Ruslan Aristov

Гарем стервозных мажорок

Глава 1

Голова очень сильно болела — Виктор раскрыл глаза, в которые сразу же ударило яркое солнце. Ему пришлось снова зажмуриться, отвернуть голову, и он чуть не упал со скамейки, на краю которой то ли полусидел, то ли полулежал.

«Что такое, что происходит? Ничего себе — попил пивка и погулял в парке!» — Виктор с трудом соображал, пытаясь понять, почему ему так плохо.

Последнее воспоминание: он вышел на вечернюю прогулку в парк Дружбы — походить и развеяться, взял с собой пиво, планшет и наушники, но через полчаса гуляния попал в какой-то зеленоватый туман, который взялся непонятно откуда, и вот теперь он полулежит на какой-то скамейке. Виктор огляделся — парк вроде бы тот же самый, а вроде бы и не очень.

«Это вообще Москва? Парк Дружбы или нет? Что происходит?» — на улице было утро, судя по погоде, а он вышел гулять вечером. — «Меня что, оглушили и ограбили? Да нет, кто бы нападал на такого амбала? Меня половина района знает!» — он отмёл эту мысль.

Присев поудобнее, он оглядел себя, и шок стал ещё более сильный: одет он был совсем иначе — в молодежный джинсовый костюмчик необычного покроя, синий цвет перемежался с разными вставками. Сбоку лежала его кожаная сумка-чехол, которую он взял в руки и открыл, совершенно точно понимая, что она как-то отличается от прежней, какими-то неуловимыми деталями. Внутри оказались наушники, планшет, небольшой бумажник и документы.

Виктор взял свой серебристый планшет «Samsung» в руки и нажал кнопку включения. Повернув его, он прочитал надпись — «Amazung» и чуть не выронил девайс, но вовремя взял себя в руки. Отложив его на скамейку, он дрожащей рукой взял в руки документ. Открыв его, он обомлел окончательно — паспорт оказался на имя Виктора Антоновича Иволгина, то есть его, но отличались две маленькие детали — год рождения и название страны.

«Российская Конституционно-Демократическая Республика? What the fuck? Мать моя женщина, что это вообще такое?» — дико встревоженный Виктор продолжил листать паспорт.

С фотки на него смотрел он сам, только моложе лет на пятнадцать как минимум — если ему сейчас было тридцать пять, то парню по паспорту — восемнадцать. Он ещё раз осмотрел себя и ощупал лицо — конечно же это был он, только явно моложе и явно более поджарый юноша, каким он и был в те годы, несмотря на активные занятия спортом.

«За что мне это всё? Неужели я умер и попал в самого себя в какой-то другой мир? Нет, не может быть, я не хочу!» — минут пятнадцать он сидел в полной прострации, слёзы наворачивались на глаза, а в голове настойчиво бились эти вопросы.

В себя его привел звук уведомления на планшете. Он взял девайс в руки и открыл сообщение, а вернее старое напоминание, которое гласило: «Уважаемый Виктор Иволгин, компания „Game Sports Quantum“ поздравляет Вас с успешным прохождением предварительного отбора — Вы показали себя достойным кандидатом. Ежегодная киберспортивная ивент-конфереция „Gold Game 2020“ начнется в 11–00 30 мая 2020 года в конференц-зале „Москва-Марков-Плаза“. Воспользуйтесь именным QR-кодом для предварительной регистрации!» — ниже был код и небольшая карта.

Виктор нажал на карту, которая немного увеличилась и ещё больше ввела его в ступор — он был в парке Дружбы, от нужного места его отделял примерно километр, но какой: здесь не было привычных ему названий улиц, зато метров через пятьсот значился объект — «Казармы Марковской Дивизии», пара кафе, ресторанчиков и трамвайная линия.

«Марковская дивизия — это же белогвардейское формирование, если меня память не подводит! Вот теперь я точно верю, что я — больше не я и попал в какую-то серьезную неприятность, потому что это точно другая какая-то Москва и Россия!» — у Виктора пересохло в горле от этих размышлений.

В себя его привело время на часах планшета — 9-55 утра. Планшет совмещал с собой и функцию телефона, Виктор сразу же посмотрел номер — к его удивлению, кодировка совпадала с привычной ему. Ещё неприятным фактом было то, что он прекрасно себя осознавал — тридцатипятилетний бывший полицейский, которого недавно уволили из-за конфликта с начальником, но сейчас совершенно ничего не знал о своём новом теле, а вернее сказать — о своей новой личности. Он ощущал, что информации много, но память как будто отгорожена какой-то плотиной, которая не даёт доступа к воспоминаниям.

«Может быть, это и пройдёт, и я получу доступ к памяти. Ладно, буду двигать к этому месту, потому что никакой другой зацепки в этом мире у меня совершенно нет. Только паспорт, адрес регистрации, немного денег и всё, что есть на мне и со мной. Не подыхать же на ровном месте теперь, а очевидный плюс — я снова молод», — Виктор немного взбодрился, похлопал себя по щекам, встал со скамейки и прихватив свои вещички, двинулся по парковой алее в сторону бульвара, который должен был его вывести к казармам и нужному зданию.

Пока он шёл, то решил пролистать новости — мобильный интернет работал не хуже, чем в прежнем мире. Как оказалось, принципиально они не отличались от новостей обычного мира:

— «Президент РКДР Георгий Корнилов вылетел в Цюрих на переговоры с генеральным секретарём блока "Антанта-Центр" лордом Эдуардом Маунтбеттеном. В повестке встречи — международный терроризм, борьба с наркотраффиком и кризисная ситуация в Северной Мексике, на Ближнем Востоке и в Афганистане»;

— «Как заявляет директор Института Биомагии РАН, доктор медикомагических наук Элина Трубецкая, с каждым годом проблема гендерного дисбаланса возрастает не только в России, но и в её протекторатах, а также во всем цивилизованном мире. По словам ученой, деструктивное влияние биомагии на мужскую половую хромосому является уже доказанным фактом, и если не предпринимать серьезных мер на мировом уровне, численность мужчин будет и дальше сокращаться, и к 2070 году уменьшиться с нынешних 44,8 % до 37,3 % от общей человеческой популяции. Как заявила ученая, это сугубо биомедицинская проблема, а если ещё взять во внимание общее мировое падение рождаемости, тяжелую криминогенную и социальную ситуацию, видеоигровую и информационную зависимость, традиционное неумение мужчин следить за своим здоровьем — ситуация может принять поистине угрожающие масштабы уже через несколько лет. По заявлению ученой — если бы мужчин можно было изолировать от магии, это стало бы комплексным решением многих проблем»;

— «Нарастает политический кризис в Веймарском Рейхе — трещит по швам правящая коалиция социал-демократов, радикальных феминисток и прогрессивных бюргеров. Рейхсканцлер Лизелотта Штреземан заявила, что „Балтийская энерголавина“ будет достроена в срок, несмотря на американское давление и санкции. Полиция сдерживает многотысячные демонстрации протеста, проправительственные „Свободные отряды радикальных феминисток“ нападают на протестующих консервативных экологов, которые блокируют важные пункты инфраструктуры на балтийском побережье. По сообщениям немецкой прессы, в случае перевыборов партия экологов — „Зеленая биомагия для всех“, уверенно наберёт 34 % голосов, они смогут сформировать правительство в союзе с евроскептиками, заблокировав таким образом „Балтийскую энерголавину“, что подорвёт европейское стратегическое сотрудничество с Россией в энергетической сфере».

«Красивая милфо-фрау, даст фору многим нашим первокурсницам», — Виктор по достоинству заценил фотку немецкой правительницы, шикарной и стройной блондинки лет около сорока с красивыми голубыми глазами и волевым лицом спортсменки-волейболистки. — «В общем, магия магией, а политика всегда остается политикой и немногим отличается от нашей. Надо будет серьезно изучить историю этого мира. Скорее всего, отличий в этом мире много, но принципиальный вектор развития и противоречия примерно такие, как и в моем мире», — сделал он вывод, выходя из парка в переулок, ведущий в сторону бульвара, на котором виднелось оживленное движение автотранспорта.

Первоначальный шок понемногу отпускал, хотя Виктор понимал, что толком так и не пришёл в себя и вряд ли придёт в ближайшее время, учитывая его тяжкую ситуацию и полную неизвестность того, что произошло с ним в его мире. Он сложил планшет в сумку-чехол, достал и пересчитал деньги — их оказалось 2487 рублей разными купюрами, причем купюры были по дизайну смесью царских и современных ему российских. Были две пластиковые карты, но естественно, пин-кода он к ним не знал, а вернее — не помнил.

Через пять минут Виктор вышел на бульвар, который назывался Флотский. Его поразила совершенно другая планировка района, которая вроде бы как и напоминала его родной, но отличалась радикально — от расположения улиц и магазинчиков и заканчивая этажностью застройки и архитектурой. После пары минут удивленного наблюдения Виктор суммировал свои впечатления об архитектуре как «СССР 80-х плюс современная Москва, фифти-фифти, с налетом европейского лоска и советского ампира».

До Марковских казарм было идти метров четыреста, и как раз бульвар там и заканчивался, упираясь в небольшой водоём. Потом ему надо было свернуть направо и дойти до нужного здания. Особенно поразили Виктора автомобили — таких причудливых дизайнов он даже в фантазиях не мог бы представить. Он оценил их как смесь советского, японского и немецкого автопрома 70-х — 2000-х годов в абсолютно равных пропорциях по десятилетиям.

«Хотел бы я себе такой джип», — его глаза зацепились за джип, похожий на очень изящную и хищную смесь «Лексуса» и «Нивы», который ехал в сторону казарм с выключенной мигалкой. — «А движение здесь не такое интенсивное, как в моей Москве», — это его тоже очень удивило.

Виктор медленно шёл, глазея по сторонам — он рассматривал всё, начиная от зданий и вывесок и заканчивая проходящими мимо людьми и проезжающими машинами. Впечатления были такие, как будто он побывал в кругосветном путешествии — этот мир при всей похожести на современную Россию был очень отличный и серьезно впечатлял. Поглощенный этим, он не заметил, как из-за угла показался патруль. Он столкнулся с ними практически лицом к лицу.

— Гражданин, что вы себе позволяете? Вы ослепли, сошли с ума или вы под действием наркотиков? — недовольно и надменно процедила высокая, спортивная русоволосая девица лет двадцати в черной униформе со знаками различия и в беретике, с серебристой нарукавной повязкой на левой руке «5-й женский учебный батальон, военная милиция».

— Здравствуйте! — Виктор постарался улыбнуться как можно более невинно и дружелюбно, хотя понимал, что не владеет мимикой лица. От русоволосой девушки сильно пахло жасмином с нотками лимона. — Задумался о своём и не заметил вас, извините пожалуйста!

— Дашенька, а как можно нас не заметить? Мы такие невзрачные, да? — девушка ухмыльнулась и повернула голову к одной из двоих своих напарниц. — Как считаешь, этот гражданин под действием запрещенных веществ?

— Ира… — сразу же осеклась вторая из девок, рыженькая и более худощавая, — вернее госпожа старший курс-юнкер, молодой человек и правда выглядел задумчивым!

— Ну не знаю, мне кажется — он чем-то обдолбан, и я предлагаю его задержать и выяснить это, — пристально глядя на Виктора, недружелюбно произнесла старшая патруля.

«Что это за кобылы? Они вообще имеют право меня останавливать? Военная, бляха-муха, милиция, что это вообще такое? Это курсантки, или юнкеры, или кто там они, чего они прицепились ко мне? Что за цирк?» — раздумывал Виктор, поскольку ему не хотелось конфликтовать с ними на ровном месте, не зная правовой режим своего нового мира и вообще ситуацию.

— Госпожа старший курс-юнкер, простите мне мою невнимательность, но я иду в «Москва-Марков-Плаза» на конференцию, и действительно очень задумался. Ещё раз простите!

— Ах, вот оно что, знаменитая игровая конференция, зомбированные игроки со всего мира слетелись, как на мёд, в надежде на большие заработки и славу. Не наркоман, так игроман, ну что за мужчины сейчас такие никудышние? — театрально вздохнула старшая и посмотрела на своих сопровождающих.

— Я не наркоман и не игроман, совершенно обычный парень, — с некоторой злостью ответил Виктор.

«Проверь его документы и номер телефона», — услышал он шепот третьей девушки, тоже русой и стройной, которая подошла к первой и сказала это ей на ухо громче, чем надо было.

— Предъявите ваши документы, гражданин! — требовательно заявила эта Ира, немного прищурившись. Её взгляд был холоден.

— Простите, я спокойно шёл по своим делам и никого не трогал. На каком основании вы требуете документы?

— На основании обоснованного подозрения сотрудника правоохранительных органов при исполнении либо приравненных к ним, руководствуясь статьями шестой и семнадцатой республиканского конституционного закона «О противодействии незаконному обороту запрещенных веществ» от 11 марта 1989 года, — уверенно глядя в глаза Виктору, чётко произнесла старшая патруля, и ни единый мускул не дрогнул на её очень симпатичном личике.

«Какие ещё сотрудники, эти девки-курсанты?! Господи, верни меня обратно, в мою родную, нормальную, по сравнению с этой фашисткой сатрапией, Россию», — горько взмолился Виктор про себя, вынужденный доставать паспорт из сумки-чехла.

Когда он отдал в руки старшей паспорт и она стала его листать, остальные девушки подошли к ней ближе и тоже начали смотреть через её плечо.

— Вроде бы всё в порядке, гражданин, отметка о регистрации действующая, но я попрошу вас продиктовать ваш номер телефона на случай, если у нас возникнут дополнительные вопросы.

Виктор порадовался тому, что успел запомнить номер, когда просматривал данные в планшете. Он продиктовал цифры, и вторая из девок, рыжая симпатяшка, достала смартфон весьма интересного дизайна и записала номер.

— Что ж, в случае чего мы с вами свяжемся. Сейчас вы можете быть свободны, гражданин Виктор Иволгин, не наркоман и не игроман. Всего хорошего! — загадочно улыбнулась старшая патруля и вернула ему паспорт.

— До свидания, — натянуто улыбнулся Виктор.

Девушки засмеялись и двинулись в противоположную от него сторону, а он ускорил ход, дошёл до конца бульвара и перешёл на другую сторону от семиэтажного комплекса зданий казармы, чтобы ещё раз не нарваться на подобную неприятность.

Он шёл вдоль какого-то явно искусственного водоёма, вспоминая, что в его реальности здесь должен быть динамовский Дворец Спорта. Движение транспорта хоть и было интенсивное, но всё равно минимум на треть меньше, чем привычное ему. На улице людей было мало, только вдалеке, на небольшой площадке со скамейками и песочницами, виднелось несколько мамаш с колясками. Здание «Марков-Плаза» очень выделялось на этом фоне, Виктор заметил его сразу, как только свернул и перешёл на другую сторону улицы.

«Классический торговый центр, в котором арендуют офисы и проводят презентации», — оценил он высокое здание из стекла и бетона, которое сверкало под солнечными лучами. — «Этажей двадцать пять, не меньше», — он попытался посчитать, но не смог из-за солнечных бликов.

Когда Виктор подошёл поближе и вошёл в сквер, то увидел перед зданием большую парковую аллею со скамейками, которые были буквально забиты молодежью в совершенно разных прикидах — начиная от шлепанцев и шорт и заканчивая строгими деловыми костюмами, хотя на улице было относительно жарко. От здания слышалась бодрая музычка, а среди засаженных деревьями аллей виднелись патрули в уже знакомой марковской черной форме. Виктор непроизвольно улыбнулся и углубился в центральную аллею — здесь было несколько открытых кафешек, которые были забиты под завязку. В воздухе витала атмосфера свободы, веселья и предвкушения.

Глава 2

Виктор шёл по алее к главному входу здания, рассматривая людей, многие из которых с интересом, но мельком глядели на него. В основном народ, молодёжь, был в мелких компаниях, облепивших скамейки, все что-то живо и весело обсуждали, размахивая планшетам и смартфонами. Виктор уловил и английские, и немецкие слова, и пришёл к выводу, что мероприятие действительно международное. Когда он был метров за сто до входа в здание — раздался звонок, и практически все находящиеся в парке покинули свои места и двинулись к центральному входу.

Возле входа стояли молодые парни и девушки в кэжуальной, светлой, летней униформе и повязками «Волонтёр», они с помощью мини-сканеров проверяли входящих. Пару минут постояв в очереди, Виктор с заранее приготовленным планшетом подошёл к парню-волонтеру примерно своего возраста. Тот отсканировал код, вручило ему флаер и сказал проходить на второй этаж, двенадцатый ряд, пятое место. Виктор так и сделал, смещавшись с потоком людей. Играла приятная, немного торжественная музыка, развевались флаги разных стран, которые Виктор оценил как очень похожие на его прежний мир.

Пройдя первый этаж — огромный вестибюль с не менее огромным баром возле стены и столиками в свободной части, Виктор поднялся по лестнице, почитывая флаер и тихонько обалдевая от происходящего. Огромный конференц-зал уже был забит до отказа — представители игровой индустрии, видеоблогеры, журналисты, но большинство зрителей — обычные геймеры-киберспортсмены со всей Европы. Все собрались послушать давно анонсированное выступление Бруно Ли Хуанга, креативного директора «Game Sports Quantum». Три года назад компания начала разработку прорывной игры с якобы полным ментальным погружением, и все игровое сообщество пребывало в томительном ожидании — подобных технологий больше ни у кого из крупных разработчиков не было. Виктор уселся на своё место и краем уха слушал обсуждение небольшой компании в переднем ряду, из которого следовало, что за предыдущий год все киберспортивное сообщество было подогрето ненавязчиво-мощной рекламной кампанией — разработчики анонсировали возможности не только играть, но и крупно зарабатывать.

Как следовало из флаера, который очень понравился Виктору своей информативностью, игра была позиционирована как стратегический и тактический симулятор реальной истории с полной свободой выбора и развития. Сама компания «Game Sports Quantum» является дочерней и принадлежит всемирному технологическому лидеру в производстве и внедрении суперкомпьютеров на основе новейших квантово-магических технологий. Их огромные подводные дата-центры гарантировали техническую надежность проекта. Акции компании выросли на 34 % только за последний год.

Виктор сидел, уткнувшись в планшет — несколько секунд назад всем допущенным в зал прилетела информация. Он просматривал рекламные описания игры «От античности к звездам», и они вызывали в нем острое желание поиграть, смешанное с колоссальным сомнением — в эти мгновение он даже забыл о своей крайне необычайной ситуации и о том, что ему вообще не об играх надо думать. Он прислушался к тому, что говорил парень с прической в виде ирокеза через два места правее от него своей спутнице:

— Сколько уже раз было такое, что разные разработчики и издатели обещали игры новой эпохи, но всё заканчивалось плохого качества графикой, завышенными требованиями к игровому железу и багами самих игр. И это не считая запредельной дороговизны таких проектов. На протяжении последних лет десяти это было обычной практикой издателей, и даже сейчас можно было играть в игры прежних лет, которые в своем графическом качестве очень недалеко ушли от нынешних. Точнее сказать, современные игры не очень оторвались от игр прошлого десятилетия.

— Ты слишком недоверчив, любимый, — послышался тоненький голосок его спутницы.

— Конечно, это было связано с кризисами в игровой индустрии, но за почти четверть века прогресс мог быть и более серьезным, я так считаю, — закончил тот парень мысль.

Пока Виктор это слушал, его пробрал мгновенный, легчайший озноб и он почувствовал, что вернулась частичка памяти, как будто всегда была с ним и он её ощущал. Сразу же появилась мысль из опыта прежней личности:

«Тут они обещают, что можно будет играть в специальных капсулах погружения, настроенных на взаимодействие с мозгом игрока с помощью новейших кванто-магических разработок. Если это не наглейшая ложь, то кроме постройки таких игровых центров в специальных налоговых зонах особых выгод для простого игрока не видно. А почем они будут продавать впоследствии готовые стим-капсулы — вообще непонятно. Да и то, если верить им на слово про реалистичность такой технологии. Опять будет какая-нибудь „Цивилизация-8-я, издание 5-е, дополнение 7-е, длс 23-е, патч 18-й“ с интерактивными вставками, корявым реал-таймом и усыпляющей музычкой», — вернувшаяся частичка памяти старого Виктора была настроена крайне скептически, учитывая его, прежнего владельца тела, большой игровой опыт и знание печальных реалий местной игровой индустрии.

Пораженный этим открывшимся воспоминанием новый Виктор вжался в кресло и крепко сжал планшет, машинально уткнувшись в экран. Информация там явно жила своей жизнью. Он как раз остановился на какой-то из рекламно-подписочных форм и даже ввёл туда имя и фамилию, когда свет в зале приглушили, и на сцену вышел интеллигентный мужчина лет пятидесяти, высокий, уже седой, в красивом черном костюме, с европейско-азиатскими чертами лица. Большинство людей в зале одели наушники синхронного перевода, которые были закреплены на подлокотниках кресел, чуть сбоку. Послышались приветственные аплодисменты, очень красивая девушка-ведущая на сцене представила его:

— Друзья, попрошу сердечно приветствовать господина Бруно Ли Хуанга, креативного директора «Game Sports Quantum».

Аплодисменты нарастали с каждой секундой, и когда достигли пика, свет в зале резко приглушили, оставив легкую подсветку сцены.

— Дорогие друзья, я рад вас приветствовать на этом эпохальном мероприятии… — начал свою речь Бруно Ли Хуанг, и Виктор понемногу проникся атмосферой. Поначалу он старался вслушиваться в речь выступающего и даже вникать в очень корявенький синхронный перевод, но минут через десять начал даже немного дремать. Речь длилась минут тридцать пять или сорок, а из приятной, своеобразной полудрёмы Виктора вывела фраза в наушниках:

— А теперь все присутствующие могут зарегистрироваться на наш закрытый бета-тест, система отберет тех счастливчиков, которые сделают это первыми, конечно же с учётом законодательства о гендерных квотах и рейтинга предварительного отбора, и компания подпишет с ними блоггинг-контракт! Регистрация будет доступна через пять, четыре… — в зале начался очень оживленный шум, народ начал ерзать в своих креслах, активно лазить в планшетах и смартфонах.

Виктору на планшет из общего вайфая пришло уведомление как раз на ту ссылку рекламной формы, которая была у него уже открыта — он её читал и даже немного заполнил, пока не задремал от ламповой атмосферы происходящего и всего пережитого. Несколькими уверенными движениями пальцев он дополнил поля анкеты, введя свой возраст по паспорту, и нажал «отправить», особо ни на что не рассчитывая.

Под продолжительные аплодисменты зала презентация вскоре закончилась, люди начали понемногу подниматься и проходить к выходу, как вдруг на планшет Виктора пришло уведомление — «Пользователь Виктор Иволгин из России. Компания „Game Sports Quantum“ поздравляет вас с отбором в закрытый бета-тест игры „От античности к звездам“. Ваш пользовательский номер — 2. Если вы согласны участвовать, нажмите „подтверждение“, и вам будут высланы дальнейшие инструкции». Очень удивленный Виктор нажал «да», сообщение ушло, и он огляделся — к его ещё большему удивлению, в зале он увидел более полутора десятков самых разных людей, которые выглядели такими же удивленными, как и он, а некоторые и не скрывали своей радости.

«Если вы ещё находитесь в конференц-зале „Марков-Плаза“, просим вас подняться в 13–00 на двенадцатый этаж комплекса, зал номер 7, код пропуска — **QR-код**. В ином случае вам будут высланы дальнейшие инструкции», — следом пришло ещё одно сообщение.

Виктор взглянул на время — 12–23. Он нажал «да, нахожусь в «Марков-Плаза», через минуту ему пришёл QR-код, и он, немного волнуясь, решил выйти в бар на первом этаже — выпить что-нибудь освежающее. В баре он был такой не один. Подойдя к стойке и заказав минералку с сиропом, он рассматривал посетителей, которые были возбуждены гораздо более, чем обычно на подобных презентационных мероприятиях — ему доводилось бывать на разных мероприятиях, начиная от официальных и заканчивая развлекательными. Его поразило то, что было очень много девушек — на глаз больше, чем парней. Если говорить о парнях, то особого доверия они Виктору не внушали — странная и неформальная молодежь, многие в очках, плохо развитые физически. Сам он был хоть и не Геракл, но реальным спортом занимался в своей реальной жизни, да и здесь явно тоже, судя по фигуре. В настоящей жизни увлекался, помимо компьютерных игр, реальной историей, юриспруденцией, археологией, историей оружия и литературой, и в отличие от многих здесь находящихся имел серьезный опыт работы, хотя и не прямо в этой жизни.

Сидя на барном стуле возле стойки, попивая холодную минералку, он рассматривал окружающих. Через пару минут к бармену, который был недалеко от него, подошла девушка — очень элегантная, спортивно-стройная брюнетка с шикарной попой и ножками, роскошными волосами, изумительными губками и красивым личиком, в больших, слегка небрежно сдвинутых очках, с дорогой на вид кожаной сумочкой, в светло-синеньком, стильном платье. Виктор услышал, как она заказала французскую минералку и его поразила цена за стакан — восемьдесят семь рублей, учитывая, что свою он купил за три рубля. Девушка походя взглянула на него и ушла куда-то в глубину зала-вестибюля.

Играла приятная, расслабляющая музыка в стиле техно-поп. Часы показывали без десяти минут час, Виктор допил воду и пошёл к самому правому из лифтов — там не было очереди. Как он заметил краем глаза, он направлялся туда не один, и через минуту рядом с ним уже стояли две очень симпатичных негритяночки — стройных, стильно одетых и черных, как смола.

«Вот только их и не хватало для полного счастья. Никак они не успокоятся со своими квотами для меньшинств, наверное. Если они тоже на тест, это можно сразу отказываться и не заморачиваться, всё равно ничего дельного не получится», — краем глаза Виктор раздраженно посматривал на девушек, настроение, и так не слишком хорошее, у него снова упало до момента пробуждения на скамейке.

Приехал лифт, Виктор с вымученно-деланной улыбкой пропустил черных тяночек вперед, зашёл следом и вопросительно посмотрел на них.

— Нам на двенадцатый этаж, — произнесла на английском и застенчиво улыбнулась одна из них.

— Мне тоже, мисс! — ответил Виктор на среднем английском и нажал кнопку «12». Его худшие опасения начали подтверждаться.

Доехали буквально за минуту, двери открылись, парень пропустил девушек в освещенный коридор и вышел следом. Обычный деловой этаж какой-нибудь корпорации.

— А вы не знаете, где здесь зал номер семь? — немного нахмурившись, спросила его та же девушка.

— К сожалению, ещё не знаю, но мне тоже надо туда. Давайте поищем, — предложил Виктор.

— Наверное, вы тоже записались на бета-тест? — радостно спросила его вторая девушка.

— Да, это так. Я и сам не ожидал, — неожиданно для себя улыбнулся он.

— Будем знакомы, я — Кристи, моя подруга — Лиэйди, — произнесла вторая девушка.

— Очень рад знакомству, я — Виктор, — он улыбнулся и кивнул обеим девушкам. Сказать, что он был прямо таки рад — вообще было нельзя, хотя девчонки оказались приятные и с отличным парфюмом.

— Куда мы пойдём? Коридор очень длинный! — Кристи доверчиво смотрела на парня, и его это смутило.

— Пойдемте вон в то крыло, видите, оттуда из лифтов выходят люди, — предложил Виктор.

Действительно, через несколько секунд одновременно приехало сразу четыре или пять лифтов, и в конце коридора образовалась неслабая толпа, в которой Виктор машинально отметил брюнетку в очках. Пока он и девушки шли туда, народ там разобрался и начал прикладывать свои гаджеты к электронному замку. Вскоре подошли туда и они. Сначала девушки, а потом и он приложили свои девайсы с кодами, открылась автоматическая дверь и они вошли в зал для совещаний, как сразу определил Виктор.

Посреди очень большого и просторного зала стоял длиннейший, стилизованный под дубовый, стол, за которым уже сидели человек около тридцати, как сразу прикинул Виктор. В самом конце стола, дальше всех от входа, во главе сидел Бруно Ли Хуанг, и этот факт особенно поразил Виктора.

«Наверно, это всё равно, что простому человеку встретиться в одном кабинете со Стивом Джобсом», — невольно пришло на ум сравнение, подсказанное информацией из памяти нового тела.

— Я думаю, все участники регистрации уже в сборе, — объявила высокая брюнетка в строгом деловом костюме, вероятно секретарша, посмотрев в свой планшет.

— Замечательно. Друзья, очень рад приветствовать вас в этом зале, — объявил на хорошем английском Бруно Ли Хуанг. Присутствующие радостно захлопали, пока он не остановил их жестом.

— Вы прошли предварительный отбор регистрации, я вам сейчас расскажу про условия бета-теста и общего контракта, и если вы не согласны, вы можете отказаться и покинуть наше мероприятие, — с улыбкой объявил оратор, переводя взгляд от одного присутствующего к другому. — Признаться, для меня лично стал большой неожиданностью такой гендерный состав наших участников, — продолжил он под веселые смешки аудитории.

Виктор тоже обратил внимание, что девушек было примерно три четверти от числа присутствующих. Он решил, что падкие на халявное продвижение в инстанете и ю-ми-тубе — а именно так здесь назывались привычные соцсети, девушки гораздо быстрее среагировали на регистрацию, потому так и вышло. Участники мужского пола Виктора тоже совсем не впечатлили — это была странного вида молодежь, и буквально пару человек примерно его возраста.

«Н-да, попал так попал. А ведь всё было так многообещающе. Зачем здесь вообще нужна такая толпа этих клоунов?» — решительно не понимал парень.

— Друзья мои, капсульная технология погружения в игру, о которой я рассказывал, она совершенно реальная и уже полностью доработана нашей компанией, имеются действующие прототипы. Ваша задача — работать единой командой. Это многопользовательская игра, рассчитанная на слаженную, целеустремленную команду. Обычно в жизни такие игровые сообщества складываются случайным образом, без преград в виде национального или гендерного признака, вот поэтому вы и здесь — все такие разные, все незнакомые, все случайные люди! — продолжил под заинтересованные взгляды аудитории свою речь Бруно Ли Хуанг. — Не стесняйтесь, угощайтесь водой или колой, — взмахнул он рукой, и несколько человек последовали его совету. Обстановка окончательно разрядилась.

— Извините, господин Ли Хуанг, но что же требуется от нас, здесь присутствующих? — уверенным голосом поинтересовался через минуту небольшого перерыва Виктор, и сразу же почувствовал любопытные взгляды всех присутствующих на себе.

«Опять я лезу впереди паровоза и беру на себя то, чего не надо брать», — с досадой подумал он, но было уже поздно.

— Это вы скоро узнаете, господин, ээ, Иволгин, верно? — усмехнулся Хуанг.

— Да, верно.

— Господа, сейчас вам надо заполнить более углубленную анкету, и после этого мы продолжим, — Хуанг что-то нажал в своем планшете, и всем присутствующим прилетела ещё одна анкета. — Вы пока заполняйте, а я ненадолго вас покину. У вас есть двадцать минут, друзья, — объявил Бруно Ли Хуанг, и вместе со своей секретаршей вышел в боковую дверь.

Глава 3

Виктор вздохнул и быстренько огляделся — присутствующие начали более активно шушукаться между собой, атмосфера была довольно дружелюбная и непринужденная. Виктор очень быстро ответил на вопросы анкеты про знание языков (начальный английский и немецкий, хотя у него был твердый средний уровень), опыт работы (нулевой здесь, естественно), увлечения, игровой опыт, путешествия (нулевые), на разные психологические вопросы. Ещё были умело замаскированные вопросы по политкорректности, гендеру и меньшинствам, с подвохами — он их смог более точно определять после прочтения анкеты по второму и третьему разу, отвечая в самом либеральном стиле своей реальности. Минут через пятнацать он отложил планшет на стол.

— А вы уже заполнили, да? — прошептала Лиэйди, которая сидела слева от него.

— Да, это очень несложная анкета, — пожал он плечами.

— Ну я бы так не сказала, — девица была явно расстроена. — А что такое Dota 3? Это такая игра, да?

«Зачем же ты записывалась на игровой тест такой игры, милашечка, если не знаешь даже этого?» — Виктор испытал острое чувство досады.

— Да, это игра, можете так и ответить, — постарался он произнести спокойно и приветливо.

Девушка продолжила что-то неуверенно нажимать в своем девайсе, а Виктор тем временем оглядел присутствующих за этим столом.

«Негритяночки, молодые укурки из какой-нибудь Румынии, норвежская фитоняшка, непонятный аферист из Италии, тупорогая немчура, азиатские ботаны с кислотными прическами, шведская блондинка с дефицитом солнца на коже и ума на лице, ещё какие-то не отягощенные умом барышни, брюнетка эта непонятная. Н-да, может мне сразу отказаться? Чувствую, ничего дельного из этого не выйдет, разве что сфоткаться на память с Хуангом, мой будущий инстанет это классно двинет, я надеюсь. Послушаем, что он в итоге предложит», — суммировал свои первичные наблюдения Виктор. — «Я бы с такими просто в самую завалящую игру добровольно играть не стал бы, а тем более в киберспорт, это же просто цирк с плохо дрессированными гамадрилами. В чем тут смысл то? Ну какие из этих девок игроки в стратегию? Они и слова такого наверняка не знают!» — его удивление таким отбором тестеров нарастало.

Точно через двадцать минут вернулся Ли Хуанг и секретарша.

— Дамы и господа, — он сразу приковал к себе внимание, — ваши анкеты скоро будут обработаны, и на этом основании мы предварительно выберем лидера вашей команды бета-тестеров. После этого я расскажу подробнее про контракт, общие условия и отвечу на вопросы, которые возникнут, — он стоял, держа руки за спиной и оглядывая присутствующих.

«Умеет он заинтриговать и разогреть аудиторию», — отметил Виктор.

— Дамы и господа, будьте любезны прочитать предварительный ознакомительный контракт, который составлен в полном соответствии с «Законом о защите персональных данных» Российской Республики, «Законом о неразглашении» Швейцарской Конфедерации и «Законом о защите корпоративных данных» Европейского Экономического Союза, — предложила девушка-брюнетка, которая стояла чуть сзади Хуанга.

Виктор поежился. Когда начинают фигурировать понятия о неразглашении [1] — это очень серьезно. И надо десять раз подумать, прежде чем связываться, если для этого нет явной взаимной выгоды сторон — а он пока что краем своего рационального сознания особо сильных выгод для себя не видел. Он взял планшет и начал читать — стандартный NDA, который он неоднократно встречал, работая сначала кабинетным аналитиком в одном из департаментов московского ГУВД в своей настоящей жизни, а впоследствии — системным администратором в этом же департаменте. Виктор нажал «согласен». А вот условия самого контракта были насколько жесткие, настолько же и интересные:

а) Проживание в закрытом корпоративном комплексе под Цюрихом, Швейцария, на время теста, полный пансион с питанием, развлечениями и бассейном, медицинская страховка 3-го типа;

б) Игровой рабочий день — не менее и не более восьми часов;

в) Стандартная оплата в размере трех минимальных зарплат по нормативу Швейцарской Конфедерации;

г) Запрет на выход с территории комплекса без надлежащего разрешения со стороны администрации проекта;

д) Запрет на информирование родственников и посторонних о предмете и особенностях игры, о технических и визуальных характеристиках игрового оборудования;

е) Награда по итогам выполнения — от зачисления в штат корпорации до подписания личного блоггинг-контракта, плюс солидная денежная премия тем, кто выполнит поставленные задачи второго этапа тестирования;

ж) Штрафы за невыполнение и нарушение условий — очень жесткие, вплоть до уголовной ответственности.

«И блоггинг-контракты пока даже не уточняются, хотя они мне вряд ли помогут здесь заработать денег в том виде, в каком я думаю. Условия жесткие, но для основной массы присутствующих — просто райские, но возможно, что я и ошибаюсь — мне ничего о них неизвестно, кроме того, что они явно заядлые геймеры. А вот соглашаться ли мне, это вопрос — и здесь я ничего не знаю, и там попаду непонятно куда и с какой перспективой», — Виктор тягостно раздумывал о том, как же не ошибиться.

— Скажите, господин Ли Хуанг, — он поднял руку, — а сколько продлится данный бета-тест?

— Исходите из того, что это минимум три месяца, а возможно — и до полугода, — объявил исполнительный директор, глядя в глаза Виктору.

Смешки и шушуканье в зале сразу прекратились и все потенциальные тестеры озабоченно уставились на Хуанга.

— Три месяца? — на английском с интересным акцентом пораженно спросила блондинка, которую Виктор определил как шведку.

— Друзья, не переживайте, — Хуанг успокоительно развел ладони, — у вас будет время на раздумья, ровно одна неделя. Если вы не согласны, вы просто забудете об этом разговоре в соответствии с подписанным вами NDA, и мы предложим другим желающим освободившиеся места в порядке очереди. Я понимаю, что это немалый срок, но и условия со стороны нашей корпорации — более чем щедрые, — он обвёл взглядом присутствующих, и многие закивали в знак согласия.

— А вы можете рассказать подробнее про блоггинг-контракты? — спросила Кристи, сидевшая через стул от Виктора.

— Кристи, да? Каждый блоггинг-контракт будет определяться индивидуально по итогам окончания теста. Чем лучше вы себя покажете, тем больше корпорация вложит средств в ваше дальнейшее медийное продвижение, — очень туманно ответил Хуанг, и Виктор отметил, что все присутствующие девушки развесили уши и внимают ему, как гуру или пророку.

— А нам действительно не разрешат выходить? — спросил молодой парень.

— Первые дни — выходить не рекомендуется, а в дальнейшем — вы сможете гулять и отдыхать, где захотите, но не покидая пределы Цюриха и его пригорода, — немного нахмурился Ли Хуанг. — Не переживайте, всё это вы сможете обдумать в ближайшую неделю и потом задать вопросы. А ещё вас по любым возникшим вопросам проконсультирует наш корпоративный юрист, госпожа Хельга Вальдек, прекрасный специалист в своём деле и очень отзывчивый человек, — он чуть поклонился в сторону девушки-брюнетки в деловом костюме.

— Уважаемые участники, если вас что-либо смущает, обращайтесь ко мне, я вам подробно расскажу, — кивнула и улыбнулась брюнетка, которую Виктор поначалу посчитал секретаршей.

«И конечно же тебе можно верить, как самому себе, ты ведь точно не обманешь», — посмеялся про себя Виктор.

— А теперь я хотел бы объявить о том, как наша система на основании обработки анкет выбрала лидера вашей команды. Но сначала я бы хотел провести более свободные выборы, — весело засмеялся Бруно Ли Хуанг и сел в своё кресло. — Друзья, возьмите свои девайсы, там указан номер каждого из вас в соответствии с рассадкой здесь — вам будет удобно определить своего кандидата, программа подскажет, и нажмите на номер того, кто по вашему мнению, достоин быть командным лидером. Это выборы вслепую, поскольку вы ничего не знаете друг о друге, но мне крайне интересна ваша интуиция!

Все сидящие за столом пришли в движение, Виктор оказался номером «девятнадцать» в рассадке, и прикола ради он проголосовал за Лиэйди, сидящую слева.

— Итак, подведём итоги. Номер «девятнадцать» — безусловный лидер, получивший 22 голоса, номер «четыре» — 6 голосов, номер «восемнадцать» — 2 голоса, — объявил Бруно Ли Хуанг, и все захлопали, глядя на Виктора, который остро ощутил себя не в своей тарелке.

— Поздравляю! — заявила шведская блондинка с нотками зависти в голосе, номер «четыре», глядя на Виктора.

«Ну вот как это возможно? С каких делов? Что-то здесь не то, просто задницей чувствую, откуда эти 22 голоса могли взяться?» — Виктора начали одолевать острые сомнения и тревожные предчувствия — чуйка просто вопила во всю, что надо бы отказаться, пока не поздно, и давать по тапкам отсюда.

— Дамы и господа, я скажу даже больше — наша система определила как наиболее подходящего по своему игровому опыту лидера именно господина Виктора Иволгина, — торжественно заявил Хуанг, оглядывая присутствующих и остановив в самом конце взгляд на нём. — Виктор, вы согласны возглавить нашу команду бета-тестеров?

Виктору стало весьма неудобно от взглядов, обращенных на него. В них были любопытство и зависть.

— Господин Ли Хуанг, я очень польщен вашим предложением, но всё же хотел бы подумать… — начал говорить Виктор, но собеседник его перебил:

— Я вас понимаю, господин Иволгин, мы этот вопрос обсудим немного позже.

Сидящие за столом начали шушукаться, посматривая на Виктора.

— Виктор, а почему вы не соглашаетесь? Это ведь такое классное предложение, — повернулась к нему Лиэйди и произнесла шепотом свой вопрос.

— Мисс, предложение действительно интересное, но у меня учёба, — неохотно ответил ей парень.

— Ах, значит у вас нет времени? — в красивых карих глазах девушки мелькнули любопытство и заинтересованность.

— И времени нет, это точно, — вздохнул Виктор, прекрасно понимая, что как раз времени у него навалом.

Тем временем Бруно Ли Хуанг произнес завершающую речь и закончил её словами:

— Очень рад познакомиться со всеми вами, друзья. И я, и наша компания, мы ждём вашего окончательного ответа. Если вы согласитесь, за эту неделю постарайтесь уладить свои дела и будьте готовы к напряженной, но очень интересной и творческой работе. Даже не к работе, а настоящему приключению, потому что компания возьмёт на себя все организационно-транспортные дела — об этом вам придёт предварительное уведомление через два дня, — завершил он речь под аплодисменты присутствующих. — До свиданья, друзья! — Ли Хуанг приложил руку к сердцу и чуть поклонился.

— Ой, а можно с вами сфотографироваться? — сразу же посыпались вопросы от девушек-любительниц селфи.

— Можно! — с улыбкой кивнул Ли Хуанг и зал пришёл в движение.

Почти все девушки подошли к Хуангу, он начал с ними переговариваться и делать селфи. Виктор сложил планшет в чехол, поднялся из-за стола и направился к той самой двери, через которую он сюда вошел. Она открылась автоматически, он вышел и направился к ближайшему лифту, намереваясь спуститься в бар. У него была мысль тоже подойти к Хуангу и сфотографироваться, но он сообразил, что там придется слишком долго ждать, а у него было острое желание уйти из фокуса внимания окружающих и перекусить. Кроме того, надо было очень серьезно поразмыслить над этим предложением, хотя в глубине души Виктор понимал, что ему придется отказаться — ему не хотелось отдаляться от парка Дружбы, где он рассчитывал снова найти возможность вернуться в родной мир, ну и уже здесь у него какая-то учёба и экзамены, наверно. Нахмурившись, он нажал кнопку вызова лифта. Краем глаза он заметил, как к нему кто-то подходит, и повернул голову. Это была брюнетка-юрист.

— Господин Иволгин, — она подошла к нему, улыбнулась и обратилась на неплохом русском, — вас просят немного подождать и не покидать наш этаж.

— Подождать? — удивился Виктор.

— Да. Господин Ли Хуанг хочет пообщаться с вами в более неформальной обстановке, — загадочно улыбнулась Хельга Вальдек. Выглядела она очень эффектно — отдал должное Виктор.

— Хорошо, я не против.

— Тогда пройдемте в кабинет, — Хельга показала рукой направление и пошла чуть впереди.

Виктор пошёл за ней, любуясь её стройной фигурой и отличной попкой, которую подчеркивал классический деловой костюм в обтяжечку. Они прошли немного дальше от конференц-зала «номер семь», Хельга приложила смартфон к магнитному замку одного из кабинетов, дверь открылась и она жестом пригласила Виктора войти.

— Господин Иволгин, присаживайтесь. Господин креативный директор скоро подойдёт сюда. Сейчас он общается с другими потенциальными участниками нашего бета-теста, — пояснила девушка-юрист.

— Я подожду, спасибо, — улыбнулся ей Виктор, девушка кивнула и вышла из кабинета, закрыв дверь.

Виктор более непринужденно развалился в кресле и начал осматривать кабинет. Стандартный «деловой хай-тек» в стилизации под баварский дуб. Шкафы с книгами и различными дисками, три больших электронно-механических сейфа, два ноутбука, на стенах — несколько портретов непонятных деятелей явно из XX века, киноактрисы из этой же эпохи, японские мечи в красивых ножнах — Виктору понравились пристрастия хозяина этого кабинета. Тут было всё для работы и для отдыха. Он хотел достать из сумки свой планшет и немного повтыкать, но передумал — наверняка в этом кабинете полно скрытых камер и пользование девайсом могут расценить как нарушение приватности, если не хуже — такой случай был с одним его знакомым в реальной жизни пару лет назад. Виктору пришлось сидеть в кресле минут двадцать, он начал даже немного дремать, когда довольно резко в кабинет вошёл Бруно Ли Хуанг. Виктор хотел встать из уважения к хозяину кабинета, но тот дружеским жестом остановил его:

— Друг мой, не стесняйтесь и чувствуйте себя, как дома! — мужчина подошел к шкафчику-холодильничку, открыл его и налил себе минеральной воды. С удовольствием выпив, он взял один из стульев, подвинул его ближе к Виктору и сел примерно напротив. Виктор внутренне подтянулся, и сел менее расслаблено в кресле.

— Итак, господин Иволгин, вы не против, чтобы мы обращались друг к другу по имени?

— Ну, ээ, я не против, но это как-то очень неожиданно, и мне неловко, — пролепетал удивленный Виктор на более плохом английском, чем он мог бы.

— Не переживайте, все отлично. Виктор, я скажу сразу и чётко — я лично заинтересован, чтобы вы участвовали в этом проекте, — начал он брать быка за рога.

— Но почему, господин Ли Хуанг? — он увидел его улыбочку и поправился, — Бруно?

— Видите ли, Виктор — у меня тоже есть вышестоящее руководство, акционеры, наблюдательный совет, государственные органы надзора. Мы проводили открытую регистрацию на этот бета-тест в соответствии с директивой Еврокомиссии о гендерных и межнациональных квотах, а также в соответствии с другим, не менее запутанным европейским законодательством, поэтому мы и приехали в Россию в этом году — чтобы хоть немного облегчить себе задачу. Таким образом, хотели мы того или нет, а мы не хотели, — Хуанг поднял указательный палец, — но мы получили такой состав участников, который получили. Я не могу назвать его очень качественным. Поверьте мне, другого варианта у нас не было, иначе нами бы заинтересовались все, начиная от европейского регулятора виртуальных развлечений и заканчивая биржевым регулятором и регулятором равных трудовых возможностей. Слишком большие деньги и перспективы стоят на кону, но даже нашего влияния не хватило — государственные органы держат руку на пульсе, конкуренты не дремлют — мы ведь слишком известная корпорация, — развёл он руками.

— Я понимаю все эти проблемы с квотами, — ответил Виктор, слабенько сейчас понимая вообще, в чём здесь суть. — Простите, но что требуется от меня? Бруно, я очень польщен вашим вниманием ко мне, но у меня учеба, я не могу три месяца вырвать из жизни, и опыта у меня никакого нет, полезного вашей корпорации, — немного волнуясь, произнес Виктор.

— Я читал ваши анкеты, и с отбора, и эту — вы избрали хорошую профессию.

«Первая анкета? Когда и что же там написано было?» — Виктор внутренне напрягся, поскольку получалась классическая вилка — собеседник знал о нём больше, чем он сам.

— Я надеюсь на это…

— Одну секундочку… — Хуанг поднял ладонь, что-то напечатал в смартфоне и отправил кому-то сообщение. — Вы пьете спиртное, Виктор?

— Да, но совсем немного, потому что занимаюсь спортом, — немного улыбнулся парень.

Бруно Ли Хуанг встал со стула, подошел к холодильничку, но открыл вмонтированную дверцу рядом. Он достал оттуда два бокала и бутылку.

— Вас устроит коньяк «Charles X»? [2], — непринужденно поинтересовался он, ставя початую бутылку очень изысканного дизайна и коньячные бокалы на столик рядом с их креслами.

«Пить простому человеку коньяк „Карл Десятый“ — это всё равно, что купить „Бентли“ в кредит», — пришла мысль откуда-то из памяти, и Виктор чуть нервно сглотнул.

— Да, устроит!

Хуанг щедро плеснул напиток в бокалы, протянул один Виктору, они чокнулись и выпили. Вкус был изумительный, с нотками дуба, сигар, шоколада, пряностей — такой коньяк располагал к беседам перед камином в каком-нибудь клубе для аристократов. Виктор был впечатлен этой ненавязчивой демонстрацией богатства и могущества.

— За наше сотрудничество, — произнес Ли Хуанг, снова отпил коньяк, достал смартфон и что-то прочитал. — Друг мой, Хельга мне пишет, что «Московский Университет Транспорта и Логистики» сотрудничает с одной из наших отраслевых российских компаний в сфере стажировки студентов, и поэтому я уверен, что смогу уладить вопрос с ректором о вашей командировке без ущерба для вашей учебы. Вы не против?

— Бруно, я не против, но это всё очень неожиданно для меня, — Виктор чуточку захмелел, коньяк был потрясающий по своим вкусовым качествам, и ещё от него был какой-то непонятный, очень странный эффект. — Я просто не понимаю, почему на мне белый свет сошелся клином, — увидев вопрос в глазах Хуанга, он пояснил: — Старое русское выражение о незаслуженном внимании к человеку.

— Вам просто повезло, назовём это так, как есть, — патетически взмахнул кистью собеседник. — Вы просто удачно и вовремя зарегистрировались и оказались по своему игровому бэкграунду самым подходящим человеком из тех, кого отобрала система в самые первые минуты. Если бы вы не отправили заявку одним из первых, на вашем месте был бы другой счастливчик примерно с вашим игровым опытом, а может и хуже. Все очень просто на самом деле. Я предлагаю вам индивидуальный контракт и серьезные полномочия в качестве командного лидера, что скажете?

— Ээ, я никогда не был лидером… — начал неуверенно говорить парень, но Хуанг прервал его жестом руки.

Виктор уже однозначно склонялся принять предложение, которое могло стать серьезным карьерным шансом в этом новом мире. Память прежней личности возращалась по крупицам — кто бы мог ещё подумать этим тяжелым и впечатляющим утром, что он будет выпивать с самим Бруно Ли Хуангом, легендой игровой индустрии, иконой международного техно-модернизма и просто мультимиллионером?

— А как же быть с моей учёбой? — неуверенно спросил он.

— Виктор, друг мой, не переживайте за свою учёбу — Хельга все уладит по корпоративным каналам с вашим университетом, вы будете считаться командированным на стажировку в подразделение нашей отраслевой корпорации. От вас требуется пояснить ситуацию родственникам и согласиться на сотрудничество, — Хуанг отсалютовал бокалом и отпил коньяк.

Виктор вздохнул, отсалютовал бокалом и ответил:

— Я согласен!

* * *

[1] — Соглашение о неразглашении (Non-disclosure agreement, NDA) — юридический договор, заключённый двумя сторонами с целью взаимного обмена материалами, знаниями или другой информацией с ограничением к ней доступа третьим лицам. Данный тип соглашений служит для предотвращения утечки любой конфиденциальной информации: от коммерческой тайны до персональных данных. Соглашение о неразглашении может защитить любой тип секретной информации, и для различных ситуаций разработаны многочисленные шаблоны.

[2] — в описываемое время коньяк «Charles X» был одним из самых дорогих напитков в своем сегменте, и разливался одним из четырех Великих коньячных Домов строго ограниченными партиями для аристократической и корпоративной элиты. Стоимость полулитровой бутылки 30-летней выдержки доходила до восьми тысяч евро в эквиваленте его реального мира, как позднее смог выяснить и подсчитать Виктор.

Глава 4

Перед тем, как распрощаться с господином Ли Хуангом, Виктор попросил у него разрешение с ним сфоткаться. Выйдя в коридор и оглядевшись, он двинулся к небольшой обзорной площадке в противоположном от зала «номер семь» конце коридора, рассматривая в планшете полученное селфи.

«Получилось стильно, был бы я девкой-блогером, заложил бы почку ради такой фотки. Надо разобраться будет со своей инстой, если она у меня тут есть, и выложить эту фотку — эффект должен быть потрясный!» — раздумывал Виктор, подходя к площадке.

От коньяка ощущалось легкое, приятное опьянение и какой-то странный эффект, как будто бы внутри проснулась некая энергия, какая-то непонятная сила. Этого ощущения совершенно точно не было до входа в кабинет Хуанга.

Выйдя на боковую площадку, которая явно служила местом для курения — дым ещё не выветрился, и которая одновременно являлась и лестничной, он положил свою сумку-чехол на подоконник и припал в овальному окну обозрения. Открывшиеся виды поразили и удивили его: это была совершенно иная в своей планировке, этажности и архитектурном стиле Москва. Виктор почувствовал себя Иван Васильевичем из советской комедии, который точно так же с балкона рассматривал город и восхищался.

«Конечно, не прям такая уж лепота-лепота, как в фильме, но однозначно не хуже, чем моя реальная — тут и этажность визуально меньше, и архитектура более мягкая и светлая, в стиле Европы 80-х, и значительно больше зеленых аллеек, сквериков, каких-то водоёмчиков», — жадно рассматривал Виктор ту часть города, которая была ему отсюда видна.

— Кхм, кхм, — услышал он сзади чьё-то легкое покашливание и резко обернулся.

К его удивлению, он метрах в четырех сзади себя, левее и сбоку, увидел на одном из гостевых стульев уже знакомую ему брюнетку в больших очках, которая сидела, закинув ногу за ногу и держала в руке пачку сигарет, нетерпеливо постукивая по ней пальчиками.

«Как же я умудрился её не заметить?» — поразился Виктор, хотя в этом не было ничего удивительного — он шёл прямо к окну, не осматриваясь по сторонам.

— Здравствуйте! — он постарался улыбнуться, но почувствовал себя немного неловко.

— Виктор, да? — произнесла девушка довольно приятным, чуточку прокуренным баритоном с властными и капризными нотками. — У тебя есть зажигалка, а то я свою забыла в машине?!

— Ээм, нету, я не курю, — ответил он неуверенно, потому что толком и не знал, курил бывший он или нет. А ещё его удивило обращение на «ты» от незнакомой девушки.

— Какие-то парни сейчас бесполезные вокруг, даже прикурить не могут нормально дать, бестолочи, — как-то недовольно и с вызовом произнесла она и поправила другой рукой свои роскошные черные волосы.

«Что за тон вообще?» — Виктор поразился до глубины души. Не то чтобы она ему не нравилась — девушка была очень красивая, и в других обстоятельствах он бы поддержал беседу и пофлиртовал, но сейчас такой её тон был для него неприемлем.

— Простите, а вы вообще кто? Мы незнакомы, чтобы вы разговаривали со мной в подобном тоне и делали такие обобщения на мой счёт!

— Слышишь, парень, — в красивых каре-зеленых глазах девушки мелькнули гнев и раздражение, — я как хочу, так и разговариваю, тебе вообще понятно это? Заруби это себе на носу, иначе будешь потом очень жалеть! Ясно тебе?

«Ничего себе понты. Послать культурно или грубо?» — Виктор несколько секунд молчал, рассматривая её недовольное, очень красивое лицо.

— Что ты вылупился, я тебе что, разрешала на меня смотреть, мальчик? — девица даже сдвинула шикарные брови.

— Слышишь, овца очкастая! В таком тоне ты разговаривай со своими ухажерами и подругами, а я тебя могу послать, если тебе не ясно с первого раза! — заявил Виктор неприязненным тоном, веско произнося каждое слово.

— Что ты сказал, холоп? — раздался полный удивления крик, девица вскочила со стула, взяла в руки кожаную сумочку и резко подошла к Виктору, остановившись в шаге от него и с гневом глядя в глаза. — А ну повтори, уёбок, и тогда увидишь, что с тобой будет!

— Я тебе говорю это в глаза — ты невоспитанная овца. Мне не позволяет воспитание бить девушек, иначе ты уже бы пожалела о своих словах! — Виктор смотрел в её глаза — в них бушевал смерч эмоций, пока он говорил это.

— Ну всё, молись, сейчас ты ответишь за это по полной, тупой козёл! — девушка довольно ловко как для обутой в туфельки на каблуках отбежала пару шагов назад.

Виктор смотрел, как она делает какие-то движения большим пальцем внутри левой ладони, но среагировать не успел, потому что даже не представлял, что его ждёт — через несколько секунд внутри ладони девушки возникло легкое свечение, которое превратилось в кусок льда, и этот кусок льда размером с компьютерную мышь она метнула ему в грудь, явно с помощью какой-то силы.

Удар был очень ощутимым и болезненным, его отбросило к окну и он зацепился правым боком за угол подоконника, и потом упал на противоположный бок, рефлексивно успев выставить руки при падении. Несколько секунд он был в каком-то полусне, но постарался открыть глаза и сфокусировать взгляд на девке.

Брюнетка отошла ещё на шаг и смотрела на него широко раскрытыми от удивления глазами — Виктор машинально отметил, что очки придают её глазам схожесть с совиными. В них начал появляться страх.

— Этого быть не может, чтобы после моего ледяного заклинания кто-то мог остаться не замороженным на полчаса до самых пят. Ты ублюдок, говори, где ты научился таким методам защиты? Кто тебя научил? — проговорила она взволнованно и сбивчиво.

— Иди нахер, сука! Сейчас я встану, — Виктор присел на задницу, опираясь руками на пол, — и подрихтую кулаком твоё наглое еблишко! — он пытался наладить дыхание, потому что грудь побаливала от удара.

— Ч-что? — неуверенно произнесла брюнетка и отступила ещё на шаг, оказавшись почти в коридоре. — Я, я недельный запас энергии истратила на это заклинание, как такое может быть? — обращалась она скорее сама к себе, и Виктору показалось, что её сейчас накроет истерика.

— Сейчас мы с тобой получше познакомимся и тебя увезут в реанимацию, — он уже ухватился за край подоконника и попытался встать на ноги.

Однако девушка решила не ждать этого замечательного момента, а тупо развернулась и побежала к лифту, довольно ловко перебирая классными ножками на каблуках. Виктору было видно, как она бьёт кулачком по кнопке вызова, но поскольку он всё ещё сидел на заднице, то крикнул:

— Я тебя ещё найду, стерва! Мы ещё встретимся — я тебе пальцы по одному переломаю!

Девица нервно сжимала сумочку в обеих руках, смотрела на него со страхом и через несколько секунд вбежала в приехавший лифт.

«Надо будет узнать у Хельги как-нибудь, что это за кобыла, она ведь тоже записалась на бета-тест», — решил Виктор, когда ему удалось встать. — «Что это вообще было, вот эта такая здесь магия? Ничего себе чудеса чудесатые, как тут люди вообще живут с такими дурами, которые ходят по улицам? Или все друг в друга льдом пуляются? Нафиг мне такое не надо, верните меня обратно те, кто меня сюда запулили!» — Виктор отряхивал джинсы, переваривая пережитое.

Грудь побаливала примерно как от удара кулаком. Виктор забрал свою сумку и тоже двинулся к лифту — ему хотелось пить, да и просто надо было посидеть и подумать обо всём произошедшем, событий навалилось за этот день более чем внушительно. Спустившись на лифте вниз, он спросил у какого-то волонтёра про мужской туалет, и там минут десять умывался и отряхивался от пыли. Немного оголив грудь, он совсем не удивился внушительному синяку над правым соском, который ныл и саднил.

«А из-за чего? Прикурить не дал? На задних лапках стоять не стал и восхищаться красотой? Что это за методы общения, тут все девушки такие? Или такие эпичные дуры в каких-то зоопарках содержатся и их по праздникам выпускают?» — раздумывал он, приведя себя в порядок и выйдя к барной стойке, где снова заказал минералки.

Он решил подойти ближе к окну — возле входной стены было свободно несколько столиков с удобными пуфами. Усевшись на мягкий бежевый пуф, Виктор чуть расслабился и стал осматривать вестибюль — народу стало значительно меньше, но судя по звукам в конференц-зале, там продолжалось мероприятие. Немного посидев, размышляя обо всем произошедшем с самого утра и до этого момента, он пришёл к выводу, что надо бы и поесть — желудок требовал основательного обеда. Виктор допил минералку и подошёл к бармену — взять меню.

— К сожалению, у нас только прохладительные напитки и нет даже легкого алкоголя. Нас наняли на время проведения конференции, это сегодня и завтра, а сами мы из кафе «Юнкерское», это рядом с казармой, — приятный парень-блондин с модной стрижкой показал в сторону уже известных Виктору казарм.

— Не, спасибо, хватит с меня на сегодня юнкеров, — произнес он под понимающую улыбку бармена. — А есть ещё поблизости кафешки, где можно нормально перекусить?

— Да, вам надо выйти, немного углубиться в сквер, на большой развилке повернёте направо и пойдете по аллейке вдоль двухэтажных частных домов, дойдёте до переулка, там свернете налево, пройдёте стоянку вдоль сквера и увидите через дорогу большую вывеску «Французские вкусности». Это хорошее кафе с уклоном в французскую кухню, и довольно недорогое, туда студенты любят ходить.

— Ага, ясно. А долго идти?

— Минут пятнадцать-двадцать, зависит от маршрута, но переулки довольно неприятные, грязные и имеют дурную славу по ночам, лучше держитесь улиц.

— Спасибо вам большое, — улыбнулся Виктор и протянул парню пять рублей, оставив сдачу на чай.

Выйдя из здания и немного постояв и понаблюдав за развевающимися от ветра флагами разных стран и скучающими волонтерами, Виктор двинулся в сквер, в котором было уже на порядок меньше людей, дошёл до развилки, через которую он сюда и шёл со стороны казарм, свернул направо и вскоре углубился в небольшую улицу, застроенную весьма дорогими на вид двухэтажными домами с заборами из натурального камня. Пройдя по ней минут пять быстрым шагом, он увидел поворот в переулок.

«Как-то здесь вообще немноголюдно, такое чувство, что район какой-то пустой, хотя на вид вроде как богатый», — он прошёл переулок и снова уперся в большое, открытое пространство — впереди был сквер, а левее, метрах в семидесяти — большая стоянка, на которой было мало автомобилей.

Грудь немного саднила, и Виктор остановился немного потереть ушиб, ну и перешнуровать кроссовки. Солнце окончательно скрылось за облаками.

«Кроссовки Блэйк! Наверно, Адидасов тут нет, и как теперь понять, какие тут вещи брендовые, решительно непонятно», — сделал он вывод, осмотрев свою обувь и оценив её как бюджетную по качеству и удобству.

Когда он встал, ему показалось, что в глубине сквера, за кустами сирени метрах в ста от него, происходит какое-то движение. Он присмотрелся и увидел, что там двигаются какие-то тени, а через несколько секунд раздался женский крик: «Помогите! Отстаньте от меня! На помощь!»

Поколебавшись буквально пару секунд — полицейский победил в нём обывателя и пофигиста, Виктор поудобнее закинул сумку-чехол за плечо и бегом двинулся в сторону криков. Пробежав мимо густых кустов сирени, он увидел метрах в сорока или чуть больше двух каких-то подростков, которые гнались за девушкой, но её плохо было видно в тени высоких деревьев. Он бросился наперерез к ним, и через минуту интенсивной пробежки вдоль кустов подождал, пока преследователи выбегут на дорожку, и со всей дури бросился на заднего из них, более щуплого пацана, и сшиб его с ног — тот улетел кубарем в кусты и начал сползать вниз с пригорка, в ручей.

Второй притормозил, развернулся, его лицо перекосилось от удивления и он явно полез в карман за ножом, но быстро подбежавший Виктор на разбеге с локтя ударил ему в челюсть, и подросток просто рухнул на асфальтовую дорожку. После этого он не стал ждать, пока они придут в себя или ещё что, и побежал по этой извилистой дорожке вслед за девушкой. Судя по ландшафту, это был небольшой парк-пригорок с прудом и ручьями внизу, и эта дорожка явно вела в какой-то тупик. Пробежав рысцой ещё несколько метров по глубокой тени, он увидел силуэт девушки за кустами, которая уперлась в край этой горки и явно хотела скатиться как-то бочком вниз, в текущий внизу не самого чистого вида парковый ручей. Она как раз снимала туфли, в панике оглядываясь на него, и когда он подбежал метров на пятнадцать и её осветило показавшееся из-за туч солнце, Виктор ахнул от удивления: это была та самая брюнетка, которая отоварила его магическим куском льда, только теперь без очков, растрепанная и очень напуганная.

— Ну вот мы и встретились снова, подруга! — произнёс он громко и со злостью, отчего девушка не удержала равновесие, выронила свой туфель с уже обломанным каблуком и упала на правое бедро, на травку.

Глава 5

Для Виктора стало полнейшей неожиданностью увидеть конкретно здесь именно эту надменную девушку. Он оглянулся назад — в парке было пусто и никакого движения не было, вероятно, гопники ещё не пришли в себя, и начал подходить ближе к девушке. Она полусидела, упершись руками в траву и смотрела на него, немного покачивая в разные стороны головой, как будто не веря в происходящее с ней здесь и сейчас.

— Ну привет ещё раз! — сказал Виктор, остановившись метрах в пяти от неё, и холодно улыбнулся.

— П-при-ивет, — пролепетала она и вдруг разрыдалась, отвернув голову и уткнувшись себе в плечико.

«Месть должна быть четко рассчитана, умело реализована и потому закономерно сладка, а это не та ситуация для таких вещей — эти гопари и так хорошо потрудились, загнав эту понтовщицу на край какого-то стремноватого то ли парка, то ли пруда, то ли хер пойми чего», — Виктор несколько секунд смотрел на всхлипывающую девушку, потом огляделся — место явно было неудачным с точки зрения ландшафтного дизайна, а в воздухе витал ощутимый запах легкой сырости. — «Я обещал сломать пальцы этой сучке, и это справедливо, но делать этого особо уже не хочется», — раздумывал он, глядя на эту дурочку с растрепанными волосами, без очков и без туфлей.

Виктор разрывался между чувством мести и ощущением того, что если он сейчас её тронет — сам себя уважать перестанет, хотя имеет полное право её наказать. Он подошёл к ней почти вплотную и она вздрогнула всем телом, явно ожидая, что он её ударит. Виктор действительно сделал движение — только не для удара, а наоборот, с целью помочь ей подняться протянул руку со словами:

— Не бойся, я ничего тебе не сделаю, хотя ты этого заслуживаешь! Этих парней я вырубил, они тебе уже ничего не сделают!

Она подняла на него заплаканные глаза, тушь растеклась, естественно.

— Ты, ты не будешь меня бить?

— Я в принципе не сторонник применять насилие к женщинам, а тем более в таком положении, как твоё, — покачал головой Виктор. — Как тебя зовут?

— Анж-желика, — всхлипнула девушка, глядя на него снизу-вверх заплаканными глазами.

— Значит так, Анжелика — не скажу, что мне приятно было с тобой недавно познакомиться, — при этих словах она опустила голову, — но давай поднимайся, я помогу тебе выйти из этого парка.

— А эти наркоманы какие-то сумасшедшие, они нападут на нас, я боюсь, — замотала она головой.

— Нет, я одного из них вырубил. Бери руку и вставай, местечко это мне не нравится! — он снова протянул ей руку, и она девой ладонью ухватилась за его ладонь, он помог ей встать.

— Что с тобой случилось? — когда она встала, он ощутил, как она подрагивает всем телом.

— Я, я вышла из «Плаза», решила пойти в кафе возле казарм и вызвать там такси, чтобы доехать до стоянки, но мне позвонила подруга и сказала, что будет ждать меня недалеко от Сиреневого Яра, я развернулась и пошла обратно, — начала она рассказывать, испуганно оглядываясь в сторону аллеи.

— И дальше что?

— У меня как назло сел телефон, я решила пойти к своей машине, прошла мимо парка и ко мне пристали два каких-то уёбка, просили денег на пиво, потом начали звать в гости, вырывать мою сумочку, толкнули меня, я сломала каблук, чуть не упала…

— Ладно, примерно понятно. Где твоя машина, говоришь?

— На стоянке. Здесь дебильная планировка района, я не смогла нормально подъехать к «Плаза». Подай мне руку, я туфли надену! — девушка без особых церемоний оперлась рукой на его плечо и начала обувать свои туфли, на которых каблуков уже не было.

— Веди себя повежливее, я тебе не мальчик на побегушках и не слуга — ты меня поняла? — сдерживая злость, спросил Виктор.

— Извини, я ничего такого не имела ввиду, — всхлипнула девушка.

«Красивая какая девчонка, фигуристая, такую бы раздеть и в постель на всю ночь, минимум в четырёх позах. И парфюмчик у неё обалденный, даже не смотря на пробежки по парку, или Сиреневому Яру, вернее сказать», — отметил он, пока она стоя обувалась.

— Всё нормально с тобой, идти можешь?

— Да, могу, — они медленно двинулись обратно из тупика, девушка прихрамывала на левую ногу и держалась за его плечо.

Полминуты шли молча, пока дошли до первого изгиба-поворота.

— Это ты виноват во всём! — вдруг заявила она немного срывающимся голосом.

— Что? Ты совсем обалдела, дурочка? Ты как разговариваешь вообще?! — пораженный Виктор остановился, и девчонка чуть не упала.

— Это я на тебя истратила свой недельный заряд энергии, который накапливала и берегла для тренировок, вот из-за этого я и не смогла разобраться с этими двумя чертями подзаборными, — она чуть сдвинула брови и смотрела ему в глаза.

— Анжелика, да? Лучше не нервируй меня и не дерзи — я ведь тебя спас не потому, что хотел помочь именно тебе, а совершенно случайно. Я поражаюсь твоей наглости, в жизни я не встречал таких эгоистичных сучек! — Виктор хотел сказать это значительно пожестче и с матом, но сдержался в формулировках.

— Я не сучка! Что, я не права, скажешь? — в её голосе прозвучало незамутненное удивление и обида.

— Это же ты ко мне пристала, оскорбила, а потом запустила куском льда. И я виноват? Заканчивай свои шуточки, пока я добрый, — он даже отошёл от неё на полшага и смотрел с неприязнью, сжав кулаки.

— Я вежливо попросила закурить и хотела поболтать, если ты не заметил, а ты начал хамить! А я ведь за тебя даже голосовала! — она явно хотела топнуть ножкой, но вовремя сдержалась.

— Вот скажи честно, ты вообще адекватная девушка, Анжелика? Или совсем невменяемая? — пораженный её наглостью Виктор смотрел в её красивые зелено-карие глаза, она не выдержала и отвела взгляд.

«Встречал я конечно и стерв, и разных дурочек, но такой экземпляр — это нечто запредельное. Надо понаблюдать за ней и пообщаться дальше, чтобы понять — здесь все женщины такие или какая-то особенная невменяшка из палаты мер и весов?» — манера общения этой девицы крайне раздражала Виктора, но он сдерживался исключительно потому, что находился в новом, неизвестном мире и ничего об этом мире не знал. — «Ух, сейчас не выдержу и заряжу ей в табло. Нет, нет, спокойно, надо быть сдержанным», — настраивал он себя, поскольку не привык, чтобы женщины общались с ним подобным образом.

— Ты опять меня обижаешь и даже не видишь этого, а со мной нельзя так разговаривать, иначе плохо будет! — снова начала она свои понтовские речи, но без прежней уверенности в голосе.

— Ладно, я всё понял. Рад был пообщаться, всего хорошего, счастливо оставаться! — Виктор пожал плечами, поправил свою сумку, развернулся и пошёл в сторону выхода из парка.

Он успел пройти шагов семь, как сзади раздался её срывающийся крик:

— Эй, эй, парень, постой, куда ты? Не бросай меня, ну пожалуйста!

Он нехотя развернулся — она медленно двинулась к нему, прихрамывая на левую ногу, и опустила голову.

— Послушай, девушка. Если ты не будешь общаться нормально, я не посмотрю на твою ситуацию, а пойду своей дорогой, — он с трудом сдержался, чтобы не подойти к ней и не зарядить пощёчину.

— Ладно, я поняла, что ты парень с тяжелым характером и вообще хам!

— Что?! Рот свой закрой! — Виктор на секунду скривился в раздражении, настолько он обалдел от её слов. Он начинал чувствовать, что сейчас она доиграется и отхватит уже от него.

— Мне вообще не везёт с парнями, одни козлы и дебилы вокруг и везде, — она подошла к нему и снова без лишних церемоний положила руку ему на плечо. Виктор понял, что ей действительно больно.

— Пойдём, идти особо недалеко, метров около трехсот, — через несколько секунд произнёс парень, глядя на неё и поражаясь своему долготерпению и гуманизму.

«Странная девушка, эгоистка нереальная и понтовщица, но я даже не испытываю к ней злости уже. Она явно даже не понимает, что говорит, с общением и воспитанием у неё крупные проблемы, оттого она и попадает в такие ситуации, наверно. Аутистка она, что ли, или просто сбежала с дурдома на прогулку? К ней и её словам нельзя относиться серьезно, это какой-то больной на голову ребенок с задержками в развитии. Доведу её до машины и аривидерчи!» — окончательно решил он быть невосприимчивым к её словам и сам взял её за руку, помогая идти.

Минуты две шли молча и медленно — Виктора всё-таки не отпускало раздражение, потом прошли следующий изгиб и увидели гопника-подростка, который так и лежал на дорожке.

— Ой, это же этот козёл, он сейчас нападёт на меня, сделай что-нибудь! — сразу же запричитала Анжелика и вцепилась в его руку.

— Да успокойся ты, он в отключке ещё, я ему в челюсть загородил!

— Так ему и надо, уроду! Где же моя сумочка? — девушка начала оглядывать близлежащие кусты, поскольку на аллее сумочки видно не было. — А, стоп, я же не здесь её потеряла.

— Давай позвоним в полицию, вызовем наряд и пусть они с ними разбираются, — предложил Виктор и удивился собственной недогадливости, поскольку это надо было сделать сразу же.

Анжелика недоуменно отпустила его руку и даже попыталась отойти на полшага назад, на её красивом личике было выражение глубокого подозрения:

— Куда позвоним?

