По дороге могущества. Книга пятая: Лик Кальмуара.

Глава 1

Последняя просьба Дэриора Брантара Драйторна…

Когда на поясе материализовалась призванная схроновая сумка, я извлёк из неё длинную, прямоугольную шкатулку из алого дерева, уголки которой были искусно окованы отливающим синевой металлом, похожим на насыщенный кристалл. С гулко бьющимся сердцем проведя чуть подрагивающей ладонью по гладкой, холодящей кожу лакированной поверхности крышки и ощутив странное покалывание, словно от прикосновения к энергетическому потоку, я бережно поставил ларец перед собой на стол. Мой взгляд тут же оказался прикован к вытянутому символогическому ромбу, расположенному на месте замка, в центре которого тлела витиеватая руна.

Затаив дыхание, я прижал палец к поблескивающему символу и меня охватило уже знакомое чувство проходящей по всему телу освежащей волны силы, а сама руна в это самое мгновение ярко засверкала. Миг - и явственно слышится громкий щелчок.

Невольно сглотнув, я положил ладони на края крышки, замер на долю мгновения, а затем медленно открыл шкатулку, дарованную мне самим королём Рэйтерфола.

Несколько долгих секунд я внимательно рассматриваю содержимое магического ларца, а затем протягиваю руку и медленно достаю из него два аккуратно сложенных прямоугольника бумаги, края которых были схвачены алой восковой печатью с оттиском герба Рэйтерфола: города на фоне гигантского, раскинувшего ветви дерева. На одном красивым почерком было написано “Саргону”, а на другом “Брату”. Второе я тут же положил рядом со шкатулкой, а первое взял в обе ладони и, чуть помедлив, осторожно вскрыл письмо.

Печать переломилась с сухим треском, приятно зашуршала разворачиваемая бумага, а затем я погрузился в чтение, задумчиво скользя глазами по аккуратным, витиеватым строкам, при этом испытывая странное, успокаивающее наслаждение от прикосновения пальцев к шершавому листу.

“Приветствую тебя в последний раз, Саргон.

Очень надеюсь, что наш план завершился успехом и ты читаешь это письмо будучи в абсолютной безопасности, также, как и все жители Рэйтерфола. Если же нет… Что ж, на всё воля Древних.

Должен сказать, что ты являешься одним из тех немногих, кому удалось меня по настоящему удивить. Редкий Посланник, только покинувший Колыбель, способен добиться столь многого за такой короткий срок, а повидал я подобных тебе немало, уж поверь. Если честно, в своём стремлении идти к намеченной цели несмотря ни на что, ты неожиданно напомнил мне одного очень важного для меня человека, который тоже умел удивлять, как никто другой - моего дорогого отца Брантара. Он был поистине выдающейся личностью, умный, невероятно добрый и донельзя харизматичный. Однако, также, как и ты, умел с завидной регулярностью вляпываться в различные неприятности! О, Боги! Мы пережили с ним столько невероятных приключений, что впору писать книгу! То были прекрасные времена… Знаешь, а ведь я не вспоминал о нём долгие годы, а теперь, смотря на тебя, вижу его, словно во плоти, и не могу сдержать теплой улыбки. И удивительно, но этому не мешает даже то, что ты лимрак. Никогда бы не подумал, что не только не прикажу сразу же убить лимрака, но и сам, собственноручно и без всякого принуждения, возведу в трогранды королевства и буду готов доверить ему свою жизнь. Хотя, последние события показывают, что многие и из моих подданных готовы безропотно и воодушевлённо идти за тобой, и это многое говорит о тебе, как о лидере. И это, вне всяких сомнений, честно заслужено тобой, кровью и потом.

Саргон, я бы хотел ещё раз сказать тебе спасибо за моего сына, Вельхорка. Спасибо за то, что вернул мне его тело. И нет, я не виню тебя в его гибели. Да и в развязывании войны с силзверами тоже. Просто ты невольно послужил тем самым мелким камешком, что, наконец, не выдержал давления и вылетел из под громадной глыбы, из-за которой образовался настоящий селевой поток, грозящий захлестнуть абсолютно всех. Я прекрасно понимаю, что этой войны было не избежать. Рано или поздно она непременно началась бы, с тобой или без тебя. И кто знает, как бы всё закончилось, не возродись ты в Колыбели Рэйтерфола.

Это так странно... Даже осознавая всю неизбежность своего скорого ухода из этого мира, я остаюсь абсолютно спокоен и не страшусь будущего. А знаешь, почему? Потому что во мне непоколебима уверенность в том, что ты, Саргон, сделаешь всё возможное, чтобы выжившие жители Рэйтерфола оказались в безопасности. Я понял это ещё тогда, когда ты спас пепелчан от верной гибели, а затем раз за разом поднимался на стены, чтобы защитить город, хотя мог бы спокойно обратиться в силзвера и оставить нас на милость Древних. Тебе небезразлична судьба обычных людей, и я искренне ценю в тебе это качество. Храни его, ведь именно оно делает тебя поистине великим.

Что ж, вот и подходит конец моей истории. Но не твоей. Уверен, что ты ещё не раз встряхнёшь Древнир до самого основания. И, если уж мне не дано увидеть восхождение новой Легенды этого мира своими глазами, то тогда я немного схитрю и хотя бы сделаю так, чтобы оказаться сопричастным к твоей будущей славе.

В шкатулке ты найдешь заверенные всеми необходимыми печатями и подписями документы, которые официально подтверждают то, что я, король Рэйтерфола Дэриор Брантар Драйторн, усыновил Посланника Древних по имени Саргон, и что он отныне является моим единственным законным наследником, приняв на себя имя Саргон Дэриор Драйторн. А это означает, что после моей скорой смерти именно ты, Саргон, будешь являться королём Рэйтерфола.

Признайся - я ведь смог тебя удивить, не правда ли? Однако ты вправе не принимать этого дара и всех тех обязанностей, которые он неизбежно за собой повлечёт. Для этого тебе всего лишь нужно вновь запереть шкатулку и до поры спрятать её на дно своей бездонной сумки. Однако же, если всё же решишь принять этот маленький подарок дряхлого короля, на что я очень надеюсь, то тебе необходимо завершить процедуру усыновления и дальнейшего приёма власти над королевством. Если для первого достаточно просто внести своё имя и подпись, то для второго тебе требуется достать из шкатулки и взять в руку королевский управляющий артефакт - после того, как ты примешь фамилию Драйторнов, произойдёт его активация и ты сможешь вступить в свои законные права.

Кстати, о них. Вернее, о некоторой материальной составляющей, которая наверняка придётся тебе по вкусу.

Рэйтерфол не просто одинокий город и несколько мирянских деревень, как может показаться на первый взгляд. Династии Драйторн принадлежат обширные земли, замки, имения и разнообразные ремесленные предприятия во многих королевствах Объединённого Архиона, и это не считая солидного банковского счёта у Монетизаторов, а также уже виденного тобой тайного хранилища в подземельях Рэйтерфола. Оно скрыто очень надёжными чарами, так что шанс его обнаружения силзверами необычайно мал. Правда, для того, чтобы воспользоваться всем накопленным там добром, придётся отвоевать город у силзверов - но это ведь сущая мелочь, не правда ли?

И ещё одна важная вещь.

Саргон, ты должен знать - у меня есть младший брат. Когда-то очень давно он избрал собственный путь и отказался от публичного вмешательства в жизнь Рэйтерфола. Однако непублично он всегда был рядом, неизменно поддерживая как меня лично, так и всё королевство в целом. Я нисколько не сомневаюсь в том, что если он выживет, то ты обязательно повстречаешь его. В этом случае, будь столь добр передать ему письмо, которое также находится в шкатулке. Можешь без всяких сомнений доверять ему, он поможет тебе во всём разобраться и посвятит во все политические тонкости, с которыми тебе в будущем придётся столкнуться.

Ну вот и всё. Надеюсь, что это поможет тебе спасти всех, кому не посчастливится угодить под молот разверзшейся войны. Ведь, несмотря на все свои недостатки, каждый из населяющих Древнир достоин мирной и счастливой жизни, такой, какой хотел для них мой отец.

Прощай, Саргон. Сохрани наследие моего отца Брантара, и носи фамилию Драйторн с гордо поднятой головой. Уверен, вместе с твоим именем она когда-нибудь обязательно войдёт в легенды Древнира.

Твой возможный отец, король Рэйтерфола Дэриор Брантар Драйторн.”

Когда я, наконец, закончил чтение, то с застывшей на губах тёплой улыбкой поднял глаза на старого жаброида, и протянул ему письмо.

- Прошу Вас, господин Хайзен.

С задумчивым видом приняв от меня послание своего погибшего короля, староста Выдрихи на несколько долгих мгновений углубился во внимательное изучение документа.

- Что ж, - губы Хайзена тронула улыбка и он взглянул на меня, - это в корне меняет дело. Если, конечно, ты согласен выполнить все изложенные в письме формальности.

- Разумеется.

Достав из шкатулки небольшой кожаный тубус, вытряхнул из него красиво оформленный документ по усыновлению, развернул и тщательно ознакомился. Задержав взгляд на своём обновлённом полном имени, вновь пробежался глазами по содержимому ларца и вытащил из специального углубления тонкую серебряную палочку с заострённым пером на конце. С любопытством осмотрев искусную гравировку с расположенным в центре прозрачным стеклом, сквозь которое можно было разглядеть какую-то бесцветную жидкость, я зажал пишущий инструмент в пальцах и тут же почувствовал, как от меня к нему потянулся едва заметный ручеёк пустарной энергии. С интересом понаблюдав за тем, как жидкость внутри стального пера окрашивается сияющим синим цветом, я опустил руку к документу и, замерев на мгновение, решительно поставил своё имя и подпись - буквы на миг окрасились завораживающим блеском, а затем приняли вид насыщенных синих чернил.

Вернув перо и тубус обратно в шкатулку, я протянул руку и осторожно коснулся пальцами королевского управляющего артефакта, представляющего из себя узкий длинный цилиндр из чёрной стали с острыми вытянутыми концами, состоящий из девяти металлических тёмных дисков, с вырезанным на каждом из них алфавитом магических рун, отчего он напоминал криптекс. Чуть помедлив, я сжал его в ладони и вытащил из бархатного разъёма, тут же удивившись его солидному весу. Несколько секунд ничего не происходило, однако потом моя враз напрягшаяся ладонь словно прилипла к артефакту, будто он был наполнен магнетическим потоком энергии. Мышцы стянуло до самого плеча, а моя жизненная и пустарная силы стали безжалостно вытягиваться волшебным предметом. Рунические диски с засветившимися символами пришли в движение, складываясь в одну только им известную комбинацию, а когда последний знак встал на своё место, сверкнула слепящая вспышка и мою душу словно пронзили миллионы острейших игл.

Внимание! Задание “Последняя воля Короля” выполнено!

Король Рэйтерфола Дэриор Брантар Драйторн передал вам магический ларец и попросил открыть его только тогда, когда вы выберетесь из окружения, покинете город и окажетесь в безопасности.

Награда за выполнение : содержимое ларца.

Внимание! Вы были усыновлены Дэриором Брантаром Драйторном!

Влившись в семью Драйторн, ваше полное имя отныне будет звучать как Саргон Дэриор Драйторн. Также, став членом королевской династии Драйторн, вы обретаете дворянский статус и титул принца королевства Рэйтерфол.

Награда : Харизма +1 (Общее значение показателя Харизмы теперь равняется “2”); Репутация с королевством Рэйтерфол повышается на +15 (Итого общее значение равняется “+62” (Уважение)); Глобальная репутация повышается на +8 (Итого общее значение равняется “+20” (Слухи о вас начинают блуждать в народе)).

Внимание! Ваш отец, Дэриор Брантар Драйторн, мёртв!

В связи с героической смертью вашего отца Дэриора Брантара Драйторна, а также его старшего сына и вашего брата Вельхорка Дэриора Драйторна, вам переходит титул Короля королевства Рэйтерфол! Отныне Вы законный правитель этих земель, король Саргон Дэриор Драйторн! Правьте мудро и справедливо, и да не сводят Древние глаз с Вашего Пути!

Награда : Харизма +1 (Общее значение показателя Харизмы теперь равняется “3”); Репутация с королевством Рэйтерфол повышается на +15 (Итого общее значение равняется “+77” (Дружба)); Глобальная репутация повышается на +10 (Итого общее значение равняется “+30” (Информация о вас достигает дворянских ушей и ваша личность становится предметом обсуждения и пересудов)).

Внимание! Вам доступен для использования королевский управляющий артефакт “Драйторум”!

Будучи символом власти, Драйторум является прямым подтверждением вашего королевского статуса, а также предоставляет вам доступ к списку всех ваших подданных и к подробным данным о финансовом состоянии королевства. Помимо этого Драйторум можно использовать в качестве особого мощного проводника магической энергии, а также создать из артефакта Королевское Оружие Правителя Рэйтерфола или Королевские Доспехи Правителя Рэйтерфола. Кроме перечисленного, артефакт применяется в качестве ключа к счёту и хранилищу в банке Монетизаторов, а также необходим для прохода в скрытые магией королевские сокровищницы.

Королевский Управляющий Артефакт “Драйторум”.

Ранг : 5 - Зармадиевый.

Урон : Недоступно! Требуется пройти активацию артефакта в замке Правителя!

Прочность : 50 000 единиц.

Особые свойства :

1) Список подданных королевства Рэйтерфол ( Недоступно! Требуется пройти активацию артефакта в замке Правителя! );

2) Финансовое состояние королевства Рэйтерфол ( Недоступно! Требуется пройти активацию артефакта в замке Правителя! );

3) Трансформация в Королевский Проводник Магии Правителя Рэйтерфола ( Недоступно! Требуется пройти активацию артефакта в замке Правителя! );

4) Трансформация в Королевское Оружие Правителя Рэйтерфола ( Недоступно! Требуется пройти активацию артефакта в замке Правителя! );

5) Трансформация в Королевские Доспехи Правителя Рэйтерфола ( Недоступно! Требуется пройти активацию артефакта в замке Правителя! ).

Воздух с шумом вылетел из груди.

Вот и всё.

Я поднял взгляд на Хайзена и он учтиво склонил голову.

- Примите мои поздравления, Ваше Величество.

Шейди вскинула брови.

- Я вот чот немного не поняла…

Нахмурившаяся Скайдэн кивнула.

- Я тоже сейчас не совсем сообразила.

- Саргон Дэриор Драйторн отныне является официальным правителем королевства Рэйтерфол, - спокойно пояснил старый жаброид, а затем вновь обратился ко мне: - Милорд, я присягал в верности династии Драйторнов, и потому признаю ваше законное право на престол и обязуюсь также исправно выполнять данные мне вами поручения, как то было при прошлом, ныне покойном короле Дэриоре. Однако, моим долгом является сообщить, что в сложившихся на наших землях обстоятельствах я не могу более выражать волю всех мирян, населяющих мою деревню, и потому не ручаюсь за их преданность королевству.

Скайдэн вытянула лицо.

- Саргон Дэриор Драйторн?!

Я криво усмехнулся и дёрнул плечами.

- Ну да. Король Дэриор меня официально усыновил.

Шейди громко присвистнула.

- Неплохой такой карьерный рост.

- Это точно. - Я вернул обратно в шкатулку управляющий артефакт и письма, закрыл крышку и на несколько мгновений погрузился в размышления. А затем, глубоко вздохнув, посмотрел на старосту: - Мастер Хайзен, прошу вас, как и раньше, обращаться ко мне просто по имени. Также я не думаю, что пока кому-то, кроме нас, следует знать о моём изменившемся статусе. - Обведя глазами всех присутствующих, я продолжил: - Что же касается выдрихинцев - я бы попросил вас, мастер Хайзен, повременить с запланированным отъездом из деревни. Причиной для этого является то, что я напишу письма старостам остальных мирянских деревень Рэтерфола, в которых будет говориться о потере столицы и о нависшей над ними силзверской угрозе, в связи с которой им всем требуется покинуть родные края и как можно скорее направиться сюда, в Выдриху, где их с дальнейшими указаниями будет ждать трогранд Рэйтерфола. Королевская печать для заверения указов у меня имеется, - я похлопал пальцами по шкатулке. - Шейди, Скай - вы являетесь самыми сильными и быстрыми силпатами, и поэтому я хочу, чтобы вы остались здесь и занялись доставкой этих писем, а также охраной мирян. Хайзен отметит на ваших дриаровых картах расположение всех деревень. Верно?

Старый жаброид кивнул.

- Конечно. Мне известно о каждой из них.

- Вот и славно.

- Погоди, - Шейди взмахнула ладонью, - а что будешь делать ты?

Я взглянул ей в глаза.

- А разве не очевидно? - Мои губы растянулись в усмешке. - Отправлюсь в Афилем.

P. S.

Одна небольшая просьба - оставьте свой отзыв о всей серии в целом в комментариях к первой книге цикла ПДМ - https://author.today/work/12790 - это бы очень помогло новым читателям определиться с тем, стоит ли им начинать читать данный цикл.)

Глава 2

Чёрная виверна стремительным росчерком пронзала небеса подобно падающему метеору, а её и без того едва различимая в вышине фигура время от времени терялась в нависших снежных облаках. Не обращая внимания на безумный холод и нарастающую на чешуе ледяную корку, она упорно летела к своей цели, сопротивляясь сильнейшим воздушным потокам и при этом тщательно наблюдая за раскинувшейся внизу сетью дорог, на которых всё чаще и чаще были видны вереницы скачущих, едущих, а порой и просто бредущих к столице герцогства силпатов, коим не было числа. И порой, когда она была абсолютно уверена в собственной невидимости, кто-то из могучих воинов неожиданно поднимал взгляд и, казалось, цепко всматривался прямо в неё. В таких случаях она предпочитала не рисковать понапрасну, тут же зарываясь в гущу облаков и меняя маршрут.

Однако всё это подтверждало мои опасения - среди призываемых в Афилем силпатов будет немало если и не превосходящих меня по силе, то как минимум равных, а это радости не вызывает. Хотя сложно было ожидать чего-то иного, ведь если я смог подняться на подобную ступень могущества всего за несколько месяцев, то что говорить о тех, кто прошел не одну войну, а десятки? И это не упоминая сотни сражений, каждое из которых на порядки усиливало победителя.

В глубокой задумчивости я потянулся мыслью к дриару.

Я не особо активно участвовал в бойне у Выдрихи, позволив мирянам как следует вкусить плод того невиданного могущества, от которого они отказались, однако совсем уж без униаров я не остался. И пусть мне довелось отправить к Баглорду лишь троих силзверов, но они отнюдь не были слабаками, да и благодаря 11% “Хищения” от их Несгораемого Запаса удалось отщипнуть далеко немаленькие 10 879 516 униаров, которые сейчас и стоит распределить, чтобы не привлекать в Афилеме излишнего внимания - благо, в своё время убийца Лаксус преподал мне хороший пример того, как поступать не стоит, потому не буду в очередной раз наступать на одни и те же грабли.

Во-первых, пока есть очки силы, вновь усилю “Хищение”. Думаю, десяти тактов, до 120% освоения, вполне хватит - на это уходит 1 155 000 униаров. Теперь поглощение с Несгораемого Запаса убитых составляет 12%.

Далее повышу “Бугая” до максимального такта, чтобы получить +100% к Единицам Жизни и выносливости вместе нынешних +50% - 3 775 000 униаров занимают своё почётное место.

В оставшиеся недоразвитыми способности “Удар”, “Прыжок” и “Слух Дравэрина” тоже стоит немного вложиться - скажем, до 50% такта каждый. Это обходится мне в 1 720 000 униаров, о трате которых я нисколько не жалею.

Собственно, ”Гуру боевых искусств” тоже разовью до пятидесятого такта за 1 155 000 униаров.

На “Схроновую Рунирную Систему” у меня всё ещё есть многообещающие планы, потому немного раскачаю и её - плюс пяти тактов хватит, чтобы добить до 40 - уходит ещё 190 000.

Ну и напоследок расовые способности лимрака. В первую очередь меня интересует “Мощь Лимрака I - Атрибуты” и “Мощь Лимрака II - Грани”, которые в связке со способностями Дравэрина создадут ту ещё гремучую смесь. Без тени сомнения вливаю 1 325 000 униаров в первую грань и повышаю её до 65 такта, а во вторую 779 000 униаров, чтобы развить до 50 такта.

Не забываю и о “Мощь Лимрака III - Навыки” и “Мощь Лимрака IV - Специализации” - в общем за 648 000 униаров поднимаю их до 40 такта.

Завершаю процедуру совершенствования способностей вливанием в грань “Опытный мастер длинных мечей” 130 000 Очков Силы - форму лимрака как скрытый козырь следует держать в секрете как можно дольше, поэтому Халдорн мне пригодится ещё не раз, это непреложный факт.

Что ж, остаётся лишь распределить Очки Атрибутов, коих вышло 600 штук. Но здесь всё предельно ясно - всё на Зеро.

Разум: 3018 + 600 = 3 618.

На этом всё. Напоследок мазнув взглядом по оставшимся 5 520 униарам в Расходном Запасе, разрываю связь с дриаром.

Столь желаемая волна наслаждения хлынула по телу, наполняя душу и мысли спокойствием и необычайной уверенностью в собственном всемогуществе. И словно бы в подтверждение того, что границы допустимых пределов отныне расширены, дриар тут же поспешил поделиться новой информацией.

Внимание! Грань “Бугай” достигла 100% освоения! Открыта возможность развивать грань выше сотого такта, где каждый новый такт грани будет также равен дополнительному 1% к увеличению общего запаса Единиц Жизни!

Что ж, это было ожидаемо - после того, как следом за “Хищением” подобное расширение затронуло и “Увеличение пустарного запаса”, было бы странным, если бы “Бугай” не получил такую же возможность.

Сверившись с дриаровой картой, я сосредоточился на полёте, при этом не забывая внимательно рассматривать расстилающиеся внизу земли афилемского герцогства, чтобы работающие навыки картографа использовались по максимуму, заполняя неумолимо отступающую черноту личной карты мельчайшими подробностями. Однако как бы мне не нравилась даруемая крыльями скорость и свобода, когда отмеченная точка столицы приблизилась достаточно близко, всё же пришлось спуститься с небес на землю.

Выбрав пустынное заснеженное поле, я пикировал вниз. Уже у самой земли распахнув прижатые к телу крылья, пробороздил снежную насыпь и замер, распластавшись и выдыхая из ноздрей горячий воздух. Не торопясь, я внимательно прислушивался и оглядывался вокруг, и лишь убедившись в том, что опасности действительно нет, начал обратную трансформацию.

Глубоко в груди большой чёрной виверны начали формироваться кости, а затем и стремительно обрастающие плотью, сетью жил и кровеносных сосудов пульсирующие органы. И когда оболочку стала покрывать кожа, чешуя между лопаток ящера с жутким треском разорвалась и из её нутра медленно поднялся расправивший плечи человек.

Ещё раз осмотревшись вокруг, я сошел по крылу на землю, активировал “Вторую кожу” и облачился в зимнее походное снаряжение. Взявшись за торчащую у правого плеча рукоять висящего за спиной Халдорна, проверил, легко ли вытаскивается лезвие, и осмотрел закреплённый на левом плече “Щит Светочи”.

Обернувшись, бросил взгляд на начавшее распадаться чёрной жижей тело виверны, а затем накинул на голову глубокий капюшон и сквозь зарождающуюся метель направился к дороге, ведущей в Афилем.

P.S.

Существует приложение для чтения Автор Тудея - качайте в плеймаркете, в нём есть и функция оффлайн чтения.

Глава 2. Часть 2.

***

Выдыхая клубы горячего пара, я стоял на невысоком холме и рассматривал стены возвышающегося впереди города. Расположенный на берегу широкой реки, он был огорожен высокими стенами, из-за которых в небеса устремлялись многочисленные башни герцогского замка, построенного, судя по всему, не столь далеко от кромки практически полностью скованной льдами воды. И также, как и в Рэйтерфоле, столицу окружали сотни деревенских домов обычных работяг, которые, впрочем, сейчас делили свои земли с прибывающими со всего герцогства силпатами.

Мой взгляд скользнул по бесчисленным палаткам, сидящим вокруг разведённых костров людям и привязанным у самодельных стойл различным ездовым животным, среди которых было немало как обычных лошадей, так и уж совсем диковинных тварей, похожих на страусов или лохматых куриц с длинной шеей.

Очевидно, мест в городских тавернах всем не хватило. Сколько же их здесь? Тысяч восемь-десять? И это не считая населения самого города, который в несколько раз больше Рэйтерфола. Ндаа, освободить пленённых жителей моего королевства будет той ещё трудновыполнимой задачкой.

Поправив перчатку, которая скрывала дриарилловую ладонь, я начал неспешно спускаться, продолжая задумчиво рассматривать военный лагерь афилемцев.

- Н-ноо! Посторонись!

Бросив взгляд через плечо, поспешно отошел на край дороги, пропустив груженую телегу. Невольно втянув носом воздух, различил запахи вяленого мяса, сена и пива. Что ж, нет ничего удивительного в том, что такой ораве силпатов нужна гора еды и выпивки. Вопрос только в том, сколько ещё герцог Брассел Сератур будет собирать войска и как скоро он отдаст приказ к наступлению на Храстранхолм.

Дойдя до палаточного городка и оказавшись, наконец, на его территории, я невольно напрягся, осматриваясь вокруг и в ответ ловя на себе пристальные взгляды воинов. Кто-то весело смеялся в окружении товарищей, кто-то расслабленно стоял у своей палатки, жуя соломинку копченого мяса, кто-то ежился у потрескивающего костра, шмыгая и кутаясь в шкуру, а кто-то сидел в отдалении и проводил по лезвию оружия точильным камнем, исподлобья всматриваясь в проходящих мимо Посланников в попытке определить ступень их Силы.

Сила. Она чувствовалась в каждом силпате: порой это был лишь едва заметный ручеёк, но чаще всего попытки почувствовать её границы либо натыкались на глухую, непреодолимую стену, либо на такой запредельный уровень неприкрытой мощи, что её аура давила на плечи неподъёмным камнем.

Каков же предел могущества тех, с кем мне предстоит столкнуться? Смогу ли я вообще конкурировать с такими монстрами? И если это всего лишь призванные герцогом подданные, то насколько тогда всесилен сам Владыка Афилема и его личная гвардия?

Поджав губы, я продолжил свой путь и вскоре миновал перекинутый через глубокий ров подъёмный мост, оказавшись под аркой барбакана.

Дорогу мне тут же преградил один из солдат в налатнике с гербом Афилема: полным сияющих золотых монет кубком на фоне двух скрещенных клинков, с выгравированным на нём изображением сверкающего волшебного посоха.

- Стой! Проходная бирка имеется?

Я качнул головой.

- Нет. Только что прибыл в город.

- Тогда оплати входную пошлину и получи бирку, - кивок в сторону стола, за которым сидел нахохлившийся крючконосый сборщик, кутающийся в чёрные меха и сжимающий в ладонях исходящую паром кружку.

Покорно пройдя к столу, взгляд скользнул по стоящему на нём закрытому стальному ларцу, ящику с какими-то дощечками и распахнутой массивной книге.

- Так, - крякнув, сборщик с неохотой отставил кружку и взялся за перо, торчащее в расположенном рядом с книгой бутыльке с чернилами, - имя твоё и твоего сира?

- Роган, - произношу без малейшего промедления. - А вот сира не имею. Не местный.

- Наёмник? - подняв на меня взгляд, он почесал бородавку на носу.

- Пока не знаю, - я посмотрел в сторону лагеря. - Сначала отдохну в городе, а там уже ясно станет. Хотя вряд ли я пропущу столь знатную заварушку против силзверов.

Сборщик хохотнул.

- И то верно. Тогда плати пятьдесят тайверов. За них ты получишь вот эту бирку с правом пяти входов в город, - он вытащил из ящика и положил передо мной глиняный прямоугольник на верёвочке с цифровыми рунами. - Выход бесплатный, а при входе будем отмечать посещение. Только сразу предупреждаю - в городе все таверны да постоялые дворы забиты, а на улице ночевать нельзя, иначе крепкий штраф.

- Ясно.

Я вытащил из схроновой сумки положенное количество монет и задумчиво передал сборщику.

Хм. Кажется, я немного ошибся - в принципе, герцогу выгодно и чуть оттянуть приближение часа наступления, ведь с каждым днём его казна пополняется на десятки тысяч тайверов, перекочовывающих из карманов собравшихся у его стен силпатов.

- Так, - закинув перо обратно в чернильницу, он сгрёб монеты и бросил их в ларец, на мгновение приоткрыв его стальную крышку, а затем вновь схватил кружку и шмыгнул, - в городе не бузить, драки не затевать, не воровать, не убивать и законы не нарушать, а не то угодишь в тюрьму или нарвёшься на штраф.

- А свод законов где-то можно приобрести? Да и карту города бы не помешало.

- Законы можно у меня же, - снова крякнув, он вытащил из висящей на стуле сумки тонкую брошюру и бросил на стол. - Десять тайверов. Надо сказать, их редко кто спрашивает. А вот карту можешь прикупить в лавке “Афилемские товары”, справа по улице.

- Благодарю, - кивнув, заплатил, и, забрав свод законов и бирку, направился в город.

- Да пожалуйста, - буркнул мне вслед сборщик.

Свернув направо и пройдя буквально несколько метров, увидел нужную торговую лавку: “Афилемские товары: полезные мелочи для новоприбывших и опытных”, и вошел внутрь. В нос тут же ударил приятный запах бумаги, кожи, мехов, ткани и трав. С интересом окинув взглядом длинные приподнятые стойки с прибитыми к ним картами, скользнул глазами по стеллажам с ровными рядам бутыльков, по стопкам аккуратно свёрнутой материи и по свисающим с потолка у стен пучков сухих стеблей, щекочущих ноздри странным ароматом.

- Приветствую вас, - за стойку вышел невысокий, худощавый ящер, больше похожий на хамелеона, с моноклем на левом глазу, цепочка от которого пряталась в нагрудный карман белой рубашки.

- Добрый день, - я коротко кивнул, подходя к нему и опираясь ладонями о стойку. - Меня интересует самая подробная карта города.

- Момент. - Ящер отошел к прислоненным к стене холстам, перебрал их и вытащил один, вернувшись и положив его передо мной. - Вот, ознакомьтесь.

Склонившись над картой и изучив хитросплетения улиц, я неожиданно узнал, что столица герцогства раскинулась на многие километры не только в оба направления от береговой линии, но и занимала изрядную территорию на противоположной его стороне. Сняв перчатку и задумчиво коснувшись пальцами разрисованного пергамента, я удивлённо вздёрнул брови от тут же похолодевшего дриара.

Внимание! Копирование карты в дриар заблокировано! Для переноса карты оплатите её стоимость продавцу!

- О, я вижу, у вас развита специализация картографа, - чуть воодушевившись, заметил хозяин лавки. - Каков ваш процент освоения?

- Вы правы, - я слегка улыбнулся. - У меня пятидесятый такт картографии.

- Что ж, это позволяет вам скопировать карту в дриар без приобретения физического носителя, потому сумма будет чуть меньше. Однако при этом вам будет нельзя передавать схему кому-либо другому или же самому составлять копии карты - для всего этого необходимо купить соответствующую лицензию от её создателя.

- А если я не возьму лицензию и сделаю незаконную копию, или всё же попытаюсь скопировать карту кому-либо в дриар? - с любопытством поинтересовался я.

- На карту наложены защитные чары, которые не позволят вам этого сделать, - охотно пояснил ящер. - Если же вам каким-то образом всё же удастся сломать защиту, то дриар отметит данное нарушение и с вашего счёта у Монетизаторов будет списана полная сумма штрафа, которая будет расти каждый раз, когда переданная вами копия будет копироваться кем-либо ещё - каждый экземпляр по особому маркирован.

- М. Понятно. Тогда мне с полной лицензией.

- Месячной, полугодовой, годовой или дольше? Она позволит вам создавать, продавать или передавать копии карты с условием оплаты авторских отчислений и налогов, которые вы можете внести в любом отделении банка монетизаторов или гильдии картографов.

- Ну, давайте полугодовой для начала.

- С вас тысяча тайверов.

Вскинув брови, я всё же промолчал и достал две полновесные серебряные лирэи с номиналом по 500 тайверов каждая, существенно сократив свой и без того небольшой бюджет практически вполовину.

- Можете прикоснуться к карте, - сказал ящер, убрав деньги.

Положив на пергамент пальцы, я перенёс схему в дриар.

- А гильдия картографов случайно не нуждается в каких-нибудь картах?

- Конечно. Мы скупаем качественные экземпляры постоянно, особенно те, что предоставлены картографами со ста процентами освоения специализации. Сейчас особенно ценны карты Глухолесья, Храстранхолма, Рэйтерфола и Крастарии.

- Понятно. Буду иметь в виду, спасибо.

- Пожалуйста. - Ящер указал рукой на стеллажи. - Могу я вам также предложить палатку и спальный мешок?

- Нет, благодарю. Лучше подскажите, чтобы я не тратил время на поиски, где на моей карте найти торговые ряды? Хотелось бы прикупить продуктов по приемлемой цене. Да и на банк монетизаторов если укажите, тоже не буду против.

- Советую вот эту лавку при постоялом дворе “Феникс”, - торговец ткнул пальцем в нужное строение, а затем показал на другое. - Недалеко от него стоит и банк.

- Ещё раз спасибо. Пусть Древние не сводят глаз с вашего пути.

- И с вашего, - ящер почтенно поклонился. - Амирус, Древниар.

- Амирус.

Покинув магазин, я незамедлительно отправился в посоветованный “Феникс”, по дороге внимательно рассматривая дома и прислушиваясь к разговорам идущих по улицам многочисленных горожан, среди которых было немало силпатов из военного лагеря. Ничего особо нового я не узнал, но отметил наличие большого количества охранных патрулей, бдительно следящих за порядком в их отныне напоминающем разворошенный улей городке.

“Феникс” действительно оказался хорошей лавкой - большой выбор продуктов по вполне нормальным ценам, да ещё и есть возможность приобрести вкусное жаркое на любой вкус и кошелёк, которое готовят тут же на кухне постоялого двора. Чем, собственно, я и воспользовался, прикупив несколько больших порций запечёного картофеля и овощей, толстых стейков и шашлыка с лепёшками и маринованным луком. Не забыв также о воде, пиве и вине, упаковал всё купленное в мешок и направился к Монетизаторам.

Здание гильдии в Афилеме выглядело даже богаче, чем в Рэйтерфоле: выполненное из дорогого белоснежно-золотого мрамора, с массивными колоннами, с растущими на его территории большими, величественными елями и свисающими со стен штандартами с изображенным на них трёхмачтовым фрегатом в бушующем синем море. Смотря на него, я невольно задумался о судьбе его собрата в Рэйтерфоле - насколько я помню, монетизаторов не было среди эвакуировавшихся жителей города. Выходит, они все заперлись в своих хранилищах? И что, неужели силзверы с ними ничего не сделали? Надо будет при случае узнать, как с банковскими служащими, имуществом гильдии и их вкладчиков поступают во время войны.

Пройдя внутрь, я подошел к красивой кицее, что мило улыбалась мне из-за стойки.

- Приветствую вас в нашей гильдии! Чем я могу вам помочь?

Задержав взгляд на глубоком декольте, испытал чувство дежа-вю и, слегка ухмыльнувшись, ответил:

- Я бы хотел получить доступ к хранилищу номер тринадцать двадцать девять.

- Прошу вас подождать пару мгновений. - Шевельнув лисьими ушками, девушка закрыла глаза и прижала ладонь к синей кристальной пластине, лежащей перед ней на столе, глубины которой словно бы были наполнены клубящимся туманом. - Вход в указанное вами хранилище возможен только после предоставления кодового слова. Приложите руку к мнемолиту и мысленно передайте данное слово.

Коснувшись ладонью притягивающего магнетического кристалла, чётко произнёс про себя слово: “Эрия”, и на туманной поверхности тут же проявилась череда символов.

- Хорошо, разрешение получено, - меня одарили новой улыбкой и приятным взглядом заинтересованных глаз. - Позвольте вас провести?

- Конечно, - я слегка кивнул, глядя ей в глаза.

Идя следом за кицеей и наслаждаясь видом стройного тела и покачивающегося пышного лисьего хвоста, я краем сознания отметил то, что мы спустились на несколько ярусов вниз. Наконец мы остановились перед большой, круглой, металлической дверью, на которую указала повернувшаяся ко мне девушка.

- Ваше хранилище. Если вам что-либо потребуется, прошу, дайте мне знать.

Я чуть склонил голову в поклоне.

- Всенепременно.

Скользнув по мне взглядом, она ушла, поцокивая каблучками по мраморному полу. Проводив её взглядом и дождавшись, когда она поднимется на уровень вверх, взялся за ручку двери, мысленно повторил код доступа и круглая дверь из метрового зачарованного металла мгновенно подалась внутрь, став медленно открываться. Ещё раз оглянувшись вокруг, я скользнул внутрь и тут же недвижимо замер, не сводя глаз с направленных на меня острий арбалетных болтов.

- Сразу убьёте, или сначала обнимите? - с широкой ухмылкой спросил я, осматривая мрачные лица своих товарищей.

- Саргошка? - выпучив глаза, воскликнул Гобля, сжимая в руке склянку с чем-то наверняка лядски взрывоопасным.

- Лядь! - Выдохнула Беара и ринулась ко мне, с облегчением крепко обняв и уткнувшись носом в шею.

Напряженный Сидиус опустил арбалет, а стоящий за моей спиной Харуд коснулся двери и велел ей закрыться, после чего подошел ко мне и сжал ладонью плечо.

- Ты не представляешь, как мы рады тебя видеть, Саргон.

Глава 2. Часть 3.

***

Сидя у стены на небольшом табурете, я с улыбкой наблюдал за тем, как мои товарищи, расположившись на расстеленном на полу одеяле, с наслаждением уплетают принесённую еду. Особенно радовал Гобля, с чавканьем закидывая в себя один кусок мяса за другим и с шумом прихлёбывая пенящиеся пиво. Остальные старались не сильно отставать от него, поэтому на некоторое время все молча отдались трапезе. И лишь когда большая часть припасов перекочевала в желудки оголодавших друзей, я, наконец, заговорил:

- Вы на этой самоизоляции вообще на диете сидите что ли? Наружу совсем не выходите?

- Почему же, - Харуд подтянул какой-то перевёрнутый дном кверху ящик и пересел на него, - выходим. Вернее, не совсем так, - он поочередо указал пальцем, - Сидиус и Гобля безвылазно находятся здесь, а я так, выбегал несколько раз, пытался связаться с кое-какими своими знакомыми, но не срослось.

- Почему? Не нашел их?

- Найти-то нашёл, - муржит со вздохом посмотрел в полупустую кружку, - вот только их поведение… Скажем так, оно почему-то отличалось от обычного, и потому я, опасаясь раскрытия, решил не рисковатьи не выходить с ними на контакт. С тех пор я тоже сижу взаперти, как и остальные засветившиеся, а наверх время от времени мотается Беара.

- Ага, - прижавшись спиной к стене и вытянув ноги, рыжеволосая воительница отхлебнула из чарки, - использую проходную бирку Шейди и брожу в лагере за стенами.

- И как? Есть какие-нибудь успехи?

Беара поморщилась.

- Не скажу, что там много удалось узнать. Бароны да графы мобилизуют своих, стягиваются к Афилему, готовятся к походу на Храстранхолм и предвкушают гору униаров и добычи.

- В общем, ничего, чего мы бы не знали и так, - подвёл итог Сидиус. - Разве что пока непонятно, известил ли герцог о падении Рэйтерфола и войне с силзверами своего короля, Ксюлеха, или решил умолчать и самому попробовать разбить врага, единолично загробастав всю славу и награду.

- А пленные рэйтерфолцы? - Задал я наиболее интересовавший меня вопрос. - Что с ними?

- Всё также, - старый мечник нахмурился, - никаких новостей после того, как некоторые из них подтвердили историю герцога, словно их и не было никогда.

Харуд кивнул.

- И это действительно странно. Почему их не только не выпускают, но и вообще замалчивают о их существовании? Это ведь нелогично - в сложившейся ситуации рэйтерфолцы являются мощным политическим стержнем, благодаря которому после отражения силзверов и захвата Рэйтерфола герцог Брассел может получить подтверждение своей законной власти.

Я заинтересованно взглянул на муржита.

- Так-так! А если поподробнее?

- Да всё просто, - он поставил свою кружку на пол и облокотился о бёдра, - рэйтерфолцы могут признать Брассела своим новым правителем, народным волеизъявлением подтвердив тем самым его законные притязания на трон королевства. Таким образом его нельзя будет назвать обычным освободителем или же захватчиком, которому земли Рэйтерфола перешли в качестве военного трофея. Оспорить такое будет трудно, что ему только на руку. Однако это ещё не все выгоды. - Харуд поднял палец. - После, получив в свои руки такой мощный рычаг влияния, как богатые земли Рэйтерфола, он вполне мог бы претендовать на отсоединение от Ксюлерии и провозглашение собственного королевства. Потому непонятно, почему Брассел этого не делает.

- Во всяком случае, сомнений нет только в одном, - Сидиус устало помассировал глаза, - песенка Рэйтерфола спета. Что бы ни случилось, он достанется в качестве трофея победителю, будь то Храстранхолм или Афилем.

Я загадочно улыбнулся.

- Ммм, с одной стороны как бы да, однако есть и третий путь.

Положив ладонь на схроновую сумку, я призвал алый ларец Драйторна и бережно поставил его на пол, замком к товарищам. Окинув взглядом их задумчиво-озадаченные лица, приложил палец к отпирающей руне и поднял крышку, представив их глазам регалии короля Рэйтерфола.

На несколько мгновений воцарилась тишина, а затем прикусившая губу Беара подняла на меня глаза:

- Иии? Что это такое?

- Драйторум, - ответил Харуд, чуть повернув к ней голову, - королевский управляющий артефакт, символ власти, который принадлежал Дэриору Брантару Драйторну.

- Ммм. - Беара вновь откинулась назад, прижавшись спиной к стене, а затем пожала плечами. - И что? Что это меняет?

- Довольно многое. - Муржит сцепил пальцы в замок и в глубокой задумчивости посмотрел на меня. - Выходит, король всё-таки и вправду погиб?

Помрачнев, я кивнул.

- Да. Мне жаль, но это действительно так. И, можете мне поверить, если бы не он, нам бы вряд ли удалось выбраться из осады живыми.

Повисло молчание.

- Пусть Древние Духи встретят его и пустят за Врата Чертога Предков, как одного из самых достойнейших гуатов, - вдруг громко произнёс Гобля, поднимая кружку.

- Да… Амирус, Древниар, старый друг. Мы много прошли и многое повидали… - Отпив, Сидиус тяжело вздохнул и мрачно махнул на шкатулку. - Так что мы выигрываем с получением этой штуки?

- Ну, этот артефакт подтвердил бы право на престол и без рэйтерфолцев, - ответил Харуд. - В принципе, его можно отдать Брасселу в обмен на освобождение всех пленных с полной гарантией их безопасности. А он потом может рассказать всем сказочку про спецотряд афилемцев, освободивший короля Рэйтерфола из силзверских лап. А так как тот умирал, естественно не выдержав истязаний звероублюдков, то передал драйторум союзнику. Хотя, можно и ещё проще - поняв, что не выберется живым, Дэриор отправил его в Афилем вместе со своим доверенным человеком, трограндом, чтобы артефакт не достался врагу и даровал его “верному” союзнику законные притязания на королевство.

Поджав губы, я удивлённо хмыкнул.

- Хм. Действительно, в твоих словах есть смысл. Вот только есть одно но, - подняв палец, я выдержал паузу, - Дэриор уже передал этот артефакт одному определённому человеку.

Харуд оторвал глаза от шкатулки и заинтересованно взглянул на меня.

- Да? И кому же?

Криво усмехнувшись, я протянул руку и вынул драйторум из шкатулки, руны на котором тут же засверкали переливчатым туманным сиянием, стоило только моим пальцам сомкнуться на тёмном металле.

- Мне, - с улыбкой ответил я.

Возникшую затянувшуюся паузу прервала Беара:

- Вау-у… Можно я побуду сегодня немного тупой и в очередной раз спрошу, - она растопырила пальцы в стороны, - и что это означает, Лядь вашу?

Ей вновь ответил Харуд, чуть сузив зрачки:

- Это означает, что Саргон, будучи трограндом, теперь является Наместником Рэйтерфола, и будет им до тех пор, пока не объявится законный наследник престола. - Он нахмурился и задумчиво помотал хвостом. - Коим, в принципе, может выступать сын Балисса, ведь он женат на двоюродной сестре Дэриора, и его отпрыск, будучи племянником и носителем крови Драйторнов, будет в законном праве претендовать на трон. Так что всё это вполне согласуется с уже сказанным мной, и даже всё ещё сильнее упрощает, - он встопорщил усы, - можно ведь передать управляющий артефакт герцогу, дедушке Брасселу Сературу Афилемскому, чтобы тот занял пост наместника и исполнял обязанности короля до тех пор, пока его внук не подрастёт. Ну или просто назначит нового наместника.

Я тяжело вздохнул.

- Понимаешь ли, Харуд, ты всё, конечно, говоришь правильно, но загвостка в том, что Рэйтерфол уже принадлежит его законному наследнику.

Брови муржита вздёрнулись и он слегка прищурился.

- И кто же он?

Я поднял драйторум.

- Я, Саргон Дэриор Драйторн, король Рэйтерфола.

Делающая в это время глоток из кружки Беара едва не подавилась, закашлявшись.

- Н… н-не поняла?! Это как??

Сидиус молча нахмурился, а Гобля озадаченно замотал головой с распахнутым ртом, хлопая себя ушами по плечам и переводя взгляд с одного лица на другое.

- А? Сито? Я цевота не уловил. Саргошка што, стал гуатским вождём?

Глаза смотрящего прямо на меня Харуда сузились в узкие щелки и он вдруг задал неожиданный вопрос:

- Ты поглотил его? Короля?

Выдержав его взгляд, я покачал головой.

- Нет. Хотя я думал об этом. И не только я, но и сам Дэриор. - Я вернул драйторум обратно в ларец и взял письмо. - Однако мы отказались от этой идеи - яд мещеракса слишком глубоко проник в его тело, и была вероятность, что в случае поглощения он уничтожит и меня. В общем, чтобы всё было понятно без лишних слов, прочтите письмо самого Дэриора Брантара Драйторна.

Я протянул письмо Харуду и он на несколько секунд погрузился в чтение. Закончив, хмурый муржит передал его Сидиусу, а тот, в свою очередь, Беаре, которая тихо зачитала его Гобле.

- Ну нифигаж себе! - Воскликнула она с округлившимися глазами. - Это ты теперь что, действительно король Рэйтерфола?!

Я слабо улыбнулся.

- Лишь формально. По факту ведь Рэйтерфол в лапах силзверов, а его жители по большей части томятся в темницах Афилема.

Харуд забрал у Беары письмо и вернул мне.

- Ну, раз ты теперь законный правитель, то что планируешь делать? - Он с усмешкой покосился на меня. - Ведь отдавать драйторум герцогу, как я понимаю, ты не собираешься?

- В точку, - я криво ухмыльнулся. - Ну, а насчёт того, что планирую делать…

Опустив голову, я невольно скользнул глазами по аккуратным строкам, задержав их на последних словах погибшего короля Рэйтерфола:

“...Прощай, Саргон. Сохрани наследие моего отца Брантара, и носи фамилию Драйторн с гордо поднятой головой...”

- Всё просто. - Я поднял взгляд. - Я освобожу жителей Рэйтерфола из плена, отбью столицу у силзверов, и уничтожу всех, кто посягнёт на земли моего королевства.

Глава 3

Взгляды товарищей скрестились на мне.

- Нда-а, - с выражением на лице абсолютнейшего скепсиса, протянула Беара. - Саргон, я в тебя, конечно же, верю и всё такое, но я ведь уже говорила, что ты полный псих, да? Я имею в виду, что да, твои слова, безусловно, звучат невероятно эффектно и пафосно, но, как бы это сказать-то помягче… - Закусив губу, она на мгновение закатила глаза. - Силёнок-то хватит?

Сидиус серьёзно кивнул.

- Она права. Для всего этого потребуется армия, причём далеко немалая. У тебя она есть?

Я скривился.

- Ммм, не совсем. Но я как раз в процессе её сбора.

- А я не сомневаться в Саргошке! - надувшись и выпятив квадратный зуб, провозгласил Гобля. - Мы всех заломаема и вообще всем-всем яйца оторвём!

Его внезапное выступление вызвало смешки и улыбки, что немного разрядило обстановку.

- Не, ну а шо, не так што ли, а?!

- Так и будет, Гобля! Без сомнений! - С широкой ухмылкой заверил я разбушевавшегося гоблина.

- То-то зе! - в ответ радостно осклабился тот и вновь припал к кружке.

- Ну, а если серьёзно, то проблема набора армии не кажется мне столь уж трудновыполнимой. - Положив письмо обратно в шкатулку, я протянул руку к Сидиусу. - Дай вина, пожалуйста. Спасибо. Так вот, - наполнив свой кубок, поставил бутылку у ног, - с получением статуса правителя, мне теперь открыт доступ к королевскому счёту Драйторнов здесь, у Монетизаторов, так что, в качестве одного из вариантов, можно всегда привлечь опытных наёмников. К тому же, в Глухолесье сейчас формируются отряды из мирян, призванных на войну. - Сидиус с Харудом встрепенулись было, но я поднял ладонь. - И прежде, чем вы что-то скажете, поясню - мирянские деревни уже оказались под ударом. Отряды афилемских мародёров, в тайне от своих господ, собирались под шумок разграбить поселения, убить всех силпатов, а обычных мирян угнать в рабство. Так что я вмешался, и перед самым отбытием сюда приказал собрать всех мирян в граничащей с Афилемом деревне, со всеми пожитками и ресурсами, которые могут понадобиться нашей будущей армии. Ведь все же понимают, что в свете объявленной силзверами войны против Архиона, силпатам отсидеться в стороне не удастся, даже будь они принявшими мирянство.

Сидиус тяжело вздохнул.

- С этим-то как раз никто и не спорит. Проблема в том, что среди жителей деревень Рэйтерфола мало сильных силпатов, так что зря ты рассчитываешь на них.

Я ухмыльнулся, вспомнив Хайзена, Скайдэн и битву у Выдрихи.

- Ну-у, в этом ты как раз немного ошибаешься. Но да, много с ними не навоюешь. - Слегка нахмурившись, я на мгновение задумался. - А что если запросить поддержку у того герцога, дочь которого была женой короля Дэриора? Дедушку Вельхорка?

- Герцога Гандольского? - спросил Харуд.

- Да, его. Он ведь вроде как давний союзник Рэйтерфола?

- Хмм. Идея довольно здравая, но в нынешней ситуации невыполнимая.

- Да? Это почему?

- Потому что он не успеет, - ответил за муржита старый мечник. - Эрихол Флагиан Гандольский является герцогом королевства Гальбрут, что расположен на самом западе и граничит с Крастарией. И так как Афилем всё ещё держит свой портал на замке, чтобы добраться до нас с армией Эрихолу нужно будет пройти чуть ли ни весь Архион. Немного преувеличиваю, конечно, он может прыгнуть в портал и поближе, например, в столицу самой Ксюлерии, но факта это не меняет - кому-то ведь всё равно придётся сначала добраться до Гальбрута, договориться с герцогом, а потом, ЕСЛИ он даст добро, собрать отряд и перекинуть его к… Собственно, я даже не знаю, куда - к Афилему или Рэйтерфолу? Брассел так-то наверняка не будет всего этого дожидаться и к тому времени уже вовсю станет воевать с силзверами.

- К тому же, сейчас зима, - добавил Харуд. - В это время года на приграничные королевства частенько нападают крастарские твари, так что на существенную поддержку от Эриха не стоит особо рассчитывать.

Глубоко вздохнув, я с шумом выдохнул воздух.

- Нда. Беда... А если пойти от обратного? Вы до этого упомянули, что пока что точно неизвестно, сообщил ли Брассел о грядущей войне с силзверами своему королю, да и вообще в случае успеха планирует отсоединиться от Ксюлерии и объявить о создании собственного королевства. Так а что если мы расскажем о его планах Ксюлеху? Тот ведь наверняка будет не в восторге от рвения своего взбеленившегося подданного, верно?

Харуд скептично выгнул бровь.

- То есть ты всерьёз думаешь, что Ксюлех начнёт войну против своего сильнейшего и влиятельнейшего герцога, наплевав при этом на угрозу со стороны Храстранхолма?

- Да, точно, - поддакнула Беара. - Хорошо, конечно, если мы соберём армию, но если нам вдруг придётся резаться с афилемцами за освобождение наших, то что тогда делать с силзверами? Они же нас просто загрызут, пока мы друг другу глотки рвать будем.

- Ещё и непонятно, кого вообще поддержит Ксюлех и остальные короли, когда узнают, что мы вообще сцепились с Афилемом, - глухо добил Сидиус.

Я мрачно нахмурился и скривил край губы, покачивая кубок с вином, что держал в опущенной между ног руке.

- Ндааа. Куда ни плюнь везде болото, - безрадостно протянул я. - Тем не менее у меня есть несколько идей на этот счёт, - я поднял взгляд на товарищей, - но нужно их тщательно взвесить... Да и вообще хорошенько это всё обдумать.

Вздохнув, я одним глотком опустошил чашу и со стуком поставил её на пол.

- Так, ладно, - вновь вынув Драйторум, захлопнул шкатулку и, закинув их в схроновую сумку, поднялся на ноги. - Вы оставайтесь здесь, а я пока пойду пройдусь по городу и поразмыслю чуток.

Направившись к выходу и отворив массивную стальную дверь, я с усмешкой обернулся.

- И не вздумайте никуда уходить!

- Ой, вали уже давай, а! - прикрикнула Беара, замахнувшись кружкой.

Уже закрывая дверь, услышал её возмущенное бурчание: “Король, блин, нашелся…”, после чего я в чуть более приподнятом настроении покинул хранилища.

Глава 3. Часть 2.

***

Поднявшись наверх, я подошел к стойке с большеглазой кицеей.

- И вновь здравствуйте, - я улыбнулся, на мгновение задержав взгляд на её пухлых губах и выглядывающих полукружиях красивой груди. - Можно мне организовать приватную встречу... - сделав небольшую паузу, посмотрел ей в глаза, - с монетизатором?

Слегка приподнявшая было брови девушка не растерялась.

- Конечно! Сейчас свободен номер двадцать три, это дверь прямо и направо.

- Благодарю. Вы просто прелесть.

Кицея шевельнула ушками и блеснула острыми зубками.

- Рада стараться!

Отойдя на несколько шагов, я неожиданно поймал себя на странной мысли: “Интересно, как бы на это отреагировала Шейди?”

Мои губы скривились в усмешке.

Ну, если вспомнить, как она отнеслась к Скай, то если бы ей понравилась эта лисичка, то она наверняка стала бы с ней флиртовать. А вообще это довольно интересно - какая-то часть моего звериного естества была бы не прочь попытать удачу с милой работницей банка, но в остальном я страшно жалею, что не задержался в Выдрихе немного подольше, причём обязательно наедине с одним прелестным мастером гомункуляции.

На краю сознания мелькнул образ насмешливо кривящейся Беары и я невольно хмыкнул, почувствовав странный укол грусти.

Ндаа… Что ни говори, а наши недолгие отношения с рыжеволосой бестией завершились просто по-идиотски, и виновен в этом лишь я сам. А ведь сложись всё немного иначе… Всё-таки между нами чувствовалась какая-то труднообъяснимая связь, которая не исчезла до сих пор… Но теперь уже ничего не поделаешь. Да и нет никакого смысла, ведь, судя по всему, меня угораздило по уши влюбиться в Шейди.

Я тяжело вздохнул.

А ведь есть ещё и Скайдэн…

Да-а уж, братец Саргон, как же ты во всё это вляпался-то… И на Рогана-то не спишешь - он же теперь всё-таки часть меня самого…

Скользнув взглядом по номерам выстроившихся вдоль коридора дверей, остановил его на поблескивающей цифре “23”.Отринув лишние мысли, потянул дверную ручку и переступил порог, оказавшись в полутёмной комнате без окон, освещённой лишь зелёным сиянием монолитной плиты, расположенной в центре, за которой сидел монетизатор в стальной маске, внимательный взгляд которого я чётко ощущал на себе.

- Присаживайтесь.

От звука жутко искаженного голоса я почувствовал пробегающий по спине холодок, и, поджав губы. нахмурился.

Что же ты за дрянь-то такая, раз меня пробивает даже на три тысячи семьсот семьдесят первой ступени с далеко неплохо прокачанной Силой Духа? Хотя, о чём я говорю, если к этим таинственным ребятам стекаются униары со всего Древнира? Вопрос, конечно, сколько именно достаётся именно им, но не думаю, что это какие-то жалкие крохи.

Сев за монолит напротив монетизатора, я подался вперёд, облокотился о магическую столешницу и сцепил пальцы в замок.

- Перед тем, как мы начнём, я бы хотел уточнить о наличии гарантии в полной анонимности и секретности нашей будущей беседы, - холодно сказал я, смотря прямо в словно бы наполненные тьмой прорези глазниц, за которыми не было видно даже намёка на глаза собеседника.

- Гильдия Монетизаторов всегда гарантирует абсолютную тайну относительно всего, что происходит внутри наших стен, особенно того, что касается содержания бесед и сделок между клиентами и нашими представителями, - жутким голосом заверил меня гильдиец. - За многие десятилетия нет ни единого случая, который послужил бы пятном на нашей безупречной репутации.

- Слова и репутация, это, конечно, отлично, но что насчёт более физического носителя их подтверждения?

Не говоря ни слова, монетизатор скользнул рукой вниз, а затем плавным движением закованной в стальные перчатки ладони положил на монолит лист пергамента, который тут же засверкал, проявляя на своей поверхности ровные строчки аккуратных зелёных букв с печатью в самом конце страницы, на которой было изображение, чеканящееся на тайверах: приоткрытые двустворчатые двери на фоне светила с расходящимися во все стороны лучами, за которыми во тьме сияла алая звезда, подобная рубину.

- Если вам требуется документ, то он перед вами. Он заверен печатью гильдии, которая несёт в себе единый и неподдельный пустарный оттиск нашего Прародителя.

Внимательно изучив бумагу, я сложил её в два раза и отправил в схрон.

- Что ж, прекрасно, - я слегка дёрнул краем губы. - В таком случае, будьте любезны предоставить мне всю имеющуюся у гильдии информацию по всем счетам и хранилищам королевства Рэйтерфола, открытых в вашем банке королём Дэриором Брантаром Драйторном.

Монетизатор чуть помедлил с ответом, а затем спросил:

- На каком основании вы это требуете?

- На том, - я достал из сумки Драйторум и продемонстрировал его банкиру, - что я являюсь законным королём Рэйтерфола, и эти счета и хранилища отныне принадлежат мне, Саргону Дэриору Драйторну.

- Хм. Что ж, тогда прошу вас вставить управляющий артефакт в монолит, чтобы мы могли убедиться в законности вашего титула. - Монетизатор повёл ладонью и на поверхности монолита, справа от меня, туманное сияние заклубилось вокруг небольшого четырёхгранного узкого отверстия, похожего на острие рапиры. Бросив взгляд на Драйторум и убедившись, что оба его острия соответствуют разъёму, я без раздумий выполнил требуемое. Артефакт и монолит тут же синхронно и ритмично засверкали, и на туманной поверхности кристалла стала проявляться хаотичная на первый взгляд череда быстрогаснущих символов, которые монетизатор несколько секунд тщательно изучал.

- Что ж, всё действительно в порядке, милорд Саргон. - Представитель гильдии поднял голову. - Вся запрошенная вами информация сейчас появится на монолите. Прошу.

Склонившись над волшебной поверхностью, туманные глубины которой стали формироваться в архионские письмена, в которые я с интересом вчитался:

Общая сумма всех денежных средств на счету составляет : 2 519 тысячи золотых архионов (по установленному курсу это 50 380 серебряных лирэй, 5 038 000 чёрных тайверов, 251 900 000 медных длавров), а также 1 008 751 униар.

Доступных хранилищ : 0.

Хм. Выходит, мой бюджет состоит из пяти миллионов тайверов с лишним и миллиона униаров. Если вспомнить, что обычный, не зачарованный железный меч или конь стоит около четырёхсот тайверов, то на эту сумму я бы мог обзавестись двенадцатью тысячами пятьсот девяносто пятью клинками или лошадьми. И это не считая небольшого запаса униаров. Вроде бы и неплохо... но как-то рассчитывал на нечто большее. Хотя вряд ли, конечно, Дэриор будет хранить все яйца в одной корзине, учитывая, что у него была превосходно защищённая замковая сокровищница, причём далеко не одна. Скорее всего данные средства на счёте являются некой расходной суммой на различные траты, чтобы не мотаться лишний раз до родного замка и не терять время. К тому же, основные богатства это всё же различное движимое и недвижимое имущество, о наличии которых мне пока абсолютно ничего неизвестно. Помимо самого города, конечно же.

Что ж, выбора нет, так что будем плясать от того, что есть на данный момент.

- Мне необходима чековая книжка на данный счёт, - я взглянул на монетизатора.

- Будет исполнено, - тот слегка склонил голову и положил на центр монолита чёрную прямоугольную книжку. - Какое подтверждающее клеймо вы выберете: с символом династии Драйторн или же то, которое вы зарегистрировали впервые?

Я на мгновение задумался. Хорошо, что он уточнил - всё же пока стоит продолжать таить мой новый статус в секрете.

- Оставьте старое, с башней и рыпохвистом.

- Хорошо. Можете забрать управляющий артефакт и вашу чековую книжку.

Вынув Драйторум, отправил его вместе с книжкой в схроновую сумку.

- Могу я для вас сделать что-нибудь ещё?

- Нет. Благодарю.

Развернувшись, я покинул комнату, а затем направился к выходу из банка гильдии монетизаторов, по дороге улыбнувшись кицее.

- Не теряйте - я скоро вернусь.

- Буду с нетерпением ждать вашего возвращения! - захлопав сверкающими глазками, воскликнула красавица.

Глава 3. Часть 3.

Выйдя наружу, я тут же натянул капюшон и остановился, окидывая взглядом довольно запруженную снующими людьми улицу, а затем запрокинул голову, подставив лицо медленно падающему снегу. Чувствуя, как мелкие крупинки тают на щеках, я тяжело вздохнул и неспешно направился к центру города - нужно бы всё-таки взглянуть на местную портальную площадь.

В глубокой задумчивости скользя глазами по безмятежным лицам горожан и отмечая довольно часто попадающиеся охранные патрули, я ни на мгновение не переставал прокручивать в голове всю полученную информацию, в попытке придумать план, благодаря которому можно было бы и спасти пленных, и сохранить Рэйтерфол, и победить в войне с силзверами. Рыбку-то ведь хочется всю целиком съесть, но при этом в пруд не лезть да косточкой не подавиться. Так как же мне всё это провернуть?

Конечно же, первое, что приходит в голову, это использовать способности лимрака. Сейчас к столице стягиваются десятки лордов со всего герцогства, от леграндов до графов, которые наверняка вхожи во дворец герцога. Выбрать целью одного из них, сожрать, пройти в замок, а там уже подгадать момент и поглотить уже самого Брассела Сература Афилемского. Заполучив в свои руки власть одного из влиятельнейших людей королевства, я в один миг стал бы обладателем огромной армии, и без всякого труда освободил бы рэйтерфолцев из заточения. Заманчиво, не правда ли?

Я хмыкнул.

Лядски заманчиво, я бы даже сказал. Но, увы, практически невыполнимо. Даже если мне с командой удастся добраться до кого-нибудь из лордов и тайно поглотить его, то как это же самое провернуть с наверняка одним из сильнейших силпатов Афилема? У него ведь есть верные трогранды, фаргранды, маршалы, гвардейцы, да и его сын Балисс, в конце-то концов. Разве что насчёт жены ничего не знаю, но и без этого ясно, что пробиться через афилемских псов будет нелёгкой задачей. А ведь ещё нет абсолютно никакой гарантии того, что мне хватит сил одержать над ним победу и поглотить. Да и если богиня удачи Эмера будет на моей стороне, то все усилия пойдут прахом сразу же, как только начнётся закрепляющая трансформация.

Я раздражённо цокнул, и, пропустив мимо карету, перешел через дорогу.

Закрепляющая трансформация… Одно из самых слабых мест в этом плане. Ведь мало выбрать и скрытно сожрать вхожего во двор лорда, надо ещё после этого дождаться завершения всей фазы превращения, а после осуществить слияние с жертвой. Лядь знает, сколько времени это всё займёт, даже если я применю способности Дравэрина по управлению всеми процессами организма. Да и вообще смогу ли я ускорить обращение благодаря им? Важный вопрос, на который пока нет ответа. А без него риск провала слишком велик. Хотя… надо признать, что у меня нет ни малейшего желания тратить одну из ценнейших лимрачных меток на какого-то вшивого лордика, да ещё и сливаться с ним в одно целое. Всё-таки необходимо ориентироваться на долгосрочную выгоду от поглощения существ, а не на кратковременный эффект ради выполнения одной из поставленных целей. И это ещё не говоря о том, что в случае успеха придётся практически безвылазно сидеть в шкуре герцога Лядь пойми сколько времени.

Остановившись, осмотрелся по сторонам, а затем поднял глаза на возвышающиеся вдали башенные шпили афилемского замка, тонущие в постепенно сгущающихся сумерках.

Нет, должен быть какой-то иной выход.

Привалившись спиной к стене какого-то магазинчика, потянулся мыслью к дриару, открыл карту города и погрузился в её внимательное изучение.

Жаль - она хоть и довольно подробная, но всё же общедоступная. А мне бы сейчас не помешали схемы канализации, тайных ходов и детальный план некоторых зданий, включая замок и тюрьму. Ведь если узнать, где держат пленников, можно было бы рассмотреть возможность их тайного спасения…

Я замер.

Хмм… Узнать, где их держат, значит… А ведь это можно попробовать сделать прямо сейчас!

Затаив дыхание, я выбрал и активировал лидерскую способность “Расположение отряда”, и…

И ничего. Вопреки надеждам, горы отметок не появилось. Разочарованный неудачей, я применил следующую грань - “Состояние отряда” - но и она показала лишь строки со старыми, замершими показателями ещё со времён силзверской осады. Разве что они теперь оказались окрашены в серый цвет, словно моего отряда “Рэйтерфол” и не существовало вовсе.

