Синди Лин

Сокровища Двенадцати

МОЕЙ СЕСТРЕ ВЕНДИ, СЛУШАВШЕЙ МОИ ИСТОРИИ С САМОГО НАЧАЛА

Читайте в серии:

1. Двенадцать

2. Сокровища Двенадцати

Cindy Lin

Treasures of the Twelve

Copyright © 2020 by Cindy Lin

All rights reserved. First printed in the United States of America.

No part of this book may be used or reproduced in any manner whatsoever without written permission except in the case of brief quotations embodied in critical articles and reviews. For information address HarperCollins Children’s Books, a division of HarperCollins Publishers, 195 Broadway, New York, NY 10007.

www.harpercollinschildrens.com

© Стамова Т.Ю., перевод на русский язык, 2021

© Издание на русском языке. ООО «Издательство «Эксмо», 2021

* * *

Если намеренно сломать или уничтожить хотя бы одну из этих вещей, покров невидимости над королевством падёт, что будет чревато для него суровыми последствиями. Двенадцать Сокровищ образуют Круг, соответствующий Кругу Воинов, и, если он будет разрушен, сила Нефритовой Горы – и сила Мидаги – иссякнет.

– Завет Двенадцати, Восьмой Месяц года Земляного Кабана, из Анналов Совета Воинов.

Глава 1

Перо Правды

Гавань называлась Крыло Крачки. Усаги поморщилась от громкого крика чаек и поспешила дальше вдоль береговой линии, щурясь на отражение утреннего солнца. Резкий весенний ветер, пахнущий солью и рыбой, едва не сорвал с её головы косынку, скрывавшую тёмные косы. Она поправила перекинутый через плечо шест, на конце которого болталась пустая корзина, и завязала платок покрепче. Девушек в порту работало совсем немного, и ей совсем не хотелось привлекать к себе внимание.

– Налево, Кролик, – произнёс знакомый голос шагах в двадцати позади неё. Случайный прохожий подумал бы, что Нэзу просто поприветствовал кого-то из работников, но для Усаги с её кроличьим слухом слова его прозвучали громко и отчётливо. Она не стала отвечать ему и Торе, ведь такого слуха, как у неё, у них не было. Только подняла руку, как бы для того, чтобы почесать плечо – мол, хорошо, поняла, – и свернула на тропу из битых ракушек, ведущую к главному причалу.

– Скажи ей, что Стражники уже прибыли, – прошипела Тора, не прекращая обозревать окрестности своим острым тигриным оком. – Мы опоздали. Придётся подождать, пока капитан порта закончит все дела и отпустит охранника.

– Можешь сказать ей сама, – откликнулся Нэзу. – Ты забыла, что она нас слышит?

– Я знаю Усаги намного дольше, чем ты, и прекрасно знаю, какой у неё слух. Но ведь ты сам настаивал, чтобы всё было по уставу. «Во время похода всё должно исходить от старшего». – Тора попыталась изобразить его голос и разгладила «усы» на верхней губе, как всегда делал Наследник Воина Крысы, когда был доволен, взволнован или глубоко погружён в свои мысли.

– Хватит кривляться, Тигра.

– Можно подумать, что ты лучше всех всё знаешь, Крыс.

– Ты просто злишься, что Пояс сейчас ношу я, а не ты. Но ничего не поделаешь, коли уж я старший в этом походе.

Усаги издала стон. За свои тринадцать лет она не знала никого, кто бы так цапался друг с другом, как эта пара. Оглянувшись, она быстро пошла назад, как будто искала что-то обронённое по дороге, и налетела на них так, что вся их ноша оказалась на земле. Усаги пробормотала извинения, и все трое принялись собирать упавшие свёртки.

– Вы совсем, что ли? Сокровище уже почти у нас в руках… Нашли время выяснять отношения, – она метнула в них выразительный взгляд.

Нэзу потёр редкие усики над губой. Это ничуть не помогало им расти, но избавиться от привычки у него не получалось.

– Прости, Кролик, ты права. Просто мы уже на взводе: так долго ждали – и вот теперь снова… – Нэзу смущённо улыбнулся. В свои шестнадцать он был старшим Наследником Воина в этом походе и чувствовал на себе груз ответственности, а трудности, с которыми они столкнулись в последние несколько дней, немного выбили его из колеи.

– Если бы вы поверили мне в тот первый раз, когда я сказала, что видела капитана порта, всё было бы намного быстрее. – Янтарные глаза Торы сердито вспыхнули. Она была на год старше Усаги, но ещё не стала Наследником Воина. И теперь надеялась доказать, что уже к этому готова.

Задолго до того, как Усаги стала Наследником (тогда она ещё не знала ни Нэзу, ни остальных), они с её подругой Торой почти всё время были вместе. Несколько лет после того, как Король-дракон сокрушил мидагского короля и Воинов Зодиака, они, осиротев, жили в лесу вместе с сестрой Усаги, Умой. Лес помогал им троим выжить и держать в тайне свои Дары Зодиака. Пока…

Усаги отогнала мучительные мысли о сестре и протянула подруге подобранные свёртки.

– Постарайтесь не ссориться.

– Ладно уж, – произнесла Тора, показав свои острые белые зубы. Они росли косо и слегка выдавались вперёд, придавая ей злое выражение, даже когда она ни на кого не сердилась. Если же ей случалось прийти в ярость, эти тигриные зубы начинали расти и становились видны из-под верхней губы. Сейчас их, к счастью, не было заметно. Девочка с торчащими клыками сразу привлекла бы к себе внимание, а в их походе за Пером Правды это было совсем ни к чему.

Одно из Сокровищ, принадлежавших некогда Двенадцати Воинам, находилось сейчас в руках человека, управлявшего главным портом королевства, и тот старался извлечь из него как можно больше выгоды.

– Ты сказала, что видела Стражников? – спросила у Торы Усаги. При одной мысли о вооружённых людях Короля-дракона у неё похолодело внутри. И хотя ей когда-то случилось одолеть одного из них, столкнуться с ними опять совсем не хотелось.

Тора кивнула:

– Да, двоих. Как раз когда капитан порта появился в доке.

– Значит, мы ждём, когда он снова останется один. Почему бы не подождать вместе.

– Прошу прощения! – громко сказала она, выпрямляясь. – Разрешите я вам помогу. – Подхватила несколько свёртков – в основном то была просто обёрнутая в тряпье солома – и уложила их в свои пустые корзины, потом вскинула шест на плечо, ощутив тяжесть спрятанного в нём меча. У Нэзу внутри посоха был такой же. В открытую оружие могли носить только люди Короля-дракона. У Торы пока был простой деревянный посох, и она мечтала о том дне, когда у неё тоже появится своё секретное оружие.

Втроём они направились к главному (и самому большому) причалу, где должен был находиться капитан порта. Тут нужно было всё время лавировать и уворачиваться. На пути то и дело попадались запряжённые быками повозки, а с судов, стоявших рядами на пирсе, сгружали мешки шерсти, экзотический лес, акулью кожу и ещё великое множество товаров, от которых разбегались глаза.

Они околачивались здесь уже целую неделю, но Усаги всё ещё не могла прийти в себя от этого зрелища. Она и не предполагала, что существует так много разных видов судов! Здесь были джонки с похожими на веер парусами, надувшиеся как лягушки парусные шлюпки, длинные многовёсельные лодки, приземистые корабли с дымящими трубами и военные суда с орудиями на борту.

До того как пал Щит Невидимости, Мидага никогда не видела столько заморских судов у своих берегов. Она оставалась скрытой от всего мира, пребывая под надёжной защитой Воинов Зодиака, пока Воин Дракон по имени Друк не нарушил клятву, данную Совету Двенадцати. Повергнув Щит, он отдал остров на разграбление захватчикам, а сам занял мидагский трон под именем Короля-дракона.

Теперь он правил здесь уже семь лет. И всё это время мореплаватели из ближних и дальних земель устремлялись к Мидаге, чтобы увидеть королевство, столетиями остававшееся для всех легендой и загадкой. Гавань Малых Островов – когда-то единственная часть Мидаги, которую могли увидеть чужестранцы, – по приказу Короля-дракона была сильно расширена. Прежде встречавшая от силы четыре корабля в год, она теперь за одну только неделю принимала их во много раз больше. И всем этим непрестанным движением управлял из своей деревянной конторы, выстроенной на главном причале, капитан порта.

Подойдя поближе, они увидели выстроившихся в затылок капитанов судов и торговцев, ждущих, чтобы доложить начальнику порта о доставленном грузе. Дверь конторы была широко распахнута. Её охраняли два вооружённых Стражника.

При виде их Усаги поёжилась. Это осталось у неё с детства. Она сделала над собой усилие и продолжала держать голову прямо, не опуская глаз. В конце концов, она была Наследницей Воина Кролика. И после месяцев тренировки при необходимости могла бы уложить этих двоих наповал.

Внутри мелькнула фигура грузного человека в высоком чиновничьем головном уборе. Где-то рядом с ним должно было быть Перо. И тигриные глаза Торы, столь же острые, как слух Усаги, не могли его не увидеть.

– Здесь? – шёпотом спросила Усаги.

Глаза Торы превратились в две узкие щели.

– Да – перед книгой для записей, в подставке для кистей. Размером больше, чем кисть для туши. Ручка золотая и украшена изображениями двенадцати зверей зодиака. Золотой колпачок он снял. Сама кисть, похоже, из бычьего волоса.

– Бык – животное, символизирующее правдивость, – сказал Нэзу. – Так и есть, это оно – Перо Правды.

Они пошли дальше вдоль причала и остановились у последнего корабля, выглядевшего почти пустым. Товар был сгружен, а матросы, как видно, закатились в таверну. Все трое опустили корзины на землю. Нэзу снял с головы повязку и вытер лицо, потом завязал её снова, на этот раз потуже, так чтобы длинная крысиная косичка на затылке не торчала наружу. Потом улыбнулся Усаги:

– Что отсюда услышат уши Кролика?

Она наклонила голову набок и прикрыла глаза, прислушиваясь. Погладила на шее амулет – маленького серебряного кролика с зелёными нефритовыми глазами. За криками чаек, руганью портовых рабочих, плеском волн о борта судов и сваи, скрипом деревянных обшивок, стуком колёс по мощёным и деревянным мостовым Усаги различила хриплый голос капитана порта, который успела хорошо изучить за те несколько дней, что они здесь околачивались. Тот в это время опрашивал последнего из выстроившейся к нему очереди.

– Ваше имя и название корабля.

– Капитан Галу с «Акульего Плавника».

– Из какого порта?

– Порт Бусана в Солоносе.

Дальше капитан порта обычно задавал вопрос о грузе и давал расписаться в ведомости Пером Правды. Тут Усаги всегда становилось немного жалко ничего не подозревавшего владельца груза.

– Ой! Подождите! Я… я же не то хотел написать! Э… это ошибка!

– Вы уверены, капитан? А по-моему, вы хотите сэкономить на пошлине. Что если я прямо сейчас велю Стражнику обыскать ваше судно – вы уверены, что он найдёт там только десять мешков хлопка, а не все пятнадцать?

Потом, в красках описав, что бывает с теми, кто пытается обмануть Короля-дракона, начальник порта предлагал бедолаге откупиться. Таким способом оборотистый чиновник уже нажил себе весьма солидное состояние.

– Ну вот опять, – сообщила друзьям Усаги. – Только что содрал с этого капитана пять золотых за то, что тот приврал о товаре.

Нэзу присвистнул.

– Некоторым за всю жизнь столько не заработать. – Потом посмотрел в воду у причала. – Кто-нибудь уже проголодался?

Оглянувшись, не видит ли кто, он сделал почти незаметное круговое движение руками, подняв у берега небольшой бурун. Потом резко вскинул руки, и фонтан воды выплюнул на пирс серебристую рыбину, заплясавшую на деревянном настиле у их ног.

– Время перекуса! – воскликнула Тора и, кинувшись к рыбе, оглушила её одним быстрым ударом. Нэзу очистил рыбину ножом и разделил на аккуратные кусочки, добавив завёрнутые в водоросли шарики солёного риса из своего запаса провизии.

– Плохо, что ни у кого из нас нет Дара Огня, – заметил он. – Пара язычков пламени – и рыба вышла бы на славу.

Усаги сразу подумала про Уму. У сестры был дар управлять огнём. Она извлекала его прямо из ладоней и готовила на нём всё, что им с Торой удавалось раздобыть в лесу под Златоклыком. Теперь Ума была гордостью младшего отряда армии Короля-дракона, набранного из детей с Дарами Зодиака. Со временем все их способности должны были пригодиться Королю-дракону в управлении мидагцами.

Усаги ещё раз погладила амулет – тяжёленький. Внутри его был уголёк, оставшийся от её прежнего деревянного кролика. Этот подарок отца она носила не снимая, пока Ума в припадке ярости не сожгла его у неё на глазах. То был последний раз, когда она видела свою сестру.

Вздохнув, она присела с остальными на край причала. Мимо проплывали бурые водоросли, пара чернохвостых чаек качалась на поверхности, выслеживая добычу голодными жёлтыми глазами. А они просто сидели и болтали ногами в зеленоватой морской воде. Усаги только собралась откусить от своего рисового шарика, как вдруг Тора перестала жевать и покосилась куда-то в сторону.

– Дочка капитана порта, – пробормотала она.

Усаги тоже посмотрела в том направлении, и ей показалось, что за оснасткой пришвартованного корабля мелькнула маленькая фигурка. С тех пор как они появились в Крыле Крачки, эта девочка встречалась им уже не раз – работать она не работала, а просто бродила по причалу в драной рубахе, таких же штанах и белой косынке поверх выгоревшей на солнце косички.

Нэзу завернул рисовый шарик в кусочек рыбы и откусил.

– Ты уверена, что это его дочка? Больше похоже на прислугу. Она всё время у него на побегушках.

– И, как только замешкается, получает взбучку, – мрачно сказала Тора. Однажды, когда капитан не был занят в своей конторе, им довелось видеть, как он драл её за уши. Усаги была возмущена: девочке и восьми, наверно, не исполнилось. Она была тонкая как тростинка, с большими тёмными глазами, как у Умы.

Усаги встала.

– Я быстро, – сказала она.

– Куда? – вскинулась Тора.

Но Усаги только махнула им рукой и, решительно направившись к кораблю, рядом с которым была замечена девочка, остановилась возле опущенного трапа.