— В полицию…

— Я сразу поняла, что ты какой-то не русский, после того как ты не замерз от моего заклинания! В России нет полиции, вот ты себя и выдал, негодяй! — сделала она ещё шаг назад, и на её лице появилось выражение испуга.

— А что есть? — засмеялся Виктор.

— Милиция, естественно!

— Я это и сказал. У меня память отшибло после твоего удара льдом, и вообще я плохо и странно себя чувствую, — с улыбкой ответил Виктор, понимая, что прокольчик допустил весьма неприятный. — Рот свой закрыла!

— Ну, может быть, так и бывает после магического удара у людей со слабым гражданским магокоэффициентом, — было видно, что брюнетка хотела ответить колкостью, но сдержалась.

Виктор благоразумно не стал уточнять, что это такое, решив оставить восполнение пробелов на потом.

«Между прочим, с этой девахи можно вытянуть массу полезной информации на первых порах, она болтушка и понтовщица — надо этим пользоваться и раскручивать её по полной», — у Виктора начала вырисовываться план использования барышни в своих корыстных интересах.

— Так что, давай я позвоню в милицию, пусть приедут и упакуют этих гопников, — Виктор сделал движение, намереваясь снять сумку с плеча, но неожиданно бодро подошедшая девушка взяла его обеими руками за кисть:

— Нет, давай без милиции, хорошо?

«Хм, что она скрывает? Вот он, крючочек, на который я её поймаю», — парень был заинтригован.

— Почему?

— Пойдём, — она сама потянула его за руку. — Я не хочу, чтобы родители узнали об этом происшествии, иначе меня могут лишить некоторых привилегий, понимаешь?

— Не очень. Каких привилегий?

— Я не могу сказать, но поверь, всё очень серьёзно, ты даже не представляешь, насколько, — она вздохнула и через пару шагов резко остановилась. — Господи, а мои очки? Мне без них капец, это же мой стабилизатор магоэнергии, отец три дня над ним лично работал! Что я ему скажу?

«Какой ещё стабилизатор? Магии? Ну дела, вообще ничего не понимаю! Придётся с ней потусоваться немного, всё это становится интересным», — окончательно заинтригованный Виктор смотрел на растерянное лицо девчонки.

— Скажешь, что ты себя плохо вела, на тебя напали гопники, разбили очки и передавали ему привет! — пожал плечами Виктор.

— Я смотрю — ты новый Куклачёв? Отпадненько пошутил, да? — в голосе девушки послышалось раздражение.

«Спасибо, что не Петросян. Или стоп, здесь вместо Петросяна — Куклачёв, что ли? Хех», — засмеялся Виктор этому предположению и по взгляду девушки понял, что она это расценила как смех над ней.

— Пошёл ты! — она обиженна надула свои идеальной формы губки и отвернула голову, однако осталась стоять на месте.

— Сейчас ты пойдёшь, уяснила? — он помолчал несколько секунд. — Анжелика, не расстраивайся, найдём твою сумочку и очки, если они не разбились, конечно, — Виктор окончательно решил сыграть роль доброго и вежливого парня.

«Интересно, хватит ли у меня нервов играть роль вежливого добрячка и не загородить ей в ёблочко как минимум пару раз? Поспорил бы с кем-нибудь насчёт этого, да вот не с кем, а пари интересное намечается. Ладно, сегодняшний день пройдёт под знаком доброты к стервам и невменяшкам, вот и увидим, что из этого выйдет для меня и для них», — у Виктора немного отлягло желание сделать девушке очень больно здесь и сейчас.

— Пусть бьются, линзы я новые вставлю, главное сам сплав должен быть целым.

— Ты плохо видишь? — решил он уточнить через несколько шагов.

— Нет, конечно, я ношу их для завершенности стиля и для магической стабилизации, — она ещё сильнее вцепилась в его руку.

Пока Виктор раздумывал о том, чтобы ещё ненавязчиво спросить и не проколоться в мелочи, показался выход из сквера, или парка, или яра — он так окончательно и не определил это место. Были видны двухэтажные дома.

— Вот там они ко мне пристали, — она показала рукой куда-то правее от выхода, за кусты сирени.

— Может, там твоя сумочка и лежит где-то?

— Не знаю, я одного огрела ею и побежала, потом поскользнулась вон там, — она показала на траву возле кустов, — сломала второй каблук и уже потом поняла, что очки пропали.

— Можем поискать, хотя здесь деревья очень заслоняют солнце!

— Конечно будем искать, без них мне — капец просто! Ты мне поможешь, правда? — она ухитрилась заглянуть ему в глаза.

«Делать мне нечего, по траве лазить», — он огляделся и оценил размер газона, на котором явно траву не подстригали.

— Мы так не договаривались. Я обещал довести тебя к машине и сделаю это. Я вообще шёл по своим делам и хотел купить себе мазь от ушиба, — он скептически улыбнулся, показав взглядом на грудь.

— По каким делам? — сразу же спросила девушка.

— Например, пообедать, чем плохое дело?

— Виктор, милый, пожалуйста, помоги мне найти очки, а я за это хоть месяц буду кормить тебя обедами, ужинами и чем угодно, ладно? Пожалуйста-пожалуйста, я буду у тебя в долгу, — девушка прям вцепилась в его руку и умильно смотрела ему в глаза.

«Уже милый? Только недавно был же козлом. Натурально как лиса, только брюнетка! На редкость сучка эгоистичная, что ж она скрывает то? Отказывать я не буду, а вот стать к ней на довольствие — хорошее дело, ведь неизвестно на самом деле, что у меня по деньгам на ближнюю перспективу. Да и красивая она, я бы её отжарил вообще без всяких но», — он более внимательно рассмотрел девушку и ещё больше проникся её красотой, а также перспективой обедов.

Ростом она была ниже его на голову, он оценил её как сто семьдесят три или пять, очень красивые ножки и бёдра, очень классная и крепкая попка, спортивные руки с тонкими запястьями, отличная талия, грудь размера третьего, но особенно ему понравилась кожа с чуточку оливковым оттенком, к тому же с загаром. Личико выразительное, красивое, с четкими скулами и аккуратным подбородком, немножко вздернутый носик, изумительно-правильной формы губки, коралловые, брови с изгибом и выразительные зелено-карие глаза, которые явно меняли оттенок цвета в зависимости от освещения. Волосы роскошные, пышные и длиной чуть ниже плеч. Сейчас — немного растрепанные.

— Допустим, весь месяц меня кормить не надо — я всё-таки надеюсь попасть на бета-тест, а вот сегодня и в следующие дни ты можешь меня угощать обедами, ужинами, ну а там будет видно! И желательно не кидаться в меня льдом!

— Не буду кидаться, обещаю! Я согласна, — охотно закивала Анжелика.

— Трава высокая, как бы не наступить на них в такой тени, — постояв несколько секунд, произнёс Виктор.

— Я не уверена, что потеряла их тут, но давай будем очень осторожными, ладно?

Только Виктор хотел ответить, как из-за кустов сирени в проходе показался патруль в черной форме. В руках у одной из курсанток была сумочка Анжелики.

— Ка-а-пец, вот только этих не хватало! — сдавленно произнесла девушка.

— Почему это? Пусть вот гопников повяжут.

— Угу, повяжут. Они нам сейчас весь мозг выклюют! Ты не вмешивайся в разговор, хорошо?

— Кажется, я их знаю, — произнёс Виктор, поскольку девушки попали в солнечное место и он увидел, что это те самые — тормознувшие его утром.

— Откуда же? — с любопытством спросила Анжелика.

— Утром шёл по Флотскому…

— Понятно, — засмеялась она чему-то. — Нашёл место для прогулок.

Патруль тем временем приблизился к ним.

— Так, граждане и гражданочки, а что у нас здесь происходит? — с интересом посмотрела них старшая. — Занимаемся сексом в общественном месте, практикуем садо-мазо, судя по вашему виду, гражданка?

— Ещё одна Куклачёва! Слышишь, юнкер, ты со мной в таком тоне не разговаривай, а то садо-мазо с тобой сделает генерал-лейтенант Марков-Пятый, ваш казарменный начальник, тебе ясно?

— Вы не хамите сотруднику при исполнении, гражданка, — немного неуверенно ответила старшая патруля, русоволосая девушка.

— Неужели непонятно, что на меня здесь напали? — вдруг почти выкрикнула Анжелика. — Я шла к машине, гопники долбанные сумочку отобрали, и я ценную вещь из-за них потеряла.

— Вот этот напал? — вторая из девушек показала на Виктора.

— Ты что, перегрелась на солнце? Он что, на гопника похож? Нет, конечно, он меня спас, это мой друг, мы с ним были на игровой конференции в «Плаза», — Анжелика взглянула на парня.

«Н-да, ничему её жизнь не учит. Конструктивного разговора не выходит», — вздохнул он, решив пока помолчать.

— Ну а кто напал? — более злобно спросила рыжая.

— Там один валяется без сознания, чуть дальше, — Анжелика чуть повернулась и показала рукой, — идите его и повяжите, и где-то ещё один.

— Предъявите ваши документы, гражданка! — потребовала старшая.

— Слушай, ты на приколе, юнкер? Моя сумочка у вас, там документы и ключи от машины!

— Возьмите вашу сумочку, достаньте документы и предъявите. Но если вы вводите нас в заблуждение, вы будете привлечены к административной ответственности… — четко произносила старшая.

— Та давай уже сюда, заколебала ты меня, — громко перебила её Анжелика, вырвала сумочку из рук патрульной, расстегнула и достала из боковушки паспорт.

— Спокойнее, гражданка, иначе мы вас задержим!

— Вы бандитов лучше бы задерживали, а не нормальных людей, — ещё более дерзко ответила брюнетка.

— Юнкер Маевская, пройдите вглубь парка и найдите нападавшего, — повернула голову старшая к рыжей.

— Есть! — щелкнула каблуками берцев худощавая рыжая симпатяшка и бодрым шагом пошла по аллее, на ходу снимая с пояса резиновую дубинку.

Русоволосая юнкер начала листать паспорт Анжелики.

— Так-с, гражданочка Песочникова Анжелика Георгиевна, 2000 года рождения, отметка о добровольной службе в Корниловской учебной дивизии в 2017-18 учебном году, — юнкер подняла глаза на Анжелику: — Вы проходили добровольную подготовку в Корниловских казармах?

— Да, представь себе, родители удружили — тоже ходила полгода в патруле, как и вы, в Питере, изучала боевую магию, — довольно миролюбиво ответила Анжелика.

— А я пошла добровольно на полный пятилетний курс, без давления родителей, и поэтому вы мне не тыкайте, гражданка Песочникова!

— Да как хочу, так и говорю — я в своей стране. Ты сама представься для начала, предъяви удостоверение и патрульное предписание! — потребовала брюнетка, к которой вернулась её былая спесь.

«Да, девки с характерами, обе редчайшие стервы, хоть и красотки. Тут явно нашла коса на камень», — он незаметно отошел на полшага и продолжал с интересом следить за диалогом.

Старшая патруля достала из нагрудного кармана удостоверение и раскрыла его перед глазами брюнетки.

— Старший курс-юнкер Ирина… Маркова? — удивленно пролепетала Анжелика и повернула голову к Виктору.

«Какой-то у неё взгляд ошарашенный», — отметил он.

— Да, читать вы умеете, наверно, где-то научились? Генерал-лейтенант мой родной дядя, поэтому садо-мазо отменяется, — язвительно произнесла Ирина и тоже мельком взглянула на Виктора.

«Актрисы большого театра и кино, блин. Чего они передо мной понтуются?» — Виктор увидел, как метрах в тридцати правее из глубины парка рыженькая юнкер ведёт перед собой шатающегося гопника с закованными сзади руками.

— Посмотрим ещё, отменяется или нет, — с вызовом ответила Анжелика.

— Гражданка Песочникова, вот этот вот гопник напал на вас?

— Да! — обернулась брюнетка и охотно подтвердила.

Курсантки переглянулись между собой и издевательски, искренне засмеялись.

— А что тут смешного? — голос Анжелики сорвался от обиды.

— Как это бывший корниловский юнкер не справилась с Олежкой, а? Это же Олежка, наш местный чудик, он здесь ходит и попрошайничает на пиво. Это наша местная достопримечательность, его здесь все любят.

— Что ты несешь, Маркова? — топнула ногой Анжелика и скривилась от боли. — Это бандит, он у меня сумку вырвал и они вдвоём меня чуть не утопили в пруду и не убили.

— Наверно, второй — Гоша, у него опять проблемы с психиатром, — произнесла третья юнкер негромко, обращаясь к старшей.

«Это какой-то цирк или подстава, что это всё значит?» — Виктору было весело, но закрались мысли о чьей-то подставе относительно Анжелики.

— Так у вас тут целая банда в районе, а вы покрываете! Сейчас я вызову милицию и будем писать заявление на них и на вас! — выкрикнула брюнетка и посмотрела на Виктора, ища поддержки.

— Никого ты не вызовешь и ничего ты писать не будешь, истеричка — это наш район и я не позволю тебе портить нашу квартальную статистику, усекла? — веско, с угрозой произнесла Ирина и легонько толкнула в плечо Анжелику.

— Что ты себе позволяешь, сучка? — выкрикнула та.

«Это явно что-то личное между марковцами и корниловцами, иначе я весь этот абсурд пояснить просто не могу», — Виктор стоял сбоку, и на него совершенно не обращали внимания. Последние слова и действия русоволосой патрульной оказались очень неожиданными для него.

— Если хочешь что-то кому-то доказать, давай встретимся в «Эскрайме» сегодня вечерком! — заявила старший юнкер. — Поджилочки у тебя не затрясутся, истеричка бездарная?

Глава 6

Виктор начинал ощущать, что от всей этой череды событий у него скоро закипит мозг. На несколько мгновений он почувствовал, что выпадает из реальности — вот этой вот новой.

— Как ты меня назвала, чернышка? — услышал он полный негодования голос Анжелики.

— Ты такая и есть, на тебя стоит раз посмотреть и уже всё ясно, — это был полный издевки голос старшей патруля.

Виктор пару раз глубоко вздохнул, пришёл в себя и продолжил наблюдать за перепалкой.

— Если ты думаешь, что дядя тебе поможет, ты сильно заблуждаешься. Тебе конец, дура, скоро тебя простой уборщицей в общественный туалет не возьмут, я это тебе устрою! — скрестила руки на груди брюнетка.

— Ты или закрой свой рот, или поедешь сейчас в участок за нанесение телесных повреждений, — показала рукой старший юнкер на мычащего гопника, которого держала рыжая и который тихонько мычал от боли.

— Ты мне не угрожай, иначе сама окажешься в прокуратуре за превышение полномочий!

На несколько секунд воцарилась тишина — Виктор наблюдал, как девушки с неприязнью смотрят друг другу в глаза. У него было ощущение, что они готовы броситься одна на одну и вцепиться в глотку.

— Значит так, Песочникова! Сегодня в девять вечера ты приезжаешь в «Эскрайм», и там мы устроим гражданскую дуэль. Если струсишь и не приедешь — я буду считать тебя и всех корниловских юнкеров трусами и понтовщиками, и поверь, об этом узнает вся Россия — на мой инстанет подписаны очень многие с других юнкерских именных корпусов! — злым, взволнованным голосом произнесла русоволосая.

К немалому удивлению Виктора — Анжелика молчала несколько десятков секунд, и потом быстро и как-то растерянно взглянула на него, в её глазах был испуг.

— Я тебя не боюсь! Но если я выиграю…

— Сомневаюсь! Условия обсудим в «Эскрайме», я буду с секундантами, уяснила?

— Вот так, значит, да? — выкрикнула Анжелика с обидой в голосе. — Хорошо, Маркова, до встречи, но смотри — ещё не поздно отказаться, извиниться и разойтись! Жалеть потом очень будешь! Очень сильно пожалеешь!

— Я — чемпионка Москвы по фехтованию среди юнкеров и с детства тренировалась в школе олимпийского резерва, — засмеялась Ирина ей в лицо.

— Не обольщайся, это тебя не спасёт! — надменно произнесла Анжелика и снова взглянула на Виктора.

«Что-то она ввязалась в какую-то авантюру, и меня за собой тащит!» — совершенно точно понял он. — «Почему я вообще ещё нахожусь рядом с ней? Мне надо срочно засесть за планшет и днями и ночами набираться хотя бы каких-то элементарных социальных знаний об этой странной России!» — в этом мире ему почти ежечасно продолжали открываться всё новые и новые непредвиденные социально-культурные грани, а ведь он был здесь менее шести часов.

— А с вами, гражданин, мы еще свяжемся, — повернула голову к Виктору старший юнкер и на мгновение сжала губы.

«Тебе надо — связывайся!» — он промолчал и неопределённо пожал плечами.

— Всего хорошего, советую больше не нарушать общественный порядок! — официозно обратилась юнкер Маркова к нему и брюнетке, потом жестом показала рыженькой напарнице, чтобы та уводила к выходу стонущего от боли гопника Олежку.

Больше минуты Виктор с неприятным чувством наблюдал, как они удаляются, выходят из парка и поворачивают в сторону стоянки.

— Ну все, это просто край! И всё из-за тебя! — вывел его из задумчивости предельно расстроенный голос Анжелики.

— О чем ты сейчас говоришь, девушка? — Виктор повернулся к ней, на его лице было непонимание.

— Ну если бы не ты, у меня был бы нормальный уровень магоэнергии, а теперь я разгромно проиграю дуэль и об этом все узнают! Это будет такой страшный позор для меня! — она всхлипнула и закрыла лицо руками. — До родителей точно дойдёт…

«Муха-бляха, что она несет? Заколебала эта невменяшка! Какая вообще дуэль, здесь что, аристократы семнадцатого века? Что я вообще здесь с ней делаю, оно мне вообще надо?!» — поразился Виктор всей этой ситуации, поправил сумку и двинулся к выходу из парка.

Секунд через десять сзади раздался выкрик Анжелики:

— Виктор, постой!

Он продолжил идти, думая о том, что надо забыть обо всём этом абсурде, поесть и идти вечером в парк Дружбы — может, получится каким-то образом вернуться обратно в родной мир.

— Постой, ну пожалуйста! — голос девушки сорвался и было слышно, как она заплакала.

Виктор сделал еще пять шагов, остановился и полуразвернулся — Анжелика уже сидела боком на травке и рыдала, как белуга.

«Это она нарочно, что ли?» — он совершенно ясно понял, что её манипуляция удалась на все сто и он никуда сейчас уже не уйдёт, хотя должен. — «Я не обязан ей ничем, а вот она мне — как минимум спасением из лап этих двух лосей», — он решил сыграть на этом и медленно подошел к ней.

— Может, хватит рыдать? — холодно поинтересовался он через минуту наблюдения за девушкой.

— Виктор, не бросай меня тут, пожалуйста! Я всё поняла! — красавица-брюнетка подняла на него заплаканные глаза. Макияжу пришёл окончательный конец.

— Поверю тебе на слово. Давай искать очки и ехать по домам, — предложил он и подал ей руку, чтобы она могла встать.

— Давай, — она встала, поправила растрепанные волосы и опустила взгляд.

— Я начну вот здесь и до кустов, а ты начинай левее на пять метров и тоже прямо! — Виктор нехотя зашел в траву и стал внимательно осматривать участок перед собой.

— Спасибо тебе большое! — раздался из-за его спины хрипло-взволнованный голос Анжелики.

«Гордость не позволяет даже извиниться, что ли? Что ж, учту это на будущее — девушки в этом мире явно умеют делать всё к своей выгоде! Хотя это я позволил на себе ездить, сам виноват!» — промелькнула у него мысль, которая настроения ему не добавила.

Очки искали около полутора часов — они оказались метрах в ста семидесяти левее от места, где девушка поскользнулась.

— Ура, я спасена! — девушка радостно выхватила из руки Виктора очки с треснувшей правой линзой и улыбнулась ему с детской непосредственностью.

— Ну, все, теперь мы можем заняться каждый своими делами! Пойдем, я провожу тебя к машине и пойду в кафе — умираю с голоду!

— Хм, ну во-первых, ты не пойдешь в кафе, а поедешь сейчас со мной в нормальное место — там классная кухня, а во-вторых, в девять поедешь со мной в «Эскрайм», — радостно заявила Анжелика, к которой явно возвращалась уверенность.

— Я не против поехать в кафе, но хочу ещё вернуться в «Плаза» сегодня, — ответил удивленный Виктор.

— Вряд ли получится — мне надо привести себя в порядок!

— Послушай, я тебе помог, всё, расходимся, остальное меня не волнует, — с раздражением заявил парень.

Анжелика уперлась кулачками себе талию, с ухмылочкой глядя на него.

— Виктор, дружочек, я честно признаю — ты не козёл, а нормальный и даже хороший парень, таких очень мало осталось, — произнесла она абсолютно серьезно, — но теперь у тебя возникли передо мной обязательства!

— Что?! Ты о чём вообще? — в который уже раз Виктора поразила такая её наглость.

— Видишь ли, тебе придется быть сегодня моим секундантом…

— Это вообще не моё дело и никак меня не касается. На этом прощаемся! — перебил её Виктор, взял за руку и потащил за собой в сторону выхода из парка.

— Эй, полегче, что ты творишь? Я тебе не разрешала меня лапать! — начала громко протестовать девица.

— Иди молча и быстро! — рявкнул парень, и она на некоторое время замолчала.

Минуты за три дошли к выходу, обогнули кусты сирени, и Виктор увидел знакомую панораму стоянки. Он отпустил её руку.

— Я не шутила про секунданта — ты и сам должен знать эти правила, это в последнем классе школы рассказывают и потом проводят обучающие тренировки! — довольно спокойно произнесла девушка, когда они шли к стоянке.

— Я прогуливал! — ответил он, не поворачивая к ней голову.

— Я не понимаю, ты себе захотел административный штраф и испорченную репутацию, что ли? — уже более раздраженно спросила Анжелика и попыталась удержать его за руку.

— Ты о чем сейчас говоришь? Что за чушь очередная? — злой и голодный Виктор остановился и посмотрел ей в глаза.

— Скажи, мальчик, ты с Луны свалился или ты реально не русский? Правила гражданских дуэлей знает каждый дурак, а также санкции за невыполнение этих правил или отказ от гражданского содействия! — девушка смотрела на него с мрачной серьезностью.

«Она что, сейчас не шутит и не разводит меня, что ли?» — поразился он до глубины души.

— Если ты забыла, то у меня амнезия от твоей магии, а ещё я бегал по парку за гопниками и больше часа лазил с тобой по траве — я умираю с голоду!

— Знаешь, ты меня не держи за дуру — амнезия такой не бывает! — Анжелика немного отошла и хмуро посмотрела ему в глаза.

— Ты спец в этом, врач? Вот и молчи! — довольно грубо ответил Виктор, чувствуя себя на грани провала.

Девушка несколько секунд смотрела на него с тяжелым подозрением во взгляде, но потом сказала:

— Ладно, ты очень мне помог, поехали покушаем сначала — вон моя машина, — она показала рукой на тёмно-серый автомобиль метрах в ста от них, недалеко от края стоянки.

— Поехали, конечно! — согласился Виктор и они двинулись к машине.

Они прошли половину расстоянияв, как вдруг откуда-то сбоку, со стороны периметра парка раздался радостный женский крик:

— Икорочка, где же ты пропала? Твой телефон не отвечает, я уже вся извелась тут — машина здесь, а тебя нет! Я тебе написала, что опаздываю на встречу, но уже жду тебя минут двадцать! — со стороны небольшой площадки со скамейками, окруженной сиренью, к ним быстро шла рослая, стройная девушка с огненно-красными волосами, одетая в обтягивающее её отличную фигуру бордовое платье с вырезом и в туфлях на высоких каблуках.

— Блин, Птичечка, я уже думала, что ты в гостинице давно! — Анжелика бросилась к ней навстречу, и через несколько десятков секунд они обнялись и расцеловались.

«Икорочка? Птичечка? Ещё что — Лошадка, Коровка?» — Виктор понял, что обед опять явно откладывается, и ему захотелось матерно выругаться.

— Лапочка моя, а что с тобой случилось вообще? Ты посмотри на себя — тебя что, насиловал взвод курсантов в этом парке? Что с твоим макияжем, Господи?! — через несколько секунд вскрикнула эта огненно-рыжая девица и отступила на шаг от Анжелики, рассматривая её.

— Ариночка, солнышко, давай не будем мечтать, я потом всё расскажу — пойдём скорее к машине и поехали! — Анжелика взяла рыжую за руку и потянула к машине.

«Надо рвать когти, как говорится, пока не поздно», — Виктор только хотел развернуться и уйти из виду в небольшой проход сквозь кусты сирени, но брюнетка обернулась и позвала его жестом руки и громким выкриком.

Не было смысла выпадать на мороз, поэтому Виктор нехотя двинулся к машине. Зайдя на стоянку и следуя за девушками, которые шли на несколько шагов впереди и тихонечко о чём-то шушукались, активно жестикулируя, он рассмотрел название тёмно-серой машины, которая стояла к ним задом: на левом краю багажника была надпись «Daimler-Benz», лейбл — посредине, на правом — «Femo Comfort 2018».

Машина Виктору напомнила какой-то из «Мерседесов Ц-класса», но отличалась форма зеркал, задние крылья были более обтекаемые и размер кузова был вроде как меньше на вид, но точно он сейчас определить не мог. И вообще неуловимо отличался общий дизайн — в сторону большей элегантности.

«Хорошая машинка как для девушки её возраста», — хотел он присвистнуть, когда подошёл, но сдержался.

— Ой, Птичка, милая, забыла тебе представить моего знакомого — это Виктор, мы с ним познакомились на конференции в «Марков-Плаза» сегодня, а ещё он мне потом очень помог, я тебе расскажу об этом позже! — Анжелика стала слева от машины и начала рукой на Виктора, обращаясь к спутнице.

— Чем же он тебе помог?! Бойфренда себе захотела, да? — рыжая барышня очень холодно взглянула на Виктора и недовольно скривила правый уголок рта.

— Ну при чём здесь это? Кто о чём, а Птичка о любви! — повысила голос Анжелика. — Садись спереди, поедем!

— Ну так чего мы ждём? — рыжая пошла к правой передней двери.

— Это Арина, моя очень близкая подруга, мы с ней с детства дружим, хотя наши родители этого не одобряют! — немного натянуто улыбнулась Анжелика Виктору, пока рыжая садилась в машину.

— Угу, неимоверно рад! — произнёс парень, пораженный такими манерами рыжей девицы.

— Она очень милая и добрая, поверь, но тяжело сходится с людьми, — заявила Анжелика! — Садись назад, едем отсюда!

— Хорошо, только куда мы едем? Здесь есть кафе недалеко!

— Поедем в классное кафе, доверься мне, — улыбнулась брюнетка и села в машину.

— Ну хорошо, — кивнул Виктор и тоже сел на заднее сиденье со стороны водителя.

Анжелика сразу же включила негромкий лаунж, и через две минуты они уже выехали со стоянки и проехали вдоль парка — вскоре машина свернула на большое шоссе.

Глава 7

Свернули налево от этого парка, и Виктор понял, что шоссе не может быть никаким иным, кроме как Ленинградским. И действительно — через правое окно машины было замечательно видно огромный канал и здание Речного вокзала.

«Наверно, это шоссе называется здесь как-то иначе, да и строения вокруг производят более радостное впечатление, чем в моей реальности», — рассматривал Виктор окружающие пейзажи из набирающей скорость машины.

Музыка играла не очень то и громко, но её было достаточно, чтобы Виктор почти не слышал разговор девушек спереди — а они о чём-то время от времени тихонечко переговаривались. Пока суть да дело, Виктор снял сумку и вытащил планшет, но к его разочарованию, мобильный интернет здесь был нулевой — об этом свидетельствовал индикатор. Парень решил просто осмотреть меню, настройки, официальные данные о системе, и за минут пять активного пролистывания настроек и чтения названий программ и браузеров сделал вывод о том, что в этом мире технологическая реальность как минимум в сегменте хай-тек, который относится к электронике и программированию, нисколько не отстаёт от его реального — хотя это уже следовало из факта конференции в «Плаза». Но несмотря на это, в остальных аспектах он уверен не был и решил делать выводы только на основании четких и твердых фактов, особенно когда вернется память этого тела.

«Удивительно, что даже мобильные приложения и браузеры похожи на наши, хотя это по сути — вещь маловероятная. Неужели и здесь технологическое развитие пошло по схожему с нашим пути? Конечно, названия компаний и брендов будут отличаться, только вот насколько сильно?!» — спрашивал он себя, прочитав исходные данные о планшете «Amazung», а потом запаролил его на всякий случай, поставив пятизначный пин. — «А вот в анкете были вопросы про игры, и там была и Dota 3, и Warcraft — неужели такие совпадения возможны в параллельных мирах, или же мой мир поглощен этим лишь частично, и моего теперь вообще нет? Хотя название страны, города совпадают, даже язык совпадает, так что вообще ничего не ясно и всё может быть в любых самых извращенных вариациях!» — Виктор углубился в размышления, которым способствовала музыка и комфортная езда.

— Надоело мне слушать твои глупости, Арина! — услышал он громкий, раздраженный голос Анжелики, который резко вывел его из раздумья.

— Ты меня игнорируешь, мне это надоело, — Виктор смотрел, как рыжая пытается погладить ладонью правое плечо Анжелики.

Машина начала сбавлять скорость, и через полминуты Анжелика припарковалась метрах в пятидесяти от автобусной остановки.

— Я тебе сказала — пока об этом речи нет и быть не может! — повернулась она к рыжей.

— Икорочка, ты меня знаешь, я очень терпеливая, но я не одобряю твои замашки и не хочу видеть в твоём окружении непонятно кого…

— Так, всё, надоели мне твои нравоучения и безосновательные намёки — выходи давай и до вечера, в девять чтобы была в «Эскрайме», ясно? — по ощущению Виктора, Анжелика произнесла это очень властно.

— Ну как скажешь, ладно! Подруга называется, — голос рыжей девушки ощутимо дрогнул, она вышла из машины и демонстративно хлопнула дверью, двинувшись в сторону какого-то магазинчика и доставая из сумочки телефон.

«А ведь фигура классная, попка какая, ух! Как-то быстро они перешли от дружеского щебетания до криков и ссоры», — Виктор решил не спрашивать, в чём дело.

Машина снова мягко тронулась. Минуты через три канал остался позади и слева показалось здание огромного торгового центра, как было видно парню через переднее окно. Однако Анжелика и не думала тормозить и проехала мимо, при этом движение было достаточно свободным, низкоинтенсивным. Через пять минут проехали парк слева, и Виктор припомнил, что это парк имени Воровского в его Москве, и почти сразу машина свернула направо, в довольно зеленый и просторный переулок, и остановилась возле кирпичной высотки, которая выглядела новостроем.

— Приехали, я здесь снимаю квартиру! — повернулась она к нему.

— Мы же обедать ехали, нет? — Виктор удивился такому её решению.

— Ты издеваешься, да? Ты мне предлагаешь идти в ресторан в таком виде, как сейчас? С потекшим макияжем и убитыми туфлями? — в её голосе опять появилось присущее ей раздражение.

— Нормальный у тебя вид, — ухмыльнулся Виктор.

— Знаешь что, рот свой закрой, а то…

— Свой закрой, поняла? Я не просил сюда ехать! — перебил её Виктор и на его лице появилось выражение злой решительности.

Анжелика хотела открыть рот и что-то ответить, но явно в последний момент сдержала себя, отвернулась, выключила музыку и повернулась снова:

— День у меня сегодня совсем не задался. Можешь меня подождать в машине, я быстренько душ приму и переоденусь, и поедем в «Золотой полис», а можешь подняться со мной — еда у меня точно есть, и вино есть, — предложила она уже более миролюбиво.

— Что за «Полис»? — решил уточнить Виктор.

— Торговый центр, мы проехали его только что. Ну так как, идешь со мной?

«Если девушка сама зовёт тебя в гости, обещает накормить — то грех отказываться», — совершенно резонно подумал Виктор, кивнул ей и вышел из машины.

Анжелика поставила машину на сигнализацию, и показала рукой, чтобы он шёл за ней. Он так и сделал. Они подошли к подъезду, она приложила магнитный ключ и нажала две кнопочки на меню домофона, замок щелкнул. Виктор помог открыть тяжелую металлическую дверь.

— Я живу на третьем этаже, а потому хожу всегда пешком, — проинформировала она его.

Виктор молча шёл за ней, получая эстетическое удовольствие от вида её фигурки сзади. Даже без каблуков её попка, талия и ножки впечатляли и вызывали у него самые возвышенные чувства именно в том месте, которое предназначено для удовольствия. Через минуту вошли в просторный коридор, Анжелика подошла к красивой двери, стилизованной под красное дерево, открыла тремя ключами три разных замка, а потом приложила ещё какой-то ключ к небольшому черному кругу на уровне глаз, справа от дверного косяка. Что-то тихонько щелкнуло и она открыла дверь.

— Проходи, бери тапочки и ничего не стесняйся, — повернулась она к нему, взмахнула рукой и вошла первой, сразу включив свет.

«Я и не стесняюсь, хотя вру — стесняюсь как школьник или студент», — немного улыбнулся про себя Виктор, который действительно чувствовал себя весьма неловко в этой ситуации.

— Спасибо! — он вошёл, и девчонка захлопнула дверь.

Даже прихожая оказалась размером с комнату в его настоящей квартире. Два коридора под углом девяносто градусов: один коридор вёл на кухню, а второй, более короткий — в комнату.

— Кухня и ванная туда, — показала она на коридор слева.

— Угу, спасибо, — Виктор снял кроссовки и нашёл какие-то тапочки с вышитыми медвежьими мордочками.

— Пойдём, я на кухне тебе покажу, что и где, потом иди умойся и можешь отдыхать, а я буду купаться более основательно, — не терпящим возражения тоном распорядилась она и Виктор решил не возражать.

«Очаровательная квартирка, как же здесь хорошо пахнет и вообще такая атмосфера стильная и уютная», — первое впечатление от увиденного было самое благоприятное.

Он двинулся за Анжеликой — коридор был метров десять в длину, никак не меньше, в правой стене было две двери, явно санузел, и когда он вошёл на кухню, то был очень впечатлён — её размер был никак не меньше пятидесяти квадратов.

«Хорошая такая квартирочка», — он рассматривал кухонную стенку, два больших стола, изящные стулья, пуфы и кресло-диван возле боковой стенки. Холодильник был большой, двустворчатый, тоже «Amazung». На противоположной от дивана стене — телевизор с огромной диагональю.

— В холодильнике бери всё, что хочешь, ванная вон там, — она показала на дверь в коридоре, — иди приведи себя в порядок, а потом я буду купаться. Ты же никуда не спешишь? — Анжелика уже явно была в более хорошем настроении и даже мило ему улыбнулась. Выглядела она немного растрепанной.

— Вообще-то я хотел ещё вернуться на конференцию, там ещё будут интересные тематические доклады, в половину восьмого вечера мне надо быть в парке Дружба, — сказал Виктор и сразу же пожалел об этом, поскольку этого говорить не следовало.

— Зачем это? — сразу же уцепилась за его слова брюнетка, подошла чуть ближе и требовательно смотрела в глаза.

— Надо мне, это моё личное дело! — ответил Виктор. — Я пойду умоюсь.

— Иди-иди, — произнесла девушка и пошла к какой-то подвесной полочке.

Парень снял с плеча сумку-чехол, бросил её аккуратно на кожаный диванчик и прошёл к одной из дверей в коридоре. Включив свет — выключатель был сбоку, расположенный по американскому стандарту из его мира, он вошёл в ванну, которая поразила его своей роскошью и размером: тут была и стиральная машина в углу, и душевая кабинка, и джакузи посредине, и два умывальника белоснежных, и отдельное место для фена, и несколько полочек с косметикой, и штук пятнадцать различных вешалочек с халатиками, полотенцами, полотенечками, салфеточками. Плитка была бело-голубая в основе, с различными изысканными узорами на морскую тему — ракушки, кораллы, черепашки и всё подобное — Виктор оценил эту ванну как рай для любой женщины.

Он снял свой джинсовый пиджак и серую футболку под ним, умылся, с удовольствием отфыркиваясь, помыл шею и под руками, потом вытерся одним из небольших полотенец. Из зеркала на него смотрел он сам, только молодой и в самом расцвете сил — светло-русый парень с прямоугольной формой головы, коротко-стриженный по бокам, с темно-синими глазами, как у младенца, прямым носом, выразительными губами приятной формы и волевым подбородком. Однодневная небритость, как он сам считал в молодости, придавала ему шарм. Впечатление скрадывал тёмный синяк над правым соском, диаметром в половину указательного пальца, которой уже не саднил, но если на него чуть надавить — было больно.

— Ну долго ты там будешь плескаться? — послышался откуда-то издали недовольный голос девушки.

«С ней не соскучишься. Интересно, какая же квартира в этом мире у меня, где я вообще живу? Надо пробить адрес из паспорта», — решил он, одевая уже несвежую футболку и взяв в руку джинсовый пиджак.

Когда он зашёл на кухню, Анжелика стояла боком ко входу возле одного из столов, который был ближе к окну, и курила.

— Курить уже так хотелось, что просто нет сил, — приподняла она на миг правую бровь, будто бы отвечая на невысказанный вопрос.

— Я ничего и не говорю, кури себе на здоровье! — удивленно пожал плечами Виктор и бросил пиджак сверху на чехол-сумочку. На мгновение ему показалось, что она лежит не так, как он её оставлял, но пиджак уже прикрыл её.

— На здоровье? — неожиданно засмеялась девчонка.

— Я не это имел ввиду, — он тоже искренне улыбнулся ей. — Хочется тебе — кури, раз нет силы воли бросить!

— С чего ты это взял, что у меня нет силы воли?

Виктор решил, что в ногах правды нет и уселся в кресло-диван, чуть вытянув ноги. Девушка была метрах в шести напротив него и вопросительно смотрела, затягиваясь сигаретой.

— Я такого не говорил. Мои слова относились к курению! — взмахнул он кистями и сложил ладони в домик.

— Я так не считаю. Ты сказал, что я слабовольная и не могу бросить курить, а дело на самом деле вообще не в этом… — начала она заводиться, но Виктор перебил её, подняв миролюбиво ладони:

— Анжелика, я ничего подобного не говорил. Тебе что, доставляет удовольствие ссориться на ровном месте, придираться к словам?

— Я не придираюсь, не хами мне, — топнула она ножкой, погасила в пепельнице сигарету и быстрым шагом — она была босая, прошла в ванную.

«Какая же она тяжелая и истеричная, я вот даже так и не припомню, были ли у меня в жизни подобные ей дамы? По работе — были, но в отношениях — точно нет, разве что Ольга отдаленно похожа, но ей до этой стервы — как пешком до Хабаровска», — вспомнил Виктор свою первую девушку, с которой он когда-то жил вместе. — «Жрать хочу!» — Виктор вспомнил, ради чего он здесь, и решительно двинулся к холодильнику.

Открыв правую створку, он присвистнул — чего там только не было: и полуфабрикаты мясные и рыбные, и баночки с икрой, мидиями, паштетами, грибы маринованные, красная рыба, снизу — овощи и фрукты.

«Живём, ё-моё! Если бы она не была такой сукой, я бы не задумываясь переселился к ней сюда. Так, и пивко есть, и ликёр ореховый, и водочка, початая немного, и красные вина», — Виктор на несколько секунд даже задумался, потом достал банку пива «Валдай Светлое» — с рисунком парусной лодки в пенном море, подошёл к одной из полочек и взял оттуда стакан из зеленого узорчатого стекла.

«Какое пивко отличное, даже наше настоящее бельгийское и чешское не всегда угадывает», — заценил он отечественное пиво, приятно-горькое, взял в руки банку и почитал производителя — НАО «Суздальская пивоварня».

Выбросив банку в корзину под умывальником, он вернулся к холодильнику, достал рыбную нарезку в вакууме, несколько яиц, банку грибов, сыр. Найдя подходящую ёмкость, он поставил на электроплиту отварить яйца, потом открыл пару полочек: как он и думал — в одной из них обнаружились пачки разных спагетти и маленькие коробочки с овсянкой. Он взял итальянские, тоже нашёл кастрюлю и поставил разогреваться.

«Интересно, где она чаще ест — дома или в ресторанах? Вообще не поверю, что такая девчонка способна готовить что-то сложнее вареных яиц», — раздумывал он, прислушиваясь к шуму воды в ванной и размешивая спагетти.

Минут через пять он отцедил спагетти, сложил их в большую пиалу, которую нашёл в длинной полке, натёр сверху сыр, перемешал, закрыл это всё, очистил яйца, порезал их пополам и выложил на большое блюдо вместе с кусочками красной рыбы и салями. Потом открыл за кольцо банку индюшиного паштета с этикеткой на немецком и намазал порезанные кусочки хлебца. Потом достал пиво, вино и столовые приборы — искать долго не пришлось, и поставил их на стол. Как раз за этим занятием его и застала девушка:

— Виктор, ты уже поел? — он даже вздрогнул от её голоса, поскольку вышла из ванны и зашла сюда она весьма тихо.

— Нет, даже и не начинал, — он обернулся к ней и даже на мгновение приоткрыл рот: она была в застегнутом белом халате на голое тело, волосы были сложены сверху и скреплены сложной заколкой, а сама она без капли макияжа выглядела даже лучше, чем с ним.

— А что ты делал, интересно? — она немного нахмурилась.

— Вот это! — он отошел от стола, который закрывал, и ей открылась сервировочка.

— Ох, ну ничего себе, прикольно! Ты готовить умеешь, что ли? — она расплылась в улыбке и смотрела ему в глаза, явно довольная.

— Немного умею. Ты кушать хочешь?

— Если честно — очень-очень, я сегодня набегалась и получила огромный стресс, в жизни со мной такого не было, — она продолжала улыбаться и подошла к столу. — Мм, спагетти с сыром! Откуда ты знаешь, что я так очень люблю?

— Нашёл сыр, нашёл спагетти, догадался, — Виктор был доволен эффектом, он отодвинул стул и жестом пригласил её садиться.

— Умеешь поухаживать, — она как бы случайно коснулась пальчиком его кисти, когда садилась.

— Умею, почему нет? — поинтересовался он, отходя к месту напротив.

— Это необычно для такого молодого парня без опыта отношений, — ответила она, изящно накалывая вилочкой кусочек красной рыбы.

Виктор, который как раз насыпал себе горячие спагетти, которые уже слиплись с сыром и источали аппетитнейший аромат, удивился:

— С чего ты это взяла?

Глава 8

Виктор жевал спагетти с сыром чуть дольше, чем мог бы: было очень вкусно, а он реально был очень голодный, раз, и надо было обдумать ответ на вопрос девушки, два. Пока он жевал, она тоже взяла себе бутербродик с паштетом, три кусочка салями и насыпала порцию спагетти.

— Надо было добавить немного японского соевого соуса, это придало бы пикантности, — заявила она через несколько секунд, с наслаждением принюхавшись.

— Ещё не поздно это сделать, если хочешь, — ответил Виктор, надеясь сменить тему.

— Ты не ответил на мой вопрос, — улыбнулась девушка, встала и пошла к холодильнику.

Только Виктор прожевал и собрался отвечать, как она подошла с красивой бутылочной из темного стекла и этикеткой на японском, открыла крышечку и щедро налила себе соус на спагетти.

— Будешь? Очень вкусно! — Виктор не успел даже помотать головой в знак согласия или отказа, как она сделала к нему шаг и налила соус и в его тарелку.

— Ну спасибо, — он удивленно посмотрел на неё снизу-вверх.

— Не за что, это классическое сочетание, — махнула девушка головой и села обратно за стол.

«А может, я не хотел — она всегда сначала делает, потом думает?» — Виктор осторожно размешал соус и принюхался — пахло пряненько и приятно. Взяв очередную порцию, он прожевал и отметил, что стало даже вкуснее.

— Ты права, вкус стал очень пикантный, более острый и классный! — улыбнулся он Анжелике, которая с ироничной улыбочкой смотрела на него чуть исподлобья.

— Поверь мне, я спец в вопросах кулинарии!

— Готовить умеешь вкусно?

— А это здесь каким боком? — искренне удивилась девушка, кладя в ротик салями и грибы. — Рестораны, доставка на дом, полуфабрикаты — я себя всякой готовкой сильно не заморачиваю, не собираюсь этого делать дальше и считаю это проявлением мужского шовинизма. Иногда могу себе овсянку развести утречком, — она намотала вилкой спагетти. — Когда я жила с родителями, ещё до учебы в юнкерском корниловском корпусе, мне готовила наш семейный повар, а в казармах я заказывала себе еду через доставку, хотя за это на меня и ругались все, — девушка была с набитым ртом, поэтому поясняла медленно.

— Это почему же? — полюбопытствовал Виктор.

— Ну это запрещено по правилам и по уставу, но где правила, а где я? — хихикнула девчонка, и в её глазах появились веселые искорки.

«Что-то мы в опасную зону заходим», — только Виктор хотел спросить её про родителей, как резко понял, что потом последует ответный вопрос от неё на счёт его семьи, а он пока что полностью плавал в этом вопросе.

Пару минут продолжали кушать молча, поглядывая друг на друга и улыбаясь.

— Ты не ответил на мой вопрос, — Анжелика вытерла ротик салфеточкой и откинулась на спинку стула.

— На какой?

— Где ты так научился ухаживать, не имея опыта отношений?

— А что здесь сложного? Кино смотрел, книги читал, и кроме того, откуда ты знаешь, что у меня нет опыта отношений? — ответил он с легкой улыбочкой.

— Обычно у студентов-неудачников из низших социальных слоёв всё время уходит на игры, на пьянки, им просто некогда получить нормальный опыт с нормальными девушками! — пояснила Анжелика, пристально глядя парню в глаза.

— А ты, значит, с высших социальных слоёв, да? — Виктор понял, что начинает злиться.

— Конечно. У меня гражданский магокоэффициент — девяносто единиц, а у тебя сколько? Одна, две, максимум три единицы?

— Даже если и так, что с этого? Я от этого становлюсь каким-то не таким человеком? — пораженный Виктор тоже смотрел на неё.

— Конечно, ты останешься неудачником внизу социальной пирамиды, ты не сможешь стать аристократом по заслугам, тебя не возьмут на руководящую работу в какие-то серьезные и богатые компании. Ты будешь жить обычной серой жизнью, почти на грани бедности, — сказала она, уже более холодно глядя на него и смакуя слова.

— И что в этом плохого — просто жить?

— А хорошего что? — снова начала заводиться брюнетка. — Хоть у тебя и нет серьезных магических задатков, где твои амбиции? А ещё меня назвал безвольной, — она демонстративно скривила губки. — Ты должен стремиться вверх, должен стремиться делать карьеру, зубами прогрызать, иначе как ты собрался содержать семью, радовать любимую девушку?

— Как все — учиться, работать… — начал Виктор, но она перебила:

— С таким настроением ты ничего не заработаешь, у тебя только игры на уме! Парни сейчас вообще невменяемые с этими играми!

— О чём у нас разговор сейчас, Анжелика? Я сам разберусь со своей жизнью, ты за собой следи. Если у тебя богатые родители, это не значит, что здесь твоя заслуга!

— Ой, знаешь что, завидовать не надо, все неудачники так делают, ты сперва сам чего-то добейся, а потом завидуй! Ты вот прямо типичный неудачник! Нельзя таким быть! — девушка снова вытерла ротик салфеткой, бросила её на стол, встала и вышла из кухни.

«Да, отлично пообедали, приятно пообщались, что тут сказать», — в очередной раз Виктор был поражён её умением вывернуть беседу непонятно куда.

Он доел свою порцию и демонстративно оставил посуду на столе — сама пусть занимается. Подойдя к дивану, он достал планшет и посмотрел время — было уже чуть больше пяти вечера.

«Нормально так времечко пролетело, денёк насыщенный, событий и впечатлений столько, как за всё моё индийское турне», — Виктор припомнил свою турпоездку на Гоа, где провёл больше месяца. — «Вчера я вышел из дома в полседьмого вечера, а зеленоватый туман в парке меня накрыл примерно в четверть восьмого. Сегодня надо быть там в это время», — Виктор рассчитывал, что всё можно вернуть обратно, потому что иного ключа, чем парк, у него не было.

Его взгляд упал на телевизор. Он огляделся в поисках пульта и нашёл его на подоконнике, а ещё там лежал пульт от кондиционера, сейчас выключенного. Быстренько разобравшись с функционалом пульта, он включил телевизор и попал на какой-то музыкальный канал. Усевшись на диван, Виктор начал смотреть.

— «Наш хит-парад продолжается, и победитель недели по версии слушателей «Радио-Хит» и нашего канала — отечественный хип-хоп исполнитель Кистень со своим свежим хитом «Ствол».

Виктор наблюдал, как пошёл видеоряд клипа — военно-мультяшная тематика, и какой-то смуглый сам по себе, но крашеный блондин лет двадцати с татухами на плечах, начал танцевать брэйк возле какого-то странного вида танка и делать распальцовку двумя руками в сторону камеры.

— «Эй, хей, Кистень с вами, зашибись,

Ствол готовим боевой,

Всех нагнём к нему дугой!

Йо, не остынет тут мой ствол,

Насажу я на него,

Мясо вкусное, йо, йо!

Глубоко я насажу, я здесь тупо капитан,

Быстро прыгну в вертолёт,

Понесёт меня вперёд,

Нахлобучим всех козлов,

Девки будут раздвигать,

Только лучшее для нас,

Будем пить вино и ром…» — дальше Виктор слушать не стал и начал переключать каналы.

«Во всяком случае — с музыкой тут всё так же отлично и замечательно, как и у нас, всё лучшее и современное в тренде», — посмеялся Виктор, вспомнив одного из реальных отечественных исполнителей.

Он продолжил переключать каналы — три подряд про природу и животных, на следующем — какие-то бабушки в кокошниках пели нечто унылое под аккомпанемент из бубнов и балалаек, следующий — какое-то кино в исторических декорациях, даже на первый взгляд — отвратительно снятое и бюджетное, а вот следующий канал его заинтересовал — там шёл выпуск новостей. Виктор решил посмотреть.

— «…и от новостей страны позвольте перейти к важным международным событиям», — говорила симпатичная ведущая лет тридцати в стильном костюме. — «Я передаю слово Дмитрию Яблонскому, нашему международному обозревателю…» — камера взяла крупный план студии и переместилась правее, на мужчину лет около шестидесяти в строгом костюме, с круглым, умным и мясистым лицом.

«Ну дела, просто брат-близнец наших говорящих голов с центральных каналов», — не удержался от удивленного тихого возгласа Виктор.

— «Спасибо, Виктория! Здравствуйте, уважаемые зрители, — ведущий медленно двигался по студии, плавно жестикулируя кистью. — Как вы знаете, моё „Обозрение недели“ выходит по воскресеньям, но сегодня внеплановый выпуск, поскольку за посление два дня в Северной Мексике произошли в целом предсказуемые, но от того не менее шокирующие, трагические и важные для всего мирового сообщества события. Я говорю о вчерашних новостях из мексиканского штата Чиуауа и одноименного города, о тех шокирующих кадрах, которые уже облетели весь мир. Наш канал располагает полным вариантом этого видео и покажет его без купюр. Речь идёт о преступлениях нарко-террористической группировки „Обретение Ацтлана“, запрещённой не только в России, но и во всех странах блока „Антанта-Центр“. Эта группа фанатиков тесно связана как с мексиканскими наркокартелями, которые ведут войну с правительством Мексики, так и со спецслужбами Колумбии, Венесуэлы и Кубы. Я прошу режиссёра показать эту видеосъемку, сделанную самими террористами, которые настолько обнаглели, что уже не скрывают свои шокирующие преступления, а открыто их демонстрируют. Перед этим я попрошу убрать от экранов зрителей младше 18 лет, а также просто впечатлительных граждан — показанные кадры несут в себе шокирующую жестокость!»

На экране пошёл обратный отсчёт: десять, девять…

Виктор быстро подорвался с дивана и метнулся к холодильнику — взять банку пива. Когда он с уже открытым пивом сел обратно, отсчёт закончился и началась трансляция записи:

«Поздний вечер, длинная дорога, вдоль неё — высокая стена из красивого бежевого камня, и в которой через небольшие промежутки вырезаны широкие арки. Внутри двух из этих арок, которые попадают в кадр и хорошо освещены, стоят на коленях и с руками за головой некие военные, униформа у них разного цвета. Их более трех десятков, а может и больше. Потом камера берёт общий план и вокруг них видны несколько джипов с пулёметами в кузовах, на которых развиваются непонятного цвета флаги — их не видно из-за слабого освещения. Возле джипов множество людей в черных масках и камуфляжной униформе, с разным стрелковым оружием в руках — они им размахивают и размеренно выкрикивают слово «Теночтитлан»: произносимое на испанском, оно особенно зловеще звучит в этот момент.

Через несколько секунд из-за джипов выходят три человека, и камера фокусируется на них. Они одеты в защитную камуфляжную форму, на голове у них — черные капюшоны, которые скрывают лица, на поясе видны пистолеты в кобуре. Когда камера берёт крупный план крайнего из них, то видно, что на левой руке у него надёты некие четки в виде небольших зеленых шариков неправильной формы с изящным маленьким цветением посередине каждого из них. Эти три человека начинают произносить нараспев слово «Теночтитлан», поднимают руки, вокруг них образуется заметное облако тумана, которое они синхронным движением рук направляют на толпу стоящих на коленях военных. Военные начинают сильно кричать и корчиться, падают на спину, извиваются, зрелище напоминает коллективный эпилептический припадок… Это продолжается минуты три, после этого зеленоватое облако растворяется, и большинство из этих военных с трудом становится на колени, воздевает руки в сторону этих троих человек и начинают что-то кричать. Переводчик даёт закадровый перевод с испанского: «У нас открылись глаза! Мы уверовали! Теперь мы верные сыны Ацтлана! Да придёт Ацтлан! Мы — дети возрожденного Ацтлана!»

Четверо военных не поддаются общему эффекту, тоже с трудом становятся в полный рост и плюют в сторону загадочной тройки, камера берёт панораму звездного неба, и на заднем фоне слышатся четыре или пять одиночных выстрелов».

Трансляция закончилась и появилась экранная заставка в цветах российского флага.

«Блин, блин, ну дела! Конец даю на отсечение, что вот именно такой точно зеленоватый туман я вчера вечером видел в парке и попал в него, точнее он меня накрыл! Это было оно, надо бежать обратно в парк и искать!» — взволнованный Виктор напряженно уставился на экран, допивая пиво.

Снова началась трансляция из студии:

— «Ещё раз приношу свои извинения, уважаемые зрители, за показ этого шокирующего контента, — солидно произнёс ведущий, который уже стоял за небольшой кафедрой. — Чтобы разобраться подробно в этой ситуации, я пригласил к нам в студию человека с огромнейшим опытом — Валентина Вениаминовича Анненкова, известного военно-политического эксперта, директора международного Института Конвенциональной Боевой Магии, доктора техномагических наук, внештатного советника министра обороны! Здравствуйте, Валентин, спасибо, что вы пришли к нам сегодня в студию.

— Здравствуйте, Дмитрий, спасибо за приглашение! — камера показала невысокого, интеллигентного, пожилого мужчину в очках, полностью лысого, стоящего за кафедрой напротив.

— Что вы думаете о видеокадрах, которые мы все сейчас видели?

— Если говорить конкретно об увиденном нами применении боевой магии — то на сегодняшний момент я однозначно не могу идентифицировать её как неконвенциональную, то есть запрещённую к применению. Утром со мной связался господин министр обороны и дал поручение провести экспертизу, — эксперт говорил размеренно, немного растягивая слова.

— Сталкивались вы когда-либо в своей карьере с подобной боевой магией? — спросил ведущий.

— Могу сказать однозначно — нет. По всей видимости — это сложнейшая и опаснейшая комбинация магии телекинеза, исторически присущей этим местам, с некими запрещёнными веществами. Если вы обратили внимание на чётки, одетые на руку одного из этих террористов, то они выдают в нём адепта кокаинового пейотля — это сложный гибрид, если говорить по-научному, Лофофоры Уильямса и кокаинового куста, — рассказывая, эксперт легонько жестикулировал ладонями, а ведущий заинтересованно кивал.

— Это ведь запрещённое растение, не так ли?

— Абсолютно верно. На сленге наркоторговцев оно называется «Ацтлан». По данным нашей разведки, это растение было выведено генно-магическим способом в конце девяностых годов прошлого столетия одним из колумбийских наркокартелей, который впоследствии захватил две трети рынка кокаина во всём западном полушарии, что привело, как вы знаете, к жесточайшей войне картелей и постоянному политическому и экономическому кризису в Мексике и регионе всего Карибского бассейна. Всё это продолжается вот уже два десятилетия и конца и края этому не видно, а социальная ситуация ухудшается с каждым годом, — уверенно заявил эксперт.

— Лично меня очень напугал эффект от применения этой магии. Насколько уязвимы обычные люди к ней, а также военные и полицейские?

— На кадрах мы видели пленённых террористами при неожиданном захвате города местных полицейских и федеральных солдат. Некоторые из них сохранили иммунитет к воздействию этой магии и были убиты террористами, к сожалению, остальные пополнили их ряды — и в этом заключается страшная опасность этих событий. Если говорить о состоянии вооруженных сил Мексики в целом, я оцениваю их как предельно низкое — они коррумпированы изнутри различными картелями, участвуют в войне за зоны влияния в приграничье и за доходы от наркотранзита, и как показали события с захватом важного регионального города Чиуауа, который террористы взяли значительно меньшими от правительственных силами в результате стремительного налёта — практически неспособны к сопротивлению или не заинтересованы в нём по коррупционным причинам.

— Какие действия может предпринять правительство Мексики для стабилизации положения? На сегодняшний момент вся Северная Мексика представляет сплошную зону чрезвычайного положения.

— Как вы знаете, группировка «Обретение Ацтлана» провозгласила ещё семь лет назад своей целью возрождение мифического государства Ацтлан на территории всей Латинской Америки, а также штатов Техас, Нью-Мексико и Калифорния. Они стремятся создать тоталитарную магократию на основе своей неоязыческой, человеконенавистнической доктрины. Конечно, до этого никто не воспринимал всерьёз эти заявления одной из мелких групп криминально-политических радикалов, но год назад ситуация изменилась качественно.

— Каким образом, Валентин?

— После выхода из подполья группировка почти год прочно удерживала небольшую территорию в штате Чиуауа при бездействии федерального правительства Мексики, которое было сковано войной с наркокартелями по всей границе с ФСША, и вот за последние три дня ситуация изменилась ещё более радикально — боевики захватили целый город, а превосходящие силы полиции и армии не смогли ничего им противопоставить. Сам по себе этот шокирующий факт нуждается в подробнейшем изучении, а также влияние спецслужб сопредельных государств на общую ситуацию, — эксперт начал жестикулировать более активно, но всё равно говорил медленно.

— Я читал утренний призыв о помощи президента Мексики к президенту ФСША и лидерам «Антанты-Центр» — будет ли оказана международная помощь?

— Дело в том, что политика президента Мексики, кардинала Франциско Альмонте, и его партии «Обновлённая Католическая Инициатива 1950» вызывает с каждым годом всё большее неприятие всех слоёв населения, и это является питательной почвой для различных антиправительственных групп и криминальных объединений, которые нашли в Мексике благодатную почву для ведения своей противоправной деятельности. Поэтому я уверен, что западные лидеры ограничатся выражением сочувствия и обещаниями такой помощи, но ничего реально сделано не будет.

— Валентин, но как же сегодняшнее заявление президента Франции?

— У президента Эжена-Эммануэля Петена через год выборы, и исключительно ради имиджа решительного лидера он ограничился ни чем не обязывающим заявлением о скорой посылке в Мексику пятитысячного контингента из Иностранного Легиона. Эти высокобоеспособные войска могли бы стабилизировать ситуацию, но я уверен, что время будет упущено и группировка начнёт экспансию.

— Огромное вам спасибо, Валентин, за такую содержательную беседу!

— И вам спасибо за приглашение! — кивнул эксперт».

Ведущий вальяжно перешёл на следующую тему, но глубоко впечатлённый Виктор выключил телевизор и несколько минут сидел в полной тишине, обдумывая услышанное.

«В парк, немедленно в парк! Я и минуты не хочу оставаться в этом абсолютно безумном мире, где людей можно порабощать с помощью какого-то тумана и делать из них фанатиков!» — его сердце учащенно билось. — «Нахер надо!»

Планшет показывал уже четверть седьмого, и Виктор быстренько надел пиджак и пошёл в прихожую.

— Анжелика! — выкрикнул он громко два раза.

Из комнаты показалась девушка, она уже была одета в свободный и стильный спортивный костюм.

— Чего ты орешь?

— Спасибо за угощение, — как можно более холодно произнёс Виктор, — открой мне дверь, мне срочно надо идти по делам!

— Да сейчас, разогнался! Через час поедем в «Эскрайм»… — начала она, но он угрожающим тоном перебил её:

— Рот свой закрыла и быстро открыла дверь, мне надо идти!

— Я никуда тебя не отпущу, ты мне нужен этим вечером…

— Быстро открыла дверь! — уже значительно более злобно рявкнул Виктор и быстро приблизился к ней.

Девушка испуганно попятилась, потом отвернула голову:

— Ты правда мне очень нужен, — её голос дрогнул и она начала всхлипывать.

— Буду нужен — позвонишь и встретимся, а сейчас у меня дела!

— Так вот ты какой, бросаешь девушку в беде, — она прикрыла лицо ладонями.

«Классный у неё парфюмчик, такой нежно-шипровый. Надо ей дозвон послать», — Виктор достал планшет.

— Говори свой номер, сейчас дам дозвон, наберешь меня через час или когда ты там будешь выдвигаться!

— Ты, ты правда меня не бросишь? — она убрала ладони с лица, взглянула на него и было видно, что она немного плакала.

— Правда. Какой мне смысл? Или ты меня похитила и насильно удерживаешь?

— Нет, конечно, просто я не уверена в твоём серьезном настрое, — она смотрела, как обиженная школьница.

— На самом деле мне это нахрен не надо, все эти дуэли, но раз я тебе сказал, значит — буду на месте в нужное время.

Анжелика несколько секунд стояла, на её лице было сомнение и растерянность.

— Хорошо, набери этот номер, — она продиктовала цифры, и Виктор дал дозвон.

Где-то в комнате послышались мягкие переливы колокольчиков.

— Убедилась?

— Хорошо, я надеюсь на твою порядочность, — девушка обошла Виктора, намеренно зацепив грудью его локоть.

Виктор пошёл за ней, она достала ключи, открыла замки, что-то тихо прошептала и открыла дверь.

— Иди, но лучше бы остался со мной, мне было бы спокойнее!

— До встречи, — холодно произнёс Виктор и вышел из квартиры.

«В парк, быстрее в парк, надо искать этот туман!» — он начал быстро спускаться по лестнице. — «А если он и меня как-то поработит? Или будет больно, как тем бедолагам?» — он на секунду остановился, но глубоко вздохнул и решительно отмёл эту мысль.

Глава 9

Выйдя на улицу, он пошёл в сторону трассы, просматривая телефонную книгу планшета. Каких-то номеров такси там не оказалось, но зато одно из приложений оказалось именно для вызова такси. Мобильный интернет работал довольно нестабильно, и Виктор только через десять минут смог нормально сделать вызов — поездка до парка "Дружба" должна была обойтись ему в сорок семь рублей. Он перешёл на противоположную сторону шоссе и стал возле автобусной остановки дожидаться машины. Людей вокруг было мало.

«Уже вечер скоро, а людей мало, машин мало, и даже возле торгового центра не видно движа, странно это всё. Может, район такой просто?», — Виктор рассматривал здание «Золотого полиса», которое было километрах в двух от него.

Минуты через три подъехала синяя машина, на вид — практически «Лада Калина». Виктор открыл дверь и поздоровался с водителем.

— Значит, на Флотский едем, к воротам «Дружбы»? — уточнил таксист, мужичок лет сорока пяти или больше, явно похожий на бывшего военного или спортсмена.

— Да, — Виктор сел на переднее, закрыл дверь и машина двинулась.

— Эх, парень, и не страшно тебе там расхаживать? — вполне серьезно поинтересовался мужичок.

— В каком смысле? — не понял Виктор.

— Ну как же, я слышал от других таксистов, что какая-то херня странная творится уже две недели по вечерам, и люди туда перестали ходить, а власти всё это скрывают и не рассказывают. Даже оштрафовали репортера, который пытался там ходить и снимать! — водитель оказался общительный.

— А что именно скрывают?

— Творится там что-то непонятное, говорят, человек пропал три дня назад, — водитель притормозил перед светофором большого перекрестка, как раз справа было отлично видно торговый центр.

Стояли полминуты, только водитель хотел ехать, как откуда-то справа послышался громкий сигнал — здание закрывало обзор, и через несколько секунд через перекресток промчались две бело-синих легковушки с надписью «Военная милиция» и проблесковыми маячками, а следом за ними на большой скорости ехали военные грузовики, покрытые камуфляжным брезентом и с большой дистанцией друг за другом.

Виктор рассмотрел знак на дверях пары грузовиков — прямоугольный черный флаг с косым белым крестом.

Водитель негромко выматерился и добавил:

— Опять казармы марковцев подняли по тревоге и погнали в Кубинку. Почти каждую неделю такая херня, из-за них весь соседний микрорайон сейчас станет в пробке.

— А из-за чего тревога?

— А хрен его разберешь. В мире неспокойно, да и тренируют этих юнкеров ой как сильно, всё-таки считается элитная дивизия, в Москву вошли первые как-никак. И девки у них самые наглые и оторванные, во всей русской армии таких не найдешь, — водитель откинулся в кресле и заглушил мотор.

— Прямо самые наглые? — не удержался Виктор.

— Ну да. К тебе что, никогда их женские патрули не приставали? — мужик повернул к нему голову.

— В смысле, приставали?

— Да в прямом! Я ж говорю, места опасные вдвойне — парк «Дружбы» и Флотский бульвар, как казармы там построили в восьмидесятых, так и началось. Парк — там хрень какая-то появилась недавно, а бульвар — десятилетиями ходят там патрули, но занимаются не сколько охраной порядка, а высматривают себе мальчиков покрасивее да постройнее, — мужик чуть приоткрыл окно.

Грузовиков прошло уже семь штук. Виктор удивился:

— И зачем? — вопрос был хоть и наивный, но в его положении — вполне обоснованный.

— Ну как зачем? Наркоту им подбрасывают, потом тянут в свои камеры, пытают, сдают на органы, получают за это деньги, премии, лычки, — вполне серьезно произнес таксист.

Виктор повернулся к нему и почувствовал, как у него отпадает челюсть.

— Пытают… На органы?

— Господи, парень, ты что, с луны свалился или совсем заигрался в ваши эти игры компьютерные? — засмеялся мужик. — Шучу я. Мужей они себе высматривают, потом окручивают парней вроде тебя — высоких, спортивных, стройных, которые со спортом дружат, и выходят за них замуж, рожают. Главное — чтоб высокий и не толстый, вот как ты.

— Ээ, а зачем им какие-то парни непонятные, когда у них своих юнкеров полно, учатся вместе — ничего я не понимаю! — Виктор начал чувствовать, что у него закипает мозг.

— Ну ты точно весь мозг оставил в компьютере, а на вид по тебе и не скажешь, извини за такие вот слова, — мужичок приложил ладонь к груди. — В бабах ты вообще не сечешь!

— Ну, это да… — пожал плечами парень и решил согласиться.

Снова послышался громкий сигнал справа, и за грузовиком проехала ещё одна бело-синяя легковушка, замыкая колонну.

— Наконец-то проехали, тьфу! — машина двинулась на зеленый. — Вот скажи, нахера вот нормальному юнкеру, будущему аристократу или уже родовому аристократу с перспективой охренительной карьеры и денег, жениться на таких жутких стервах с высоким магокоэффициентом, когда полно вокруг нормальных, скромных и хозяйственных девочек, которые в сто раз для них лучше во всех отношениях?

— Ну и зачем?

— Да вот вообще незачем. Я не говорю о том, что весь этот марковский клан огромный — там все какие-то близкие и дальние родственники, так и бабы с высоким магокоэффициентом вообще сейчас нормальному человеку и даром не нужны, если он не хочет остаток жизни провести на цепи и под каблуком, а потом ещё голым и босым остаться!

— На цепи?

— Ох, парень, туго у тебя с юмором — я образно выражаюсь. Я тебе скажу так — магия вот эта, она бабу меняет сильно в худшую сторону, сейчас уже ученые открыто говорят, что это на характер влияет прямо и плохо. С каждым годом таких баб всё сильнее жжёт изнутри жажда власти, денег, амбиции, карьера, зависть — на ком она будет срываться? Да на тебе, на муже. А мужиков сейчас даже по переписи на десять с хреном процента меньше от баб, на всех уже не хватает, привезти неоткуда — во всем мире такая беда, и спрашивается, зачем перспективному аристократу связывать себя с такими сучками, которые даже об него, аристократа, вытрут ноги, всё отсудят себе и не подавятся?

— Социальный статус, династический брак, кровь аристократическая… — неуверенно произнес Виктор.

— Да какая кровь?! Наоборот — сейчас мода брать девок из низов, и парней теперь тоже, чтоб разбавить застой крови в высших слоях. Магия-то кровь портит, да! Девка из низов что? Она не будет тебе мозг выносить ревностями и прочими женскими глупостями, а боевая магичка с тобой такое может сделать, что мама не горюй. Вот даже взять моего кореша хорошего, спортсмен бывший… — начал разглагольствовать мужик, но резко затормозил перед пешеходным переходом — там шла мамаша с коляской.

— И что с корешем?

— А, дело было в Одессе, значит, по молодости. Шёл он там по набережной, году в девяносто седьмом это было, мы ещё тогда на соревнования ездили, и тормозит его женский патруль вечером, алексеевцы: так и так, гражданин, наркотики, а он же тогда этих фишек не сёк бабских, сдуру дал и телефон, и адрес гостиницы. Потом ему звонит одна их этих девок, аристократка потомственная, пугать его начинает тюрьмой, но мол отмажем, если будем дружить, сотрудничать, — мужик начал набирать скорость, и Виктор увидел здание Речного вокзала.

— Ну и что?

— Что?! Окрутила его, охмурила своими чарами, а тогда ещё мужики толком не понимали, что баб уже на тот момент реально больше, женила на себе, как ягнёнка, потом пятнадцать лет упрекала, что он родил ей трех дочек, а она сыновей хотела…

— Он родил ей? — Виктор не переставал обалдевать.

— Заделал в смысле. А ты ей докажи, что это она генетически неправильная из-за магии и препаратов, а не он! Ну и всю душу с него за жизнь вытрясла ревностями, все деньги, потом выпнула на улицу, сейчас корячится на алименты и бухает от безысходности — с дочками она не даёт видеться, у неё мамаша судья окружная.

— Ничего себе — история любви, — промолвил Виктор, когда уже подъезжали к Флотскому бульвару.

— Да таких историй сейчас — каждая первая с именными юнкершами, я за последние годы наслышался, как они парней, как же это слово ваше американское, молодежное, — мужик на несколько секунд задумался, — ээ, пикапят, вот!

— Пикапят?! — окончательно прозрел Виктор.

— А кому хочется без мужа нормального остаться или с совсем выморочным каким-то задротом без перспектив? Хороший муж для карьеры и для родни нужен, как реквизит успешности! Это девки такие — они активные, обеспеченные, феминистки, спортсменки, магички, умеют брать всё, что захотят. Долбанная аристократия, везде одни кланы, блат, коррупция, родственники, — начал яриться мужик.

— Ну так и охмуряли бы юнкеров своих!

— Да сейчас, нужны они тем юнкерам сто лет. Эти парни с ними могут совладать, но зачем тратить силы на стервозную феминистку и плясать перед её роднёй, когда вокруг полным-полно девок с нормальными характерами и запросами? Мне один так и сказал — пару раз можно чпокнуть, но никаких близких отношений вообще нельзя — сразу падает уровень магоэнергии, сразу результаты в учёбе снижаются, девки эти очень требовательные, тяжелые, нервные, ревнивые, задиристые, такие вот дела!

— Ну понятно, спасибо за поездку, — Виктор протянул ему полтинник, сдачу брать не стал.

— Это их любимые места, наверно специально именные казармы в восьмидесятых строили возле студенческих общежитий, прям вот как знали! — вздохнул мужик.

— До свиданья! — парень вышел из машины, поправил сумку и направился к парковым воротам, из которых он утром выходил на Флотский бульвар.

«Ничего себе, ждал я и ехали сколько», — на часах было пять минут восьмого, было уже облачно и начинало темнеть, поэтому Виктор быстрым шагом двинулся в парк.

Метров пятьдесят он шёл по центральной аллее, которая была засажена каштанами. Он оглядывался во все стороны — в парке было пусто, только ветерок трепал небольшой черный вымпел с белым косым крестом на невысоком флагштоке возле мини-стадиона. Виктор углубился в парк, но пока что ничего необычного видно не было. Он свернул на одну из боковых аллей, некоторое время ходил там, потом пошёл еще глубже, к небольшому водоёму с площадкой для детей. Там тоже было шаром покати, и ему даже сделалось немного не по себе. Походив так минут десять вдоль водоёма, он возле пяти небольших яблонь вдоль аллейки за водоемом увидел нечто странное — как будто бы плотное облако, которое чуть отсвечивало зеленоватым отливом.

Виктор сглотнул и двинулся туда.

«Других вариантов нет — надо идти прямо туда, несмотря ни на что!» — подбадривал он себя, пока огибал водоём и подходил к этому месту, довольно заросшему травой и мрачноватому.

— Прощай, Анжелика, бета-тест и этот странный, необычный мир, прощай-прощай, — Виктор пару раз глубоко вздохнул-выдохнул и углубился в туманный, чуть зеленоватый воздух.

Глава 10

Сначала не происходило вообще ничего — Виктор стал возле крайней яблоньки и с недоумением рассматривал ту легкую зеленоватую дымку, в которой он был.