Я потянулся было к следующей способности, “Связь с отрядом”, однако резко остановился.

Скорее всего пленных держат в хорошо защищённом от поисковой магии месте, ведь даже моих укрывшихся в банке товарищей не видно. А это значит, что нет никакой гарантии того, что все попытки связи будут не только блокироваться, но и тщательно отслеживаться.

Мгновенно напрягшись, я окинул цепким взглядом улицу и остановил его на показавшихся из-за угла стражниках. Тут же опустив глаза, я потёр друг о друга ладони и подышал на них горячим дыханием, а затем как ни в чём ни бывало отлип от стены, прошел несколько шагов по пешеходной дорожке и свернул в правый проулок. Едва оказавшись в тени, активировал “Наруч Живой Тени”, повысив свою скрытность на 40% благодаря способности “Союзник мрака”. Краем сознания сверяясь с картой города, быстрым шагом миновал несколько дворов и вновь вышел на одну из широких афилемских улиц, затерявшись в толпе горожан.

Впредь следует быть намного осторожнее, если я не хочу раскрыть себя раньше времени.

Уже собираясь было разорвать связь с картой, я вдруг резко остановился, не отрывая от неё взгляда.

А вот это уже лядски интересно…

Не прекращая отслеживать карту внутренним взором, я развернулся и углубился в переплетение многочисленных улочек, пока, наконец, не вышел к трёхэтажному, богатому постоялому двору под названием “Адамант”. В последний раз сверившись со схемой города и убедившись, что это то самое место, я разорвал с ней связь, перебежал через дорогу и зашел внутрь.

В лицо пахнуло жаром хорошо натопленного помещения, аппетитным запахом сочного мяса и ароматного холодного пива, а уши слегка заложило от гула разговоров многочисленных посетителей, сидящих за столиками и барной стойкой. Окинув взглядом всю эту разномастную толпу, среди которых выделялось несколько силзверов, на которых, впрочем, никто особо не обращал внимания, я проводил глазами красивую официантку и остановил их на одном из посетителей, расположившимся за дальним столиком у стены. Он сидел ко мне спиной и я не видел его лица, лишь голову, покрытую жидкими длинными волосами с проседью. Не переставая наблюдать за ним, я медленно подошел к нему и с силой опустил ладонь на его плечо.

- Вот жеж Лядь! - изображая радость, громко воскликнул я, продолжая удерживать руку на вздрогнувшем всем телом силпате. - Марлот, старина! Не ожидал тебя здесь встретить!

...

Глава 3. Часть 4.

...

Наёмник резко вскинул голову, уставившись на меня своими выцветшими глазами, и его кустистые брови тут же изумлённо взлетели.

- Са…

- Да, это я! - Я с широкой ухмылкой развёл руки в стороны. - Роган собственной персоной! Вот те на! - Сев за столик напротив него, хмыкнул, окинув взглядом и покачав головой. - Не виделись сто лет, сто зим! Хотя, знаешь, я так и думал, что ты и твоя гильдия не пропустят всю эту шумиху.

Задумчиво смотря на меня, Марлот продолжал медленно жевать закинутый ещё до моего неожиданного появления кусок жилистого мяса, а затем, всё же сглотнув его, облизнул губы и принялся как ни в чём ни бывало резать следующий.

- Это да, грех пропускать такую движуху. А ты, я так понимаю, тоже здесь из-за неё, Роган?

Я пожал плечами, окидывая взглядом посетителей.

- И да, и нет. Возникли тут кое-какие дела, требующие моего вмешательства. Кстати, - я посмотрел ему в глаза, - может, ты поможешь мне с ними разобраться?

Наёмник откинулся на мягкую спинку полукруглой скамьи и тяжело вздохнул.

- Может, и помогу. Ты мне только суть обрисуй.

- Да без проблем. Вот только, может, - подняв вверх палец, я покрутил им в воздухе, - уйдём куда потише? А то тут как-то шумновато. Ты не здесь остановился? А то можем взять выпивку и засесть в номере. Ну или вдруг ты ещё какое-другое тихое место знаешь, а то я-то ещё в этом городе не особо ориентируюсь.

Он помолчал несколько секунд, внимательно разглядывая меня и при этом ковыряясь языком в зубах.

- Да, знаю одно такое. Пошли.

- Выпивку брать?

- Не-а, - он поднялся, - там возьмём.

Покинув постоялый двор, мы в полном молчании двинулись по заснеженным улицам вечернего Афилема. Разгоняя опускающуюся зимнюю тьму, стали зажигаться красивые магические фонари, подсвечивая падающий снег и создавая из переплетения скованных инеем поблескивающих ветвей подобие паутины. Интересный эффект, который добавлял в окружающую действительность элементы волшебства, вызывающего невольную улыбку и дарующего атмосферу расслабленности и спокойствия.

Эхх.. Жаль, что я так и не застал спокойную зиму в Рэйтерфоле. Держу пари, она оставила бы в моей памяти не менее приятные впечатления...

Вскоре Марлот вывел меня к длинному четырёхэтажному зданию, отмеченному у меня на карте как: “Филиал гильдии “Жало””. С интересом оценив данное строение и отметив его расположение на схеме города, я поднялся по ступеням и переступил порог следом за наёмником, придержавшим мне дверь. Мы оказались в длинной полутёмной зале, освещённой лишь несколькими тусклыми настенными кристасветами, вмонтированными над столиками ожидания с рядом стоящими мягкими диванчиками. Желтоватое сияние волшебных кристаллов было подобно подрагивающему огоньку свечи, благодаря чему вокруг создавалось стойкое ощущение мрачной таинственности, атмосферой которого, казалось было пропитано всё здание гильдии. Бросив быстрый взгляд на сидящего за входной стойкой слева силпата, покачивающегося на стуле и едва различимого во мраке, я тихо притопнул носком сапога и применил эхолокацию, запоминая расположение практически невидимых посетителей этого помещения, близлежащих коридоров и комнат.

Марлот за моей спиной закрыл дверь и направился к одному из коридоров, бросив через плечо короткое: “Пошли”. Свернув пару раз и дойдя до лестницы, мы поднялись на второй этаж и вскоре очередная открытая передо мной дверь вывела нас в довольно просторную библиотеку, также освещённую лишь тройкой приглушённых кристасветов. С любопытством мазнув взглядом по книжным корешкам, плотно выстроившимся на узких полках высоких стеллажей, я прошёл со своим угрюмым знакомым к дальнему столику и дождался, когда он займёт своё место на уютном диванчике с изгибающейся верхушкой. И прежде, чем сесть напротив него, я велением мысли применил выученное благодаря рунирам плетение “Магический сенсор” на свой диванчик и нисколько не удивился. обнаружив там скрытое заклинание. К сожалению, мой сенс был ещё мал в уровне, потому разложить сюрприз на составляющие и понять его предназначения с не смог, поэтому я без малейших признаков беспокойства просто плюхнулся на мягкое сидение и с удовольствием откинулся на удобную спинку, расслабленно выдохнув. Сняв капюшон, вытянул левую руку поверх дивана и с лёгкой улыбкой взглянул прямо в глаза бывшему товарищу по оружию.

Марлот разглядывал меня ещё несколько мгновений, а затем задумчиво произнёс:

- Не думал, что ты выберешься оттуда живым.

Я дёрнул левым плечом.

- Ну, что я могу сказать - я уже привык спасать свою шкуру из всяких разных лядских ситуаций. В этом, я думаю, мы с тобой похожи.

Он хмыкнул.

- Это да, не буду спорить.

- Кстати, можно задать один вопрос?

- Валяй.

- В нашу самую первую встречу, когда ты пришел в таверну Фринга “Боброхату”, то твоя ступень не была скрыта и отображалась как восемьсот семьдесят вторая. И сейчас она тоже открыта, и показывает цифру “932”, - я поднял глаза к надписи над его головой, - а этого просто не может быть.

Наёмник вздёрнул бровь.

- Да? Это почему же?

- Потому что после твоего активного участия в сражениях за Рэйтерфол она уже должна бы стать чуть ли не двухтысячной, - я вновь посмотрел ему в глаза. - Да и когда я пытаюсь добраться до настоящего значения твоей силы, то цифры просто расплываются и хаотично дёргаются. Что это - так работает “Вуаль” или это какая-то другая грань?

Хмурый Марлот слегка приопустил веки.

- Хмм. Заметил, значит… Нет, это не грань, а особый артефакт. Помогает, знаешь ли, путать противников. А вот то, что ты смог добиться сбоя в его работе, означает, что ты нехило так подкачался, друг мой.

Я улыбнулся.

- Стараюсь. Но да не будем обо мне - давай лучше поговорим о тебе. Например, меня очень сильно интересует то, сколько ты заплатил Брасселу Сературу, чтобы он выпустил тебя на свободу?

Наёмник склонил голову набок.

- С чего ты взял, что я отдавал выкуп?

- А разве нет? - Я изобразил удивление. - Просто если не так, то, выходит, ты просто был одним из тех, кто вышел на площадь и прилюдно поддержал герцогское враньё?

Он усмехнулся.

- Снова мимо. Я, знаешь ли, умудрённый жизнью силпат, и “привык спасать свою шкуру из всяких разных лядских ситуаций.” Так что, как только телепорт сработал и мы оказались в Афилеме, я сразу же накинул на себя невидимость и дал дёру. В том хаосе моего исчезновения ожидаемо не заметили, так что я добрался до своей гильдии и немного переждал, прежде чем выползти наружу.

- Ммм. Вот оно как… Умно, ничего не скажешь.

- Ага. А теперь у меня вопрос, - он подался вперёд, сцепил ладони и положил их на стол, - как ты меня нашел?

- О, это оказалось проще, чем ты думаешь, - на моём лицо появилась ухмылка, - просто ты всё ещё состоишь в моём отряде “Рэйтерфол”, и поэтому отображаешься на карте города, которую я благоразумно купил в местной лавке.

Закрыв глаза, он опустил голову.

- Лядь!.. Спасовал, признаю. Действительно это как-то вылетело из головы. Ну ладно, раз с этим разобрались, то, может, тогда расскажешь, какого Фера ты делаешь в Афилеме?

- А, - я взмахнул ладонью, - в этом как раз нет ничего сложного - я просто выполняю одно поручение короля Рэйтерфола.

Марлот изумлённо вскинул брови.

- Дэриор Драйторн всё ещё жив?!

- Ммм, увы, нет. Он доблестно пал, спасая жителей своего города. Так что у Рэйтерфола теперь новый законный король, который сделает всё возможное, чтобы его земли не достались ни силзверам, ни Афилему.

- Да-а? - Наёмник вновь откинулся на диван. - Неужели? И он прям законный? Просто, насколько я помню, именно ты принёс старику тело его единственного сына Вельхорка, у которого, к слову, не было ни то что детей, но и жены.

- И память тебе действительно не изменяет. Однако, - я поднял палец, - мало кто знает о том, что у Дэриора был брат, которому он своей последней волей и передал трон. - Я положил ладонь на схроновую сумку. - И новый правитель Рэйтерфола, в свою очередь, в качестве награды за отменную службу наделил меня, верного трогранда королевства, - призвав из схрона волшебное кольцо с выгравированным в драгоценном камне гербом, я показал его Марлоту, - статусом первого советника и наместника. С дворянским титулом герцога, разумеется.

Марлот не отрывал глаз от поблескивающего кольца.

- Наместник, значит…

- Ага. Причём у меня есть не только кольцо, но и магическая королевская печать, - мои губы растянулись в многозначительной улыбке. - Она активирована на мне, так что я теперь обладаю полным правом заключать сделки от имени короля Рэйтерфола.

- Хм. Занятно…

Лицо Марлота едва заметно изменилось, а его глаза словно ещё сильнее потемнели от погружения в необычайно глубокую задумчивость.

- Не советую тебе этого делать, - вдруг с лёгкой улыбкой негромко сказал я, и наёмник поднял на меня внимательный взгляд.

- О чём это ты?

- Ну, я не советую тебе торопиться и делать того, о чём ты сейчас подумал. - Я состроил сочувствующее выражение лица. - Марлот, я ведь далеко не глуп и прекрасно понимаю, насколько выгодно прямо сейчас пленить меня и под нечеловеческими пытками заставить заверить всё, что вам только в голову взбредёт. А потом, выжав меня досуха, можно и герцогу Брасселу сдать мою тушку, чтобы и он, в свою очередь, поимел весьма недурственную выгоду с обладателя столь значимых регалий. И ведь для этого всего-то и надо, что активировать скрытое в моём диванчике заклинание и скрутить наивного наместника, столь неосторожно пришедшего по доброй воле в самое сердце гильдии “Жало”. Однако я повторюсь - не советую торопиться с этим решением. По крайней мере до тех пор, пока не узнаешь всех деталей, которые могут повлиять на него.

Марлот поджал губы и слегка напрягся.

- Так посвяти же меня в них, Саргон.

Я сжал кольцо в кулаке и качнул им.

- Для начала самое очевидное - даже с печатью наместника нельзя будет оформить любой договор и оттяпать себе самые сочные куски Рэйтерфола, ведь она в большинстве случаев служит лишь гарантом заключенной сделки между сторонами. Так что без подтверждения со стороны короля ничего сделать не получится. Да и, к тому же, все мелкие договоры он тоже может аннулировать, что в свою очередь сделает вашей гильдии необычайно больно со всех сторон, включая наигрязнейшее пятно на репутации. И чтобы избежать подобного исхода, вам лучше всего захватить в плен не только меня, но и самого нового короля, о местонахождении которого я вполне могу как знать, так и не знать. То есть, моё пленение уже несёт в себе неоправданно большие риски, ведь этим шагом вы гарантированно испортите отношения с пока ещё неизвестным для вас правителем. - Я вернул кольцо обратно в схроновую сумку, не прерывая при этом своих рассуждений: - Конечно, можно абсолютно не заморачиваться со всем этим и просто-напросто сдать меня Брасселу Сературу - это самое напрашивающееся решение для выхода из данной ситуации. Вот только и здесь кроется немало подводных камней. Вот ответь мне, пожалуйста, какие отношения у гильдии “Жало” с королём Ксюлехом?

Марлот нахмурился.

- Предпочту промолчать.

- Твоё право, - я пожал плечами. - Тогда я предположу, что они довольно неплохие, если учитывать, что даже в Афилеме находится один из ваших, без сомнения многочисленных, филиалов. Так вот, давай подумаем о том, готова ли гильдия впасть в немилость и потерять поддержку короля Ксюлеха, если вы вдруг поможете герцогу Афилемскому, который ведь наверняка в случае захвата Рэйтерфола и отражении экспансии Храстранхолма заявит о своей независимости и отколется от Ксюлерии? Конечно, в этом случае вы обретёте союзника в лице Брассела, однако равноценен ли такой обмен? - Я скривился. - Что-то я сомневаюсь. К тому же, герцог ведь может и проиграть, верно? Тогда что, останетесь у разбитого корыта, потеряв абсолютно всё? И я даже больше тебе скажу, - перестав улыбаться, я сузил зрачки, превратив их в две хищные, отливающие серебром вертикальные щелки, и мой голос угрожающе изменился, словно в нём зазвучало эхо нескольких враз заговоривших существ, - сдашь меня, и можешь навсегда забыть о дружбе с Рэйтерфолом.

Несколько долгих мгновений мы смотрели друг другу в глаза, а затем я вернул своим глазам нормальный облик и продолжил расслабленно сидеть, ожидая реакции от напрягшегося наёмника. И, наконец, он разлепил пересохшие губы и нарушил затянувшееся молчание:

- И что же ты предлагаешь?

Я слегка улыбнулся.

- Сначала ответь - какие условия сотрудничества были у гильдии с Драйторном? Ведь вашего филиала там, вроде как, не было?

Марлот коротко кивнул.

- Не было. Рэйтерфол город при Колыбели, поэтому королевским указом там была запрещена деятельность любых гильдий, кроме тех, что получили разрешение от Рэйтерфола. Так что никакой вербовки новых рекрутов среди юных Посланников и никаких филиалов. Однако, прошлый король Брантар Фастарион Драйторн сотрудничал с нашей гильдией, и поэтому нам было разрешено продавать на территории королевства некоторые свои услуги.

- Помощь в охоте с правом нанесения последнего удара, - вспомнил я когда-то виденное в “Боброхате” объявление. - Что ж, понятно. Тогда моё предложение таково - поможете мне и моему королю, и получите возможность открыть филиал в Рэйтерфоле с правом первыми проводить вербовку тех Посланников, которые решат покинуть город, а также вести там торговлю и продавать любые услуги, которые, разумеется, будут освобождены от уплаты налогов. Если мы договоримся, то вы получите всё это вместе с солидной денежной оплатой. Но самое главное, - я усмехнулся, - вы абсолютно ничем не рискуете, помогая мне, потому что наш союз будет тайным, что позволит вам чувствовать себя более свободно в отношениях с остальными сильными мира сего. То есть, говоря иначе, в случае успеха вы получите свою долю прибыли, а в случае поражения останетесь при своих вместе с оплатой за старания. - Я подмигнул. - Согласись, старина, ведь лучше выгодный договор сейчас, чем возможное “большое спасибо” от Афилема в будущем, которого может и не быть. Так что решай, всё в твоих руках, дружище.

Нахмурившись, мрачный Марлот на несколько минут погрузился в глубокие размышления. Просчитав все возможные ходы и вероятные последствия будущего решения, он, наконец, поднял голову и посмотрел мне в глаза.

- Согласен. Однако скажу прямо - шансы того, что твой новый король сохранит власть над Рэйтерфолом, невероятно ничтожны.

Я хмыкнул.

- Я бы так не сказал. Всё же он тоже далеко не последний человек в Архионе и у него немало влиятельных знакомых, готовых поддержать в трудный момент. А теперь, если ты не против, мы заключим официальный договор между гильдией “Жало” и королевством Рэйтерфол. - Я потянулся было к схроновой сумке за печатью, однако тут же остановился, неожиданно вспомнив об одной давно забытой вещи. - Ах да! И ещё кое-что, - моё лицо расплылось в довольной улыбке, - мой долг перед гильдией в сто мечей с этого момента является аннулированным.

Сжав губы, Марлот прищурился.

- Тебе не кажется, Саргон, что не очень-то разумно кидать со старым долгом прямо перед заключением важного договора?

Я покачал головой.

- Отнюдь! Я ведь не собираюсь отказываться от своего долга так нагло, без какой-либо компенсации. Просто, понимаешь ли, у меня совсем нет времени заниматься ковкой клинков со своим персональным клеймом, поэтому я просто покрою этот так называемый ущерб обычными деньгами. И можешь сказать мне спасибо, - я указал пальцем на него, - ведь, строго говоря, я вообще ничего вашей гильдии не должен, ведь нет абсолютно никакого подтверждения моего долга, даже самой жалкой расписки. И, самое главное, что даже Система Древних никак не отобразила этот мифический “долг”. Так что считай это проявлением моей доброй воли лично перед тобой, моим бывшим боевым товарищем из личного отряда “Рэйтерфол”, и оказанием знака моего уважения перед гильдией.

Губы Марлота скривились в ухмылке.

- А ты хитёр, Саргон. Не даром ты мне понравился и я тебя отметил среди всех прочих. А если вспомнить, что ты ещё и лимрак, то это ещё сильнее впечатляет. - Он картинно развёл руками и тяжело вздохнул. - Жаль только, что хоть ты и лимрак, но пока что, откровенно говоря, всё ещё слабоват. Поверь - чтобы противостоять армии Афилема и нагнуть герцога Брассела Сература, а после ещё и орду силзверов отбросить, на стороне Рэйтерфола должен быть самый настоящий монстр, до которого ты, увы, пока ещё не дорос. Но да хватит пустой болтовни, - он хлопнул ладонями по столу, - доставай печать. Сейчас раздобуду бумагу и будем заключать договор.

Поднявшись, Марлот вышел из библиотеки. Я же вытащил из схрона королевскую магическую печать и стал отрешенным взглядом рассматривать переливающийся оттиск герба Драйторнов.

Слова наёмника неожиданно заставили меня крепко задуматься.

Значит, для того, чтобы противостоять целой армии силпатов, необходим самый настоящий монстр, да?.. Думаю, это всё же немного не верно.

Я сжал печать в кулаке и поднял взгляд.

Кажется, у меня наконец-то появился план.

Глава 3. Часть 5.

***

Отворив дверь в хранилище, я сначала громко провозгласил о своём появлении и лишь затем шагнул внутрь:

- Я вернулся!

Скользнув глазами по лицам друзей, отметил, что хмурые Сидиус с Харудом сидят в дальнем углу помещения, в то время как Гобля продолжает храпеть с бутылкой в обнимку, а Беара лежит на спине рядом с ним, закинув руки за голову.

Заперев вход, я вышел в центр и хлопнул в ладоши.

- Ну что ж, моя доблестная армия, спешу сообщить, что я наконец определился с нашими дальнейшими действиями.

- Ну давай, - Сидиус медленно выпрямил спину и упёрся рукой в бедро, - вещай.

- Конечно, - я на секунду растянул губы в улыбке, - но для начала мне нужно узнать от вас пару вещей. Первое - что насчёт нашего таинственного ордена? “Хранители Светочи” могут нам помочь с Афилемом или, на худой конец, с силзверами? Я бы не спрашивал о таких банальных вещах, знаете ли, будь мне известно о них чуточку побольше, чем совсем ничего.

Сидиус с тяжелым вздохом покачал головой.

- Я прекрасно помню, Саргон, что обещал тебе рассказать о нашем ордене, но давай перенесём этот разговор на чуть более спокойное время. К тому же, неожиданно свалившийся на тебя статус правителя может в корне повлиять на сам факт твоего нахождения в рядах Хранителей. Что же касается заданного вопроса - нет. Увы, но орден нам здесь не поможет.

Я развёл руками.

- Печально, но да ладно - я особо и не рассчитывал на положительный ответ. Тогда вопрос номер два - что вы можете сказать о гильдии “Жало”?

Мечник переглянулся с Харудом.

- “Жало”, говоришь… Что ж, как сейчас не знаю, но раньше они были ребятами довольно обстоятельными, слово своё держали, договорённостей придерживались. Хотя не скажу, что я был от них в восторге.

- Почему?

- Ну, - Сидиус поморщился, - фатализм их мне не пришелся по душе. Отчаянные и абсолютно безбашенные фанатики.

- Поправка - они таковыми были, - вмешался Харуд. - Сейчас же вряд ли их можно назвать “фанатиками” в прямом смысле этого слова. Да, они упрямо следуют только своей собственной философии, которую возвели в ранг религиозных догматов, однако она не помешала им обрести власть и влияние, которые они отнюдь не против приумножить.

- Хм. Это нам даже на руку. - Я засунул большие пальцы рук за широкий ремень и задумчиво сдвинул брови. - А что насчёт их честности и добропорядочности? Они будут следовать букве договора или предадут, как только выдастся возможность?

Муржит уверенно покачал головой.

- Не предадут. Они очень дорожат заработанной репутацией, и если заключен договор на выполнение каких-либо услуг, то они постараются их выполнить. Другое дело, что жалоносцы могут и вежливо отказаться, если им не понравится то, во что их хотят втянуть.

- Славно! - Я улыбнулся. - Тогда у меня для вас отличные новости - между мной и гильдией “Жало” заключен договор о сотрудничестве. Правда, с небольшим нюансом, - я показал почти соединённые вместе большой и указательный пальцы, между которыми оставался небольшой зазор, - он тайный. Так что в открытую они на нашу сторону не встанут, однако от них этого и не требуется. В общем, слушайте план.

Кратко обрисовав им свою задумку, я замолчал, дав своей команде возможность как следует обдумать услышанное.

- А ведь это может сработать, - первой вынесла свой вердикт Беара, принявшая на полу сидячее положение и удивлённо вскинувшая брови.

- Да, звучит довольно неплохо, - кивнув, согласился Сидиус. - Вот только если у нас ничего не получится, то мы можем не только раскрыть себя врагу, но и подставить под угрозу пленных рэйтерфолцев.

Девушка вздохнула.

- Тоже верно… А по деньгам потянем?

Она взглянула на меня и я кивнул.

- Потянем. На счету чуть больше пяти миллионов тайверов и ещё горсть униаров, так что этого должно вполне хватить.

- Столь массовый закуп неизбежно привлечет лишнее внимание, - сузив зрачки и сцепив пальцы в замок, негромко проговорил Харуд, при этом слегка помахивая хвостом из стороны в сторону. - Сколько-то, конечно, удастся приобрести у самих жалоносцев, сколько-то через их людей... Хмм… Хотя армия силпатов у стен Афилема играет нам на руку - этот сброд скупает в местных лавках всё что ни попадя, готовясь к войне, так что на их фоне наши действия могут остаться абсолютно незамеченными.

- В общем, я правильно понимаю, - я посмотрел Харуду в глаза, - это возможно?

Встопорщив усы, он помолчал несколько мгновений, а затем коротко качнул головой:

- Возможно. Сложно, дорого, рискованно, но всё же возможно.

- Отлично. - Запрокинув голову, я закрыл глаза и глубоко вздохнул. - Тогда займитесь всем этим. Доступ к королевскому счёту я вам открою. Мне же… мне же нужно покинуть Афилем на некоторое время.

- Успеешь к началу заварушки? - спросил Сидиус.

Я покачал головой.

- Не уверен… Если честно, то я могу и не вернуться.

Старый мечник мрачно поджал губы.

- Даже так… И что нам тогда делать?

Натянув край губы, я пожал плечами.

- Придерживаться плана. К тому же, я оставлю вам это. - В моей руке материализовался призванный из схроновой сумки Драйторум. - Решите сами, кто из вас будет моим наместником. И если я не вернусь, - я протянул ему артефакт, - действуйте по обстоятельствам.

Нахмурившись, Сидиус молча взял Драйторум и повертел его в руках, разглядывая вязь поблескивающих рун.

- Но ты всё же постарайся. - Я перевёл взгляд на заговорившего Харуда, в глубокой задумчивости не сводящего с меня глаз. - Думаю, Дэриор не зря доверился именно тебе. Так что прошу - не подведи его, а вместе с ним и всех нас.

На моём лице появилась улыбка.

- Я постараюсь. - Глубоко вздохнув, я попытался принять как можно более жизнерадостный и уверенный вид. - Что ж, тогда пусть Богиня Эмера дарует нам удачу, а Древние не сводят глаз с нашего Пути! Ещё увидимся.

Развернувшись, я направился к выходу, но уже у самой двери меня вдруг окликнула Беара:

- Сар, подожди!

Воительница подбежала ко мне, и, закусив губу, механическим движением смахнула со лба прядку уже изрядно отросших рыжих волос.

- Сар… В общем, прежде, чем ты уйдёшь, я хочу сказать тебе, - она посмотрела мне прямо в глаза, - что ты, знаешь ли, тот ещё лживый засранец!

Опешив, я удивлённо вскинул брови.

- Воу! - Губы сами собой растянулись в широкой ухмылке. - Честно говоря, вот вообще не ожидал сейчас услышать ничего подобного.

Она хмыкнула.

- А чего, думал я тебе щас в любви признаваться буду и с жаркими поцелуями наброшусь?

- Хмм. Чертовски заманчивое предложение, знаешь ли.

Её милая улыбка словно магнит притягивала мой взгляд, и я невольно с необычайно странной тоской вспомнил нашу с ней последнюю ночь в подземельях Кривглазиана, когда Бера тихо посапывала у меня на груди, а я вдыхал столь родной запах её разгорячённого тела.

- А если серьёзно, то я знаю о том, что ты подговорил Вирхема зашвырнуть нас в портал.

Стараясь не выдавать своих истинных чувств, я озадаченно нахмурился.

- Вирхема? С чего ты это взяла? Я просто использовал силу замедление времени и швырнул тебя с Гоблей поближе к центру, чтобы повысить ваши шансы на телепортацию. Да, согласен, я поступил эгоистично, не приняв в расчет ваше желание остаться вместе со мной в рядах когорты смертников, но, как видишь, всё закончилось довольно благополучно.

Беара мягко усмехнулась.

- Складно воркуешь, пламенный вояка, - она сделала шаг навстречу, подняла руку и зарылась пальцами в мои волосы на затылке, отчего по спине тут же пробежали мурашки, - но ты забыл о том, что я наизусть помню те ощущения, которые охватывают всё тело, когда Вирхем использует притягивающее заклинание. Без него, знаешь ли, выжить в подземельях Кривоглаза было бы чуточку сложнее.

Прикрыв глаза, я покачал головой.

- Нда. Погорел на мелочах.

- Именно! - Беара убрала свою тёплую ладонь и моё сердце сжалось от невыразимой грусти. - Уж не знаю, чем ты на него надавил, но свой нагоняй он от меня ещё получит.

- Только не переборщи, - сглотнув, я с нежностью посмотрел на неё, - мы ведь ради вас старались.

- Ну, это его не особо спасёт, но спасибо за непрошенную заботу.

Несколько мгновений мы смотрели друг другу в глаза, а затем Беара отвела взгляд и скользнула им по храпящему Гобле и тихо переговаривающимся Харуду с Сидиусом.

- Не вздумай умирать, Сар, - вдруг сказала она, вновь взглянув на меня без тени улыбки. - Убей самого Баглорда, но вернись во что бы то ни стало.

Я кивнул.

- Обещаю, Бера. - Я неожиданно почувствовал чей-то неотрывный ледяной взгляд, словно бы рожденный самой Бездной, и в вечно терпеливом ожидании глядящий в самые потаённые глубины моей души. Однако мой голос не дрогнул ни на мгновение. - Я обязательно вернусь.

P.S. Всех с Наступившим Новым Годом! Возвращаемся в строй и заряжаем обойму новых прод))

Глава 4.

Напряженные мышцы спины и могучих лап уже изрядно устали от многодневного повторения одних и тех же движений - монотонных взмахов огромных крыльев, беспрерывно удерживающих в воздухе стремительно мчащееся по небосводу тело чёрной виверны. Взяв обратный курс, я решил следовать другим маршрутом, чтобы отобразить в дриаровой карте как можно больше вражеских земель, и потому на этот раз полёт до границы с Глухолесьем вышел дольше на пару дней.

Тряхнув мордой, отогнал сонную дремоту и прошелся взглядом по занесённым снегом деревьям, чьи словно бы окутанные россыпью бриллиантов голые ветви искрились от мороза. В последние дни сильно похолодало, так что даже меня пробирало холодом сквозь заиндевевшую толстой коркой чешуйчатую шкуру, и с каждым мгновением крепла уверенность в том, что зима - лядски неудачное время для длительных перелётов. Однако, несмотря на отсутствие комфорта, наличие крыльев просто отлично экономило время передвижения в период невозможности портальных переходов, так что ради этого можно и перетерпеть, не обращая внимания на все эти мелкие сложности. Ведь не будь у меня крыльев, весь этот путь растянулся бы не на дни, а на недели и месяцы, не считая того, что его пришлось бы проделывать по земле, утопая по колено в снегу.

До мирянского поселения “Выдриха” оставались считанные километры, поэтому я решил поэкспериментировать и проверить одну задумку. Найдя небольшую полянку, на которой была построена пустующая сейчас лесопилка, я свернул к ней и пошел на снижение. Но когда до земли оставалось чуть больше сотни метров, я начал обратную трансформацию.

Из глаз чёрной виверны исчезло пламя разума и они погасли, превратившись в пустые, бездонные колодцы лишенного жизни хладного трупа. А мгновением спустя скованная ледяной коркой чешуя на спине рептилии с хрустом разорвалась, и из зияющей, кровоточащей раны с чавкающим звуком вырвалось ещё не закончившее формироваться человеческое тело. Ледяной ветер, подобно хлысту, обжог только начавшие покрываться кожей оголённые мышцы и меня накрыло нестерпимой болью, словно миллионы раскалённых игл впились в ставшую вдруг невероятно сверхчувствительной плоть. Бегущая по венам кровь будто наполнилась шипастыми льдинками и затромбовалась, лёгкие ужасающе сжались, а нос, горло и глаза воспылали, точно в них залили разъедающую кислоту. Меня корежило и ломало, а сознание разрывалось на куски в попытке склеить россыпь разрозненных воспоминаний в единое целое. Невыразимо лядские мучения длились несколько секунд, показавшихся настоящей вечностью, а затем превращение вступило в финальную стадию и кожа полностью покрыла дымящийся на морозе кусок окровавленного мяса, ставший, наконец, полноценным гуатским телом. И наступил абсолютный покой...

А в следующее мгновение все органы чувств возопили о моём стремительном падении.

Распахнув глаза, я практически моментально вернул контроль над сознанием и телом, сориентировался в воздухе и сфокусировал взгляд на быстро приближающейся земле. Молниеносно разобравшись в течении воздушных потоков и давящей на плечи гравитации, резко переворачиваюсь ногами вниз, призываю боевое снаряжение и на полную активирую способности Дравэрина. Пустарная энергия ринулась по кровеносным сосудам, запитала мышцы и укрепила кости, а мигом позже я на бешеной скорости рухнул в снег, разметав его во все стороны силовой волной от приземления. Практически одновременно с этим о деревья расшиблась оплывающая подобно восковой свече туша виверны, расплескивая по сломанным стволам чёрную жижу.

Тяжело дыша, я с гулко бьющимся сердцем медленно выпрямился и расправил плечи, внимательно прислушиваясь к своему телу и отслеживая показатели ежей и пустаров.

Хм. Что ж, похоже, всё прошло удачно. Если, конечно, не считать лядской боли в первые секунды превращения. Думаю, будь мои характеристики более слабыми, здесь бы и настал бесславный конец моей истории. Но хорошо то, что хорошо кончается. К тому же, теперь я абсолютно уверен в том, что падение с большой высоты не грозит моментальной смертью - небольшие бонусы силпатского могущества.

Осмотревшись, я выбрался из образовавшегося на месте падения снежного кратера, сверился с дриаровой картой и зашагал в сторону мирянского поселения, при этом запустив регенерацию - всё-таки совсем без последствий приземлиться не удалось, но полученные повреждения не были необратимыми или доставляющими чрезмерные неудобства.

Когда заснеженная тропа вывела к Выдрихе, вечер уже начал плавно перетекать в ночь. Однако большинство селян даже и не думало готовиться к ужину и дальнейшему сну, а совсем наоборот - из-за всё прибывающих мирян из других поселений, жители вместе с беженцами целыми днями занимались постройками длинных спальных амбаров за стенами деревни, потому окружающий лес безжалостно валили, переводя на брёвна и доски в тут же установленных лесопилках, маги расчищали землю от снега и помогали изготавливать и обжигать кирпичи из добываемой ими же глины, которые впоследствии шли на печи и дымоходы, а хозяйственники принимали и распределяли по хранилищам привезённые припасы и многочисленный скот.

Моё появление не осталось незамеченным, и едва я миновал половину снежного поля, как мне навстречу выехал конный отряд. Во избежание недоразумений приветственно подняв над собой раскрытую ладонь, стянул с головы капюшон и остановился, смиренно ожидая прибытия патрульных.

Хм. Лица вроде бы мне не знакомы. По всей видимости, новички.

Затормозив фыркающих лошадей напротив меня, ко мне обратился зеленокожий ящер из расы роршанов, держащий руку на взведённом арбалете, что лежал перед ним поперёк седла.

- Кто таков?

- Саргон. Я трогранд Рэйтерфола. - С этими словами я без резких движений достал их схроновой сумки подтверждающий титул медальон, выданный когда-то Дэриором Брантаром Драйторном. - Хайзен и местные меня знают.

Переглянувшись, патрульные уважительно склонили головы и подали коней в стороны.

- Прошу прощения, милорд.

- Не стоит. - Я улыбнулся. - Исполнение своего долга не требует извинений. Был бы рад, если бы вы сопроводили меня в деревню.

- Конечно, милорд. - Роршан тут же спрыгнул с коня и протянул мне поводья. - Прошу, милорд.

- Нет, благодарю. Лучше пройдёмся.

Кивнув, ящер поравнялся со мной и мы направились к Выдрихе.

- Как тебя зовут? Из какой ты деревни?

- Рэдкар из деревни “Барашки”, милорд.

- Барашки? - Название меня повеселило.

- Да. Это та, что на юго-западе от столицы, милорд.

- Надеюсь, вам успели сообщить о начавшейся войне с силзверами до того, как они добрались до вас? - Сказав это, тут же нахмурился. - Если что, то извини - мне неизвестно, считаешься ли ты тоже силзвером или нет.

Погладив ведомую под уздцы кобылу, Рэдкар бросил на меня взгляд.

- Считаюсь, милорд. Всех звероподобных к ним относят. Но я мирянин, потому решил и дальше жить и защищать своих друзей. И да, посланница короля Драйторна передала его приказ и от неё мы и узнали о случившемся.

- Понятно. - Окинув глазами занятых строительством селян, мимо которых мы проходили, я поинтересовался: - Сколько деревень уже прибыли сюда?

- Четыре, милорд. Последними были жители “Конёвки”, для них сейчас и строим новый амбар.

Я кивнул.

- Это хорошо.

Дойдя до ворот, я повернул голову к роршану и приятельски похлопал его по плечу.

- Благодарю, Рэдкар. Возвращайтесь к службе и пусть Древние не сводят глаз с вашего Пути.

- Спасибо вам, милорд. - Патрульные почтительно склонились. - Пусть Древние благоволят вам.

Рэдкар запрыгнул на коня и они поскакали делать очередной объезд вокруг деревни. Я же, проводив их взглядом и ещё раз оглядев работающий люд, развернулся и направился прямиком к дому старосты, по дороге то и дело кивая в ответ на приветствия узнававших меня выдрихинцев. Но когда я вышел на площадь и уже было подошел к запорошенной снегом веранде жаброида, меня окликнул знакомый женский голос:

- Хайзена там нету! - Обернувшись, я улыбнулся идущей ко мне Скайдэн, чёрные волнистые волосы которой были разбросаны по плечам. - Ушел по делам.

Подойдя, она крепко обняла меня.

- Рада тебя видеть, братишка.

- И я тебя, Скай. - Разжав объятья, я с нежностью взглянул ей в глаза. - Думал, что тебя ещё нет в деревне.

- Да вот вчера только вернулась. - Она кивнула в сторону дома Хайзена. - Пойдём, чего на пороге мёрзнуть.

Открыв незапертую дверь и зайдя внутрь, лимра сразу же направилась к столику с алкоголем и по-хозяйски наполнила нам пару хрустальных стаканов из полного графина.

- Как там в Афилеме? - спросила она, протягивая мне стакан и при этом сделав глоток из своего.

- Ничего хорошего, - привалившись спиной к стене рядом с окном, я посмотрел на янтарную жидкость и немного отпил, тут же почувствовав растекающееся по груди тепло, плавно переместившееся в желудок. Мм, чувствуется что-то лимонное. - Герцог сгоняет под свои стены крупную армию, уже несколько тысяч силпатов размещены в посаде и армейском лагере, и это далеко не предел. Рэйтерфолцы всё также заточены по непонятной причине, а их наличие в казематах всё также утаивается.

Мои глаза невольно проследили за плавно покачивающей бёдрами Скай, дошедшей до стола и усевшейся прямо на него. Скользнув взглядом по её фигуре снизу вверх и слегка задержав их на неизменно открытом декольте, я посмотрел ей в глаза.

- Но есть и хорошие новости - я нашел нам хороших союзников и мы готовим неплохой сюрприз для наших соседей.

- Мм. Прекрасно. - Она слегка склонила голову. - И ты здесь ради того, чтобы сообщить его нам, ведь мы будем являться его участниками?

Я усмехнулся.

- Почти так и есть. - Повернув голову, я выглянул в окно. - А у вас здесь как?

- Неплохо. Четыре деревни уже прибыло. Я закончила оповещение всех вверенных мне и принялась помаленьку помогать им добраться до нас - вот, “Конёвку” привела. - Она нахмурилась и посмотрела в свой стакан. - Хотя из списка двух деревень не досчитались.

Дёрнув бровями, я посмотрел на девушку.

- Силзверы добрались до них первыми, - пояснила она.

- Они всех перебили? - сухо поинтересовался я.

Скай покачала головой.

- Нет. Я так поняла, они забрали мирян в Рэйтерфол. Живы они или нет - не знаю.

- Хм. Понятно.

Скай глубоко вздохнула и взглянула на меня исподлобья.

- А вот твоя лилововолосая бестия ещё не объявлялась. Хотя две деревни из её списка уже у нас.

Я нахмурился, покачивая в руках стакан.

- Да, кстати, насчёт неё мы так и не поговорили…

Скайдэн хмыкнула.

- Можешь не утруждаться. - Спрыгнув со стола, она подошла к противоположной от меня стороне окна и оперлась плечом о стену. - Я всё прекрасно понимаю. Благо, давно уже не девочка и живу в этом мире не первое столетие. А ты ведь только недавно воплотился, можно сказать, ты лишь в начале своего пути и для тебя в новинку все эти “истинные” чувства и привязанности. - Лимра улыбнулась. - Но вот что я тебе скажу, Саргон - силпаты, а в особенности лимраки, могут жить долго, очень долго, и редко кто из разумных может пронести эмоции нетронутыми сквозь столетия и сохранить их первозданную искренность. Так что когда они пройдут - а это неизбежно случится, хочешь ты этого или нет - то вспомни одну вещь.

Наши с ней взгляды пересеклись и я ощутил, как в глубине моего сознания зарождается пламя первобытного желания. И, словно бы чувствуя это, Скай медленно подошла ко мне, скользнула кончиками пальцев по шее и зарылась в волосы на затылке, и в следующее мгновение прильнула своими сладкими, полными губами к моим, плотно прижавшись разгоряченным телом. Наш поцелуй длился всего несколько ударов ускорившегося сердца, однако за это время я явственно почувствовал охватывающую с головой волну эмоций.

Скайдэн прервала поцелуй и опалила меня жаром своего дыхания.

- Вспомни о том, - она облизнула губы, - что лишь среди подобных себе мы всё также можем испытывать всепоглощающую страсть. Так что не переживай, - она провела ноготками по моей щеке, - я просто подожду, когда время всё расставит по своим местам и неизбежно вернёт тебя ко мне. Ну а пока, - лимра озорно улыбнулась, - что-то мне подсказывает, что твоя малышка будет не против второй красавицы в вашей постели.

Я невольно усмехнулся.

- Знаешь, нисколько не буду этому удивлён.

- То-то же. - Отстранившись от меня, Скай сделал шаг назад. - Так зачем же ты в действительности сюда вернулся? Я ведь ощущаю исходящую от тебя ауру смерти. Что будешь делать после того, как расскажешь нам свой план?

Моя улыбка погасла и я вновь устремил задумчивый взгляд в окно, пытаясь разглядеть тонущие в ночной тьме голые кроны возвышающихся деревьев.

- Попробую узнать, насколько глубока одна кроличья нора.

Глава 4. Часть 2.

***

Четырёхрукий фархейр Норхал подошел к сваленной у стены древесине, взял несколько поленьев и вернулся к костру. Сев на высокое каменное ложе, покрытое мягкими, тёплыми шкурами, и скормив огню новую пищу, он приподнял кустистые брови и окинул взглядом пещеру, по сводам которой с новой силой заметались пламенные тени, наслаждаясь своей бешеной то ли игрой, то ли танцем.

Отличное место. Надёжное, просторное, а теперь он превратил его ещё и в уютное. Но самое главное, это камень - в этой пещере от стен исходит тепло, поэтому даже лютой зимой не обязательно постоянно поддерживать жаркий костёр, опасаясь замёрзнуть насмерть. Ему повезло, что он нашел её и успел объявить своей собственностью раньше остальных. Хотя никто особо и не возражал, предпочтя заселиться в стенах города. Глупцы, даже и не поняли, какое сокровище упустили из-под носа.

Сокровище. Точно, именно так. А когда он огранит его, то оно превратиться в самый настоящий бастион, в стенах которого не стыдно будет и семью завести.

От этой мысли он невольно вспомнил личико мило смущающейся Джароды и улыбнулся.

Прекрасная Джарода. Да, когда он омоет своё имя в воинской славе и обретёт богатство, то обязательно вернётся к ней и они будут жить здесь, в его бастионе.

Удовлетворённо кивнув и в приподнятом настроении напевая себе под нос, Норхал принялся помешивать закипающее в казане варево, от которого по пещере разлился аппетитный аромат. Зачерпнув готовку деревянным черпаком на длинной ручке, он поднёс её ко рту, подул и уже было приготовился попробовать, как вдруг услышал откуда-то снаружи громкий чавкающий звук, словно чью-то голову размозжило сильным ударом доброго молота. Поджав губы и нахмурившись, Норхал раздраженно кинул черпак обратно в чан, поднялся и взял своё оружие, предусмотрительно разложенное у кровати: ятаган в правую верхнюю руку, обоюдоострый меч в нижнюю левую, а в оставшиеся ладони по специальному щиту, по форме похожему на единый щит, который горизонтально разделили надвое ровно посередине. Затем, активировав “Вторую кожу” и призвав снаряжение, он приподнял шкуру, перекрывавшую вход, и вышел из малой пещеры в большую центральную, двухярусную и ещё не облагороженную. Бросив короткий взгляд на неровное, усеянное острыми скалами зево выхода, а после скользнув глазами выше, к двум расположенным параллельно друг другу круглым отверстиям, которым в будущем предстояло стать смотровыми бойницами, он изучил открывшиеся ему клочки ночного неба и уверенно направился наружу, готовый к битве.

Но едва он переступил порог, как тут же остановился и нахмурился ещё сильнее.

На раскинувшемся перед пещерой большом белоснежном поле оплывала пузырящейся чёрной жижей изломанная туша виверны, останки которой расплескались вокруг, словно разбившаяся о белоснежный лист масляная клякса. А невдалеке от неё, у края неглубокого снежного кратера, спиной к нему стоял высокий широкоплечий волколак, стремительно отрастающая тёмная шерсть которого блестела под светом яркой луны. И когда трансформирующиеся кости с последним щелчком встали на свои места, он медленно обернулся и посмотрел ему прямо в глаза.

Лимрак.

Прищурившись, Нохал крепко стиснул рукояти клинков и выдохнул из груди облачко морозного воздуха.

Лимрак с левой лапой из чёрного металла. Нет никаких сомнений - это действительно он.

Убийца Царя Легратоса.

Оскалившись, фархейр громким яростным рёвом изгнал из сердца страх и ринулся на врага своего народа. Волколак тоже сорвался с места и помчался ему навстречу.

Десять метров до сближения…

Пять…

Три…

СЕЙЧАС!!!

Норхал взмахнул широким ятаганом, намереваясь рассечь грудь врага, однако оборотень вдруг стремительно взмыл ввысь, пронёсся над его головой и приземлился где-то за спиной. Резко затормозив, он, ведомый боевым опытом, в молниеносном полуобороте взмахнул щитом и мечом в левых руках. Вовремя! Удар щитом пришелся прямо в прыгнувшую на него тварь и отшвырнул её в сторону. Эх, лядски жаль, что он успел подставить под меч металлическую лапу!

Фархейр прыгнул к поднимающемуся лимраку и в приземлении с силой опустил ятаган, но тот ловко метнулся влево, а затем неожиданно скакнул вплотную к нему. Норхал тут же закрылся щитом и одновременно с этим сделал короткий выпад мечом, при этом мгновенно вздымая ятаган для нового удара.

Вот только волколак оказался быстрее.

Слегка отстранившись, он пропустив меч в считанной сантиметре от своего бока и, подобно броску кобры, вонзил дриарилловые когти во внутреннюю часть его предплечья. А затем, схватившись за край щита, резко дёрнул его влево и вверх, сбивая удар уже начавшего опускаться ятагана, и тут же отпрыгнул назад, рывком разрывая глубоко ушедшими в плоть когтями его предплечье вдоль всей длины до самой кисти.

Норхал взревел от боли. Вмиг ослабевшие пальцы едва не выпустил рукоять меча, но, даже несмотря на порванные мышцы, связки и сухожилия, он удержал оружие. Белоснежный снег обагрила дымящаяся горячая кровь. Оскалившись, фархейр сомкнул пальцы, держащие ручку щита, на вставленном в специальный отсек на броне рунире исцеления и сломал его. В сознании тут же вспыхнуло активирующее плетение и губы сами произнесли магразийское заклинание:

- Итэати Арос!

Лечебная волна регенерировала повреждения и рана на предплечье стала затягиваться, возвращая конечности прежнюю подвижность.

Однако волколак не стал дожидаться, когда восстановление закончится.

Он метнулся к нему, и тогда Норхал сам шагнув вперёд и ударил на опережение клинками крест-накрест, но лимрак неожиданно резко остановился и острия лезвий пронеслись буквально в длине волоска от его груди. А мгновение спустя он нанёс прямой удар стальным кулаком, вложив в него вес всего своего тела. Фархеир тут же заученным до рефлексов движением сложил вместе половинки надёжных щитов и…

И надёжная защита, выручавшая не одну сотню раз, на этот раз не спасла его.

Правую верхнюю руку вдруг прострелила резкая боль, а следом за ней она внезапно охватила и грудь. Зарычав сквозь стиснутые зубы, Норхал опустил взгляд и непонимающе уставился на пронзившие щит, наруч, предплечье и нагрудник два дриарилловых лезвия.

Твою ж… Лядь…

Волколак одним рывком выдернул вылезшие из его кулака окровавленные клинки и выпрямился, смотря на него с хладнокровным спокойствием. Он, также, как и Норхал, прекрасно знал, что этот удар не был случаен. О нет!

Фархейр оскалился, покачнувшись, и из его рта выскользнула струйка крови.

Это был чётко выверенный, сбалансированный и смертоносный удар.

Удар, направленный прямо ему в сердце.

Ну уж, нет, тварь! Так просто тебе меня не убить, даже и не рассчитывай!!!

Сломать ещё один рунир исцеления и ринуться в бешеную атаку. Вот только, несмотря на яростный напор, лимрак плавно уворачивается от каждого взмаха звенящего железа, не сводя с него немигающих глаз и словно бы точно зная, куда именно Норхал будет наносить каждый новый удар. А затем он вдруг делает стремительный шаг вплотную к нему и молниеносным, едва различимым движением снизу вверх насаживает его на дриарилловые лезвия, вновь пронзившие едва затянувшееся сердце фархейра. Краткий миг они смотрят друг другу в глаза, а в следующее мгновение чёрный волколак в полуобороте вырывает клинки из раны, резко приседает и широким взмахом коротко свистнувшей смертоносной стали отрубает левую ногу четырёхрукого воина.

Взмахнув руками, Норхал пал спиной на землю и из его груди вырвался выбитый воздух. Обрубок пульсировал болью, перед глазами всё плыло, а исходящее кровью сердце судорожно билось о разрезанные лёгкие. Преодолевая расползающуюся по телу боль, он через силу вдыхал морозный воздух, но его было так мало, так ничтожно мало… Пытаясь удержать остатки ускользающего сознания, он шарил ладонью по поясу в поисках нового рунира, но плохо слушающиеся пальцы натыкались лишь на пустые отсеки.

Лимрак с дририлловой лапой встал рядом с ним и стал молча смотреть ему в глаза. И тогда вдруг к нему неожиданно пришло необычайно чёткое осознание грядущего, и он, наконец, перестал сопротивляться.

Вот, значит, как…

Норхал отвёл взгляд от волколака и с тоской посмотрел в небеса, с которых падали лёгкие снежинки, красиво сверкающие в ярком сиянии полной луны.

Выходит, у него не было и шанса, да? Хах… Лядский лимрак… Вот какого Фера этой ночью ты оказался именно здесь? Это ведь так… нечестно… несправедливо… Я ведь… так многого… ещё... не успел...

Воин сделал три коротких вдоха, а в следующее мгновение его израненное сердце, наконец, остановилось, и его душа покинула могучее тело вместе с длинным, протяжным выдохом.

И когда глаза четырёхрукого Норхала медленно покинула последняя искра жизни, Саргон оторвал от них свой взгляд и поднял его на вросшую в глубоко в земную плоть зловещую скалу, напоминающую гигантский продолговатый череп исполинского монстра с неровными буркалами бездонных глазниц, едва угадывающимися носовыми щелями и искороженным провалом зубастой пасти вместо входа.

Марлот был уверен в том, что для того, чтобы противостоять бесчисленным армиям силпатов и силзверов, необходим самый настоящий монстр. Однако он ошибся.

Не сводя глаз с Костяной Горы, я крепко сжал дриарилловую лапу в кулак.

Для этого потребуется не просто монстр, а самая великая и ужасающе сверхмощная тварь, какую только способен породить Древнир.

И кажется я знаю, где именно её найти.

P.S. Делаем ставки, кого же именно Саргон найдёт в этой кроличьей норе?) Пишите ваши предположения в комментариях)

Глава 4. Часть 3.

***

Откинув полог из толстой шкуры, я настороженно вошел в дальнюю пещеру, когда-то служившую лежбищем рыпохвиста. Обведя глазами довольно уютную обстановку нового хозяина Костяной Горы, ныне, впрочем, как и все её прежние владельцы, безвременно почившего, я остановил их на кипящем над костром казане, от которого исходил приятно манящий запах вкусной мясной похлёбки. И на мгновение меня даже кольнуло искреннее сочувствие к четырёхрукому воину - он явно надеялся вернуться в личное логово и вдоволь насладиться горячей пищей в эту снежную, зимнюю ночь. Что ж, не повезло - стоило, как и прочие силзверы, поселиться в захваченном Рэйтерфоле.

Сняв казан с огня, я оторвал взгляд от бурлящего варева и устремил его на невзрачный продолговатый камень, приваленный у стены напротив спального ложа. Бывший жилец не стал его убирать, органично вписав в обстановку пещеры в качестве стойки для копий, а если судить по глубоким насечкам, в будущем явно планируя обработать глыбу и превратить её в удобное хозяйское кресло, а то и вовсе в незыблемый трон.

Не отводя завороженных глаз, я медленно приблизился к камню, вытянул руку и замер, почти касаясь когтями неровных изгибов.

А что, если я ошибся? Рыпохвист ведь обладал всего двадцатой ступенью, вполне естественно, что он мог считать могущественными врагами всех, кто был хоть немного сильнее него… И этот четырёхрукий - судя по всему, он здесь уже довольно давно, так почему же он не почувствовал присутствия чего-то могущественного буквально у себя под ногами? Быть может, это потому что оно не такое уж и могущественное? Да и с чего я вообще взял, что там всё ещё кто-то остался?

Стиснув зубы, я опустил морду и сдвинул брови.

Что ж, есть единственный способ получить ответы на все эти вопросы.

Моя ладонь уверенно легла на шероховатую поверхность и дыхание тут же перехватило.

И миг спустя я вновь почувствовал это! Также, как и тогда, в руку отдавали ритмичные удары чего-то величественного, и сердце тут же жадно забилось в предвкушении будущей встречи.

Встречи с тем, кто ждёт уже очень, очень давно.

С расширенными до упора зрачками я вонзил когти в плотный зазор между камнем и стеной, и с нетерпением отшвырнул его в сторону, открыв взору длинную, змеящуюся в скале трещину, из глубин которой явственно веяло тлетворной смертью, что настигнет любого, кто отважится ступить во мрак неизведанного.

Изогнув губы, я оголил острые клыки.

Нет, я не ошибся - порождение Костяной Горы могло быть кем угодно, но только не жалким слабаком.

И очень скоро мы узнаем, кто из нас окажется сильнейшей тварью Древнира.

Хм. Вот только…

Склонив голову набок, я скептично осмотрел довольно узкий пролом.

Вот только сначала нужно до него добраться. И тело волколака для этого явно не подходит - если уж кто и сможет сюда пролезть, так это крыса.

Тело свела уже привычная судорога превращения: кости укорачивались, череп перестраивался, становясь меньше, а органы частично меняли своё положение и размер. Всё же страген и волколак были схожи внешне и внутренне, так что трансформация проходила проще, чем в тролля, или уж тем более в виверну, плоть которых приходилось наращивать или же сбрасывать, словно старую змеиную кожу.

Я с удовольствием размял гибкое тело, наслаждаясь лёгкостью и плавностью движений.

Как же давно я не принимал форму страгена! Даже не думал, что будет настолько приятно вернуться к своему первому лимрачному воплощению.

Разрабатывая похрустывающие кисти лап, приблизился вплотную к уходящей вниз расщелине и осторожно принюхался, при этом шевеля ушами и рассматривая неровные скалистые стены. Присев на корточки и проведя по ним острыми когтями, хмуро сковырнул несколько земляных комков.

Странно - земля сухая, не промёрзлая. Крошится под пальцами. Хотя вижу, что дальше земляной туннель сменяется каменным, но это не успокаивает - даже если они чередуются, всё-равно риск обвала при такой неоднородной структуре слишком велик. По хорошему здесь бы начать грамотные раскопки, с расширением лаза и укреплением свода, но, увы, времени работать по всем правилам никто не даст, так что придётся вознести молитву богине Эмере и рискнуть шкурой.

Глубоко вздохнув, словно перед погружением в воду, я шагнул во мрак.

Даже несмотря на то, что продвигаться приходилось боком, первые несколько шагов дались довольно легко, но вот дальше расщелина приняла более сильный наклон вниз и резко сузилась. Обшаркивая спиной осыпающуюся стену и постоянно с беспокойством поглядывая вверх, я, не доверяя зрению, осторожно страховал себя, ощупывая дорогу впереди правой лапой. Касаясь свисающих корешков, выпирающих осколков скалы и опадающей под ноги земли, я медленно продвигался всё дальше, и дальше...

Отблески костра из малого зала постепенно таяли, пока, наконец, не исчезли окончательно, оставив меня в кромешной темноте. И хоть после испытания Хайзена я и привык находиться в абсолютной тьме, однако от ощущения постепенно смыкающихся стен внутреннее напряжение росло с каждым мгновением.

Лядь!.. Поворот. До этого попадались небольшие изгибы, здесь же нужно было повернуть направо практически под прямым углом. И всё бы ничего, вот только потолок сузился настолько, что пришлось присесть и продвигаться в полуприсяде.

Замерев у самого поворота и немного передохнув, я выпустил лишний воздух, чтобы грудная клетка опала, и протиснулся за угол.

Шаг. Ещё шаг.

Камни больно впиваются в грудь, выступы давят на череп. Чуть отклоняюсь назад, приседаю ещё ниже и вновь иду вперёд. Мышцы ног стонут от напряжения, голова слегка кружится от недостатка воздуха, но я не останавливаюсь, надеясь на то, что вскоре попадётся широкий карман.

Но надеждам не суждено было сбыться.

Стены расщелины сузились настолько, что теперь можно было даже и не думать о том, чтобы разогнуться. Однако трещина здесь не кончалась - хоть края и вплотную смыкались практически до самого пола, однако у ног я нашарил края неровного лаза.

Что ж, похоже, дальше придётся ползком...

Вытянув ноги, распластался животом на полу и, поджав руки к груди, медленно пополз в ведущую куда-то вниз нору.

Протискиваясь буквально по сантиметру вглубь, я вдруг испуганно замер.

Это ещё что такое?!

Задержав дыхание, до упора напряг слух.

Этот шум…

Мои зрачки расширились.

Без сомнения, это шум осыпающейся земли!

Чувствуя над собой тонны нависшей земной тверди, я тяжело сглотнул.

Вот куда, куда я лезу?! А если отсюда нет выхода? Я и так уже едва ползу, а если вконец застряну? Застряну или буду раздавлен внезапным обвалом… Лядь… Паршивая будет смерть… Сразу ведь заметил, что земля слишком сухая - зимой это неестественно, ненормально...

Втягивая воздух мелкими вдохами, навалился грудью на лапы, закрыл глаза и унял бешено бьющееся сердце, размеренно процарапывая когтями углубления в скалистом крошеве.

Сухая земля, сухая… Не замёрзшая… А почему?

Открыв глаза, окинул задумчивым взглядом туннель.

Потому что здесь жарко.

От этой догадки я даже перестал дышать.

У входа в расщелину я думал, что земля рыхлая из-за постоянного нагрева от костра, но чем дальше продвигаюсь, тем жарче становится. Видимо, внизу расположен какой-то сильный источник тепла, поэтому всё здесь - и земля, и каменные стены, - буквально источают его. А ещё эта вибрация, которая по мере спуска становится всё явственнее, и этот всенарастающий рокот равномерных ударов… Лядь, надеюсь, Костяная Гора не является спящим вулканом...

Отогнав образ захлёстывающего меня потока пылающей магмы, я вновь пополз вперёд. С хрипом выталкивая воздух из груди и не обращая внимание на усиливающееся гудение в ушах, протискивался всё глубже вниз. И когда казалось, что всё, дальше хода уже нет, я делал очередной рывок и вдавливал себя на ещё один сантиметр в узкое зево подземного лаза.

И тут справа от моей морды опало земляное крошево, подняв перед самым носом облачко пыли, которое я невольно втянул очередным коротким вдохом. Горло на мгновение сдавило, в ноздрях запершило, и я, даже не успев подумать или что-либо сделать, хрипло чихнул и тут же рефлекторно втянул в лёгкие как можно больше воздуха - и камень моментально сжал меня со всех сторон, больно впившись в лопатки и грудь. Передавленные лапы стали неметь из-за нарушившегося кровотока, перед глазами всё помутилось, заплясали красные круги, а в висках стало отдаваться биение сердца, словно бы оно заколотилось в самом центре заболевшей головы.

Так, а вот это плохо. Очень плохо!

Я попытался сделать выдох, чтобы вновь уменьшить объём лёгких, но поднявшаяся пыль забилась в горло и ноздри, не позволяя нормализовать дыхание. Вырвавшаяся таки из цепей паника тут же хлынула в уязвимый разум и подчистую стёрла разумные мысли, оставив лишь инстинктивное желание вырваться из удушающей хватки давящего со всех сторон камня.

Тяжело дышать!.. Воздуха… не хватает… задыхаюсь...

И тут я почувствовал, как земля под пальцами начала проваливаться! Зрачки расширились до упора, меня потянуло вниз и я рефлекторно попытался оттолкнуться лапами от проседающего пола, но он стал разваливаться на комья от малейшего нажима. И тогда я сделал единственное, что ещё оставалось - развёл руки и ноги в стороны, уперевшись об узкие скалистые стены, что мгновением раньше грозили меня раздавить, а теперь же ставших моим спасением.

Земляной пол лаза окончательно обвалился, рухнув в тянущуюся вниз расщелину, но стены и потолок вросшей глубоко в плоть Древнира горы ещё держались.

Так, ну и что дальше?

Загнав панику обратно в клетку и как следует отдышавшись, подумал было активировать способности Дравэрина и взять эмоции под контроль, но всё же отмёл эту мысль - они всё-таки работают на пустарной энергии, и если порождение Костяной Горы чувствительно к её эманациям, то это может выдать меня раньше времени.

Я бросил взгляд вниз.

Хотя не поздно ли беспокоиться о скрытности? Впрочем, нет - обвалы под землёй не редкость, так что вряд ли они всполошат здешнего хозяина раньше времени.

Что ж, основное облако пыли до меня не поднялось, значит, трещина довольно глубокая, так что весь вопрос в том, есть ли здесь дно и сколько будет ответвлений и всевозможных отнорков… Ну, хотя бы со спуском проблем не предвидится.

Оттолкнувшись от одного края стены, ловко ухватился за один из каменных выступов и повис над бездной. А затем, страхуя себя вонзенными в скалу дриарилловыми когтями, второй лапой принялся тщательно выискивать надёжные участки стены с трещинами и выбоинами, которые можно использовать в качестве опоры, и начал движение вниз. Но чем ниже я спускался, тем чаще стали попадаться абсолютно гладкие участки стены, обойти которые становилось всё сложней. И в какой-то момент всё же не получилось найти обходной путь, и тогда пришлось рискнуть - задержав дыхание и разжав пальцы, я заскользил по стене в пропасть. Краткий миг падения - и я вновь вгоняю когти в камень.

Хлынул поток ярких искр, а затем я отталкиваюсь ногами от стены и перепрыгиваю на противоположную - снова несколько стремительных секунд контролируемого падения и очередной прыжок. После нескольких повторений манёвра всё же решаюсь использовать усиленную эхолокацию - дно оказывается совсем недалеко!

Корректирую положение тела при помощи хвоста и отклоняюсь к стене, скользя боком и не отрывая вытянутой вверх дриарилловой ладони от горячего камня. И когда до земли остаётся всего несколько метров, мягко отталкиваюсь и падаю вниз - лёгкий толчок в ступни и я практически бесшумно приземляюсь на покрытый обломками и крошевом каменный пол.

Замерев, внимательно прислушиваюсь, не отрывая напряженного взгляда от дальнего участка извилистой тропы, где расщелина окончательно смыкалась, превращаясь в подобие грубо обтёсанного коридора, тянущегося в неизведанные недра Костяной Горы, прямо к логову его зловещего порождения.

И оно было недалеко. Ведь там, из-за едва различимого поворота, сочилось трепыхающее, пульсирующее кроваво-розовое сияние, в такт которому гремели громоподобные удары:

Тух-тух-тух-Тух…

Тух-тух-тух-Тух…

Тух-тух-тух-Тух…

Я медленно выпрямился, втягивая ноздрями сухой, горячий воздух.

Конец пути уже близок.

И я сделал первый шаг.

Тух-тух-тух-Тух…

Ладони невольно сжимаются в кулаки, дыхание становится глубоким и размеренным.

Тух-тух-тух-Тух!..

Я неспешно и уверенно приближаюсь к своей судьбе, с каждым шагом изгоняя из бьющегося сердца слабость сомнений и подавляя шепот страха.

Тух-тух-тух-Тух!!

Сворачиваю за угол и направляюсь к сверкающему зеву входа. Величественный барабанный ритм становится всё сильнее и сильнее, пока, наконец, не заполняет собой всё моё естество, проникая в каждый крохотный уголок взбудороженного сознания.

И тогда я переступаю порог.

ТУХ-ТУХ-ТУХ-ТУХ!!!

Твою ж Лядь…

В исполинской пещере с дугообразными каменными сводами, у дальней, противоположной от входа стены, над чёрной горой висело поистине огромное, пульсирующее сердце, источающее кроваво-розовый свет, чем-то отдалённо напоминающий переливы прекрасного северного сияния.

Сердце… Горячее, обагрённое сиянием бьющееся сердце…

ТУХ-ТУХ-ТУХ-ТУХ!

Завороженный невиданным зрелищем, я перевёл взгляд расширенных до упора глаз на уходящий к потолку ребристый, каменный столб, тянущийся ввысь прямо позади громыхающего органа, от которого в обе стороны отходили те самые дугообразные своды, вросшие в земную твердь.

Они похожи… на… рёбра?!

Моя нижняя челюсть изумлённо поползла вниз.