– Добрые духи! Столько риса и рыбы мне одной не съесть, – подойдя поближе, произнесла Усаги. – Что же делать? – Увидев высунувшуюся голову девочки, глядевшую на неё широко раскрытыми глазами, она улыбнулась. – О, привет! Не поможешь мне? – И протянула ей рисовый шарик.

Девочка подождала в нерешительности, потом кивнула. Усаги махнула ей рукой, чтобы спускалась, и та осторожно спустилась по трапу вниз. Лицо у неё было перепачкано грязью и сажей, а пахло от неё так, как будто она спала на куче рыбацких сетей. Усаги разломила рисовый шарик пополам и отдала ей почти всю свою сырую рыбу. Девочка робко приняла приношение, потом запихала всё сразу в рот, как будто боялась, что Усаги передумает. Усаги засмеялась.

– Не спеши! А то живот заболит. – Она откусила от своей половинки, по-прежнему глядя на жадно жующую девочку. Глаза у той были полуприкрыты – кажется, страх уже прошёл. Сейчас она так сильно напомнила Усаги Уму, что кусок встал у неё поперёк горла. Усаги с трудом проглотила его и протянула девочке остаток еды. – На, возьми ещё.

Девочка не заставила себя упрашивать. Глаза у неё так и блестели.

– Как тебя зовут? – спросила Усаги. – Я – Усаги. Родилась в год Древесного Кролика.

Девочка на минуту перестала жевать и ответила с набитым ртом, с трудом выговаривая слова:

– Джи. Год Петуха.

– У себя дома я знала мальчика, рождённого в год Металлического Петуха, – сказала Усаги. – Он всегда был такой шустрый – как заводной. Петухам это свойственно. – Она чуть было не рассказала, как в маленьком Яго прорезался Дар Полёта и Ловчие забрали его к Королю-дракону, но вовремя замолчала и небрежно махнула рукой в сторону капитанской конторы. – Там твой отец, да?

Джи перестала жевать и вздрогнула. Потом медленно кивнула.

– У него такая красивая золотая кисть, – продолжила Усаги. – Не знаешь, откуда?

Джи покачала головой и попятилась. Глаза у неё снова сделались круглыми.

– Постой! – Усаги не думала, что её слова так встревожат девочку, но та повернулась и, взбежав по трапу, снова спряталась на корабле. «Гниль и плесень, не надо было ничего говорить». Она постояла ещё минуту, ругая себя последними словами, и вернулась к друзьям.

Нэзу посмотрел на неё с любопытством.

– Что ты там делала?

– Просто вспомнила, каково это быть голодной, – сказала Усаги. – И ещё думала, может быть, узнаю от неё что-нибудь о Пере. Но она сразу убежала.

– Лучше оставить её в покое, – посоветовал Нэзу. – И вообще, говорить поменьше. Чтобы, когда обнаружится пропажа, никому не пришло в голову заподозрить нас. – Он прикончил остаток рисового шарика и облизнул пальцы. – Духи, я бы съел ещё пять. – Потом затянул потуже свой кожаный пояс. Отделанный серебром, редким деревом и рогом Пояс этот был драгоценной реликвией, передававшейся в Круге Двенадцати от Воина к Воину. Но то было ещё до войны, разбившей Круг и раскидавшей Сокровища по всему королевству. Пояс нашёлся совсем недавно, и остальные Наследники Воинов настояли, чтобы в этом походе (на случай если придётся прибегнуть к скрытой в нём силе) его носил Нэзу.

Тора насторожилась.

– Капитан покидает контору и отпускает Стражника. Кажется, собрался в чайную на перекус. Не попробовать ли сейчас?

– А Перо при нём? – спросила Усаги. На расстоянии шагов в двести она видела только, что начальник порта закрывает двери конторы, и больше ничего.

Тора прищурилась и кивнула.

– Сзади, у него в поясе, как все эти последние три дня. В постоянстве ему не откажешь.

– Отлично. – Нэзу потёр руки и ухмыльнулся. – Думаю, мы ждали и готовились уже достаточно.

Он и Тора вскинули свои посохи на плечи, балансируя полными корзинами с «товаром». Потом подождали, пока Усаги разберётся со своей ношей и, покидая причал, пропустили её вперёд. Они шли за чиновником в высоком крылатом головном уборе. Усаги не сводила глаз с его широкого пояса, в котором было спрятано Перо. Начальник порта направлялся к главной улице, вдоль которой выстроились магазины, таверны и чайные, привлекающие многочисленных гостей Крыла Крачки. По всему порту – парами и небольшими группами, – хрустя битыми ракушками, расхаживали патрульные.

– Ладно, Кролик, – сказал Нэзу. – Ты знаешь, что делать. Поспеши, пока он не сильно удалился – вокруг чайной людей Короля-дракона будет ещё больше.

Усаги сделала глубокий вдох и кивнула. Она слышала, как звякают монеты в руке чиновника. Верно, те, что он вытянул из новоприбывших гостей сегодня. «Нам бы они тоже пригодились», – подумала она, но тут же себя одёрнула. Сюда они пришли за одной-единственной вещью.

Она собралась с духом и в несколько шагов догнала капитана.

– Прошу прощения, господин начальник!

Тот обернулся – живот его нависал над поясом, как огромная булка. Двойной подбородок раздражённо заколыхался.

– Что тебе?

Усаги протянула небольшой, перевязанный бечёвкой мешочек.

– Это не вы обронили? Я нашла его на причале. – Она легонько потрясла мешочек, и в нём что-то зазвенело. В глазах у чиновника появился интерес, а губы вытянулись в фальшивой улыбке.

– В самом деле, как это я не заметил, – произнёс он и, потянувшись за мешочком, едва не свалился на Усаги. Она вытянула руки, чтобы поддержать его, и тут рядом раздался голос Торы.

– Ох, извините! Я вас не заметила, господин!

Побагровев лицом, тот повернулся к ней.

– Смотреть надо, куда идёшь! – рявкнул он. Усаги увидела блеснувший из его пояса кончик Пера: Торе не удалось выхватить его, когда она на них налетела. «Гниль и плесень. Значит, ей придётся действовать самой».

Подоспевший Нэзу принялся ругать Тору и извиняться перед начальником. Тора опустила голову, покосившись в сторону Усаги.

С бешено бьющимся сердцем та потянулась к Перу. Но тут капитан порта слегка повернулся, и она быстро отдёрнула руку.

– Я капитан порта, – он махнул рукой в сторону доков, проведя по лицу своим длинным свисающим рукавом. – И мы не привыкли терпеть подобное разгильдяйство!

Тора выронила свою ношу и упала на колени:

– Пожалуйста, я не хотела, так получилось. – Она уткнулась лбом в землю у самых ног начальника и заплакала, цепляясь за полы его одежды. – Простите меня!

– Этого ещё не хватало! А ну отцепись! – он пнул её ногой, и Тора попятилась. Перо ещё больше высунулось из пояса, сверкнув перед носом Усаги.

Сейчас. Быстрым движением она выхватила Перо и спрятала его под куртку.

– Простите, господин начальник… – Она снова потрясла в воздухе мешочек. – Вы сказали, он ваш?

Тот снова переключился на неё.

– Да, мой, – буркнул он, забирая вещь. Потом метнул взгляд в сторону Торы и Нэзу. – Убирайтесь отсюда, пока я не позвал сюда Стражу!

Подхватив свои корзины, они быстро пробормотали слова благодарности и поспешили прочь. Прежде чем повернуть назад, Усаги слегка поклонилась чиновнику: «Хорошего дня, господин».

Догоняя Тору и Нэзу, она слышала, как начальник порта нетерпеливо развязывал бечёвку на мешочке. Нэзу увлёк их за собой на оживлённую боковую улицу.

– Есть? – спросил он Усаги.

Она усмехнулась в ответ и хлопнула себя по боку:

– А как же!

– Тьфу-ты, пакость! – донеслось сзади. – Это никакие не деньги!

– Бежать не надо, – сказал Нэзу. – Идём спокойно, как и шли.

– Перо! Где моё Перо?! Эй!

– Обнаружил пропажу, – нащупав Перо в поясе, сказала Усаги.

Тора обернулась назад:

– Он повернул за нами.

– Стража, быстрей! Догнать тех разносчиков!

Усаги глянула через плечо и увидела начальника порта и нескольких человек Стражников.

– Сейчас начнётся погоня.

– Сюда, – шепнула Тора. Они завернули за угол – и налетели на стоявших стеной вооружённых до зубов патрульных. Тут был целый отряд.

– Проклятье! – процедил сквозь зубы Нэзу. – Мы окружены!

Глава 2

Побег с Пернатого острова

Восемь дюжих стражников преградили им дорогу. Ещё несколько были на подходе. Они свирепо уставились на подозрительных юнцов. Кто-то потянулся за мечом, кто-то снял с плеча огнестрел.

– Бежим! – бросил Нэзу. Покидав корзины, они кинулись прочь.

Поднялся шум.

– За ними!

Большой колокол забил тревогу, и по всему порту в ответ ему зазвонили другие колокола. Весь этот шум разом обрушился на Усаги с её тончайшим слухом. Она выронила посох и согнулась пополам, изо всех сил зажав ладонями уши. Нэзу и Тора остановились, чтобы поддержать её.

– За меня не волнуйтесь, – отпихивая их, сказала Усаги.

– За тебя нет, только за Перо, – хмыкнула Тора.

Неожиданно для себя Усаги рассмеялась. Наконец-то Перо Правды было у них в руках! Теперь уж Стражникам её точно не догнать. Стараясь не замечать оглушительного звона, она подхватила посох и помчалась дальше, оставив Тору и Нэзу догонять. Втроём они неслись по портовым улицам, лавируя среди многочисленных препятствий, встречавшихся на пути, а тем временем всё больше Стражников присоединялись к погоне.

– Ты, кажется, говорил не бежать, – крикнула она Нэзу (они только что свернули в узкий переулок, улизнув от троих Стражников).

Нэзу усмехнулся.

– Раз на раз не приходится. – Он перескочил через тачку, которую толкал кто-то из носильщиков.

– Берегись! – крикнула Тора. Дорогу им перегородила большая телега, доверху нагруженная ящиками с крабами. Ворочаясь и орудуя клешнями, крабы едва не вываливались наружу, царапая вывески на фасадах торговых лавок.

Усаги даже не остановилась и, сделав длинный скачок, взвилась в воздух. Перелетая через телегу, она заметила изумлённый взгляд женщины, развешивавшей для сушки сети на балконе второго этажа.

– Духи! Это же сила Зодиака! – пролепетала та. Усаги слегка помахала ей рукой.

– Девчонка с зодиакальным Даром! – завопил кто-то из Стражников. – Зовите Ловчих!

– Волдыри с бородавками! – выругалась про себя Усаги. Ловчие тоже охотились за Сокровищами. И этот ударный отряд Короля-дракона был намного опаснее Стражников. Угораздило её так себя выдать – просто забылась на минуту. Она представила, как должен был разозлиться Нэзу.

Приземлившись перед телегой, Усаги обернулась и, увидев погонщика с быками, уставившегося на неё с открытым ртом, не смогла сдержать улыбки.

Телега дёрнулась немного вперёд, и Усаги услышала, как кто-то взвыл от боли.

– Мой нос! – завопил один из Стражников. – Снимите с меня этих крабов!

Протиснувшись в узкий зазор между стеной и телегой, Тора и Нэзу добрались до Усаги.

– Мы выпустили часть крабов, чтобы задержать Стражников, – с усмешкой сказала Тора. Повязка с её головы успела исчезнуть, и непослушные тёмные пряди рассыпались по плечам.

Но обычно улыбчивый Нэзу оставался серьёзным.

– Это было очень неосмотрительно, Кролик.

– Ты сам говорил, что раз на раз не приходится, – пробормотала она.

Он покачал головой и устремился к выходу из переулка. Вскоре, однако, их заметил ещё один наряд Стражников, и погоня возобновилась. И снова они бежали мимо рыбаков и матросов, купцов и докеров, сворачивали за угол при одном виде шлема или огнестрела, уворачивались от лающих собак и запряжённых лошадьми повозок, пока опять не оказались у гавани.

Усаги дико озиралась. Стражники прибывали отовсюду – кроме доков, бежать теперь было некуда.

– Сюда! – крикнула она.

Они поспешили вдоль главного причала, стараясь не натыкаться на грузчиков и сваленные штабелями товары. Крики Стражников и топот их сапог приближались.

– Ну что? – выдохнула на бегу Тора. – Не прыгать же в воду!

– Другого не остаётся, – отозвался Нэзу, берясь за пояс.

Но Усаги остановила его.

– Подожди, – сказала она, прислушиваясь. С дальнего конца причала доносился чей-то тонкий голос.

– Бегите сюда! – Это была дочка капитана порта, изо всех сил махавшая им с палубы корабля. – Здесь вас не найдут!

Усаги побежала и махнула друзьям рукой.

– Там есть где спрятаться!

– С ней? – вскинулась Тора. – Её отец – наш главный преследователь.

– Я в ней уверена, – твёрдо сказала Усаги и побежала к трапу.

Тора и Нэзу неуверенно последовали за ней.

– Сюда! – шепнула девочка, направляясь к открытому входу в трюм. – Там никого нет – команда появится только к ночи.

Усаги улыбнулась и стала спускаться вниз. Когда обернулась, Тора и Нэзу ещё стояли на палубе в нерешительности.

– В чём дело? – спросила она.

– Она не запрёт нас там? – подумала вслух Тора.

Нэзу улыбнулся Джи своей кривоватой улыбочкой.

– Спасибо! Правда, тут некоторые не очень хорошо чувствуют себя в темноте. – Тора фыркнула, но он толкнул её локтем в бок.

– Тогда оставайтесь здесь, – тихо сказала Джи, потерев перепачканный нос. – Я могу вывести их отсюда.

Тора вздохнула с облегчением и укрылась за бочками.

– Да, так будет лучше.

Усаги пришлось снова подняться на палубу.

– Стражники близко, – сказала она. – Если услышу, что кто-нибудь из них ступил на трап, мы быстро спускаемся в трюм.

– Ждите здесь, – сказала Джи. Она отправилась на корму и спряталась там среди канатов.