«Странно очень, дышится свободно и легко, какая-то даже свежесть ощущается», — недоуменно почесал он себе затылок и практически в этот момент ощутил сильнейшую боль в животе. — «А-а-эх, как же больно то-о-о», — Виктор даже и не понял, как он оказался на травке под яблоней, скрутившись в позе эмбриона и держась за живот.

У него было такое ощущение, что он целый день ел несвежую копчёную рыбу с кремовым тортом и запивал это кефиром — скрутило так, что невозможно было дышать, хотелось просто выть. Он хватал воздух ртом, и секунд через двадцать начал ощущать, что всё вокруг плывёт, а он сам то ли теряет сознание, то ли куда-то погружается.

В глазах начало рябить, а в ушах появился некий крайне неприятный, высокочастотный шум. Через несколько секунд он начал ощущать, что проваливается в некий глубокий и беспросветный тоннель. Болело уже всё тело — Виктора как будто и трясло, и жгло, и знобило одновременно, а тоннель тем временем начал приобретать форму далеко по краям — он ощущался широким, круглым, извилистым, и с каждой секундой его стенки становились всё более холодного и пугающего серебристо-голубоватого цвета, а ещё они постепенно сужались. Виктор уже совершенно не ощущал тела, но боль нарастала и вскоре он с ужасом увидел, что впереди, неизвестно как далеко, появилась зеленая точка. Он чувствовал, что скорость его полёта нарастает, точка приближается с каждой секундой всё быстрее, и примерно через минуту или две такого полёта — а он уже потерял чувство времени, она начала превращаться в зловещий кислотно-зеленый треугольник.

«Скорость света? Нет… Не знаю…. Где я? Умер? Оно же приближается, я сейчас в него врежусь…», — с ужасом думал Виктор, не в силах ничего поделать и отклониться от курса.

Действительно, ещё через минуту, а может быть и год, этого болезненного полёта он влетел прямо в этот, уже ставший гигантским и затмившим стенки тоннеля, треугольник, не в силах даже шевельнуть веками, чтобы закрыть глаза и не видеть этого устрашающего своей отрешенной безжизненностью сооружения или проекции.

Но как только он влетел, в этот же момент вся боль и неприятные ощущения прекратились, он почувствовал себя, своё тело, как будто находящееся в теплой морской воде. Вокруг парили то ли точки, то ли камушки разных цветов, которые сразу вызвали у него чувство жесточайшей тоски — они были бы и близко, но вроде как и далеко. Он плыл, или же парил, не в силах оторваться от созерцания этих сотен тысяч поразительных своей тоскливой красотой мозаик, которые гипнотизировали его, переливаясь и мигая.

— Кто посмел оторвать меня от созерцания недосягаемой гармонии? — раздался вдруг в этой зеленоватой пустоте неестественно низкий, величественный и безэмоциональный голос, который легкими покалываниями ощущался у Виктора в голове.

— Я… Я не знаю… — Виктор хотел рассказать свою историю, но смог только пролепетать пару слов, его сковал экзистенциальный страх.

— От своей участи ты не уйдёшь — я уже знаю тебя! — отрешенно заявил голос. — Посмотри сюда — разве ты способен вернуть гармонии невыносимую идеальность?

В это мгновение Виктор будто бы переместился к одной из бесконечного множества прекрасных цветных точек-мозаик, которая прямо перед его лицом оказалась светло-фиолетовой стеной из стекла. Он похолодел — прямо за этим стеклом был он сам, а вернее его тело. Оно тоже парило, глаза были закрыты, и как только Виктор подумал, что оно мертво, на его настоящем лице открылись глаза.

— Этого не должно было случиться, но мы должны вернуться каждый в свой мир — слишком многое стоит на кону для меня! — сразу же заявило его тело, и Виктор понял, что это не просто его тело, а какая-то другая личность в нём.

— Кто ты? — спросил он, не в силах побороть свой мандраж.

— Я, как и ты, Виктор, и вчера произошло необъяснимое — я был в парке, искал ответы, потерял сознание и проснулся в теле своего взрослого двойника, без памяти, в другом, дурацком мире без магии, — начал говорить этот другой Виктор его голосом, быстро и сбивчиво.

— Давай вернём всё, как было, — буквально закричал первый Виктор.

— Если вы хотите вернуться в матричные точки своей реальности, вы должны проявить волю и доказать свои намерения! Вы потревожили матрицу идеальной гармонии, и теперь ниспосланная Благодать не проявит к вам милости! — послышался величественный голос.

— Нет, только не это, не-е-т, этого никак не могло быть, я этого не хотел! — закричал второй, и первый Виктор с нарастающим страхом наблюдал, как узурпатор его тела начал кричать и мотать головой.

«Неужели я так неприглядно выгляжу со стороны, когда выражаю сильные эмоции?» — с холодной отрешенностью подумал он.

Совершенно неожиданно на светло-фиолетовом стекле, которое перекрывало всё видимое пространство этого места, появилась зеленая точка. Через мгновение она раскрылась в интерактивное меню:

{Устойчивость астрального потенциала ваших личностей сейчас ниже допустимого — обнаружено недавнее искажение гармонии мультиверса. Милостивая Благодать даёт вам прямо сейчас только одну попытку вернуть статус-кво и исправить искажение реальности мультиверса обратно к состоянию гармонии матрицы — обратный отсчёт начинается! Проявите волю — это всё ради вашего блага!}

Виктор с боязливым недоумением смотрел, как появилась шкала и на ней начался обратный отсчёт от ста — он тупо смотрел, как уходят секунды и уменьшается зеленая линия.

— Надо проломить эту стену, тогда начнется переток астральной памяти из одного тела в другое, — закричал ему другой Виктор.

— Откуда ты знаешь? А если мы погибнем? — сразу же возник вопрос у первого.

— Я точно не знаю, это неисследованная область Благодати! Но другого выхода нет, надо действовать, иначе ты останешься в моём мультиверсе, а я — в твоём! Разве ты этого хочешь?

— Конечно же нет, я хочу домой, — с ужасом замотал головой первый Виктор и не придумал ничего лучшего, чем гасить кулаком по стеклу, как раз туда, где шёл обратный отсчёт — оно было ближе всего, а опереться телу было просто не обо что.

Второй Виктор с другой стороны стал делать тоже самое немного левее, совершенно не жалея свои кулаки. На таймере к тому моменту уже было число «шестьдесят девять».

«Минута осталась, а я даже не знаю, что надо делать в принципе, и как делать! Явно этот хрен во всём виноват, иначе и быть не может, долбанные маги или кто они там на самом деле, эти гандоны», — в панике и с отчаянием думал первый Виктор, со всей силы гася кулаками по этому стеклу, которое оказалось значительно более прочным, чем казалось на первый взгляд.

Второй Виктор делал тоже самое, а через несколько секунд начал биться даже головой. На двадцать седьмой секунде отсчёта в стекле проявилась маленькая трещинка.

«Это же моя голова, хули он ею так сильно бьёт, по этому явно не хрупкому стеклу?!» — поразился совершенно не вовремя первый Виктор.

— Скорее, скорее, не останавливайся, оно сейчас не выдержит, — закричал второй ему.

Первый Виктор тоже решил совместить кулаки и голову — он со всего размаху ударил лбом по трещине, и это оказалось очень больно. Трещина ещё немного увеличилась, и было видно, как зеленое нечто из пространства второго Виктора начало просачиваться в его пространство, будто бы выкачиваемое неким пылесосом.

{Вы оба проявили волю, начат взаимный переток памяти личностей для приведения их в состояние статус-кво гармонии мультиверса}, — появилось сообщение в меню на стекле, но обратный отсчёт не останавливался.

— Нет, нет, нее-е-ет, он должен остановиться, я об этом читал в детстве, — услышал первый Виктор ужасный крик второго и поразился, насколько неузнаваем сейчас его обычно приятный, спокойно-бархатистый голос.

— Давай же!

— Уже не получится, из-за вчерашнего переноса сегодня уже не получится, не хватит астрального потенциала, — отрицательно замотал головой второй.

— Откуда ты это знаешь?! — первый Виктор чувствовал, как паника и холодный ужас в нём нарастают.

На таймере оставалось одиннадцать секунд.

— Послушай, всё это связано с этой игрой, с бета-тестом, ищи разгадки там, это очень опасный проект, ты должен попасть туда и всё выяснить, иначе мы так и останемся в этом состоянии обмена телами, — начал второй Виктор в отчаянии бить по стеклу, выкрикивая это.

{Попытка закончилась неуспешно — состояние гармонии восстановлено ниже критических пороговых значений, произошёл незначительный переток астральной памяти, искажение матрицы сохраняется. Следующая попытка будет возможна 21 декабря 2021 года по летоисчислению нарушителей идеальной гармонии. Достойно подготовьтесь к этой попытке — она будет предпоследняя.}

Виктор почувствовал, что его тело начало очень медленно отдаляться от стеклянной стены, и увидел, как его настоящее тело, то есть второй и взрослый Виктор, тоже начал отплывать назад, как медленно двинувшийся от перрона поезд.

— Не-е-т, — заорал он, — только не это, я не хо-о-чу остаться в твоём мире ещё на год! Игра, бета-тест, ищи там разгадку, ты должен найти ответы, чтобы вернуть меня и себя домой. Только ты можешь!

Они начинали удаляться всё быстрее.

— Не вздумай потратить мой депозит, продать или повредить мою «Тойоту» и заводить в квартире животных, ты меня по-о-нял? — почему-то не придумал ничего лучшего, чем выкрикнуть именно это первый Виктор, окончательно лишь сейчас осознавший весь трагизм положения.

— Ты должен разви-и-вать свой потенциал, — услышал он затихающий голос второго и почувствовал, как пулей вылетает из треугольника обратно в тоннель.

Боль накрыла сразу же, но в этот раз Виктор то ли потерял сознание, то ли пропустил все прелести этого путешествия, потому что обнаружил себя на травке — лежащим в позе эмбриона под яблонькой.

«Мне это приснилось? Что это было — я умер и попал куда-то туда в иное измерение?» — Виктор с трудом чуть поднялся и облокотился спиной на яблоньку, которая легонечко нагнулась под его весом.

Виктор ощупывал свои ладони и кисти — кулаки вроде бы как были целые, хотя он отчётливо помнил, как бил костяшками до одури по этому невероятно-красивому и такому же пугающему стеклу с интерактивной строкой. Наклонив голову, он увидел капельки крови на футболке — они стекали с его носа. Он на автомате зажал нос и поднял голову вверх. Сильное головокружение и легкая тошнота не отпускали.

«Какой же ужас! А я наивно думал, что всё можно исправить так же легко, как я попал сюда. Явно виноват этот молодой мудень, который теперь в моём теле — он что-то искал, что-то делал, непонятно зачем ввязался в этот бета-тест и потратил на это почти год времени, ещё и в кредиты влез, бляха-муха», — Виктор ощутил, что к нему возвращается некоторая часть памяти прежней личности и он уже знает пин-коды к картам. — «Что же он там натворит, в моей настоящей жизни, ушлепок этот?! Все мои сбережения пойдут козе в трещину!» — от переживаний за деньги, машину и квартиру защемило сердце. — «Ещё больше года здесь, в этом дурдоме? А родители мои как же? А, они ж не знают, подумают только, что сын резко сошёл с ума, если у того хрена не проявится моя вся память. Моё тело ещё и в дурку там упекут, я там нищим окажусь через год», — печально размышлял Виктор, не в силах пошевелиться от пережитого шока и напряжения. Дыхание восстанавливалось очень медленно.

Немного сзади послышался перелив телефонного звонка. Виктор с трудом повернул голову влево и увидел недалеко от себя сумку-чехол. Со стоном потянувшись, он притянул её за ремешок, открыл и достал планшет, на дисплее которого высветился чей-то номер.

— Алло! — Виктор ответил на звонок.

— Ты что, решил надо мной опять издеваться сегодня? Я знала, что тебе нельзя верить, ты обманщик! — в трубке послышался гневный визг, который через пару секунд ноющий мозг Виктора классифицировал как вопли Анжелики.

— Что не так? — пробормотал Виктор слабым голосом.

— Ты под идиотика выкашиваешь или действительно такой неполноценный от рождения? Ты на время посмотри, я тебе уже семь раз звонила, а ты на морозе! — кричала девушка.

— Сейчас гляну, — простонал Виктор и сбросил звонок.

«И правда, пятнадцать минут девятого. Бля, снова здравствуй Анжелика, бета-тест и этот невменяемый мир», — горько, но медленно соображал Виктор. — «Что же это было то со мной сейчас? Я даже боюсь представить, с чем я столкнулся на самом деле. Зачем же я так сходу полез в этот туман, ничего не узнав даже про местную магию и прочую хрень?! Ведь начальник был прав, получается, когда говорил, что мне не место в организационно-аналитическом департаменте, и карьера моя должна продолжаться в строительном гипермаркете — охранником. Бля, надо это всё переосмыслить на более здоровую голову, у меня теперь год в запасе!» — решил он, вспомнив, как его увольняли с теплого местечка аналитика в московском ГУВД, когда он там напортачил и полез с предложениями о том, о чём не следовало, неверно оценив ситуацию.

Снова раздался звонок, он ответил.

— Ты заканчивай свои шуточки, иначе тебе не поздоровится, это я тебе не угрожаю, а говорю как есть! — уже чуть более спокойно проговорила Анжелика. — И трубку не смей бросать, иначе я тебя найду и сделаю что-то плохое! — это уже был крик.

— Не кричи, и без тебя голова болит! — прохрипел Виктор.

— Она у тебя будет разламываться, если ты через пять минут не будешь возле входа в «Золотой полис»!

— Я сейчас в парке…

— В каком ещё парке, ты вообще с башкой дружишь? У нас дуэль в девять! — злость в голосе девушки нарастала.

— Заткнись, не ори и слушай — ты на машине, вот и подъезжай к воротам парка «Дружба» на Флотском, я сейчас туда подойду, — уже более уверенно сказал Виктор.

— Никуда я не поеду — делать мне нечего! Быстро едь к «Полису», немедленно бери такси, — заявила она.

— Я тебе сказал — не выноси мозг и приезжай, я скоро буду там, заберешь. Кому из нас больше надо это? — закашлялся Виктор и сбросил вызов.

Анжелика набрала снова, но он опять сбросил, и потом посмотрел пропущенные — их было девять: семь — от Анжелики, и два — от кого-то неизвестного.

«Надо будет — приедет, я за ней бегать не буду. Хотя надо признать — сучка в плане внешности просто отпадная, я в свои молодые годы просто бы не поверил, если бы такая мажорка первая со мной заговорила», — раздумывал он, ухватившись за нижнюю ветку деревца и медленно поднимаясь.

От зеленоватого тумана не осталось вообще ни малейшего следа, и Виктор, закинув сумку через плечо, двинулся обратно к выходу из парка. В парке было довольно темно — небо было закрыто темными тучами, фонари хоть и были, но расставлены были далеко друг от друга, и это создавало своеобразную мрачную романтику.

«Здесь девок хорошо жарить, если некуда привести — много укромных местечек, а темнота — друг молодёжи», — он обогнул обратно водоём и вышел на боковую аллею.

Мандраж от пережитого ещё не проходил, и Виктор, с трудом переставляя ноги, старался не думать о том, с чем он столкнулся — это вызывало в нём экзистенциальный страх, особенно тот голос. Чтобы отогнать эти впечатления, он ускорил шаг, сосредоточившись на болевых ощущениях в ногах. К воротам он дошёл минут за десять, не встретив ни единого человека — парк был пуст.

Машина Анжелики уже стояла почти напротив ворот, примерно там, где он выходил из такси. Он вздохнул и двинулся к ней.

Глава 11

Виктор снял с плеча сумку, взял её в руку, открыл дверь машины и сел. В салоне было темно, но запах был очень приятный.

— Где тебя носило и какого хера ты морозился? — начала кричать Анжелика, но зажгла свет в салоне и осеклась.

Виктор откинулся в кресле и молча смотрел вперед, не удостоив её ответом.

— Эм-м… А, а что это с тобой, Виктор, милый? — её тон изменился совершенно — от крика не осталось и следа.

— Ничего. Давай ехать уже куда следует, покончим с этим делом и разойдёмся, наконец, — произнес он чуть хриплым и уставшим голосом.

— Тебя били? На тебя напали?! Господи, ты же весь в крови — не пугай меня! — в голосе брюнетки было изумление, смешанное с тревогой.

Виктор молча вздохнул.

— Блин, не пугай меня, — голос девушка чуть дрогнул.

— Да нормально всё, просто надо умыться где-нибудь! — Виктор повернул голову и посмотрел ей в глаза. — Поехали уже, чего мы ждём? Ты ведь спешила!

— Подожди, это ведь не шутки, — Анжелика на несколько секунд прикрыла ротик ладонью, в её взгляде парень увидел тревогу.

Через пару секунд Виктор даже не успел дернуться, как она полунагнулась к нему, вернее к бардачку, открыла его и несколько секунд что-то искала. Ее пышные чёрные волосы оказались недалеко от его лица, и Виктор ощутил волнующий цветочный аромат, исходящий от них.

— Возьми аптечку, там есть все необходимое и салфетки, — положила она перед стеклом аптечку и демонстративно оттолкнулась правой ладонью от его бедра.

«Она ведь чародейка, или магичка — сама не может вылечить, что ли?» — возникла у него мысль, но озвучивать он её не стал по понятным причинам.

— Что это на тебя нашло, Анжелика? Ты ли это или твоя сестра-близнец? — неожиданно для самого себя ядовито поинтересовался Виктор.

— О чём ты? — она продолжала с беспокойством смотреть на него.

Виктор отметил, что одета она была в спортивный черный костюм с очень красивым серебристым шитьём в виде корней дерева на рукавах и груди.

— Еще утром ты хотела меня заморозить и убить, обвиняла во всём, чём только можно, а сейчас тебя вдруг беспокоит моя царапинка?!

— Я не хотела тебя морозить или причинять вреда, так получилось случайно, — девушка надула свои прекрасные губки и потупила взгляд на пару секунд. — А насчет царапины — сейчас я дам зеркальце и ты посмотришь сам, — она открыла сумочку, довольно быстро извлекла макияжное складное зеркало и отдала ему.

Виктор не ожидал увидеть припухший нос и измазанное в крови лицо, а также футболку, поэтому внял совету девушки, смочил вату в перекиси и начал протирать лицо.

— Вот там ещё, на левой щеке, — очень спокойно произнесла она через минуту.

«Что это с ней, подменили её, что ли? Куда делась стервозная сучка и невменяшечка?» — удивленный резкой сменой ее поведения Виктор закончил процедуру и сложил аптечку в бардачок.

— Ты не ответил, что с тобой случилось? — она приобняла руль и смотрела с любопытством кошки, как ему показалось.

— Встретил старого знакомого, мы поссорились и чуток подрались, — ответил Виктор через несколько секунд — лгать он не любил, и это всегда его напрягало.

— Хм, когда не надо…

— Поехали уже! — довольно раздраженно перебил её парень и сжал губы.

— Блин, не кричи на меня, мне и так очень плохо и грустно, — ударила она ладошками по рулю.

— С чего бы это? — Виктор снова откинулся в кресле и удобно облокотился головой.

— Я неминуемо проиграю эту дуэль, и многие об этом узнают, и всё, родители во мне окончательно разочаруются и спишут со счетов и претенденток на наследство, — голос девушки начал срываться и в конце фразы она закрыла лицо ладонями. — Они и так меня считают избалованной и неамбициозной!

— Надо же, какая неожиданность, — нейтрально прокомментировал Виктор.

«Она в таком плаксивом состоянии машину хоть вести нормально сможет? Стервы тоже плачут, называется сериал», — вздохнул он.

— Если я проиграю и все об этом узнают, ты ведь меня не бросишь, да?

Виктор нехотя повернул голову к ней и поразился, сколько детской беззащитности было в её глазах.

— В смысле? Ты это о чём?!

— Я поражаюсь тебе! Ты такой бесчувственный! — она смотрела ему в глаза и ему было видно, что они влажнеют.

— Поражаешься после всего твоего поведения?! — Виктор начал находить забавным этот странный диалог.

— Ты… Капец! Ты ни холоден и ни горяч, понимаешь это? Как бы я хотела, чтобы ты был или холоден, или горяч, — с поразившей Виктора пылкостью проговорила девушка и отвернула голову к своему окну.

— Анжелика, а ты не могла бы говорить яснее? У меня сейчас не то настроение, чтобы загадки разгадывать — день выдался тяжелым, голова и без этого болит!

— Вот опять, опять ты такой! — явно раздосадованная брюнетка ударила ладошками по рулю, выключила свет в салоне, завела машину и через несколько секунд они тронулись по бульвару в сторону марковских казарм.

«Или у меня голова совсем не варит, или она хочет, чтоб я в любви ей признался, или что?» — Виктор старался отвлекаться этими мыслями, чтобы вытеснить из памяти свежесть пережитого и не думать сейчас об увиденном в тумане.

— Куда мы едем? — поинтересовался он через несколько секунд.

— Развернусь возле казарм этих долбанных — чтоб их снесли!

— Ехать далеко?

— Нет. Минут семь от «Золотого полиса», — они свернули налево от угла казарм и Виктор увидел метров через триста автобусный круг, на котором стоял пустой, новенький автобус.

— Дуэль у вас из-за чего вообще?

— Не из-за чего! — со злостью сказала Анжелика.

— Ты можешь нормально сказать? Я же говорил, что у меня голова болит, мне надоели твои загадки! — тоже повысил он голос, чуть повернув голову к ней.

— Эта сука меня узнала, но не подала виду, а придумала повод на ровном месте! — начала заводиться брюнетка.

— А ты что, известная персона?

— А ты думаешь, что нет? — усмехнулась она. — Кому надо — знают и завидуют!

Казарменный комплекс впечатлил Виктора своей монолитной мрачностью — он занимал не менее квадратного километра вместе с внутренним плацем и скверами за оградой. Тем временем развернулись на кругу и поехали обратно к Флотскому бульвару — Виктор засмотрелся на «Москва-Марков-Плаза», которое сияло иллюминацией вдалеке.

— Из-за тебя я пропустил интереснейшее мероприятие сегодня… — начал он, но она перебила:

— Ты сейчас рассуждаешь, как игроман! Не стыдно таким быть? Одни игры на уме, да?

— Игры тут вообще…

— Вот о жене как ты будешь заботиться? — снова перебила девушка и мельком взглянула на него.

— Какой жене, ты что, плохая совсем — перегрелась на солнышке? Я не женат и не собираюсь! — заявил Виктор.

«Хватит с меня одного официального и трех гражданских браков там! Стоп, а если Ольга снова решит подкатить как раз в это время ко мне там?» — вспомнил он о последней пассии, которая не оставляла вот уже год попыток помириться с ним. — «Она же окрутит этого студентика под моей маской, и всё — машина уйдет коту под хвост, она убедит продать её и вложить деньги в парикмахерскую», — Виктор потёр лоб ладонью, ощущая, как кружится голова от такой перспективы.

Через несколько секунд свернули обратно на Флотский и начали набирать скорость — дорога была пустая.

— Ну чего ты молчишь? — услышал он взволнованный голос брюнетки.

— О чем ты?

— Ты что, спишь или оглох? Я говорю, что мне нужен муж с амбициями и желанием помогать мне в моих усилиях!

— Я рад за тебя! — Виктор даже легонько пожал плечами.

— И ты должен будешь очень быстро стать таким, понимаешь?

— Не очень, — у Виктора вообще пропало настроение говорить, а просто хотелось задремать.

— Вот ты опять начинаешь включать дурачка!

— Девушка, о чём ты речь ведешь? У тебя с головой совсем беда? — совсем устало спросил Виктор, которого убаюкивала комфортная езда и приятный запах в салоне, смешанный с парфюмом брюнетки.

— Скоро я выйду за тебя замуж — я очень хорошо подумала об этом сегодня! — абсолютно серьезно произнесла Анжелика. — Ты рад, милый?

«Без меня меня женили: вот это она петросянит! Ей надо выступать с номерами для публики, зал, да какой зал — стадионы будут лежать от смеха», — начал сдавленно смеяться Виктор, и через несколько секунд его начали накрывать частички воспоминаний прежней личности.

— Ничего смешного, я как только тебя впервые увидела сегодня, сразу захотела с тобой познакомиться, ты мне вот чем-то приглянулся, я даже не поняла сама, чем, — тем временем очень спокойно и даже грустно продолжила говорить Анжелика.

«Мать моя героиня, а ведь она не шутит, по какому-то из законов девушка с аристократическим статусом и гражданским магокоэффициентом выше в семь раз и более от потенциального избранника, имеет право постановлением окружного судьи заключить испытательный брак на полгода с любым мужчиной, которого пожелает, даже не спрашивая его согласия — без взаимных имущественных обязательств», — уже с сильнейшей тревогой вспомнил Виктор, а следом вспомнил и разговор с таксистом про гендерное соотношение и о том, как девушки сами окручивают парней.

— Подожди, зачем это ты хотела познакомиться? И когда это ты меня увидела? — спросил он с сильнейшей тревогой в голосе.

— Ну когда мы уже были на выступлении Хуанга на отборе бета-теста, мне очень понравились твои реплики, ты вёл себя как лидер! Если бы ты был просто тупой симпатяшка, я бы ещё подумала, но такие качества в парне нельзя в наше время упускать!

Виктор молча смотрел на её красивый профиль.

«Волосы заколола в узелок сзади, очков нет», — отметил он, и как раз она притормозила на светофоре, готовясь свернуть на шоссе.

— Какой лидер? Обычные вопросы, элементарные…

— Нет, лидер! Ясно? — капризно перебила она. — Когда сам Хуанг пригласил тебя на разговор, я поняла, что тебе суждено стать моим! Это судьба, понимаешь? — она повернулась и посмотрела Виктору в глаза.

Ему совсем не понравился тот нездоровый энтузиазм, который он увидел в её взгляде.

«Нет, нет, она нихера не шутит! Или шутит так убедительно, что позавидуют лучшие актрисы Голливуда! Она больна?!» — он пару раз глубоко вздохнул. — «А с другой стороны — я в другом мире, в другой России, с магией и белогвардейцами, так что кто ещё тут тупит — она или я, вопрос открытый!» — пришла мысль.

— И поэтому ты захотела меня заморозить и убить льдом?

— Ха-ха, конечно же нет, — как раз свернули на шоссе, и девушка залилась веселым, искренним смехом. — Когда ты не поддался на мои наезды, мне это понравилось и я захотела сделать сердечко в виде снежинок, но что-то напутала — я ведь только-только начинаю овладевать своей стихией, ну а ты уже был не в себе, напугал меня грубостью — я расстроилась и убежала!

«Что-то не складывается в этой версии, какими-то сердечками там и не пахло, а был запах хороших взаимных лещей и телесных повреждений», — с сомнением подумал Виктор, попытавшись подробно вспомнить ту сценку.

— Как мило то! Это флирт такой был, да? — прошипел парень, из последних сил сдерживаясь, чтобы не сорваться на грубость и не придушить её немедленно — ехали весьма быстро.

— Да, верно! — кивнула девушка. — Я просто очень стеснялась — я ведь первой редко знакомлюсь, а ты грубиян самый настоящий оказался, типичный козёл! А потом ты меня спас в парке и я окончательно засмущалась и поняла, что ты не козёл, а наоборот…

— Угу, твоё смущение было заметно по твоей манере общения!

— Потому что я скромная очень в общении с парнями! — на полном серьёзе произнесла девушка.

— Ага, это заметно, да! — покачал головой Виктор и сдержался, чтобы не заржать. — Но увы, не судьба — я готов жениться только на девственнице, — холодно произнес он.

«Идешь теперь лесом, стерва», — подумал он с облегчением.

Машина начала резко перестраиваться вправо, и через пару десятков секунд затормозила у обочины.

— У-ии-и, — буквально запищала девица и захлопала в ладоши, — я знала, что ты согласишься!

А потом произошло то, чего Виктор решительно не ожидал — девушка снова нагнулась к нему и в этот раз вполне осознанно — натурально как кошка, провела головой снизу-вверх по его левой руке, а потом взяла обеими руками его ладонь и начала тереться щекой.

«Я не верю, что это со мной происходит, это сон, разбудите меня скорее! Это сюр, так не бывает в жизни, я сплю!» — в легкой прострации Виктор ощущал очень приятные и волнующие прикосновения Анжелики.

Через несколько секунд он осторожно вырвал руку, которая уже пропахла ее парфюмом.

— Я не шутил насчет своих слов, — начал он осторожно говорить, до конца не осознавая, прикол это для скрытой камеры, актерская игра высшего класса или извращённая реальность. Крышу у него сносило конкретно, мозг начинал закипать.

— Я девственница, если не считать пары поцелуев и взаимных массажей в ванной с Птичкой по пьянке, — заявила Анжелика и опустила глаза.

— Уже не считаешься, значит, — еле вымолвил пораженный Виктор.

— Конечно я невинна, как весенний рассвет, — недовольно вскрикнула девушка и ощутимо ударила его кулачком в бедро. — Считается, понял?

— Я заценил твои шутки, Анжелика, даже повёлся, признаю! — натянуто улыбнулся Виктор. — Ты классная актриса!

— Ты нормальный или дурачок, милый? Про дуэли не знаешь, про республиканский конституционный закон «О предварительных браках» не знаешь — ты может болен, милый? Я договорюсь и уложу тебя в психушку на месяцок, а потом распишемся, — Анжелика прищурилась и чуть втянула губки, от чего Виктору стало окончательно не по себе.

— Да, я болен амнезией после твоей магии! — ничего лучшего он просто не придумал.

— Я потом твоей амнезией займусь, все нормально будет! На ком еще тренироваться, как не на любимом муже, верно?! Поехали! — девушка завела машину и они тронулись.

«Какой ещё муж? Я не муж и не буду!» — мозг отказывался поверить в происходящее, и голова окончательно разболелась пекущей болью.

Минуты три ехали молча. Виктор пытался осознать все произошедшее с ним в этот день с учетом части вернувшихся воспоминаний, и у него совершенно не складывалась картина бывшей жизни своего нового тела, а вернее сказать — личности его двойника. Он анализировал воспоминания и не мог понять логики поведения второго Виктора.

«Получается, он приехал в Москву прошлым летом из Омска и поступил в этот университет на грани барьера прохождения, буквально с запасом в три балла. В Омске он воспитывался почти с рождения в интернате, а с тринадцати лет — в приемной семье, откуда его нехотя отпустили на учёбу в Москву. Вместо нормальной учёбы он почти год занимался, а вернее задротил в он-лайн игры фирмы Ли Хуанга, тратил почти все свои деньги — небольшую социальную стипендию, на оплату интернета и доступа к играм. Жил очень скромно, иногда впроголодь, но старался заниматься легким спортом. С девушками не общался, поэтому среди однокурсников слыл белой вороной, поскольку не бухал с ними и не искал себе девушку побогаче и покрасивее, что в этой реальности уже считалось среди парней обыденным делом и даже предметом для гордости в последнее десятилетие. Купил в кредит очень модный планшет, часто ходил в центральную городскую библиотеку по студенческой льготе. Жил и живёт в местной университетской общаге относительно недалеко от парка „Дружба“, в отдельной комнатушке», — проанализировал такие невеселые воспоминания Виктор, поразившись тому, что в этом мире у парней другая мотивация межполовых отношений, нежели в его настоящем.

— Да, дела печальные! — непроизвольно пробормотал он вслух.

— Что ты сказал, милый? — сразу отреагировала Анжелика, которая молча и сосредоточенно вела машину.

— Будь любезна — не называй меня милым, ясно?

— Как хочу, так и называю, тебе ясно? — это было уже сказано с традиционной наглостью.

Виктор хотел ответить ещё более грубо, но машина свернула налево от «Золотого полиса», именно в ту сторону, откуда ехала колонна грузовиков.

«Мы в пределах одного района, просто объехали сам парк огромнейшим крюком», — прикинул Виктор.

— Уф, через пять минут приедем. Ты молчи и не вмешивайся в разговоры, если не уверен, что правильно говорить — это элитный клуб для аристократов и желающих ими стать, тебе ясно?

— Мне ясно. Меня ты зачем туда тянешь, я тебе что, парень на побегушках? — разозлился он.

— Всё, замолчи! — хлопнула она ладонью по рулю. — Не сбивай мой настрой!

«Да пошла ты! Вообще буду молчать и с удовольствием посмотрю, как эта курсант будет тебя дрючить», — Виктор начинал закипать понемногу, а ещё довольно сильная головная боль не отпускала и настроения не прибавляла.

Вскоре свернули на какую-то боковую дорогу в красивом сквере. Через пару десятков метров показалось иллюминированное трехэтажное здание с огромной неоновой вывеской — «Эскрайм». Девушка заехала на небольшую стоянку и припарковалась слева.

— Вот и приехали, — вздохнула она и нервно прикрыла ротик ладонями на несколько секунд.

Глава 12

Виктор смотрел на девушку и шестым чувством ощущал её волнение и мандраж.

— Милый, вещи можешь здесь оставить. Всё, пора! — выдохнула она и открыла дверь машины.

Виктор не стал спорить и оставил сумочку на заднем сиденье, хотя в глубине души понимал, что своё лучше держать при себе. Она заблокировала машину, подошла к нему и стала напротив:

— Пожалуйста, пообещай, что ты будешь вести себя спокойно и благоразумно, молчать и не вмешиваться, — она серьезно, но в тоже время умильно смотрела ему в глаза.

Удивленный такой вежливостью, Виктор даже улыбнулся:

— Я так и сделаю, раз ты просишь!

«По-моему, слово „пожалуйста“ я от неё слышу впервые, это что-то новенькое», — он смотрел ей в глаза, которые находил сейчас, в этот момент, очень красивыми.

— Пойдем, возьми меня за руку ненадолго, — девушка сама взяла его ладонь своею.

Стоянка была почти пустая, было всего три машины, очень дорогих на вид — Виктора это заинтриговало. Они двинулись в сторону здания, которое было метрах в пятидесяти от стоянки — к нему вели три мощёные дорожки, обсаженные липами. Само здание было построено в итальянском стиле девятнадцатого века: оно имело небольшие колонны по бокам, много лепнины и блекло-зеленые тона фасада, перемешанные с белым. По углам оно было подсвечено прожекторами, что вкупе с сияющей вывеской придавало окружающей территории налёт венецианской карнавальной ночи. По мере приближения слышалась музыка.

— Здесь очень умиротворенная атмосфера, — произнес Виктор через несколько шагов.

— Да, хорошее место, здесь всегда можно оторваться, ну и дуэльный зал здесь — лучший в городе. Но что-то сегодня здесь тихо, очень странно это, — ответила Анжелика, чуть сжав его ладонь.

— Почему?

— Обычно в такое время здесь яблоку негде упасть, а столики и ложи надо бронировать за три дня. Всем, кроме меня, — в её голосе послышалось самодовольство.

— Вот как?

— У меня абонемент, я плачу всего девять тысяч в месяц, и могу приходить в любое время с двумя сопровождающими и получать всё, что душа пожелает — любые развлечения.

— Только ты одна имеешь абонемент?

— Да, милый!

«Видимо, весьма нормальная сумма по здешним меркам, учитывая наличествующую у меня на руках в три раза меньше», — прикинул Виктор и заодно пожалел, что оставил свои вещички в машине.

Музыка становилась слышна всё более отчетливо, и скоро они подошли ко входу. Анжелика отпустила его руку, открыла сумочку и через полминуты поисков достала оттуда какой-то ключ, который приложила к черному кругу слева от массивных входных дверей.

Что-то щелкнуло, загорелся зеленый датчик.

— Можно заходить, — она показала жестом, чтобы он открыл створку двери.

«Тяжелая хрень», — удивился Виктор, пропуская её вперед.

Они попали в узкий вестибюльчик, из которого по мрачновато освещенным коридорам можно было пройти в две стороны. Музыка уже гремела на полную — Виктору она напомнила индастриал-поп, вполне конкретные композиции. Немного в глубине вестибюльчика была небольшая кафедра, похожая на те, которые используются в брифингах американских президентов — Виктор немного напрягло то, что сверху там всё было зашторено плотной алой шторкой с бахромой.

— Подожди секунду, — девушка сделала три шага, отдернула шторку, и Виктора как будто ударило током: на черной стене был нарисован золотой квадрат с ребрами примерно в полметра каждое, внутри него — серебристо-голубоватый круг, и внутри круга — знакомый Виктору кислотно-зеленый треугольник.

Анжелика дотронулась до него, постояла пару секунд и задернула шторку.

— Что это такое? — спросил потрясенный Виктор, которого снова начала накрывать экзистенциальный страх.

— Так, на удачу. Пойдем, — Анжелика показала рукой на левый коридор.

— Что это за знак? — спросил он ещё раз более грубо.

— Это тебе ни о чём не скажет — это наши, аристократические заморочки, а знак называется Парадоксом Блаженства, — махнула рукой девушка.

— Расскажи!

— Милый, ну потом, это всё философские глупости и выдумки для больных на голову искателей всяких древностей, есть реально поведенные на этом идиоты, — она взяла его за ладонь и двинулась по коридору.

Виктор двинулся за ней, рассматривая странные психоделические узоры на темно-золотистых обоях.

— У тебя рука дрожит или мне кажется? — удивленно спросила она через пару шагов.

— Местечко необычное — волнуюсь я, — быстро ответил он.

— Со мной ты в безопасности, расслабься, милый! — она хихикнула и ещё более нежно сжала его ладонь.

Подошли и Анжелика открыла резную деревянную дверь — они оказались в очень просторном зале. Пройдя несколько шагов, девушка остановилась и скрестила руки — ей навстречу из-за барной стойки уже спешила дама в черно-белом строгом костюме, пепельная блондинка со следами былой красоты на лице. Пока она шла, Виктор успел рассмотреть зал: завешанные красными портьерами индивидуальные ложи на противоположной от входа стороне, красное ковровое покрытие, барная стойка из макассарского эбенового дерева, две огромных люстры со стразами. Ближе к двери на другой стороне этого внушительного зала развалились в креслах за одним из стоящих в зале столов два парня в черных, старомодных на вкус Виктора, костюмах.

— Здравствуйте, Анжелика Георгиевна! Очень рады приветствовать вас в нашем заведении! — с подобострастием произнесла дамочка, став за три шага перед ними и слащаво улыбаясь.

— Привет, Света! Что за музыка дурацкая орёт?

— Сейчас выключим, Анжелика Георгиевна, не беспокойтесь! — администратор сложила ладони в замочек.

— Я по делу.

— Конечно-конечно — вас уже ждут, позвольте вас проводить на третий этаж!

— Не надо, мы сами. Минут через двадцать подайте нам горячий шоколад и вишню с коньяком, — довольно властно взмахнула рукой Анжелика и пошла в сторону двери-выхода.

«Здоровенный ресторан, но совсем пустой — странно! А её реально здесь знают, ходят на задних лапках, по отчеству величают», — Виктор окончательно понял, что его спутница — действительно довольно мажористая особа.

Проходили посреди зала — между столиками справа и портьерами слева, и Виктор не переставал восхищаться стилем этого заведения. Когда уже почти подошли к выходу, сбоку, со стороны стола, раздался глумливый голос:

— Опаньки, Корка-Икорка, а что это тебя не видно давно? Говорят, предки тебя с довольствия сняли и ты уже на паперти скоро денежку будешь зашибать — не хватает на жизнь, да?

Девушка резко остановилась, и шедший сбоку Виктор увидел, как она сжала губы, а на её лице появилось выражение холодной злости. Он чуть оглянулся и увидел краем глаза, как всплеснула руками и сильно побледнела идущая за ними администратор.

— Пошел на х*й, Трубецкой! — Анжелика немного повернулась корпусом к их столу и в упор посмотрела на спрашивающего.

Виктор увидел, как у обоих парней — довольно молодых, очень худощавых и бледных очкариков, сразу пропали улыбки на лицах.

«Бухают мальчики очень кошерненько», — Виктор заценил набор закусок и выпивки на их столе.

— Анжелика Георгиевна, ну как вам не совестно? Вы в приличном обществе, а не демонстрируете никакой высокой культуры, никакого понимания эстетики момента, — пробубнил второй парень, отпивая шампанское.

— И тебе привет, Гумилёв! Я вообще-то не с тобой разговариваю, но раз такое дело — ты тоже пошел на х*й, эстет недоделанный!

Второй парень побледнел еще больше, и открыл рот, пытаясь что-то сказать, но Анжелика отмахнулась от него и кивнула Виктору, показав на дверь. Парни так и остались сидеть с потрясением на лицах. Было слышно, как администратор начала извиняться.

Выйдя из зала, они сразу попали на лестницу, покрытую темно-красной ковровой дорожкой.

«Умеет она друзей заводить. С ними-то она что не поделила?» — усмехнулся Виктор — он как раз шёл сзади и любовался попкой девушки, которую отлично подчеркивали её спортивные штаны в обтяжечку. — «Попец изумительный, просто идеал, и ножки сексяшнейшие просто», — он сам не заметил, как увлекся зрелищем, пытаясь унять мандраж от увиденного в вестибюле.

На площадке между первым и вторым этажом взгляд Виктора уперся в очень роскошно сделанный парадный портрет адмирала Колчака в полный рост — он даже присвистнул от неожиданности.

— Что такое? — поинтересовалась Анжелика.

— Портрет интересный.

— Да, это очень дорогая и редкая работа, — ответила брюнетка с завистью.

«Теперь точно ясно, что никаким СССР здесь и не пахло в принципе. Интересно, почему?» — вздохнул парень.

— Нам налево, — полуобернулась она к нему, когда они поднялись на третий этаж.

Коридор стал немного шире, но свет был очень слабый. Анжелика уверенно направилась к ближайшей от них двери слева, тяжелой металлической.

Она снова достала из сумочки ключ и приложила его к такому же черному кругу. Раздался щелчок, и брюнетка с усилием потянула дверь.

— Заходи, сядешь сбоку где-нибудь, — она еще раз повернулась к нему, и Виктор поразился холодной, жестокой сосредоточенности на её лице. Когда вошли, его очень впечатлил размер этого, по сути, спортзала — он явно занимал площадь минимум половины всего этажа.

Здесь был и боксерский ринг, и несколько татами, и площадка для фехтования, и куча тренажеров, и огромное количество различного холодного оружия на стенах — от алебард до мечей, сабель, рапир и штык-ножей.

«Нихренашечки себе склад холодного оружия!» — Виктор обалдел от огромного разнообразия представленных экземпляров.

— Блин, а что за херня то? Где все? Где Птичка, где эти шалавы чернышные?! В прятки играем?! — услышал он недоуменный голос Анжелики.

— В чём дело? — он подошёл поближе и стал рядом.

— Никого нет! Не понимаю, что за приколы? — Анжелика недоуменно пожала плечами и прошла несколько шагов к ближайшему татами, над которым горела яркая лампа.

Откуда-то спереди, из тени неосвещённой части зала, показался силуэт.

— Сядь вон там, — быстро шепнула ему девушка и показала головой на стулья возле ближней стены.

Виктор отошел и сел, наблюдая, как из глубины зала кто-то приближается — там было совсем темно. Через пару десятков секунд на свет вышла девушка, и Виктор непроизвольно впился в неё взглядом: ростом не более ста шестидесяти, спортивно-плотненькая, но не толстая, с сисечками-двойками, в обтягивающих прелести черных шортиках, рубашке-безрукавке и бейсболке с марковской эмблемой, очень симпатичная шатеночка с двумя длинными косичками и очень миловидным, овальным личиком, на котором было написано сильное смущение и любопытство.

«Какая ладненькая зая, ну просто ладушка», — нежная красота девушки поразила его в самое сердце.

— Добрый вечер, — очень приветливо произнесла она голосом-колокольчиком и застенчиво улыбнулась, — вы Анжелика Песочникова?

— Ха, привет! Да, это я, а вот ты ещё что за явление? — Анжелика скрестила руки на груди, а шатеночка чуть-чуть покраснела — Виктор сидел чуть сзади-сбоку шагах в шести и отлично это всё видел.

— Я присутствую здесь от имени и по поручению госпожи Ирины Марковой… — начала говорить девушка и опустила глаза, не выдержав взгляда брюнетки.

— Где она, эта негодяйка? — грубо перебила её Анжелика.

«Блин, жалко девочку, такая миленькая! Чего она ей грубит? Поняла видно, что сегодня отскочила от неприятностей и резко осмелела?!» — Виктор с тревогой наблюдал за ними.

— Госпожа Маркова не имеет возможности присутствовать сегодня в этом зале… — девчушка с каждым словом говорила всё тише.

— Я так и знала! — раздался торжествующий вскрик Анжелики. — Струсила, сука!

— Нет, простите, она не струсила…

— Так, малышня-чернышня, а ты вообще кто такая? — властно перебила Анжелика и вопросительно взмахнула рукой.

— Я, я кандидат в младшие юнкеры Елизавета… — Виктор видел, что девчонка совершенно не готова к такой хамской манере разговора.

— Отвечай правду — где эта тварь? — топнула ногой брюнетка.

— Го-госпожа Маркова не сможет сегодня быть здесь, потому что старшие курсы два часа назад подняли по тревоге и увезли на по-полигон, — пролепетала девчонка и неожиданно для Виктора взглянула на него. Ее красивые, добрые светло-карие глаза с паволокой были уже влажные, в них была обида.

«Бля, она её сейчас до слез доведет, эту малую! Хотя стоп, какую малую — мы с ней по паспорту явно одногодки», — прозрел Виктор, всё время забывавший, что он — это уже в некотором роде и не он.

— Что ты говоришь, какой полигон? Вот ты даже не юнкер и никогда ею не станешь! — вдруг заявила Анжелика.

— И-извините, почему?

— Потому что ты очень бестолковая, — Анжелика сдвинулась с места, ступила на татами и начала медленно обходить девушку вокруг.

— Зачем вы так говорите?

— Отвечай правду — где твоя стерва-хозяйка?!

Виктор не выдержал:

— Анжелика, прекрати — я видел недавно колонну грузовиков с марковскими эмблемами, они шли в сторону Кубинки!

— Так, я не с тобой разговариваю, — брюнетка резко взглянула на него, в её глазах был пылающий гнев.

Виктор хотел встать и ответить — она снова начинала его бесить, но увидел её предостерегающий жест и таки решил пока не вмешиваться, вспомнив её просьбу.

— Отвечай — где твоя хозяйка? — снова повернулась она к ладушке-шатеночке.

— Как вам не стыдно так говорить?

— Мне? Стыдно?! — раздался полный актерского драматизма издевательский возглас Анжелики. — Ты что думаешь — я не знаю, чем вы там после отбоя занимаетесь?

«Это что за пошлые намёки? То, о чём я думаю?» — всё более обалдевающий Виктор наблюдал, как уже почти пунцовая девчонка с ужасом смотрит на Анжелику.

— Ч-чем?

— Ручонки потеют, трусики мокреют, писечки балдеют, да? Отвечай — да? — Анжелика стояла напротив шатеночки и даже наклонилась к ней поближе.

— Нет, нет, как вам не стыдно? Вы ужасно аморальная и злая, о Господи! — девчушка закрыла лицо ладонями.

Анжелика мельком взглянула на Виктора — от её холодной улыбки и жестокого огня в глазах у него мурашки пошли по телу, он ощущал себя парализованным.

«Ну вот что с ней не так? Она играет или действительно больная на голову социопатка? Опять поймала стервозный кураж», — констатировал он.

— Где эта трусливая коза?

— Она на учениях и готова в любой момент с вами встретиться после их окончания, — голос шатеночки-милахи срывался на слезы.

— Теперь я буду ставить условия, ясно тебе? — голос Анжелики приобретал стальные нотки.

Шатеночка Лиза покивала, её косички тряслись в такт. Анжелика откинула рукой волосы со лба и очень медленно обошла вокруг девушки, которая уже стояла, закрыв личико ладонями.

«Да отшпились ты уже от девчушки, стерва долбанная», — Виктор сидел, сжав кулаки, будто бы парализованный.

— Недавно я видела познавательную передачу, — вдруг громко и патетически начала вещать Анжелика, с торжеством поглядывая на Виктора, — в которой показали сделанную для чешского пива бутылку высотой два с половиной метра. Это — самая большая бутылка в мире!

— Я, я не знала, — пролепетала шатеночка.

— Откуда ж тебе это знать, такой бестолковой? — усмехнулась брюнетка. — Так вот — именно на такую бутылку я буду насаживать блудливую щель твоей трусливой суки-хозяйки при следующей встрече, ясно? Так ей и передай!

— Из-звините, нет! — замотала головой девчушка.

— Передай!

— Нет, извините!

— Уверена? — Анжелика вдруг дала легкую пощечину милахе, от чего та вздрогнула всем телом.

— Пожалуйста, извините…

— Ты бестолочь, как и все черныши, — пощёчинка по другой щеке.

— Не надо, извините…

— А за что ты извиняешься? — Анжелика азартно наклонилась к ней и снова поднесла палец почти к ее личику.

— Вот, вот за это, п-простите!

Виктор даже не успел отреагировать: девушка-милаха резким, выверенным движением сделала захват кисти Анжелики, заломила правую руку ей за спину, сделала подсечку и та даже не успела дернуться, как уже стояла на коленях — после этого девчушка ребром ладони ударила её по сонной артерии, и Анжелика упала на грудь с заломленной рукой прям на татами — она явно была уже без сознания.

Потрясенный Виктор встал и сделал два шага к ним.

— Вы, вы же видели, я правда не хотела, правда! Пожалуйста… — девчушка Лиза выставила перед собой ладошки и начала пятиться назад, в панике мотая головой. В её глазах были слезы.

— Лиза, не бойся — ты не виновата! Я всё видел! — произнёс он твёрдо.

Девушка опустила взгляд, и Виктор быстро подошел к ней и взял за плечи, чуточку встряхнув. Она зарыдала.

— Все нормально, не бойся, успокойся, — говорил он ей тихонечко на ушко.

«Что же такое, почему сердце так щемит? Она вот как сестрёнка, я бы хотел такую», — Виктор гладил по голове и по косичкам плачущую лапулю.

— Всё, успокойся, тебе надо уходить отсюда, соберись! — он легонько обнимал её пару минут.

— Спасибо вам, вы такой добрый! А мы еще встретимся? — она подняла заплаканные глаза.

— Надеюсь, что да!

— А как вас зовут?

— Виктор зовут, Иволгин, — у него почему-то стоял комок в горле.

— До с-свидания, — шатеночка тыльной стороной ладони утерла слезы, неуверенно улыбнулась и пошла к выходу.

«Правильно писал классик: трусость — это самый страшный порок», — Виктор смотрел на неё, и на душе у него было очень тяжело — он винил себя за то, что не вмешался сразу. — «Я же хотел, почему не сделал этого?» — удивлялся он и не мог ничего понять.

Виктор смотрел, как девушка дошла до двери, остановилась на миг, оглянулась, потом опустила голову, толкнула дверь и вышла из зала.

Глава 13

Сердце учащенно билось — спокойный, выдержанный и флегматичный в обычной жизни Виктор сейчас разнервничался. Он ещё до конца не мог принять ту систему взаимоотношений между полами в этом мире, которую уже начал познавать на собственном опыте — это всё казалось ему абсурдом.

«Надо собраться и исходить из того, что есть здесь и сейчас. Мораль и нормы поведения моего настоящего мира здесь действуют только частично — здесь общество другое и чем быстрее я перестану всё мерять традиционными для меня мерками, тем для меня будет же и лучше!» — Виктор помассировал себе виски, уши, его взгляд упал на лежащую Анжелику. — «Да, это конформизм, но нет ни малейшего смысла бросаться на амбразуры со своими взглядами и принципами против монолита сложившихся здешних норм — это бесперспективно. Пока я здесь, надо приспособиться к этим реалиям. Да, будет сложно, будет морально тяжело, но я должен выдержать — за этот год надо достойно подготовиться к попытке возврата!» — парень приблизился к лежащей брюнетке.

Анжелика явно была в глубокой отключке. Виктор осторожно перевернул её, и его ладонь зацепилась за её теплую, упругую правую грудь. Он начал осторожно шлепать её по щекам, пытаясь привести в чувство. Ему это удалось — через минуту девушка с трудом открыла глаза, резко вздохнула и застонала.

— А-ах, о-о-х, я проиграла дуэль и ты меня не бросил, милый? — с трудом прошептала она, а в её взгляде были шок и непонимание. — Обними меня!

— Анжелика, никакой дуэли не было. Ты можешь встать?

— Не было? — брюнетка несколько раз вздохнула, потом нахмурилась: — А, да, точно! Где эта маленькая дрянь? Сейчас я умножу её на ноль!

— Она ушла, а ты сама виновата — поэтому ты её не тронешь! — заявил Виктор.

— Какой ты всё-таки добренький, отзывчивый, доверчивый, — сжала кулачки Анжелика и попыталась присесть. — Плохо ты знаешь черных, весь их клан — это цирроз печени в здоровом организме русской армии. Была б моя воля и была бы я хирургом — моя рука бы не дрогнула! Скоро может быть поздно!

— Цирроза печени в здоровом организме не бывает, иначе его уже нельзя так назвать, — ответил Виктор. — Давай руки, я помогу встать, — он взял брюнетку за ладони, и она кое-как встала.

— Голова кружится, о-ой, — она взялась за голову и начала массировать себе уши. — Шейка моя нежная и красивая чего так болит?

— А ты не помнишь, что было? Пойдём — присядешь! — Виктор подвёл Анжелику к стульям, она ощутимо пошатывалась.

— Помню, что поставила на место эту маленькую шлюшку…

— Почему это шлюшку? — рассердился Виктор.

— А кто она? Пойдёт порядочная девушка на обучение в марковский корпус? Нет, конечно! Нормальная пойдет к корниловцам, конечно, на худой конец — к дроздовцам. Значит что — шлюшка, правильно?

— Нет, — пожал плечами Виктор, не в силах уловить логику в её рассуждениях.

— Ой, шея как побаливает, — застонала Анжелика, раскинувшись на стуле и потирая ушибленное место.

— Зачем ты наговорила той девушке все эти гадости? Она же просто курьер! — поинтересовался Виктор через минуту.

— Какие гадости, ты о чём? — вскинула брови брюнетка.

Виктор скептично усмехнулся, а потом ей пересказал их разговорчик.

— Не выдумывай, я такого не могла сказать — я воспитанная и культурная девушка! — заявила она на полном серьёзе, глядя ему в глаза.

— Ты издеваешься? Не боишься, что именно Маркова посадит тебя на ту бутылку, а не ты её? — Виктор был просто поражён.

— Я, я правда не сильно помню. Я только помню, что поставила её на место и была очень злая, меня классно так накрыло приливом энергии, я как раз полдня собирала весь негатив для этой дуэли, чтобы выплеснуть его на сучку! — проговорила Анжелика.

«С памятью у неё плохо, или здесь нечто худшее, чем просто сбои памяти? Она же магичка, тут что угодно может быть — надо будет почитать все возможные вещи по этим моментам как можно скорее», — решил Виктор, которому её слова радости не прибавили.

Неожиданно открылась с той стороны тяжелая входная дверь, и повернувший туда голову Виктор увидел вошедшую девушку, которая оказалась рыжей подругой Анжелики.

— Солнышко, извини за опоздание, к меня были неотложные дела, но я мчалась так быстро, как только могла! — приложила руки к груди стройная красотка, направляясь к ним.

— Оно и заметно! — недовольна произнесла Анжелика. — Птичка, вот на тебя можно положиться, ты даже сегодня не раз это доказала, — в её голосе был сарказм.

— Не начинай… Ой, а что с тобой, радость моя? — всплеснула руками огненно-рыжая и подбежала к Анжелике, начав её чуть ли не ощупывать.

— Прекрати, Арина! — разозлилась Анжелика и ударила её по кисти своей ладонью.

— О Господи, у тебя на шее такой синяк, кто это с тобой сделал? Что случилось? — начала обеспокоенно причитать рыжая.

«Эта тоже одета в какой-то явно специальный костюм, но узоры у неё другие», — отметил Виктор функциональную схожесть костюмов обеих девиц.

— Ничего страшного, это Виктор… — начала Анжелика, но рыжая перебила её:

— Так это он тебя обидел? — она резко выпрямилась, повернулась к нему и вперилась гневным взглядом.

Виктор молча смотрел на неё, пораженный такой экспрессией и нежеланием нормально разобраться в моменте. Это навело его на мысли, что подружки они далеко неспроста — поскольку обе явно с ебанцой, то и тянутся друг к другу, пришёл он к закономерному выводу.

— Слышишь, козёл, я тебе не позволю обижать мою лапочку… — начала рыжая, но её перебил обалдевший Виктор:

— Да иди ты на хер, ебанашка — ты о чём сейчас говоришь вообще? Ты сначала разберись в ситуации…

— Ну ты сам напросился, дятел! — прошипела Арина, вскинула обе руки, и Виктор даже не успел среагировать, как она провела пальчиками внутри ладоней, и его поразила сильная воздушная волна, отбросившая его метра на четыре в сторону татами, на которое он и упал спиной.

Раздался визг Анжелики:

— Ты что творишь, тупая кобыла? Это же мой любимый жених, я тебе сейчас устрою, — Анжелика вскочила и с воплем бросилась на рыжую.

Лежащий Виктор ощупывал ребра и с изумлением наблюдал, как Анжелика начала колотить ладонями рыжую по голове и по плечам, но та совершенно не сопротивлялась и только закрыла лицо руками и втянула плечи.

«Как дикие рыси, блин. Я тут рехнусь за год, если в этом мире женщины — все вот такие», — с горькой печалью подумал он, наблюдая за представлением.

— И не вздумай впредь даже косо посмотреть на него, тебе ясно, сучка? Иначе я не знаю, что с тобой сделаю, Дроздовская! — тем временем гневно орала Анжелика.

— Я же думала, что это он тебя обидел, — захныкала огненно-рыжая.

— А ты не думай, бестолочь, ты сначала спрашивай! Это ты специально сейчас сделала, стерва…

Девки прекратили потасовку, Анжелика села обратно на стул, а рыжая немного отошла от неё, ощупывая лицо.

— Он тебе не пара вообще, этот дебил и явный игроман! На кого ты хочешь меня променять, а?! — заплакала вдруг рыжая, закрыв личико ладонями.

«Тут больше похоже, что обвинения Анжелики в сторону девок-чернышек явно вызваны чем-то личным, чего она сама очень стесняется и отказывается признавать, вот и переводит свою ситуацию на других», — Виктор уже сидел, взявшись руками за колени, и наблюдал за обеими девахами.

— Так, ещё одно слово, и я не знаю, что я с тобой сделаю, — уже чуть более слабым голосом заявила Анжелика, полураскинувшись на стуле и потирая шею.

— Знаешь что? Я не собираюсь терпеть твои очередные капризы — ты меня уже задолбала, рвёшь мне душу! Я улетаю в Сочи, пошла ты нахер с таким отношением! — заявила вдруг огненно-рыжая, развернулась и пошла к выходу.

— Дроздовская, стоять! — выкрикнула Анжелика, попытавшись встать со стула, но упала обратно. — А ну остановилась и подошла сюда!

Тем временем плачущая рыжая уже подошла к двери, утирая слёзы — Виктор с интересом смотрел на её отличную фигуру и идеальной формы попку.

— Птичка, стой, ну куда же ты? — выкрикнула уже более обеспокоенным тоном Анжелика, но та вышла из зала.

— Милый, помоги мне дойти вниз, у меня всё болит, блин. А то она ведь и правда улетит и будет месяц потом обижаться, — обеспокоенная Анжелика перевела взгляд на Виктора.

«Женитьба отменяется — пусть они друг на дружке женятся», — усмехнулся про себя Виктор, постаравшись сохранить серьезное лицо.

— Почему она напала на меня? Это тоже был флирт, да? — ядовито поинтересовался Виктор.

Анжелика несколько секунд смотрела на него, всё более хмурясь.

— А ведь точно! Как же я сразу не подумала? Она хочет тебя увести, вот стервоза озабоченная! — выдала Анжелика, от чего Виктор чуть не поперхнулся от смеха. — Ну я ей устрою сейчас!

«Надо побыстрее валить в Европу — какое счастье, что так сложилось с этим бета-тестом!» — Виктор не без труда поднялся и медленно подошёл к брюнетке, поскольку побаливало в груди.

— Милый, возьми меня за руку, надо спешить — я сейчас ей покажу, как моего жениха обижать!

Виктор помог ей встать и взял за локоть — она действительно пошатывалась.

— Заканчивай эти шуточки с женихом, ладно? Пойдём к машине, вернешь мне мои вещи, — сказал он твёрдо, когда они вышли из зала и подошли к лестнице.

— Как ты думаешь, она обиделась на меня? — перевела тему брюнетка.

— За что на тебя обижаться то, Анжелика? Ты же такая дружелюбная, приятная в общении, милая, — не удержался Виктор, помогая ей спускаться по лестнице.

Они практически шли в обнимочку — он уже непроизвольно обнимал её за талию, а она закинула ему руку на плечи.

— Вот знаешь — совсем не смешно, — ощутив иронию, произнесла она через несколько секунд, когда они спустились на площадку между вторым и первым этажами.

— Ты нарочно такая конфликтная или же просто невоспитанная и бескультурная?

— Так вот значит какого ты мнения обо мне, да? — начала вырываться Анжелика, парень её отпустил и она на противоходе чуть не свалила локтем портрет адмирала Колчака.

— Портрет свалишь же, — непроизвольно произнёс Виктор.

— А, ну да, нельзя так с героями, — Анжелика обернулась и снова подошла вплотную к Виктору.

— С героями? — переспросил он.

— Мой предок и адмирал — спасители России, ты что, совсем дикий? — с её глазах было искреннейшее удивление.

— Я разве спорю? — засмеялся Виктор. — А кто твой предок?

— Э-эм… Я пошутила, забей и не парься, голова у меня ещё кружится, — крайне неискренне и натянуто улыбнулась девушка, сама быстренько взяла его за ладонь и потянула вниз по лестнице.

«Однако, дела — имеем фамильные секретики. Судя по её фразе и фамилии её рыжей ебанашки-подружки, там речь идёт о высших белогвардейских кругах. Кто же она, эта Анжелика, на самом деле?» — Виктору стало немного не по себе.

Виктор начал понимать, что вся её похвальба насчёт женитьбы, все эти понты, невероятная наглость в поведении — явно имеют определённое основание, а самое неприятное — она либо действительно положила на него глаз, либо хочет использовать для чего-то в своих целя, либо всё вместе. Как этого избежать — он ещё точно не знал, но абсолютно твердо решил этому противостоять.

Они спустились с лестницы и вышли обратно в большой зал.

Глава 14

Зал был полностью пуст. Анжелика довольно бесцеремонно обняла Виктора за плечо, перенеся за него часть своего веса.

— Тебе плохо? — поинтересовался Виктор, пока они подходили к барной стойке.

— Могло быть и лучше. Милый, надо остановить Птичку, не дай ей улететь! — весьма пылко произнесла девушка.

«Странно — она меня раздражает, бесит, но почему я ревную её к этой рыжей сучонке? Как так?» — Виктор поразился самому себе, его чувства сейчас были в полнейшем хаосе.

Всплескивая руками и причитая, подбежала администратор:

— Анжелика Георгиевна, дорогая вы наша, с вами всё хорошо? Присядьте в кресло, я сейчас велю принести торсометр и ваш любимый шоколад!

— Света, где Птичка? — довольно слабым голосом пролепетала Анжелика.

— Арина Павловна сказали, что уезжают в аэропорт, у неё через час вечерний рейс на Сочи, — развела руками администратор.

— Надо её остановить, скорее, — попыталась выкрикнуть Анжелика.

— Анжелика Георгиевна, свет наш, она ведь уже уехала только что на своей машине, — в голосе администраторши появились трагические нотки.

— Блин, ну как?! Птичка! Ну как так? — Виктор ощутил, как тело девушки начало содрогаться от рыданий.

«Позвонила бы, что ли! Видать, там такая драма, что отдыхают наши самые рейтинговые сериалы. Надо этим воспользоваться и понять, что эта стерва вообще от меня хочет. Это всё похоже на игру и подставу, но с головой у неё точно не всё хорошо, и это мой шанс поиметь с неё информацию и ресурсы. Квартира и машина у неё есть, мы вместе числимся в списках бета-тестеров игры — тоже очень странная ситуация, и вот поэтому мне пока что придется поддерживать с ней некое подобие отношений — это должно быть выгодно, учитывая мою ситуацию и её высокий статус в этом мире, поскольку и зеленый туман в парке, и знак треугольника здесь — простыми совпадениями быть не могут», — быстро размышлял Виктор, придя сейчас к принципиальному для себя решению пока что продолжить общение с этой стервой Анжеликой, которая вызывала у него только одно желание — взять и уебать, а потом отодрать, потом снова ещё раз уебать и забыть.

Виктор помог Анжелике сесть в комфортабельное кресло за ближайшим к ним свободным столом. Через пару минут девушка-официант подошла с необычным черным прибором на подносе, и подошедшая следом администратор Света закрепила на руке брюнетки некую манжету с проводами и трубочками. После этого они начали манипуляции на панели прибора, и через минуту объявили вердикт:

— Анжелика Георгиевна, прибор показывает, что ваш магокоэффициент упал до восьмидесяти семи с половиной единиц, а ваша энергия действия сейчас на нуле! Принцессочка моя ненаглядная, ну как же так, кто же вас так обидел? — в голосе администраторши послышалась такая неприкрытая трагедия, что Виктор прямо проникся моментом до глубины души.

«Оскар по ним плачет!» — ему было весело.

— Ой, всё будет хорошо, Светочка. Мои противники не дремлют, пытаются под меня копать, пытаются меня сбросить с моего законного места, твари завистливые, — тяжело дыша, произнесла Анжелика, и положила ладонь себе на лоб.

— Сейчас я вам подам вкусности, отдыхайте, моя звездочка, — произнесла трагическим, пафосным голосом и всплеснула руками администратор, жестами велев официантам что-то принести.

Не успел Виктор расположиться в кресле, как две официантки принесли на подносах две большие чашки горячего шоколада, итальянский сыр, песочное печенье, засахаренную вишню в коньяке и другие вкусности.

— Ой, за что мне это всё, а? — произнесла девушка, ни к кому не обращаясь.

— Анжелика, как ты себя чувствуешь? — нейтральным тоном поинтересовался Виктор, отпивая горячий шоколад.

— Милый, спасибо тебе, что ты такой заботливый, — с поразившим Виктора чувством произнесла девушка. — Плохо мне очень, Птичка вот меня бросила!

— Вы что, лесбиянки? — решил не сдерживаться Виктор в своих очевидных предположениях.

Довольно неожиданно для него Анжелика закрыла лицо ладошками и начала содрогаться в рыданиях.

— Откуда ты знаешь? — спросила она через минуту, взяв себя в руки.

— Это и так заметно! Рассказывай, что значит твоя игра со мной, со всей этой идиотской женитьбой и прочей клоунадой?! — жёстко и холодно произнёс парень.

Несколько секунд брюнетка сидела, закрыв лицо руками, но потом начала говорить:

— Я всегда хотела найти себе хорошего мужа, чтобы отец смог продвигать меня и его по карьерным ступеням. Но Птичка год назад соблазнила меня в сауне, и с тех пор у нас такая вот дружба!

Виктор нахмурился и со злостью смотрел на неё, решив для вящей драмы отыграть роль влюбленного ревнивца.

— Милый, ты не подумай, я ничего такого не позволяла, иногда поцелуи и массаж, — со страхом произнесла девушка, увидев в его взгляде холод и злость.

— Что ты хочешь от меня? Я в жизни не поверю, что такая наглая девка, как ты, вдруг захочет замуж за бедного студента! Говори — что тебе от меня надо?

— Девка? — пораженно вскрикнула Анжелика. — Вот так значит, да? Я совсем тебе не нравлюсь?! — она закрыла лицо ладонями и ещё сильнее зарыдала.

Сразу же подбежала администратор:

— Молодой человек, если вы будете так общаться с Анжеликой Георгиевной, вас ждут большие неприятности, — заявила она. — Если бы вы знали, кто она…

— Уважаемая, я разберусь без ваших советов! — отчеканил Виктор, но тётка осталась стоять и смотрела на него. — Свободна, уматывай давай, тётя! — он взмахнул рукой, и админ Света с недовольством на лице ушла к стойке.

Пока Анжелика страдала в кресле, Виктор отдал должное напиткам и сладостям, с удовольствием подкрепившись.

«Вот это дело — олл-инклюзив за счёт стервы. Что может быть лучше? Только свой абонемент на такое — и к этому надо стремиться! В конце концов, она и так мне должна очень за многое, кобыла стервозная — сколько нервов она успела мне испортить за один только день», — довольный закусками, он откинулся в кресле и начал думать о том, что же ему делать дальше в этой необычайной России.

Снова подошла администратор:

— Молодой человек, с вами желает побеседовать Антон Львович…

— Кто? — удивленно перебил её Виктор.

— Антон Львович Гумилёв, завсегдатай нашего клуба. Он ждёт вас на улице, на второй аллее, — довольно твёрдо произнесла администратор.

— И мне что с того? Я знать его не знаю! — реально начал обалдевать Виктор.

— Отстаньте от моего милого, — пролепетала Анжелика, уже явно придремавшая в своём кресле.

— Молодой человек…

— Виктор! — перебил он.

— Да, Виктор, это очень важно, поверьте, — администратор смягчила тон и деланно улыбнулась.

— Ну раз такое дело, то можно и поговорить! — с легкой злостью согласился Виктор, довольно таки заинтригованный.

— Спасибо, — чуть поклонилась администратор. — Позвольте вас проводить!

— Хорошо, — Виктор допил шоколад и встал с кресла, бросив взгляд на Анжелику, которая уже явно отлично дремала, раскинувшись в комфортабельном кресле.

«Видимо, она здесь действительно своя для посетителей и персонала», — сделал он очевидный вывод.

Буквально за минуту администратор провела его через коридор к выходу, открыла дверь и показала налево, в сторону одной из аллей:

— Вас ждут вот там.

— Как я обратно внутрь попаду?

— Постучите, — улыбнулась тётка.

«На подставу вроде бы не похоже — если бы мне хотели сделать что-то плохое, так бы не приглашали. Хотя я даже и не знаю, что вообще можно ожидать в этом мире — психология тут явно иная и не налазит на мои устоявшиеся представления», — заключил с опаской Виктор.

Он пошёл в указанном администраторшей направлении, и через полминуты был уже на одной из аллей. Там, метрах в пятнадцати, на скамейке сидел один из парней, которых совсем недавно послала в пешее эротическое путешествие Анжелика.

«Этого только не хватало — разборок с каким-то мажором по поводу оскорблений, которые ему нанесла якобы моя подруга», — вздохнул он и двинулся к сидящему парню, который его уже заметил.

Этот парень, к удивлению Виктора, поднялся и сделал несколько шагов ему навстречу.

— Добрый вечер. Я по поводу поведения Анжелики… — начал говорить он.

— Послушайте! — Виктор миролюбиво поднял ладони. — Я просто её знакомый и не надо ко мне предъявлять никаких претензий. Если хотите — говорите с ней сами, я здесь вообще ни при чём! — заявил он.

— Ха-ха, сразу видно, что вы не из нашего круга, — засмеялся парень, и Виктор немного расслабился — а он морально был готов к стычке.

— Что это значит? — полюбопытствовал он.

— Давайте присядем, — показал молодой человек на скамейку.

Довольно высокий, худощавый и бледный, он был одет в двубортный черный пиджак по фигуре — с узорами на воротнике и с серебристыми пуговицами, брюки и туфли. Виктор отметил, что такой стиль одежды был свойственен в его мире началу девяностых годов или даже раньше — и явно не у нас, а у лондонских денди. Они присели на скамейку и Виктор немного расслабился — речь явно и очевидно шла не о предъяве.

— Моё имя Антон, — протянул тот парень руку.

— Виктор, очень приятно, — после секундного колебания он пожал её.

— Видите ли, Виктор, мы, молодые и прогрессивные аристократы Москвы и патриоты России, очень рады, что Анжелика нашла себе партнёра после столь долгих поисков. Девушка она крайне сложная в поведении, характер у неё на редкость тяжелый, очень часто она бывает шокирующе бескультурной, но сердце у неё доброе! — начал этот Антон речь, которая поразила Виктора в крайней степени.

— Извините, а с чего вы взяли, что она нашла себе парня? Я её знаю один день, и этот день был для меня весьма неприятным в её обществе, — решил он сказать откровенно. — Если вам надо, сами с ней встречайтесь и наслаждайтесь её обществом — мне это совсем не надо, такое счастье.

Парень по имени Антон сдавленно смеялся минимум полминуты, а потом перешёл на откровенный ржач, чем окончательно озадачил Виктора.

— Видно, что вы молодой человек, который совершенно не понимает наших аристократических нюансов и спокойно себе живёт в приятном обывательском незнании вдали от интриг высших сфер общества, — довольно весело произнёс он. — Однако незнание по своим последствиям легче в итоге не становится, когда дело касается лично вас.

— Что вы хотите сказать, Антон? — напрягся Виктор, которому это всё начинало очень не нравится.

— Скажу в общих чертах: мы, аристократы, в силу исключительно магических особенностей последние десять или даже больше лет уже не можем поддерживать семейные отношения внутри своего аристократического круга — магическая энергия двух сильных партнеров-магов сжигает изнутри, и это сама по себе — крупнейшая научная проблема современности, — довольно веско сказал Антон.

— Я этого не знал, продолжайте, — сглотнул Виктор.

— Поэтому молодые аристократы обоих полов сейчас активно ищут партнеров среди совершенно обычных граждан, и это начинает менять моральный облик нашего общества в более серьёзной степени, чем предполагали самые прозорливые из нас! Это происходит очень быстро!

— Вы хотите сказать, что не хотите сами встречаться с Анжеликой? — поразился Виктор.

