные растения вдруг быстро сменяются представителями северной флоры, вместо ясеня и винограда появляются корявые двухметровые березки, рябина. На почве, покрытой мхом, папоротниками и лишайниками, растут малина, подмаренник, скабиоза и другие травянистые растения, встречающиеся обычно высоко в горах. Нам удалось выяснить, что развитие растений здесь запаздывает, растения, цветущие в окрестных местах в апреле-мае, здесь начинают цвести лишь в августе, а земляника созревает только в сентябре. Размеры многих растений ненормально уменьшены, а некоторые из них даже не плодоносят. От земли тянет холодом, температура почвы здесь ниже и воздух холоднее, чем на других склонах. Под слоем мха в почве в этом районе всегда можно увидеть пластинки льда, а пустоты среди щебня украшены ледяными сталактитами. Ледяные пластинки местами достигают толщины в 2 сантиметра.

Что за чудесные превращения? Как сюда попал уголок севера? Ведь здесь, на расстоянии всего лишь трех километров к югу, у горы Железной, выходят на поверхность самые горячие источники Пятигорья — Железноводские источники. Они обжигают, а вода Развалки «морозит» опущенную в нее руку. Мы замеряли в июле температуру на расстоянии 300 метров от мерзлоты — она равнялась 30–35°, а в районе мерзлоты воздух имел всего лишь 18°; температура почвы на поверхности была 8°, а в щелях между камнями всею лишь 1° тепла.

Вечная мерзлота на склоне Развалки была обнаружена еще в 1900 году, и с тех пор в течение более 70 лет она остается совершенно неизменной. В последнюю поездку нам удалось найти много новых пятен мерзлоты не только на северном, но и на других склонах горы. Мы уже издали узнавали места с мерзлотой по зарослям березок.

И вот что мы установили: лед и холод на Развалке образуются на тех местах, где есть трещины и скопления щебня. Здесь ощущается постоянная тяга холодного воздуха снизу. Бросишь, например, сухой лист или небольшой клочок бумаги в такую трещину — и они поднимаются воздухом вверх, как бы взлетают.

Вечная мерзлота на юге, где редко бывает настоящая зима, заинтересовала многих ученых как своеобразное «чудо» природы. Надо было выяснить причину возникновения мерзлоты, расшифровать эту новую загадку земли.

В советские годы район Развалки посетило несколько экспедиций. Были сделаны шурфы, изучено распределение температур. Советские ученые ставили также и практические вопросы, интересовались возможностью использовать «подземный холод» для холодильного дела.

Недавно Развалку посетил зоолог Н. К. Верещагин. Он доказал, что в районе вечной мерзлоты иначе выглядит не только растительность, но и животный мир. В мерзлотном районе он расставил ловушки, и вскоре в них попало несколько штук снежных полевок. Снежная полевка — небольшой зверек с красивым пушистым серебристо-серым мехом, с круглой головкой, с длинным хвостом и очень длинными усами. Снежные полевки обычно живут среди скал и каменистых осыпей в зоне альпийских и субальпийских лугов. В окрестностях Пятигорска ее нигде нет, но здесь, у подножья Развалки, в районе мерзлоты она нашла подходящие условия жизни, напоминающие альпийские луга. В этом же районе было встречено несколько видов насекомых, обычно живущих в высокогорной зоне. Эти находки тоже говорят, что вечная мерзлота на Развалке существует с очень давних гюр.

— Иван Иванович, ну, а как все же образовалась мерзлота не в Сибири, в недалеко от Пятигорска? — в один голос воскликнули мальчики.

— Вот этот-то вопрос и является трудным, и меня он интересует не меньше вашего. Многие из ученых задумались над его решением, много было высказано различных взглядов по этому вопросу, но до сих пор не удавалось его разрешить.

Одно из первых объяснений появления вечной мерзлоты в районе Развалки предполагало, что в момент «развала» Развалки, при разломах горы, происшедших в отдаленное время, крупные камни и их осколки «похоронили» под собою пласты мощного снегового покрова, «дыхание» которого до сего времени чувствуется на поверхности. Но это невероятно, в этом случае, чтобы сохранился холод сотни и тысячи лет, здесь должны были быть засыпаны целые горы снега.

Я тоже не сразу мог объяснить мерзлоту. Первоначально мы с товарищами предполагали, что она связана не с внешним холодом, а с внутренним теплом земли, с вулканическим происхождением Развалки.

Пятигорье — это район умирающего вулканизма, его недра изобилуют углекислым газом, насыщающим также воду минеральных источников. Возможно, и под Развалкой имеются большие скопления углекислоты, находящейся под большим давлением. А из физики вам, ребята, вероятно, известно, что всякий газ, в том числе и углекислота, при уменьшении давления расширяется и в силу этого резко понижается его температура.

Используя это свойство газов, у нас устроены холодильники, работающие на сжатом газе. Возьмем другой пример. Если открыть вентиль у баллона со сжатой углекислотой, то газ, расширяясь в воздухе, настолько сильно охлаждается, что быстро выходящая углекислота мгновенно превращается в белые, все время испаряющиеся хлопья в виде снега. Рукой эти хлопья взять нельзя, можно обморозить пальцы.

Казалось, что и Развалка представляет собой громадный природный холодильник — здесь углекислый газ, проходя из глубины во внешние трещины, расширяется, понижает температуру и охлаждает воздух.

Участие углекислого газа в образовании мерзлоты Развалки мы видели в том, что здесь в промежутках между щебнем в воздухе было обнаружено 0,3 процента углекислого газа, что в 10 раз превышало обычное содержание этого газа в воздухе. А на дне сухого колодца (в районе мерзлоты) за ночь накапливалось до 14 процентов углекислого газа.

Жизнь, как увидите, опровергла и это предположение.

В пятидесятых годах Развалка детально изучалась геологами. У ее подножья были заложены три горизонтальные штольни с восточного, южного и западного склонов. Проходка восточной штольни вскоре была прекращена из-за обвалов. Западная, длиной 400 метров, дошла до центра массива, где соединилась с южной, протяженностью 700 метров.

Геологи выяснили, что Развалка сложена из застывшей магмы, трижды поднимающейся из глубин. Кристаллический массив горы, имеющий в верхней части диаметр около одного километра, книзу переходит в узкий шток, соединяющий застывшую магму с глубинным очагом. Массив разбит сверху донизу трещинами длиною до трехсот метров. Некоторые из них узки — 3–5 сантиметров, другие достигают в ширину нескольких метров, они или открыты — «зияют», или забиты перетертой породой, но тем не менее по ним легко циркулирует воздух.

Создание штолен не изменило «мерзлоты», напротив, они стали новыми местами выхода холода. Дальнейшие наблюдения показывали, что летом из западной штольни (вход в южную в скором времени был забит), так же, как и из щелей, постоянно дул наружу поток воздуха со скоростью до 3 метров в секунду с температурой от 0 до +1°, при температуре наружного воздуха в 25–30°.

Наблюдения проводились, а решение вопроса о происхождении мерзлоты не продвигалось. Беда была в том, что первоначально исследователи посещали гору только летом. Но вот как-то мы с товарищами приехали к Развалке в январе посмотреть, как ведет себя поток холодного воздуха в зимнее время. И к нашему изумлению оказалось, что те щели, которые летом «выдыхали» холодный воздух, теперь с такой же силой, 2–3 метра в секунду, засасывают воздух вовнутрь. В щели втягивался дым от папирос, влетали подбрасываемые вверх мелкие кусочки бумаги.

В этот же день наружный воздух, с температурой -8° втягивался внутрь западной штольни со скоростью 1,5 метра в секунду. На расстоянии 300 метров от входа в штольне было найдено много больших сосулек и ледяных сталагмитов.

Обнаруженная сезонная циркуляция воздуха поставила под сомнение роль в этом глубинного углекислого газа. Повторной проверкой установлено, что внутри штольни и у щелей в воздухе содержится нормальное количество углекислоты — 0,03 процента. Видимо, повышенное содержание углекислого газа, обнаруженное много лет назад при первом анализе, было временным и объяснялось гниением органических остатков как на дне колодца, так и в толще дерна возле щелей.

Развалку теперь посещали и летом и зимой. Но загадка мерзлоты все еще оставалась нераскрытой, так как все наблюдения велись только у подножья горы и никто еще не был в зимнее время на ее вершине.

Напрашивался вопрос, куда девается воздух, засасываемый в трещины и штольню в зимний период? 27 февраля 1962 года была организована экспедиция, ставящая задачей выяснить этот последний вопрос. Нас было двое, я и преподаватель геологии пединститута — Петр Аверьянович Костин. Утром мы вышли из Железноводска, было ясно, весь день держался небольшой мороз -3,3° и значительная изморозь на деревьях. Подошли к западной штольне, в нее втягивался воздух, со скоростью 1,25 метра в секунду. В 50 метрах от устья штольни также дул ветер внутрь горы, но он был уже теплее. Во всех щелях, у подножия северного ската та же картина: морозный воздух втягивается внутрь горы со скоростью 0,9 метра в секунду, а в снежном покрове, вокруг щелей, образовывались раструбы- воронки, суживающиеся в сторону щели.

Начали взбираться вверх. Подъем по оледенелым камням, прикрытым снегом, по склону крутизной в 30° был нелегким, но все мы «вползли», достигли срединной площадки, поднятой от подошвы на 50-100 м. Продвигаемся к югу, ближе к голове «Спящего льва». Всюду снежный покров в 15–20 сантиметров. Но что это впереди? — зеленая лужайка среди снега. На ней заросли зеленых растений, некоторые из них, например, толстостенка крупнолистная, уже с бутонами цветков, вот-вот готовых распуститься. Таких проталин среди снега, разных форм и размеров, с растениями и еще без них, оказалось довольно много. Нетрудно было обнаружить, что всюду — на таких лужайках и проталинах, между камнями и из трещин выходили струи теплого воздуха с температурой до 8°. Поднесенный к ним легкий крыльчатый анемометр показал скорость потока воздуха до 1,5 метра в секунду, так что опять воздух поднимал кусочки сухой бумаги и листьев.

Ветви деревьев над большими лужайками, с более сильными струями теплого воздуха, украшались мощными сосульками от обтаивающей изморози, прочно удерживающейся на окрестных деревьях, которых теплый воздух не достигал. Теперь нам стали понятны рассказы сторожа водокачки, расположенной у северного подножия Развалки, что иногда, в морозные дни, он видел, как над Развалкой поднимались вверх пар и небольшие облачка — они возникали на морозе из водяных паров, выносимых из трещин струями теплого воздуха.

Проталины с травой наглядно показали, куда уходит воздух, засасываемый в трещины у подножия горы зимой, — закончил Иван Иванович.

— Ну, а почему же засасывается воздух холодный, а выходит теплый? — почти одновременно спросили Саша и Олег.

— А тут такая история, — продолжил рассказ собеседник. — Нельзя забывать, что по трещинам, пронизывающим Развалку, воздух движется не только летом, но и зимой.

Зимой в естественных трещинах Развалки воздух теплее окружающего и потому поднимается вверх. Снизу в отверстия засасывается морозный воздух, он нагревается в прогревшихся за лето щелях и продолжает движение в верхние части трещин, а на его место засасываются новые порции холодного воздуха — гора все глубже и глубже промерзает.

С наступлением лета холодный плотный воздух начинает вытекать из отверстий в нижней части горы. Сверху же на его место начинает засасываться теплый воздух через те же отверстия, вокруг которых зимой образовывались зеленые лужайки. Заметить втягивание воздуха летом на верхнем уровне очень трудно из-за высокой травы, покрывающей площадку. Засосанный теплый воздух постепенно охлаждается о промерзшие за зиму стенки трещин, стекает вниз и пополняет вытекающий воздушный поток. За лето стенки трещин и заполняющий их воздух достаточно прогреваются. Когда начнутся зимние морозы, воздух, согретый в трещинах, вновь начнет движение вверх, на его место снизу снова будет засасываться холодный. Движение воздуха вниз или вверх продолжается до тех пор, пока температура его снаружи и внутри трещин не сравняется. В переходные моменты года — весной и осенью — движение воздуха прекращается и возобновляется вновь при наступлении жары или морозов. Интенсивность процесса от года к году изменяется. Наиболее сильные потоки холодного воздуха летом будут в год с очень холодной зимой, а потоки теплого воздуха, наоборот, в зиму после очень жаркого лета. Итак, — заключил Иван Иванович, — нашей экспедиции повезло, в этот день ей удалось увидеть механизм циркуляции воздуха горы Развалки, приводящей к образованию мерзлоты, что не удавалось осуществить почти за 70 лет исследования этой горы.

— Ну, а где-нибудь у нас есть еще такие же места? — спросил немного озадаченный Олег.

— Есть и даже не одно. Развалка (продолжал неутомимый рассказчик) с ее системой длинных горизонтальных трещин и вертикальных ходов похожа на сквозные, или «продувные» пещеры, с верхним и нижним выходами, встречающиеся иногда в карстовых районах. К ним относится и знаменитая Кунгурская ледяная пещера на Урале. Она расположена в толще гипсов, слагающих высокую террасу, называемую Ледяной горой, на правом берегу реки Сылвы. На ее террасе много воронок, соединяющихся вертикальными трещинами с горизонтальными полостями пещеры. Циркуляция воздуха тут такая же, как и на Развалке. Зимой наиболее близкие к входу в пещеру, — Бриллиантовый и Полярный гроты — очень сильно охлаждаются. На их стенках образуется много разнообразных по форме и размерам ледяных кристаллов в виде шестигранных пластинок, ледяных цветов, друз, гроздей, гирлянд, а также сосулек и ледяных сталагмитов. Летом, когда возникает обратная тяга воздуха и пещера постепенно прогревается, часть ледяных образований растаивает, но полностью исчезнуть не может. Кунгурскую пещеру ежегодно посещают свыше 100 тысяч туристов, возле нее расположена турбаза.

— А какая же на Развалке «вечная мерзлота», если тут и тепло участвует? — воскликнул все еще скептически настроенный Олег.

— Верно говоришь, Олег, — произнес Иван Иванович, — в терминологии нам кое-что можно было бы и изменить. Наши наблюдения показали, что мерзлота Развалки является не «вечной», а только «летней» мерзлотой и то только в нижних участках горы. Зимой же эти уровни имеют условия, общие с окружающей местностью.

А верхние части, напротив, в зимнее время оказываются ненормально теплыми. Это даже вызывает рост и цветение растений зимой.

— Значит, Развалка — это район летней мерзлоты внизу и зимней теплоты вверху, — резюмировали довольные рассказом Ивана Ивановича ребята.

Схема движения воздуха в массиве Развалки зимой и летом.

В заключение И.И. Быстров рассказал еще об одной чудесной особенности горы Развалки, которая также была выявлена недавно. Насыщенный водяными парами теплый воздух, засасываемый внутрь горы, охлаждается о стенки трещин, водяные пары конденсируются — превращаются в холодную прозрачную воду. Она дает начало источнику у северного подножья Развалки, который прежде называли Графским. Вода этого источника по водопроводу поступает в Железноводск для разбавления горячей минеральной воды, используемой для лечебных ванн. Этот источник с самой холодной (от 1 до 5°) на Кавминводах водой, в непосредственной близи от источников Железноводска — с самой горячей водой в Пятигорске — тоже являлся вторым чудом этого района, но, как вы видели, ребята, все чудеса природы постепенно разгадываются человеком.

В гостях у Плутона

Юные краеведы Ставрополья по пути в Теберду или Архыз не раз проезжала участок долины Кубани между Черкесском и Карачаевском. Автобус быстро проносится здесь по гладкому асфальту. Будто вырастают обступающие долину возвышенности, превращаются в высокие горные массивы. Мимо окон проплывают белые, известняковые скалы у станицы Усть-Джегутинской, где Кубань прорезает Пастбищный хребет. Южнее сменяют друг друга массивы Скалистого хребта — то в виде зеленых округлых конусов, то пирамид со ступенчатыми склонами и вершинами, увенчанными пластами песчаника, издали кажущимися надетыми на гору шапочками-тюбетейками.

Туристы, жаждущие увидеть снежные вершины гор, голубые озера, шумные водопады, проезжая вдоль Кубани, обычно зачисляют эти места в малоинтересные для туризма.

Но склоны гор Кубанской долины, где много потрудились различные природные скульпторы, влекут любителей геологических экскурсий. Они проходят тут пешком, чтобы детальнее ознакомиться с долиной Кубани — «белым пятном» на туристской карте Ставрополья, где можно не только путешествовать, но и делать новые открытия.

Пионерами туристского освоения долины Кубани были влюбленные в родные края комсомольцы и школьники Карачаево-Черкесии. Еще в 60-х годах в школах Черкесска, Карачаевска и других мест возникло несколько краеведческих кружков. Ребята совершали походы, искали полезные ископаемые, читали книги о путешествиях.

Сообщения о походах краеведов все чаще стали поступать в детскую экскурсионно-туристскую станцию и молодежные газеты края. На пути от Черкесска до Карачаевска юные путешественники обнаружили несколько кольцеобразных скал, как Кольцо-гора близ Кисловодска. Часть из них видна с шоссейной дороги, с другими можно было ознакомиться, лишь взобравшись к бровкам гор, окружающих долину. Обнаружили юннаты много различных природных скульптур — причудливых скал, похожих то на «нос великана», то на «голову собаки», то на «сфинксов», или напоминающих обелиски, диковинных птиц и зверей.

Юные геологи путешествовали не только на поверхности. Они проникли в недра земли, в «царство Плутона», чтобы воочию увидеть мастерские творения природы, создающей величественные залы и галереи под землей и искусно украшающей эти памятники-самородки.

Первыми спелеологами края стали члены геологического кружка при Черкесском Дворце пионеров и школьников, которым руководил педагог-краевед Л.Б. Долечек. Навыки подземных путешествий кружковцы получили в единственной известной в то время в Карачаево-Черкесии — Алимкиной пещере, расположенной в правобережье Кубани, близ станицы Усть-Джегутинской, в красивой лесистой долине речки Джегонас.

В пещере ребята выяснили, что она возникла в толще меловых известняков Пастбищного хребта, рассеченных тектоническими трещинами, имеет три галереи общей длиной 70 метров. Обнаружили в ее окрестностях массу золотисто-желтых конкреций марказита с радиальным расположением от центра шариков его тонких копьевидных кристаллов, за что этот минерал называют «лучистым колчеданом». Сернистое железо, из которого состоит марказит, выделилось из органических остатков на дне бывшего здесь когда-то мелового моря.

Члены кружка собрали много сведений и легенд о других пещерах предгорий Кавказа, и в 1957 году сделали первое открытие — обнаружили и откопали в левобережье Кубани, близ станицы Красногорской, пещеру Шайтан-Тамак.

Наименование пещеры означает «горло дьявола» — у нее узкий, труднопроходимый вход. Но те, кто его преодолевал, вознаграждались открывшимся перед ними прекрасным видом подземных залов.

Кружковцы исследовали пещеру несколько лет подряд, постепенно продвигаясь по извилистым проходам вглубь горы, описывая новые залы, карманы, своды, давая им поэтические наименования: «Черный грот», «Зал свиданий», «Большое кольцо», «Археологический» — здесь были найдены черепки керамической посуды древних жителей.

Пещера оказалась карстовой — вода, циркулирующая по трещинам, растворяла горные породы, образуя гроты и полости. Гроты верхнего яруса пещеры сухие и пыльные. Своды их причудливо изрезаны разнообразными углублениями, перегородками с отверстиями-«кольцами». На полу ветвятся крупные друзы кристаллов прозрачного гипса.

Нижний ярус пещеры более красив. Стены его залов украшены натечными образованиями, спускаются 8 крупных сталактитов. Один из гротов нижнего яруса назван «Сталактитовым залом», другой — «Кальцитовым тупиком». Полость, стены которой оказались облицованными пластинчатыми кристаллами «Марьина стекла» (гипса), названа «Хрустальным сводом».

Теперь на счету юных спелеологов уже немало открытых ими пещер: Комариная — в долине Малого Зеленчука, с красивым убранством в виде кальцитовых «цветов»; Грибная, иначе — «Верина» в правобережье Кубани, с оригинальными натечными образованиями, и другие.

Успехи пионеров и школьников Черкесска в изучении геологии области, открытии пещер, поисках полезных ископаемых дважды отмечены премиями Министерства геологии и охраны недр СССР.

Энтузиазм первых спелеологов заражал других краеведов. При школах, техникумах, заводских и колхозных спортивных секциях возникли спелеологические клубы и кружки. У каждой такой организации были свои достижения. Особенно много их было у ребят из клуба «Аэлита», созданного при Черкесском педагогическом училище. Организатор и руководитель этого клуба В.И. Ахматов начал заниматься спелеологией еще в школьные годы. «Аэлитовцы» открыли в долине Кубани пещеры Голубиную, Стратес, Джилан-Тещик и другие. Наиболее примечательным открытием оказалась пещера Кадет-Дорбун, она находится на склоне горного массива правобережья Кубани, в 8 километрах к востоку от аула Сары-Тюз. Пещера образовалась в толще юрских известняков. От ее обширного входа, названного «Пастью дракона», начинается сорокаметровая галерея. Она приводит в «Пыльный зал». Вид этого зала невзрачен — натечные образования пропитаны пылью. Следующий грот назван «Первой радостью» — в нем туристы встретили первые сталактиты и сталагмиты. Вознаградил труды искателей-спелеологов третий достигнутый ими огромный Призрачный зал. Вдоль его тридцатиметровых стен тянутся сотни известковых натеков; от 4–5 миллиметров до 60–80 сантиметров в диаметре.

С потолка и стен свисают розовые, белые и красные «драпировки» и «занавеси» из сталактитов, производящих в свете мерцающих огней фонариков впечатление призраков.

Вход в пещеру «Кадет-Дорбун».

На бугристом полу зала разбросаны кальцитовые «цветы» изумительной формы и изящества. Местами, где падающие на пол капли, испаряясь, оставляли углекислый кальций, поднимались то тонкие, то расплывчатые сталагмиты: «Гном», «Свеча», «Эльбрус», «Казбек». А встреченные путешественниками в этом зале тонкие «занавеси» из сталактитов при легком прикосновении к ним издают мелодичные звуки, напоминающие игру арфы.

Самая громадная полость пещеры — грот «Тайфун» — выделяется мрачным обликом и почти не имеет натечных образований. Наиболее же оригинальным и красивым из всех гротов пещеры оказался последний из обследованных членами клуба «Аэлита» зал — «Музей». В высоту он достигает трех метров. В нем разместился «Диван» — натечный уступ, украшенный тончайшими кисточками мелких сталактитов, вроде художественной резьбы по кости.

В центре зала широкое углубление — «Колодец» — с озерком на дне, достигающим глубины около метра. Стены колодца покрыты прозрачными натеками, напоминающими экспонаты музейной этнографической выставки: фигурки божков, курительные трубки, свечи, детские игрушки и т. д.

Встречаются на полу этого зала и другие углубления — «ванночки», заполненные водой. Почти во всех залах обнаружены кости мелких и крупных животных. Протяженность пещеры достигает 270 метров и, хотя ее считают изученной, в ней возможны еще другие интересные открытия.

В 1966 году разрозненные силы исследователей пещер Карачаево-Черкесии были объединены на первой спелеологической конференции и создан областной клуб туристов-спелеологов «Плутон». Местные организации и кружки превратились в его секции.

Деятельность юных и взрослых спелеологов стала более планомерной. Объединенными усилиями было легче преодолевать многочисленные препятствия, которые ставит на их пути таинственный подземный мир: тут и кромешная тьма, и каменные завалы, и отвесные стены, и пронизывающий холод подземных вод, и изогнутые сифоны подземных ручьев и рек.

Областной Совет по туризму провел для членов клуба «Плутон» специальный семинар по технике передвижения в пещерах. Это повысило безопасность экспедиций. Улучшилось качество осветительных средств, экипировка: брезентовые костюмы, каски, веревочные лестницы и прочее.

Исследования спелеологов стали более глубокими. В экспедиции включаются работники научных учреждений. Ими впервые установлено, что во многих пещерах области зимуют летучие мыши, в некоторых полостях обнаружен лжескорпион и другие беспозвоночные обитатели подземелий. Во внешних гротах некоторых пещер найдено народное лечебное средство — горная смола мумиё.

Поиски пещер распространились в долины Малого и Большого Зеленчуков, Урупа, Большой Лабы. Оказалось, что предгорная полоса области «испещрена» пещерами не в меньшей степени, чем горный Крым или Закавказье.

За три года члены клуба «Плутон» открыли 52 пещеры, а Ставропольский краевой Совет по туризму зарегистрировал только в 1972 году около 60 пещер, имеющих туристское значение.