Неожиданно Усаги вздрогнула. Она услышала свой собственный голос, доносившийся со стороны причала – притом сама она не произнесла ни слова. Нэзу и Тора смотрели так, как будто у неё внезапно выросла ещё одна голова. Потом откликнулся Нэзу – казалось, они оба были где-то на другом конце причала. Нэзу непроизвольно прикрыл рот рукой, глаза у него чуть не вылезли на лоб.

Сюда! Не потеряй Перо! – позвала Тора, хотя губы у неё оставались неподвижными. Теперь Усаги уставилась на подругу.

– Ты сейчас ничего?..

Тора покачала головой.

– Это не я!

– Это она! – Нэзу показал в сторону кормы.

Оставаясь невидимой для толпящихся на причале Стражников, Джи выкликала голосами Усаги, Торы и Нэзу, создавая иллюзию, что те находятся где-то далеко от корабля. Ладони у неё были приложены лодочкой ко рту, и три их голоса слышались всё дальше и дальше.

Усаги слушала в изумлении, не сводя с неё глаз. А девочка продолжала импровизировать: Скорей! Уходим из гавани!.. Стражи думают, мы где-то на корабле!.. К Крысиному Переходу!

– Эти гадёныши направляются к Мосту! – заорал один из преследователей, и тяжёлые шаги Стражников стали быстро удаляться. Усаги выдохнула с облегчением, как будто с плеч у неё свалилась гора. Джи выглянула из укрытия, проверяя, не остался ли кто поблизости.

Когда она вернулась к ним, на лице её была улыбка, а щёки горели от волнения.

– Я же говорила, что отведу их.

– И у тебя прекрасно получилось, – радостно отозвалась Усаги. Потом она представила девочку своим спутникам: – Знакомьтесь: Джи, рождённая в год Петуха.

Нэзу широко улыбнулся.

– И такой удивительный Дар! Спасибо тебе, что помогла нам уйти от хвоста.

– Я встречала одарённых детей-Петухов, но твой Дар совсем особенный, – восхитилась Тора. – Давно ты им владеешь?

– Ты про мои петушиные позывные? – спросила девочка. Она закусила нижнюю губу и задумалась. – С прошлого года, наверное. Это началось летом. Я подражала чайкам, а потом оказалось, что подражать людям намного интересней.

– А отец твой знает, что ты так умеешь? – спросила Усаги.

Джи покачала головой.

– Если бы узнал, то продал бы меня Ловчим. Я видела, как он торговался с ними, продавая других детей. – Она огляделась вокруг. – И про это он не знает. – Чуть нахмурив лоб, щёлкнула пальцами, и между ними появился язычок пламени.

– Духи! – сказал Нэзу. – Так значит, ты Огненный Петух!

Девочка щёлкнула пальцами снова, и пламя исчезло.

– Наверное. Но больше я ничего делать не умею – например, так ловить рыбу, как ты в тот раз. – И она скромно улыбнулась.

Нэзу ткнул Тору в бок.

– Мало того что способная – ещё и наблюдательная.

– Я думаю, если будешь упражняться в твоём огненном Даре, то сможешь ещё больше, – обратившись к Джи, сказала Усаги. И тут же подумала про сестру. Ума так гордилась своим Даром Огня. Сейчас Усаги словно увидела перед собой её лицо, освещённое огоньком в ладонях. Нет – она выпрямилась и прогнала воспоминание. Сестры у неё больше не было.

Чернохвостая чайка опустилась на борт и стала теребить клювом ухо Джи.

– Поздоровайся, Наби, – сказала девочка, поглаживая её перья. Вторая чайка покружила над их головами, потом спикировала и уселась Джи на плечо. – Нэко, ты что, ревнуешь? – поддразнила та. Рядом с этими огромными птицами Джи казалась совсем маленькой. Но она только засмеялась, когда те начали перебирать её волосы своими длинными клювами. Потом повернулась к Усаги и её спутникам: – Как же хорошо быть с теми, кто не боится Даров.

– Вообще не пойму, чего их бояться, – сказала Тора. Прикрыв глаза ладонью, она посмотрела на солнце, уже отклонившееся от зенита. – Час Барана. Нам лучше убраться отсюда, пока Стражники потеряли след.

– Сейчас они рыщут вокруг Крысиного Перехода, – сказала Усаги. – Как мы покинем Пернатый Остров и вернёмся на Главную Землю, если они окружили мост?

– Надо дождаться темноты, – сказала Тора.

– Зачем, если у нас есть собственный мост? – отозвался Нэзу.

Усаги посмотрела на его Пояс.

– Расстояние слишком большое. Не думаю, что Пояс тут поможет. – Ей вспомнился первый поход: едва став Наследником Воина, она отправилась с Нэзу и Ину, Наследником Воина Собаки, на поиски Пояса Перехода, одного из Сокровищ Двенадцати. Нашли они его в одной дальней долине – в виде моста, перекинутого через глубокий овраг. Он был спрятан там Воином Лошади, Мори Седьмым, последним из Воинов, носивших этот пояс. Опоры моста были с серебряным навершием, деревянный настил обит кожей и инкрустирован роговыми пластинами. Внизу они обнаружили скобу, и, когда открепили её, мост у них на глазах сделался поясом. Чудесное было превращение.

По краю оврага росли островки деревьев. Усаги приложила ладони к самому большому баньяновому дереву и «поговорила» с ним, после чего дерево протянуло через овраг свои длинные толстые корни, перевив их так, что образовался живой мост.

– Духи! – впечатлился Нэзу. – Теперь и местные жители будут не в обиде, и мы сможем доставить Сокровище туда, где ему положено быть. Это твоя лучшая работа с древесным Даром!

– Лучшая? – вмешался Ину. – Ты, кажется, забыл, как она освободила нас из подземной тюрьмы Друка?

Тогда Усаги получила право надеть Пояс Перехода и не снимать его до самой Нефритовой Горы.

Ещё раз взглянув на Пояс, она покачала головой.

– Мост на Главную Землю в сотню раз длинней, чем тот – в Долине с Оврагом. Между Пернатым Островом и остальной Мидагой – слишком много воды.

Нэзу пожал плечами и подмигнул ей.

– Но и Пояс ведь может быть не только мостом.

Он снял с себя Пояс и перекинул его через борт. Усаги непроизвольно вскрикнула. Тора вскинула в её сторону бровь.

– Ох, чуть сердце не остановилось, – призналась Усаги.

Нэзу рассмеялся и посмотрел на воду.

– Не волнуйся. Никуда он не делся. Смотри!

Они прильнули к борту корабля. Джи привстала на цыпочках. Несколько мгновений Пояс покачивался на поверхности, потом начал расти в ширину, разбухая, как сухая губка, впитывающая воду, и через несколько секунд превратился в длинную плоскодонку. Корма её была украшена конской головой – с развевающейся гривой, раздутыми ноздрями и приоткрытым ртом, в котором видны были большие длинные зубы.

– Чем тебе не морской конёк! – удовлетворённо произнёс Нэзу. Он посмотрел на Джи и улыбнулся. – Спасибо, Петушок, за помощь. – Потом перекинул ногу через борт, готовясь прыгнуть в лодку. – Я первый, а ты, Усаги, помоги Торе.

Девочка потянула его за рукав.

– Подожди! Можно мне с вами?

Нэзу остановился.

– Ты даже не знаешь, куда мы плывём.

– Всё лучше, чем оставаться здесь, – сказала Джи. Она теребила край своей рубахи перепачканными загрубевшими пальцами и смотрела на них троих широко раскрытыми умоляющими глазами.

– А твой отец не будет по тебе скучать? – спросила Усаги.

– Ещё Стражников пошлёт тебя разыскивать, – сказала Тора и потрогала шрамы, оставшиеся у неё на одной руке после давней встречи со Стражей.

Джи потупилась и снова потёрла нос, размазав грязь по лицу.

– Вообще-то он не мой отец – просто взял меня к себе, когда я была маленькая. И теперь всё время говорит, что я должна быть благодарной. А самому на меня наплевать. Смотрит только, чтобы я побольше работала и приносила побольше денег.

Нэзу потёр верхнюю губу и задумался.

– Она слишком мала, чтобы осилить с нами весь путь до Святилища, но мы можем оставить её на время у Юнджи.

– Сколько-то детей у него уже есть, – сказала Усаги. – Так что возражать он не будет.

Тора нахмурилась.

– Начальник порта знает, что мы украли у него Перо. Если вдобавок мы уведём у него дочь…

Девочка распрямила плечи.

– Я не его дочь – и вы не уведёте меня. Я сама пойду с вами.

Нэзу усмехнулся:

– Ну что ж, тогда иди. Мы знаем место, где тебе не придётся скрывать свои Дары.

– Спасибо! – Джи захлопала от радости. Нэзу потянул её за руку и поставил рядом с собой.

– Прыгнем в лодку вместе. Готова?

Когда они прыгнули, Усаги помогла Торе залезть на борт и взялась с ней за руки. В другой руке у каждой был посох.

– Сосчитать до трёх? – спросила Усаги.

Тора покачала головой.

– Не знаю… – пробормотала она.

– Не волнуйся. Прыжок я беру на себя, – успокоила её Усаги.

Тора нетерпеливо махнула рукой.

– Я не о том. Думаю, не зря ли мы взяли её с собой – теперь бед не оберёшься.

– Ты бы видела, как он с ней обращается, – сказала Усаги. – Нельзя её здесь оставлять.

Тора вздохнула.

– Ладно, вы – Наследники. Вам и решать.

Усаги сжала её руку.

– Готова?

Они оттолкнулись и прыгнули в ждущую за бортом лодку. Нэзу определил Джи место в кормовой части, а сам устроился впереди, ближе к носу. На дне лодки лежали деревянные вёсла с перетянутыми кожей ручками. Усаги отложила свой посох и взяла весло, Тора тоже.

– Держитесь, – обернулся к ним Нэзу. – Думаю, они вам не пригодятся. Опустив весло за борт, он сосредоточенно сдвинул брови и крутанул его в воде. Вода вспенилась, и длинная волна понесла их вперёд, в открытые воды гавани. Усаги не смогла сдержать удивлённого возгласа. Её всегда восхищал этот его водяной Дар.

* * *

Нэзу следил, чтобы волна за кормой не ослабевала, и направлял лодку веслом. Солоноватые и холодные морские брызги летели им в лицо. Джи успела побороть свою первую робость и теперь радостно смеялась. Две её знакомые чайки вились рядом, то зарываясь в волну, то паря в воздухе. Вечернее солнце отражалось в море, сверкало на поверхности алмазной пылью. Усаги подставляла ему лицо и радовалась. Ещё одно Сокровище! И она хорошо справилась со своей задачей. К тому же они нашли девочку с Даром, обречённую быть проданной в отряд Короля-дракона, и теперь постараются её спасти. Если боги и дальше будут милостивы, поход должен скоро благополучно завершиться.

Они вышли из гавани и, обогнув островок, приблизились к узкому проливу, отделявшему его от остальной Мидаги. Деревянный мост более тысячи шагов длиной и достаточно широкий, чтобы по нему могли проехать телеги, запряжённые тройкой быков, перекинулся через мелководье, соединяя Пернатый Остров и его порт с Главной Землёй. Ещё неделю назад они прошли Крысиный Переход, переодевшись разносчиками.

– Стражи установили там три поста, – Тора указала на мост.

Усаги скосила глаза и уловила на мосту какое-то движение, но люди отсюда казались не больше муравьёв.

– Хорошо, что мы далеко. – Она повернулась к Нэзу. – Держись от моста подальше. Тора говорит, там полно Стражи.

Нэзу быстро кивнул. Вид у него был серьёзно сосредоточенный – управление лодкой требовало немало усилий. Усаги закусила губу и посмотрела в сторону Главной Земли. Если держаться от моста на расстоянии, их путь назад получится длинней. И Нэзу придётся выложиться по полной.

Но вопреки ожиданиям они достигли берега Мидаги довольно скоро – солнце только успело войти в Час Обезьяны. Нёсшая их волна ослабла, и лодка замедлила ход. Нэзу направил её к замеченной Торой маленькой бухте с пологим берегом и, сделав последнее усилие, поднял волну ещё раз, дав ей вытолкнуть лодку на песок. Две чайки продолжали кружить у них над головой с кошачьими криками, пикировали и поднимались снова, словно давали представление. Джи смеялась, глядя на них, и хлопала в ладоши.

Едва они успели высадиться, лодка начала сжиматься. Голова морского коня вскинулась, как будто он хотел заржать в последний раз, прежде чем исчезнуть, и перед ними снова оказался Пояс. Усаги уже осматривала крутой каменистый подъём, выискивая в камнях углубления, зацепки и возможные тропинки. Оставалось осилить восхождение, а там они выйдут на опоясывающую весь остров Круговую Дорогу, за которой начинались дикие и безлюдные места.

Нэзу подобрал с земли и снова застегнул на себе Пояс.

– Духи, как же я его люблю. Глядя на него, я почти готов смириться с потерей Чаши.

Клац-клац. Клац-клац.

Услышав этот звук, Усаги замерла на месте.

– Нет! – вырвалось у неё.

– Ты что-то слышишь? – спросила Тора. – Что?

То было хорошо знакомое ей клацанье доспехов главного ударного отряда Короля-дракона. Сделанные из чёрной лакированной кожи, они придавали Ловчим сходство с гигантскими жуками. От этого звука у Усаги всё перевернулось внутри.

– Тараканы! – прошептала она. – Прячьтесь! Скорее!

Глава 3

Состязание с ветром

За шумом прибоя Усаги расслышала тяжёлую поступь отряда ловчих.

– Идут, – шепнула она, понадёжнее спрятав Перо в пояс. Не хватало ещё, чтобы Ловчие обнаружили у них Сокровище (а вернее целых два). – Должны появиться с минуты на минуту.

Они оглядели залитый солнцем берег, окружённый скалами. Пути к спасению было два – море и скалы.

– Здесь они сразу нас увидят, нужно хотя бы потянуть время, – сказала Тора и, взяв Джи на буксир, кинулась к ближайшей скале. Усаги и Нэзу – за ними.

Всё, что им оставалось, это прижаться к шероховатой каменной поверхности и не двигаться.

– То ещё укрытие, Тигра, – хихикнул Нэзу.

– Предложи другое, – оскалилась на него Тора.

Усаги глянула вверх – на край утёса.