— Ха-ха, верно. Не только потому, что она крайне избалованная стерва и очень вспыльчивая и несдержанная в своих желаниях принцесска, — произнёс он с усмешкой, — но и потому, что объединённый магический потенциал при наличии взаимных чувств, к примеру, моих к ней, очень быстро нас введёт в состояние безумия и потери самоконтроля, и тогда мы сделаем нечто страшное и нас просто ликвидируют компетентные органы — такие случаи уже были и проблема в нашем кругу уже давно рассматривается более чем серьёзно!

— Даже так? — произнёс пораженный Виктор.

— Можете поверить мне на слово — этим занимается целый научный институт у нас, и в европейских странах, за этим пристально следят уже во всём мире — всё действительно гораздо хуже, чем могло бы показаться на первый взгляд обычному обывателю с минимальным потенциалом.

— И что вы хотите от меня? Вы же не просто так начали этот разговор? — Виктор выпрямился и сел более удобно.

— Вы правы. Видите ли, я точно не знаю, по каким именно причинам Анжелика избрала именно вас в качестве своего партнера, точнее предполагаю…

— О чём это вы? — перебил Виктор.

— Поскольку у неё сейчас очень сложное внутрисемейное положение и она обязана в ближайшее время выйти замуж, чтобы избежать подозрений в таких грязных вещах, как лесбийские связи с не очень дружественным кланом, она находится в активном поиске достойного мужа уже некоторое время, и как её друг я с тяжелым сердцем наблюдаю последние месяцы, как она всё более глубоко впадает в пучину отчаяния и потери самоконтроля, а это ведёт её на путь саморазрушения, — довольно грустно рассказал Антон.

«Ой как гладко стелет! Что за сложное положение? Что за объединённый магический потенциал? Что это за дружба такая у них?» — в голове Виктора начали проноситься десятки вопросов.

— А в чём выражается сложность её положения и что у неё за семья? — через несколько секунд молчания спросил Виктор.

Этот парень опять засмеялся, но довольно дружелюбно.

— Виктор, если вы этого не знаете — а это к счастью на данный момент, поверьте мне, то лучше вам узнать у самой Анжелики, и тогда вы сможете сделать осознанный и абсолютно рациональный выбор, который изменит вашу жизнь к лучшему, но и добавит в неё других красок! — с некоторым пафосом заявил Антон.

— Знаете, звучит совсем неубедительно. Мне это не нужно! — твёрдо сказал Виктор через несколько секунд молчания.

— Вы где-то учитесь, верно?

— Да, в университете Логистики и Транспорта, — неуверенно ответил Виктор.

— Вот, логистика. Какие у вас перспективы в итоге? — Антон приосанился и взмахнул кистью. — Жить на одну минимальную зарплату в съёмной квартире, работая на износ?

Виктор поражённо смотрел на него.

— А с Анжеликой вас ждёт богатая жизнь и блестящая карьера в любой сфере, которую вы изберёте, даже несмотря на её сложные отношения с семьёй и кланом.

— Это не говоря о её характере, — заметил Виктор.

«Как же он сладко стелет, подставой несёт за километр. Ему то это зачем — обустраивать личную жизнь этой стервозы?» — не прекращал сомневаться он.

— Характер у неё тяжелый, но как говорится, в руках хорошего мужа любая стерва сделается отличной женой — это уже будет зависеть только от вас!

— Простите, — Виктор встал и сделал несколько шагов от скамейки и обратно, обдумывая сказанное.

— Легко не будет, но это в ваших интересах! — сказал тот парень.

— Извините ещё раз, но всё это не звучит сколь-нибудь убедительно — я не владею той информацией, о которой вы сказали, и поэтому мне совершенно неясны ваши мотивы и желание сосватать меня за Анжелику — уж извините, говорю как есть! — твёрдо произнёс Виктор.

— Вы даже более умный молодой человек, чем мне показалось на первый взгляд. Если хотите больше информации, я предлагаю встретиться завтра в городской библиотке в одиннадцать утра — я сейчас пишу диссертацию и меня можно найти в общем зале на втором этаже.

— О какой именно информации вы говорите? — уточнил Виктор.

— О современных тенденциях и магических проблемах современности. Я вам докажу, что не только в ваших интересах, но и в интересах России тот вариант, который я предложил.

— А почему бы вам не найти кого-то другого на роль её мужа, если вам и вашим единомышленникам так это важно? — искренне удивился Виктор.

— Это вопрос симпатии и чувств! Анжелика — очень капризная, а потому очень разборчивая и даже предельно переборчивая девушка, и тот факт, что она привела именно вас в «Эскрайм», говорит очень о многом!

— Ни о чём это не говорит! Речь шла о дуэли, — ответил Виктор, вспомнив обстоятельства этого всего.

— Да бросьте вы, дуэль — это дуэль, обыденное дело, — пожал плечами Антон, доставая из кармана пачку сигарет.

— Я бы так не сказал, она мне весь мозг выела сегодня этой дуэлью и моими обязательствами, — заявил недовольно Виктор.

— Ну, обычный женский флирт, драма, романтика. Это ещё больше говорит о том, что она к вам не равнодушна. Где вы с ней познакомились, говорите? — ненавязчиво спросил аристократ.

Виктор рассказал о веселеньком утре в «Марков-Плаза» и её магической атаке.

Аристократ Антон снова сдавленно смеялся:

— В этом вся Анжелика. Только она может перепутать заклинание, потому что совершенно не хочет учиться и не хочет элементарно контролировать свой очень большой и даже разрушительный потенциал, из-за чего у неё львиная доля проблем с семьёй и с окружением!

— Это не звучит умно!

— Виктор, где женщины, а где ум? Ей нужен, извините, мужик, перед которым она будет ходить по струнке, и тогда всё будет отлично!

Настал через Виктору чуть ли не упасть от смеха.

— А как вы себе представляете девушку с её магическим уровнем и социальным статусом и простого парня — чем он может ей противостоять? Чем? — Виктор смотрел на аристократа.

— Видите ли, есть разные способы, но это уже зависит от вас — если вы заинтересованы в дальнейшем контакте с Анжеликой, тогда есть смысл говорить подробнее!

«Я сейчас явно произвожу впечатление наивного подростка из низших слоёв общества. Опять получается ситуация, что меня впутывают и сватают, как барашка — только мне это зачем? Я уеду в Европу и забуду об этом всём — как о страшном сне. Хватит с меня семейной жизни», — раздумывал Виктор.

— Если честно — не заинтересован! — ответил Виктор.

Аристократ засмеялся, нервно затягиваясь сигаретой.

— Я так не думаю — она поразительно-красивая девушка с идеальной фигурой, как минимум поэтому вы не спускали с неё глаз, я это видел, — заявил он.

Виктор скривился и отрицательно покачал головой.

— Давайте сделаем так — завтра увидимся в библиотеке, там обстоятельно пообщаемся, и я отвечу на возникшие у вас вопросы! Вы согласны?

— Честно говоря, у меня много своих дел…

— Если что, я компенсирую ваше время финансово, за это не беспокойтесь, — заявил аристократ.

«Это уже становится настолько интригующе, что в воздухе явно витает подстава. С чего бы это ему так навязчиво сватать очень красивую и богатую девку из своего круга в руки какому-то нищему студентишке? В чем смысл и выгода? Чистая авантюра! Ладно, соглашусь на словах, а завтра видно будет — это меня не обязывает!» — пока что решил Виктор, который в принципе не знал, чего сейчас можно ожидать от этого аристократа.

— Хорошо, но это меня ни к чему не обязывают!

— По рукам! — протянул аристократ ему руку, и Виктор пожал её.

Они распрощались, Антон пошёл к стоянке, а Виктор — в сторону клуба.

Глава 15

Виктору даже не пришлось ждать — когда он подходил к двери клуба, её сразу открыли. Его пропустил внутрь какой-то парень в стильной униформе с лейблом заведения. Виктору он показался весьма худощавым как для своего возраста — на вид этот парень был старше него.

— Вас ожидают в главном зале, — показал он рукой на знакомую дверь слева, довольно почтительно кивнул и ушёл в противоположную сторону.

Виктор решил, что чему-то удивляться в этом необычном мире — вполне естественно, но не продуктивно, и лучше будет делать выводы на основе точной информации, а не собственных эмоций. Он направился знакомым путём, вошёл в большой зал и сразу увидел Анжелику, которая уже расхаживала посреди зала с бокалом шампанского в руке.

«Настроение у неё явно уже получше, судя по улыбочке», — отметил он и направился к ней.

— Милый, а что наговорил тебе этот зануда Гумилёв? — она сделала несколько шагов навстречу и довольно мило улыбнулась.

— Я бы не назвал его занудой — вполне культурный молодой человек, — ответил Виктор, став напротив неё.

— Я себе представляю, что он тебе наговорил обо мне — вся эта тусовка мне завидует и добра не желает!

— Я не знаю, как всё обстоит на самом деле, — качнул головой Виктор. — Анжелика, мне уже пора… — решил он перевести тему, но она перебила:

— Виктор, ну куда тебе пора? В твою унылую общагу, ну?! — произнесла она с нежной капризностью.

— Откуда ты знаешь? — поинтересовался парень.

— Догадалась, ты же студент! — широко улыбнулась девушка и допила шампанское. — Пойдём посидим ещё, ты наверное голодный, да, милый? — довольно неожиданно она провела пальчиками по щеке Виктора, и он вздрогнул.

«Наверное, она лазила в моей сумке, пока я умывался — она лежала немного иначе, чем я оставил её», — предположил Виктор, поскольку адрес общежития был проштампован в паспорте и действие регистрации было действительно до конца лета.

— Принесите нам мясца, — крикнула Анжелика в сторону барной стойки, когда они сели.

— Анжелика, верни мне вещи, и я пойду к себе, — ещё раз сказал Виктор.

— Милый, пока мы нормально не поужинаем, я тебя не отпущу, а уже потом я сама тебя отвезу, идёт?

— Ты же пила алкоголь, — нахмурился он.

— Не обращай внимания, всё нормально, — весело взмахнула она рукой и налила себе ещё шампанского.

— Это не смешно!

«Она отсюда не выйдет, пока ей не надоест, и сделать я ничего не могу!» — парня это начало злить.

Пару минут сидели молча — брюнетка что-то активно печатала в своём телефоне, пила шампанское и заедала его вишенками. Виктор тоже съел штучки четыре засахаренных вишни, немного сыра и сидел, размышляя над услышанным от того аристократа.

«Интересная тут вообще аристократия. Совершенно ничего неясно, какие социальные взаимоотношения в обществе, как вся эта магия влияет на власть, собственность и положение. Что вообще важнее — магия или богатство? Вернее, влёчет ли обладание магией высокое положение и статус? Надо всё срочнейшим образом выяснять, и тут приходится признать, что несмотря на всю взбалмошность этой девицы и её отвратительные манеры, она уже является неплохим источником информации и интересным объектом для наблюдения», — размышлял Виктор, попивая остывший напиток и посматривая на девушку, которая развалилась в кресле и уже явно пришла в себя после происшествия в дуэльном зале. — «Да и внешне она мне нравится, надо хотя бы быть честным перед самим собой. Если бы ещё вчера в моём мире подобного уровня девица проявила ко мне такой навязчивый интерес, это бы мне даже польстило, хотя я бы и вспомнил сразу народную мудрость: „если красавица на х*й бросается, будь осторожен — триппер возможен“. Здесь же такая женская навязчивость — ну если не в порядке вещей, то явно никого абсолютно не удивляет. Надо завтра идти в библиотеку и читать все эти законы, или даже сейчас выйдем отсюда и сразу залезу в интернет», — Виктор тоже откинулся в кресле и расслабился.

Принесли две порции тушеной телятинки в подливе и с овощным гарниром.

— О, вкусненько, — с детской непосредственностью заявила Анжелика, вешая на грудь красивую льняную салфеточку. — Включите вон тот телевизор, какие-нибудь новости!

— Будет сделано, — ответила с легким полупоклоном официантка лет тридцати.

Начали есть, и Виктору очень понравилось блюдо.

— Вкусно, хотя довольно остро! — произнёс он, когда распробовал.

— Оно и должно быть острым, в этом весь смысл, — произнесла с набитым ртом Анжелика и улыбнулась.

Поели довольно быстро, и девушка не забывала пить шампанское — бутылка уже была полная не более, чем на треть.

«Нормально она приложилась, сейчас её вообще развезёт, наверно», — вздохнул парень.

— Милый, а что тебе рассказал Антошенька про меня?

«Антошенька?! Они что, настолько друзья?» — Виктор помолчал несколько секунд, прожевывая сыр.

— Сказал, что ты девушка из высшего круга, которая в поиске мужа, а он как твой друг желает тебе только счастья, — постарался он ответить дипломатично, умалчивая излишние подробности.

— Ну, это так и есть — мне просто позарез нужен хороший муж, и просто большая удача, что мы сегодня с тобой познакомились! — она чуть надула губки и покивала.

— Я как-то по-другому представлял удачу, — усмехнулся Виктор.

Однако брюнетка пропустила реплику мимо ушей, поскольку была навеселе и явно в хорошем настроении:

— На самом деле ты скоро поймёшь, как тебе повезло — у нас всё будет классно и хорошо, я устрою тебя на престижную работу, — произнесла она на полном серьёзе, потом зевнула и потянулась всем телом в кресле.

— Уже пора домой, давай я тебя провожу до машины, ты вернешь мне вещи, и мы вызовем тебе такси, — предложил парень.

— Зачем мне такси? — удивилась Анжелика.

— Ты пьяна уже, тебе нельзя за руль, — настойчиво произнёс Виктор.

— Ну и что? Или я типа впервые так машину вожу? — она захихикала.

«Это уже ни в какие ворота, хотя чего я от неё ждал то, разумного поведения?» — Виктор наклонил голову чуть влево и пристально смотрел на брюнетку.

Она снова налила себе шампанское, потом в телевизоре что-то привлекло её внимание и она выкрикнула официантке:

— Громче сделайте, скорее!

Виктор сидел к телевизору спиной, поэтому прекрасно видел, как Анжелика довольно напряженно уставилась явно на экран, сжимая в руке бокал. Ему было очень неудобно оборачиваться в кресле, поэтому он решил просто послушать, смакуя сыр.

— «Новости международной политики», — услышал он отлично поставленный женский голос. — «Сегодня президент Георгий Корнилов провёл переговоры с лордом Маунтбеттеном, генсеком блока „Антанта-Центр“. В итоговом коммюнике сообщается, что стороны договорились о том, что намеченная в июле высадка британо-датского контингента морской пехоты на остров Эзель будет отложена или даже снята с повестки блока „АЦ“, а в качестве ответного жеста российская сторона рассмотрит вопрос об отправке экспедиционного контингента в Северную Мексику в ближайший месяц. По остальным вопросам повестки ничего определённого не сообщается, но источники нашего канала в администрации президента заявляют, что никакого прогресса по остальным вопросам достигнуто не было, поскольку не уменьшается напряженность, вызванная западным вмешательством в традиционно российскую сферу влияния. Как заявили наши источники, власти Финно-Эстонской Федерации находятся в сложном положении — ввиду своей непоследовательности они рискуют испортить отношения и с Россией, и с Британией, и с Германией, и с Данией. Это вновь переведёт в практическую плоскость вопрос уже много раз откладываемого плебисцита о воссоединении ФЭФ с Россией».

«Эзель, Эзель, это же Моонзундский архипелаг, если меня память не подводит? Он же эстонский вроде остров и как-то по-другому называется. Что ещё за Финно-Эстония? Как тут всё сложно и необычно. Чего она так напряглась то?» — раздумывал Виктор и смотрел на Анжелику, которая не сводила глаз с экрана, а на краешках глаз у неё выступили слёзы.

— «Очень тревожные новости приходят на этой неделе из Германии», — продолжила ведущая, и Виктор еле себя сдержал, чтобы не встать с кресла и самому не впериться в телевизор. — «Завтра состоится давно анонсированный съезд Национальной Партии Германских Радикальных Феминисток. Ожидается, что новой Верховной фемофюрерин станет Урсула фон дер Зейсс-Вальдек, известная своими радикальными даже по меркам радфема, взглядами. Из достоверных источников известно, что она намерена на базе новой партийной программы „Мужчины нам должны!“ объединить всеевропейское движение радикальных феминисток в мощную структуру, которая будет нацелена на приход к власти легальным путём во всех странах ЕЭС. Как следует из её сегодняшних заявлений, она намерена создавать боевые отряды самообороны феминисток, чтобы обеспечить, цитирую её слова — „безопасность всем сочувствующим нашему движению и положить раз и навсегда конец зловонному мужскому засилью в политике, экономике и науке“, конец цитаты. Также госпожа фон дер Зейсс-Вальдек чётко дала понять, что если будут назначены досрочные выборы, радикальные феминистки не оставят этот акт политического произвола безнаказанным и выйдут на улицы. Рейхспрезидент Фридрих-Август фон Гинденбург заявил, что не потерпит политического давления со стороны радикалов, прикажет рейхсверу применить силу и введёт прямое президентское правление сроком на год в случае массовых беспорядков. Мы следим за нарастающим кризисом в Веймарском Рейхе, равного которому уже не было более сорока лет, со времён попытки путча радикальных феминисток в Мюнхене».

— Да, радфем сейчас опять набирает силу, потому что мужики занимаются чем угодно, только не своими обязанностями, — произнесла недовольным голосом Анжелика и жестом велела официантке выключить телевизор.

— Так присоединяйся к ним, программа у них хорошо называется, — не удержался от сарказма Виктор, просто-напросто обалдевший от услышанного.

— Ну я не настолько эмансипированная, знаешь ли, и вообще, я хоть и современная девушка, но вообще не жажду уничтожения всех мужчин или же низведения их до роли рабсилы на сложных производствах, к чему тайно стремится радфем, — довольно жёстко ответила она и посмотрела Виктору в глаза.

Виктор тихонько засмеялся, совершенно не зная, что ответить на это.

— А чего ты смеешься, а? — начала она злиться. — Я за нормальные, традиционные отношения, но потому, что мужчин становится меньше, а нормальных из них — так ещё на порядок меньше, радикалы и поднимают голову. И кто в этом виноват, обычные девушки?

— Ну явно и не мужики обычные виноваты, — пожал плечами Виктор. — Скажи, а женить на себе парня насильно — это нормально, по-твоему?

— Я сторонница умеренного, демократического феминизма, и я не признаю крайностей радфема. В рамках моих представлений — это нормально, тем более мы будем счастливы, — надула она губки на секунду. — Они там в своём большинстве лесбиянки, эти радфемки, я тебе скажу так, и хотят детей только из пробирки, — вздохнула она и допила шампанское.

«Если в рамках умеренного феминизма такие браки — это нормально, что можно тогда ожидать от радикалов?! Как она говорит — тайно стремятся уничтожить мужчин, хм, охотно поверю, учитывая всё, что я узнал за этот день», — Виктор допил остывший шоколад и вытер рот салфеточкой. — «Мир такой, из которого надо уносить ноги, если не хочешь попасть под каблук или ещё чего похуже. Надо выяснить как можно скорее политические расклады — придётся целое исследование проводить. Параллели уже просто херовейшие — путч в Мюнхене, фемо-вождица, президент Гинденбург — да ну его нахер, просто нахер вот это всё, не хватало попасть под каток мировой заварушки».

— Чего молчишь? — невзначай спросила Анжелика через минутку.

— Думаю, что нам пора по домам — очень приятно посидели, нормально поели.

— Фамилия что-то знакомая у этой будущей фюрерин, — произнесла девушка, наморщив лобик и потирая подбородок.

«Стоп, ну конечно же, знакомая. Такая же у юристки Ли Хуанга, Хельги», — Виктор ощутил, как его прошиб холодный пот.

— Помнишь помощницу Ли Хуанга? Вот у неё такая же фамилия, — сказал Виктор упавшим голосом.

— Ах, точно, да! Вальдек — я читала в школе ещё, что это древний род аристократов, князья какие-то были, — брюнетка скрестила руки на груди и обняла себя за плечи ладошками.

— Не нравится мне это всё совершенно. Скажи, Анжелика, а зачем ты записалась на этот бета-тест? Ты совершенно не похожа на девушку, которая увлекается видеоиграми, — поинтересовался Виктор.

— Я всегда стараюсь посещать подобные мероприятия, потому что мне нужен муж, срочно! И сегодня я нашла подходящего кандидата, — расплылась она в улыбке.

— Какое счастье! Тогда я тебя больше не смею задерживать — пойдём к машине за моими вещами, — съязвил Виктор.

— Ты такой забавный, милый, — девушка негромко хлопнула в ладошки и смотрела на него ласковым взглядом. — Ладно, давай собираться, а то уже поздно, а у меня завтра много дел.

— Я только за, — Виктор поднялся с кресла.

Анжелика ещё раз потянулась, поднялась и направилась к выходу, следуя за ним. Уже возле двери к ним подбежала администратор:

— Анжелика Георгиевна, разрешите нашему водителю управлять вашей машиной или позвольте организовать вам такси, — произнесла она встревожено.

— Ой, Света, не смеши меня — я совершенно трезвая, пара бокалов шампусика всего, — махнула рукой брюнетка.

— Анжелика…

— Трезвая я, сказала уже, и милый со мной, не переживай, — уже более властно ответила девушка и взяла Виктора под руку, прижавшись к нему.

— Я буду переживать! — заявила трагическим голосом администратор.

— Ой, всё, — изящно взмахнула кистью девушка. — Пойдём, милый!

Виктор двинулся по коридору к выходу из клуба, девушка полуоблокотилась на его руку и шла, чуть пошатываясь.

«Вот почему она отказалась от водителя? Сейчас сам вызову такси, не садить же её пьяной за руль», — раздумывал Виктор, которому сейчас были очень приятны прикосновения её горячего тела.

Когда вышли из клуба и за несколько минут дошли до машины, Виктор ощутил, что она засыпает на ходу.

«Ну вот писец — что мне с ней делать? Надо забрать вещи и пусть ею занимается админша, ну ё-моё», — раздумывал он.

Анжелика уже спала на ходу, повиснув на руке Виктора. Он её потормошил.

— Мы уже дома, да? — промурлыкала она.

— Мы ещё на улице. Просыпайся давай, и доставай ключи от машины, — он её немного потряс, но крепко держал за талию.

— А, вот, сумочка. Где они? — она битых минуты три рылась в своей сумочке.

«Вот это её разморило, хотя неудивительно — она бутылку шампанского в одно рыло откушала, а до этого получила по голове», — Виктор смотрел, как девушка достаёт ключи и снимает машину с сигнализации.

— Ключи давай, — он вырвал их из её руки.

— Эй, милый, отдай, как мы поедем? — запротестовала тихонько девушка.

Виктор открыл заднюю дверь, достал свою сумочку-чехол, и потом очень аккуратно запихал на заднее сиденье машины девушку, которая недовольно мычала и мотала головой, отказываясь садиться. Когда он её усадил и закрыл дверь, то сразу же достал планшет из сумки.

«Что, разряжен? Ну как, этого быть не может!» — поразился он, когда смог его запустить и увидел уровень заряда — почти нулевой. — «Ну вот как так? Вообще не вовремя, я уже должен давно быть в общаге, а вместо этого вожусь с пьяной стервочкой», — разозлился он, вдруг вспомнив, что общага находится в паре километров отсюда.

Подумав несколько секунд, Виктор захлопнул заднюю дверь — Анжелика явно дремала, и пошёл обратно в сторону клуба. Колотить в дверь ему пришлось минуты две, пока её открыл тот же парень, которой уже впускал его.

— Что случилось? — вежливо поинтересовался парень.

— Мне нужна ваша администратор. Анжелике Георгиевне нужен ваш водитель, который довезёт её, — сказал Виктор.

— Вот оно что, один момент, — парень достал телефон и кого-то набрал.

Произошёл короткий разговор и буквально через минуту прибежала администратор.

— Ой, молодой человек, хорошо, что она так решила… — начала она причитать, но Виктор перебил:

— Это не она решила, а я. Анжелика пьяна и спит на заднем сиденье.

— Ну тем более, — всплеснула руками тётка, достала телефон, кому-то позвонила и велела выйти.

Менее чем через минуту к ним вышел крепкого вида седой мужик лет сорока пяти или больше, в строгом черном костюме и с рожей боксёра, которого Виктор с первого взгляда оценил как спецназовца, ну или боксёра со стажем.

— Олег Петрович, отвезите Анжелику Георгиевну и проследите, чтобы всё было нормально, хорошо?

— Не переживайте, Светлана Андреевна, всё будет сделано, — солидно кивнул этот дядя и жестом показал Виктору, чтобы тот шёл за ним.

До машины дошли быстренько и бодро.

— Вот ключи, — протянул ему Виктор ключи от машины, намереваясь распрощаться.

— Где Анжелика Георгиевна? — сурово спросил мужик.

— Вон она, на заднем сиденье отдыхает, — показал Виктор рукой.

— Хорошо. Садись вперёд, поедем, — показал мужик головой.

Виктор немного обалдел от такой постановки вопроса.

— Слышишь, дядя, а чего ты мне тыкаешь вообще? — начал он заводиться. — Я никуда садиться не буду, я и так сделал больше, чем должен был, а с этого момента — до свиданья и всего хорошего.

— Спокойно, мальчик, — веско произнёс этот мужик. — Пока Анжелика Георгиевна не сказала, что ты свободен, ты едешь с ней.

— Дядя, гуляй вальсом, — сжал кулаки Виктор. — Я домой иду, а вы сами катите, куда хотите!

Мужик иронично на него посмотрел и двинулся обратно к нему, и только в этот момент Виктор вспомнил, что он — это не он, здоровый амбал-спортсмен весом под девяносто, а довольно таки щупловатый по сравнению с этим дядей паренёк сейчас.

— Парень, давай ты не будешь меня нервировать, сядешь в машину и я вас отвезу к ней домой. Анжелика Георгиевна спит, поэтому мы её будить не станем сейчас.

— Я не поеду!

— Я ведь могу и силу применить…

— На каком основании? — обалдел окончательно Виктор.

— На таком, что у неё на тебя — планы, и ты решай свои вопросы с ней лично или с Георгием Георгиевичем, понятно?

Виктор понимал, что этот просто прекрасный шанс распрощаться с Анжеликой тает на глазах чисто из-за того, что он проявил обычную для себя гуманность и не бросил эту девушку в таком вот пьяном виде, хотя вполне мог.

— Дядя, — приложил он руку к сердцу, — в душе не ебу, кто такой этот Георгий Георгиевич — вы разбирайтесь с ним сами, а мне пора в общежитие, и так уже позднее время.

К удивлению Виктора, мужик тихонько засмеялся, изумленно покачивая головой, и потом ответил:

— Ты что, действительно не знаешь, с кем общаешься, что ли? Ну ты уникум, конечно, пацан! Георгий Георгиевич Корнилов — президент России, а Анжелика — его седьмая, самая младшая, дочь!

Виктор отступил на шаг, с недоверием глядя на мужика и в шоке качая головой. Сумка-чехол чуть не выпала у него из рук.

Глава 16

Виктор добрых полминуты стоял с отвисшей челюстью, ошарашено глядя на мужика.

— Давай, парень — садись и едем, хватит мечтать! — усмехнулся этот клубный водитель, развернулся и направился к двери.

«Теперь уже точно протестовать смысла никакого нет. Куда и во что я влип? Как такое вообще возможно, что дочь президента шастает одна — где попало и без охраны?!» — Виктор чувствовал, как его накрывает легкий озноб, пока садился на переднее сиденье.

Через минуту начали разворачиваться и скоро поехали обратной дорогой в сторону «Золотого полиса». Виктор обернулся — девушка лежала на заднем сиденье, свернувшись калачиком, и явно если не спала, то дремала.

— Вы вот мне скажите — как дочка президента может быть без охраны? — возмущённо спросил Виктор у мужика, когда подъезжали к торговому центру.

— Во-первых, негласная охрана у неё есть — я в этом абсолютно уверен, потому что иначе быть не может. А во-вторых — всё это тебе лучше узнать у самой Анжелики Георгиевны, я не имею манеры распространять слухи и домыслы, — спокойно произнёс водитель, поворачивая на шоссе.

«Вот хрен! Мало того, что похитил меня, по сути, так ещё и строит из себя саму деликатность. Охрана у неё! Почему же я не заметил? В парке где была эта охрана, когда она раком ползала на склоне?» — сидел и кипятился Виктор, нервно сжимая свою-сумку чехол. — «Всё это пахнет, даже не пахнет, а благоухает какой-то подставой, только вот кто объект этой подставы — она или я? Или все вместе? Инициатива знакомства явно не с моей стороны — из того, что я помню, поэтому или это проделки самой Анжелики, или некая игра каких-то сил в её сторону — надо ли мне вообще в это влезать и в этом разбираться?» — Виктор отчётливо понимал, что теперь просто так он с поля зрения брюнетки уже не скроется — момент окончательно упущен. Его снова накрыло раздражение — он корил себя за свой неоправданный гуманизм к посторонним, который в итоге и завёл его в такую серьёзную переделку уже в самый первый день нахождения в этом малоприятном для него мире.

Остаток пути ехали абсолютно молча — Виктор продолжал себя корить и думать о будущем, которое теперь вырисовывалось вполне определённым, а девушка тихонько постанывала сзади. Шоссе было пустым и плохо освещённым, к многоэтажке Анжелики доехали быстро.

— Так, парень, сейчас осторожно поможем Анжелике Георгиевне выйти из машины, я проведу вас к её квартире и прослежу, чтобы ты оставался с ней.

— Уважаемый, а вот вам не страшно её оставлять в квартире наедине со мной — каким-то парнем, который может сделать с ней непонятно что? — чисто ради интереса поинтересовался Виктор.

— Всё будет хорошо, не переживай, — загадочно засмеялся мужик, и это очень не понравилось Виктору.

Вытащить Анжелику с заднего сиденья оказалось не таким простым заданием, как можно было подумать — пока её смогли разбудить, пока она капризничала и не хотела никуда выходить, потом ударилась головой о дверь машины, когда выползала — прошла не меньше десяти минут. В итоге Виктору пришлось снова поддерживать её за талию, поскольку мужик пожал плечами и заявил, что он не имеет права так делать. Естественно, Анжелика закинула парню руку на плечи и постаралась перенести свой вес на него. Открыли дверь подъезда, и в этот раз пошли к лифту — Виктору абсолютно не улыбалось тащить на третий этаж полупьяную девицу. Лифт приятно удивил Виктора — отделанный в стиле дорогих гостиниц пятидесятых годов прошлого века, он был довольно роскошным.

— Что ты делаешь, милый? Я хочу домой! — начала ныть девушка, облокотив голову на его плечо и еле стоя на ногах.

— Купаться сейчас будешь! — прошипел он.

Мужик вышел из лифта первым и помог придержать Анжелику, чтобы она не ударилась головой ещё обо что-нибудь.

— Анжелика Георгиевна, достаньте ключи от квартиры, пожалуйста! — вполне официально обратился он к ней.

— Ключи… — простонала она. — В сумке они, да.

— Так, парень, возьми её сумку и найди ключи, — перевёл взгляд на Виктора этот водитель.

— Да сейчас! Вы издеваетесь? Какого хрена я буду лазить в её вещах? Вам надо — вы и ищите! — ответил Виктор, сжав губы.

— Послушай — мне не надо, я могу здесь и до утра стоять. Это тебе и ей надо: раньше войдёте — раньше заснёте, — искренне пожал плечами дядя.

Виктор несколько секунд смотрел на него, одновременно поддерживая Анжелику, которая понемногу приходила в себя.

— Хорошо, — согласился он, подвёл девушку правее от двери и помог облокотиться на стену — она обессилено присела. — Ищи давай ключи, иначе будешь здесь до утра сидеть, — Виктор взял сумочку и присел перед ней.

— Милый, — она полураскрыла глаза и с нежностью смотрела на него, — ты такой заботливый.

— Ключи ищи, быстро! — прошипел он и положил ей сумку между согнутых ног и животиком.

«Конечно, я и сам мог бы найти их быстрее, но зачем это мне надо чисто юридически — хотя это вряд ли бы добавило мне неприятностей больше, чем уже есть на данный момент. Я уже по уши в этой ситуации», — констатировал он, наблюдая минуты четыре, как Анжелика слабенько роется в сумочку и наконец извлекает ключи.

— И часто вы её настолько пьяную привозите вот так? — поинтересовался Виктор у мужика, отдавая ему ключи, поскольку резонно решил, что это он отвечает за неё от имени клуба.

— Бывает, — усмехнулся дядя, открывая квартиру. — А где ключик сигнализации?

— Откуда я знаю? — удивился Виктор.

— Так помоги ей найти его, — сдержанно произнёс мужик, — иначе квартиру не откроем.

«Это вот тот ключик, наверно, который надо приложить к черному кругу рядом с дверью», — Виктор снова нагнулся к девушке и потормошил её, поскольку она снова задремала.

— Ключик от сигнализации где? — несколько раз спрашивал он, пока она снова не начала копошиться в сумочке.

Прошло не менее пяти минут, прежде чем она нашла его. Мужик приложил его, что-то щелкнуло и дверь можно было открывать.

— Помогите мне поднять её, — обратился он к нему, испытывая острое чувство негодования от всей этой ситуации.

«Я и не припомню, когда мне приходилось таскать на себе пьяных девок! Разве что первую жену в медовый месяц, но там не было чувства, что меня используют, как прислугу ебучую», — раздраженно раздумывал он, помогая Анжелике зайти в квартиру.

— На кухню её веди, — услышал он сзади голос этого дяди-боксёра.

Так и сделали — включили свет, и Виктор с облегчением вздохнул, когда девушка оказалась на своём диване и сразу улеглась на бок.

— Парень! Я так понимаю, ты жених Анжелики Георгиевны?

Виктор отрицательно замотал головой.

— Остаёшься с ней до утра и присмотришь за ней, утром приедет домработница и вы потом сами разбирайтесь!

— Послушайте, любезный! Я не имею ни малейшего желания здесь оставаться, у меня своих дел более чем достаточно, а девушку эту я впервые увидел сегодня утром, так что сами с ней здесь оставайтесь! — заявил Виктор, развернувшись к мужику.

— Парень, ты включи голову и подумай, что с тобой может быть, если ты не включишь мозги. Сейчас ты на положении жениха Анжелики Георгиевны со всеми вытекающими из этого последствиями, и я советую тебе вести себя очень благоразумно — это в твоих же интересах, — произнёс мужик довольно веско, но без угрозы в голосе.

— Я свободный человек и не желаю здесь оставаться! — голос Виктора немножко сорвался.

— В соответствии с нормой закона ты на данный момент — не совсем и свободный, так что уйми свой гонор и подумай о последствиях!

Виктор хотел ответить, но мужик остановил его жестом:

— Я уезжаю, а ты помоги ей нормально лечь спать. Утром приедет домработница, и тогда уже сами с ней разбирайтесь — в твоих с ней отношениях.

— Каких ещё отношениях… — в голосе Виктора чувствовалось сильнейшее раздражение.

— С квартиры ты не выйдешь, даже не думай об этом — я поставлю её на сигнализацию, а ключ передам домработнице, — заявил он, развернулся и пошёл к выходу. — Ключи от машину я положу вот на эту на полочку, — показал он пальцем и бросил туда ключи.

«Ну что за бред и абсурд? Как такое может быть? Дочку президента оставляют наедине непонятно вообще с кем и никого это особо не волнует — неужели так бывает в жизни? Вдруг я маньяк? Я отказываюсь в это поверить, это нечто запредельное!» — Виктор с отчаянием смотрел, как клубный водитель выходит из квартиры и закрывает её с той стороны, оставляя его наедине со спящей, очень красивой и пьяной девушкой.

Анжелика лежала на кухонном диване на правом боку, закинув руку под голову и свесив на пол обутые ножки. Её волосы были растрепаны — Виктор несколько секунд полюбовался её разнузданной красотой, потом пошёл к холодильнику и достал себе банку «Валдая».

«И что с ней делать? Пусть спит здесь или оттащить её в комнату?» — с наслаждением опрокинув в себя пиво и немного успокоившись, он смотрел на девушку, которая тихонечко посапывала. — «Так, надо планшет зарядить и срочно в интернет, иначе у меня крыша окончательно уедет от всего этого абсурда», — пришла мысль в голову, поскольку мозг до сих пор отказывался верить в происходящее.

Он достал из сумки свой девайс, зарядное устройство и положил его на подоконник, подключив к розетке. Постояв так пару минут и выглядывая в окно — был виден плохо освещённый дворик с несколькими машинами. Он повернулся, подошёл к Анжелике и начал её легонько бить по щекам.

— Ай, что, что, ну-у-у, — через минуту она начала недовольно стонать и ворочаться.

— Просыпайся, пора вставать!

Девушка недовольно открыла глаза и несколько секунд с удивлением смотрела на Виктора, который присёл на край дивана, нависая над ней.

— Милый, а что было? У меня так голова кружиться, — прошептала она, левой рукой пытаясь взять его ладонь.

— Ты напилась, и нам пришлось тащить тебя пьяную домой!

— Кому это вам? — она сдвинула свои красивые брови и попыталась лечь на спину.

— Клубный водитель и я тащили тебя пьяную и спящую. Тебе не стыдно?

— Ну зачем, блин?! Я же не просила тебя впутывать клуб в эту ситуацию, — было видно, что она начала приходить в себя.

— Тогда спала бы на заднем сиденье машины до утра, — засмеялся Виктор, и это его немного расслабило.

— Лучше бы так. Зачем ты так сделал? — чуть ли не захныкала она.

— А в чём проблема то?

— Родителям теперь доложат, ну-у, — девушка была явно расстроена, она положила себе ладонь на лоб.

— А кто твои родители? — усмехнулся Виктор.

— Ну, они большие шишки, я тебя познакомлю с ними перед свадьбой, — произнесла она, запинаясь.

— Ты хочешь за меня замуж, за простого и бедного студента, да? — холодно усмехнулся Виктор, глядя в её полуприкрытые глаза.

— Я не бедная, за это не переживай, ну а потом пойдёшь работать и всё будет вообще классно, — она попыталась привстать и сесть, но Виктор не дал.

— Кто твои родители? — настойчиво спросил он.

Девушка несколько секунд молчала, не отводя взгляда.

— Ладно, ты всё равно узнаешь, лучше я сама скажу, — вздохнула она и замолчала. — А ты не сбежишь от меня, правда?

— Говори уже! — Виктор взял её ладонь и чуть сжал.

— Отец — президент России, мама — из старых, ещё царских аристократов, она его третья жена. У меня есть старшие родные и сводные сестры, но нет ни одного родного братика, только двое сводных, вот так вот!

«Ну хотя бы она не стала здесь врать и запираться — это уже плюс. Блин, нельзя мерить эту ситуацию моими прежними представлениями, тут явно иная и мораль, и отношение к мезальянсам, либо вообще что-то иное — игра качественно другого уровня. Как же мне с этим разобраться, с чего начать?» — Виктор отпустил её ладонь, встал и медленно прошёлся по кухне, остановившись возле холодильника. — «Я определённо попал, и скорее сего, это от меня даже не зависело — как только я оказался в поле зрения этой сучки, все было предрешено? Или нет?» — он смотрел, как Анжелика села и обхватила руками голову.

— Я даже не знаю, что тебе сказать — я в шоке! — произнёс Виктор как можно более удивленным тоном.

— Не бойся, всё нормально. Теперь ты понимаешь, что я девушка не простая? Раз я так хочу, то ты на мне женишься, ясно?!

— А если я не хочу?

— Я что, совсем тебе не нравлюсь? — довольно неожиданно расплакалась брюнетка, закрыв личико ладонями.

«Какая же она плаксивая, Господи. Не похоже, что играет. Что же делать то?» — пока что Виктора не приходили особо ценные мысли, как избежать всего этого счастья.

— Мне не нравится твоё поведение и твоё отношение ко мне, как к вещи, тебя это ясно? — в его голосе был гнев.

— Это не так, я хочу как лучше, — её плечи содрогались от рыданий.

«Ебучий драматизм! Терпеть не могу женские слёзы, все эти штучки с давлением на жалость!» — Виктор облокотился кулаком на стол и смотрел на девушку.

— Заканчивай рыдать, я этого не люблю! — сказал он твёрдо через минуту, и Анжелика охотно закивала головой, растирая слезы по лицу.

— Я не истеричка, — сообщила она, подняв заплаканные глаза.

— Ты мне вот что скажи — раз ты дочка президента, где твоя охрана? На тебя напали в парке, как такое могло произойти?

— Как! Вот так — случайно произошло! — ударила кулачками по дивану девушка. — У меня есть золотой кулон с кнопочкой, но я его забыла утром одеть. В моём районе две машины службы госспецохраны, они как раз меня негласно охраняют и находятся в минутной доступности, но по условиям, которые поставили мне родители… — она замолчала.

— Продолжай, — потребовал Виктор.

— Ну, раз я наказана, то должна быть самостоятельной и охрана — это на совсем крайний случай, вот просто на совсем крайний, понимаешь? Я ведь считаюсь сильной магичкой и могу за себя постоять, да и кто что мне сделает в Москве — меня тут все знают, кому надо.

«Странно это как-то. Не сильно они дочку ценят, наверно, либо я чего-то не понимаю. Может, она специально не одела этот кулон или же вешает мне лапшу? Тут вообще концы с концами не сходятся», — Виктор пристально смотрел на девушку, которая сидела, немного надув губки и опустив голову.

— Сильная магичка, которая перепутала заклинания и загородила в меня льдом? — произнёс Виктор с издевкой.

— Знаешь что, не начинай! — сразу же вспыхнула девушка.

— А что значит — наказана?

— Я пока не хочу говорить об этом, ясно? — произнесла она довольно жёстко.

— Ты хочешь меня женить на себе, но не доверяешь, да?

Девушка молча смотрела на него несколько секунд, и ему показалось, что она сейчас снова заплачет.

— Виктор, милый, я потом тебе об этом расскажу, на свежую голову — ладно? — она улыбнулась и стрельнула глазками. — Поможешь мне принять душ, милый?

Глава 17

Виктор так и продолжил стоять возле стола, на котором стояла неубранная посуда.

— У меня голова кружится, а я купаться хочу, мне срочно нужен душ прохладненький, — потянулась девушка.

— И что ты предлагаешь — раздеть тебя и намылить спинку? — постарался не засмеяться Виктор, снимая джинсовый пиджак и вешая на спинку стула.

Анжелика чуть нахмурила свои красивые бровки и смотрела на него — в её взгляде читалась святая невинность:

— Конечно, я хоть и очень стесняюсь, но ведь ты мой будущий муж, и нам надо привыкать друг к другу, — сказала она вполне серьезно, чуть наклонив голову вбок.

— Ты девушка веселая и с юмором, это я уже понял, — улыбнулся Виктор, которого начала забавлять эта ситуация. — Выкинь из своей головушки мысли про нашу с тобой женитьбу — этого не будет. Это не нужно прежде всего тебе!

Девушка помотала головой и с трудом встала с дивана, ощутимо пошатываясь.

— В глазах все плывет, помоги мне раздеться! — она начала расстегивать свою черную кофту с узорами.

Не успел Виктор что-то сказать, как она её сняла и бросила на диван, оставшись в черном, полупрозрачном бюстгальтере, который позволял видеть всю красоту её шикарной груди четвертого размера или почти около того.

— Ох, плохо мне, голова болит, — брюнетка красивым жестом отбросила волосы назад и снова плюхнулась попкой на диван, не удержав равновесия.

«Вот это сисечки — упругие, стоячие, большие, загорелые, просто шикардос — такие бы тискал всю ночь!» — Виктор так и стоял возле стола, разглядывая девушку и ощущая легкое шевеление ниже пояса.

— Милый, помоги мне снять кроссовки и штаны, а то я сама не справлюсь, — запинаясь, произнесла девушка и немного помотала обутыми ногами, натурально как ребёнок-проказник.

— Не наглей, Анжелика! — сглотнув, ответил Виктор, потому что уже чувствовал, насколько ему будет сложно себя контролировать наедине с полуголой красавицей.

— Я даже скажу волшебное слово: пожа-а-луйста, — проворковала слабеньким голосом Анжелика, закрыв глаза и откинувшись на диване.

«Блин, она прикалывается? Я не буду снимать с неё обувь, я ей кто, прислуга?» — Виктор присел на стул.

— Обувь снимай сама, штанишки тоже.

— Ну-у, милый, надо скорее в душ, а то я сейчас засну…

— Снимай сама или ложись и спи, дело твоё! — твердо ответил парень, продолжая любоваться её фигуркой.

— Вот такой ты, не хочешь сделать приятно любимой… Все вы такие, эгоисты бесчувственные, чурбаны, — произносила она недовольно, пока долго, корявенько и медленно снимала кроссовки, которые по одному небрежно кинула на середину кухни.

— Очень культурно, — с сарказмом прокомментировал это Виктор.

— Да, я очень хорошая и культурная, — согласилась Анжелика, дико зевая.

Спортивные штаны она снимала еще минут пять, пытаясь приподнять попку — раза с седьмого ей это удалось, но они запутались внизу, на стопах.

— Помоги, милый, а то меня сейчас отрубит, сил просто нет, надо скорее освежиться, — вполне искренне простонала она.

«Отведу её в душ, потом уложу спать и залезу в инет», — решил Виктор, которому начал нравится этот пьяненький стриптиз. — «Фигура изумительная, в моем мире она могла бы сходу сделать модельную карьеру или выиграть конкурс красоты. Ножки класснейшие, спортивные, а бедра созданы для того, чтобы лапать, мять и тискать в разных позах».

— Хорошо, только веди себя спокойно, поняла? — спросил он громко, и она легонько покивала, не открывая глаз. — Сейчас помогу тебе встать.

Он подошел к ней, взял за обе руки, которые безвольно лежали по бокам, и потянул на себя:

— Поднимайся!

Девушка чуть охнула, но смогла встать на ноги, тут же попытавшись обнять Виктора — ее ноги были спутаны внизу штанами.

— Упаду сейчас, держи скорее, — простонала она.

«Придется мне, блин, стягивать её штаны, она в полукоматозе и уже почти спит», — недовольный этим Виктор снова усадил её на диван, и ему пришлось стянуть с неё штаны, как с ребёнка.

«Какая она сексуальная и стройная. Она это специально подстроила, чтобы меня соблазнить? С неё станется, с лисы хитрой. Надо держать себя в руках, потому что план ей удаётся в полной мере», — близость полуголой, очень красивой и пьяной девушки волновала его гораздо больше, чем он бы хотел.

— Обними меня, милый, скорее же, — услышал он её сонный голос.

— Так, спокойно! Сейчас поднимаемся и идем купаться, а потом спать — тебе ясно? — Виктор постарался это сказать как можно строже.

— Не кричи на меня, милый, я очень ранимая, хочу обниматься с тобой, — пролепетала она.

«Нет, я не должен переходить границу и не должен сейчас поддаваться этому соблазну, иначе обратного пути точно уже не будет», — совершенно ясно осознавал Виктор все нюансы этой ситуации. — «Как же хочется её трахнуть, блин! Но нельзя сейчас да и вообще, наверно», — он понимал, что надо держаться — и держался, хотя огонь кипел в крови.

— Вставай и держись за меня! — он снова взял её за мягкие, очень нежные ладони, и потянул на себя.

Естественно, она не удержала равновесие и облокотилась на него всем телом.

— Ты меня хочешь, да? — услышал он её шепот.

— Анжелика, стой и не падай! — его пьянил аромат её горячего, упругого, шикарного девичьего тела и запах легчайшего винного перегара. — Пойдем купаться, передвигай свои ножки!

Она осталась в чёрных трусиках и лифчике. Он обхватил её за талию и повел к ванной, ощущая теплоту её стройного тела. Включив свет и открыв дверь, он уже почти тащил её на себе, поскольку девушка без лишних церемоний обхватила его рукой за шею.

— Да осторожнее, упадешь ведь, дурочка! — выкрикнул он непроизвольно, когда у неё поехала нога и она чуть не упала навзничь, рискуя себе что-то сломать.

«Вот нахера я затеял это? Надо было тупо её оставить на диване или отвести в комнату, пусть бы спала до утра», — корил себя Виктор за авантюру с купанием и за собственную несообразительность.

Он помог ей сесть в ванне, но решил её не снимать бельё, естественно. Взяв душ, он включил холодную воду — она шла из крана ледяная, разбавил совсем немножечко горячей и без предупреждения направил на брюнетку.

— Ай! Ай! А-ай-ай, хо-о-лодно, что ты творишь, ай, прекрати, придурок! Холодно! — буквально через десять секунд раздались громкие, возмущённые выкрики Анжелики, которая явно начала приходить в себя под струями освежающей прохлады.

— Спокойно, девочка, сейчас ты придешь в себя и протрезвеешь! — засмеялся Виктор и увеличил напор воды, направив ей на лицо и волосы.

Визги и мат раздавались полминуты — девушка пыталась закрыться руками, но Виктор хорошо её обработал холодной водичкой. После этого он сделал напор воды очень теплым и снова начал её поливать.

— Дурак, зачем ты белье мне намочил? — заплетающимся голосом возмущалась Анжелика, пытаясь убрать мокрые волосы с лица.

— Еще одно такое слово, и я включу ледяную воду на полную. Быстро извинилась, дрянь неблагодарная! — заявил он, любуясь её потрясающей фигуркой и наслаждаясь ситуацией.

— Не надо холодную, не надо, — протестующе замотала она головой. — Прости, милый, прости-прости!

— Так вот лучше. Спинку тебе намылить?

— Блин, а зачем ты со мной зашел сюда? Я же стесняюсь, — она подняла на него глаза и обхватила колени руками.

— Ты сама попросила тебе помочь — или у тебя склероз? — засмеялся он и направил воду ей на лицо, которое она еле успела закрыть ладонью.

— Прекрати же! Я не просила, — её голос был уже вполне осознанный.

— Ну тогда купайся дальше сама, только не упади смотри, а то свернешь себе шею ещё, а обвинят меня, — пожал плечами Виктор и повесил душ на стойку.

— Не уходи, — она схватила его мокрой рукой за футболку.

— Кофе у тебя есть? Я пока нам сделаю кофе, и когда выйдешь — мы сядем и серьезно поговорим!

— Не хочу кофе! Мы будем спать, ты меня обнимешь и не отпустишь до самого утра, — девушка взмахнула головой, убирая мокрые волосы с лица, и лукаво взглянула на Виктора.

«Явно уже протрезвела, ну или почти», — констатировал он.

— Давай без этих разговоров. Я еще не настолько сошел с ума, — иронично улыбнулся он, глядя на неё сверху-вниз.

— Вот же наглец, — она зачерпнула горсть воды и обрызгала ему футболку.

— Не шали, девушка. Я на кухню, — засмеялся он и быстренько вышел из ванной.

«Ох и чертовка, с ней точно не соскучишься. И ведет себя гораздо более вежливее, чем днем, во всяком случае пока. В обнимку до утра, а потом сразу в загс — держи карман шире, девочка. Красивый план, но всё мимо, не в этот раз», — зайдя на кухню, Виктор начал осматривать полочки и вскоре нашел молотый кофе, сахар и очень изящной работы турочку.

«Это именно то, что нам сейчас надо — кофеек и душевный разговор. Спать мы пока не будем, не до этого сейчас. Надо вытянуть из неё максимум информации, пока она в полупьяненьком состоянии и на расслабоне», — Виктор насыпал в турочку три ложки кофе, добавил немного сахара, залил водой из чайника и поставил на медленный огонь.

Пока кофе начал вариться, Виктор подошёл к подоконнику и включил планшет — индикатор показывал уже более половины зарядки. Парень вернулся обратно к плите — кофе был готов минуты через четыре, и приятный аромат разнёсся по всей кухне. Виктор подошёл к холодильнику и достал оттуда сыр, потом сложил одна в одну тарелки и сгрузил их в мойку, оставив на столе только блюдо с печеньем.

— Ми-и-лый, — послышался из ванны очень громкий и взволнованный крик. — По-мооги!

«Ну что опять за проблемы?» — Виктор как раз только хотел присесть и разлить кофе по чашечкам — пришлось всё бросать и идти в ванную.

Открыв дверь, он застал Анжелику в интересном положении — она была замотана в махровый халатик, её мокрое белье валялось в умывальнике, а сама она полустояла как-то рачком между ванной и дверью.

— Я поскользнулась и ударилась коленкой, — она подняла голову и сообщила это трагическим тоном.

— Такой у тебя сегодня денёк — и в парке развлеклась, и здесь не забыла, — Виктор облокотился об дверной косяк и наблюдал за девушкой — она была великолепна в своей беспомощности.

— Очень смешно! Помоги мне встать, — сказала она с легкой злостью в голосе.

Виктор не пошевелился.

— Помоги скорее, я кому говорю, — она полуприсела на бедро и недовольно смотрела на него.

— Смени тон, дорогушечка, иначе всё сама, — заявил он, чуть улыбнувшись.

— Тебе нравится, да? Нравится надо мной издеваться, да? — в голосе Анжелики послышались плаксивые нотки. — Ты совсем меня не любишь?

«Когда начинают пафосно и явно говорить о любви на ровном месте — жди от женщины выноса мозга и каких-то глупостей», — вспомнил Виктор собственный горький опыт.

— Я тебя вообще не люблю!

— Что? Что-о? — послышался выкрик и девушка закрыла лицо руками, одновременно раскинувшись боком прямо на забрызганном полу.

«Тут никакая фигура, личико, никакие идеальные сиськи и никакой отец-президент не компенсируют мне вот этого вот головняка и эмоциональной нестабильности — нахер мне не нужны такие качели. Надо с ней прощаться, хотя вариант и перспективный во всех отношениях, и сама девка просто создана для ночных утех», — раздумывал он, глядя на подрагивающую в рыданиях брюнетку на полу.

— Заканчивай рыдать, подруга! — через минуту он подошёл к ней и тронул за плечо. — Пошли лучше пить кофе.

— Я тебя ненавижу, ты мне сердце разрываешь, — послышался её обиженный голос.

— Так ненавидишь или любишь, я что-то не понял? — Виктор качал головой, прекрасно уже понимая, какой типаж ему попался.

— Не знаю, всё вместе! Встать помоги, — капризно произнесла она через несколько секунд, растирая слёзы по лицу.

— Умойся холодной водой и пойдем пить вкусный кофе. Давай руку, я помогу, — он присел и помог ей встать — она довольно неуверенно держалась на ногах.

«Чахленькая какая-то чародейка, откушала немного шампусика и расклеилась. Тренировать её надо по-серьезному — коньяк, вискарик, водочка, коктейли», — Виктор подвёл её к умывальнику.

Умывалась минуты две и смотрела на себя в зеркало, кидая таким образом взгляды на Виктора.

— Ты хороший и ты тоже меня любишь, я ведь это вижу. Давай будем счастливы, — довольно неожиданно повернулась она к нему и обняла за шею двумя руками, поскольку он не успел отойти, стоя впритык и поддерживая её под локоть.

— Лика, Анжелика… — Виктор даже на секундочку растерялся, взволнованный её губами возле его губ и взглядом чарующих каре-зеленых глаз. — Давай не будем забегать вперёд, хорошо?

— Поцелуй меня, — потребовала она, глядя ему в глаза.

— Анжелика… — он хотел запротестовать, но она сама впилась поцелуем в его губы, и уже через секунду он сам крепко взял её за талию и целовал взасос.

Целовались страстно и долго, во всяком случае Виктор потерял счёт времени.

— Вот видишь, тебе это нравится — и я тебе нравлюсь. Сейчас пойдём в кроватку — ты возьмёшь меня и станешь полностью моим, — произнесла она страстным шепотом ему на ухо, уткнувшись лбом в плечо.

«Угу, разбежался прям».

— Не забегай вперёд, красотка, — он чуть сжал её талию и смотрел в глаза. — Сейчас мы идём пить кофе и разговаривать на любые темы, на которые я пожелаю, ясно?

— Да, — её глаза просияли, и в них появилась какая-то искорка, которую Виктор пока не смог понять.

— Идём, — он подтолкнул её и она в халатике, босая, пошла на кухню, оставив после себя забрызганную ванную комнату.

— Кофеечком пахнет, так приятно, — девушка уселась за тот же стул, на котором сидела за их совместным обедом.

— Не хочешь ли налить нам кофе? — поинтересовался парень иронично.

— Для этого у меня есть любимый муж, — ответила она с улыбкой.

— А если твой потенциальный любимый муж, который далеко ещё не муж, тоже хочет посидеть и посмотреть, как ему кто-то подаёт вкусняшки жена? — он стал напротив и смотрел ей в глаза.

— Мы решим эту проблему, если любимый муж будет мужем, — взмахнула она ресничками.

«Что-то я втягиваюсь в дискуссию в её рамках и на её условиях, и это совсем не безобидная вещь», — поймал себя на мысли Виктор, в итоге вынужденный разливать кофе.

Когда он сел и взял себе печенье, то спросил:

— Зачем ты так напилась в клубе?

— Как? Пару бокалов шампанского всего, — скривила она на мгновенье личико. — У меня голова больше болит от удара той сучки, которую надо найти и наказать.

— Как бы она тебя снова не наказала, — заметил Виктор, отпивая ещё горячий кофе. — А то с тебя такой дуэлянт, которого уложила кандидат в юнкеры…

— Знаешь что? Ты давай не хами, ладно? Ты вообще на чьей стороне?! — раздался полный возмущения голос Анжелики.

— На своей собственной!

— Я что-то не поняла — тебе совсем меня не жалко, да? Тебе нравится, когда я страдаю,? — довольно резко и неожиданно для Виктора она поднялась со стула и подошла к нему, ощутимо ткнув кулачком в плечо.

Виктор сглотнул кофе и встал, недовольно глядя ей в глаза.

— Что? Я не права, скажешь? Тебе жалко ту шлюшку, а меня совсем не жалко? — пылко и громко проговорила девушка.

— Анжелика, веди себя спокойно и достойно…

— А то что? Что? — она снова ткнула его ладонью в плечо и дерзко смотрела в глаза.

«Как же мне это всё надоело, все эти страсти, вся эта экспрессия и скандалы из ничего. Что там, что здесь — бабы одинаковые. Оно мне даром не надо!» — Виктор перехватил её левую руку, которой она снова хотела его толкнуть, а второй взял сзади за волосы, сильно потянув назад.

— Ай, ай, волосики, ну больно же, — скривилась она, пытаясь вырваться.

— Ты будешь вести себя нормально или ты уже неспособна себя контролировать в принципе? — глухо спросил он.

— Кто ты такой, чтобы так говорить? — она начала вырываться, но через несколько секунд замерла и смотрела ему в глаза — в её глазах был огонь. — Что, хочешь ударить меня? Ну же, ударь меня — хочешь, да? Ударь, раз хочешь, ну…

Виктор почувствовал, как в нём быстро закипает гнев и что он может сейчас не сдержаться.

Глава 18

Виктор оттолкнул её от себя, и она чуть не налетела на угол стола.

— Что, совсем слабак, да? Даже девушку ударить не можешь, — выкрикнула она, но без какой-то злости.

— Я не хочу тебя бить, хотя это было бы полезно для тебя самой — может, стала бы нормально себя вести, — он сначала глубоко вздохнул и только потом сказал это.

— А я ведь сразу поняла, что… — начала она говорить, но её перебил громкий звук звонка, донесшийся с подоконника.

— Помолчи! — властно произнёс Виктор и она действительно замолчала, сев на своё место.

Виктор подошёл к подоконнику и взял планшет — номер был незнакомый.

«Вроде бы тот же номер, который уже был в пропущенных», — припомнил он через мгновенье.

— Алло! — он ответил на вызов.

— Доброй ночи, гражданин Иволгин. Вас беспокоит старший курс-юнкер Ирина Маркова, — услышал он в трубке знакомый голос старшей патруля.

— Доброй. Уже поздно — чем обязан?

— Кто, кто это? — услышал он полный любопытства тихий голос Анжелики.

Виктор отмахнулся от неё, приставив палец к губам.

— Видите ли, гражданин Иволгин, Лиза мне рассказала о том, что произошло в «Эскрайме», и я в некотором роде вам благодарна за участие, хотя вы могли бы и сделать значительно больше, приструнив вашу невменяемую подругу, — слышался полный горечи голос Ирины.

— Мне и самому очень неприятна эта ситуация, но я вообще не понимаю, что у вас за дуэль и при чём здесь вообще я, — твердо ответил Виктор.

— Это она звонит, да? — уже послышался громкий выкрик Анжелики.

— Помолчи, пожалуйста — я не с тобой разговариваю! — Виктор на секундочку закрыл динамик.

— Я думаю, вы всё хорошо и прекрасно понимаете, просто включаете дурачка, Виктор, — в голосе собеседницы была явная насмешка.

— Будьте любезны пояснить или закончим этот странный разговор, — разозлился Виктор, глядя на Анжелику, которая просто пожирала его глазами.

— Дуэль была конкретно из-за вас. Я уверена, мы с этой стервой ещё встретимся и в итоге вы станете моим мужем, а не этой больной на голову истерички, — абсолютно спокойно и твердо произнесла Маркова.

«Писец, я отказываюсь верить в этот абсурд!» — Виктор почувствовал, как у него начинает кружиться голова, и облокотился кулаком на подоконник, глубоко вздохнув.

— Вы что, это на полном серьёзе говорите вообще, уважаемая? — только и смог он сказать. — Меня вы спросить не забыли случайно?

— Я уверена, что мы с вами будем замечательной парой и будем счастливы. Когда я вернусь с учений, я бы хотела с вами встретиться и погулять, пообщаться о жизни, — продолжила говорить юнкер.

— Давайте мы лучше забудем об этом разговоре и вообще о нашей встрече, хорошо, Ирина?

— Это кто звонит тебе — та черная сучка? — раздался снова выкрик Анжелики.

— Вы что, сейчас не один? — послышался взволнованный голос Ирины.

— Да, я не один, я, как вы сказали, с этой стервой, — засмеялся потрясенный нелепостью ситуации Виктор.

— Я не хочу вас пугать, милый Виктор, но поверьте — вам от неё лучше вообще держаться подальше, она опасна не только для себя, но и для окружающих, о ней знает вся Москва, её нигде и никто не любит, даже в собственной семье! Не хочу показаться бескультурной, поверьте — я совсем не такая, но Анжелика — реально ебнутая на всю свою больную голову дура. Кроме того, она выдаёт себя не за ту, кем реально является, но это сходит ей с рук по понятным причинам.

«Не верить у меня оснований нет, это и так ясно и уже подтвердилось», — принял к сведению Виктор эту информацию.

— Это я уже знаю, — произнёс он, и в этот момент Анжелика подошла к нему.

— Это трусливая чернышка звонит, да? Передай ей, что я на ноль её умножу, если она станет у меня на пути! — выкрикнула она в трубку, и Виктор взял её под локоть и оттолкнул в сторону стола.

— Вот видите, вы сами всё понимаете, надеюсь. Виктор, берегите себя, я очень хочу вас увидеть снова, — послышался взволнованный голос Ирины.

— Попробую, спасибо за беспокойство, — ответил он более серьёзно, чем хотел бы.

— Не поддавайтесь ей, я с вами, всегда помните об этом. До встречи, целую! — довольно нежно произнесла юнкер Ирина и отключилась.

«Был бы я в этом возрасте в своём мире и прояви ко мне такое внимание эти две топовые барышни, я бы поплыл мозгами от счастья. Но эти две меня реально пугают — я тут в роли разменной монеты или ценного приза. Влез в ситуацию всего лишь за один несчастный день, и не по своей вообще воле!» — поражённо размышлял Виктор, стараясь унять мандраж.

— Почему ты не послал её сразу на хер, а? Это что вообще за отношение ко мне? — Анжелика ударила ладонью по столу, чуть не перевернув кофе.

— Рот свой закрыла — быстро! — злобно рявкнул Виктор, раздражение которого всем этим абсурдом начало выливаться через край.

— Эй, не кричи на меня, — довольно испуганно ответила брюнетка и отвела взгляд.

Виктор быстро подошёл к ней и взял за волосы, сильно оттянув, от чего она вскрикнула и попыталась отбиваться руками.

— Говори быстро — дуэль из-за чего на самом деле? — прошипел он ей в ухо.

— Милый, больно, пусти пожалуйста, — жалобно запричитала Анжелика. — Конечно же из-за тебя, эта сучка блядливая положила на тебя глаз, я это сразу поняла. Этот марковский клан вообще потерял берега во всех отношениях, теперь они уже и парней хотят отбивать у нас, корниловцев, — не очень связно говорила Анжелика, морщась от боли.

— Я тебе что, игрушка? — он сжал её ладонь.

— Отпусти, мне же больно очень, — срывающимся голосом ответила девушка, с испугом глядя на Виктора.

— Сейчас мы сядем и ты будешь спокойно и чётко отвечать на мои вопросы, иначе я просто не знаю, что я с тобой сделаю — тебе понятно?

— Да, да, — закивала она головой, и он отпустил её, вернувшись на место.

Отпив кофе, он несколько секунд тяжело смотрел на неё, и было видно, что она боится поднять взгляд.

— Отвечай — ты наркоманка?

— Что?! Что ты сказал? — раздался её полный возмущения выкрик.

— Отвечай тихо и чётко, без воплей, — он ударил по столу.

Она покивала головой, с опаской глядя на него:

— Я, я… Ну как ты мог вообще такое подумать? — она закрыла личико руками.

— Я сказал — отвечай, а не играй в оскорблённую невинность!

— Ты такой жестокий, — она всхлипнула. — Я не наркоманка, к сожалению.

— К сожалению? — поразился Виктор.

— Да, к сожалению! — снова выкрикнула она.

— Ну говори уже! — Виктор чувствовал, что гнев начинает его немного отпускать.

— Я изгой. Да, я изгой в своей собственной семье, — снова выкрикнула она и опять закрыла лицо руками.

«Опять игра и драма, ну она просто неисправима!» — Виктор уже и не удивился.

— Поясни чётко и нормально — я не телепат.

— Ладно, хорошо, — она пару раз вздохнула глубоко, выставив ладонь в сторону Виктора.

Он решил молча подождать, пару раз отпив теплый кофе.

— Когда я родилась, все думали, что я счастье и надежда нашей семьи — маленькая чародейка с огромным потенциалом, как говорили все, надежда семьи и всей России. Мне пророчили большое будущее в энергетической промышленности. Но когда мне было девять лет, я чуть не разрушила своей магией загородный дом, испугавшись огромного паука, который ночью упал мне на лицо. После этого всё как отрезало — я перестала контролировать свой магопотенциал, который растёт и растёт, принимая уже угрожающие размеры, я не могу контролировать свою энергию действия, месячный запас которой одним случайным заклинанием я могу использовать в полный ноль, меня начали сторониться сёстры, а всё потому, что я стала себя вести, как совсем конченая тварь. Наркоманка, как ты верно сказал, — горько произнесла она.

Виктор непроизвольно поёжился. Она продолжила:

— Я по зодиаку — Скорпион, знак усиливает мою стихию воды, делая её абсолютно неконтролируемой. Я уже несколько лет не могу с ней совладать, и никакие учителя и уроки не помогают, вообще никакие — отец что только ни делал. Ты думаешь, что я не знаю и не вижу себя со стороны — своё поведение, из-за которого меня считают совершенно конченой сукой?!

— Считают тебя потому, что ты ведешь себя, как сука! — ответил Виктор менее жестко, чем хотел, удивленный её рассказом.

— Я это знаю, знаю! — выкрикнула она и закрыла лицо. — Всех, кого я спрашивала, советовали мне выйти замуж, но только по большой и взаимной любви — это должно помочь, это может быть шансом, — произнесла она, уже плача. — Но в аристократической среде мне мужа не найти по многим причинам.

Виктор сидел с крайне смешанными чувствами — ему стало её и жалко, и в то же время она пугала его, поскольку всё оказалось в своём роде хуже, чем есть на самом деле — она абсолютно знала о своём недостатке, но явно не стремилась сдерживаться, либо же просто не могла при всём желании.

— Знаешь ли, Анжелика — любви ты не добьёшься такими способами, как сегодня со мной, — произнёс он.

— Да, знаю. Знаю я прекрасно! — ответила она довольно спокойно, утирая слёзы.

— И что — вообще ничего нельзя с этим сделать, с этой ситуацией? — спросил Виктор через пару минут молчания.

— Теоретически — можно! Ты должен меня полюбить, мы переспим и всё наладится, — быстро проговорила она, взглянув ему в глаза.

— Анжелика — это не смешно, понимаешь? — холодно отрезал Виктор.

— Понимаю, — она вздохнула. — Я читала в одной из самых первых книг, чудом выпущенную в первые годы после обретения магии, когда были годы анархии и весь мир чуть не погиб, — она снова глубоко вздохнула, — что существует так называемый ритуал забвения-перерождения личности, — она резко замолчала и сидела, уткнувшись взглядом в чашку кофе.

— Что это за ритуал? — спросил взволнованный Виктор, у которого от её слов и безнадёги в тоне пошли мурашки по коже.

— Точно неизвестно — там всё было написано в самых общих чертах. К тому же эта книга пропала из секретной президентской библиотеки три года назад, и её так и не нашли. Ритуал очень опасный и тяжелый — он может или разрушить личность, или привести к раздвоению личности, а может и наоборот — полностью исцелить и дать такую силу, которая не снилась ни одному современному магу-аристократу!

— Звучит впечатляюще, — на автомате произнёс Виктор.

— Да, кроме своей стихии в тебе может пробудиться ещё одна или даже две стихии, давая мощнейший синергетический эффект. Сам понимаешь — это власть и влияние, какое и не снилось даже моему отцу, или министрам, или европейским аристократам.

— Ты читала эту книгу, говоришь?

— Да, мне было лет пятнадцать, и от меня уже начали сторониться родственники, одноклассники, друзья. Мне было больно и одиноко. Я находила отдохновение в чтении книг, и эта книга, пятьдесят пятого года издания, на немецком языке, очень меня поразила, я потом неделю спать не могла.

— Ты немецкий знаешь? — перебил её Виктор.

— Конечно, с детства — это наш семейный иностранный, поскольку Рейх — наш важный партнер, и наши правящие семьи очень связаны с их верхушкой, которая сейчас понемногу, но неотвратимо теряет власть.

— О ком ты говоришь, извини?

— В смысле? — не поняла она.

— Кто теряет власть в Рейхе?

— Гинденбурги, Геринги, Функи, Круппы, Квандты, Шахты — их оттирают от власти радикальные феминистки и социал-демократы. Медленно, но уверенно.

— А ты разбираешься в политике, я вижу, — улыбнулся ей Виктор.

«Она совсем даже не дурочка, вот совсем», — пронеслась мысль.

— Спасибо, — она тоже неуверенно улыбнулась.

— Про книгу — и что в итоге?

— Я почитала про этот ритуал, он мне очень запомнился, но там не было полного описания, поскольку те, кто это практиковали, были ранними магами-анархистами, которые в большинстве своём погибли или уничтожили сами себя своей же энергией, когда магия только начала проявляться в нашем мире.

«Вообще не знаю и не понимаю, о чём она говорит — надо срочно в инет и изучать вопрос, блин!» — Виктору было и её интересно слушать, и хотелось залезть в интернет.

— А эта книга настолько редкая, что её невозможно найти больше?

— Я пыталась, через свои связи, но не нашла, к сожалению. Кроме того, я совсем неуверенна, что добровольно могла бы подвергнуть себя подобному ритуалу — знаешь, уж лучше я буду стервозной сукой, чем сумасшедшей аутисткой или чем-нибудь похуже в итоге.

— Ты для начала будь оптимисткой и просто себя контролируй в своих эгоистичных порывах — можешь мне поверить, у тебя исчезнет минимум половина твоих проблем!

— Знаешь ли, это не так просто, как тебе кажется — мне нужна поддержка любимого человека, — довольно неожиданно для Виктора она снова разрыдалась, в этот раз очень сильно.

«Можно ли ей верить сейчас? Говорила она вполне честно, даже адекватно. Она далеко не дура, какой хочет показаться, и это тоже важный фактор», — раздумывал Виктор пару минут, переваривая услышанное. — «Долго она рыдать будет?» — его начали тяготить её слезы.

Он встал, подошёл к ней и положил руку на плечо:

— Не плачь, Анжелика, иди лучше спать, утро вечера мудренее, — произнес он спокойным голосом очевидную банальность.

— Спасибо тебе, — она на несколько секунд положила свою ладонь поверх его. — Да, лучше спать, а ты что будешь делать?

— Хочу телек ещё посмотреть, — пожал он плечами.

— Может, давай вместе спать? Мне будет спокойнее и приятнее, — произнесла девушка весьма нежно.

— Давай не сегодня, — он увидел её расстроенный взгляд и неожиданно для себя добавил: — Не исключаю, что потом так и будет, но не сегодня, ладно?

— Ладно, — она чуть покивала, — спокойной тебе ночи! — закутавшись в халатик, она вышла из кухни.

Когда она вышла, Виктор ещё постоял, осозновая услышанное, потом подошёл к подоконнику и взял в руки планшет.

Глава 19

Планшет зарядился примерно на три четверти, когда Виктор снял его с зарядки, взял в холодильнике баночку пива, поудобнее устроился на диване и зашёл в браузер — вопросов была просто масса абсолютно по всем сферам, но начать он решил с юридических.

«Посмотрим, что это за закон такой странный — о принудительных браках», — он отхлебнул пива и ввёл в поисковую систему под названием «Яхугугл» соответствующий запрос.

Глаза на лоб у него полезли практически сразу — он ожидал увидеть десятки разнообразных ссылок, однако увидел только три — и всё. Нажав две из них, он прочитал, что необходим код авторизации, который можно оплатить по таким-то и таким реквизитам. Только третья ссылка оказалась свободно-открывающейся, и вела она на какой-то явно официальный портал.

«Со свободой информации здесь явно как-то не так просто», — подумал он с тревогой, хотя до этого в глубине души понимал, что отличия будут, только вот насколько сильные — это был вопрос. Оказалось — довольно сильные даже на первый взгляд.