Это что же получается - Костяная Гора, похожая на гигантский череп, на самом деле таковым и является??!!

Дыхание участилось.

И вся эта гора, это… это исполинский костяк??

Я вновь устремил взор на непрестанно сжимающийся и разжимающийся кусок плоти.

Костяк, сердце которого всё ещё бьётся.

И тогда мою голову длинной, ледяной иглой пронзила ужасающая догадка.

Древний.

Я отдалённо почувствовал, как мои когти вонзаются в правую ладонь, и тягучая, тёплая кровь сочится сквозь пальцы, тяжелыми каплями разбиваясь о пыльный пол пещеры, в существование которой невозможно было поверить, даже увидев её своими собственными глазами.

Это… останки Древнего?

И в этот момент в парализованное шоком сознание проникает лязг цепей.

Словно во сне я перевожу взгляд ниже, на огромную, блестящую чёрную гору, что почти касается своей неровной вершиной бьющегося сердца, и, не в силах сделать ни единого движения, наблюдаю за тем, как она оживает.

Вот с шелестом соскальзывает с вершины полотнище кожистого крыла; вот медленно поднимается усеянная длинными, костяными наростами голова, покоящаяся на длинной, могучей шее; раскручивается гибкий хвост, а мгновением позже, вонзая в пол громадные когти четырёх скованных цепями лап, Хранитель Костяной Горы, свернувшийся клубком под пульсирующим сердцем, выполз наружу и расправил крылья, что упёрлись в потолок и стены, так и не расправившись даже до половины.

Забыв о дыхании, я не отрываясь смотрел на покрытое блестящей чешуёй тело величественного чёрного дракона, обагрившего в оскале пасть, полную острейших, белоснежных зубов, и взирающего на меня с высоты своими неестественными, тёмно-зелёными глазами.

На меня, мелкого, слабого страгена, отважившегося потревожить сон того, кто видел Древнир таким, каков он был на самом деле.

Краткий миг мы смотрели друг другу в глаза, а в следующее мгновение чёрный дракон Костяной Горы в бешеной ярости ринулся прямо на меня, и свод пещеры содрогнулся от ударов его могучих лап, звук которых сплёлся с оглушительным лязгом громыхающих цепей.

ДА ТВОЮ Ж ЛЯДЬ!!!

Рывком ко мне возвращается самообладание и я тут же мчусь влево, на ходу начиная трансформацию в виверну.

Прыжок Дравэрина!!!

Пустарная энергия хлещет по венам, до упора наполняет мышцы ног и я совершаю молниеносный бросок вперёд и вверх, а на то место, где я был секунду назад, опускается драконья лапа, разламывая пол вдребезги, а мне вслед летит оглушительный, пробирающий до мурашек рёв. Стена стремительно приближается, вытягиваю изменяющуюся дриарилловую лапу и вонзаю когти в камень, ударяюсь удлиняющейся тушей о твёрдую искореженную поверхность, а затем быстро подтягиваюсь на второй конечности, пока ещё похожей на обтянутый кожей костяк, и что есть мочи ползу к потолку. Поворачиваю перестраивающийся череп на растущей шее назад, вижу бегущего ко мне монстра и из моего зубастого рта вырывается пронзительный визг.

Резко сворачиваю направо и не дожидаясь, когда дракон сократит расстояние, отталкиваюсь со стены, переворачиваюсь в воздухе прямо над его башкой, изгибаюсь и расправляю крылья. Миг - и когти моей правой лапы цепляются за его чешуйчатую шею и я падаю ему на спину, а затем в рывке вперёд вгрызаюсь клыками прямо под левый угол нижней челюсти только начавшего поворачивать голову дракона.

Техника Дравэрина! - перенаправляю поток пустаров на увеличение силы и со всей мощи сжимаю челюсти, при этом мотаю головой, упираюсь лапами и тяну на себя! Дракон ревёт, чувствую, как под зубами скрипит чешуя, бью его дриарилловыми когтями по морде, невольно жмурясь от ударившего по ушам мерзкого скрежета, а потом хозяин Костяной Горы выворачивает башку и я вижу его ужасающую, зубастую пасть, смыкающуюся на моей рунической лапе. Монстр играючи срывает меня с себя и в следующее мгновение с сокрушительной силой впечатывает в стену.

От места удара во все стороны хлынули трещины, и я с выбитым из груди воздухом валюсь на пол. Часть земляного участка пещеры обрушивается на меня. Оглушенно трясу башкой и таращусь на свою стальную конечность - не будь она из неразрушаемого дриарилла, он бы моментально перемолол её в крошево…

Поднимаю взгляд на ревущую смерть, пытаюсь уклониться от её рывка, но тщетно - огромная туша врезается в меня, с треском ломающихся костей вновь вминая в стену пещеры.

Л-лядь!.. Техника Неубиваемого Дравэрина - регенерация совмещенная с трансформацией!!!

Дракон делает шаг назад, поворачивает голову к мелкому, слабому потомку своей великой крови, и тут ему в морду вдруг влетает дриарилловый кулак и его башка отдёргивается в сторону. Не давая ему времени опомниться, ещё не закончивший обращение горный тролль Таллиар совершил резкий, усиленный прыжок, взмыл в воздух и со всей мощи Дравэрина вновь ударил его в челюсть кулаком из чёрной стали.

Пошатнувшийся дракон, оглушенно тряся головой, отступил на пару шагов, и я вновь ринулся на него - нельзя позволить ему прийти в себя!

Волна пустарной энергии хлынула по телу, новый стремительный рывок и удар в правую лапу, прямо плечом в сгиб сустава! И пусть я не услышал столь желанного хруста, пусть ощущение, словно со всей дури врезался в непоколебимую скалу, но зато его толстенная лапа отброшена в сторону и он почти рухнул на землю!

Чуть присесть, направить в ступни поток пустаров, а затем прыжок вверх! Миг - и два вытянутых вперёд кулака врезаются прямо под нижнюю челюсть нависшей надо мной драконьей головы. Когти мифического монстра невольно сжимаются, с лёгкостью вспарывая землю, из его пасти вылетает сдавленный хрип, и он пятится назад, глубоко втягивая ноздрями воздух в могучие лёгкие. Я же приземляюсь обратно на пол, перераспределяю резко сократившееся количество пустарной энергии для новой атаки, оттягиваю кулак, отталкиваюсь ногами и вновь разящим метеором рассекаю пространство, за считанные удары сердца сокращая разделяющее нас расстояние. Но как только я преодолел половину пути, чёрный дракон вдруг вскинул голову с широко распахнутой пастью и из глубин его глотки хлынул поток испепеляющего огня.

Всё, что я успел, это инстинктивно закрыть лицо дриарилловым кулаком.

А в следующее мгновение меня объяло пламя.

Боль миллионами раскалённых игл впилась в каждую клеточку моего тела, и я почувствовал, как кровь вскипела в жилах от неимоверного жара. Толстая кожа тролля прямо на лету рвалась и расползалась скукоживающимися лоскутами, мясо забурлило с хлынувшим из пор телесным жиром, вены лопнули, выпуская струи горящей, подобно жидкому огню, крови, а кости затрещали, грозя вот-вот взорваться тысячами осколков и проткнуть варящиеся заживо, внутри собственного тела, органы.

Однако сколь бы ужасающа не была боль, как невыносимы были страдания, я частично спас охваченную пламенем голову и смог последней уцелевшей от мучений мыслью запустить процесс регенерации, и, что важнее всего, трансформации.

И когда горящее тело горного тролля, продолжающего по инерции лететь сквозь поток пламени в дракона, ударилось о чешуйчатую грудь и начало медленно падать, из его разорвавшейся спины выстрелил комок чёрной жижи, который с влажным шлепком упал в стороне. И пока взъярённый монстр, приподнявшись, обрушил обе передние лапы на рухнувшего перед ним тролля, из бурлящего месива недалеко от него выскользнула рука, перевитая окровавленными жгутами быстро нарастающих мышц, вен и сухожилий. Следом за ней вылезла вторая, стальная лапа, а затем, словно прорвав плодный пузырь, и голова с вытягивающимся, постепенно перестраивающимся черепом. Это мерзкое существо упорно ползло вперёд, подтягиваясь передними лапами и волоча за собой склизский мешок из быстроформирующихся костей и органов его нового тела.

Быстрее, пока он не заметил! Быстрее, быстрее, быстрее!!!

Отрастают задние ноги, покрываются сетью горячей плоти и я мчусь уже на четырёх волчьих лапах. Только начавшее покрываться кожей мясо обжигает раскалённым воздухом, но эта боль ничто по сравнению с тем, что мне довелось испытать от всеуничтожающего драконьего пламени, поэтому я задвигаю её на самые задворки сознания и бегу вперёд что есть духу.

Сузившийся в вертикальную щелку зрачок бушующего дракона поворачивается в сторону стремительно удирающего волколака. Оглушительный рёв накатывает подобно волне и сливается с титаническим топотом.

Резко выпрямившись, несусь уже на двух лапах и забираю влево, выставляю дриарилловую руку в сторону приближающегося монстра и активирую Коллапс - щёлкает треснувший рунир и испещренное магическими символами предплечье охватывает веер разрядов, в ладони концентрируется пучок пустарной энергии и через мгновение в тварь летит сверкающая молния, смертоносные лучи которой впиваются в оскаленную морду. Дракон невольно зажмуривается, отдёргивает голову и немного тормозит, однако один из сильнейших оставшихся у меня руниров не наносит ему хоть сколько-нибудь значимых повреждений, и я продолжаю раз за разом активировать артефакт, на бегу выпуская одно мощнейшее заклинание за другим. Воздух гудит от раскалённых огненных шаров, трещащих ледяных игл, растущих из земли каменных острий и разлетающихся при столкновении с чешуёй кислотных бомб. Но порождению Костяной Горы словно бы плевать на всё это, он просто продолжает медленно, но упорно идти вперёд!

Миг - и на боку появляется призванная схроновая сумка, а следом за ней в правой руке материализуется эликсир восстановления пустарной энергии, который я тут же заливаю в глотку.

Вовремя!

Дракон резко распрямляет крыло в мою сторону и я едва успеваю стремительным перекатом уйти влево, избежав столкновения с изогнутым костяным шипом, от удара которого пол раскололся на взлетевшие в воздух куски. Замираю на одном колене, поднимаю взгляд на монстра и закидываю в пасть горсть алхимических пилюль на регенерацию ежей и пустаров, лихорадочно пытаясь отыскать способ победить в этой безумной битве.

И тут я замечаю, как он с силой втягивает воздух в громадную грудь!

Усиленный прыжок к стене спасает меня от мощной струи пламени! В спину ударяет волна жара, я вонзаю когти в камень, и в следующее мгновение делаю рывок ещё выше, потому что столб жидкого огня, вырывающийся из пасти управляющего им дракона, продолжает преследовать меня. Уже под самым потолком с дравэринской силой отталкиваюсь от стены, переворачиваюсь в воздухе, проношусь через полпещеры и приземляюсь перед гигантским сердцем, скользя по полу и поднимая пыль.

На миг потерявший меня из виду дракон вновь делает глубокий вдох, поворачивает голову и распахивает пасть. Но когда бешено ревущее пламя уже готово было вырваться на свободу и я лихорадочно стягивал энергию для нового уворота, зрачки мифической рептилии вдруг расширились и он резко отдёрнул морду, выпустив огненный поток в сторону от меня.

Ничего не понимая, я оторвал взгляд от разбившейся о каменную стену пламенной волны и перевёл его чёрного дракона, сквозь зубы которого на пол стекали раскалённые кроваво-оранжевые капли.

И тогда до меня дошло.

Сердце!

Быстро оборачиваюсь, вскидываю голову и впериваю глаза в бьющееся над моей головой сердце.

ТУХ-ТУХ-ТУХ-ТУХ!

Он защищает его! Оно - его слабое место!

И раз так, то нужно уничтожить эту дрянь!

Стремительно взмываю ввысь, замираю в воздухе прямо напротив пульсирующего органа, из кулака со стальным звоном выскальзывают сверкающие чёрные лезвия и я оттягиваю дриарилловую лапу для удара.

Полный страха и ужаса рёв проносится по пещере, исполинское сердце сбивается с ритма и испуганно сжимается, и я вдруг с невероятной чёткостью осознаю одну до жути простую вещь:

Если я сделаю это, то можно навсегда забыть и слиянии с драконом, а значит, и о пути к боевой форме.

И я не завершаю удар.

Приземлившись обратно на пол, тут же вновь прыгаю к самому потолку, отталкиваюсь от него ногами и лечу вниз прямо на вскинувшего морду дракона. Бешеный поток пустарной энергии в Силу, взмах дриарилловых клинков и острейшие лезвия входят точно в центр покрытого защитной плёнкой глаза практически наполовину! Не обращая внимания на ударивший по барабанным перепонкам вопль, с невероятным усилием слегка проворачиваю оружие в ране и прыжком ухожу обратно к колотящемуся сердцу. Ступни больно ударяются о пол, когти в скольжении высекают искры и я не отрываю взгляда от крылатого монстра, в ярости сотрясающего рогатой башкой и с ненавистью смотрящего на меня нисколько не потерявшим функциональности глазом.

Хрен-ново. И как же мне завалить этого исполина? Не в глотку же ему лезть?!

Мой напряженный взгляд скользнул по его чешуйчатой шее, а затем я сквозь вой полыхающего пламени и биение громадного сердца услышал звук, который заставил меня замереть на месте.

Звон цепей.

Мои зрачки моментально расширяются и глаза начинают лихорадочно метаться по могучему телу прародителя рептилий.

Нашел! Оковы цепей сковывают все четыре лапы дракона! Их длины хватает, чтобы он беспрепятственно перемещался по всей пещере, и их основание… Вот оно! Каждая из цепей словно бы вытягивается из передней и задней части каменных рёбер этого монументального древнего костяка, свисая подобно марионеточным нитям и волочась гремящими толстыми звеньями следом за узником Костяной Горы, обречённым провести вечность в её мрачных недрах.

План пришел в голову молниеносно.

Тело сковала судорога трансформации: плечи стали раздаваться вширь, позвоночник вытягивался, многократно увеличивая рост, мышцы стремительно нарастали, кости меняющегося лица хрустели, а пальцы превращались в толстые тролличьи сосиски. И, растопырив могучие руки в стороны, я взревел во всю мощь лёгких и сорвался с места, ринувшись прямо на дракона, который тут же помчался мне навстречу. Но когда наше столкновение стало практически неизбежно, я резко прыгнул влево, схватил в воздухе свисающую цепь от правой передней лапы и понёсся к стене, с силой оттолкнулся от неё ногами и ринулся обратно к поворачивающему морду дракону. И когда цепь коснулась костяного гребня, я, крепко сжимая её дриарилловой ладонью и используя собственное тело в качестве утяжелителя, ловко обернул её петлёй вокруг драконьей шеи, проскользнув прямо под ней!

Отлично! А теперь вторая!

Разжав пальцы, приземляюсь на чешуйчатое крыло, слегка проседающее от моего веса, и прыгаю с него к следующей цепи, на этот раз от левой передней лапы, вцепляюсь в неё пальцами и впечатываюсь ступнями в стену, от которых во все стороны хлынул веер трещин.

И тут краем глаза я различаю стремительное движение и взвинченные до самого предела инстинкты вопят об опасности. Ещё до того, как сознание в полной мере осознало происходящее, я совершаю рывок вправо и бешено мчусь по стене, которая содрогнулась от разрушительного удара драконьего хвоста, несущегося прямо за мной - оглушительно затрещал сминаемый камень, во все стороны полетели вырванные куски скалы и вздыбившаяся стена под ногами стала превращаться в крошево.

Не обращая внимания на несущуюся за мной смерть, крепко удерживаю в кулаке цепь и на бегу не свожу напряженного взгляда с драконьей головы.

Ну же, давай! Подними башку чуть повыше, вытяни шею! Вытяни её!

И!..

И!!..

СЕЙЧАС!!!

Прыгаю к вскинутой голове дракона, цепь проходит поверх могучей, бронированной шеи, натягивается и я ныряю вниз, проносясь под гортанью и закручивая новую петлю! Завершая манёвр, выпускаю из руки толстые звенья, переворачиваюсь в воздухе и приземляюсь на спину монстра, крылья которого вдруг резко сложились и понеслись навстречу друг другу, грозя раздавить меня всмятку!

Пустарная сила проносится по телу, наполняет мышцы и я в мегапрыжке мчусь к потолку, от которого тут же отталкиваюсь напряженными до упора ногами, и неостановимым снарядом несусь вниз, врезаясь со всей мощи прямо в голову дракона. От сильнейшего дравэринского удара башка гигантской рептилии резко проседает вниз и несётся к земле, отчего петля на его шее со звоном затягивается намного сильнее, а отрывок стальной цепи от оков на лапах и до шеи становится короче практически наполовину!

Шах!

Срываюсь с места и в молниеносном рывке перепрыгиваю через заострённые рога, скольжу по чешуе и подскакиваю к точке скрещивания двух цепей, вцепляясь в звенья мёртвой хваткой.

А вот теперь пора сделать мат!!!

Вспышкой мысли вкладываю один униар в грань “Метаморф”, догоняя его до четвёртого такта, получаю лимрачную метку и активирую её на драконе, после чего просовываю дриарилловую руку под цепь прямо под их перекрестием и, используя её как рычаг, делаю полный оборот вокруг себя, закручивая вмиг натянувшуюся петлю!

Мало! Нужно ещё! До самого предела!!!

Новый оборот, а затем ещё один, и ещё! Стальные звенья со скрежетом бороздят по чёрной чешуе и вдавливаются в неё, огрызок от оков до шеи становится ещё короче, с каждым мгновением ещё немного приближая лапы к морде. И тогда впавший в бешеную ярость дракон вгрызается когтями в землю и в сильнейшем рывке выпрямляет шею - металл, подобно тискам, сжимает мою дриарилловую руку и её едва не выворачивает в обратную сторону, но мне невероятным усилием удаётся упереться в предплечье и удержать положение.

И крепчайшие цепи, которыми когда-то сковали Хозяина Костяной Горы, не порвались, и этот рывок лишь ещё сильнее затянул петлю на его шее.

М-мало!.. Нужно больше, больше силы!!! Способности Дравэрина на полную!!!

Бешеный поток пустарной энергии вливается в Силу, мышцы распирает от непостижимой волны могущества и я с пронзительным боевым воплем делаю новый оборот! Несмотря на отчаянное сопротивление бьющейся подо мной мифической твари, я стою твёрдо и, сцепив зубы, с каждым шагом давлю всё сильней и сильней!

И, наконец, с очередным витком цепи смыкаются подобно смертоносной хватке самого Баглорда, и перекрывают дракону воздух! Величественный монстр, вдруг осознав, что он больше не может сделать ни единого вдоха, заметался с новой силой, но все было тщетно - удавка затянулась окончательно. И с каждым мгновением его яростные рывки становятся всё слабее, и слабее...

Силясь с сиплым хрипом втянуть хоть немного воздуха в горящие лёгкие через передавленную шею, он из последних сил скрёб по ней когтями, сдирая собственную чешую и пропарывая толстую, бронированную шкуру, но прижатые к телу скованные лапы не позволяли вонзить длинные острия глубоко в плоть и разорвать глотку.

Это… это что… конец?! Нет! Нет, я отказываюсь!

Он ринулся вперёд изо всех сил, натянув оглушительно звякнувшие от натяжения цепи, которые впиваются в шею с новой волной боли.

Я ни за что не оставлю её, не покину!!! НИКОГДА НЕ ПОКИНУ!!!

ТУХ-ТУХ-ТУХ-ТУХ!!!

Неверяще распахнув выпученные глаза с сеткой лопнувших сосудов, черный дракон устремил полный отчаяния взгляд на панически трепыхающееся сердце, с которым он был связан и телом, и душой, и которое в этот самый момент чувствовало каждую частичку терзающих его страданий.

Прости! Прости меня!!! Я!.. я…

Зрение медленно угасало, и тьма с каждым мгновением всё сильнее застилала его взор…

Я… я не сдержал обещание! Не смог!.. Подвёл...

Из затухающих глаз неумолимо утекала жизнь, и истерзанное сердце в его груди делало свои последние, надрывные удары.

Прости меня…

На пол упала одинокая слеза, предсмертная судорога сковала могучее драконье тело, и смерть, наконец, настигла Хранителя Костяной Горы, вся грозная сила которого оказалась бесполезна перед хитростью мерзкой лимрачной твари, которую ненавидит весь Древнир.

Из моей груди вырывается протяжный вздох, я пошатываюсь и измождённо падаю на колени.

Я… это сделал…

Облизнув пересохшие губы, неверяще провёл подрагивающими от напряжения пальцами по блестящей чешуе поверженного дракона.

Я победил… победил...

Из трупа монстра вдруг резко вырывается длинный, липкий чёрный жгут и оплетает моё предплечье.

Мои губы растягиваются в улыбке облегчения и я закрываю глаза, вскидывая лицо к бешено бьющемуся гигантскому сердцу, отчаянные удары которого несмолкающим эхом звенят в моей голове.

ТУХ-ТУХ-ТУХ-ТУХ!

А в следующее мгновение меня оплетают тысячи смолянистых нитей, тело пронзает нестерпимая боль и из глотки наружу рвётся ужасающий вопль.

ТУХ-ТУХ-ТУХ-ТУХ!!

Безумный поток силы убитого дракона проходит через меня и становится моей частью, в то время как моя плоть расползается бурлящей, клейкой жижей и втягивается в оплывающую тушу мифического монстра.

ТУХ-ТУХ-ТУХ-ТУХ!!!

Оковы и цепи проваливаются в вязкую массу и с безвольным звоном опадают на пол. Булькающий огромный ком, в который превратились слившиеся тела тролля и дракона, отчаянно пульсировал и содрогался, соединяя и переплетая в своём отвратительном нутре души и воспоминания двух совершенно разных существ, коим отныне предстоит стать частью единого целого.

И через миг своды пещеры сотряс громоподобный рёв нового чёрного дракона.

Быстроформирующиеся громадные крылья резко раскинулись в стороны и упёрлись в затрещавшие стены и потолок, длинный, гибкий хвост заметался из стороны в сторону, в то время как из перестраивающейся пасти вытягивались острые, белоснежные зубы, а кипящая, разлившаяся по всему телу жижа стремительно затвердевала, превращаясь в прочную, чёрную чешую.

И когда превращение, наконец, завершилось, величественный дракон, опустив голову, покрытую костяными наростами, вспорол могучими когтями землю под своими ногами и вдруг замер без единого движения.

На краткий миг всё вокруг погрузилось в полнейшую тишину, и наступил абсолютный, блаженный покой…

Но лишь на краткий миг.

ТУХ-ТУХ-ТУХ-ТУХ!!!

Расширившиеся до упора глаза чёрного дракона резко распахнулись и из его пасти вылетел ужасающе пронзительный визг. Обхватив когтистыми лапами голову, он неожиданно рухнул на землю и заметался в безумном припадке, приподнимаясь и вновь с силой падая, не в силах выдержать нахлынувшей боли, что терзала рвущееся на клочья сознание.

И когда мучения стали воистину невыносимыми, желанная тьма, наконец, поглотила его, с нежностью приняв в свои тёплые объятья...

P.S. Ухх... Надеюсь, вам понравилось))

Глава 5

Безумие настигло меня.

Крики, боль, нестерпимо яркий белый свет, ослепительные разряды ветвящихся молний и бесконечное количество рваных образов одновременно с тысячами звуков, переплетённых вместе со что-то враз говорящей какофонией голосов, хлынули в моё сознание, стремясь утопить его, дабы оно, наконец, захлебнулось и исчезло, канув в вечную тьму.

Но я не был против. Я был готов отдать всё, без всякого остатка, лишь бы сдержать данное обещание…

Меня окатило волной холода.

Обещание? Какое обещание?

Я словно налетел на невидимую стену. Все мышцы и органы моментально свело судорогой, а кости начало выкручивать и ломать, будто одна только мысль об этом причиняла ужасающую боль. Однако я был упрям, упорно продираясь сквозь страдания к истине, скрытую где-то в глубинах моей души.

Н-не… не скроете! Узнаю! Найду! Прерву! Д-дождись!! Дождись лишь!!!

Вместе с очередным витком боли бешеный калейдоскоп перед глазами внезапно взорвался резкой вспышкой и я невольно зажмурился. А когда открыл глаза, то увидел прекрасное, голубое небо, по которому плыли лёгкие, белые облака.

Глубоко втянув в могучую грудь свежий, морозный воздух, я сузил зрачки и устремил свой взгляд на стремительно летящего прямо на меня жемчужного дракона. Мои губы тронула улыбка, и я вновь взмахнул огромными чёрными крыльями, что со свистом вспороли небеса, и на бешеной скорости ринулся навстречу судьбе.

Вперёд, вперёд, вперёд!!! Наше время пришло!!!

Когда до нашего столкновения оставалось два мощных взмаха, мы оба одновременно сложили крылья и рухнули вниз, летя ровной параллелью и отсчитывая в падении удары собственных сердец.

ТУХ-ТУХ-ТУХ-ТУХ!

ТУХ-ТУХ-ТУХ-ТУХ!!

ТУХ-ТУХ-ТУХ-ТУХ!!!

И!.. Сейчас!!!

Резко распахнуть крылья, изогнуться и вновь взлететь вверх. Наши взгляды пересекаются и я буквально тону в синеве её глаз. Из моей груди рвётся громогласный рёв, и он сплетается с её мелодичным голосом. В полёте к небесным вершинам мы кружимся друг напротив друга, порождая идеальную двойную спираль. А затем наши пальцы, наконец, переплелись, и воздух зазвучал дивной песнью, сотворённой двумя величайшими существами Древнира, подтверждая нерушимый союз, заключенный под сияющим солнцем принадлежащего им мира.

А в следующее мгновение небесная твердь с ужасающим треском разорвалась на огромные трещины, в глубинах которых перекатывалась тьма. Бешеный поток обезумевшего ветра рванул нас в разные стороны и её пальцы выскользнули из моей ладони.

Что?! НЕТ!!! ВАЙНОРИЯ!!!

С яростным воплем я рванул за ней, но всё было тщетно - неведомая сила была намного могущественнее, с лёгкостью утягивая меня всё дальше и дальше. Меня бросало в безумном водовороте, и всё вокруг пожирала безжалостная тьма, затягивая в свои бездонные недра саму ткань мироздания.

И меня вновь окунуло во мрак, что терзал сознание умирающими обрывками воспоминаний.

А затем моего слуха коснулся чей-то шепот, принёсший лишь одно слово из далёкого прошлого:

ВАЙНОРИЯ...

В мозг словно вогнали раскалённую иглу, а следом за ней сразу ледяную.

ВАЙНОРИЯ! - наливаясь силой, прозвенел неведомый голос, и я обхватил лапами голову, ревя и метаясь в агонии.

Я верну её! Верну!

ВЕРНУ ВО ЧТО БЫ ТО НИ СТАЛО!!!

На миг всё внезапно прекратилось и вокруг воцарилась полнейшая тишина. Но в следующее же мгновение из глубин моего сердца хлынул безудержный поток ярости и всезжигающей ненависти. Резко распахнув глаза, я в очередной раз взмахнул крыльями и бросил взгляд через левое, а затем через правое плечо, осматривая своё воинство из тысяч драконов. Из моей пасти рвётся наружу громогласный рёв, и его мгновенно подхватывают мои верные сородичи, и мы несёмся вперёд, прямо на бесчисленную армаду тварей Ночи: двардрэнов, палачей, двардрэнских убийц, магдвардрэнских бестий, Лордов Безумия и сотен других порождений тьмы, копошащихся под ногами своих владык - гигантских монстров, каждый из которых был не похож на другого, мерно вышагивающих по земле, либо парящих над своей армией на могучих крыльях.

Сазэримы!

Мои зрачки сузились, и я оскалил клыки в лютой ненависти.

Сколь бы сильны вы не были, сегодня вы все падёте! Мы - Драконы, истинные владыки Древнира, отправим вас обратно в Бездну, из которой вы выползли!!!

И в следующий миг я пронзительным рыком отдаю приказ к атаке.

Этот мир принадлежит нам!!!

Тысячи драконов обрушиваются на колышущееся море врагов, усеявших землю и полыхающие небеса от горизонта до горизонта. Хлынула волна испепеляющего пламени, сжигающий сотни визжащих монстров и оставляющий после себя огненные просеки, усеянные шипящей плотью и булькающей от жара кровью. Грудью налетая на орды крылатых бестий, острые когти разрывали их на куски, пасти перемалывали кости, а хвосты дробили и сминали бесчисленные тела порождений Ночи.

НЕТ ПОЩАДЫ! ТОЛЬКО СМЕРТЬ!! СМЕРТЬ КАЖДОМУ!!!

Я выпустил поток огня в медленно бредущего Сазэрима, и жидкое пламя окатило его клыкастую морду и полилось на грудь, но он лишь раздраженно повёл головой и попытался поймать меня когтистой лапой, но я увернулся, резко взмыв выше. Устремившись к следующему, на этот раз летающему Владыке Ночи, которого пытались одолеть десятки моих братьев и сестёр. Мы заливали его бесконечными струями огня, но даже горящий с ног до головы, Сазэрим не останавливался, бросаясь на одного дракона за другим и с ужасающей лёгкостью разрезая крепкую чешую, пробить которую было способно далеко не всякое оружие.

Я резко рванул в сторону и наполненная сотнями острейших зубов пасть щелкнула рядом с моим лицом. Полный кровожадного безумия глаз на мгновение уставился прямо на меня и пронёсся мимо, но через миг Сазэрим стремительно развернулся в воздухе и вновь ринулся в атаку. Выпустив ему в распахнутую глотку огненный столб, я рванул в небо и огромная туша пронеслась под ногами.

Однако объятый пламенем выродок явно не желал оставлять выбранную добычу - изогнувшись, он взмыл вверх, и, заворачивая петлю, пошел на таран. Я успел лишь обернуться ему навстречу и подставить переднюю лапу, как эта живая скала врезалась мордой прямо в мой бок. Прижатый к несущемуся монстру, мне с трудом удалось оттолкнуться от него - едкий дым хлынул в глотку, перед глазами всё завертелось, а затем я налетел на крыло падающей твари и спину ожгло мощным ударом. Вновь вернувшийся круговорот заставил потерять чувство ориентации, и в следующее мгновение я со всего маху обрушиваюсь на землю, сминая собой мелкую гвардию властителей Ночи. Пробороздив телом длинную борозду в ревущих вражеских рядах, я поднялся на ноги и ошарашенно потряс башкой, после чего поднял глаза на приземлившегося невдалеке Сазэрима. Распахнув широченную пасть, он взмахнул крыльями и в мощном прыжке ринулся на меня.

И, наблюдая за несущейся тушей, в голове отчётливо прозвучала отчаянная мысль: “Это конец”.

Но внезапно пространство пронзил стремительно нарастающий, свистящий рёв, и с небес, подобно метеору, прямо на летящего монстра обрушился громадный Сазэрим, вминая его ногами в земную твердь. Во все стороны хлынула воздушная волна, полная каменных осколков, глыб вырванной земли и визжащих тварей.

Вцепившись в землю лапами, я закрыл голову крылом и подался вперёд, активируя щит сопротивления. Миг - и меня настигает разрушительная волна, однако она лишь в бессилии разбилась об отточенную годами защиту. Подняв голову, я устремил взгляд на медленно выпрямляющегося титана, чьи гигантские крылья разошлись в стороны и затмили небеса.

Оскалившись, я приготовился было к своей последней битве, как вдруг замер с расширенными до упора зрачками.

Крылья... Крылья этого Сазэрима были невероятно изящными, жемчужного цвета, такими же, как и его чешуя, покрывающая всё тело. И глаза... ясно-голубые, подобно самому небу, наполненные вселенской грустью и словно бы смотрящие прямо в глубины моей души…

ТУХ-ТУХ-ТУХ-ТУХ.

Н-невозможно!..

Я невольно попятился, не сводя глаз с ужасающего своей мощью Владыки Ночи.

- В… Вайнория?! - слетает с моих губ трепетно хранимое имя, и, услышав его, полная кривых зубов пасть Сазэрима раскрывается и по полю разносится печальный рёв.

И тут внезапно о его лицо разбивается поток драконьего пламени и печаль сменяется яростью.

- НЕТ! - в ужасе реву я. - Нет, не трогайте её! НЕ ТРОГАЙТЕ!!!

Взмыв в воздух, стремительно мчусь вперёд и обрушиваюсь на её грудь, цепляясь за жемчужную чешую.

- Вайнория! Вайнория, я нашел тебя! Нашел!

Но моя Вайнория не слышит меня. Обуянная кровожадным безумием, она хватает бьющегося о её грудь чёрного дракона, сжимает когтистые пальцы и отрывает от себя.

- В… Вайнория!.. - хриплю я из последних сил, чувствуя, как меня сдавливает со всех сторон. - Вайнория, это я… я... Гарганор!!!

ТУХ-ТУХ-ТУХ-ТУХ!

В горящих глазах Сазэрима вдруг что-то дрогнуло и он замер, не сводя взгляда с задыхающегося дракона.

- Гр… Гррр… - вылетели из пасти искореженные звуки, пока, наконец, не грянуло громогласное: - ГА-АРГ!!!

И в следующее же мгновение глаза Сазэрима прояснились, и в них вспыхнуло узнавание.

- Да, Вайни! ДА!!! - радостно вскричал я. - Гарг! Я Гарг! Гарг!!!

Вскарабкавшись по гигантской, мускулистой руке, я прильнул мордой к искорёженной щеке и обнял её крыльями.

- Вайни… Что же он с тобой сделал, Вайни?..

Внезапно придавленный, но всё ещё живой Сазэрим под ногами Вайнории попытался выползти из под неё, однако она не позволила ему сделать этого - наклонившись, бывшая драконица сжала его голову гигантской ладонью и потянула на себя, медленно оторвав её от туловища и оборвав бешеный визг. И когда я заглянул ей в глаза, мне передалась вся её боль, ненависть и бушующая в сердце ярость.

ТУХ-ТУХ-ТУХ-ТУХ!

- Убьём их! - мои губы растянулись в оскале. - Убьём их всех!!!

Ответом мне стал громогласный рёв.

Мы терзали их когтями, жгли пламенем, крошили черепа и отрывали клыками комья плоти, наслаждаясь хлещущей кровью и агонией десятков Сазэримов и тысяч их подручных. Время потеряло для нас всякое значение, и важно было лишь одно - месть.

И мы отдались ей целиком.

Уподобившись Богу Смерти Керхалту, жемчужный гигант Сазэрим и чёрный дракон несли погибель любому врагу, что вставал у них на пути. И когда уже стало казаться, что Владыкам Ночи скоро настанет конец, пришел ОН.

Нога Вайнории внезапно провалилась в землю, словно в зыбучий песок. Она попыталась было вытащить её, но и вторая нога потеряла опору и ушла вслед за первой.

- Вайни! - взревел я. - Взлетай! Взлетай сейчас же!

Распахнув крылья, она взмахнула ими и ринулась ввысь, но земля крепко держала её лапы, вытягиваясь вслед за ней. Однако Сазэрим всё же был сильнее, с каждым взмахом медленно, по сантиметру, вытаскивая себя из тягучей трясины. Но в следующий миг из бурлящего месива вылетели огромные корни и моментально оплели её ноги до самых бёдер. Взрычав, Вайнория стала рвать натянувшиеся кнуты лапами, но выскочившие из земли новые отростки обхватили могучие руки, а следом за ними перекинулись на крылья и потянули бьющегося в путах Сазэрима вниз.

- Вайни!

Ринувшись на выручку, я втянул воздух глубоко в грудь и выпустил поток огня ей под ноги, сжигая толстенные, странно завибрировавшие корни. Но внезапно твердь подо мною разверзлась и выплюнула из своего нутра столб копошащихся корней. Я тут же рванул в сторону в попытке отлететь, но эта дрянь молниеносно преодолела разделяющее нас расстояние и вцепилась мне в хвост, а с него переползла на лапы и крылья. Миг - и меня с невероятной силой тащит вниз, мощно ударяет о землю и намертво приковывает к ней. Видя это, Вайнория в бешенстве делает очередную попытку освободиться, но тщетно.

- Экая досада, - вдруг раздаётся донельзя раздраженный, ворчливый голос. Едва только услышав эти донельзя знакомые интонации, которые ни с чем невозможно спутать, я с расширенными до упора зрачками поворачиваю морду и с ненавистью смотрю на его обладателя. - А там это ты что ли, а, Гарганор? Оооуу, ну стоило догадаться, что без твоей чешуйчатой морды тут не обошлось!

Создание, похожее на ожившее дерево с чёрной, напоминающей грязные потёки корой, шагнуло вперёд на змеящихся по земле корнях и, шевеля голой кроной свисающих гибких прутьев, уставилось на скованную Вайнорию своими жёлто-оранжевыми глазами.

- Ндааа. Кто бы мог подумать, что тебе удастся испортить моего фаворита, - Кальмуар недовольно покачал головой и раздосадованно развёл руки в стороны. - Вот просто сдохнуть нельзя было, да, Гарг? Обязательно было вмешиваться именно тогда, когда когда моя паства почти достигла своей цели?! А вот это ты зря, милочка!!!

Он резко взмахнул рукой с гибкими пальцами-ветвями в сторону Вайнории, глубоко втянувшей воздух в могучие лёгкие, и её шею тут же стянули толстые корни - не набравший силы поток жидкого пламени хлынул изо рта и потёк сквозь многочисленные острые зубы на жемчужную грудь.

- Вайни!!! - Я забился на земле, загребая грязь когтями, но на место разорванных жгутов тут же нарстали новые, не позволяя мне вырваться на свободу. - Ублюдок! Древнир никогда не достанется тебе! Никогда!!!

- Да кому он нужен! - брезгливо отмахнулся Кальмуар и указал на Вайнорию: - Мне нужна была она! А ты, глупый драконишка, помешал ей исполнить своё предназначение!

- Предназначение?!! Да ты просто изувечил её тело и душу, превратив в свою марионетку!!!

- Изувечил? Я?! - тело древня затряслось от мерзкого, надрывного хохота. - О, бедный, несчастный Гарганор! Да будет тебе известно, что Я абсолютно ничего не делал! Она стала такой, потому что сама пожелала этого!

Я оскалил клыки.

- Лжешь! Она бы никогда...

- Да, да, да. Сколько ни живу, а отговорки остаются всё теми же. - Кальмуар тяжело вздохнул, рассматривая пленённого титана. - Какая мощь, какая сила, какое чистое стремление у неё было! Эхх… Но ничего не поделаешь - придётся выбирать нового фаворита. - Древесные губы Пастухара сложились в мерзкую улыбку. - Благо, долго искать не придётся!

Он развёл руки в стороны и его громоподобный голос разнёсся на тысячи километров вокруг:

- Приди же к нам, Сазэрим Кталху!

И он явился.

Земля затряслась крупной дрожью, а тёмно-алая ткань небес заколыхалась, обагрённая оглушительно взрывающимися в её глубинах яркими молниями. Тучи стали стягиваться в огромную, испещрённую разрядами воронку, которая медленно и неотвратимо вытягивалась, подобно жуткому хоботу. А затем грянул бешеный ливень, и в момент, когда края воронки коснулись земли, поток ледяной воды стал сплетаться в единое целое, порождая выходящего из новорожденного катаклизма гигантского Сазэрима, своими размерами не уступающего Вайнории. На его чешуйчатую грудь и плечи опадали сотни шевелящихся, растущих из нижней части головы щупалец, за спиной колыхались громадные, покрытые илом и водорослями крылья, а горящие кроваво-красным светом глаза вселяли истинный ужас в каждого, кто осмеливался хотя бы взглянуть на Сазэрима Бездны.

- Мне жаль, моя любимая Вайнория, - с ухмылкой произнёс Кальмуар, смотрящийся на фоне этих исполинов мелкой букашкой, - но тебе придётся пропустить грядущее Восхождение. Кталху! Забери Силу у недостойного Сияющего, отказавшегося от своего предназначения, и исполни Волю Древних!

- Нет! - взревел я, разрывая путы. - Нет! НЕ-ЕТ!!! Возьми меня! Меня, но только не её!!!

Но неотвратимо идущий Кталху не обращал на бьющегося дракона ни малейшего внимания. Приблизившись к скованной Вайнарии, он обхватил её когтистыми пальцами за плечи и медленно притянул к себе. Жемчужный Сазэрим пытался сопротивляться, вырваться из крепкой хватки, но чудовище надёжно держало свою добычу. Его лицевые, склизские щупальца оплели голову Вайнарии и скрыли смертельный поцелуй Владыки Бездны, и пространство прорезал её последний, безумный вопль, что сплёлся с отчаянным рёвом чёрного дракона. Бушевали разящие во все стороны молнии, гремел гром, и сама земля содрогалась от громкого хохота Кальмуара, воздевшего руки-ветви к обратившимся в хаос небесам.

И когда последний униар покинул тело жемчужного Сазэрима, Кталху разжал смертоносные объятия и выпустил безвольно покачнувшегося титана.

Вайни… В-вайни…

Загребая когтями мокрую грязь, я смотрел в погасшие, ясно-голубые глаза.

...ТУХ-ТУХ…

...Тух…

...тух…

Из моей груди вырвался протяжный, преисполненный отчаяния вой.

НЕТ! НЕТ, Я НЕ ВЕРЮ!!! Я НЕ МОГУ ВНОВЬ ПОТЕРЯТЬ ТЕБЯ!!!

Я рухнул на землю, содрогаясь от боли, что разрывала душу на куски.

Не верю… Нет… Вайни…

- Ну, вот и славно, - проговорил Кальмуар, смотря в спину удаляющемуся Кталху, бредущему вместе с оставшимися Сазэримами дальше в глубь Древнира, и ведя за собой армию Ночи, что помогала своим Властителям добивать последних драконов, посмевших встать у них на пути. Затем он повернулся к оплетённому корнями бывшему владыке небес. - Осталось лишь разобраться с тобой. Хмм, и какое же деяние будет достойно великого Гарганора?

Он задумчиво обвёл взглядом поле боя, и когда его жёлто-оранжевые глаза скользнули по фигуре павшего фаворита, древесные губы растянулись в широкой улыбке.

- Оооо, эт-то подойдёт. - Он вновь посмотрел на меня. - Гарганор! Раз уж я расстался со своим главным фаворитом именно по вине вашей хвалёной, столь “возвышенной” связи, то будьте же скованы ей столько, сколько сможете выдержать!

Внезапно, с ужасающим треском прорвав плоть на груди Вайнории, из её рёбер вылетели четыре цепи с толстыми звеньями, что были сотворены из костей одного из величайших Сазэримов. Миг - и все четыре лапы чёрного дракона были скованы, навеки привязывая его к трупу той, что была его судьбой.

- Я исполнил твоё желание! - крик Кальмуара сплёлся с громовыми раскатами. - Будь же счастлив, Владыка Драконов Гарганор!

Пастухар исчез, оставив после себя медленно затихающее эхо своего смеха.

Корни опали с моих дрожащих лап, и я, пошатываясь, поднялся и медленно побрёл, звеня цепью, к замершему, подобно горе, мёртвому Сазэриму, что когда-то был жемчужной драконицей, пленившей моё сердце. Вскарабкавшись по ногам, так и оставшимся стянутыми бесчисленными корнями, я допозл до груди, обхватил её крыльями и со слезами прижался к жемчужной чешуе, завыв от отчаяния и боли.

Прости меня, Вайнория… Прости… Я не смог уберечь тебя, не смог защитить…

Слёзы катились из моих глаз, смешиваясь с моросящим дождём, и моё сердце разрывалось от горечи невосполнимой утраты.

Вернись ко мне, Вайни… Прошу… прошу тебя…

Цепляясь за погибшую любовь, я обречённо взревел во всю мощь лёгких.

Прошу…

...тух…

Тихий, едва заметный звук, подобный разбившейся капле слезы, заставил меня резко распахнуть глаза. Боясь поверить в услышанное, я прижал голову к груди Вайнории и перестал дышать.

...тух…

Мои зрачки моментально расширились, и в следующее же мгновение я принялся лихорадочно разрывать когтями прочную чешую, разрезая лапы до крови и вгрызаясь в мёртвую плоть клыками.

Дождись меня, дождись, Вайнория! Я доберусь до тебя, спасу тебя, ВЕРНУ ТЕБЯ!!! Ты только дождись, слышишь?! ДОЖДИСЬ!!!

...тух…

Рыча от боли в сведённых судорогой мышцах, я не останавливался ни на мгновение, и, наконец, смог разодрать прочную кожу Сазэрима и ринулся прямо в кровоточащее нутро. Забыв обо всём, я рвался вперёд, рассекая натянутые вены и вонзаясь зубами во всё ещё горячие внутренности. Цепляясь и втягивая себя всё дальше, я, наконец, нашел его!

Сердце Вайнории.

Обхватив его лапами, я изо всех сил прижался к нему, чувствуя, как в его глубине ещё теплится едва тлеющий уголёк угасающей души. И я потянулся к нему всеми своими чувствами, надеждами и мечтами, без всякой жалости бросая их в глубины трепыхающегося пламени жизни.

Живи, Вайни, живи!

...тух…

Мне не нужны униары, мне не нужно могущество, мне не нужен Древнир! Только ТЫ имеешь значение, только ТЫ мне нужна!!!

...ТУХ-ТУХ...

Я отдам всё, что имею! Забери каждый мой вздох, каждый удар сердца, каждое воспоминание! Вырви саму душу и сожги её дотла!!!

...ТУХ-ТУХ-ТУХ!..

ЗАБЕРИ ВСЁ БЕЗ ВСЯКОГО ОСТАТКА И ЖИВИ!!!

ТУХ-ТУХ-ТУХ-ТУХ!!!

Громадное сердце Вайнории засверкало переливающимся, прекрасным кроваво-розовым сиянием, и его громогласный стук сплёлся и зазвучал в унисон вместе с ударами сердца чёрного дракона Гарганора, из глаз которого катились слёзы радости и счастья.

Я во что бы то ни стало защищу твоё последнее пристанище, Вайни! Сберегу сияние осколка души, даже если сам кану в вечном мраке!

В его сознание хлынула волна эмоций, а по чешуе словно кто-то ласково провёл тёплой, мягкой ладонью, и он лишь ещё сильнее прижался к бьющемуся сердцу.

Я ни за что не оставлю тебя… Никогда не покину...

Обещаю тебе, Вайнория.

***

В тёмных глубинах Костяной Горы, напоминающей гигантский череп неведомого чудовища, под тоннами земли, глины и каменного крошева, в исполинской пещере с дугообразными каменными сводами, напоминающими гигантские рёбра, над чёрной горой висело поистине огромное, пульсирующее сердце. Источая кроваво-розовый свет, чем-то отдалённо напоминающий переливы прекрасного северного сияния, оно оглушало своим непрерывным, величественным биением, олицетворяющим саму суть любой жизни.

ТУХ-ТУХ-ТУХ-ТУХ.

- Гарганор… - внезапно прошелестело едва слышное эхо.

Огромная, блестящая чёрная гора на мгновение всколыхнулась.

- Гаргано-ор…

Свернувшийся под трепещущим сердцем, забывший своё имя Владыка Драконов медленно открыл свои тёмно-зелёные глаза.

Несколько долгих мгновений они смотрели друг на друга: исполинский Хранитель Костяной Горы и обычный человек с практически абсолютно чёрными глазами, которые были полны невероятного спокойствия. И пусть от неведомого гостя не чувствовалось ни малейшей тени угрозы, дракон не обманывался его кажущейся безобидностью.

Ведь он знал, кто сейчас стоит перед ним.

- Я ждал тебя… - прошелестел слабый, донельзя уставший голос древнего, мифического чудовища.

На лице Саргона появилась лёгкая улыбка.

- Надеюсь, что недолго, - он окинул взглядом пещеру. - Всё же найти тебя было нелегко.

Гарганор слегка шевельнул головой, усеянной длинными, чуть отогнутыми назад костяными наростами.

- Однако тебе удалось…

Саргон кивнул.

- Крохотные осколки твоей памяти чудом уцелели, но даже их всё равно было недостаточно. - Он поднял голову и взглянул на размеренно сжимающийся кусок плоти над их головами. - Но мне помогла она.

Тело дракона вздрогнуло.

- Вайнория...

- Да. Чтобы она жила, ты отдал всё: плоть Сазэрима, униары, огонь своей души, теплоту каждого чувства, каждой эмоции, - его губы тронула улыбка, - и, конечно же, ты принёс на жертвенный алтарь самого себя. Но Вайнория всё это время, также, как и ты, хранила и бережно согревала своим дыханием едва тлеющий уголёк твоей души, и те воспоминания, что были вам так дороги. И она поделилась ими со мной.

Чувствуя сковавшую сердце боль, Гарганор приопустил отяжелевшие веки и отвёл голову в сторону.

- Я знаю, чего ты хочешь, лимрак...

Саргон вздёрнул бровь.

- А ты разве этого не желаешь? Кальмуар ведь всё ещё бродит по Древниру и отравляет его одним только своим существованием.

Дракон тяжело вздохнул.

- Месть… - слетело с его губ заветное слово, и он вновь взглянул на своего гостя. - Она не имеет никакого смысла...

Лимрак был ошарашен услышанным.

- Что?! Неужели ты не жаждешь возмездия за всю ту боль и страдания, на которые обрёк тебя и Вайнорию этот мерзкий выродок?!

Хранитель Костяной Горы грустно улыбнулся.

- Зачем нужна месть, если для её воплощения мне всё равно придётся пожертвовать Вайни… - Могучий дракон поднял взгляд и с нежностью посмотрел на сверкающее, медленно бьющееся сердце. - Наши жизни, судьбы, сердца и души связаны воедино, и мы до сих пор живы лишь благодаря друг другу. Но теперь… - он покачал головой и посмотрел на него, - теперь я умер. Ты убил меня, лимрак, и теперь она погибнет без меня, даже если осколок моей души сольётся с твоим. Но это не страшно.

Его глаза вновь устремились к Вайнории.

- Она готова уйти, я чувствую это... А вместе с ней уйду и я…

Саргон долго молчал, обдумывая его слова, а затем шагнул вперёд и сказал без единой тени сомнения:

- Тогда мы возьмём её с собой.

Чёрный дракон внезапно свирепо взревел.

- Нет! Если ты убьёшь её, то она станет лишь горсткой жалких униаров, пущенных на приумножение твоего могущества! Я не позволю тебе сделать этого!

Лимрак поднял раскрытую ладонь.

- Ты не так понял меня, Гарганор. Я не собираюсь отнимать её жизнь. - Саргон опустил руку. - Слушай же моё предложение, Гарганор, Владыка Драконов! Если ты согласишься на наше полное слияние, то, если на то будет воля Вайнории, я заберу последний осколок её души и найду ему новое пристанище, дабы отныне и впредь вы никогда не расставались с ней! - Его губы искривились в хищном оскале. - И я дам вам обоим возможность сполна отомстить этой твари, именующей себя Кальмуаром!

Гигантское сердце яростно заполыхало, и по пещере пронёсся громогласный, воинственный бой, жаждущий совершить вместе с любимым лишь одно - Возмездие!

ТУХ-ТУХ-ТУХ-ТУХ!!!

Чёрный дракон Гарганор зарычал, оголяя острые, белоснежные зубы, и поднялся на ноги, гордо расправляя крылья и вытягивая могучую шею.

- ДА БУДЕТ ТАК!!! - прогремел его величественный голос.

А в следующее мгновение грудь Саргона и Гарганора пронзили тысячи безумно сверкающих молний, от каждого удара которых их тела обращались в искрящийся пепел, что закручивался в бушующую воронку. Саргона подняло в воздух, и он завис с раскинутыми в стороны руками, спиной к содрогающемуся в конвульсиях сердцу Вайнории, в самом эпицентре невообразимого пепельного шторма.

И под грохот разваливающейся на части исполинской пещеры, на свободу вырвался пронзительный вопль единого, могущественного существа, что было рождено в недрах Костяной Горы.

ТУХ-ТУХ-ТУХ-ТУХ!!!

Внимание! Расовая “Лимрачная Боевая Форма” разблокирована!

Глава 6

Я вновь оказался здесь.

Взгляд скользит по ветвящимся трещинам когда-то ровного асфальта, натыкаясь на блестящие осколки стекла, утопающие в мутных лужах газеты и блестящие обёртки, и невольно останавливается на длинных, глубоких следах от острых когтей на брошенных, искореженных машинах с распахнутыми дверями.

Запрокинув голову, поднимаю глаза вверх и смотрю на гигантскую, медленно закручивающуюся внутрь себя чёрно-фиолетовую воронку, обагрённую розоватым сиянием от взрывающихся в её нутре разрушительных молний, которые грозят низвергнутся на пустынные многоэтажки, глядящие на погибший город разбитыми буркалами многочисленных окон. Но затем наши с ними взгляды устремляются вперёд, туда, откуда неотвратимо надвигается сама смерть.

Яркая вспышка прочертившей небосвод ветвящейся молнии выхватила из сгустившегося мрака исполинские тени медленно бредущих фигур. Они были выше, чем любой небоскрёб этого когда-то величественного города, и каждый из них не был похож на другого, являясь абсолютно иным существом, нежели его собратья. Но все они были частью одной армады, объёдинённой единой целью.

Армады, грозящей уничтожить весь мир.

Оторвав взгляд от надвигающихся исполинов, я повернулся к ним спиной и посмотрел на замерший напротив меня сгусток пульсирующей тьмы, отдалённо напоминающий высокую фигуру в капюшоне, чьё тело покрыто вечно текущими, вязкими чернилами. Чувствуя, как ледяной холод касается пальцев ног и начинает медленно, по миллиметрам, пожирать мою горячую плоть, постепенно продвигаясь всё выше, я ощутил сжимающую сердце лапу первобытного ужаса, но ни единый мускул на моём лице не дрогнул, и я не отвёл глаз от непроглядного мрака, затаившегося в недрах капюшона.

Ведь зачем страшиться того, кто сам пригласил меня в гости.

- Я знаю, кто они. - Я слегка качнул головой, указывая себе за спину. - Сазэримы, верно?

Слова слетели с моих губ и Мир Умирающего Солнца жадно поглотил их, разрывая на части и высасывая ту частичку жизни, что они несли вместе с дыханием смертного. Уцелевшие стёкла брошенных домов и машин мелко задрожали, а вдруг налетевший порыв ветра всколыхнул голые ветви заскрипевших деревьев и кустарников, высаженных вдоль тротуара.

Владыка Кошмаров лишь слегка шевельнул головой, и окружающее пространство наполнилось бесконечным эхом неразличимых голосов, силящихся что-то сказать, донести, прокричать…

И тогда, вслушиваясь в нескончаемую потустороннюю какофонию, я задал Богу Смерти один единственный вопрос, что уже давно терзал мою душу:

- Чего ты хочешь от меня, Баглорд?

Земля под ногами затряслась крупной дрожью, вокруг ещё сильнее сгустилась тьма, и её колышущееся, жадное месиво заколыхалось в непроглядной черноте переулков и квартир в каменных муравейниках, когда-то населённых людьми.

И тут я отчётливо почувствовал на своей спине чей-то очень внимательный взгляд.

Невольно стиснув кулаки, я медленно обернулся.

Длинные, гибкие жгуты многочисленных ветвей хаотично шевелились, подобно клубку змей, свисая с кроны большого дерева с туманными, жёлто-оранжевыми глазами, грязно-потёкшая кора на стволе которого треснула и разошлась, превратившись в зигзагообразную, жуткую ухмылку. Разведя руки с длинными пальцами-ветвями в стороны, он, казалось, вот-вот схватит и с лёгкостью разорвёт оказавшегося перед ним жалкого человечишку, обагрив горячей кровью свои стелющиеся по земле многочисленные корни.

И я смотрел, смотрел ему прямо в глаза, чувствуя, как с каждым мгновением разгорается в моей груди яростное пламя ненависти и неутолимой жажды мести.

Из нутра гигантской небесной воронки вырвался поток ветвящихся молний, что волной разошлись по её пульсирующим краям, и яркая, фиолево-розовая вспышка осветила погибший город из моего далёкого прошлого.

И в этот момент в глубины моего сознания проник голос Повелителя Кошмаров, подобный шепоту мириадов умерших цивилизаций, и я отчётливо услышал всего два слова, раскалённым металлом пронзивших в мою душу.

...УБЕЙ КАЛЬМУАРА...

Глава 6. Часть 2.

***

Убей…

Убей…

Убей…

Медленно затихающее эхо голоса того, кто раньше не произносил ни единого слова, блуждало по закоулкам моего медленно пробуждающегося, обновлённого сознания, проникая в каждый его отдалённый уголок.

Убей Кальмуара...

А затем наступила абсолютная тишина, прерываемая лишь одним единственным звуком.

Звуком бьющегося сердца Вайнории.

...ТУХ...

...ТУХ...

...ТУХ...

...ТУХ...

Дриар на правом запястье сковало льдом.

Внимание! Задание “Убить Кальмуара” обновлено!

Не только горный тролль Таллиар жаждет гибели таинственного Пастухара, но и Владыка Драконов Гарганор вместе со своей возлюбленной Вайнорией. Однако их стремления отомстить меркнут на фоне желания самого Бога Смерти и Повелителя Кошмаров - явившись в момент слияния душ, Баглорд поручил вам отправить в Гладархон того, кого в Древнире именуют Кальмуаром. Кем же является этот Пастухар, если сам Владыка Тьмы хочет заполучить его душу? И что будет, если вам всё-таки не удастся выполнить это поручение? Ответов нет, но одно ясно наверняка - не следует разочаровывать столь великую сущность.

Награда: Скрыто, уникально.

Штраф за провал задания: Раскол Души; Скрыто.

Я открыл глаза и некоторое время просто рассматривал высокий потолок исполинской пещеры, на котором играли постепенно угасающие блики неотвратимо останавливающегося сердца Костяной Горы, столь бережно хранимое мной столько бесчисленных лет.

Вайнория…

Мои наполненные болью и нежностью глаза устремились к пульсирующему сердцу, и я медленно приподнялся, подогнув под себя ноги.

Не волнуйся, любимая, уже очень скоро мы с тобой обретём свободу и познаем сладость отмщения, как нам и было обещано…

Я тепло улыбнулся.

Всё верно, Гарганор. Уже очень скоро мы все вместе покинем Костяную Гору и встанем на Путь Возмездия. Но сначала, нам нужно стать сильнее...

Положив руки на колени, я прикрыл глаза и вновь потянулся мыслью к дриару.

Внимание! Получено Достижение “Титан”!

Вами был уничтожен противник “Чёрный дракон Гарганор”, старше вас на 240 ступеней.

Награда : 30% униаров от Несгораемого Запаса поверженного соперника, + 20 Очков Атрибутов, + 1 к Глобальной Репутации, Грань “Усиление II” (Любой наносимый вами урон будет увеличен на 7%).

Итог : 0 униаров, +20 ОА, +1 ГР, Грань “Усиление II”.

Нда. Как я и думал, за прошедшие столетия все униары были сожжены ради поддержания жизни Вайнории. И даже несмотря на это, формально Гарганор был сильнее меня на 240 ступеней, и поэтому система Древних присвоила это достижение. Спасибо, конечно, за то что отметили мои выдающиеся заслуги, но было бы лучше, если бы мне ещё и униаров за это досталось в полной мере. Шутка-ль в деле, потерял минимум двадцать четыре миллиона униаров с лишним... Жестоко.

Внимание! Получено Достижение “Слияние V”!

Вы рискнули поступиться собственным “Я” и пошли на необратимое слияние сознаний уже в пятый раз, и он едва не стал для вас последним. Однако вы всё же одержали блистательную победу и это стало для вас поистине эпохальным событием, ведь вы достигли того, чего не смог достичь ни один лимрак за всю историю их существования - Вы смогли разблокировать расовую Лимрачную Боевую Форму после пятого слияния! Гордитесь же - вы вошли в легенды своего народа и стали ещё ближе к обретению великого могущества, которым славились ваши предки!

Награда : +5 Разум, +5 Сила Духа/Характер, +5% сопротивляемости к аспектам “Псионики”, 2 000 000 Блуждающих Униаров.

А вот это безмерно радует - наконец-то мне доступна эта таинственная боевая форма. Но оставим её изучение напоследок, как говорится - на сладкое, а пока перейдём к ознакомлению с моим новым телом.

Список метаморфа:

Раса: Лимрак.

Изначальная подраса: Человек, северянин (сопротивление естественному холоду 50%).

Инициированная подраса (25% от количества доступных пустаров, возврат из этого образа бесплатен): Страген. Имя - Севирот.

Поглощенные существа:

1 - Чёрная виверна. Имя - Дэйра.

2 - Горный тролль. Имя - Таллиар.

3 - Волколак. Имя - Роган.

4 - Чёрный дракон. Имя - Гарганор.

Положительные аспекты: естественное оружие (клыки, когти, хвост, крылья), естественная броня (чешуя), способность к полёту (крылья), острый нюх, острое зрение, ночное зрение, инфракрасное зрение, способность к лазанью, гибкость, повышенная сила и выносливость, сопротивление огню, огнедышащий (способен выпускать изо рта потоки испепеляющего пламени), два сердца, Повелитель Драконов.

Негативные аспекты: большие размеры (по крупной цели легче попасть), штраф к скрытности (сложнее остаться незамеченным), долгое насыщение (требуется больше воды и еды), уязвимость к холоду.

Два сердца…

Я поджал губы.

Выходит, из двух серце у Вайнории осталось биться лишь одно…

Тяжело вздохнув, я обратил внимание на следующее оповещение дриара:

Внимание! Получено задание “Сердце Вайнории”!

Одно из двух условий, при которых Чёрный дракон Гарганор согласился пойти на полное слияние с вами, состоит в том, чтобы Вы нашли новое хранилище для последнего Осколка Души его возлюбленной Вайнории, которое заточено в сердце Костяной Горы. После фактической смерти Гарганора душа Вайнории окончательно угаснет, неизбежно погибнув, но даровав осколку новое вместилище, вы сохраните его сияние и укрепите связь между душами влюблённых.

Награда: Скрыто, уникально.

Штраф за провал задания: Раскол Души.

Раскол души… Что ж, всё верно - я ни за что не оставлю Вайнорию, и без раздумий шагну за ней следом в Царство Мёртвых. Но этого не потребуется, если лимрак сдержит данное слово.

На моём лице появилась кривая ухмылка.

Сдержу. Мы ведь теперь единое целое, забыл?

Внимание! Задание “Тайна Костяной Горы” выполнено!

Отважившись ступить во тьму, вам не только удалось добраться до самого сердца Костяной Горы и разгадать её тайну, но и выжить. Каков же теперь будет ваш следующий шаг?

Награда за выполнение : Сердце Вайнории, 1 000 000 униаров.

Я выгнул бровь.

За миллион, конечно, спасибо, но сердце в качестве награды? Хотя… Если так подумать, то шанс того, что здесь окажется именно лимрак, которому удастся не только победить, но и поглотить дракона, необычайно мал. А для обычного силпата, силзвера или силкраса тело дракона и сердце само по себе будет являться огромной наградой - не считая реагентов, они бы наверняка выбрали умерщвление сердца, дабы получить накопленные в нём униары, ведь после моей гибели Вайнория всё равно бы умерла… Вернее, после смерти Гарганора... Хотя странно говорить о себе с третьем лице… Лядь...

В висках запульсировала тупая боль, биение сердца нарушило свой ритм и в груди противно заныло. Поморщившись, я сделал глубокий вдох и медленно выпустил воздух через приоткрытые губы.

В этот раз слияние и закрепляющая трансформация прошли не так, как обычно, что не могло не сказаться на общем самочувствии. Не знаю даже, сколько именно времени прошло снаружи, пока я лежал на полу этой пещеры - час, день, неделя, месяц? Кто знает - остаётся лишь уповать на богиню Эмеру.

Что ж, не стоит больше тянуть - пора переходить к гвоздю сегодняшнего вечера.

Внимание! Расовая “Лимрачная Боевая Форма” разблокирована!

Лимрачная Боевая Форма (ЛБФ) - способность к уникальной трансформации своего тела, благодаря которой лимраки получают возможность объединять в одном физическом воплощении множество выбранных свойств поглощенных им существ. Открывшийся конструктор позволит вам стать сильнейшим из существ, ведь используя даже один единственный аспект боевой формы, вы получаете бонусы от расовых граней “Мощь Лимрака с I по IV” согласно их развитию.

“Лимрачная Боевая Форма” является уникальной гранью, поэтому градация её развития дороже стандартной. Так первый такт освоения грани, позволяющий выбрать одно любое свойство поглощенного существа, обойдётся в 1 000 000 униаров. Второй такт, соответственно, в два миллиона, третий - в три миллиона, четвёртый - в четыре, и так далее, вплоть до сотого такта.

Далее шел список из предложенных на выбор свойств, сформированный на основе физических и ментальных способностей поглощенных мною существ. И стоило только мне с ним ознакомиться, как моя челюсть поползла вниз от изумления.

Это что же, получается, я теперь могу сделать из себя самого жутчайшего из монстров, которого когда-либо видел Древнир?! И для этого надо всего лишь вложить униары в грань и получить, скажем, крылья? Или когти, или броню, или когти, или… или нужное сопротивление… Лядь…

Я шумно выдохнул скопившийся в груди воздух.

Немыслимо… Теперь понятно, почему Скайдэн говорила, что лимрак в боевой форме способен выстоять один против целой армии - объединив в себе все сильнейшие способности поглощенных существ, он становится чем-то совершенно иным, и чтобы уничтожить его, придётся очень сильно постараться. А если соединить это всё с моими способностями Дравэрина… Великолепно…

Я уже собирался было вложить все полученные униары в эту грань, но вовремя одумался.

Нет, всё же не стоит тратить сразу всё - ведь неизвестно, что может потребоваться на создание нового хранилища для души Вайнории. Думаю, пока что одного такта будет вполне достаточно. Вот только… что же выбрать?

Тщательно изучив все доступные свойства, решил для начала всё же взять простую, но необычайно эффективную вещь - артефактные когти-лезвия Рогана. Во-первых, они зачарованы на 80% усиление атрибутов, настолько же увеличится чувствительность моего слуха, а также свойство вампиризма чертовски полезно во время боя. Не говоря уже о том, что благодаря моей неразрушимой дриарилловой руке скрытые клинки будут сделаны из чистейшего дриарилла - лучшего металла в Древнире, способного резать обычную сталь, подобно простой бумаге. Да и бонусы к урону от грани “Личное Именное Оружие - Коллапс” на лезвия также будут распространяться. Так что решено!