– Если не будут смотреть вниз, может быть, и не заметят. – Она скосила глаза на Нэзу. Его загорелое лицо казалось посеревшим от усталости. Провести шаткую лодку по морским волнам стоило ему немалых усилий. – Как чувствуешь себя, Водяная Крыса?

Нэзу ответил слабой улыбкой.

– Если Ловчие пройдут мимо, я буду чувствовать себя прекрасно.

– Всё пропало, – простонала вдруг Тора. – Тараканы здесь – и смотрят прямо на нас.

Около дюжины Ловчих – все в своих чёрных пластинчатых доспехах – уже стояли наверху. Рогатые шлемы на их головах сверкали в лучах послеполуденного солнца. Усаги присмотрелась, не видно ли среди них знакомой фигуры, но снизу разглядеть было трудно. И шлемы у всех почти налезали на глаза.

– Ты был прав насчёт чаек, Тео: из-за чего бы им так волноваться, – расслышала Усаги. – Один из Ловчих (тот, что был с самыми большими рогами) указывал на двух чаек Джи, неистово носившихся над бухтой. – Молодец. Спустись вниз вместе с Мэйан и допроси тех разносчиков. Главное понять, не связаны ли они с теми, кого мы разыскиваем.

– Я слышу их командира, – доложила она. – И это точно не Тупа.

Тупу – бывшего Наследника Воина Барана – Усаги какое-то время назад считала своим старшим братом. Но он предал их, став Капитаном Ловчих и правой рукой Короля-дракона.

– И на том спасибо, – сказала Тора. – Тупа узнал бы нас с одного взгляда. Что они там говорят?

Двое Ловчих отдали честь и начали спускаться вниз. Усаги покрепче сжала свой посох.

– Их привлёк шум чаек. Пришли проверить. Ищут «проходимцев с Дарами» – но мы для них пока что «разносчики». Начальник послал тех двух тараканов допросить нас.

Нэзу вышел вперёд.

– Ладно, коли так, попробуем отбрехаться. – Хорошего дня! – окликнул он Ловчих. – Не подскажете, в какой стороне Круговая Дорога? Похоже, мы свернули куда-то не туда.

– Он врёт, – услышала Усаги. – Видишь следы на песке? Не иначе, как они приплыли сюда на лодке.

– Да, но её нигде не видно.

Усаги ткнула в бок Нэзу.

– Они увидели следы, идущие от воды, и поняли, что ты врёшь.

– Хляби болотные, – тихо выругался Нэзу. И взявшись сверху за посох, приготовился извлечь из него меч. – Можно удрать тем же путём, что пришли.

– Как? – резко спросила Тора. – Чтобы они увидели, что мы владеем Поясом Перехода?

– Если не будет другого выхода.

Усаги почувствовала, как пальцы Джи вцепились ей в руку. Девочка с тревогой смотрела на кружащих над ними чаек.

В ответ Усаги тоже сжала ей руку:

– Ты не виновата. Держись рядом со мной.

Они стали медленно отступать назад к воде.

Ловчие с огнестрелами были уже совсем близко.

– Стойте! – приказал один. – Не двигайтесь. Покажите ваши пропуска.

Нэзу пожал плечами и протянул ему их поддельные бумаги.

– А в чём, собственно, дело?

Усаги и Тора переглянулись. Что оставалось делать? Усаги начинало казаться, что без драки тут скорее всего не обойтись.

Ловчий посмотрел бумаги и нахмурился.

– Ждите здесь, – велел он и полез обратно к начальнику на верх утеса. Его напарница осталась их охранять. Из-под шлема смотрели зелёно-карие глаза молодой женщины. Усаги вспомнила Тигрицу. Наставница. Мир её праху. Что если эта их охранница тоже обладает Дарами? Нет уж, лучше не надо. Нэзу между тем попробовал завязать с ней беседу. Голос его звучал спокойно и дружелюбно.

– Нам говорили – чтобы попасть на Пернатый остров, нужно просто идти по Круговой Дороге. Мы и не думали, что можем заблудиться! И хозяева не дали нам карту: порт-то на всю Мидагу всегда был только один, Крыло Крачки. Эх, надо было самим у них попросить! Чует моё сердце, будет нам нагоняй за опоздание…

Продолжая болтать, он делал им за спиной знаки, чтобы отступали назад. Они сделали несколько неуверенных шагов, но тут охранница прищурилась и подняла огнестрел.

– Вам было сказано стоять. Оставайтесь на месте.

– Извините, – сказал Нэзу. – Но под самыми скалами находиться опасно. Вас там наверху много… Вдруг кто-нибудь оскользнётся и упадёт? Или камень полетит из-под ноги? – Простая предосторожность…

– Ай! – вскрикнула Тора, скрючившись и хватаясь за ногу. – Наступила на что-то. Наверно, порезалась!

Нэзу осёкся.

– Духи! Надеюсь, несерьёзно? – Он склонился над Торой вместе с Джи и Усаги.

– Кровь! – простонала та и, сверкнув зубами, прошептала: – Будьте готовы бежать к воде. Нэзу, попробуй её умаслить.

Нэзу разгладил «усы» и едва заметно кивнул. Потом снова обернулся к охраннице:

– Простите, у вас не будет с собой бинта? Наверно, не раз приходилось обрабатывать раны. Не посмотрите ли, что у неё с ногой?

Тора начала причитать. Охранница нахмурилась, но опустила огнестрел и подошла к ней.

– В чём дело?

Вместо ответа та быстро швырнула ей в глаза горсть песка и пнула ногой опущенное дуло огнестрела. Раздался холостой выстрел. Тора бросилась на охранницу и вырвала из её рук оружие.

– Бежим!

Девица тёрла глаза и вопила от ярости. Они повернулись и кинулись бежать.

Усаги обернулась на шум: остальные Ловчие попрыгали с утёса вниз, как будто сигать с такой высоты было самым обычным делом, и устремились за ними.

Волдыри с бородавками! – Осторожно! – крикнула она. – У Ловчих – Дары Зодиака!

Они бежали по песку. До воды оставалось совсем немного. Нэзу уже приготовился отстегнуть Пояс, но тут налетевший порыв ветра, как огромный невидимый кулак, повалил их всех на землю.

Вскочив на ноги, они бросились было вперёд, но очередной вихрь сбил их с ног, с силой швырнув на песок. Усаги застонала и оглянулась. Начальник Ловчих стоял на утёсе, держа над головой какой-то предмет.

– Что у него в руках? – крикнула Усаги.

– Веер, – сказала Тора. – Складной веер из дерева и металла. – Она прищурилась, стараясь разглядеть его получше. – Двенадцать спиц, а в центре изображена золотая спираль.

– Это не обычный веер, – произнёс Нэзу.

У Усаги ёкнуло сердце.

– Не хочешь ли ты сказать…

Нэзу кивнул:

– Так и есть. Ветра Бесконечности.

– Не может быть, – выдохнула Тора. – Они смогли заполучить ещё одно Сокровище?

Начальник Ловчих взмахнул Веером, и ветер поднял в небо целую тучу песка. Она налетела на них, кидаясь в лицо и жаля подобно целому рою ос. Наследники пытались закрываться руками. Усаги сорвала с головы косынку и повязала её, как маску, закрывающую рот и нос. Потом помогла Джи сделать из её платка такую же.

– Скорее к воде! – Из глаз у Усаги текли потоки слёз. Она почти ничего не видела за этой песчаной стеной – только похожие на тени приближающиеся фигуры Ловчих. Их тяжёлые скрипучие шаги звучали уже совсем рядом.

Вдруг Нэзу выпрямился.

– Ну конечно – вода! – Он поднял руки и встряхнул ладонями, словно хотел их высушить – стена брызг поднялась из моря, столкнувшись со стеной песка и обратив его в жидкое оплывающее месиво.

– Духи! – у этого парня водяной Дар!

– Взять его – взять их всех живыми! Я допрошу их сам.

– Есть, господин начальник!

Усаги стянула с лица маску и глотнула воздуха.

– Теперь они знают, что ты обладаешь Дарами.

– Узнали бы и так. – Нэзу сверкнул улыбкой и прищёлкнул пальцами. Водяные снаряды покинули свою стихию и дружно выстрелили в лицо Ловчим. Ослеплённые, те отшатнулись назад, дав возможность «гадёнышам» ещё немного продвинуться к морю.

Тогда начальник Ловчих наслал на них ещё один шквал. Старшие смогли кое-как удержаться на ногах, но Джи рухнула ничком в песок. Усаги и Тора подбежали, чтобы поднять её, а Нэзу швырнул большой водяной шар прямо в начальника Ловчих. Тот, однако, отразил его Веером, и вода разбилась о камни скалы, не причинив никакого вреда.

Один из «рогатых» встал на колено и, прицелившись, выпустил из огнестрела ловчую сеть. Сеть полетела, раскрывшись в воздухе, подобно хищной медузе. Опустившись на них, она сделалась липкой, обхватив как щупальцами их головы и плечи. Джи закричала и стала метаться.

– Не бойся и не двигайся! – потянувшись за своим ножом, приказал Нэзу.

Тора зарычала и принялась раздирать сеть клыками и мгновенно отросшими загнутыми когтями. Подоспевшие Ловчие увидели одни только клочья. Тора набросилась на одного из них, постаравшись вцепиться в шею, но шея у него оказалась покрытой блестящей чешуёй, словно сама кожа тоже сделалась доспехом. В результате он чуть не схватил её саму, но в последний миг ей удалось отпрыгнуть в сторону.

– Пауки с пиявками! Ну точно, это Дар Змеи!

Когда одна из Ловчих, с длинной косой через плечо, занесла руку с мелькнувшим в ней пламенем, Усаги на миг показалось, что это Ума. Шлем у девушки был надвинут на лоб. Но ростом она была выше сестры. Этой, наверно, лет двадцать, подумала Усаги. А Ума ещё в кадетах, до воина ей ещё надо дорасти.

Метательница запустила в них огненный шар, но Джи подпрыгнула и поймала его. Попробовала послать обратно, но шар, не долетев, упал в мокрый песок и, перевернувшись несколько раз, с шипением растаял.

– Оставьте их на меня! – крикнул Нэзу, пустив в Ловчих ещё одну очередь водяных снарядов и отодвинув их назад. Но в следующий миг на бухту налетел новый шквал (на этот раз друзья вовремя пригнулись и еле-еле удержались на ногах). – Муть и слякоть! Чтоб они пропали – эти Ветра Бесконечности!

И тут у Усаги мелькнула безумная мысль. Что если попробовать захватить Веер? И вернуться домой с двумя Сокровищами вместо одного? Она бросила взгляд на Начальника Ловчих, наблюдавшего за схваткой со своей высоты: Веер по-прежнему был у него в руках.

Усаги сжала свой посох.

– Я – за Веером, – крикнула она. – А вы пока задайте им тут жару.

– Нет, погоди! Только не в одиночку… – Нэзу осёкся, отражая ещё один огненный шар. – Стой, Усаги!

– Я знаю, что делаю! – Усаги разбежалась и, совершив свой коронный прыжок, аккуратно приземлилась на утёсе в нескольких шагах от Начальника Ловчих. Глаза у того едва не вылезли из орбит. Лет ему было уже немало, в бороде (такие бороды носили завоеватели из Вайянского королевства) пробивалась седина. Если он не уроженец Мидаги, то зодиакальных Даров у него быть не должно, рассудила Усаги. Зато у него есть Веер. Начальник отступил и поднял его, чтобы вызвать ветер. Усаги бросилась вперёд, нацелившись в него посохом.

Ловчий захлопнул Веер, чтобы отразить им удар. Внешние рёбра веера были из стали, и посох ударился о них, как о металлический щит. Усаги продолжила атаку, пытаясь выбить Сокровище из рук Ловчего. Но доспех и латные рукавицы были тому надёжной защитой, и пока что он успешно отбивался, орудуя Веером, как палицей.

– Что ж, неплохо, – крякнул он. – С такими способностями тебе прямой путь в наш отряд. Сдавайся, а я замолвлю за тебя слово перед Капитаном.

Тупа. При упоминании о нём Усаги заскрежетала зубами. Ни к чему. Он и так меня знает. Она пригнула голову, чтобы избежать удара, и перешла в атаку, орудуя посохом перед самым носом у таракана в надежде, что он оступится или потеряет равновесие. Всякий раз, как она пыталась достать меч из посоха, её противник норовил нанести удар сам. По крайней мере Усаги не давала ему пустить в ход Веер против оставшихся внизу друзей.

Она глянула вниз. Нэзу и Тора продолжали отбиваться от тараканов, отвечавших им с той же силой и скоростью. Чайки Джи метались над полем битвы, то и дело отвлекая врагов на себя.

В воздухе раздался лёгкий свист – главный таракан взмахнул Веером. Усаги даже не успела толком отступить – и край сложенного Веера задел её подбородок. Споткнувшись, она едва сумела удержаться на ногах и сквозь скрип доспехов, воинственный клич сражающихся и плеск волн внизу услышала, как что-то тихо стукнулось о камень у неё под ногами. Перо Правды выпало у неё из пояса и откатилось в сторону! Забыв обо всём на свете, она кинулась за ним.

Ловчий быстро раскрыл Веер.

– Что-то важное обронила? – Ухмыльнувшись, он махнул в её сторону, и Перо, попав в воздушный поток, покатилось по земле.

– Нет! – Усаги попыталась догнать Перо, оказавшееся почти у края утёса. От налетевшего ветра у неё перехватило дыхание, а в следующую секунду и Сокровище, и она сама оказались в воздухе. Трепыхаясь и переворачиваясь в полёте, Усаги чувствовала себя сорванным с ветки листом. Когда ветер ослабел, её почти швырнуло на землю, но, сделав несколько гигантских шагов по песку, она всё же ухитрилась удержаться на ногах.

– Усаги! – Друзья кинулись к ней, преследуемые Ловчими. Усаги шарила кругом глазами, не видно ли где Пера. Оглянувшись на утёс, она вздрогнула. Перо было в руках у Начальника Ловчих, и тот внимательно его разглядывал.

– Пе… Перо у Таракана, – еле выдавила она. – Я должна вернуться за ним.

Тора обернулась и, приставив к плечу огнестрел, который успела забрать у упавшего Ловчего, направила его на преследователей.

– У нас нет времени! – крикнула она.