Главная масса пещер в Карачаево-Черкесии сосредоточена на северном склоне Скалистого хребта, от истоков Подкумка до долины реки Большой Лабы, в основном на склонах речных долин. Особенно насыщены карстовыми формами рельефа массивы Скалистого хребта: Джисса, Бальтче, Баранаха, Громатуха, расположенные западнее долины Малого Зеленчука.

Например, покатая поверхность Громатухи изрешечена воронками различных размеров и глубины, возникающих от провалов потолков подземных полостей или вмывания в них разжиженного поверхностного грунта. Воронки создают тут своебразный «Лунный пейзаж», но, в отличие от Луны, со дна большой части этих воронок поднимаются высокие деревья. Они образуют своими кронами зеленые купола, придавая поверхности облик лесостепи.

«Черное озеро» в карстовой воронке.

На дне одной из таких заросших лесом воронок расположилось небольшое Черное озеро. Когда подходишь к этому леску, то и не подозреваешь, что под сенью деревьев на дне котловины тебя ожидает живописный водоем, в котором можно искупаться. На Скалистом хребте также можно увидеть сухие воронки, лишенные леса, воронки, заполненные водой, превращенные в озера и «холодильники», забитые снегом, сохраняемым до лета. Нередки здесь сухие русла ручьев, ушедших в подземелье, и выходы на поверхность подземных потоков. Один из них дает начало притоку Урупа реке Тегинь.

Река Тегинь вырвалась «на белый свет».

В этой части хребта известно больше 15 значительных пещер, среди них: Аэлита, Ай-Таш (лунный камень), Ляшкова, Васильева, Козлова, Бошаг и другие. Пещеры, расположенные в верхних и средних частях склона, возникли в толще известняка, а в нижней, северной части хребта — в залегающих здесь пластах гипса.

В последнее время обнаружилось, что карстовый рельеф и пещеры имеются не только на хребтах предгорий, сложенных осадочными отложениями. В 1970 году неожиданно была открыта большая карстовая пещера в Передовом хребте Кавказа, в котором большая часть пластов состоит из твердых кристаллических пород.

В верхней части долины Большой Лабы, в 12 километрах к западу от поселка Рожкао, высоко в горах бригада рабочих Курджиновского лесхоза, возглавляемая В.Ф. Щербаковым, проводила взрывные работы при расчистке лесовозного волока. К удивлению рабочих, очередной взрыв открыл на дороге черную яму, из которой валил пар и поднималась красная пыль раздробленной породы.

Бригадир решил обследовать яму. Вооружившись факелом и обвязав себя веревкой, он стал спускаться в нее по осыпи из камней, образованной взрывом.

Вскоре рабочие, держащие канат для страховки товарища, услышали возглас: «Ребята, да ведь это жилье хозяйки Медной горы». Его взору представился обширный подземный зал, украшенный белыми известковыми натеками в виде сосулек, столбов, различных наплывов. О своей находке рабочие сообщили Ставропольскому отделу географического общества СССР.

Вскоре сюда прибыла экспедиция спелеологической комиссии общества, возглавляемая Л.Б. Долечеком. Она выяснила, что пещера образовалась в толще растворимых водой серых мраморизованных известняков каменноугольного возраста, подстилаемых водоупорными песчаниками, которые слагают верхнюю часть хребта Дженту.

Участники экспедиции назвали пещеру «Южный слон», как наиболее крупную и самую южную из пещер Ставропольского края.

Сталактитовые занавески в пещере «Южный слон».

В 1970–1972 годах экспедиционная группа, в работах которой деятельное участие принимали школьные спелеологические кружки, обследовала 840 метров пещерных галерей, описала 14 залов, 9 гротов, провела глазомерную съемку, изучила гидрографию и микроклимат.

Пещера четырехъярусная, ее общие контуры в плане напоминают фигуру краба с расходящимися в разные стороны, на различные уровни, галереями. Разница между верхней и самой нижней точками пещеры составляет около 70 метров.

Входом в пещеру служит колодец пятиметровой глубины, образовавшийся при взрыве. Он приводит в «Колонный зал», украшенный большими сталагмитами, похожими на завернутые в тоги римские статуи. Из нижней части зала выходят три извилистых ответвления. Они тянутся, то расширясь в виде залов, то сужаясь до узких проходов, то ведут вверх, то круто спускаются, иногда перегораживаются каскадами натеков.

В ответвлении, идущем на юго-восток, находятся наиболее высокие и красивые залы: «Логово циклопа», «Готический». Высота их сводов превышает 20 метров. В этой же галерее располагаются гроты: «Сталактитовый», «Лабиринт», «Верхний каскад», «Али-Баба», «Будуар» и «Душевая», часто обдающая туристов потоком капель.

В зале «Али-Баба».

Левое ответвление, простирающееся от «Колонного» зала на север, представляет собой три, проходящие на разных уровнях, взаимосвязанные галереи. В них находятся крупные залы «Скелетов» и «Большой каскад», длина которых более 60 метров. В другом ответвлении выделяются залы: «Художественный» и «Чердак».

Торжественный покой пещерных галерей нарушает мерный тихий шум падающих капель, глухие отзвуки эха, повторяющие восторженные возгласы путешественников, когда перед ними возникают новые картины подземного царства.

«Южный слон» поражает красотой и разнообразием сталактитов, сталагмитов, натеков в виде флагов, драпировок, каемок на карнизах. В ряде мест, где известняк сильно изъеден водами, свисают оригинальные клинья, названные «зубами акулы». По окраске большая часть натеков белоснежная, но в мрачном зале «Скелетов» они кремовые, а в главной галерее — оранжевые. В «Художественном» зале они украшены голубыми полосами.

Стены залов и галерей во влажных местах покрыты белой кальцитовой кашицей, именуемой «кальцитовым тестом», или «лунным молоком». Высыхая, оно рассыпается в порошок.

В полостях «Южного слона» протекают три самостоятельных ручья, сливающиеся в один быстрый поток в зале «Скелетов». Окрашенные воды потока были обнаружены в соседних каньонах, прорезающих хребет Дженту. В пещере три озерка. Самое крупное из них — в зале «Скелетов», имеет площадь 9 квадратных метров и достигает метровой глубины.

Круглый год в пещере держится температура около 4° и высокая влажность воздуха. В нижних залах пещеры живут прозрачные многоножки, поселяющиеся в местах распространения «лунного молока».

В зале «Скелетов» многочисленны палеонтологические находки. Среди них четыре черепа бурых медведей, череп ласки, позвонки оленя и множество других костей. Они покоятся, видимо, очень давно, так как кости впаяны в натечные образования.

Вход, по которому могли попасть в пещеру животные, а может быть, и человек, до сего времени не обнаружен, возможно, он закрыт обвалами или новыми натеками.

Вместе с костями была найдена деталь костяного ножа-пилы, с кремневыми вкладышами-зубьями, выставленная теперь в залах областного музея. (В очерке использованы материалы В.И. Ахматова и Л.Б. Долечека.)

«Южный слон» — одна из значительных пещер Кавказа. По возможностям ее туристского использования она не уступает многим известным пещерам в Других районах нашей страны и за ее пределами. Она представляет собой редкий тип пещер, образовавшихся в толще известняков, которые подвергались в момент горообразования перекристаллизации, и имеет большое научное значение. Пещера не вся еще пройдена, изучение ее продолжается. В этом районе возможно открытие других подземных карстовых полостей.

Первооткрыватели и исследователи сумели обеспечить полную сохранность пещеры в первоначальной красоте, в чем их большая заслуга перед наукой. Теперь «Южный слон» охраняется государством как ценный памятник природы.

Пещеры интересуют нас не только как объекты туризма. Они важны для выяснения геологии, условий строительства, истории и археологии местности, где они находятся. Последние годы все большее внимание врачей привлекают подземные полости своими лечебными свойствами. Чистый воздух, постоянство температур и другие черты микроклимата многих пещер позволяют использовать их для лечения астмы, коклюша и иных заболеваний. У нас и за рубежом возникла специальная отрасль медицины — спелеотерапия. В этом отношении могут оказаться полезными многие пещеры Ставрополья.

Спелеология на Ставрополье сделала только первые шаги, но интерес к тайнам подземелий растет, ширятся отряды «охотников за пещерами».

Центральный и краевой советы по туризму и экскурсиям ставят перед подземными туристами задачу дальнейшего разведывания и изучения пещер, чтобы эти замечательные памятники природы стали достоянием широких масс нашей страны.

Посещение некоторых наиболее доступных и интересных для туристов пещер Карачаево-Черкесии скоро будет включено в программу экскурсий в Теберду, Домбай, Архыз. В первую очередь это пещеры «Кадет-Дорбун» в долине Кубани, «Зонд-V» в долине Большой Лабы. Они расположены невдалеке от туристских путей. Благоустройство — крепление входов, оборудование галерей, постройка подъездов — не потребует больших затрат. В дальнейшем объектом экскурсий станет и «Южный слон».

Перед любителями природы стоят задачи не только новых открытий, но и охраны уже известных пещер и подземных полостей. Нельзя допустить порчи браконьерами этих ценных памятников природы.

Медные горы Урупа

В подземных кладовых Ставрополья хранятся не только лечебные воды, много здесь и других минеральных богатств. Они есть и на равнинах, и в предгорьях, и в горной области, и в каждом из этих районов недра содержат своеобразный комплекс полезных ископаемых.

На равнинной территории и в полосе предгорий преобладают ископаемые, образовавшиеся в отложениях древних морей. Это — нефть, горючий газ, известняки, доломиты, алебастр, цементное сырье, стекольные и другие пески, огнеупорные глины, каменный уголь.

В горной части края минеральные богатства еще более разнообразны. Воздействие на горные породы высоких температур и большого давления при горообразовании обогатили этот район различным минеральным сырьем. Здесь обнаружены месторождения: асбеста, барита, кварцитов, мрамора, пемзы, сурика, серого и красного гранита, кровельных сланцев, антрацита, руд редких и цветных металлов. Запасы этих ископаемых еще недостаточно изучены, и промышленная разработка многих из них еще не начата.

На Кавказе работает много пытливых разведчиков, но горы медленно раскрывают свои тайны. Путь к недрам гор лежит через громады скал, лесные трущобы, глубокие ущелья, осыпи и другие препятствия. Еще большие трудности создает сложность еще не расшифрованного полностью геологического строения Большого Кавказа.

На протяжении сотен миллионов лет на Кавказе неоднократно поднимались со дна моря мощные горные цепи. Глубокие трещины-разломы расчленяли горные массивы на отдельные блоки, передвигавшиеся в отношении друг друга на значительную высоту. В толщу горных пород внедрялась поднимающаяся с больших глубин огненная магма. Она или застывала в толще земной коры в виде жил, или извергалась на поверхность, образуя вулканические конусы и покровы. Ледники, водные потоки, обвалы, выветривание разрушали горные массивы, но внутренние силы Земли воздвигали их вновь.

Последняя фаза горообразования и общий подъем Кавказской горной страны произошли по геологическому летоисчислению «совсем недавно»: 10–15 миллионов лет назад, и Кавказские горы считают «молодыми». При горообразовании магма, проникающая в горные породы, выделяла различные химические соединения и металлоносные газы. Они захватывались горячими водами, переносились вверх по трещинам и осаждались в виде рудных жил в определенном порядке — «этажами», в зависимости от степени остывания раствора.

В самом нижнем «этаже» у поверхности гранитов образовывались руды разнообразных редких элементов, выше — вольфрамово-молибденово-оловянные руды, затем железо-медные с золотом, наконец вблизи земной поверхности возникали жилы свинцово-цинковых руд с серебром.

Оказывается — и древние вулканические процессы приносят человеку пользу! На Кавказе они сыграли большую роль в образовании рудных месторождений в толще горных пород, залегающих в Передовом хребте и ограничивающих его с севера и юга глубоких депрессий (погружений), пронизанных вулканическими жилами.

В этом районе южнее Карачаевска, в пределах депрессии, отделяющей предгорья от высокогорной части Кавказского хребта, расположено старейшее горнорудное предприятие Ставропольского края — Эльбрусский рудник.

Уже на подъезде к Карачаевску и вокруг города из земли поднимаются башнеобразные и островерхие скалы из застывшей магмы, внедрившейся 170 миллионов лет назад в толщу поверхностных осадочных пород, придающих окрестностям города живописный, но несколько суровый вид. Возле Карачаевска бешеным потоком мчит свои воды река Кубань, прорываясь узким каньоном через застывшие магматические жилы.

Южнее дорога к руднику пролегает между куполовидных гор, покрытых лесом, с выступающими кое-где вулканическими дайками. В этом участке, у северного подножья Передового хребта, в контакте осадочных и магматических пород обнаружены залежи барита, мрамора, сурика и полиметаллических руд, разрабатываемых Эльбрусским рудником.

История не сохранила имен горцев, впервые открывших здесь залежи свинца и цинка. Они доставили образцы этих руд в 1829 году членам Академии наук, принимавшим участие в первой русской экспедиции на вершину Эльбруса. Экспедиция в тот год посетила место слияния Кубани и Теберды.

Минуло много времени, прежде чем рудные богатства Кубани стали использоваться. В конце XIX века энтузиаст развития горного дела в России, инженер-технолог Томашевский, начал примитивные разработки свинца, организовав акционерное общество. Но вскоре рудник попал во владение бельгийских капиталистов и шесть раз переходил из рук в руки. Каждый новый владелец стремился использовать наиболее богатые участки, заваливая пустой породой менее продуктивные пласты. К нашему времени от прошлого осталось только одно наименование «рудник».

Залегание рудного тела и запасы руды были определены уже после Октябрьской революции, когда земля и ее недра стали достоянием народа. Все сооружения и оборудование рудника — дело рук советского человека. Здесь создано несколько штолен, обогатительная фабрика, канатная дорога, доставляющая руду со склонов гор к месту ее обработки, благоустроенный поселок. Расширяющаяся разведка увела добытчиков внутрь окрестных горных массивов и вглубь земли. Теперь главная штольня, где добывают руду, двумя этажами проходит под дном реки Кубани.

Добывать руду помогает современная техника, Мощные компрессоры подают сжатый воздух в забои штолен, к отбойным молоткам. Грузят руду не лопатами, а скреперами и специальными машинами. Для защиты горняков от пыли применяют мокрое бурение. Отбивая горную породу, молоток бурильщика одновременно смачивает ее, и воздух остается чистым.

Руды Эльбрусского месторождения называют полиметаллическими, т. е. содержащими много металлов. На обогатительной фабрике руда превращается в мелкозернистый свинцовый и цинковый концентраты. Их отправляют в город Орджоникидзе, где из них выплавляют свинец и цинк, извлекают немного меди и серебра. Содержат эти руды также небольшое количество редких элементов.

В Эльбрусском руднике, существующем около 80 лет, уже извлечена значительная доля запасов свинца и цинка. Дальнейшие перспективы предприятия связаны с продолжающейся разведкой новых рудных тел в долине Кубани и в других местах северных склонов Кавказского хребта.

Недавно у Эльбрусского рудника появился младший брат — Урупский медный горнообогатительный комбинат. Но он далеко превзошел старшего брата по запасам руды, техническому совершенству оборудования и объему производства. Урупский комбинат — детище 8-й пятилетки, стал ведущим предприятием горной промышленности Ставропольского края, а Эльбрусский рудник организационно объединился с ним на правах свинцово-цинкового цеха комбината.

Дорога к Урупу проходит вдоль обширного понижения рельефа, называемого геологами юрской депрессией, где раздробленные сбросами древние горные породы опущены на большую глубину. В пределах депрессии расположены Карачаевск, станицы Кардоникская, Зеленчукская, Сторожевая и Преградная. Проезжающего по этой выровненной местности путника сопровождает отвесная стена массивов Скалистого хребта, ограничивающих депрессию с севера. С юга открывается обширная панорама поднимающихся все выше и выше лесистых куполовидных отрогов Передового хребта и виднеющихся кое-где в просветах ледяных вершин Большого Кавказа.

Вдоль дороги расстилаются поля разнообразных посевов. Далее, за станицей Сторожевой, в лесостепной местности шоссе многократно пересекает извилистое русло реки Теплой, обходит высокие конические останцы, увенчанные «шапочками» из плит песчаника.

У станицы Преградной шоссе сворачивает влево и входит в рассеченные рекой Урупом и ее притоками отроги хребта Абишира-Ахуба. Внезапно перед взором вырастают многоэтажные постройки поселка Медноурупска и сооружения горнообогатительного комбината. Окружающие их лесистые куполовидные возвышенности и есть знаменитые Медные горы Урупа.

Еще недавно это были дикие, необжитые места. Лучший знаток геологии Передового хребта Кавказа, первый исследователь урупских недр, Василий Николаевич Робинсон добирался сюда в 1911 году от станицы Баталпашинской (теперь город Черкесск) по бездорожью, на подводе, трое суток. Среди жителей затерявшегося в узкой долине Урупского поселка Василий Николаевич прослыл странным человеком. Целыми днями он бродил по глухомани, по звериным тропам, собирая в. холщовый мешок какие-то камни. Думали, что это одиночка-золотоискатель, и притом неудачник, так как не было видно, чтобы поиски приносили ему богатство.

Василий Николаевич искал и наносил на карту признаки медного оруденения среди древних вулканических горных пород, осматривал встречавшиеся кое-где копи и рудные выработки древних жителей.

В.Н. Робинсону удалось доказать, что участки древних вулканических внедрений в Передовом хребте включают медный колчедан — основную руду для выплавки меди. Но его доклад в горный департамент о необходимости постановки в Кубанских горах детальной геологической разведки пролежал несколько лет без движения в царских канцеляриях. Затем грянула мировая война, о докладе геолога совсем забыли.

К изучению недр Кубанского Кавказа приступили лишь после Октябрьской революции. Первым документом, положившим начало выявлению полезных ископаемых Кубани, было распоряжение В.И. Ленина, написанное 18 марта 1921 года:

«Поручение секретарю

Фрумкину сообщить, что я прошу доставить мне записку Янушевского о богатствах (рудных и пр.) Черноморского побережья и Теберды Кубанской области. Если здесь нет у Фрумкина, то прислать мне из Ростова-на-Дону»…

Но широкому развитию разведочных работ на Кавказе еще долго мешала разруха и нехватка средств.

В 1935 году по маршрутам Робинсона прошла разведочная партия, возглавляемая геологом В.Ф. Бочкаревым; она подтвердила выводы первого исследователя, обнаружив признаки медных и цинковых руд. Но Советское государство еще только закладывало основы индустриализации, и большую разведку на Урупе пришлось отложить на более поздний срок. Детальная разведка урупских медных месторождений была начата только в 1947 году. Первоначально ее попутно вели геологи треста «Севкавзолото» П.П. Телегин и другие, искавшие благородные металлы. В последующее время геологами экспедиций Министерства геологии и Министерства цветной металлургии были пробурены сотни скважин глубиной свыше 1000 метров, проведен анализ тысяч образцов руд и горных пород. В результате было открыто три крупных месторождения: Урупское, Власенчихинское и Скалистое. Подсчитаны запасы медной руды.

В работе геологических партий, открывших медь, активное участие принимал талантливый самоучка, коллектор Я.И. Корниенко. Он пришел на берега Урупа еще в 20-х годах 17-летним юношей. Работал в охотничьей бригаде, любил природу, изучал и коллекционировал минералы и камни, к чему его поощряли встречавшиеся геологи. Перед Отечественной войной начал работать в геологической партии, искавшей золото. После войны вновь приступил к геологической разведке, уже в должности начальника одного из поисковых отрядов, которому удалось вместо золота найти медь.

В районе Урупских гор подножья Передового хребта сложены девонскими горными породами, имеющими возраст около 400 миллионов лет. Они выходят на поверхность по днищам рек бассейна Урупа. Внимательное изучение обнажении горных пород показывает, что когда здесь расстилалось девонское море, местность эта испытывала воздействие интенсивных вулканических процессов. Постепенно поднимающиеся со дна моря горы пронизывались внедрениями магмы. На морском дне и вновь возникших островах возникали вулканы. Отложенные на морском дне глины и другие горные породы под воздействием магмы превращались в зеленоватые, с шелковистым блеском кристаллические сланцы. Местами в их толще мы теперь находим пласты диабазов и кварцевых альбитофиров, служащих основной рудовмещающей породой. Все эти напластования были перекрыты сверху туфами из пепла и вулканических пород. Рудоносная свита вместе с вмещающими и перекрывающими ее горными породами в дальнейшем подверглась раздроблению сбросами, отдельные ее части передвинулись на различные глубины, что усложнило ее изучение и особенно добычу руды.

В Урупском месторождении обнаружено до 50 рудных тел. Основное из них — крупная пластообразная залежь. Она состоит из сплошной рудной массы и вкраплений во вмещающие древние вулканические породы.

Власенчихинский карьер.

Урупское месторождение тоже можно назвать полиметаллическим. Вот его главные минералы: халькопирит (CuFeS2) — медный колчедан — основная медная руда, содержащая 35 % меди, 30 % железа и 35 % серы. Она выглядит сплошной латунно-желтой массой с редкими кристаллами, часто поражающей взгляд туриста своим металлическим блеском. Пирит (FeS2) сернистое железо — сырье для получения серной кислоты. Это скопления крупных и мелких блестящих золотисто-желтых кубиков, часто принимаемых экскурсантами за самородки золота. Сфалерит (ZnS) — цинковая обманка, из которой получают цинк. Галенит (PbS) — свинцовый блеск. Встречаются также кристаллы красного железняка, молибденит, изредка крупинки самородного золота и серебра. Руды Урупа так же, как и эльбрусские, содержат примесь редких элементов: кадмия, селена, теллура, германия, индия, кобальта, имеющих большое практическое и научное значение.

Уруп прославился еще тем, что здесь был найден редчайший минерал — бетехтинит, содержащий необычные концентрации сульфидов меди, свинца, цинка, железа и других элементов. Он представляет большой интерес для науки. Назван в честь знаменитого русского ученого-минералога А.Г. Бетехтина. Кроме Урупа этот минерал обнаружен лишь в двух других местах земного шара — в ГДР и в Казахской ССР, близ Джезказгана, где был найден самый большой образец бетехтенита весом в 2 килограмма. По редкости бетехтенит может спорить с лунным грунтом. Его добыто значительно меньше, чем доставлено на Землю луноходами и космонавтами горных пород с поверхности Луны.

Копер Урупского медного рудника.

Вслед за первопроходчиками-геологами в Урупскую долину пришли строители. Комсомольские путевки связали ударную стройку со всеми уголками нашей Родины — Кавказом, Дальним Востоком, Сибирью, Уралом. Энтузиасты строительства стремились досрочно выполнить решения XXIII съезда КПСС о создании Урупского медного горнообогатительного комбината.

Вступивший в строй действующих предприятий страны в 1971 году Урупский комбинат включает Власенчихинский карьер открытой добычи руды, рудник подземной добычи, обогатительную фабрику, химическую лабораторию, парк рудовозов, ряд мастерских и подсобных цехов.

Власенчихинский карьер расположен на притоке Урупа — Власенчихе, недалеко от поселка Медноурупска. Рудное тело выходит в нем прямо на поверхность. Река Власенчиха много лет прорезала в нем свое русло. Сейчас она отведена в сторону и заключена в бетон. На месте русла идет добыча руды.

Идет руда из Урупской медной горы.

В карьере хорошо видны обнажения пород, слагающих стены и склоны соседних гор, общей высотой в 200 метров. Взору открываются горные породы различных геологических эпох. На самом верху, под корнями деревьев покрывающего горы леса — рыхлые четвертичные отложения; ниже — глыбы коричневых нижнеюрских песчаников, имеющих возраст около 200 миллионов лет. Затем взгляд переносится на лежащие глубже пласты красных пермских конгломератов, отложенных свыше 350 миллионов лет назад, свидетельствующих о мощных разрушительных процессах, протекавших при образовании Кавказских гор в палеозое. В самом низу видны черные и серые пласты рудных тел и вмещающие их метаморфические породы девона с возрастом около 400 миллионов лет.

У дна карьера, на глубине 50 метров от уровня дороги, работают бригады буровиков, подготавливающих взрывы рудоносной породы. Мощные экскаваторы, захватывающие руду пятитонными ковшами для погрузки в рудовозы, движущиеся, словно жуки, вверх и вниз по серпантинам дорог, ведущим к забою. Мощные насосы откачивают притекающие подземные воды и подают их вверх в русло Власенчихи.

Карьер извлекает на поверхность руду со средним содержанием меди около одного процента. На первый взгляд кажется, что и добывать ее не стоит. Но руда карьера считается довольно богатой. Иногда медь добывают и из более бедных руд.