Внимание! Выбрано первое свойство “Лимрачной Боевой Формы” - Дриарилловые когти-лезвия Рогана!

Отлично! На этом пока остановимся и вернёмся чуть позже, как только найдём Осколку Души Вайнории новое вместилище.

Разорвав связь с дриаром, я медленно поднялся на ноги, давая себе возможность привыкнуть к ощущениям от нового тела - а их от превращения из огромного дракона в обычного гуата было немало.

Подняв ладони к лицу, долго рассматривал их, шевеля пальцами, а затем поднял голову и окинул взглядом пещеру, столько времени служившую моим пристанищем. Какая же она всё-таки громадная… Или это я слишком маленький? Вероятно, всё вместе. И сердце - я прижал руку к груди - у меня теперь всего одно сердце… Так непривычно… И как только столь слабое существо оказалось способно победить меня? Хотя не стоит обманываться - это ведь всего лишь маска, скрывающая истинную силу лимрака.

...Тух… Тух… Тух… Тух…

Встрепенувшись, я поднял взгляд на слабо бьющееся сердце Вайнории.

Что ж, пора исполнить обещанное.

Несколько раз мысленно активировав заклинание “Каменная стена”, я повёл ладонью вверх и из задрожавшего пола стали выдвигаться ровные, прямоугольные блоки. Нормируя их высоту, я сформировал ступени, ведущие прямо к пульсирующему органу, и поднялся к нему. Вслушиваясь в угасающий ритм, я с нежной улыбкой прижал ладонь к сияющей плоти.

Не волнуйся, любимая, уже очень скоро ты обретёшь свободу и мы вновь будем неразлучны.

Я не мог оторвать взгляд от необычных серых глаз с лёгким оттенком зеленого, выразительно очерченных по краю чёрным ободком. Красивые губы сложились в лёгкую улыбку, пальчики с аккуратным маникюром скользнули к лицу, убирая за ухо упавшую на щеку прядку светлых волос, и я слышу...

Виски прострелило резкой болью и я пошатнулся. Прижав руку к голове, тяжело задышал, чувствуя, как быстро бьётся моё сердце.

Ч… что это? Вайнория? Н-нет… Она ведь была драконом… Тогда кто? Кажется, будто я словно наяву чувствую быстро улетучивающийся аромат свежей малины с клубникой, и ощущаю губами прикосновение к нежной коже… Чьи это воспоминания?

Несколько мгновений спустя всё исчезло, не оставив и следа, и в груди словно раскрылась ледяная дыра, пустившая холод по венам. Чуть помедлив, я вновь прижал ладонь к Вайнории, закрыл глаза и позволил крохотной частичке её души проникнуть в моё сознание. Как и всегда, нам вместе следовало понять, что же может стать её новым пристанищем.

И мы нашли решение.

Убрав руку от сердца, я отступил на шаг и задумался.

Отдав Вайнории всю свою пустарную энергию и миллион униаров, при помощи древней магии, что была известна лишь Сазэримам, она сможет перенести осколок своей души абсолютно в любой предмет. Вопрос лишь в том, каким именно он будет.

Я опустил задумчивый взгляд на дриарилловую ладонь.

Коллапс? Лезвия Рогана? Нет, думаю, это будет не лучшей идеей - он часть моего тела, поэтому эффект от подобного слияния душ невозможно будет предсказать. Это не тот случай, когда стоит рисковать, так что лучше выбрать другой физический объект. Возможно, дриар?

И тут меня озарило.

Нет, не дриар.

Я жестко ухмыльнулся.

Миг активации “Второй кожи”, и моё тело покрывает верное боевое одеяние. Протянув руку за правое плечо, моя рука словно влитая легла на рукоять Халдорна и крепко сомкнулась на ней. Насладившись шелестом покидающего ножны лезвия, я положил сверкающее, отдающее благородной синевой лезвие на дриарилловую ладонь и скользнул взглядом от печати мастера в основании гарды до самого острия.

Мы будем с тобой единым целым, моя любимая Вайни, и лишь вместе мы нанесём Кальмуару последний удар. Такова наша судьба, и ради неё мы поддерживали жизнь друг в друге все эти бесчисленные столетия. Так давай же откроем ей сердца и примем её со всей честью нашего рода.

В почтении склонив голову, я протянул меч рукоятью вперёд, и величественное Сердце Вайнории засверкало ярчайшим, кроваво-розовым сиянием, и всё вокруг задрожало от триумфального, громоподобного боя, сотрясающего Костяную Гору до самого основания.

ТУХ-ТУХ-ТУХ-ТУХ!!!

ТУХ-ТУХ-ТУХ-ТУХ!!!

ТУХ-ТУХ-ТУХ-ТУХ!!!

Халдорн взлетел с моих рук и воспарил в воздухе острием вниз напротив огромного, бьющегося куска плоти, окутанный вливающейся в него силой своего хозяина, и той, кому он вскоре отдаст свою железную плоть, пропитанную кровью бесчисленных врагов.

ТУХ-ТУХ-ТУХ-ТУХ!!!

Объятое обжигающей пустарной энергией Сердце Вайнории внезапно вспыхнуло и распалось на пульсирующее облако силы и магии, что были порождены жизнью, душами и воспоминаниями самых могущественных существ, готовых отдать абсолютно всё ради того, чтобы во что бы то ни стало исполнить обещанное.

ТУХ-ТУХ-ТУХ-ТУХ!!!

По глазам резанула ослепительная вспышка и всё неожиданно погрузилось в полнейшую тьму, и тишину.

Я медленно открыл глаза, приподнял голову и устремил взгляд вверх.

Сердце Вайнории исчезло, и на её месте остался парить прекрасный, источающий силу меч: выполненное из необычного металла черно-синее лезвие, в глубинах которого, казалось, клубится тёмный, перламутровый туман, обтекающий тускло сверкающие мистическим сиянием древние руны, тянущиеся по клинку от рукояти; в центре изящной гарды был искусно выплавлен оттиск высокой башни, которую обвивает свирепый чёрный дракон с оскаленной пастью, хищно распахнутыми крыльями и горящими кроваво-алыми очами. Мой взгляд скользнул по обмотанной драконьей чешуёй рукояти выше, и я не смог отвести глаз от окованного сталью тёмного янтаря, в котором горел, словно живой, отливающий серебром вертикальный зрачок.

Я поднялся на ноги и меч плавно поплыл ко мне, опустившись на протянутые к нему ладони. Пальцы сомкнулись на удобной, длинной рукояти, и почувствовали её пульсирующее тепло, напоминающее биение сердца, в то время как дриарилловая ладонь ощутила смертоносную прохладу, коей было наполнено чёрно-синее, туманное лезвие.

Внимание! Задание “Сердце Вайнории” выполнено!

Вы исполнили данное вами слово, и Осколок Души Вайнории обрёл своё новое пристанище, сохранив сияние памяти. Отныне Владыка Драконов Гарганор всегда будет рядом с возлюбленной, и вместе с ней они наконец свершат своё долгожданное возмездие.

Награда: дриарилловый меч “Вайнория”.

Затаив дыхание, я потянулся мыслью к этому великолепному оружию.

Дриарилловый меч “Вайнория”.

Осколок души Владычицы Драконов Вайнории, многие века бережно хранимый её возлюбленным Гарганором, обрёл новое вместилище и та, что когда-то была могущественным Сазэримом, смогла переродиться! Отдав абсолютно все доступные силы новосотворённому мечу, она закалила его в пламени своей древней души, обагрила острейшее лезвие в чистейшей любви к своему избраннику, и напитала ужасающей ненавистью к единственному врагу, обрекшему их на вечные страдания! И лишь уничтожив и поглотив того, кого именуют Кальмуаром, Вайнория, наконец, сможет утолить свою бесконечную жажду смерти и обрести долгожданный покой. Но до тех пор всякий, кто рискнёт стать владельцем этого могущественного меча, станет рабом его желания, обреченным на вечные поиски Кальмуара. И только в руках своего возлюбленного Гарганора Вайнория способна забыть о всепоглощающей ненависти, что пульсирует в её глубинах.

Ранг : 7 - Дриарилловый ранг.

Урон : 16 650 (300% от самого развитого атрибута владельца на данный момент (учитывая бонусы “Ловкость” = 3 654 + 300% = 14 616) + показатель “Силы” 2034).

Прочность : Неразрушим для обычного оружия. Для оружия соответствующего ранга прочность лезвия составит 1 000 000 единиц.

Особые свойства :

1) Клинок одинаково опасен для всех видов существ.

2) Смена формы - при трансформации владельца видоизменяется согласно новому образу, подстраиваясь под новые габариты и особенности.

3) Привязанность - даже не будучи рядом с владельцем, по первому же зову прилетает прямо к нему в ладонь;

4) Вампиризм - 80% от нанесённого врагу урона преобразуется в регенеративную жизненную энергию, которая перетекает к владельцу;

5) Испепеление - меч способен преобразовывать пустарную силу владельца и выпускать потоки испепеляющего пламени Сазэрима, наносящий +300% урона от затраченного количества пустаров.

6) Вайнория - будучи единым целым со своим владельцем, приобретает схожую с ним лимрачную суть и способен поглощать тело любого побеждённого, мёртвого существа, и трансформироваться в абсолютно новое, уникальное оружие, соответствующее сути пожранной жертвы. Данное свойство является особой гранью, и от её развития будет зависеть количество доступных жертв, которых будет способна поглотить “Вайнория”. Также градация развития“Вайнории” дороже стандартной. Так первый такт освоения грани, позволяющий получить возможность поглотить первое существо, обойдётся в 1 000 000 униаров. Второй такт, соответственно, в два миллиона, третий - в три миллиона, четвёртый - в четыре, и так далее, вплоть до сотого такта.

Внимание! Уникальная стотактовая грань “Личное именное оружие: Сквозь огонь и воду - Халдорн” преобразуется в “ЛИО: Сквозь огонь и воду - Вайнория”!

На +200% от атрибута “Сила” увеличивается урон меча “Вайнория”.

Общий итог на данный момент :16 650 + 6 102 = 22 752.

Я с шумом выдохнул скопившийся в груди воздух и улыбнулся.

Меч, достойный лимрака.

Перехватив рукоять, я разрубил воздух чёрно-синим лезвием и с наслаждением вслушался в звенящую песнь дриарилловой стали, чувствуя пульсирующее биение Вайнории, единое с ударами моего собственного сердца.

Мы обрели свободу, и теперь нас ничто не остановит. Бойся же нас, Кальмуар.

Ибо мы идём за тобой.

Пламя безудержной ярости заставило наши сердца биться быстрее.

Кальмуар… Создание, рожденное Троллиарией…

Искривив губы, я ринулся в глубины воспоминаний, что стали моими, и тщательно изучил каждое, в котором встречался этот Пастухар.

Таллиар… Лютер Рич… Орлин Даймин… Легратос… Флодигарт… Ша-Гриард… Рэйтерфол… Силзверы и Силпаты… Древние… Хранители Светочи… Дравэрин… Сияющие… Сазэримы… Колыбель…

...Восхождение…

Жадно впиваясь в клочки столь ценной информации, я пытался сплести их воедино, но мне недоставало важных кусочков пазла, чтобы разгадать то, что же именно скрывается за личиной этого мерзкого, безжалостного выродка. Увы, от моих собственных воспоминания остались лишь блеклые тени, ведь я отдал их все, лишь бы сохранить жизнь своей любимой. Но даже несмотря на это, тех крох, что от них остались, хватило, чтобы понять одно - Кальмуар намного древнее, чем я мог себе представить. Скорее всего, он древнее не только Легратоса, но и всего Архиона. И даже если он вновь явился в Древнир где-то на стыке Дикой Эпохи и Эпохи Силы, судя по тому, что стоячий костяк Вайнории, заточенной в тело Сазэрима, полностью покрылся землёй до самого черепа, и вокруг разрослись леса Глухолесья, минуло не одно тысячелетие. Выходит, Кальмуар существовал ещё в Эпоху Древних? Или…

Моё сердце похолодело.

Или Кальмуар и является одним из Древних, по какой-то причине оставшимся здесь и не ушедшим вслед за остальными? Безумный Древний, недостойный пройти через врата за своими собратьями, что захлопнули двери прямо перед его носом… Жуткая теория… Однако почему-то только от одной мысли об этом меня охватывает необъяснимый ужас, сковывающий тело и душу… Что это, бессознательные чувства Гарганора? В этой догадке есть зерна истины?

Я нахмурился.

Вот только кое-что не складывается - если Кальмуар действительно так могущественен, тогда почему он столь слаб? Ведь Таллиар сражался с ним практически на равных, но в нашей с ним схватке он играючи сковал меня вместе с Вайнорией, да ещё и призвал того Сазэрима - Кталху. Что же мешает ему вновь созвать свою армаду Ночи?

И тут я замер, изумлённо вскинув брови.

Потому что он не может! Хранители Светочи ведь поклялись во что бы то ни стало сохранить сияние Светочи, как бы ни был силён мрак Ночи! Сидиус ведь говорил, что башни используют силу кристалла и жизненную силу Хранителя, чтобы создать барьер и сдержать исчадия Ночи! Получается, после падения драконов кому-то всё-таки удалось изгнать приспешников Пастухара за границы обжитых земель? И не только изгнать, но и как-то заточить самого Кальмуара? Он ведь говорил после возрождения что-то про “ещё один подарочек от старых друзей” - видимо, имелись ввиду те, кому удалось его низвергнуть! Но низвергнуть, не значит победить - и вот, спустя столетия он нашел способ вернуться, вот только теперь приходится по крупицам возвращать себе былое могущество. Лядь! Поэтому-то ему и нужна война между силзверами и силпатами - тварь хочет вновь отожраться униарами! А затем, как следует ослабив защитников Архиона и Храстранхолма, он перебьёт Хранителей Светочи, разрушит Башни и освободит свою армаду Ночи, чтобы затем завершить то, что начал в далёком прошлом - уничтожить Древнир, чтобы сломать Врата Древних и уйти вслед за ними, завершив своё Восхождение!

Я до хруста стиснул кулаки.

Видимо, именно поэтому Баглорд и явился ко мне со своей просьбой - ведь если Кальмуар свершит задуманное и уничтожит всю жизнь в Древнире, то поток душ в Гладархон, Мир Умирающего Солнца, оборвётся навсегда! Нельзя ему этого позволить!

Резко развернувшись, я вложил Вайнорию в ножны и направился к выходу из опустевшей пещеры, что когда-то была живым сердцем Костяной Горы.

Пора закончить эту глупую войну с силзверами и уничтожить Кальмуара, пока он ещё не вошел в полную силу.

P.S. Примерно вот так выглядит лезвие Вайнории (только лезвие, на гарду с рукоятью не смотрим).

Глава 7

Запрокинув голову к сверкающему небесному полотну, полному мириадов ярких звёзд, я глубоко вдохнул холодный воздух, на несколько долгих мгновений задержал его в груди, и с неохотой выдохнул быстро растаявшее белесое облако. Разгорячённое недавним превращением тело обжигал зимний мороз, и я всё никак не мог привыкнуть к столь необычным чувствам, обыденным для обычного человека. С каждой минутой кожу всё сильнее покалывали ледяные иглы, дыхание перехватывало, а от затылка и до кончиков пальцев проходила волна дрожи.

Мои губы слегка дрогнули.

Это так удивительно - быть человеком. Не чувствовать в груди жар неугасимого пламени, взирать на этот огромный мир с коротко посаженной шеи, и ощущать себя таким маленьким и беззащитным.

Но ещё удивительнее было быть свободным.

Чуть повернув голову, я протянул руку за спину и уже в который раз коснулся ладонью чёрного камня, вмонтированного в торчащую из-за правого плеча рукоять меча, с сияющим в его глубинах вертикальным серебряным зрачком.

Быть свободным вместе с тобой. И не имеет значения, в каких мы телах, ведь важно лишь то, что мы стоим рядом, и, как когда-то в далёком прошлом, вновь смотрим на мерцающие в выси звёзды.

Я улыбнулся, почувствовав окатившее пальцы тепло, подобное горячему дыханию.

Опустив руку, я наконец отвёл взгляд от безлунного ночного неба и устремил его на двухэтажный дом с широкой верандой, в окнах первого этажа которого уютно поблескивало пламя камина и зажженных свечей. Постояв в задумчивости ещё несколько секунд, я сдвинулся с места и направился к нему. Заскрипел придавленный ногами снег, издали тихий звук промёрзшие ступени, и дверь в дом старосты негромко отворилась, пропуская внутрь того, чьего появления с нетерпением ждали уже очень давно.

Сидящие в креслах у камина Хайзен, Шейди и Скайдэн, держащие в руках бокалы с горячим глинтвейном, повернули головы к вошедшему и на несколько мгновений наступила тишина. Брови девушек поползли вверх, рот приоткрылся, а в глазах застыло полнейшее изумление.

- Я вернулся, - произнеся эти слова, я обвёл взглядом присутствующих и уголки моих губ дрогнули.

Звук моего голоса вывел собравшихся из ступора, и Скайдэн глубоко вдохнула и с шумом выпустила воздух сквозь сложенные трубочкой губы.

- Это мы видим, - она часто закивала. - Вот только… как бы… эмм… Саргон, - опустив глаза ниже, она качнула вперёд бокалом и отогнула указательный палец, - ты голый.

- М?

Непонимающе нахмурившись, я посмотрел вниз и некоторое время разглядывал определённые особенности человеческого тела, на которые чуть ранее как-то не обратил должного внимания.

- Оу… - Я в растерянности поднял голову. - Точно. Совсем забыл про одежду.

На лице развалившейся в кресле Шейди, закинувшей ноги на мягкий подлокотник, появилась широкая улыбка.

- Ну, тут далеко не все против подобной забывчивости, - игриво дёрнув бровками и закусив губу, она сделала глоток вина.

- Проходи к огню, Саргон. - Хайзен поднялся со своего места и указал ладонью на пустующее у камина кресло, а затем скользнул глазами вниз. - Судя по всему, ты изрядно замёрз. Садись, я налью тебе выпить.

Скай отвернулась, пряча улыбку. Я же, стараясь сохранять невозмутимость, активировал “Вторую кожу” и облачился в лёгкий гражданский комплект: рубашка, штаны и сапоги. Покосившись на печально вздохнувшую лилововолосую бестию, присел у уютно потрескивающего пламени и откинулся на удобную, нагретую его теплотой спинку. Взяв протянутый старым жаброидом бокал, приятно греющий холодные пальцы, поднёс его ко рту и глубоко вдохнул, наслаждаясь ароматом горячего, свежесваренного глинтвейна, а затем с удовольствием отпил обжигающий горло напиток. Волна жара прошлась по груди и я невольно улыбнулся, сравнив это ощущение с теми чувствами, что охватывают меня в момент рождения неистового драконьего огня, безудержным потоком вырывающимся из пасти прямо на орды врагов.

Хайзен сел обратно и сплёл пальцы в замок, не сводя с меня внимательного взгляда.

- Ваше возвращение безмерно радует нас, мой король.

Нахмурившись, я посмотрел на него.

Король?.. Ах да! Верно...

- Спасибо, Хайзен. Я и сам весьма доволен этим событием.

Скайдэн склонила голову набок и слегка прищурилась.

- Вижу, твой поход всё-таки увенчался успехом?

Я кивнул.

- Да. Кроличья нора раскрыла мне свои тайны. И теперь, - мои губы исказила кривая усмешка, - теперь у нас появились могущественные союзники, помощь которых поможет нам в войне с Афилемом. Если, конечно, ещё не слишком поздно. - Я обвёл взглядом присутствующих. - Как долго меня не было?

- Пару недель, - ответила лимра. - Мы даже не особо-то и соскучиться успели.

- Пару? Хм… Есть вероятность, что афилемцы уже начали своё шествие?

- Ледабрь уже подходит к концу и начинается Лядь, - заговорил Хайзен, - на первую половину этого месяца приходится самый пик суровых морозов. Так что вряд ли Афилемцы двинутся в наступление раньше, чем они закончатся. Поэтому нет - ты не опоздал.

- Это хорошо... А что с мирянами из окрестных деревень?

- Три дня назад я привела последних, - Шейди качнула почти опустевшим бокалом. - Собрала почти всех, кроме одной деревни - силзверы в ней побывали раньше меня.

- Погибшие?

Девушка покачала головой.

- Неа. Видимо, забрали в Рэйтерфол, как и из двух остальных.

С трудом оторвавшись от фиолетовых глаз, я опустил взгляд в глубины своего бокала и несколько мгновений смотрел на собственное отражение, колышущееся на алых волнах.

- Значит, у них в плену жители трёх деревень. Правда, сомневаюсь, что гуатовские миряне всё ещё живы - наверняка всех прилюдно казнили… Сколько боеспособных силпатов на нашей стороне?

- Если именно силпатов, то с тринадцати деревень, включая Выдриху, набралось семьсот девяносто два, - принялся за неспешные подсчёты жаброид, устало приопустив веки. - Если брать вообще всех мирян, включая детей, то сейчас здесь собралось тысяча сто двадцать девять рэйтерфолцев. Моя деревня разрослась до вполне приличных размеров городка, и при иных обстоятельствах я был бы этому безмерно рад, - губы Хайзена тронула улыбка. - Однако если мы говорим именно о не обделённых силой мирянах, чьи боевые навыки находятся на вполне сносном уровне, то в нашем распоряжении остаётся лишь четыреста тридцать девять разноступенчатых бойцов. Отсеяв же всех, кто ниже пятисотой ступени, получим только сорок шесть силпатов, включая нас самих.

- Хм. Если учитывать Сидиуса, Харуда, Беару и Гоблю, то на данный момент наше королевство Рэйтерфол располагает всего пятьюдесятью опытными силпатами и почти полутысячей посредственных… Что ж, думаю этого будет вполне достаточно для реализации задуманного.

- Думаешь? - Шейди насмешливо хмыкнула. - Не знаю насчёт остальных, но по-моему реальную силу представляем только мы, да ещё упомянутая тобой четвёрка в Афилеме. Итого восемь. Хотя, если уж совсем честно, то всё же семь с половиной - просто я ещё иногда спонтанно превращаюсь в курицу, и чаще всего это происходит не в том месте, и не в то время.

Она поджала губки и виновато развела руками.

- В кого? - Скай вскинула брови и уставилась на неё. - В курицу?

- Ага. Последствия бурной молодости и чрезмерной неопытности. - Гомункляторша картинно вздохнула. - До сих пор это создаёт мне немало пусть и забавных, но всё же проблем.

- Шесть с половиной, - вдруг негромко сказал староста Выдрихи, и наши взгляды скрестились на его спокойном, невозмутимом лице. - Если мой король не против, то я бы хотел остаться в деревне, чтобы позаботиться о безопасности тех мирян, силы которых будут недостаточны для противостояния Афилему.

Он учтиво склонил голову. И, что странно, я воспринял это как должное, хотя не так давно лично настаивал на том, чтобы он обращался ко мне просто по имени.

Подняв ладонь к лицу, я помассировал занывший лоб.

Нда уж… По всей видимости, сказывается личность Владыки Драконов...

- Хайзен, - я поднял глаза на старого жаброида, - я и сам хотел предложить тебе остаться. Жители этого в будущем славного городка нуждаются в тебе, в твоей защите и наставлениях. В Афилем же отправятся лишь упомянутые тобой четыреста тридцать девять силпатов.

- А они разве успеют добраться туда до окончания холодов? - усомнилась Скай. - Портала у нас нет, да и будучи виверной ты за раз сможешь перетащить не так уж много народу.

- По этому поводу можешь не беспокоиться - ещё в Афилеме я закупился зельями снижения веса, морозостойкостью, беспробудного сна и регулятором перерабатываемого воздуха, поэтому нам достаточно будет построить что-то вроде помоста или большой корзины, внутри которой смогут уместиться наши бойцы. Ну а дальше всё просто - они снизят свой вес, я схвачу привязанные к корзине цепи или верёвки, и мы полетим, словно на воздушном шаре. Сил на это мне хватит.

Поражённая лимра покачала головой.

- Безумие!.. Но, Лядь меня задери, это же сработает!

Я усмехнулся.

- И я о том же. Всё гениальное просто.

Запрокинув голову и свесив руку с бокалом вина, Шейди задумчиво уставилась в потолок.

- Хмм... Неполные пять сотен ушедших в мирянство силпатов против десятков тысяч кровожадных ублюдков… - Она посмотрела на меня с появившейся на лице широкой ухмылкой. - Такой расклад мне по душе!

На несколько мгновений повисла тишина.

- Знаешь, теперь, когда ты произнесла это вслух, звучит как-то не в нашу пользу. - Погладив опоясывающую шею кружевную ленту, лимра повернулась ко мне. - Что будет, если они не примут твои условия и план провалится? У нас ведь весь расчёт строится на внезапность, а не на грубую силу. Стоит им только прийти в себя, проигнорировать твой ультиматум и сразу перейти в контратаку, и ты, мой милый братик, будешь вынужден бежать, поджав хвостик. Ты же ведь понимаешь, что в реальности у нас нет ресурсов, чтобы на равных противостоять Афилему? Да?

Не отводя взгляда от её тёмных глаз, я невольно улыбнулся.

- Сестрёнка, а не ты ли говорила, что обладатель боевой формы способен выстоять против целой армии?

Скайдэн состроила скептичную гримасску.

- Ага, говорила. Вот только я не обладаю боевой формой, а ты её ещё не... - девушка вдруг резко осеклась, а затем её брови взлетели от пронзившей голову догадки. - Погоди! Ты что же, открыл боевую форму?!

Я поднял бокал с глинтвейном.

- Готов принимать поздравления.

- Твою ж Лядь… Это после какого по счёту слияния?

- После пятого.

- Охренеть, - она пораженно откинулась на спинку кресла. - После пятого… Уму непостижимо…

- Однако это именно так. - Я сделал глоток вина. - Так что, похоже, я побил рекорд твоего легендарного Храйгаса Хана.

Лимра как-то странно покосилась на меня.

- Да-а, видимо, так и есть…

- Что за “боевая форма”? - с нескрываемым интересом полюбопытствовала Шейди.

Ей, неожиданно, ответил необычайно задумчивый Хайзен:

- Особая способность лимраков, позволяющая им одновременно использовать сильные стороны всех когда-либо поглощенных ими существ.

- Мммм, - гомункуляторша выпятила нижнюю губу. - Звучит многообещающе.

Скайдэн серьёзно кивнула.

- Её потенциал поистине безграничен. - Черноволосая красавица вновь переключила своё внимание на меня. - Вот только она принадлежит к разряду оч-чень дорогих удовольствий, и ещё довольно не скоро становится действительно серьёзным аргументом.

Я печально усмехнулся.

- Нда, есть такое. Однако можешь не переживать, - моя улыбка окончательно погасла, - если они не примут мои условия, то я уничтожу Афилем, и всех тех, кто рискнёт встать у меня на пути.

Некоторое время мы молча смотрели друг другу в глаза.

- Что ж, - Скайдэн поставила опустевший бокал на столик и поднялась со своего места, красивая и элегантная, с подтянутой корсетом грудью и с предвкушающей улыбкой на прекрасном лице, - с удовольствием на это посмотрю.

Глава 7. Часть 2.

***

Стоя у окна спальни на втором этаже, я задумчиво рассматривал сковавшие стекло морозные узоры, красиво искрящиеся в свете трепетающего огонька свечи. Сквозь искаженные линии проглядывала деревенская площадь, сплошь покрытая полотном свежевыпавшего белого снега, и слух улавливал завывания пронизывающего ледяного ветра, что гулял по пустынным улочкам мирянского селения. Мысленно блуждая вместе с ним между домами, коптящими небеса ароматным дымом тлеющих поленьев, я размышлял о прошлом и грядущем, раз за разом прогоняя перед внутренним взором все этапы плана, и при этом невольно возвращаясь к минувшему разговору у камина.

Скайдэн, Шейди и Хайзен… Правильно ли я поступил, утаив от них дракона Гарганора и, что важнее, догадку о том, что в действительности представляет из себя Кальмуар? С одной стороны всё верно - в предстоящем сражении знания о пастухаре будут абсолютно бесполезны, и лишь затуманят разум лишними вопросами о его подлинной сути. Прежде чем ставить его целью, сначала необходимо одержать победу над Афилемом.

Я тяжело вздохнул, наклонившись вперёд и оперевшись предплечьем о край окна.

Афилем. Крепкий орешек, не расколов который нам не закончить войну с силзверами. Однако одному мне это сделать не по силам - здесь потребуется слаженная работа всех членов группы, включая несколько сотен непроверенных деревенских силпатов. Собственно, именно из-за этого пока что и не стоит раскрывать свою личину дракона - так как в плане слишком многое зависит от действий других людей, не стоит излишне рисковать, доверяя им все детали операции. Нет, каждое звено будет выполнять свою конкретную задачу, чтобы, в случае раскрытия и дальнейшего допроса, не выдать всю картину целиком. А дракон…

Я усмехнулся.

Дракон будет сюрпризом для всех.

Дверь позади тихонько скрипнула, и свеча дрогнула от пронёсшегося по комнате лёгкого сквозняка. До слуха доносится едва различимый щелчок замка.

Выпрямившись, я оборачиваюсь и невольно замираю, завороженный открывшейся картиной.

На гладкой, загорелой коже играют отсветы пламени, левая нога с чуть приподнятой ступнёй отставлена назад, и от этого её мышцы слегка напряжены. Мой взгляд медленно скользит выше, по изящным бёдрам и красивым ягодицам, манящему изгибу поясницы и точёной спинке. Лопатки прикрывает волна длинных, фиолетовых волос, из которых стеснительно выглядывает маленькое плечико.

Шейди наклонила голову к плечу и взглянула на меня. Несколько секунд мы просто смотрели друг другу в глаза, а затем она повернулась ко мне, прижавшись спиной к двери и закусив нижнюю губу. Её дыхание участилось, полная грудь с налившимися сосками вздымалась с каждым вдохом, и я почувствовал, как уже моё собственное сердце застучало сильнее, эхом отдаваясь в ушах. Я неспешно подошел к ней и на мгновение замер, очарованный глубиной необычных лиловых глаз, а затем, невольно перестав дышать, протянул правую руку и коснулся пальцами бедра. Шейди поджимает губы и чуть подаётся вперёд. Её брови моляще приподнимаются, и она смотрит исподлобья томным взглядом.

Медленно скользя по горячей коже самыми кончиками пальцев, я перебираюсь на поясницу и продолжаю двигаться всё выше по напряженной спине. Девушка изгибается в наслаждении, и я, не в силах больше сдерживаться, наклоняюсь к её шее и глубоко вдыхаю пьянящий аромат полыхающего в возбуждении тела, а затем кусаю нежную кожу. Из груди Шейди вырывается стон, и она прижимается ко мне всем телом. Тёплые, влажные губы находят мои, и мы сливается в полном страсти поцелуе. Задыхаясь от разгорающегося в груди огня желания, что кажется в сотни раз сильнее драконьего пламени, я обхватил девушку ладонями за бёдра. Миг - и моя одежда исчезает, убирая последнюю преграду и позволяя нашей раскалённой коже прижаться друг к другу. Я чувствую на лице её горячее дыхание, на мгновение останавливаюсь, смотря в прекрасные, лиловые глаза, и…

И с громким хлопком меня окатывает ворох перьев.

- КУД-КУД-КУДААААХ ТАХ-ТАХ-ТАХ-ТАХ!!!

- Твою ж Лядь, Шейди!!!

Глава 8

Миловидная разносчица с фальшивой улыбкой остановилась у очередного столика и поставила кружку горячего чая перед мужчиной, который так и не снял свой капюшон.

- Ваш напиток, господин! - прощебетала официантка, с лёгким интересом скользнув глазами по фигуре клиента и остановив его на выглядывающем из-под ткани весьма недурственном носу и губах. - Желаете чего-нибудь ещё?

- Нет, - приятно улыбнувшись, он протянул руку и мягко сжал пальцами её ладонь. - Благодарю.

Она почувствовала коснувшийся кожи холодок кругляша и, сжав ладошку, заулыбалась уже искренне и подогнула ножку, склонившись в поклоне.

- Спасибо, господин! Если что-то потребуется, только позовите!

- Всенепременно.

Счастливая разносчица убежала, а я, проводив её взглядом, сжал обжигающую пальцы кружку с ароматным чаем и сделал несколько глотков, при этом продолжая наблюдать за посетителями постоялого двора. Кто-то уходил, кто-то приходил, и каждый раз сидящие у входа клиенты сердито ворчали, ежась от холода и раз за разом окидывая взглядом зал, чтобы не прошляпить момент, когда освободится место потеплее да поуютнее. И каждый раз их глаза неизбежно натыкались на его полупустой столик, за который вполне спокойно могли подсесть ещё трое, а если ужаться да не брезговать, то и все пятеро. Против этого не возражал бы даже владелец данного заведения, благо, обычное дело, вот только все они были предупреждены - данный гость ждёт товарищей и столик оплачен с запасом, так что увы, но ничего не поделать.

Двери вновь быстро открылись и закрылись, и вместе с потоком холодного воздуха внутрь вошел широкоплечий силпат в тёплых одеждах, подбитым мехом капюшоне и тканевой маске, защищающей от мороза лицо. Стряхнув наледь и потопав ногами, сбивая с сапог налипший снег, он оглядел помещение и направился к моему столику, бросив по пути вытянувшейся по струнке разносчице:

- Глинтвейна и мяса.

Кивнув, девчушка убежала на кухню, а силпат продолжил путь и устало присел напротив меня, сдёрнув, наконец, свою влажную от дыхания маску.

- Здаров, Роган.

Я слегка улыбнулся. Что ж, шпионская игра началась.

- И тебе не хворать, Сид.

Хмыкнув, Сидиус стянул перчатки и положил их на край стола.

- Что у тебя там? - Старый мечник подался вперёд и шумно втянул носом воздух. - Чай? Вроде ещё молодой, а уже на травках сидишь.

- У меня сегодня ещё куча дел, - я заглянул в глубины своей кружки, - так что лучше держать голову ясной.

- А я на сегодня всё, отбегался. О, спасибо, дорогуша, - кивнув уже знакомой мне разносчице, он бросил ей в руку несколько монет. - Сдачу оставь себе.

Поклонившись и поблагодарив его, она тут же убежала, но встала недалеко, чтобы, если что, опередить товарок и первой броситься к столику с щедрыми клиентами.

Насладившись горячим вином, Сидиус достал свернутую бумагу и небрежно бросил её на стол, после чего принялся за мясо.

- Там список всего, что осталось у местных торгашей. Глянь, может надумаешь чего взять.

- Ага, спасибо. - Коснувшись пергамента, я почувствовал охвативший правую кисть холод дриара.

Желаете скопировать карту?

Дав согласие, я задумчиво изучил развернувшуюся перед внутренним взором карту Афилема со всеми пометками и пояснениями о проделанной за эти недели работе, которую провели Сидиус с Харудом, Беарой и Гоблей.

- Хм. Не густо.

- Уж что есть, - мечник пожал плечами и покрутил ножом. - Много силпатов понабежало, даже по ночам шляются. Так что мы с парнями что смогли, то нарыли. И вообще, не крути носом, а радуйся, что хоть это есть.

Забрав бумагу обратно, он выпил ещё, осматриваясь вокруг.

- Морозяка, Лядь его за ногу. Несколько тупиц даже насмерть замёрзли, нажравшись в сопли и заснув прям на улице. Так что в такую погодку вряд ли мы двинемся в поход в ближайшие дни. - Отогревшись, он наконец снял капюшон и расслабленно откинулся на спинку стула, посмотрев на меня цепким взглядом. - А наши там как? Будут в этом блудняке участвовать или нет?

- Будут конечно, куда они денутся. Тут они уже, в лагере, пьют да деньги в кости просаживают.

Сидиус усмехнулся.

- Эт мы могём, да-а. Хорошо хоть я свой зад успел в городе пригреть, а не то бы щас со всеми там бражку гонял.

- А щас ты что делаешь? - насмешливо выгнув бровь, я кивнул на стакан в его руках.

- А щас я наслаждаюсь. - Он с широкой улыбкой поднял кружку, а затем в пару глотков опустошил её.

- Ну вот и наслаждайся. А с нашими завтра пересечёшься, не убегут.

- Ну, завтра так завтра, - не стал спорить мечник. - Больно нужно мне на их морды смотреть. Твою увидел и ладно.

- И как? Налюбовался?

- А то! Я ж уже думал, что ты всё, кони где-нибудь двинул. А ты ж гляди - всё такой же живой и уверенный, что аж тошно становится.

Я усмехнулся.

- Что тут сказать - мне в очередной раз повезло. Ладно, раз уж ты налюбовался, то пойду по-быстрому пробегусь по твоим магазинам, пока их совсем не обчистили. - Я поднялся на ноги. - Ты как, долго ещё тут будешь? Мне возвращаться?

- Да ну. Давай уж тогда завтра со всеми.

- Давай. - Мы пожали друг другу предплечья. - Удачи.

- И тебе Эмеру над головой.

Хмыкнув, я покинул постоялый двор, посмотрел на темнеющее небо и направился прочь из города.

Глава 8. Часть 2.

***

Запрокинув голову, я стоял на вершине холма и скользил взглядом по тяжелым тёмно-серым тучам, грозящим вот-вот разродиться очередной снежной круговертью. Но стоящий уже несколько дней мороз ничуть не ослабел, так что вряд ли стоит ожидать сильный снегопад. Скорее, до самого вечера зарядит лишь мелкая россыпь.

Выдохнув клубы пара, я опустил глаза на высокие крепостные стены Афилема и на раскинувшийся вокруг них палаточный военный лагерь, что давно выполз за границы деревенского посада и теперь тянулся на многие километры во все стороны. Ночь прошла, и сонные силпаты неохотно выбирались наружу, чтобы приступить к своим скудным повседневным обязанностям: расчистить тропы, проверить да покормить ездовую скотину, натаскать дров, воды, приготовить завтрак да пополнить запасы древесного угля, или же более дорогого огненного камня - сорфилия. А вместе с ним не забыть и о горячительных напитках - кому на опохмел, кому на вечер, а кому и денёк тихонько скоротать. В общем, собранная афилемская армия маялась со скуки и с нетерпением ждала невольно затянувшегося начала похода на силзверов, при этом абсолютно не рассчитывая на чьё-либо нападение.

И это нам было только на руку.

Я не смог сдержать печального вздоха.

И всё-таки хотелось бы избежать чрезмерного кровопролития. Грызня между нами сыграет в угоду Кальмуару и приведёт лишь к усилению силзверов, а этого позволить нельзя. Однако добиться своего без демонстрации силы будет сложно - как я уже успел убедиться, династия Афилем явно не из тех, кто отказывается от своих решений и идёт на уступки. И пленных рэйтерфолцев они освободят только в одном случае - если будут уверены в своём поражении.

Я поджал губы.

Всё было бы проще, если бы у меня не было сомнений в причастности Афилема к падению Рэйтерфола. Балисс Брассел, конечно, совершил военный переворот с целью свергнуть лорда Драйторна, однако одно это ещё не служит доказательством его сговора с силзверами. Даже блокировку портала можно объяснить желанием выиграть время, чтобы успеть подготовиться к неизбежным политическим дрязгам после неудавшегося нападения. Или же наоборот - спешно начать сбор армии, чтобы выдвинуться к Рэйтерфолу и закончить начатое.

Кулаки невольно сжались.

Становится тошно, как только представлю их ликование от вестей о вторжении силзверов и гибели Драйторнов. Если они действительно не спелись с самого начала со зверосилпатами, то это позволило им скрыть свои тёмные делишки и получить законный повод заграбастать себе земли королевства Рэйтерфол. Будь иначе, герцог Брассел Сератур не стал бы объявлять военный поход именно против силзверов.

Если, конечно, он изначально не планировал сделать всё звериными руками, а затем вдоволь повоевать с ними на радость Кальмуару.

Что ж, в любом случае война с силзверами неизбежна, также, как неизбежна и сегодняшняя бойня. И пусть я всем сердцем не желаю грядущей гибели невинных горожан, коих может затянуть в жернова нашего с Афилемом противостояния, однако иного выбора нет. На моей стороне всего пять неполных сотен силпатов против десятков тысяч у врага - я не столь наивен и прекрасно понимаю, что при таком диком раскладе одержать победу силовым методом будет невозможно, даже с помощью дракона. Несомненно, это было бы реально, не будь здесь столько колдунов. Но они есть, а я еще не всесильный дракон, способный уничтожить всех силпатов, невзирая на противостоящую мне магию.

А раз в честном бою мне их не одолеть, значит, придётся действовать иначе.

Более не таясь, я активировал лидерскую связь и обратился ко всем своим воинам, произнеся лишь одно единственное слово:

- Начинаем.

Глава 8. Часть 3.

***

С пыхтением проталкиваясь сквозь толпу и с ворчливым бубнением огибая попадающихся по пути силпатов, по палаточному военному лагерю сломя голову бежал небольшой крючконосый гоблин. Его цветастая вязаная шапка с карманами для длинных ушей и развевающимися шнурками с кисточками ярко выделялась на фоне облачённых в серые да чёрные одежды воинов, а захлёстывающий верхнюю губу необычный квадратный зуб настолько сильно подходил к богатому на мимику лицу, что спутать этого коротышку с остальными представителями гоблинского племени было просто невозможно. И потому со всех сторон то и дело раздавались приветственные крики лыбящихся солдат:

- Здаров, Гобля!

- Привееет!

- Туалет занят!

- Опоздал! Выпивку уже разливают!

- Чего это ты там тащишь?

- Нифига себе ты затарился на вечерок!

- Да ты шо, это ж ему на ползуба!..

Не обращая на них внимания и лишь отмахиваясь в ответ, Гобля Муржит кряхтел, но тащил свой нелёгкий груз - странный деревянный ящик с заплечными лямками, какими-то выгнутыми железками по бокам и торчащими сверху двумя трубками, отчего напоминал он скорее необычный деревянный ранец. Причём явно тяжелый, да ещё и характерно бренчащий стеклянной тарой.

Наконец добравшись до нужной палатки, Гобля ворвался внутрь с радостным воплем:

- Музыкиии! Моя вернуться!

Развалившиеся на лежаках и столпившиеся у горящего очага в центре палатки силпаты повернули к нему головы и их хмурые лица просияли ухмылками.

- Ты где пропадал, Гобля?

- Но. С утра ни слуху ни духу.

- А Беара не с тобой? - тут же живо поинтересовался один из молодых воинов, буравя взглядом вход за его спиной.

- Вот заладил, а! - не выдержал помешивающий закипающее над костром варево кашевар. - В командирской палатке твоя Беарка!

- Интересно, а кэп её в койку-то таки затащил? - поскрёб заросшую щёку мающийся с похмелья копейщик.

- Не, упирается ещё, шхайратова девка, - недовольно буркнул повар. - Пока она монеты с нашего спора поднимает, будет его отшивать, это как пить дать.

- Кончай о Беарка болтать! - вновь провозгласил отдышавшийся Гобля, и, подойдя к костру, скинул со спины свою ношу и торжественно указал на неё обеими руками. - Вот!

Все взгляды пересеклись на странном ящике.

- Шо эт такое? - с явным любопытством спросил копейщик. - Проставляешься штоль?

- Чего там у него? - вскочили с лежанок остальные, подходя поближе.

- Хреновина какат...

- Да! У Гобли есть хреновина! - с лыбой от уха до уха гоблин вскинул над собой кулак, а затем с любовью посмотрел на ящик и с придыханием произнёс: - Сколоченный на заказ “Швырагонатор пятьдесят”!

- Шта?

- Чо?

- Великолепно! Шикарная вещь! - Недоумённые взгляды скрестились на неожиданно поддержавшим его товарище, который с ухмылкой продолжил: - Абсолютно не в курсе, что она делает и зачем она вообще нужна, но это ведь Швырагонатор! С таким названием фигни не сделают, верно же?

- Тачняк! - осклабился во весь рот Гобля и тут же затараторил, от возбуждения путая слова больше обычного. - В общема, в него загружацца пятьдесят разных барабашащих колдунских бутылка, потома жмякаешь на рычаги и они швыряцца из этих трубка и бух-бух-бух! Всем лежать-бояцца!

- Оо. Ну, вродь полезная шарманка.

- Усё как! Мой лисьный убиватор!

- Ты, убиватор, - хмыкнул молодой силпат, - ты когда нам про ту свою секретную штуковину расскажешь, которую ночами ласкаешь, а? Лучше бы её нам показал, а то всё потом да потом. Мы уже от любопытства извелись!

- И то верно! - крякнул копейщик. - Даж ставки делаем, чего там в твоей коробочке лежит. Когда уже это твоё “потом” наступит?

Вмиг напустив на себя серьёзный вид, Гобля прижал ладонь к поясной сумке и важно поднял палец.

- Када придёт тик-так!

Внезапно Муржит замер, выпучив глаза и распахнув рот, словно прислушиваясь к чему-то, слышимому лишь ему одному. Затем его губы растянулись в широкой улыбке, а в глубинах зрачков заметался блеск азарта.

- Оооо! - Протянул он с большими глазами. - Тик-так настал! Вот теперя я могу вам показать свою осень тайную фиховину!

Расстегнув ремни поясной сумки, он вытащил сначала фиолетовый фиал с зельем, перечеркнул магическую печать и выбил пробку. Быстро опрокинув в себя зелье, он задумчиво почмокал, смакуя приторный вкус, а затем, кивнув самому себе, извлёк наружу небольшой прямоугольный футляр чёрного цвета. Осторожно удерживая его левой рукой, он ласково погладил гладкую древесину и приложил палец к символогическому замку - в притихшей палатке отчётливо раздался щелчок затвора.

Затаив дыхание, Гобля откинул крышку и вытащил стеклянный шар с горящим на его поверхности символом, а в его глубинах завораживающе клубился сверкающий пламенно-алый туман, сияние которого бликами играло на лицах не отрывающих от него глаз силпатов. Гоблин отшвырнул пустой футляр и бережно взял своё сокровище в обе ладони.

- Это… - Вытянувший шею копейщик невольно сглотнул, облизнув губы. - Это шо за диво блестяшее?

Не переставая счастливо улыбаться, Гобля с невероятной нежностью смотрел на волшебный шар в своих руках.

- Это моя прелесть... - Он указал пальцем на горящий в центре странный иероглиф. - Сюда жмякаешь, и случается большой бадабум! Да чиво я глаголю - ща увидите!

И квадрозубый гоблин с радостью опустил ладонь прямо на символ.

- Скидыщ!

Однако ничего не произошло.

Несколько секунд силпаты недоумённо хлопали глазами и переглядывались, но потом земля под ногами вдруг содрогнулась и снаружи раздались звуки оглушительных взрывов.

- Л-лядь! - взрогнув всем телом, упал со стула копейщик, выпучив от испуга глаза, в то время как все остальные повскакивали на ноги.

А буквально через мгновение волшебный шар в руках Гобли с тихим звоном взорвался и во все стороны ринулся изумрудный туман со сверкающими огненно-алыми искрами. Ничего не успевшие понять воины невольно вдохнули его и с кашлем тут же схватились за горло, оседая на пол со слезами на глазах.

Гобля же, не обращая внимания на рухнувших и постепенно затихающих афилемцев, запрокинул на спину свой Швырагонатор и, насвистывая весёлый мотивчик, направился к выходу, раскладывая под руки удобные рычаги сделанного на заказ устройства. Оказавшись снаружи, квадрозубый засланец в цветастой вязаной шапочке глубоко втянул воняющий гарью и отравой воздух, с наслаждением вслушиваясь в доносящиеся со всех сторон крики ужаса, удивления и глубочайшего шока, а затем с растянувшейся на лице безумной улыбкой счастья распахнул глаза и надавил на спусковые гашетки своего убиватора.

- ТРАТА-ТА-ТА-ТА-ТА!!!

С глухим звуком из трубок Швырагонатора вылетели в воздух, оставляя за собой дымный след, первые склянки с отравой, разорвавшиеся над охваченным паникой палаточным лагерем. За ними последовал второй залп, а следом за ним третий, и четвёртый, а затем ещё, ещё и ещё!

- УРА-А-А-А!!! СЛАВА ВЕЛИКАМА САРГОША-А-А-АНУ-У-У-У!!! А-А-А!!!

Подпрыгивая и трясясь от отдачи, весело вопящий, объятый дымом Гобля завертелся вокруг себя, запуская во все стороны всё новые и новые снаряды, что сеяли ещё больший хаос в рядах объятого безумием афилемского войска.

Глава 8. Часть 4.

***

Стоящий у стены дома Сидиус открыл глаза.

Вытащив из сумки колбу с зельем, выпил её, а затем сжал в правой руке странный фиал: узкий, с круглыми плоскими горлышками вверху и внизу, внутри которого переливался пламенно-алый туман. Он удобно лёг в ладонь, подобно рукояти кинжала, и аккурат под большим пальцем расположился тлеющий магический символ, на который легко можно было нажать в любой момент.

Отлипнув от стены, он неспешной походкой направился прямо к барбакану, в котором располагался выход из города. Миновав внутренние ворота и оказавшись в тёмном арочном проходе, старый мечник медленно прошел мимо регистрационного столика с сидящим за ним крючконосым сборщиком, привычно кутающимся в тёплые меха и с бубнением сжимающим в дрожащих от холода ладонях горячую кружку.

И в этот момент посад и лагерь сотрясла серия мощных, оглушительных взрывов.

Вздрогнув от неожиданности, испуганный сборщик выронил кружку и выпучил глаза. Стражники ворот тут же подскочили, сжимая копья и мечи, озираясь и не зная, что делать.

И тогда замерший в проходе Сидиус нажал на символ активатора.

Грянули новые взрывы, но на этот раз на крепостных стенах и внутри самого города. Многие дозорные башни окутало изумрудным дымом с пламенными искрами, а некоторые из них просто разорвало на куски. То же самое произошло и с несколькими крупными тавернами, постоялыми дворами, увеселительными и игорными домами, где обычно отдыхало множество как сильнейших силпатов, так и представителей командирского состава, которые за эти недели успел обойти Сидиус.

А миг спустя фиал в его руке разлетелся на части и проход барбакана заволокло непроглядным густым туманом, из глубин которого начал раздаваться кашель и громкий хрип вдохнувших его людей. Но затем плотная дымка на секунду разошлась и из неё выскочил надрывно кашляющий и держащийся за горло Сидиус. Вновь оказавшись на городских улицах, он на всякий случай изобразил падение, а затем поднялся и, шатаясь, привалился к стене ближайшего дома. Потихоньку двигаясь вперёд и при этом внимательно наблюдая за кричащими, выбегающими из домов и высовывающимися из окон людьми, он немного выждал, а потом побежал по заранее намеченному маршруту к тюремному бастиону.

Глава 8. Часть 5.

***

Выжидающий недалеко от городской портальной площади Харуд сдвинулся с места сразу же, как в его голове прозвучал голос Саргона. Быстро перейдя улицу, он опрокинул в себя колбу с зельем, распахнул дверь и, не обращая внимания на вскочившего на ноги охранника, схватившегося за рукоять висящего на поясе меча, подошел к сидящей за правым столиком девушке.

- Маркус уже здесь? - резко спросил Харуд, навалившись на столешницу обеими руками. - Он меня вызывал.

- М-маркус? - от столь неожиданного напора вскинувшая брови девушка подалась назад и бросила невольный взгляд в сторону уходящего в глубины дома коридора. - Н-но он не говорил...

- Неважно, - бросил муржит и направился туда, при этом засунув руку в карман и активировав артефакт. - Можешь передать, что я уже поднимаюсь.

Заминированные им входы в казармы регулярной армии, конюшни, арсенал и дома нескольких влиятельных господ Афилема, до которых удалось добраться, а также рынок и все главные улицы города сотряслись от грохота и их вмиг заволокло изумрудным дымом.

Девушка за столиком вскочила со стула и её глаза заметались от одного окна к другому. Замерший на мгновение охранник бросил взгляд на застывшего муржита, в искреннем удивлении таращащегося на входную дверь, а затем выхватил меч и подбежал к ближайшему окну, отодвинув тюль и напряженно всматриваясь на улицу.

И в этот самый момент отсчитывающий про себя секунды Харуд вытащил руку с фиалом из кармана и швырнул его в центр комнаты. Короткая вспышка, треск лопнувшего стекла и комнату с коридором затянуло плотным туманом с огневеющими росчерками. Муржит тут же бросился вглубь дома, слыша за спиной стук опадающих тел.

- Нападение! - закричал он во всё горло, несясь по коридорам и метнувшись вверх по лестнице. - Все к оружию! По местам! Атака! Атака, вашу мать!!!

Свернув в коридоры третьего этажа и проносясь мимо выскакивающих из дверей силпатов, он не переставал раздавать приказы зычным командирским тоном, уверенным, яростным и не терпящим неповиновения:

- Крыша! Окна!! Подвал!!! Все по местам!!! По местам!!!

Резко затормозив у нужной двери, он вломился внутрь, скользнул взглядом по облачённому в полное снаряжение высокому воину, стоящему за массивным дубовым столом, и тут же развернулся, вновь заперев за собой вход.

- Что там происходит?! - рявкнул хозяин кабинета. - Докладывай!

Харуд задвинул дверной засов и щелкнул затвором замка, после чего повернулся и скинул капюшон.

- Харуд?? - немолодой мужчина с проседью на висках выпучил глаза от изумления. - Какого хрена ты здесь делаешь?!

- Здравствуй, Маркус, - муржит усмехнулся, оголив клыки. - Кажется, нам пора поговорить…

Глава 8. Часть 6.

***

Наблюдая с холма за тем, как в разных частях военного лагеря, посада, на крепостных стенах, а затем и в самом городе расцветают огненные цветы с расползающимся повсюду изумрудным туманом, я отозвал всю экипировку и начал превращение в дракона.

Уже привычная боль сковала всё тело. Позвоночник выгнуло дугой, кости рук и ног с хрустом сломались, а затем стали перестраиваться, увеличиваясь и наращивая новую костную ткань. Я с рычанием пал на четвереньки, чувствуя, как натягивается бугрящаяся на спине кожа, а затем с треском разрывается, высвобождая уродливые, покрытые кровью зародыши крыльев. Потоки пустарной энергии хлынули в меня, преобразуясь в новую плоть, кости и тугие связки огромных мышц. Череп корёжило и сминало, зубы вытягивались и заострялись, шея с громкими щелчками пополнялась дополнительными позвонками и становилась всё длиннее, в то время как с другой стороны стремительно покрывающегося чешуёй тела рос извивающийся хвост.

Ощущая громоподобные удары второго сердца, бившегося о грудную клетку вслед за первым, я распахнул глаза с вертикальными серебряными зрачками, и с оглушительным рёвом поднялся на задние лапы, распахивая во всю ширь гигантские чёрные крылья. Вдыхая полной грудью ледяной воздух и зарываясь когтями в рыхлый снег, я испытывал непередаваемое наслаждение, доступное лишь запертому пленнику, наконец выбравшемуся из темницы и воздевшему руку к столь прекрасным небесам.

Гортанно стрекоча от удовольствия, я опустил взгляд на уже не кажущийся таким уж неприступным город, с его испуганно копошащимися, подобно муравьям, жителями и защитниками, и мои губы обагрились в оскале. Подняв над собой полотна своих крыл, я оттолкнулся от земли мощными лапами и с сильнейшим взмахом воспарил в желанную высь, впервые за многие тысячелетия обретя наконец подлинную свободу.

Пролетая над лагерем, я взревел во всю мощь лёгких, и ответом мне были волны изумления и страха. Заломив вираж влево, я пронёсся вдоль крепостных стен к скованной льдами реке, затем резкий крен вправо и широкая полоса покрытой толстой коркой воды, разделяющей город пополам, стелется прямо подо мной. Сотни глаз неотрывно наблюдают за ставшим вдруг явью мифическим чудовищем, сотни глоток что-то кричат вслед рассекающему небеса величественному дракону, сотни сильнейших воинов лихорадочно пытаются придумать, как же им сражаться с этой выползшей из самой бездны ужасающей тварью. И я, находясь в эпицентре их внимания, в несколько могучих взмахов достигаю моста, что соединяет западный и восточный Афилем, глубоко вдыхаю обжигающий холодом зимний воздух, и в следующее мгновение выдыхаю из пасти поток безудержного, всепожирающего пламени. Покрывший реку лёд взрывается от неимоверного жара и вместе с шипящим паром во все стороны разлетаются многотонные смертоносные глыбы, с чавкающим звуком раздавливая вопящих в ужасе силпатов и тысячами осколков расшибаясь о стены Афилема, ледяной шрапнелью пронзая горячую плоть. Волны яростного огня обрушиваются на мост и из бурлящего месива разбегаются истошно вопящие, сгорающие заживо фигуры. Я же мчусь дальше, огибая город по кругу. Новый вдох - и вновь испепеляющие жидкие струи устремляются к своей цели, разбиваясь об оборонные башни и заливая лестницы.

Некоторые из силпатов, не поддавшихся панике, попытались дать мне отпор - они колдовали магические щиты, стреляли из луков, помогали раненым товарищам и творили свои сильнейшие атакующие заклинания. Однако же в большинстве своём эти попытки были тщетны - мало того, что по мне сначала нужно было попасть, так ещё и драконью плоть защищала не только чешуя, но и мои собственные оборонные плетения. Я прекрасно понимал, против какой могущественной силы дерзнул выступить, и потому в ход пошло всё, начиная от волшебных доспехов и заканчивая куполами из чистейшей пустарной энергии. Они все должны быть непоколебимо уверены в моей непобедимости.

А потому ни в коем случае нельзя дать врагу опомниться и сгруппироваться.

И я исполнил финальный аккорд этой безумной симфонии.

Мчась подобно вестнику смерти над полевым лагерем афилемского войска, я раз за разом выпускал потоки пламени, прожигая целые просеки в рядах деморализованной и отравленной силпатской армии, практически полностью лишенной своих командиров. А когда я закончил, то с рёвом взмыл ввысь и замер, расправив крылья и паря над распростёртым у моих ног Афилемом.

И, наблюдая с небес за разверзшимся внизу хаосом, я не смог сдержать довольной усмешки. Ведь я как никто другой отлично понимал, что учинённые нами разрушения лишь с виду являются столь ужасающими и невообразимыми, а в действительности же всё это лишь один большой обман одного весьма хитромудрого Саргона…

Глава 8. Часть 7.

***

Когда командирская палатка улетела ко всем шхайратам от взрывной волны, оглушенный легранд Розеус Хаттарский выполз из-под обломков и, пошатнувшись, попытался подняться. Нога поскользнулась на снегу и он едва вновь не упал, но ему всё-таки удалось устоять и сделать несколько шагов. Тряхнув головой, он, заглатывая ртом морозный воздух, стал осматриваться вокруг. Гарь, дым, крики бегущих куда-то воинов, стоны, огонь и кровавый снег - всё это взгляд выхватывал отдельными лоскутами, пытаясь объединить в общую картину.

И тут над его головой раздался пронзительный рёв, и легранд, резко запрокинув голову, с распахнутым ртом и выпученными глазами смотрел на проносящегося над лагерем огромного чёрного дракона, на мгновение затмившего своей тушей небеса.

Дракон?! Это что, Лядь его задери, настоящий дракон??!

Невиданное зрелище быстро привело Розеуса в чувства, и он, не отрывая взгляда от быстроудаляющегося чудовища, мгновенно переключился на лидерские грани и стал сверяться с расположением отряда на карте и статистикой потерь.

- Лядь!.. - вырвалось у него.

Большинство его солдат было помечено как полностью недееспособные, однако всё же живые, что не могло не радовать. А вот оставшиеся в строю были разбросаны кто-где.

- Розе! - вдруг раздался женский крик и кто-то схватил его за локоть.

- Беара! - окинув её быстрым взглядом и не увидя ранений, он сжал её плечо и тут же стал отдавать приказы, яростно озираясь вокруг. - Нужно срочно собрать в один кулак всех, кого только можно! Своих, чужих - ВСЕХ! Нас поимели, сказочно поимели, и сейчас надо отступить и перестроиться для ответной атаки!

- Розе! - девушка потянула его за локоть.

- Что?!

Едва Розеус обернулся к ней, как поднёсшая руку ко рту Беара распахнула ладонь и резко дунула, выпустив ему в лицо какой-то порошок. Он невольно зажмурился и закашлялся, отпрянув назад, но поскользнулся на снегу и упал на спину. Попытался тут же встать, выхватив из ножен клинок, но голова вдруг ужасно закружилась. Сопротивляясь неожиданно навалившейся слабости, Розе вновь пал на подогнувшееся колено, но всё ещё не желал сдаваться вот так вот просто и продолжал отчаянно бороться, однако с каждым мгновением сознание угасало всё сильнее и сильнее.

Беара подхватила за спину командира своего отряда, легранда Розеуса Хаттарского, и аккуратно уложила на землю.

- Прости, Розе, - услышал он гаснущий шепот столь манящих губ. - Ничего личного…

Ещё один командующий армией Афилема был нейтрализован, и Беара отправилась на поиски следующего.

Глава 8. Часть 8.

***

- Дракон?! - раздался в моём сознании голос пораженного до глубины души Сидиуса. - Где ты, Лядь твою, умудрился раздобыть огроменного дракона??!

Я насмешливо хмыкнул.

- Ищущий да обрящет! Шейди, ты на месте?

- Агась, - тут же отозвалась прекрасная гомункуляторша. - Готова потрошить всех по первому приказу.

- Скайдэн, готова?

- Абсолютно и полностью.

- Отлично. Будьте начеку - пусть мы по большей части и лишили их командования, отрезали доступ подкреплений по мосту, отравили и разделили их армию пламенем, однако надолго это силпатов не задержит. Так что приготовьтесь.

- Саргон, а ты действительно уверен, что следует наносить именно несмертельные раны? - вновь усомнилась в моём решении лимра.

- Да, - решительно ответил я. - Если вам всё же придётся вступить в бой, то можете калечить вволю, но только не убивать. Эти воины ещё пригодятся нам в войне с силзверами, потому не стоит портить наши активы без лишней надобности.

- Не верю я, что после такого Афилем будет к нам милосерден, - проворчала Скай. - Ну да как скажешь.

- Что ж, тогда приступим.

Окинув последним взглядом полыхающее в огне и дыму поле сражения, я начал своё обращение к народу Афилема...

Глава 8. Часть 9.

***

В богато убранной кухонной зале за столом наслаждались изысканной пищей герцог Брассел Сератур Афилемский и его сын, граф Балисс Брассел. За их спинами стояла вытянувшаяся по струнке многочисленная прислуга, благопристойно сложившая руки на белоснежных фартуках и покорно ожидающая приказов завтракающих господ. Внимательно следя, чтобы золотые кубки милордов не пустели, они изредка подрывались со своих постов и подливали дорогие вина, после чего вновь возвращались на место.

Завтрак проходил в абсолютном молчании, был слышен лишь скрежет ножа по тарелке, хруст пережевываемой пищи и тихие глотки. Однако когда Балисс в очередной раз потянулся за бокалом, стол вдруг тряхнуло, так что по алой поверхности вина разошлись круги. Молодой аристократ нахмурился, и тут тряхнуло ещё раз, причем уже более ощутимо, и откуда-то снаружи раздались отзвуки ужасающего грохота.

Тут же развернувшись, Балисс резко вскочил на ноги и стремительно подошел к окну. Увидев поднимающиеся над городом и за его пределами столбы дыма вместе с горящими крепостными башнями, он мгновенно активировал связь с фарграндами.

- Что происходит? - резко спросил он. - Докладывайте!

Однако никто почему-то не спешил перед ним отчитываться. Чувствуя, как в нём нарастает ярость, Балисс, тем не менее, терпеливо ждал. И вот, наконец, раздался ответ:

- Нападение, милорд! Связь с большинством фарграндов, капитанов и прочим командным составом потеряна! Барбакан, судя по всему, взят - точнее сказать сейчас не могу. Наш военный лагерь… Сейчас… Да! В военном лагере неразбериха! Пока непонятно, умерло ли большинство из силпатов или просто выведено из строя...

- Кто атаковал?! - громко рявкнул граф Афилемский. - Кто противник? Силзверы?!

- Н-не понятно… - в голосе фаргранда сквозила неуверенность. - Милорд, не знаю, как такое возможно, но никто не видит противника. Повсюду были взрывы, и ТВОЮ Ж ЛЯДЬ!!!

Над городом пронёсся оглушительный рёв неведомого чудища. Балисс же не отводил взгляда от окон и не верил своим глазам.

- ДРАКОН!!! ЭТО ДРАКОН, МИЛОРД!!! Я ВИЖУ ДРАКОНА!!!

Он и сам его видел: воистину величественный, исполинский монстр, чьи огромные крылья, казалось, закрывают треть неба. Он стремительно пронёсся рядом с крепостной стеной и улетел куда-то в сторону реки. А несколько мгновений спустя фаргранд вновь вышел на связь, с криком докладывая о происходящем:

- Лядь!.. Дракон взорвал реку, милорд! Мост в огне! Мы отрезаны от Восточного Афилема!

- Атакуйте его! - воскликнул Балисс, в бешенстве ударив кулаком о стену. - Убейте ублюдка!!!

- Пытаемся!.. Милорд, докладывают, что ни стрелы ни магия его не берут! На нём волшебная броня! Похоже эта тварь обкастована по самое не могу! Он… он вернулся к военному лагерю! Заливает его огнём!

- Л-лядь! - зарычал граф, до хруста стиснув кулаки.

Дракон вновь появился в поле его видимости, и он злобно наблюдал, как тот выпускает из пасти потоки пламени, уничтожая его, ЕГО войско! Однако продолжалось это недолго - вскоре выродок взлетел в небеса и воспарил над городом.

Не дожидаясь, когда дракон начнёт сжигать Афилем, Балисс стремительно развернулся и решительно направился к выходу, по дороге активируя связь со всеми своими слугами.

- Слушать меня! Всем немедля собраться на…

- Внемлите мне, жители Афилема! - вдруг раздался громоподобный голос, от звуков которого задрожали окна. Балисс резко замер на месте, буравя немигающим взглядом окно. - Я - король Саргон Дэриор Драйторн, законный правитель королевства Рэйтерфол! Именно меня вы сейчас видите над вашими головами! Я навис над вашим городом, подобно карающему мечу, однако знайте же - я не враг вам сейчас! Но могу с лёгкостью им стать, если ко мне не прислушается ваш владыка!

Сдвинув брови и в ярости поджав губы, вернувшийся к окну Балисс оторвал взгляд от дракона и бросил его на так и продолжающего сидеть за столом герцога.