Сам портал оказался не правительственный, как поначалу подумал Виктор, а библиотечный — Центральная Республиканская Научная Библиотека имени адмирала Колчака. Раза с пятого попытавшись ввести известные ему по памяти и по услышанному от других данные насчёт этого закона в предельно корявое меню поиска, ему наконец выдало ссылку, по которой он зашёл и прочитал точное название: Республиканский Конституционный Закон № 43–18 «Про обеспечение прав особых категорий граждан на предварительные браки без согласия одной из сторон», принятый Государственной Думой 30 ноября 2018 года. Нажав ещё на одну на ссылочку, которая загружалась добрых три минуты и загрузилась, когда Виктор уже думал, что всё зависло, он смог прочитать только самые общие сведения об этом законе — принят с одновременными изменениями в соответствующую статью Конституции, потому и называется «конституционным законом» — так было прямо написано в сноске, а также с изменениями в Семейный кодекс и ряд других нормативных актов. Виктор чуть пиво на себя не пролил, когда прочитал, что текст и этого закона, и других нормативных документов находится в этой библиотеке и ещё нескольких других, и чтобы его прочесть, собственно — нужно идти в библиотеку!

«Хотя бы отчасти становится понятна юридическая система. Но с такой информационной закрытостью можно волком завыть — здесь же тупо ничего нет в открытом доступе, это уровень интернета конца наших 90-х годов, если ещё не хуже — или идёшь в библиотеку, или покупаешь бумажный носитель за свои деньги, или покупаешь консультацию у специалиста в конкретном вопросе. Тут вроде как даже абонемент он-лайн не предлагается купить, странно — это в голове не укладывается, учитывая то, что явно имеются все средства для полной цифровизации элементарных вещей, законодательства хотя бы», — глубоко поразился Виктор факту того, что он не смог прочитать в открытом доступе текст закона, который в принципе должен быть открытым и публичным. — «Это выгодно юристам в первую очередь, по сути при таких раскладах они обладают монопольным знанием и явно пользуются этим в полной мере. Наверно, придётся мне переучиваться на юриста, вдруг я тут задержусь, ибо мой диплом „Специалиста информационно-аналитического обеспечения правоохранительной деятельности“ здесь явно опережает своё время — хотя явно серьёзная сетевая инфраструктура тут имеется и я в принципе могу заниматься этой работой», — горько улыбнулся он, размышляя о перспективах применить здесь свой опыт системного администратора крупного полицейского департамента.

Ему пришла в голову мысль найти какой-то отечественный поисковик, и такой нашёлся всего один — «Рамдекс», но там было всё так же плохо — ровно те же самые три ссылки, а снизу добавились десятки ссылок на он-лайн игры, социальные кредиты и предложения покупать абонементы буквально на всё — начиная от тех же он-лайн игр и заканчивая разными тематическими форумами типа автомобильных, инженерных, юридических и тому подобное.

«Если я правильно подозреваю и не ошибаюсь, интернет здесь, в России, а может быть и во всём мире, является полностью сегментированным и платным, таким образом значительная часть населения отсекается от огромного объема информации, что выгодно как властям, так и владельцам специализированных ресурсов на подписке. Спецслужбам это ещё более выгодно — никакой анонимностью в здешнем интернете даже и не пахнет. Платить явно надо за каждый шаг, вот буквально за каждую толику банальнейшей информации, исключая разве что какие-то новости и развлекательный контент рекламного толка», — сделал Виктор самые первичные выводы, оставив размышления о жизнеспособности такой модели интернета на потом, когда станет известно больше деталей. — «О википедии и других подобных ресурсах тут явно слыхом не слыхивали. Возможно, они тоже платные и закрытые, но вряд ли, такой ресурс невозможно сделать без открытого информационного пространства», — вздохнул он, сделав запрос в поисковиках насчёт энциклопедий и совсем уже не удивившись результатам. — «Ужасно неудобно. Надо просиживать просто часы в библиотеке или за бумажными носителями, чтобы найти нужную информацию. Не говоря о том, что бумагу проще цензурировать, что даёт дополнительные препятствия в поиске достоверной информации. Получается, что в информационном плане здесь примерно середина моих девяностых годов, когда только начиналась эра свободного интернета, но с явным уклоном-опережением в сферу чисто развлекательных вещей — конкретно игр, а ещё платных сервисов всего и вся. Пойдёт ли здесь развитие интернета по пути моего мира — это большой вопрос, который зависит от политической ситуации в Европе и в мире, о которой я знаю только крупицы информации. Объём изучения предстоит колоссальный — от политической, экономической географии и истории до законодательства и инфраструктурно-технологической реальности в самом широком смысле, плюс здесь же эта пресловутая магия, которая очевидно внесла свои серьёзные коррективы», — Виктор залпом допил пиво и вытер вспотевший от впечатлений лоб — исследовательская работа предстояла колоссальная, и он пока что не знал, за что хвататься в первую очередь.

Виктор отложил планшет и пошёл в ванную — умыться. Он с сожалением смотрел на футболку, заляпанную мелкими пятнышками крови — в такой лучше не ходить по улице. Он с запозданием подумал, что ходил в ней целый вечер.

«Попробую застирать», — решил он, разделся и начал мылить и интенсивно тереть пятнышки крови. Отстирывалось очень плохо, и Виктор потратил не меньше четверти часа на это дело, пока добился более-менее приемлемого результата. Он повесил футболку на большой полотенцесушитель, оставшись с голым торсом и в джинсах.

«И синяк этот теперь непонятно сколько будет сходить. Скупаться, что ли? Уже на улице прохладненько, а одеяла на кухне нет — не будить же мне эту девушку?! Одену один из её махровых халатов, вот этот, огромный синий», — Виктор решил принять душ, разделся и залез в ванну.

С наслаждением искупавшись и помыв голову каким-то немецким шампунем, он вытерся полотенцем и надёл присмотренный халат. После этого быстро застирал свои труселя, носки и тоже повесил их сушиться, а джинсы взял в руку. Открывая дверь из ванны, он столкнулся с Анжеликой. Коридор был тёмный, но за счёт света из ванной было видно её заспанное, недовольное лицо.

— Что тут происходит, чего ты шумишь? Ты меня разбудил! — произнесла она недовольным, сонным голосом.

— Я купался, — ответил Виктор, стоя на выходе из ванной.

— Ты мой халатик одел, я вижу, — вскинула она бровь и тут же добавила: — Не переживай, мне для тебя ничего не жалко, пользуйся на здоровье.

— Спасибо, — сдержанно улыбнулся парень.

Явно сонная девушка ничего не ответила и прошла чуть дальше, открыв дверь в туалет. Виктор прошёл на кухню, бросил свои джинсы на край дивана. Анжелика через пару минут вышла из туалета в ванну, и ему было слышно, как она включила воду на полную и несколько минут там находилась. Он сел на диван, закутавшись в халат, и решил пока поискать в поиске информацию по здешним играм и что-нибудь насчёт фирмы Ли Хуанга, но вышедшая из ванны девушка направилась к нему, плюхнулась рядом на диван и без малейших церемоний обняла его за шею двумя руками, положив голову на левое плечо. Она была в шелковом черном пеньюаре.

— Эм, Анжелика, может, пойдешь спать? — поинтересовался он через пару минут подобного сидения в тишине и её тихого посапывания.

— Не хочу одна, буду с тобой здесь сидеть, — чуть помотала она головой и глубоко зевнула.

— Ты сонная, тебе спать надо, и мне тоже — завтра много дел, — мягко произнёс Виктор.

— Сил нет, я уже не дойду до комнаты без твоей помощи, — она ещё сильнее обняла Виктора, и нельзя сказать, что ему это не нравилось.

«Хитрюга! Если она так будет обниматься, я разложу её прямо здесь, сниму трусики и отжарю, как сучку. А нам это не надо, к тому же она вроде как девственница, если ей верить», — сглотнул он, борясь с искушением сделать именно так.

— Может, пива хочешь?

— О, нет, не говори мне про алкоголь, иначе меня стошнит, — простонала она.

— Не так много ты и выпила, — пожал он непроизвольно плечами.

— Я плохо знаю меру, всегда перепиваю и потом всегда тяжелый отходняк, — тихонько простонала она.

«Блин, у меня уже встаёт от близости её классного, горячего и юного тела, не надо себя так искушать — лучше отвести её в комнату и пусть себе спит», — Виктор решительно освободился из её объятий и встал, а девушка сползла на диван и осталась лежать полубоком.

Он легонько потряс её за плечи, потом пошлепал по щекам:

— Вставай, я отведу тебя в комнату!

— Не хочу, оставь меня, я спать хочу, — начала она протестовать сонным голосом.

— Давай-ка вставай и пойдём в комнату, — Виктор не стал слушать её лепет и взял за обе руки, перенеся её вес на себя — она сразу же обхватила его руками за плечи.

— Ты не такая сонная, как хочешь показаться, не притворяйся, Анжелика, — произнёс парень, сильно хлопнув её по ягодицам и обхватив за талию.

В ответ она тихонько что-то промычала. Виктора волновала близость её классного тела, и поэтому он решил как можно быстрее отвести её, потому что кровь начинала закипать. Пройдя по коридору до прихожей и включив там свет, он потащил её практически на себе в сторону комнаты — она опиралась на него всем телом и обнимала, а ножки переставляла с трудом, из чего Виктор сделал вывод, что она не притворяется, либо же притворяется ну очень хорошо. В комнате горел приглушенный свет, и когда Виктор вошёл туда — то чуть не ахнул от удивления: комната очень впечатляла как своими размерами, так и обстановкой.

«Вот это траходром — три на три метра, не меньше!» — Виктору в глаза бросилась огромная кровать с балдахином и почти прозрачными синеватыми шторками, стоящая почти возле выхода на балкон и сделанная в современном стиле из темно-красного, залакированного дерева. Тем менее, много места она не занимала, учитывая размеры комнаты, которые Виктор оценил сходу квадратов на девяносто или даже сто.

Остальная мебель была выполнена в таком же темном стиле из этого же материала, из чего Виктор заключил, что это делалось явно под заказ и очень недешево — и стулья, и кресла, и диван, и шкафчики разного размера, и полки с книгами, и два больших письменных стола, один из которых был заставлен мониторами и другой оргтехникой, а второй — завален бумагами и книгами. Стены были заламинированы значительно более светлым тоном, тоже в стилизации под дерево. Пока Виктор вёл девушку к этой большой кровати, он успел рассмотреть стены — они были увешаны портретами и фотографиями девушки: Анжелика на море, на лошади, в горах, на машине, в военной форме, в парке, в обнимку с какими-то людьми, плюс просто красивые рисованные портреты в разном возрасте и ракурсах — в общем, себя она явно очень любила и устроила в квартире мини-инстаграм.

— Ложись и спи, — наконец, он подвёл её к кровати и осторожно усадил на край. Кровать оказалась не три на три метра, а примерно два с половиной на два с половиной или около того, но от этого меньше не впечатляла.

— О, постелька моя, ну наконец-то, — Анжелика упала бочком на матрас буквально ужом доползла к подушке, сразу же обняв её. — О-ох, классно, — раздался её довольный стон.

— Спокойной ночи, — произнёс Виктор и стал рассматривать комнату, но раздался голос девушки:

— А куда это ты, милый? Ложись рядышком, места много, — промурчала она, обнимая подушку и раскинувшись полубочком на середине кровати — подогнув ногу, она вольно или невольно выставила прикрытые пеньюаром округлости классной попки и неприкрытые бёдра на обозрение парню.

— Не так и много, поэтому не хочу тебе мешать — приятного сна, отдыхай, — он задвинул прозрачную синеватую шторку.

«Телевизор напротив кровати, компьютер с двумя мониторами, какие-то приборы, похожие на сканер и принтер, ещё что-то непонятное, много полок с книгами, фотки и портреты, всякие картинки, игрушечки, рюшечки — вполне себе девичья комната, очень даже уютная по-своему», — Виктор немного походил по просторной комнате размером с его квартиру в настоящем мире, и остановился возле фотопортрета Анжелики в военной форме.

«Интересная форма, явно белогвардейская в своей основе, но впоследствии модифицированная, и наверно не один раз», — сделал он вывод, рассматривая чуть более молодую на этой фотографии Анжелику: она стояла в каком-то парке — с руками за спину, ногами на ширине плеч и была в каске — французского образца с черепом посередине, в черной униформе с многочисленными красными вставками на груди и рукавах, с черно-красными погонами и буковками «К-Ю» на них, штаны были заправлены в берцы, на левом рукаве была синенькая эмблема с еле видной надписью «корниловцы» над черепом и двумя скрещёнными мечами под ним, на груди справа — аксельбанты белого, синего и красного цвета.

«Значит, она действительно училась в корниловском училище, или корпусе, как здесь это называется — что же она не смогла дать отпор двум гопникам? Непонятно — тело на ощупь у неё спортивное и упругое, она не худышка и не доходяжка, а совсем наоборот — явно следящая за фигурой девица с прекрасным телосложением», — размышлял парень. — «Красивая униформа, и каска в стиле ещё первой мировой. Почему она марковцев называет чернышами, если у них, корниловцев, в форме черного цвета лишь немногим поменьше, чем у тех?» — усмехнулся про себя Виктор, чувствуя, что на многие вопросы он быстрых ответов не получит, а хотелось бы, поскольку тут явно концы с концами не сходились — и манеры девушки, и её беспомощность в парке, да и вообще всё остальное её поведение.

Размышляя таким образом и намереваясь рассмотреть остальные фотографии, Виктор подошёл к одному из столов, на котором стояли мониторы и техника — его взгляд привлёк необычного вида прибор с мигающими разноцветными датчиками, который он не мог однозначно классифицировать как нечто знакомое. Он подошёл ближе и включил небольшой торшер над столом — прибор его необъяснимым образом заинтересовал.

Глава 20

Виктор очень внимательно рассмотрел черный прибор — он представлял собой нечто среднее между роутером и сканером. Стоял он на самом краю стола, и от него отходили провода и к роутеру, и к системному блоку. После небольшого колебания Виктор нажал клавишу включения и приложил ладонь к считывателю — сразу же включились оба монитора и заработал системный блок.

«Так, непредвиденный запуск. Зачем я сюда полез?» — парень почесал затылок. — «Посижу в интернете, у неё должна быть куча разных подписок, если я правильно понимаю систему здешнего интернета», — менее чем через полминуты на обеих мониторах выскочило меню блокировки, которое потребовало провести идентификацию.

Виктор чисто наобум приложил ещё раз руку к прибору, и на экране высветилось сообщение: «Владелец неопознан, в доступе отказано». Виктор решил пока что выключить это всё, но клавиша включения не реагировала и ему пришлось отключать системник через кнопку питания на задней панели.

«Не буду пока что злоупотреблять гостеприимством, хотя если рассудить объективно — барышня должна мне чисто за моральный ущерб плюс спасение в парке, так что если посижу в интернете с её компа, она явно не облезет. Но это утром», — Виктор ещё раз осмотрел этот странный прибор и отошел от стола к книжным полкам.

Даже при беглом осмотре его заинтересовало множество книг. Здесь была и чисто русская классика — Толстой, Тургенев, Лесков, Бунин, так и незнакомые авторы явно середины двадцатого века — он взял пару книжек и посмотрел год издания. Были ещё и зарубежные авторы, и явно учебники. После некоторых колебаний Виктор взял книгу в красивом золотистом переплёте, которая заинтриговала его своим названием — «Крах имперского режима и Гражданская война в России».

Виктор развернул стул и сел таким образом, чтобы свет от торшера давал максимальный эффект, и начал листать страницы из хорошей, плотной бумаги. Собственно, книга оказалась исследованием группы авторов и предназначалась для преподавателей высших учебных заведений и всех, кто интересуется историей.

«Хм, занятная книга во всех отношениях, особенно по риторике и стилю изложения — очень необычно, я такого никогда не читал», — сделал первичный вывод Виктор, пролистав несколько страниц и открыв один из разделов:

«Предпосылки Великой Февральской Революции в России.

Спровоцированная царским режимом Мировая Война лежит всецело на совести последнего Императора Всероссийского Николая Второго из династии Голштейн-Готторпов, младшей ветви Дома Ольденбургов, которые почти двести лет именовали себя «Романовыми» в пропагандистских целях. Точно так, как Саксен-Кобурги стали Виндзорами летом 1917 года, так и младшая ветвь Ольденбургов присвоила себе наследие настоящих Романовых, род которых прекратился со смертью царя Петра Второго и царицы Елизаветы в середине XVIII века. Чуждая, враждебная России и населяющим её народам иноземная династия без тени сомнений ввергла страну в пучину страшной мировой войны за интересы монополистического капитала Франции, Великобритании и региональных амбиций молодого хищника — Сербии. Как известно, сербы — этот хитрый и жестокий балканский народец, стали настоящими победителями в той войне и получили свой приз — Великую Сербию, которая по сей день называется Югославия, и отплатили черной неблагодарностью демократической и свободной России в 40-е годы XX столетия, нарушив все возможные союзнические обязательства и приведя Европу к новому страшному кризису, который не закончился новой мировой войной лишь благодаря абсолютно выдающемуся событию Новейшего времени — Обретению Магии в 1949 году.

Вступление в Мировую Войну было личным решением царя Николая, который объявил приказ о частичной мобилизации вопреки воле имперского Совета Министров и достойных, пользующихся доверием общества деятелей Государственной Думы — абсолютно единолично и самодержавно. Позицию генералитета о неготовности Российской Империи к столь широкомасштабной войне царь проигнорировал — командованию и сухопутных войск, и флота было совершенно ясно, что конфликт в считанные дни превратится во всемирный, поскольку не было ни малейших оснований полагать, что страны Антанты будут наблюдать, как Россия падёт под натиском Центрального Блока, что кардинальным образом изменит баланс сил в пользу германских государств. Единоличное решение царя о частичной мобилизации спровоцировало ответные действия насквозь милитаризированных Германии и Австро-Венгрии, которые несколько лет искали серьёзный «casus belli» и были всецело готовы к широкомасштабным боевым действиям на европейском театре, небезосновательно рассчитывая на быструю победу и обретение новых земель как на Востоке, так и в Африке».

Виктор от прочитанного заёрзал на стуле — настолько его удивил и позабавил такой взгляд на историю, при этом явно официальный, поскольку книга предназначалась для преподавателей.

«Читал, читал — но такое! Романовы — Голштейн-Готторпы? Это нечто новое. Блин, вот это книженция!» — восхитился он. — «Надо пивка пойти взять, или сразу на кухню и пойду, чего мне здесь торчать то», — решил он, потушил торшер и забрал с собой книгу.

Сказано — сделано, и уже через минуту Виктор, включив свет на кухне и поудобнее развалившись на диване с взятой их холодильника банкой пива в руке, продолжил чтение:

«Как известно, вплоть до сегодняшнего времени причины, побудившие императора Николая развязать столь роковую войну, являются предметом научной дискуссии в нашем обществе. Уже к началу ХХ столетия Германия, Второй Рейх, имела развитую социальную систему и самые передовые индустриальные технологии, но ментально являла собой общество средневековых фанатиков, которое имело военную, научную и экономическую мощь, но осознавало свою ущербность в сравнении в Великими Демократическими Державами, которые оттерли немцев от дележа колоний и дележа великого китайского пирога. Таким образом, воинственные планы германской верхушки были направлены на устранение подобной, по их мнению, несправедливости, и планирование общеевропейской войны упиралось только в повод и сроки.

По мнению Мольтке-младшего, финансируемая Францией военная программа Российской Империи должна была успешно завершиться в 1917 году, и это был крайний срок для начала «превентивной войны» со стороны Центрального Блока. Для успешных и решительных наступательных операций было необходимо теплое время года, и по странному стечению обстоятельств именно 28 июня 1914 года в Сараево происходит убийство австрийского эрцгерцога Франца-Фердинанда, наследника престола. К этой акции совершенно явно была причастна сербская тайная организация «Чёрная рука», но это будет подробно освещено в следующих разделах данного исследования.

Последовавшие после убийства наследника события подробно описаны в мировой историографии, мы же опишем эти роковые дни июля и начала августа 1914 года применительно к России:

23 июля — Австро-Венгрия предъявляет Сербии согласованный с Германией ультиматум, который по просьбе из Берлина был составлен таким образом, что его «будет невозможно принять». Сразу же в этот же день сербы обращаются с просьбой к министру иностранных дел Сазонову повлиять на Австрию, на что Россия в лице министра отвечает отказом.

24 июля — проходит заседание Совета министров Российской Империи, на котором большая часть присутствующих голосует против мобилизации. Особенно против — военные министры.

25 июля — император Николай Второй вмешивается в работу Совета министров и своим самодержавным распоряжением тайно объявляет частичную мобилизацию более миллиона человек против Австро-Венгрии. Эта «тайна» в этот же день становится известна всей Европе, прежде всего благодаря Сербии.

25 июля — австрийский император Франц-Иосиф подписывает мобилизационный приказ для восьми армейских корпусов — начало операции против Сербии назначено на 28 июля 1914 года.

26 июля — в Берлине понимают, что это шанс на «casus belli» и предъявляют ультиматум Бельгии с требованием прохода немецких войск в случае «неизбежной войны с Россией и Францией».

27 июля — партия войны в Германии пытается доказать сомневающимся (в числе которых и сам кайзер Вильгельм Второй), что частичная мобилизация России, проводимая в тайне от других стран — отличный повод для начала Великой Войны. Безуспешно. Второй человек империи, рейхсканцлер Бетман-Хольвег, оказывает давление на кайзера и убеждает его, что поводом к Войне может быть только полная мобилизация в России, и Рейх не должен поддаваться на провокации — всё ещё можно уладить миром, не ввергая Европу в военные ужасы. Кайзер занимает выжидательную позицию, в этот день на него оказывают давление как партия войны, так и сомневающиеся.

28 июля — происходит вторжение Австро-Венгрии в Сербию, Великобритания пытается уговорить Австрию «остановиться в Белграде» и тем самым не дать очередной балканской войне превратиться в мировую. Германская партия войны просит Австрию не прекращать наступление и начать мобилизацию против России в ответ на ее частичную мобилизацию.

29 июля — обнародован официальный указ о частичной мобилизации в России.

29 июля — Мольтке-младший еще раз настоятельно просит австрийский Генштаб начать мобилизацию против России, чтобы у Германии появилась возможность поступить также — исключительно «в целях взаимной обороны».

29 июля — Германия официальной нотой требует от России прекратить военные приготовления, иначе Германии тоже придется объявить мобилизацию, а это может привести к войне.

Ночь с 29 на 30 июля — Франция выражает дипломатический протест против российской мобилизации.

30 июля — Мольтке-младший в третий раз просит начальника австрийского Генштаба Конрада фон Хётцендорфа (как глава партии войны против Сербии он определённо не хотел войны с Россией) начать мобилизацию против России, чтобы у Германии был «сasus foederis» — повод к коллективной обороне.

30 июля — Николай Второй подписывает указ о всеобщей мобилизации.

31 июля (утро) — узнав о русской мобилизации, Германия вводит положение «военной опасности» — Kriegsgefahr.

31 июля — Германия предъявляет Франции ультиматум: если Россия в течение 12 часов не прекратит мобилизацию, то Германия начнет войну против Франции.

31 июля — французские войска отступили на 10 км от немецкой границы, чтобы показать мирные намерения Франции.

31 июля — немецкий посол в Петербурге вручает ультиматум министру Сазонову, в котором Германия требует от России в 12-часовой срок демобилизоваться, в противном случае угрожая начать свою мобилизацию.

1 августа — Великобритания направляет Вильгельму Второму дипломатическую депешу, в которой гарантирует нейтралитет Франции, если Германия объявит войну только России. Вильгельм Второй сначала соглашается объявить войну России, но под жесточайшим давлением генералитета принимает решение выполнять «план Шлиффена» и наступать на Францию, сделав это направление основной целью кампании.

1 августа — Германия объявляет войну России, с одновременным объявлением мобилизации и в этот же день вторгается в Люксембург и Бельгию, чтобы выйти на незащищённые французские рубежи. Франции в ультимативной форме предлагается отказаться от союза с Россией, в противном случае начнется Война.

6 августа — Австро-Венгрия объявляет войну России.

8 августа — австрийские войска вторгаются на территорию России.

17 августа — Россия превентивно вторгается на территорию Восточной Пруссии, в строгом соответствие с оперативно-тактическими играми, проведенными ещё в апреле 1914 года, за два месяца до убийства австрийского эрцгерцога сербами.

Какие выводы можно сделать из этих трагических событий? Совершенно очевидно, что:

а) русская мобилизация началась до объявления Австро-Венгрией войны Сербии и любых военных действия со стороны Германии;

б) царские министры и генералы очень хорошо понимали последствия даже частичной мобилизации и саботировали её всеми возможными средствами, однако Николай Второй и, вероятно, другие Голштейн-Готторпы сделали всё, чтобы мобилизация состоялась;

в) частичная мобилизация в России позволила сербам отвергнуть австрийский ультиматум, что привело к австрийскому вторжению в Сербию;

г) руководство Германии очень хотело развязать общеевропейскую Войну в максимально неудобное для России время, и Николай Второй вольно или невольно им в этом очень помог;

д) если бы не российская мобилизация, то у Германии не было бы формального повода объявить войну и начать вторжение во Францию;

е) Франция и Великобритания очевидно не хотели всеобщей мобилизации своего восточного союзника, что подтверждают их военные и дипломатические маневры последних дней июля;

ж) в кампании 1914 г. наступательная операция в Восточной Пруссии, очевидно, была основной, так как Галицийская операция началась в ответ на вторжение Австро-Венгрии и являлась оборонительной;

з) удар в Восточную Пруссию был нанесен через три недели после начала мобилизации и через две с половиной недели после начала боевых действий на Западном фронте, когда Германии увязла в Бельгии: очевидно, что царь Николай отлично знал о «плане Шлиффена» и заранее планировал нанести удар в тот момент, когда основные силы немцев будут уже далеко на Западе;

и) удар по центральному направлению Россией нанесен не был, обширная сеть первоклассных крепостей на данном направлении: первая линия — Ивангород, Новогеоргиевск, Варшава, вторая линия — Ковно, Гродно, Брест-Литовск, очевидно говорит о том, что на центральном направлении планировалось обороняться, сделав основным театром Восточную Пруссию и фронт против Австро-Венгрии.

Для более полного понимания причин и побудительных мотивов Николая Второго нам следует возвратиться к агитационным материалам, которые официально распространялись в России в самом начале войны. Из этих материалов следует, что целью России в Великой Войне была не защита «братушек-славян» и не абстрактный и на тот момент вполне нейтральный на начало Войны Стамбул и Босфор, и даже не безопасность Франции — главной целью Империи и притязаний Николая была вся правобережная Пруссия.

Как известно, в Курляндской губернии остзейские немцы были крупнейшим этносом после латышей, на территории Эстляндской и Лифляндской губерний они также были доминирующей в экономическом и политическом плане нацией. Простой пример — вторым человеком губернии после собственно губернатора официально считался губернский предводитель дворянства, и в отличие от назначаемых Петербургом губернаторов он избирался местным дворянством. В Курляндской, Эстляндской и Лифляндской губерниях с момента их вхождения в Россию губернским предводителями дворянства всегда были этнические немцы.

Остзейские немцы в целом были едва ли не самым привилегированным и лояльным власти этносом Империи. Все изменилось после объединения Германии в 1871 году и активной германской пропаганды в Прибалтике, а к началу Великой Войны немцы едва ли не на официальном уровне стали считаться агентурой влияния Второго Рейха, и как показали события 1915–1918 годов, это оказалось вполне обоснованным предположением — антирусская деятельность этой общины нанесла огромный ущерб нашей стране в те тяжелейшие годы.

После оккупации немцами западной Белоруссии и Прибалтики остзейцы стали главными помощниками немецкого оккупационного командования, началось формирование остзейских добровольческих частей при Рейхсвере. В 1917 году создается Герцогство Курляндское и Земгальское, захватившее в 1918 году территории бывших Прибалтийских губерний и превратившееся в так называемое Балтийское Герцогство. Это образование заключило личную унию с Вильгельмом Вторым, и было ликвидировано только после Ноябрьской революции в Германии и давления Антанты. Именно ликвидация Балтийского Герцогства стала начальной датой независимости прибалтийских карликовых государств, которые и по сей день занимают земли, завоеванные русской кровью, и благодаря инсинуациям Антанты по сей день отказываются проводить плебисцит о вхождении в состав РКДР, зафиксированный соглашениями 1940 года".

Виктор прервал чтение — у него закончилось пиво и он поднялся взять очередную банку.

"Очень необычный взгляд на историю, но как говорится, историю пишут победители, а раз здесь победили белые, то вот такой у них взгляд на это всё. Да, тут одним учебником дело не обойдётся — надо хотя бы в общих чертах понять, что происходило в двадцатом веке, что это за Обретение Магии и так далее", — он стал возле окна и массировал себе поясницу, которая немного затекла от вольготного полулежания на диване.

Глава 21

Виктор подошел к холодильнику и взял ещё пива — между прочим, его в паке оставалось уже мало. Он подошёл к подоконнику и просмотрел планшет — пропущенных вызовов не было. Держа в одной руке планшет, который оказался практически бесполезным в плане получения информации, второй рукой Виктор оперся о подоконник и раздумывал о прочитанном, которое довольно неожиданно заинтересовало его.

«Победили здесь белые, которые точно не любят царя и монархистов, судя по риторике в этой книжке для вузовской интеллигенции. Весьма интересная книженция, сейчас ещё немного почитаю и буду ложиться спать, а то уже глаза слипаются», — Виктор зевнул, открыл банку «Валдая» и сделал хороший глоток — пиво было классное, с приятной, благородной горчинкой, и напоминало ему лучшие марки чешского.

Только он вознамерился вернуться на диван и продолжить чтение, как услышал громкий, но сдавленный крик со стороны комнаты. Замерев, он прислушался — через несколько секунд крик повторился даже более громко. Виктор быстро поставил пиво на стол, схватил разделочный нож с соседнего стола и бросился в спальню — он решил, что некто влез в квартиру через балкон и напал на девушку.

«Хотя как? Здесь всё-таки третий этаж — это очень проблематично», — успокоил он себя, тихонько пробежав по коридору и притормозив около входа в комнату.

Крик повторился, но уже более тихий и какой-то очень грустный, с нотками безнадёги. Виктор осторожно вошёл в комнату, собранный и готовый к неожиданностям — зажав обратным хватом нож в правой руке и выставив левую чуть вперед, он включил свет.

Как и следовало ожидать — в комнате никого не было, а кричала Анжелика, которая прямо сейчас сидела на краю кровати, обхватив голову руками и дрожа всем телом.

— Что случилось, почему ты кричала? — Виктор перевел дух, выдохнул и спрятал нож за спину.

Девушка несколько секунд молчала, потом подняла на него свои изумительные каре-зеленые глаза, в которых был испуг, тоска и непонимание:

— М-мне приснился кошмар… — её зубы стучали, будто она была действительно серьезно испугана.

Виктор на мгновение чуть присел и незаметным движением положил нож на небольшое трюмо возле входа, вздохнул-выдохнул и решительно направился к девушке, которую ему стало почему-то очень жаль — выглядела она сейчас совершенно не лучшим образом и совершенно явно нуждалась в добром слове.

Подойдя к кровати, он полностью отшторил синенькую занавеску и присел рядом с брюнеткой, которая периодически вздрагивала и явно еще не пришла в себя, тупо глядя в пол и не моргая.

— Все нормально, не бойся, я с тобой, — он присел слева от неё, вплотную, и положил свою ладонь ей на плечо.

Девушка сильно вздрогнула всем телом, и практически сразу же обняла его, положив голову на плечо:

— Милый, это ты, да?! Спасибо тебе, что ты рядом — мне сейчас было так страшно, я очень-очень давно такого не испытывала, — на последнем слове её голос сорвался и она разрыдалась, как белуга, уткнувшись в его плечо.

Виктор непроизвольно приобнял её правой рукой за плечи, давая ей выплакаться и чуть поглаживая ладонью.

«Какой бы не была женщина феминисткой или внешне самостоятельной, а всё равно ей нужно мужское плечо для утешения — кому часто, кому очень редко, но именно так всё обычно и бывает, от природы не убежишь», — проносились у него мысли.

— Что тебе снилось, Анжелика? — спросил он минуты через три, когда она более-менее успокоилась и перестала дрожать.

— Я, я не знаю, как это объяснить, — начала она говорить срывающимся голосом. — Это были джунгли. Я была там не одна — рядом был ты в военной форме, избитый и со связанными руками, с нами была эта сука Маркова и какая-то из её лесбийских сучек, тоже избитые, а ещё какие-то негритянки смутно знакомые, и другие непонятные девки, а ещё очень много других людей, военных и гражданских — очень, очень много. Почти все связанные, все избитые и напуганные! Это была ночь, и мы были у подножия очень древней, мрачной пирамиды. Очень жуткий зиккурат, поросший мхом… — Анжелика резко замолчала, сглотнула и тяжело дыша, сильно сжала кисть парня.

— Успокойся. Что это за пирамида была? — очень мягко спросил Виктор через несколько секунд: не то чтобы её рассказ взбудораживал, но ему стало интересно — естественное любопытство.

— Не знаю я, не знаю — понимаешь? Мне было очень страшно — я не должна была там быть. Не должна! — она это выкрикнула. — Очень старая, древняя пирамида, я такую видела когда-то по телевизору, в передаче про ацтеков, — девушка вздохнула, по её телу пробежала дрожь и она не притворялась — Виктор явственно ощущал это.

— Анжелика, успокойся — всё нормально! — он сильнее прижал к себе её молодое, стройное тело. — Что тебя так напугало — это ведь только сон, верно?!

Несколько секунд она глубоко дышала, потом сжала своей ладонью его кисть:

— Хотела бы я так думать, милый! Я не уверена, что это просто сон — в детстве мне говорили, что я способна заглядывать в будущее! — она на несколько секунд замолчала, взволнованно дыша. — Там были опасные люди, очень много. Мы были их пленниками! Пленниками, понимаешь ты это? Нас собирались принести в жертву какому-то древнему богу, — на этих словах её голос снова сорвался и она опять разрыдалась, как школьница, снова прижавшись к Виктору.

— Анжелика, успокойся! — властно произнес через несколько секунд парень и встряхнул её. — Это всего лишь глупый сон, ты же понимаешь, что и я, и ты, и Маркова с негритянками не могли быть в одно время в том месте, в каких-то дальних краях?! Ты понимаешь это?

— Да-а, наверное, — пролепетала девушка, которая всё ещё была явно испугана.

— Тебе воды принести? Может, таблетку — успокоительное?

— Нет! Нет! Не уходи, пожалуйста, не бросай меня — мне так страшно! — вскрикнула брюнетка, крепко обняла его и добавила резко севшим, каким-то охрипшим голосом, от которого у Виктора пошли мурашки по спине: — Мне кажется, что это был вещий сон, и теперь это всё предопределено! Это всё точно случится с нами!

Несколько секунд Виктор просто сидел, пораженный её словами, не в силах пошевелиться — его охватил будто бы паралич, но это ощущение быстро прошло.

— Анжелика! Хватит заниматься самовнушением — сегодня был сложный день, ты устала, расстроилась и напилась, вот поэтому тебе и приснились небылицы. Ничего этого не будет, успокойся и не бойся, тебе ясно? — проговорил он чётко, уверенно и спокойно.

— Да, д-да, милый, ты прав, наверное, — она провела ладонью по его груди и вздохнула. — Ты у меня такой рассудительный!

«Вот лисичка брюнетистая, льстит на ровном месте и совершенно непроизвольно», — усмехнулся он про себя, действительно польщённый.

— Вспомни: негритяночек ты видела в зале совещаний Ли Хуанга — они рядом со мной сидели, а Маркова и её сучки, — Виктор для простоты восприятия выразился именно так, — встретились нам в парке. Ты просто впечатлилась сегодня, а потом тебе это всё приснилось — это же естественно!

— Ты так думаешь, милый? Наверно, ты прав, я ведь не развивала свой дар предвиденья через сны, потому что отец планировал мою карьеру как промышленной магички, а после того случая со мной — и подавно речь не шла про онейромантию, — Анжелика чуть ослабила объятия и произнесла уже это гораздо более спокойно.

«Промышленная магичка? Интересненько, что же это значит? Онейромантия — словечко знакомое» — задумался на секундочку Виктор и решил, что об этом тоже надо будет узнать подробнее со временем, поскольку звучало это всё весьма интригующе.

— Давай я тебе принесу водички холодной, и будем спать, — предложил парень через полминуты молчания.

— Мне надо в ванную, — девушка замялась. — Проводишь меня?

— Да, пойдём, — чуть пожал плечами Виктор, резонно решив, что чем раньше он её успокоит, тем быстрее ляжет спать.

Парень встал, подал ей руку, помог встать и пошел спереди.

— Я вспомнила! — снова взволнованно выкрикнула брюнетка, когда они были в коридоре, на полпути к прихожей.

— О чём ты? — Виктор остановился и обернулся к ней — в полутемном коридоре её лицо было неестественно бледным и безумно-красивым.

— Эти люди, которые нас связали, они были в черных балахонах и повторяли нараспев какие-то странные слова…

— Анжелика, забудь об этом! Это только сон — забудь! — твердо сказал Виктор.

— Я вспомнила! — её голос задрожал. — Ацтлан! Теночтитлан! — не слушая его, два раза нараспев повторила девушка и рухнула на пол.

Виктор буквально в последний момент успел её подхватить, иначе она ударилась бы головой об одно из многочисленных трюмо в довольно широком коридоре.

«Ну прекрасно — потеряла сознание! Обморока мне не хватало!» — он обхватил её за талию, закинул руку на своё плечо и аккуратно, медленно потащил на кухню, в глубине души ужасаясь услышанным словам, поскольку сразу же вспомнил про выпуск новостей и последующие события в парке. — «Это совпадение или действительно нечто такое, что может произойти? Неужели это всё — взаимосвязано?» — задавал он себе вопросы, положив девушку на кухонный диван — прямо попкой на закрытую книгу; через несколько секунд он достал с холодильника холодную минералку и вернулся к дивану.

«Где же у неё здесь аптечка, и есть ли вообще? Ей однозначно нужно успокоительное или снотворное, да и мне тоже — хватит с меня на сегодня этих Ацтланов, туманов, треугольников, стервозных девок и драм на ровном месте», — Виктор вдруг ощутил, насколько сильно в моральном плане он устал за сегодняшний день. — «Надо водки выпить!» — эта мысль неожиданно его успокоила.

Он начал хлопать Анжелику по щекам, потом открыл бутылку и вылил немного холодной минералки себе на ладони, смочив её лицо. После третьего раза она открыла глаза и протестующе застонала, пытаясь безуспешно поднять руки:

— Хватит, холодно! Прекрати же, ну холодно…

— Ты очнулась, милая? — совершенно неожиданно для самого себя произнёс Виктор и тут же осёкся.

— Я тебя люблю! — через пару секунд произнесла девушка. — И ты меня тоже любишь — я это чувствую!

«Н-да, вот это сказанул! Красава, блин, что тут скажешь», — Виктор вспомнил анекдот про «мало ли что на ком я обещал», но промолчал, не зная, что ответить. — «Давненько мне девушки первыми в любви не признавались, ещё с универа».

— Анжелика, как ты себя чувствуешь? Тебе лучше? — чуть улыбнулся Виктор, присев на край дивана.

— Не знаю — мне очень тревожно на душе. Мне кажется, это всё с нами случится, — её голос дрогнул и она явно собралась расплакаться, но Виктор сильно сжал её ладонь:

— Выпей воды, милая, — он поднес бутылку к её ротику и заставил отхлебнуть пару раз.

Анжелика немного полежала и через пару минут присела, недовольно убрав книгу из-под попки.

— Сегодня был такой необычайный день. Я видела сон об этом ещё зимой — про нашу встречу, но не придала значение. А теперь подобный сон повторился, и это не может быть совпадением, потому что я встретила тебя и влюбилась — всё сбылось, — заявила она, откинув голову назад и облокотившись на спинку дивана.

— Ээ-м, давай не будем торопиться с влюбленностями и всем прочим, ладно? Ты мне скажи — почему ты живешь одна?

— Если ты хочешь спросить, страшно ли мне — то нет. Такое, как сегодня, со мной случается крайне редко — бывает, что раз в полгода, а бывает, что и раз в три года. А вообще я давно хочу завести себе кошку, всё откладывала, — произнесла она. — С кошкой будет веселее, а с мужем — вообще классно!

— У тебя есть аптечка, или какие-то таблетки? — перевёл тему Виктор.

— А зачем тебе? — искренне удивилась Анжелика.

— Не мне, а тебе!

— Мне не надо, со мной всё хорошо, — она подняла руки вверх и потянулась, демонстрируя парню шикарную грудь, которая была видна через пеньюар.

— Раз всё хорошо — давай спать, утром пообщаемся, — на мгновенье сжал губы парень, впечатлённый сисечками.

— Да, будем спатки. Один момент, — девушка застенчиво улыбнулась, опустила взгляд, через мгновение встала и направилась к туалету, непринужденно виляя попкой.

«Зараза, умеет быть соблазнительной даже в такие моменты», — Виктор сейчас сам для себя окончательно осознал, что девушка ему очень нравится, несмотря на свой довольно скверный местами характер, общую упёртость и стервозность. — «Есть в ней шарм и нечто такое, что заставляет относиться к ней снисходительно, несмотря на её выходки и довольно хамское временами поведение».

Виктор проводил её взглядом, и поддавшись импульсу, достал с полки стакан, выплеснул туда полбанки пива, достал из холодильника початую бутылку водки под названием "Республиканская" и плеснул в этот же стакан грамм семьдесят. После этого он всё это выпил залпом и закусил кусочком сыра.

«Так-то будет лучше, я надеюсь. Пора спать, а завтра надо с ней прощаться и разбегаться, потом идти в общагу — смотреть, что там, а потом можно будет в библиотеку зайти, а после этого надо решать вопрос с бета-тестом и укатывать в Швейцарию — хватит с меня брюнеток-корниловцев и русоволосок-марковцев», — решил Виктор, но потом вспомнил о Лизе и сердце у него защемило — Лиза, которую он видел мельком в такой эмоциональной ситуации, почему-то вызывала у него самые нежные чувства, и он даже не мог вспомнить, когда подобное испытывал в последний раз. — «Между прочим, Анжелика только на вид слабенькая — с Лизой она вела себя, как натуральная садистка. Но что странно — это было как будто бы наваждение, вроде как она вошла в роль и не могла остановиться», — Виктор снова задумался о той сцене в «Эскрайме», когда Анжелика довела очень милую девчушку буквально до слёз своим похабным поведением и вынудила её к активной самообороне. — «Хочу её увидеть — надо как-то её найти, пока я не уехал на тест».

Виктор ощутил, как ёрш начал давать ожидаемый эффект — опьянение было резким, но довольно легким, хотя Виктор вполне отдавал себе отчёт в том, что его нынешнее тело подростка никак не может сравниться с телом тренированного и закаленного ведомственными пьянками тридцатипятилетнего амбала. Это его удивило — конкретно слабенький эффект от ёрша, но он не успел глубоко задуматься об этом, поскольку Анжелика вышла из туалета и направилась в ванну, держась за стену.

«Навернётся ещё, этого мне не хватало», — парень понимал, что пока он наедине с дочерью президента, то лучше бы сдать её живой и здоровой утром тем, кто придёт. Он выждал пару минут и подошёл к ванной, громко постучав.

— Эй, кто тебе разрешал входить вообще? Ты нормальный? — недовольно заявила девица, поправляя черные трусики и смущённо глядя на парня.

— Рот закрыла, ясно? Отвечай, когда стучат! — произнёс он строго. — Мне не надо, чтобы ты здесь наебнулась и разбила себе голову от большого ума!

— Ты такой заботливый! — расплылась в улыбке девушка и явно хотела броситься ему на шею, но Виктор остановил её выставленной вперёд ладонью:

— Пора спать!

— У меня голова кружится, я сама не дойду до комнаты, — капризно произнесла брюнетка, облокотившись левой рукой на умывальник и глядя в глаза Виктору.

Он на несколько мгновений залюбовался её классной фигуркой и грудью — черный пеньюар в сочетании с её разнузданной прической делал её сейчас неотразимой.

— Кто бы сомневался, что ты совсем обессилена своими кошмарами. Я помогу тебе дойти, — Виктор строго смотрел на неё, в глубине души поражаясь собственной выдержке.

— Не напоминай мне об этом, я только-только об этом начала забывать, — Анжелика опустила голову и всхлипнула.

«Актрисулька какая талантливая. Пора кончать эту канитель и ложится спать. Быстрее засну — быстрее проснусь и свалю отсюда», — парня начало раздражать кокетство Анжелики, которая явно пришла в себя.

— Пойдём спать!

— Ты будешь спать со мной, ведь ты меня не оставишь? Мне так страшно! — произнесла Анжелика, подавая ему руку.

— Ты испугалась джунглей и пирамиды? Ты же магичка, Анжелика! — заявил Виктор уже в коридоре, когда они вышли из ванны и он потушил свет.

— Ну и что? Я просто девушка, которая хочет любви! Сейчас мы ляжем в постель и ты меня возьмёшь, ясно?

Глава 22

Виктор остановился и пристально смотрел на девушку.

— Да, я так хочу, ясно? — произнесла она секунд через десять и потом отвела взгляд.

— Значит так — я буду решать все эти вопросы, тебе это понятно? — спросил он строго, сдерживая гнев.

— Я хочу любви! — топнула она ножкой.

— Любовь — это не только секс. Ты девственница, да?

— Да, — даже в почти полном мраке коридора Виктор увидел, как она зарделась.

— Ты понимаешь, что первый раз — это может быть больно и нужна подходящая обстановка и предварительная подготовка?

— Ну что ты хочешь сказать…

— Да, опыт дефлорации у меня есть, но сейчас момент совсем неподходящий — тебе ясно? — перебил её парень и произнёс это не терпящим возражения тоном.

— Я хочу, чтобы ты был моим — тебе ясно? — снова топнула она ножкой и легонько толкнула его в плечо, явно кокетничая.

— Это так не делается. Ты должна доказать, что ты девушка нормальная и пригодная к отношениям, — заявил Виктор, внутренне улыбаясь и наблюдая за её личиком — глаза уже привыкли к темноте.

— Какой ты наглый! — поразилась она. — Я — дочка президента! Как я пожелаю, так и будет — быстро снимай этот халатик!

«Стриптизёра нашла, что ли?» — парень на мгновенье сжал губы.

— Обойдёшься! Так, пошли в кровать, хватит здесь стоять, — Виктору надоел этот диалог, он взял её под руку и потащил в комнату — она почти не сопротивлялась.

Виктор включил приглушённый свет в комнате, довольно быстро довёл её до кровати и размашистым движением бросил на край — она улеглась боком, повернулась и обиженно посмотрела на него.

— Почему ты такой грубый? Почему ты меня не любишь? — её голос срывался.

— Анжелика, прекращай эту комедию. Если говорить даже о простой симпатии — ты должна показать себя с лучшей стороны, а не как сегодня.

— А что тебе не нравится вообще? — она села и оперлась кулачками на края постели, снизу-вверх глядя на парня — в её глазах было недовольство.

— Мне не нравится твоё хамское поведение — так ведут себя суки и стервы! Мне сука и даром не нужна — это тебе ясно?

— Что ты сказал? Повтори! — в её глазах блеснули слёзы. — Я не сука, а вот ты — просто хам бесчувственный! — выкрикнула девушка и резко отвела взгляд в сторону — на её лице отразилась обида.

«Зачем мне всё это „счастье“ — заниматься дрессировкой диких животных? Мало мне в жизни было проблем от баб? Оно весело, конечно — временами и под настроение, и может быть даже перспективно — дочурка президента, но нервы всё это сжигает, как ракета — топливо при выходе на орбиту», — раздумывал Виктор, глядя на брюнетку, которая очень нравилась ему внешне, но как человек и личность — оставляла желать лучшего на данный момент.

— Ты ведешь себя, как сука! Заканчивай это, и тогда я изменю мнение о тебе в лучшую сторону, — произнёс он медленно и твёрдо, стоя в шаге от неё.

Она повернулась к нему и резко схватила его за ладонь обеими руками:

— Я не сука, понимаешь? Я очень хорошая!

«С самовнушением у неё всё хорошо и чётко».

— Этого я пока однозначно сказать не могу! Давай сейчас спать, а потом поговорим на свежую голову — сейчас мы оба устали от всего пережитого, — как ни странно, Виктору было приятно ощущать касания её нежных, теплых, холёных ладошек.

— Ты меня поцелуешь перед сном, раз уж ты не способен на большее? — произнесла Анжелика очень умильно.

— Хех, ты ведь не знаешь, что говоришь, — Виктор удивлённо покачал головой. — Если ты после этого ляжешь спать — поцелую, — он сделал попытку высвободить ладонь из её рук, но она не дала этого сделать, уцепившись в неё хваткой краба.

Виктору пришлось сесть возле неё — она сразу же обняла его за шею, и коснуться губами её губ — очень легонько, на мгновение.

— И это всё, да? — проворковала девушка через секунду. — Так не пойдёт!

— Ты ещё маленькая для более взрослых поцелуев, — поддел он её.

— Маленькая? — сразу же повелась брюнетка и впилась поцелуем в его губы.

«Ого, какой напор, как классно! Шустрый язык, где это она так научилась?» — через несколько секунд Виктор немножечко обалдел от того, насколько страстно и напористо целовалась Анжелика, причём активность исходила с её стороны, что придавало ситуации пикантность.

Виктор начала активно отвечать на её напор и секунд через десять перехватил инициативу — теперь он её засасывал, обняв при этом за спину и прижав к себе. Очень скоро он положил левую руку на её грудь и начал гладить, от чего девушка на секунду отпрянула и глубоко вздохнула, но Виктор не дал её перевести дыхание и опять притянул к себе, снова засасывая.

— О-ох, как классно, вот это поцелуйчик, — тяжело дыша, произнесла Анжелика, с возбуждением глядя парню в глаза.

— Видишь, я умею быть нежным, когда девочка хорошо себя ведёт! — Виктор чуточку примял её левую сисечку, наслаждаясь ощущением и вдыхая аромат девушки, которая сейчас пахла легким возбуждением в сочетании с приятным цветочным шампунем.

— Девочка будет очень хорошей, только не прекращай, — брюнетка смотрела ему в глаза и попыталась закинуть ногу на его ноги, но у неё не получилось.

— По-моему, нам лучше лежать, чем сидеть — быстрее заснём, — усмехнулся парень на эту попытку.

— Так давай ляжем и будем обниматься, ты халат снимешь, — девушка сбросила свои тапочки и забралась на постель, потянув за собой Виктора — он тоже быстро разулся и залез следом.

«Уютная постелька — здесь хорошо и приятно спать, особенно если зашторить. Матрас отличный, подушки классные — очень комфортно», — заценил он кроватку.

— Целуй меня! — потребовала девушка.

Виктор лежал на левом боку, а девчонка — напротив него на правом. Они смотрели в глаза друг другу, и парень видел в её взгляде искреннюю страсть — это его подкупало.

«Как же сейчас классно — лежать с такой юной, стройной красоткой в одной постели, и она действительно меня хочет и готова просто отдаться, а мне даже делать ничего не надо, стоит только снять халат, даже расстегнуть — и она моя, но тогда обратного пути уже не будет. Кто бы мне сказал это пару дней назад — не поверил бы!» — Виктор начинал ощущать, что у него понемногу срывает крышу в хорошем смысле этого слова от ситуации, а член начинает понемногу наливаться.

Он прилёг чуть ближе к ней и провёл правой ладонью по её щеке, глядя в глаза — она чуть вздрогнула, а во взгляде появились искорки. Через несколько секунд Анжелика обняла его и закинула на него свою классную ножку, проводя стопой по его икрам.

— Раз не хочешь целовать, будет вот так, — прошептала она. — Я сама тебя буду ласкать.

— Меня вполне устраивает, — улыбнулся парень и прижал её к себе, облапав за попку.

«Что-то я западаю на неё — надо взять себя в руки. Чертовка обалденная! Потому что если я в неё втрескаюсь, то мне кранты — она и так ведёт себя, как сучка, а если увидит мою к ней симпатию — вообще конец, меня скрутят в витой канат. Хотя может и наоборот — она и правда хочет искренности и взаимности, и тогда станет вести себя более адекватно», — у Виктора в голове со скоростью света проносились противоречивые мысли, пока он смотрел в её прекрасные глаза и лапал рукой её талию и немного — попку.

— Мы могли бы раздеться, а то что-то жарко, — голос Анжелики немного сел, и Виктор отметил это — она явно была возбуждена.

— У меня есть идея, милая!

— Какая?

— Повернись на другой бок…

— Не хочу! — перебила девушка и попыталась лизнуть его губы кончиком языка.

— Давай, быстро, — Виктор сильно сжал её шикарную, упругую ягодицу, и она ойкнула.

— Ну ладно, — она нехотя убрала ножку и ещё более нехотя повернулась на другой бок, сразу же уткнувшись попкой в живот парню, от чего у него окончательно и бесповоротно начал вставать его массивный дружочек, отделяемый от девушки только его халатиком.

— Вот и попалась! — весело и уверенно произнес Виктор, ощутимо укусил девушку за правое плечико и очень крепко обнял, прижав к себе.

— Больно, — она попыталась вырваться, но он держал очень крепко. — Вот так, да?

— Теперь будем делать так, как я захочу, поняла? — прошептал он ей на ухо, положив ладонь на сисечки и прижимаясь стояком к попке.

— Да, да, как скажешь, любимый, — девушка глубоко дышала, явно ощущая упругими полушариями попки его готовность.

— Ты такая стройняшка, такая красивая… — абсолютно искренне прошептал он ей на ухо, от чего она дернулась всем телом, явно желая перевернуться обратно.

— Я сейчас с ума сойду, ну сделай же что-нибудь, — выдохнула она, глотая окончания слов и дыша, как рыба на песке. — Я сейчас растаю, любимый!

— Никто не говорил, что любовь — это просто! Любовь бывает сладкой пыткой, милая моя, — Виктор чуть сжал её грудь и впился жалящим поцелуем в шею, от чего Анжелика издала нежный, протяжный стон и попыталась правой рукой взъерошить его волосы, но он пресёк это дело.

— Спокойно, девочка — лежи тихо, — он ещё сильнее прижал её к себе и перехватил её руку, ощущая жар и нежность её тела. Его лицо утопало в её ароматных, роскошных черных волосах.

— Я сейчас закричу, я больше не могу, у меня все трусики мокрые, — прерывисто произнесла девушка. — Пожалуйста, оттрахай меня!

— Нет, милая — секс должен быть только после свадьбы, я ведь мальчик порядочный, — Виктор чувствовал, что тоже уже на грани и может в любой момент сорваться и просто её отодрать, но нашёл в себе силы поддеть её, вспомнив, как это сделала одна из его подруг-студенток во время его студенчества в подобной ситуации.

— Возьми меня, я хочу стать женщиной, твоей женщиной, — простонала она, извиваясь всем телом и пытаясь вырваться из его крепких объятий.

— Анжелика, а тебе не кажется… — он прошептал это ей на ухо и провел язычком по шее, вызвав волну дрожи, пробежавшую по её телу.

— Что, что?

— Что мы ещё слишком мало знакомы для более близких наслаждений? — стояк встал во всю и он прижался им к её мягко-упругой, горячей попке.

— Не мучай меня, ну! Раздень же скорее и возьми, я вся твоя, я хочу тебе отдаваться, я тебя чувствую — такой большой, такой горячий, — брюнетке удалось освободить правую руку и она беспорядочно гладила руку парня, глотая воздух.

«Какая она страстная девуля — я ничего толком и не делал, а она уже мокрая, как водопад, и почти задыхается. Это какая же она в сексе, я себе только могу представить», — Виктор резко отстранился, уложил её на живот, сел ей на ножки и залез ладонью под пеньюар — там был потоп, бёдра были мокрые, о трусиках и говорить нечего.

— Да, да, скорее снимай трусики и трахай меня, любимый, трахай скорее, — Виктор уже понимал по голосу, что она наполовину в нирване и себя не контролирует.

«А что если да — просто её распечатать? Нет! Резиночки нету, так не пойдёт!» — только эта мысль остановила его в последний момент, поскольку он хотел сорвать с неё трусы и поставить раком.

— Милая, ты ещё не готова, — он смял её попку, потом резко и больно ударил пару раз, и Анжелика издала глухой стон, будто раненая львица.

— Я сейчас с ума сойду — трахни меня, будь же мужиком! — выкрикнула она страстно и протяжно, страстно застонала.

У Виктора стоял, и он уже хотел расстегнуть халат и переворачивать её на спину — потоп между её ног был полный, уже даже намокла простынь, но последнее словечко его немного охладило.

«Даже сейчас она в своём репертуаре! Нет, просто так я её не буду трахать — раз она хочет именно меня, пусть заслужит. А уже потом буду методично подсаживать её на классный, регулярный секс и делать любовницу своей мечты — хотя у меня стоит колом от одной её близости! В принципе, я могу провести этот год довольно сладко и комфортно, почему бы и нет?» — пока Виктор об этом думал — массировал её плечи.

Девушка лежала на животе, уткнувшись в подушку и обняв её руками, и глухо постанывала. Немного её так подразнив, он взъерошил ей волосы и пальцами начал поглаживать шею — от этого девчонка начала буквально подрагивать всем телом.

«Её нельзя оставлять в таком возбуждении, да и меня тоже, что же делать? Поиграть с ней пальцами?» — Виктор всё более активно гладил её от шеи до попки и обратно через пеньюар.

Девушка уже просто лежала, то пытаясь иногда извиваться и вырываться, то молчала и глухо стонала. Это продолжалось минуты четыре или пять — Виктор уже хотел перевернуть её на спину, снять пеньюар и просто целовать взасос, как вдруг раздался довольно глухой, будто бы отдалённый стук. Поначалу он не обратил на это внимание, но через минуту стук стал более активный, а потом раздался звонок в дверь — очень активный и настойчивый.

«Приехала охрана — спасать целочку президентской дочки», — это была самая первая мысль Виктора, который увлекся массажем и уже начал отдаваться процессу, всё более распаляясь — тело девчонки было создано для тактильных удовольствий, а её кожа была просто изумительной на ощупь, когда он залез ладонями под пеньюар.

— Что такое, ты ждешь гостей? — спросил парень, глубоко дыша.

— Что, что? Продолжай, мне так хорошо, скорее же, ты такой нежный, — простонала Анжелика, будто в бреду.

— Милая, к тебе гости — кто-то в дверь звонит, — Виктор сильно шлёпнул её по заднице, и наклонился к ушку, громко прошептав это.

— Не выдумывай, милый, возьми меня, — дышала она тяжело.

Снова раздался глухой стук и протяжный звонок.

— Слышишь? Наверно, твоя охрана, — Виктор встал с её ног и лёг на спину, обмахивая себя ладонью — ему было жарко.

— Какая там охрана, — девушка сладко ворочалась.

— Ну вот, слышишь? — звонок был ещё более протяжный.

Анжелика несколько секунд лежала, потом нежно провела пальчиками по лицу парня:

— Блин, ну кто это может быть? Ну зачем? — в её голосе было такое разочарование, что Виктор даже проникся моментом.

— Пойди и узнай, — засмеялся он, разлегшись на спине — стояк был каменный.

Анжелика довольно непринужденно дотронулась ладонью до его поршня через халат, и Виктор шлепнул её по руке:

— Руки не распускаем, барышня!

— Держи карман шире — сейчас это штука будет моей, отныне и навсегда! — заявила девушка, которая уже более-менее взяла себя в руки.

«Только этого не хватало — навсегда. Я на такое не готов подписаться!» — Виктора сейчас пугала перспектива подобных отношений, и это мягко сказано.

Снова раздался звонок, который не утихал почти минуту.

— Ты пойдёшь открыть? Кто это вообще? — парень полуприсел и облокотился на руку.

— Пойдём со мной — мне страшно, — мило улыбнулась девушка и дотронулась до его руки.

— А разве ключи не забрал этот водитель из клуба и мы не заперты? — парню стало интересно.

— Ну неужели ты думаешь, что у меня нет запасных, милый? Он поступил правильно, ты ведь мог на эмоциях просто взять и уйти, а сейчас уже сам понял, что многое бы потерял, — расплылась в улыбке девчонка.

Она была разнузданно-милой, и сейчас очень нравилась Виктору — он просто не мог ею налюбоваться.

— Вот так, значит — решили меня обмануть так просто и незатейливо? — он недовольно покачал головой. — Хорошо, пошли. Кто это может быть? — они встали с постели, и девушка зажгла более яркий свет в комнате и нажала ещё какой-то выключатель — свет загорелся в коридоре. Потом она подошла ко второму столу и достала из выдвижного ящичка футляр, в котором оказалась связка ключей.

— Водитель этого не знает и знать не может, — помахала она ими и добавила, искренне пожимая плечами: — Да кто угодно, мало ли у меня друзей-долбоёбов, которым не спится.

— И часто они вот так приходят? — поинтересовался парень, идя следом за девушкой, которая помахивала ключами в руке и виляла попкой.

— Не часто, но случается, — Анжелика подошла к двери, взглянула в глазок и нервно посмотрела на Виктора — так ему показалось.

После этого она открыла все засовы и отперла дверь — Виктор тоже подошёл чуть поближе, стал рядом и увидел, как в полумраке площадки, в паре метров от двери, какая-то симпатичная блондинка в униформе держит под руку вдупель пьяную девушку, которая еле стоит на ногах. Это оказалась уже знакомая Виктору рыжая подруга Анжелики, та самая стерва — в той же самой одежде, в которой он её видел в зале «Эскрайма».

— Это квартира двенадцать? Вот ваша подруга, с вас триста сорок рублей за такси и доставку к порогу, — сказала блондинка.

«Ничего себе цены», — поразился Виктор.

— Птичка! Милая, ты не улетела? — радостно, но в то же время с тревогой вскрикнула Анжелика.

— Куда я от тебя улечу? — пролепетала рыжая, еле ворочая языком. — Я тебя люблю, хоть ты и сука!

«Значит, не я один в этом убежден», — непроизвольно усмехнулся парень.

Анжелика мельком взглянула на Виктора, и он отметил, что в её глазах была растерянность.

— Девушка, вы будете забирать её или мне везти эту гражданку в милицию? — через несколько секунд поинтересовалась блондинка.

Глава 23

Анжелика несколько раз быстро перевела взгляд с подруги на Виктора и обратно.

— Везите или в милицию, или в больницу, девушка, — усмехнулся Виктор.

— Милый, ну что ты такое говоришь! — топнула ножкой Анжелика. — Помоги Птичке зайти, а я принесу деньги.

Виктор скрестил руки на груди и стоял, иронично глядя на Анжелику.

— Ну что ты стоишь? — она сдвинула брови.

— Не люблю пьяных девушек, знаешь, ли. А кроме того, эта малахольная сука напала на меня в зале, если ты забыла — я не буду ей помогать! — Виктор произнес это с легкой улыбочкой.

Послышались глухие стоны рыжей, которая явно всем телом облокотилась на сопровождающую её девушку.

— Ну ладно, не будем сейчас об этом, — Анжелика нахмурилась и повернулась в сторону незваных гостей: — Вы можете помочь завести её на кухню, девушка?

— Понимаете, это запрещено правилами сервиса, — неуверенно ответила блондинка в униформе, но Анжелика перебила её:

— Я отблагодарю!

— Хорошо, — кивнула девушка, закинула руку рыжей себе на шею и медленно, тяжеловато зашла в квартиру, не давая упасть рыжей и повинуясь указаниям Анжелики, которая шла чуть спереди в сторону кухни и старалась контролировать ситуацию.

Виктор прикрыл входную дверь и смотрел им вслед, любуясь задницей огненно-рыженькой суки — она показалась ему даже более роскошной в некоторых моментах, чем практически идеальная попка Анжелики.

Виктор пошёл следом и смотрел, как зажегся свет, а потом Анжелика и девушка-таксист, или кто она там была, усаживают рыжую подругу на диванчик и подкладывают подушечки ей под голову, а та беспорядочно машет руками и хрипло стонет. Брюнетка после этого сразу же выбежала из кухни, наткнулась на него посреди коридора и произнесла:

— Побудь пока с ней, а я деньги принесу!

— А если она меня атакует?

— Нет, у неё вряд ли остался достаточный уровень энергии, кроме того, ей вообще не до этого, как бы скорую вызывать не пришлось! Отравилась моя лапочка! — быстро и взволнованно произнесла хозяйка квартиры и побежала в комнату.

«Лапочка?! Ебучие лесбиянки! Это ж они явно любовницы и явно Анжелика что-то недоговаривает, мягко говоря. Надо всё выяснять и стараться не влазить в их разборки и страсти, иначе меня же и выставят крайним, это же бабы, при том крайне наглые, истеричные и мажористые», — Виктор зашёл на кухню и рассматривал рыжую, которая полулежала на диване в позе взрыва на макаронной фабрике и что-то тихонько лепетала, закрыв глаза. Она была весьма красива в своей пьяной неприглядности.

— Наверное, лучше бы вызвать скорую, — через несколько секунд нарушила размышления Виктора девушка-блондинка, которая стояла чуть сзади.

— Простите! — Виктор удивленно развернулся к ней. — Почему вы так считаете?

«Хотя вопрос глупый — конечно надо вызвать».

— Наш сервис специализируется на доверительных транспортных услугах аристократам и гражданам с высоким магокоэффициентом, — произнесла эта девушка с улыбкой и рекламным тоном. — Я работаю уже давно и такие ситуации у меня были — эта девушка только на моих глазах, в аэропорту, выпила двести граммов двадцатилетнего «Island Glent Regal» без закуски и без льда!

— И почему же вы её не остановили? — приподнял бровь Виктор.

— На каком основании? — иронично улыбнулась девушка. — Она ещё не была клиенткой сервиса на тот момент, и кроме того, она взрослый человек.

— Я шучу. Как вас зовут?

— Лада, — улыбнулась она.

Виктор рассмотрел её более внимательно — лет двадцати пяти, серые глаза, миловидная золотистая блондинка ростом сто семьдесят или чуть больше, довольно привлекательная в своей стильной сине-серой униформе.

— Очень приятно, я — Виктор, — улыбнулся он. — А что у вас за сервис?

— Премиум-такси «Пирамида», вы разве не слышали?

— Нет, я же не аристократ.

— Я бы так не сказала, — заявила девушка, глядя ему в глаза и потом переведя взгляд на рыжую, которая громко застонала, попытавшись мотать свешенной с дивана правой ногой.

— Что вы хотите сказать? — Виктор почувствовал, как стояк окончательно отступил и ещё более запахнул халатик, поскольку на кухне было приоткрыто окно и ощущалась легкая прохлада.

— Вы в квартире аристократки, вокруг вас — девушки-аристократки, а лично вы — похожи на аристократа. Мне даже кажется, что год назад или немного больше я везла вас и ваших родственников из аэропорта в «Эскрайм», на конференцию, — произнесла девушка довольно нейтральным тоном, чуть нахмурившись.

— Меня? В «Эскрайм» год назад? — поразился Виктор и смотрел на неё широко открытыми глазами.

— Да! — чуть улыбнулась девушка. — Но, возможно, я ошибаюсь — простите и не принимайте близко к сердцу, уважаемый Виктор, — миролюбиво подняла руки эта барышня и опустила глаза.

Только Виктор хотел продолжить расспрос, как в коридоре послышались шаги и вбежала Анжелика, которая сходу протянула девушке три купюры по двести рублей, как успел разглядеть парень.

— Спасибо! — довольно улыбнулась ей девушка и чуть поклонилась. — Я рекомендую вам вызвать скорую, поскольку возможно сильная алкогольная интоксикация, — сказала она Анжелике, показав кистью на рыжую.

— Спасибо вам, но мы разберемся, — нервно произнесла хозяйка квартиры и показала ей рукой на выход.

Блондинка мельком взглянула на Виктора, ещё раз кивнула Анжелике и пошла к выходу.

«Шестьсот рублей — видимо, очень неплохие здесь деньги. Загадочный сервис и блондинка довольно таки загадочная. Почему она хотела отвезти её в милицию, раз это такой комфортабельный сервис? Почему она мне сказала, что я аристократ? Что это может значить — она реально ошиблась, провоцировала или флиртовала?» — Виктор подошёл ближе к дивану и смотрел, как Анжелика пошла её провожать. Вопросы требовали ответов, поскольку он ощущал в глубине души, что помимо воли втягивается очень быстро и безвозвратно в нечто такое, чего стоило бы избежать. — «Может, она ошиблась? Надо бы её как-нибудь выцепить и пообщаться, и потом узнать подробнее, что это была за конференция год назад в „Эскрайме“, что меня, тогда ещё совсем подростка, туда якобы пригласили или привезли. Очень это всё странно, если допустить, что это правда и имеет хоть какой-то фактаж под собой — меня бы явно узнали в „Эскрайме“, если бы это было так», — поставил себе мысленную задачку Виктор.

Анжелика закрыла дверь и вернулась очень быстро — Виктор даже толком не успел разглядеть разнузданно лежащую и стонущую рыжую.

— Арина, очнись! — подошедшая брюнетка села на край дивана и легонько похлопала её по щекам.

«Ещё недавно она сама была в такой же ситуации», — оценил Виктор иронию происходящего и тоже подошёл поближе.

— У тебя есть какие-то таблетки от похмелья или сорбенты? — поинтересовался Виктор через полминуты, глядя, как брюнетка заботливо суетится возле подруги.

— За кого ты меня принимаешь вообще? — Анжелика резко повернула голову к нему.

— В смысле? — Виктор удивленно скривил губы.

— Я тебе кто — алкоголичка какая-то? — нервно и громко спросила она.

— Причём тут это? Ты сама пару часов назад была на её месте, — Виктор показал рукой на диван.

— Нету у меня таких таблеток! — отрезала Анжелика, взглянула на стонущую подругу и снова повернулась к Виктору: — Аптечка у меня вон в том шкафчике, слева от телевизора, видишь? Посмотри там, может и есть что-то — я, знаешь ли, не алкоголичка!

Виктор хотел ответить колкостью, но передумал, пожал плечами и двинулся к небольшому, изящному шкафчику недалеко от телевизора, который очень вписывался в интерьер кухни. Открыв его и порывшись там — а внутри было много разного, довольно интересного бытового хлама — он нашёл аптечку, довольно массивную, достал её и положил на стол. Аптечка представляла собой оранжевый пластмассовый ящик с красным крестом на обеих сторонах. Не без труда её открыв, Виктор начал осматривать содержимое.

— Ну как, нашёл что-нибудь? — раздался через полминуты нетерпеливый голос Анжелики, которая так и продолжала сидеть у кровати и держать рыжую, сисястую подружку за кисти.

— Может, давай вызовем скорую? Та блондинка сказала, что подруга твоя откушала полбутылки вискаря без закуски в аэропорту, — произнёс Виктор, не отрываясь от перебирания содержимого аптечки.

— Так много? — поразилась Анжелика. — А чего это ты разговаривал с той девкой вообще? — это уже было сказано с ощутимыми нотками ревности в голосе.

— А что, не имею права? — Виктор резко поднял голову и взглянул ей в глаза — она не выдержала и отвела взгляд.

«Ещё ревностей нам тут не хватало для вящего счастья. Такое надо в зародыше пресекать, иначе ничего хорошего не будет», — вспомнил Виктор свою первую жену, крайне ревнивую сучку и тоже скорпионшу по зодиаку.

Брюнетка промолчала. Виктор тем временем нашёл активированный уголь, аспирин, ношпу — которая здесь была без дефиса в написании, и подумывал, чтобы такое применить для облегчения состояния рыжей.

— Надо вызвать скорую, она сильно отравилась, ты это вообще понимаешь, Анжелика?

— Нет, нельзя! — ответила брюнетка.

— Почему нельзя? Та девица вообще хотела отвезти её в милицию, если ты забыла! Что это за сервис вообще такой, что клиентов отвозят в милицию?

— Так положено по инструкции самого этого сервиса — если в точке назначения никого нет или отказались принять, то милиция обязана оказать помощь и оплатить услуги сервиса, вычтя их потом с клиента, — неохотно пояснила брюнетка.

«Ничего себе — привилегии у аристократишек. В кредит возят пьяными, да и сервис нормально устроился — самый выгодный бизнес всегда был на господрядах, здесь явно такая же система, если ещё не более явная и узаконенная, чем у нас», — это его позабавило, но совсем не удивило.

— Откуда ты это знаешь — частенько разъезжала пьяненькая таким образом, наверно? — не удержался от сарказма Виктор.

— Иди ты знаешь куда, милый! — обиженно отвернула голову Анжелика и начала гладить по щеке подружку.

Через полминуты Виктор извлек из аптечки уголь и аспирин:

— Давай дадим ей активированный уголь, она проблюётся, ей станет немного лучше, мы дадим ей потом сладкий чай, она проблюётся снова и мы ляжем наконец-то спать, — предложил он. — Или вызываем скорую!

— Ты такой бесчувственный и бескультурный! Как ты можешь так выражаться? Тебе не стыдно так говорить? Арина — очень добрая и хорошая девушка, — неожиданно голос Анжелики сорвался и она расплакалась — к вящему удивлению парня.

«Охеренно добрая, такая как ты, видимо», — вспомнил он дуэльный зал.

— Давай без вот этого, ладно? Нашла время для рыданий! Держи её за голову, будем давать уголь, — Виктор налил воды в стакан, взял таблетки и подошёл к дивану.

«Сколько в ней кило, шестьдесят или больше? Сочная, сисястая и рослая стерва», — раздумывал он, прикидывая количество таблеток на массу тела.

— Не надо, я боюсь! — замотала головой Анжелика.

— Какая ты неженка! — со злостью произнёс Виктор — ему хотелось спать, а вся эта ситуация его дико раздражала. — Или давай скорую вызовем!

— Нельзя!

— Почему?

— Там потребуют страховку, и обязательно впишут этот случай в медкарту, а это скомпрометирует Арину перед родителями!

Виктор засмеялся, и это продолжалось несколько секунд:

— То есть ваш лесбийский роман её не компрометирует, а пьянка — вдруг скомпрометирует?