Если от Медногорска проехать вверх по долине Урупа, то через некоторое время мы увидим белую многоэтажную семидесятиметровую цилиндрическую башню — самое высокое здание в Ставропольском крае. Возводили ее те же мастера, что и Останкинскую башню в Москве. Это копер над Урупским рудником подземной добычи меди. Рудник не похож назапыленные шахты прошлого, копры которых опускали и поднимали бадьи с рабочими или добытой рудой. Эта шахта залита электрическим светом. Механизмы доставляют с большой скоростью в штольни разных уровней рудника людей и грузы, поднимают вагонетки с рудой и пустой породой, обеспечивают вентиляцию, отопление, снабжение штолен водой, сжатым воздухом.

Внутри башни лифт. За одну минуту можно подняться на крышу и полюбоваться обширной панорамой Урупских гор, а также возникшим среди них индустриальным ландшафтом, оживленным движением рудовозов.

Глубина ствола рудника достигает 300 метров. Имеются перспективы дальнейшего его углубления до 800. Многоярусные штольни, освещенные люминесцентными светильниками, напоминают тоннели метро, электровозы движут по ним целые поезда вагонеток.

Сложным хозяйством рудника управляет диспетчер с помощью многочисленных автоматических аппаратов. Они позволяют ему точно знать, что делается в данный момент на каждом участке той или иной штольни или забоя — каково давление сжатого воздуха, сколько руды накопилось в бункерах, где находятся электровозы — и давать необходимые команды.

Суточная производительность рудника немного меньше выработки карьера, но содержание меди в руде несколько выше (1,5–2 %).

Карьер и рудник — начальное звено Урупского комбината, определяющее работу всей цепи производства. Руде, извлеченной из земных недр, предстоит долгий и. сложный путь через цеха обогатительной фабрики до хранилища готовой продукции, представляющей собой насыщенный медью порошок — концентрат.

Задача фабрики — освободить руду от пустой породы и превратить в богатую медью порошкообразную массу — концентрат. И руда проделывает значительное путешествие, претерпевая различные превращения. С рудника и карьера мощные рудовозы доставляют руду в приемный бункер, из которого она подается транспортером к машинам крупного дробления. Другой транспортер поднимает руду в верхний этаж к другим дробилкам, превращающим ее в мелкий щебень. По пути электромагнитная шайба, установленная над вторым транспортером, выхватывает из проходящей руды стальные предметы, какие могли случайно попасть в нее в карьере или в руднике. Магнит постепенно обрастает снизу как бы щетиной из этих включений, и время от времени его «бреют» — отводят в сторону, выключают ток — «щетина» опадает.

Затем рудный щебень попадает в шаровые мельницы, стальные шары, высекая при столкновении искры, размалывают руду в тонкий порошок с диаметром зерен меньше микрона.

Урупская обогатительная фабрика.

Рудная мука поступает во флотационное отделение фабрики, где совершается главное чудо обогащения — медь, имеющую больший удельный вес, заставляют всплывать, а более легкую пустую породу опускаться на дно флотационных машин. В больших чанах смешивают флотационный реагент с измельченным рудным порошком. Реагентом служат вещества, способные сильно пениться, вынося на поверхности пузырьков пристающие к их пленке несмачиваемые водой крупинки металла. Металл как бы всплывает вместе с пеной, а хорошо смачиваемые и не пристающие к пузырькам частицы минерального вещества оседают на дно. Особые весла-пеногоны, движущиеся на поверхности обогащаемой массы, сгоняют пену с тусклым металлическим блеском к краям аппарата, откуда она идет в отстойники.

Бытует легенда об открытии в XIX веке процесса флотации. В Германии жена рабочего свинцового завода стирала мужу спецовку и заметила, что мыльная пена вся покрылась блестками свинца, а глина и песок осели на дно корыта. Об этом она рассказала мужу, он поведал инженеру. Вскоре инженер сообщил рабочему, что его жена сделала открытие, нашла способ обогащения руды, а узнав, что жену рабочего зовут Флотой, назвал этот процесс флотацией, и якобы с тех пор во всем мире пользуются этим термином.

Может быть, и действительно какой-либо женщине удалось подметить роль мыльной пены в отделении металлических крупинок от горной породы, но термин «флотация» возник не от собственного имени, а от французского слова «flottacion» — «всплывание» и в данном случае характеризует всплывание металлических частиц на поверхность вместе с пузырьками пены.

Густая пена реагента, вобравшая в себя частицы меди, поступает в стоящие под открытым небом огромные бетонные чаши сгустителей, постепенно обезвоживается, затем поступает в сушильный барабан с температурой 900° и, наконец, идет в хранилища в виде концентрата.

К хранилищам продукции у концевой части фабрики также все время подходят рудовозы, загружаясь, они везут концентрат на станцию Джегута, откуда он в специальных контейнерах отправляется на медеплавильные заводы Урала и Закавказья.

Шахтеры горнообогатительного комбината, выросшего в короткие сроки среди Урупских гор, несколько лет поставляют Родине многие тонны чистой меди. Рабочие стремятся значительно увеличить производительность труда и досрочно выполнить планы пятилетки.

Особым почетом на комбинате пользуются шахтеры-добытчики руды и проходчики штолен, вскрывающие новые залежи. В последние годы более 100 шахтеров комбината было награждено орденами, среди них знатный проходчик, кавалер ордена Октябрьской Революции, депутат Верховного Совета СССР X.И. Ионов и многие другие.

Большой вклад в развитие производства вносит рационализаторская деятельность рабочих, инженеров и техников комбината. Она направлена на увеличение производительности труда, повышение содержания меди в концентрате и на более широкое извлечение из руды ценных сопутствующих минералов.

Недавно по предложению рационализаторов дорогое сосновое масло, использовавшееся как флотационный реагент, было заменено дешевым «тяжелым маслом», являющимся отходом производства на Невинномысском химическом комбинате, что улучшило условия труда и дало большую экономию.

Вместе с ростом производства улучшается быт хозяев медных гор. Они живут в поселке Урупском, возникшем еще в дореволюционные годы, и во вновь созданном социалистическом городке Медноурупске.

Медноурупск не видел ни одной хаты с камышовой или соломенной крышей. Строился он на новом месте, это настоящий город, он хорошо спланирован и озеленен. Многоэтажные светлые дома снабжены горячей водой и всеми коммунальными удобствами. В городке построены две большие школы, детские сады, больница, профилакторий, Дворец культуры, спортивные площадки. Установлен телевизионный ретранслятор. Поселок связан со многими городами Карачаево-Черкесской области и края автобусными рейсами и авиатрассами.

Урупский комбинат продолжает расти. В дальнейшем здесь пройдет уже спроектированная автотрасса, связывающая Ставропольский край с Черноморским побережьем Кавказа. Подойдет ветка железной дороги. Все это позволит не только увеличивать объем производства, но и улучшать качество. Наряду с медным концентратом комбинат будет поставлять стране пиритовый и цинковый концентраты, извлекать благородные и редкие металлы.

Покорившись воле советского человека, Урупские медные горы будут все щедрее и щедрее отдавать свои богатства нашей стране.

Томузловские чудовища

Ставрополь когда-то называли «воротами Кавказа», — через него шел главный почтовый тракт из России на Военно-Грузинскую дорогу и «Горячие Воды».

Теперь старая «кавказская» дорога связывает Ставрополь со многими районами края, она проходит через Старомарьевку, поселок Базовый, села Сергиевское, Северное, Александровское — до станции Минеральные Воды.

Дорога очень живописна: самая красивая часть ее проходит по долине Томузловки. Мощные родники Прикалаусских высот, где берет свое начало эта река, делают Томузловку одной из самых водоносных рек равнинного Ставрополья. Она не пересыхает и доносит свои воды до русла Кумы. Начало долине Томузловки дают небольшие балки. Они вскоре сливаются в общую узкую долину с обрывистым левым и более сглаженным правым склоном.

Правая часть долины занята молодым лиственным лесом и руслом Томузловки. Вдоль реки расположились усадьбы и сады поселка Томузловского, слившегося теперь с западной частью села Александровского. На левом склоне, обращенном к югу, видны только камни и сухие степные травы. Крупнозернистый песчаник, венчающий левый склон, образует карниз из диких скал с пещерами и гигантскими нишами. Многие глыбы камня, скатившиеся сверху, издали напоминают фигуры диковинных птиц и зверей. Среди причудливых скал выделяется каменная глыба, напоминающая лягушку, высоко поднявшую голову со взглядом на запад. Пассажиры, проезжающие на автобусах, всегда делают в этом месте остановку, чтобы полюбоваться скульптурой-самородком.

Скала «Лягушка».

Подойдем к «лягушке» ближе. С восточной стороны у нее уже другой вид. Вверху на обрывистом склоне виднеется небольшой грот, посещаемый школьниками-скалолазами.

Пещера «Подковка».

На бровке склона горы, выше «лягушки», скалы изрыты большими и малыми пещерами, галереями, ветвистыми коридорами. Одна из пещер в плане напоминает подкову и зовут ее школьники «подковкой». Если войти в ее западную «дверь», то, обойдя центральную витую колонну, украшенную ажурной лепкой, можно выйти через другой выход, открытый к югу, на «балкон», нависающий над обрывом. С него открывается чудесная панорама на всю долину Томузловки. Внизу под вами — лента асфальтированной дороги, далее виднеются ряды чисто выбеленных домов поселка и поднимающиеся за ними верхушки Деревьев леса, в сени которого прячется главная виновница всей этой красоты — речка Томузловка. В «подковке» на вертикальной стене против входа есть грот, похожий на нишу для багажа в купе пассажирского вагона. В нише достаточно места для двух-трех человек, а подняться к ней легко по выступам скалы.

Здесь вдоль бровки склона вытянулся целый пещерный «город» в несколько ярусов. Дно пещер и трещины в их стенах засыпаны чистым, словно отсортированным, коричневым слюдистым песком. Он искрится под солнечными лучами, заглядывающими иногда внутрь через небольшие просветы. Стены пещер узорчаты. Они состоят из разнообразных и причудливых округлых, сросшихся один с другим бугорков из сцементированного известью песка. Скопления их образуют то подобия каких-то наплывов, то каменные «занавески». Местами такие занавески делят пещеры на «комнаты» с проходами и отверстиями, выходящими в главную пещеру.

Из пещеры видна долина Томузловки.

Удивительные произведения природных скульпторов — подземных вод, ветра и других — можно видеть и в Томузловском лесу, в правой части долины. Этот лес — самый крупный на Прикалаусских высотах. Богат разнообразными лиственными породами деревьев, дикими яблонями, грушами, кизилом, алычой, местами вся земля бывает усеяна опавшими плодами.

Туристские тропы, проложенные по лесу, ведут к пещерам, получившим название «Каменные сараи». Тут лес редеет, образуя светлую поляну, ограниченную с севера каменистым кряжем, поросшим кустарником. У подошвы кряжа, под сенью редких деревьев, открываются входы в «Каменные сараи». Здесь около десятка пещер. Большая часть из них выглядит как горизонтальные клиновидные полости, уходящие в толщу песчаника, слагающего кряж. Самая большая пещера в западной части уступа имеет длину 45 метров, ширину входа 16 метров, высоту около 3 метров. В конце она сужается до 1,4 метра. Соседние пещеры «Партизанская», «Обгорелая» (стенки ее закопчены) протягиваются примерно на 22 метра и, также сужаясь, достигают в конце 1,2 метра в диаметре. В восточной части кряжа пещеры меньших размеров.

Потолки и стены «Каменных сараев» имеют форму сводов, пол их выровнен и покрыт слоем песка. Стены свода — это толстые известково-песчанистые корки с гладкой поверхностью. Цементация песчаника, из какого они состоят, различна. Ближе к входу он тверд, при ударе молотком высекаются искры, в глубине пещеры твердость корок уменьшается и они переходят в толщу рыхлого песка. Входы в пещеру загромождены обвалившимися глыбами камня, имеющего многослойную коркообразную структуру. Пещеры отделяются друг от друга тонкими ребристыми перегородками с «окнами», через которые можно пролезть. У некоторых из них есть и боковые ответвления.

«Каменные сараи». Вход в пещеру «Партизанская».

В период гражданской и Великой Отечественной войн «Каменные сараи» использовались партизанами, хранившими тут оружие. Здесь собирались отряды для боевых действий против врагов, двигавшихся по дороге Александровское — Ставрополь.

О «Каменных сараях» сложилось много легенд. Существует поверье, что они протягиваются на несколько километров и имеют выход где-то у подножья Прикалаусских высот. Рассказывают, что как-то отбившаяся от стада овца якобы прошла через пещеры и была обнаружена на расстоянии трех километров у русла Калауса. Все это необоснованные фантазии — пещеры коротки, замкнуты, пласт песчаника, в котором они заключены, залегает на 200 метров выше русла Калауса.

Каменный колодец.

Путешествуя в районе Томузловки, можно встретить и другие, еще более причудливые скульптурные произведения природы. К северо-западу от села Александровского, на поверхности горы Голубиной известен загадочный сухой колодец, глубиной около шести метров. Стены его почти вертикальны. В плане, у верхнего обреза, он овальный, размерами 3,5х3 метра. Его никто никогда не рыл и не бетонировал — это колодцеобразная пещера, сходная с «Каменными сараями», но расположенная вертикально. Она также имеет стенки в виде двуслойных корок из известковистого песчаника. У дна песчаник постепенно переходит в песок. Видимо, вся пещера первоначально была заполнена песком, выбранным жителями для хозяйственных нужд. Прежде думали, что пещера-колодец создана человеком и в ней хранились клады, но кладов не нашлось. Напротив, по соседству, на поверхности плато, обнаружены выступающие из песка гребешки подобных трубообразных конкреций меньшего размера, от 1 до 2-х метров в поперечнике. Все эти образования возникли в толще песка, слагающего гору Голубиную, путем цементации его известью, растворенной в движущихся вверх и вниз грунтовых водах.

Зародившиеся в песке глыбы сцементированного песчаника были более устойчивы, чем окружающие песчаные массы. И там, где песок был унесен ветром или размыт водой, образовались горизонтальные или вертикальные пещеры, на поверхности остались массивы песчаника самой причудливой формы, напоминающие фигуры замков, фантастические чудовища. Окончательную обработку этих массивов завершил ветер.

Вообразите себе, какие формы приобрели бы скалы при удалении песка вокруг стенок колодцеобразных пещер. Вероятно, поверхность плато в этом месте покрылась бы фигурами в виде вертикальных труб и цилиндров. И вот представьте: оказывается, такие формы существуют в Томузловской долине. Чтобы их увидеть, вам надо пройти в западную ее часть. Здесь стоят знаменитые «Каменные ворота», или «Столбы». Их хорошо видно к северу от дороги, ведущей в Александровское, сейчас же, как поднимешься от села Северного и обогнешь гору Главную, венчающую начало долины Томузловки. Издали «столбы» напоминают развалины триумфальной арки. Вблизи походят на остатки двух башен, стоящих на бровке склона недалеко друг от друга.

Столбы.

Высота каждого из столбов около шести метров, а окружность в нижней части 10–12 метров. Состоят они из серо-желтого песчаника, покрытого пятнами желтых, бурых и черных лишайников с буграми зеленых мхов, что еще более подчеркивает затейливую работу природного скульптора — ветра, обточившего их поверхность. Песчаник, образующий стены столбов, причудливо изогнут, образует складки, местами прорезан щелями во внутренние пустые пазухи, в которые проникнуть нельзя, а сверху столбы забиты глыбами песчаника и засыпаны песком.

У западного столба более правильные цилиндрические очертания, у восточного более сложная форма. При взгляде на него с разных сторон он меняет свой внешний вид. То на его месте видишь спину гиганта в мантии с большим воротником, слегка склонившего голову, покрытую беретом, чем-то напоминающую известную фигуру Колумба. С другой стороны он превращается в чудовище с птичьим клювом и туловищем крупного сидячего зверя. Приближаясь к камню с запада, видишь, что это не зверь, а крупный африканский слон, выступающий тебе навстречу.

Причудливые скалы и пещеры Томузловки издавна поражали воображение людей. Известный исследователь Ставрополья Г.Н. Прозрителев писал в конце прошлого века, что «всегда засматривался на гигантские глыбы камня, точно расшвырянные по долине, искал, но не мог найти ответа на вопрос, когда и как это произошло, как создались обрушения каменных громад, странные очертания скал и отдельных камней» и почему такая разница между правой и левой сторонами долины? Ответ на эти вопросы искали и местные жители — крестьяне, но, не найдя его, создавали легенды-сказки. Одну из таких записал Г.Н. Прозрителев. Вот этот рассказ:

«После всемирного потопа послал бог на Землю ангела посмотреть, что там делается: может, есть какой утопленник из праведных людей?

Летал, летал ангел и видит, что и дьявол тоже сухого места ищет. «Хоть он и грешная душа, а все же и ему обсушитсья надо, ведь дождь лил сорок дней и сорок ночей».

Сошлись они на Северной горе (теперь она называется Главной). Дьявол и говорит: «Ну, ты иди по правую сторону, а я пойду по левую. Я здесь город заложу и людей соберу, а то вы с богом их опять потопите».

И пошел ангел направо, а дьявол налево, и земля-матушка угнулась под их стопами, так балочками и вышла. Ножищи у дьявола тяжелые, где ступнет, так земля там камнем и зашкварится. А у ангела ножки тоненькие, что тростиики, идет — и не слышно, только крылышками машет. Идет он и плачет, печалится: кругом грязь, не обсохло еще, нет ни камушка, ни деревца, не за что ему взяться, чтобы для человека что-либо доброе сделать.

А дьявол тем временем ворота поставил страшенные, что на горе стоят, стал каменья собирать, а там стену повел и постройку заложил на горе. Шел, шел ангел и видит, что дьявол к работе приступил, построит город и людей в полон заберет, сел в бессилии, слезы падают, по земле льются. И вот идет старичок. «Что ты, друг, плачешь?» — спрашивает он ангела.

«Да как же мне не плакать, вот тот город строить будет, людей всех в полон заберет, а у меня нет ни камушка, ни деревца, не за что мне и взяться».

«Ну, не плачь, друг, — отвечает старичок. — На вот тебе эти семечки, брось их по ветру. А слезы твои тоже людям на пользу будут», — и скрылся. Взял ангел семечки, бросил их по ветру — и пошла от них трава да разная зелень и деревья всякие, а с того места, где слезы падали, речка «тому на зло» потекла. И пошли тут люди и заняли всю правую сторону. А на ту сторону никто не пошел. Дьявол что день строил, то ночью обваливалось, он на другом месте выстроит, а ночью развалится; он на третье — и там тоже. Так он мучился, мучился да и стал в исступлении своем камни по долине разбрасывать, а на эту сторону все-таки добросить не смог. И сделалось все это ему на зло, и потому прозвалась речка Томузловка».

Теперь юные краеведы поселка Томузловки весело смеются, рассказывая, что, по древней легенде, долина реки, на которой расположилось их селение, имела двух хозяев: ангела на правом, и дьявола — на левом склоне долины. Они знают, что сухость и безжизненность крутого левого склона связана с тем, что он обращен к палящим лучам полуденного солнца, снег на нем не задерживается, потоки воды быстро скатываются я, смывая почву, не дают возможности укореняться растениям. Совсем иная картина на склоне, обращенном на север. Он затенен, снег здесь долго не тает, из мощной толщи песчаника, подстилаемого глиной, выходит много источников, снабжающих водой Томузловку, поэтому здесь разросся лес, возникли сады и огороды.

«Слон».

Еще смешнее им кажутся слова легенды о том, что скалы левого берега «наворочены» и «расшвыряны» дьяволом за три дня. Юные краеведы прекрасно знают, что песчаник, залегающий на горах Томузловки, был отложен древним Среднесарматским морем. Море это отступило из пределов Северного Кавказа несколько миллионов лет назад; немудрено, что за такой срок, подвергаясь действию воды, солнца и ветра, песчаник сильно разрушился, раскололся на отдельные глыбы, усеявшие склон долины, его поверхность выветрилась, образовав пещеры. А «кисти винограда», «занавеси» и другие причудливые фигуры на стенках пещер образовались потому, что песок, пропитываясь известковым раствором, цементировался, затвердевал, обтачивался ветром, принимая неожиданные формы.

А названия реки Томузловка произошло не от русских слов «тому назло», а возникло значительно раньше прихода сюда русского населения, от слов языка обитавших здесь тюркских народов и называлась она прежде «Томузлов».

Как видите, легенды, объясняющие жизнь природы действием каких-то таинственных сил, могли возникнуть только тогда, когда человек не знал законов, управляющих жизнью Земли.

Камень «Ящерица».

Камень «Ящерица» находится немного восточнее «Каменных столбов», виднеющихся к северу от 88-го километрового столба по дороге из Ставрополя в село Александровское.

Южный склон сухой балки усеян глыбами крупнозернистого песчаника, сцементированного известью, имеющего сложную структуру. В одних участках он сильно уплотнен, в других рыхл и превращается в песок. Вода и ветер вымывают и уносят песок, плотные части остаются на месте, образуя скалы причудливой формы, в виде столбов, черепахи и т. д. Скала, которую вы видите на рисунке, напоминает фигуру ящерицы.

Гора Стрижамент

Река Кубань, вырвавшись из горного района на ставропольские равнины, неожиданно встречает к северу от Невинномысска препятствие — массивную гору Стрижамент. Гора вместе со своим отрогом — Недреманной — не пускает Кубань на север, в ставропольские степи, и заставляет ее резко повернуть на запад, к Армавиру. Стрижамент — высшая точка Ставрополья — 831 метр над уровнем моря. На всем пространстве Европейской части Союза, от Хибин до Бештау, от Карпат до Предуралья, нет столь значительной вершины. Стрижамент виден издалека: с поверхности Ставропольской горы, из Черкесска, с Машука, с Прикалаусских высот.

С севера и юга Стрижамент выглядит как огромный трапециевидный массив с широким плоским верхом. По дороге из Ставрополя в Невинномысск виден обширный Темный лес, расположенный на северном склоне горы, а также крутые склоны и скалы, которыми Стрижамент обрывается к Кубанской долине.

Несколько миллионов лет назад Стрижамент вместе со всем Ставропольским плато поднялся со дна Среднесарматского моря. В наследство море оставило на его поверхности мощный восьмиметровый пласт ракушечника, подстилаемого большой толщей мелкозернистого желтого песка. Нижние части горы, вплоть до подножья, состоят из морских глин. Глубокие балки древних рек отделили Стрижамент от соседних возвышенностей, превратив его в гору-останец.

Значительная высота Стрижамента придает его природе своеобразные черты. Поверхность Стрижамента безлесна. Она состоит из двух обширных платообразных ветвей, отходящих от юго-восточной, наиболее высокой части горы на север и северо-запад. Между этими отрогами врезана глубокая балка реки Темнушки, покрытая обширным Темным лесом.

Почти у самой вершины Стрижамента по его восточным и северным склонам много источников, дающих начало реке Егорлык. Потоки подземных и поверхностных вод быстро разрушают гору. По верхнему краю плато всюду нависают карнизы известняка, образуя пещеры и ниши. Ниже нагромождены глыбы известняка, обрушившиеся сверху. Известняк обваливается огромными плитами. Иногда оползшие части карниза лежат вдоль склона длинными полосами, расположенными в несколько ярусов, как ломти нарезанного хлеба. В лесу нагромождения камней покрыты мощным слоем бархатистого зеленого мха. На глыбах и между ними — изуродованные стволы деревьев, оплетающих камни своими корнями. В лесу много сушняка и бурелома, а из расщелин выглядывают кусты разнообразных зеленых папоротников. Одно из таких, особо любимых туристами, мест — на северном склоне горы, у «Каменной» лесной караулки называют «Каменным хаосом».

На открытых степных склонах горы нагромождения камней, покрытых разноцветными лишайниками, напоминают то развалины замков, то фигуры диковинных зверей, то поле битвы, усеянное костями сказочных гигантов.

Северо-западный платообразный отрог Стрижамента — Малая поляна, или «Бугор», имеет ширину не более километра. Он обрывается к долине Кубани четырехсотметровым бугристым уступом, усеянным небольшими горками-останцами, длинными оползневыми гребнями, увенчанными вросшими в землю каменными глыбами, скатившимися сверху. По понижениям встречаются небольшие озерки с гнездящимися здесь утками. Крайний западный конец поляны, называемый Шпилем, высоко поднимается над глубокой седловиной, отделяющей Стрижамент от горы Недреманной. Южный склон Стрижамента, составляющий правый берег обширной кубанской долины, безлесный, лишь в самой верхней части по краю обрыва он окаймлен невысокими зарослями кустарникового дуба и других пород. Вдоль северного края поляны синеют вершины деревьев поднимающегося из глубокой балки Темного леса. Овраги, подошедшие к поверхности поляны с северного и южного склонов, соединяясь своими верховьями, образуют углубления, расчленяющие поляну на три части. Эти узкие проходы, образованные оврагами, получили у местных жителей название «амбразур».