- Брассел Сератур Афилемский! - прогрохотал с небес преисполненный гнева драконий глас. - Я явился сюда, чтобы потребовать то, что принадлежит мне по праву! Именем Вестабиана Тайвера, великого Кронмаршалла Архиона, я требую от тебя освободить вероломно пленённых тобой жителей Рэйтерфола, моих верных подданных!!! Три тысячи пятьдесят пять мужчин, стариков, женщин и детей, изгнанные войной с силзверами со своей родины, искали в твоих стенах защиту, а получили лишь тьму городских темниц! И пусть для меня покрыты тайной мотивы твоего возмутительного поступка, и я признаю, что, быть может, жестоко ошибаюсь на твой счёт, однако я готов признать свою неправоту, если ты вернёшь мне моих людей и мы сядем за стол переговоров, как один правитель с другим! И, в знак моих добрых намерений, знай же - я не убил отважных воинов Афилема! Да, кто-то погиб в хаосе битвы, но благодаря моей милости большинство из них просто одурманено и погружено в сон. Однако если ты не внемлешь голосу рассудка и откажешься от освобождения рэйтерфолцев, то я спалю город дотла и залью его ядовитыми парами! А моё скрытое магией многотысячное войско сметёт твоё в считанные мгновения! Тебе решать!!! Сделай же правильный выбор и огласи его! Я жду!

Балисс, не отрывая немигающих глаз от “короля Рэйтерфола”, в презрении скривил губы.

- Саргон, значит... Тот самый...

Развернувшись, он направился к выходу. Но когда его ладони уже легли на резные ручки двустворчатой двери, в его голове вдруг раздался голос отца:

- Остановись, Балисс. Не делай того, что задумал.

Молодой граф оскалился.

- Отчего же нет? Это ведь просто идеальнейшая возможность показать нашу силу всему миру.

- Ещё слишком рано для этого, сын мой. Мир не готов. Но, что важнее - МЫ не готовы.

Балисс презрительно фыркнул.

- Твои вечные отговорки! Ты трус, отец, и ты больше не наш Владыка. Твоё время прошло! Так что заткнись и смотри, как я уничтожу своего врага и приведу нас к величию!

Отдав приказ всем своим слугам, разъярённый Балисс распахнул двери и направился прочь из замка.

Глава 8. Часть 10.

***

Когда голос дракона затих, Маркус оторвал задумчивый взгляд от окна и коротко кивнул в его сторону.

- Я так понимаю ты с ним?

Сидящий в кресле Харуд развёл руками.

- А разве это имеет значение? Это разборки королей, а у нас с тобой есть свои дела. Да ты присаживайся, говорить мы будем долго и обстоятельно.

Буравящий его взглядом Маркус в ответ навалился спиной на стену и сложил на груди руки.

- Спасибо, я постою.

- Как пожелаешь, - не стал спорить муржит. - Ну, тогда может расскажешь, что это за лядовы странности сейчас творятся в гильдии? М?

Тот пожал плечами.

- Не понимаю, о чём… - он вдруг осёкся, и, нахмурившись, отвёл глаза, словно настороженно и внимательно прислушиваясь к чему-то. Спустя несколько секунд Маркус вновь посмотрел на него. - Боюсь, наш разговор придёться отложить. Это в твоих же интересах.

Харуд слегка склонил голову.

- Пояснишь?

- Только что прошел приказ не вмешиваться и не мешать лорду Балиссу разбираться с драконом.

Зрачки муржита сузились и он подался вперёд.

- А поподробнее? Как он собрался разобраться с драконом?

Маркус хмыкнул, криво ухмыльнувшись.

- А ты выгляни в окно. Не бойся, я буду вести себя смирно.

Нахмурившись, Харуд поднялся и, не теряя бдительности, спиной дошел до окна и бросил быстрый взгляд наружу. Его уши тут же встопорщились, выдавая настороженность.

- Что происходит?

Маркус неспешно подошел к нему и встал рядом, сложив за спиной руки и смотря на улицу.

- Новый Владыка сделал свой ход. Пойдём на крышу, оттуда будет лучше видно. - Развернувшись, он направился к выходу. - Зрелище обещает быть запоминающимся.

Глава 8. Часть 11.

***

Закончив свою речь, я несколько раз взмахнул крыльями, набрав ещё большую высоту, а затем вильнул в сторону, начав круговой облёт города. Я больше не делал попыток атаковать, лишь внимательно наблюдал с небес за движениями афилемских войск. Разделённые огнём и уже практически полностью рассеявшимся парализующим дымом, по большей части лишенные единого командования, силпаты действовали по привычке - объединялись в группы и настороженно продвигались по разворошенному лагерю, гася пламя и сливаясь с остальными отрядами в единый ударный кулак. Эта разношерстная, облаченная в разномастную броню орда постепенно выходила из созданного нами лабиринта и теперь уже серьёзно готовилась к схватке с мифическим драконом, рассекающим небо над их головами.

Как и ожидалось, закалённые в сотнях схваток силпаты быстро приходят в себя, и это плохо. Если герцог Афилема не ответит в ближайшее время или и вовсе не пойдёт на сделку, то… то что? Запускать план “Б” и исполнять угрозу, попытавшись убить вообще всех? Не скажу, что идея совсем уж хреновая, но в таком случае погибнут тысячи невинных, не говоря уже о будущих возможных союзниках в войне с силзверами. Да и репутацию я себе получу далеко не самую лестную… Но и отступить я уже не могу - слово короля сказано, ультиматум предъявлен, и если Афилем не покорится, то войны не избежать.

Теперь всё зависит только от решения герцога.

- Саргон! - Внезапно раздался в моей голове напряженный голос Харуда. - Тут что-то происходит! Сотни афилемцев стягиваются к портальной площади!

- Кто они? - тут же спросил я, повернув морду в сторону города. - Солдаты? Гвардейцы? Знать?

- Нет. Тут все вперемешку - и обычные жители, и силпаты, и воины, и замковые слуги, даже аристократов вижу. И они все собираются вокруг сына герцога, Балисса.

- Балисса?! - перед внутренним взором тут же возникла рожа этого надменного щеголя, и в груди запылал огонь ярости.

- Да. И ещё, Саргон, - голос Харуда странно изменился, - они все молчат. Просто выходят из домов и толпами безмолвно идут к площади. И это… жутко, скажу я тебе.

И тут над Афилемом загремел властный голос его властителя, герцога Брассела Сература Афилемского:

- Воины и жители Афилема, подчинитесь приказу своего герцога! Повелеваю вам не вмешиваться в бой Чести и Славы, что сейчас разразится между почтенным Королём Рэйтерфола Саргоном Дэриором Драйторном и графом Балиссом Брасселом Афилемским! Нарушившие же мой приказ будут лишены титулов, земель, и половины всех своих богатств! Да будут Древние свидетелями сей битвы! Амирус, Древниар!

Бой чести и славы? Это ещё что за Лядь?!

Резко свернув, я взмахнул крыльями и помчался в сторону города, всматриваясь с небесной выси в быстро приближающийся центр Афилема.

Что они задумали?!

- САРГОН!!! - Разнёсся вибрирующий от силы и предвкушения крик Балисса Брассела, когда портальная площадь наконец предстала перед моими глазами. Он стоял там, раскинув руки, в окружении плотно стоящих жителей Афилема, и с кривой ухмылкой смотрел прямо на меня, окатывая всё моё естество потоками ярости и незамутнённой ненависти. - ВОТ МЫ И ВНОВЬ ВСТРЕТИЛИСЬ!!!

И в это мгновение все столпившиеся рядом с ним мужчины, женщины, старики и даже дети вдруг враз протянули руки к своему молодому лорду.

И тогда случилось невозможное.

Тела сотен людей деформировались, с грохотом и щелчками раскладываясь на составные маго-механические детали, что накладывались друг на друга и сплетались воедино с телом самого Балисса в сложную конструкцию. Руки, ноги, туловище, кости, органы - всё оказалось ненастоящим, искусственным! И прямо сейчас каждый элемент, каждая кровяная трубка, каждая шестерёнка фальшивого тела соединялась с остальными, образуя общую сеть в одном огромном, стремительно увеличивающимся в размерах стальном механизме, ядром которого выступал Балисс Брасселл Афилемский!

- СЕЙЧАС ТЫ СДОХНЕШЬ, ШАВКА, НЕДОСТОЙНАЯ ЗВАТЬСЯ КОРОЛЁМ!!!

Не дожидаясь окончания трансформации, я камнем ринулся вниз, а затем над самой площадью распахнул крылья подобно парусам, вдохнул полную грудь холодного воздуха и рывком выпустил из пасти поток бушующего пламени прямо в стремительно превращающегося мегагомункула.

С громогласным ударом сотканный из железной плоти слуг сферический шлем захлопнулся, тяжело ударив о лишенную шеи грудь гуманоидного конструкта, подобно абсолютно литому куполу защищая слившееся в симбиозе тело хозяина. Левая рука взметнулась вверх и вмонтированные в предплечье огромные острые лепестки разошлись в стороны, соединяясь со скрежещущим лязгом и превращаясь в огромный, зачарованный ромбовидный щит. Миг - и струя огня разбивается о затрещавшую от жара поверхность, волнами разлетаясь в стороны и скрывая из виду Балисса.

Обострённый драконий слух улавливает свист рассекаемого воздуха, мои зрачки расширяются и я швыряю тело в сторону, а в следующее мгновение из потока пламени вылетает сверкающий сегментарными лезвиями хлыст, вытянутое острие которого проходит в считанных сантиметрах от левой щеки. Взмахиваю крыльями, поднимая тело в небеса, и тут огонь прорывает прыгнувший с земли мегагомункул и подобно стальному ядру врезается прямо в меня, обхватывая драконье туловище мощными лапами. С вырвавшимся из пасти яростным воплем меня закручивает в воздухе вместе с врагом, небо и земля стремительно вертятся перед глазами, но мне на это плевать - я вонзаю в покрытую шипами спину Балисса изогнутые когти и с пронзительным звуком раздираю его металлическую кожу.

И тут из боков конструкта неожиданно выскакивают длинные, словно у паука, острые лапы, которые изгибаются и резким рывком входят в мою плоть, прошивая крепкую чешую. Прошедшая по телу волна боли хлещет в голову и я кричу от бешенства, вновь погружая когти в разодранную спину, но в тот же миг четыре торчащих из неё длинных острия вылетают наружу и оказываются усеянными закручивающимися лезвиями хлыстами, что подобно змеям вгрызаются в чёрные полотнища крыльев и с силой натягиваются. Пытаясь вновь вернуть контроль над полётом, я отчаянно сопротивляюсь этим ловчим сетям, с усилием дёргая и пытаясь расправить захваченные конечности. С грохочущим рычанием вытягиваю усеянную зубами пасть и смыкаю её на одном из гарпунных хлыстов, рывком вырывая его из чешуйчатой перепонки, но в следующее же мгновение мы со всего маху врезаемся в крепостную стену и с грохотом разламываем её вершину. На миг перед глазами всё путается и вертится, а затем мы, продолжая падение, обрушиваемся на деревенский дом посада, с треском сминая крышу и толстые древесные брёвна своими многотонными телами.

Балисса отшвыривает в сторону и он оставляет после себя борозду из вспаханной земли, снега и разрушенных домов. Собственно, также, как и я сам. Под нами с воплями копошатся разбегающиеся в ужасе миряне и силпаты, но мы не обращаем на них внимания, поднимаясь на ноги и готовясь вновь схлестнуться друг с другом в яростной схватке.

Гомункул взмахнул правой рукой и в ладонь выскочила рукоять меча, из которой секунду спустя с лязгом выдвинулось зловеще сверкающее лезвие. Взмах в мою сторону - и острая сталь распадается на равные сегменты, сцепленные гибким основанием клинка. Смертоносный хлыст с вытягивающимися из недр рукояти дополнительными лезвиями стремительно сокращает разделяющее нас расстояние и я успеваю лишь отвести голову вправо и вскинуть дриарилловую лапу. Уши заложило от грохота с лязгом столкнувшегося металла, во все стороны взметнулся веер ослепительных искр, а продолжающее движение лезвие врага пронзает моё левое крыло. Балисс делает рукой резкий рывок и от рукояти необычного меча мчится изгибающая лезвия волна, которая достигает моего крыла и тянет застрявшее в нём острие в сторону, разрезая им черное полотнище на всю его длину.

Хлещет кровь, боль толчками бьётся в недрах пульсирующей головы, но всё это не важно, ведь ублюдок попался!

Молниеносно распрямляю правое крыло в сторону выродка и изогнутый костяной шип со всей мощи врезается прямо в грудь не успевшего закрыться щитом мегагомункула! От удара во все стороны расходится разрушительная волна, вздымающая горы снега вместе с обломками в одночасье сметённых ею домов, а самого Балисса с взлетевшими в воздух кусками разломанной грудной брони сносит спиной вперёд. Его кувыркает по земле, однако эта ловкая тварь переворачивается через себя и упирается ногами о землю и с усилием наклоняет корпус, тормозя ступнями и оставляя после себя длинные взрытые просеки, сдобренные перекрученными в кровавую кашу телами парализованных силпатов и не успевших убежать мирян. Миг - и из его меча и спины вылетают объятые фиолетово-черным огнём лезвия хлыстов, что с молниеносной скоростью рассекают воздух и разрезают мою плоть, вспарывая чешую до самых костей.

Ревя от боли и ярости, я вскидываю дриарилловую лапу и меж скрюченных пальцев ослепительно сверкает бушующее пламя, а передо мной загорается переливающая синим сиянием шестивершинная гексаграмма с переплетающимися в ней рунами и символами. Удар сердца - и наполненные мощью разрушительные огненные копья ринулись к мегагомункулу. Балисс отпрыгнул влево, а на том месте, где он только что стоял, распустился цветок ужасающего силой взрыва. А затем ещё, ещё и ещё! Я вёл руку за афилемским выродком, и пускал копьё за копьём, и на сотни метров всё уничтожалось в ревущем, порождённым магией огне.

Увернувшись боковым прыжком от очередного смертоносного снаряда, Балисс перевернулся в воздухе и в падении к земле воздел над собой руку с загоревшимся фиолетово-чёрным мечом. Всё вокруг буквально застонало от высвобожденной магии, и у меня под ногами вспыхнула полыхающая силой символогическая конструкция, из которой вылетели десятки волшебных цепей, что подобно живым лианам сковали всё моё тело. Острые шипы вдавливались в чещую и впивались в кровоточащую плоть, а магическое пламя разъедало мышцы и сжигало кровь.

Приземлившийся Балисс раскинул руки в стороны и на его корпусе, ногах и плечах с щелчками распахнулись защитные блоки, и из недр его искусственного тела хлынули десятки оставляющих за собой дымный след магических зарядов. На меня обрушился град раскалённой стали, что с оглушительными взрывами вырывали из меня куски исходящего паром горячего мяса.

Левую щеку разрывает до самой кости и из моей глотки рвётся вопль звериной ярости. В ненависти оскалив клыки, я встаю на задние лапы и тяну на себя зазвеневшие от напряжения цепи, и перед глазами вспыхивает образ Кальмуара, растягивающего изломанные древесные губы в широкой усмешке.

НЕТ!!! НИКОГДА БОЛЬШЕ ЦЕПИ НЕ ЛИШАТ МЕНЯ СВОБОДЫ!!!

Пустарная сила Дравэрина хлещет по венам, и я отталкиваюсь лапами и взмахиваю крыльями, разрывая магические цепи и в стремительном прыжке сокращаю расстояние, обрушиваясь на Балисса. Вильнувший в сторону выродок уворачивается, и от ужасающего удара стонет сама земля, воронкой продавливаясь вниз и исходя глубочайшими трещинами.

Лепестки ромбовидного щита на левой руке мегагомункула проворачиваются, и теперь расширяющееся острие тянется вдоль его кулака. Балисс прыжком взмывает ввысь и низвергается прямо на меня. Я резко отшатываюсь влево и хищно сверкнувшее лезвие падающего противника разрубает моё правое крыло. Чёрное полотнище падает мне под ноги и пульсирующая боль скручивает исходящую кровью конечность. И в это же мгновение Балисс делает молниеносный рывок ко мне и вгоняет в живот ромбовидное лезвие практически по самое основание, покрытое кровью острие которого вышло далеко из спины.

Из драконьей пасти грохочет вибрирующий рёв. Миг - и стальные паучьи лапы мегагомункула тоже пронзают моё тело. Балисс приподнимает многотонную тушу мифического чудовища, краткое мгновение смотрит на него, а затем мощным ударом ноги отшвыривает его в сторону, сбрасывая с ручного лезвия.

Меня кувыркает по земле, брызжет кровь, колючий снег невыносимо жжёт раны. Вцепившись лапами в землю, я резко останавливаю падение, приподнимаюсь и вдыхаю полную грудь ледяного воздуха. Из пасти вырывается тугой поток разрушительного пламени и разбивается о подставленный щит лядского выродка. Из-за бурлящего вокруг него огня Балисс теряет меня из виду, и я пользуюсь его слепотой.

Пустарная сила бьёт в ноги и я прыжком отрываюсь от земли, вздымая над собой левую лапу. Балисс замечает меня в самый последний момент и отшатывается назад, закрываясь щитом. И в это же мгновение из моего кулака выскакивают два дриарилловых лезвия и я наношу удар со всей своей мощи, вгоняя в него волны пустарной энергии. Чёрные клинки сталкиваются со сталью щита, по ушам бьёт лязгающий скрежет, и дриарилл с лёгкостью рассекает зачарованный толстый металл вместе с рукой мегагомункула.

Балисс вскрикивает от боли, отдёргивает руку и непонимающе смотрит, как части его отрубленной конечности на краткое мгновение зависают в воздухе, а потом начинают медленно падать вниз. Но он быстро берёт себя в руки и наносит удар мечом, который я блокирую Коллапсом, а затем делаю резкий бросок вниз и хватаю его правой лапой за ногу. Рывок на себя с разворотом и мегагомункул с грохотом падает на спину. Но я не останавливаю движение, а со взмахом вздымаю его над собой и со всей силы обрушиваю телом о землю, а потом делаю это ещё раз в обратном направлении, при этом разжимая пальцы. Его громадная стальная туша подпрыгивает вверх от удара и в падении переворачивается набок, но афилемский выродок уже подтягивает ноги и привстаёт.

Возвышаясь подобно горе, я источаю волны ненависти и надвигаюсь на него. И тогда из спины Балисса вылетают острые хлысты и вонзаются мне в грудь и живот. Рыча от бешенства, я сгребаю лезвия правой лапой, и, не обращая внимания на глубоко врезавшуюся в плоть сталь, рву хлысты на себя. Не удержавшегося конструкта швыряет прямо на меня и я с размаху вгоняю дриарилловые лезвия ему в спину, острия которых выходят с другой стороны его тела. Пространство пронзает искаженный механический вопль.

Искривив губы в кровожадном оскале, я вздымаю над головой тушу пронзенного врага и подставляю хлещущим ручьям крови свою морду. А затем замахиваюсь и с рёвом швыряю его в сторону города. Слетевшего с чёрных лезвий Балисса с грохотом крутит и бьёт по земле, но после очередного витка он останавливается, замирая железной грудой. Но уже через несколько мгновений живучая тварь, пошатнувшись, всё-таки поднимается на ноги. Сжимая в уцелевшей руке рукоять меча, тяжело дышащий Балисс несколько секунд смотрел на неотвратимо надвигающегося на него чёрного дракона, покрытого кровью и ошмётками собственной разорванной плоти, с левой стороны лица которого свисают лоскуты кожи и жил, оголяя кости белоснежного черепа.

И тогда он делает свой ход.

Громадный мегагомункул вдруг резко разворачивается и бросается бежать в сторону города.

Мои губы растягиваются в зловещей ухмылке.

Я вытягиваю в сторону правую лапу и призываю Вайнорию - маленький на фоне драконьего тела меч кувыркается в воздухе, блестя крохотным лезвием, но в следующее мгновение яркая вспышка обжигает глаза и покрытый неистово сверкающими разрядами молний меч увеличивается в размерах, соответствуя своему исполинскому владельцу.

Когтистые пальцы смыкаются на рукояти и я изо всех сил метаю клинок в убегающего Балисса - подобный метательному диску, стремительно вращающийся меч неотвратимо настигает ублюдка, и чёрно-синее лезвие словно замедляется перед самым ударом, наслаждаясь каждым мгновением и впитывая страх своей жертвы, а затем с оглушительным скрежетом вгрызается в поясницу мегагомункула и разрубает его напополам. Во все стороны летят ошмётки стали и кровь, а клинок, продолжая своё движение, летит дальше и с грохотом втыкается в крепостную стену, войдя в неё почти по самую рукоять.

- Н-НЕТ!.. Н-НЕВОЗМОЖНО!.. Н-НЕ-ЕТ!.. - Верхняя половина рухнувшего Балисса пытается уползти, загребая плохо слушающимися пальцами грязный от крови и пепла снег. По разрушенному телу хлещут ветвящиеся разряды, лязгает сталь, дребезжит искорёженный металл.

Оскалившись, я, с тяжелым дыханием, сотрясаемый переполняющей меня мощью, двинулся вперёд, содрогая землю громогласными шагами и не сводя горящих ненавистью глаз от своего низвергнутого врага. Несколько ударов сдвоенных сердец - и я настигаю его, с рёвом обрушивая лапу ему на спину и вминая выродка в землю его родной страны.

- НЕТ!!! - захлёбываясь ужасом, яростью и отчаянием возопил Балисс. - ОТСТАНЬ ОТ МЕНЯ!!! ОТВАЛИ!!!

Стальные паучьи лапы с хрустом выворачиваются и вонзаются в мой живот. Зарычав, я сжимаю острия ладонями, вытаскиваю из своей плоти и бешеным рывком вырываю с корнями из тела конструкта, отбрасывая в стороны. А затем я наклоняюсь и под безумные вопли герцогского отродья отрываю ему руки у самых плеч.

- НЕТ!!! НЕ ПРИКАСАЙСЯ КО МНЕ, ПАРШИВАЯ ДРЯНЬ!!! НЕТ!!!

Я опустил свою огромную дриарилловую ладонь на железный сферический шлем, заменяющий мегагомункулу голову, и начал медленно сдавливать его, сминая неподатливую крепкую сталь, словно бумагу.

- ПРОЧЬ!!! АААА!!!! ПРОЧЬ!!!! ПРОЧЬ ОТ МЕНЯЯЯ!!!

Я рывком вырываю кусок искорёженного металла, подношу его к глазам и разжимаю пальцы, смотря немигающим взглядом на дёргающегося Балисса Брассела Афилемского, отчаянно пытающегося высвободить своё разложенное на детали маленькое человеческое тело, слившееся с искорёженными останками мегагомункула.

- НЕЕЕТ!!! - Его полные животного ужаса глаза смотрят в сузившийся, отливающий серебром вертикальный зрачок чёрного дракона. - СПАСИ МЕНЯ ОТЕЦ!!! МОЛЮ ТЕБЯ!!! МОЛЮ ТЕБЯ СПАСИИИИ!!!!!

Я втягиваю полную грудь морозного воздуха, на миг замираю, чувствуя бурлящие внутри волны жара, и в следующее мгновение выпускаю бушующее пламя прямо на вытянутую ладонь, сжимающую бьющегося в агонии врага. Пространство пронзает пронзительный вибрирующий вопль боли, вобравший в себя крики сотен слившихся сознаниями гомункулов. И лишь когда соткавшая их тела сталь стала распадаться, расплавленная неистовым драконьим огнём, а земля вобрала в свои недра обратившийся в раскалённый жидкий металл тело своего павшего Владыки, звенящий над Афилемом крик наконец смолк, и всё погрузилось в холодную, зимнюю тишину...

Таков был конец Балисса Брассела Афилемского.

Глава 9

Повернув ладонь, я смотрел, как с неё стекает раскалённый докрасна жидкий металл, в который превратился один из моих ненавистных врагов. И от созерцания этого завораживающего зрелища я испытывал чувство глубочайшего удовлетворения. Хотя, конечно, искренне жаль, что это не Кальмуар. Но не всё сразу - путь к мести начинается с первого шага, и очередь древня ещё настанет.

- Внемлите мне, мои верные подданные! - прогремел над городом голос герцога. - Мой сын, граф Балисс Брассел Афилемский, пал в бою Чести и Славы! Он достойно сражался, и я горд тем, что был его отцом. Однако Древние отвели от него свой взор, и отдали своё внимание королю Рэйтерфола Саргону Дэриору Драйторну, и я смиренно принимаю их волю. И символом этого будет служить мой приказ прекратить кровопролитие и не нападать на короля и его людей! И пред ликом Ушедших прошу вас, милорд Саргон, принять моё приглашение в мой замок, дабы мы могли провести переговоры, как один правитель с другим. Амирус, Древниар!

Я сжал когтистую лапу в кулак и опустил руку.

- Я принимаю ваше приглашение, лорд Брассел Сератур Афилемский! - разнёсся над городом мой усиленный магией голос. - Моё слово - закон! И потому, как и было сказано, я отзываю своих воинов, и до окончания переговоров объявляю перемирие! надеюсь, мы придём к верному решению!

Дав свой ответ, я окинул взглядом полуразрушенный военный лагерь: повсюду пылал огонь, воняло гарью и свежепролитой кровью. Жители деревенского посада стягивались под защиту афилемских войск, над которым всё-таки смогли восстановить хоть какое-то командование, вывели из пламенного лабиринта и теперь выстраивали силпатов в боевые порядки в полях, в стороне от места нашего с Балиссом сражения. Я чувствовал на себе тысячи внимательно изучающих взглядов, ощущал мощные потоки усиливающей магии и силу могущественных плетений, готовых сорваться с поводков замерших в напряжении колдунов. Но никто не осмелился пойти против слова герцога, и потому им оставалось лишь мрачно наблюдать за тем, кто за несколько минут смог поставить на колени многотысячную силпатскую армию целого герцогства.

Что ж, я добился того, чего хотел.

Я бросил взгляд на останки мегагомункула.

И даже больше.

Опустившись на все четыре лапы, я сложил искалеченные крылья и медленно лёг на землю. Вытянув разорванную морду, глубоко вздохнул и закрыл глаза, начав обратную трансформацию. Два затихающих сердца сделали последние удары и остановились. Бегущая по венам кровь замерла, полыхающий в груди жар угас. А затем по лбу драконьего черепа с оглушительным треском прошла длинная, змеящая вертикальная трещина. Покрытые кровью осколки костей вместе с чешуёй с хрустом разошлись в стороны, подобно распускающемуся цветку, и в следующее мгновение из глубин головы мифического создания вышел человек.

Выпрямившись во весь рост и расправив плечи, я дождался, когда быстро восстанавливающаяся кожа покроет всё тело, и лишь после призвал своё боевое снаряжение. Неспешно пройдя по длинной морде, спрыгнул на землю и обернулся, несколько секунд наблюдая за тем, как гигантский дракон начинает оплывать и распадаться, превращаясь в чёрную маслянистую жижу, что в скором времени испарится без следа. Отвернувшись, я наконец позволил сознанию провалиться в нахлынувший ворох дриаровых оповещений:

Внимание! Вы убили Балисса Брассела Афилемского!

Из противостояния двух заклятых врагов именно вы вышли победителем. Вы оказались либо сильнее, либо коварнее, либо в этот день богиня удачи Эмера оказалась на вашей стороне. В любом случае итог один - враг, поселивший в вашей душе разъедающую её чернь ненависти, низвержен, и вся его сила отныне принадлежит вам.

Такова награда за отсутствие жалости и всепрощения.

Итог : весь Расходный и Несгораемый Запас поверженного соперника ( 4 339 ступень) - 94 156 431 униар.

Внимание! Получено Достижение “Колосс”!

Вами был уничтожен противник “граф Балисс Брассел Афилемский”, старше вас на 480 ступеней.

Награда : 35% униаров от Несгораемого Запаса поверженного соперника, + 25 Очков Атрибутов, + 1 к Глобальной Репутации, Грань “Защита Древних II” (Показатель любой носимой вами брони, включая магическую, будет увеличен на 7%).

Итог : 32 954 701 униар, + 25 ОА, + 1 ГР, Грань “Защита Древних II”.

Внимание! Получено Достижение “Геноцид IV”!

Устроенная вами кровавая вакханалия унесла жизни 600 существ.

Истинный силпат, будь он приверженцем добра, зла или же равновесия, рано или поздно приходит к одной мысли - если ты следуешь Путём Силы, то массовых убийств избежать нельзя. Враги или сопутствующие жертвы - не важно. Чтобы стать сильнее нужно отринуть человечность и идти По Дороге Могущества до самого конца, каким бы он ни был.

Ведь цель оправдывает средства, не так ли?

Награда : +2 Глобальная Репутация, +25 Очков Атрибутов, Грань “Массовая казнь II” (Любой наносимый вами массовый урон будет увеличен на 7%. Ограничение - “массовым” считается поражение существ в количестве от 10 существ и выше).

Внимание! Получен Изъян “Непрошеная известность III”!

Ваши деяния привлекли всеобщее внимание, и теперь слухи о вашей жестокости и решимости облетят окрестности. Будьте готовы к тому, что вам вслед полетят проклятья, а во взглядах окружающих поселится страх, смешанный с невольным уважением. Отныне к вам будут относится настороженно, тщательно оценивая каждое слово и поступок, и в зависимости от индивидуальной реакции разумных вы будете получать плюсы или минусы к Харизме, влияющей на персональное отношение к Вашей личности).

Ну надо же… Сколько униаров. А ещё мне перепало с тридцать одного силпата, которых я убил во время штурма. Так что с учётом тех крох, что оставались в моём расходном запасе, сейчас мой запас униаров составляет 133 665 965 униаров. Хм. Если распределить всё это, то я поднимусь со своей 3850 ступени где-то до шеститысячной ступени с несколькими сотнями сверху.

Мои губы тронула улыбка.

Что ж, я не получил униаров с дракона Гарганора, однако очень хорошо поднял с осады Афилема. Превосходно, просто превосходно.

Я обвёл глазами разбросанные вокруг меня части искусственных тел, что когда-то составляли с мегагомункулом единое целое.

Интересно… Балисс был старше меня на четыреста восемьдесят девять ступеней, и его недюжинных возможностей хватало, чтобы вспороть даже крепчайшую драконью чешую. Думаю, превращение в уникального конструкта наделило его ещё большим могуществом, и он бы вполне мог одержать надо мной верх... если бы не мои способности Дравэрина. Практически вся моя пустарная энергия была пущена на регенерацию и усиление, и только благодаря им я смог сражаться с ним на равных.

Я опустил взгляд на свою раскрытую ладонь.

Однако же теперь, с таким количеством Силы, я смогу стать ещё более могущественным лимраком, чем был до этого момента.

Я потянулся мыслью к леденящему кисть дриару, и без тени сомнения усовершенствовал свою лимрачную боевую форму, приобретя за шестьдесят пять миллионов униаров ещё десять дополнительных свойств.

Внимание! Выбраны следующие свойства “Лимрачной Боевой Формы” :

1) Дриарилловые когти-лезвия волколака Рогана (скрытое оружие - артефактные когти-лезвия внутри левой руки);

2) Волшебный правый глаз виверны Дэйры (артефакт Глаз Всевидящего Охотника);

3) Чешуя дракона Гарганора;

4) Крылья (воплощено на основе всех имеющихся образцов поглощенных существ);

5) Острые когти (воплощено на основе всех имеющихся образцов поглощенных существ);

6) Гибкий хвост (воплощено на основе всех имеющихся образцов поглощенных существ);

7) Острые зубы и клыки (воплощено на основе всех имеющихся образцов поглощенных существ);

8) Второе сердце дракона Гарганора;

9) Ночное зрение (воплощено на основе всех имеющихся образцов поглощенных существ);

10) Инфракрасное зрение дракона Гарганора;

11) Естественная броня - Толстая кожа горного тролля Таллиара.

Превосходно… А теперь разовьём до ста процентов освоения все расовые лимрачные грани и способности Дравэрина:

Мощь Лимрака I - Атрибуты (расовое)

Мощь Лимрака II - Грани (расовое)

Мощь Лимрака III - Навыки (расовое)

Мощь Лимрака IV - Специализации (расовое)

Слух Дравэрина

Прыжок Дравэрина

Удар Дравэрина

Минус ещё 26 465 000 униаров. И раз с этим закончили, перейдём к остальным обязательным пассивным увеличениям.

“Хищение” со 128 такта до 150 за 3 069 000 униаров. Теперь оно поглощает 15% с Несгораемого Запаса убитых противников.

“Бугай” плюс 10 тактов за 1 055 000 - это позволит увеличить количество Единиц Жизни ещё на 10%.

“Увеличение Пустарного Запаса” - необычайно важная грань, ибо без пустарной энергии не видать мне использования способностей Дравэрина. Поэтому плюс 50 тактов за 6 275 000 Очков Силы, что даст мне ещё +50% к количеству пустаров.

“Пустарная стоимость” - чем меньше я трачу пустарной энергии на сотворение заклинаний, тем лучше. Так что качаем до максимума за 3 775 000 униаров и получаем -75% к затратам пустарной энергии на магические плетения.

“Проводник пустарной энергии” - без него никуда, если я хочу колдовать любые плетения без использования сторонних артефактных проводников магической энергии. Поднимаем с 40 такта до сотого за 4 230 000 Очков Силы.

Дальше поднимем “Мгновенное сотворение” с 34до 100 такта - сокращение времени плетения заклинаний на 10% необычайно ценно, и на это не жаль 4 455 000.

Внимание! Грань “Мгновенное сотворение” достигла 100% освоения! Открыта возможность развивать грань выше сотого такта, где каждый новый такт грани будет также равен дополнительному 0,1% к сокращению времени сотворения магических плетений!

Хммм, как вовремя. Полезно, действительно полезно. Но пока что хватит и минус десяти процентов - есть ещё куда вложить быстро утекающие униары. например, в элитные боевые грани, которыми тоже не стоит пренебрегать:

“Гуру боевых искусств” с 50 до 100 такта за 3 775 000 униаров.

“Опытный Мастер длинных мечей” с 16 до 100 такта за 4 914 000 униаров.

Отлич-чно. Что ж, а теперь оставшиеся напоследок не менее важные грани:

“Лидерство” -я отныне король, а значит, необходимо, чтобы стоящие подле меня союзники получали полный спектр могущества с моих усиляющих аур. Так что без тени сомнения раскачиваем с 80 до 100 такта за 1 810 000 униаров.

Внимание! Разблокирована для выбора особая однотактовая грань “Аура Великого Полководца”!

Сотый такт грани “Лидерство” открываетвам возможность улучшить ваш командный артефакт гранью “Аура Великого Полководца” - она усиливает все ваши войска в радиусе действия “Лидерства”, даруя им десятипроцентное сопротивление ко всем видам негативного воздействия, а также ускоренную на 10% процентов регенерацию Единиц Жизни и Пустарной Энергии.

Каждая секунда активации грани обходится в десять единиц пустарной энергии.

Стоимость : 1 000 000 униаров.

Противодействие боли, страху, отчаянию, сомнениям, манипуляциям сознанием, сопротивление стихиям, разрушительной магии, укрепление кожи и костей, повышенная регенерация - каждый воин моей армии усилится на целых 10% за жалкие шестьсот пустаров в минуту. Лядски чудесно. Берём, конечно же берём.

Что там ещё остаётся? Ах да, “Схроновая Рунирная Система” - конечно же повысим до максимум за 4 230 000 униаров.

Внимание! Разблокирована для выбора особая стотактовая грань “Пассивное усиление заряда СРС”!

Сороковой такт грани “Схроновая Рунирная Система” позволяет расширить возможности "Коллапса" и позволить ему подкачивать рассеянную в пространстве блуждающую энергию, благодаря чему каждый активированный рунирный заряд будет усилен пустарной энергией. Так, каждый такт грани "Пассивное усиление заряда СРС" равен 1% усиления эффектов рунира.

Стоимость развития грани соответствует стандартной стотактовой грани.

Стоимость : 500 000 униаров.

Внимание! Разблокирована для выбора особая однотактовая грань “Использование многозарядных руниров в СРС”!

Шестидесятый такт грани “Схроновая Рунирная Система” позволяет расширить возможности "Коллапса" и позволить ему использовать многозарядные руниры, что в разы увеличивает количество использований “Коллапса”, делая его ещё более могущественным оружием.

Стоимость : 750 000 униаров.

Внимание! Разблокирована для выбора особая однотактовая грань “Вольный выбор заряда СРС”!

Восьмидесятый такт грани “Схроновая Рунирная Система” позволяет расширить возможности "Коллапса" и позволить его владельцу выбирать для активации любой из заряженных в артефакт руниров, вне зависимости от их изначальной последовательности.

Стоимость : 1 000 000 униаров.

Внимание! Разблокирована для выбора особая стотактовая грань “Коллаптический Пожинатель”!

Сотый такт грани “Схроновая Рунирная Система” позволяет расширить возможности "Коллапса" до небывалых высот, усовершенствовав его функционал. Отныне владелец может пропускать любое заклинание, которым владеет, через СРС, многократно усиливая его. Так, каждый такт грани "Коллаптического Пожинателя" равен 1% усиления эффектов заклинания.

Данная грань является уникальной, поэтому градация её развития дороже стандартной. Так первый такт освоения грани обойдётся в 1 000 000 униаров. Второй такт, соответственно, в два миллиона, третий - в три миллиона, четвёртый - в четыре, и так далее, вплоть до сотого такта.

Стоимость : 2 000 000 униаров.

Ну надо же, какие привлекательные грани. С ними я воистину стану самой настоящей машиной уничтожения. Однако униаров осталось не так много, так что возьму лишь две: “Пассивное усиление заряда СРС” и, естественно, “Коллаптический Пожинатель”. Лядски жаль, конечно, что я не смогу раскачать Пожинатель хотя бы на один такт - лишнего миллиона униаров у меня сейчас уже нет, а тот, что остался, вскоре уйдёт на совершенно другую грань...

Открыв глаза, я устремил свой взгляд в сторону Афилема, а затем медленно вытянул руку. Вонзившийся в крепостную стену гигантский меч задрожал, и древние зачарованные камни сотряслись от пробудившейся в клинке мощи. А в следующее мгновение Вайнория вырвалась из стальных тисков и, с молниеносной скоростью ринулась к своему владельцу, с резким свистом рассекая пространство. Стремительно уменьшаясь в полёте, она за считанные доли секунд приняла свою изначальную форму, подстроившись под хозяина, и её удобная рукоять мягко легла в мою ладонь. Нежно улыбнувшись, я наделил Вайнорию силой, влив в неё миллион униаров и активировав её лимрачную суть. Миг - и преисполненный могущества клинок покидает мою руку и медленно воспаряет острием вниз над останками мегагомункула. Из туманных перламутровых глубин чёрно-синего лезвия на свободу рвутся сверкающие молнии, руны на его клинке наполняются мистической силой, а оттиск высокой башни, которую обвивает свирепый чёрный дракон, с каждым ударом сердца сияет всё ярче и ярче. Горящий в окованном сталью тёмном янтаре вертикальный, отливающий серебром зрачок взирает с вершины рукояти, и давящая аура величия расползается по земле. А затем, подчиняясь воле той, что когда-то была Сазэримом, рассеянная сущность павшего мегагомункула стала втягиваться в хищную дриариловую сталь, что с жадностью пожирала и преобразовывала её в новую для себя форму. И тогда настал апогей поглощения, и из недр испещрённого зловещими молниями вихря грянула ослепительная вспышка, которая положила конец процессу трансформации.

С виду не изменившаяся Вайнория несколько секунд висела в воздухе, а затем также плавно и неспешно вернулась в мою ладонь.

Внимание! Меч “Вайнория” приобрёл первое свойство трансформации - “Коварство бесконечного клинка”! Теперь лезвие “Вайнории” способно бесконечно удлиняться и превращаться в разящий хлыст, разрубающий врагов своего владельца. При этом клинок полностью управляем волей хозяина, и потому может менять траекторию движения одним лишь велением вашей мысли.

Мои губы тронула довольная улыбка. Спасибо тебе, Балисс, твоя смерть принесла мне действительно невообразимую пользу.

Что ж, теперь осталось лишь вложить ещё 4999 униаров в “Метаморфа” и закончить поднятие ступеней распределением Очков Атрибутов.

Внимание! Вы утверждаете текущее распределение униаров?

- Да.

Внимание! Получено Достижение “Новый рубеж VIII”!

Преодолев множество опасностей, вы смогли пройти Путём Силы и достичь нового значимого рубежа - 5000 ступени! Не отклоняйтесь от намеченной цели, стремитесь к ещё большему могуществу и, возможно, именно вам будет открыта Дорога Древних!

Награда : +25 ко всем Атрибутам; +1 Особый Хранимый Пункт.

Внимание! Вы достигли нового Ранга - “Легенда”!

Вам начислен один Особый Сгораемый Пункт - распределите его до окончания работы с дриаром, иначе он будет удалён!

Внимание! Ваша Глобальная Репутация повышена!

+2 Глобальной Репутации за убийство графа Афилема;

+1 Глобальной Репутации за открытое объявление себя королём Рэйтерфола;

+2 Глобальной Репутации за своё явление миру в образе дракона.

Итог : Ваша Глобальная Репутация составляет +21 (слухи о вас начинают блуждать в народе).

О, точно! Совершенно забыл об Сгораемом и Хранимом Особом Пункте, которые могут поднять мне ещё два такта в гранях. И самыми дорогой способностью у меня сейчас является “Лимрачная Боевая Форма”, двенадцатый и тринадцатый такт которой будет стоить, соответственно, двенадцать и тринадцать миллионов униаров. Вот в неё то Особые Пункты и уходят.

Внимание! Выбраны следующие свойства “Лимрачной Боевой Формы” :

12) Повышенное сопротивление горного тролля Таллиара ко всем негативным проявлениям пустарной энергии;

13) Повышенная Ловкость (воплощено на основе всех имеющихся образцов поглощенных существ).

Ну вот и всё. И финал моего развития - распределение Очков Атрибутов, коих в связи с возвышением на 6444 ступень накопилось 3971. Но с этим всё просто - большую часть в “Разум”, ибо пустарная энергия для меня носит стратегическую важность.

Сила: 1155 + 120 = 1275;

Ловкость: 2055 + 170 = 2225;

Разум: 3648 + 3377 = 7025;

Сила Духа / Характер: 2030 + 174 = 2204;

Выносливость: 1195 + 130 = 1325.

Готово… В Расходном Запасе, правда, осталось ещё 106 965 униаров, но пусть остаются - мало ли, вдруг срочно потребуются.

Я разорвал связь с дриаром и меня тут же пронзила волна невиданной мощи, вливающейся в тело. Стиснув зубы и сжав кулаки, я отдался мгновениям блаженства, чувствуя каждую клеточку усиливающейся плоти и костей. Меня пронзали наполненные силой пустарные молнии, становилась толще кожа, перестраивалась грудная клетка, позволяя вырасти новому, второму сердцу, и с каждым глубоким вздохом физическая и духовная оболочки становились могущественнее, чем когда бы то ни было.

Процесс закрепления развеялся, и я открыл глаза. Медленно размяв новосформированные мышцы шеи и рук, я постоял несколько секунд, с наслаждением прислушиваясь к размеренному биению двух сердец. Опустив взгляд на Вайнорию, я нежно провёл пальцами по пульсирующему тёмно-синему лезвию, а затем одним движением вложил клинок в заплечные ножны. Посмотрев в сторону города, я сделал первый шаг в его направлении и тут же остановился, услышав громкий щелчок.

Едва заметно нахмурившись, я посмотрел вниз и увидел сжимающую мою ногу оторванную по самое плечо человеческую руку. Обгоревшая кожа была разорвана на лоскуты, открывая взгляду искусственные металлические кости и торчащие трубки, заменяющие вены, из обрубков которых сочилась красная, напоминающая кровь жидкость. Не сводя глаз со всё ещё функционирующей гомункулярной конечности, я наклонился и медленно разжал вцепившиеся мёртвой хваткой пальцы, а затем выпрямился и несколько долгих мгновений задумчиво разглядывал эту поистине жуткую, но оттого не менее превосходно выполненную работу неизвестного мастера, что несмотря ни на что всё ещё пыталась цепляться за жалкие крохи своего неумолимо угасающего существования. И вот, когда последняя искра жизни покинула конечность человекоподобного гомункула, и пальцы его безвольно повисли без единого движения, я отшвырнул её в сторону и направился к вратам Афилема, оставив позади себя медленно распадающееся тело чёрного дракона.

Пора Владыке этого города ответить на несколько моих вопросов.

Глава 9. Часть 2.

***

Покрытые снегом узкие афилемские улочки остались позади, и я переступил через порог услужливо распахнутых врат, оказавшись в самом сердце этого города. Дорога под моими ногами была вымощена гладким белым камнем, а по обе стороны от неё, на равном расстоянии друг от друга, тянулись ряды небольших елей, на чьих аккуратных зелёных ветвях красиво блестели свежевыпавшие снежинки. Окруженная зимним садом аллея вела к величественно возвышающемуся над своими подданными символу власти - замку Владыки Афилема, над острыми шпилями которого нависали тяжелые, тёмно-серые тучи.

Остановившись, я несколько мгновений рассматривал крепкие стены и чувствовал на себе взгляды сотен глаз, разглядывающих меня по ту сторону многочисленных пустынных окон.

- Он действительно сказал именно так? - обдумав услышанное, мысленно спросил я.

- Да, - уверенно подтвердил муржит. - Вне всяких сомнений.

- Хм... Что ж, спасибо, Харуд.

Оборвав связь, я направился к замку.

Вот и ещё один кусочек пазла появился в моих руках - маленький, загадочный, приносящий лишь всё новые вопросы… Однако на этот раз я прекрасно знаю, в какой именно картине его недостаёт.

Поднявшись по припорошенным снегом ступеням, я неспешно шел к большим двустворчатым вратам, у которых стояли буравящие меня мрачными взглядами герцогские гвардейцы. При моём приближении они молча распахнули створки и учтиво склонили головы, и я шагнул в тень уютного, тёплого коридора, освещённого приглушенным сиянием кристасветов, вставленных в искусные, кованые зажимы.

Замершая у стены светловолосая девушка в богатых одеяниях присела в глубоком реверансе.

- Позвольте мне поприветствовать вас, король Саргон Дэриор Драйторн, и выразить вам своё почтение, - произнесла она негромким мелодичным голосом, при этом не решаясь поднять на меня глаз. - Я графиня Лираэллит Брассел Элиниона Афилемская, дочь герцога Брассела Сература Афилемского и герцогини Элинионы Данул Фанрадии Афилемской. Мне отдана честь сопроводить вас к моему отцу. Он ждёт вас в главной переговорной зале.

Дочь? Так у Балисса была сестра?

Не показывая своего удивления, я с интересом скользнул по ней взглядом. А она красива: белая кожа, утончённые черты лица, полные губы, большие серо-голубые глаза с длинными ресницами, в собранных в аккуратную причёску длинных волосах поблескивают заколки с драгоценными камнями, что также сверкают в изящных серьгах и колье, центральный бриллиант которого практически касается выглядывающих из декольте полукружий подтянутой груди. Так и замерев в реверансе, она подчёркнуто вежливо дожидалась ответа, и лишь её чересчур сильно сжавшие платье пальцы выдавали сковавшее её мысли внутреннее напряжение, которое искусно скрывало спокойное лицо и расслабленное тело.

- Буду рад вашему сопровождению, миледи.

После моих слов двери за спиной закрылись с тихим стуком, перекрыв поток холодного воздуха. Девушка кивнула, выпрямилась и, смиренно сложив на пышном подоле ладони, молчаливо двинулась вперёд, предоставив мне возможность любоваться вырезом платья с открытой прямой спиной и манящим изгибом поясницы. Мы шли в молчании, и по пути нам не попалось ни одного слуги или охранника. И лишь когда мы поднялись на предпоследний девятый этаж и немного поплутали по коридорам, Лираэллит остановилась у широких двустворчатых дверей и вновь склонилась в реверансе, наконец нарушив тишину своим приятным, отменно поставленным голоском, которым, держу пари, она могла вести самые утончённые беседы, очаровывая многочисленных аристократов, пирующих на высокосветских балах:

- Мы пришли, милорд Саргон.

После этих слов юная графиня повернулась, взялась за дверные ручки и надавила на створки, распахнув их. Она сделала несколько отточенных шагов вглубь просторной залы, затем повернулась ко мне и снова поклонилась, не поднимая глаз.

- Перед вами правитель Афилема, герцог Брассел Сератур Афилемский, мой почтенный отец.

Шагнув в сторону, она замерла. И когда я прошел мимо неё, она направилась к выходу и вышла из переговорной залы, аккуратно закрыв за собой двери. Я же не спешил, медленно продвигаясь вперёд и с лёгким любопытством осматривая помещение: слева длинный, лакированный тёмный стол, окруженный стульями с высокими спинками, справа располагался большой камин с расставленными у него большими мягкими креслами и столиком с многочисленными, поблескивающими графинами со спиртным. Мои шаги отдавались лёгким эхом от жемчужно-перламутровых мраморных плит, везде висели живописные картины талантливейших художников Древнира, перемежающихся с щитами и оружием, на которых выделялся семейный герб Афилемской династии - кубок с выгравированным на нём волшебным посохом, полный сияющих золотых монет на фоне двух скрещенных клинков.

Миновав всю длину стола и остановившись аккурат у его начала, я наконец устремил свой взгляд вперёд, на изготовленный мастерами своего дела деревянный трон с мягкой серебряно-чёрной обивкой, что величественно стоял ровно в центре, на фоне одного из трёх витражных окон, высящихся позади него. И на нём восседал немолодой мужчина с жестким лицом, проседью в аккуратно зачёсанных, когда-то абсолютно чёрных волосах, перехваченных сжимающим голову серебряным обручем, поджатыми тонкими губами и пристальным взглядом серо-голубых глаз. Возложив расслабленные руки на подлокотники трона, он держал прямую спину и не мигая рассматривал убийцу своего сына. И я в ответ занимался тем же самым, с тенью неподдельного интереса разглядывая одного из владык Объединённого Архиона.

Брассел Сератур Афилемский... Герцог, считающий себя равным королям Древнира, но застрявший в шаге от столь вожделённого, дарующего могущество статуса. Но глава династии Афилем был умён и, что важнее, необычайно терпелив. Не переходя дорогу сильным мира сего, он замер в тени и внимательно наблюдал, цепко выискивая возможность воплотить свою мечту в реальность. Он не спешил - к чему торопиться, если вкусившим Силу силпатам отмерены столетия жизни, легко способные сложиться в целые тысячелетия...

Его губы слегка разошлись, и по переговорной зале прозвучал размеренный, властный голос:

- Да не сводят Древние глаз с твоего Пути, король Саргон Дэриор Драйторн. Я рад приветствовать тебя в своём родовом замке.

В молчании слегка приподняв бровь, я отвёл глаза и скользнул взглядом по обе стороны от себя. Так и не дождавшись ответа, Брассел мрачно нахмурился.

- Что-то не так, милорд Саргон?

Раздражённо дёрнув щекой, я глубоко вдохнул и с шумом выдохнул.

- Как долго ещё ты планируешь ломать эту комедию? - повернувшись боком, негромко произнёс я, и мои слова с холодным шелестом разлетелись по самым потаённым уголкам этого погруженного в полутьму помещения. - Я пришел сюда не для того, чтобы говорить с жалкой марионеткой.

Брассел Сератур изумлённо вскинул брови и приоткрыл рот.

- Что ты такое говоришь?! - его губы перекосило, в глазах сверкнул гнев. - Как смеешь ты называть меня…

Резко повернув голову, я посмотрел герцогу прямо в глаза и он тут же осёкся. В глубине его глаз мелькнула тень страха, однако он не отвёл взгляда, лишь ещё сильнее вцепившись пальцами в подлокотники трона.

Хмыкнув, я вновь отвернулся от него.

- Знаешь, а ведь меня уже довольно давно терзает один довольно занятный вопрос, - как ни в чем ни бывало продолжил я также негромко обращаться к своему невидимому собеседнику, скользя вокруг внимательным взглядом. - Ответь, каково это - убить своего любимого племянника, а затем собственными руками разорвать его мёртвое тело в кровавые клочья, оставленные гнить во тьме подземелья?

Внезапно витражные окна потускнели, словно на город стремительно опустилась полуночная мгла, и в переговорной зале сгустился холодный сумрак. Почувствовав, как позади меня явственно потянуло пробудившейся магической силой, я улыбнулся и вновь обратил своё внимание на герцогский трон.

Брассел Сератур Афилемский продолжал по прежнему восседать на своём месте, отведя мрачный взгляд в сторону и чуть повернув голову к правому плечу. Вот только сам трон исходил зыбкой дымкой силы, и в следующее мгновение из-за длинной спинки шагнул пухлый, коротко стриженный мужичок в круглых, изящных очках, облаченный в свой неизменный, деловой коричневый костюм, пуговицы которого натягивали ткань на выпирающем вперед пузе.

- Ну здравствуй, - мои губы растянулись в широкой ухмылке, - Мыфан. Или, - я встрепенулся, - ты предпочтёшь, чтобы я называл тебя “Королём Гомункулов?”

Профиль полноватого казначея слегка повернулся в мою сторону, и стёкла его очков блеснули, отражая сияние кристасветов. Несколько секунд он внимательно рассматривал меня, а затем с тяжелым вздохом потянулся обеими руками к своим очкам, и, медленным шагом выходя из-за трона, снял их.

- Ты ошибаешься, Саргон. - Остановившись у стола, он сложил дужки очков и посмотрел на своё отражение. - Я не являюсь их королём. Хотя они и нарекли меня своим Владыкой.

Аккуратно положив их на столешницу, Мыфан повернулся ко мне, и я буквально кожей почувствовал, как меня изучает его расчётливый, холодный взгляд.

- Интересно, - краешки его губ дрогнули в едва заметной улыбке, - и как же тебе стал известен мой маленький секрет?

- Хм. Тут, знаешь ли, не обошлось без помощи твоего племянника Фергюса, - отвечая ему, я намеренно растягивал слова. - Я ведь смотрел прямо в его безмерно удивлённые глаза, и ясно видел в них отказ принимать неизбежность приближающейся смерти. - Я поднял свою руку и медленно сжал её в кулак. - Ещё тогда мне стало понятно, что его правая рука, более не подчиняясь его воле, мёртвой хваткой вцепилась в тот нож, а затем, раз за разом, стала вонзать острое лезвие прямо в его собственное горло.

Я притянул кулак к своей шее и ударил по ней несколько раз, не сводя глаз с немигающего казначея.

- Только тогда я думал, что его рука была зачарована, но потом меня вдруг осенило, - мои сложенные в кулак пальцы распахнулись, - она была искусственной. Полностью гомункулярная конечность, которую ты потом оторвал от мёртвого тела и забрал вместе с глазами, а затем, чтобы скрыть её отсутствие, превратил труп своего племянника в кровавую кашу. - Я опустил руку, скользя взглядом по его застывшей фигуре. - Хотя вряд ли он был твоим настоящим племянником - ведь ты гомункул, а он лишь человек… Человек с гомункулярной рукой, которую наверняка ты же ему и сделал. И ты же управлял ею, там, в своём собственном кабинете, стоя напротив этого несчастного, безмерно доверяющего тебе юноше. Я ведь, знаешь ли, стал неплохим магом, и теперь для меня в новом свете открываются те твои якобы нервные вспескивания руками, которыми ты так умело замаскировал свои контролирующие плетения. - Я насмешливо постучал пальцем по виску. - Спасибо силпатской памяти и нескольким тысячам очков в “Разуме”. О! И кстати - было действительно умно не уходить из камеры вместе с Балиссом, когда вас пришли освобождать его подельнички. Что, боялся потерять своё столь удобное прикрытие простоватого королевского казначея? А?

На лице Мыфана появилась его неизменно простодушная улыбка.

- Глупо ведь складывать все яйца в одну корзину, верно? К тому же, Балисс ведь провалился.

- Провалился, - согласился я. - В Рэйтерфоле. Однако здесь, в Афилеме, - я повернул голову и остановил взгляд на так и продолжающим недвижимо сидеть на своём троне герцоге Брасселе Сературе Афилемском, - ему судя по всему удалось достичь определённых успехов. - Я вновь посмотрел Мыфану прямо в глаза. - Ведь иначе ему не удалось бы тебя сместить, провозгласив себя Новым Владыкой Гомункулов. М, к слову - когда я сжигал его заживо, он так истошно звал на помощь своего отца… Ммм, сколь сладостны эти воспоминания… - Мои губы исказила жесткая ухмылка и я приопустил веки. - И что-то мне подсказывает, что звал он отнюдь не эту молчаливую марионетку.

Помолчав несколько мгновений, Мыфан обвёл задумчивым взглядом переговорную залу.

- Это ведь не простое помещение, Саргон. Здесь не работает любая связь ни с моими, ни с твоими людьми. Она полностью заблокирована и экранирована от всяческих звуков. Да и окна так просто не разбить... Хмм... - Он с тяжелым вздохом посмотрел на свою приподнятую ладонь. - Действительно жаль, что мой первоначальный план потерпел такое фиаско… Однако не все так уж и плохо…

Внезапно с едва различимой глазом скоростью он прыгнул прямо на меня, и в приземлении выбросил в ударе сжатую в кулак правую руку, предплечье которой вдруг разорвалось, трансформировавшись в зигзагообразное, сверкнувшее остротой лезвие. Готовый к чему-то подобному, я стремительно отпрыгнул спиной вперёд, и хищное острие прошло в считанных миллиметрах от моей груди, с грохотом уйдя глубоко в пол на том самом месте, где я только что стоял. Миг - и его ноги с лязгом расходятся на две половины: ткань плотных шатнов с треском разорвалась, свет блеснул на трансформирующейся стали, и тело казначея приподнялось, покачнувшись назад и вырывая клинок обратно, но тут же выскочившие из поясницы новые металлические конечности грянули остриями об пол, разломав дорогое мраморное покрытие и не дав ему упасть.

- Я сделаю тебя одним из нас, - ледяным, нечеловеческим голосом произнёс преобразившийся Мыфан, стоящий на шести длинных, паукообразных стальных лапах, оканчивающихся острыми штырями. - И когда правители Рэйтерфола и Афилема договорятся о мире, мы признаем Балисса обезумевшим гомункулятором, дабы наше существование так и осталось тайной для всего Древнира.

Он вновь бросился в атаку, но я резким рывком ушел в сторону. Вот только едва мои ступни снова коснулись пола, как из спины Владыки Гомункулов, разрывая пиджак, выстреливают цилиндры со стальными наконечниками, разрывающиеся при ударе облаком белесо-серого дыма. Уворачиваясь от них, легко отрываюсь от земли, делаю боковое сальто, а затем тут же новый прыжок назад - Вовремя! - перед лицом клацает зубастыми крюками захлопнувшийся магический капкан, размером с половину взрослого человека.

Лядь! Не почувствуй я это магическое плетение своим обострённым лимрачным восприятием, переломало бы все кости!

- Какая у тебя милая боевая форма! - Бросаю быстрый взгляд на странный дым и на всякий случай блокирую собственное дыхание, обогащая кислородом кровь за счёт щедро расходуемых пустаров. - А теперь узри же мою!

Мои зрачки мгновенно сужаются, превращаясь в отливающие серебром вертикальные глаза смертоносного монстра, всё тело стремительно покрывается чёрной, блестящей чешуей, во рту вытягиваются клыки, на руках и ногах растут острые когти, увеличившиеся уши вместе с ракообразными отростками заостряются и отгинаются назад, а из позвоночника вырывается длинный, шипованный хвост. Но едва трансформация завершилась, как Мыфан вскидывает ладони и из множества открывшихся в коже дырочек в разные стороны разлетаются мелкие серебристые шарики, и я краем глаза замечаю загоревшийся на их поверхности рунический символ. Миг - и отовсюду единой канонадой грянули оглушительные взрывы, оставляющие после себя облака едкого дыма, а глаза тут же ослепило десятками ярчайших вспышек.

В одночасье лишившись зрения и слуха, с яростным рычанием выпускаю вокруг себя волну пустарной энергии.

Эхолокация!

Прыгнувший на стену Мыфан отталкивается всеми шестью лапами и падает на меня, с молниеносной скоростью закручиваясь вокруг себя и превращая паучьи конечности в лезвия вращающейся пилы. Мгновенно перекидываю потоки пустаров в силу и выносливость, упираюсь ногами и вскидываю дриарилловую руку, упираясь в неё второй ладонью. Доля секунды - и гомункулярная мясорубка с невероятной силой бьёт в подставленное поперёк металлическое предплечье, уши закладывает от омерзительного скрежета, хлещут обжигающие кроваво-красные искры. Взревев, изгибаюсь спиной назад и вместе с наклоном руки ныряю вниз к самому полу, переворачиваясь подобно гибчайшему акробату и пропуская над собой смертоносный диск. Мыфан приземляется с грохочущим лязгом, оставляя за собой борозды раскрошенного мрамора, и я бросаю на него Метку Охотника - сверкает синевой артефактный глаз виверны, с усилием продавливается духовная воля короля гомункулов и печать отслеживания выжигается на его астральном теле, передавая расположение врага напрямую в мой мозг.

Гомункул со стремительным ускорением делает выпад “V”-образным лезвием, торчащим из его предплечья, но я плавным движением слегка покачиваюсь вправо и пропускаю клинок рядом с шеей, а затем молниеносным движением хватаю его кулак своей дриариловой ладонью, резко выворачиваю и подпрыгиваю с сальто назад, рассекая острием хвоста лицо лжеказначея до самых костей.

По залу эхом разносится злобный крик, и Мыфан с бешеным оскалом выпячивает вперёд свой толстый живот, который в это же мгновение разрывается, выпуская из своего нутра десятки манипуляторов с длиннейшими, зловеще сверкающими иглами, лезвиями, крюками, вращающимися пилами и наполненными какой-то жижей жуткими шприцами. И едва я приземлился, это гомункулярное чудовище атаковало меня со всей своей безумной яростью. И, несмотря на всю мою недюжинную ловкость, он раз за разом находил бреши в моей обороне и драконья чешуя разрывалась под острейшей сталью, оставляя кровь на зазубренных лезвиях.

Две хищно блеснувших иглы ринулись к моим глазам, но я молниеносно присел и в то же мгновение мышцы ног затрещали от хлынувшей в них пустарной энергии.

Прыжок Дравэрина!

От силы ускорения под ступнями в крошево разлетелись мраморные плиты, и уже в следующий миг я в полёте вонзаю обе руки Мыфану в грудь, железной хваткой сжимаю пальцами металлические рёбра и переворачиваюсь через себя, со всей дравэринской мощи швыряя многотонное тело Владыки Гомункулов через весь зал. Оторвавшегося от земли казначея перекручивает в воздухе и он со всего маху впечатывается в стену. Вылетают разломанные камни, во все стороны змеятся трещины, и тяжелая туша казначея с железным дребезгом валится на пол, но он тут же вновь с упорством поднимается на ноги. Но едва он вскидывает голову, как видит перед собой стремительно летящего на него лимрака.

Миг - и я в полёте наношу удар ногой с полного разворота, щедро сдабривая его дравэринской силой. Чешуйчатая лапа подобно тарану врезается в голову Мыфана и он отлетает на несколько метров, снося по пути половину стоящих у стола стульев. Но ловкий казначей переворачивается в падении и вонзает острия лап в пол, тормозя и резко останавливаясь.

Не дожидаясь, когда он придёт в себя, я делаю стремительный зигзаговый прыжок сначала на стену, отталкиваясь от неё правой ногой, затем на стол и вновь взмываю ввысь с оттянутой для удара левой рукой. Тело распирает от вливаемой в него энергии, и в следующее мгновение я усиливаю пустарами собственное падение, подобно метеору обрушиваясь на Мыфана сверху и вминая дриарилловый кулак в его искусственную рожу. Сталь столкнулась о сталь, затрещали ломаемые железные кости и раздробленные зубы, и Владыку Гомункулов буквально вдавило в пол и протащило практически к самому началу зала, разрушая его телом крепкие плиты, осколки которых с грохотом выкорчевывает и складывает гармошкой.

Приземлившись, я вытянул в сторону правую руку и призвал Вайнорию. Сжав холодную рукоять, крутанул меч вокруг себя и в тот же миг перламутровое чёрно-синее лезвие разделяется на сегменты и, подобно хлысту, устремляется к пытающемуся подняться Мыфану. Острия со свистом пронзают воздух и со скрежещущим звоном разрубают напополам две его передние паучьи лапы. Пошатнувшийся казначей теряет опору и падает, но успевает вонзить в пол свои зигзагообразные лезвия. Я же с рычанием наношу новый удар и сегментированный меч в ту же секунду отсекает ему оба клинка. А затем я бью ещё, ещё и ещё, с оскалом наслаждаясь порханием смертоносного стального хлыста, что с каждым взмахом глубоко вонзается в крепкую плоть и с лязгом взрезает её. И с каждым ударом сердца я подхожу к нему всё ближе, ближе и ближе, беспощадно кромсая его живот, грудь и плечи, отрубая тянущиеся из кровавого нутра манипуляторы и лишая паучьих конечностей. Он пытается закрываться руками, пытается ставить магические щиты, но всё тщетно - ничто не может устоять перед неистовой дравэринской мощью.

И когда окровавленный Мыфан наконец обессиленно пал на обрубки своих лап, и в его глазах запылали угли страха, я одним резким движением собрал Вайнорию и она испарилась из моей длани. И вот тогда я в молниеносном броске сорвался с места, обхватил дриарилловой лапой лицо Мыфана и рывком надавил вниз, с грохотом вгоняя его затылком в пол.

Выждав несколько мгновений, я разжал когтистые пальцы, поднялся на ноги и медленно выпрямился, холодным взглядом рассматривая окровавленного гомункула, из разорванных ран которого проглядывали искореженные стальные кости. И когда казалось, что это искорёженное тело покинула последняя крупица жизни, глаза Мыфана вдруг слабо приоткрылись. Покрытые сеткой лопнувших сосудов, они с трудом скользнули мутным взглядом по чешуйчатому телу нависшего над ним существа, и вперились в отливающие серебром вертикальные зрачки.

- А ты-ы… стал сильнее… - разбитые губы дрогнули в улыбке. - Недооценил я тебя…

Я неспешно кивнул.

- Да, недооценил. Но ты держался достойно. Будь на моём месте любой другой силпат, силзвер, или даже лимрак - он бы неизбежно проиграл тебе. - Я чуть склонил голову набок. - Но лимрака с боевой формой, наделённого способностями Дравэрина, такому как ты не одолеть.

Мыфан медленно моргнул, соглашаясь с моими словами.