– Дайте мне одну минуту…

Тора выстрелила, и песок взвился фонтаном у ног одного из «тараканов». Янтарные глаза её свирепо сверкнули.

– Если мы не уберёмся из этой бухты, они захватят нас в плен.

– Кроме воды, ничего другого не остаётся, – решительно произнёс Нэзу. Стиснув зубы, он обернулся к линии прибоя и вскинул руки. Серо-зелёная поверхность моря начала дыбиться, и на горизонте возник бугорок, который стремительно рос и приближался. Нэзу зажмурил глаза и постарался сконцентрироваться. На лбу у него выступил пот. Водяной холм двинулся к берегу, вырастая в огромную гору, заслонившую солнце.

Наследник Воина Крысы издал непонятный звук и сделал ещё один жест в сторону идущей волны. Загибавшийся в сторону берега пенный гребень превратился в белую водяную стену высотой с обступившие бухту утёсы. Усаги слышала потрясённые вопли Ловчих, но рёв набравшего скорость вала потопил все остальные звуки. Бухту накрыло тенью, и морская лавина обрушилась на песок, сбивая с ног застывших от ужаса Ловчих и устилая всё вокруг толстым слоем пены.

Ледяная вода подступила к горлу Усаги, почти лишив дыхания, и, оторвав от земли, с бешеной скоростью понесла в сторону скал. Джи и Тора, захлёбываясь, пытались что-то крикнуть. Нэзу успел отстегнуть Пояс Перехода и, забравшись в лодку, быстро втащил туда их обеих.

Теперь волна изменила направление и начала двигаться обратно в море. Усаги заметила, как уносит лодку, и принялась грести изо всех сил, чтобы догнать своих. Но её успело отнести от них слишком далеко в бухту. Вода стремительно убывала, и через несколько секунд она оказалась распластанной на животе в глубокой песчаной промоине. Впереди покачивалась уносимая волнами лодка. Усаги вскочила на ноги. Она должна догнать их во что бы то ни стало!

Сверху раздался крик начальника Ловчих: Лодка – одно из Сокровищ! Не дайте им уйти! Она бросила последний отчаянный взгляд на утёс (прощайте, Перо и Веер!) – и прыгнула. Но поскольку в мыслях она была ещё наполовину там, позади, прыжок у неё не вышел. Не долетев до лодки, она погрузилась в тёмно-зелёную морскую воду. На какой-то миг ей захотелось навсегда остаться в этой пучине. Пройти столько испытаний и завладеть Пером Правды – чтобы остаться ни с чем! И виновата в этом была исключительно она сама.

Чистить Перо Правды нужно как обычную кисть:

Прополоскать в холодной воде, пока стекающая вода не станет чистой. На это может понадобиться больше времени, чем с обычной кистью, но нельзя, чтобы среди волосков оставались чернила. Иначе к написанному может примешаться что-то из прежних записей, и смысл будет затемнён или вовсе потерян.

Стряхнуть лишнюю воду и пригладить кисть, чтобы кончик был острым.

Для просушки поместить Перо в держатель кистью вниз или в специальный стакан – кистью вверх.

Осторожно! Пробуя перо, даже когда кисть смочена только в воде, будьте готовы к тому, что увидите нелестную для себя правду. Если не хотите, чтобы это попало на глаза другим, позаботьтесь, чтобы рядом была мусорная корзина, или сожгите написанное на лампе или свече.

– Хранение и уход. Из руководства Воину о Сокровищах Двенадцати.

Глава 4

Озёрные дети

– Усаги! Усаги!

Она устало повернулась и мрачно посмотрела на подругу.

– Что?

– Высуши одежду, не упрямься. Сразу почувствуешь себя лучше. – Клыки у Торы уже не торчали, но в янтарных глазах затаилась тревога. Они уже почти час пробирались по косогорам через густые заросли, а одежда у Усаги до сих пор была мокрой насквозь.

Усаги отвернулась. Плечи у неё были опущены, щёки горели от стыда.

– Оставь меня в покое. – Если Перо Правды уже не вернуть, то никакого «лучше» быть уже не может.

– Ты что, в самом деле хочешь разболеться? Нэзу просушит тебя в один миг. Холодно ведь, и солнце уже садится. У тебя губы уже почти как у Синего Дракона.

В другой раз Усаги оценила бы шутку, но сейчас она не могла думать ни о чём, кроме их провала, и только поёжилась. Если Король-дракон опередит их и сам приберёт к рукам Сокровища, то все надежды пойдут прахом: и сестру не спасти, и Мидага погибнет – в общем, это будет конец всему.

– Какая разница. – Она шла впереди, ожесточённо сражаясь с кустарниками своим мечом.

Слова Нэзу, когда он втащил её в лодку, до сих пор звучали у неё в ушах:

– Я же говорил тебе: нельзя было пускаться за Веером в одиночку.

– Я хотела помочь, – пыталась оправдаться Усаги, но у Нэзу и Торы был такой подавленный вид, что она сразу замолчала. Да, чего уж тут говорить. Их главной целью в походе было Перо Правды – они нашли его, оно было у них в руках… И потом она сама всё погубила.

Недавнее сражение продолжало стоять у неё перед глазами. Если бы она не отстала от Нэзу и помогла ему быстрей добраться до воды, Перо, наверно, было бы сейчас с ними, а выбрав подходящий момент, они могли бы отправиться за Веером. С другой стороны, если бы она не отвлекла тогда начальника Ловчих, может, они бы не устояли против дюжины воинов, владеющих зодиакальными Дарами, и против Ветров Бесконечности.

– Всё, остановись, – приказал Нэзу. – Нюни распустила. Смешно. – Он в несколько прыжков догнал Усаги и взмахнул перед ней руками: в тот же миг вся вода с её волос и одежды брызнула фонтаном через его плечо, оросив ближайшее дерево. На ней остался тонкий слой сверкающей морской соли, похожий на иней. Наследник Воина Крысы быстро стёр соль с её рукавов и заглянул ей в глаза.

– Я понимаю, что ты переживаешь, но сейчас нам нужно подумать о другом. – Он кивнул назад на Джи. Та села на землю и гладила одну из своих чаек, в то время как другая смешно теребила ей волосы. Девочка была совсем без сил, а путь им предстоял ещё долгий.

– Ты прав, прости. – Усаги поморщилась и стряхнула с себя остаток соли.

С Джи они не могли воспользоваться «духовной скоростью» – это было ей пока не по силам. Оставалось идти через королевство пешком, тут и взрослый устал бы. Они и до Круговой Дороги ещё не добрались. Подняться к Святилищу на Нефритовой Горе Джи тоже была не готова, но зато они могли отвести её к старому другу, жившему у Озера Солнца и Луны. Сейчас на его попечении уже находились несколько подростков с Дарами. Путь туда, конечно, тоже не лёгкий, но другого выбора нет.

* * *

Когда они двинулись дальше, Усаги вспомнила, как попадала в передряги из-за других Сокровищ, и её снова бросило в дрожь. Лесной Гребень, превращающийся в лес. Чаша Изобилия, наполняющаяся до краёв, стоит положить в неё хотя бы маленькое зёрнышко. Дальнозоркое Зеркало, в котором можно увидеть то, что находится за пределом видимости, и Ларец Целителя с лекарствами от всех болезней. Все они попали в руки Короля-дракона из-за предательства их бывшего друга Тупы. Отправившись в столицу, чтобы разведать обстановку, тот тайно перешёл на сторону Короля-дракона, перестав быть Наследником Воина и сделавшись Капитаном Ловчих. В Святилище он вернулся только затем, чтобы выманить оттуда Тигрицу, последнюю из Воинов Зодиака, и забрать четыре хранившиеся там Сокровища. Ларец и Зеркало Усаги удалось потом вернуть обратно – но для этого ей пришлось сразиться с собственной сестрой. Теперь, когда она потеряла Перо и не смогла захватить Веер, у Наследников было четыре Сокровища, и столько же у Короля-дракона, хотя, возможно, и больше.

Если бы Тигрица была сейчас с ними! Как-то Усаги пришлось признаться ей, что она, сама того не желая, помогла Королю-дракону. Наставница тогда ответила: «Чему суждено быть твоим, то обязательно к тебе вернётся. Сокровища принадлежат Двенадцати и вернутся к нам, хоть, может, и не так скоро». Усаги и теперь слышала этот скрипучий старческий голос. А как ей не хватало её пристального взгляда и спокойной уверенности. Как бы ни смотрели на неё зелёные глаза Тигрицы – с одобрением или с укором, – в них всегда светилась мудрость. Ещё бы, ведь она была 42-м Воином Тигром и хранительницей и жрицей Святилища на Нефритовой Горе.

Усаги вздохнула. Ей самой ещё многому нужно было научиться. Но Нэзу был прав: нужно действовать, а не раскисать из-за того, что не удалось. И Тигрица, мир её праху, всегда учила её не стоять на месте. Даже если к тому времени, как все Сокровища займут положенное им место в Святилище Двенадцати, она сама будет такой же старой, как Наставница, то всё равно не станет сидеть сложа руки.

Ближе к часу Собаки (солнце уже село) они добрались наконец до Круговой Дороги. Над восточным горизонтом круглым бумажным фонариком повисла луна. Серебристый свет ложился на широкое полотно дороги, соединявшей все города и посёлки королевства со столицей. В этот поздний час путников здесь почти не было.

Перебежав на другую сторону, где начинались дикие и безлюдные места, они нырнули в спасительные заросли. Стоянку устроили в небольшом лесу. Усаги собрала сушняк для розжига и начала копать ямку для костра, а Нэзу достал из мешка их скудную провизию.

– Чаши Изобилия явно не хватает, – заметил он, пересчитывая зачерствевшие рисовые лепёшки. – Ладно, придётся добывать пропитание по старинке.

Усаги опустила голову и с удвоенным старанием занялась костром. Тора слегка сжала ей плечо:

– Я позабочусь об этом. После недели, проведённой в порту, от рыбы меня уже воротит.

Она взяла пращу и силки и исчезла в темноте леса. Долго ждать не пришлось. Вернувшись, она торжественно выложила перед ними свою добычу, которой оказались на этот раз пара белок-летяг.

– Жаркое получится знатное, – одобрил Нэзу. Он достал металлический котелок и налил туда воды из фляги, которую всегда носил на боку. С помощью водяного Дара ему однажды удалось заключить в неё клочок облака с Нефритовой Горы, и теперь вода в ней никогда не иссякала.

– Огниво куда-то запропастилось, – проворчал он, роясь в своём мешке.

Джи остановила его, быстро щёлкнув пальцами, и протянула на ладони оранжевый язычок пламени, вспыхнувший в темноте.

– Может быть, пригодится? – робко спросила она.

– Я искал не в том месте, – Нэзу хлопнул себя по лбу. – Огниво-то вот оно!

Девочка засмеялась, протянула руку к хворосту, и он тут же вспыхнул, весело потрескивая и расцветая языками пламени. На лес уже успела опуститься ночная прохлада. Все уселись вокруг костра, слушая, как булькает вода в котелке. Восхитительный запах разлился в воздухе, и их пустые желудки отозвались на него дружным урчанием. Чтобы бульон был вкусней и наваристей, Нэзу раскрошил в него рисовые лепешки и добавил немного морской соли.

– После твоей сушки осталась, – со смехом сказал он Усаги.

Наконец аппетитное рагу было готово. Нэзу раздал палочки, и все принялись за дело, радостно поглощая лакомые куски мяса с пушистым разваренным рисом. Джи то и дело подбрасывала что-нибудь из еды своим чайкам, как если бы это были простые цыплята.

Насытившись, друзья ещё какое-то время сидели у костра, клюя носом и любуясь на игру пламени. Чайки Джи устроились рядом с ней и чистили себе перья. Девочка показала на Пояс Нэзу и спросила:

– А откуда взялись эти, как вы говорите, Сокровища?

Нэзу усмехнулся и немного подался вперёд.

– Эта история веками передаётся от Воинов Наследникам. – Он прочистил горло и запел. (Ещё недавно хрипловатый и срывающийся мальчишеский голос в последнее время успел сделаться спокойным и уверенным тенором.)

С начала времён процветала Мидага

Стараньем богов и людей,

Двенадцать Сокровищ создавших во благо

Земли драгоценной своей.

Джи слушала, широко раскрыв глаза, а Нэзу пел дальше:

Давно чужестранцы – с немирным хотеньем —

Стремились к её берегам,

Разором грозя городам и селеньям,

Проклятием – нашим богам.

В песне пелось, как поддержанные жителями Мидаги Воины из Совета Двенадцати решили защитить остров от нашествий чужестранцев, собрав вместе все Двенадцать Сокровищ, разбросанных по разным концам королевства.

Двенадцать Воителей вместе собрали

Священные эти дары.

И, благословив, на храненье отдали

Богине Священной горы.

Дальше рассказывалось, какой силой обладало каждое из Сокровищ и как собранные вместе они стали надёжной защитой для всего острова…

Так Щит был воздвигнут, и Остров незримым

Впредь сделался для чужаков —

От бед и нашествий надёжно хранимым

В течение долгих веков.

Последние звуки песни растворились в ночном воздухе.

– Тут песня заканчивается, – сказал Нэзу. – Но история продолжается. – И он рассказал, как после предательства одного из Воинов и падения Щита Невидимости Сокровища снова разметало по разным концам королевства.

– Благодаря Королю-дракону Мидага опять стала беззащитной перед завоевателями, – добавила Тора.

Нэзу потёр рельефный узор на Поясе.

– Мы должны найти их, опередив Короля-дракона и его воинов. Кто владеет Сокровищами, тому подвластны сила Нефритовой Горы и будущее Мидаги.

Усаги согрелась и задумчиво смотрела на огонь, молясь богам, чтобы они уберегли её от ошибок и не дали Королю-дракону завладеть остальными Сокровищами.

По мере того как они продвигались всё дальше и дальше в глубь острова, Чайки Джи стали беспокойными – всё чаще улетали и каждый раз пропадали всё дольше.

– Наби и Нэко привязаны к морю. Если его не будет поблизости, они не смогут быть с тобой? – спросила Тора. Чайки сидели сейчас на плечах у Джи, переминаясь с ноги на ногу и то и дело приподнимая крыло.

– Не знаю, – сказала Джи и расплакалась. – Я никогда не уходила далеко от берега.