Вершина горы Стрижамент. Вид на Малую поляну, разделяемую «амбразурой».

Вторая, Солдатская, или Большая поляна обширней первой. Она вытянута на семь километров к северу и также окаймлена со всех сторон бордюром леса, поднимающегося по крутым склонам горы до ее верхнего уровня.

В одном сниженном участке лес выходит на поверхность поляны и перемычкой, вытянутой с запада на восток, разделяет поляну на две равные части.

Большой интерес представляет растительный покров Стрижамента. Вершина плато занята луговой разнотравной степью. На Малой поляне еще недавно сохранялась целинная степь и были хорошие сенокосы. Но ее распахали, очень тонкий слой почвы, залегающий на плите известняка, весь изуродован. Сеять тут ничего нельзя, и сено заготовлять также не приходится: степные травы исчезли, вместо них распространились сорняки.

Солдатская поляна имеет более мощную почву. В ее южной части, близ поселка Стрижамент, тянутся огороды. В северной части, за лесной перемычкой, — обширные, волнуемые ветром бледно-зеленые поля овса и молочно-белой гречихи. В крайнем северном участке Большой поляны сохранилась целинная степь. Весной она пестрит разнообразными цветами. Желтый горицвет, белые анемоны, голубые незабудки и желтые васильки, седой ковыль, оранжевые гвоздики придают этому ландшафту замечательную красоту. У самого края, близ леса, уровень поляны снижается, образуя нечто вроде обширного амфитеатра, открытого на север, называемого туристами «Балконом». Это место туристских бивуаков, слетов. В иной летний день тут насчитывается до 150 палаток. Округа оглашается молодежными песнями, по вечерам видны костры. Северный край «Балкона» обрывист, по нему проложены тропинки к родникам и лежащему поблизости «Каменному хаосу».

Восточные, северные и западные склоны Стрижамента покрыты дубово-ясенево-грабовыми лесами с большим количеством клена, ильма и других пород. В лесах много диких черешен, груш, яблонь. По рассказам жителей, прежде здесь было много смородины. Местами лес перевит хмелем, диким виноградом и другими мелкими лианами.

Особенно большую ценность имеют участки чистого букового леса. Он занимает верхние части балки Темной. Это самый восточный массив букового леса в нашей стране. Многие столетние великаны имеют толщину в два-три обхвата и достигают высоты в 30 метров. Красивые пятнистые серо-стальные стволы, уходящие ввысь, и сплошные заросли папоротника почти в рост человека создают сказочную картину. Осенью буки дают много орехов-чинарей. Этот участок леса сохранил тот первобытный облик, какой имели леса Стрижамента и окрестностей Ставрополя во времена основания Ставропольской крепости. Преобладающей древесной породой был здесь бук, он занимал до 60 процентов площади леса. Но бук почти исчез, так как при сплошных вырубках он заменялся грабом и другими менее ценными породами деревьев.

На самой высокой точке горы, у обрыва к долине Кубани, сохранились развалины крепости суворовских времен. Первоначально, в 1789 году, на этом месте было построено примитивное укрепление — Темнолесский ретраншемент. Платообразный выступ горы к юго-западу ограждался с тыловой стороны с северо-востока стеной со рвами и двумя бастионами для батарей. У ворот крепости начиналась дорога на Ставрополь. Остатки ее, называемые «Екатерининской» дорогой, сохранились на северном склоне Стрижамента, близ «Каменной» караулки.

Южная сторона ретраншемента ничем не укреплялась — обрывистый склон делал ее неприступной и позволял вести наблюдение за долиной Кубани и обстрел подступов к горе.

Внутри ретраншемента находились офицерские дома, казармы, лазарет, продовольственные, пороховые склады и т. д. Все постройки были турлучные, крыши покрывались камышом.

Стрижамент. Каменный хаос.

В 1804 году на месте старого ретраншемента построили новую более обширную крепость. В плане она имела форму шестигранника, с артиллерийскими бастионами по углам. В промежутках между бастионами были возведены каменные дома, занимаемые казармами, лазаретом, гауптвахтой. Окна этих зданий выходили внутрь крепости, наружные же фасады их служили крепостными стенами и имели вместо окон бойницы.

До наших дней сохранились шесть высоких бугров на месте батарей и фундаменты зданий, как внутри крепости, так и по линии ее стен. К сожалению, работники Кубанского откормочного совхоза, имеющего земли на Стрижаменте, стали использовать фундаменты исторических построек для добычи камня и сильно разрушили их. Рядом с крепостью, на высоте 800 метров, укрылся поселок Стрижамент, основанный отставными солдатами. Это самый высокий поселок в равнинной части Ставрополья. Недаром колхозники соседней Ново-Екатерининской станицы зовут жителей поселка «горцами».

Во время Кавказской войны, в момент набегов, население поселка укрывалось за стенами крепости. Однако и в спокойные дни было небезопасно ходить на соседний, находящийся в лесу родник Шпитальный (Госпитальный), называемый так и теперь. Обычно женщины поселка выходили за водой по сигналу, когда район источника оцеплялся отрядом солдат, чтобы обезопасить жителей от нападений врагов.

Много интересных преданий о Стрижаменте хранят жители поселка. Еще недавно старожил А.М. Баракин рассказывал:

«Мой дед был солдатом в крепости. С тех пор так и живем здесь, не слезая с горы. У нас тут все от крепости. До сих пор кадушки для огурцов раскаленными чугунными ядрами запариваем.

Особенно хорошо у нас тут весной, приедете в мае, ляжете на степи среди цветов и скажете: я отсюда не уеду, я тут и умирать буду.

Ветер у нас тут сильный. Так и стрижет, так и стрижет, вот почему и гора наша Стрижаментом зовется».

Много рассказывал дед Баракин о природе своей горы, — где в лесу дикие коты водились, как кабанов выслеживали, где была лучшая охота на диких коз (косуль), где теперь легче добыть куницу.

«Стрижамент для ставропольских богатеев вроде курорта был, на каретах все сюда приезжали, всю гору самоварами заставляли. Зверей только распугивали», — сокрушенно добавлял Алексей Матвеевич к концу беседы.

Сохранились в памяти старожилов рассказы о прежних порядках в крепости, за какую провинность столько розог солдату, сколько его жене полагалось.

Рассказывали старики, как «начальство солдатскую землю, кровью политую, казакам отдало, леса лишило, а солдат в батраки казакам поставило». Рассказывают о том, как солдаты, украсив грудь сохранившимися в сундуках медалями и «заслугами», ходили в город Ставрополь землю свою добывать, да так до самой революции «решенья и не вышло».

«А теперь у нас земля общая, совхозная, на гору комбайны и тракторы взъехали, урожай большой добывают. В поселке школу выстроили, газеты почтальон на дом носит. Кино со Свистухи привозят, картины показывают».

«Трудно нам пришлось при фашистах, правда, много их тут не было — партизан они боялись, — но и то жителей ограбили, кур и свиней всех перерезали. Людей пороли, все скот искали. А скот мы сохранили, в Темный лес, в самую гущу непроходимую его угнали и там всю ихнюю оккупацию стерегли, а когда они тикать начали, все дорогу самую быструю спрашивали, старики и направили их в темноте по «быстрой» дороге, с которой все их машины под кручу посваливались».

Название горы Стрижамент возникло издавна, оно наполовину русское, наполовину французское. Укрепления, подобные Стрижаментскому, называли ретраншементом. Русский человек из непонятного иноземного слова выковал свое и связал его с особенностями местности, с сильными ветрами на Стрижаменте.

На Стрижаменте чаще бывают дожди, глубже выпадают снега, сильнее морозы, чем в Ставрополе и соседних станицах. Лес покрывается зимой толстым инеем, «вишаром», ломающим ветки деревьев. Иногда в туман Стрижамент оказывается над облаками, его поверхность как бы плывет над сплошным облачным морем.

Со Стрижамента открываются прекрасные виды как на юг, так и на север. У подножья Малой поляны расстилается обширная Кубанская долина с серебристыми пятнами реки, окруженными небольшими участками леса. Виден Невинномысск и окрестные станицы, ближе к горе сверкают на солнце правильные зигзаги Невинномысского канала. В вечерние часы ярко блестят, переливаясь, как бы куда-то бегут многочисленные огни Свистухинской ГЭС и отдаленного Невинномысска.

Со Стрижамента видны Невинномысские высоты, а за ними — предгорья Кавказа. В восточной части горизонта проглядывает сквозь синюю дымку гора Брык, расположенная в верховьях Калауса, за нею, несколько правее, темные силуэты Бештау и других гор Пятигорья. Экскурсанты обычно любуются отсюда прекрасным видом Эльбруса и других гор Кавказа при восходе солнца.

Другой панорамный пункт — крайний северный конец Большой поляны, так называемый «Балкон», о котором мы уже упоминали, где поверхность снижается, образуя как бы окно, ограниченное справа и слева холмами, покрытыми лесом.

Почти в центре окна видна узкая гора Недреманная и части разделяемых ею Кубанской и Егорлыкской долин. В левой стороне сверкают пятна канала, в правой, за более узкой долиной Егорлыка, подымается Ставропольская гора. На ее склонах хорошо различимы строения села Татарки, проем Волчьих Ворог в западном конце Ставропольской горы, по верхней плоскости которой на востоке темнеют силуэты леса.

Видны и более отдаленные горы, лежащие за Ставрополем, за Сенгилеевским водохранилищем, за Недреманной. Больших и малых гор отсюда видно так много, что они кажутся застывшими волнами сплошного каменного моря. Это лучший пункт для обзора возвышенности.

Стрижамент с его замечательными ландшафтами, скалами и родниками — прекрасное место для экскурсий, пионерских походов и туризма. Здесь горный чистый воздух, обилие фруктов, на вершине горы в скором времени откроются дома отдыха для жителей края, а буковая роща и целинная степь объявлены государственным заказником. Тут уже выпущены и хорошо прижились косули и кабаны. Предполагается акклиматизация благородных оленей и других полезных животных, которые прежде населяли Стрижамент.

Сенгилеевская котловина

Много на Ставрополье бурных горных рек с водопадами и порогами. Много умирающих степных речных систем, воды которых, теряясь в песках, не доходят до моря. Немало и озер, но они оттеснены к границам края и малоизвестны ставропольцам. Это — или небольшие высокогорные ледниковые озера с голубой водой, или соленые, часто пересыхающие озера Манычской впадины.

В центре края озера — редкость. Посчастливилось только Ставрополю — вокруг него четыре озера: Холодногорское, или Вшивое, Кравцово, Новомарьевский лиман да бывшее Сенгилеевское.

Первые два совсем состарились: обмелели и заросли тростником. Новомарьевский лиман тоже быстро зарастает, догоняя своих собратьев. Лишь одно Сенгилеевское озеро сохраняло юность, и не поддавалось действию береговых растений. А теперь волею людей это озеро превращено в огромное водохранилище. Оно заполнено кубанской водой из Невинномысского канала, глубина его увеличилась, площадь возросла вдвое. Оно никогда не заилится и не зарастет, будет вечно юным. Водохранилище славится рыбной ловлей и как «местный курорт» выходного дня.

Сенгилеевское водохранилище расположено в 18 километрах к западу от Ставрополя. Если его передвинуть на восток, в пределы Ставрополя, то оно заняло бы пространство от кожевенного завода на севере до села Татарка на юге, а с запада на восток протянулось бы от Осетинской поляны до железнодорожного вокзала.

Дно Сенгилеевского озера расположено в глубокой котловине на высоте 200 метров над уровнем моря. С востока котловину ограничивают Ставропольские высоты, достигающие у Волчьих Ворот высоты 660 метров. С севера, в районе хутора Молочного, котловину замыкает высокий уступ, поднимающийся над поверхностью воды более чем на сто метров. С запада к озеру подходит пологая Сенгилеевская гора высотой 400 метров. С юга котловина ограничена обширной равниной реки Грушевой и лежащей за ней горой Астраханкой, которая служит водоразделом озера с необводненной частью реки Егорлык.

Из котловины есть только один выход на юго-запад, где долина Грушевой сливается с поймой Егорлыка. Но и этот участок также превышает уровень дна Сенгилеевской котловины на двадцать пять метров. Пересеченность местности придает водохранилищу горный облик. Когда смотришь на его поверхность от Волчьих Ворот (так называют узкий проход в Ставропольской горе), оно напоминает очертаниями Каспийское море, но только в обратном, зеркальном изображении. Новички, впервые увидя водохранилище с высоты, обыкновенно решают, что оно расположено очень близко. Многие из них соглашаются сбегать к озеру и принести воды, пока другие будут отдыхать в тени деревьев, опоясывающих бровку склона Ставропольской горы. Но отдыхать и дожидаться, когда ретивые бегуны принесут воды, пришлось бы слишком долго. Близость водохранилища обманчива: от Волчьих Ворот до берега четыре километра. Крутой склон горы рассечен глубокими каньонами оврагов, ветвящимися между большими оползневыми буграми и гребнями. Пеший подъем от озера к Волчьим Воротам по дороге обычно требует около двух часов.

Восточный берег водохранилища, у подножья Ставропольской горы, изрезан мысами и заливами, остальные берега ровны и однообразны. Изрезанность восточного берега связана с тем, что по склону горы в давнее время, возможно, при образовании котловины спустилось несколько гигантских оползней. Они достигли озера и врезались в него в виде полуостровов, мысов. Самый большой из них срединный — «Шпиль» — делит озеро на две неравных части; к северу от него расположен второй по величине — Вишневый мыс. В южной части в озеро впадает речка Грушевая. Участок берега к северу от «Шпиля», вплоть до Вишневого мыса, у рыбаков зовется «Камни». Он славится как место удачной рыбной ловли. Камней тут действительно много. Все они принесены сверху обвалами, оползнями и водой, текущей по оврагам. Отдельные глыбы известняка, вросшие теперь в землю, достигают величины большого дома. Мелкие куски, разрушившись под действием волн, превратились в крупную гальку, устилающую побережье.

Зато на пологом западном берегу озера, у подножья Сенгилеевской горы, сложенной из глины, на протяжении нескольких километров ни одного камня не встретишь.

На водохранилище любой экскурсант легко находит интересное занятие. Излюбленное место рыбаков — Камни, купаться лучше у Вишневого мыса, самая удачная охота в южной части озера, а изучать озеро и его побережье можно везде — всюду найдется много интересного.

Сенгилеевское море

В 1948 году вступил в действие Невинномысский канал. Вода Кубани влилась в реку Егорлык, а русло верхней, необводненной части этой реки соединили с Сенгилеевским озером.

У озера появился новый крупный приток. Водосборный бассейн намного увеличился. Вода, выпадающая где-то на вершине Стрижамента, стала поступать в озерную котловину.

В последующие годы озеро несколько раз наполняли кубанской водой из проходящего по близости Невинномысского канала. Оно опреснело. Для экскурсантов отпала необходимость брать с собой фляги, они могли пить пресную воду, принесенную с ледников Эльбруса. Уровень озера поднялся, очертания берегов изменились, появились новые заливы, новые мысы и полуострова.

Но это был только первый этап, озеро все еще продолжало оставаться бессточным, уровень воды в нем был ниже русла Егорлыка, напускать воду было легко, а вытекать она никуда не могла. Вода, накапливающаяся в озере, не могла быть использована для сельского хозяйства, и нельзя было зря тратить на него кубанскую воду, надо было заставить озеро служить обводнению края, и его решили превратить в запасной бассейн Кубань-Егорлыкской водной системы. В юго-западной части котловины возвели плотину. Ее целиком насыпали из суглинистого грунта, утрамбованного катками, не применяя дорогостоящего бетона. Чтобы волны не размывали этого сооружения, его склон сделали очень пологим. Таких плотин у нас еще не строили. Эта была экспериментальной и она прекрасно себя зарекомендовала — уже много лет хорошо держит воду без фильтрации и размыва. Примеру ставропольцев в строительстве плотин последовали в других областях страны.

С помощью плотины уровень воды в бывшем озере был поднят. Озеро превратилось в водохранилище! Максимальная глубина его возросла с 7 до 32 метров — вдвое превысила глубину Азовского моря. Объем воды при наибольшем наполнении достигает 800 миллионов кубометров. Летом, когда Кубань полноводна, водохранилище запасает 380 миллионов кубометров воды, зимой — постепенно отдает ее Егорлыку, обеспечивая бесперебойное обнажение нижележащих сел и электростанций.

В настоящее время для регулирования работы обводнительных систем края согласованно используются воды Сенгилеевского и Большого водохранилища (на Большом Ставропольском канале). Когда заполняется одно, другое отдает воду каналам.

Площадь озера возросла в 2,5 раза, но из-за большой крутизны западного, северного и восточного склонов котловины очертания водохранилища мало изменились и к Ставрополю оно нисколько не приблизилось. Восточное побережье, как и прежде, выделяется изрезанностью. Мыс «Шпиль» выглядит теперь большим полуостровом. Наиболее продвинулось водохранилище на юг и юго-запад, почти заполнив прилегающую к озеру равнину и водораздельное пространство между озером и Егорлыком. У южного конца плотины образовался Кубанский залив, принимающий кубанскую воду по прорези, идущей от водосброса у конца Невинномысского канала. В северной части плотины расположен шлюз, регулирующий спуск воды по короткому каналу в русло Егорлыка и созданное в его пойме более молодое Егорлыкское водохранилище с мощной гидроэлектростанцией. Строители в шутку называли это водохранилище «дочкой Сенгилеевского моря».

Часть сенгилеевско-кубанской воды с помощью насосных станций «взбегает» по трубам на Ставропольскую гору на 430 метров по вертикали, а затем подается в ставропольский водопровод.

С тыловой стороны плотины расположился Сенгилеевский рыбозавод. Он имеет несколько бассейнов с регулируемой подачей и спуском воды. В них завозят икру и мальков различных рыб. Выращенную здесь молодь переселяют для нагула в водохранилище.

Если учесть, что от нижней части Невинномысского канала начинается еще одно ответвление, подающее воду турбинам Сенгилеевской ГЭС, то станет ясно, что это не просто водохранилище, а Сенгилеевский гидроузел, созданный на месте когда-то пустынного, соленого, бессточного озера.

Ну, а как же с лесом? Сошел он с гор, как когда-то мечтали туристы? Нет, еще не сошел!

Но ставропольцы упорно борются за преобразование природы Сенгилеевской котловины. В последние годы ограничен выпас скота на склонах к водохранилищу, что поможет восстановить травяной покров, прекратить размыв склонов, рост оврагов и оползней. Вскоре вновь сможем любоваться всей гаммой различных типов степей, какими славилась котловина, начиная от луговой, у бровки склонов и ее постепенными переходами к разнотравно-злаковой, типчаково-ковыльной и злаково-полынной по мере спуска к побережью.

Труднее обстоит дело с облесением, хотя Сенгилеевский лес уже появился на планах и чертежах проектировщиков из экспедиции саратовского «Лесопроекта». Лес должен сплошным кольцом шириной в один километр опоясать водохранилище. К хутору Садовому подойдет опушка леса.

Поселок водозаборной станции, турбаза, пионерский лагерь, расположенные на побережье, окажутся в окружении тенистых деревьев.

Учитывая рельеф, климат и почвы котловины, проектировщики определили, каков будет внешний облик отдельных частей зеленой зоны, как разместятся лесные полосы, какие деревья войдут в их состав. Климат котловины позволяет выращивать разнообразные породы деревьев, но этому мешает засоленность почв. Приходится ограничивать выбор породами, выдерживающими солонцеватость.

По проекту, восточная часть Сенгилеевского зеленого кольца соединится вдоль Вишневой балки лесной перемычкой с массивом Русской лесной дачи (бывший Казенный лес). Внутри проложат новую шоссейную дорогу. Путь экскурсантов к водохранилищу пройдет в тени густого леса.

В верхней части склона, близ старого леса, почвенные условия благоприятны для роста деревьев. Посадки здесь будут наиболее разнообразны: дуб, клен остролистый, липа, груша, дикая яблоня, алыча, абрикосы, вишня. Междурядья заполнят кусты кизила, бересклета, сирени, смородины. Весной лес украсят плодовые деревья. Осенью он расцветится разнообразной окраской листьев: от ярко-желтых тонов клена и груши до интенсивно-красного цвета скумпии и других кустарников.

Ниже по склону почвы ухудшаются, возрастает засоленность, гумусовый слой становится тоньше. Здесь главной породой станет вяз мелколистный, он мирится с засоленностью и растет довольно быстро. Вместе с ним будут высаживаться белая акация, клен татарский и ясенолистный, тамариск (гребенчук), смородина золотистая, айлант.

Карта будущего Сенгилеевского леса.

На крутых склонах деревья будут сажаться рядами поперек склона — по горизонталям, что задержит смыв грунта, водную эрозию. На большом мысе посадки намечено располагать куртинами на лучших почвах, между пятен солонцов. На уступе у северного побережья водохранилища, куда подойдет шоссейная дорога, поднимутся куртины дуба, тополей, кустарниковой ивы, поблизости разместятся фруктовые сады. У бровки склона расположатся красивые павильоны, откуда экскурсанты смогут любоваться обширным видом на водохранилище и котловину.

Большие работы намечены и на западных склонах котловины, где с Сенгилеевской горы спускаются четыре громадных каньонообразных оврага, до 5 километров длиной и множество глубоких рытвин, превращающих местность в бросовые земли, где ни пахать, ни сеять, ни косить, ни пасти скот нельзя. Начатые тут лесопосадки закрепят почву, остановят эрозию и заиление водохранилища. Этот овражный лесной массив также сольется с Сенгилеевским зеленым кольцом.

Созданный для облесения котловины Сенгилеевский мехлесхоз начал лесопосадки на северо-восточном, наиболее засоленном, участке побережья водохранилища. Первые шаги были успешны. За короткий срок вдоль берегов поднялись молодые лески из мелколистного вяза и других сухолюбивых пород. Постепенно лесополоса продвигалась на юг, к большому мысу. Но когда деревья подросли, многие из них стали засыхать: видимо, корни дошли до сильно засоленных горизонтов грунта. Некоторые участки леса погибли.

Но энтузиасты облесения котловины не сдаются, стремятся преодолеть неблагоприятные почвенные условия предварительной мелиорацией почв, посевом многолетних трав, промывкой почв пресной водой, что будет способствовать их расслоению, подбором для посадок ассортимента пород с неглубоким расположением корневой системы. Все это поможет успешно закончить создание лесной зоны вокруг Сенгилеевского водохранилища, тем более что в южной части побережья засоленности почв нет и тут хорошо растут лесные полосы и местами (у устья Грушевки) встречаются даже небольшие лески.

Сенгилеевское озеро, хотя и называлось на картах начала XIX века Рыбным озером, никогда много рыбы не имело, так как периодически пересыхало и рыба в нем гибла.

Теперь водохранилище, наполненное кубанской водой, превращается в громадный рыбный садок. Рыболовы уже не будут интересоваться чернопузом, преобладавшим в озере до. обводнения. Главной добычей здесь будет зеркальный карп, судак, фореле-окунь, рыбец, шемая и другие ценные породы рыб. Продуктивность водохранилища неизмеримо возрастет после того, как будут созданы заградительные щиты на водовыпуске, через которые сейчас сбрасывается очень много молоди. Корма для рыбы тут много. Кормовые ресурсы водохранилища значительно пополнились после того, как сотрудником кафедры зоологии Ставропольского сельскохозяйственного института К.В. Савельевой были завезены сюда из Азовского моря мелкие рачки-мизиды. Эти интересные существа величиной в один сантиметр, по внешнему виду похожие на маленькие вертолетики, не только освоили Сенгилей, но проникли также в Егорлыкское и Новотроицкое водохранилища и широко распространились по всей Кубано-Егорлыкской системе.

Водохранилище уже много лет выполняет функцию запасного водоема обводнительно-оросительной системы, но у него есть и другие, не менее важные задачи: снабжать краевой центр чистой пресной водой — здесь начинается ставропольский водопровод.

Бурный рост различных баз отдыха, стоянок «диких» туристов на берегах водохранилища привел к загрязнению озера и заражению болезнетворными бактериями воды в прибрежной зоне, откуда производится пополнение водопровода. Поэтому до коренного благоустройства побережья и обеспечения турбазы и других лагерей и поселков канализационной сетью использование озера для купанья запрещено.