- Саргон… - с трудом сглотнув, он вновь посмотрел мне прямо в глаза. - Можно… м-можно попросить тебя не убивать всех нас?.. Сжалься… Отпусти остальных гомункулов… Они ведь ни в чём не виноваты…

Он опустил потухший, полный искренней скорби взгляд.

- Они просто хотят жить... также, как и все…

Я покачал головой.

- Это не от меня зависит, Мыфан, а от тебя, и твоего решения.

Казначей недоумённо нахмурился.

- Р-решения?.. Какого решения?..

Вместо ответа я поднял глаза и посмотрел на подошедшую к нам Шейди Арн Рэн. И когда она встала рядом со мной, с грустной улыбкой смотря на поверженного древнего гомункула, в глазах последнего отразилось замешательство.

- Н-не понимаю…

Наши с Шейди взгляды перекрестились.

- Сними завесу, Шейди. Пусть он увидит и вспомнит, кто ты есть на самом деле.

Губы девушки дрогнули. Вновь опустив печальные глаза на Мыфана, она присела и протянула к нему руку. Но уже почти прикоснувшись к его предплечью, её ладонь в сомнении замерла, слегка отпрянув словно в испуге, но через мгновение она заботливо сжала предплечье гомункула. И как только это произошло, в изумлённо расширившихся зрачках казначея мелькнуло узнавание, а затем они наполнились слезами и безмерной любовью сына, наконец отыскавшего свою давно потерянную мать.

- Моя Создательница!.. - Собрав остатки сил, он поднял вторую руку и с невероятной нежностью положил сверху на её ладонь. - Это… это и вправду вы?..

- Да, мой милый Мыфан, - она с улыбкой провела пальцами по его щеке, касаясь смешанных с кровью слёз. - Мыфан… Моё первое творение… Мой первый настоящий друг...

Лицо древнего гомункула озарилось истинным, неподдельным счастьем, и слёзы с новой силой полились из его глаз.

- Вы вернулись!.. Вернулись… Но почему, почему вы оставили нас?.. Мы так ждали, так надеялись...

Шейди с грустью покачала головой.

- Мой дорогой, любимый Мыфан. Я создала вас, и наделила самыми ценными дарами, что только доступны живым существам: чувствами, эмоциями, свободой воли и выбора. Я дала вам свободу и право самим строить свою судьбу, без моего вмешательства, как и положено вольному народу, что следует своей цели и ищет свой дом, в этом безмерно огромном мире. И все ваши действия - это результат лишь вашего выбора, ваших собственных решений.

Всхлипнувший Мыфан опустил заплаканные глаза.

- Но мы не справились!.. Мы так и не нашли себе места в этом мире… Нас отовсюду гнали, нас боялись и ненавидели… Забивали камнями и разрывали на части, притворяясь глухими и не слыша вопли о милосердии... - Он закрыл глаза, прильнув щекой к её мягкой ладони, и его тело сотряслось от рыданий. - Простите меня… Мы подвели вас... разочаровали…

Девушка улыбнулась.

- О нет, Мыфан, ты ошибаешься. Я гордилась каждым вашим успехом, печалилась каждому вашему горю, радовалась каждому мгновению вашего счастья, - наполненный заботливой нежностью голос Шейди обволакивал, снимая с плеч её древнего творения груз тяжести и вины, клонивший его к земле многие сотни лет, и постепенно отнимающий у него веру хоть в какое-либо, даже самое маленькое добро. - Мыфан, - он открыл глаза и посмотрел на неё, - вы совершали ошибки, как и любой другой народ на протяжении всей своей длинной истории. Но это не значит, что по прошлому нужно судить о вашем будущем. Выбор - лишь за вами.

Наступило мгновение благоговейного молчания, которое вскоре прорезал мой полный силы повелительный голос:

- Мыфан. - Вновь обретший мать казначей с трудом оторвал от неё взгляд, и поднял его на меня. - Я, король Саргон Дэриор Драйторн, предлагаю тебе, как Владыке Гомункулов, принять присягу и официально стать со всем своим народом частью Королевства Рэйтерфол. Обещаю быть вам честным и справедливым правителем.

С изумлённым неверием смотря прямо в мои отливающие серебром вертикальные зрачки, Мыфан в глубокой задумчивости взглянул на свою молчаливо застывшую с лёгкой улыбкой создательницу, и после долгих секунд колебаний, наконец сделал свой выбор, определивший судьбу целого народа.

- Да, - уверенно произнёс он окрепшим, хрипловатым голосом. - Я, Мыфан Арн Рэн, наречённый своим народом его Владыкой, пред взором Древних присягаю тебе на верность и доверяю в твои руки нашу судьбу, король Рэйтерфола Саргон Дэриор Драйторн. Клянусь на вечную преданность, пока последняя капля жизни не покинет моё бренное тело, а бессмертную душу не пожрёт Повелитель Гладархона. Амирус, Древниар.

Мои губы дрогнули в лёгкой улыбке.

- Амирус, Древниар.

Я слегка повернул голову к Шейди и посмотрел в глубины её необычных, фиолетовых глаз.

- Почини его. - Вновь бросив взгляд на притихшего Мыфана, мои белоснежные клыки блеснули в насмешливой ухмылке. - Негоже умирать такому способному казначею.

P.S. Не забывайте в комментариях скрывать сюжетную информацию спойлером))

Глава 10

Вольготно развалившись в кресле перед приятно потрескивающим камином, я наслаждался теплом, полным бокалом вкуснейшего ликёра, удовлетворением от удачно завершившегося дела и наконец достигнутыми минутами долгожданного покоя. В медитативной расслабленности наблюдая за чарующим танцем игривого пламени, я позволил себе отдохнуть от абсолютно любых мыслей, вверив разум в царствие вечной пустоты - вскоре мне вновь предстоит броситься в их бешеный поток, потому небольшая передышка была просто необходима...

Однако всё приятное имеет свойство очень быстро заканчиваться.

Позади раздались тяжелые шаркающие шаги, и через несколько секунд подле кресла застыл пошатывающийся от слабости Мыфан. Вернув на побледневшее лицо свои неизменно-изящные очки, он грузно опёрся о спинку соседнего кресла и, держась второй рукой за изрядно похудевшее пузо, посмотрел на меня.

- Я в вашем распоряжении, милорд, - хрипло отчитался мой новый казначей.

Плюхнувшаяся в рядом стоящее кресло Шейди шумно выдохнула и потянулась к столику со спиртным.

- Уффф. Я его подлатала, но до полного восстновления ещё далеко, - доложила девушка, вытаскивая пробку из схваченной бутылки и принюхиваясь к её содержимому. - Всё-таки поломал ты его знатно.

- Ну что тут сказать - старался как мог, - криво усмехнувшись, я смерил гомункула взглядом. - Повезло тебе, Мыфан, что ты намного старше меня по ступеням, да ещё и крепкий, как дриарилл. Мне едва удалось тебя одолеть.

- Но ведь удалось же, - слабо ухмыльнулся тот.

- И то верно, - я сделал глоток сладковато-приторного напитка и погрузился в задумчивое молчание. - Три тысячи пятьдесят пять рэйтерфолцев - что с ними, Мыфан? Они живы?

- Три тысячи пятьдесят три, - поправил меня казначей, - двоим удалось сбежать с портальной площади. И нет - к сожалению, не все из них выжили.

Я помрачнел.

- Сколько?

- Уцелело две тысячи девятьсот семьдесят три, - нахмурившись, поджал губы Мыфан. - Стоит добавить, что если бы не мои старания, эта цифра была бы намного меньше.

Из моей груди вырвался вздох облегчения. Я опасался, что погибших будет в сотни раз больше, с неполной же сотней смириться было намного проще.

- Меня интересуют несколько человек: магистр Харлен Кривглазиан Дикий, молодой маг Вирхем, охотница Берта, воин Вильяр Тэк, жаброид Сиэрд, и фаргранды Драксан Аблагард и Демонариум. Если они живы, то будь добр, пригласи их сюда. И распорядись, чтобы пленных хорошо напоили и накормили, а также сообщили о прибытии в город короля Рэйтерфола, который прямо сейчас ведёт переговоры с правителем Афилема. Шейди - а ты приведи Сидиуса, Харуда, Беару, Гоблю и Скайдэн. И пусть принесут еды и выпивки. - Я одним глотком осушил бокал. - Нам пора устроить собрание в полном составе.

Пустой стакан с громким стуком грянул о столик.

***

- Мальчик мой! - Кривглазиан с радостной улыбкой на бледном лице широко распахнул руки. - Я так и знал, что армия силзверов тебя не удержит!

- Магистр Харлен! - мы тепло обнялись, после чего я окинул его грязные одежды насмешливым взглядом. - А я смотрю, мрачные казематы вам пошли только на пользу!

Великий Пространственный Мастер махнул ладонью.

- О, не говори! Препрекраснейшее место! Обязательно забронирую тут местечко в следующем году!

Ухмыльнувшись, я сделал пригласительный жест в сторону длинного, уцелевшего после боя с Мыфаном стола, который слуги уже успели заставить всевозможными ароматными яствами.

- Ну, тогда прошу занимать своё почётное место и наслаждаться пищей и вином.

- Ооо, с превеликой радостью!

Проводив его взглядом, я улыбнулся подошедшему Вильяру Тэку, Берте и Драксану Аблагарду.

- Здарова, Сар, - мы с Вилом крепко пожали руки и побратались, похлопав друг друга по спинам. - Чтот ты малец припозднился.

- Не серчай, дружище! Меня придержали небольшие дела. - Мои глаза скользнули к фаргранду. - Драксан! Рад, что и тебе удалось уцелеть!

- А уж я-то как этому рад! - молодой аристократ со всей учтивостью пожал мою ладонь двумя руками. - Уверен, что чудо нашего освобождения не обошлось без твоих безумных идей.

- Ха-ха! И не зря так думаешь!

- Милорд трогранд, - Берта склонилась в почтительном поклоне, не смея поднять глаз.

- Да ну ты брось, Берта! - Мягко обхватив девушку за плечи, я заставил её выпрямиться. - Сколько раз мне ещё просить тебя обращаться ко мне по имени? Саргон я, Саргон. Ладно, не стойте, идите животы набивать.

На их место тут же встал вечно хладнокровный жаброид Сиэрд, чьё невозмутимое спокойствие не смогла поколебать даже тьма жутких афилемских темниц.

- Абсолютно не удивлён твоей живучести, Саргон, - своим классическим безмятежным тоном известил меня мой синекожий друг. - Учитывая твоё систематическое сумасшествие и неуемную тягу к жизни, было бы намного поразительнее, не встреть я тебя здесь.

- Сиэрд! - Я с рычанием сгрёб его в объятья. - Ты просто не представляешь, как я соскучился по тебе!

- Хм. - Дреды на его голове странно зашевелились. - Вынужден напомнить, что я всё также предпочитаю женщин.

- Ой, да иди ты!

- С удовольствием пойду, - с тронувшей его тонкие губы улыбкой он направился прямо к столу.

- От засранец, а, - ухмыльнулся я ему в спину, а затем взглянул на следующих шагнувших ко мне товарищей и невольно застыл, переводя глаза с Вирхема на Беару. Мой взгляд невольно опустился ниже и я пару мгновений рассматривал их сцепленные друг с другом руки.

- Саргон, - довольно-таки изрядно похудевший молодой маг протянул тонкую ладонь, - рад тебя видеть.

Я не успел ничего ответить, как вдруг вмешалась Беара.

- Ещё бы ты не был рад видеть своего подельничка! - язвительно сказала рыжеволосая бестия, поочередно буравя нас многообещающим взглядом. - Если вы думаете, что я так просто забуду про то, как вы меня в портал запихнули, то о-о-очень сильно ошибаетесь.

Вирхем как-то сразу стушевался, но тут же взял себя в руки и уверенно посмотрел ей прямо в глаза.

- Вернись мы в прошлое, я бы поступил точно также, - твёрдо проговорил он.

Я удивлённо вскинул брови. Надо же, а паренёк-то растёт! Хотя Беара, судя по всему, нисколько не поражена таким поворотом - вон, стоит, довольно лыбится. Зуб даю, тут без её воспитательных уроков не обошлось. Как пить дать, куёт девка себе мужика под стать! Глядишь, скоро будем оглядываться на звон стальных яиц!

- Саргошкаааа!!! - на меня налетело серо-зелёное большеухое создание, уткнувшееся мне в живот и радостно вопящее. - Моя щасливо тебя видать!!! И я видеть, видеть как ты разваливать ту страховатую громадину! Уххх, какой был махач!!! Усё такое бум, бум, трах, барах-бубух-парах!!! - Оторвавшись от меня, он запрокинул голову с огромными круглыми глазами. - Крышесноооснооо!!!

Я с широкой ухмылкой потрепал его по башке в цветастой шапке.

- Да, мне тоже понравилось. Хотя и ты, говорят, там знатного шороха навёл!

- Усё какого! Мой Швырагонатор это просто очешуенна разхреновина!

- Швырагонатор? - Мой взгляд скользнул на большой ящик на заплечных лямках с какими-то рычагами. - Ааа, потом расскажешь! Сейчас давайте, дуйте все за стол. Животы сами себя не наполнят.

- Жратикоооо!!! - Воодушевлённый Гобля ринулся покорять гастрономические вершины, и Беара с Вирхемом отправились за ним.

О чём-то тихо переговаривающиеся Сидиус с Харудом замолчали и подошли ко мне.

- Всё нормально? - тут же спросил я. - Орда силпатов у стен ведёт себя смирно?

- Шумят, злы, взбешены и донельзя мрачны, но приказ своего лорда пока не нарушают, - насмешливо оголив клыки, ответил муржит.

- А ещё они весьма озадачены, - добавил старый мечник. - Появление короля Рэйтерфола в облике дракона, а потом ещё и странного механического графа вызвало у всех неизгладимое чувство полнейшего потрясения. Древнир, конечно, ко многому привык, но такое зрелище увидишь не часто.

- Но по поводу буйных голов не волнуйся, - успокоил Харуд, - мороз подостудит пыл особо горячих, а остальные шибко заняты, - он хохотнул, - опасаются невидимой “многотысячной рэйтерфолской армии” и в поте лица рыщут в поисках снарядов с ядом.

- Ну вот и славно, - хмыкнув, я хлопнул его по плечу. - Садитесь, скоро начнём.

Уперев ладони в бока, я несколько секунд рассматривал собравшихся, и отвлёкся лишь тогда, когда рядом со мной встала сложившая руки на груди Скайдэн.

- Признаюсь, тебе в очередной раз удалось меня удивить, - её пухлые губы сложились в манящую улыбку. - Дракон значит, да? Что ж, у тебя есть все шансы стать самым выдающимся лимраком в истории Древнира.

Наши взгляды пересеклись.

- Я не буду против.

В этот момент на моём правом плече повисла запыхавшаяся Шейди.

- Фу-у-ух! Наконец-то все в сборе! Кончайте уже ворковать и пошли по-быстрому закончим этот “великий светлый совет”! А вот пото-о-ом… - она скользнула взглядом по Скайдэн, задержав его на полукружиях подтянутой груди. - Давайте-ка устроим тройничок?

Вскинув брови, я вытаращился на неё, а лимра же с усмешкой блеснула глазами и, смотря на моё обалдевшее лицо, повторила мои же слова:

- Я не буду против.

Развеселившиеся девушки ушли к столу, оставив меня любоваться ими позади.

Ну и что это было?!

Губы сами собой растянулись в улыбке, и я на мгновение закатил глаза.

О, женщины!

- Мыфан, - я бросил взгляд на стоящего у входа гомункула, - закрывай двери и занимай место.

Неспешно пройдя к своему стулу во главе стола, я сел, водрузил локти на стол и сплел пальцы в замок. С улыбкой скользя взглядом по лицам тринадцати своих верных друзей и соратников, я не вмешивался в шумное застолье, давая всем возможность насладиться пищей и вином. И лишь когда голод был утолён и все с наполненными кубками в руках начали расслабленно откидываться на удобные спинки стульев, сидящий по правую руку от меня Кривглазиан первым взял слово.

- Боги, как же я скучал по нормальной еде! - он похлопал себя по округлившемуся животу. - Уж поверьте, здешними тюремными харчами даже свиней кормить зазорно!

Ответом ему стали смешки да улыбки.

- Да брось! - с кривой ухмылкой возмутился насмешливо сощурившийся Сидиус. - Будто рэйтерфолская баланда была лучше!

- Ну уж тебе-то об этом лучше знать, старина! - архимаг весело подмигнул, и за столом поднялась новая волна веселья.

- Кстати, Саргон, - Кривглазиан подтянул к себе свой кубок и наклонил его, заглянув внутрь, - когда нас освободили из темницы и привели сюда, то сказали, что это всё благодаря королю Рэйтерфола. - Он выразительно посмотрел на меня. - Значит ли это, что королю Дэриору удалось выжить?

За столом воцарилось напряженное молчание, и взгляды собравшихся устремились на меня. Пройдясь глазами по лицам, я с грустью покачал головой.

- Увы, но король Дэриор Брантар Драйторн действительно погиб.

Вирхем прикрыл глаза, сжимая ладонь Беары, Драксан Аблагард мрачно поджал губы, Берта с Вильяром хмуро переглянулись, Сиэрд остался невозмутим, а Харлен слегка сдвинул брови.

- Выходит, - продолжил архимаг, - объявился новый король, либо же наместник?

- Первое, - я кивнул. - Дело в том, что своим последним посмертным указом король Дэриор усыновил меня, и официально передал свою фамилию. Так что отныне я Саргон Дэриор Драйторн, правитель королевства Рэйтерфол.

Глаза тех, кто слышал об этом впервые, изумлённо округлились, и они рассеянно заозирались.

- Неужели? - Вскинувший брови Кривглазиан скользнул взглядом по сидящим за столом и остановил его на той стороне, где сидели Сидиус с Харудом, Хранители Светочи.

- Всё верно, - Сидиус кивнул. - Мы своими глазами видели письмо короля и все документы.

- А ещё его признал королевский Драйторум, - добавил Харуд, чтобы ни у кого уж точно не оставалось сомнений в истинности и законности сказанного.

- Хм. Вот оно как. - Харлен в глубокой задумчивости посмотрел мне в глаза. - Король, значит… Тогда именно тебя нужно благодарить за наше освобождение?

Я слегка развёл руками.

- Я бы сделал это и без нового статуса.

- Охотно верю, и даже с удовольствием послушаю, как именно тебе это удалось. Однако прежде я бы хотел услышать ответ на один вопрос, - его взгляд скользнул мне за спину, - герцог Брассел Сератур Афилемский присоединится к нашему собранию?

Я удивлённо обернулся и посмотрел на герцога, так и продолжающего молча и величественно восседать на своём троне с сурово поджатыми губами.

- Хах. Ты удивишься, но я даже и не знаю, - я повернулся обратно и нашел глазами устало сидящего Мыфана. - Это зависит от того, что нам расскажет наш таинственный казначей.

После этих слов все взгляды скрестились на нём.

- Будь так добр, - я слегка качнул головой, - расскажи всё с самого начала. И не бойся - здесь все свои.

Глава 10. Часть 2.

...

Нахмурившийся гомункул некоторое время молчал, буравя взглядом столешницу, а затем, всё-таки решившись, с тяжелым вздохом начал говорить:

- Меня зовут Мыфан Арн Рэн. Этим именем меня нарекла моя Создательница - госпожа Шейди Арн Рэн. - Он поднял глаза на улыбающуюся лилововолосую девушку. - Я - гомункул, что вместе с моими братьями и сёстрами был сотворён в Крастарии. Однако мы не простые гомункулы - в отличии от всех прочих искусственных творений, мы способны мыслить, чувствовать, развиваться, и самостоятельно принимать любые решения, которые покажутся нам верными. Каждый из нас, подобно мирянам, силпатам, силкрасам или силзверам, обладает собственным индивидуальным характером и свободой воли. Также мы верим в то, что помимо наших тел, в которых по венообразным трубкам течёт жизненная эссенция, мы также наделены и тем, что вы именуете душой.

Он сделал паузу, обводя взглядом внимающих его словам силпатов и давая им возможность осмыслить сказанное. Напряженно всматриваясь в их лица, он стремился увидеть на них столь привычные ему проявления неприязни, презрения, надменности и смешанного с отвращением изумления. Но ничто из этого не промелькнуло в глазах верных Саргону людей - лишь удивление и желание услышать продолжение его слов. Казалось бы, нет никакой угрозы, вот только привыкший всю жизнь скрывать собственную сущность Мыфан с трудом верил им, и потому сейчас через силу заставлял себя говорить чистую правду.

- После нашего создания нашу волю, несмотря на протесты госпожи Шейди, подавили главы клана Рэн, и обратили нас в покорных рабов, ставших оружием против их врагов. Однако Создательница не смирилась с этим и всё-таки смогла освободить нас, даровав абсолютную свободу. Но… - он опустил глаза, - госпожа не отправилась вместе с нами.

- ...Госпожа! - Залитый чужой кровью Мыфан подбежал к девушке с развивающимися фиолетовыми волосами, неотрывно смотрящей на пожирающее дома яростное пламя, что отражалось в её лиловых глазах. - Мы вывели всех, кого смогли!

- Хорошо, - прародительница даже не шелохнулась, продолжив стоять подобно изваянию. - А теперь уходите.

- Уходить? - гомункул растерянно вскинул брови. - А как же вы?

Шейди повернула к нему голову и с теплотой в глазах нежно улыбнулась.

- У меня свой путь, мой милый Мыфан…

Казначей прикрыл глаза.

- Теперь я понимаю, что это было сделано ради того, чтобы предоставить нам право самим строить свою судьбу. Но тогда… тогда мы чувствовали себя брошенными и одинокими. Отчаяние, страх и недоверие стали нашими бессменными спутниками вплоть до этого дня, однако мы не сдались, и делали всё возможное, чтобы выжить в этом не прощающим слабость мире.

Он вздохнул, и, сглотнув, продолжил:

- Выбравшись из Крастарии, мы очень долго блуждали по Архиону в поисках безопасного места, - Мыфан посмотрел на меня, - места, в котором мы смогли бы осесть без страха быть убитыми или использованными, и жить в относительном мире. С годами мы научились скрываться среди людей не вызывая подозрений, и видят Древние, эти знания дались нам большой кровью. Вот только этого оказалось мало.

Положив ладони на стол, он развёл их в стороны, чувствуя кожей гладкое, лакированное дерево.

- Те из нас, кому посчастливилось выжить, за прошедшие столетия поняли одну простую вещь - выживание не может быть самоцелью разумного, потенциально бессмертного существа. И тогда перед нами встал вопрос о самом смысле нашего существования, смысле нашей жизни. И мы захотели обрести то же, что и все прочие жители Древнира. - Подняв голову, он скользнул глазами по сидящим за столом. - Семью и свой собственный дом, в котором мы могли бы жить не таясь.

Мыфан нахмурился, устало помассировав глаза.

- Даже в столь разностороннем мире силпатов распространено классовое, расовое и видовое деление, что приводит к неизбежному противостоянию между этими группами. Силзверы, силпаты, силкрасы, страны, королевства, герцогства, графства, баронства, деревни, семьи, рода, кланы, банды, гильдии, религиозные общины, богачи, средний класс, бедняки, идейные сообщества, - скривив губу, гомункул покачал головой, - всё это существует в каждой из культур, и даже сексуальные предпочтения, форма тела или цвет кожи могут стать дополнительным разделяющим общество фактором. Эмоции и чувства каждого существа в силу невозможности абсолютной утопической идентичности в конечном итоге сталкивает интересы одних с интересами других, и апогеем этого противостояния становится вражда, ненависть и смертоубийство. Потому в таком жестоком, уже раздробленном и растерзанным на куски отдельных территорий мире, появление целой, далеко не самой слабой расы, претендующей на самостоятельность и независимость, было бы воспринято с максимальной агрессией со всех сторон.

Древний гомункул усмехнулся.

- Объявить о себе открыто - значит нарисовать на своей спине яркую мишень. Причём из-за нашего способа размножения нас не спасло бы даже обыкновенное присоединение к какой-либо из фракций.

Я вопросительно приподнял бровь, и Мыфан кивнул.

- Да, мы нашли способ заводить себе детей и постепенно наращивать собственную популяцию. Как вы все понимаете, наши дети тоже были гомункулами - сильными, быстрыми, не подверженными болезням, травмам и смертельным недугам. Даже старость является для нас лишь добровольным выбором. Конечно, поломки случаются и у нас, но всё же случаи подобного весьма редки. А если прибавить ко всему этому то, что нам тоже открыт Путь Силы, мы получаем весьма неплохие преимущества на Дороге Могущества. Учитывая всё это, нас бы неотвратимо попытались загнать в рамки, подчинив и навязав строгие ограничения существования, включая жесткий контроль над деторождением. Хотя, учитывая горький опыт лимраков, не исключена вероятность и нашего тотального уничтожения. И, прекрасно понимая всё это, мы были против такой судьбы нашего народа. И мной, наречённым Владыкой Гомункулов, было принято решение скрывать наше существование от всего Древнира до тех пор, пока мы не нарастим военную мощь и не будем готовы к отражению любой агрессии.

Поджав бледные губы, Мыфан несколько минут хмуро молчал, слегка шевеля пальцами, что вверх-вниз скользили по столешнице.

- Мы должны были заставить весь мир считаться с нами. Но для этого нам нужны были ресурсы, связи, солдаты, - взгляд казначея взметнулся и он посмотрел мне прямо в глаза, - и обширная территория.

Его взгляд переместился за мою спину, вперившись в сидящую на герцогском троне незгибаемую фигуру с идеально прямой спиной.

- Сам Афилем нам не подходил - уж слишком обжитые земли, и слишком много народу. Однако когда стало известно о том, что сын герцога граф Балисс Брассел Афилемский женится на двоюродной сестре короля Дэриора Брантара Драйторна, у нас созрел план…

...двое гомункулов подтащили крепко связанного пленника к владыке, грубо швырнули его на колени и, придавив за плечи, сдёрнули мешок с головы.

- Ублюдки! - скривился окровавленным ртом Балисс, с ненавистью бросая взгляды по сторонам. - Вы хоть знаете, кто я такой?!

Мыфан, скрестив пальцы в замок на выпирающем животе, позволил себе лёгкую улыбку.

- О, поверьте, прекрасно знаем, граф Балисс. Иначе всё это не имело бы смысла.

Молодой аристократ стиснул зубы.

- Чего вы хотите?

Очки владыки гомункулов загадочно блеснули.

- Чтобы вы стали одним из нас...

Я удивлённо склонил голову набок.

- Значит, вы пленили Балисса?

Он кивнул.

- Вскоре после женитьбы мы сыграли на его слабостях и выманили с отрядом за город, после чего схватили. Ну а потом… Хм… Чуть ранее я упомянул о том, что мы получили возможность к деторождению. Так вот, это происходит не совсем в привычном для биологических существ понимании. Дело в том, что мы создаём себе детей. На основе своих собственных тел мы смогли расшифоровать последовательность необходимых манипуляций, благодаря которым когда-то госпожа Шейди сотворила и нас. Помимо очевидных физических ресурсов нам требовались два универсальных - это пустары и униары. И если добыть первый было просто, то вот со вторым возникали определённые проблемы. Я открыл особые гомункулярные грани, благодаря которым мог наполнять униарами из расходного запаса сотворённых гомункулов, таким образом оживляя их, но количество для этого нужно было немалое. Именно поэтому мне и пришлось освоить профессию казначея, - он усмехнулся, - стабильное поступление средств снабдило бы нас всеми необходимыми ресурсами. Однако Балисс… С ним мы поступили… нестандартно.

Мыфан задумчиво пожевал губы.

- Задачей было не просто создать нового гомункула с телом графа, а воплотить его точную копию, вплоть до навыков, характера, малейших привычек и воспоминаний. Но при этом он не должен был не остаться самим собой, а стать одним из нас, гомункулом, без старых привязанностей, способных помешать нашему плану. Поэтому я пошел на псиотический эксперимент, использовав не только униары самого Балисса, но и попытавшись скопировать его воспоминания, перенеся слепок сознания в новую, уже сформированную гомункулярную оболочку с зародившейся там новой душой. И это, сработало…

...Прикованное крепкими ремнями к столу голое тело перестало содрогаться и резко распахнуло глаза.

Выдохшийся Мыфан устало опустил руки и едва слышно прошептал.

- Получилось…

- По крайней мере я так считал, - тихим голосом добавил казначей. - Во всяком случае, мы добились своей первоначальной цели - получили в свои ряды молодого графа, в то время как оригинал прекратил своё существование. На втором этапе плана мы, независимо друг от друга, отправились в Рэйтерфол. Пришлось немало потрудиться, однако с помощью переехавшего в город Балисса вместе с женой удалось освободить место казначея, которое я вскоре и занял. Естественно, его роль в этом была тщательно сокрыта. Никто не должен был связать меня с моим сыном…

Мыфан осёкся и на несколько секунд замолчал.

- Да, я считал его своим сыном. Также, как я считаю своими детьми всех гомункулов, сотворённых моими руками. Кхм… В любом случае, Рэйтерфол был выбран нами не случайно. Это королевство имело ряд очевидных плюсов: удалённая от Объединённого Архиона территория, наличие портала, мощная экономическая и ресурсная база, и, самое главное, это расположенная на его границах Колыбель, непрерывно поставляющая в город всё новых и новых Посланников. Ну а постоянный приток униаров в казну был дополнительным мощным бонусом, к которому у казначея был прямой доступ. Вы не подумайте - я честно выполнял все свои обязанности, ведь процветание и усиление королевства было одной из наших первостепенных задач. Ну а дальше всё было относительно просто - создав тайно финансируемую подпольную мастерскую по производству гомункулов, мы перебрасывали неофитов в лес, после чего они приходили в город в виде Посланников и проходили регистрацию, становясь законными гражданами Рэйтерфола. Конечно, в такой схеме были и свои сложности, ведь Мандрим Знамиир периодически присылал отчёты об общем количестве новоприбывших, однако и с этим нам удалось разобраться.

- Как? - спросил я заинтересованно.

Древний гомункул пожал плечами.

- Капитан Водлар не всегда принимал Посланников и занимался бумажной волокитой. Так что один из его секретарей был нашим. Ну а дальше сфальсифицировать некоторые цифры было несложно.

- А Генриетта? - вспомнил я про мать Шейди, отчего лилововолосая девушка тут же скривилась, словно съела кислый лимон. - Она была с вами как-то связана?

Он покачал головой.

- Нет. Хоть мы и знали о том, что она живёт в пещерах неподалёку от города, однако раскрываться перед ней желания не имели. Она ведь уже когда-то поработила нас, поэтому связываться с этой женщиной было бы не самой лучшей идеей.

- Логично. Продолжай.

- Хм. В общем, наша фракция постепенно усиливалась и увеличивалась в количестве. Всё шло согласно задуманному... пока из-за действий некоего Саргона и парочки его безбашенных друзей не погиб молодой пастухар, - губы Мыфана искривились в усмешке. - После этого инцидента выяснилось, что у моего сына было своё видение будущего гомункулов. В темнице нам особо поговорить не удалось - тюрьму всё-таки не забывали прослушивать - да и сам Балисс объясняться желанием не горел. Да и когда началось вторжение так называемых брассилистов, к коему я не имел ни малейшего отношения, сын наконец поведал о своих планах…

...Когда за дверью темницы послышались крики и шум схватки, Мыфан вскочил с лежанки и повернулся ко входу.

- Лядь!.. Если дойдёт до боя, убиваем всех, - он бросил взгляд на спокойно сидящего Балисса, на лице которого блуждала странная улыбка, - скажем потом, что ты защитил визжащего в страхе казначея. Это хоть немного восстановит твою репутацию в глазах короля.

Молодой гомункул ничего не ответил.

В это время звуки сражения стихли, а затем раздался звон ключей и щелчки отпираемого замка. Дверь распахнулась от резкого толчка и в дверном проёме настороженно замерли закованные в разномастную броню фигуры силпатов, плечо которых покрывала белая ткань. Скользнув взглядом по пленникам, один из захватчиков шагнул внутрь и чуть склонился, изобразив лёгкий поклон.

- Милорд Балисс.

Глаза Мыфана расширились от изумления. Его сын же с ухмылкой поднялся на ноги.

- Какова ситуация?

- Взяли ворота, скоро установим полный контроль над Пепелкой. Сейчас ведём бои на улицах, захватываем Портальную площадь и продвигаемся к замку.

- Отлично. А сейчас выйди наружу и закрой дверь, - он посмотрел на своего отца. - Нам нужно кое о чём поговорить.

Когда они остались одни, Мыфан сокрушенно сел на кровать.

- Что ты наделал…

- Я? - Балисс надменно выгнул бровь. - Всего лишь делаю то, на что не мог решиться ты. Захватив власть в Рэйтерфоле, ничто не помешает нам построить здесь фабрики по воспроизводству и в кратчайшие сроки выпустить десятки тысяч гомункулов. И для этого всего-то нужно уничтожить Драйторнов и сделать меня королём.

Мыфан закрыл ладонями лицо и покачал головой.

- Ты поставил всех нас под угрозу - это ты хоть понимаешь?

Он фыркнул, смотря сверху вниз на отца.

- Не переживай - я нанимал для переворота лишь обычных силпатов. Скажи я о своих планах кому-нибудь из твоих прихвостней, они же сразу бы растрезвонили тебе. Ты ведь, как-никак, наш “Владыка”. Однако действия этого кожаного ублюдка Саргона вынудили меня начать раньше задуманного, и потому теперь без твоей помощи мне город не взять. - Балисс присел на корточки и посмотрел отцу в глаза. - Прикажи всем гомункулам поддержать переворот. Вместе мы поставим Драйторнов на колени и приведём нашу расу к величию.

Мыфан несколько долгих мгновений смотрел в глаза своему сыну, а затем с его губ слетел короткий ответ:

- Нет.

Прикрыв глаза, Балисс опустил голову и громко вздохнул.

- Что ж, тогда мне придётся всё сделать самому.

Поднявшись на ноги, он бросил на отца последний презрительный взгляд и вышел из темницы, с силой хлопнув дверью…

- Выходит, переворот был целиком и полностью идеей Балисса? - задумчиво спросил я.

Мыфан кивнул.

- Верно.

- А что насчёт силзверов? Гомункулам было известно о провокации с их стороны и готовящемся вторжении?

- Нет. И не думаю, что и Балисс был в курсе - ведь зная об этом, вряд ли бы он начал переворот.

- Хм. И что было дальше?

- Дальше ты вытащил меня из темницы и потащил прямиком к королю. Действия Балисса не оставили мне иного выхода, поэтому я всё свалил на него и на своего племянника, хотя и тот был не в курсе выходок моего сына. - Мыфан устало помассировал глаза. - Фергюс не был одним из нас. Он был человеком, которого я спас, когда он был ещё ребёнком…

...Сдвинув брови и поджав губы, Мыфан мрачно осматривал открывшееся его взгляду побоище: десятки изрубленных трупов валялись на дороге в лужах крови, и по их остекленевшим глазам ползали жирные мухи, забираясь в распахнутые рты. В основном мужчины и старики, хотя встречались и женщины с детьми. Все раздеты практически догола - убийцы забрали не только запряженные волами или лошадьми повозки с товаром, но и всё мало-мальски ценное снаряжение и даже уцелевшую в бойне одежду. Он не сомневался и в том, что налётчики забрали с собой и женщин с детьми, которым не повезло остаться в живых…

- Владыка, - Мыфан посмотрел на над чем-то склонившегося в кустах собрата, - здесь один ещё дышит.

Нахмурившись, он подошел к нему и взглянул на бледного, худощавого парнишку. Его грудь с трудом вздымалась и опадала, из потрескавшихся губ вылетал надсадный хрип, а его левая рука сжимала оставшийся от правой обрубок - её отсекли выше локтя, но выше над срезом был туго натянут окровавленный лоскут от рубахи, которым малец смог перекрыть кровотечение несмотря на боль и шоковое состояние.

Мыфан поднял голову и осмотрелся вокруг.

До ближайшей деревни не один день пути, а паренёк без помощи вряд ли доживёт до заката.

Владыка гомункулов вновь посмотрел на мальца и через несколько секунд глубоких раздумий тяжело вздохнул.

- Грузите его на телегу и принесите мои инструменты…

Плечи Мыфана поникли, голос стал тише.

- Фергюс рос на моих глазах… Я любил его, как родного сына. - Его лицо сделалось жестким, и он мрачно посмотрел на меня. - Однако ради безопасности всех гомункулов мне пришлось убить его своими собственными руками. И да, ты был прав - после я разорвал его тело на куски, забрав сделанную ему гомункулярную руку и глаза. Я не оправдываю себя - смерть Фергюса целиком на моей совести.

Казначей отвёл глаза.

- После вторжения силзверов, блокирования портала и падения Рэйтерфола всё пошло прахом. Даже если бы я открылся королю Дэриору, это всё равно никак не помогло бы спасти Рэйтерфол. Ведь первородных гомункулов в городе было мало, а остальные были слишком молоды, чтобы переломить ход сражения. Это стало всё более очевидно после атаки тех гомункулов, что создала госпожа Шейди. Так что я предпочёл молча наблюдать за происходящим. Но вы не подумайте - юные гомункулы сражались наравне со всеми, пусть и не используя всё сокрытое в их телах оружие. Хотя даже будь иначе, вряд ли бы это сильно переломило ситуацию - всё же они были неопытны и лишь ненамного превосходили остальных силпатов. А потом… потом нам всем всё же удалось вырваться из Рэйтерфола.

Взгляд Мыфана вновь скользнул к восседающему на троне герцогу Брасселу Серутуру.

- Когда мы оказались в Афилеме, моё появление не прошло незамеченным для сородичей. Равно, как и для Балисса…

...Караульные распахнули перед Мыфаном массивные двустворчатые двери переговорного зала. Испуганный казначей, нервно сжимая кисти рук, шагнул внутрь и боязливо осмотрелся. Однако когда он рассмотрел сидящего на троне человека, то, когда за его спиной со стуком закрылись створки, с его лица мигом улетучился страх, глаза стали жесткими и холодными, а плечи распрямились. Неспешно подойдя к трону, он замер напротив него и взглянул прямо в насмешливые глаза своего сына.

- Граф Балисс.

- Здравствуй, отец, - на лице молодого гомункула растянулась довольная улыбка. - Очень рад тебя видеть! - Улыбка стала шире. - Не расскажешь ли мне, что же такого интересного произошло в Рэйтерфоле после моего отбытия?

Мыфан нахмурился, сцепив ладони в замок и окинув взглядом помещение.

- Я так понимаю, это место надёжно экранировано, раз уж ты отважился так откровенничать?

- Конечно. Можешь говорить всё, что твоей душе угодно.

- Хм. Тогда у меня не особо радостные новости - силзверы захватили Рэйтерфол. Король Дэриор и его сын мертвы.

Балисс вскинул брови.

- Даже так? Хах. Интересно. И вся эта вышедшая из портала ватага…

- Все оставшиеся в живых рэйтерфолцы, - кивнул Мыфан. - Включая наших собратьев и сестёр, конечно же.

- Ну разумеется. Разумеется… - Молодой граф закусил нижнюю губу и задумчиво подвигал челюстью. - Что ж, это сильно упрощает дело…

- Да? И какое же?

- По покорению мира, конечно же. - Балисс довольно усмехнулся, видя изменившееся лицо отца. - Да будет тебе известно, отец, что я достиг в Афилеме некоторых успехов. Например, я горд сообщить тебе о том, что этот город целиком и полностью в моей единоличной власти.

Мыфан заиграл желваками.

- Что ты сделал?

Балисс откинулся на спинку трона.

- Превратил герцога в одного из нас.

Владыка гомункулов ошарашенно замер, не веря своим ушам.

- Что?! Но как? Ты ведь…

- Не знаю, как создавать гомункулов? - с издёвкой закончил за него вопрос граф. - Поверь, при должном упорстве и желании это было несложно выяснить... Особенно когда в пределах твоего города проживает древняя гомункуляторша. - Он хмыкнул. - Ты бы знал, чем готова поделиться женщина в обмен на некоторые предметы уюта и комфорта, не говоря уже о вкусной еде и выпивке.

Побледневший казначей отшатнулся.

- Ты не посмел…

- О, ещё как посмел! И даже более того - я активно использовал полученные знания здесь, в Афилеме! Получив в своё распоряжение целый город, я наконец смог построить фабрики по воспроизводству и уже начал подменять местных жителей на гомункулов.

- Что?!

- Да, отец, да! Генриетта научила меня ускорению производства путём использования человеческих тел. Хотя чему ты удивляешься - ты ведь и меня создал именно так.

Мыфан стиснул зубы.

- Как остальные позволили тебе так далеко зайти?

- Пфф! Я же не идиот. Первородные ничего не знали до тех пор, пока под моим началом не появилось достаточное количество верных мне гомункулов. - Он развёл руками. - Хотя я ведь граф, что бы они мне сделали? Особенно когда герцог является моей марионеткой? Так что я предоставил им выбор - либо они признают меня своим новым Владыкой, либо умрут. Однако теперь, с твоим появлением здесь, они наверняка воспрянут духом. Поэтому вот моё тебе предложение, - Балисс слегка прищурился, смотря ему в глаза, - признай меня официально новым Владыкой Гомункулов, и я позволю тебе и дальше возглавлять своих немногочисленный друзей и детишек. Даже сделаю своим первым советником. Однако если ты откажешься, - он подался вперёд, - то я натравлю на вас весь Афилем...

- Так и знала, что без моей мамаши тут не обошлось, - злобно буркнула Шейди.

Я же задумчиво побарабанил пальцами по столу.

- И ты согласился.

Мыфан устало улыбнулся.

- А у меня был выбор? Балисс не был наивен, и перед нашей встречей проинструктировал подконтрольного ему герцога и верных гомункулов на тот случай, если я решу напасть на него. Да и путь отхода у него был, - кивок в сторону сидящего герцога, - спрятался бы в троне и этого времени с лихвой хватило бы, чтобы вызвать стражу и отдать приказ о начале нашего геноцида. Что же касается тех гомункулов, которых он создавал… Скажем так - они не были свободны. Это были его рабы, личное войско, крепко связанное с ним узами абсолютной покорности. К тому же ещё и сконструированные так, чтобы объединяться со своим хозяином в единое существо.

- Мегагомункула, - негромко произнёс я, вспоминая огромного конструкта.

- Его самого, - кивнул Мыфан. - Собственно, после появления в городских темницах трёх тысяч рэйтерфолцев, мне было поручено начать их постепенную трансформацию в гомункулов.

Собравшиеся за столом мрачно переглянулись, и Мыфан счёл нужным добавить:

- Однако, хоть я частично и запустил этот процесс, но всячески тормозил его, считая решение Балисса чересчур поспешным. К тому же, фабрики и так были забиты очередью из местных жителей. Сам же Балисс планировал использовать сбор знамён для похода на силзверов, чтобы перевоплотить в гомункулов всех влиятельных аристократов герцогства. Собственно, это и было одной из причин задержки похода на Рэйтерфол - помимо погоды, разумеется. Впоследствии он хотел добраться и до самого короля Ксюлеха, и у меня нет оснований полагать, что ему бы это не удалось. В любом случае, его план начал вполне успешно воплощаться, - он усмехнулся, - пока сегодня его не настигла смерть от руки короля Саргона Дэриора Драйторна.

Я ответил ему лёгкой улыбкой.

- Выходит, практически все верные Балиссу гомункулы погибли вместе с ним?

- Верно. Но некоторые остались, - он указал мне за спину, - например герцог Брассел Сератур Афилемский. Я, знаете ли, на посту советника время зря не терял, и с превеликим трудом подкорректировал некоторые процессы управления правителем Афилема. Провёл, так сказать, несколько дополнительных нитей к чужой марионетке. И я использовал их, чтобы отдать распоряжение о невмешательстве в ваш с Балиссом поединок, а после его смерти перехватил полный контроль над герцогом.

Взгляды всех сидящих за столом невольно скрестились на замершем с гордо выпрямленной спиной старом аристократе.

- Выходит, он подконтрольный тебе гомункул… - задумчиво проговорил я, всматриваясь в лицо Брассела Сература. - А что насчёт его дочери? - Я вновь взглянул на Мыфана. - Она тоже обращена?

Древний гомункул покачал головой.

- Нет. Её спасло лишь то, что она длительное время отсутствовала в городе и вернулась лишь недавно. Балисс просто не успел до неё добраться. - Казначей сделал паузу. - В отличии от жены герцога.

- Понятно… - Я глубоко вздохнул. - Что ж, спасибо тебе за откровенность, Мыфан. Теперь всё действительно встало на свои места...

Дриар на запястье внезапно сковало льдом и в голову подобно холодному ветерку проскользнуло оповещение:

Внимание! Задание “Убийца во мраке” выполнено!

Вам удалось выяснить, кто именно повинен в смерти Фергюса. По иронии судьбы его убийцей был его собственный дядя - казначей Мыфан Арн Рэн. Вы полностью раскрыли все перипетии этого необычайно запутанного дела, и каждый кусочек пазла лёг на своё место в таинственной картине произошедших событий.

Награда за выполнение: Разгадка тайны Фергюса; 1 000 000 блуждающих униаров.

Изучив послание Древних, я медленно обвёл взглядом лица своих друзей и товарищей, и провозгласил свой первый приказ в роли короля:

- Мыфан Арн Рэн и его собратья гомункулы отныне официально являются подданными королевства Рэйтерфол. Сам же Мыфан сохраняет за собой своё назначение придворного казначея. Кто-нибудь хочет высказаться против моего решения? - Ответом мне стало абсолютное молчание, и я с улыбкой посмотрел на притихшего древнего гомункула. - В таком случае, Мыфан, поздравляю тебя и твой народ с присоединением к королевству Рэйтерфол.

Казначей взглянул на с нежностью смотрящую на него Шейди и его губы тоже растянулись в улыбке.

- Спасибо, мой Король, - он в почтении склонил передо мной голову. - Обещаю служить вам верой и правдой в надежде на мирную жизнь своего народа.

Я усмехнулся.

- О, поверь, твоя служба пригодится очень скоро. - Я вновь осмотрел собравшихся. - Ну что, граждане силпаты, тунеядцы и бездельники! Главный вопрос сегодняшнего собрания, - я облокотился о стол и сплёл пальцы в замок, - как мы будем убивать Древнего?

Глава 10. Часть 3.

***

Первой реакцией на мой вопрос было недоумение и ступор. Все запереглядывались, не зная, что на это ответить.

- Ээээ… Это ведь шутка, да? - У Вильяра появилась было улыбка, но едва он наткнулся на мой взгляд, как она тут же сползла с его лица. - Шутка ведь?

Я слегка покачал головой.

- Не совсем. Откровенно говоря, я далеко не полностью уверен в том, действительно ли с “Древним” мы имеем дело. Однако и не исключаю такой возможности.

Необычайно посерьёзневший Кривглазиан облокотился на подлокотник стула и подался вперёд.

- Кого именно ты имеешь в виду?

Я посмотрел ему в глаза.

- Вы его знаете. - Мой взгляд скользнул по напряженно вытянувшимся в ожидании лицам. - Пастухар по имени Кальмуар, один из главных претендентов на титул нового Царя Силзверов.

И вновь обескураженное молчание.

Харуд вытянул руки на стол, его глаза угрожающе сузились.

- А вот с этого места поподробнее...

Я в подробностях рассказал им всё, что мне было известно о Кальмуаре и Сазэримах, включая свою теорию о личности Пастухара, его мотивах и предполагаемой стратегии действия. Меня не перебивали, слушали внимательно, и после того, как я наконец замолк, ещё некоторое время молча размышляли над новой информацией.

- Ндаа… - протянул Кривглазиан. - Не думал, что узнаю сегодня что-то удивительнее истории гомункулов, однако жеж…

- Это точно, - кивнул Сидиус. - Троллиария, Король Драконов, Дравэрин, Сазэримы, Восхождение и предполагаемый недодревний - да ты умеешь удивлять, Саргон.

- Аха! - поддакнул Гобля, схватившись за уши и оттянув их вниз. - Мозготряс конкретный!

Хмыкнув, я развёл руками.

- Стараюсь. Так что думаете обо всём этом?

- А что тут думать, - Харуд взял в лапу серебряный нож для разделки мяса и бросил взгляд на своё отражение в широком лезвии. - Пусть я и не думаю, что Кальмуар является Древним, однако я согласен с тем, что он очень старая и хитрая тварь, преследующая одному ему известные цели, исполнение которых не несёт нам ничего хорошего. Уж в этом-то мы с вами успели убедиться на собственной шкуре. Так что да, - муржит посмотрел на меня, - его надо валить.

- Кхм, - Кривглазиан погладил подбородок, шелестя волосами бороды. - Соглашусь с Харудом. Кем бы в действительности ни был Кальмуар, но оставить его в живых и позволить занять трон силзверов было бы весьма недальновидным решением.

- Полномасштабная война силпатов с силзверами ещё не наступила, - подал голос Сиэрд. - Пока что это лишь локальная стычка, в которую втянут Рэйтерфол, Афилем и некоторые наёмники. Официального объявления войны Архиону от Царя Храстранхолма ещё не было, а это значит, что выборы ещё не прошли и Кальмуар не взял бразды правления в свои руки.

- Но мы не знаем этого точно, - нахмурился Драксан Аблагард.

- Вообще-то, знаем, - раздался голос Мыфана, и когда все переключили внимание на него, закончил свою мысль: - Когда я наводил справки по этому вопросу для Балисса, то выяснилось, что королевства Зариван и Фарнфхорд, включая саму Ксюлерию, не прекращало торговли с силзверами, и даже более того - смерть бывшего царя Легратоса тоже не стала всеобщим достоянием, хотя силзверы Храстранхолма не могли не почувствовать отголосок его гибели. Думаю, здесь также не обошлось без Кальмуара, который по какой-то причине оттягивал собрание Верховного Ша-Гриарда.

- Так и есть, - кивнул я. - Судя по воспоминаниям Таллиара, Кальмуару было необходимо не только убить Легратоса, но и захватить Рэйтерфол. Это усилило бы его позицию на выборах, думаю, имеено поэтому он оттягивал известие о смерти царя и сбор Ша-Гриарда.

- Да когда это было! - не выдержав, высказалась Беара. - Уже столько времени прошло, что этот Ша-Гриард уже наверняка закончился давным-давно!

- Сейчас зима, - вдруг неожиданно очень тихо произнесла Берта, которая под внимательными взглядами столь влиятельных личностей изрядно напряглась и покраснела, вперив опущенные глаза в стол. - Об-бъявлять в-войну Архиону в самый пик морозов н-не самая лучшая идея…

- Она права, - поддержал охотницу сидящий рядом с ней Вильяр Тэк. - Это же месяц Лядь - если не повезёт, то морозы могут стоять до самого его конца.

- Хотя выдвинутся силзверы наверняка до начала грозабря, - внёс свою лепту Сидиус, - до начала дождей и слякоти. Собственно, Афилем планировал сделать точно также.

- Тогда зачем менять планы? - покачивая в руке бокал с вином, с улыбкой сказала Скайдэн, смотря мне прямо в глаза. - Во всеуслышанье провозгласим о союзе короля Саргона с герцогством Афилема, а затем торжественно объявим об объединённом походе на Рэйтерфол, финалом которого будет смерть одного оч-чень заигравшегося пастухара.

Мои губы растянулись в усмешке.

- Признаюсь честно, я и сам думал о подобном сценарии.

- А если его там не будет? - мрачно буркнул глядящий исподлобья Вирхем, и я перевёл взгляд на него. - Кальмуара. Что, если его не будет в Рэйтерфоле?

- Прямой портальной связи между городами Храстранхолма и Рэйтерфолом нет, - с непоколебимой уверенностью поделился Сиэрд неопровержимым фактом. - Тело Легратоса наверняка всё ещё в Рэйтерфоле, а значит, для более неизгладимого эффекта Кальмуару выгоднее провести Архорн Ша-Гриард - верховное собрание глав звериного мира - там, где и произошло вероломное убийство владыки силзверов. После, получив желаемый трон, он может сразу выдвинуться на Афилем, параллельно отдав приказ о массовом вторжении по всей границе с Архионом. Думаю, на этот случай у него уже собраны подготовленные отряды верных ему воинов, ждущих одного лишь его приказа.

- Значит, нужно убить Кальмуара до того, как он взойдёт на трон и получит желаемое. - Я откинулся на мягкую спинку стула и задумчиво сдвинул брови. - И для этого нам необходимо в кратчайшие сроки перекинуть многотысячную силпатскую армию как можно ближе к Рэйтерфолу… А в идеале так вообще осуществить внезапное нападение, подобное сегодняшнему. Но как это сделать? Может, заслать в Рэйтерфол диверсионную группу и повторить трюк с прямой телепортацией? И кстати, - я окинул взглядом нахмурившихся товарищей, - а где Демонариум? Я ведь посылал и за ним тоже.

Лица собравшихся помрачнели, и я сразу всё понял.

- Понятно. - Отведя глаза, я тяжело вздохнул. - Как это случилось?

- Гомункулы не имеют к этому отношения, милорд, - глухо заверил нас Мыфан в непричастности своей расы.

- Да никто не имеет, - дёрнул щекой Кривглазиан. - Во время активации портальных жезлов Демонариума на нашей стороне, и Исира на этой испепелила волна магической энергии, прошедшая через их тела. Предсказать подобный исход, увы, не мог никто.

- Данные были слишком противоречивы, - поддержал сказанное Сиэрд.

- Ясно… - Немного помолчав, я поднял кубок. - Пусть мудрые Древние отворят пред всеми погибшими Врата Величия, дабы их души прошли на иную сторону и воспряли в могуществе истинного перерождения. Амирус, Древниар!

- Амирус! - нестройным хором произнесли остальные, воздев чаши и отпив глоток за упокоение павших друзей.

- Что ж, - после некоторой паузы вновь заговорил я, - значит, повторить телепортирование мы не сможем, также, как и напрямую воспользоваться порталом. Это, безусловно, не радует, но новостью для меня это не стало - я изначально так и предполагал, что придётся обходиться без него. В общем, слушайте - у меня есть идея, как доставить всё силпатское войско к стенам Рэйтерфола всего за несколько дней и нанести по силзверам внезапную атаку. Однако этого мало - армия зверосилпатов ничто по сравнению с его могучим главнокомандующим, чьи истинные способности и уровень силы нам до сих неизвестны. Я не наивный мальчик, и предполагаю, что даже со всей силой лимрачного дравэрина столь древнее существо мне в одиночку будет не одолеть. Нет, чтобы одержать победу над Кальмуаром, потребуются сильнейшие из сильнейших силпатов. А это значит, - я обвёл медленным, пронзительным взглядом неотрывно смотрящих на меня друзей, - что мне нужна будет помощь каждого из вас.

В воцарившемся молчании прозвучал глубоко задумчивый голос Харуда.

- Отряд цареубийц, - муржит ухмыльнулся в догадке, блеснув острыми клыками. - Пока силпаты будут биться с силзверами, ты планируешь добраться до Кальмуара.

Холодно смотря ему прямо в глаза, я криво усмехнулся.

- Именно. Пусть эта хитрая тварь сдохнет также, как по его воле пал Легратос. - Я взглянул на остальных - Так что скажете? Вы со мной?

- Глупый вопрос, - насмешливо хмыкнула Шейди. - Кто ж пропустит такое веселье?

- Я с тобой, - коротко кивнул Сидиус.

- Раздавим его! - Беара вскинула кубок.

- Ну, по крайней мере постараемся, - буркнул Вирхем, бросив на рыжеволосую воительницу хмурый взгляд.

- Куда мой король, туда и я, - Драксан Аблагард расправил плечи и гордо вскинул подбородок.

- Я тож не против древню морду навалять, - пожал плечами Вильяр, и сидящая рядом с ним Берта почтительно склонила голову.

- Это честь для меня, милорд.

- Постараюсь быть полезным, - сухо высказался Сиэрд.

- Мой ответ ты и так знаешь, - предвкушающе улыбнулась Скайдэн, и её дрогнувшие зрачки на миг превратились в хищные вертикальные щелки.

- Я сделаю всё, что от меня потребуется, - не сомневаясь ни мгновения заверил меня в своей преданности Мыфан.

- Ну, без первоклассного мага вам там точно делать нечего, - весело хохотнул взбодрившийся Кривглазиан.

- Куда уж в этом деле без меня, заядлого диверсионщика, - блеснул глазами оскалившийся Харуд, встопорщив усы.

- И меня! - громогласно заорал выпучивший глаза Гобля, потрясая расплескивающимся кубком и костью с надкушенным шматом мяса. - Отрежем его деревянные яйцы!!! У-о-а-а-а!!!

Грянул всеобщий смех.

- Значит, решено! - С широкой улыбкой я поднял кубок. - Убьём этого выродка!

Глава 10. Часть 4.

***

“Жители Афилема! Я - ваш Владыка, герцог Брассел Сератур Афилемский, во всеуслышание заявляю, что подтверждаю законное право на трон Рэйтерфолского Королевства Саргона Дэриора Драйторна! Между нашими странами будет подписан мирный договор, а также будет создан Военный Альянс! Отныне наше совместное войско, под верховным предводительством короля Саргона и моей дочери графини Лираэллит Брассел Элинионы Афилемской отправится на войну против врагов всех силпатов - силзверов, орды которых угрожают вторжением на наши земли! Потому я призываю всех, подобно мне самому, отринуть былые обиды, чтобы сплотиться против нашего общего врага, принести своему имени славу и обрести богатства в этом великом походе, что будет воспеваться в веках! Не подведите же меня, верные воины! Сражайтесь во Имя Афилема и лейте в его честь кровь врагов!!! Амирус, Древниар!!!”

Прокручивая в голове прозвучавшую несколько минут назад речь герцога Брассела, которую мы же ему и составили, я неспешно шел по коридорам замка в сторону своей опочивальни. Обращение афилемского правителя, конечно, вышло довольно немногословным, но Мыфан заверил, что это не выбивается из его привычного стиля. А коли так, то теперь остаётся лишь надеяться, что этого будет достаточно и в горячие головы прибывших вассалов не закрадётся мысль о бунте. С одной стороны владыки двух стран вроде как договорились, с другой же вполне естественными являются мысли о том, что Брассел потерял хватку и прогнулся под сильного молодого короля, вдобавок к этому ещё и потеряв наследника престола - с которым, кстати тоже не всё гладко. Да и как не прогнуться под того, кто превращается в огнедышащего дракона? Однако Мыфан с Сиэрдом и Харудом пообещали, что проследят за ситуацией и не допустят восстания, закрепив пошатнувшееся на троне Афилема положение нашей ценной марионетки.

Я нахмурился.

Хоть мне и пришлось согласиться с предложением оставить у власти послушную куклу, когда-то бывшую Брасселом Сературом, сам я это считаю лишь кратковременным решением. Если мы отобьём Рэйтерфол… вернее, когда мы отобьём Рэйтерфол, делать тайну из влившейся в состав королевства расы гомункулов я не собираюсь, и вот тогда многие сложат два и два и вспомнят нашу битву с Балиссом, и, как следствие, обратят своё внимание и на самого герцога. И если истинная личность афилемского правителя раскроется, в ближайшем будущем это может стать крупной политической проблемой. Хорошо хоть времени подумать над тем, как выйти из этой щекотливой ситуации, ещё вполне предостаточно.

Свернув за угол, я в задумчивости остановился у двери в отведённую мне спальню и взялся за ручку.

Что ж, теперь, изложив товарищам свой нехитрый план, раздав указания и скинув все организационные моменты на многочисленных помощников, можно, наконец, и отдохнуть.

Открыв дверь и шагнув внутрь, я замер без единого движения, не сводя глаз со стоящей ко мне спиной обнажённой, черноволосой девушки. Медленно поднимаясь взглядом по её изящной фигуре, отмечая про себя упругость тренированного тела и блеск волос, разбросанных по бархатной коже спины, я невольно улыбнулся, когда Скайдэн повернула голову и взглянула через плечо своими тёмными глазами.

- Опаздываете, мой король, - полные губы лимры насмешливо изогнулись. - Мы вас уже заждались.

Я вздёрнул бровь.

Мы?

Шелест ветерка проносится позади и по плечам скользят женские ладони, а в следующее мгновение разгорячённое тело прижимается к моей спине, а шею и ухо обжигает жарким дыханием.

- Ты же не думал, что я пошутила? - томно прошептала Шейди, и её пальцы медленно опустились по моей руке.

Усмехнувшись, я чуть повернул голову и взглянул в глубины её фиолетовых глаз.

- Что ты. Даже не сомневался.

- Ммм. Хороший мальчик…

Заставив мои пальцы отпустить дверную ручку, Шейди закрыла дверь в спальню…

***

Аккуратный, но в то же время настойчивый стук отвлёк меня от медитативного поглаживания плеч лежащих у меня на груди девушек. Бросив ленивый взгляд на дверь, со вздохом поднялся под недовольное ворчание своих нагих дам, призвал на себя из одежды одни лишь штаны и поплёлся открывать незваным гостям.

- Милорд Саргон, - стоящая у порога Лираэллит присела в реверансе, а затем, скользнув взглядом по моему обнажённому, усеянному многочисленными шрамами торсу, с твёрдостью посмотрела мне прямо в глаза. - Разрешите с вами поговорить?

Рассматривая молодую графиню с проснувшимся интересом, я криво усмехнулся.

- Конечно. - Распахнув дверь, повёл ладонью вовнутрь. - Прошу вас, миледи.

Она прошла мимо меня в опочивальню, пахнув дорогими духами, и удивлённо замерла посередине залы, когда её взору открылась кровать с весело улыбающимися голыми красотками, которые даже и не думали хоть как-то прикрыться, бесстыдницы! Я же, тоже с лёгкой улыбкой на лице, специально не закрывал дверь, смотря в спину аристократки и с любопытством ожидая её реакции. Однако та повела себя как подобает дочери герцога, быстро взяв себя в руки и с лёгкой растерянностью изобразив невозмутимость.

Беззвучно хмыкнув, я закрыл дверь и прошел мимо неё к столу.

- Вам чего-нибудь налить?

- Нет, благодарю.

Плеснув себе в кубок белого вина из золотого кувшина, я вольготно развалился в кресле к ней лицом, сделал глоток и в ожидании уставился на неё. Графиня же, едва заметно дёрнув бровью, вновь взглянула на девушек в мой постели.

- Не сочтите за грубость, милорд, но я бы хотела поговорить с вами наедине.

- Не сочтите за грубость, миледи, но мне нечего скрывать от своих трограндов. - И ведь даже не приукрасил - и так планировал вручить своим приближенным высшие должностные статусы при себе любимом.

- Не волнуйтесь, графиня, мы умеем быть молчаливыми, - проворковала Скайдэн.

- И незаметными, - добавила Шейди, беззастенчиво поглаживая тело лимры и вызывающе разглядывая похотливым взглядом фигурку дочери герцога.

Поборов смущение, с заалевшими щеками Лираэллит вновь обратила на меня взор своих пронзительных, серо-голубых глаз.

- Как вам будет угодно. В таком случае, милорд, я бы хотела прояснить свой нынешний статус.

Я вопросительно вздёрнул бровь.

- Статус?

- Да, - она неотрывно смотрела мне прямо в глаза, - я хочу точно знать, кто я: высокородная пленница, военный трофей, уподобленный птице в золотой клетке; молчаливо-миловидная кукла, коей разрешено лишь вести непринуждённые светские беседы, либо же я полноправная, не стестнённая в своих правах афилемская военачальница?

Я несколько секунд задумчиво размышлял над ответом, прежде чем, неспешно подбирая слова, продолжить разговор.

- А почему вы спрашиваете об этом у меня, а не у своего отца?

- Потому что мой отец слишком горд и ни за что не скажет мне правду. Особенно сейчас, после смерти своего единственного сына. - Она чуть приподняла подбородок. - Он попытается уберечь меня от правды любой ценой, однако же мне просто необходимо её знать.

На моём лице появилась лёгкая улыбка. Плавным движением поднявшись с кресла, я поставил кубок на стол и мягко взял её дрогнувшую маленькую ладонь в свои руки.

- Прекрасная Лираэллит, - молодая графиня подняла голову и настороженно встретилась со мной взглядом, - поверьте, мы с вашим отцом ничего от вас не утаиваем. Несмотря на некоторые разногласия мы с ним действительно пришли к взаимовыгодному соглашению, и в грядущем походе наших объединённых армий ваши командиры будут подчиняться именно вашему слову. Однако же все тактические решения в грядущей военной кампании мы в обязательном порядке должны согласовывать друг с другом - именно поэтому мы, как равноправные участники союза, будем объединены единой сетью связи.

Она облизнула приоткрытые, пересохшие губы и робко высвободила свою ладонь.

- Благодарю за честность, милорд… Однако же теперь я вынуждена признаться в том, что не сильна в воинском искусстве.

- Ничего страшного. Вы - символ Афилема, и ваши войска будут сражаться за вас не жалея жизни. В военных же вопросах можете смело положиться на верных командиров и на мою скромную персону. Вместе, - я сделал акцент на этом слове и выдержал короткую, выразительную паузу: - мы одолеем силзверов и оставим наши имена в истории Древнира, не сомневайтесь в этом.

Невольно сглотнув, Лираэллит, не выдержав, опустила взгляд, и, с румянцем на щеках, присела в реверансе.

- Уверена, так всё и будет. Да не сводят Древние, - она всё же вновь посмотрела на меня, - глаз с нашего Пути.

- И благоволят всем нашим деяниям, - я слегка склонил голову.

- Хорошего вам вечера, милорд, - выдохнула юная, покрасневшая графиня, и, кивнув моим дамам, развернулась и излишне торопливо покинула комнату.

- Ну и нууу, - не тая широкой улыбки, подала голос сдерживающая смех Шейди, - неужто наш полуголый король охмуряет невинную графиню?

- Да там и охмурять-то нет нужды, - хихикнула Скай, прижавшись к лилововолосой и проведя пальцами по её бархатистому бедру, - девчушка сама от него разомлела и уже на полную подключила свою безудержную фантазию.

- Ох уж эти юные создания, - мурлыкнула воительница, закусив губу и соблазнительно изогнувшись под ласками.

- Цыц! - Наполнив кубок, я вновь завалился в постель и красотки прильнули ко мне с двух сторон. Сделав глоток, я бросил взгляд в сторону двери. - Вы же уже и сами поняли - эта малышка не столь глупа, каковой хочет казаться. Прикинувшись наивной девицей, она разведала обстановку, сложившуюся в её стране, и закинула удочку в сторону короля вражеской державы.

- Ага, - кивнула лимра, - с расчетом на то, что этот любвеобильный правитель теперь будет вспоминать её румяную мордашку.