Уши у неё вдруг сделались красными и потом вспыхнули язычками пламени. Обе чайки вскрикнули и поднялись в воздух. Такого Усаги никогда не видела – даже у своей сестры. Теперь, когда Джи уже не приходилось скрывать свои способности, они начали проявляться всё больше. Только когда Нэзу вылил из фляги три водяных шара и начал ими жонглировать, Джи успокоилась и уши у неё остыли.

– Ничего, мы же идём к большому озеру, – успокоила её Усаги. – Им там должно понравиться.

Но, пару раз подпалив себе крылья, чайки перестали опускаться к Джи на плечи, а когда тропа пошла через горы, улетели и больше не возвращались. Джи выглядела совсем подавленной. Кончики ушей опять покраснели и теперь постоянно дымились. Усаги приходилось всё время развлекать её историями о Двенадцати и их славных походах.

После недели трудного пути они наконец достигли влажных лесов, окружавших Озеро. С духовной скоростью это заняло бы у них два дня, не больше. (Ах, какое это было удовольствие покрывать без отдыха милю за милей, мчаться гигантскими шагами наперегонки с ветром, пролетать над верхушками деревьев…)

Лес становился всё гуще, воздух напоминал туман и полнился лопотанием обезьян, шлёпаньем лягушек и щебетанием птиц. В последний раз Усаги была тут больше года назад – тогда ей трудно было поверить в то, что Наследники Воинов ещё существуют и вынуждены бороться за выживание. С тех пор многое изменилось.

Они приблизились к большому озеру, заполнившему кратер бывшего вулкана. Утреннее солнце медленно поднималось над его спокойными водами. Усаги внимательно прислушивалась, ведь где-то здесь им мог встретиться старый друг Юнджа. Довольно скоро она расслышала приближающееся пыхтение и рысистый бег и улыбнулась:

– Собаки Юнджи учуяли нас и скоро будут здесь.

Из подлеска выбежали три дикие горные собаки – острые уши у них стояли торчком, а загнутые кверху хвосты радостно виляли. Они подбежали к Усаги и Нэзу и стали лизать им руки, потом учуяли Тору и Джи и повернули головы в их сторону.

– Жаль, что с нами нет Ину, чтобы поговорить с вами на вашем языке, – засмеялся Нэзу, потрепав одну из собак по спине. – Но давайте я познакомлю вас с нашими друзьями. Это Тора – рождена в год Древесного Тигра и готовится стать Наследником Воина. Мы встретили её во владениях Короля-дракона – и теперь она с нами.

Тора протянула руку, дав собакам её обнюхать. Взгляд у неё был настороженный. Потом Нэзу встал на колено рядом с Джи, и собаки тут же окружили её, изучая и знакомясь.

– А это Джи – она на время останется у вас.

Одна из собак фыркнула и нырнула в заросли, остальные устремились за ней. Нэзу поднялся и неуверенно пожал плечами:

– Не знаю, поняли они меня или нет. В прошлый раз с ними разговаривал Ину.

Тора разглядывала пышную лесную растительность и вздрогнула от неожиданности, когда капля древесной влаги шлёпнула ей по носу. Она утёрла нос рукавом и спросила:

– А почему вы привели сюда детей, не готовых подняться на Нефритовую Гору?

– Место укромное и труднодоступное. Опять же от Круговой Дороги далеко. Для детей с Дарами Зодиака – как раз то, что надо, – ответил Нэзу.

– И что самое главное, – добавила Усаги, – за ними тут есть кому присмотреть, и этот кто-то знает, как развить их новые способности. Подождите, скоро сами увидите Юнджу. Он рождён в год Древесной Собаки и первым стал учить меня палочному бою.

Тора покрутила в руке свой деревянный посох.

– Захватчики истребляли всех мужчин и женщин с малейшими проблесками стихийных Даров. Удивляюсь, как ваш старик сумел выжить. – Она помрачнела и рассеянно потёрла шрамы у себя на руке. Усаги знала, что в этот момент подруга думает об отце и братьях. Её собственные родители тоже попали в эту мясорубку. И выжить им не удалось.

– Его спасло то, что он ушёл в отшельники, – ответила Усаги.

Она услышала, как за деревьями кто-то возмущённо крякнул, и окликнула:

– Доброе утро, Юнджа!

Дряхлый старик в одежде из коры и мха вышел к ним на поляну из леса. На плече он держал, как палицу, крепкую, покрытую листвой ветку. Он погрозил ею Торе:

– Старик, говоришь? Да будет тебе известно, что кое-где на земле люди за пятьдесят считаются ещё молодыми.

Тора упёрла руки в бока:

– Не иначе, в каком-нибудь волшебном краю, где все живут лет до тысячи. А вам уж точно больше, чем полвека…

– Ну, знаешь ли, – огрызнулся Юнджа, – старый не старый, а живой. – Он издал хриплый звук, похожий на кашель (Усаги знала, что он так смеётся). – Да, Крольчонок, суровая, как я погляжу, у тебя подруга!

Усаги бросилась к старику и крепко сжала его руку:

– Это Тора – я рассказывала вам о ней!

– Я так и понял, что это та тигриная подружка, – хихикнул он. – Претендентка в Наследники Воина? Ну, я так думаю, что такие из Наследничков быстро становятся настоящими Наследниками.

Нэзу посмотрел на Тору и усмехнулся:

– Наследнички – лучше не скажешь. Так теперь и буду звать тебя и остальных претендентов.

Тора вытаращила на него глаза, но видно было, что она не возражает.

– Мои ребята, – так он называл собак, – доложили мне, что ты стала Наследником Воина, – отшельник улыбнулся Усаги своей широкой щербатой улыбкой. – Что ж, так и должно было быть.

Усаги просияла и продолжала, не отрываясь, смотреть на старика. Волосы и борода с впутанной в них листвой были всё такими же длинными и нечёсаными. Но хотя он по-прежнему был почти неразличим в этом лесу, лицо и руки у него уже не были такими заскорузлыми, и сам он показался ей не таким высохшим и измождённым, как при их первой встрече. Обнявшись с Нэзу и похлопав его по плечу, он обернулся к Торе и Джи.

– И кто же останется с нами в этот раз? – Он посмотрел на Джи, которая робко выглядывала из-за спины Торы, и сразу смягчился: – Тут уже можно не прятаться, девочка. Можешь быть большой и громкой. Вот познакомишься с другими – сама увидишь.

Отшельник повёл их через лес, по пути рассказывая об успехах своих подопечных:

– Бири становится всё сильней – на днях устроила нам тут небольшое землетрясение. А близнецы скоро того и гляди переплюнут моих собак.

Нэзу рассказал Юндже об их последнем походе и как Джи со своим петушиным Даром спасла их от Стражников.

– Но у нас было неприятное столкновение с Ловчими, которые охотились за «бандитами с дарами». Надеюсь, вы с детьми не выходите к Круговой Дороге?

Юнджа резко остановился и погрозил ему пальцем:

– Обижаешь. Я думал, ты лучшего обо мне мнения.

– Ладно, ладно, – засмеялся Нэзу. – Знаю, вы скорее съедите свои сандалии, чем уйдёте с Озера. Но эти их слова о бандитах меня насторожили. Значит, кто-то с Дарами вёл себя нехорошо. А так можно только настроить мидагцев против всех, кто обладает зодиакальными способностями.

– Синему Дракону плевать, – прокряхтел Юнджа, – есть у кого-то Дар или нет. Кто не с ним, тот – враг, а остальных он просто использует в своих целях. – Он постучал палицей по ладони, как будто что-то обдумывая. – Но тем, у кого нет Даров, нужно бы перестать нас бояться.

– Да уж, лучше бы мидагцам объединиться против него, чем враждовать друг с другом, – сказал Нэзу.

Они подошли к маленькому лагерю возле озера – здесь было несколько шалашей, сделанных из веток и лиан. У костра собралось полдюжины детей – они смеялись и дурачились между собой, а собаки Юнджи увивались рядом.

– Эй! – позвал отшельник. – Идите, познакомьтесь с новой подружкой!

Дети замолчали и повернулись в их сторону. Потом старшая из них, девочка лет девяти, схватила за руки двух маленьких мальчиков и побежала с ними навстречу гостям.

Одежда у детей, как и у Юнджи, была сделана из коры и мха, сандалии – из плетёных камышей. Усаги улыбнулась. Такие же прочные сандалии Юнджа сплёл для неё самой, и они прослужили ей много месяцев, прежде чем она из них выросла. Приблизившись, дети покивали в знак приветствия, а самый младший мальчик, увидев их, подпрыгнул от радости:

– Нэзу пришёл!

– Дага! – Нэзу наклонился и обнял его, потом приподнял и подбросил в воздух. – Как тут поживает наш Крысёнок?

Мальчик взвизгнул от радости. Даге было четыре года, когда его нашли Наследники Воинов. Когда у него обнаружились способности, отчим не нашёл ничего лучше, как посадить его в клетку. Тогда, к вящему ужасу отчима, малыш почти перегрыз металлические прутья клетки, причём без видимого вреда для своих зубов. После этого его собирались передать местной Страже и потом Ловчим для отправки к Королю-дракону.

Усаги слышала эту историю от Нэзу и Ину, Наследника Воина Собаки, когда они вернулись из похода. Нэзу был потрясён.

– Мы не могли его оставить – и доставить в Святилище было нельзя. Хорошо, что Юнджа рад был приютить его у себя.

В другом походе, где главной была Сару, Наследник Воина Обезьяны, они с Ину подобрали девочку-подростка, рождённую в год Барана. Она жила на окраине деревни со своим младшим братом – Водяным Кабаном. Без всякой посторонней помощи, на подножном корму – как когда-то Усаги со своей сестрой и Торой. Наследники Воинов заметили, как они пользовались своими Дарами, и убедили их отправиться жить к Юндже.

Ещё через какое-то время им повстречались восьмилетняя девочка с Дарами, почти как у Сару, и двое мальчиков-близнецов, рождённых в год Собаки. Все они только начали открывать в себе Дары и, к счастью, ещё не попались на глаза Ловчим. И снова Наследники поспешили переправить их в самое безопасное место за пределами Нефритовой Горы.

Теперь дети смотрели на них во все глаза. Усаги подтолкнула Джи вперёд и представила её.

– Джи может творить чудеса со своим голосом, и ещё она умеет делать огонь.

– Ого!

– А она может показать прямо сейчас?

– Да, покажи, пожалуйста! – попросила Усаги.

Джи покраснела, и Усаги опять испугалась за её уши и что она опять может расплакаться. Но та неохотно щёлкнула пальцами, и между ними вспыхнул маленький язычок пламени. Дети завизжали и зааплодировали. Мальчики даже запрыгали от восторга.

– Здесь это очень даже пригодится, – одобрил Юнджа. – Поздравляю, нашего полку прибыло!

Две девочки уже тоже подошли к Джи. Бири, рождённая в год Барана, как заворожённая смотрела на огонь в её руке.

– Как хорошо, что они привели тебя к нам! Здесь ни у кого нет Дара Огня.

– И хорошо, что будет ещё одна девочка, – добавила Ханума, рождённая в год Обезьяны. Маленькая обезьянка выскочила из зарослей и, прыгнув к ней на руки, что-то проверещала гостям. Глаза на бледной мордочке, обрамлённой золотистой шерстью, светились любопытством.

Джи робко улыбнулась:

– Жаль, со мной нет моих птиц. Они тоже девочки.

– Здесь у нас птиц много, – вставил Юнджа. – Ручаюсь, что ты скоро с ними подружишься.

Усаги прислушалась и уловила в отдалении знакомый звук. Она не слышала его уже несколько дней.

Каао…

Као као као…

– Я слышу чаек! – закричала она.

Глаза у Джи загорелись.

– Правда? – она стала искать взглядом в облаках. И вот в просвете показался край синего неба с двумя птичьими силуэтами. Белые и чёрные перья сверкали на солнце, и резкий чаячий крик становился всё громче и ближе.

– Нэко и Наби! – Джи уже бежала к озеру. – Вы вернулись! – Она прыгала и махала руками, а они кружили над ней, снижаясь, пока не опустились – одна ей на плечо, другая на голову, – торжественно хлопая крыльями. Джи повернулась к Усаги и остальным. – Они вернулись!

Одна из собак Юнджи вскочила и залаяла, но старик шикнул на неё и сам проворчал что-то такое, от чего она заскулила и снова уселась рядом с ним.

– Когда Петушиная девочка сказала про птиц, я представил, что это курицы или что-то в этом роде. Пусть боги заберут мои штаны, мне ни разу не доводилось видеть чаек так далеко от моря, – сказал он со смешком. – Ну, ничего, в озере рыбы предостаточно.

Потом чайки стали теребить Джи за уши, и она смеялась. Усаги никогда не видела эту девочку такой счастливой. Она посмотрела на улыбающихся Нэзу и Тору.

– Думаю, теперь она здесь не заскучает.

Нэзу кивнул.

– А нам пора возвращаться на Нефритовую Гору.

Глава 5

Святилище Двенадцати

– Тысяча двести десять, тысяча двести одиннадцать, тысяча двести двенадцать! – Тора преодолела последнюю ступеньку Лестницы Терпения и перевела дыхание. Нэзу уже был здесь и поджидал остальных. Она оглянулась на Усаги. – Хорошо, что мы не потащили с собой Джи.

Усаги тоже оставалось несколько последних ступенек.

– Четыре раза поднималась, а легче всё не становится, – простонала она.

– И не станет, – усмехнулся Нэзу. – По крайней мере, ты больше не пытаешься сократить себе путь.

Усаги засмеялась, вспомнив своё первое восхождение на Нефритовую Гору. Тогда Лестница бесцеремонно отбрасывала её вниз всякий раз, как она пыталась перескочить через несколько ступенек с помощью своего Кроличьего прыжка. Невдомёк ещё было, что Священная Гора испытывает её терпение, волю и честность.

– Да, я выучила свой урок.

Бодрящий горный воздух уже немного потеплел, и снег вокруг Святилища недавно растаял, оставив после себя на земле влажные пятна. Теперь они шли через Рощу Поющего Бамбука, что покачивался на ветерке, наполняя воздух нежной мелодией, похожей на звуки флейты. Полуденное солнце просвечивало через его высокие стебли и ярко-зелёные стреловидные листья. Их цвет напомнил Усаги глаза Тигрицы, и сердце у неё опять сжалось. Прошло больше года с тех пор, как они с Тигрицей отправились отсюда в Город Дракона и вернулись уже без неё.