Базой летнего отдыха для жителей Ставрополя в ближайшее время может стать соседнее с Сенгилеевским Кравцово озеро. Оно расположено на поверхности Ставропольского плато, близ Волчьих Ворот, на уровне 520 метров в пределах живописной котловинообразной террасы, примыкающей с севера к глубокой долине реки Грушевой. Площадь зеркала озера значительна (1,5Ч0,5 километра). Окрестности заняты фруктовыми садами и посевами. Почти вся поверхность озера поросла высокими тростниками, а на дне отложился слой ила и грубого камышового торфа. Никакого хозяйственного значения озеро не имеет, кроме заготовки незначительного количества камыша. Кравцово озеро получит кубанскую воду из проходящего мимо ставропольского водопровода. Это будет вторая дочка Сенгилеевского моря-озера. Оно обеспечит хороший отдых для ставропольцев до окончательного благоустройства Сенгилея.

Кладбище насекомых

Слава о караганском мергеле, выступающем местами в виде тонких слоев в малоприметной балке реки Вишневой, впадающей в Сенгилеевское водохранилище, вышла далеко за пределы Ставрополья. Надпись: «СССР, Ставрополь, балка Вишневая» можно видеть во многих крупных геологических музеях на этикетках, сопровождающих образцы серого мергеля из обнажений Сенгилеевского склона.

С виду мергель ничем не приметен. При ударе молотком он звенит и хорошо колется на тонкие пластинки. Но интересна поверхность плиток мергеля: на ней среди многочисленных отпечатков водорослей и мелких рыбок можно встретить отпечатки крыльев стрекоз, ручейников, различных жуков, мух, бабочек, тараканов и других насекомых, населявших когда-то, несколько миллионов лет назад, острова и побережья заливов Караганского моря. К настоящему времени среди отпечатков найдены представители 12 отрядов и 38 семейств и очень большого числа видов различных насекомых.

Отпечаток крыла ручейника на мергеле из балки Вишневой.

Отпечатки впервые были найдены в 1938 году студентами-географами Ставропольского пединститута. До этой находки в мировых геологических коллекциях насчитывалось всего лишь около десяти отпечатков третичных насекомых. Первый год «разработки» мергеля в балке Вишневой дал кафедре географии пединститута около 300 новых отпечатков. А во второй год специальная экспедиция Академии наук СССР, прибывшая в этот район, увеличила их число до 3000 экземпляров. Таким образом, Академия наук нашей страны приобрела самую большую в мире коллекцию отпечатков древних насекомых этого возраста. Излишние экземпляры их идут в обмен на ценные экспонаты в другие страны.

Отпечатки насекомых тщательно изучаются специалистами. Именно по этим отпечаткам удалось выяснить, как развивались в далеком прошлом отдельные группы насекомых, воссоздаются ландшафты островов, на которых они жили. На островах была пышная растительность, климат был жаркий, но довольно сухой. Среди отпечатков находили крылья тропических муравьев-термитов, остатки вечнозеленого лавра, камфарного дерева, пальмы сабель, терминалии, фисташки, дуба, сосны, пихты «Ставропольской». До находки отпечатков насекомых режим Караганского моря в этом месте был мало известен, его считали глубоким бассейном и не подозревали наличия островов. Отпечатки на мергеле опровергли эти представления, так как вдали от берегов, в море, над большими глубинами не могли жить насекомые, связанные с наземными растениями. Близ станицы Темнолесской в таких же отложениях палеонтологом О.М. Мартыновой было собрано 60 отпечатков крыльев бабочек. Бабочки в горных породах сохраняются еще реже — во всех геологических коллекциях их насчитывалось 3 экземпляра.

Первым ученым, исследовавшим ископаемых насекомых, был М.В. Ломоносов. Он объяснял происхождение янтаря с окаменевшими насекомыми:

«Кто таковых ясных доказательств не принимает, тот пусть послушает, что говорят включенные в янтарь червяки и другие гадины: пользуясь летнею теплотою и сиянием солнечным, гуляли мы по роскошествующим влажностью растениям, искали и собирали все, что служит к нашему пропитанию; услаждались между собою приятностью благорастворенного времени и, последуя разным благовонным духам, ползали и летали по травам, листам и деревьям, не опасаясь от них никакой напасти. Итак, садились мы на истекавшую из дерев жидкую смолу, которая нас, привязав к себе липкостью, пленила и, беспрестанно изливаясь, покрыла и заключила отовсюду.

Потом от землетрясения опустившееся вниз лесное место вылившимся морем покрылось: деревья опроверглись, илом и песком покрылись, купно со смолою и нами, где долготою времени минеральные соки в смолу проникли, дали большую твердость, и словом в янтарь претворили, в котором мы получили гробницы великолепнее, нежели знатные и богатые на свете люди иметь могут».

«Великолепные гробницы» получили не только прибалтийские насекомые, заключенные в янтарь, но и насекомые островов Караганского моря, лишь с той разницей, что в первых гробницах через прозрачный янтарь видно все тело насекомых, а в темных склепах из непрозрачного караганского мергеля можно увидеть не самих насекомых, а как бы напечатанные на камне фотографии насекомых, попавших в момент отлива на илистое дно «привязавшее их к себе своей липкостью».

Тонкий, мягкий ил заливов Караганского моря, похоронивший насекомых, сохранил для нас не только форму, но и тончайшие прожилки, местами же и былую окраску их крыльев.

Отпечаток мухи, жившей двадцать миллионов лет назад.

Хорошая сохранность отпечатков ввела однажды в заблуждение знатока «вишневских насекомых», бывшего ассистента Ставропольского пединститута И.Д. Зайцева, посвятившего свою жизнь изучению геологии Ставрополья, в дальнейшем павшего смертью храбрых в борьбе с фашистскими захватчиками. Ударив молотком по мергелю, Илья Дмитриевич с удивлением увидел на поверхности мергеля убитую муху. «Как она попала под молоток? Вот тварь, всюду лезет», — сказал он, невольно взглянув на молоток, но молоток был сухой и не имел следов неосторожного «убийства».

«Убитая» муха оказалась прекрасно сохранившимся отпечатком мухи, жившей около двадцати миллионов лет назад. На отпечатке можно было без лупы пересчитать все ножки, различить глаза, рассмотреть жилки каждого крылышка. Такое же изображение мухи обнаружилось и на отскочившей мергельной пластинке, прикрывавшей отпечаток сверху.

Что же это были за острова? Об этом очень ясно «рассказывают» сами заключенные в мергеле насекомые.

Одна треть насекомых, которых удалось определить по отпечаткам, была связана в личиночном или во взрослом состояния с пресноводными водоемами, — это группа разнообразных комаров, стрекоз, ручейников, водомерок, жуков-плавунцов.

Три четверти отпечатков принадлежит обитателям леса и лугов с богатой растительностью, питавшимся гумусом или живыми растениями, например, жуки-листогрызы и другие, а также хищникам и паразитам других насекомых.

Обилие мелких двукрылых насекомых, травяных клопов и других плохих летунов говорит, что они были похоронены недалеко от своего местообитания. Следовательно, берег был близко, жили насекомые «у самого синего моря».

Отпечаток листа тропического растения терминалии.

Из собранных в балке Вишневой отпечатков ученым удалось описать и детально изучить пока только один отряд равнокрылых насекомых, составивших 12 процентов сборов. Им посвящена книга научной сотрудницы Института палеонтологии Е.Э. Беккер-Мигдисовой «Третичные равнокрылые Ставрополья», принимавшей участие в экспедиции в балку Вишневую в 1939 году. К равнокрылым относятся цикады, листоблошки, тли, червецы, щитовки и некоторые другие насекомые, питающиеся соками плодов и листьев различных растений. Елене Эрнестовне удалось открыть много новых видов равнокрылых, обитавших в караганское время, их она называла в честь Ставрополя «ставропольскими». Одновременно был значительно пополнен список растений, произраставших прежде на караганской суше, близ Ставрополя, и выяснено, что она имела очень разнообразные природные условия — листопадные и вечнозеленые леса, степные участки и кустарниковые заросли, по рекам тянулись пойменные леса и тростники, а горные участки занимались хвойными лесами — сосной и пихтой.

В балке Вишневой хорошо поработал геологический молоток. Всюду видны «отвалы» «пустой породы» — кучи разбитых пластинок мергеля, но и среди них иногда находятся ценные экспонаты. Воды Вишневой и ливневые потоки сносят куски насекомоносного мергеля вниз по руслу, вплоть до водохранилища, так что экскурсант, побывав на его берегах, может принести домой не только рыбу, но и отпечатки древних насекомых.

«Охотников за камнями» здесь каждый год появляется все больше и больше. Район их действия расширяется. Одному из них удалось однажды найти среди камней, из которых сложены заборы в соседнем хуторе Молочном, караганский мергель. Этого было достаточно, чтобы через несколько дней целый отряд юных геологов несколько часов подряд «атаковал» заборы хуторских построек, дотошно обследуя и простукивая каждый камень.

Вечером удивленным жителям хутора были показаны отпечатки — «фотографии» предков современных стрекоз и жуков, много лет хранившиеся среди дворов их поселка, и была прочитана целая лекция об островах, бывших когда-то на месте их дворов.

Возможны ли теперь географические открытия?

Все, что рассказал Иван Иванович Быстров Саше и Олегу о Развалке, ребята, придя домой, записали и потом представили географическому кружку в виде доклада: «Как была разгадана последняя географическая загадка в нашем крае». Рассказ ребят вызвал среди кружковцев еще большее возбуждение, чем даже «Дневник загадочного путешествия». Кружковцы предлагали продолжать изучение Развалки в экскурсиях зимой и летом, весной и осенью, в ночное время, следить за температурой и дебитом Графского источника в разное время года. Другие говорили, что это ничего не даст, все у Развалки теперь известно и объяснено, никаких новых открытий сделать уже нельзя.

— Вообще в неудачное время мы живем, — удрученно обобщил эту мысль Витя Семин, — все уже изучено и давным-давно открыто. Хорошо было Колумбу и Магеллану — им целые материки и океаны можно было открывать. Да еще и во времена Пржевальского и Козлова тоже было много неизведанных мест, а что теперь — даже Домбай весь испещрен тропинками, какие уж тут «географические открытия», и кружок-то наш лучше было бы назвать не кружком следопытов, а «Все в прошлом».

— Нет, Витя, ты не прав, не прав! — послышался веселый голос Ивана Семеновича, слушавшего спор. — Эпоха географических открытий не миновала, она, можно сказать, все больше расширяется. Человек с современной техникой каждый день делает открытия и не только на поверхности Земли, но и на дне океанов, и в толще земной коры, и в космосе, и даже на Луне, хотя это уже не географические, а луно-, или, иначе, селенографические открытия. И я уверен, что такие возможности будут и у многих из вас, когда вы станете специалистами.

Ребят явно заинтересовали слова Ивана Семеновича.

— Географические открытия, — продолжал он, — можно делать не только на обширной территории нашего края, но и в окрестностях каждого населенного пункта.

— И даже под Ставрополем? — удивился Витя.

— Да, и под Ставрополем, — Иван Семенович взмахом руки усадил поднявшихся с мест ребят. — Чтобы не было сомнений, я расскажу вам, ребята, об одном таком открытии, сделанном совсем недавно, можно сказать, на наших глазах, и помогли в этом такие же юные краеведы, как и вы.

Вот что рассказал кружковцам Иван Семенович.

На западной окраине Ставрополя, в Русском лесу, расположена глубокая балка Гремучка, начинающаяся от лесной караулки «Столбик», что возле Ботанического сада. Весной, когда деревья только едва украсятся тонким бледно-зеленым ажуром первой листвы, сюда устремляется поток туристов и экскурсий. И это не удивительно.

Травертиновый ручей весной.

Примерно каждые десять дней под пологом деревьев здесь происходит смена ярких цветных ковров, которыми украшается почва. Покров из небесно-голубой пролески с пятнами ярко-желтой примулы — первоцвета постепенно сменяется ковром светло-желтой хохлатки с разбросанными по нему цветками сиреневой зубянки, лютиков, анемон, хохлатки кавказской с темно-фиолетовыми цветками.

В других местах, вокруг деревьев, расстилаются коврики темно-лиловых фиалок, наполняющих воздух своим ароматом. А в глубине леса встречаются нежные цветки белого подснежника, изредка морозника с широкими зеленовато-белыми лепестками и изящного, напоминающего лилию, кандыка (собачьего зуба).

Растения стремятся, пока лес не покрылся густой листвой, выйти из земли, вынести под солнце заготовленные еще с осени зачатки цветков, открыть их жужжащему потоку пчел и принести плоды. Поспеть в эти места стремятся и истинные любители природы, чтобы не пропустить ни одной картины в быстром калейдоскопе весеннего цветения.

Гремучку ежегодно посещали взрослые и юные краеведы. Особенно полюбилась им небольшая безымянная балочка на левом склоне долины Гремучки, в одном километре к северу от просеки со столбами телеграфной линии, пересекающей Русский лес с востока на запад. Балка весной кажется большим белым пягном от молочно-белых цветков трлстостенки крупнолистной, распространенной по влажным участкам леса. Тут же, у самой воды, поднимаются бледно-зеленые соцветия белокопытника, летом они превратятся в непроходимые заросли из громадных лопуховидных листьев — «зонтиков», среди которых поднимутся гигантские стебли ядовитого борщевника («губодува»). Тишину этой балки нарушает мелодичное журчание ручья. Начало ему дает мощный источник, он выходит в верховьях балки у подножья песчаного склона, увенчанного плитой известняка. Балка интересовала нас прежде всего как место хорошего отдыха, и, посещая ее, мы долго не замечали, что рядом с нами еще одно чудо природы. Но чем больше присматривались, тем больше возникало загадок. На дне балки, близ источника, есть небольшое болотце с зарослями тростника. Конечно, как-то возник вопрос, а почему оно тут образовалось? Ответ, казалось, был ясен — тут много воды, течет ручей.

Пещера в травертине.

А почему нет болот в соседних балках? И опять ответ: соседние балки узкие, клиновидные, по ним быстро стекает вода, а у этой дно широкое, плоское, сток воды задерживается — вот и возникает болотце.

На вопрос: почему же у этой балки дно не такое, как у других — долго никто не искал ответа, и это задержало открытие еще на несколько лет.

Наблюдения постепенно накапливались. Было замечено, что при ходьбе по дну балки под ногами что-то хрустит, раздавливается. Это оказались округлые зерна травертина — углекислого кальция, или извести, отложившейся при разливе ручья вокруг мелких веточек, листьев и других предметов. Но ручьев, откладывающих известь на траве и листьях, в ставропольских лесах довольно много, так что и это не привлекло особого внимания взрослых и юных краеведов. Мы часто собирались у ручья, но никому из нас долго не приходило в голову просмотреть ручей на всем его протяжении, вплоть до впадения его в Гремучку, казалось — ручей обычный, таких много, чего его смотреть?

Но нашлись и более пытливые юные друзья природы. Они обратили внимание на то, что ручей ведет себя иначе, чем другие. Сперва он течет мощной струёй и образует небольшие излучины. Чем дальше от истока, тем он становится мельче, русло его расширяется. Наконец, вода разливается по дну балки тонким слоем и… постепенно иссякает, не дойдя до Гремучки, куда, несомненно, доходила прежде. Исчезновение ручья в начале объясняли большим испарением воды в летнее время.

Геологический профиль балки Травертииовой: 1 — суглинок; 2 — песок; 3 — известняк; 4 — травертин; 5 — глина; 6 — пещеры; 7 — подземные ручьи.

Обнаружили у ручья и другую странность — он часто менял свое направление, как бы блуждал по дну балки, изменялись при этом и места исчезновения воды, стало ясно, что вода ручья уходит не в воздух, а в землю, в ею же отложенный ранее известковый грунт, а травертин, откладываемый ручьем каждый год на новом месте, постепенно заполнял балку, повышал и выравнивал ее дно.

«Главный геолог» школьного краеведческого кружка Володя Таджикин, принимавший участие в наших экскурсиях, первым установил, что пологое дно балки спускается к руслу Гремучки четырьмя террасами, отделенными друг от друга уступами в 0,6, 1,5 и 6 метров. Последняя, четвертая выровненная площадка балки обрывается к руслу Гремучки отвесной стеной высотою в пять метров.

— Все это удалось выяснить, как только юные краеведы, преодолев навязчивую мысль, что «все ручьи похожи друг на друга и незачем изучать каждый из них», начали обследовать ручей на всем протяжении. Прокопав саперной лопатой небольшие шурфы в пойме ручья, они обнаружили, что на всех четырех террасах балки с крупными деревьями и травянистой растительностью под почвой залегают слои плотного травертина, с хорошо сохранившимися отпечатками листьев, напоминающими травертины минеральных источников у подножия гор Железной и Горячей.

Вертикальные стены четвертого уступа, впервые открытые Володей Таджикиным, обрывающиеся к Гремучке, — одно из самых красивых мест Русского леса. Здесь обнажаются мощные пласты очень древних и крепких травертинов, испещренные кавернами и пещерами, возникшими при вторичном растворении травертина просачивающейся через него водой.

Уступ с пещерами тянется вдоль русла Гремучки примерно на 50 метров. Образуемые в нем пещерки неглубоки, самая большая из них вытянута вдоль уступа на 3 метра, вглубь уходит на полтора, а высота у нее всего 1 м, так что сидеть в ней можно только на корточках.

В пещере много воды, она струится по стенам. С потолка свисают широкие клиновидные сталактиты, напоминающие зубы каких-то доисторических животных. Стены и пол пещеры, покрытые слоями травертина, имеют зеленую, как бы малахитовую окраску от растущих тут сине-зеленых водорослей. Поверхность уступа покрыта разнообразными мхами. Стекающая по уступу вода осаждает на них известь, и они тоже «окаменевают», сохраняя свою структуру и даже окраску. В верхней части обрыва есть трубовидная сухая пещера, через которую можно проползти на поверхность четвертой террасы.

— Ну, а теперь можно выяснить, куда же девается вода ручья, уходящая в землю, — сделав паузу, продолжал Иван Семенович. — Окрасив воду, уходящую в землю, анилиновой краской, юннаты через некоторое время обнаружили ее в речке Гремучке. Сюда окрашенную воду вынесли подземные ручьи.

Один из подземных ручьев вновь выходит на поверхность у подножья третьего уступа. Его называют «вторичным источником», хотя это и есть выход подземной реки. Образующийся от нее короткий поверхностный ручей обрывается красивым водопадом с четвертого уступа к руслу Гремучки, закрывая вход в большую пещеру сплошной водной завесой. Проникнуть в пещеру можно только летом, приняв по пути прохладный душ. Водопад продолжает наращивать уступ, откладывая травертин в виде натеков на мхах и других растениях. Другие подземные ручьи выходят на поверхность у подножия четвертого уступа или выносят воду прямо в русло Гремучки.

Интересно было выяснить, сколько же травертина накопилось на дне балки? Решили применить бурение, тут к юным разведчикам примкнули и взрослые краеведы. Принесли ручной бур длиной в два метра, заложили скважину в центре балки. Бур легко врезался в рыхлую толщу древних травертинов красивой кремовой окраски. Но первая попытка была неудачной — бур вогнали в землю по самую рукоятку, а всю толщу травертинов он не прошел. Достали более мощный бур. Юные геологи с увлечением разбили трассу вдоль балки, заложили первые в своей жизни 5 скважин.

Скважина № 1 у выхода основного родника обнаружила, что первый уступ весь был сложен из травертина. В других скважинах его толща нарастала. Максимальной величины, около 8 метров, она достигла у скважины № 4, в центральной части третьей террасы.

Местами в скважинах бур проходил пустоты, это были подземные пещеры.

Пятая скважина, пробуренная у подножия третьего уступа, тоже оказалась интересной. Только бур вошел в землю на полметра, как из скважины хлынула вода. Здесь образовался новый «вторичный источник», действующий и поныне.

Так под самым Ставрополем, в местности, казалось, хорошо изученной и исхоженной туристами, был открыт новый на Ставрополье карстовый участок. Тут есть все, что «полагается» иметь карстовому району: пещеры, сталактиты, доноры — отверстия, куда уходят поверхностные воды; исчезающие реки, подземные русла, выходящие из толщи земли подземные ручьи и большие толщи травертинов, накапливавшихся тут, конечно, не одну тысячу лет.

Место это объявлено новым памятником природы Ставрополья под названием «Травертиновой балки». Здесь создалась естественная природная лаборатория, в которой видны стадии карстового процесса, начиная от выщелачивания известняка просачивающимися через него поверхностными водами: обогащение воды углекислым кальцием, отложение травертинов, их вторичное растворение, образование известковых натеков, пещер и подземных рек.

«Замерзшая Ниагара» зимой.

До сего времени еще не вполне ясны причины столь значительного травертинообразования в этой балке по сравнению с аналогичными источниками в окрестностях Ставрополя.

Находящийся в воде углекислый газ усиливает растворяющую способность воды и содействует удержанию в воде извести. У минеральных источников Пятигорья отложение травертинов связано с потерей ими на воздухе углекислого газа, которым они обогащаются в земных недрах.

Вода источников Травертиновой балки имеет меньшее количество углекислоты, и выпадение травертинов здесь должно происходить иначе, чем в Пятигорье. Вероятно, содержание углекислого газа в воде в течение года здесь сильно колеблется.

В грабовом лесу, окружающем Травертиновый источник, густая листва. Опадая, она образует мощную лесную подстилку, гниение которой служит дополнительным источником углекислого газа и различных кислот, способствующих растворению извести.

Начиная с осени и до наступления летней жары воды источника и ручья усиленно обогащаются углекислотой, энергично растворяют известняк или травертины, а летом, когда вода нагревается и углекислый газ из нее уходит, происходят обратные процессы — выпадение извести из раствора, отложение травертина, «окаменевание» мхов и других растений.

— Вот и познакомились мы с новым географическим открытием — Травертиновой балкой, у самого города Ставрополя, — закончил рассказ Иван Семенович. — Вы, вероятно, скажете, что на вашу долю опять ничего не осталось? — И как раз наоборот. Каждое открытие ставит много новых вопросов и задач. В той же Травертиновой балке теперь требуется окончательно выяснить, почему и в какое время года тут идет обильное отложение извести. Вам можно заняться изучением этого явления. Проследите, как изменяются в источнике и в разных участках ручья в течение года температура воды, содержание в ней углекислого газа и растворенной извести. Провести эти анализы вас научит любой химик. Когда вы подытожите результаты наблюдений и сделаете выводы — у вас будет свое первое географическое открытие, а потом появятся и другие, но для этого надо много потрудиться.

Или вот еще другая задача, опять по той же Травертиновой балке. Я уже говорил, как она выглядит весной, до появления листвы. Но ведь балка интересна и в другие времена года.

Осенью, когда лес снова светлеет и почва устилается коврами шуршащей бурой листвы, местность здесь оживляется зеленеющими по камням и вдоль ручьев мхами и пятнами вечнозеленого папоротника скалопендриума, с длинными, ремневидными, блестящими листьями, используемого как комнатное декоративное растение.

Зимой вид местности вновь изменяется. После морозов часть струй водопада на последнем уступе замерзает, превращаясь в гирлянды громадных сосулек. Туристы зовут тогда это место «замерзшей Ниагарой». Ручьи же на поверхности террас льдом не покрываются, так как вода источника, их образующего, круглый год имеет температуру около +8° и в ней зимой можно видеть бокоплавов и другую живность. С пола пещеры в это время поднимается целый отряд ледяных сталагмитов с расширяющимися на манер булавы верхними концами.

На других участках уступа продолжает струиться вода. Местами сквозь снег проглядывают изумрудный ковер мхов и листья вечнозеленого скалопендриума, среди которых часто можно видеть изящную белоснежную ласку.

Смена этих чарующих картин по временам года в Травертиновой балке мало известна, и нет еще их детального описания, а оно было бы полезно для школьных экскурсий, и для туристов. Вот и займитесь исследованием смены аспектов (внешнего вида) этих мест по сезонам года. Для вас они будут пусть хоть и небольшими «географическими открытиями».

А сколько еще можно сделать открытий, наблюдая болиды, записывая рассказы об утраченных метеоритах, регистрируя местные землетрясения, наблюдая видимость Эльбруса и снежных вершин Кавказского хребта, изучая реки, озера, жизнь водохранилищ и каналов! Словом, всюду открытия еще возможны и они ждут вас, молодые исследователи страны.

Подземные зоологические музеи

Первый такой музей находится недалеко от Ставрополя. Он лежит на поверхности Ставропольской горы на высоте 600 метров над уровнем моря, близ балки Грушевой, в 9 километрах от города. Это — Косякинский карьер.

Косякинский карьер.