- И глубокий вырез декольте, - насмешливо поддакнула Шейди.

- Однако же она всё равно необычайно слабый силпат, - я нахмурился. - Почему герцог не воспитывал её как воина и не накачивал униарами?

- Чтобы выгодно выдать замуж, разумеется, - пожала плечами Скайдэн. - Многие аристократы высшего звена предпочитают брать в жены именно женственные натуры, не перекачанные униарами, в крайнем случае идущие по пути мирных, ремесленных профессий, а не боевых. Среди всей этой богатой шушеры даже был раскол - на тех, у кого в женах невинные лапушки, и у кого гордые силпатки, которым палец в рот не клади - сожрут всю руку и изрубят на куски.

- И зажарят в пироги, - хохотнул я. - Ясно. Значит, заморочки обитателей высшего света.

- Аха. Кстати, можешь ответить на один маленький вопросик?

- Мм? - Я с интересом скосил взгляд на лимру.

- Ты поглотишь Кальмуара?

С поблекшей улыбкой я откинул голову на подушку и задумчиво уставился в расписанный фресками потолок.

- Нет, не поглощу. Как бы это ни было заманчиво, это всё же слишком опасно. Кальмуар хитёр, силён и изворотлив, и он вполне может уничтожить само моё естество, получив взамен моё далеко не слабое тело лимрака. К тому же, сделай я это, и можно навсегда забыть о боевой форме - все МЫ внутри меня против того, чтобы родниться с этим мерзким созданием. Так что мою душу просто разорвёт. - Я взглянул Скай в глаза. - И не вздумай сама пытаться его поглотить.

- За это можешь быть спокоен - я же не самоубийца.

- Вот и славно.

- В общем, - Шейди провела коготками по моей груди, - наша задача разломать его в щепки?

- Да. - Я вновь откинулся на подушки и расслабленно закрыл глаза. - Разломать и сжечь…

Внезапно лилововолосая красавица ткнула меня кулачком в бок.

- О, кстати! А покатаешь меня потом на себе? Верхом-м на драко-оне! Будет вообще шикарно! А то непорядок - вон, даже Харуд меня покатал, а ты всё ещё нет!

- Да покатаю я, покатаю, - проворчал я, устраиваясь на пышной кровати поудобнее. А потом резко распахиваю глаза и в глубоком охреневании пялюсь на неё. - А?! Харуд тебя КАТАЛ на СЕБЕ?!! Что?!

Девушка хитро улыбнулась, прикрывая ротик пальчиками.

- Упс! Кажется, проговорилась…

- ЧЕГО-О-О?!!!

Глава 11

На одной из высоких башен полуразрушенного Рэйтерфола сидел енот с вертикальным шрамом на левом глазу. Свесив ногу вниз и привалившись спиной к стене, он положил лапу на согнутое колено и запрокинул голову, задумчивым взглядом скользя по тяжелым, перекатывающимся тучам, с которых падал мелкий снег. Мороз немного спал, ветра практически не было, и мягкие, пушистые снежинки лениво укутывали всё белым покровом, скрывая разруху, принесённую войной.

Приоткрыв пасть с острыми клыками и выдохнув облачко пара, Флодигарт опустил глаза вниз, на снующих по переплетению городских улочек силзверов. В обеденное время да в такую погоду их было не особо много - в основном дороги месили охранные патрули, все прочие же предпочитали отсиживаться в тепле шатров за пределами города, или набивались в местные дома, просаживая монеты в игры да лакая что-нибудь креплёное. В этом они мало чем отличались от тех же гуатов.

Флодигарт нахмурился.

Гуаты… Одолеваемый ненавистью к ним за убийство царя Легратоса, и всем сердцем желая смерти ублюдку Саргону, он был ослеплён и не задавал себе лишних вопросов. Хотя стоило бы…

Енот скрипнул зубами.

Лядский Саргон! Каких бы чувств он к нему не испытывал, этот, как оказалось, лимрак, раскрыл ему глаза и заставил по иному взглянуть вокруг, усомнившись во всём происходящем. И как бы он ни желал уличить его во вранье, осторожные расспросы силзверов и подслушивание пьяных разговоров подтверждали теорию о том, что вся эта война не являлась спонтанным событием, а была чётко спланирована с самого начала. Начать хотя бы с самого простого вопроса - кто все эти тысячи силзверов, участвовавшие в захвате Рэйтерфола? Такое количество хорошо подготовленных отрядов просто не могло по чистой случайности оказаться недалеко отсюда, чтобы прийти на Зов Ша-Гриарда. Да и Ша-Гриард во главе с самим Легратосом - что бы нескольким уважаемым Пастухарам делать здесь вместе с Царём Храстранхолма? Вышли на прогулочку из столицы и случайно дошли аж почти до самой границы с гуатами? А припасы? А вооружение? Всё это они тоже захватили с собой чисто на всякий случай? Да и яд Кромакса, благодаря которому убили Легратоса - он навёл справки, эта лядская эссенция необычайно редка и дорога, откуда она у короля такой небольшой страны, как Рэйтерфол? Да ещё и в таком количестве? Можно было бы списать на старые, бережно хранимые стратегические запасы, вот только возникают ещё два вопроса: первый - как так вышло, что у них не только оказался яд Кромакса, но ещё и информация о точном расположении Легратоса, которого - о, везение! - в ту ночь никто не охранял? Ещё и этот странный, так “вовремя” появившийся кристаллический барьер, через который никто не мог пробиться - он тоже из старых королевских запасов? Если так, то почему ничего подобного гуаты не применили при прорыве к порталу? Да и при обыске сокровищницы не было найдено ничего столь же убойного. Но второй вопрос ещё более интересен - зачем? Нет, действительно, зачем гуатам убивать царя Храстранхолма? Они не могли не знать, что это подпишет им смертный приговор. Логичнее было бы ослабить его и взять в плен, чтобы выторговать у Ша-Гриарда отмену вынесенного приговора. Однако судя по показанным Кальмуаром воспоминаниям Лютера Рича, они даже и не думали оставлять Владыку силзверов в живых, потому-то он и позволил сражающемуся на его стороне Лютеру нанести последний удар, чтобы его сила не досталась убийцам. Так зачем же?

Флодигарт стиснул кулаки.

И после его смерти Кальмуар сразу же захватил лидерство, как его правая рука. А теперь ещё и созывает Архорн Ша-Гриард, чтобы выставить свою кандидатуру на титул нового Царя Храстранхолма. С одной стороны вроде как логично, а вот если покопаться глубже, то вырисовывается лядски странная картина. Например, почему это в осаде Рэйтерфола участвовали в основном силзверы из клана “Хищник”, агрессивные члены которого выступают за военное противостояние с гуатами и всячески поддерживают Кальмуара? Совпадение? Не думаю.

Енот хмуро поджал уши и устремил взгляд в сторону замка, возвышающегося над городом незыблемой скалой.

Однако как бы логичны ни были его подозрения, прямых доказательств предательства Кальмуара не было. А зная этого хитрого и могущественного Пастухара, он наверняка подчистил за собой хвосты. Чего только стоит искусно отредактированное им воспоминание Лютера о гибели Легратоса…

Флодигарт усмехнулся, блеснув клыками.

Ну вот, он всё-таки сделал это - поверил этому лимрачному выродку Саргону. Который, к слову, перебил посланный за ним отряд охотников за головами - выжил лишь вернувшийся Жазгар, который и рассказал о том безумии, что творилось у мирянской деревни под названием “Выдриха”. Хотя лично ему их нисколько не жаль - эти силзверы были кровожадными ублюдками, убивающими своих же ради униаров, так что в Гладархон им и дорога. Но, Лядь его задери, как же поступить с Кальмуаром? Пытаться искать доказательства его причастности к смерти царя или же встать на его сторону, поддержав войну против гуатов? О, Древние, как же всё было просто до разговора с Саргоном...

Тяжело вздохнув, он поднялся, размял занемевшие мышцы и направился к выходу.

В любом случае портал скоро починят, разблокируют и соединят с общей сетью храстранхолмских порталов, чтобы члены Архорн Ша-Гриарда смогли прибыть в Рэйтерфол. Так что время решить, как ему поступить, ещё было.

По крайней мере, он на это надеялся…

***

- Безумие… Форменное безумие… - стуча зубами от холода и напряжения бормотал фаргранд Драксан Аблагард, зажмурившись и мёртвой хваткой вцепившись в толстую, покрытую наледью верёвку. - Он псих, полный псих… Псих-псих-псих...

Пол под его трясущимися ногами покачивался, словно плот в море, а вся эта, бесспорно, хлипкая четырёхэтажная конструкция угрожающе скрипела и трещала, грозя развалиться в любой момент - и отнюдь не без оснований! Как тут к шхайратовой бестии не разломаться, когда на кое-как скреплённых досках торчат двадцать тысяч силпатов, подвешенных на тысячах метров над землёй?!

Бывший капитан шестого пехотного отряда “Безродные” судорожно сглотнул, ещё сильнее стиснув верёвку побелевшими пальцами.

Может, конечно, показаться, что он приукрашивает, но ВОТ ЕСЛИ БЫ! Какой, вот скажите, КАКОЙ идиот догадается соорудить четырёхэтажную платформу, в которой был только пол из брёвен да куча верёвок, на каждом этаже которой загнаны по пять тысяч силпатов?! А потом ещё поднять всю эту хреновину в воздух на ДРАКОНЕ выше облаков, где зимой, ЛЯДСКОЙ ЗИМОЙ, МАТЬ ВАШУ, мороз может убить НАХРЕН!!!

Платформа в очередной раз ухнула вниз, отчего душа Драксана и тысяч остальных несчастных неизменно ушла в пятки, а затем с натугой потянулась вверх, в такт взмахам огромных драконьих крыльев.

- Так, медведи, всем выбраться из спячки! Мы уже близко! - внезапно раздался в голове каждого из воинов объединённой силпатской армии голос короля Саргона. - Выпейте зелья сопротивления холоду и регулятор перерабатываемого воздуха, но не снижение веса - оно больше не потребуется, до цели я дотяну. И настойку с восстановлением опрокиньте, поможет прийти в себя! Давайте-давайте! Оживайте, сонные мухи! Время бить врагу морду!

Застонав, заиндевевшая, превратившаяся в ледяные фигуры армия зашевелилась, и покрывающий перевитые мускулами тела лёд со звоном треснул. Медленно разминая затёкшие мышцы в тесной толпе, они глотали осточертевшие за прошедшие дни зелья, хватались за натянутые поперечные верёвки и поднимались на ноги, оживая буквально на глазах: щёки розовели, в сонных глазах просыпалась жизнь и зажигался азарт, губы кривились в улыбках, кто-то шутил, а остальные отвечали хохотом.

А вот самого Драксана Аблагарда на веселье как-то не тянуло. Стараясь не смотреть в сторону столь близкого края, он едва слушающимися пальцами достал нужные склянки и со стучащими о стекло зубами выпил их содержимое. Подняться на дрожащие ноги было тем ещё испытанием, но он всё же справился, и теперь стоял, вновь стискивая злополучную верёвку и проклиная про себя выжившего из ума Саргона, чьи безумные идеи завели его выше облаков.

Пытаясь успокоиться и взять себя в руки, он едва не застонал.

Л-ля-ядь, как же он ненавидит высоту-у!!! Грёбаный изъян, грёбаный изъян, грёбаный...

- Силпаты! Готовность номер один! - прогремел в мозгах рёв Саргона. - Выпить боевую сыворотку Сиэрда, проверить наличие мемо-телепортов и развернуться к краю вашей платформы!

Выданная жаброидом перед отлётом алхимическая колба с ярко-голубой фосфорирующей жидкостью была не без опасений поглощена объединённой афилемо-рэфтерфолской армадой, и долго ждать эффекта не пришлось - остатки сонливости слетели в мгновение ока, мысли прояснились, органы чувств, казалось, обострились до предела, а с каждым ударом сердца по телу растекалось будоражащее тепло, от которого губы сами собой растягивались в одобрительном оскале.

Однако это нисколько не помогло Драксану побороть свой страх высоты, а даже наоброт усилило его, так что он с ужасом таращился на проносящиеся за покачивающимся краем облака, испытывая весь спектр обострившихся от зелья ощущений.

Ну спасибо тебе, Саргонище! Лядское, мать его, спаси-ибо! И раньше-то было хреново до невозможности, а теперь уж точно полный и абсолютный пи…

- Готовьсь!.. - Расправивший крылья дракон напряженно всматривался в дриаровую карту. Заряженные хлещущим в крови адреналином воины замерли с горящими глазами. - И!.. В БО-О-ОЙ!!!

- АААА!!! - грянуло из тысяч глоток ринувшихся вперёд силпатов, в прыжке пронзающих облака и с невероятной высоты мчащихся к раскинувшемуся под их ногами городу.

- Вперё-ё-ёд! В Бо-о-ой! Да-а-а-а!!! - орал вцепившийся в верёвку Драксан Аблагард, пропуская мимо себя бешеный поток вопящих солдат и при этом не сделавший и единого шага.

Лядь, лядь, ЛЯ-Я-ЯДЬ! Я не могу, не могу, НУ НЕ МОГУ-У-У!!! Лучше дождусь мемо-телепорта! Точно! Мемотепа! Да-да-а!..

- Эй, Дракс!

Молодой фаргранд обернулся на задорный женский голос и увидел перед собой мило улыбающуюся Беару.

- Аа?

- Давай руки, у меня готов мемотеп!

- УАААААА!!! - безумно хохоча мимо них пронёсся выпучивший глаза Гобля, и, раскинув руки, с высунутым языком сиганул в бездну. - КАВАБАНГА-А-А-А!!!

- Дракс! Руки!

- А?! А, д-да-а!!

С невероятным усилием разжав пальцы он протянул их к Беаре и та, схватив их, вдруг шагнула вперёд и прижала его ладони к своей груди, отчего брови Драксана в охреневании взлетели, а челюсть и вовсе отвалилась.

- Аааэ?!! - позабыв обо всём, он поднял взгляд на рыжеволосую девушку, которая с широкой ухмылкой хитро подмигнула ему и вдруг с весёлым воинственным воплем ринулась вперёд, обхватила его и вместе с несчастным, завопившим от ужаса фарграндом ринулась вниз.

- АЯ-ЙЯ-ЙЯ-ЙЯ-ЙЯЯЯЯААА!!! - весело заливалась Беара.

- ААААААА!!!! МЛЯЯЯЯЯЯАААА!!!!!! - выпучив глаза кричал Драксан.

Прорвав плотную толщу облаков, они на бешеной скорости помчались к земле, где в захваченный город уже приземлялись первые силпаты.

- СНАРЯЖЕНИЕ! - заорала счастливая Беара в исказившееся от страха лицо Аблагарда. - АКТИВИРУЙ ВТОРУЮ КОЖУ!!!

На её теле тут же появилось боевое обмундирование, и Драксан догадался призвать своё. Лыбящаяся воительница захохотала и с улюлюканием сложила руки вдоль тела и с раскрасневшимся лицом полетела к земле с удвоенной скоростью.

“ОНИ ВСЕ ПСИХИ! - Клокотали в голове падающего фаргранда панические мысли. - АбСОЛЮТНЫЕ, БЕСПРОСВЕТНЫЕ ПСИХИ!!!”

А затем его губы сами собой растянулись в безумной, широченной ухмылке, и он, сжимая щит и меч, завопил во всю мощь лёгких, выбрасывая накопившееся напряжение и отдаваясь охватившему тело адреналину.

А в следующее мгновение мимо него пронеслись высотки домов и его ноги вмяли покрытую снегом брусчатку Рэйтерфола, разметав ударной волной её ошмётки. Выпитое Сиэрдское зелье помогло избежать последствий падения с такой ужасающей высоты, и миг спустя фаргранд вместе с сотнями ему подобных с криками ринулся на оглушенного и ничего не понимающего врага, рассекая силзверскую плоть и орошая горячей кровью улицы захваченного города.

***

“Шож ты туда понамешал, Сиэрд?!” - широко ухмыляясь думал я, наблюдая за тем, как напившиеся жаброидской бурды тысячи силпатов с воплями прыгают с трещащих досок прямо на головы не ожидавшей подобного манёвра силзверской орде. А этих тварей здесь было немало - куда ни глянь видны шатры, укрывшие от непогоды всех, кому не хватило места в маленьком, полуразрушенном городе. И прямо сейчас в самое сердце расслабившейся звериной армии приземлялись сотни гуатов, и сеяли вокруг себя смерть и разрушения: летели раскалённые огненные шары, взрывались палатки, свистели пронзающие тела ледяные стрелы, разноцветыми потоками растекалась сносящая всё на своём пути смертоносная магия, с чавкающим звуком отрывались конечности и звенела гудящая сталь, жадно пьющая вражескую кровь.

Наш первый удар был внезапен и ужасающ, однако ещё во время того, как большее число силпатов находилось в воздухе, противник пришел в себя и стал стремительно действовать: передавался сигнал тревоги, вражеские командиры пытались скоординировать войска и разобраться в поступающей со всех сторон информации, готовые к бою хищники выскакивали из домов и высыпали на охваченные хаосом улицы города, а палаточный военный лагерь за считанные секунды превратился в разворошенный улей и кровожадное зверьё в бешенстве столкнулось со своим извечным врагом, даже и не думая отступать...

***

Уже направившийся к спуску с башни енот вдруг дёрнул ухом и замер.

Что за…

Сдвинув брови и навострив слух, Флодигарт различил какие-то странные вибрирующие звуки, похожие на всенарастающие вопли. Встревоженно развернувшись, он ринулся обратно к краю и заметался взглядом по округе, поворачивая голову из стороны в сторону, но не видел ничего, что могло бы быть источником странных, приближающихся криков.

А потом он догадывается вскинуть морду к небесам и его зрачки тут же расширяются.

Какого хрена??!!

С неба на землю падал целый рой яростно вопящих гуатов!!! Как такое вообще возможно?!!

И тогда грянули первые взрывы от приземлившихся силпатов, ударная волна от которых выбила уцелевшие стёкла и заставила дома задрожать словно от землятресения.

- Лядь! - рявкнул енот, втянув голову в плечи и отшатнувшись от края. На мгновение его ослепил взметнувшийся снег, но это уже было неважно - в эту же секунду он активировал лидерскую связь с собственным отрядом и вышестоящим командиром силзверской армии: - Это капитан Флодигарт! Гуаты атаковали с неба! Повторяю - лядовы гуаты атаковали нас с неба!!! Все к бою, к бою!..

Он метнулся к выходу, но едва сделал нескольких шагов, как вдруг на крышу прямо перед ним рухнул закованный в броню силпат с широким клинком наперевес. Затрещали сминаемые плиты и его отшвырнуло в сторону ударной волной. Стиснув зубы, енот перевернулся в воздухе и вонзил когти в покрывшуюся трещинами площадку, оставляя длинные борозды и резко тормозя. А в следующий миг зверь рывком срывается с места и прыгает на врага, заметившего его атаку и стремительно взмахнувшего клинком - сверкающее лезвие едва не разрубает Флодигарта пополам, но тот ловко изгибается и избегает его прямо в полёте, выхватывает свой изгибающийся клинок и с силой рассекает шею гуата аккурат под шлемом. Хлещет поток крови, но силпат умело отклоняется назад и бьёт нижним широким ударом, стремясь подловить противника при приземлении. Однако полосатый силзвер мгновенно прижимается к самой земле и меч проносится в считанных миллиметрах от его макушки, а затем он отталкивается от земли подобно лягушке и втыкает острие в подбородок гуата до самой гарды. Провернув оружие в ране, енот отпрыгивает спиной назад, чиркнув когтями задних лап по тёмному нагруднику и сделав заднее сальто, при этом поведя руку в сторону и вытащив клинок из плоти врага так, чтобы металл разорвал половину гортани, не оставив ублюдку даже малейшего шанса на выживание.

Не тратя времени на контрольное добивание, Флодигарт тут же кинулся к выходу, на ходу вслушиваясь в гремящие в голове вопли товарищей:

- Это Флодигарт! Докладывайте! Докладывайте, вашу Лядь!..

***

Ещё до того, как последний силпат покинул платформу, силзверские маги сделали свой ход - ввысь ударили цепные молнии, поджаривая гуатов; потянулись дымные шлейфы от раскалённых магических шаров, разрывающих людей прямо в воздухе и орошающих кровью сражающихся на земле, а многочисленные ошмётки плоти падали вперемешку со снегом. Храстранхолмцы делали всё, чтобы проредить поток врагов и не дать им приземлиться, потому в небо также ринулись все твари имеющие крылья, от виверн, гарпий и горгулий до огромных бронированных жуков и зверосилпатских птиц.

Я зловеще оскалил свои огромные клыки, наблюдая сквозь просветы в облаках за всей этой ринувшейся ввысь летучей ордой.

О, как же они будут разочарованы...

Крылатые выродки столкнулись с первыми несущимися к земле силпатами, когти прошили тела, клыки сомкнулись на броне подобно прессу и смяли её, превращая кости и органы в ужасающее месиво, но затем каждый из падающих воинов услышал мой приказ:

“Активировать мемотепы!!!”

Пара ударов сердца и руки хлопают по заветной плоской кнопке с руной, примотанной на левой стороне груди - яркая вспышка тут же слепит ревущих зверосилпатов и добыча исчезает прямо у них из под носа, так что когти рассекают лишь пустоту. Сотни же только что барахтающихся в воздухе силпатов появляются на земле, в абсолютно хаотичных местах по всему Рэйтерфолу - там, куда мемо-телепортами установили точку перемещения первые солдаты афилемо-рэйтерфолской армии.

Отлично! А вот теперь мой черёд!

Оглушительно взревев, я прорвал толщу облаков и широко расправил крылья, с размаху швырнув опустевшую четырёхэтажную платформу на палаточный лагерь, в самую гущу бегущих к городу силзверов, расплющивая досками и брёвнами всех, кто не сумел увернуться. Затем разворачиваю своё могучее драконье тело и мчусь на летучую орду - глубокий вдох, лёгкие наполняются обжигающим ледяным воздухом, а в следующее мгновение из моей пасти извергается бешеный поток пылающего жаром пламени, в котором с безумными визгами сгорают десятки зверосилпатов. Объятые пожирающим их плоть огнём, выжившие в ужасе пытаются улететь подальше от громадного огнедышащего монстра, пришедшего по их души, в то время как рядом с ними падают на землю горелые туши их павших собратьев.

Сущность Рогана во мне упивается своим всесилием и трепещет от удовольствия, наслаждаясь разверзшимся хаосом. Дриарилловые когти ловят улепётывающих виверн и сжимают их в кулаке, перемалывая мясо в кровавую кашу, шипастый хвост хлещет из стороны в стороны, разрезая тела и оставляя после себя длинные просеки в рядах врага, пасть жадно смыкается на испуганных жертвах, а о чешуйчатую грудь и крылья разбиваются охваченные паникой силзверы.

Кровь, Сила, Могущество, Страдания и Смерть. Как же это прекрасно! Как же он любит всё это!!!

Нет, неправильно.

Не “Он”. Больше - не “Он”.

Я!!!

Не обращая внимания на слабые, не способные пробить мою броню атаки, я сложил крылья и с рёвом ринулся к земле, заливая пламенем палаточный лагерь, с лихвой собирая свою кровавую жатву.

Сегодня День Мести за Дэриора Брантара Драйторна и за весь Рэйтерфол! Пусть же все храстранхолмские хищники познают страх и запомнят его навсегда!!!

***

Гиеноподобный Жазгар метнулся вперёд и накинулся со спины на гуата, вытаскивающего свой топор из тела поверженного собрата. Схватив его за голову, силзвер оттянул её назад и несколько раз вогнал свой широкий кинжал в горло силпату, перерубая позвонки и артерии. Отшвырнув захлёбывающегося кровью противника, Жазгар хотел было кинуться на поиски следующей жертвы, однако громоподобный, продирающий до глубины души рёв заставил его резко остановиться и вскинуть морду к небесам.

Там, в полыхающей выси, прорвав бурлящие от магии тёмные тучи, закручивающиеся в вихревую воронку, бесновался огромный чёрный дракон, заливающий всесжигающим пламенем визжащих в ужасе гарпий, горгулий и виверн. Подобно древнему монструозному богу, мифический зверь разрывал клыками и когтями в клочья всех, до кого мог дотянуться, и одним лишь своим видом сеял первобытный ужас в сердцах каждого, кто сейчас взирал на него не в силах отвести взгляд. И Жазгар был одним из них - с расширенными до упора зрачками он застыл с распахнутым ртом, не способный думать ни о чём другом, кроме как о чёрном драконе, разверзшем крылья над его головой.

Нет… Это... невозможно… Просто невозможно...

Как же так? Ему, гиерону Жазгару, посчастливилось выжить после гуатской бойни у деревни Выдриха и вырваться из окружения, несмотря ни на что вернуться к своим, и ради чего?! Чтобы столкнуться с чудовищем из легенд и умереть, заживо сожженным в огне его дыхания?! Немыслимо… Так ведь быть не должно! Это же дракон! Чудовище, монстр, хищник, ЗВЕРЬ! Он должен быть силзвером, он должен быть на нашей стороне, на стороне Храстранхолма, а не Архиона!!! Как же так?!..

Внезапно мимо замершего Жазгара пробежал кто-то мелкий, но, отбежав от него на несколько шагов, затормозил и обернулся. Окинув гиеноподобного, обескураженного силзвера оценивающим взглядом, он подошел к нему и подёргал за рукав.

- Эй, музык!

- А? - вздрогнув, Жазгар с трудом оторвал взгляд от летящего дракона и опустил его на большеухого, с выпирающим квадратным зубом, который захлёстывал верхнюю губу, горбоносого гоблина в разноцветной вязаной шапочке.

- Музык, есть разхреналь-зелье?

- А? - мысли неповоротливо зашевелились в голове гиерона. - Н-нет, н-нету…

Кивнув, гоблин порылся в своей большой сумке, болтающейся у него на боку, вытащил прозрачную круглую бутылку с длинным узким горлышком и протянул ему.

- На, музык, разхреналь-зелье!

- А? - протянув лапу, он рассеянно взял пузатую склянку. - Ахга…

Ощерившись, гоблин кивнул, тряхнув длинными ушами в цветастой шапке, и, поправив лямки своей странной коробки на спине, развернулся и побежал дальше, подпрыгивая на развалинах и весело горлопаня задорную песенку:

- Мужицкий дождь, амирусуйя! Дождь из мужиков, йейе-й!!! И бабенсий тож, хэй-а-хэй!!!..

Провожая его заторможенно хлопающими глазами, Жазгар почувствовал пальцами тепло и опустил взгляд на склянку с засветившейся жидкостью в своей руке.

- А?..

А в следующее мгновение разхреналь-зелье рвануло и разнесло Жазгара в кровавые клочья, разметав его ошмётки по белоснежному снегу.

***

Активировавшая мемо-телепорт Лираэллит Брассел Элиниона Афилемская, облачённая в свои лучшие доспехи, появилась в окружении верных телохранителей, магов и командиров, отбивающихся от яростных атак взбешённых силзверов. Звон стали и крики безумия ударили по ушам, а запах крови и смерти заполз в нос, отчего молодую графиню тут же замутило, однако она быстро взяла себя в руки.

- Какова ситуация?! - материализовав в руках лук и накинув стрелу на тетиву, твёрдым голосом прокричала она, мысленно включив встроенные в шлем расперные плетения связи.

- Всё войско высадилось! - раздался чересчур громкий голос афилемского фаргранда, пинком сбросившего с лезвия меча убитого силзвера. - Рэйтерфолские командиры сообщают о практически полном блокировании подкреплений силзверской армии за пределами города, дракон почти полностью очистил небо, остальные же твари сейчас отступают к замку!

- Отлично! - оттянув тетиву к самому плечу, Лираэллит выпустила стрелу и та, коротко свистнув, прошила морду прыгнувшего на развалины дома зверосилпата. - Приказ нашим воинам сжимать кольцо и продвигаться дальше! Согласно плану продолжаем гнать ублюдков к замку и окружать его! Не забывать отслеживать перемещение силзверов вне города, быть готовыми к удару с тыла!

- Есть, моя госпожа!..

***

Взмахнув крыльями и поднявшись повыше, я окинув взглядом поле боя: летающие твари большей частью разогнаны, те же кто остался на меня не лезут, от греха подальше предпочитая атаковать более слабых силпатов внизу, в то время как часть силзверов из палаточного лагеря за стенами Рэйтерфола остановили своё наступление из-за бушующего на поле драконьего огня и атак наших колдунов. Однако были блокированы далеко не все подходы, поэтому отнюдь не глупые зверосилпатские командиры стремились привести в чувство потрясённую моим появлением армию и во что бы то ни стало пробиться к врагу. И если им это удастся, то сколь бы ужасающим ни казался дракон, он не будет им страшен - ведь гуатские военачальники не идиоты, чтобы позволить своему огнедышащему ящеру заливать огнём и своих солдат тоже, верно?

Уж не знаю, кто это у них там выискался такой умный, но он был прав - на сражающихся я на полезу. Да и незачем - мой план этого не предусматривает…

Ярчайшая, прочертившая небеса ярко-синяя вспышка резанула по глазам и невероятной силы молния ударила из глубины налитых чернотой облаков, обрушиваясь прямо мне на спину. Взревев от обжигающей боли, я выгнулся, словно от удара тараном, от которого затрещали все кости. Меня перевернуло в воздухе и я едва сохранил контроль над телом, чтобы не рухнуть на быстро приближающуюся землю. Несколько раз с силой махнув крыльями, мне удалось восстановить полёт. Спина горела от шипящей, расплавленной чешуи, вгрызающейся в мою плоть, в которой кипела кровь. Мышцы свело от напряжения, перед глазами заплясали кроваво-красные круги, а мысли с трудом прорвались сквозь застилающий разум туман.

Мощно меня приложили… Непростое это заклятье, явно берегли его и долго готовились жахнуть… И подобное у них наверняка не одно...

Кажется, пора переходить ко второй фазе плана.

Заложив короткий вираж вокруг себя, я ещё раз быстрым взглядом оценил всю картину развернувшегося внизу сражения и определился с местом нападения - южное направление, там этих зверюг больше всего…

Когда небеса окрасились в цвета армагеддона и свинцовые облака разметало раскалёнными каменными ядрами метеоритов, что подобно яростным хищникам устремились прямо на летящего над городом чёрного дракона, глаза мифического чудовища потускнели, словно из них разом ушла вся жизнь, а душа отправилась прямиком к Владыке Гладархона. Крылья замерли, распахнутые будто громадные паруса, и за несколько мгновений до столкновения со стремительно приближающимися звёздными снарядами чешуя чуть ниже затылка монстра с треском разошлась и из ужасающей раны выскочил кусок кровоточащей плоти.

Мороз обжег ещё не покрывшееся кожей мясо, но я уже привычно не обратил на это внимание, научившись принимать эту боль, являющуюся неотъемлемой частью каждой трансформации. Оторвав от груди ещё формирующуюся ладонь, я надавил на горящий символ зажатого в руке мемотепа и меня с короткой вспышкой затянуло в разрыв пространства, в то время как драконье тело сотряслось от разрывающих его метеоритных ударов. Но не единого предсмертного рёва не пронеслось над Рэйтерфолом, и туша исполинского чудовища молча рухнула прямо на ряды приближающейся храстранхолмской армии, придавив собой десятки визжащих силзверов.

Я же появился в гуще леса на северо-западе, в нескольких километрах от города - сидя на одном колене, ноги по щиколотку провалились в снег, а от оголённых мышц, сухожилий и пульсирующих органов исходил жар.

- Ну наконец-то, - проворчал скривившийся Сидиус, хмуро меня разглядывая. - А ты вообще как, нормально? А то с тебя кажись кожу заживо сняли.

Я медленно поднялся и расправил плечи, захрустев новосформированными костями, а затем открыл глаза и окинул взглядом стоящих рядом Сидиуса, Харуда, Мыфана, Кривглазиана, Шейди и Скайдэн.

- Всё в порядке. - Я посмотрел на свою руку, которую стремительно покрывала кожа, и призвал боевой комплект, вмиг облачившись в полное снаряжение, после чего изучил внутренним взором карту бушующего сражения и активировал лидерскую связь со всеми фарграндами своего войска: - Это Саргон. Силзверы на северо-востоке от города и частично на западе блокированы огнём, а распадающееся тело дракона ненадолго задержит в липкой массе хищников на юге. Не забывайте контролировать воздух, гоните тварей к замку и берите его в осаду, установив полный оборонный периметр. Ваша задача удержать его любой ценой до следующих моих распоряжений. На этом всё, отбой. И да пребудут с вами Древние.

Выдохнув облако морозного пара, я ещё раз осмотрел своих товарищей и отдал приказ:

- Выступаем.

Коротко кивнув, Харуд подошел к ничем не примечательному сугробу у подножия возвышающегося дерева с выглядывающим из-под снега переплетением корней, абсолютно полностью сливающимся с лесным ландшафтом. Протянув к нему руку, он повёл ладонью в воздухе, создав один ему ведомый знак, и что-то прошептал. Пространство вокруг тут же подёрнулось рябью и груда снега стала прозрачной, так что за ней стал различим уводящий вглубь земли проход.

- Живей. - Муржит сделал шаг в сторону, освобождая дорогу и настороженно осматриваясь вокруг.

Мы по очереди быстро прошмыгнули внутрь тайного подземного туннеля, по которому не столь давно диверсионный отряд Сидиуса покинул Рэйтерфол и направился в Афилем. Харуд зашел последним, заблокировав вход и восстановив маскирующие плетения, и наш отряд из семи силпатов практически бесшумно побежал вперёд, с каждым ударом сердца уходя всё глубже в земную толщу, вздымая за собой толстый слой пыли, в незыблемом слое которого были отпечатаны следы только в одном направлении - к выходу. И это хорошо - значит, силзверам до сих пор не удалось отыскать этот проход, что безусловно не может не радовать.

Спустя несколько долгих минут молчаливого бега я невольно покосился на потолок. Странно вновь очутиться под землёй, учитывая, что не столь давно нам с Вайнорией наконец удалось вырваться из их тесного плена. Но это не важно. Ничто теперь не имеет значения, ведь скоро, вот уже совсем скоро воплотится в реальность наше сокровенное желание, и тысячелетиями пожирающее душу пламя мести будет навеки потушено, и мы сможем вместе шагнуть в новое будущее, свободное от гнетущего прошлого...

Хмуро поджав губы, я с тяжелым взглядом сдвинул брови.

Убить Кальмуара его долг. Троллиария даровала ему жизнь именно ради этой цели, теперь он это понимает. И он ни за что не подведёт мать. Он защитит её от этой гнусной твари во что бы то ни стало...

На моём лице появился насмешливый оскал.

Этот Кальмуар слишком много на себя взял. Пора доказать этой деревяшке, что злодеем может быть только один, и роль вселяющего в сердца ужас монстра принадлежит лишь мне и никому иному…

Сквозь стиснутые зубы вырвалось вибрирующее, утробное рычание.

Пастухар, что желает уничтожить мир, в котором где-то живёт её Ралия, является угрозой, которую необходимо устранить. Он лишь ещё одна мешающая в поисках преграда, и потому она просто вырвет его сердце и перешагнёт через безжизненный труп, и так будет с каждым, кто вздумает встать у неё на пути…

Бегущий впереди Сидиус резко остановился и поднял вверх кулак. Все тут же замерли без единого движения, и двинулись дальше только после того, как мечник махнул ладонью. Ещё через пару десятков шагов мы упёрлись в каменную стену, к которой Сидиус с Харудом настороженно прижались ушами, вслушиваясь и оценивая положение по обратную её сторону. Я тоже опустился на корточки и приложил руку к земле, чтобы по малейшим вибрациям определить расположение и численность противников, однако ничего уловить так и не смог.

- Вроде чисто, - едва слышно прошептал я и тут же улыбнулся, вспомнив, как когда-то в подземельях Кривглазиана я произнёс точно такую же фразу, после которой на нас накинулась зубастая тварь.

Харуд кивнул.

- Похоже на то.

Несколькими быстрыми движениями начертив на стене витиеватую руну, он сделал её бесплотной и, замерев на мгновение со встопорщенными ушами, метнулся в открывшийся коридор. Сидиус ринулся следом, скрывшись в противоположной от муржита стороне, и через несколько секунд до нас донёсся его шепот, подобный лёгкому ветерку:

- Чисто.

Покинув тайный тоннель, мы подождали, пока Харуд вернёт стене плотность.

- Какой это этаж? - спросил я, вглядываясь во тьму коридора. Активировать усиленную пустарами эхолокацию не стал, опасаясь обнаружения, но и с обычной моё восприятие ясно говорило об одном - никого из живых поблизости нет.

- Девятнадцатый. - Харуд встал рядом и кивнул вперёд. - Лестница наверх в той стороне.

- Шейди, - я слегка повернул голову к плечу, - иди туда и следи в оба. Если кого увидишь, в бой вступай только если тебя заметят или будет угроза заметить нас, во всех остальных случаях постарайся не раскрывать своё присутствие. Харуд, а ты отведи нас к тайной сокровищнице.

- К сокровищнице? - он нахмурился, бросив взгляд в спину бесшумно сорвавшегося с места гомункулятора. - Но зачем?

- Нужно кое-что оттуда забрать.

- Тогда нам сюда.

Уверенно ориентируясь в утопающих во тьме извилистых коридорах этого каменного лабиринта, который из-за охранной системы замка не отображался в дриаровой карте, Харуд вскоре остановился у участка совершенно обычной стены.

- Это здесь.

Кивнув, я шагнул вплотную к стене и поднял руку, на пальце которой материализовалось призванное королевское кольцо, которое оставил для меня в шкатулке Дэриор Драйторн. Через несколько секунд после того, как перстень оказался прижат к холодному камню, от него во все стороны разошлась зыбкая волна, как от падения капли в воду. Миг - и стена испарилась, открыв длинный, ведущий в сокровищницу коридор.

- Скай, Мыфан - останетесь здесь и будете следить за тем, чтобы нам не помешали. Никто кроме нас не должен туда войти, ясно?

- Сделаем, - коротко ответила лимра.

- Будет исполнено, - подтвердил казначей.

- Остальные за мной.

С каждым шагом кристасветы на стенах активировались и яркое магическое сияние освещало тайный путь, передавая импульс дальше и наполняя светом всё хранилище. Поэтому когда мы вышли к входной арке по всему огромному, похожему на амфитеатр залу уже не осталось ни одного тёмного пятна.

Не обращая внимания на многочисленные сундуки и стеллажи с ценным добром, я спустился к самому центру зала, где стоял накрытый чёрной тканью куб, и остановился, пристальным взглядом неспешно осматриваясь вокруг.

- Что нам здесь нужно? - Сидиус скользнул глазами по скрытой под материей Светочью и стал оценивающе разглядывать стеллажи с оружием и бронёй.

- Вряд ли здесь найдётся что-то мощнее того, что мы набрали в Афилеме. - Кривглазиан упёр руки в бока и шумно втянул воздух, деловито изучая разложенные артефакты. - А если и есть, то у нас нет времени корпеть над разблокированием свойств каждого предмета, так что без конкретики никуда.

Чувствуя на себе их выжидающие взгляды, я медленно и глубоко вздохнул.

- Прежде чем мы сделаем то, зачем пришли, нам нужно кое-что обсудить.

Я подошел к первому ряду каменных ступеней, опоясывающих центр зала и доходящих высотой до пояса, и провёл пальцами по лежащему на них хищно изогнутому кинжалу, искусная рукоять которого была усыпана драгоценными камнями.

- Знаете, друзья, я думаю абсолютно ни для кого из вас не будет являться секретом то, что у Дэриора Брантара Драйторна был младший брат.

Сидиус нахмурился.

- Ну да, конечно - мы ведь читали письмо лорда Дэриора. Ты же нам его и дал.

Мои губы тронула лёгкая улыбка.

- Да, верно. И, должен вам признаться, что с тех самых пор, как я узнал о его существовании, я невольно задался навязчивым вопросом - кто же он такой, этот таинственный брат? Эта тайна долгое время будоражила моё любопытство. - Я запрокинул голову к уходящему ввысь неровному своду потолка этой огромной, превращенной в сокровищницу пещеры. - Последний из рода Драйторнов, что неизменно находится где-то рядом, помогая из тени своей семье… Кто же он?

Я опустил задумчивый взгляд на королевский перстень с гербом Рэйтерфола, всё ещё поблескивающий на моём пальце.

- Если честно, то подозреваемых у меня было несколько. И одним из них был Демонариум. - Из моей груди вырвался скорбный вздох. - До сих пор с трудом верится в его смерть… Однако, поразмышляв, я всё же отверг его кандидатуру - уж слишком о многих важных вещах он был не в курсе. - Я взмахнул рукой. - Не знал даже о существовании этой сокровищницы. Поэтому я сосредоточился на других фигурах.

Обернувшись, я с улыбкой посмотрел на Кривглазиана.

- Я не мог не включить в этот список тебя, Великий Пространственный Мастер.

Архимаг с ухмылкой развёл руками.

- Ну что я могу сказать - польщен, лядски польщен.

Я хмыкнул.

- Ты подходишь практически идеально - могущественный силпат, живущий в обширных личных подземельях, ко всему прочему ещё и обладающий определёнными привилегиями перед короной из-за некоего договора, который был заключен ещё с первым королём Рэйтерфола, Брантаром. Но, сколь бы заманчивой твоя личность не являлась, я отмёл и тебя.

- Да? А чего это так? Даже обидно как-то, знаешь ли.

- Увы, - я пожал плечами. - Просто будь ты Драйторном, то Дэриор наверняка был бы в курсе не только астробломира, но и о твоей жене с сыном он бы абсолютно точно знал, и наверняка помог бы скрыть их от любых охотничьих глаз.

Харлен помрачнел, поджав губы.

- К тому же, и наличие этой штуки не представляло бы для тебя тайну, - я ткнул оттопыренным большим пальцем себе за спину, указывая на накрытый тканью куб. - И вот таким вот методом исключения у меня остался только один подозреваемый.

Наши с Сидиусом взгляды пересеклись. Старый мечник стоял расправив плечи, смотрел прямо и уверенно своими холодными глазами, а на суровом лице не дрогнуло ни единого мускула.

- Сидиус, - негромко произнёс я имя своего наставника, - старый Мастер меча из таинственного ордена “Хранителей Светочи”, скромно проживающий в деревне рядом с Рэйтерфолом. Отменный воитель, вхожий в военный королевский совет, к чьим мудрым советам прислушиваются с должным вниманием, несмотря на то, что о его прошлом практически ничего неизвестно. Да и Кривглазиан после того, как я на собрании объявил себя королём, в первую очередь посмотрел в твою сторону. Уверен - ты и являешься младшим братом Дэриора Брантара Драйторна.

Не сдерживая довольную улыбку, я слегка прищурился.

- Вернее - был уверен. До тех пор, пока не услышал один очень занимательный рассказ Шейди Арн Рэн и не вспомнил о картине, которую когда-то увидел в этом зале.

Обернувшись, я скользнул глазами по целому ряду дорогих полотен и остановил их на одном из них, на котором был изображен привлекательный черноволосый мужчина, с любовью обнимающий непередаваемой красоты девушку с встопорщенными тёмно-серебряными милыми ушками и пышным хвостом, напоминающими лисьи.

- А после того, как я благодаря Мыфану изучил все имеющиеся у Афилема записи о Драйторнах, а потом ещё и поговорил с одной из кицей, то практически всё, наконец, встало на свои места.

Оторвавшись от картины, я взглянул в глаза неподвижно застывшего Харуда.

- Вечно скрытый в тени принц Рэйтерфола… - Я восхищенно вскинул брови и покачал головой. - Признаюсь честно, я понял это лишь совсем недавно. Муржит, с первого взгляда на драйторум понявший, что это такое, и который так хорошо разбирается в политической обстановке всего Объединённого Архиона не может не вызвать интерес. И этот интерес только усиливается, если вспомнить о том, что ты прекрасно осведомлён о расположении тайных ходов Рэйтерфола и алгоритмах их открытия. Хотя, это мелочи, - я слегка поморщился, - о них знает и Сидиус, ведь здесь расположена Светоч. Да и Кривглазиан смотрел не на Сидиуса, а на тебя. Но вот по настоящему же тебя выдал волчий облик, который ты принял при прорыве к порталу в Афилеме. Чтобы муржит - да в волка… Удивительно и донельзя необычно, согласен? Настолько необычно, что найти упоминание об огромном волке в истории Архиона за последние столетия оказалось не так уж и сложно. Вернее, - я поднял палец вверх, - о двух волках с черно-серебряной шерстью.

Замолчав, я вновь посмотрел на картину и глубоко вздохнул.

- Избранница Брантара была необычной кицеей… Художник, создавший эту картину, очень ответственно отобразил детали, выделив чрезвычайно милые серебряные кончики ушей и хвоста. Но, так уж получилось, что очевидцы появления громадного чёрного волка тоже не забыли упомянуть о точно таких же приметах этого прекрасного, могущественного зверя. Которые позже перенял и её волчонок.

Наши с Харудом взгляды вновь пересеклись.

- Она обладала уникальным даром обращаться в волка, который унаследовал её сын. Верно? - На моём лице мелькнула слабая, печальная усмешка. - Лишь одно мне осталось непонятно - от союза кицеи и человека рождается кицея… или кицей. Однако ты - муржит. Почему? Это такое маскировочное заклятье? Или всё же уникальная способность?

В тайной королевской сокровищнице воцарилась напряженное молчание, нарушаемое лишь тихим звуком бьющихся сердец.

А затем вдруг произошло нечто удивительное...

Харуд закрыл глаза, и в следующее мгновение его кошачья морда и лапы подёрнулись дымкой и стали оплывать. Казалось, словно что-то пытается прорваться из-под бурлящей чёрной массы, под которой с тихим хрустом перестраивались кости черепа. Но потом, спустя несколько долгих секунд, маслянистая жидкость медленно, будто нехотя, расползлась в стороны и скрылась где-то на затылке, явив нам лицо необычайно красивого кицея с чёрными, волнистыми волосами до плеч и торчащими волчьими ушами, кончики которых сверкали серебром. Его веки с длинными ресницами дрогнули и открылись, взглянув на меня прекрасными, тёмно-синими глазами.

- Ты очень сильно похож на свою мать, - выдохнул я, не в силах отвести взгляда от преобразившегося Харуда. - Тебе досталась её красота.

Принц Рэйтерфола мягко улыбнулся.

- И её дар тоже. - Он поднял руку и опустил глаза на свою ставшую человеческой ладонь. - А вот обращение в муржита это особый талант, связанный со способностями совершенной маскировки. В своё время мне пришлось изрядно потрудиться, чтобы обрести его.

Сжав руку в кулак, Харуд вновь переключил своё внимание на меня.

- Хвалю тебя, Саргон. Ты раскрыл мою маленькую тайну. Хотя, если честно, то позже я бы всё равно открылся тебе.

- Не сомневаюсь, - кивнул я. - Вот только этого “позже” ведь может и не быть. Кто знает, чем закончится наша встреча с Кальмуаром.

Сдвинувшись с места, я неспешно подошел Харуду и остановился прямо напротив него. Коснувшись пальцами своей висящей на ремне маленькой схроновой сумки, сжал в ладони материализовавшееся в ней письмо и протянул его последнему из Драйторнов.

- Поэтому надо успеть исполнить все обещания.

Не отрывая взгляда от аккуратного прямоугольника белоснежной бумаги, он протянул было к нему руку, но вдруг в нерешительности замер. Но через несколько ударов сердца он всё же взял письмо, на котором столь знакомым ему почерком было красиво написано всего одно слово: “Брату”. С трудом оторвавшись от этого необычайно родного для него слова, он с глубокой грустью взглянул мне в глаза и с благодарностью выдохнул:

- Спасибо.

Улыбнувшись, я кивнул и пожал ему плечо, после чего отвернулся и посмотрел на застывшего с поникшими плечами Кривглазиана, задумавшегося о старом друге.

- Мастер Харлен.

- М? - старый архимаг встрепенулся, вынырнув из омута далёких воспоминаний.

Я поднял свою испещрённую магическими рунами дриарилловую руку.

- Мне нужно, чтобы вы кое-что сделали.

***

Лядь! Лядь!! Лядь!!!

Тяжело дышащий Флодигарт в бешенстве перевернул стол с заляпанными кровавыми отпечатками картами и измятыми листами с цифрами статистики. Из его пасти вырвался протяжный яростный вопль.

Грёбаные гуаты!!! Потери просто катастрофические! Раненых несметная гора, а лечебных зелий и магов исцеления нихрена не хватает!! Вдобавок их ещё и зажали в этом лядовом замке!!!

Привалившись спиной к стене, енот сжал дрожащей ладонью лоб. Его горящий взгляд заметался по десяткам стонущих силзверов, вповалку лежащих на голом, окровавленом полу, зажимающих раны лапами и отчаянно взывающих о помощи. Но их собратья остались глухи к их мольбам - с безумными глазами перешагивая через искалеченные тела мёртвых и всё ещё живых, поскальзываясь на загустевающих лужах и чавкающих ошмётках, они лихорадочно баррикадировали разбитые окна и двери, затаскивали внутрь замка всё новых и новых раненых, и с всенарастающим с каждым мгновением отчаянием отстреливались и отбивались от яростно наседающих гуатов, уподобившихся самым настоящим демонам.

Флодигарт прижался затылком к стене, отрешенно вслушиваясь в звенящие в голове и вокруг крики воинов.

Л-лядь... Если ничего не сделать, то их здесь просто перебьют… Хоть зверды Харлагона и радостно вопят о том, что дракона удалось завалить, сам он в такую удачу не верил - если этот дракон действительно тот, о ком он думает, то вряд ли его смогли убить так просто. Уверен, это какая-то хитрая уловка…

Да даже если и нет, то силпатов всё равно слишком много, и действуют они не в меру слаженнее, чем они. Флодигарт не обманывал себя, откровенно признавая - это практически полное поражение, и спасти их теперь может только самое настоящее чудо...

И внезапно сквозь пропитавшие пространство стоны боли и отчаяния пробился оглушительный рёв:

- ФЛОДИГА-А-А-АРТ!!!

Зрачки енота расширились до самого упора и он неверяще уставился вглубь коридора, ведущего в недра замка.

Он сразу же узнал этот голос. Он ни за что на свете не спутал бы его ни с чьим другим. Но… что он делает ЗДЕСЬ, в замке, прямо у них под носом?! Ведь того прохода с башней колдуна больше не существует! Так как?!

- Флодя! - Вдруг раздался по лидерской связи полный безмерного удивления голос его бойца Нирона. - Гуаты прекратили наступление! Они окружили замок, но больше не нападают, позволяя нашим уйти внутрь! Не мешают даже забирать раненых! Ты что-нибудь понимаешь? Я вот что-то нихрена…

- ФЛОДИГА-А-А-АРТ!!! - вновь сотряслись стены от громоподобного зова.

- Кое-что подозреваю, - мрачно проговорил енот, стоя под взглядами растерянных силзверских воинов. - Воспользуйтесь этим перемирием на полную - отведите войска, заберите раненых, перегруппируйтесь, доложите обо всём вышестоящим. Отбой.

Отлипнув от стены, Флодигарт скривился в усмешке.

Кажется, пора кое с кем поговорить.

***

Я расслабленно стоял и спокойно смотрел на толпу окруживших нас силзверов: скалящих клыки, в ненависти пожирающих нас взглядами, в ярости и нетерпении стискивающих рукояти многочисленного оружия, что зловеще поблескивает металлом лезвий и острий. Многие из них были ранены, однако нашли в себе силы встать и, прижимая лапы к окровавленным бинтам, с мечами встретить столь неожиданно появившихся среди них врагов.

Я глубоко вздохнул.

До чего же жалкое зрелище.

И тут зверосилпаты стали беспокойно оглядываться и расступаться, пропуская по живому коридору идущего к нам енота с вертикальным шрамом на левом глазу.

Мои губы невольно растянулись в довольной усмешке.

А вот и мой старый друг.

Флодигарт остановился напротив меня. Суровый, расправивший плечи, уверенно и без страха смотрящий прямо в глаза.

- Так и думал, что тебе удастся выжить, – отчётливо сказал я на чистейшем силзверском и бросил насмешливый взгляд по сторонам. – В отличии от многих остальных.

Енот приподнял губу, блеснув клыками.

- Я тоже был уверен, что ты не сдохнешь просто так.

- Это хорошо. Значит, мы оправдали ожидания друг друга.

Флодигарт оценивающе обвёл глазами стоящих за моей спиной товарищей и раздражающе дёрнул щекой.

- Как ты смог пробраться в замок? Ведь вы разрушили за собой туннель, ведущий к башне колдуна.

Я развёл руками.

- Ну, знаешь ли, когда ты становишься королём Рэйтерфола, открываются новые пути в твой собственный замок.

Енот поначалу нахмурился, но затем его зрачки дрогнули в догадке.

- Во-от оно как… Ну что ж, поздравляю, - он с ухмылкой распахнул лапы и слегка присел, выставив вперёд ногу. – Да здравствует король.

Я хмыкнул.

- Благодарю. Ну а теперь, думаю, нам пора бы и…

- Какого лядского Фера тут происходит?! – раздался бешеный рёв за спинами молча и внимательно прислушивающихся к нашему разговору силзверов, а затем, громко топая и гремя толстыми доспехами, через их толпу к нам протолкался взъярённый, возвышающийся над всеми двуногий бегемот. Вперив в мою не шелохнувшуюся команду взгляд налитых кровью глаз, он повернулся к еноту. – Флодик! Что за Шрах?!

С некой долей заинтересованности я изучил с головы до ног буйного зверосилпата. По всей видимости, это один из местных крупных военачальников.

Флодигарт бросил на него быстрый, раздражённый взгляд, и коротко ответил:

- Это новый гуатский король Рэйтерфола. Пришел на переговоры.

- Да ну?! – Бегемот зловеще оскалил пасть с далеко не маленькими зубами и совершенно иначе взглянул на нас. – Сам королёк пожаловал? И свиту свою благородную притащил чтоль? Вот свезло так свезло! – Он упёр руки в бока. – Ну и чего гуатский королёк без королевства хочет нам сказать?

Я презрительно цокнул.

- Тц! Свали, бегемотина. Я буду говорить только с Флодигартом.

- ЧТО-О?!! – Яростно выдохнув, командир силзверов, оглушительно топоча, подошел вплотную ко мне, возвысившись, подобно горе. - А ты ничего не попутал?!

Он наклонил свою голову и приблизил морду к моему лицу.

- Знаешь, что я сделаю? Я переломаю тебе и твоим заморышам руки и ноги, возьму в плен и твоя армия встанет передо мной на колени, лишь бы спасти твою жалкую зад…

Я молниеносно вскинул вверх дриарилловую руку, из кулака которой с шелестом выскочили вспоровшие воздух чёрные лезвия, которые с лёгкостью прошили подбородок бегемота, прошли сквозь весь череп и вылезли остриями из темени. Всё ещё живой силзверский командир, ничего не понимая, таращил на меня свои выпученные до упора буркалы и с мычанием шевелил нанизанной на клинки челюстью. Наконец он поднял плохо слушающиеся лапы и беспомощно попытался ухватиться за мои руки и одежду, но его мозг уже с неумолимой быстротой умирал, разрушенный дриарилловой сталью.

Насладившись взглядом его постепенно угасающих глаз, я резко взмахнул в сторону и скинул мёртвое тело со сверкающих лезвий. Огромная туша рухнула мне под ноги, и через несколько ударов сердца неверяще смотрящие на своего павшего командира силзверы подняли на меня полные ненависти взгляды и вскинули оружие, готовясь во что бы то ни стало разорвать вероломного убийцу и его прихвостней.

- СТОЯТЬ!!! – со всей мощи взревел так и оставшийся стоять на своём месте Флодигарт, и взбешённые зверосилпаты остановились, переводя горящие глаза с него на меня.

Енот же, криво встопорщив в презрении губу, оторвал взгляд от трупа и обвёл им окруживших нас силзверов.

- Он - лимрак, способный превращаться в дракона! Мы все для него не соперники. – Он посмотрел мне прямо в глаза. – Чего ты хочешь?

Я улыбнулся.

- Мы с тобой похожи, Флодигарт. Мы оба, несмотря ни на что, идем к своей цели. И за это я тебя уважаю. – Сделав паузу, я обратился к силзверам, многие из которых испуганно отпрянули, услышав, что гуат перед ним на самом деле является лимраком. - Моя многотысячная армия стоит снаружи, готовая ворваться в замок в любой момент! Однако мне не нужен никто из вас. Я пришел сюда только ради одного – сойтись в битве с истинным убийцей царя Легратоса – Пастухаром Кальмуаром и его гуатским выродком Лютером Ричем!

Насладившись волной недоумённого ропота, удивления и растерянности, я вновь приковал к себе внимание:

- Да, всё верно! Вы не ослышались. И я клянусь пред взором Древних в том, что говорю чистейшую правду. И если я выживу в схватке с Кальмуаром, то предстану перед Архорн Ша-Гриардом с доказательствами своих слов!

Обведя взглядом толпу зверосилпатов, я вновь посмотрел еноту в глаза.

- Ты не тронул мирян и предупредил их о грядущей опасности. В благодарность за это я позволю тебе и твоим зверям уйти. Покиньте Рэйтерфол – мои силпаты вас не тронут. Однако если же вы останетесь – то умрёте все. Выбор только за тобой, командир силзверов.

Прежде чем дать ответ, Флодигарт посмотрел на своих раненых товарищей, что сейчас внимательно наблюдали за ним. Наблюдали и терпеливо ждали его слов, доверив ему право решать за них всех. Однако он прекрасно понимал, что то, что он сейчас скажет, будет иметь колоссальное значение на всю его дальнейшую судьбу в силзверском обществе.

И тогда, активировав лидерскую связь и глубоко вздохнув, он заговорил громко и чётко, так, чтобы его слышал каждый из зверосилпатов:

- Равный должен биться с равным! Король гуатов Саргон сразится с Пастухаром Кальмуаром, и тот своей победой докажет свою невиновность и право на трон Храстранхолма! Древние рассудят их, а мы же покинем замок и присоединимся к нашим братьям за стенами города. - Наши взгляды вновь сошлись. - Таково моё решение.

Улыбнувшись, я слегка кивнул.

- И я уважаю его. Как я и говорил, силпаты не тронут вас. Однако вынужден спросить – где мне искать Кальмуара?

Флодигарт дёрнул мордой в сторону уводящего вглубь замка коридора.

- В тронном зале. – Его губа дёрнулась, оголив клыки. - Он там вместе с Лютером.

- Благодарю, Флодигарт. Можешь уходить. И да не сводят Древние глаз с твоего Пути.

Развернувшись, я направился в указанный коридор через ряды расступающихся силзверов и активировал лидерскую связь.

“Лираэллит”.

“Да, слушаю, милорд Саргон”.

“Сейчас замок покинут силзверы – пропустите и дайте им всем уйти. После продолжайте удерживать оборону. Я иду сражаться с их царём Пастухаром Кальмуаром, и если не выживу, то вы должны сделать всё возможное, чтобы убить его. Это понятно?”

“Эмм… Да, конечно. Но тогда может нам сразу же присоединиться к вам в сражении?”

“Нет. Тогда все оставшиеся в живых силзверы сразу же вновь пойдут в атаку, не говоря уже о том, что этот поступок будет иметь пагубное влияние на силзверо-силпатские отношения в будущем. Пока что же есть вероятность избежать полномасштабной войны Храстранхолма с Архионом”.

“Поняла. Тогда желаю вам удачи. Пусть Древние не сводят глаз с вашего Пути. Амирус, Древниар”.

“Спасибо, Лира. Амирус”.

Когда я оборвал связь, ко мне обратилась Шейди.

- Можно вопрос?

- Валяй.

- Почему ты решил отпустить силзверов? Перебив их, ты бы получил кучу униаров и репутацию того, с кем точно не стоит связываться.

- Они должны посеять сомнения в остальных. Кальмуар должен предстать как предатель, недостойный править Храстранхолмом. Ведь если мы его убьём, это может лишь ещё больше подтолкнуть силзверов к войне с Архионом, а нам этого абсолютно точно не нужно.

- И в этом случае Рэйтерфол нам гарантированно не удержать, - добавил пояснение Харуд, который не стал возвращать себе облик муржита ради сохранения большего количества энергии и увеличения концентрации.

- Ааа, игра на будущее, - протянула девушка. - Всё понятно, больше вопросов нет.

Не встретив по дороге ни единого препятствия, вскоре очередной поворот вывел нас в центральный коридор, оканчивающийся резными двустворчатыми дверями из обитого металлом тёмного дерева. Огромные, не меньше двенадцати метров в высоту и шести в ширину, они явно были рассчитаны на далеко не маленьких посетителей. Собственно, примерно такие же здоровые были и в Афилеме – видимо, кроме чисто практического значения, это является также и частью особенностей местной архитектуры и культуры, относящейся к мифическим Вратам Древних.

Мы остановились у входа в тронный зал и невольно запрокинули головы, рассматривая подавляющие своей мощью врата.

- Ну что ж, - с внезапно появившейся хрипотцой произнёс я, облизнув пересохшие губы, - вот мы и на месте.

Переглянувшись с друзьями, я медленно поднял руку и прижал ладонь к холодной стали врат.

Глава 12

С громким, разносящимся эхом звуком величественные врата стали медленно расходиться, являя нашему взору огромный тронный зал. Круглый, с высоким куполообразным потолком, по его периметру стояли толстые колонны, украшенные поистине искусным барельефом с изображением эпохальных битв и легендарных сцен из далёкого прошлого. Сам же покрытый мрамором пол утопал на несколько метров, и вниз вело девять широких ступеней, ряды которых ровными кругами шли по всему периметру, отчего сам зал напоминал колизей. И сходство с ним только усиливалось, стоило лишь устремить взгляд вперёд, где на противоположной от врат стороне возвышался трон короля Рэйтерфола, расположение которого создавало впечатление, будто сидящий там правитель взирает с вершин на разворачивающееся практически у самых его ног зрелище.

И именно там сейчас стояли двое самых ненавидимых мною существ во всём Древнире – Пастухар Кальмуар и Лютер Рич.

Переступив порог тронного зала, мы неспешно направились к ступеням и в полном молчании стали спускаться вниз, при этом внимательно сканируя пространство в поисках скрытых ловушек. И именно тогда Лютер выступил вперёд с широко расставленными в стороны руками и громко поприветствовал меня:

- Ну здравствуй, Саргон! - его голос звонким эхом пронёсся по всему помещению. - Так и думал, что здесь появишься именно ты!

- Да ты что! - с наигранным весельем изобразил я удивление, продолжая шествие по ступеням. - Неужели моё появление было столь очевидно?

- О, ещё как! - Лицо Лютера искривились в презрении. - Ты ведь та ещё заноза в заднице, так что без тебя здесь просто не могло не обойтись.

- Ну, что я могу сказать – беру пример с тебя, друг мой! - Я перевёл взгляд на с улыбкой наблюдающего за нашим приближением Кальмуара. - Хотя вон до того деревянного дружка за твоей спиной далеко всем нам вместе взятым. Вот уж кто настоящая заноза, и по форме, и по делам.

Губы Пастухара дрогнули и растянулись в жуткой улыбке.

Рич осуждающе зацокал.

- А вот это щас было лядски недальновидно, Саргончик. Кто же в здравом уме будет оскорблять на войне своего командира?

- Опять своё лекарство забыл принять, да? - Растянувшись широкой линией мы миновали центр зала. - А то что-то путаешь – Кальмуар же твой командир, а не мой.

Мы остановились, когда до ступеней, ведущих к трону, оставалось не более четверти пути. Это было оптимальным расстоянием для начала атаки, но я медлил, напряженно осматриваясь вокруг и давая друзьям возможность как следует подготовиться.

- А ты в этом абсолютно точно уверен, а, «друг мой»? - Без тени страха смотрел на меня сверху вниз худощавый маг с болезненно-бледной кожей. - Раз уж ты досюда добрался и нам никто не мешает, то уж тогда ответь мне, Саргон – что ты вообще знаешь о Древнире, о Посланниках, о силпатах, - он слегка повёл плечом в сторону замершего Пастухара, - о Кальмуаре? Что тебе известно?

Слегка склонив голову набок, я всё же решил ответить:

- Что мне известно? Многое, Лютер. Например, я знаю о том, что Кальмуар является одним из Древних, которого собратья настолько сильно ненавидели и презирали, что не взяли с собой за Врата. И теперь эта мерзость, посмевшая именоваться царём Храстранхолма, использует тебя и всех силзверов, чтобы развязать войну, вернуть себе былое могущество и силой прорваться за Врата, даже если ценой этого будет уничтожение всего Древнира. Так что ты всего лишь жалкий инструмент в его руках, Рич. Инструмент, от которого он без малейших сожалений избавится, как только ты перестанешь быть ему полезен.

С растянувшейся от уха до уха улыбкой Лютер не выдержал и, запрокинув голову, громко рассмеялся, и эхо его вибрирующего хохота отразилось от стен.

- Вот это теория! - Он яро захлопал. - Вот это я понимаю сюжетный поворот! Ну-ка, ну-ка, а о нас, о Посланниках, ты что думаешь? А? Откуда мы взялись?

Я нахмурился, бросив взгляд на своих товарищей, стоящих по обе стороны от меня.

Почему я медлю? Но самое главное, почему медлит Кальмуар, позволяя своей дворняге чесать языком? Здесь всё-таки кроется какая-то ловушка? Или же он ждёт, что мы сделаем первый шаг? Что ж, тогда торопиться не стоит. Подождём ещё немного и послушаем, что такого интересного нам хочет рассказать Лютер. Может, по глупости выболтает чего-нибудь важного, а то вон, ему прям неймётся услышать мой ответ.

- Откуда взялись, говоришь… Что ж, подобно тебе и остальным Посланникам, я видел сны о том, откуда мы пришли. - Перед внутренним взором пронеслись необычайно яркие образы потрескавшихся дорог и высоких многоэтажек безжизненных домов, скалящихся выбитыми окнами. - Наш мир был уничтожен, поэтому мы вынуждены были прийти сюда, в Древнир, чтобы стать его частью.

Маг прижал к груди ладонь.

- Оооуу, это так ми-ило! Честно, щас блевану. – Вздохнув, он покачал головой. – Ты ошибся абсолютно во всём, Саргон. Сейчас ты далёк от истины точно также, как был в самом начале своего пути. Однако это не твоя вина, - он покрутил поднятым вверх пальцем, - дело в нём, в Древнире. Он запутал нам всем мозги. А знаешь, в чём заключается правда? В чём поистине настоящий сюжетный поворот?