— Ты что такое говоришь, хам? — вскочила Анжелика, гневно глядя парню в глаза — её грудь колыхалась от глубоких, возмущённых вздохов. — Ты знаешь, что я с тобой сейчас сделаю? — выкрикнула она, готовясь поднять руки перед собой.

Виктор без малейших колебаний сделал к ней шаг и отвесил увесистую пощёчину, от чего девушка упала задницей на диван. В её глазах отразилось удивление, непонимание, и потом она зарыдала.

— Вот так ты со мной, да? Уже руку поднимаешь на любимую девушку? — пролепетала она сквозь слёзы.

«Какая же шикарная манипуляторша», — восхитился парень. — «Но очень нестабильная в поведении, очень импульсивная, эмоциональная. Самоконтроль нулевой. Её ещё дрессировать и дрессировать, тут месяцы работы понадобятся».

— Заканчивай вести себя, как сука — тебе ясно? — произнёс он жёстко.

Она покивала.

— Ещё раз ты подобным образом дёрнешься в мою сторону, угрожая применить магию — берегись, тебе потом не поздоровится, ты меня поняла? Я не посмотрю, что ты дочка президента!

— Да, я поняла и больше не буду, — начала кивать она головой, пытаясь унять слёзы.

— Вот и хорошо. Прекращай плакать, возьми себя в руки — мы должны помочь твоей подруге, у неё алкогольный токсикоз, ты это понимаешь? — спросил он твёрдо.

Анжелика закивала и подняла на него заплаканные глаза:

— Да, ты прав. Ты у меня такой рассудительный! Я ещё больше хочу тебе отдаться.

Виктор не удержался и усмехнулся, покачав головой.

— Об этом потом будем думать, — снова не удержался он от смеха. — Держи её голову.

В итоге весь процесс кормления активированным углем занял минут пять, потом ещё полчаса рыжая стонала, ворочалась и страдала, обливаясь потом, и после этого у неё начались позывы на рвоту — Анжелика всё это время обмахивала её полотенцем.

— Ой, тащи её скорее в туалет, она мне всю кухню сейчас обрыгает, — в ужасе вскрикнула Анжелика, отбегая от дивана.

— Я сам не справлюсь — она тяжелая и здоровая лошадь, — заявил Виктор, прикидывая, что в одних только сиськах и заднице весу больше, чем в какой-нибудь гантеле.

— Как тебе не стыдно так выражаться о благородных девушках? Я поражаюсь твоей невоспитанности! — недовольно ответила Анжелика, не рискуя приблизиться к дивану.

— А я поражаюсь тому, что благородные девушки напиваются до такого непрезентабельного состояния, — парировал Виктор. — Помоги её поднять, иначе не успеем.

Анжелика, поколебавшись мгновение, подошла и начала делать то, что велел ей Виктор. Общими усилиями и с большим трудом они довели, а вернее дотащили почти не стоящую на ногах рыжую до туалета и каким-то чудом пристроили её обнимать унитаз — позолоченный, как отметил Виктор.

«Как у Саддама Хусейна толчок, почти в точности. Красиво жить не запретишь!» — поразился он, вспомнив когда-то виденные кадры хроники из Багдада.

Пока огненно-рыжую подругу они совместными усилиями тащили сюда, Виктор вдоволь успел её облапать — и классные, упругие сиськи размера четвертого как минимум, и упругую, крепкую, накачанную явно систематическими упражнениями попку, и талию, и спортивные бедра — он почувствовал, что на рыжую у него начал конкретно привставать: личико у неё было специфически-симпатичное, с каким-то отрешенным и надменным выражением даже в таком состоянии, ну и волосы весьма растрепались. Запах перегара и остаточного гвоздично-шипрового парфюма тоже немного вскружил ему голову. Анжелика или притворилась, что не видит этого, или ей действительно было не до этого сейчас.

Они вышли из туалета, потом несколько минут слушая, как Арина извергает из себя всё, что можно и нельзя.

— Уфф, вроде нормально получилось, — утерла лоб всё это время взволнованно ходившая по кухне Анжелика и плюхнулась на диван рядом с Виктором, который там сидел, взяв в руки книгу.

— Это только начало, лучше ей не стало и её голова всё так же кружится, — пожал он плечами.

— Поцелуй меня, — Анжелика легонько боднула его лбом в правое плечо и он приобнял её.

Минуты две сидели молча, приобнявшись. Из туалета доносились стоны и недовольные выкрики.

— А что это ты читаешь? — поинтересовалась брюнетка, пальчиками попытавшись разжать его ладонь, которой он придерживал книгу на коленях.

— Книжку из твоей библиотеки.

— А ну дай, — попросила она, и когда он дал её, она произнесла довольно уважительно: — Это очень серьезная книга, настоящий академический труд, у меня никак не доходят руки его почитать, хотя мне это нужно было по учёбе, — вздохнула она, снова прижавшись к нему.

— Давай я тебе вслух почитаю, — предложил Виктор наполовину в шутку, наполовину всерьёз.

— Не надо, мы лучше сделаем вот так, — она отбросила книгу на другой край дивана, обняла его и начала покрывать поцелуями шею и лицо.

Виктор хотел было вырваться, но передумал сразу же — ему очень это понравилось, да и вообще, сама ситуация нравилась, как бы он не хотел убедить себя в обратном. Это продолжалось может минуту, а может и пять — голова у него приятно кружилась от поцелуев и прикосновений Анжелики, которая была сейчас ласковая, как сытая кошка.

— А что это здесь вообще происходит, а? — раздался вдруг со стороны коридора изумлённый, чуть хрипловатый голос с нотками обиды и истерики.

— Птичка? Тебе уже лучше, милая? — Виктор почувствовал, как Анжелика оторвалась от него и увидел, как она вымученно улыбнулась, потом он перевёл взгляд на рыжую — она была мертвенно-бледной и еле стояла на ногах, а её одежда была в потёках — тот самый спортивный костюм с узорами, в котором она была в "Эскрайме".

— Сейчас тебе будет хуже, сучка блудливая! — произнесла она очень вымученно, но с явной угрозой, и начала медленно поднимать руки.

Глава 24

Незваная огненно-рыжая гостья поднимала руки явно не с мирными намерениями. Виктор уже напрягся всем телом, и почти сразу же раздался выкрик Анжелики:

— Не смей этого делать, Арина! — в этот момент она резко отпрянула от Виктора и встала с дивана, сделав предостерегающий жест в сторону рыжей, которая с секунды на секунду могла по ним ударить своей воздушной магией.

Этого мгновения хватило Виктору, чтобы принять решение — он взял одну из подушечек и со всей силы метнул в рыжую, попав ей в лицо — она не удержала равновесие и упала практически навзничь, в коридор, вероятно ударившись попой, локтем или головой — раздался её глухой вскрик.

— Блин, ну что ты творишь? — недовольно повернулась к нему Анжелика.

— Рот закрой и иди лучше усмиряй свою ебанутую подругу, — рявкнул парень, которому совсем не улыбалось получить третий за день магический удар.

— Мог бы и понежнее обходиться с Птичкой, — фыркнула девушка и бегом направилась к упавшей подруге, которая лежала полубоком на выходе из кухни и жалобно стонала.

— Арина, миленькая, ты цела? — Виктор наблюдал, как брюнетка присела и ощупывала её голову. — Ты не ударилась, дорогая?

— Руки от меня убери, шалава неблагодарная, — слабым голосом прохрипела Арина и этот же момент получила пощечину от Анжелики, сразу же начав реветь.

Виктор не удержался от смешка, встал и направился к холодильнику — взять пива.

— Ты как себя ведешь, Арина? Совсем охуела? — услышал он полный недовольства выкрик Анжелики.

Девки ругались минуты две, обвиняя друг друга в холодности и невнимании, и в конце рыжая получила еще одну звонкую пощёчину от хозяйки квартиры.

— Я с ума с ней сойду, — подошла к кухонному столу Анжелика, вытирая ладонью вспотевший лоб.

— Ты думаешь — с тобой легче? — не удержался от подколки Виктор.

— Знаешь что — вот не надо! Я просто флиртовала с тобой, — топнула ногой брюнетка, устало глядя ему в глаза.

Виктор отхлебнул пива и ещё раз оглядел её — она была чудо как хороша и сексуальна в своем черном пеньюаре и с распущенными волосами, чуть заспанная и взволнованная.

— Пошли трахаться, милая! — придумал он сходу план, как отвадить её сегодня от приставаний к нему.

— Что? — зарделась девушка и на миг отвела взгляд. — Блин, я не могу, я ведь должна о подруге позаботиться, — заявила она расстроенным голосом.

— Ну как хочешь, — пожал плечами Виктор, — я больше тогда предлагать не буду!

— Я хочу, хочу! — девушка подошла к нему и взяла его за плечи, умильно глядя в глаза. — Сейчас мы с ней закончим, уложим её и пойдем заниматься любовью, да, милый?

— Нет, раз не хочешь сейчас, то я пошел спать, — парень высвободился из её легких объятий и пошел к дивану — забрать книгу.

— Эй! — в голосе Анжелики была обида. — Так не честно! И вообще — давай мне помогай Птичку в душ нести!

Виктор засмеялся и повернулся к ней:

— Оно мне надо? Я знать её не знаю, а еще она враждебно ко мне настроена, да и просто рыжая дура.

— Не будь таким эгоистом, — брюнетка недовольно смотрела на него, скрестив руки на груди. — Помоги хотя бы привести её в чувство!

— А волшебное слово? — Виктор подмышку переложил книгу и прислонил к уху ладонь, направив этот жест в сторону хозяйки квартиры.

— Какое слово? Заклинание? Я не знаю подходящих, я вообще мало что знаю, — растерянно произнесла она.

«Всё-таки мы с ней вроде как и русские, а культурные различия очень сказываются. Она что, не знает или забыла, что волшебное слово — это пожалуйста?! Его вообще нечасто от неё услышишь», — вздохнул парень.

— Ладно, с этой дурёхой я тебе немного помогу, — Виктор приблизился к лежащей и постанывающей сисястой гостье, пнул её легонько по бедру и пролил ей на лицо немного пива — медленно и тоненькой струйкой.

Раздались её протестующие выкрики вперемешку с матами — она попыталась закрыться руками.

— Ну вот зачем, зачем ты с ней так? — раздался сбоку плаксивый голос Анжелики, которая даже закрыла лицо руками на несколько мгновений.

— Пусть в следующий раз думает, прежде чем нападать на незнакомого человека два раза за один день, да и на тебя тоже! — заявил Виктор, отхлебывая пиво и снова чуть пролив на рыжую — это доставило ему удовольствие.

— Костюм испортишь, козёл! — послышался снизу хриплый, но вялый протест Арины, которая лежала на полу.

— Ты и так его весь обрыгала, алкоголичка рыжая! — Виктор стопой грубо отодвинул её ногу, которая преграждала ему путь, и переступил через её руку, постаравшись не наступить на кисть.

— Ну куда же ты? — взволнованно спросила Анжелика, которая уже подошла к подруге и снова присела над ней.

— Спать, как я и сказал — ты ж не захотела более приятных вещичек, — постарался не засмеяться парень.

— Птичке надо в душ. Ей же плохо, понимаешь?! Ты что, вот так нас здесь бросишь, без мужской помощи? — Анжелика сдвинула брови и удивленно смотрела на парня, встав и уперев кулачки в талию.

— Легко! — Виктор чуть не заржал. — Спокойной ночи — я как гость воспользуюсь твоей кроваткой!

— Эгоист! Не этого я от тебя ожидала! — раздался выкрик Анжелики, когда он уже приближался к прихожей, допивая пиво.

«Надо будет — придет и попросит нормально, а то думает, что нашла себе мальчика на побегушках, ёпт», — Виктор поставил пустую банку на полочку в прихожей и двинулся в комнату, рассчитывая посидеть и почитать книгу — спать ему совсем и не хотелось.

Зайдя в комнату, он подошёл к столу, включил торшер и уселся на стул, постаравшись найти тот момент в книге, на котором он закончил чтение. Это ему удалось:

«Как мы уже выяснили в нашем исследовании, к нашему огромному сожалению — Мировую Войну в Европе строго формально развязала Российская Империя. Из-за проанглийской Сербии последний из Голштейн-Готторпов привёл в действие страшный механизм разрушения, который в конечном итоге мог погубить как всю Россию, так и всю Европу, если бы не решительные и самоотверженные действия высшего российского генералитета: генералов Алексеева, Корнилова, Деникина, адмирала Колчака.

Конечно же, совершенно справедливо и коалиция победителей, и историки возложили вину за развязывание наступательной войны на Второй Рейх и Австрию, которые были агрессивной стороной и только ждали подходящего повода, пребывая на пике своих военных сил и возможностей, однако начав первым мобилизацию и отказавшись ее прекратить, Петербург запустил цепную реакцию разжигания конфликта — Рейх автоматически запускал ответную мобилизацию и вводил в действие предвоенные планы. И всё это произошло из-за ничтожной балканской полусатрапии, которая свой приз по итогам войны получила.

Царисты, как нам известно, в этом случае заявляли и по сей день заявляют, что Российская Империя не дала сгубить независимость гордого славянского государства и защитила братский, православный, храбрый народ. Однако нет нужды напоминать, что на тот момент у России и Сербии не было даже договорных союзнических отношений.

Последовавшая Мировая Война стала актом коллективного самоубийства старой Европы. Впрочем, это с самого начала было понятно: ещё в августе 1914 года, когда пропагандисты захлебывались от восторга по поводу предстоящей пробы сил, и даже такое большевистское чудовище, как Лев Троцкий, писал, что он «сожалеет о происходящем не только как социалист, но и как европеец. Когда дым войны рассеется, — предсказывал он, — Франция окажется на мировой сцене большой Бельгией — и только. Вне зависимости от того, как именно повернутся боевые действия, их конечный итог очевиден — мировая финансово-экономическая диктатура Соединенных Штатов».

Из всех этих сведений вытекает ответ на извечный вопрос, кто же все-таки победил в той мировой войне — победили в ней тогдашние США, которые, к всеобщему несчастью, не избежали последующей структурной трансформации после Обретения Магии, в годы великого Хаоса, и стали ещё сильнее.

В нашей историографии вопрос о том, «кто победил», почему-то искажают очень косвенными и странными смыслами: дескать, победили те, кто принёс больше всего жертв на алтарь победы. Однако это кажется странным, ведь победитель — это не тот, кто — если выражаться не академическими понятиями — более всего пострадал в драке, а именно тот, кто снял всю кассу или сорвал банк, да простит нас читатель. Именно США сорвали кассу после Мировой Войны, и сорвали ещё больший банк в период окончания Хаоса и стабилизации Новой Магической Реальности, точно так, как в войнах наполеоновских победителем вышла Великобритания, а Россия под управлением не самого умного из Голштейн-Готторпов таскала для победителя каштаны из огня, заплатив страшную цену и не получив ровным счётом ничего от формальной победы».

Виктор встал со стула и подошёл к выходу из комнаты — ему послышался какой-то шум и вроде как маты со стороны кухни, еле слышные. Постояв так около минуты, он вернулся, размышляя о прочитанном, из которого ясно следовало, что большевики были и в этой реальности, только вот как сложилось в конечном итоге — это надо читать. Собственно, этим он и занялся:

«Вот мы и подходим непосредственно к вопросу — а была ли готова к войне такого масштаба Российская Империя на тот момент? Ответ на этот вопрос подводит нас как к предпосылкам Великой Февральской Революции, так и последовавшему впоследствии перевороту партии ультралевых радикалов в октябре того же года, что привело к многолетней Гражданской Войне, последствия которой в нашем обществе ощущаются и по сей день.

Всё дело в том, что по факту — это не будет отрицать ни один серьезный академический исследователь того периода, царская администрация умело и эффективно противодействовала росту образованности в русском обществе на протяжении всего XIX века. Причина была не в тупости царского правительства, как могут подумать особо патриотичные читатели, а в прагматичном расчете: если вы правите стадом безграмотных крестьян на колоссальной, логистически плохо связанной территории (ведь доля городского населения не превышала долгое время 7–8 %), то у вас имеется жёсткое сословное общество и ваша естественная опора — дворяне, а образованные простолюдины в больших количествах крайне опасны. Именно такой логикой руководствовались Голштейн-Готторпы, поскольку помнили пример европейских революций и учитывали их трагические последствия для правящих династий.

Кроме того, практически до 60-70-х годов XIX века перед государством младшей ветви Ольденбургов реально не стоял вопрос индустриализации, для которой уже тогда нужны были грамотные рабочие и инженеры, а запоздалое строительство железных дорог велось местной рабочей силой под руководством иностранных инженеров. Страна была и оставалась аграрной, до 90 % ее экспорта составляла продукция сельского хозяйства, 1–2 % населения жили в сверхроскоши, 7-10 % считались не бедными и были военно-бюрократической опорой царского режима, всё остальное население — беспросветное море нищеты.

Если бы царизм ставил себе задачу развития страны, то столыпинские реформы надо было проводить на 30–35 лет раньше, однако царский режим упорно держал в рабстве основную массу русских до 1861 года, а потом ещё 45 лет выкачивал из крестьян выкупные платежи, влияние которых на уровень жизни крестьян очень хорошо и подробно исследовано нашей прогрессивной историографией. Как следствие, с фатальным опозданием началось развитие городов, буржуазии и промышленности, и то во многом благодаря франко-бельгийскому капиталу — нашим традиционным континентальным союзникам. Их инженеры и промышленники открыли Донбасс, вложились в железные дороги и заводы, но уже после 1870 года, когда отставание Российской Империи от первоклассных европейских держав становилось очевидным.

Для понимания общей картины мы приведём статистику: в 1897 году в европейской части Российской Империи только 35 % мужчин и 13 % женщин были грамотными. При Николае Втором ввели некоторые поблажки и началось реальное просвещение населения — впервые за весь монархический период, но уже было поздно — положением на 1917 год только половина детей и подростков в России посещали школы. Нынешние царисты очень радуются и гордятся подобным фактом, однако вкупе с демографическим взрывом это привело к тому, что 1917 год страна встретила так: средний возраст населения около 17–18 лет и около половины — абсолютно неграмотны, не умеют ни читать, ни писать. По сути, белые дикари, которых любая правильная пропаганда могла использовать в своих целях так, как хотела — что и произошло, конечно же. Следует сказать, что из второй половины «грамотных» львиная доля приходилось на тех, кого в нынешнем смысле можно назвать лишь полуграмотными — уровень классов начальной школы.

Теперь посмотрим на Великое Княжество Финляндское: 100 % грамотность, по сути — всеобщее начальное и затем полное средне образование, примерно на уровне Швеции, Германии (во Втором Рейхе всеобщее среднее образование стало обязательным с 1871 года, а в ряде немецких государств — с 30-х годов XIX века). Прибалтийские губернии, Эстляндская и Лифляндская — 95 % грамотных на 1897 год. Обычно об этом сторонники царского режима помалкивают, но среди евреев (составлявших ядро революционеров и партии большевиков) процент грамотности был также 100 %. Тогда как даже в Москве до 50 % населения были безграмотны на 1897 год.

В большинстве русских губерний уровень неграмотности варьировался от 75 до 85 % (Смоленская, Курская, Владимирская) и только в Ярославской или Санкт-Петербургской губерниях уровень неграмотных был сравним с Курляндской губернией — 40 % плюс-минус.

Казалось бы, исключение из правил, но тут важно понимать, что в том же Царстве Польском неграмотность на 1897 год была сосчитана в размере 70–80 %, но именно по русской системе, как и в Курляндии, тогда как поляки поголовно умели читать и писать по-польски. При этом прибалтийские и польские губернии были одним из крупнейших промышленных центров Российской Империи.

Но каким же образом уровень образования соотносится с предпосылками Великой Февральской Революции, которую, как известно, осуществили лучшие из лучших — высокопоставленные военные патриоты, открыв таким образом возможность для класса молодой российской буржуазии развивать страну опережающими темпами?! Абсолютно прямой — то, что было благом в феврале, стало тяжелой гирей, грозящей уничтожить саму Россию, в октябре! Можно было бы сказать, что уровень образования роли не играет, но есть исторический факт: ни в одной стране с высоким уровнем грамотности коммунистам в первой половине XX века и в дальнейшем не удавалось захватить центральную власть…», — увлеченно читавший Виктор хотел перевернуть страницу, но довольно неожиданно для него в комнату вбежала Анжелика:

— Милый, помоги! — выкрикнула она, и парень увидел, что она явно в панике.

— Как-то ты тихо подошла, — машинально отметил он. — Что такое?

— Арина! Мне кажется, что она умирает, — девушка закрыла лицо руками и её плечи начали содрогаться.

— Так давай скорую вызовем, ну что ты как маленькая, — Виктор отложил книгу на стол и встал, подойдя вплотную к брюнетке.

— Теперь этого вообще нельзя делать, будет огромный скандал! — она с плачем уткнулась ему в грудь, и он мимовольно приобнял её, гладя за волосы и ощущая жар её юного, стройного тела.

«Так, что делать? Скорую нельзя, может врача какого-то? Или такси и в больницу, заплатить за молчание?» — начал он перебирать варианты.

— Может, вызвать врача сюда, заплатить ему за молчание? — предложил он через несколько секунд.

— Ну не знаю, у меня таких врачей знакомых нет, — всхлипнула девушка и благодарно посмотрела на него.

— Что с Ариной, где она? Пойдём! — Виктор взял её за руку и повёл в сторону кухни.

— Я затащила её в ванную, а ты меня бросил, — голос брюнетки дрожал.

— Помолчи!

Зашли в ванную — Виктора поразило то, что рыжая лежала явно без сознания, как-то коряво и полубоком.

— Что ты с ней делала?

— Я помогла ей доползти до душа — она захотела вымыть волосы, — дрожащим голосом произнесла Анжелика.

Виктор присел над рыжей и пальцем померял её пульс — он был в пределах шестидесяти ударов в минуту.

— Она заснула — быстро ставь чайник, надо влить в неё чай, потом прохладный душ, а завтра пусть идёт к врачу, — повернулся Виктор к Анжелике, которая стояла рядом и со страхом смотрела на это всё.

— Она жива?

— Да жива, конечно, просто отрубилась. Я же говорил — врача надо было или скорую, не знаю, что вы себе думаете и чего боитесь, — заявил он довольно нервно, потому что ему пришла в голову неприятная мысль, что крайним могут сделать его при таких раскладах.

— Что, что же делать? — голос брюнетки дрожал точно так, как в парке, отметил парень.

— Разденем её и буду трахать, — заявил он.

— За-зачем? А как же я? — поразилась Анжелика.

— Шучу я, бестолочь! Быстро иди чайник ставь, а я пока ей подушку под голову хоть положу, у тебя ума не хватило, — Виктор гневно посмотрел девушке в глаза, и та выбежала на кухню.

«Вот за что мне это всё? День — просто ебануться во всех отношениях, в жизни у меня не было таких идиотских приключений и ситуаций — и всё это менее, чем за сутки!» — с раздражением думал он, прикидывая, как бы получше разместить здесь рыжую, которая лежала на полу ванной в замызганном, но явно ценном костюме и была без сознания. «Ох и сиськи же у неё классные, наверно побольше будут, чем у Анжелики. Даже и не знаю, кого бы я хотел сначала трахнуть — эту суку или ту стерву», — Виктор не удержался и крепко облапал Арину за классную грудь, сразу почувствав шевеление под халатом.

Глава 25

Арину несколько минут приводили в чувство, потом почти насильно пришлось поить её с ложечки более-менее горячим, сладким чаем и следить, чтобы она не обожгла себе всё, что можно и нельзя. После этого Виктор деликатно вышел из ванной, оставив девушек вдвоём — рыжая извергала из себя чай, и сидевший на кухне Виктор слышал, что ей вроде как полегчало после процедуры.

«Ну и цирк! Называется, познакомился с мажоркой, хотел немного пожрать и отдохнуть в благодарность за спасение, а может даже и оттрахать, а в итоге битых два часа вожусь с её подругой-идиоткой, которая траванулась каким-то виски, вероятнее всего — элитным и дорогим, ибо не закусывала», — без настроения сидел на диване Виктор и массировал себе мочки ушей, чтобы не заснуть прямо здесь и сейчас — ему очень хотелось спать.

Наконец, минут через пятнадцать обе барышни вышли из ванной — Анжелика выглядела уставшей, её пеньюар был намочен в нескольких местах, Арина была смертельно бледная, даже несмотря на свой легкий загар, и куталась в махровый халатик, сквозь который угадывались шикарные сиськи.

— Знакомьтесь! — Анжелика церемонно подошла к Виктору и показала рукой на еле стоящую рыжую: — Это Арина!

— Ага, я уже в курсе, — Виктор без настроения взглянул на рыжую, которую бил то ли легкий озноб, то ли она просто попала из теплой ванны в довольно прохладную уже кухню.

— Не так, милый! Ты должен сказать, что тебе очень приятно! — капризно скривила свои прекрасные губки брюнетка.

— А если мне не очень приятно? — полюбопытствовал он, не глядя на девушек, а просто прикрыв глаза и откинувшись на диване.

— Скоро будет приятно, — загадочно произнесла Анжелика. — Это Виктор, мой друг! — брюнетка явно обращалась к Арине.

— Я уже заметила, — послышался её слабый, даже дрожащий голос.

— Прекращай капризничать, подруга! Виктор — теперь наш, ты поняла это? — решительно заявила брюнетка и парень открыл глаза, уставившись на неё снизу-вверх — они обе стояли возле дивана.

— Это как понимать? — спросил он.

— Ну, ты мой жених, а эта рыженькая прелесть по имени Арина — моя близкая подружечка, — хозяйка квартиры произнесла это с томным придыханием, — и вместе мы будем дружить и добиваться поставленных целей.

«Угу, вместо одной стервозной сучки мне пакетом предлагается две — спешите воспользоваться акцией», — вздохнул Виктор, у которого уже не было особого настроения спорить или ругаться — они обе его утомили.

— Во всяком случае, вы друг друга стоите, — пожал он плечами.

— Что это ты хочешь сказать? — чуть хриплым голосом поинтересовалась рыжая, потом не выдержала и села на диван почти вплотную к Виктору, по правую руку — её пошатывало.

Парень с некоторой опаской покосился на неё — во-первых, она была только в одном халатике на голое тело и с мокрыми волосами, во-вторых, от неё можно было ожидать любых магических трюков, судя по прежнему опыту.

— Я хочу сказать правду: вы обе — абсолютно невоспитанные, несдержанные в своих поступках стервы!

Арина явно что-то хотела ответить, но Анжелика сдержала её порыв, вытянув ладонь в её сторону:

— Дамы и господа, давайте оставим в прошлом неприятный опыт первичного знакомства и начнем всё с чистого листа! Что скажете?

Виктор внимательно посмотрел на брюнетку — как-то она слишком рассудительно говорила, ему даже стало немного не по себе.

— Предлагаешь выпить водки? — усмехнулся парень.

— О-а-ах, — раздался сбоку стон. — Мы не подружимся, если ты будешь так шутить.

— Малая, а зачем ты так напилась? — Анжелика тоже подошла к дивану и плюхнулась правее Арины, сразу её приобняв за плечи.

— Я подумала, что ты меня больше не любишь и решила лететь домой, но потом засиделась в кафе и решила не лететь, — тихим голосом пояснила она.

— Я тебе говорила, что мне нужен муж, и этот момент настанет! — твердо заявила Анжелика.

От тела Арины исходило приятное тепло, и запах шампуня от её рыжих волос — такой же, как от волос брюнетки. Виктор ещё минуты три слушал с закрытыми глазами, как девушки вяло спорили об этих своих странных взаимоотношениях, и если судить по их репликам — и вроде как отношения эти были платонические, а не сексуальные.

— Арина, тебе уже лучше? Голова не кружится? — повернулся парень к рыжей, которая уже с трудом разговаривала с Анжеликой, явно закусившей удила в споре.

— Уже не так плохо, но чувствую себя как после обычной пьянки, в общем — жить буду, — ответила она, повернувшись к парню и взглянув ему в глаза.

«Какая деваха всё-таки шикарная, даже в таком состоянии нестояния», — красота её серо-зеленых глаз сразу же взбодрила его.

— И часто ты так, эм, расслабляешься?

— Я не алкоголичка, если ты на это намекаешь, — сдвинула брови огненно-рыжая девица.

— Откуда мне знать, — улыбнулся парень, глядя ей в глаза, в которых начинал закипать гнев.

— Прекращайте ссориться! — послышалась властная реплика Анжелики. — Арина, ты ничего не хочешь сказать?

Рыжая сразу же отвела взгляд от глаз Виктора, на несколько секунд повернулась к брюнетке, потом обратно к парню:

— Слушай, Виктор! Извини меня за случай в зале, — произнесла она явно с трудом, выдавливая из себя слова, — а ещё спасибо тебе, что помог мне сейчас, — она говорила это очень неохотно и опустила голову в конце.

— Принято, — ответил Виктор, не желая сейчас обострять всю эту бесконечную ругань — он понимал, что говорит она неискренне.

Несколько секунд все сидели молча, потом Анжелика приобняла подругу и чмокнула её в щечку — явно от избытка чувств.

— Дамы, мы будем праздновать наше знакомство или всё-таки отправимся спать? — полюбопытствовал парень после десятка секунд подружечьих обнимашек.

— Будем праздновать, — мотнула головой Анжелика. — Милый, сделай нам ещё чаю с бутербродиками.

Виктор чуть приподнялся:

— А ты ничего не путаешь? Кто у нас хозяйка квартиры? Кто должен обслуживать гостей и будущего мужа? — он смотрел на неё.

— Он у меня инопланетянин, вообще не знает правил этикета и путает элементарные вещи, — довольно натянуто улыбнулась Анжелика, поскольку рыжая смотрела на неё.

— Я это тебе сразу сказала, — послышалась тихая реплика рыжей.

— Быстро встала и сделала чай! — властно произнёс парень, которому окончательно надоели все эти ужимки, недоговорки и женские игрища.

«Сука такая, она опять взялась за свои манипуляции — то ей не так, это ей не подходит. Я тебе научу правилам этикета — я буду составлять и внедрять свой этикет, который должен быть в нормальном обществе, а не эти ваши феминистические заморочки вкупе с ебаной магией», — Виктор откинулся на диван, сдерживая гнев, поскольку ясно начинал понимать, что положение мужчин в этом мире довольно таки неравноправное — предчувствие просто вопило об этом.

— Ой, ну чего ты такой грубый? — довольно быстро вскочила Анжелика и бодренько пошла к плите.

— И бутерброды делай, с красной рыбкой, — вдогонку велел ей парень.

Минуту сидели молча — хоязйка квартиры суетилась возле стола и холодильника.

— Как это тебе удалось, мальчик? Насколько я знаю Анжелику, за подобное обращение она может заморозить любого, не говоря уже о таком простолюдине, как ты, — послышался вдруг чуть хриплый голос сидевшей рядом Арины — она буквально прошептала это ему на ухо.

— А тебе что-то не нравится, подруга? — таким же шепотом ответил Виктор.

— Мне очень многое не нравится, и прежде всего — твоё поведение, ты меня понимаешь?

— Ты мне не угрожай, девочка…

— А то что? — прошипела шепотом рыжая. — Ты вообще представляешь, кто я такая?

— Какая-то обалдевшая от власти и богатства мажорка? — Виктор повернул к ней голову и они смотрели друг другу в глаза.

— А ты типичный плебей — невоспитанный и бескультурный, — скривилась рыжая.

— Милый, сколько тебе сахара? — послышался громкий вопрос Анжелики.

— Три ложечки, — на секунду повернулся к ней парень и потом обратно к рыжей: — А ты себя кем считаешь, родовой аристократией? Ты просто родилась с серебряной ложкой во рту, только и всего. Твоей заслуги в этом нет!

— Я тебя предупреждаю — если ты будешь обижать мою лапулечку, я тебе устрою такие неприятности, что служба в железнодорожной бригаде где-нибудь в Норильске покажется тебе курортом!

«Вот значит как — открытые угрозы пошли. Ну хорошо, я это приму к сведению!» — Виктора накрывал гнев и неприязнь к этой избалованной рыжей суке.

— Ты мне не угрожай, стерва. Я ведь действительно могу жениться на Анжелике, понимаешь? И тогда ваши с ней шашни закончатся!

— Только попробуй, — прошипела Арина и довольно резво вскочила с дивана.

— Всё хорошо, зая? — повернулась к ней Анжелика.

— Он ко мне пристаёт, — неожиданно для Виктора показала рыжая на него пальцем, скорчив обиженное выражение лица.

— Что? — вскрикнула Анжелика, чуть не выронив заварник себе на ноги.

— Трахнуть меня хочет, кобель беспринципный! — капризно заявила рыжая, драматически опустив голову.

Виктор смотрел, как Анжелика уже почти срывается к нему, поэтому поднял руку и произнёс:

— Не верь ей, она же ебанашка! Трахнуть я хочу тебя, милая, а эта рыжая — она даже не в моём вкусе! Ты гораздо красивее её и лучше во всех отношениях!

До предела напряженная Анжелика, с тревогой глядевшая на него, явно чуть расслабилась, зато послышался уязвлённый выкрик рыжей:

— Что ты сказал, несчастный плебей? Не в твоём вкусе? — произнесла она хрипло, со слезливыми нотками в голосе, подошла и ударила его голой стопой по ноге.

— Полегче, дамочка! — Виктор отмахнулся ногой, попав рыжей по коленке.

— Что ты сейчас сказал, урод?! — закричала рыжая, в её глазах появились признаки грядущей истерики.

— Я сказал правду — Анжелика красивее тебя и лучше во всех отношениях! — твердо заявил Виктор, глядя ей в глаза.

Рыжая явно хотела броситься на парня, но вовремя подбежавшая хозяйка квартиры обхватила её за плечи — и рыжая громко разрыдалась:

— Ты слышала, что он говорит? Что я толстая уродина, — уткнулась она в грудь брюнетки, которая гладила её по голове и недовольно смотрела на Виктора.

«Я такое говорил? Или у кого-то со слухом плохо, или кто-то явно пиздит, как дышит, или слышит то, что хочет слышать — потому что именно такой себя и считает», — Виктор уже понял, что рыжая является серьезным препятствием к его семейному счастью с дочуркой президента, если допустить, что оно ему вообще надо — а он был в этом совсем не уверен, мягко говоря.

— Вообще-то я такого не говорил — ты сама всё слышала, Анжелика, — холодно сказал парень через полминуты рыданий рыжей.

— Милый, Арина — очень нежная и ранимая, — произнесла брюнетка, поглаживая всхлипывающую подругу.

«Кто кого разводит — они меня или они — друг друга? Ранимая и нежная, епт. Я ебал такую ранимость — я как-то иначе себе это представлял», — парень с удивлением смотрел на них обеих, раздумывая, что здесь явно какое-то иное определение женской ранимости.

— Я не говорил, что она толстая уродина. Просто ты красивее её, вот и всё, — при этих словах плач рыжей усилился. — Я Арину толстой уродиной не считаю — она девушка довольно красивая, но ты — лучше!

«Может, они такие истерички и стервы из-за магии? Надо бы проверить эту гипотезу, иначе такой характер не объяснить даже избалованностью и аристократичностью — всё-таки мажорки должны быть более холодные, воспитанные и расчётливые», — раздумывал Виктор, понимая, что сейчас ему нельзя оставлять их наедине, иначе рыжая наплетёт что угодно. — «Или это сейчас такая манипуляция и расчёт — для меня, глупого плебея, который поведётся на это всё?» — Виктор встал и подошёл к столу, на котором был заварник и чашки.

— Зачем ты обижаешь Арину, милый? — через некоторое время миролюбиво поинтересовалась брюнетка, когда он уже разлил чай в три чашки из темно-синего фарфора и на таких же блюдцах — изысканные серебристые завиточки были чем-то похожими на узоры со спортивных костюмов обеих девушек.

— Если ты это не прекратишь, я и тебя обижу и вообще не захочу с тобой впредь общаться — тебе понятно?

— Ну вот почему ты такой бесчувственный? — брюнетка тем временем усадила рыжую на диван и подошла к нему, забрав чай для себя и подруги — её лицо было хмурым и заспанным.

— Вы просто не видите со стороны, как себя ведёте — я нормально к тебе отношусь, Анжелика, — через силу улыбнулся парень.

— А к Арине?

— Что мне твоя Арина? Сегодня она тут, а завтра — в Сочи, верно?

— Нет, неверно — мы будем жить втроём после свадьбы, я этого не исключаю, — заявила Анжелика уже возле дивана.

— Или он, или я, — сквозь слёзы произнесла Арина, дрожащей рукой стараясь удержать блюдце и чашку с чаем.

— Или она, или я, — пожал плечами Виктор, решив поддержать накал всего этого цирка.

— Обо мне вы не думаете вообще, разбиваете мне сердце, — печально произнесла хозяйка квартиры, усевшись рядом с рыжей и тоже отпивая чай.

— Я только о тебе и думаю, ты мой свет, — дернулась рыжая приобнять Анжелику, но не удержала чашку и остатки чая пролились брюнетке на бёдра, чуть прикрытые пеньюаром.

— А-а-айй! Бо-о-ольно! — послышался крик Анжелики, которая с трудом, а скорее даже чудом, удержала свой чай — почти полный, кое-как встала, поставила свою чашку на стол и побежала в ванную. Пустая чашка так и осталась на диване.

«Наверное, ещё горячий», — покачал головой Виктор, даже не зная, плакать тут или смеяться.

— А ты умеешь доказать любовь, Ариночка, — не удержался он от реплики.

— Да пошёл ты! — она отвернула голову.

— Тебя и правда надо трахнуть, ты такая стервозная без секса, наверно?

— Слышишь, закрой свой поганый рот, понял? Иначе я тебе его закрою! — с угрозой произнесла рыжая. — Я ещё девственница!

— Если ты будешь такой сукой, я не посмотрю на твоё происхождение и исправлю этот недостаток, поняла, сучка? — Виктора начал забавлять этот диалог.

— Недостаток? Что ты хочешь сказать? — спеси в голосе рыжей сразу поубавилось.

— То и хочу — нормально себя веди, а не как плохо воспитанная аристократка без чувства такта.

— Ты меня назвал толстой уродиной, козёл! Никогда тебе этого не прощу! — заявила Арина, гневно глядя парню в глаза.

Виктор секунд десять смотрел на неё с удивлением, пытаясь прочесть в её глазах намек на иронию или шутку — но она явно говорила на полном серьёзе. После этого он поставил чашку на стол, быстрым шагом подошёл к рыжей и с размаху отвесил ей пощечину. Девушка дернулась всем телом, не ожидая такого поступка от него, и сразу же вжалась в диван, закрыв лицо руками:

— Не бей, мне же больно! — захныкала она.

Разозленный Виктор схватил её за кисть, отвел руку и дал ещё одну пощечину.

— Ну как, ты пришла в себя? Вспомнила? — прошипел он.

— Да, да, прости! Это всё алкоголь, я всё вспомнила, — закивала она головой.

— Я не считаю тебя ни толстой, ни уродиной — запомни раз и навсегда, — твердо произнёс он, и она охотно кивала головой, испуганно глядя на него снизу-вверх.

— Я, я так сказала для Анжелики, — опустила она голову.

Виктор присел рядом с ней, отодвинув пустую чашку — как раз на то место, где пострадала Анжелика.

— Зачем? — он не отпускал кисть рыжей, которая на поверку оказалась не такой храброй, как на словах.

— Я не хочу, чтобы ты её отбил у меня!

Виктор отбросил её напряженную руку, и его ладонь непроизвольно опустилась ей на грудь — он несколько секунд держал так руку, ощущая всю прелесть упругой, горячей сисечки четвертого размера.

— Руки убери! — недовольно сказала Арина, но попытки отбросить его ладонь не сделала.

— Рот закрой и больше никогда не лги подобным образом — ты меня поняла?

— А то что?

— А то ничего хорошего, просто запомни это. Я не настроен с тобой враждовать, Арина! — Виктор постарался это сказать как можно более дружелюбно — получилось не очень.

— Тогда ты должен это доказать, — она посмотрела ему в глаза.

— Не наглей, дорогуша — я вообще тебе ничего не должен. Я сейчас вызову скорую, и пусть тебя забирают и лечат от алкогольного помрачения, — заявил Виктор, глядя в её заплаканные глаза и только сейчас убрав руку с груди.

— Нет, нет! — выкрикнула Арина, в её глазах появился испуг. — Ты этого не сделаешь!

— Иди проверь, как Анжелика — ты её обожгла, — произнёс парень через несколько секунд, когда она отвела взгляд.

— Я не специально, — помотала головой девушка, с трудом поднялась и пошла в сторону ванны.

«Попец какой классный у неё», — Виктор тоже поднялся и прошёл к столу — допить чуть остывший чай.

В ванной послышались крики и шорох, и парня это совершенно не удивило — он двинулся туда с намерением посмотреть, что стряслось в этот раз.

«Наверно, спать мне сегодня не придётся — это будет та ещё задачка наедине с двумя этими змеями в человеческой личине. Хотя Анжелика более вменяемая по сравнению с подружаней», — Виктор открыл дверь в ванную и сразу же остановился, поражённый зрелищем.

Анжелика стояла абсолютно голая возле умывальника, полубоком к выходу — и у Виктора чуть не отпала челюсть от её фигуры — она была изумительной в своей сложенности и красоте — чистая сексуальность и грация, плюс легкий загар на коже, и сама кожа на всём теле — нежная и с ровным, легким оливковым оттенком. Образ дополняли шикарные черные волосы, ниспадающие на плечи и ниже. Перед ней на коленях стояла Арина — с расстегнутым халатом, сквозь который было прекрасно видно шикарную грудь, спортивный животик и отличные бёдра, а её ладони были на бёдрах Анжелики.

— Ээм, девушки, а что это у вас здесь происходит? — Виктор медленно произнёс вопрос, сделав тяжелый вдох после этого.

Анжелика повернулась к нему — в её глазах было смущение, испуг и страсть.

Глава 26

Девушки с испугом и смущением смотрели на Виктора, который от переживаемых эмоций облокотился на дверной косяк — ноги слегка подкашивались от зрелища.

— Тебя учили стучаться? — пролепетала Арина.

— Ты почему стоишь перед голой Анжеликой на коленях? Она — моя невеста! — заявил не без умысла Виктор и увидел, как брюнетка одновременно расплывается в улыбке и краснеет.

— Ээм… Я хотела посмотреть, что у неё с ожогом, — неуверенно ответила рыжая, которая сейчас была почти пунцовая — явно от стыда.

— Руки от неё убери, — сказал Виктор и подошёл к ним вплотную — Арина тут же убрала руки с бёдер брюнетки.

— Ты почему голая? — обратился он к ней.

— Я… Я смывала чай, было больно, — залепетала хозяйка квартиры, отводя взгляд.

Виктор несколько секунд смотрел на них обеих — обе ощутимо покраснели и отводили взгляд. Пеньюар и нижнее бельё Анжелики лежали метрах в трех, под вешалками, узорчатый костюм Арины — там же, рядом.

— Мне всё ясно! — заявил он. — Вот эта бесстыдница хотела тебя соблазнить, — показал он пальцем на стоящую на коленях Арину, глядя в глаза Анжелике.

— Ты что себе позволяешь… — начала рыжая, но парень дал ей легкую пощечину, она вскрикнула и замолчала.

— Придётся тебя наказать, Анжелика! — Виктор обхватил обнаженную девушку за талию и поцеловал — тягуче, страстно и взасос, одновременно облапывая ладонью шикарную попочку.

— Ух ты, я хочу целую ночь такого наказания, — прошептала брюнетка, с восторгом глядя ему в глаза.

— Наказание будет другое, — он посмотрел ей в глаза, потом перевёл взгляд на встревоженную рыжую: — Вот эта отработает ротиком!

— Что ты сказал, плебей? — взгвизнула она и попыталась встать, но Виктор не дал.

— Арина, делай так, как он говорит, — сглотнула Анжелика, переводя взгляд с Виктора на Арину.

— Вы не посмеете! Я аристократка, и не буду это делать с каким-то плебеем, которого ты подобрала на улице, — замотала головой Арина, чуть не плача. — За кого ты меня принимаешь, Икорка?

— Замолчи, дрянь — ты и так сегодня выпила с нас литры крови, — заявил Виктор, расстегивая халат — у него уже был просто каменный стояк от всего этого.

«Хватит себя сдерживать, будь что будет. Трахать я их не буду пока что, но орально пускай хотя бы одна из них отработает, иначе я тут рехнусь», — решил он, расстегнув халат и став вплотную перед Ариной, которой отворачивала голову.

Анжелика тоже мягко высвободилась из объятий Виктора и опустилась на колени, что-то шепча подруге на ухо — Арина чуть ли не рыдала.

— Давай подключай свой блудливый рот, рыжая — посмотрим, какая ты в деле, а не в пиздеже, — Виктор придвинулся к ней вплотную, взял её за волосы и Арина была вынуждена приоткрыть ротик, в который Виктор с огромным удовольствием погрузил свой поршень.

— Не бойся, маленькая, ты ведь хочешь быть с нами, да? — гладила её по волосам и по спине Анжелика.

Виктор через несколько секунд положил руки на голову Арине, нежно обхватив её голову и задавая темп — ей ротик оказался очень жарким и довольно таки небольшим — судя по всему, это был её первый опыт минета, потому что она вообще не умела ничего делать и просто пассивно сидела, отдавшись движениям парня и стараясь не зацепить его зубами.

— Какая хорошая, красивая и милая рыженькая, такой жаркий ротик, — с удовольствием произнёс Виктор через пару минут довольно неспешных движений — его просто распирало от удовольствия и от самой ситуации.

— Ах, ничего себе штучка, — через несколько секунд выдохнула Арина, освободив свой ротик и чуть отвернув голову — она пыталась отдышаться.

— Тебе нравится? — томно спросила голая Анжелика, с любопытством глядя то на неё, то на член.

— Сама попробуй — и узнаешь, — пролепетала сисястая рыжая, тяжело дыша — она была красная от смущения, и облизывала свои красивые губки.

— Я не умею, никогда не делала такого, — брюнетка неуверенно смотрела на Виктора снизу-вверх, в её прекрасных глазах была страсть и дикое смущение.

— Давай, милая, просто будь нежной и делай так, как тебе нравится, ну и зубки контролируй! Ты у меня такая красавица, у меня на тебя стоит, как ты видишь, — улыбнулся ей Виктор, у которого от вида её фигурки и сисечек перехватывало дыхание.

— Ну ладно, если ты так говоришь, — Анжелика несколько секунд посомневалась, потом придвинулась поближе и сначала лизнула раздувшуюся, багровую головку, потом провела язычком по всей длине ствола — нежно и медленно.

— Я тоже хочу, — Арина через пару секунд сделал тоже самое, и Виктор начал понимать, что долго он так не продержится, несмотря на выпитое пиво.

— Можете лизать кончиком языка чуть ниже и вокруг, но только без пальцев, — Виктору нравились такие ласки без рук, он всех своих подруг приучал делать именно так. — Руки за спину уберите, обе!

Девушки так и сделали. Стоя на коленях, они начали играть с членом кончиками своих языков, которые часто пересекались друг с другом — в один такой момент девушки начали целоваться взасос.

— Эй, не отвлекаемся и продолжаем! Анжелика, возьми теперь ты — поглубже, — притянул голову брюнетки Виктор, и она послушно открыла ротик. — Давай, милая, у тебя такой сладкий ротик, — простонал через несколько секунд парень, который чувствовал, что оргазм его вот-вот накроет.

Арина положила ему руку на ягодицу и начала кончиком языка водить в районе паха и яичек, периодически облизывая щёку Анжелики, которая очень увлечённо сосала, явно пребывая в своеобразном экстазе — она обеими руками схватилась за ягодицы Виктора и начала насаживать свой ротик на его член так глубоко, как могла. Это продолжалось минуты полторы — Виктор с хриплым рыком начал спускать ей в ротик, практически в горло, и она принимала.

— Вот это да, — прошептал он секунд через двадцать, когда Анжелика отстранилась от него и чуть отвернула голову — она была пунцовая.

— Капец, что мы наделали! — потрясённо произнесла Арина.

— Мне понравилась — вы просто охуенные малышки! — заявил Виктор, пожимая плечами и застегивая халат.

— Теперь ты обязан на мне жениться, — подала голос Анжелика, которая не смела поднять глаза и так и стояла на коленях голая, облизывая губки.

— Милая, давай не будем забегать! Я хочу принять душ, не возражаете? — Виктор обеими руками потрепал девчонок за волосы — Анжелика сидела спокойно, Арина попыталась отстраниться.

— Я это сделаю с тобой! — сказала она.

— Вот чего ты перед ним пресмыкаешься? — нахмурилась рыжая, вставая с колен и застегивая халат.

— Он классный и нравится мне! — ответила брюнетка.

— Да ну тебя! Лучше бы своим языком меня ласкала, дура озабоченная, — фыркнула огненно-рыжая девица и пошатываясь, вышла из ванны, демонстративно хлопнув дверью.

— Ну и характер у неё. Ты гораздо лучше, хотя и бываешь очень невыносимой, — произнёс парень через несколько секунд, подавая руки Анжелике и помогая ей подняться.

— Невыносимой? — капризно произнесла девушка, обессилено падая в объятия Виктора.

— Ну да. Хотя мы с тобой знакомы меньше суток — может, ты и не такая капризная, как мне кажется, — прошептал он ей на ухо, крепко прижимая к себе.

— Я буду такой, какой ты пожелаешь, только люби меня!

— Ты мне нравишься, правда! Но всё зависит только от тебя — я не буду терпеть твои манипуляции и истерики, запомни это, — прошептал он ей, поглаживая спину.

Красавица-брюнетка тяжело дышала, отдаваясь его тактильным ласкам, и положила голову ему на плечо.

— Я постараюсь, но не обещаю, — произнесла она.

— Ну посмотрим, — он крепко сжал её шикарную, упругую попку — она аж вскрикнула. — Давай примем душ!

— Давай, — Анжелика легонько его поцеловала, буквально на мгновенье. От неё исходил запах страсти.

— Я пока зубы почищу, — произнесла девушка, подойдя к умывальнику.

Виктор сбросил с себя халат и зашёл в ванную, включил душ, настроил напор и температуру, принявшись поливать себя. Анжелика была уже обнаженная и поэтому просто последовала за ним через пару минут, закончив свои процедуры.

— Блин, эта дурочка на меня чай перелила, представляешь? — произнесла брюнетка через минуту, повернувшись к нему попкой — парень не удержался и дотронулся до неё кончиками пальцев, а потом и всей ладонью.

— Я видел — наверное, горячий?

— Не кипяток, но неприятно — пеньюар спас от ожога, — Анжелика помолчала, наслаждаясь струями теплой воды, которые Виктор направлял на неё.

— Странные у вас отношения. Это неправильно, когда девушки вот так — с девушками, — Виктор постарался выразить свою мысль максимально деликатно.

— Чувствам не прикажешь, а страна у нас свободная и мужчин хороших мало, — вздохнула Анжелика и повернулась к нему. — Давай я тебе спинку намылю?

— Давай! — согласился Виктор.

Парень повернулся к ней спиной и брюнетка начала очень нежно и медленно намыливать ему спину, очень часто касаясь грудью его тела и даже периодически прижимаясь — Виктор почувствовал, что к него скоро опять встанет на полную мощь.

— Давай теперь я тебя намылю, — повернулся он к ней. Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза.

— Хорошо, только будь нежным — у меня очень чувствительная кожа, — Анжелика вручила ему губку, которая была щедро намылена жасминовым мылом.

Виктор приобнял её за талию и другой рукой начал медленно и даже нежно намыливать её грудь, постепенно переходя на бока, талию и спину. Девушка расслабилась и даже чуть закрыла глаза, отдаваясь ощущениям.

— Я тебя хочу, хочу эту большую и горячую штучку, — прошептала она вскоре.

— Это будет не сегодня, крошка — и мы должны быть наедине, без всяких рыжих сучек, — нежно прохрипел он в ответ.

— Она хорошая, поверь мне!

— Не верю — ты явно не разбираешься в людях! — такой разговорчик у них продолжался ещё минут пять, пока они мылились и Виктор поливал из душа и её, и себя.

В дверь постучали и не спрашивая разрешения, вошла Арина — на её лице было смущение и недовольство.

— Ну и долго вы тут будете зависать, голубки?

— А что? — спросила Анжелика, изящно повернув к ней голову.

— Я тоже хочу принять ванну — давайте выметайтесь!

— А ну дай-ка на секунду, — Анжелика вырвала душ из рук Виктора и направила его на Арину, которая этого не ожидала и с недовольным криком выбежала из ванны.

— Будет знать, — засмеялась брюнетка, и Виктор обнял её за талию, прижал к себе, и наслаждаясь касаниями её упругих, классных сисечек, поцеловал.

Целовались долго и страстно, но парень взял себя в руки, хлопнул её по попке и вылез из ванной, подавая ей руку.

— Пусть она купается, а мы пойдём спать — завтра у меня много дел, а ещё надо решить вопросы с бета-тестом, — говорил Виктор, закутавшись в халат и вытирая полотенцем спину красотки, которая очень вежливо попросила его об этом.

— Каких это дел? — полюбопытствовала она.

— Мне надо с экзаменами решить вопрос, загранпаспорт, родители, — довольно осторожно произнёс Виктор, стараясь не сболтнуть лишнего.

— Это всё мелочи, за день управишься, а потом мы сможем ехать в городской Дворец Бракосочетания, — заявила она.

Виктор чуть не закашлялся — он никак не мог привыкнуть к манере Анжелики всё выводить к свадьбе.

— Давай не будем торопиться. Помнишь, я тебе говорил сегодня, что любовь не бывает через силу? Ты мне и так нравишься, но давай придержим коней? — постарался он быть максимально деликатным.

— Ну ладно, я подумаю, — девушка довольно надула губки и весело смотрела на него. — Кстати говоря — а зачем тебе этот бета-тест теперь?

— То есть как это? — Виктор отошёл на полшага и удивлённо смотрел на обнаженную брюнетку, которая улыбалась, смотрела на него и понемногу вытиралась.

— Мне уже не нужен — я тебя сегодня нашла и очень довольна. А тебе зачем?

— Денег заработать, контракт, перспективу — это же сам Ли Хуанг, Анжелика! Понимаешь? Икона игровой индустрии! — хотел пуститься в подробные объяснения парень, но сдержался — бархатная кожа и сисечки Анжелики не располагали к интеллектуальным дискуссиям.

— Никакая икона всяких там игр не сравниться со мной, дочкой президента, — заявила она, мило улыбаясь и опустив голову чуть набок — её волосы были мокрые и не такие пышные, как обычно.

Виктор не нашёлся, что ответить, глядя в её веселые и довольные глаза. Он подошёл, обнял её за талию и поцеловал взасос.

— Мм, ты такой нежный, как же я довольна, что мы сегодня познакомились, — по её телу прошла легкая дрожь.

— Пойдём спать, глаза слипаются, — ответил Виктор, тоже улыбаясь — сейчас она была очень хороша и успокаивала его, а ещё — очень возбуждала, в сердце ощущался огонь.

«Тут ещё вопрос — кто в кого влюбится раньше. Надо держать себя в руках, иначе эта страсть может меня поглотить и сделать абсолютно уязвимым и зависимым», — думал он, пока надевал на неё халат и они выходили из ванны, держась за руки. — «От любви до ненависти — один шаг, а наоборот — точно такие же дела, сегодня я убедился в этом на себе».

— А где Арина? — немного встревожилась Анжелика, когда они вошли на кухню и не увидели рыжую.

— Наверно, вызвала такси и уехала в аэропорт, — предположил Виктор, засмеявшись.

— Не смешно! Она обиделась, наверно, и ушла в комнату — пойдём скорее, — девушка взяла его за руку и потянула за собой, хотя Виктор хотел взять минералки из холодильника.

— Подожди, я пить хочу! — запротестовал он.

— Милый, давай потом, я переживаю, — ответила Анжелика, увлекая его за собойц в коридор.

Они ворвались в комнату и застали Арину за столом — она сидела передвключенным компьютером и явно что-то искала в интернете.

— Эй, алё! А кто тебе разрешил включать комп? — недовольно спросила хозяйка квартиры, подходя к ней.

— Я в твоих разрешениях не нуждаюсь, уяснила? Захотела — и включила, мне надо было кое-что посмотреть! — дерзко ответила рыжая.

— Ты охерела, Дроздовская? Откуда ты пароль знаешь? — спросила пораженная Анжелика, растерянно взглянув на Виктора, который стоял чуть сзади.

— Ты что, совсем ошалела от своих глупых страстей? Ты мне его ещё год назад сказала, когда мы праздновали День Обретения Магии, — удивленно посмотрела на неё Арина.

«Получается, они как минимум год встречаются, если это можно так назвать, конечно. Анжелика действительно страдает провалами в памяти, судя по всему, и дело тут не только в магии», — сделал малоприятный вывод Виктор.

— Ты не имела права вот так вот включать и заходить под моим паролем!

— Что? — Арина встала и подошла на шаг к ней, глядя в глаза. — Ты мне указывать вздумала, любительница мальчиков?

Анжелика несколько секунд молча смотрела на неё, потом отвесила пощечину — довольно быстро и резко. Арина вскрикнула, но в ответ дала и ей пощёчину.

«Опять пахнет жареным, а если они сейчас будут друг друга мочить магией, не поздоровится и мне», — сделал он мгновенный вывод.

— А ну успокоились! Тихо, девицы, — рявкнул он громко и злобно, и обе девушки вздрогнули.

— Ты на меня не ори… — через несколько секунд начала говорить рыжая, но Виктор перебил её:

— А ну заткнулась, сучка! Тебе ясно сказали — компьютер нельзя трогать, ты поняла? — решил он играть на стороне Анжелики.

— Он меня оскорбляет, — показала пальцем на Виктора Арина, глядя на Анжелику.

— Я так не считаю, — заявила она. — Зачем ты полезла в мой комп?

— Я хочу включить твой торсометр, замерить наш текущий магокоэффицент и замерить уровень этого плебея — чтобы ты поняла, что он тебе не пара! — плаксиво заявила рыжая, обиженно отвернув голову.

— Хм, почему бы и нет? — пожала плечами Анжелика. — Нам как раз скоро жениться!

Глава 27

Виктор стоял чуть сзади и прекрасно видел, что девушки смотрят друг на друга напряженно — как будто сейчас начнётся вырывание волос и царапанье лиц, как у диких рысей, которые не поделили территорию.

«На бета-тест я попасть однозначно должен, в этом астральном треугольнике другой Виктор мне так и сказал — всё это перемещение как-то связано с этой игрой, или с фирмой. Поэтому пусть Анжелика делает, что хочет, а я обязательно поеду туда», — думал тем временем Виктор, вспоминая реплику брюнетки в ванной.

Девушки ещё немного поругались, но напряжение всё-таки не переросло в рукоприкладство, и Анжелика, недовольно глядя на подругу, подошла к компьютеру.

— Зачем было лезть? Ты такая наглая бываешь, Птичка! — надула она губки, присев за стул и начав что-то делать в меню.

— Кто бы говорил, а ты бы помолчала! — заявила Арина, пристально посмотрела Виктору в глаза и отошла присесть на кровать.

Виктор проводил её взглядом — очертания попки угадывались под халатиком, а воспоминания от её ротика были самыми приятными, и подошёл поближе к Анжелике. Судя по всему — она зашла в какое-то меню и вводила пароль авторизации. Виктор положил руку ей на плечо:

— А что это ты делаешь?

— Ой! — она немного вздрогнула от прикосновения. — Пытаюсь запустить мой персональный торсометр, он напрямую подключен к республиканскому гражданско-магическому реестр-контуру, и через него можно замерить магокоэффициент, не приходя непосредственно в госмагреестр или госреспизбирком.

«Что бы это всё могло значить? Тут магию измеряют и это влияет на гражданское состояние, если я правильно понимаю?! Как-то всё сложно — очень многое придётся изучать и вникать в детали, если я хочу иметь дело с такими девушками, как эти две. Только хочу ли?» — Виктор задавал себе этот вопрос, но точного ответа дать не мог — плюсов и минусов было слишком много, и баланс пока что был неочевиден.

— А зачем тебе туда идти? Хочешь захомутать этого плебейчонка? — подала голос Арина с кровати.

И Виктор, и Анжелика повернулись к ней.

— Да, хочу — он будет моим мужем, и ты должна принимать это как факт, дорогая моя, — весьма твёрдо заявила брюнетка, и провела кончиками пальцев внутри ладони парня.

— Что ты сказала, овца?! — не сдержался оскорблённый Виктор.

— Как ты смеешь ко мне так обращаться, хам двурогий? — ответила с нотками плача Арина.

Виктор окончательно разозлился и решительно подошёл к ней вплотную — рыженькая была довольна бледна и явно страдала от последствий своей пьянки.

— Ты что, овца, забыла, как только что сосала мой член? Ещё хочешь повторить? — со злостью прошептал Виктор, смотря на неё сверху-вниз — она почти сразу отвела взгляд.

— Это бы насилие, я этого так не оставлю! — всхлипнула она.

Виктор не сдержался и отвесил ей пощёчину по левой щеке:

— Что ты сейчас сказала, дрянь рыжая? А ну-ка повтори!

— Чего ты меня бьёшь? — заплакала рыжая и закрыла ладонями лицо. — Мне же больно!

— Милый, ну что ты делаешь? Не надо так с Птичкой, она хорошая девушка, поверь мне, — послышался обеспокоенный голос хозяйки квартиры.

— Пусть ответит за свои слова, — на секунду обернулся к ней Виктор — Анжелика с тревогой смотрела на них.

— Я этого не хотела, вы оба меня заставили, — произнесла рыжая красотка через несколько секунд, рыдая и подрагивая всем телом.

— Слышала? Она говорит, что ты её заставила мне сосать, — повернулся Виктор, сдерживая улыбку.

— Ой, меньше её слушай: она сама аж тряслась — мы давно подыскивали нормального парня для этого дела, и для всего остального тоже, — отмахнулась Анжелика и вернулась к своей работе за компьютером.

— Эй, рыжая, рыдать прекращаем! Водки хочешь? — Виктор улыбнулся и потеребил Арину за волосы и за ушко — она вяло попыталась отстраниться.

— Козёл ты самый натуральный, — пробормотала она, пытаясь утереть слёзы.

— Вот как — козёл, значит? — засмеялся Виктор, которому начала нравиться эта вся ситуация. — Значит так, Арина — или извиняйся, или я сейчас расстегиваю халат и ты отработаешь ротиком, поняла?

Огненно-рыжая замотала головой:

— Пошёл ты!

— Значит, ты опять настроена поработать своим жарким ротиком? — парень положил рыжей ладони на голову, она прямо-таки вздрогнула всем телом.

— Убери от меня руки, а то пожалеешь об этом, — очень неуверенно произнесла она, не поднимая глаз.

— А что ты сделаешь?

Арина промолчала, пытаясь отстраниться от паха Виктора, который был на уровне её лица — её рот и набирающий силу стояк Виктора разделял только халат. Через пару секунд таких попыток она довольно ловко как для страдающей от последствий перепоя оттолкнулась ладошками от парня, забралась на кровать и залезла внутрь, к подушкам.

— Вот так, значит, Ариночка? Убегаем от удовольствия, да? — засмеялся Виктор, намереваясь последовать за ней.

— Не трогай меня, плебей, иначе пожалеешь, — произнесла она довольно тоненьким голоском и весьма неуверенно.

«А может — оттрахать её нежненько и аккуратненько? Это будет форменное насилие уже по факту, она говорила, что вроде как девственница», — несколько секунд раздумывал Виктор, глядя на рыжую, которая была уже скрыта полумраком синеньких занавесок. — «Можно немного с ней поиграть, пофлиртовать, во всяком случае — сейчас она явно не в боевом настроении и её можно дожать ещё на один минетик. Интересно, когда магички расстроены или физически ослаблены, они могут нормально использовать свою магию? Сейчас проверим, рискуя собственной шкурой», — решил парень, намереваясь залезть на траходром, поближе к рыжей красотке.

— Милый, — послышался приподнято-возбуждённый голос Анжелики, — оставь нафиг Птичку и подойди скорее сюда!

— Что такое? — недовольно обернулся парень, у которого уже начинался стояк, который требовал удовлетворения.

— Я зашла в систему госмагреестра и сейчас мы измерим твой магокоэффициент! — полуразвернулась к нему брюнетка, прелести которой закрывал халатик.

— И зачем это мне? Тебе твоя рыжая стервозинка ясно сказала — захомутать плебея, ты это и делаешь, — не смог сдержать улыбку и иронию в голосе Виктор.

— Блин, сюда подойди и доверься мне, — хлопнула ладонью по столу Анжелика, довольно нежно глядя на парня.

— Ну ладно, раз ты просишь, — пожал он плечами, слез с кровати и подошёл к столу с оборудованием, став в шаге от Анжелики, которая всё это время не спускала с него глаз.

— Положи ладонь на вот этот контурный торсометр, милый, — Анжелика движением головы показала на загадочный прибор, который недавно так заинтересовал Виктора.

— Не хочу! — приподнял он брови на мгновенье.

— Виктор, ты долго будешь меня задрачивать? — Анжелика встала и посмотрела ему в глаза — в её взгляде была нежность, которая перемешивалась с нетерпением и легким недовольством.

— Дашь мне посмотреть меню этого твоего прибора? — улыбнулся краешком губ Виктор.

— Зачем? — удивилась девушка.

— Просто хочу посмотреть — любопытно мне, — Виктор подошел к ней вплотную и взял за талию.

— Блин, милый, просто приложи руку к панели и всего делов…

— Я хочу полазить в меню — ты разве куда-то спешишь, Энджи? — парень опустил ладони ей на попку и чуть сжал.

— Энджи? Аха-ха, — весело засмеялась она. — Никто меня ещё так не называл, — она на мгновенье опустила глаза, потом быстренько чмокнула его в губы.

— Всё бывает впервые, — Виктор снова провёл ладонями по её упругой попке-орешку, и тоже легонько поцеловал. — Подойди пока к своей подружке — жива ли она там? А я пока посижу и посмотрю, что это вообще такое, твой прибор и реестр, ладненько? Я же не видел этого!

— Ну хорошо, раз ты просишь, — девушка прижалась к его груди лбом, потом высвободилась из объятий и пошла к постели. — Только если не знаешь, что нажимать, лучше меня спроси, — произнесла она на ходу.

— За это не переживай, милая, — Виктор в предвкушении отодвинул стул и уселся поудобнее перед монитором.

Первое, что бросилось в глаза Виктору — это не три кнопки управления окном, а четыре, и расположены они не справа-сверху, а посередине-сверху: собственно, крестик — явно для закрытия окна, два прямоугольничка — Виктор нажал и окно уменьшилось на две трети, пересечение круга с треугольником — окно становилось полностью прозрачным, и черточка — кнопка свертывания. С прозрачностью пришлось помучиться добрую минуту — курсор мыши вообще не реагировал, и Виктор начал нажимать клавиши, очень похожие по своим функциям на «контрол», «шифт», «табуляцию» и «эскейп» — как раз «эскейп» и возвратил окно в нормальное состояние.

«И зачем эта приблуда с прозрачностью окна нужна? Не очень-то и удобное меню по сравнению с нашей виндой», — Виктор с некоторой опаской свернул открытое Анжеликой меню реестра и начал осматривать рабочий стол, и собственно, саму операционную систему — как сисадмина это его заинтересовало прежде всего.

Естественно, обои стола были типично девичьи — сама Анжелика в форме корниловского юнкера, но без головного убора и в свободной позе. Меню и панель задач определённо были похожи на «виндовс-семь», но и отличались довольно таки серьезно — как выяснил Виктор, сама система называлась «Врата-017», текущая рабочая версия — 6.03, и была по своему функционалу ближе именно к «винде», нежели к «линуксу», что настроило Виктора на определённый оптимизм — он прикинул, что технологическое развитие в сфере программного обеспечения базировалось на примерно схожем развитии компьютерной архитектуры этого мира с его миром, а это значило, что он в полной мере сможет здесь применить свои обширные знания в этой области.

«Как-то даже странно, что здесь тоже икс-86-совместимая архитектура процессоров, хотя в принципе удивляться здесь нечему — при кажущихся потенциально разнообразных возможностях развития процессоров именно CISC-архитектура [3] имела наибольший прикладной и коммерческий потенциал в нашем мире с дальнейшим потенциалом гибридизации с RISC, и в этом мире — скорее всего тоже, поскольку ветки глобального экономического развития если и различались, то явно не слишком кардинально в самой своей сердцевине, судя по тому, что я вижу вокруг», — заключил он с некоторым облегчением.

Виктор мельком взглянул в сторону кровати — оттуда виднелась красиво оттопыренная в его сторону попка Анжелики, прикрытая халатом, которая явно рачком стояла чуть дальше края своей постели и была занята с подругой, что Виктора сейчас вполне устраивало.

«Так, что мы имеем — процессор „Тау-Андромеда-018-Гр-М“, тактовая частота — 3,8 гигагерц, восьмиядерный камушек с поддержкой двухпоточности. Так, так, ну и дела — процессор же отечественный, российского производства», — Виктор очень удивился этому факту, зайдя в соответствующее меню и почитав спецификацию. Не меньшим шоком для него стал тот факт, что и операционная система «Врата-017» оказалась тоже российская, в случае Анжелики — «привилегированный гражданский пользователь седьмой категории». Естественно, всё остальное железо тоже оказалось российского производства и по оценкам Виктора, ничем на первый взгляд не уступало по своим техническим показателям аналогичному железу из его родного мира, а это свидетельствовало очень и очень о многом.

«Может, по своим реальным характеристикам — это „Эльбрус“, но пока что рано делать выводы. Вполне возможно, что раз здесь магия, то именно такая стратегическая отрасль, как „хай-тек“, здесь на особом положении, а может быть — и обгоняет в своём развитии мой мир, очень может быть», — прикидывал он, исследуя меню, подменю и разные панели операционной системы.

— Виктор, милый, подойди ко мне, пожалуйста — мне кажется, что с Ариной что-то не так! — вывел Виктора из технологического экстаза голос Анжелики.

Он взглянул на неё — она полусидела на краю кровати, и нахмурившись, смотрела на него.

— Что случилось, Энджи?

— Милый, ну подойди, я что, орать должна? — ударила она ладошкой по кровати.

Виктор с огромной неохотой оторвался от компьютера, встал и быстро подошёл к Анжелике:

— Ну что такое? Ты же видела — я занят!

— Ой, чем это ты занят? — капризно поморщилась брюнетка.

— Было чем. Что с Ариной?

— Мне кажется — она не дышит, — произнесла это весьма спокойно Анжелика и показала кистью в глубину кровати.

— Так давай скорую вызовем, ты что, издеваешься? У неё же отравление!

— Скорая — это крайний случай, милый. Залезь и посмотри, что с ней, я доверяю твоему мнению — ты у меня такой умничка, — вполне серьёзно произнесла Анжелика, тяжело вздохнув.

Виктор хотел махнуть рукой и вернуться за комп — он его манил и притягивал, но посмотрев на Анжелику, решил, что проще будет залезть и посмотреть, чем спорить.

«Будем считать, что я не устоял перед такой нежной лестью», — усмехнулся он про себя.

Он залез на кровать, отодвинул мешавшую ему синенькую занавеску и на коленях прополз к Арине — та раскинулась на спине и лежала то ли заснувшая, то ли без сознания. Виктор придвинулся ближе и смотрел на рыжую красавицу — даже в полумраке кровати она была и бледна, и красива, и прелесть её груди халат в полной мере скрыть не мог.

«Она что, не дышит?» — обеспокоенный Виктор нагнулся чуть ближе к ней, пытаясь уловить её дыхание.

Неожиданно руки девушки обхватили его шею, левую ногу она закинула ему на поясницу, придвинула его лицо к себе и начала целовать — Виктор настолько обалдел, что даже не смог ничего сделать, поскольку был в неудобной позе, и через несколько секунд отдался поцелую — Арина целовалась классно.

— Вот и попался наш мальчик! — услышал он довольный голос Анжелики.

* * *

[3] — CISC (англ.

complex instruction set computing или complex instruction set computer) — тип процессорной архитектуры, которая характеризуется следующим набором свойств: нефиксированное значение длины команды; арифметические действия кодируются в одной команде; небольшое число регистров, каждый из которых выполняет строго определённую функцию.

Методика построения системы команд CISC противоположна методике, применяемой в другом распространённом типе процессорных архитектур — RISC, где используется набор упрощённых инструкций. При этом поздние х86-процессоры (Intel Pentium 4, Pentium D, Core, AMD Athlon и Phenom), хотя и CISC-совместимы, но являются процессорами с RISC-ядром, и в формальном смысле считаются гибридными. Основной недостаток CISC-архитектуры в сравнении с RISC — более сложный подход к распараллеливанию вычислений.

Глава 28

У Виктора захватило дух от этого поцелуя, а через несколько секунд он ощутил нежные прикосновения Анжелики на свой спине, и Арина крепко обняла его за шею. Ему удалось высвободиться через минуту, когда рыженькая уже сама устала и отпустила его, но объятий не разжала.

— Будешь нас обслуживать всю ночь, мальчик! — прошептала Арина томно.

— Ты же не хотела, — ответил тяжело дышавший Виктор, стояк которого упирался рыжей в бедро, это не говоря про поглаживания Анжелики, которые тоже очень возбуждали.

— Я передумала — тебя надо наказать, — прошептала рыжая довольно нежно.

— Я бы не назвала это наказанием, — раздался чуть сзади смешок Анжелики, которая уже прижималась к парню грудью.

— Девушки, я польщен, но давайте не будем вот так сходу бросаться в пучину страстей, — произнес Виктор, попытавшись повернуть голову левее, в сторону Анжелики. Рыжая ему не позволила.

— У тебя уже там что-то стоит, что-то большое и горячее, — прошептала она под смешки брюнетки, которая прижалась к парню всем телом.

Виктор сейчас был в довольно неудобной позе — он полунавис над обнявшей его рыжей, чуть касаясь её груди своей грудью и опираясь на локти и полусогнутое колено, а слева к нему прижалась Анжелика, не давая пошевелиться.