Можно подойти почти вплотную к карьеру, и все-таки сразу его не увидишь. Карьер отделен от поляны стеной деревьев, и только за ними внезапно перед глазами открывается несколько больших углублений с изрытым и бугристым дном. Деревья пронизывают длинными корнями мощную толщу черноземной почвы, под которой залегает пласт бурого суглинка и подстилающая его толща песка. Если спуститься на дно карьера, перед глазами экскурсантов откроется пятиметровая вертикальная стена чистого песка светлой окраски. Он отличается от мелкого глинистого морского песка, встречающегося в Ставрополе, состоит из крупных кварцевых зерен и разрабатывался в больших размерах.

Карьер раскрывает внимательному наблюдателю свою историю: хорошо отсортированный песок карьера залегает здесь косыми слоями, в виде линз, расположенных под разными углами к горизонту. Песок каждой линзы отличается от соседних величиной зерна и окраской. Встречаются линзы серого, желтого, бурого, черного песка, местами они переслаиваются пропластками глины, полосами мелкой кварцевой и кремнистой гальки. Столь беспорядочное напластование говорит, что песок был в постоянном движении, условия его отложения все время изменялись. Дело в том, что здесь когда-то протекала бурная река. Ее потоки часто меняли свое направление и силу, в заводях осаждались глины, в участках с большей скоростью течения переносились, осаждались и вновь размывались линзы крупнозернистого песка.

В основании песка, у дна бывшей реки, в южной и северной частях карьера видны большие, окатанные водой камни, отложенные ею в первые моменты жизни, когда река была еще молодая и сильная, быстро углубляла свое русло, переносила по дну большие глыбы пропиленного ею известняка, из которого сложена поверхность Ставропольской горы.

Косякинский карьер открыл перед нами еще одну страницу каменной книги Ставрополья. Эта древняя, может быть, самая первая река, протекавшая на Ставрополье, имела ширину 90 метров, а ее долина была врезана в поверхность более чем на 10 метров. Остатки реки расположены на краю Ставропольской горы, от нее сохранился только небольшой участок, возможно, какая-нибудь излучина, остальные же части были размыты позднейшими реками, врезавшимися в поверхность и разделившими древнее Ставропольское плато на несколько самостоятельных гор.

Остатки Косякинской реки рассказывают не только о самой реке. Пески карьера «зафотографировали» географическую обстановку Ставропольской горы много миллионов лет назад. Пески рассказывают внимательному краеведу, что на берегах древней реки жили различные животные. Трупы или кости животных, населявших этот район в прошлом, рано или поздно сносились в реку, захоронялись среди песков и окаменевали.

Здесь находят очень много костей самых разнообразных больших и малых животных. Вот почему Косякинский карьер можно назвать подземным зоологическим музеем. Если бы звери, кости которых скрыты в песке, вдруг ожили, то из них бы получился неплохой зоологический сад. Но такой сад отличался бы от всех современных зоопарков тем, что наряду с живущими на Земле и теперь, в нем встретились бы диковинные, давно вымершие животные, которых давно уже нет в нашей стране, но которые сохранились в некоторых тропических районах: в Индии, в Африке, в Южной Америке.

Среди зверей, кости которых были обнаружены в Косякинском карьере, самым крупным являлось вымершее теперь слонообразное животное — динотерий, по своим размерам превосходившее не только всех современных и древних слонов, но и вообще почти всех известных наземных млекопитающих. Бивни у динотерия располагались на нижней челюсти и были загнуты вниз. Динотерии питались сочным, мягким кормом, поэтому предпочитали берега рек и болотистые участки.

Одновременно с динотерием здесь также жили мастодонты, животные, близкие к предкам современных слонов. Мастодонты имели длинный хобот и четыре бивня, два в верхней и два в нижней челюсти. На каждой половине челюстей было по одному крупному зубу в несколько килограммов весом каждый. Поверхность зубов мастодонтов бугорчатая, приспособленная для перетирания веток и другой грубой пищи. Когда рассматриваешь зубы мастодонта, поражает прекрасная сохранность их эмали, несмотря на то, что они пролежали в земле несколько миллионов лет.

Нижняя челюсть мастодонта из Косякинского карьера.

В Ставропольском краевом музее им. Г.К. Праве, кроме многих зубов, имеется целая нижняя челюсть мастодонта, достигающая длины около метра. Челюсть найдена в Косякинском карьере. Мастодонты, населявшие когда-то окрестности Ставрополя, были различны. Здесь жило, по крайней мере, два различных вида этих животных.

Особенно много в песках Косякинского карьера зубов и других костей крупных носорогов. Носорогов здесь водилось также два вида, — один из них, более крупный, имел на своем черепе два больших рога. Из собранных костей носорогов в музее Палеонтологического института Академии наук в Москве сейчас составляется сборный скелет этого животного. Уже восстановлен череп, водружены на места кости ног и позвоночник, не хватает только ребер, их необходимо найти при дальнейших работах.

Сотрудники Академии наук СССР, уже три раза производившие здесь раскопки, обнаружили в песках карьера кости ног жирафа. Как известно, жираф по высоте превосходит всех млекопитающих животных. Его голова поднята над землей на 5 метров.

Но жирафы периода, к которому относятся отложения Косякинской реки, были много больше современных. Находка говорит, что в районе древней Косякинской реки росли высокие деревья, так как известно, что тому, «кто так высок», как жираф, неудобно щипать траву, и ему приходилось питаться листьями деревьев. Одновременно здесь было сделано и другое большое открытие — в песке нашли челюсть тапира. Это первая находка в СССР остатков этого животного. Тапиры живут сейчас только в Индии и в Южной Америке. Это животные высотой в один метр и длиной до двух метров. У тапиров имеется небольшой хобот, который служит им, главным образом, для осязания. По образу жизни они напоминают наших кабанов. Живут тапиры в густых лесах, дневные часы обычно проводят в воде, спасаясь от укусов насекомых, или валяются в грязи и выходят на поиски пищи только вечером.

Вполне понятно, что при таком обилии в районе древней Косякинской реки травоядных животных здесь же должны были встречаться и хищные звери. Пока удалось найти лишь челюсть небольшой кошки и кость малоизвестного крупного хищника амфициона, похожего одновременно на медведя и на собаку, только ростом значительно больше современного медведя.

Список экспонатов Косякинского подземного зоопарка был бы не полон, если не указать и на другие находки. Здесь находят кости и рога оленей, лосей, антилопы, газели, небольшой древней трехпалой лошади-гиппариона, напоминающей современную зебру, различных грызунов, речного бобра.

Все находки говорят о том, что в районе древней Косякинской реки было обилие растительной пищи. Видимо, эта местность представляла обширный лесостепной участок. Климат был много теплее, чем современный, но он уже не был типичным тропическим климатом. Наряду с магнолиями и другими вечнозелеными растениями здесь росли и хвойные деревья, дубы, клены, тополи. В связи с усилением континентальности климата в конце неогена здесь широко распространялись травянистые степи.

Косякинский карьер посещают экспедиции геологов, зоологов, палеонтологов. Каждое посещение приносит новые открытия, находятся новые кости, пополняется список животных, населявших Ставрополье в прошлое время.

Как-то карьер посетил старший научный сотрудник Зоологического института Академии наук Николай Кузьмич Верещагин. Он заметил, что прежде в карьере обнаруживали кости только крупных животных. Но ведь всегда с крупными животными живут и мелкие, тем более в степях. Николай Кузьмич решил просеивать песок через сито. В первый же день Верещагину удалось найти зубы, челюсти и кости крота, хомяка, выхухоли, мыши, пищухи, зайца, карликового бобра и мелкой собаки. Были также найдены части скелета ящериц и трубчатые кости мелких птиц. Косякинский подземный зоологический музей сразу «обогатился», наши знания о фауне прошлых времен расширились.

Примеру Верещагина решил последовать кружок юных краеведов, организованный учеником 64-й железнодорожной средней школы города Ставрополя Юрой Гончаровым. Ребята отправились на карьер, захватив с собой несколько металлических сит с крупными отверстиями и походные лопаты. Им тоже удалось напасть на жилу крупнозернистого костеносного песка. В песке были найдены очень мелкие кости птиц, челюсти и позвонки грызунов, зубы косуль, бляшки от панциря черепах.

Теперь Юра, которого за увлечение наукой ребята звали «профессором», стал геологом и занят разведкой строительных материалов в горах Кавказа.

В настоящее время песок в Косякинском карьере не добывают, вместе с этим прекратилась «добыча» костей. Оставшиеся толщи песка — ценный научный фонд, «разработкой» их должны заняться специальные экспедиции ученых — «охотников за ископаемыми зверями».

Косякинский карьер — редкое скопление остатков животных, но оно в нашем крае не единственное. Другой «подземный зоологический музей», получивший широкую известность, расположен в окрестностях станицы Беломечетской Кочубеевского района, Здесь река Кубань разрезает песчанистые отложения древнего Чокракского моря, покрывавшего 10–12 миллионов лет назад, в середине неогена, территорию Северного Кавказа.

В осыпи Чокракских отложений, близ русла Кубани, геологом А.В. Дановым в 1926 году были найдены обломки зубов и костей мастодонта. Произведенные тут раскопки увенчались большим успехом — впервые в СССР были открыты скопления костей очень древних млекопитающих животных, принадлежащих так называемой анхитериевой фауне. Остатки погибших животных сносились речными потоками с соседней суши в мелководные заливы Чокракского моря и захоронялись в песчаных отложениях вместе со скелетами рыб и раковинами морских моллюсков.

Животный мир был разнообразен. У Беломечетской обнаружены кости многих вымерших теперь крупных и мелких травоядных, различных хищников, грызунов и других животных неизвестных ранее видов.

Характерными для этого времени были маленькая трехпалая лошадь — анхитерий и ее ближайший родственник — паранхитерий — отдаленные предки современной лошади. Из слонообразных здесь обитали предки мастодонтов и динотериев.

Беломечетское местонахождение костей стало знаменито находкой очень странного на вид мастодонта, названного платибелодоном, что означает «плоскокопьезуб». Хобота и верхних бивней он не имел. Его нижние плоские бивни срослись и образовывали нечто вроде «черпака» с загнутым вверх передний концом, в котором он «перемывал» захваченную в воде и в иле пищу. Платибелодон вел «земноводный» образ жизни, большую часть времени он находился среди озер, топей и болот.

Ландшафт конца неогена (по рис. В.А. Ватагина). Так могли выглядеть окрестности Ставрополя 7 миллионов лет назад.

Беломечетский платибелодон.

Кубанохерус.

Трубкозуб.

Новым для науки оказался и найденный близ станицы Беломечетской кавказотерий — животное, промежуточное между лошадью и носорогом. Очень разнообразны были здесь парнокопытные животные, среди них особо выделялся кубанохерус — огромная свинья с черепом, достигавшим 75 сантиметров в длину, имевший не клиновидную, а округлую морду и небольшой рог на лобной кости, служивший «украшением» самцов.

Обитали тут различные олени, родственные живущим теперь в юго-восточной Азии: дипроцерус с короткими, надвое разветвляющимися рогами; парадипроцерус, у которого от основного столбика рогов отходило, расширяясь вверх, пять заостренных отростков и, наконец, олень-микромарис, представьте, — величиной с современного зайца. Жили небольшие антилопы: парагоцерус и гипсодонтус, по размерам близкие к сайгакам.

Возле Беломечетской впервые в СССР были найдены остатки трубкозуба, живущего теперь в сухих степях Южной Африки. Древний трубкозуб так же, как и современный, имел толстые когти, которыми разрывал постройки термитов и извлекал из них насекомых своим длинным червеобразным языком.

В то же время на беломечетской суше водились различные хищники, тут были найдены кости мелкой гиены, короткомордой россомахи, крупного амфициона — собакомедведя. Из грызунов найдены пока только кости хомяка.

Остатков растений в беломечетских отложениях не сохранилось, но состав фауны свидетельствует, что на берегах Чокракского моря произрастали теплолюбивые леса, саванны и сухие степи. Много интересного юные краеведы могут узнать о фауне станицы Беломечетской из книги академика Ю.А. Орлова «В мире древних животных», изданной в 1968 году.

Число «подземных зоологических музеев» на карте Ставропольского края продолжает увеличиваться. В 1960 году в Новом песчаном карьере, близ города Георгиевска, на правом берегу реки Кумы было сделано важное для науки открытие — обнаружен полный скелет Южного ископаемого слона.

Южный слон — один из предков современных слонов, жил в конце неогена, 2–3 миллиона лет назад. В то время Каспийское море широко разливалось на запад, образуя так называемый Апшеронский морской бассейн, берега которого близко подходили к месту, где теперь стоит город Георгиевск. Впадавшие в это море реки имели здесь свои дельты и при постепенном прогибе этой местности накапливали толщу гравия, песков и глин. В верхней части этих отложений, имевших мощность 50–60 метров, и был обнаружен георгиевский слон. Он являлся свидетелем грозных извержений Эльбруса и других вулканов Кавказа — слои, в которых находился его скелет, имеют включения вулканического пепла.

Раскопки скелета производила специальная экспедиция Ставропольского и Пятигорского краеведческих музеев. Скелет был доставлен в Ставрополь и здесь смонтирован в залах музея. Реконструкцией скелета руководил научный сотрудник Зоологического института Академии наук СССР, крупный специалист по слонообразным животным В.Е. Гарутт, начавший изучать слонов еще со школьных лет.

До сего времени на земном шаре найдено только четыре полных скелета южного слона. Они имеются в Париже, Тбилиси, Ленинграде и Ставрополе. Из них особую научную ценность имеет скелет георгиевского слона, он занимает первое место по числу сохранившихся костей, что важно для изучения эволюции слонообразных животных. Скелет принадлежал взрослому самцу и был найден на месте гибели животного. Южные слоны были громадны. Георгиевский слон при жизни в самой высокой точке скелета достигал 425 см, а высота самых больших современных слонов не превосходит трех метров. Общая длина животного равнялась 5,5 а бивней — 3,2 метра.

Скелет южного слона из Георгиевского карьера.

Скелету георгиевского слона посчастливилось, он сразу по извлечении из земли был доставлен в музей, где началось его изучение и реконструкция. Скелет же слона, находящийся в Ленинграде, прежде, чем попасть в музей, претерпел много мытарств. Кости скелета были обнаружены в карьере на берегу Азовского моря еще в 1941 году. Их упаковали в ящики, но доставить в соседний город Жданов не успели — началась война. Фашисты, временно оккупировавшие Украину, понимая ценность этой находки, вывезли скелет в Германию, где он и находился до окончания войны. Когда в нашу страну стали возвращать украденные фашистами ценности, в Ленинградский Эрмитаж наряду с другими экспонатами были доставлены ящики с костями слона. Никто не знал места находки и истории этих костей. Велись поиски, запросы, но ни у нас, ни в зарубежных странах, ограбленных оккупантами, хозяина костей не находилось. Наконец, удалось отыскать опубликованную в период войны в немецком журнале заметку о доставленном в Германию с берегов Азовского моря скелете слона. Так и выяснилось, что скелет вернулся на свою родину. Теперь он украшает залы Зоологического музея Академии наук в Ленинграде.

В Георгиевском карьере, конечно, был захоронен не один слон. Находки костей слонов и других животных здесь очень часты.

Косякинский, Беломечетский и Георгиевский карьеры, давшие ценные научные материалы, объявлены памятниками природы и находятся под охраной госудаства.

Впервые борьбу за сохранение для науки костей ископаемых животных в нашей стране начал Петр I. В одном из своих указов 1718 года он писал: «…Ежели кто найдет в земле или в воде старыя вещи, а именно: каменья необыкновенные, кости человеческия или скотския, рыбьи или птичьи, не такия, какая у нас ныне есть, или. и такия, да зело велики или малы перед обыкновенными…, також бы приносили за что давана будет довольная дача».

Но, несмотря на этот указ, еще долгое время в царской России многие суеверные люди принимали остатки ископаемых животных за кости дьявола и разрушали их. Теперь это ушло в прошлое.

Эласмотерий.

Советские люди бережно сохраняют эти бесценные сокровища и передают их научным учреждениям. Число палеонтологических находок в нашем крае с каждым годом увеличивается. Недавно близ станицы Новомарьевской был обнаружен череп небольшого кита. В станице Гаевской Изобильненского района и в окрестностях города Зеленокумска были найдены почти полные скелеты эласмотериев — крупных травоядных животных, похожих на носорогов. Скелет одного из них вскоре будет смонтирован в музее.

В городе Новоалександровске, станицах Воскресенской, Филимоновской и на Кармалиновском разъезде имеются карьеры с косослоистым речным песком, в них находили кости оленей, эласмотериев. В дальнейшем и эти карьеры, возможно, окажутся такими же богатыми подземными зоологическими музеями, как и Косякинский карьер.

Остатки древних животных могут открыть нам много новых тайн прошлого Земли, похороненных в ее толще. Молодым краеведам необходимо стремиться сохранить все подобные находки для советской науки, оберегать окаменелости, сообщать об их обнаружении в ближайшие музеи.

Есть ли в вашем селе окрестности?

На слете юных краеведов в Ставрополе встретились два товарища — Юра Толмачев из станицы Зеленчукокой и Коля Захаров из Изобильненского детского дома, что в селе Подлужном.

Юра был влюблен в горы. Он больше часа рассказывал о горных реках, водопадах, зеленчукских лесах.

— Самые интересные походы краеведов можно проводить только в горной части края, — с жаром говорил он. — Что у вас там на равнине, в Изобильном или Подлужном? Кругом голая степь, и больше ничего… То ли дело вокруг Зеленчука! К нам в Архыз приезжают туристы не только из Ставрополя. У нас из Москвы и Ленинграда экспедиции бывают. У нас одна из самых больших вершин края — гора София — высотой 3640 метров, с большими ледниками и водопадами, и сосновый лес, и разные минералы… О нашей экскурсии в горы по реке Архыз даже Академия педагогических наук статью напечатала. А наш краеведческий кружок совершил еще поход по долине Кяфара. Ребята нашли там пещеру, где жили древние люди, а в ней пилу, вырезанную из кости, каменные молоты… Вот это настоящие окрестности!

Коля слушал товарища и, по правде сказать, немножко завидовал ему. Действительно, в Изобильненском районе нет ни высоких гор, ни ледников, даже соснового леса нет! Но все же согласиться с Юрой не мог. Уж очень любил просторную степь, где все видно вокруг на десять километров, любил волнующиеся поля пшеницы, дурманящий запах целинного разнотравья, стрекотанье различных обитателей степных просторов.

— Ничего подобного, — решительно заявил он, — у нас тоже есть окрестности и, если хочешь знать, еще лучше, чем в ваших горах. У вас и солнца-то в ущельях почти никогда не видно. Вот мы в прошлом году ездили на Птиченское Соляное озеро. Ага! Не знаешь, что такое Соляное озеро? О нашей экскурсии Лида Носова составила доклад, она его сегодня на слете будет читать, а потом его хотят напечатать в журнале.

Вокруг спорящих уже собирались другие краеведы.

— А что это за Соляное озеро?

— Ну, вот — я так и думал, что никто о нем не знает. Это очень интересное озеро, — торжествовал Коля.

Коля приготовился было рассказать подробно об озере, но в это время прозвенел звонок — перерыв кончился. Когда краеведы собрались в зал и уселись на свои места, председатель объявил, что сейчас Лида Носова сделает доклад об экскурсии на Соляное озеро.

Доклад Лиды Носовой об экскурсии на Соляное озеро

— Это, было 3 августа, — начала Лида свой доклад, — наш путь лежал по маршруту: хутор Подлужный, села Московское, Донское, Безопасное, Птиченское Соляное озеро.

Из детского дома мы выехали рано, в 6 часов утра, еще все спали. Нас провожали только завуч детдома и дежурная воспитательница.

Дорога шла через холмы и равнины между склонами двух гор, ограничивающими балку реки Ташлы. Рядом с дорогой проходила лесополоса, засаженная для защиты полей от суховеев. Проехали село Московское, утопающее в зелени садов и огородов, на краю села видели обрывы и скалы, из которых бьет холодный ключ.

За Московским дорога пошла среди сплошных полей подсолнечника, клещевины, кукурузы и уже убранной пшеницы.

Холмы, окружающие долину Ташлы, стали ниже, склоны балки как бы раздвинулись. Вот, наконец, горы совсем исчезли, местность превратилась в равнину, мы подъезжали к селу Донскому.

Здесь нам пришлось неожиданно остановиться. Мы увидели необычную картину, приведшую нас в восторг, — на проводах телеграфных столбов сидели согни скворцов. Такого количества птиц мы никогда не видели. Они прилетали сюда на свежую пахоту полакомиться червями. Наше внимание привлекли и другие птицы — красивые золотистые щурки, ястребы, коршуны. Полюбовавшись птицами, тронулись дальше. В центре села установлен памятник на могиле семи неизвестных героев Советской Армии, погибших в 1943 году в борьбе с фашистами. Без команды, как сговорившись, все мы быстро вылезли из машины и, сняв шапки, молча несколько минут стояли у могилы.

Когда же поехали дальше, то долго разговаривали о генерале И.Р. Апанасенко, о Геннадии Голеневе и других героях-ставропольцах, погибших в борьбе с фашистскими захватчиками.

Центр Труновского района — село Донское быстро растет, возводятся каменные дома, устраиваются тротуары, асфальтируются дороги. Донское расположено в широкой пойме Ташлы, и лишь на западе часть села. выходит на высокий плоский водораздел, где проходила наша дорога. На выезде из села мы увидели две громадных черных трубы, проложенных поперек долины Ташлы, по ее днищу. Пришлось слезть с машины и «обследовать» невиданное нами раньше сооружение. Оказалось, что это «дюкер». Подошедший сюда по водоразделу Право-Егорлыкский канал по «дюкеру» «перешагивает» через глубокую долину реки Ташлы. Вся вода канала уходит в сооруженные у левого борта долины громадные бетонные цилиндры, затем движется по трубам и вновь поднимается до уровня водораздела, заполняя снизу цилиндры на противоположном берегу, и поступает в продолжение канала, уходящего далее в глубь степей.

Совсем так, как в сообщающихся сосудах, — продолжала Лида, — какие нам показывали на уроках физики.

Мы сперва посмотрели на конец канала, где исчезает вода, затем спустились к трубам. Они оказались очень большими, по три метра в диаметре. Мальчики было начали бегать по верху труб, но руководительница экскурсии запретила эти упражнения. Трубы оказались непростыми — составлены из отдельных колец, «сегментов», и напоминают дождевого червя. Кольца и резиновые прокладки между ними немного заходят одно в другое, чтобы труба могла свободно удлиняться и сжиматься при нагревании ее летом и охлаждении зимой.

Солнце поднималось все выше, и, несмотря на слабым ветерок, становилось все жарче и жарче.

Вскоре показалось Безопасное. Вблизи села встретили какую-то реку, на берегах которой густо и красиво разросся зеленый камыш. Оказалось, что это была хорошо знакомая нам река Ташла, протекающая в селе Подлужном небольшим ручейком.

Стоя на мосту, мы любовались голубизной ее воды. Обнаружили, что здесь водится много рыбы. Побежав к воде, испугали лягушат, гревшихся на солнце. Их было очень много, но поймать их нам не удалось, так как они прыгали лучше нас.

Недалеко от моста Ташла еще красивее. Далеко видны ее плавные изгибы и слышно, как глухо шумит камыш, чуть-чуть качаясь от ветра.

Река Ташла стала тут полноводной, в нее по небольшому каналу пущена кубанская вода, дошедшая до Безопасного по Егорлыку. Получает она кубанскую воду и по своему притоку реке Терновке, обводненной из Право-Егорлыкского канала.

Пожилой рыбак, сидевший на берегу с удочками, рассказал, что теперь эту часть реки жители называют не Ташлой, а Каналом. От нее идут ответвления в степь для орошения полей. Вода по трубам стала поступать в село, в усадьбы жителей. С тех пор появились в Безопасном сады и даже виноградники, а в огородах картофель, капуста и овощи. Прежде была сушь — росли только кукуруза, тыква, «бабья забава» — подсолнечник. Больше всего нуждались люди в картофеле, его привозили сюда с гор и меняли «раз на раз»: за мажару картофеля — мажару пшеницы. А теперь картофель у нас свой и два урожая в год получаем.

Интересно было смотреть на быстро бегущую кубанскую воду. Посреди реки-канала вода бурлит, поднимая гребни волн и много брызг. Слышится шум, так как на дне много больших камней, образующих теперь пороги. Мы прежде никогда не думали, что на ровной местности, в степи, можно увидеть такую бурную реку.

Вода Ташлы, пополненная водой Кубани, очень мутна, так как она размывает дно и глинистые берега бывшего полусухого русла. Торчащие из воды пни срубленных деревьев показывают, что прежде русло было в несколько раз уже. На вкус вода мягкая, не соленая, а какая-то сладковатая.