Прежде чем самому же и ответить на свой собственный вопрос, он выдержал драматичную паузу:

- Мы экспанты, Саргон.

- Экспанты? - сдвинув брови, я недоумённо поморщился.

- Именно! - Лютер развел руки в стороны. - Мы прибыли сюда, чтобы захватить этот грёбаный мирок! Мы захватчики, Саргон. Все лядские Посланники являются захватчиками, цель у которых только одна – поработить Древнир. - С каждым ударом сердца он жестикулировал всё активнее и активнее. - И наш родной мир не уничто-ожен, не-ет – он живее всех живых и процветает, как никогда раньше! Межпространственные перемещения, Саргон! Благодаря им наша Великая Империя находит, захватывает и присоединяет к себе всё новые и новые миры, постепенно становясь хозяином всей Вселенной!!!

Его глаза буквально блестели от восхищения.

- Мы верные псы нашей родной Ксантии, Саргон. Псы, что должны в пасти притащить очищенный кровью и огнём трофей к ногам Священного Восьмирата.

Едва эти слова слетели с его губ, как мои виски сдавило болью и я зажмурился от вспыхнувшего в голове калейдоскопа образов, звуков и голосов, обрушившихся на меня, подобно снежной лавине.

Ксантия… Восьмират…

- Н-нет… - пошатнувшись, я с тяжелым дыханием тряхнул головой.

- Саргон! - стоящий справа Кривглазиан шагнул было ко мне, но я резко вскинул руку, останавливая его.

Смотря Лютеру прямо в глаза, я процедил сквозь стиснутые зубы:

- Ты лжешь! Я помню, как на наш мир напали!..

- И твои воспоминания нисколько не врут! Вот только знаешь ли ты, кто и зачем на нас напал, м?! Так давай же я тебя просвещу! Тебя и твоих м-милых древнирских друзей, чтобы и они больше не томились в неведении о своём потрясающем, легендарном прошлом!

Он буквально выплёвывал каждое слово, словно капли смертоносного яда.

- Всё дело в грёбаных Древних, Саргон! Когда мы открыли Врата в этот поистине огромный и богатый мир, который бы стал настоящей жемчужиной в нашей обширной коллекции, то наша армия неожиданно встретила такое яростное сопротивление, какого ещё не видела ни в одном из сотен захваченных ранее миров! Нашим воинам противостояли те самые прославленные Древние, которых здесь почитают за самых настоящих богов! Ооо, Великие Ушедшие, что покинули этот чудесный мир через неведомые Врата, отыскать которые способны лишь достойнейшие из достойных! Брехня!!!

Его лицо исказилось яростью и отвращением. Больше не контролируя себя, он орал и тыкал в нас пальцем.

- Знаете, куда делись ваши лядские Древние на самом деле?! А?! Сдохли все до единого!!! Вы ходите по их трупам! Месите грязь, пропитанную их кровью!!! Ведь они не были богами! Они были вами! Вами!! Первым поколением древнирцев, с которыми столкнулась наша не ведающая поражений военная машина!!!

Тяжело дыша, Лютер стиснул зубы и закрыл глаза, успокаиваясь. Пригладив волосы назад, он взял себя в руки и вновь посмотрел на нас, замерших в изумлении от услышанного.

- Однако на этот раз наша экспансия захлебнулась, и мы были отброшены. Но спустя время мы повторили попытку, вот только на этот раз в Древнир был отправлен наш самый лучший командир, - маг повернул голову к замершему позади Кальмуару, - командир, ставший во главе двардрэнских псов.

- Не может быть!.. - глаза Сидиуса расширились и он быстро взглянул на не менее ошарашенного Харуда. - Это невозможно!

- Да, вы всё правильно расслышали, - на его губах заиграла мерзкая улыбочка. - Двардрэны являются частью нашей бесстрашной армии, состоящей из совершенных убийц и кровожадных ублюдков. Настоящая элита элит, которым незнакомы чувства жалости, прощения и сострадания. Воины из сотен миров, стоящие на службе Восьмирата, и подчинённые сильнейшему воину Ксантии, - он повёл рукой, - Кальмуару.

Хмыкнув, Рич пожевал изнутри губу и покачал головой.

- К сожалению, потомки этих первых так называемых Древних отнюдь не сидели сложа руки. Не без оснований предполагая, что мы обязательно снова нагрянем в их непокорный мирок, они старательно готовились к нашему возвращению, тщательно разбираясь в устройстве наших межпространственных Врат и без устали воздвигая вокруг Древнира изощрённую магическую систему защиты. Вот только они не успели её закончить до начала второй волны экспансии.

Он усмехнулся, скользя взглядом по нашим лицам.

- Но упорства этим упрямым ублюдкам было не занимать. Так что они не остановились и не замедлили свою работу, отчаянно пытаясь закончить начатое, тогда как весь остальной Древнир встал на пути могущественного Кальмуара, чья бесчисленная Армия Ночи шаг за шагом покоряла содрогающийся в предсмертной агонии мир. Никто и ничто не было способно его остановить, даже сильнейшие существа Древнира – драконы, были уничтожены им все до единого.

Голову вновь пронзает нестерпимой болью, и старые воспоминания накатывают жгучей волной, на считанные мгновения унося меня в приносящее страдания прошлое, в которое я бы больше никогда не хотел возвращаться.

…Из моей пасти наружу рвётся громогласный рёв. Его мгновенно подхватывает воинство из тысяч драконов, и мы несёмся вперёд, прямо на бесчисленную армаду тварей Ночи, копошащихся под ногами своих владык - гигантских Сазэримов, мерно вышагивающих по земле, либо парящих над своей армией на могучих крыльях…

Лютер болезненно скривился, опустив глаза нам под ноги.

- Вот только Древние всё-таки успели доделать свою лядскую систему. И едва она была активирована, как вся наша двардрэнская армия вмиг испарилась вместе со своим великим ксантийским военачальником. - Он снова посмотрел на нас. - Однако окутавшая Древнир защита была несовершенна. Сказалась спешка и недоработка архисложных плетений и символогических конструкций. Так что её запустили практически на авось, потому что медлить было больше нельзя – и именно поэтому получилось то, что получилось.

Немного помолчав, Рич продолжил:

- А ведь их задумка была проста и гениальна – исказив питающие межпространственный переход энергитические потоки, через который экспанты проникали в их мир, они разорвали и замкнули его на девятнадцать мелких Врат, пропускная способность которых была не больше нескольких жалких единиц в день, причем минимумом являлся абсолютный ноль. На некоторое время это обезопасило бы их от новой ксантийской орды, но полной гарантии безопасности всё-таки не давало. Поэтому они пошли на очень хитрый трюк – вы только вдумайтесь в это! – эти подлые ублюдки встроили в свою систему полное обнуление памяти у тех, кто пройдёт воплощение через эти Врата, ставшие именоваться “Колыбелями”, в которых, по легенде, якобы рождаются некие Посланники самих Древних.

Он довольно хохотнул, глядя на наши охреневшие лица.

- Умно они придумали, не правда же? Прочистить мозги своим врагам и сделать их частью истории своего собственного мира! Полная и тотальная ассимиляция! Но ведь и этого оказалось мало – они ещё и разобрали по косточкам саму суть того, что даёт нам нашу невероятную силу и сверхъестественные способности. Разобрали, изучили, и нагло своровали, внедрив её к себе! Вот так вот и появилась “наиуникальнейшая” дриаровая система! Эдак через какие-то жалкие десятки лет они бы получили мир, полностью населённый сильнейшими воинами во всей вселенной, сравнимыми по могуществу с лучшими экспантами Ксантии! И которые, вдобавок ко всему, ещё и будут сражаться за этот грёбаный мир против своих же собственных собратьев!

С яростно раздувающимися ноздрями близкий к границе безумия маг стал лихорадочно сжимать и разжимать кулаки.

- По первоначальному плану Кальмуар со всей своей Армией Ночи должен был быть стёрт с лица Древнира и вытеснен в его подпространство, и уже оттуда его вместе с ксантийскими воинами затянуло бы в Колыбели для обнуления воспоминаний и окончательного перерождения. Однако, как я и говорил, система была далека от совершенства и обладала рядом изъянов, серьёзно повлиявших на задуманное. Так что как только защита была активирована, то ринувшаяся во все стороны волна развоплощения вместо того, чтобы вышвырнуть двардрэнских псов за изнанку мира, смогла лишь очистить от них часть территории Древнира и остаться стоять незыблемой стеной, которую топчущаяся отныне у её границ Армия Ночи оказалась не способна ни сокрушить, ни преодолеть. Хотя, - его рот искривился в усмешке, - и в этой преграде нашлись свои бреши.

Харуд с Сидиусом мрачно переглянулись. Кому, как ни Хранителям Светочи было знать об этих трещинах в защите – ведь их башни были построены на них, и именно через них твари Ночи не прекращали своих бесконечных попыток прорваться и уничтожить весь мир.

- Увлекательная история, согласны? Однако мы уже практически подошли к её окончанию. - Лютер улыбнулся. - В общем, для защиты своего мира Древние сделали ещё одну вещь - вся их оставшаяся боевая армада действительно покинула Древнир, уйдя через Врата. Через наши межпространственные Врата, прямо перед тем, как их магратическое плетение разорвало их на девятнадцать грёбаных кусков, ставших девятнадцатью Колыбелями. И знаешь, Саргон, куда они отправились? На нашу с тобой родину – на Ксантию, центральный мир всей необъятной Империи. Они ступили на нашу землю, и попытались уничтожить всё, до чего только могли дотянуться. Они не рассчитывали выжить - целью их самоубийственного порыва было отнять как можно больше жизней и нанести как можно больше разрушений, чтобы у нового поколения Древнира с полностью промытыми мозгами появилось время не только на наращивание сил для отпора новой волны экспансии, но и на ответный удар уже по нашим колониям. Ты ведь помнишь это вторжение, не правда ли, Саргон?

…С каждой новой вспышкой ветвящихся молний я видел очертания исполинских фигур, медленно приближающихся к городу. Они шли, предвестники хаоса и разрушения, и от их поступи содрогалась земля, покрываясь сетью крупных трещин…

Оскалившись, я дёрнул головой.

Л-лядь!..

- Ооо, ну конечно же помнишь! Именно его ты и видел в своих снах. Снах, которые жители этого мира видеть не способны.

…- Каждую ночь мне видятся обрывки сновидений, и, думаю, это не сон, а воспоминание.

- Сновидений? - Сидиус озадаченно нахмурился и выгнул бровь. - Что такое «сновидений» и «сон»?...

Лютер щёлкнул пальцами.

- В любом случае, стоит признать – Древние своего добились. Мы стали действовать опрометчиво. И, взъярённые их наглой атакой и потерей связи с Кальмуаром, после отражения их нападения мы тут же послали новое боевое подразделение для окончательного, как нам тогда казалось, подавления последних остатков сопротивления - которое, как ты уже понял, тоже не вернулось. И вот тогда-то буйные головы остудили свой пыл и стали разбираться, пока, наконец, не выяснили, что именно за коварные сети отныне окружают Древнир. Стало понятно, что не имеет ни малейшего смысла и дальше жертвовать опытными бойцами, ведь отправляя их через Врата, мы обрекали их на неизбежное обнуление памяти и формирование совершенно новой личности в непредсказуемой физической оболочке. Ведь ты же не забыл слова Мандрима Знамиира, верно?

…- Ты спросил, кем я хочу быть, но каковы варианты?

- Их нет. Ты ограничен лишь своим желанием…

- Здесь ты можешь стать кем захочешь, - продекламировал Лютер иными словами тот же самый смысл. Или же нет? Ограничение собственным желанием и становление кем захочешь всё же накладывают разные ограничения… Неужели Знамиир сказал ему иначе?? - Удивительно, но именно это и оказалось решением наших проблем. Ведь зачем посылать профессиональных воинов, если можно отправлять калек, больных, стариков, нищих и прочий ущербный сброд, от которого на Ксантии и в колониях нет абсолютно никакого толку, однако который в Древнире может стать абсолютно кем угодно, ступив на Дорогу Могущества. И ведь никого даже и уговаривать толком не пришлось – все сами добровольно ломанулись в магический мирок за новой жизнью! Естественно, перед отправкой всех экспантов подвергали всевозможным психологическим и ещё бог весть каким изощрённым обработкам, чтобы воздействовать на глубинное подсознание и добиться хотя бы частичного пробуждения старой личности для выполнения задач во благо Ксантии. - Он шумно выдохнул и улыбнулся. - Но всё было тщетно до тех пор, пока в один из дней запертый за изнанкой мира Великий командир двардрэнских псов не смог, наконец, пробиться сквозь брешь обратно в Древнир.

…серая кора древоматери с ужасающим треском взорвалась изнутри и Троллиария с криком боли и отвращения выплюнула из своего чрева нечто тёмное и склизкое. Покрытые жижей гибкие, шевелящиеся жгуты существа стелились по земле, длинные пальцы с острыми когтями вгрызались в грязь, а покрытое чёрной корой извивающееся тело мерзко трещало, разрабатывая новые мышцы и суставы.

А затем оно вдруг замерло, и в следующее мгновение резко развернуло голову и посмотрело прямо на меня своими горящими во тьме желто-оранжевыми глазами…

- Теперь-то ты понимаешь, Саргон? Кальмуар вернулся, однако подпал под воздействие системы и лишился большей части своих былых сил! Все эти годы он крупица за крупицей возвращал их, и когда они восстановятся в достаточной мере, Посланники Ксантии наконец смогут вспомнить своё прошлое! НАШЕ ПРОШЛОЕ, Саргон! Ведь сюда отправились не только калеки, но и добровольцы, у каждого из которых были на то свои собственные причины!

Моё сердце на мгновение сжалось.

Стойкое, никогда не покидающее меня желание что-то или кого-то найти в этом огромном мире, чтобы наконец исполнить обещание, данное в моей прошлой, давно ушедшей жизни…

Обещание…

- Саргон, ты только подумай! - Крик Лютера пробился в моё сознание, преодолевая окутавшую его гудящую трясину. - Когда Древнир всё-таки падёт к нашим ногам и станет частью Единой Империи, мы получим возможность стать верховными правителями этого мира! Хотя, если тебе это не по вкусу, всегда можно двинуться на покорение новых миров, как то делает Великий Кальмуар. Ну, или можешь вернуться на Ксантию и встать вровень с могущественнейшими родами древнейшей аристократии. - Он мерзко ухмыльнулся. - Для этого всего-то и нужно, что помочь нам с Кальмуаром вернуть всем Посланникам их отнятые силой воспоминания. Разве ты этого не хочешь? Узнать наконец, кем же ты являешься на самом деле?

В тронном зале наступила звенящая тишина, нарушаемая лишь взволнованными ударами сердец моих друзей, замерших в ожидании судьбоносного ответа своего короля.

Я слегка дёрнул щекой, криво усмехнувшись, и медленно поднял взгляд на Кальмуара, посмотрев прямо в его сияющие жёлто-оранжевые глаза.

- Твоя шавка что-то тут так долго распиналась, что мне уже даже стало скучно. – Я смерил остолбеневшего Лютера презрительным взглядом. - Неужели столь жалкий силпатишко достоин того, чтобы ты сделал из него Сазэрима?

Лютера Рич нахмурился в недоумении, в то время как Кальмуар словно бы ожил и в сильнейшем воодушевлении подался вперёд, шевеля своими многочисленными, свисающими с кроны гибкими прутьями.

- Оооо! - его жуткая улыбка стала ещё шире. - Как интере-е-есно! От бесполезного Таллиара ты этого узнать не мог, значит, ты поглотил кого-то ещё из моих старых друзей? Ммм, плохой лимрачик, очень плохой. И кто же это был?

Я хмыкнул.

- Скоро узнаешь.

- Оооу, - Пастухар закатил глаза, - как самоуверенно… Что же касается дорогого Лютера, то, боюсь, уж тебе-то, Саргон, с ним теперь точно не справиться.

- Да неужели? - Я насмешливо вскинул бровь. - Хочешь сказать, что этот малохольный, жадный колдунчик стал настолько силён, что сможет совладать с Дравэрином?

Глаза Кальмуара ярко вспыхнули, а рот приоткрылся в изумлении.

- Так ты один из Сияющих Цикла!

Пожав плечами, я с наглой ухмылкой развел руки в стороны.

- К вашим услугам.

Пастухар громогласно рассмеялся.

- Превосходно! Просто великолепно!!! - Его древесная пасть оскалилась в наслаждении. - Что ж, раз ты явил своё настоящее лицо, то и мне больше незачем скрывать свой истинный лик.

Кальмуар расправил лапы с гибкими пальцами-ветвями и из его глотки раздался искаженный хохот, от которого кровь леденела в жилах. А затем его тело огромного Пастухара вдруг стало с хрустом перестраиваться: напоминающая грязные потёки кора сдвинулась и разошлась, являя белую древесную кожу; тонкие женские руки с острыми ногтями прошлись по формирующейся изящной талии и гладкому животу, появилась полуприкрытая корой подтянутая грудь, выгнувшаяся от глубокого, жадного вдоха, и ствол внизу с треском распался, разделяясь на две длинные ноги с совершенными бёдрами и очерченными икрами. Прижав ладони к запрокинутой голове, это сбросившее наконец свой отвратительный кокон создание явило миру прекрасное, и одновременно с этим пугающее своей жестокостью высеченное из дерева женское лицо. Пригладив пальцами многочисленные гибкие ветви волос, опадающие ей на спину и плечи, её полные губы разошлись в манящей улыбке, а желто-оранжевые глаза сверкали непоколебимым превосходством, не скрывая более своей подлинной сути.

Кальмуара. Пастырь Цикла.

- Ты ведь пришел сюда биться, верно, Саргон? - Прозвенел чистый, преисполненный предвкушения голос. - Уверена - даже всё только что услышанное тобой не поколеблет твоего решения! Что ж, меня это полностью устраивает!

Мы смотрели друг другу в глаза - неведомый Пастырь и лимрак. Две ужасные твари этого мира, вселяющие всепоглощающий страх в сердца каждого из жителей Древнира.

И сегодня один из нас должен будет умереть.

- Так начнём же, Сияющий!!!

Она с криком взмахнула рукой и вогнала свои пальцы-ветви в мраморный пол, и плиты под нашими ногами тут же треснули, разрываемые хлынувшими из-под земли острыми корнями. Но за миг до того, как они обрели свободу, я с силой оттолкнулся от дрогнувших осколков и отпрыгнул назад, взмыв высоко в воздух, краем обострившегося до предела зрения отмечая, как в разные стороны разлетаются члены моей команды, избегая встречи со смертоносными пиками.

Мы с Кривглазианом ударили одновременно.

Моя рука метнулась за правое плечо и сомкнулась на рукояти яростно пульсирующей Вайнории, и когда под Кальмуарой загорелась ослепительная символогическая конструкция и всё утонуло в ревущем столбе раскалённого докрасна огня, я выхватил меч из заплечных ножен и четырежды стремительно взмахнул крест-накрест – со сверкающего лезвия сорвались серповидные росчерки чёрного пламени, со свистом разрубившие воздух и врезавшиеся в древесную плоть пошатнувшегося ненавистного врага. По ушам ударил звон разбившихся витражных окон, кожу опалило жаром, одновременно с которым по тронному залу разнёсся крик Пастыря:

- Вайнория!!! Какая встреча!!! - магическая фигура архимага под её ногами с грохотом разлетелась на сотни быстро гаснущих частей, и широко улыбающаяся Кальмуара вышла из опавшего пламени, с исходящими от её тела раскалёнными потоками. - Теперь-то ясно, откуда ему известно о Сазэримах!

Она раскинула руки в стороны и из её глотки вырвался вибрирующий вопль, от которого сама ткань реальности внезапно с протяжным треском разорвалась, и из недр зияющих клубящейся тьмой ран хлынули яростно ревущие орды тварей Ночи. Отпихивая друг друга, со стекающей их зубастых пастей слюной, двардрэнские псы, убийцы, палачи, магдвардрэнские бестии и даже Лорды Ночи – все монстры, которых за эти годы Кальмуаре удалось вытащить из плена небытия, прибыли на зов своей Госпожи и ринулись на нас.

- Лядь! – крутанув верный клинок, Сидиус с парящим вокруг него Щитом Светочи сорвался с места, увернулся от щелкнувших подле него челюстей и отрубил башку стародавнему врагу, тут же ринувшись к следующему и одновременно раздрабливая летящим щитом череп прыгнувшего на него двардрэна…

Со звенящим стальным лязгом в толпе монстров трансформируется Мыфан, и из искусственного тела древнего гомункула вырываются десятки смертоносных манипуляторов, и пронзительно звенящие вращающиеся пилы вгрызаются в чёрные тела, вскрывая толстую броню и заливая всё вокруг хлещущей кровью. Мелькают сверкающие лезвия, уходят глубоко в плоть длинные иглы, разлетаются взрывающиеся мелкие металлические шарики, усеивая всё вокруг дергающимися конечностями и шматами дымящихся внутренностей…

Злобно оскалившийся Лютер Рич с криком вскидывает руку с материализовавшимся в ней посохом-мечом и сверкающий в его навершии магический камень вспыхивает ослепительным сиянием. Под потолком тронного зала тут же разливается хаотично перекатывающиеся черно-синие облака, из недр которых ринулись остриями вниз сотни ледяных копий, которые с оглушительным хрустом разбиваются о загоревшийся магический барьер.

- Аргхх!! Шхайратовы пучины!!! - надсадно захрипел согнувшийся Харлен Кривглазиан, с трудом удерживая волшебный щит под таким чудовищным натиском. - Откуда в этом мелком ублюдке столько силы?!! Прихлопните его, Лядь вашу!!!

- Не ворчи, дедуля! - доносится до него крик Скайдэн. - Сделаем!

А в следующее мгновение по воздуху проносится прыгнувшая через весь зал лимра, которая, крутанувшись, разрубает мечом крылатого магдвардрэна на две половины, а затем молниеносно мчится к земле и обрушивает лезвие на Лютера. Однако тот вдруг с непостижимой скоростью перехватывает своё оружие и бьёт со всей силы ей навстречу – их клинки с гудящим звоном сталкиваются, и Рича со Скай отшвыривает в противоположные стороны спинами вперёд.

- Ого! - Не скрывающая своего удивления лимра выпрямилась и тряхнула немеющей рукой, совершенно иным взглядом окидывая колдуна. - А ты хорош!

Маг оскалился.

- Ты даже не представляешь, насколько!

Сорвавшись с места, они ринулись друг к другу…

Бегущая вверх по колонне Шейди оттолкнулась и, сделав сальто, с разворота взметнула руками и с кончиков надетых на пальцы рунических напёрстков сорвались блеснувшие синевой пустарные нити, взметнувшейся волной устремившиеся к Пастухару. Однако на их пути внезапно возник огромный, закованный в шипастую броню Лорд Ночи, ударом хищной алебарды перерубивший смертоносные нити...

С выброшенного в ударе дриариллового кулака слетает тугой поток наполненного острыми каменными осколками воздуха, который сметает первые ряды бегущих двардрэнов, иссекая их плоть многочисленными разрезами, а со следующим ударом сердца моё тело скручивает стремительная метаморфоза. Трещащий позвоночник вытягивается, набухающие мясом мышцы нарастают, а затем многократно увеличившийся корпус наконец перевешивает и я падаю вперёд, разламывая мрамор грянувшими о него ладонями, уже ставшие уродливыми лапами. Трансформация занимает считанные мгновения, и чёрный дракон Гарганор расправляет гигантские, упирающиеся в потолочный свод крылья, вырывая из него целые каменные блоки, что падают вниз и раздавливают до кровавого месива визжащих тварей.

Резко отрыв глаза с отливающими серебром вертикальными зрачками, я не смог сдержать рвущийся на свободу оглушительный рёв охваченного яростью драконьего короля.

- Гарганор!!! - невольно попятилась Кальмуара, запрокинув голову и не сводя изумлённого взгляда от возвышающегося чудовища. - Так у нас сегодня прямо встреча старых друзей!

Резко втянув воздух в пылающие лёгкие, я распахнул зубастую пасть и из недр глубокой глотки хлынул поток испепеляющего огня. Но в этот же самый миг по длинным гибким прутьям на голове возопившей Кальмуары пронеслись сверкающие зелёные разряды, глаза вспыхнули ярким светом и из пор и трещин её покрытого чёрной корой тела вырвался ослепительно-изумрудный столп силы, который понёсся вперёд и с ужасающим грохотом столкнулся с ревущим пламенем. Во все стороны разлетелись раскалённые жидкие капли сплетённых в схватке огня и магии, сжигающие заживо верещащих монстров, и зал наполнился пронзительными воплями боли и запахом палёной плоти.

Несколько кратких мгновений два яростных потока сражались друг с другом, и никто из них не мог одержать верх в этом безумном противоборстве. Но затем вдруг изумрудный столп налился ярчайшим светом и засверкал с невероятной силой, и миг спустя он словно накинувшийся голодный зверь стал стремительно пожирать отчаянно сдерживающее его пламя, а в следующую секунду наконец достиг драконьей морды и объял всё его тело.

Я взревел от нестерпимой боли, чувствуя, как в крошево разрушается чешуя, плоть и кости. В глаза словно впились сотни игл и они с булькающим звуком лопнули, кровь в венах вскипела и разорвала их, хлынув на сжавшиеся в судороге органы. Но едва исполинские сердца отгремели последний сдвоенный удар, как из разорвавшейся спины Гарганора вылетает сгусток чёрной жижи, который молниеносно трансформируется из бурлящего месива в покрытого чёрной чешуей страгена.

Усилив пустарами собственное падение, я рухнул на двардрэнское отродье и разрубил его материализовавшимися в лапах широколезвийными ножами. Вогнав когти в пол, с силой отталкиваюсь, стремительно срываясь с места и, уворачиваясь от вражеских клыков и мечей, разрезаю десятки тварей, отсекая конечности, потроша животы и вспарывая глотки.

Прыжок Дравэрина!

Пустарная энергия распирает мышцы ног и я совершаю резкий бросок вправо, взмывая в воздух прямо над Пастырем. Смотря в глаза медленно повернувшей голову в мою сторону Кальмуары, из покрытой сверкающими трещинами груди которой только что перестал бить разрушительный луч, я выхватываю из пространства хищно сверкнувшую Вайнорию и её перламутровое чёрно-синее лезвие распадается на части. Закрутившись вокруг себя подобно торнадо, я ринулся к земле и вспоровшие воздух острия сегментированного меча с оглушительным хрустом раз за разом вгрызаются в древесную плоть возопившей в бешенстве пастухары, спускаясь от самой шеи по спине и ногам.

Грянув ступнями о мраморные плиты, я одним движением собираю лезвия Вайнории и вновь прыгаю ввысь. Стена стремительно приближается, переворачиваюсь ногами вперёд и врезаюсь в неё, тут же мчась вперёд по каменной поверхности.

Удар! Удар!! Удар!!!

Со свистом порхающего в моей руке меча срываются пламенные полудиски, врезающиеся в Кальмуару и оставляющие на её теле глубокие, горящие чёрным огнём росчерки, из которых сочится зелёная, фосфорирующая кровь. Но в следующий миг яростно кричащий Пастырь вздымает ладони и из них вылетает туча толстых древесных болтов. Мои серебряные зрачки расширяются до упора, я резко торможу и рву от напряжения мышцы, отбивая клинком все летящие в меня иглы, что играючи прошивают камень в считанных миллиметрах от моего тела. Но не успел я перевести дух, как распахнувший крылья Лорд Ночи стремительным росчерком несётся прямо ко мне, выставив перед собой сжатое в руке копьё. Однако длинное острие пронзает лишь пустоту, проносясь над моей головой и разламывая стену позади меня, в то время как я сам рывком ухожу вниз.

Короткое падение спиной вперёд, переворот и приземление на ноги. Краем глаза замечаю справа размытое, едва видимое движение, и с на миг ослепившей черно-синей вспышкой на Кальмуару прыгает огромный волк с блестящей агатово-серебряной шерстью, со всего маху вгрызающийся в её шею белоснежными клыками. Пошатнувшаяся древесная стерва едва не упала, а затем с диким рёвом вонзила в бок Харуда свои длинные, острые пальцы, и хлынувшие из её предплечья ветви моментально оплели повисшего на ней волка. Сотни смертоносных шипов впились и растерзали плоть последнего из Драйторнов, захрустели ломаемые кости. Перед залитыми кровью глазами всё помутнело от боли, но он лишь ещё сильнее сжал челюсти и в слепой ярости замотал головой, разрывая глотку врага. А в следующее мгновение Кальмуара в бешенстве отшвырнула его в сторону, и волк, разломав своим огромным телом колонну, с громогласным ударом врезался в стену, сжимая в пасти вырванный из шеи кусок пастухаровой плоти.

И в эту же самую секунду я оттягиваю руку назад и изо всех сил швыряю Вайнорию в Пастыря – несколько раз перевернувшись в воздухе, полыхающий ненавистью меч с оглушительным звоном разбивает вскинутый гадиной магический барьер и по самую рукоять входит в её тело чуть выше левой груди.

На самой границе восприятия слышу свист рассекающей воздух стали, стремительно поворачиваюсь и хватаю дриарилловой ладонью опускающееся на меня лезвие ятагана. Тело тут же скручивает волна трансформации и я резко прибавляю в росте, сжимаю правой лапой голову двардрэна, с силой оттягиваю её в сторону и вгрызаюсь зубастой Роганской пастью в пульсирующую шею, а затем рывком отрываю его башку. Ноздри покрытого чёрной чешуёй волколака раздуваются, жадно втягивая запах крови, и сочащаяся алой слюной пасть растягивается в зловещей ухмылке.

Отливающие серебром вертикальные зрачки устремляются на Пастыря, в злобе отшвыривающего вытащенный из раны меч.

Прыжок Дравэрина!

Мраморные плиты под ногами разлетаются в крошево, в морду хлещет бешеный поток воздуха, из поднятого дриариллового кулака выскакивают чёрные клинки и из груди рвётся громогласный рёв. Я словно на краткий миг замираю перед самым ударом, и в это самое мгновение Кальмуара вдруг с нечеловеческой скоростью вскидывает руку, и вместе с грянувшим по барабанным перепонкам криком в меня вонзаются слетевшие с древесной лапы ветвящиеся, ядовито-зелёные молнии. Пронзительная боль скручивает тело, расширенные до упора глаза слепят хаотические вспышки, всё разлетается на рваные обрывки и тонет в кроваво-красных всполохах, а прожигающие плоть молнии сносят меня назад, отбрасывая через весь тронный зал и обрушивая спиной о пол. Во все стороны разлетаются обломки, воздух рывком вырывается из полыхающей груди и я с хрипом пытаюсь втянуть его обратно, задыхаясь от обжигающего горло запаха горелого мяса.

Загребая землю скрюченными в судороге когтями, я с развороченной в месиво левой стороной морды опускаю взгляд уцелевшего глаза на своё тело и пялюсь на края обугленных дыр, из которых торчат плавящиеся кости и конвульсивно сжимаются дымящиеся органы, а в разорванной чешуйчатой грудине шипит одно из окровавленных сердец.

Л-лядь!.. До чего же… больно...

С поселившимся в ушах мерзким, протяжно-звенящим писком, я приподнимаю голову и словно во сне вижу, как Кальмуара указывает на меня вытянутой рукой и с неё срываются сотни шипастых ветвей, что сплетаются в острый, шевелящийся бур.

Полуразрушенный, изо всех сил пытающийся регенерировать мозг пронзает донельзя чёткая мысль - не увернуться…

И тут в уже практически пронзившее меня ветвяное острие неожиданно врезается яростно кричащий енот, с размаху перерубивший мечами брызнувшие зелёной жижой древесные отростки, взвившиеся в агонии подобно клубку змей с отрубленными головами. Приземлившийся Флодигарт молниеносно разворачивается и резким движением с силой метает в лицо Кальмуаре один из клинков, лезвие которого со свистом рассекает её брызнувшую ошмётками коры скулу.

С дёрнувшейся от удара головой, оскалившаяся в бешенстве гадина оглушительно взревела, вперив полыхающий взгляд в полосатого силзвера:

- Предатель!!!

Ощерив клыки, Флодигарт зарычал, с ненавистью выплюнув:

- Кто бы говорил, сучара!

И в этот самый момент из гущи двардрэнов выпрыгивает Мыфан с крутящимися на безумной скорости паучьими конечностями, и со всего маху врезается этой оглушительно жужжащей пилой прямо стерве под колено. Трансформировавшиеся предплечья рук с зигзагообразными лезвиями с силой ударили в содрогающуюся ногу и вошли в неё по самое основание, в то время как десятки других чудовищных манипуляторов с лязгом принялись кромсать скрывающиеся под разлетающейся древесной кожей волокна плоти. Потоки фосфорирующей крови вперемешку с ошмётками мяса хлынули из-под вгрызающихся всё глубже зубьёв, а затем из спины Владыки Гомункулов с протяжным свистом вылетают цилиндры со стальными наконечниками, резко разворачиваются в воздухе и громогласно разрываются при ударе об тело пронзительно визжащего Пастыря.

Внезапно из позвоночника Кальмуары прорываются четыре гибких, скрученных из десятков корней щупалец, и в ту же секунду левое верхнее из них набрасывается на Мыфана, моментально оплетает его грудь и конечности, и рывком вырывает из раны под коленом. Отчаянно сопротивляющийся гомункул попытался освободиться, но в следующий миг все остальные щупальца накинулись на него и с гремящим стальным скрежетом разорвали надвое, отшвырнув в стороны половинки разломанного тела.

Вот же Лядь!!!

Превозмогая боль, я перевернулся на бок и из моей пасти хлынула разлетевшаяся по полу кровь.

И тут тронный зал сотряс ворвавшийся в него мощный поток магического холода, от которого пол со скрипом стремительно покрылся коркой льда, и не успевшие убраться с его пути двардрэнские отродья с воплями повалились на землю и забились от боли в заледеневших конечностях.

- Мы здесь, Саргон!!!

Из распахнутых врат внутрь вбежали Беара, Вирхем, Драксан Аблагард, Вильяр, Берта, Сиэрд и воинственно кричащий во всю глотку Гобля. Команда пришедших на выручку друзей тут же ринулась в атаку на бегущую на них армию Ночи.

Всё ещё стоя на коленях и упираясь ладонью об пол, я вновь поворачиваю голову к Кальмуаре и тут же резко вскидываю взгляд, замечая двух ринувшихся на меня сверху Лордов Ночи. Но неожиданно на их пути сверкнули ярко-голубые нити - время словно на мгновение замерло, а в следующий миг высоко за их спинами пронеслась Шейди и пустарные струны затянулись, впившись глубоко в плоть и изломав крылья, а затем девушка крутанулась вокруг себя в воздухе, и тварей с хлынувшей из ран кровью и разорванными конечностями снесло в сторону, с размаху размозжив о стену.

Приземлившись и пробороздив ногами землю, окровавленная Шейди вскинула на меня взгляд и закричала что есть мочи:

- Давай!!!

Невзирая на ужасные раны, слабость и боль, я не позволил себе и тени сомнений, с рёвом вскочив на ноги и ринувшись к Кальмуаре. В мышцы вновь хлынула волна едва восстановленной пустарной энергии и тело свело в стремительной трансформации: плечи, руки и ноги с хрустом увеличивались в размерах, обрастая целыми кусками мяса, что за доли секунды превращалось в тугие, покрытые чёрной драконьей чешуей мышцы горного тролля. Слева вдруг оглушительно рвануло и огненное заклятье Кривглазиана разметало толпу двардрэнов. Я же бежал по тронному залу, содрогающемуся от грохота моих опускающихся ступней, и Пастырь с яростью бросилась мне навстречу. Но буквально за несколько мгновений до столкновения я ломанулся левым плечом вперёд.

Прыжок и Удар Дравэрина!!!

На невероятной скорости я стремительным рывком врезался в Кальмуару и мы полетели вперёд, а в следующий миг она с ужасающей силой ударилась спиной в стену, придавленная многотонной тушей Таллиара. Грянул разлетающийся на куски камень, во все стороны ринулись змеящиеся трещины, а затем с новым ударом сдвоенных сердец из моей груди вырывается пропитанный ненавистью рёв и я вскидываю правый кулак, с глубочайшим наслаждением вминая его в лицо поднявшей глаза Кальмуары. Её голова от могучего удара вдавливается в стену, и я тут же бью снова, на этот раз дриарилловым кулаком. И я не останавливаюсь, атакуя, атакуя и атакуя. Живот! Голова!! В челюсть снизу вверх!!! Прямой дриарилловым в открывшееся горло, а затем правой сразу в лицо, разламывая брызнувшую зелёной кровью скулу!!!

Я замахиваюсь и оттягиваю левую руку для удара, и меж смятыми костяшками с металлическим лязгом выскакивают сверкающие чёрнотой хищные лезвия.

ЗА ТРОЛЛИАРИЮ! ЗА МОЮ МАТЬ!! СДОХНИ-И-И!!!

Блеснувшие клинки ринулись к глазам Кальмуары, но она внезапно с криком перехватывает мой кулак ладонью и смертоносные острия замирают в считанных миллиметрах от ненавистных жёлто-оранжевых зрачков. С предплечья гадины на мою руку тут же хлынул поток оплетающих ветвей, сжавший её с невероятной силой, а затем десятки длинных деревянных кольев впились в плоть прямо туда, где заканчивается металл и начинается обычное мясо и кости. Взревев от боли, я наношу удар правым кулаком, но тут она молниеносно бьёт в грудь ногой - грудина с хрустом продавливается, рёбра трещат и ломаются, прошивая обломками лёгкие и сердца, а воздух с кровью выплёскивается изо рта. Ужасающая сила удара отшвыривает меня назад и древесное щупальце с чавкающим звуком отрывает мою дриарилловую руку.

Меня переворачивает в воздухе и я с размаху падаю на пол, превращая разбегающихся в панике двардрэнов в кровавое месиво. Потом, подобно мячу, тело вновь отпружинивает от земли, меня бешено кувыркает и всё перед глазами превращается в сплошной круговорот. Но я вонзаю пальцы уцелевшей руки в практически полностью разрушенный мрамор и упираюсь ногами, бороздя задом вперёд и выкорчёвывая следом за собой целые складывающиеся гармошкой каменные куски.

Из рваного обрубка левого плеча хлещет кровь, грудь пульсирует и горит, а в ушах гремят барабанные удары заходящихся в бешеном ритме сердец.

Усиленный до предела слух различает стремительно приближающийся шелест и я вскидываю глаза, видя, как по полу ко мне несётся поток шевелящихся корней. Я успеваю вскочить на ноги, но в то же мгновение гибкие отростки в рассекающем воздух броске настигают меня, набрасываются на ступни и голени, и рвутся вверх, вонзаясь в пах и живот. Я с яростным рычанием пытаюсь вырвать их из себя, разрезая ладонь о многочисленные шипы, но несмотря на моё отчаянное сопротивление сотни копошащихся острий впиваются вдоль всего тела, жадно погружаясь в солнечное сплетение и грудь. Всенарастающая боль разбивает все барьеры сопротивления и захлёстывает разум, из пасти гремит оглушительный вопль, который захлёбывается из-за втыкающихся в шею ветвей. Я чувствую, как ожившие стебли с силой раздрабливают челюсть, просачиваются меж передними зубами, лезут в нос и крепко вгрызаются изнутри в носоглотку. С коротким свистом в череп чередой мощных ударов входят, подобно забиваемым гвоздям, ленты извивающихся игл. А со следующим ударом сердец древесные щупальца Пастыря резко напрягаются и моё тело начинает медленно разрываться надвое. С треском расходится чешуя и кожа, лопаются натянутые до предела мышцы и жилы, хрустят ломающиеся кости черепа и рёбер, ручьями фонтанирует алая кровь, и хрипящий рёв вибрирует из располовиненного горла.

С последним мощным рывком Кальмуара разрывает могучее тело горного тролля на две половины, но прямо перед этим из его спины выпрыгнул комок чёрной жижи, с влажным шлепком упавший в нескольких метрах от бьющихся по земле окровавленных ошмётков. Из содрогающегося в спазмах чавкающего мешка слизи вылезла быстро обрастающая плотью человеческая рука, а затем и вторая, смолянистые потёки которой складывались в дриарилловую сталь. Существо перевернулось, вытянувшийся пузырь расползся на голых костях черепа, в пустых глазницах которого формировались глаза, и жуткая челюсть с растущими из дёсен зубами распахнулась, с ужасающим звуком втягивая воздух в постепенно увеличивающиеся новые лёгкие.

- До чего же ты живучая тварь! - Скривившись от злобы и гнева, оскалившаяся Кальмуара в ярости двинулась к ползущему спиной вперёд лимрачному отродью.

Я же лежал на спине и не отрываясь смотрел на неумолимо приближающегося Пастыря, лихорадочно пытаясь восстановить тело и завершить трансформацию.

Но я не успевал.

Щупальца за спиной Кальмуары взметнулись, и их зловеще шелестящие гибкие отростки приготовились в последний раз броситься на ослабевшую добычу.

Ну же! Давай, восстанавливайся, грёбаное тело!!! ДАВАЙ!!!

С воплем пастухары переплетённые жгуты шипастых корней слились воедино и ринулись на меня.

НЕ-Е-Е-ЕТ!!!

Я инстинктивно закрываюсь правой рукой, и в это же мгновение передо мной что-то мелькает и поток ветвей со всего маху врезается в парящий Щит Светочи.

С расширенными до упора зрачками я смотрю на спину вскинувшего левую руку Сидиуса, согнувшегося и напрягшего все мышцы от обрушившейся на него мощи, однако несмотря ни на что упорно продолжающего стоять на ногах. Непоколебимо висящий в воздухе чёрный щит оплетают сотни ветвей, изо рта Хранителя рвётся яростный рёв, ступни начинают скользить назад, а затем вдруг с правой стороны вылетает одно из нижних щупалец и подобно бросившейся кобре устремляется в него. Сидиус взмахивает мечом во второй руке и сверкнувшее лезвие рассекает полную острых древесных зубов пасть надвое, но в следующий же миг нисколько не замедлившийся, извивающийся обрубок с ужасающей силой вонзается в грудь старого воина, прошивая броню вместе с плотью, костями и сердцем.

На моё лицо брызгает кровь Наставника с вырвавшихся из его спины корней, и я, остолбенев, смотрю на то, как он медленно поворачивает ко мне голову и наши с ним взгляды пересекаются.

- Сар… - едва слышно слетает с его распахнувшихся губ, с уголка которых стекает алая капля крови.

А затем Сидиус исчезает в нахлынувшем на него бешеном потоке шипастых ветвей, который играючи отрывает его от земли, изо всех сил сжимает, с хрустом ломая все кости, и с мощью обрушивает вниз, вминая в продавливаемый от удара пол, во все стороны от которого разлетаются обломки мрамора.

Из моей груди рвётся наружу протяжный, оглушительный рёв, и я одним слитным движением оказываюсь на ногах и стремительно срываюсь с места.

Прыжок!

Слух прорезает свист вспарываемого пространства и в мою вытянутую ладонь влетает рукоять пронёсшейся через весь тронный зал Вайнории. А в следующий удар сердца я с молниеносным переворотом в воздухе перерубаю копошащееся щупальце, впившееся в Сидиуса. По барабанным перепонкам бьёт яростный вопль Кальмуары, из взметнувшегося комка корней хлещет зелёная кровь, и я приземляюсь на землю рядом с телом искалеченного друга.

Сидиус…

Сквозь переплетения дрожащих в агонии гибких веток я вижу смотрящий прямо на меня глаз всё ещё живого старого мечника, покрытый сеткой лопнувших сосудов, и его кривящиеся губы с кровавым вздохом выплёвывают пропитанные всепожирающей ненавистью слова:

- У-бей его!..

Моё лицо искажается в ужасающем оскале, и я оборачиваюсь к Кальмуаре, исподлобья смотря на эту лядскую тварь. Несколько кратких мгновений мы не отрываем друг от друга глаз, а затем я вскидываю Вайнорию и с направленного в грудь гадине острия срывается луч бушующего чёрного пламени, которое разбивается о сплетённые воедино четыре ветвяных щупальца пастухары. Подбросив меч с бьющим из его лезвия огнём, я бегу вперёд и совершаю Прыжок Дравэрина, трансформируясь прямо в воздухе: лапы, шея, хвост и морда стремительно вытягиваются, позвоночник удлиняется, кости с хрустом видоизменяются. Миг – и сквозь клубы взметнувшегося огня выскакивает чёрная виверна Дэйра, которая с разворота в воздухе со всей мощи бьёт хвостом.

Удар Дравэрина!!!

Соединившиеся в корневой щит щупальца Пастыря с оглушительным треском разламываются от столкновения с моим шипастым, объятым синими пустарными разрядами хвостом, который продолжает свой путь и с чудовищной силой врезается в грудь Кальмуары. Покачнувшаяся от страшного удара потрясённая тварь делает несколько шагов назад, но удерживается на ногах. Не давая ей времени опомниться, я, едва рухнув на землю, тут же отталкиваюсь всеми лапами и в молниеносном рывке вгрызаюсь острыми клыками прямо ей в глотку. Возопившая Кальмуара врезается спиной в стену, её зелёная кровь хлещет в мою пасть, а зубы всё глубже и глубже погружаются в пульсирующую плоть. Длинные пальцы охваченной яростью пастухары стальными клешнями сжимаются на моей вытянутой морде, когти вонзаются в дёсны, и она с невиданной силой разжимает сомкнувшиеся смертоносным капканом челюсти. Но едва она смогла оттянуть вверх мою рогатую башку, как вдруг грудь бьющейся в захвате Дэйры с хрустом разрывается и из окровавленного нутра вылетает дриарилловый кулак горного тролля Таллиара, который со всего маху врезается в её лицо и с треском сминает его. Затем слившийся с виверной тролль с яростным рёвом бьёт правым кулаком, ломая в труху левую скулу, и в это же самое мгновение из продолжающих терзать Пастыря лап рептилии с чудовищным, вибрирующим криком вылезают ужасно деформированные тела волколака и страгена, впивающиеся когтями и клыками в её кровоточащее, содрогающееся тело. А затем из моего покрывшегося бурлящим чёрным месивом левого плеча вырывается голова Короля Драконов Гарганора, который смыкает свои сверкающие клыки на ключице прижатой к стене Кальмуары.

Однако даже вся мощь Лимрачного Дравэрина оказалась несравнима с могуществом Пастыря Цикла.

Гибкие жгуты волос взъярённой Кальмуары нахлынули на меня, пронзая плоть, органы и кости, сминая оплетённые конечности, вырывая из тела целые куски горячего мяса, протыкая глаза и заползая в черепа. Доселе невиданная боль пронзила разум, превращая его в вопящий сгусток пульсирующих страданий. И когда пастухара надвинулась вперёд, отталкивая меня от себя, из выгнувшегося затылка Гарганора вырвалась маленькая человеческая фигурка, на несколько долгих мгновений зависшая над двумя сцепившимися монстрами.

Словно с замедлившимся в стократ временем я медленно поднимаю согнутую в локте дриарилловую руку и смотрю прямо в полыхающие бешенством глаза запрокинувшей голову Кальмуары. Её тело покрыто многочисленными трещинами зияющих ран, сочится фосфорирующая зелёная кровь, сотни атакующих корней на голове торчат в плоти громадного лимрачного чудовища, а мысли спутаны и выжжены дотла обуявшим разум безудержным гневом.

Мои губы растягиваются в широкой, зловещей ухмылке.

Попалась!

Дриарилловую руку охватывает сеть сверкающих энергетических молний, веер распадающихся магических рун и горящих символограмм, а затем, сливаясь с бешеными ударами моих сердец и разрушая то, что совсем недавно было схроновым рунирным барабаном Коллапса, из стальной ладони с ослепительной голубой вспышкой стала появляться Светоч. Разрывая пространство, из пустарных нитей соткалось сияющее, направленное вниз длинное синее острие, а следом за ним сформировались неогранённые края большого, наполненного светом Истинной Силы могущественного кристалла. И как только Светоч проявилась окончательно, я прижал дриарилловую ладонь к её ледяным, высасывающим униары граням и надавил что есть силы.

УДАР ДРАВЭРИНА!!!

Я рухнул вниз подобно разящему божественному копью, отдавая в этом падении всего себя без всякого остатка. Униары, пустары, эмоции, чувства, жизнь – ради силы я сжигал всё в горниле Светочи, не пожалев даже саму бессмертную душу.

И слившись вместе с чудовищным криком Кальмуары острие Светочи с оглушительным хрустом пронзает её грудь, уходя в неё практически по самое основание.

С резанувшей по глазам вспышкой грянувшая пустарная волна резко отрывает мою ладонь от кристалла и отшвыривает в сторону, словно тряпичную куклу. Всё вокруг бешено закрутилось, дыхание перехватило, мышцы сковало в ужасающем спазме. Но в следующий же миг я стискиваю зубы, собираю волю в кулак и рывком возвращаю контроль над сознанием и телом, стремительно переворачиваюсь в воздухе и с грохотом приземляюсь ногами на землю, тормозя спиной вперёд и оставляя за собой длинные борозды из разрушенного мрамора.

Тронный зал Рэйтерфола потонул в содрогнувшем его вопле безумия и нестерпимой боли. Рухнувшую Кальмуару корёжило и ломало в судорогах, её ногти бессильно царапали и ломались о торчащий в груди кристалл Светочи, который с каждым мгновением неумолимо вытягивал из бьющегося в агонии тела всю скопленную им силу, иссушая его жадными, могучими глотками. И вместе со своей Госпожой выли и корчились все двардрэнские отродья, из которых она безжалостно пожирала жизненную силу в отчаянной попытке вырвать из себя сверкающую глыбу.

Но все её попытки были тщетны.

- КАЛЬМУАР!!! - отброшенный к стене Лютер Рич с плещущимся в глазах ужасом рухнул на колени и в неверии протянул руки к своему Ксантийскому Владыке. - НЕ-ЕТ!! НЕ-Е-Е-Е-ЕТ!!!!!

Внезапно за его спиной возникло и стремительно разрослось густое, перекатывающееся чернильное облако, которое на миг замерло, а затем резко обволокло тело вопящего мага и моментально схлопнулось, исчезнув вместе с ним.

Не отрывая взгляда от содрогающейся Кальмуары, я медленно выпрямился, глубоко вздохнул, и неспешным, уверенным шагом направился к своему поверженному врагу, без тени улыбки на жестоком лице.

Ничто ещё не закончено. Пока ещё – нет.

Я остановился в нескольких метрах от Кальмуары, и она, наконец, обратила на меня свой взор.

- Т-ты-ы-ы!!! - перевернувшись на живот, она, из всех оставшихся сил загребая когтями взрытые обломки камня и мрамора, поползла ко мне. - Ты вновь п-помешал мне, жалкий ч-челочишко!!!

Из пастухаровой глотки вырывался надсадный, скрипящий хрип, а её глаза, смотрящие прямо в мои, горели лютой, всесжигающей ненавистью. Спокойно выдержав взгляд древнего Пастыря, я медленно поднял правую руку, слегка шевельнул растопыренными пальцами, и рассекающая воздух Вайнория с молниеносной скоростью ринулась к своему единственному возлюбленному и Хозяину, и её удобная, пульсирующая силой в такт бьющимся сердцам рукоять влетела в мою ладонь.

Я опустил меч и с силой сжал его рукоять, утопая в самых пучинах нескончаемой бездны, что смотрела на меня из недр жёлто-оранжевых глаз.

И тогда разбитые древесные губы Кальмуары разошлись в широкой улыбке, и из открывшихся на них трещин потекла зелёная кровь.

- Оооо!.. Неужели ты всё ещё надеешься избежать свою судьбу, ксантиец? - Её тело сотряслось от смеха. - Отбрось пустые надежды!.. У Сияющих Цикла только один Путь - и он ведёт по Дороге Могущества!

Не давая ей больше произнести ни единого слова, я перехватил меч лезвием вниз, вскинул его над головой и изо всех доступных сил с криком опустил дрожащее в нетерпении острие Вайнории, вогнав прямо в голову смеющейся Кальмуары чёрно-синее лезвие с клубящимся в его глубинах тёмным, перламутровым туманом практически по самую гарду. Дриарилловая сталь с хрустом прошила череп, разрезала мозг и вышла у неё из подбородка, с шелестом уйдя глубоко в пол тронного зала Рэйтерфола.

Тело Кальмуары задёргалось, дрожащие пальцы скривились, скребя по земле, а из глотки раздались булькающие хрипы. Я же стоял, стиснув Вайнорию, и не мигая смотрел прямо в жёлто-оранжевые глаза Кальмуары до тех пор, пока свет в них окончательно не погас, и самая последняя искра жизни не утонула в растекающемся мраке Очей Баглорда. Но даже тогда я продолжал безмолвно стоять, неверяще всматриваясь в ночную темень зрачков.

Кальмуара… мертва? Я… убил её? Действительно убил?

На самой границе зрения уловив какое-то движение и услышав едва различимый шелест, я вздрогнул и поднял глаза. Скользнув рассеянным взглядом по усталым фигурам замерших среди трупов двардрэнов друзей, я остановил его на пронзенном гибкими лентами корней теле, что лежало в воронке посреди потрескавшегося мраморного пола.

Си… диус…

От промелькнувшего в опустевшем сознании имени мои пальцы невольно разжались и, наконец, отпустили рукоять меча.

Сидиус…

Чувствуя, как в невыразимой тоске сжимается сердце, я иду вперёд, с трудом переставляя ослабевшие ноги.

Выживи, Учитель… Прошу тебя, выживи, как бы тяжело это ни казалось…

Перешагивая через трупы тварей Ночи, я дошел до его недвижимого тела и рухнул на колени, со стекающими по щекам слезами улавливая едва различимое, прерывистое дыхание.

- Мастер…

Я бережно сжимаю в руках его искалеченную ладонь, с болью смотря на изломанное тело и торчащие в постепенно затихающем сердце шипастые ветви.

На нас опускается тень и я поднимаю голову, глядя на вставшего рядом Сиэрда. Краткое мгновение мы смотрим друг другу в глаза, а затем поджавший губы жаброид печально качает головой.

Грудь словно сжимает ледяная ладонь.

На миг зажмурившись, я вновь смотрю на Сидиуса, устремившего прямо на меня взгляд единственного уцелевшего глаза, и заставляю себя улыбнуться.

- Мы сделали это, Мастер. Мы убили Кальмуара.

Краешек его губ дрогнул, и корка запёкшейся крови разорвалась, выпуская с последними вздохами жизни шепот едва различимых слов:

- Защити… нас… Защи… ти…

Сердце закалённого боями старого воина сделало свой заключительный, предсмертный удар, свершивший невозможное - отняв жизнь уже самого Сидиуса, Хранителя Светочи, который, как бы ни был силён мрак Ночи, стоял на защите Древнира до самого финального вздоха.

Сжимая холодеющую, огрубевшую от мозолей ладонь, что оставила рукоять верного меча, я с трудом оторвал взгляд от расползающейся по зрачку тьмы и поднял голову, встретившись глазами с сидящей на разрушенном полу Шейди, нежно придерживающей голову лежащего на её коленях Мыфана. Мягкие губы озарили окровавленное лицо усталой, ободряющей улыбкой. Тяжело дышащий, разорванный надвое гомункулярный казначей с искренним уважением к павшему товарищу опустил веки и тихо возносил молитву Древним, что обязательно встретят достойнейшего из живших силпатов у своих Врат.

Позади лилововолосой воительницы, привалившись спиной к стене неподалёку от разрушенного трона, стояла оперевшаяся на меч лимра Скайдэн, с прожженой магией бронёй и зияющими на теле глубокими порезами.

Обернувшись назад, я посмотрел на Кривглазиана, перекинувшего через шею руку израненного Харуда, едва держащегося на ногах, но так и не выпустившего из ладони клинок, до самой рукояти обагрённый густой двардрэнской кровью. Принц Рэйтерфола не мог отвести наполненного глубокой скорбью взгляда от тела лучшего друга, и по его щекам текли жгучие слёзы разрывающей душу печали.

Обессиленная Беара прижималась к заботливо обнимающему её Вирхему, успокаивающие ладони которого были полны целебного тепла.

Опустив искорёженный ударами когтей щит, Вильяр Тэк стоял, запрокинув лицо к потолку, а стискивающая лук в левой руке Берта замерла рядом с ним, прильнув лбом к его плечу и вцепившись пальцами в пропитанную алым ткань рукава.

Драксан Аблагард преклонил колено и согнул прямую спину, отдавая дань силе и храбрости великого воина.

Гобля Муржит закрыл глаза и скрестил на груди топоры, моля Духов отогнать Тени и отворить Чертог Предков для сияющей честью и могуществом души, что сокрушила врагов и отдала жизнь во имя Древнира.

Даже енот Флодигарт, опустил голову, воздавая должное павшему вражескому герою.

Вновь опустив взгляд на Сидиуса, я, наконец, разжал пальцы и бережно положил обмякшую ладонь ему на грудь.

Прощай, Сидиус.

В уважении склонив голову перед Мастером в последний раз, я поднялся на ноги и, обернувшись к трупу Кальмуары, с тенью поселившегося в глубине души мрака направился к нему. Медленно взойдя по полуразрушенным ступеням, я остановился у края пронзившего её грудь кристалла, сверкающее острие которого торчало из разорванной спины, величественно возвышаясь над нами. И устремив немигающий взгляд в недра переливающихся Истинной Силой граней Светочи, я внезапно со всей ясностью ощутил, что величественная реликвия ордена Хранителей наконец-то насытилась, наполнившись мощью сотен тысяч существ Древнира до самых краёв.

“Защити нас…” - тихо прошелестел с дыханием ветра угасающий шепот последней просьбы.

Я невольно поднял руку и опустил взгляд на испещрённую рунами дриарилловую ладонь.

Лютер… Являются ли правдой сказанные тобой слова, или же это всё коварная ложь, вложенная в твои уста Кальмуарой? Ведь многое до сих пор вызывает вопросы: почему в обрывках воспоминаний Гарганора Пастырь говорил о том, что ему нужна Вайнория, а не Древнир? Почему похожие на Сазэримов гигантские твари уничтожали мой родной мир? Что вообще означает “Пастырь Цикла”? Это прозвище? Титул? Имя? Какой смысл оно несёт? И почему Баглорд, Владыка Гладархона, желал его смерти? Да и сам Баглорд – кто он такой? Часть защитной системы Древних? Или же он сбежавший житель одного из порабощённых Ксантийской Империей миров, переродившийся в Древнире и копящий силу для отмщения? И мои сны… Они столь противоречивы…

Сжав пальцы в кулак, я закрыл глаза.

Так правда это или же ложь? Ведь если всё действительно так, то есть лишь один способ защитить Древнир и спасти всех…

- Не делай этого, Саргон, - внезапно раздался за моей спиной тихий, полный мольбы голос. - Не отправляй нас на Ксантию.

Волна холода окатила моё сердце.

А вот и ответ на мой вопрос…

Медленно открыв глаза, я опустил руку и обернулся к подошедшему ко мне Вильяру Тэку. Несколько долгих мгновений мы смотрели друг другу в глаза, а затем я, наконец, нарушил затянувшееся молчание.

- Почему? - Я прошелся взглядом по замершим в тронном зале друзьям. - Это ведь их мир, Вил. Так почему бы нам всем просто не отправиться обратно домой?

С вырывающимся из груди взволнованным, прерывистым дыханием, Вильяр стиснул дрожащие пальцы.

- Я… Я калека, Саргон… Т-там, на родине, у меня нет ничего: ни рук, н-ни ног, ни семьи, ни друзей. - Из его глаза на щеку упала слеза. - Я лишь жалкий обрубок, одиноко гниющий на кровати. День за днём. День… за днём…

Вильяр опустил голову и уставился на свои содрогающиеся ладони, на которых отпечатались глубокие следы от его ногтей.

- Я готов сражаться за Древнир, - он вновь поднял на меня глаза, в которых застыл страх и отчаяние. - Я готов драться за него до самой последней капли крови. Только, молю тебя, не отнимай у меня всё это…

Я холодно смотрел на его залитое слезами лицо, чувствуя раздирающий его душу ужас и боль. Но кто он в действительности? Всего лишь один из сотен тысяч спящих орудий с промытыми мозгами, который, стоит только его воспоминаниям вернуться, с радостной улыбкой на устах убьёт всех, кого любил, с кем преломлял хлеб и кому клялся в вечной дружбе. Ведь все они - Посланники Священного Восьмирата, преданные псы с дремлющими, заложенными установками на непреложную службу своему единственному и бессменному Хозяину. И нет гарантии, что даже я сам не переметнусь на их сторону, если сбежавшему Лютеру Ричу всё же удастся найти способ пробудить жестокую армаду Экспантов Ксантийской Империи.

Я отвернулся от Вильяра и мой повелительный голос эхом разнёсся по тронному залу Рэйтерфола:

- Уйдите отсюда. Все.

Мои верные друзья и товарищи переглянулись друг с другом, а затем молча исполнили приказ своего короля, покинув его, и предоставив ему право самому решить судьбу всего Древнира.

Придерживая и помогая Харуду, ушёл Харлен Кривглазиан.

Драксан Аблагард вместе с Гоблей без тени сомнений перешагнули порог зала.

Жаброид Сиэрд с бесстрастным лицом слегка склонил голову и тут же удалился.

Вирхем потянул за руку Беару, но та не сдвинулась с места, смотря каким-то странным взглядом, в котором застыла неведомая печаль, на спину возвышающегося Саргона. И лишь спустя несколько долгих ударов сердца она, наконец, с улыбкой отвела заблестевшие от слёз глаза и позволила Вирхему увести себя прочь.

Держа на руках Мыфана, Шейди Арн Рэн поднялась на ноги, и, бросив последний взгляд на человека, который вновь заставил её испытать давно позабытое чувство настоящей любви, направилась к выходу.

Задумчиво смотря на собрата, Скайдэн отлипла от стены и, закинув лезвие меча на плечо, вышла следом за остальными.

Мрачно нахмурившийся Флодигарт некоторое время стоял в размышлениях, но затем всё же покинул своего врага.

Остолбеневший на несколько долгих секунд Вильяр Тэк подался вперёд и хотел было ещё что-то сказать, но подошедшая в этот момент Берта положила ладонь ему на плечо и мягко сжала его. Остановившись, он обернулся и посмотрел ей в глаза. Обреченно опустив руки, Вильяр вновь взглянул на Саргона и, понурившись, оставил в одиночестве того, кого совсем недавно мог с уверенностью назвать лучшим другом.

И тогда, наконец, наступила полнейшая тишина.

Я закрыл глаза и глубоко втянул воздух в могучие лёгкие, а затем с шумом выдохнул.

Что ж… Вот и всё.

Смотря в глубины сияющего чистейшей синевой кристалла, я сжал дриарилловый кулак и меж костяшек с тихим стальным шелестом выскочили два тёмных, сверкающих лезвия.

Древняя легенда гласит, что наполненная Силой Светоч исполнит абсолютно любое желание того, кто её разобьёт.

Абсолютно любое…

Тогда что же мне пожелать? Быть может, уничтожить все Колыбели? Окружить Древнир неразрушимой защитой? Сломать заложенные Восьмиратом установки верности? Или же, наконец, настала пора освободить Древнир от ксантийцев раз и навсегда?

Я шагнул к кристаллу.

Нет. Это всё не имеет значения. Даже если Лютер с Кальмуарой солгали.

Ведь мне прекрасно известно, каково моё истинное желание.

Я вскидываю для удара дриарилловую руку и в голове гремит голос давно забытого старого друга:

…- Разве ты не понимаешь, насколько это опасно?! Там тебя ждёт только смерть!

- Значит я умру, пытаясь!..

Миг – и сверкнувшие чёрные лезвия вспарывают рассекаемый воздух, с хрустальным звоном разламывая толстую скорлупу кристалла и вонзаясь в ослепительно горящую Светоч.

Пришло время выполнить обещание из далёкого прошлого...

Ужасающе яркая синяя вспышка бьёт по глазам и меня прошивает бушующий поток Силы, проникающий в каждую клеточку моего тела и души, что становились частью этого безудержного вихря. Вихря, в котором я был не один.

И тогда я внезапно почувствовал сладкий аромат свежей малины с клубникой, переплетающийся с нежным запахом тела. И, смотря прямо в необычные серые глаза с лёгким оттенком зелёного, я, наконец, всё понял, и счастливо улыбнулся.

Да, всё правильно...

С чувством невероятного облегчения я закрыл глаза и позволил себе без всякого остатка раствориться в сиянии Светочи…

Пора возвращаться домой и узнать, как всё начиналось.

Конец первой сюжетной арки.

P.S.

Вот и финал книги, он же финал первой сюжетной арки. Как говорит Стивен Кинг: "Наконец-то я выстрадал эту хреновину!") Благодарю за терпение! Это ведь всё-таки финал всей арки объёмом в четверть книги, как понимаете, я не мог его быстро написать, учитывая, что сидел до утра за текстом) Как вам финал? Обязательно отпишите комментарий со своим мнением о прочитанной проде и о всей книге в целом. И поставьте лайк, пожалуйста)

Касаемо будущего - в этой книге ещё планируется маленький эпилог, но я опубликую его когда будет готово начало следующей книги - в него заодно вставлю и прямую ссылку на неё, так что не спешите убирать "Лик Кальмуара" из библиотеки АТ. Вторая сюжетная арка будет носить название "Маска убийцы" и выйдет скорее всего в октябре. Так что подписывайтесь на меня, чтобы не пропустить начало публикации)

Всем спасибо и до новых встреч на страницах прод)

Content

По дороге могущества. Книга пятая: Лик Кальмуара.

Глава 1

Глава 2

Глава 2. Часть 2.

Глава 2. Часть 3.

Глава 3

Глава 3. Часть 2.

Глава 3. Часть 3.

Глава 3. Часть 4.

Глава 3. Часть 5.

Глава 4.

Глава 4. Часть 2.

Глава 4. Часть 3.

Глава 5

Глава 6

Глава 6. Часть 2.

Глава 7

Глава 7. Часть 2.

Глава 8

Глава 8. Часть 2.

Глава 8. Часть 3.

Глава 8. Часть 4.

Глава 8. Часть 5.

Глава 8. Часть 6.

Глава 8. Часть 7.

Глава 8. Часть 8.

Глава 8. Часть 9.

Глава 8. Часть 10.

Глава 8. Часть 11.

Глава 9

Глава 9. Часть 2.

Глава 10

Глава 10. Часть 2.

Глава 10. Часть 3.

Глава 10. Часть 4.

Глава 11

Глава 12