«Она же меня только что называла плебеем и всячески обижалась, что это с ней вдруг случилось?» — у Виктора кружилась голова от происходящего, член стоял на полную и требовал разрядки — глаза затуманивались.

— Ты хорошо целуешься, красотка, — прошептал он на ухо рыжей.

— Я целуюсь не хуже, — послышался шепот Анжелики в его левом ухе.

— Давайте по очереди, девочки мои, — проговорил Виктор, пытаясь сменить позу на более удобную и стараясь не зацепить рыжую локтем или коленом.

От упруго-сисястенькой Арины пахло шампунем, легким перегаром и страстью, её тело источало желание. Виктор ощущал, что сейчас она полностью расслабилась, возбужденно дышит и явно готова на большее, чем просто поцелуи.

«Готов ли я? Физически — с радостью, а вот рационально — вообще нет, они меня хотят заманить и захомутать», — проносились у него мысли, когда Арина снова притянула его к своим губам и они продолжили целоваться.

— Я без трусиков и уже намокла, — произнесла сисястая красотка, когда они закончили этот жаркий поцелуй.

— Да-а, рыжуличка вся мокрая и у неё там всё горит, — услышал Виктор возбужденный шепот Анжелики, которая гладила его от шее к пояснице и обратно.

«Такое чувство, что они меня хотят заставить, чтобы я их трахал, а ведь они вроде как девственницы!» — думал Виктор краем рационального сознания, поскольку голова от таких слов и от такой ситуации конкретно отключалась, а вот стояк наоборот — требовал врыва в тугую штучку.

Виктору с большим трудом удалось чуть отодвинуться от рыжей, которая дышала ему в лицо легким перегарчиком, и он смог лечь на бок рядом с ней, упершись членом ей в бедро. Анжелика сразу же улеглась рядом, и он ощущал спиной её сисечки.

«Зажали меня с двух сторон, чертовки», — Виктора забавляла эта ситуация, он испытывал острое возбуждение, перемешанное с нежеланием окончательно попасть под чары этих красоточек, стройные тела которых жаждали ласк и страсти.

— Сейчас ты будешь трудиться, мой милый, много и долго, — проворковала Анжелика, поглаживая его везде, где только дотягивалась её рука.

— Трудиться будете вы, барышни, — Виктор взял её за кисть.

— Сейчас ты поймешь, что мы любим ласку, а не дерзость, — томно заявила рыжая, приподнялась и расстегнула свой халатик — её грудь оказалась перед лицом Виктора.

«Вот это буфера, красивые какие! Мне это точно снится — две красотки по бокам, которые сами хотят сделать со мной что-то приятное», — сглотнул он, ощущая, как голова начинает кружиться от аромата, исходящего от Арины.

— Ого, — только и смог произнести парень.

— Давай, дерзкий парниша, поработай язычком, — прошептала рыжая и практически утопила лицо Виктора в своих шикарных сисечках.

«Звучит очень двусмысленно — обойдутся, если намеки на это», — пронеслась мысль, пока Виктор начал нежно и неспешно проводить языком вокруг левого соска Арины, которая закинуда ногу на его ноги и таким образом полулежала на нём сверху.

Одновременно Виктор ощутил, как чья-то нежная ладонь залезла ему под халат и обхватила его ствол, который пульсировал и грозился взорваться мощным оргазмом.

— Сейчас ты сам попросишь продолжения, — это был шепот Анжелики, которая не очень-то и нежно начала сжимать стояк, проводя ладонью сверху-вниз и обратно.

Виктор застонал, не переставая целовать и ласкать кончиком языка грудь рыжей. Через минуту ему удалось высвободить обе руки и он одной начал мять сиськи Арины, которая уже откровенно стонала, а второй попытался убрать руку Анжелики со своего члена, но она его шлепнула.

— Тихонечко лежи и не сопротивляйся, — засмеялась она.

— Слушай, вы же девственницы, да? — успел произнести Виктор, когда Арина немного отодвинула груди от его лица.

— Да-а! И мы намерены это сегодня исправить, котик, — произнесла Анжелика и провела языком по его уху.

— Эй, стоп-стоп, так не пойдёт, — попытался ещё больше высвободиться Виктор, но брюнетка очень ощутимо сжала своим нежным кулачком его достоинство, и он почувствовал, что если будет сильно шевелиться, то не сдержится и зальёт здесь всю кровать.

— Не наглей, парень, — томно прохрипела Арина, которая тем временем сняла халат и осталась абсолютно голенькой, — ты спасибо скажи, что тебе такое счастье досталось!

«В общем-то да, ничего не могу сказать против — это факт, но всё равно — так сходу нельзя бросаться в омут», — думал Виктор, с восторгом облапывая Арину, кожа которой была на ощупь нежной и бархатистой, а попка — упругая, как орешек, и большая.

— Дело не в этом, девочки — первый раз требует подготовки, — ответил парень.

— Мы и так готовы, — засмеялась Анжелика, которая лежала сбоку и не давала ему высвободиться из их сладкого плена.

— Ты не поняла милая, подготовка нужна и вам, и мне, и всё это делать лучше на трезвую голову, чтобы не жалеть потом, — попытался он съехать.

— Не выдумывай, мальчик, сейчас как мы скажем, так и будешь делать, — заявила Арина, которой явно очень нравились ласки Виктора и которая уже текла по полной — даже её бедра были влажные.

— Ты давай не путай, хорошо? Я не буду вам подчиняться, — заявил он, но девушки в ответ весело рассмеялись.

— Ты уже это делаешь, — прошептала Анжелика и снова сжала его член, пару раз довольно резко проведя ладонью вверх-вниз.

— Полегче, больно же, — возмутился Виктор, романтическое возбуждение которого начало понемногу отступать, сменяясь желанием сопротивляться их напору.

— Какой он у тебя мнительный, — произнесла Арина и наклонилась поцеловать Виктора, который не успел ничего ответить брюнетке.

Пока они целовались, Виктор почувствовал, как Анжелика привстаёт, расправляет его халат, и через несколько секунд проводит язычком по его члену — по всей длине, быстро и нежно, и вскоре её губы оказываются на его головке.

«Я так долго не продержусь, и тогда проблемка решится сама собой», — отдался он ласкам обеих подруг и решил не заморачиваться. — «В конце концов, глупо вырываться, находясь в такой обалденной во всех отношениях ситуации, тем более сами девки явно этого хотят и ещё меня уговаривают», — думал парень, пытаясь сосредоточиться на ощущениях, которые были обалденными во всех отношениях.

— Ну что, ты сдаёшься? — оторвалась от поцелуя Арина и потерлась носиком об его нос, и Виктор от этого даже вздрогнул.

— Слушай, рыженькая, ты же не хотела этого ещё вот недавно, а особенно со мной, — произнёс он тяжело, поскольку ротик Анжелики ласкал его стояк всё более глубоко и ритмично.

— А я вот такая, непостоянная — взяла и захотела, и моей лапоньке это будет приятно, — махнула головой в сторону Анжелики рыжая, не отводя взгляд.

— Вы меня пугаете, девушки — никогда таких не встречал, — прошептал Виктор, легонько поглаживая ладонями спину Арину, отчего по её телу вдруг прошла легкая дрожь.

— И не встретишь, поэтому пользуйся моментом, — послышался голос Анжелики, которая на мгновение оторвалась от процесса оральных ласк и сразу же продолжила.

— Да, тебе просто повезло, — поддакнула ей рыжая и провела кончиком язычка по его губам.

«Что-то они меня так уговаривают подозрительно», — Виктор наслаждался минетом в исполнении Анжелики и телом полулежащей на нём рыженькой, которая очень умело сковала его движения, но мысли в голову лезли разные — он не мог полностью отдаться удовольствию. — «Если они лесби, то они по факту — извращенки. Чего тогда ждать от таких девиц, кроме полной раскованности?» — пришёл он к выводу, снова целуясь с Ариной и наслаждаясь ротиком брюнетки, которая ласкала его стояк хоть и неумело, но очень искренне и с явным желанием доставить ему удовольствие.

Виктор ощутил, что долго он не продержится, а потому крепче приобнял Арину, притянул её к себе — она на мгновенье оторвалась от поцелуя, перевела дыхание и снова впилась в его губы, но он перехватил инициативу и сам начал активно её засасывать. Через несколько секунд парень начал ощущать, как рыжая уже не выдерживает и хочет освободиться — её тело мелко дрожало, а тем временем Анжелика ускоряла темп работы язычка и всё больше давала волю своим ладоням и особенно пальчикам — Виктор с секунды на секунду готовился сделать ей сюрприз в ротик.

Арина смогла оторваться от его губ и отвела голову:

— Вот это напор, — буквально выдохнула она и провела щекой по его щеке.

— А как ты думала, — улыбнулся Виктор и ощутимо ущипнул её за попку. — Вставай и помоги Энджи, я хочу оба ваших ротика!

— Какой ты наглый, — томно произнесла Арина, но встала с него и начала разворачивать свою фигурку в другую сторону, чуть ли не упершись попкой парню в лицо — он это дело быстро пресёк, хлопнув её ладонью — с оттяжечкой.

— Больно же, — то ли прошипела, то ли прошептала рыжая, но попец убрала пониже, улегшись поудобнее и присоединившись к Анжелике в её оральной работе — через пару секунд Виктор почувствовал её язык у себя на животе и отчетливо начал понимать, что он попал если не в рай, то близко к этому.

— Давайте, девочки, вы просто класс! — прошептал Виктор, сдерживаясь из последних сил. — Скоро я вас порадую угощением.

— Хи-хи, — засмеялась Анжелика, выпустив изо рта дружочка и засмеявшись, и тем самым полностью сбив ритм.

Но к удивлению Виктора, рыжая не стала терять времени и взяла в свой ротик эстафету, и Виктор через несколько секунд подумал, что её ротик ему нравится даже чуть больше — что-то в нём было сводящее с ума. Анжелика потянулась, подползла чуть ближе и положила голову на грудь Виктору — он тоже положил ладонь на её оголённое плечико и начал легонько гладить, в такт движениям рыжей, попка которой была прямо возле левой руки парня — он туда её и положил, ощущая жар, который шёл из щелочки, когда он провел пальчиками чуть пониже.

«Что ещё надо для счастья», — Виктор тяжело дышал и краем сознания думал сквозь сладкую пелену ощущений о том, что сейчас происходит — через несколько секунд он взорвался сильнейшим оргазмом и начал изливаться в ротик рыжей, которая в этот раз была явно не против и отрабатывала язычком, как заправская путана.

— Вот это оргазм, — простонал он через минуту или даже больше, попытавшись потянуться — лежащая на его груди Анжелика и лежащая на животе Арина особо не позволили этого сделать.

— А ты сомневался, милый. С нами ты не пропадешь, — брюнетка тоже подняла ручки вверх и потянулась всем телом. — Ну так что, хочешь на мне жениться и получать такие удовольствия каждый день?

«Вообще-то уже хочу. Почему нет? Но вот каждый день — это было бы слишком даже для меня», — улыбнулся он.

— А что, если хочу? — ему вдруг очень захотелось спать.

— Уи-и-и, конечно хочешь, — счастливо запищала Анжелика, снова чуть привстала и пододвинулась к нему ещё ближе, положив голову ему на правое плечо и прижавшись грудью к его руке, а ладошку положила на оголенную грудь.

— Но только добровольно, осознанно и не вот прям так сразу, через день и под венец, — заявил он через несколько секунд.

— Мальчик капризный, его ещё уговаривать надо, — послышался хриплый, полный сарказма голосок рыженькой, голова которой лежала у него на животе, в непосредственной близости от полуопавшего дружочка.

— Они сейчас все такие, которые более-менее нормальные и вменяемые, — ответила ей Анжелика, но ущипнула за руку почему-то Виктора.

Дальше лежали молча, и Виктор чувствовал, что начинает засыпать — и это совсем не удивительно после пережитого удовольствия, которое продолжалось и сейчас — две красотки лежали на нём, их горячие тела хотели страсти. Он уже закрыл глаза, но вскоре почувствовал, как по его члену кто-то прошелся кончиками пальцев снизу-вверх — конечно же это была Арина.

— Сейчас будем продолжать, — послышался её голос.

— Что продолжать? — Виктор решил слегка включить дурачка.

— Ночку настоящего секса, милый, ну что же ещё! — это был счастливый шепот брюнетки ему в ухо.

Виктор помолчал, потом вздохнул:

— На сегодня хватит, девочки — вы и так два раза меня обработали ротиками, а кроме того — вы обе сегодня нормально прибухнули, поэтому сейчас мы будем спать!

— Нет, спать мы не будем, а будем продолжать — я вся мокрая и хочу, наконец, настоящее удовольствие, — довольно решительно заявила рыжая и накрыла его уже почти опавшее хозяйство ладошкой, нежно и легонечко его массируя.

— Рыжая, ты давай без вот этих капризов — мы тебя еле откачали всего час назад, — удивленно произнёс Виктор, даже чуть приподнявшись — насколько это позволили ему две полулежащие практически на нём девицы не самого слабого телосложения.

— Как ты меня назвал? Рыжая? — в голосе Арины было такое незамутненное удивление, что она даже привстала и облокотилась на руку, повернув к нему голову.

— Ну да, а что? Ты же рыжая, а не какая-то там блондинка, верно?

— Я не согласна, — капризно ответила Арина и демонстративно шлепнула его по бедру.

— Короче, будешь теперь рыжая, — постановил Виктор.

— А я, а я кто буду? — послышался заинтригованный голос Анжелики.

— А ты будешь милая и Энджи, — парень чуть повернул к ней голову.

Анжелика негромко запищала, а потом начала покрывать быстрыми поцелуями его плечо.

— Эй, постой-ка! А чего это я — рыжая, а она — милая? Может наоборот давай? — раздался уже значительно более возмущённый голос Арины, которая тоже подтянулась поближе к его левому плечу.

«Разделяй и властвуй, как говорится. Пусть они сами теперь выясняют этот животрепещущий вопросик», — Виктора тянуло заржать, но он сдержался, сосредоточившись на приятных ощущениях от поцелуев Анжелики и от касаний её прекрасных волос. — «Надо всегда так делать теперь».

— А что тебе не нравится, малая? Если тебе что-то не нравится, ты мне прямо так и скажи, — брюнетка оторвалась от поцелуйчиков и смотрела на Арину, лицо которой было возле левого плеча Виктора — таким образом, он оказался зажат с двух сторон двумя шикарными, горячими и фигуристыми красотками, которые спать совершенно не собирались.

— Как это — наоборот, если милая — не рыжая, а брюнетка, — решил поддать градуса романтического неадеквата Виктор.

— Я не за это говорю… — Арина чуть придвинулась, и её голова находилась на уровне груди Виктора, в непосредственной близости от головы Анжелики, которая тоже полуоблокотилась на руку и в упор смотрела на подругу.

— Ну тогда лучше помолчи, малая, ясно? — хозяйка квартиры явно начинала заводиться.

Виктор с каким-то непонятным ему удовольствием отметил, что головы девушек у него практически над грудью, а поэтому довольно быстро, но аккуратно высвободил руки, нежно взял обеих девушек ладонями за затылки и приблизил их лица друг к другу.

— Эй, что такое! — раздался протестующий крик обеих, но Виктор засмеялся и велел:

— Целуйтесь!

Через пару секунд сомнений девушки впились в губы друг другу, а Виктор начал легонько поглаживать их спины и плечи, ощущая, как ниже пояса снова начинается шевеление.

Глава 29

Девушки целовались страстно и довольно долго — когда они оторвались друг от друга, Виктор ощутил, что скоро снова будет готов к подвигам.

— Помирились? — поинтересовался он с усмешкой.

— А мы и не ссорились! Это всё ты интригуешь, — ответила Анжелика, наклонилась и довольно чувствительно укусила его за правый сосок.

— Энджи, епт, ты что творишь? — не сдержал возмущённый вскрик парень.

— Контраст нежности и боли, — промурчала Анжелика, теперь уже работая язычком вокруг соска.

— Она такая, непредсказуемая, — довольно меланхолично заметила Арина и начала потихоньку сползать с кровати.

— Куда это ты, рыжая? — оторвалась от ласк Анжелика, встряхнув головой и попав Виктору своими волосами в лицо.

— Что-то мне нехорошо, побегу я в ванную, наверно, — произнесла рыжая довольно сипло.

— Вот ты нашла время. Сбиваешь нам всю романтику, — Анжелика абсолютно без церемоний оперлась рукой на плечо Виктора, поцарапав его ногтиками.

Парень отвесил ей ощутимый шлепок по заднице.

— Ну что ты творишь, совсем обалдел? — разозлилась она не на шутку, повернув к нему голову.

— Осторожней с ногтями, дорогушечка, — ответил он, глядя ей в глаза.

— Давай поможем Ариночке, ладно? — через несколько секунд красавица-брюнетка отвела взгляд.

Тем временем Арина в чем мать родила сползла с кровати и прямо босиком направилась к выходу из комнаты, по пути зажимая себе ротик ладонью и ускоряясь.

«А фигурка у неё просто балдёжная — я её обязательно оттрахаю по полной программе», — дал себе слово Виктор, глядя на попку удаляющейся девицы.

— Иди к ней и дай выпить ещё угля, что ли, — ответил парень и помолчал несколько секунд. — Скорую вызывать не хотите, вот и результат — иди помоги ей, — произнёс он более властно.

— А ты поможешь? — неуверенно поинтересовалась Анжелика.

— Чем, молитвами? Иди давай, она упасть может, — Виктор уже значительно нежнее шлепнул брюнетку по отличной попке и мягко подтолкнул её к краю кровати.

— Вот такой ты эгоист! — обиженно заявила девчонка и весьма бодро соскочила с кровати, не потрудившись даже накинуть халат.

«Проблема с сексом на первом свидании разрешилась пока что сама собой — желающим нездоровится», — Виктор полюбовался фигуркой Анжелики, которая была столь же хороша, как и у рыженькой, только чуть более худенькая и стройная. Попки обеих девушек вызывали у него самые светлые чувства.

Виктор потянулся, привстал, поправил и застегнул халат, после этого повернулся на правый бок, раздумывая о том, как ему дальше общаться с этими двумя очень красивыми, но своенравными и непредсказуемыми девушками, да и вообще о своих дальнейших планах. Терзаемый этими мыслями, незаметно для себя он заснул. А вот проснулся он от того, что его рука лежала на чём-то горячем, упругом и мягком, а сзади в поясницу ему упиралась чья-то коленка.

«О, какой интересный мне приснился сон», — не раскрывая глаз, подумал он про события вчерашнего дня, но открыв глаза через секунду, он довольно быстро понял, что это был никакой не сон — ему в лицо упирались роскошные огненно-рыжие волосы.

Виктор лежал на боку, его рука лежала на груди одетой в пеньюар рыжей девицы — он её обнимал, по сути. Арина ещё посапывала, а сзади, очевидно, была Анжелика. Виктор осторожно, насколько мог, повернул голову и не удивился — волосы брюнетки растекались черным ручьём по всей подушке, а сама она дышала ровно, глубоко и спокойно, явно видя прекрасные сны.

«Какие милые девочки — не стали меня будить, а сами легли по бокам и буквально подлезли в мои объятия», — улыбнулся он, заценив деликатность ситуации. — «Не хочется их будить, да и непонятно, сколько сейчас уже времени».

Он очень аккуратно потянулся, потом чуточку подтянулся к рыжей и прижался к ней всем телом, одновременно медленно и нежно облапывая её шикарные сисечки сквозь пеньюар. Рыжая глубоко вздохнула и что-то пролепетала сквозь сон.

«Это так романтично», — отметил Виктор, наслаждаясь ситуацией и тактильными ощущениями. Он уткнулся в волосы рыжей и снова закрыл глаза, намереваясь задремать — вставать совсем не хотелось, а тепло девичьх тел придавало этому утречку невыразимую прелесть.

Снова проснулся Виктор от того, что рыжая довольно неделикатно начала потягиваться, зацепив его локтем за бок.

— Эй, полегче, мадемуазель, — недовольно произнес он, сильно зевая.

— Вставай давай, а то разлёгся рядом с принцессами! — довольно дерзко заявила рыжая девушка, садясь на край кровати и с удовольствием потягиваясь.

«Всё по-новому кругу — дерзости, подколки, отношение свысока. Ну ничего, миндальничать я с ними не буду», — Виктор через несколько секунд окончательно пришёл в себя.

— Ротик свой прикрой, — ответил он довольно тихо.

— Ты мне не указывай, понял? — рыжая сидела на краю постели и продолжала потягиваться.

— Не понял! Что-то не нравится?

— Ой, иди ты знаешь куда, — довольно небрежно отмахнулась от него рыжая, встала и пошла из комнаты, виляя попкой, которую еле-еле прикрывал пеньюар.

«Стервы не меняются даже от хорошего секса. Которого толком и не было, кстати», — Виктор лёг на спину и потом повернул голову к Анжелике, которая тоже просыпалась и потягивалась.

— Доброе утро, милый мой, — зевнула она и сразу же обняла парня, уткнувшись ему головой в шею — Виктор насладился приятным ароматом, исходившим от её волос.

— Доброе, красавица!

Анжелика потягивалась всем телом, в процессе всё сильнее и плотнее обнимая парня.

— Пойдём пить кофе? — спросил он минуты через три такого процесса, поскольку опасался, что всё это закончится раздеванием брюнетки со всеми вытекающими и втыкающими последствиями — утренний стояк лучше не будить без нужды, если его нет.

— А ты не хочешь меня поцеловать и кое-что ещё? — промурчала она.

— Поцеловать — можно, но не более, давай не будем торопиться, милая? Хорошо? — ответил он как можно более ласково.

— Ну хорошо, — она чуть придвинулась и начала искать губами его губы, через несколько мгновений впившись довольно нежным и страстным поцелуем.

Довольно скоро девушка прилягла на него сверху — целовались взасос, и Виктор сам не понял, как его руки приобняли её талию — он начал лапать её попку, ощущая легкое шевеление под халатом.

«Стоп-стоп, хорошего понемногу, а то сейчас всё закончится очередными страстями», — постарался он взять себя в руки и нежно отстранился от Анжелики, которая прикрыла глазки и явно пребывала в легком экстазе.

— Пойдём пить кофе, завтракать, умываться, милая, — парень довольно нежно положил брюнетку на бок.

— Не хочу вставать — буду весь день валяться в постельке! — заявила Анжелика и снова начала потягиваться.

— ты не забыла про твою рыжую подругу? — через полминуты поинтересовался Виктор.

Анжелика даже приподнялась и оперлась на локоть, приблизив своё лицо к нему:

— Что ты хочешь сказать?

— Она там на кухне, полуголая и явно недовольная, — усмехнулся Виктор, а потом и засмеялся. Отсмеявшись, он продолжил: — Какие у вас с ней вообще взаимоотношения? Она с тобой живёт, или как вообще?

Анжелика вздохнула и улеглась обратно на подушку.

— Ну, отношения у нас довольно сложные бывают, хотя дружим мы с детства. Ссоримся, миримся, ну и всё такое, — произнесла она тихонько после небольшой паузы.

«Всё такое — это лесбийский секс двух фигуристых красоток, наверно? Любит она выражаться завуалировано», — в очередной раз отметил Виктор её манеру общения.

— И когда у вас началась вот это «всё такое»? Кто был инициатором? — невинным тоном поинтересовался парень.

— Ой, знаешь что! Давай без этих намёков, ладно? — возмутилась Анжелика.

— Каких намеков? Ты что, забыла, что вы обе вчера вытворяли вот на этой кровати? — Виктора тянуло заржать в голос, но он сдерживался.

— Ты не романтик! — фыркнула девушка. — Ну, иногда у нас с ней бывают всякие там поцелуйчики, массажики, но скажу я тебе — лучше бы не было, потому что всё это постоянно переходит в какие-то выяснения отношений с её стороны! — договорила девушка.

— Короче говоря, тебя это связь тяготит — я верно понимаю?

— Ну если говорить в разрезе моих отношений с парнями, которых толком и не было никогда — то да, это может быть проблемой, а если просто брать эти отношения как дружеские — то нет, мы близкие подруги в этом плане.

«Н-да, дипломатично выразилась», — подумал мало что понявший Виктор.

— Ладно, это вы сами с ней решайте, мне особого дела до этого всего нет, — легонько пожал плечами парень.

— То есть как это тебе нет дела до дел жены? Ты совсем охерел, милый? — сказала довольно раздраженно Анжелика через несколько секунд — для Виктора такой тон был неожиданным.

— Мы ещё не женаты, Анжелика!

— Что?! Что ты сказал? После всего, что у нас было? — она привстала, а в её голосе чувствовалось незамутнённое раздражение, перемешанное с удивлением.

— Я тебе ещё раз говорю — если что-то и будет, то исключительно на моих условиях — тебе это ясно? — ответил Виктор, который тоже начинал понемногу злиться.

— Ты ничего не попутал? — она с размаху шлепнула его по животу ладонью, и он даже привстал от этого на локтях.

— Прекращай с утра такое веселье, ясно? — перехватил он её руку на новом замахе и сжал запястье.

— Сейчас пьём кофе, одеваемся и едем во Дворец Бракосочетания — понял меня? — выкрикнула она. В её глазах горела страсть, перемешанная с гневом.

— Ни в какой дворец мы не поедем, тебе ясно? — сжал он ещё сильнее запястье, а другой рукой взъерошил ей волосы.

Анжелика начала вырываться и чуть ли не бодаться, и Виктору через полминуты таких экивоков пришлось резко дернуть её к себе, взять за волосы и поцеловать взасос.

— Мм… М… — попыталась она вырваться, но он не позволил, и секунд через двадцать её тело обмякло — она явно пришла в себя и расслабилась.

— Блин, — только и произнесла она, отводя взгляд.

— Пришла в себя? Прояснился разум? — строго спросил парень.

— Слушай, зачем ты так со мной? — чуть ли не плача спросила она.

— Я с тобой очень нормально общаюсь, а ты будь любезна держать себя в руках, Энджи. Ты слишком поддаешься страстям! — терпеливо ответил Виктор.

— Такое со мной бывает, я ведь тебе говорила вчера, — вздохнула она. — Но рядом с тобой я чувствую себя очень классно, — она снова придвинулась к нему и начала гладить ладошками его живот.

— Вот и чувствуй классно, но без этих истерик, ясно тебе?

— Да, милый!

— Значит так — сегодня мы поедем в «Марков-Плаза», там второй день ивент-конференции, будет интересно, — заявил Виктор.

— Ой, такая скукота, — скривилась девушка.

— Не капризничай, Анжелика, — Виктор начал подвигаться на край кровати. — Пойдём на кухню.

— Ладно, идём, рыжая уже скучает, наверно, — согласилась Анжелика.

Виктор помог встать брюнетке и взяв её за руку, направился в коридор, но она выкрикнула:

— Постой, милый — давай зайдём на сайт и посмотрим хоть, что там сегодня будет, на этой конференции, — остановилась она напротив стола с компьютером, удерживая руку парня.

— Ну давай, ладно, — согласился он.

Девушка села за свой комп, включила — он явно был в режиме сна. На экране появилась новая заставка — Анжелика в черной военной форме, с какой-то наградой на груди, явно в каком-то парке.

— Красивая фотка, это когда и где ты фоткалась?

— В Петербурге, когда училась в Корниловском корпусе, у нас там очень красивый парк рядом, — улыбнулась она, явно польщенная. — Видишь, — обвела она пальчиком фотку-заставку, — у меня тут волосы немного другого оттенка, и черный маникюр — я от такого потом отказалась, потому что он противоречит моему доброму характеру.

«Кто о чём — а девушки о маникюре», — не удивился Виктор, рассматривая новую заставку — Анжелика в форме юнкера была весьма привлекательная на этом изображении.

— Тебе идёт форма, ты стильно выглядишь, — похвалил он её и увидел, как её щечки розовеют.

— Спасибо, милый, — она благодарно взглянула на него. — Кстати, моя парадная форма висит вон в том шкафу, можно будет одеть как-нибудь, даже замуж выходить можно в ней, — показала она головой на один из шкафов.

— Давай не будем торопиться, — он положил ладони ей на плечи. — Зайди на сайт и посмотри расписание сегодняшнего дня.

— Хорошо, — Анжелика вошла в браузер, чем-то похожий на яндексовский, и ввела в поисковик название конференции, которое она помнила, как оказалось — Виктор даже улыбнулся этому факту. Вскоре они прочитали всё, что хотели узнать.

— Как я и говорил — очень интересный день, представление двух новых проектов и новой видеокарты, как такое можно пропустить? — спросил он, когда она встала из-за компьютера и они уже шли в коридоре.

Анжелика, деликатно пропущенная Виктором вперёд, остановилась посреди коридора:

— А не игроман ли ты, милый мой мальчик Виктор, — развернулась она и нахмурилась.

— А кто сейчас не игроман? — засмеялся он, но она шуточки не поняла.

— Ты давай не шути, ясно? А то я буду искать способы лечения, — вполне серьезно заявила она.

— Какие способы, какого лечения?

— От игромании. Сейчас это лечат, есть хорошие лекарства. Но ты не такой, я в это верю, — улыбнулась она и продолжила путь.

Виктор чуть отстал и зашёл в туалет — он хотел не столько кофе, сколько облегчиться. Когда он вышёл, то хотел пойти умываться, но его внимание привлёк шорох на кухне — когда он вошёл, то увидел, что Анжелика стоит возле стола, озабоченно скрестив руки. Вернее, возле стула, на котором сидела рыжая, закрывшая лицо ладонями и почему-то горько рыдающая.

— Что опять не так? — поинтересовался парень.

— Что вы сделали с моим лицом? — всхлипнула Арина.

— Ничего мы не делали, о чём ты говоришь, милая? — в голосе Анжелики было искреннее недоумение.

— Почему оно распухшее? — заливалась слезами рыженькая.

«А, мы же ей надавали пощечин, от души и сразу несколько», — засмеялся Виктор, вспомнив вчерашнюю возню.

— Чего ты ржешь? — спросила Арина сквозь слёзы.

— Ты вчера заявилась пьяная, невменяемая, очень плохо себя вела, ну и выхватила парочку пощечин, — пожал плечами Виктор, подойдя чуть ближе.

— Что? — чуть ли не взгвизнула она. — Ты посмел поднять на меня руку, хам? — она убрала руки с лица и явно начала готовиться к атаке — Виктор это понял шестым чувством.

— Спокойно — это ты от меня отхватила, — взяла её за руку Анжелика.

— Ты меня била по моему нежному, красивому личику? — она подняла на подругу полные слёз глаза, пытаясь освободить свою руку.

— А ты что, забыла, что ты мне вчера говорила? — в голосе Анжелики послышались нотки злости.

— Я не помню ничего. Стерва ты, а не подруга — вот ты кто! — всхлипнув, произнесла Арина.

— Стерва, да? Опять? Ты совсем обалдела, рыжая? — вскрикнула явно уязвлённая Анжелика и неожиданно для Виктора отвесила рыжей пощечину по левой щеке.

— Эй, эй, что ты делаешь? — подошёл Виктор и перехватил её руку, потому что она на одной пощёчине останавливаться явно не собиралась.

— Не вмешивайся! — выкрикнула Анжелика, а плачущая Арина вскочила со стула и бросилась на диванчик, уткнувшись лицом в подушечку и демонстративно рыдая.

— Посмотри, тебе мало этого всего? — Виктор кивнул на рыжую, которая весьма красиво выставила попку.

— Она меня сейчас стервой назвала, и вчера тоже, — попыталась вырваться брюнетка, дерзко глядя в глаза Виктору.

— Это вы сами разбирайтесь, но бить её не надо — у неё и правда мордочка припухшая, — краем губ улыбнулся Виктор, и брюнетка через несколько секунд послушно кивнула, расслабив руку.

— Не буду.

— Хорошо, приготовь кофе, а я пойду в душ, — парень облапал её за попку, взглянул на рыдающую или делающую вид, что она рыдает, Арину, и пошёл в ванную.

Минут пятнадцать он плескался, потом чистил зубы какой-то из многочисленных зубных щеток, потом вытерся, пощупал свою застиранную одежду — она была практически сухая. В этот момент ему показалось, что в дверь кто-то позвонил, и по коридору кто-то пробежал в сторону двери — но он не был уверен. Закончив вытираться и обернувшись снизу полотенцем, он явственно услышал шаги в коридоре, но без особых колебаний открыл дверь и вышел.

— Это ещё что за явление? — услышал он надменный, холодный голос и одновременно увидел на кухне ещё одну девушку, которая стояла с выражением превосходства на лице и недовольно смотрела на Арину, которая уже сидела на диване, сложив руки на коленях и опустив голову, как школьница. К незнакомке подбежала Анжелика из глубины кухни, на её лице была смесь растерянности, легкого испуга и раскрытой тайны.

Виктор быстренько рассмотрел девушку, внешность которой его совершенно поразила — ростом чуть выше Анжелики и на вид чуть старше, она была закутана в белую, стилизованную под мех накидку, а плечи были оголены. Кожа её имела ещё более сильный загар и даже более насыщенный оливковый оттенок, нежели у Анжелики — скорее даже оттенок меди, что придавало её красивому лицу выражение благородной надменности и полную гармонию с причёской и глазами, которые особенно поразили Виктора — они были цвета тускнеющей меди, которая отливалась на солнце, но меняла свой оттенок в тени.

«Вот это красотка, никогда не видел я таких обалденных и чарующих глаз», — поразился Виктор, оценив и фигуру, и общий вид этой очень красивой девушки.

— Стеллочка, это мой жених, я тебе вчера писала о нём, — как-то неуверенно пролепетала Анжелика, виновато глядя на эту девушку исподлобья.

— Вот этот вот плебей без манер и воспитания? — небрежно-надменным жестом показала на Виктора незнакомка.

— Плебей? — на секунду скривил губы Виктор. — Ты вообще кто такая, барышня? Многовато ты задаёшь вопросов — как для простой горничной, — заявил он, чувствуя, как его накрывает гнев.

— Ты что сказал сейчас, пёс? — глаза девушки расширились, в них появилось нечто такое, что очень не понравилось Виктору. Она начала медленно поднимать руку в его сторону: — Я тебя сейчас превращу в пыль, мерзавец, — процедила она.

— Не-е-е-т! — раздался истошный вопль Анжелики, которая быстро стала между девушкой и Виктором, с опаской схватив её за руку.

— Что за невоспитанного дебила ты себе нашла, сестрёнка? Вот это — твой так называемый жених? — услышал через несколько секунд Виктор вопрос девушки, которая с неприязнью продолжала смотреть на него, потом перевела взгляд на Анжелику.

— Милый, это моя старшая сестра, Стелла, — обернулась к Виктору Анжелика и произнесла это дрожащим голосом — на её лице был явственный испуг.

— Очень рад, — Виктор стоял в коридоре, замотанный только в полотенце — его губы скривились в подобие улыбки.

Наконец, девица отвела от него пылающий гневом и расплавленной медью взгляд, и повернулась к Арине:

— А ты что здесь делаешь, дрянь?

Глава 30

Виктор почувствовал, как сердце начинает биться быстрее, а к горлу подступает комок — от этой девушки, которая оказалась сестрой Анжелики, ему было не по себе. И чувство это и не думало проходить — то, как гостья смотрела на Арину, вызывало у него тревогу.

— Стелла, рада тебя видеть, — пролепетала Арина, и Виктору было прекрасно видно, что рыжая испугана.

— Рада видеть, значит, отродье лесбийское? — надменно произнесла гостья и тыльной стороной левой руки наотмашь дала ей пощечину.

В правую руку сестры вцепилась Анжелика, которая вздрогнула всем телом, когда та ударила рыжую. Виктор смотрел, как Арина от удара вздрагивает всем телом и закрывает лицо ладошками, как обиженный ребенок.

«У неё реально лицо припухшее — и от пощечин, и от рыданий тоже, ну куда ей ещё?»

— За что вы её бьёте? — возмутился он и вошёл на кухню.

Гостья не удостоила его даже поворотом головы, продолжая хищно смотреть на беззвучно плачущую рыженькую, а во взгляде повернувшей к нему голову Анжелики парень прочитал страх и предостережение.

— Алё, подруги! — ещё громче сказал Виктор.

— Успокой этого дебила, пока я еще добрая, — прошипела Стелла.

Анжелика кивнула и быстро подбежала к Виктору, приобняла его и прошептала на ухо быстро и пылко:

— Милый, не вмешивайся, иначе она всех нас тут на ноль умножит. Вот она — реально стерва, а я по сравнению с ней — ангел, понимаешь?

Пока она это говорила, гостья правой рукой взяла Арину за запястье, отвела её руку от лица и дала ещё одну пощечину — сильно и с оттягом. Ей это явно нравилось.

— Прекрати её бить! — рявкнул Виктор, которого это всё в высшей степени раздражало — ему стало жаль рыжую, несмотря на её не самое лучшее поведение.

Не сказав ни слова, Стелла чуть повернулась к нему и приобнявшей его Анжелике, сделала изящный жест кистью правой руки, и после этого Виктор почувствовал сильнейший озноб — будто его окатили ледяной водой, сразу же в глазах начало темнеть и он осознал, что задыхается — шею стиснула невидимая удавка. Пришёл в себя он на полу, как будто после обморока — рядом с ним лежала и Анжелика, явно испытавшая такие же ощущения — на её лице было страдание.

— Извини, сестрица, но я тебя предупреждала, — в голосе Стеллы была издевка — она явно кайфовала от ситуации.

«Что это за Дарт Вейдер, бля?» — обалдел Виктор.

— Стелла, прекрати, умоляю тебя, — выкрикнула Анжелика дрожащим голосом.

«А ведь она реально испугана. Ничего себе, семейка», — в очередной раз поразился парень, который пытался нащупать полотенце, куда-то пропавшее с его бёдер — сейчас он остался голый.

— А ведь слухи не врут, сестрица, — явно смакуя слова, продолжила говорить гостья. — Ты не просто лесбиянка, ты ещё и полнейшая дура — потому что делаешь это с нашими политическими противниками.

— При чём здесь это? — выкрикнула Анжелика, которая еле-еле полуприсела на полу, опираясь на руки, и смотрела на надменную девушку в белом.

— Теперь вы обе — у меня в кармане, ясно? Грош цена твоим сказочкам про замужество, когда в твоей квартире эта шлюшка!

— Да пошла ты, сучка бессердечная! И я не шлюха! — довольно неожиданно для Виктора выкрикнула Арина.

— Молчать, дрянь бесполезная, — повернулась к ней Стелла и снова ударила наотмашь, но рыжая успела защититься ладонями.

— Мы не лесбиянки, но ты всё равно не поверишь, — горько произнесла срывающимся голосом Анжелика.

«И в чем же суть этой драмы? Семейная вражда или что-то ещё?» — напряженно думал Виктор, который решил притвориться очень пострадавшим от магического удара, хотя практически сразу пришёл в себя и наблюдал за ситуацией.

— Про твои с ней шашни вся светская Москва шепчется! Ты позоришь нашу семью, сестра! — в глазах незваной гости бушевала раскалённая медь, и Анжелика не выдержала её взгляд.

— Это клевета, Стелла! Все моё детство и юность в нашей семье говорили, что нам не надо дружить с Ариной, а в её семье то же самое говорили про меня. Мы хоть и политические противники, но разве это мешает вести нашим семьям совместные дела? — начала говорить Анжелика довольно тихо, но в конце сорвалась на крик.

— Не забывайся, сестра! Я хоть и люблю тебя, но не позволю твоим страстям и порокам затмить твой разум, — Виктор с тревогой смотрел, как Стелла делает шаг от диванчика с Ариной и протягивает руку в сторону Анжелики. — Кто, как не я, приведёт тебя в чувство?!

Хозяйка квартиры рухнула обратно на пол и начала задыхаться, да и сам Виктор почувствовал магический удар на себе — он был рядом с Анжеликой, как раз присел на бедро и прикидывал, получится ли у него метнуться к этой стерве и свалить её с ног.

Через несколько секунд раздался крик:

— Прекрати, ей же больно! — это была Арина.

Медный отблеск в глазах Стеллы становился всё более зловещим, и Виктор уже понимал, что скоро потеряет сознание — его бил сильный озноб, воздуха не хватало, а ещё он был полностью голый. Но неожиданно все кончилось — он почувствовал небольшую воздушную волну, и когда отдышался и поднял голову, то увидел, что гостья стоит уже возле стола, её прическа растрепана, каблук на одной из туфель сломан, а сама она со злостью смотрит на Арину, которая бессильно откинулась на диване.

— Ах ты шалава рыжая — ты как посмела меня атаковать? — послышался злой, холодный голос Стеллы.

— Не трогай Анжелику! Ты совсем с ума сошла, змея? — пролепетала Арина и как будто потеряла сознание, раскинувшись в неудобной позе на диване — её красивые ножки свисали.

Виктор краем глаза видел, что Анжелика пришла в себя и пытается подняться — он взял себя в руки, и пересилив нахлынувшую слабость, довольно быстро поднялся и помог ей.

— Сестра, возьмись за ум, иначе тебя накажет отец! — через несколько секунд произнесла Стелла, которая с явным сожалением смотрела на свои туфельки. — Я желаю тебе только добра!

— Не хочу тебя видеть, — глухим голосом ответила Анжелика и уткнулась в плечо Виктору, который её приобнял — так им обоим было легче стоять.

Незваная красотка-гостья в белой накидке облокотилась ладонью на стол, несколько раз вздохнула и непроизвольно провела кончиком языка по нижней губе — её взгляд как раз остановился на оголенном достоинстве Виктора. Неохотно переведя взгляд на Анжелику, она заявила:

— Вообще-то я приехала поговорить о делах и о твоей доле в семейном бизнесе, и никак не ожидала увидеть здесь представительницу рода Дроздовских, знаешь ли! Тем более вот эту рыжую шалаву! Я бы еще поняла, если бы это была Лерочка, но вот эта сучка…

— Она не шалава и не сучка, — перебила Анжелика, — зачем ты так говоришь?

— Дело в тебе, сестра — ты сама себя изолируешь от семьи такими поступками. Встретимся в другой раз, когда ты будешь в трезвом уме и подготовишься к восприятию важной информации, — почти прежним надменным тоном произнесла гостья, потом несколько секунд смотрела на недвижимо лежащую на диване рыжую, элегантно сняла туфли и бросила их под ноги Анжелике, ещё раз взглянула на хозяйство Виктора, потом ему в глаза — пристально, и вышла в коридор.

«Ну и глазищи, ну и темперамент», — в её взгляде он увидел и угрозу, и заинтересованность.

Скоро послышался звук падающей с полок обуви, а потом открываемой и закрываемой входной двери.

— Блядь, что это было вообще? — спросил тяжело дышавший Виктор, у которого очень сильно разболелся синяк на груди — то самое место от вчерашнего магического удара льдом.

— Это одна из моих старших сестёр, Стелла, — брюнетку тоже бил легкий озноб.

Виктор подобрал лежащее недалеко полотенце, снова завернулся в него и показал ей рукой на диван. Девушка оперлась на его руку и он подвёл её туда, усадив с краю, а сам сел между нею и рыжей, прямо возле её попки.

— Извини, Анжелика — за то, что считал тебя сукой и стервой. По сравнению с этой мадам ты — пример выдержки и доброты!

— Очень смешно, — всё таким же потухшим голосом ответила брюнетка, массируя себе затылок пальцами.

— Я и не смеюсь, — пожал плечами парень и медленно помотал головой — шея побаливала. — А что с рыжей?

— Она тоже получила сильный магический удар, наверно — моя сестра гораздо более сильная магичка, чем мы обе, вместе взятые, а еще она потратила остатки своей энергии действия, и сейчас её просто отрубило от такой нагрузки.

— Сестра, говоришь? Она же напала на тебя и чуть не убила, — у Виктора все эти штучки в стиле Дарта Вейдера, которые он испытал на своей шкуре, до сих пор не укладывались в голове.

— Когда она злится, то бывает очень несдержанна, а ещё у неё недавно сорвалась помолвка и она потеряла важную должность — это тоже накладывает отпечаток, — вздохнула Анжелика и положила голову на плечо парню. — Ну и увидела милую у меня в квартире — это вообще неприятная случайность.

«Такая уж случайность? Или чьи-то интриги?» — задумался Виктор.

— Ты понимаешь, что она нас чуть не убила — озноб и удушение, понимаешь? Меня до сих пор трясёт, а ты её оправдываешь, — произнес он.

— Она сильна в своей воздушной стихии, и её способности усиливаются, когда она в негативной парадигме.

— Это как?

— Ну, расстроена, взволнована, в плохом настроении, злая и все подобное, — Анжелика провела ладонью по его руке. — Это дает подпитку её энергии.

— Это у вас семейное, да?

Анжелика явно предпочла промолчать.

— Может, вызовем врача? Рыжей плохо, — предложил Виктор через некоторое время, пока сидели молча.

— Поверь, мне не лучше — все тело ломит.

— Это последствия магоатаки? Что можно сделать, чтобы облегчить состояние? — Виктор и сам ещё не отошёл от этого всего.

— Таблетки выпить и отдыхать, избегать сильных эмоций и физических нагрузок.

— Это только для магов или меня тоже касается?

— Ты с луны свалился вместе с остатками астероида обретения, милый? — с подозрением произнесла девушка.

— О чем ты говоришь? — Виктор решил пока что проигнорировать свою маскировку, тем более это было оправданно произошедшим. — Просто поясни, у меня голова не варит.

— Обычные люди, ну то есть граждане с минимальным магокефом, еще сложнее переносят такое и им дольше надо восстанавливаться, — разъяснила Анжелика, потом несколько секунд помолчала и добавила: — Но по тебе не скажешь, что ты сильно пострадал, ты даже бодрее, чем я или Арина — странно это! Не каждый тренированный военный такое выдержит.

«Вот как, значит? Я бы не сказал, что прям как огурчик себя чувствую», — её слова удивили его.

— Знаешь, что-то не хочется мне жениться на девушке, сестра которой способна убить её и окружающих на ровном месте! — резко перевел тему парень.

— Что? Ты меня разлюбил? — встрепенулась Анжелика.

«А я разве любил? Ну даёт! Но озвучивать это не стоит, конечно», — Виктор чувствовал, что голова уже почти не кружится.

— Да разве я мог? — улыбнулся он иронично. — Но торопиться не будем.

— Будем, — помотала головой брюнетка, похлопывая себя нежно по щечкам.

— А что там за семейный бизнес и какая твоя доля в нём? — поинтересовался парень.

— Я тебе говорила, что со мной ты не пропадёшь! — уже чуть более бодро произнесла Анжелика и прижалась к нему. — По родовому жребию на праздничной церемонии мне будет доступен какой-никакой, но выбор, и я теперь думаю, что же мне выбрать. Но мне нужен муж, иначе я не смогу вступить в права, вернее — мне не даст этого сделать семья, потому что сама церемония просто не состоится без этого условия.

— Семейные ценности — это наше всё, — не удержался Виктор, но почувствовав, как всем телом вздрогнула девушка, добавил: — И что тебе предлагают на выбор?

— Ну, мне или моему будущему мужу положена одна должность в госаппарате и одна должность плюс доля в бизнесе — в какой-то из госкорпораций, на выбор по жребию или по договоренности с сестрами и другими заинтересованными лицами.

— Как-то маловато для дочери президента, — Виктор устроился поудобнее на диванчике и обнял Анжелику за плечи. — Нельзя тебя нормально обустроить без всей этой суеты?

— Знаешь — не я выдумывала все эти правила и традиции, родовые, деловые и хрен ещё знает какие. Тем более, я же не одна дочь, а наш клан, вернее семья и приближенные к ней, он большой и каждый хочет себе много чего, а за меня вступиться некому, я тебе свою ситуацию рассказывала, — довольно грустно произнесла девушка. — Происходит постоянная внутренняя борьба, а ещё мы должны защищаться от посягательств других таких олигархо-аристократических группировок, тоже очень могущественных, а ещё надо блюсти государственные интересы. Как видишь — всё очень непросто.

«Да, вроде бы всё, как и у нас, стандартный набор олигархии — коррупция, непотизм, клановость, чуть ли не продажа должностей, но моя брюнеточка — явно аутсайдер во всех этих делах. Может, и правда жениться на ней и окунуться с головой в это всё? Я с моим опытом не пропаду, наоборот — войду в эту систему сразу на достаточно высокую стартовую позицию, а уже там можно будет смотреть на дальнейшую перспективу. Это поможет мне достичь моей главной цели через год!» — прикинул Виктор свои перспективы с Анжеликой, которая сама по себе ему нравилась, несмотря на заскоки в характере и лесбийский флёр — её можно направлять и воспитывать, хотя легко не будет, конечно.

— Мне этого не понять, я ведь обычный студент, плебей, как говорила и твоя подруга, — он кивнул головой на лежащую рядом Арину, — и сестрица.

— Ты слишком хорош для обычного плебея — я это сразу поняла, а вообще забей на все эти вещи — это чисто классовые подъёбочки. Обычные граждане тоже нас называют мракобесами, колдунами, кровопийцами, олигархами, ворьем, предателями, угнетателями и всё такое. Обидно такое слышать!

«Однако, дела. Тут что, и впрямь такая свобода слова? Или она хорошая сказочница и сейчас мне едет по ушам? Или же это у неё за зачаточные революционные настроения такие? Откуда она вообще это знает?» — Виктор не ожидал этого всего услышать из уст именно Анжелики.

— Ну спасибо, — он нежно потрепал её за волосы. — Так что за должности?

Несколько секунд Анжелика молчала, потом пару раз вздохнула и ответила:

— Милый, ты пойми, это всё секретные сведения. Если бы я знала, что у нас всё серьезно, я бы тебе рассказала.

— Ты же собиралась сегодня ехать чуть ли не во дворец и женить меня на себе, — тихонько засмеялся парень.

— Это одно, а вот когда ты готов будешь осознанно и добровольно это сделать — это совсем другое, — промолвила Анжелика. — Я любви хочу!

«Это как понимать — теперь она предлагает мне добиваться её, потому что увидела мой интерес к её приданому, так сказать? Вот же хитрая девчонка», — Виктор с некоторым восхищением оглядел девушку, которая уткнулась в его плечо и прикрыла глаза.

Сбоку раздался стон Арины, которая начала подавать признаки жизни — Анжелика встала, и чуть пошатываясь, сделала пару шагов к ней, села рядом и приложила ладонь к её лбу.

— Что-то она горячая, это плохо. Надо скорее таблетки, — взволнованно посмотрела она на Виктора.

— Какие таблетки? Ей к врачу надо — она вчера напилась, и сейчас отхватила, ты это понимаешь вообще? Да и нам надо тоже, — Виктор положил ладонь ей на плечо.

— Ну не знаю, — неуверенно произнесла брюнетка — Виктор видел, что она колеблется.

— Ты вся дрожишь, милая! Оденься — ты в одном пеньюаре. Что это была за магия, как будто нас ледяной водой окатили? Ощущение очень натуральное было!

— Это фирменная техника Стеллы, так мало кто умеет, она очень долго этому училась — она у меня очень целеустремлённая. Блин, я действительно замерзла, пойду оденусь, а ещё курить очень хочу! — девушка встала, и немного пошатываясь, пошла в коридор.

«Она её ещё и хвалит. Или завидует? Хрен поймёшь этих девочек-мажорочек, а по совместительсту — магичек-истеричек. Надо залезть в интернет насчёт медпомощи — что-то мне тоже не слишком хорошо после этих магических холодных купаний и удушений. Может, есть какие-то частные врачи, к которым можно обратиться без лишней огласки? Должны быть», — Виктора взбодрила эта идея, и посмотрев на рыжую, которая постанывала и ворочалась, он встал, поправил полотенце и пошёл вслед за Анжеликой.

Глава 31

Пока Анжелика стояла в прихожей и рассматривала бордель, устроенный сестрицей — обувь валялась на полу по всей прихожей и по обеим сторонам коридора, Виктор заскочил в ванную, надел труселя и накинул на себя один из халатов. После этого он подошёл к брюнетке, которая явно выглядела расстроенной.

— Она забрала мои любимые туфельки из крокодиловой кожи, — сообщила она парню обиженно.

— Бывает. Это же твоя сестра, сочтётесь! — скептически ухмыльнулся Виктор.

— Вот ничего ты не понимаешь в девушках, — топнула она ногой и пошла в комнату.

Виктор пошёл за ней. Анжелика присела на кровать и смотрела перед собой, поэтому парень, секунду подумав, подошёл к ней, сел рядом и обнял за плечи:

— Всё будет нормально, успокойся, — произнёс он. — Давай сейчас подумаем насчёт врача — или вызовем какого-нибудь частника сюда, или сами к нему поедем и повезем твою подружку.

— Наверно, так и надо сделать, не нравится мне это всё, — вздохнула Анжелика и отвела взгляд — Виктору показалось, что она чего-то недоговаривает.

— Пойдём к компу, поищешь, — предложил Виктор и мягко подтолкнул девушку.

Как он и ожидал, частного доктора нашли, но далеко не сразу — некий специалист широкого профиля, в том числе по выведению из запоев — как следовало из описания на корявеньком сайте-визитке. Как положено в таких случаях — с медицинской лицензией, выданной минздравом, а сам кабинет его был расположен сравнительно близко — на третьем этаже «Золотого полиса».

— Поедем к нему или вызовем сюда? — спросил Виктор, положив руку девушке на плечо — она была явно подавлена.

— Давай вызовем, если он согласится, — вздохнула Анжелика.

Несколько минут искали её телефон, который был в сумочке, которая валялась в прихожей под кучкой туфлей, потом Анжелика позвонила, а Виктор стоял рядом и слушал диалог по громкой связи: услуги стоили четыреста рублей — это приём, а выехать он никак не соглашался, ссылаясь на сильную занятость. Анжелика договорилась в итоге, что они приедут к нему, и он должен будет принять без очереди.

— Так не хочется никуда ехать, это одеваться надо, в порядок себя приводить, рыжую одевать, — сделала недовольное личико брюнетка, глядя на Виктора.

— А что делать? Придётся так, зато мы будем спокойны, — нежно приобнял её Виктор и на миг прижал к себе — девчонка прямо расслабилась и просветлела на лице.

— Ну хорошо, давай, только рыжую ты будешь на себе тащить.

— Договорились, вызывай такси, можешь вот это вот вчерашнее, с доставкой — пусть они тащат!

Хозяйка квартиры чуть скривилась, но ничего не сказала, открыла приложение и вызвала такси «Пирамида». Виктор довольно быстро оделся — вещи были практически сухими, потом посмотрел входящие на планшете — их не было. Анжелика оделась в довольно свободный спортивный серый костюмчик и легкие беговые кроссовочки, причесалась, надушилась, а вот с рыжей пришлось повозиться — она действительно чувствовала себя очень плохо, с трудом стояла на ногах, и Анжелика одела её в примерно такой же костюмчик, только темно-синего цвета — Виктор под предлогом деликатности не стал вмешиваться, отдав весь процесс одевания на откуп брюнетке, которая очень недовольно ему высказала об этом по окончанию процесса одевания. Обули Арину в какие-то непонятные мокасины на босу ногу, которые валялись чуть ли не посреди коридора — и опять Анжелика попыталась спихнуть этот процесс на него, но он пожал плечами и со словами «это же твоя подруга» снова вышел в прихожую, поскольку таксист уже приехал и звонил в дверь.

Виктору практически и не пришлось тащить на себе Арину — водитель, крепкий мужик лет за тридцать пять в униформе «премиум-такси», помог им дотащить девушку по лестнице вниз, и её аккуратно усадили на заднее сиденье довольно комфортабельной черно-зелёной машины. Анжелика села рядом с ней, а Виктор — на переднее сиденье. До «Полиса» доехали минуты за четыре — повезло проскочить два светофора на зелёный. Виктор рассматривал утреннюю улицу, и она была довольно таки свободна от транспорта — поток машин был небольшой по сравнению с его настоящим миром, а впереди виднелись по паре автобусов на обеих сторонах дороги. Восьмиэтажный торговый центр выглядел очень солидно и современно — сочетание бетона, тонированных стёкол в позолоченных рамах, украшений и различных фигурок на выступах. Общий богатый вид дополняли стильно интегрированные кондиционеры необычной формы и цвета.

«Весьма интересный современный стиль с явным уважением к традициям прежней архитектуры, чувствуется эргономичность и сочетаемость с окружающим зданиями и с общей планировке района. Стиль чем-то напоминает и „Эскрайм“, и даже „Марков-Плаза“ — они гармонируют друг с другом, хотя и расположены относительно далеко. Наверно, весьма дорогостоящее здание», — размышлял Виктор, пока они припарковались справа — недалеко от одного из боковых входов, и водитель помогал вытащить Арину, которая действительно еле держалась на ногах — на её лице было написано страдание и усталость, а глаза были полуприкрыты.

За дополнительную плату водитель согласился помочь сопроводить рыжую на третий этаж — хотя Виктор думал, что это и так входит в услугу «доверительное такси». Это заняло чуть дольше времени, чем он думал — на первом этаже было довольно много посетителей, им пришлось идти мимо нескольких бутиков справа от них, продавщицы которых явно только вышли на смену и открывали их — в общем, пока они дошли до лифта, на них глазело очень много народа, и Виктору было от этого не по себе. Он шёл слева, страхуя водителя, на которого Арина опиралась довольно бесцеремонно, но в то же время уже значительно бодрее переставляя свои ножки. Выглядела она бледной, уставшей и припухшей — совершенно не сравнить с тем вчерашним бодрым и шикарным видом, когда Виктор впервые увидел её возле парка «Сиреневый Яр».

«Очень богатая отделка — белый мраморный пол, лепнина на стенах, золотые и серебряные узоры, картины, дорогущее дерево — местечко весьма приятное, в стиле тридцатых годов прошлого века», — рассматривал Виктор отделку огромного вестибюля, по которому они шли вперёд к одному из лифтов. Им нужно было подняться в правое крыло, как объяснила Анжелика — там был кабинет доктора.

Людей было довольно много — Виктор заметил огромную барную стойку и несколько столов с креслами на другом конце зала, и когда они свернули в большой коридор и подошли к одному из крайних лифтов, нажав кнопку вызова, практически следом за ними зашли две молодых девушки в марковской форме, но с пилотками на головах — Виктор заметил их приближение ещё шагов за двадцать до коридора.

«Видел береты, видел бейсболку у Лизы, а теперь ещё и пилотки — сколько у них комплектов формы вообще? Хотя форма вроде бы и одинаковая, а вот головных уборов — явно на все случаи жизни», — сделал заключение Виктор, поддерживая за локоть Арину.

Две довольны симпатичные девицы лет девятнадцати сначала стояли молча и чуть дальше от них, но вскоре одна из них не выдержала:

— Граждане, а что это у вас здесь происходит? Пьянство в общественном месте? Неподобающее поведение?

Виктор даже не успел ничего сообразить, как Анжелика небрежно повернула к ним голову и ответила:

— Не лезь не в своё дело, чернышка. Ты иди, куда шла, или неприятностей захотела?

— Вы что себе позволяете, гражданка? Хотите административный арест за пьянство и оскорбление представителей правоохранительных органов? — заявила вторая девушка и нахмурилась.

— Рот свой закрой. Ты не при исполнении, ясно? Разводить будешь кого-то другого! — дерзко заявила Анжелика, переводя взгляд с одной девахи на другую.

— Гражданка, вы нам не хамите… — снова начала вторая, но Анжелика перебила:

— Я вот сейчас позвоню генералу Маркову-Пятому и расскажу, как вы незаконно пристаёте в «Золотом полисе» к гражданам с высоким магокоэффициентом. Покажите ваши патрульные предписания и удостоверения, юнкеры! — требовательно заявила она.

Девушки переглянулись между собой и первая ответила неуверенно:

— Возможно, мы ошиблись. Вашей спутнице плохо, и она выглядит пьяной — может, вам помочь?

— Вы поможете, если оставите нас в покое, — хмыкнула Анжелика и взглянула на Виктора — в её глазах был азарт.

«Любит она такие ситуации, наверно», — улыбнулся он ей в ответ.

— Что же, хорошего дня, — недовольно ответила первая девушка, и они с напарницей отошли к одному из лифтов чуть левее, повернувшись к ним спинами и довольно красивыми попками.

— А откуда ты узнала, что они не при исполнении? — шепотом поинтересовался Виктор у брюнетки, которая явно повеселела.

— Блин, ну ты как ребенок. Хотя ты и не знаешь этих нюансов, наверно, ты ж не юнкер, — Анжелика чуть ли не прижалась к нему. — Запомни, когда на юнкерах надета пилотка, это значит, что они не в правоохранительном режиме, а в военном, — прошептала она.

— Это как?

— Или увольнительная, или военный патруль, короче говоря — они конкретно сейчас не имеют прав, приравненных к милиции, и документов на патрулирование у них тоже нет. Это регулируется межведомственным уставом и контролируется прокуратурой. Вот когда они в беретах — это практически менты, когда в бейсболках — можешь вообще нахер посылать, понял?! Это всё строго регулируется уставом гарнизонной службы, их даже из казармы не выпустят, если они не по форме одеты — за это отвечает помощник казарменного коменданта, во всяком случае — так у корниловцев, — пояснила она.

— Видно, что ты хорошо училась, — попытался без иронии ответить Виктор.

— На самом деле нет — я конкретно распиздяйничала, и вот иногда об этом жалею — сейчас я бы совсем иначе себя вела и даже бы осталась учиться дальше, наверно, — вздохнула Анжелика, и в этот момент приехал лифт.

«Какая-то она сегодня самокритичная. Долго же мы лифт этот ждали», — удивился парень этим двум фактам, поддерживая под руку Арину, которая уже чуточку пришла в себя — из приехавшего лифта вышли две женщины и мужчина, богато одетые и благоухающие явно дорогущим парфюмом.

Лифт оказался очень просторным, они вчетвером спокойно поместились.

«Ну наконец-то мы приехали», — с облегчением подумал Виктор, когда они вышли в коридор, стилизованный под морёный дуб, слабенько освещённый, со множеством дверей на этаже.

— И где тут пятнадцатый кабинет? — Анжелика смотрела по сторонам, поскольку если смотреть левее от лифта — то вскоре коридор упирался в панорамное окно, а если правее — там был огромный ряд дверей, и коридор метров через пятьдесят заканчивался выходом в большой, освещённый зал.

— Сейчас я быстро посмотрю, — Виктор двинулся левее, и пройдя шагов десять, не нашёл нужного номера на дверях. — Туда, — показал он рукой в противоположную сторону, и водитель такси, повинуясь словам Анжелики, двинулся правее от лифта, поддерживая рыжую.

Кабинет доктора оказался шагах в пятнадцати на другой стороне от лифтов, и как ни странно — никакой вывески на нём не было, что очень удивило Виктора. Они открыли дверь и зашли в небольшой зал ожидания, в котором было несколько стульев, а возле окна сидела за столом секретарша лет сорока, что-то писавшая в карточке.

— Здравствуйте, вы записаны на приём? — подняла она голову и улыбнулась.

— Да, мы звонили доктору насчёт экстренного приёма! — ответила Анжелика, поддерживая рыжую, пока та садилась на стул недалеко от входа. — Спасибо, вы свободны, — улыбнулась она водителю и протянула купюру в пятьсот рублей.

— Благодарю, барышня, — мужчина довольно улыбнулся, чуть поклонился и вышел из кабинета.

«Нормально она деньги раздаёт — вчера полкуска, сегодня. У меня всего пару тысяч с хвостиком, и наверняка это все деньги, которые у меня, студента, есть, а она швыряется хорошо так наличностью», — отметил он этот момент с явным неудовольствием.

— Одну секундочку, я сейчас доложу о вашем приходе, — секретарша поднялась из-за стола, подошла к красивой двери из красного дерева, постучала и вошла. Виктор только хотел кое-что спросить у Анжелики, но секретарша вышла, распахнула дверь и показала рукой:

— Проходите, пожалуйста!

— Виктор, помоги, — Анжелика показала рукой на рыжую, которая откинулась на стуле в позе умирающей аристократки.

«Да заколебали вы меня, девицы. Я что, носильщик?» — его это начало немного злить, но он взял Арину за руку и довольно бесцеремонно потянул на себя, стимулируя её вставать.

— А-ай, больно-о, — застонала она слабеньким голосом.

— Потерпи немного, сейчас тебя вылечат, — громко прошептал ей на ухо парень, закидывая её руку себе на плечо.

«Доктор мог бы и выйти, сука, ему за это бабки платят. Что это за сервис такой?» — удивлялся Виктор, когда они зашли в просторный кабинет с парой кушеток и приглушенным освещением.

— Здравствуйте, молодые люди! — послышался голос мужичка средних лет или старше откуда-то из-за занавески на второй половине этого просторного кабинета. — Ложитесь на кушетку и подождите одну минуточку, я закончу с пациентом.

— Доктор, мы договаривались без очереди, моей подруге плохо, — недовольно заявила Анжелика, помогая Виктору уложить рыжую на ближайшую к ним кушетку.

— Я ожидал вас немного позднее, подождите минуточку, — невозмутимо ответил голос.

— Ладно, — заявила Анжелика и присела на один из стульев возле стены, начав рассматривать кабинет. Виктор последовал её примеру и увидел много интересного, суммировав свои наблюдения как «врачебный кабинет с кушетками, шкафчиками для лекарств, кучей дипломов и сертификатов на стенах, который подходит какому-нибудь мозгоправу или гипнотизёру, но не мастеру выведения из запоев».

— Интересный кабинетик, — тихонько произнесла Анжелика.

— Да, — кивнул ей Виктор.

Через минуту раздалось шуршание черной занавески, и оттуда показался высокий, худощавый мужчина лет около шестидесяти, в белом халате, со стетоскопом и ещё каким-то прибором на шее.

— Прошу прощения за задержку, очень неотложный случай, — подошёл он к ним, улыбнулся и кивнул головой на занавеску, потом подошёл к Арине. — Что случилось с вашей подругой? — повернул он голову к Анжелике.

— Перебрала с алкоголем вчера, а сегодня утром получила сильный магический удар, — неохотно ответила Анжелика.

— Алкогольный токсикоз — это мой профиль, девушка, а вот магическое поражение — об этом я обязан доложить в милицию, как вы понимаете — это особый случай, административная, а может — даже уголовная статья!

— Доктор, — встала Анжелика и выдохнула через нос, — давайте не будем об этом! — она подошла к нему поближе, достала из кошелька две купюры по пятьсот и протянула со словами: — Мы обратились к вам, потому что нам нужна полная конфиденциальность, понимаете?

— Что ж, сейчас всё сделаем. Расскажите, что произошло, — попросил доктор, без колебаний взяв купюры.

Виктор присел на стул, пока Анжелика тихонько рассказывала без лишних подробностей о том, что произошло вчера и сегодня.

— И вы тоже получили магический удар, и ваш молодой человек? — врач пристально посмотрел на них обоих поочередно. — Вы слишком хорошо выглядите.

— У меня высокий магокэф, я нормально переношу это, а мой парень, э-эм, — Анжелика на секунду замялась, — он выносливый, с ним всё хорошо.

— Хорошо бывает, когда у человека магокоэффициент равен или превышает таковой у атаковавшего и, таким образом, пострадавший от атаки может его частично абсорбировать при наличии некоторых способностей, доступных очень немногим умельцам или талантам, — произнося это, доктор назидательно поднял палец вверх, — а вот у обычного человека без приёма стабилизирующих лекарств могут вскоре появиться побочные эффекты и проблемы с кровообращением, проще говоря — опасность венозного тромбирования!

— Не пугайте нас, доктор, ээ…

— Ботвинов, но можно и Антон Алексеевич, — представился врач.

— Вы хотите сказать, что Виктору тоже нужны лекарства? — в голосе Анжелики была тревога, а в глазах, когда она посмотрела на Виктора — страх.

— А какой у него гражданский магокоэффициент? — доктор посмотрел на Виктора, потом снова на брюнетку.

— Самый минимальный, — довольно громко ответил парень, не давая вставить реплику Анжелике.

— Вот как! Тогда я вам пропишу стабилизирующий препарат, вам придется пропить его минимум неделю, чтобы исключить побочные действия на сосуды, молодой человек, — заявил врач, снова повернувшись к нему и рассматривая с недоверием.

— Спасибо, — кивнул Виктор.

«Я что-то не понимаю — Анжелика что, не знает всех этих вещей? Вообще она должна это знать, она же магичка и явно любит давать магические люли направо и налево, судя по нашему вчерашнему знакомству! Или реально не знает? Или выкашивает под дурочку?» — у Виктора неприятно засосало под ложечкой от услышанного.

— Давайте я займусь пострадавшей девушкой, а потом осмотрю вас обоих. Подождите в коридоре, пожалуйста, молодой человек, — сказал доктор, снимая перекинутый через шею прибор и стетоскоп. — А вы можете присесть вот сюда, — посмотрел он на Анжелику и показал на стул.

— Хорошо, я подожду в коридоре, — ответил Виктор, поднялся и вышел из кабинета и в приёмную, закрыв за собой дверь.

«Возникает много вопросов. Анжелика совсем не похожа на дуру, она меня атаковала вчера, потом я получил магоудар сегодня, но нельзя сказать, что я себя плохо чувствую — побаливает только ушиб. Арина явно чувствует себя хуже, чем я. Этот врач говорит, что есть опасность тромбоза. Анжелика что, не знала об этом? Странно. Какой у меня вообще магокоэффициент, если так призадуматься? Я ведь не помню конкретно этого параметра, да и много чего ещё не помню, что стоило бы знать», — минут пять Виктор сидел на стуле в приёмной, изредка поглядывая на чем-то занятую секретаршу, потом решил выйти в коридор и пройтись к тому большому залу в нескольких десятках метров от этого кабинета.

Он молча поднялся, поправил свою сумку-чехол и вышел в коридор, тихонько прикрыв дверь. Со стороны большого зала доносилась приглушенная музыка в стиле аргентинского танго. Виктор вздохнул и направился туда, удивляясь, что свет в коридоре приглушен и вообще здесь как-то мало людей, исходя из того, что здесь минимум тридцать кабинетов на этаже и пять лифтов.

«Никакого движения нет, хотя если тут врачебный кабинет, но могут быть и другие подобные», — за минуту парень преодолел коридор и оказался на входе в просторное помещение.

«Ничего себе ресторан. Да тут половина футбольного поля по площади. Мне такой явно не по карману сейчас», — Виктор даже сглотнул, стоя на входе и рассматривая это огромное помещение с очень комфортабельными столами и креслами, диванами и пуфами.

Как он заметил — такой коридор был не один, а три, которые виднелись на другой стороне и сбоку. Часть помещения была отделена темно-бордовыми занавесками, а музыка доносилась откуда-то от барной стойки метрах в тридцати, возле которой стояли несколько официантов. Напротив стойки виднелся отлично отделанные двери лифта. Виктор уже собрался уходить когда из занавесок на противоположном краю от него, вблизи другого подобного коридора, распахнулась, и оттуда вышла очень богато и стильно одетая дама в сопровождении какой-то не менее дорого одетой девушки. Дама была в темных очках, она мельком взглянула на Виктора — скорее всего, даже не увидела его, и он просто обомлел.

«Этого не может быть. Никак не может!» — на несколько мгновений у него сперло дыхание, а сердце гулко заколотилось.

Он хотел броситься за этими женщинами, но они уже сели в лифт, явно заблаговременно вызванный швейцаром, а через несколько мгновений он услышал голос Анжелики, которая вышла в коридор и звала его, недовольно махая рукой. Он нехотя обернулся, потом снова обернулся к тому лифту, и пошёл обратно к Анжелике, поражённо раздумывая о том, что эта женщина — его вылитая настоящая мать, только с поправкой на возраст.

«Если сейчас мне восемнадцать по паспорту, то ей сейчас — сорок три, и она так и выглядела тогда, а вот здесь, сейчас — даже гораздо лучше и роскошнее. Это не может быть она, не может», — потрясённо мотал головой Виктор, пока подходил к Анжелике, которая недовольно смотрела на него, сжав губы. — «Может, сесть в этот лифт и спуститься вниз, за ней? А если это не она и я ошибся? Я уже её не найду, наверное», — его колебания прервала брюнетка:

— Блин, ты издеваешься? Пошли скорее к врачу, он же тебя ждёт! — чуть ли не прошипела она, схватила его за руку и потащила за собой в кабинет врача.

Глава 32

Виктор был потрясён и ещё ясно не понимал — действительно ли он увидел в этом мире мать, или это была какая-то галлюцинация или обман зрения — эти мысли проносились у него в голове, пока Анжелика вела его в кабинет.

— Полегче! Что с твоей подругой? — пришёл в себя парень, когда они зашли обратно в помещение.

Доктор стоял возле одного из своих столиков на противоположной стороне кабинета и явно готовил капельницу.

— У неё алкогольное отравление и энергомагическая дисфункция, — обеспокоенно ответила девушка, когда они подошли к кушетке, на которой в той же позе лежала рыжая, прикрыв лицо ладонью.

«Выглядит она не очень, слишком бледная», — машинально отметил Виктор, мимоходом оглядев рыжую. — «Может, надо было сразу броситься за матерью, попытаться с ней поговорить? А что если она в этом мире — не моя мать? Разве такое невозможно?! Но если мы обменялись сознаниями как двойники, то и родители должны быть одинаковые, по идее, иначе я чего-то явно не догоняю. Теперь уже поздно метаться — она явно имеет положение в этом мире и быстро уехала, скорее всего», — продолжали проноситься мысли — Виктор сейчас остро жалел, что затупил и не бросился за женщиной сразу.

— Что за дисфункция? — спросил он практически на автомате.

— Пошли пока сядем, сейчас доктор поставит ей капельницу и потом тебя осмотрит, — произнесла Анжелика, пока они отходили и садились на стулья возле двери. — Это такая неприятная штука, когда ты как маг используешь всю свою энергию действия, не успеваешь её восстановить и снова используешь, вычерпывая досуха весь потенциал, и это приводит примерно к такому эффекту для мозга и организма, как будто бы ты не спал и не ел неделю, — уже более тихонько и немного путано пояснила девушка.