С главного двора Святилища до Усаги донеслись взволнованные голоса.

– Они здесь! Вся команда в полном составе!

– Ох, Ину – правда? Все трое?

– Да, только что вошли в Поющий Бамбук. Ещё пахнут морем и потом.

– Добрые боги! И новое Сокровище должно быть с ними!

Усаги остановилась на месте, ноги у неё как будто приросли к земле.

– Что-то не так? – обернулась к ней Тора.

– Подумала, какое всех ждёт разочарование, – сказала Усаги.

Она устало оперлась об один из двенадцати каменных фонарей, сделанных в форме животных. По случаю это оказался Кролик, её собственный знак. Каменный кролик свирепо ощерился, привстав на передних лапах. Усаги прижалась к нему в надежде, что тот поделится с ней своей силой. Его пустые глазницы и широко раскрытый рот озарялись горевшим внутри огнём, и она не могла оторвать взгляд от этого трепещущего света.

Тора покачала головой.

– Конечно, они будут разочарованы, но только поначалу. Потом мы вместе придумаем, что делать дальше. – Она слегка подтолкнула Усаги вперёд. – Идём!

Не прошли они и нескольких шагов, как огромный дикий кот выскочил к ним из бамбука. Дымчатый леопард. Он чуть не налетел на Нэзу, но тот вовремя увернулся.

– Огни летучие!

– Кумо! – вскрикнула Тора. Леопард прыгнул и повалил её на землю. – Дурачок! – засмеялась она. Сцепившись вместе, они покатились по земле. – Скучал? Нет, небось? Чудище лохматое!

Громогласное урчание Кумо разнеслось по всей роще, почти заглушив серебристые напевы Бамбука.

Усаги не могла удержаться от смеха.

– Представить не могу, как он тут был без нас.

Годами Кумо был неразлучным спутником Тигрицы с тех пор, как старая воительница подобрала его осиротевшим детёнышем. Он был очень удручён, когда, отправившись в город, они оставили его одного, а когда вернулись назад без Тигрицы, то совсем впал в уныние – слонялся, не находя себе места, плакал и отказывался есть. Только Торе удалось его утешить, и с тех пор он сделался её тенью.

– Ворчал и куксился. – Они обернулись и увидели улыбающегося Ину, Наследника Воина Собаки. – Всего месяц прошёл, а кажется, что намного больше.

– Привет тебе, брат Собака! – Нэзу обнял Ину за шею и взъерошил его тёмные и без того всклокоченные волосы, так что они встали дыбом. – Нелегко небось было – всё время на стрёме и за главного!

Тот добродушно крякнул и поспешил освободиться:

– Прежде чем обниматься, пошёл бы помылся! – Привет тебе, Кролик, – он похлопал по плечу Усаги. Она только слабо улыбнулась в ответ. Оставив позади Поющий Бамбук, они подошли к главному двору Святилища, где их уже ждали трое. Они сидели возле здания Большого Зала на низком деревянном парапете, обрамляющем двор.

– Вон они! – воскликнула Сару, Наследник Воина Обезьяны. Она вскочила и поспешила им навстречу. Каштановые пряди выбились из пучка на макушке, оттеняя её бледное лицо. Старшая из Наследников Воинов, Сару теперь, после гибели Тигрицы, была у них почти за главного. Налетев на Усаги и Тору, она заключила их в свои объятия, как будто не видела целую вечность.

– Вы, наверно, умираете с голоду? Как насчёт того, чтобы поесть?

Нэзу хихикнул:

– И кто тут у вас готовил, пока меня не было? Уж не Наследнички ли? – Он усмехнулся, бросив взгляд на двоих, что ждали чуть поодаль.

– Покажите новое Сокровище! – мальчик-великан Гору, сильный и крепкий как Бык, что управлял его Дарами, приблизился и навис над ними, с любопытством разглядывая мешки. Рана, девочка лет двенадцати, рождённая в год Змеи, – гибкая, с тёмными косами, обвитыми вокруг головы, – выглянула из-за его широкой спины.

– Да, покажите! – не вытерпев, попросила она.

Вместе с сестрой Усаги она, Гору и Тора были схвачены Ловчими и отданы на обучение в Академию Короля-дракона. Всем троим удалось бежать оттуда прошлой весной, присоединившись к Усаги и остальным Наследникам. На Нефритовой Горе их Дары успели окрепнуть и развиться. Гору стал настоящим великаном-силачом, Рана и Тора открыли в себе новые способности. Все трое усиленно готовились, чтобы тоже стать Наследниками Воинов.

– Сокровище… – еле выдавила Усаги. – Мы… мы пришли без него.

У Гору вытянулось лицо. Несмотря на свои пятнадцать лет и огромный рост, в этот момент он выглядел совсем маленьким мальчиком, у которого только что отняли его любимую сладость.

– О-о-о… – еле слышно протянул он.

Глядя на Гору, можно было подумать, что он вполне готов к Испытаниям Воина, учреждённым некогда Воинами Двенадцати для Наследников, которые начинали носить оружие. Но вот как раз оружия, которое было бы ему в пору, пока так и не нашлось. Да и зачем меч или, к примеру, палица тому, чей кулак был размером с голову человека? Вот и получилось, что для участия в походе выбрали не его, а Тору. Он пытался убедить их, мол, в порту его можно будет использовать как отличного грузчика, но Наследники остались при своём. «Такого грузчика они никогда не отпустят, – сказала Сару. – И что нам тогда прикажешь делать?» Гору был очень расстроен. В утешение ему пообещали, что, когда они вернутся с Пером Правды, он сможет испытать его первым.

– Значит… вам не удалось?..

Усаги покачала головой. Во рту у неё так пересохло, что она не смогла произнести ни слова.

Тора переглянулась с Нэзу.

– Мы наткнулись на Ловчих, – сказала она.

Рана разочарованно вздохнула:

– И капитан – то есть этот предатель Тупа – был с ними?

– Нет, Змея, – обычно неунывающий, Нэзу казался сейчас мрачнее тучи. – Но у их начальника было одно из Сокровищ – Ветра Бесконечности.

– Веер! – бледное лицо Сару сделалось ещё бледнее. – Ловчие нашли его?

К Усаги наконец вернулся её голос:

– С этим Веером их начальник не давал нам ступить ни шагу, – выпалила она. – И я решила отбить его. – Она уронила голову. – Перо было у меня за поясом и выпало, когда я вступила с тараканом в бой. Он схватил его и напустил на меня Ветер…

– Значит, они добрались до Ветров Бесконечности? И вдобавок отхватили Перо? – Ину озабоченно почесал рукой затылок. – О, звёзды.

– Кто-то был так самонадеян, что решил одолеть Ловчего в одиночку, – глядя в сторону, произнёс Нэзу. – Очень не терпелось заполучить ещё одно Сокровище.

– Я просто хотела помочь! – не выдержала Усаги. – Веер мог погубить нас всех.

Нэзу пожал плечами и разгладил «усы».

– Ладно, давайте порадуемся, что мы снова все вместе.

– И что же нам теперь делать? – спросила Рана, глядя на всех растерянными глазами.

Сару вздохнула и положила руку на плечо Усаги. – Вначале вам нужно привести себя в порядок и подкрепиться. Идите помойтесь, а после еды всё обсудим.

Но аппетита ни у кого не было, и за столом все напряжённо молчали. Как же это было не похоже на их прежние триумфальные возвращения! Усаги уныло ковырялась в тарелке риса, приправленного сверху маринованными овощами и подрумяненной с боков глазуньей. Это простое блюдо было у неё одним из самых любимых, но теперь она могла с таким же успехом жевать песок.

Кое-как покончив с едой, все отправились в Большой Зал – просторный, с расстеленными по полу боевыми татами; на одной стене висело оружие, у другой стоял сундук из полированного дерева, в котором хранились заново обретённые Сокровища. Над сундуком висел большой свиток: в начертанных на нём стихах перечислялись Сокровища со всеми их волшебными свойствами. Усаги несколько раз перечла самое начало:

Двенадцати принадлежат

двенадцать сих Даров,

Что остров будут охранять,

скрывая от врагов.

Храните их, чтоб устоял

Невидимости щит.

Порвётся связь – и будет вмиг

В Мидагу путь открыт.

Кумо прокрался в Зал и сел рядом с Торой, довольно заурчав, когда та почесала ему за ухом. Тут же стояли Гору и Рана.

Нэзу снял Пояс Перехода, аккуратно сложив, поместил в один из двенадцати ящиков сундука и почти неслышно произнёс молитву Богине Горы. Потом выдвинул ещё три ящика с Сокровищами – и все собрались вокруг сундука, чтобы полюбоваться на них.

Вот украшенный искусной резьбой Ларец Целителя со множеством маленьких отсеков. Только захочешь, и он выдаст снадобье от любой болезни. Вот Дальнозоркое Зеркало, чей металлический диск может в любой момент показать, что происходит где-то совсем далеко. Глядя на Огненный Плащ из тончайшего золотистого шёлка, никогда не подумаешь, что он может защитить своего владельца от огня. И вот, наконец, Пояс Перехода – без него не уйти бы им в этот раз от погони. Если бы Усаги повезло больше, любовались бы они сейчас и на Перо Правды, и на Веер Ветров. Она вздохнула.

– Итак, нам известно, что Ловчие захватили Перо и Веер, – сказала Сару. – Кроме того, во владении Синего Дракона находятся…

Нэзу загнул один палец:

– Лесной Гребень, – и второй: – Чаша Изобилия.

– Оба Сокровища остались в Облачном Дворце.

– Значит, четыре, – сказала Тора.

– Не забудь про Ожерелье Земли и Моря, – сверкнув глазами, добавил Ину. – Выполняя волю Синего Дракона, Предатель Тупа принёс его сюда, потому что восстановить его могла только Тигрица.

Сару кивнула.

– Но, восстановив нефритовую бусину, Тигрица предпочла проглотить её, чтобы не досталась врагу.

– И всё же он ещё может восстановить Ожерелье. Бусина Земли утрачена, но есть оставшиеся две жемчужины. Будем считать, что это половина Сокровища, – сказал Нэзу. – С Пером Правды получается четыре с половиной. Побольше, чем у нас, – хоть и ненамного.

Гору тяжело опустился на татами, заставив задрожать висевшее на стене оружие, и бросил взгляд на свиток:

– Значит, ненайденными остаются ещё три Сокровища: Флейта, Кольцо и Молот.

– Если Король-дракон не нашёл их тоже, – мрачно сказала Усаги. – Мы же не знали, что Веер у них, пока они не пустили его в ход против нас.

– Пока что у нас нет оснований так думать, – твёрдо сказал Нэзу. – И мы должны постараться найти их первыми.

Ину кивнул, и тёмные глаза его снова решительно сверкнули:

– Да, а уж потом найдём способ заполучить и те, что находятся у Синего Дракона.

Сару задвинула ящики с Сокровищами и повернулась к остальным.

– Тогда нужно сейчас же продумать план следующего похода, – сказала она. – Ловчие не теряют время даром, и нам ничего нельзя откладывать. Среди нас есть те, кто видел Сокровища в действии. В этом наше преимущество. Мы знаем о них больше наших противников: когда и как появились и в чём их сила.

– Флейта, например, принадлежала Воину Змее, – сказал Ину, вытащив из-за пояса свою собственную флейту и разглядывая её. – Чего бы я только не дал, чтобы сыграть на ней перед носом Короля-дракона! Он бы у меня сплясал на краю пропасти и отправился бы на дно кормить ядовитых змей.

Нэзу нахмурился, вспоминая:

– Если бы это удалось тогда самому Воину Змее! Но в том ужасном решающем сражении у него не было с собой Флейты.

– Да, я помню, – грустно покачала головой Сару. – Наследник Воина Змеи сказал мне, что они её спрятали, но Брат Хеми был повержен, не успев сказать где. – Она немного помедлила, потом открыла ближайший ящик и извлекла из него Дальнозоркое Зеркало.

– Может быть, оно что-нибудь подскажет. – Она предложила Торе, Гору и Ране заглянуть в Зеркало. – Думайте о Флейте и припомните всё, что о ней знаете.

Но, к глубокому разочарованию Наследничков, Зеркало ничего им не показало.

– Эх, наверно, я отвлекался, когда Наставник в Академии Дракона рассказывал нам о Сокровищах, – с досадой произнёс Гору.

– Но что-то ведь вы должны были о них слышать? – спросил Нэзу.

Рана посмотрела на комок глины, лежащий у неё в ладони, – она всегда носила его с собой и начинала разминать, когда о чём-то задумывалась.

– Слышали про двенадцать утраченных Сокровищ, – но Мастер Доузен не говорил, что они принадлежали Воинам Зодиака. – Рана сжала комок между пальцами. – Нас учили, что все эти волшебные вещи были украдены или спрятаны от Короля-дракона. – Пока она говорила, глина в её руке каждый раз принимала форму одного из Сокровищ: вначале это был маленький веер, потом такая же маленькая чаша, потом гребень.

– Как они могли быть у него украдены, если никогда ему не принадлежали! – фыркнула Усаги. Она нахмурилась, вспомнив, как воспитанники Академии, включая её собственную сестру, кланялись этому их улагскому наставнику. По договору, заключённому с Улагским и соседним Вайянским королевством, Синий Дракон разрушил Щит Невидимости, что позволило их войскам захватить остров, и сам занял трон вместо законного короля Мидаги. При этом он был обязан платить захватчикам ежегодную дань и назначал их людей своими советниками и наставниками в Академии.

Рана кивнула и вылепила из глины круглое зеркальце.

– Теперь-то мы знаем. – Когда она снова разжала пальцы, в ладони у неё оказалась маленькая флейта. – О Флейте говорили, что, играя на ней, можно заставить любого сделать что угодно.

– Ещё что на вид она не отличается от обычной деревянной флейты. Узнать её можно только по вырезанным на ней изображениям, – добавила Тора.

– Ну хоть в этом вам не наврали, – сказал Нэзу. – Всякий, кто слышит её, попадает под чары: может начать танцевать, погрузиться в сон или в транс.

Сару передала Зеркало Усаги.

– Посмотри ты, Кролик. Может, тебе повезёт увидеть Флейту.