Дальнейший наш путь шел на запад через поля со стерней, разделяемые лесополосами. По обочинам виднелись донник, курай да коровяк. Садов и воды здесь нигде не было видно, солнце же пекло еще сильнее.

С левой стороны от дороги показались какие-то углубления, напоминающие по изгибам реку, но имеющие розовую окраску. За этой удивительной рекой был заметен маленький лиманчик, но рассмотреть его нам не удалось, так как впереди показалось долгожданное озеро.

В жаркой, совсем безжизненной степи озеро издали представляло собой изумительную картину. Его вид взволновал и приковал к себе взгляды экскурсантов. Озеро производило впечатление снежной равнины, раскинувшейся перед нами под палящими лучами солнца. Подъезжаем к озеру, выпрыгиваем из машины. «По озеру, вперед!» — раздается команда нашей руководительницы. И действительно, озеро оказалось таким, что по нему можно было бегать. Вскоре многие из нас были уже на середине озера.

На берегах озера экскурсия нашла много солончаковых растений, встречались кузнечики такого же цвета, как бурая выжженная степь. Пробовали на вкус почву и береговые растения. Они оказались одинаково солеными, даже вдали от берегов. Знакомясь с окрестной местностью, выясняли причину засоления озера, почвы и растений.

Озеро нас очень заинтересовало, так как мы не знали, что есть озера, по которым можно ходить. Но на нем нигде нет воды.

Рассматривая озеро, определили его площадь. Поверхность его очень ровная, крутых берегов у него нет.

На озере, близ середины, нам встретилась женщина, сгребавшая лопатой соль. От нее узнали, что озеро разбито на части, принадлежащие соседним колхозам. Соль появляется в нем лишь после дождя. Вода, выпавшая на поверхность, вымывает соль из грунта, слагающего котловину озера, и скоро превращается в перенасыщенный раствор, в рапу. Вода испаряется, в соль осаждается и покрывает дно тонким слоем.

Прослушав рассказ, мы решили посмотреть, что же находится под слоем соли. Ножом приподняли солевую корку и увидели, что ниже залегает черный, с неприятным запахом ил. Пласт ила довольно толстый, на середине некоторые из нас проваливались в него на глубину до 40 сантиметров. В некоторых углублениях сохранилась еще соленая вода. На веточках «перекати-поля» и других сухих растениях, занесенных ветром в ямки с рассолом, или возле них мы нашли красивый белый налет из мелких блестящих кристалликов белоснежной соли. Эти веточки казались каменными или снеговыми.

По этому озеру можно было ходить.

Особенно ярко они блестели в лучах солнца. Неожиданно наша руководительница вынула из своей сумочки фигурки бабочки, вазочки, пятиконечной звезды, сделанные из мягкой проволоки и обмотанные шерстью. Когда накануне в детском доме нам поручили сделать эти фигурки, мы не догадывались об их назначении. Теперь они были опущены в солевой раствор, и к концу экскурсии на всех фигурках со всех сторон также осели блестящие кристаллики. Мы повезли домой целую коллекцию «снеговых» фигур. Вот они!

Лида подошла к столу и показала слушателям одну за другой фигурки из соли, осевшей на проволочном каркасе.

— Такие фигурки можете сделать и вы, даже без озера, если опустите какие-либо предметы в перенасыщенный раствор поваренной соли, — добавила она и продолжала дальше.

— Добытая соль складывается на берегу в большие кучи, называемые «кагатами». Когда на поверхности озера нарастает слой соли толщиной от 2 до 10 сантиметров, рабочие выходят на озеро и сгребают соль деревянными лопатами. Первоначально цвет соли слегка розоватый. Вкус горьковато-соленый, позже, когда она «улежится» в кучах, горечь уменьшается, соль становится белее. Употребляют ее теперь больше для подкормки скота.

Птиченское Соляное озеро историческое, — говорила Лида.

Когда русские заселяли ставропольские степи в конце XVIII века, то в этой пустынной местности самым дорогим продуктом была соль. Ценилась она на вес золота. Помогло первопоселенцам открытие Птиченского озера. Добытую в нем соль чумаки на мажарах, запряженных волами, развозили по всем крепостям и станицам Кавказской линии. В каждой крепости были «соляные амбары», охраняемые часовыми. Солью русские снабжали и горцев в обмен на древесину, бурки, овчины и шерсть. Часто соль служила вместо денег.

Когда в Ставрополь приезжал А.С. Пушкин, соляный амбар города находился на центральной площади, где теперь начинается лестница на Комсомольскую горку, его изобразил на рисунке Ставрополя 1829 года известный художник Н.Г. Чернецов.

В гражданскую войну и период разрухи, когда не работал транспорт, ставропольцев опять выручало Птиченское Соляное озеро. Солью озера снабжались села и города почти всей губернии.

В период Великой Отечественной войны жителям края вновь пришлось обратиться к своей «природной солонке» и добывать тут пищевую соль.

Рассматривая отдельные куски соли, мы увидели, что они состоят из маленьких кубиков, сросшихся вместе. Образцы соли также пополнили наши коллекции. Возвращаясь к стоянке машины, сперва пошли степью, но идти босыми ногами по сухой выжженной степи оказалось колко, пришлось опять воспользоваться поверхностью озера.

Озеро большое, ходить, по нему мы устали, дым костра на побережье напомнил, что нас ожидает вкусный обед. Всех подгонял к костру разыгравшийся аппетит. Но нам нужно было обмыться, так как на руках и ногах у всех экскурсантов выступила соль. Стали искать воду, пошли к знакомому лиману возле розовой реки. «Розовая» река оказалась сухим руслом, по которому при дожде течет вода, пополняющая озеро. При высыхании по руслу разрастаются солянки с красными безлистными мясистыми стеблями, создавая впечатление розовой реки.

Колхозники, встретившиеся нам на обратном пути, говорили, что ил озера имеет лечебные свойства, его вывозили прежде в Ставрополь и здесь хотели создать курорт. Они также рассказали, какие изменения внесет постройка запроектированного канала от обводненного Егорлыка на запад через котловину Соляного озера, на месте которого возникнет обширное хранилище пресной воды, и как они будут ею орошать свои поля.

Вечером в сумерках заметили две стаи чибисов, которых нет в нашем районе. Сверху они черные, снизу белые. При полете сильно опускают, как бы складывают, крылья.

Через несколько дней наш краеведческий кружок сделал сообщение о своей поездке всему коллективу детского дома. Мы описали экскурсию, вид озера и его окрестностей, нарисовали картину будущих преобразований за счет кубанской воды, о которых нам рассказывали местные колхозники.

— Вот и все, что я хотела рассказать вам о нашей экскурсии на Соляное озеро, — закончила Лида.

Ей дружно и долго аплодировали. А Юра Толмачев, который хлопал, казалось, громче всех, крикнул Коле:

— Слышишь, Коля! Здорово! У вас тоже есть интересные окрестности.

— А я тебе что говорил! Окрестности всюду есть. И всюду они интересны.

Кубань-Егорлыкская обводнительная система

С установлением Советской власти в нашей стране осуществилась вековая мечта крестьян о земле. Земля стала достоянием народа.

В Ставропольской губернии получили землю полмиллиона батраков и малоземельных тружеников.

Одной из первых забот новой народной власти на Ставрополье было обеспечение края водой. Уже в январе 1918 года была организована экспедиция в район Кубани для изыскательских работ по сооружению Кубань-Егорлыкского канала. В июне 1918 года начали разрабатывать план строительства Кубано-Суркуль-Янкульского канала для обводнения центральной части края. Однако эти работы прервала гражданская война.

В первые годы социалистического строительства великий вождь революции В.И. Ленин поставил перед советским народом задачу планомерной борьбы с засухой и задачу преобразования природы. Сельское хозяйство Ставрополья перестраивалось на новой социалистической основе, снабжалось тракторами, новейшими машинами, крестьянские хозяйства объединялись в колхозы, создавались сотни машинно-тракторных станций и совхозов, показывающих колхозникам образцы ведения хозяйства в соответствии с требованиями агротехнической науки. Уже в 1936 году количество комбайнов, работающих в нашем крае, превзошло число этих машин, имеющихся во всех странах Западной Европы.

В соответствии с указаниями партии трудящиеся края повели борьбу с засухой, начали создаваться лесные полосы, и к 1940 году площадь вновь посаженных полос достигла 10 тысяч гектаров.

Уже в первое десятилетие существования Советской власти была построена обводнительная система на Терско-Кумском водоразделе — каналы имени В.И. Ленина, Правобережный, Левобережный и другие. Строились водопроводы, пруды, артезианские колодцы. Урожайность полей стала повышаться. Но все же сельское хозяйство во многом зависело от случайностей погоды, и пылевые бури — наследие дореволюционного хищнического использования земли — дошли до нашего времени.

Партия и Советское правительство не прекращали заботы о дальнейшем развитии сельского хозяйства. В 1935 году ЦК ВКП(б) и Совнарком СССР приняли решение: «В ознаменование 15-й годовщины освобождения от белых и активнейшего участия трудящихся Ставрополья в Красной Гвардии и Красной Армии, удовлетворить ходатайство ставропольских колхозников об организации и проведении мероприятий, полностью обеспечивающих сельское хозяйство Ставрополья водой». В соответствии с этим ученые и инженеры разработали планы обводнения и орошения сухих ставропольских равнин. Первоочередным в работах по обводнению явилось строительство Кубань-Егорлыкской обводнительной системы.

Мечту казака Блынского осуществило советское поколение строителей. 1 июня 1948 года был торжественно открыт Невинномысский канал, направивший воду Кубани в реку Егорлык, представляющий первое звено Кубань-Егорлыкской системы. В 1960 году по директиве партии было завершено строительство Право-Егорлыкского канала, представляющего следующее звено этой грандиозной обводнительной системы.

Мощная плотина перегородила русло Кубани.

Кубань-Егорлыкская система — одно из замечательных гидротехнических сооружений, созданных советским народом. Невинномысский канал начинается на западной окраине города Невинномысска. Длинная плотина, перегораживая русло Кубани, заставляет половину кубанской воды направляться в русло канала. Специальные устройства в плотине не допускают в канал ни поверхностных льдин, ни карчей, ни песка, ни гальки, переносимых по дну реки. Все эти «грузы» могли бы разрушать стены канала, затруднять его работу.

Интересна дальнейшая судьба кубанской воды. Пожалуй, от Эльбруса до Невинномысска кубанская вода не испытывает столько превращений и изменений, как на протяжении сравнительно короткого канала. Здесь кубанская вода то плавно движется по широкому руслу, то скатывается по быстротокам со скоростью, превышающей скорость курьерского поезда, то образует мощные водопады, то уходит в трубы, под землю, как бы ныряет под русла встречающихся на пути рек, то идет по насыпям, как по мосту, проходя над небольшими долинами. В других местах под каналом проходят мощные трубы, пропускающие воду временных потоков, опускающихся с соседних склонов, это защищает от загрязнения кубанскую воду, а канал от разрушения «дикими» ливневыми потоками.

Часть воды уходит в напорные трубы гидростанций, вращает мощные турбины. Отработанная вода вновь выходит на поверхность и возвращается в канал или в русло Кубани. Подойдя к западному отрогу горы Недреманной, разделяющему долины Кубани и Егорлыка, канал уходит вглубь, и шесть с половиной километров вода движется под землей на глубине более 60 метров по одному из самых грандиозных в мире водопроводных тоннелей.

По всему протяжению канала вода образует крупные водохранилища-озера; уходит в ответвления для орошения рисовых полей и других посевов; насосами подается в дождевальные установки, через которые выпадает на поля в виде дождя, строго регулируемого человеком; «вползает» на склоны и горы по водопроводным трубам.

Строители канала проделали большую работу. Пришлось заставить Кубань свернуть в сторону в приготовленное для нее новое временное русло и освободить ее дно от воды, где заложили фундамент плотины головного узла. Для большей устойчивости плотина была облицована плитами трахита — прочной породы, слагающей недра пятигорских вулканов-лакколитов. На 50-километровом пути от берегов Кубани до тоннеля вода проходит под руслом реки Барсуки по трубам, приводит в движение машины Свистухинской ГЭС, встречается с несколькими ливнеотводящими сооружениями. Стены тоннеля облицованы мощной железобетонной броней. Там, где были шахты, по которым спускались в глубь земли строители тоннеля, теперь устроены смотровые колодцы. По ним рабочие спускаются к руслу подземной, реки для технического осмотра.

Вода в тоннеле течет сравнительно спокойно. Был случай, что по нему проплыла лошадь, неосторожно забредшая в русло канала и затянутая потоком воды. Совершив невольное подземное путешествие, она вышла в противоположном конце без каких-либо значительных повреждений.

Покинув тоннель, вода проходит по каналу в балке реки Земзюльки, а затем по наклонному лотку — «быстротоку» длиной в 300 метров. Вода в нем движется со скоростью 14 метров в секунду и сбрасывается мощным водопадом в котлован — «чашу размыва» с высокими крутыми берегами.

Из котлована по старой промоине — «Саламатину яру» вода идет в Сенгилеевское и затем в соседнее Егорлыкское водохранилище с мощной ГЭС, после чего уже попадает в русло Егорлыка.

Егорлык теперь совсем не похож на прежнюю степную речку. Это мощный и глубокий водоток, равный по водоносности реке Лабе. Канал может давать ему по 75 кубометров воды в секунду, т. е. почти 6,5 миллиона кубометров в сутки — на перевозку такого количества воды потребовалось бы 2600 поездов.

Эту новую быструю реку от Невинномысска до Маныча население называет уже не Егорлыком, а Кубанью. В летнее время можно слышать возгласы школьников: «пойдем на Кубань купаться».

Кубань-Егорлыкская система — одно из грандиозных сооружений нашей эпохи, ее можно поставить в одном ряду с Беломоро-Балтийским и Большим Ферганским каналами.

Опыт строительства этой системы позволил советскому народу приступить к созданию еще более величественных строек: Волго-Донского канала имени В.И. Ленина, Волжской и Куйбышевской гидроэлектрических станций и других. Советское правительство снабдило стройку Кубань-Егорлыкской системы сотнями современных машин. Здесь работали два метростроевских щита, узкоколейная железная дорога, несколько электростанций, заводы сжатого воздуха и шестнадцатикилометровый воздухопровод для отбойных молотков, бетонные заводы, были созданы благоустроенные поселки для строителей.

Народная стройка Невинномысского канала.

Чтобы ускорить завершение строительства канала, в 1940 году на Невинномысский канал вышли пятьдесят тысяч трудящихся Ставрополья и соседних областей. За 30 дней они выполнили работу, на которую без их участия потребовалось бы 2–3 лишних года.

Строительство канала намечали завершить к 7 ноября 1941 года, но вероломное нападение гитлеровской Германии прервало работу. Во время фашистской оккупации захватчики разрушили большую часть сооружений канала, их пришлось создавать заново по окончании войны.

В 1945 году закончилось строительство головного сооружения, Кубань вошла в свое прежнее, но уже видоизмененное русло. В 1947 году было закончено строительство тоннеля. Волнующими были последние минуты проходки тоннеля, когда строители вышли на северный склон горы Недреманной, веками отделявшей Кубань от ставропольских степей.

1 июня 1948 года кубанская вода пошла в ставропольские степи.

Все строители ждали этой минуты. «Сначала послышались глухие, потом отчетливые удары. Медленно начала оползать глина. На солнце блеснуло что-то яркое и снова исчезло. Вскоре в горе образовалось небольшое отверстие, которое быстро увеличивалось, и через некоторое время все увидели улыбающееся лицо проходчика Алексея Попова. Затем можно было различить и других мастеров подземной техники»… «Трогательной была эта встреча. Дети вручили строителям подземной реки букеты цветов, осыпали их поцелуями. Кубанской воде путь в ставропольские степи был открыт», — так описывали очевидцы это событие. Еще более торжественной и радостной была встреча кубанской воды в июне 1948 года в селах и станицах, расположенных по руслу Егорлыка.

Первого июня в 14 часов были подняты щиты плотины, вода хлынула в шлюзы канала, она несла в ставропольские степи чудесные изменения. Народ приветствовал строителей канала, руководителей партии и правительства. Многие долго шли за кубанской водой вдоль русла новой Кубани.

По всему краю транслировался митинг, а затем жители края с волнением следили за передаваемыми сводками о прохождении воды в той или иной части канала.

На другой день кубанская вода, пройдя около 70 километров, достигла станицы Сенгилеевской. Колхозники с утра с нетерпением ожидали появления воды. Даже послали навстречу воде верхового. Верховой встретил воду за старой мельницей, через полчаса она должна прибыть в станицу. Все жители, и стар и мал, потянулись к реке. Раздались радостные крики: «Вода!»

Вода сперва шла медленно, как бы ползла, за первой волной шла вторая, третья, все увеличиваясь, и скоро здесь забушевал сильный поток. Возрождение Егорлыка превратилось в общий праздник. В каждом селе, в каждой станице, получивших кубанскую воду, колхозники выходили со знаменами и песнями, каждый стремился попробовать вкус новой воды. 6 июня вода пришла по Егорлыку в Ростовскую область.

По трубам дюкера Право-Егорлыкский канал пересекает долину реки Ташлы у села Донского.

География местности здесь в корне изменилась. Егорлык превратился в полноводную реку на протяжении 400 километров. Полноводным стало также трехсоткилометровое русло реки Западный Маныч, являющейся продолжением Егорлыка. Устье Дона стало получать воду с эльбрусских ледников. Кубанская вода напоила сухие егорлыкские и манычские степи, вдоль русла орошено 10000 гектаров плодородной земли. Более двадцати крупных станиц и сел получили питьевую воду. Теперь не приходится подвозить ее на большие расстояния и запирать на замок. Вода расходится от Егорлыка самотечными каналами, подается на водоразделы мощными насосами. Все более входит в быт новый способ орошения — дождевание. При дождевании увлажняется не только почва, но и воздух, освежаются и очищаются от пыли листья растений. Одновременно с водой разбрызгивают жидкую подкормку для орошаемых культур и растворы для борьбы с сельскохозяйственными вредителями. При дождевании экономится поливная вода, отпадает необходимость создания оросительных каналов, что сохраняет структуру почвы, устраняется возможность засолонения и заболачивания полей, облегчается использование сложных сельскохозяйственных машин. В егорлыкских степях появились новые растения, какие здесь прежде не росли. Прежде, например, в селе Птичьем не сажали картофеля. Теперь и в Птичьем, и во многих других населенных пунктах, куда пришла вода, есть свой картофель, и не только картофель, но и огурцы, и помидоры, и капуста, и баклажаны, и прочие овощи. Они дают урожаи больше, чем в Ставрополе и на других участках с достаточным увлажнением. Появились новые отрасли хозяйства — рисосеяние, виноградарство, а вместе с этим и новые специальности в колхозах и совхозах — поливальщиков, операторов по поливу и т. д.

С каждым годом во всех обводненных районах расширяется животноводство, увеличивается количество водоплавающей птицы, повышается урожайность полевых культур.

Вслед за окончанием строительства Невинномысского канала в 1949 году начал сооружаться Право-Егорлыкский канал. Его задача — подать воду на водораздел Егорлыка и Калауса, оросить посевы и обводнить протекающие тут реки.

Право-Егорлыкский канал начинается от станицы Новотроицкой. Южнее станицы русло обводненного Егорлыка перегорожено громадной плотиной. Здесь создан обширный водоем, почти равный по площади Сенгилеевскому озеру. Водоем затопил часть долины Егорлыка и его притока — реки Русской. Тут же построена Новотроицкая гидроэлектростанция.

Канал от водохранилища направляется к северо-востоку, на обширное междуречье Егорлыка и Калауса. На 54 километре своего пути, у села Донского, канал подходит к широкой долине реки Ташлы (Егорлыкской) и переходит на ее правый берег по дюкеру. Дюкер состоит из двух громадных бетонных цилиндров, врытых в землю на высоких противоположных берегах и соединенных большими трубами, идущими по дну глубокой долины. Вода канала, заполняя западный цилиндр, поднимается до этого же уровня в восточном цилиндре и, достигнув его верхнего края, продолжает свой дальнейший путь на восток, в сухие степи.

За Ташлой, по высокой насыпи, как по мосту, канал пересекает балки рек Терновочки и Терновки шириной около полутора километра каждая. На 124 километре своего течения Право-Егорлыкский канал подходит к руслу реки Большой Кугульты и разделяется на правую и левую ветви. Эти ответвления вместе с распределительными каналами имеют длину 1462 километра.

Как же выглядит Кубань-Егорлыкская система в целом? «Увидеть» это нам помогут некоторые цифры. За счет кубанской воды орошается 100000 гектаров. Больше всего орошаемых земель в районе действия Право-Егорлыкского канала. Три четверти воды направится на поля самотеком, и только одна четвертая часть подается на высокие участки насосами. Вдоль самого Егорлыка орошаемые земли занимают 20 тысяч гектаров. Помимо этого новая Кубань обводняет территорию, равную 2322000 гектаров, или 23000 квадратных километров.

Много ли это? 23000 квадратных километров — это больше территории многих зарубежных государств — почти столько, сколько занимает Бельгия. В районе действия канала получают воду 258 населенных пунктов, кубанской водой пополняется свыше 200 прудов, она приводит в движение четыре электростанции. Канал обводняет много балок и около 60 сухих речных русел. Длина обоводненных реки балок по всей системе составляет около 1 800 километров, да распределительные каналы имеют протяженность 2 760 километров, а вместе длина различных водотоков на северо-западе Ставропольского края достигает около 3600 километров, т. е. почти равна длине главного русла Волги.

Обводнение Прикумья

Кубань-Егорлыкская система обводнила западную часть Ставрополья, превратила Егорлык в живую реку — положила начало преобразованию природы Ставрополья.

Но на востоке еще продолжали господствовать засухи и суховеи, и по мере приближения к Прикаспийской низменности все суше становилась местность, все больше свирепствовали ветры, шире распространялись пески.

Близость Каспийского моря не спасает Прикумья и соседних Черных земель от безводья. Ветры, дующие из-за Каспия, не увлажняются над поверхностью мелкого моря, зимой покрытого льдами. Этот обширный водоем не только не дает влаги Черным землям, но при больших волнах в воздух поступает много крупинок соли от испарившихся брызг. Соль несется ветром дальше на запад, в среднем по 56 тонн в год с каждого километра береговой полосы. Почвы все более засолоняются, участки былой ковыльной степи постепенно превращаются в солончаки, так как здесь мало дождей, нет рек, какие могли бы вымывать соль и уносить ее обратно в море.

Черные земли и вся восточная часть края — громадные пастбища. Снега на них почти не бывает. Сюда пригоняют на зимний выпас сотни тысяч овец, крупного рогатого скота из Ставрополья, Дагестана и Закавказья. Эти земли могли бы стать не только зимними, но и прекрасными летними пастбищами, если бы была вода и степи не выгорали бы в жаркий период года.

Громадным стадам в восточных частях края нужны также сено и другие корма на случай гололеда или непогоды, но сено заготовить тут было трудно из-за безводья.

В сухие годы для скота не хватало водопоев, помогали артезианы, но они не могли удовлетворить всех потребностей развивающегося животноводства.

Много воды требовалось и нефтяной промышленности Прикумья для бурения скважин, закачивания ее в продуктивные пласты, чтобы поддерживать давление и фонтанирование нефти.

Где же можно было взять воду для обводнения Восточного Предкавказья? Ведь воду Кубани сюда подать нельзя.

Но вдоль юго-восточной границы края «к морю-Каспию спешит, неся свои дары» многоводный Терек и вместе с ним река Малка, изменившая Ставрополью. К ним и обратились взоры мелиораторов.

В 1950 году правительство СССР приняло решение об использовании вод Терека для обводнения засушливых степей Восточного Предкавказья. Сюда направились изыскательские партии, топографы, географы, ботаники, экономисты. Они разработали проект преобразования гидросети Прикаспия.

С 1952 года прикаспийские степи заполнились отрядами строителей, стали поступать разнообразные машины: скреперы, бульдозеры, экскаваторы — было начато строительство Терско-Кумского канала.

Его головная часть расположена несколько западнее Моздока, у хутора Графского. Пройдя 20–30 километров по территории Северо-Осетинскрй АССР, канал вступает в пределы Ставропольского края и тянется на 148 километров на север по сухим степям Курского, Степновского, Нефтекумского и Левокумского районов и у села Правокумского вливает воду в реку Куму.