«А что это вообще за энергия действия — типа нашей игровой маны, что ли? И как она соотносится с организмом, от чего именно зависит, на что влияет? Надо это всё обязательно узнать, но так, чтобы Энджи ничего не заподозрила — по идее, это данные не секретные, а очень даже публичные, а я их не знаю и близко», — решил всё это выяснять наводящими вопросами Виктор.

— Я же не маг, мне эти тонкости непонятны, — ответил он шепотом, прикоснувшись к кисти брюнетки — она немного вздрогнула от неожиданности.

— Вообще-то об этом можно много где почитать для общего развития, но я тебе расскажу самые общеизвестные вещи, — с иронией в голосе ответила девушка и продолжила: — Когда осколки метеорита упали на планету и потом появилась магия в разных местах, люди не сразу поняли её физические свойства, но со временем стало ясно, что у некоторых людей потенциал гораздо больше, чем у остальных, и пока длились годы хаоса, понемногу государства и правящие классы начали приспосабливаться к новой реальности и восстанавливать порядок. Теоретически у всех людей этот потенциал одинаков, а практически — зависит от общего состояния организма и генетики, а поскольку аристократы и правящие классы имели больше ресурсов, они начали быстрее развивать свой потенциал, глубоко изучать магию и её влияние на организм человека, на природу и материю, и сразу же стали ограничивать потенциал основной массы населения, пытаясь вернуть ситуацию в привычное социальное русло, — Анжелика произнесла это быстро и тихо.

— То есть теоретически я могу стать таким же магом, как твоя сестра? — уточнил Виктор, которого её рассказ очень заинтересовал.

— Ну, теоретически могу и я, и ты, а практически — нет, потому что на сегодняшний день магия и её соотношение с организмом человека изучены очень хорошо, а ещё больше того, что изучено — абсолютно засекречено и является государственной и родовой тайной правящего класса у нас, и в других странах, так что обычный человек уже не может развивать свой потенциал выше определенного гражданского предела — у нас это блокируется Республиканским Контуром Гражданской Благодати, — Анжелика произнесла эти слова с придыханием, — и является деянием незаконным.

— Хм, ясное дело.

— А ещё в общем доступе давно нет важных продуктов и лекарств, которые развивают потенциал, так что мы, аристократы, очень надёжно держим власть в своих руках, — произнесла она эту фразу со смесью гордости и печали.

— Как-то ты печально это говоришь, — акцентировал на этом внимание Виктор, который наблюдал, как доктор заканчивает делать приготовления и подходит к кушетке.

— Знаешь ли, как младшая дочь я тоже страдаю от несправедливости этого мира, — ответила она на полном серьёзе.

— Че-е-го? — повернул к ней голову удивленный Виктор, не сдержав сдавленного возгласа.

— Потише, молодые люди, — послышалась недовольная реплика доктора, который как раз начал ставить капельницу рыжей.

«Вот зачем она меня позвала так рано — я ведь мог выбежать вниз и попробовать найти матушку», — Виктора накрыло острое чувство досады.

— Не ори, — тихо фыркнула Анжелика. — Младшие дети аристократов хоть и живут лучше основной массы населения, но страдают от невнимания родителей и ограничения своих прав на долю семейного богатства, а дети младших вообще теряют и то немногое, что есть у нас, их родителей, — вздохнула она. — Это тяжелая тема, я не хочу говорить об этом. Почитай оппозиционную прессу, если тебе интересно. Я, Арина, тот же Гумилёв — мы все младшие в своих аристократических семьях и вынуждены довольствоваться малым, по сравнению с тем, что могло бы у нас быть, если бы всё было более справедливее, чем есть сейчас. Мы пробиваемся своим трудом, тяжелой учебой, многие идут по военной или промышленной линии, а старшим всё достаётся на блюдечке — родительское внимание и развитие магического потенциала, самые лучшие должности и власть, основная доля семейного капитала, доступ к тайным знаниям о магии.

«Как-то она сгущает краски — какая-то внутриродовая сегрегация получается с её слов. Странно это! Я бы не сказал, что она прям бедствует, а вот понимание мироустройства и амбиции — это да, явно её гложет».

— Не могу сказать, что ты довольствуешься малым — у тебя роскошная квартира, хорошая машина, охрана, деньги и уважение, — перечислил Виктор.

— Это так, но это всё — лишь малая часть того, чего я хочу и на что реально достойна, понимаешь, милый? Вот для того мне и нужен амбициозный муж, чтобы исправить это всё! — прошептала она пылко и прижалась к нему, положив голову на плечо. — Я хочу себе виллу в Крыму или на Кипре, хочу личный самолёт, штат поваров и всё такое, понимаешь? Хочу власть, хочу стать самой сильной магичкой в мире!

— Вполне понимаю. Будешь бороться за всю эту справедливость? — поинтересовался он иронично, аккуратно приобняв её.

— Примерно так, но об этом мы потом поговорим, когда станем ближе друг друг, — чуть ли не промурчала она.

«Если я правильно понимаю, что магический потенциал основной массы населения ограничивается искусственно правящими классами, которые называют себя аристократами и имеют преимущество административного ресурса в текущих условиях, то все эти девичьи патрули с приставанием по поводу запрещённых веществ — это как минимум свидетельствует о том, что речь идёт не только и не столько о наркотиках, как я изначально подумал, а о всех тех вещичках, которые явно запрещены с целью контроля магопотенциала у населения. Хм, наверняка есть черный рынок таких веществ. Надо узнать про этот Контур — что за фиговина? Видимо, ограничение идёт со всех сторон — запрет на продукты и вещества, ограничение через Контур и административный контроль. Возможно, даже какие-то медицинские и генетические аспекты — это было бы логично в свете такой политики, поскольку магия — это власть, а власть — это богатство и собственность, то есть всё, как обычно. Буду выяснять расклады по мере возможности», — обдумал Виктор информацию, услышанную от Анжелики, которая сейчас приткнулась к нему и умиротворенно дышала.

— А что за оппозиционная пресса? — поинтересовался Виктор, когда доктор установил Арине капельницу, настроил подачу какого-то светло-синеватого раствора и отошёл за черную ширму в другом конце кабинета.

— Блин, милый, ты на приколе? — зевая, произнесла брюнетка.

— Я политикой не интересуюсь, — вынужден был ответить парень.

— Все эти паршивые газетенки социал-демократических лоялистов, разного рода феминисток, монархистов, прозападных интеграторов, аристократических радикалов, антимагов, экологов, — мало ли у нас в стране разной сволочи, что ли, которая не любит нашу демократию? — Анжелика села нормально, потянулась и повернула к нему голову.

«Ничего себе, расклады. Что за соцдем-лоялисты, интересно? И как здесь называется правящая партия?» — улыбнулся Виктор и спросил:

— А ты сама её разве любишь? Ты только что рассказывала, как тебе плохо быть младшей!

— Эй, ты не передергивай, — ответила девчонка игриво и шутливо толкнула его в плечо, — я недовольна своим положением в рамках существующей модели, потому что все остальные политические проекты — там вообще полнейший мрак, понимаешь? Я хочу взять своё в рамках того, что есть сейчас, иначе в других условиях моя семья просто потеряет власть и влияние.

— Понятно, милая, — улыбнулся он ей, — ты хорошо объяснила.

— Я именно такая — рассудительная и умная, — кивнула она, встала и осторожно подошла к лежащей на кушетке рыжей.

— Как же мне плохо, голова и шея очень болят, — послышался глухой стон Арины.

— Держись, милая, у тебя магодисфункция, ты вчера и сегодня слишком сильно намагичилась, а ещё перенервничала и напилась, вот и результат, — ласково произнесла Анжелика и взяла её за ладонь.

— А я ведь говорила отцу много раз, чтобы он сделал мне стабилизатор, — натурально расплакалась рыжая, но постаралась быстро утереть слёзы. — Ему плевать на меня.

— Ой, будто бы ты у него такая одна, — захихикала брюнетка. — Твои братья и сестрицы порасторопнее оказались — даже совсем младшие, а ты вечно пасешь задних! И вот результат — теперь страдает твоя лимбическая система, а ещё печень.

— Мы это исправим, верно? Надоела это вся несправедливость, — прошептала Арина и снова закрыла ладонью своё чуть припухшее личико.

— Отдыхай, дорогая, мы с Виктором здесь, рядом — капельница скоро подействует и поедем домой, — Анжелика погладила её по руке и снова вернулась к парню.

Минуты три сидели молча — Виктор обдумывал услышанное, поскольку узнал он действительно много важного, что можно было использовать как зацепки для дальнейшего просвещения, а тем временем Анжелика закинула свою правую ножку на левую и достала из сумочки смартфон, что-то там начав набирать. Виктор краем глаза рассмотрел аппарат — чисто внешне он хоть и был похож на знакомые ему девайсы, но отличался какими-то неуловимыми мелочами — так сразу парень не мог определить, в чём же дело.

Из-за ширмы вышел доктор и показал рукой на вторую кушетку, которая была ближе к ширме и к противоположной от входа стене:

— Теперь вы, молодой человек — проходите, разувайтесь и ложитесь, осмотрим вас.

— Давай, иди, — подняла голову Анжелика и кивнула в сторону врача.

Виктор встал, снял свою сумочку, положил на стул и двинулся к кушетке. Быстро сняв обувь, он с некоторым трепетом прилёг на кушетку, пока доктор отошёл к своему столу и что-то настраивал в своём приборчике.

— На что жалуетесь? — подошёл он у нему, держа водной руке стетоскоп, во второй — тот самый приборчик.

— Особо ни на что, разве что вчера и сегодня мне не повезло получить магические удары, — ответил он обтекаемо.

— Доктор, не слушайте, — встрепенулась Анжелика, быстро поднялась и подошла поближе: — Вчера был несчастный случай, да и сегодня — тоже. Вчера — водная и воздушная стихия, сегодня — воздушная очень большого потенциала.

— Ясно, но давайте я буду с молодым человеком общаться, — кивнул доктор и Анжелика немного зарделась, к вящему удовольствию Виктора, и отошла обратно на своё место.

— Какая у вас жена заботливая, — повернулся к нему и тихо произнёс доктор.

— Жена? — переспросил Виктор.

— Она так сказала, но не будем об этом, — понимающе улыбнулся врач. — На что жалуетесь?

— Легкая слабость, иногда голова кружится, ну и синяк возле правого соска — это от вчерашнего случая, — пояснил парень свои ощущения.

— Стандартные симптомы после магического поражения, но обычно они гораздо более выражены, — покивал доктор. — Сейчас дышите глубоко и медленно — я измеряю стандартным лимбометром магопоказания и пропишу лекарства, — доктор Ботвинов приложил к груди Виктора стетоскоп, а к макушке головы — свой приборчик, который тихонько и как-то нежно пощёлкивал.

Вся процедура длилась минуты две, и Виктор дышал, как ему велел врач — от этого голова немножко закружилась.

— Всё, достаточно, можете вставать, — сказал доктор и отошёл от кушетки к своему столу, приложив свой приборчик к какому-то считывателю.

Виктор присел и свесил ноги с кушетки — у него было ощущение легкого головокружения.

— Молодой человек! — раздался полный удивления и тревоги голос врача. — У вас крайне странные показатели, я очень давно такого не встречал!

— Что случилось? — послышался встревоженный голос Анжелики.

Глава 33

Доктор Ботвинов несколько секунд пристально смотрел на Виктора, потом повернулся к Анжелике:

— Ваш молодой человек имеет нестабильный показатель магокоэффициента, барышня, — произнёс он вкрадчивым голосом, потом повернул голову обратно к парню: — Молодой человек, как давно у вас наблюдаются скачки магокоэффициента?

— О чём вы говорите, какие скачки? — более встревожено, чем он хотел, спросил Виктор — в полумраке кабинета доктор не выглядел добрым Айболитом, а совсем даже наоборот.

— Вы действительно не знаете? — тихо и немного зловеще засмеялся он.

В это время к кушетке подошла Анжелика и взяла Виктора за руку — прикосновение её нежной и теплой ладони привело парня в себя.

— Доктор, в чём дело, что случилось? — спросила она довольно громко и бесцеремонно.

— Видите ли, я очень давно не встречал подобных случаев, с тех пор, как не работаю в официальных структурах. Какая ваша магическая специализация, молодой человек? — доктор обращался одновременно к ним обоим.

Виктор неуверенно посмотрел на Анжелику, которая держала его ладонь и пристально смотрела на доктора:

— Я вообще не маг, обычный парень, — произнёс он удивлённо.

— Его зовут Виктор, — вставила реплику Анжелика.

— Хм, Виктор значит. Так вот, Виктор — менее чем за минуту ваш гражданский магокоэффициент имел показатели от 43 до 98 единиц, и потом опустился до 61 и снова поднялся до 64. Подчеркиваю — это менее, чем за минуту измерений стандартным лимбометром. Понимаете? — веско сказал врач, глядя на Виктора и переведя взгляд на девушку.

— Сколько? Девяносто восемь единиц? — спросила явно поражённая Анжелика. — У моей сестрицы наверняка столько нет.

— Молодые люди, вы меня слышите? — более строго произнёс Ботвинов и потряс пальцем. — Показатели нестабильны, и это значит, что вы, Виктор, или сейчас лжёте, или у вас проблемы с памятью, или же вы скрываетесь под чужой личностью, или же стали жертвой некоего запрещенного ритуала. Итак, я повторяю вопрос — как давно у вас это происходит?

Виктор сглотнул — он действительно не знал, о чём вообще сейчас идёт речь и что это всё может в принципе означать. Хотя уже было понятно, что это означает как минимум неприятности и проблемы, а вот какого масштаба они будут — вопрос остаётся открытым. Анжелика тоже нахмурилась и смотрела на него с невысказанным вопросом в глазах.

— Я, я не знаю, после вчерашнего случая у меня начались проблемы с памятью, я не могу вспомнить элементарных вещей, это правда, Анжелика подтвердит, — немного запинаясь, произнёс Виктор и взглядом показал на стоящую рядом брюнетку, которая утвердительно кивнула.

— Вы уже говорили об этом. Но такой случай не является симптомом магического поражения, это нечто абсолютно другое, — веско произнёс доктор, вздохнул и через несколько секунд добавил: — Хотя это — не моё дело, конечно. Конкретные лекарства я вам не могу прописать, разве только стандартное обезболивающее и восстанавливающие витамины. Я рекомендую вам обратиться в пятый департамент городского управления здравоохранения, который занимается гражданами с высоким магокоэффициентом, или же обратиться в правоохранительные органы, если вы подозреваете, что стали жертвой чьих-либо незаконных магических действий.

— Спасибо, доктор, мы так и сделаем, — произнесла Анжелика, довольно натянуто улыбнулась, полезла в сумочку и через несколько секунд вручила доктору ещё тысячу рублей.

«Зачем она деньгами разбрасывается? Или всё действительно настолько серьезно, что ему надо заплатить, чтоб он меня не сдал, куда надо?! Теперь я ей обязан, получается!» — Виктор с неудовольствием смотрел, как врач без тени сомнения забирает деньги и понимающе смотрит на девушку.

— Я рекомендую вашему молодому человеку заняться этим вопросом немедленно, — сказал доктор, глядя ей в глаза. — Это всё не шуточки и с точки зрения здоровья, и с точки зрения закона.

— Спасибо вам, доктор, мы так и сделаем обязательно, я об этом позабочусь, — заявила девушка, чуть крепче сжав ладонь Виктора при этих словах.

«Опять придётся всё выяснять самому или через Анжелику, которая меня опутывает всё больше и больше, и это получается у неё вполне естественно», — он намёк понял и промолчал, хотя ему очень хотелось спросить у доктора, что это всё может значить.

— Возьмите рецепт, обязательно сегодня же начинайте пить эти таблетки, Виктор, — доктор Ботвинов смотрел на парня, но рецепт отдал Анжелике.

— Спасибо, я так и сделаю — мне самому это всё не нравится, — кивнул он.

Доктор явно говорил меньше, чем мог бы сказать на самом деле — у Виктор сложилось именно такое стойкое впечатление, особенно после его фразы про работу «в официальных структурах».

— Вы говорили, что он может быть жертвой какого-то запрещенного ритуала — что это значит? — через несколько секунд полюбопытствовала Анжелика, тем самым сняв с языка один из вопросов, которые беспокоили Виктора.

— Видите ли, подобные скачки магокоэффициента могут означать как недавнее, так и более отдаленное воздействие очень сильной родовой магии, а может быть, что и одновременного воздействия магии сразу двух или даже трех стихий. Я в бытность… — начал говорить, но резко замялся доктор, кашлянул и продолжил: — В общем, я читал информацию о том, что подобные родовые ритуалы иногда практикуют как в европейских аристократических семьях, так и в наших, отечественных, и ритуал этот имеет целью и наказать отпрыска, и наставить на путь истинный одновременно, — с некоторой патетикой в голосе завершил он пояснение.

Виктор и Анжелика пораженно смотрели на него.

«Может, это влияние вчерашнего тумана и моего ужасного путешествия в тот треугольник? Или вся эта ситуация с попаданием сюда даёт такой эффект?» — сразу же пришла мысль в голову парню, от которой засосало под ложечкой.

— Ничего себе, ритуальчики. Не слышала о таких никогда, — вымолвила брюнетка, и в её голосе было потрясение, смешанное со страхом.

— Вы не переживайте раньше времени, — поднял руки доктор, — может, эти скачки связаны именно с магическим поражением двумя стихиями менее сем за сутки — такое тоже вероятно, и я советую вам обратиться к профильному врачу.

— Да, об этом я не подумала, — почесала подбородок брюнетка.

— Спасибо, доктор, — Виктор присел на край кушетки, обдумывая услышанное.

— Я уверен, что в нормальной ситуации ваш магокоэффициент стабилизируется на вашем обычном уровне, поэтому принимайте таблетки и старайтесь больше не подвергаться магическим атакам, — усмехнулся врач, кивнул и пошёл обратно за черную ширму.

Виктор обулся и вопросительно посмотрел на девушку.

— Что? — спросила она шепотом.

— Пойдём присядем, — он показал рукой на стулья. — Что там за таблетки?

— А, ну да, возьми вот рецепт, купим сегодня, — девушка отдала ему рецепт.

— Спасибо, что заплатила ему, — подумав несколько секунд, Виктор счёл уместным поблагодарить её.

— Ты же мой будущий муж, милый, ну о чём речь? — почти проворковала она и чмокнула его в щечку.

— Давай пока об этом не будем. Меня очень беспокоит то, о чём он сказал — что это за ритуалы такие?

— Блин, милый! — Анжелика села, как примерная ученица и полуобернулась к нему всем телом. — Тебе ясно сказано — все это выдумки, а на самом деле причина — моя вчерашняя ошибочка, потом наезд Аришечки, и сегодня мы с тобой отхватили от моей сестрицы. Вот и причина всех этих скачков. Я уверена, — вздохнула она, — что если померять и мой кэф, и рыжей, там будут скачки ещё большие, — с довольно деланной бодростью произнесла девчонка.

«Хм, а ведь выглядела она обеспокоенной. Что она скрывает?» — промелькнула мысль у парня.

— Ну хорошо, не будем об этом, — Виктор положил ей ладонь на руку и улыбнулся — брюнетка даже немного зарделась. — Сколько нам ещё здесь находиться?

— Честно — не знаю. Пока не закончится капельница, а потом будет видно.

Виктор несколько секунд сидел молча, повернув голову к кушетке, на которой тихонько лежала рыжая.

— Давай сделаем так — ты пока будь с ней здесь, а я схожу в свою общагу…

— Общагу? — с нотками удивления перебила его Анжелика.

— Ну, я ведь живу в общежитии — я же студент, как ты помнишь, и мне надо забрать некоторые вещички и документы, — продолжил он.

— Хочешь от меня сбежать, милый? — невинным тоном поинтересовалась девица и опустила взгляд.

— Наоборот, — засмеялся Виктор, — хочу к тебе перебраться!

— Ко мне? — поразилась Анжелика.

— Если хочешь, то давай ко мне — общага есть общага, скучно там не будет, общий душ на этаже, — пожал плечами парень и улыбнулся.

— А ты весёлый! — улыбнулась она. — Я просто не думала, что ты готов на такое — сразу ко мне.

— А почему нет? Ты мне нравишься, — даже развёл ладони Виктор, и при этих словах Анжелика расплылась в улыбке.

— Ну ладно, раз так, то иди, а я тебе позвоню потом и скажу, где мы встретимся — здесь или уже дома, — немного подумав, ответила девушка.

«Я смотрю, она даже не стала меня удерживать — видимо, полностью уверена, что я в её лапах и никуда уже не денусь. Вероятно, это так — мои данные у неё есть, а с её возможностями меня быстренько найдут. Я в своего рода клетке теперь, хотя квартира у неё удобная, и комп хороший, и сама она — горяченькая штучка, которая требует хорошего оттраха», — Виктора немного удивило, что девчонка не стала особо возражать.

— Как-то так, или же подхватишь меня на машине.

— Так, не наглей, милый, ладно? Я ещё не знаю, сколько с малой тут буду находиться!

— Малой? — удивился Виктор.

— Ну да — она же младше меня на три месяца, — брюнетка откинулась на спинку стула и поправила себе волосы.

— А, ну да, тогда понятно. До встречи! — сдержался от смеха Виктор, потрепал девушку за волосы под её делано-недовольный вскрик, поднялся и вышел из кабинета, прикрыв тихонько дверь.

В приемной уже сидели какие-то люди довольно алконавтической наружности, хотя и прилично одетые — две женщины лет сорока и парень помоложе.

«А у доктора нет отбоя в клиентуре, я смотрю», — он вышел в общий коридор и направился к лифту, до сих пор не веря, что избавился от общества Анжелики.

Сппустившись вниз и попав в вестибюль здания, он обнаружил, что народу здесь стало значительно больше — и люди на вид были очень и очень разные: как простая молодежь, одетая в его стиле, так и люди постарше, одетые довольно роскошно, как ему показалось, при этом женщин на глаз было больше, чем мужчин. В потоке виднелись и юнкеры в марковской форме, и явно сотрудники милиции — их форма была похожа на привычную Виктору современную, но с преобладанием темно-синих тонов, а погоны были черно-золотистые.

«Почему полиция называется милицией?» — задумался Виктор, следуя прежним путём к выходу из здания. — «Эх, я, специалист! После Февральской революции полицию же отменили и Временное правительство вместо неё создало милицию, она была и у большевиков, и у белогвардейцев, как ни странно. Наверное, так и прижилось», — с некоторой самоиронией вспоминал Виктор факты с первого курса университетской истории, пока, наконец, вышел из здания и остановился в нескольких шагах от входа — ему пришла мысль достать планшет, присесть на скамеечку и по карте найти путь к общежитию, которое было где-то на другом стороне парка, который виднелся в паре сотен метров левее от входа.

— Здравствуйте, гражданин! Предъявите документы! — неожиданно раздался девичий голос справа, чуть сзади.

Виктор немного вздрогнул и повернул голову — за его правым плечом виднелась девушка в черной форме. Он повернулся и увидел двух девиц в марковской форме — обе пепельные блондинки с прическами-каре, обе с родинками над верхней губой и обе — голубоглазые.

— Здравствуйте! На каком основании?

— На основании обоснованного подозрения… — начала говорить девушка, но Виктор улыбнулся и перебил:

— Значит так, барышни — идёте мимо, ясно? — они обе были в бейсболках, и Виктор вспомнил разъяснения Анжелики на этот счёт.

— Что? — хором возмутились они и переглянулись.

«Познакомиться хотят, что ли?» — Виктор смотрел на них, и они были действительно невысокими и стройными симпатюлями.

— Во-первых, вы не при исполнении, а во-вторых, вы с Ириной Марковой знакомы?

— С Ирой Марковой? — переспросила первая. — Ну да, а что?

— Откуда ты знаешь, что мы не при исполнении? — тихонько спросила вторая.

— Я тоже с ней хорошо знаком, так что сами понимаете… — развел руками парень и улыбнулся.

— Блин, это несправедливо! — топнула ножкой вторая девушка.

— А мы никому не скажем, правда? — чуть нахмурилась и заявила первая, глядя Виктору в глаза.

— Смотря о чём идёт речь, — решил немного подыграть ей Виктор.

— Познакомиться, погулять, — неуверенно сказала вторая девушка и опустила глаза.

— Вы сёстры?

— Да, а откуда ты знаешь? — удивилась первая.

— Просто догадался. Как вас зовут, красавицы? — при этих словах обе девушки зарумянились.

— Алиса! — назвалась первая.

— Алина! — представилась вторая.

— Очень приятно, я — Виктор. Я сейчас занят, давайте обменяемся номерами и по свободе созвонимся?!

— А ты точно позвонишь? — усомнилась Алиса.

— Да — как я могу не позвонить таким красоткам? Тем более, мы же просто собрались погулять, верно? — улыбнулся Виктор, у которого резко поднялось настроение.

— Ну хорошо, диктуй свой номер, я тебе дам дозвон, — произнесла Алиса, которая явно задавала тон в сестринском дуэте.

Когда обменялись номерами и пошёл дозвон, сзади раздался знакомый Виктору голос:

— А что это здесь происходит, дамы и господа?

Виктор обернулся и увидел девушку, которую увидеть не ожидал — это была Лиза, которая вчера исполняла роль курьера в «Эскрайме».

— Опа, Пепеляева! Иди, куда шла, ладно? — не очень дружелюбно произнесла Алиса.

«Пепеляева?» — поразился Виктор, услышав её фамилию.

— Тебя забыла спросить, Носович, — довольно решительно ответила Лиза.

— Мы уже уходим. Всего хорошего, гражданин, — выразительно посмотрела на Виктора вторая из сестриц, Алина, и они, холодно кивнув Лизе, развернулись и вошли в торговый центр.

— Привет, Лиза — рад тебя видеть! — улыбнулся Виктор.

— Привет, я тоже рада, — девушка сложила ладошки домиком перед собой и на несколько секунд опустила взгляд. — Они к тебе приставали, да?

— Да нет, документы хотели проверить!

— Вот стервы озабоченные, — вздохнула Лиза и выразительно посмотрела в глаза Виктору, отчего у Виктора пошли мурашки по коже.

Лиза сегодня была одета в полную форму — штаны заправлены в берцы, а на голове — пилотка. Выглядела она более решительно, нежели вчера. Завершенности её образу придавала довольно стильная черная сумочка-рюкзачок в марковской расцветке, которая была перекинута через её плечо.

— Ты знакомы с ними? — поинтересовался он через несколько секунд, чтобы сгладить возникшую неловкость.

— Конечно знакома — это второкурсницы, сестры Носович, о которых вся казарма шепчется, что они ищут себе женишка хоть какого-нибудь, чтобы бросить учебу и переехать в своё поместье под Курском.

— Одного на двоих, что ли?

— А почему нет? — пожала плечами Лиза. — Сейчас и одного найти — не просто.

— Я так понимаю, этим делом — поиском жениха — озабочены многие в вашем корпусе, — съязвил парень.

— Ну, так и есть, — немного скептически скривила губки Лиза. — Давай не будем о грустном. А ты что здесь делаешь?

— Хотел зайти в «Полис», но сейчас надо идти в общежитие, — довольно обтекаемо ответил Виктор, подумав пару секунд.

— Слушай, я тут знаю хорошую кафешку, вон там, — Лиза полуобернулась и показала рукой куда-то в сторону парка, — можно тебя пригласить попить кофе на полчаса?

— Ну, не знаю, — засомневался Виктор, который не рассчитывал сейчас её встретить, хотя в принципе был не против пообщаться.

«Девушка приглашает парня? Вот дела, никак не могу привыкнуть!» — в который раз поразился он здешним нравам.

— Я заплачу, не переживай, — произнесла Лиза, явно увидев на его лице сомнение.

— Да не в этом вообще дело, — произнёс пораженный этой фразой Виктор, — я просто хотел в общагу идти, надо кое-что сделать…

— Виктор, мы недолго посидим — я хочу тебя поблагодарить! — Лиза состроила умильное личико и снова сложила ладошки перед собой.

Виктор вздохнул:

— Ну ладно, пойдём, разве тебе откажешь?

Глава 34

Встреча с Лизой оказалась неожиданной — не то чтобы Виктор не рад был её встретить, но сейчас его мысли занимала информация, услышанная от доктора, а также реакция на это всё Анжелики.

— Пойдём тогда в кафе?! — немного застенчиво предложила Лиза и показала куда-то в сторону дороги и парка.

«Неудобно спросить даже — где и что, я ведь по легенде обязан знать этот парк, как свои пять пальцев. Где там кафе?» — Виктор, тем не менее, как можно более приветливо улыбнулся девушке и кивнул — они двинулись к углу торгового центра.

— Ты сегодня не учишься? — поинтересовался он, когда они обогнули угол и направились к переходу через дорогу, который был метрах в семидесяти от них.

— Сейчас меня отпустили по личным делам, — немного неуверенно ответила девушка, — а потом меня ждёт вторая смена — на этой неделе весь наш факультет учится вечером.

Довольно быстро они подошли к пешеходному переходу, оставив здание «Полиса» позади себя — Виктор увидел сквозь густую растительность очертания вроде как типичного паркого кафе, метрах в ста пятидесяти в глубине от перехода. После этого он краем глаза разглядел Лизу — выглядела она более официально в своей полной форме, но выражение лица оставалось таким же милым и доброжелательным.

— Нехорошо вчера получилось, — произнёс он, когда они бодренько перешли через дорогу и направились к парковой аллее, которая уходила в глубину, явно в сторону кафе.

— Если честно, я совсем такого не ожидала — на вид такая стильная девушка, а вела себя, как… — Лиза запнулась и чуть опустила голову, заметно покраснев.

— Как сучка или стерва, ты хотела сказать? — дополнил Виктор и ухмыльнулся.

— Да, именно. Теперь я понимаю, почему они с Ирой не поладили, — кивнула Лиза, на мгновенье взглянув парню в глаза.

— И почему же, по-твоему? — быстренько спросил Виктор, поскольку они остановились в самом начале аллеи и стояли друг напротив друга.

— Я думаю, что из-за тебя, — довольно сдавленным голосом произнесла девчонка и отвернула голову — ей явно было неловко говорить об этом.

— Хах, вот как? А что тебя связывает с Ирой?

— Ну, когда я поступила, она как старший курс-юнкер помогала новичкам формировать группы для занятий фехтованием и рукопашным боем, и мы как-то с ней сдружились, ну в том смысле, что… — на этом моменте голос Лизы окончательно дрогнул и она запнулась.

«Какая-то она прямо вот сильно милаха-скромняха, даже не верится. Я таких девуличек очень давно не встречал», — отметил про себя Виктор, наблюдая за девчонкой.

— В спортивном смысле, да? — помог ей Виктор.

— Да! — благодарно кивнула Лиза и посмотрела в сторону кафе.

— Пойдём, Лиза, — Виктор довольно неожиданно для себя коснулся её плеча, как бы показывая направление.

Шагов двадцать шли молча — Виктор решил дать девушке прийти в себя, а сам думал о том, что надо бы после этой посиделочки в кафе и визита в общагу пойти в «Марков-Плаза» и потереться ещё и там, ведь мероприятие по всех отношениях происходило интересное.

«А что у меня с загранпаспортом вообще? Есть он или нет?» — задумался он, потому что память на этот счёт не подсказывала пока что ничего, а вопрос был крайне важным — он и знать не знал, какой тут порядок и срок оформления выездных документов.

Они чуть свернули по аллее, и через несколько метров увидели, как им навстречу идут несколько девушек и двое парней в марковской форме, но в бейсболках. Через несколько шагов они поравнялись и один из парней громко произнёс:

— Пепеляева, ты, как всегда, вместо тренировок гуляешь и мальчиков клеишь?

— Что хочу, то и делаю! — вспыхнула девушка.

— Смотри — и зачёт провалишь, и жениха упустишь, — с подколкой произнёс этот парень и вся компания двинулась дальше, громко перешептываясь и хихикая.

— Это твои друзья, так сказать? — поинтересовался Виктор, когда они разошлись на несколько шагов.

— Учимся вместе и тренируемся. Эти все юнкеры — москвичи, они любят подначивать приехавших из провинции, — с сильной досадой в голосе промолвила девушка.

— Как обычно и как везде, — согласился с ней Виктор. — А откуда ты приехала?

— Я из Омска, — произнесла Лиза, её голос дрогнул и она покраснела.

Пораженный Виктор даже остановился на несколько секунд, но взял себя руки и пошёл дальше.

«Вот этого только не хватало ещё — я ведь вроде тоже как из Омска, если верить воспоминаниям», — молнией пронеслась мысль. — «А если она что-то такое спросит — про какие-то места, может даже общих знакомых — вот это попадалово будет».

— Ха, мы с тобой земляки, — постарался Виктор улыбнуться как можно естественнее.

— Классно, — почему-то совсем не удивилась Лиза, которая шла, о чём-то глубоко задумавшись.

— А почему ты не поступила в родном городе? — спросил Виктор довольно наобум, хотя вопрос был вполне естественный.

— Я и должна была поступить в «Академию внутренней охраны имени Пепеляева», но моя семья решила, что я должна представлять нашу фамилию здесь, в Москве, в марковском корпусе, — с напряжением в голосе ответила девчушка.

«Видимо, это тема для неё больная. Очевидно, она тоже из какой-то высокопоставленной и богатой семейки, раз её фамилия совпадает с фамилией белогвардейского министра, именем которого названа какая-то там академия», — сделал явный вывод Виктор, который волей-неволей понемногу припоминал деятелей антибольшевистского движения.

— И тебе это совсем не нравится? — посочувствовал он ей.

— Сначала не нравилось, но примерно за полгода я привыкла, хотя здесь очень конкурентная атмосфера и очень задиристые местные — у нас в казармах провинциалов считают недостойными учиться в таком престижном заведении, — вздохнула она.

— И сколько в вашем корпусе местных, и сколько приезжих? — поинтересовался парень, когда они снова немного свернули и увидели здание кафе.

«Ничего себе кафе — это ресторанище целый, и очень недешевый, наверное», — поразился Виктор внешнему виду заведения, которое выглядело по общему антуражу как «Эскрайм», но в миниатюре.

— Примерно пятьдесят на пятьдесят, но какое-то напряжение в общении присутствует постоянно, и я до сих пор к этому не привыкла, — грустно ответила девушка.

— Лиза, а что это за кафе? Это ресторан целый, — сказал Виктор через несколько шагов.

— Ну, что-то среднее, скорее — это очень приятное место, тут вкусный кофе, кондитерка и рыбные блюда, — при этих словах голос девчушки явно повеселел.

«Это мне явно не по карману, с моей парой косарей только соваться в такие места», — Виктор очень не любил подобные ситуации.

— Дорогой, наверно, ресторан, — произнёс он.

— Ну да, как и везде в таких местах, — согласилась Лиза, потом явно спохватилась и добавила: — Ты не переживай, я тебя пригласила и я тебя угощаю.

Виктор в очередной раз почувствовал себя не в своей тарелке — вроде бы уже всё и ясно с гендерными нравами в этом мире, но вся его натура протестовала против такого положения вещей.

— У меня есть деньги, — процедил он.

— Виктор, пожалуйста, не будем об этом — ладно? Я угощаю — я из очень богатой семьи, думаю — ты понимаешь это! — заявила она с решительностью в голосе. — Это же я тебя пригласила!

— Ладно, договорились, — он поднял примирительно руки. — Красивое заведение, архитектура классическая.

— Ну, этот ресторан, «Триумфатор» — почти точная копия Малого Трианона в Версале, — начала пояснять Лиза таким тоном, будто Виктору прям должно быть известно, что такое Малый Трианон и что он из себя представляет.

— Ты увлекаешься архитектурой? — они уже подходили к одной из двух лестниц, которые были расположены перпендикулярно перед зданием и огорожены красивыми перилами.

— Это общеизвестные любому образованному человеку вещи, и ты, и я это проходили в последнем классе нашей школы, — заявила Лиза и осеклась, сразу же отвернув голову.

— Я что-то не помню, — ответил Виктор, разглядывая здание с высокими окнами, облицованное светло-бежевой плиткой. — О какой именно школе ты говоришь? — уточнил он через несколько секунд, когда они свернули на левую лестницу и начали подниматься на открытую площадку.

— Это я в общем сказала, про школьную программу, — Виктор уловил в голосе девушке смесь смятения и недоговоренности.

— Здесь присядем? — Виктор кивнул в сторону ближайших к ним столов на открытой площадке.

— Не хочу сейчас на улице, пойдём внутрь — там есть индивидуальные столы, и нам никто не будет мешать, — застенчиво улыбнулась Лиза.

«Мешать или видеть? Она чего-то или кого-то стесняется? Кафе практически пустое же» — Виктор не стал её смущать окончательно и кивнул в знак согласия.

Швейцар широко улыбнулся им и открыл дверь — сам факт наличия швейцара в классической золочёной ливрее поразил Виктора. Внутри — по первому впечатлению — стиль и атмосфера сразу же напомнили Виктору «эксраймовские», и планировка была похожая — огромная барная стойка слева от входа, несколько столов среди зала и отделенные плотными занавесками индивидуальные места. Играла музыка — ненавязчивый поп-лаунж, две больших люстры были включены наполовину и создавали плотный, романтический полумрак.

Как только они вошли, к ним сразу же подошёл официант — молодой человек в черно-золотистой униформе и с бабочкой, с перекинутым через руку очень изящным полотенечком:

— Приветствуем вас, госпожа Пепеляева! Желаете как обычно? — произнес он с подобострастной улыбкой и легким поклоном.

— Здравствуйте, да, — весьма уверенно, на взгляд Виктора, ответила девчушка. — Принесите нам кофе, мороженое и шоколад, и пожалуйста, потом не беспокойте!

— Будет исполнено! — почтительно поклонился официант и быстро пошёл в сторону барной стойки.

«Лиза-милаха — девочка явно непростая, её тут как минимум хорошо знают», — хотел присвистнуть Виктор, но вовремя сдержался.

— Пойдём вон туда — это моё любимое местечко здесь, — показала девушка на самый крайний слева и сейчас полузашторенный кабинет.

— Пойдём, — не стал спорить Виктор, который разглядывал зал и нашёл его весьма приятным и подходящим для комфортабельного отдыха обеспеченных людей — заведение было явно выше среднего.

«Это явно никакое не кафе в привычном мне стиле, а довольно уютный ресторанчик с вип-местами», — они как раз подходили к кабинке, и Лиза решительно отодвинула шторку, прошла пару шагов и открыла дверцу, стилизованную под черное дерево.

— Тут ещё и дверь, — прокомментировал он тихонько, но Лиза услышала:

— Конечно, а как иначе? Я не люблю лишнего внимания, — усмехнулась она и зашла внутрь.

Виктор слегка пожал плечами и вошёл за ней — кабинетик оказался относительно просторный. Он прикрыл за собой дверь — ситуация была столь же необычная для него, как и вчера с Анжеликой.

«Приятное место — диванчики, стол, лампочки-свечи, стенки из мореного дерева, картинки с морскими пейзажами», — оглядел он местечко. — «Весьма интимно, между прочим, будто бы создано для романтических посиделочек и даже обнимашек, если делать это негромко».

— Очень приятное место, — произнёс Виктор, который смотрел, как Лиза снимает с плеча и кладёт свою сумочку-рюкзачок на диванчик ближе к стене, садится и жестом показывает, чтобы он садился напротив.

— Видишь, а ты идти не хотел, — нежно засмеялась она и стрельнула в Виктора глазками — он как раз сел и снял свою сумку-чехол, положив её справа от себя.

— Я просто не ожидал, что такое место есть в этом парке — ведь «Эскрайм» недалеко.

— Ну и что? — невинно спросила Лиза, которая явно почувствовала себя увереннее. Одна её кисть лежала на столе, вторая — вероятно, где-то на коленях.

Они сидели друг напротив друга и смотрели в глаза — Виктор ощущал легкое головокружение от этой всей атмосферы, легкой музыки и вообще от ситуации — он никак не ожидал, что так скоро окажется с милахой Лизой наедине.

— Просто, — улыбнулся он, вовремя поняв, что про конкуренцию заведений сейчас говорить — абсолютно неуместно.

Лиза нажала на кнопочку среди стола, улыбнулась, опустила глаза и немножечко поёрзала на диване. Буквально через полминуты дверь открылась и официант принёс заказ, весьма быстро и профессионально расставив его на столе.

— Не беспокойте нас, пожалуйста, — посмотрела на него Лиза.

— Будет исполнено — приятного отдыха! — кивнул молодой человек, вышел, затворил дверь и зашторил занавеску — Виктор услышал характерный шорох.

— Ничего себе — романтика, — улыбнулся он, глядя на Лизу, которая с непонятной улыбочкой смотрела сейчас на него. — Что такое? — спросил Виктор через несколько секунд — эта улыбка его встревожила.

— Угощайся — мороженое очень вкусное, — сказала она с каким-то внутренним колебанием в голосе, глядя ему в глаза.

«Такое ощущение, что она в чём-то сомневается, идёт какая-то внутренняя борьба. Странно это всё — она явно напряжена, хотя старается казаться расслабленной», — Виктор ощущал это довольно явно.

— Спасибо, — кивнул он, ложечкой взял немного мороженого, присыпанного шоколадом, и потом запил глотком ароматного кофе. — Вкусно, пломбир отличный, — отдал он должное.

— Я тоже его очень люблю, — улыбнулась девушка и сделала то же самое.

«Зачем мы вообще сюда пришли? Ладно бы — где-то в обычном кафе недолго посидеть, но что мы делаем здесь? Вернее — что я делаю здесь с абсолютно незнакомой мне девицей, по сути, с которой вчера очень нехорошо получилось, в принципе?» — раздумывал Виктор, смакуя мороженое и поглядывая на Лизу, которая довольно активно уминала свою порцию и явно взяла себя в руки.

— Ты часто здесь бываешь? — поинтересовался он минуты через три кофепития и гляделочек.

— Стараюсь пару раз в неделю заходить — это меня успокаивает, я расслабляюсь после учёбы и тренировок, — как-то грустно улыбнулась она.

— У тебя какое-то настроение грустное, да? — пристально посмотрел ей в глаза Виктор, и она через несколько секунд отвела взгляд и чуть покраснела, убрав руки со стола.

— На самом деле — есть от чего, — неожиданно подняла глаза Лиза — Виктора поразила серьезность в её взгляде.

— Почему же, если не секрет?

— Понимаешь, Виктор, меня сегодня попросили сделать то, что я делать не хочу, но и отказаться я тоже никак не могла, понимаешь? Безвыходная ситуация! — произнесла она с легкой слезинкой в голосе, потом повернула голову и чуть наклонилась к дивану.

Виктору всё больше и больше переставала нравится эта ситуация — через несколько секунд девушка достала небольшой контейнер, позолоченный, очень изящной работы, с гербом из мелких бриллиантов и серебристыми узорами. Она на секунду закрыла глаза, что-то тихо произнесла, открыла контейнер и выверенным движением повернула его к Виктору — там лежала капсула, или же таблетка — кислотно-изумрудного цвета и похожая на мармеладку.

— Что это? — Виктор ощутил, как его пробирает мандраж.

— Это таблетка возвращения, очень сложная и дорогостоящая магия — пожалуйста, выпей её сейчас же, и тогда всё будет хорошо, наверное. Пожалуйста, сделай это добровольно, поскорее, иначе уменьшится полезный эффект, — в глазах девушки-милахи нарастало смятение и страх, а её голос срывался точно так, как и вчера в «Эскрайме» — её явно накрывала паника.

— Что здесь происходит, Лиза? — постарался спросить Виктор спокойно, быстро думая, что же ему делать сейчас, но раздражение в голосе сдержать не смог.

— Это очень важно — чтобы добровольно, заклятие слишком сложное, просто поверь, милый мой! — произнесла она чуть ли не со слезами в голосе.

Между тем таблеточка-мармеладка начала как-то переливаться, будто бы состояла из какого-то активного вещества, которое реагировало то ли с воздухом, то ли ещё с чем-то — сейчас её цвет становился всё более насыщенным и менял оттенок.

— Я вот эту гадость не буду пить, тебе ясно? Давай прекратим этот цирк, это уже не смешно, — Виктор сдержался, чтобы не ударить по столу, и сделал порыв встать, но девушка, которая держала руки под столом, практически мгновенным движением достала крайне необычной формы пистолет и навела на него.

— Прости, прости пожалуйста, дорогой, я этого не хотела, надо было добровольно, — сказала она трагическим и срывающимся голосом, и Виктор ужаснулся тому, что ситуация повторяла вчерашнюю — Лиза сейчас выглядела очень похоже.

«Дорогой? Мы с ней знакомы, что ли?» — Виктор уже ничему не удивлялся, понимая, как крепко он попал из-за собственной доверчивости.

— За что простить? — спросил он глухим голосом, лихорадочно размышляя о возможности броситься на неё — толкнуть стол не получилось, поскольку он намертво был закреплён, и он уже просто не успевал выйти.

— Вот за это, — уже плача, сообщила Лиза и нажала спусковой крючок.

«Нельзя верить незнакомым девушкам», — в голове Виктора промелькнула последняя мысль перед тем, как его грудь разорвала разламывающая, тяжелая и глухая боль, и он погрузился в темноту.

Глава 35

Виктор услышал стон, который оказался его собственным — и только после этого еле разлепил глаза.

«Господи, неужели я ещё жив, после выстрела в упор то?» — вспомнил он произошедшее и практически в этот же момент на него нахлынули разнообразные воспоминания.

Через несколько секунд он почувствовал, что его лицо обтирают влажной салфеткой или полотенечком, а потом гладят и целуют руки — краем глаза он видел силуэт.

— Лиза, прекрати! — решительно произнес, а на самом деле — слабенько промычал, Виктор — поскольку дышала ему в ухо, обнимала и целовала его именно она — девчушка-милаха со склонностью к неожиданно решительным поступкам.

— Прости, милый братец, прости пожалуйста, я не могла поступить иначе, никак не могла, ты сам понимаешь, ведь так? — пылко, но дрожащим голосом произносила шатеночка, не переставая покрывать поцелуями его руки и прижимать их к своим щечкам. Её руки дрожали.

Виктор смотрел в потолок, непроизвольно рассматривая каждый узор в подробностях, ибо лежал он на полу, головой возле двери. Осознание всей полноты произошедшего накатывало волнами — теперь он ясно ощущал действие таблеточки возвращения.

— Почему ты мне просто не сказала прямым текстом, негодница маленькая? — прохрипел он недовольно, потрясенный произошедшим и открывшейся правдой.

— Потому что ты — это был совсем не ты и конечно же ты не поверил бы мне, что и случилось в итоге, а родовое заклинание завязано на добровольность, вот иначе я и не могла поступить, и даже сказать ничего тебе не могла — динамика заклинания переноса требовала быстроты принятия таблетки и твоей полной добровольности! — путано и сбивчиво пояснила девчушка, стоя на коленях возле него. — Тетушка Алла очень строго меня проинструктировала на этот счёт и велела тебя не жалеть и вмазать как следует, если ты заартачишься — она до сих пор на тебя зла за все твои выходки.

— Ничего не понимаю, — ответил Виктор всё таким же слабым голосом. — Ты могла и в парке меня подстрелить.

— Блин, братец — могла, спасибо лучше скажи за комфорт и за подготовку — это в хорошие деньги влетело твоей матушке, — с некоторой веселостью произнесла девушка. — Тётя связала меня стабилизирующим заклинанием переноса этой таблетки, у меня было меньше часа на всё это дело, понимаешь? А ещё эти две сучки к тебе пристали не вовремя, а ты ещё начал упрямиться и раздумывать над моим приглашением!

— Между прочим, получить заряд магопарализатора — это очень больно, — произнес Виктор всё еще слабым голосом. — Ты даже не представляешь, насколько!

— Дорогой мой, спасибо скажи, что это гражданская модель, а не армейская, — хихикнула Лиза и буквально улеглась рядом с ним, положив ему голову на плечо и ладонь — на шею. — По-другому ты таблеточку бы не съел и тетушка меня бы сама угостила этим парализатором, это как минимум.

— А если я бы не принял твоё приглашение? — полюбопытствовал он.

— Я бы пошла за тобой и пришлось бы всё это делать в парке, а это опасно — там очень много гуляющих и патрулей, либо ещё где-то на улице, если бы ты не пошёл в парк.

«Будет мне уроком на будущее».

Виктор лежал, смотрел на довольно своеобразные потолочные узоры и ясно понимал, что на Лизу он, в сущности, злиться толком и не может, и не имеет права — совсем не она, его нежный друг — в юношеско-романтичном смысле этого понятия — и двоюродная младшая сестричка, была виновата в той ситуации, в которой он оказался. И даже не матушка, действительно которую совсем недавно он видел в торговом центре.

— Как мама? — спросил он через полминуты молчания.

— Она иногда наблюдала за твоими передвижениями с помощью планшета, что уже являлось нарушением ритуала, но дядя об этом не знает, наверно — там программа вшита по умолчанию. Она не рассчитывала, что ты её случайно увидишь сегодня, хотя это и не проблема — память то у тебя была блокирована. Я не могла ей отказать, понимаешь? Да и не хотела на самом деле!

«Не у меня, а у бывшего Виктора. Проводившие этот ритуал не могли учесть такой невероятной истории, которая произошла с ним и со мной — обмен телами в параллельных мирах».

— А вдруг бы я почувствовал сердцем, что это она? — тихонько спросил он, понемногу приходя в себя — боль в груди отпускала и для здоровья опасна не была, поскольку магопарализатор был в этом мире чем-то средним между газовым пистолетом и свето-шумовой гранатой, и был эффективен только против граждан с магокоэффициентом выше двух с половиной единиц.

— Вчера, когда мне пришлось вырубить эту злобную суку, я на несколько мгновений подумала, что ты меня узнал, и немного запаниковала, — прошептала Лиза ему в ухо и еще крепче обняла, прижавшись всем телом. — А ещё просто была рада тебя видеть так близко.

— Я как раз подумал, что всегда мечтал о такой сестричке, — сказал Виктор нежно, и девчушка впилась в его губы поцелуем — отнюдь не детским.

— Все, все, хватит, малая — давай не будем сейчас, — постарался отстраниться он через несколько секунд.

— Ты меня больше не любишь? — прошептала она обиженно.

— Почему мы на полу? Давай присядем, что ли, — ответил Виктор и попытался встать — голова еще кружилась.

— Ты не ответил, — настойчиво произнесла Лиза, помогая ему привстать и сесть на диван.

Ситуация была щекотливая сама по себе и тянулась с раннего детства — и он, и она, младшие дети в огромном олигархо-аристократической клане Пепеляевых-Колчаков, очень нежно относились друг к другу, и это в принципе негласно поощрялось родителями, как вполне ясно осознавал это Виктор годам к четырнадцати. Конечно же, они не спали друг с другом, но постепенно дело к этому шло, пока не вмешались крайне тяжелые обстоятельства и Виктор был подвержен ритуалу «испытания стержня матричной личности» — запрещённому на территории РКДР и во многих других странах. Несмотря на это — многие влиятельные семейства практиковали его по отношению к своим детям, которые не оправдывали семейных ожиданий и выявляли некие качества, которые не приветствовались аристократическим социумом — раздолбайство, лень, избалованность, бунтарство, отсутствие амбиций, слабый магопотенциал и тому подобное. Делалось это для того, чтобы сохранить и преумножить семейный эндейс, природа которого ещё была плохо исследована и который непостижимым образом зависел от целеустремленности и амбиций членов конкретной семьи, имеющий определённый порог магического могущества.

— Конечно же люблю, малыш, но сама понимаешь — и Анжелика, и Ира теперь будут теми факторами, от которых никуда не денешься.

— Ты уже переспал с этой дурой? — она села рядом и спросила это с ревностью в голосе.

— Ещё нет, но к этому идёт, — ответил парень и решил немного переменить тему, поскольку картина с каждой минутой становилась ему всё более ясной: — Как думаешь, Корнилова знала, что я сын Республиканского префекта восточного округа безопасности и сенатора Колчака Антона Васильевича?

— Я уверена, что нет, потому что Ира толком не была уверена, что это именно она, — несколько секунд поколебавшись, ответила Лиза. — Ира мне вечером сказала, что совершенно случайно узнала её по фамилии матери, когда проверяла паспорт в парке — она об этом слышала от своего дяди, Маркова-Пятого, совсем недавно, на закрытом инструктаже — её якобы выгнали из корниловского корпуса за разные проделки совсем вот недавно и что отец на неё очень разозлился. Она ещё подумала, что ты её поимел прямо в парке и что вы — любители садо-мазо, — застенчиво хихикнула шатеночка, — но там оказался какой-то цирк с местными гопниками.

— Очень смешно! А эта твоя Ира, ей то что от меня надо?

— А как ты думаешь, братец? Она в тебя втрескалась по уши ещё месяца три назад, когда увидела тебя в парке — на турничке и бегающим утренний кросс.

— Она знает, кто я?

— Не могу сказать однозначно — я не говорила, хотя поверь, несколько раз была просто на грани, — вздохнула девушка и ещё теснее придвинулась к нему. — Она даже не решалась к тебе подкатить — а это вообще не похоже на неё, пока ты сам вчера буквально не свалился ей в руки на Флотском.

— Не уверен, что это было так уж и случайно, — усомнился парень.

— Поверь, случайно, — уверила его Лиза. — Кстати, Маевской ты тоже нравишься.

— Кому? — удивился Виктор.

— Такая рыжая и худенькая, напарница Иры в патруле и её близкая подруга.

— Вообще не мой типаж, не люблю рыжих, — ответил он, и Лиза тихонько засмеялась.

Виктор чуть приобнял её, другой рукой взял чашку и отпил полуостывший кофе. Тот вал воспоминаний, информации и вновь открывшихся обстоятельств требовал серьезнейшего осмысления на более спокойную и свежую голову. Виктор решил пока что не делать ранних выводов, тем более ещё был неясен окончательный эффект от таблетки, которую насильно скормила ему сестрица, предварительно вырубив достаточно негуманным способом.

— Так, давай-ка закажи нам нормально поесть и бутылочку коньяка «Карл Десятый», — решительно заявил Виктор, наслаждаясь приятным ароматом, который исходил от волос шатеночки.

— Слышишь, братец, а губа у тебя не дура — одна бутылка стоит тридцать пять косарей, — не понарошку возмутилась Лиза и даже чуть высвободилась из его объятий, с нежным недовольством глядя на него.

— Ты же из богатой семьи, пригласила парня в такой дорогой ресторан, — не преминул Виктор её поддеть, наслаждаясь ситуацией: он уже прекрасно понимал, что Лиза хоть и не бедствует, но родители её тоже особо не балуют, и поэтому она позволить себе может многое по сравнению с обычными студентами на социальной стипендии, но далеко не всё и не часто.

— Вот теперь я понимаю, что это ты настоящий, и таблеточка подействовала, — улыбнулась девчонка. — Кстати, насколько хорошо подействовала?

— Не знаю — многое я помню, но некоторые пробелы по знаниям и событиям ещё имеются, — неуверенно ответил Виктор.

— Надо будет пить витамины, стимуляторы и легкие стабилизаторы, тогда всё вернется полностью за несколько недель, это тётя Алла так сказала, она делала эту таблетку и потратила очень много эндейса, — ответила Лиза.

Виктор промолчал — ему не хотелось сейчас портить себе то достаточно зыбкое хорошее настроение воспоминаниями о собственном семействе и тем испытаниям, которым семейка без колебаний подвергла его около года назад, защищая свои меркантильные политические и бизнесовые интересы.

— Маман уже улетела в Омск, да? — спросил Виктор потухшим голосом.

— Скорее всего, что улетела — а как ты хотел, братец? Она здесь была официально, по делам республиканской окружной префектуры, встречалась с некоторыми сенаторами, и параллельно провела вот такую мини-спецоперацию — спасла тебя из плена такого жалкого существования, которое ты вёл в личине обычного студента-провинциала.

— Угу, спасла. Спасительница прям, — с острым сарказмом ответил Виктор, который сейчас вспоминал обстоятельства, которые привели вообще к подобной ситуации и роль как своих родителей, так и старших сестер и братьев, и конечно же роль семейно-клановой клиентеллы, над которой семья постепенно теряла контроль чисто из-за магических причин, которые перерастали в политические и экономические. Впрочем, не только одна их семья, а все остальные — Корниловы, Дроздовские, Алексеевы, Деникины, Врангели, Дутовы, Семеновы, Марковы, Юденичи, Анненковы, Май-Маевские, Красновы, Каппели и другие, помельче рангом — тоже. Процесс этот был явно всемирный, как подозревал Виктор, будучи ещё беззаботным мажором, но тогда ему было абсолютно наплевать на все эти взрослые проблемы.

— Знаешь, не делай таких выводов, ладно? — довольно серьёзно ответила Лиза. — Ты вёл себя абсолютно не лучшим образом, постоянно забивал на учёбу и тренировки в пользу игроманства, — именно так она выразилась, — вот и получил результат — не надо винить только семью! Между прочим, я именно из-за тебя согласилась на предложение тёти поступить в марковский корпус и подала Алёнке эту идею под соусом внедрения в Москву.

«Алёнка, моя старшая сестра и главная интриганка семьи Колчак и клана Колчак-Пепеляевых — амбициозная, вспыльчивая, эгоистичная, впрочем, как и все в нашем семействе, да и в остальных правящих — наверное тоже», — сразу же вспомнил парень свою самую старшую, сводную сестру, которая в немалой степени повлияла на события, связанные с его опасной социальной ссылкой, по сути.

— Это действительно так? — поразился Виктор, потому что отчетливо осознал, насколько большой жертвой это было со стороны Лизы по отношению к нему — она всегда хотела поступить в омский магомедицинский университет, потому что обладала добрым сердцем и была выраженным магом водной стихии со склонностью к целительству, и военная карьера была ей глубоко отвратительна.

— Да, так. Я хотела хоть немного тебя держать под присмотром. А вообще я терпеть не могу ни эту учёбу, ни этих московских снобов, — вздохнула девчушка. — Единственный плюс — научилась некоторым приёмчикам рукопашного боя.

Виктор вспомнил, как целый год в ипостаси бедного провинциального студента на социальной стипендии он игрался в он-лайн игры фирмы «Game Sports Quantum» и тоже забивал на учёбу, и ему стало глубоко не по себе — утешала мысль, что тогдашний он хотя бы спорт не забросил и не бухал. Его замещающая личность — так это называлось на жаргоне серьёзно владеющих магией семейств, взяла самое худшее из его личности настоящей, и в этом состояло как испытание, так и наказание — в принципе его могли больше никогда не вернуть в семью, со временем окончательно поменяв данные в Республиканском Контуре Гражданской Благодати на вот эту фальшивую личность, и таким образом семья избавлялась от балласта, который поглощал потенциал семейной энергии действия — эндейса на общепринятом в этом мире магическом жаргоне.

— Милая, обещаю тебе, что ты будешь тем, кем захочешь — хоть врачом, хоть биологом, — решительно и с патетикой в голосе произнёс Виктор, снова крепко обняв девушку.

— Надеюсь на это, братец — неужели ты решил взяться за ум? — спросила она через полминутки нежных родственных объятий.

— Да, именно так, — ответил парень серьезно, потому что отвечать колкостью не было никакого резона — Лиза была абсолютно права и в некотором роде совершила сейчас подвиг по отношению к нему.

— Ну хорошо, тогда тебе положена рюмочка коньяка и твоё любимое блюдо, — она легонько шлепнула его по бедру, встала, поправила свои волосы и косички, и с улыбочкой вышла из кабинета.

«Да уж, всё это очень неожиданно. Я думал, что она меня пристрелила — надо на будущее учесть все эти факторы женского кокетства и гражданских магопарализаторов в боковых карманах сумочки таких кокеток. Между прочим, доктор Ботвинов совершенно не ошибся в своём диагнозе — я и правда стал жертвой запрещённого ритуала. Только он откуда это знает — тип явно не простой, надо бы пообщаться с ним об особенностях этих всех вещей, если он пойдёт на контакт. И надо в самое ближайшее время замерять свой настоящий магокоэффициент — ложный у меня однозначно маленький, а вот настоящий на текущий момент — хер его знает! Доктор говорил, что скачет от пятидесяти до ста единиц, и это объясняет, наверное, почему я так сравнительно легко перенёс магические атаки и Анжелики, и её сестрицы-сучки — я то считался перспективным магом воздуха и тонких энергий», — начал он вспоминать и анализировать всё то, что мелькало в его голове, которая до сих пор кружилась и побаливала, будто после хорошей пьянки.

С некоторой тревогой он начал вспоминать, что магия тонких энергий была сравнительно новой стихией, которая постепенно проявилась в этом мире на переломе тысячелетий и была особенно свойственна местному поколению миллениалов — по сути, это была магия информации, которая развивалась у людей, имеющих выраженную стихию воздуха, но далеко не у всех, конечно же — Виктор горько размышлял над тем, каким же распиздяем был его предшественник в своей и настоящей ипостаси — Виктора Антоновича Колчака, и в ложной студенческой — тоже. Неудивительно в принципе, что с ним вчера произошли все эти неприятности, которые ещё тоже надо было проанализировать на предмет случайности или чьей-то злой воли — Виктор реально поразился тому, что подобное не произошло с прежней личностью гораздо раньше.

«Вот что странно — Иволгин он по матери, это не основная фамилия, хотя имеет отношение к семье. Получается, что совпал какой-то момент и какие-то факторы, которые позволили обменяться мне с ним, точнее — ему со мной, телами, благодаря генетическому и формально-фамильному сходству? Надо будет прояснять этот вопрос, только как найти инфу?» — сделал себе мысленную пометку на будущее Виктор, поскольку хоть многое он и вспомнил, но ещё значительно большего элементарно не знал — учиться ещё было чему, а кроме того — ценная информация на дороге тоже не валялась. — «Все подобные вещи — это государственные и клановые секреты, у каждой стихии — куча особенностей и нюансов, а ещё промышленные секреты — это же сколько мне придётся перелопатить данных только по магии», — поразился парень и горько пожалел, что его предшественник в обеих своих ипостасях конкретно забивал на образование и тренировки — прям как Анжелика.

В сумочке-чехле раздался зум — Виктор встрепенулся, подвинул её к себе и вытащил планшет — звонила именно она.

«Только вспомнил — и на тебе. Идеальная парочка из нас получится», — улыбнулся он иронично.

— Алло!

— Милый, а где ты? — проворковала в трубочку Анжелика.

— Встретил пару кадров из общаги, постояли в парке — иду вот сейчас к себе, — придумал он ответ.

— Ты по мне соскучился?

— Сказать честно? — улыбнулся Виктор.

— Да, — в голосе Анжелики проявилась явная тревога.

— Соскучился, — произнёс он и услышал вздох облегчения. — Что там рыжая, жива ещё?

— Не говори так, пожалуйста! Через полчасика заканчиваем капельницу, я пока сижу в кафе, пью сок и вспоминаю о тебе, милый — я соскучилась.

— Кафе — это хорошо. Ты не хочешь подъехать в «Марков-Плаза» через пару часиков?

— Не знаю, милый — Арину надо домой вести, лекарства купить потом, — неуверенно ответила девушка.

— Ну хорошо, отдыхай, будем на связи!

— Целую, милый мой, — нежно произнесла брюнетка и отключилась.

«Анжелика, Анжелика — интересно, она что-то знала о моём настоящем статусе и происхождении или это цепь случайностей, которые привели к такому вот необычайному знакомству между нами?» — Виктор сложил планшет обратно и задумался про обстоятельства знакомства с Анжеликой и вообще о её интересе именно к нему — всё это выглядело не так однозначно, как могло ему показаться до принятия таблеточки. — «Да, здесь действительно девки во многом сами знакомятся первыми, но вот Анжелика могла или не могла знать, что я — это не я, а младший сынок-распиздяй важного и влиятельного деятеля из известной семьи, которая находится в очень натянутых отношениях с её семейкой по конкретным политическим и экономическим позициям республиканского масштаба?!» — эти вопросы требовали обстоятельного расследования, и информации ему пока что для совершенно точных выводов не хватало — оба варианта были равнозначны.

Дверь открылась, вошёл уже знакомый официант с подносом, а следом за ним — улыбающаяся Лиза.

— Пожалуйста, — официант поставил перед Виктором полтинничек коньяка и блюдо — жареную картошечку-фри с кусочками свинины, посыпанную зеленью.

— О, отлично, — улыбнулся Виктор, наблюдая, как официант быстренько и аккуратно забирает посуду с прежнего заказа.

Когда он вышел, Лиза плюхнулась рядом и очень мило произнесла весьма невинным тоном:

— А ты вообще в курсе, братец, что этот коньяк — серьезный магоблокатор для твоей стихии и блокирует как магический урон, так и твой потенциал?

Виктор, который уже держал рюмочку в руке и с наслаждением вдыхал аромат — это, без сомнения, был тот самый коньяк, которым его вчера угощал Ли Хуанг, поставил рюмку обратно на стол и повернул голову к девушке:

— Поясни!

— Братец, таблетка подействовала не полностью, я смотрю? Если хочешь пить — пей, но примерно сутки у тебя будет затык в использовании твоей магии и накоплении эндейса, понимаешь? Единственный плюс — ты получишь защиту от обычных, гражданских атак каких-нибудь дур вроде твоей знакомой, — пояснила Лиза своим нежным голоском-колокольчиком.

— Вообще-то — не в курсе, — ответил Виктор и сразу же сопоставил вчерашние факты — распитие коньяка с Бруно Ли Хуангом и последующую магоатаку Анжелики, которую он перенёс сравнительно легко, вызвав у брюнетки огромное удивление и легкую панику. Возможно, сегодняшняя утреннюю атаку её сестры он перенёс относительно легко тоже благодаря остаточному действию этого напитка — Виктор решил разузнать побольше о таких вещах. — Откуда ты это знаешь?

— Ну даешь! Ты что забыл? — вполне серьезно заявила Лиза, и увидев недоумение на его лице, продолжила: — Помнишь, как на твоё шестнадцатилетие мы были в загородном имении, залезли ночью в кабинет твоего отца и ты полез в его бар?

— Не очень, — признался Виктор, который смутно припоминал нечто такое, но картинка в голове не складывалась.

— Там мы нашли разные спиртные напитки, очень дорогие, и ты прочитал на этикетке, что «Карл Десятый» действует на воздушных магов, а потом выронил бутылку и разбил её, — начала терпеливо рассказывать девчушка.

— Прям на этикетке, значит? Хорошо, а как много таких напитков и вообще подобной еды и веществ? — сразу же спросил Виктор.

— Откуда я знаю, Вит? Этот коньяк — легальный блокатор, а вот много чего — запрещено, неужели ты правда не помнишь или не знаешь, глупыш мой милый?

Вит — так она часто называла его с самого детства.

— Подожди! — чуть поморщился Виктор. — Легальные блокаторы — сколько их и как трудно их достать?

— Блин, ты и правда не в курсе, — огорченно вздохнула она и придвинулась поближе. — Бывают дорогие, бывают менее дорогие и тоже дефицитные — но они для обычных граждан, примерно до десятки по магокэфу, а вот такие вещи — очень дорогие и редкие, да.

— Понятно. За твою смелость, сестрица, — поднял рюмочку Виктор, отсалютовал и выпил — вкус коньяка растекся по нёбу, даря изумительный букет.

— Спасибо, — улыбнулась она. — Может, тебе не стоит этим злоупотреблять?

— Чем? — спросил Виктор, который уже жевал вкуснейшую картошечку с мясом.

— Ну, и алкоголем, и магоблокаторами.

— Лиза, ну так я же не маг, а обычный студент официально, ты что, забыла? То, что ты сейчас сделала — это же секретно, не так ли? Всё остальное остаётся в прежнем статусе — моё новое имя и прикрытие. А особенно — моя нищета!

— А, точно, — кивнула она, скривила задумчиво губки и отвернулась.

«Стоп! А почему это Ли Хуанг поил меня этим коньяком — зачем он это сделал? Неужели он знал или знает, кто я, или же это просто — совпадение и щедрость с его стороны?» — пронеслась вдруг мысль, и Виктор даже на мгновение прекратил есть. — «Одни загадки, ответов нет, а вопросов — всё больше и больше», — его накрыла легкая досада от того масштаба будущей работы по самообучению, которая ему предстояла.

— Между прочим, я как-то не подумала сразу, — послышался задумчивый голос Лизы, — что вернулась твоя настоящая личность и память, а вот твой реальный магокэф всё ещё остаётся блокированным по той причине, что его разблокировать через Контур может только твой отец и сестра, которые и проводили ритуал. Так что можешь пить сколько угодно коньяка и других блокаторов. И по документам ты остаёшься Иволгиным.

Виктор аж поперхнулся и закашлялся, и Лиза постучала ему ладошкой по спине.

— Спасибо, блин. И что мне теперь с этим делать?

— Братец, просто берись за ум и докажи родителям и сестре, что ты — не обуза для семьи и для нашего кланового эндейса, а ценный и полезный член — и тогда тебе и слова никто не скажет!

Виктор с раздражением бросил вилку на стол:

— Лиза, не кажется ли тебе, что подобное наказание — слишком суровое для простого подростка-раздолбая? Что можно было как-то иначе воздействовать?!

— Не знаю, не я это придумала, знаешь ли, — отвернулась она с некоторой обидой, и через несколько секунд встала и пересела на своё место — напротив Виктора. — Не ты первый и не ты последний, сейчас со многими это происходит.

— Откуда ты знаешь?

— Много таких разговоров в казармах, обсуждают европейские новости и тамошних аристократов-декадантов, а ещё у одной девочки недавно случилось такое же с братом, насколько я поняла из её телефонного разговора — она до сих пор ходит печальная.

— Ладно, проехали. Скажи, ты знаешь некоего Гумилева Антона, который явно завсегдатай «Эскрайма»?

Лиза очень мило наморщила лобик, и через несколько секунд подняла глаза на Виктора:

— Знакомое имя — если я не ошибаюсь, он из известных московских монархистов и вроде как пишет какую-то книгу или диссертацию, что-то такое, — вымолвила она не очень уверенно. — А что?

— Да просто спросил — встретил его вчера в «Эскрайме», и он мне затирал про какую-то проблематику невозможности браков между аристократами с высоким магокоэффициентом, — пояснил Виктор.

— Вот как? Хм, интересно — расскажешь потом? Я такое слышала, у нас об этом в казармах тоже шепчутся, хотя это пресекается комендантом и старшими курс-юнкерами, — ответила Лиза, и её реакция немного его удивила.

— Хорошо, — кивнул парень, взял вилку и принялся доедать картошечку.

«А ведь всё явно сходится — вчерашняя девушка из такси, Лада, я что-то сейчас припоминаю насчёт этой поездки — как раз после этого со мной и начались все эти неприятности. А ведь в „Эскрайме“ меня однозначно уже видели, только виду не подают, сволочи», — поразился Виктор довольно очевидной мысли. — «Или просто забыли — я ж не один молодой аристократишка из провинции», — через несколько секунд усомнился он.

— Между прочим, моя игромания, как ты говоришь, может очень мне помочь — я скоро уеду в Швейцарию, — заявил он через пару минут молчания, когда доел блюдо.

— Что?! — удивилась Лиза.

— То! Я выиграл отбор на бета-тест серьезной игры, которая станет прорывом в индустрии, — произнёс Виктор, наблюдая, как скептицизм на лице девчушки сменяется откровенным весельем. — Можно хорошо заработать!

— Ох, братец, ты как всегда, — вздохнула она.

— Посмотришь!

Девушка пожала плечами и смотрела на него с нежностью и грустью — Виктору стало неловко.

— Лиза, спасибо за всё, что ты для меня делаешь и сделала, правда, — посмотрел он ей в глаза.

Она засмущалась и опустила голову, немного покраснев и убрав руки со стола.

— Пойдём, наверное — мне ещё надо в общагу, потом в «Марков-Плаза» — в общем, дел полно.

— Хорошо, ты иди, а я немного посижу ещё, ладно? И номер свой оставь мне, — сказала она.

Обменялись номерами — Виктор пустил ей дозвон, потом встал, подошёл и нежно поцеловал в щечку, и потом ещё раз — она явно хотела поцелуй в губы, но он решил не обострять страсти.

— До встречи, солнышко!

— До встречи, дорогой, — она отвела взгляд и утерла слезинку.

Виктор вышел в зал, кивнул вежливо улыбающемуся официанту и вышел из ресторанчика, в котором совершенно не ожидал узнать и ощутить то, что ему сейчас довелось пережить.

«Весёленькие сутки получились — событий столько на самом деле, что голова кругом. Лиза, ах, Лиза — за что мне это всё? Почему такая страсть возможна именно с сестренкой? Это же так неправильно, так запретно. Но ради неё я сделаю многое — я пройду этот бета-тест, я сделаю всё, чтобы вернуться в семью и сделать так, чтобы она пошла по тому пути, который отвечает её характеру и сердцу — она этого достойна! Да и с семейкой надо разобраться и взять своё — будет, чем заняться в ближайший год. Выходит, мы с Анжеликой — одного поля ягодки, младшие детки-изгои», — Виктор стиснул зубы, выдохнул и пошёл в сторону своего общежития, твёрдо намереваясь разобраться во всех этих хитросплетениях.

* * *

Окончание первого тома. Продолжение следует — очень скоро!

Ruslan V. Aristov, эксклюзивно для Author.Today, редакция от 05.10.21

* * *

Уважаемые читатели — просьба не стесняться и подписываться на мой профиль:

во-первых — мне это будет приятно;

во-вторых — вы не пропустите анонс второго тома «Мажорок», а также некоторых других проектов через некоторое время, а именно в конце октября и далее: приключенческого гаремника-эрофэнтези (с эльфийками и кошкодевочками); альтернативной истории с гаремом и реалрпг — начало 1930-х годов; строго альтернативной истории без магии по гражданской войне в России.

Подписку я закрою в момент выкладки второго тома — пока что буду вычитывать и редактировать.

Content

Ruslan Aristov
Гарем стервозных мажорок

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

* * *