Терек оказался щедрее Кубани. Пропускная способность Терско-Кумского канала — 100 кубометров воды в секунду. За год он может дать Восточному Ставрополью, Дагестанской и Калмыцкой АССР 3,2 кубических километра пресной воды, в 1,3 раза больше, чем Кубань дает Западному Ставрополью. Это закономерно — сам Терек в два раза водоноснее Кубани у Невинномысска, а Прикаспийская низменность много суше Западного Ставрополья, да и обводнять Тереку приходится большую площадь.

Терско-Кумский канал вступил в строй в 1958 году. От него протянулся на восток ряд ответвлений, среди них Караногайский канал, ожививший пустынные ногайские степи, Кумский канал, проходящий вдоль правого берега Кумы, дающий воду Нефтекумску и нефтяным разработкам.

Второе звено Терско-Кумского канала — Кумо-Манычский канал, пущенный в 1965 году, несет терскую воду, смешанную с кумской, еще на сто километров к северу, вплоть до Маныча.

По мощности (60 мі/сек.) он уступает Невинномысскому каналу, но это тоже большой труженик: его ответвления — Левокумский, Закумский и Садовый каналы обводняют земли и орошают поля в пустынных Арзгирском и Левокумском районах.

Кумо-Манычский канал, питая водой Чограйское море-озеро, как бы возрождает бывший здесь когда-то морской пролив. Чограйское водохранилище оправдывает наименование моря-озера. Оно вытянуто на 70 километров. Едешь, едешь вдоль берега и никак оно не кончится. В широких местах не видно противоположного берега. Картину дополняют многочисленные чайки, кружащиеся над водной гладью, и еще пока редкие тут быстроходные катера. И если бы не плотина, ограничивающая Чограй с востока, то и не подумал бы, что это море создано руками человека. Чограй — самое крупное по площади водохранилище Ставропольского края (165 кмІ), почти в 4 раза превосходящее Сенгилеевское и водохранилище Большое близ Черкесска.

Чограй накапливает в своей котловине 700 миллионов кубометров воды. Ею он будет снабжать по водопроводу столицу Калмыкии — Элисту, а по каналу, отходящему на восток, знаменитые Черные земли, где собираются самые большие в нашей стране «урожаи» самой тонкой овечьей шерсти. В будущем Чограйское водохранилище войдет в систему Манычского водного пути. Сильно засоленную воду Калауса в Чограй пропускать не будут до окончательного рассолонения грунтов его русла.

Большой Ставропольский канал

В 1957 году гидростроители приступили к созданию новой, самой грандиозной в Европейской части СССР, Кубань-Калаусской обводнительно-оросительной системы, названной Большим Ставропольским каналом (БСК). Ее задача — завершить обводнение Центрального Предкавказья. Правительственное решение об обводнении Калауса водами Кубани состоялось за два дня до вероломного нападения на Советский Союз фашистской Германии. Война задержала его осуществление на шестнадцать лет.

Строительство БСК ведется в несколько очередей. Первая очередь системы уже вступила в строй. В девятой пятилетке завершается создание второй очереди. К 1980 году начнет работать третья очередь.

Очередность переброски воды горных рек на территорию засушливого Ставрополья во многом определялась природными условиями. Сперва обводнились низменные участки, ограничивающие Ставропольскую возвышенность с запада и востока, куда было легче подать воду. Большая же по площади, населению и производству зерна и мяса центральная часть края, расположенная между Егорлыком и Кумой, оставалась необводненной.

На этой территории выделяется вытянутая с юга на север долина маловодного Калауса и обширный восточный склон Прикалаусских высот, рассекаемый рядом «сухих» и «мокрых» балок — притоков Кумы, вода которых задерживалась в многочисленных прудах и до Кумы обычно не доходила. Первая очередь строительства БСК предусматривала обводнение самого Калауса и территорий, примыкающих к магистральному каналу, связывающему Кубань с Калаусом.

Вторая очередь должна подать воду в юго-западную, наиболее приподнятую часть Прикалаусских высот на пространстве от горы Брык (севернее села Курсавки) до села Александровского для обводнения русел и водоразделов левых протоков Кумы.

Третья и последующие очереди дадут воду рекам центральной и северной части правобережных Прикалаусских высот, обводнят обширное левобережье Калауса от Ставрополя до Светлограда.

28 марта 1957 года у южной окраины станицы Усть-Джегутинской был вынут первый ковш грунта — началось строительство первой очереди БСК. Вскоре мощная плотина перегородила Кубань, образовав узкое, вытянутое вдоль русла Усть-Джегутинское водохранилище.

Первый ковш грунта на строительстве БСК поднят.

Это самое малое и по площади (2,7 кмІ), и по объему воды (36 млн. мі), но самое глубокое и живописное водохранилище края. Издали оно напоминает фиорд. Восточный берег водоема подмывает отрог Скалистого хребта — гору Учкурку, образуя ряд небольших заливов и полуостровов, на которых всегда много палаток туристов и рыбаков. Много интересного могут увидеть юные геологи в обрывистых склонах Учкурки: пласты массивных песчаников, испещренных лунками жеод, нависающих над старой дорогой. Залегающее под песчаниками слои темно-коричневых и зеленых глин с линзами мелкозернистого искрящегося на солнце гипса самых различных окрасок: белой, кремовой, зеленой, темно-серой. Часто сетка цветных полосок придает гипсу мраморовидный облик.

Линзы гипса-ангидрита отложились некогда в иле высыхающих лиманов на побережье юрского моря в условиях жаркого климата. Гипс юрских морей перерабатывают в алебастр на гипсовом заводе, расположенном на берегу верхней части водохранилища.

На западной стороне этого искусственного озера горы далеко отступают от берега, образуя широкую террасу, по которой идет дорога на Карачаевск. Вдоль озера тянется обширный фруктовый сад с аллеями пирамидальных тополей, скрывающих от путников чудесную панораму водоема, оконтуренного горами. Лишь в отдельных местах в неожиданно открывающиеся просветы удается увидеть то голубую, спокойную, то серую, взволнованную поверхность Кубанского «моря», отражающую окрестные горы.

Верхний каньонообразный участок водохранилища у села Важного, где затухает бурный бег Кубани, служит отстойником для минерального груза реки. Наносы оседают на дно, сортируясь по размеру частиц: сперва галечник, затем гравий, далее пески и ил.

С моста, переброшенного через Кубань, видишь, как плавучие землечерпалки всасывают со дна этого своеобразного карьера уже разделенные по сортам стройматериалы и подают их на берег пульпой по грунтопроводным трубам.

Усть-Джегутинское водохранилище — главная часть головного сооружения БСК. На фронтоне его распределительного шлюза начертаны слова известного ставропольского поэта А. Исакова: «Идет вода Кубань-реки, куда велят большевики».

Здесь у плотины высится гранитная глыба с выгравированными на металлической пластине словами: «Здесь будет сооружен обелиск в честь мелиораторов, которые преображают засушливые степи Ставрополья. Январь, 1972 год.»

Вскоре на месте камня взметнется в небо 26-метровая стела из анодированного алюминия. Основание ее будет окружать барельеф с изображением колосьев пшеницы — олицетворением обильных урожаев, получаемых с помощью кубанской воды, которую проводят на поля мелиораторы. Здесь же расположится озвученная схема Большого Ставропольского канала. Нажав соответствующую кнопку, экскурсанты смогут услышать рассказ об. этой обводнительно-оросительной системе на русском, английском, французском, испанском языках или языках народов Карачаево-Черкесии, живущих там, где зарождаются кубанские воды.

Это будет памятник вечной славы тем, кто строил, строит и будет в дальнейшем строить обводнительно-оросительные системы на Ставрополье.

Вода Кубани на пути к реке Калаусу.

От плотины часть воды сбрасывается по широкому быстротоку, в старое русло Кубани, виднеющееся у основания плотины на тридцатиметровой глубине, и затем движется несколькими тонкими потоками, разделенными мелями, своим обычным путем на север, к Невинномысску. Большую же часть воды распределительный шлюз направляет в канал, «всползающий» на самую высокую правобережную террасу долины Кубани, по которой около миллиона лет назад протекала прабабушка современной реки — Пра-Кубань.

В свое время Пра-Кубань выровняла поверхность террасы, устлала ее галечником, кое-где оставила углубления — «старицы», на месте которых впоследствии сформировались Большое и Малое Баталпашинские озера. Русло Пра-Кубани тянулось дальше на север, в район современного села Курсавки. Здесь оно разделялось на два потока: один из них шел на восток, к Каспию, другой на запад, к Черному морю. Глубокое долинообразное понижение между Ставропольской возвышенностью и Воровсколесскими высотами, по которому проходят автомагистраль и железная дорога на Минеральные Воды, называемое иногда «Армавирским ветровым коридором», впервые было пропилено разветвляющимися протоками Пра-Кубани.

В дальнейшем Кубань свернула на запад, выработав себе более прямолинейное русло в направлении от станицы Усть-Джегутинской на Невинномысск. Наследниками же ее древних восточного и западного протоков в покинутой Кубанью долине стали речки Куршава и Барсуки.

Воды современной Кубани, направленные в русло БСК, следуя по дороге своей прабабушки, претерпевают куда больше всяких изменений и превращений, чем воды ее прародительницы.

Сперва вода Кубани попадает в котловину главного Баталпашинского озера, превращая его в самое гигантское на Ставрополье водохранилище — Большое, зовут его также и «Черкесским морем». Площадь его достигает 50 квадратных километров, максимальная глубина 30 метров, а запас воды будет доходить до 1 миллиарда 300 миллионов кубометров.

Водохранилище уникально, подобных ему нет в Советском Союзе, на нем установлена обратимая ГЭС. Летом, когда Кубань полноводна, водохранилище запасает воду на зиму. Кубанская вода, проходя в котловину водоема через турбины ГЭС, вырабатывает электроток. Зимой те же турбины служат насосами, подающими воду из водохранилища в продолжение канала на север.

Прекрасный вид на «Черкесское море» открывается с дороги из областного центра Черкесска к Кавминводам, проходящей полями совхоза-техникума «Кавказский». С севера древнюю террасу Кубани ограничивают сухие уступы невысоких Сычевых гор. К югу, на беспредельной равнине, уходит вдаль обширная водная гладь, меняющая свою окраску от светло-синей при безоблачном небе на свинцово-серую при пасмурной погоде, золотисто-розовые тона при восходе и заходе солнца. Кажется, что этот водоем не имеет берегов, лишь где-то далеко на юге просвечивает синяя полоса гребня постепенно повышающегося Скалистого хребта, над которым высится, дополняя величие пейзажа, громадный двуглавый конус Эльбруса.

Водохранилище выполняет свою главную задачу по хранению воды, щедро снабжает ею своих клиентов, число которых все возрастает. Его водой питается магистральный канал, орошаются поля и сады колхозов и совхозов. По мощным трубам вода идет к городам-курортам Кавминвод. Отдыхающий, прибыв в Пятигорск, никогда не видевший реки Кубани, может испробовать ее воды, доставленной сюда с эльбрусских ледников. Большое будущее в этом водоеме имеют рыборазведение и рыболовство.

Спуск от озерной террасы к Армавирскому коридору, к реке Куршаве и Барсукам вода Кубани производит по-особому не так, как сбрасывались по камням какого-либо водоската воды ее прародительницы. По пути вода проходит через несколько распределительных шлюзов, через трубы, подводящие воду к 1-й и 2-й Куршавским ГЭС, через турбины этих станций, котловины регулирующих водоемов и, наконец, достигает водораздела между Черным и Каспийским морями, расположенного в средней части Армавирского коридора.

Здесь канал начинает делить свои воды. Большая масса воды продолжает свой путь по главному руслу к истокам Калауса. Небольшое количество поступает в реку Куршаву, оживляя ее русло, другая часть направляется на запад в верховья речки Барсуки, по руслу которой вода возвращается Кубани у станицы Барсуковской. По дороге на запад кубанская вода образует еще два водохранилища, приводит в движение турбины 3-й и 4-й ГЭС (Барсуковских), дает воду Невинномысскому химкомбинату.

Комплекс четырех ГЭС на спуске БСК, называемом «Кубанским каскадом», имеет общую мощность 280 тысяч киловатт, вырабатываемая им энергия поступает в общую энергетическую сеть Северного Кавказа.

Облицовка магистрального канала Кубань-Калаусской системы.

Главное русло БСК, огибая с запада водораздельный участок Армавирского коридора, сворачивает на северо-восток к расположенному в открытой степи Калаусскому распределительному шлюзу, представляющему целый гидроузел. Вправо от него отходит канал (распределитель) Широкий, тянущийся почти на 100 километров вдоль южного подножья Прикалаусских высот. Он обводняет восточный участок Армавирского коридора, орошает его поля, пополняет водой реку Суркуль, низовья Сухого и Мокрого Карамыков и доносит кубанскую воду до реки Кумы у Зеленокумска.

У западного подножья горы Брык через щиты распределительного шлюза кубанская вода сбрасывается в каньонообразное русло Калауса, и далее совершает трехсоткилометровый путь к Чограйскому водохранилищу через Сергиевское, Светлоград, Ипатово, Воздвиженское и другие населенные пункты.

Калаус, как мы уже говорили, выделялся среди рек Европейской части СССР по мутности, засоленности воды и по неравномерности стока. Если в среднем за год он давал по 2.кубометра воды в секунду, то в половодье расход увеличивался в 50 раз, потом снижался до нуля, но при сильных ливнях река вновь вздувалась, пронося в секунду до 120 кубометров воды, больше, чем в среднем Кубань у Невинномысска. Жители никогда не знали, какой увидят завтра свою реку — то ли пересохшей, то ли бушующей, сносящей мосты, затопляющей поля.

С 1967 года прежнего Калауса не существует. По его руслу все время струится вода в количествах, обеспечивающих потребности обводняемых им населенных пунктов. Вода в нем еще мутная, с большим количеством минеральных солей, но по мере выщелачивания грунтов качество воды все время улучшается, и она все в больших количествах употребляется для питья, водопоя скота, заполнения рыбоводческих прудов и орошения.

Первая очередь строительства БСК, закончившаяся сооружением магистрального канала в 159 километров и обводнением Калауса, служит головной частью всей обводнительной системы. Она рассчитана на максимальный пропуск, когда будут работать все звенья системы, 180 мі воды в секунду, что превышает мощность Терско-Кумского и Невинномысского каналов, вместе взятых. Она обводняет 718 тысяч гектаров (около 9 процентов территории края) и обеспечивает двойное и тройное увеличение урожаев на 36 тысячах гектаров орошаемых земель.

Кубань на Прикалаусских высотах

Вторая очередь Большого Ставропольского канала (БСК), к сооружению которой гидростроители приступили с начала девятой пятилетки, по цифровым показателям уступает первой очереди. Магистральный канал имеет протяженность всего лишь 67 километров, пропускную способность в 65 кубометров в секунду. Площадь обводнения охватывает 275 тысяч, а орошения 24 тысячи гектаров, но задачи ее не менее важны, а сооружение более сложно, чем первой очереди строительства.

Магистральный канал второй очереди подает кубанскую воду на восточный склон Прикалаусских высот от горы Брык до села Александровского, обводняет водоразделы и верховья левых притоков Кумы: Мокрого Карамыка с рекою Саблей и Томузловки. Канал проходит по пересеченной местности, путь ему преграждают та горы, то балки, то широкие водоразделы между ними.

Начинается магистральный канал второй очереди у того же Калаусского гидроузла. Первые километры он идет на восток, параллельно распределителю Широкому, затем, круто сворачивая на север, встречает первое препятствие — вытянутый с запада на восток отрог Прикалаусских высот в виде гребня, который преодолевает коротким тоннелем № 1 длиной в 1925 метров на глубине 130 метров от поверхности.

Выйдя из тоннеля, вода канала перерезает верховья двух балок и подходит к южному склону основного массива горы Брык у села Крымгиреевского.

Крымгиреевское «метро».

Тоннель № 2, иначе Крымгиреевский, сходен с тоннелем Невинномысского канала, он почти такой же длины — 6155 м, и его тоже пришлось пробивать с помощью метростроевских щитов сквозь толщу плотных майкопских глин, слагающих основание горы Брык. Он проходит под западной окраиной села Крымгиреевского, превратившегося теперь в благоустроенный поселок гидростроителей. Крымгиреевское, можно сказать, имеет свое метро, такого же диаметра и такой же длины, как 1-я очередь Московского метрополитена — от Сокольников до площади Свердлова, но идут по нему не электропоезда, а потоки живительной влаги для ставропольских сухих степей.

На северном склоне Брыка, отделяющемся широкой седловиной от соседних Султанских (Ингеровских) высот Прикалаусской возвышенности, расположен выходной портал Крымгиреевского тоннеля. Вода, вырвавшись из подземелья, движется в широком, тридцатиметровом, русле канала, пересекая седловину и огибая верховья балок Крученой и Татарки, разрезающих восточный склон Султанских высот.

Из таких колец сооружается дюкер через долину реки Мокрой Сабли.

В верховьях реки Сабли канал вновь становится прямолинейным и коротким тоннелем № 3 (Саблинским) длиною в 490 метров, пересекает водораздел между Сухой и Мокрой Саблями. Но и на этом не кончаются перипетии кубанской воды, ушедшей от своих истоков на 350 километров в глубь ставропольских степей. Не успев выйти из тоннеля, ей приходится «перешагнуть» открывшуюся на пути широкую балку Мокрой Сабли и нескольких ее отвершков с помощью трехкилометрового дюкера. Кубанская вода, путешествующая по Прикалаусским высотам, уходит в вертикальный бетонный цилиндр дюкера у правого берега балки, движется по трубам, уложенным по дну, и поднимается вверх в цилиндре у противоположного склона балки, откуда продолжает свой путь к верховьям Томузловки — наиболее значительной речки Калаус-Кумского водораздела.

Магистральный канал второй очереди БСК, проходя в верхней части Прикалаусских высот, на уровне 450–430 м перерезает истоки Мокрого Карамыка, Томузловки, верховья их многочисленных отвершков и балок: Крученой, Татарки, Сухой и Мокрой Сабель, дает им воду.

Казалось, что с обводнением этих русел кубанской водой функции гидростроителей будут выполнены. Но главная задача мелиораторов — подать воду на водораздельные пространства, где расположены основные массивы посевов. Ведь из глубины балок поднять воду на водоразделы трудно. Поэтому одновременно со строительством магистрального канала создавалась серия его ответвлений-распределителей: Саблинского, Чернолесского, Александровского и других. Они проходят по высокой части водоразделов, имеют ряд водохранилищ, обеспечивают орошение полей, подают воду населенным пунктам в глубине балок.

Митинг при сбойке первых двух участков Крымгиреевского тоннеля.

Строительство второй очереди БСК, включенное Директивами XXIV съезда КПСС в число пяти основных гидротехнических сооружений девятой пятилетки, — это одна из главных Всесоюзных комсомольских строек в нашем крае. Здесь трудятся, соревнуясь друг с другом, тысячи комсомольцев Ставрополья и других областей страны. Вместе с ними работает много заслуженных ветеранов гидростоительства, создавших Невинномысский, Ферганский каналы, Куйбышевскую, Красноярскую ГЭС, московское метро. Они передают свой опыт молодым энтузиастам. Строительство наиболее трудоемкого звена БСК — тоннелей — в центре внимания трудящихся всего края. Ежедневные сводки о работе на БСК публикуются в краевых газетах.

Строителями уже одержано много побед. 19 апреля 1971 года на БСК был праздник. В Крымгиреевском тоннеле произошла сбойка — соединение участка, пробиваемого от входного портала, с участком, проходимым навстречу ему от шахты в средней части тоннеля. Сбойка показала хорошую работу проходчиков, оба отрезка тоннеля совпали друг с другом без каких-либо отступлений в направлении и размерах. Эти и другие успехи окрылили строителей на дальнейший ударный труд.

Сбылись мечты хлеборобов

В то время как сооружались первая и вторая очереди БСК, в научно-исследовательских и проектных институтах разрабатывались детальные проекты дальнейших очередей этой гигантской стройки.

Сейчас уже вырисовываются их общие контуры. Магистральный канал третьей очереди, стокилометровой долины, пройдет от верховий Томузловки до истока реки Мокрой Буйволы. Он обводнит обширную густонаселенную территорию между этими реками. Его трасса пройдет вблизи населенных пунктов: Александровского, Калиновки, Грушевского, Высоцкого, Гофицкого и других. Воду получают не только реки Мокрая Буйвола, но и многочисленные левые притоки Томузловки — реки Грязная, Журавка, балка Щелкан. По водоразделам пройдут каналы-распределители: Гофицкий, Октябрьский, Ленинский, Журавский, Искровский. По площадям орошения этот участок системы далеко превзойдет ее другие части.

Магистральный канал здесь будет строиться в столь же сложных условиях рельефа, что и на предыдущем отрезке. Придется пробивать тоннели, строить дюкеры, возводить насыпи, бороться с оползнями, с просадками грунта, с агрессивными подземными водами.

Часть кубанской воды, дошедшей до истоков Мокрой Буйволы, будет сбрасываться в реку Калаус, обводняя балки, спускающиеся с западных склонов Прикалаусских высот — Бурцеву и Донскую, а также Кисличную, в глубине которой разместился город Светлоград. В обводненных балках будут развиваться виноградарство и садоводство.

Заключительным звеном гидротехнического строительства на центральном Ставрополье будут работы по обводнению северной части Прикалаусских высот и обширного левобережья Калауса.

Каналы, проводимые в низкой, полупустынной части Прикалаусских высот, должны будут давать воду рекам Айгур, Рагули, Арзгиру. По их руслам кубанская вода дойдет до Манычской долины и Чограйского водохранилища, обеспечивая по пути орошение полей.

В левобережье Калауса предусматривается подача кубанской воды на водораздел между Егорлыком и Калаусом. Проектируемое в этом районе ответвление канала называют Янкульским, или Ставропольским. Начинаться он будет от того же Калаусского гидроузла, где для него уже готов бетонный лоток. Отсюда канал направится на северо-запад через Янкульскую котловину, пройдет через село Надежду в семи километрах к востоку от Ставрополя, затем свернет на северо-восток к истокам реки Большой Кугульты. На своем протяжении он должен будет обводнить Янкульскую степь, без чего задерживается ее заселение и освоение, дать воду левым притокам Калауса, спускающимся со Ставропольской горы: Ташле, Грачевке и другим. На каналах возникнут водохранилища, заполнится водой котловина ныне заболоченного Вшивого озера. Все эти водоемы будут использоваться жителями Ставрополя как курорты выходного дня.

Кубанская вода орошает поля Ставрополья.

Наибольшие трудности в строительстве Ставропольского канала возникнут при пересечении Янкульской котловины, где выходят на поверхность выветрившиеся засоленные майкопские глины, развиты оползни и овраги. Но советским гидростроителям, имеющим громадный опыт создания гидротехнических сооружений, эти преграды уже не страшны.

С обводнением центральной части Ставропольского края, охватывающей более 3 миллионов гектаров (32 % площади края), осуществятся извечные мечты жителей о воде, будет выполнено решение Центрального Комитета ВКП(б) и Совета Народных Комиссаров Союза ССР 1935 года «…о проведении мероприятий, полностью обеспечивающих сельское хозяйство Ставрополья водой».

К этому времени на равнинах края не останется естественных рек, их работа будет регулироваться волей человека. Может быть, даже придется какую-либо небольшую реку оставить необводненной как памятник прошлых времен, чтобы ярче было видно, чего сумели достичь в преобразовании родной природы трудящиеся Ставрополья.

Оросительные каналы, эти артерии новой жизни, снабдят степи нужной им влагой и на наших глазах изменят их облик. Вода, бесполезно стекавшая прежде в моря или испарявшаяся с поверхности почвы, будет обеспечивать высокие урожаи культурных растений и способствовать развитию других отраслей хозяйства.

Сбудутся пророческие слова великого Ленина: «Орошение больше всего нужно и больше всего пересоздаст край, возродит его, похоронит прошлое, укрепит переход к социализму».

Примечания

1

богини утренней зари

Content

Владимир Георгиевич Гниловской
Вулканы Ставрополья

Биография Эльбруса

Снеговая шапка великана

Покоренный исполин

Гора Машук

Пятигорский Большой Провал

Тайны горы Развалки

Вечная или летняя мерзлота?

В гостях у Плутона

Медные горы Урупа

Томузловские чудовища

Гора Стрижамент

Сенгилеевская котловина

Сенгилеевское море

Кладбище насекомых

Возможны ли теперь географические открытия?

Подземные зоологические музеи

Есть ли в вашем селе окрестности?

Доклад Лиды Носовой об экскурсии на Соляное озеро

Кубань-Егорлыкская обводнительная система

Обводнение Прикумья

Большой Ставропольский канал

Кубань на Прикалаусских высотах

Сбылись мечты хлеборобов

Примечания