Усаги повернула бронзовый диск под нужным углом и заглянула в него. Раньше она видела Флейту только на картинках и читала о ней в свитках, что хранились в библиотеке Святилища. Может быть, этого окажется достаточно, чтобы сейчас что-нибудь увидеть. Она помнила, что по всей длине Флейты шли изображения двенадцати танцующих животных, а окончание ствола походило на голову шипящей змеи.

– Что-то начинает появляться, – она прищурилась. – Я думаю о Флейте, а оно показывает что-то извивающееся наподобие змеи. Странно, похоже на холмы или горы, но они всё время движутся.

– Ого! – воскликнула Сару. Она быстро заглянула в Зеркало и улыбнулась:

– Это не горы, Кролик. Песчаные Дюны.

Незу и Ину изумлённо переглянулись.

– Танцующие Дюны, – в один голос сказали они.

– Флейта Танцующих Снов – и Танцующие Дюны! – восхитилась Усаги. – Так вот где придумал спрятать её Воин Змея?

Все сразу стали думать о следующем походе – было ясно, что в первую очередь они отправятся за Флейтой. Усаги не терпелось участвовать в нём и искупить свои прежние промахи, однако все согласились, что на этот раз команда должна быть меньше и опытней. Решено было, что пойдут Сару и Ину – они самые старшие из Наследников, и опыта у них больше. А Нэзу и Усаги останутся тренировать Наследничков.

Потом возник вопрос, которое из Сокровищ взять с собой в помощь? Усаги настаивала, что брать ничего не надо. Они только что лишились Пера и не могут позволить себе рисковать ещё раз.

– Если мы будем придерживаться плана и действовать согласованно, то ничего страшного в этом нет. Раньше брали, и ничего. Ты забыла, Кролик? – возразила ей Сару.

– И вообще, зачем тогда эти Сокровища, если от них никакого проку? – вставила Рана.

Сару кивнула ей в знак согласия:

– Их назначение помогать своим владельцам. Так что бояться нам нечего.

– Они правы, Кролик, – задумчиво произнёс Нэзу. – Если бы мы не взяли с собой Пояс, то навряд ли бы смогли вернуться назад. Он выручал нас дважды, забыла?

– Возьмите что-нибудь одно, – предложила Тора. – Может быть, Огненный Плащ?

– С какой стати? – хмыкнул Гору. – Дюны-то песчаные, не огненные…

– Думаю, от песчаных бурь Плащ тоже неплохая защита, – сказала Сару. – Он лёгкий, но удивительно прочный. – Она положила Дальнозоркое Зеркало обратно в сундук. – Правильно, берём с собой Огненный Плащ. Не возражаешь, Ину? – Ину кивнул в знак согласия.

Усаги повесила голову. Они идут вдвоём. Каково же ей будет сидеть тут без дела, дожидаясь их возвращения!

Глава 6

Открытие

Раскачивающаяся на дальнем конце двора мишень напоминала машущую руку. Вправо, влево, снова вправо. Ину стоял перед Большим Залом, пристально всматриваясь в созвездие, нарисованное тёмными чернилами на белом полотнище мишени. Затем вытащил из колчана прямую, как его спина, стрелу, приладил на тетиву, оттянул её большим пальцем с неизменным роговым кольцом и выстрелил. Пока первая стрела со свистом рассекала воздух на пути к цели, Ину уже тянулся за второй. Как только каждая предыдущая стрела вонзалась в нарисованную звезду и мишень меняла направление движения, в полёт отправлялась следующая.

– Похоже, кто-то уже готов к новому походу, – сказала Усаги. Они с Торой пристроились на деревянном помосте за спиной у Ину – чистили и проверяли снаряжение и наблюдали за стрельбой. Рядом Кумо вылизывал себе лапы и подгрызал острые когти длиной с палец Усаги.

– Ты ещё даже не знаешь, сколько раз он попал, – возразил Гору. Над головой он удерживал пару тяжёлых мешков соломы, тренируя силу рук.

Ину закатил глаза.

– Ну так проверь.

Тора перестала считать наконечники стрел и бросила быстрый взгляд на мишень.

– Не промахнулся ни разу.

– Не может быть! – Гору побросал мешки и потрусил в сторону мишени. – Метеоры могучие, и впрямь! А я и по неподвижной промахиваюсь… – Он вытащил стрелы и понёс обратно.

– На самом деле не так это и сложно, – хмыкнула Тора. – Только и нужно, что зоркий глаз да верная рука.

Ину издал лающий смешок.

– Не сложно? Я посмотрю, как ты сделаешь то же самое! Не забывай, что это я учил тебя стрелять.

Гору присвистнул.

– Ого! Да это звучит как вызов.

Тора рывком поднялась на ноги.

– Ну что ж, смотрите сколько угодно, Наставник. У ученицы найдётся ответ на каждый ваш выстрел!

– Вызов принят! – торжественно провозгласил Гору.

Ину задумчиво улыбнулся.

– Давай соревноваться, Тигра. Каждое попадание – один балл. У кого меньше – делает за соперника работу по дому.

Тора сверкнула клыками.

– Отлично! Я на этой неделе подметаю козий загон.

– А у меня – чистка уборных, – рассмеялся Ину.

Гору нервно потёр свои огромные ручищи.

– Ты уверена, Тора? Ты же знаешь, лук – коронное оружие Ину.

– А будет и мое тоже. Не хочешь присоединиться? Поможешь потом Ину с моей работой. Кроме коз у меня есть ещё курятники.

Усаги хихикнула, глядя на побледневшего Гору.

– Давайте сделаем соревнование командным. Проигравшие получают работу победителей.

– Почему бы и нет, давайте. – Ину смахнул в сторону налезавшие на глаза волосы. – Я даже уступлю Торе право первого выбора.

– Тогда я выбираю Гору, – улыбка Торы стала ещё шире. – Но для твоей команды. Прости уж, Бычок.

– Это жестоко, – проворчал Гору. – Так вся уборка, считай, уже моя – я отвратительно стреляю.

Ину хлопнул его по спине.

– Не бойся, я наберу баллов за двоих, – он снова повернулся к Торе: – Тогда я возьму ещё Усаги. Рану и Нэзу оставляю тебе, а Сару назначим судьёй.

– Думаю, я тоже наберу для нас несколько баллов, – приободрила Гору Усаги. А про себя подумала, что скоро к её заботам добавятся козьи загоны и курятники – Тора с её тигриной зоркостью уже успела стать прекрасным лучником.

Потом они созвали остальных и объяснили им условия состязания. Сару нашла идею забавной и сразу же согласилась быть судьёй.

– Небольшое дружеское соревнование ещё никогда никому не вредило. Как и чистка уборных.

Следующие несколько минут друзья обсуждали количество мишеней, уточняли ставки и то и дело подшучивали над меткостью друг друга. Вскоре Кумо надоели их шум и возня. Он поднялся с помоста и, раздражённо дёрнув хвостом, отправился восвояси. Ину раздал луки, а Сару нарисовала новые мишени. Одни она прикрепила к мешкам соломы, другие к подвешенным планкам, которые раскачивались вперёд-назад, из стороны в сторону или вращались по кругу.

– Каждое попадание в мишень даёт десять очков, а в полотно, но мимо мишени – одно. – Она подняла кисть. – Я буду подсчитывать.

Гору расставил мешки по всему двору.

– Минимальное расстояние выстрела – тридцать шагов. Ближе не подходить.

– А за попадание издали – дополнительные баллы – по пять за каждые десять шагов. – При этих словах глаза Торы радостно загорелись, а Гору что-то невнятно пробормотал и принялся с унылым видом разглядывать облака.

Усаги по-дружески пихнула его в бок.

– Ничего. Хотя бы за промахи не наказывают.

Очерёдность стрельбы разыграли в «земля-дерево-металл».

– Земля, дерево, металл! – хором проговорили Тора и Ину, одновременно выбрасывая руку вперёд.

– Дерево бьёт землю, – воскликнула Тора, накрыв открытой ладонью сжатый кулак Ину. – Бумага кроет камень!

Ину улыбнулся и покрутил на пальце кольцо.

– Удачи тебе, Бумажный Тигр.

– Мне удача не понадобится, Каменная Собака, – надменно произнесла Тора, направляясь к первой мишени. На полотне, приколотом к мешку соломы, был нарисован простой круг. Она взяла стрелу из стоявшего тут же ведра и, прищурившись, направила взгляд вдоль левой руки. Через несколько мгновений два звука раздались один за другим – спущенной тетивы и пронзённой стрелой цели. Сару подошла проверить мишень.

– В самую точку. Десять очков команде Бумажного Тигра!

Не обращая внимания на торжествующие крики Нэзу и Раны, Ину взял лук и демонстративно отошёл подальше назад. Усаги и Гору подбадривали его, не забывая при этом подкалывать команду противника. Наконец Сару дала команду. Стрела полетела и затрепетала, вонзившись в мишень и расщепив стрелу Торы пополам.

– Десять очков команде Каменной Собаки. Ещё пять за дальность. И ещё десять – за расщепленную стрелу!

– Вот это да, – проговорил Гору с явным облегчением, – если так пойдёт, чистить загоны придётся не мне.

Когда каждый сделал по выстрелу, они перешли к другим мишеням. Попадали все, и каждому удалось принести команде по несколько очков, но было ясно, что решит всё битва Ину и Торы. У следующей мишени Тора настояла, чтобы Ину стрелял первым.

– Мне дополнительные очки тоже не помешают. – Она отошла от цели как можно дальше, почти удвоив расстояние. Выстрел пронзил не только стрелу Ину, но и все остальные стрелы, попавшие в мишень раньше. На всех последующих мишенях Тора тоже не сдавалась, сражаясь с Ину на равных.

У обеих команд было поровну очков – по 183. Потом стрелять вышла Рана. Она была совсем ещё новичком в стрельбе и носила на правой руке специальную перчатку, чтобы не натереть пальцы. Натянув тетиву, она слегка пошатнулась, пытаясь удержать лук в равновесии.

– Ого, какой тугой!

– Что-то вид у неё усталый, – шепнул Нэзу Торе.

Невзирая на то что Рана была в команде противника, Ину тут же принял на себя роль учителя, подбадривая и наставляя её.

– Опусти плечи, Змея. Сосредоточься на стойке, о мишени пока не думай, меткость приходит с точностью движений.

Рана кивнула и выпустила стрелу, но тут же выронила лук, вскрикнув от боли.

– Щелчок тетивы! – воскликнула Усаги. Эта неприятность была ей знакома. Такое часто случалось, если она слишком крепко сжимала лук или не могла устоять на месте. Она поспешила к Ране и увидела у неё на предплечье алый след. – Я схожу за Ларцом?

– Дай-ка посмотреть, – Сару встала на место Усаги, внимательно осмотрела рубец и положила руку Ране на плечо. – Ничего страшного, сделаем припарку. – Потом обернулась к остальным: – Игра окончена. Завтра мы с Ину отправляемся, так что пора возвращаться к делам.

Когда Сару уводила Рану, у Усаги почему-то кольнуло в сердце. Сару и Рана очень сблизились в последнее время, а с ней как будто стали общаться меньше. Да и вообще, с тех пор как они вернулись в Святилище, Усаги чувствовала в остальных какую-то отчуждённость. Провал задания стал тяжёлым ударом для всех. Наверняка они винят её за потерю двух Сокровищ. Но тут уж ничего не поделаешь. Усаги нащупала свой кроличий амулет.

– Волдыри с бородавками! – Гору с разочарованным видом отправился собирать стрелы.

– Ага. Почти определили победителей, – поддакнул Нэзу.

Ину пожал плечами и откинул назад надоедливые волосы. Потом повернулся к Торе и сделал поклон:

– Отличная стрельба, Тигра. Согласимся на ничью?

– Пожалуй, – она досадливо поджала губы, но всё-таки поклонилась в ответ. Ину улыбнулся.

– Если хочешь избавиться от своей работы, можем поменяться.

– Ну уж нет, мне и с козами нормально. А чистить уборные ещё успеется – когда вы уйдёте, – со смехом ответила Тора.

Поход предстоял дальний. Танцующие Дюны находились на самом юге Мидаги. В складках одежды и в заплечных мешках Ину и Сару было всё необходимое: огниво, лоскуты ткани, которые могли становиться шарфом, косынкой, поясом, полотенцем, пращой; грифельный карандаш с бумагой для путевых заметок или посланий и на всякий случай несколько самых важных лекарств из Ларца Лекаря. Ещё было оружие. В дорожных посохах у них скрывались клинки, в котомке Ину лежал его составной лук. Ещё они взяли несколько сюрикенов, смазанных новым ядом Раны. Этот звериный Дар открылся у неё недавно – способность выделять парализующий яд. Сару решила, что это хорошая возможность испытать его и сравнить с сонным зельем, которое они использовали ранее. Огненный Плащ Сару подшила изнутри к обычной бурой накидке – чтобы не привлекал внимание. Одеты они были как бродячие торговцы – товаром были разнообразные безделушки, изготовленные всеми обитателями Святилища.

– Думаешь, кто-нибудь их купит? – спросила Рана, шлифуя панцирь миниатюрной черепашки, которую сама сделала из глины.

Сару взяла у неё фигурку, привязала на шёлковый шнурок и стала раскачивать в воздухе.

– Берите талисманы долголетия! Удача и долгая жизнь – за пару медяков! – она замолчала и повела бровью. – Что думаете?

– Думаю, что тебе остаётся только забрать мои деньги, – протянул Гору. – Отличная работа, Змейка! Эта черепаха, кажется, уползла бы, не будь шнурка.

Нэзу принёс из кухни несколько рисовых шариков, завёрнутых в бамбуковые листья. Все они были с начинкой – какие с мясом, какие с грибами и яйцами.

– Вот вам кое-что для первого ужина вдали от дома.

– Слюнки уже текут! – просияла Сару. Положив их в котомку, она ещё раз напомнила всем, что за главного остаётся Нэзу, а второй по старшинству – Усаги. – Не забывайте тренироваться. Искусство скрытности понадобится как никогда, когда пойдём за Сокровищами.

– Точно! – подхватил Нэзу и ухмыльнулся. – Если не силой, то хитростью.

Двое старших Наследников обвели взглядом остающихся: Наследника Крысы, Наследника Кролика и троих Наследничков, спасённых из Академии Дракона.

– Именем Двенадцати, оставляем Святилище на ваше попечение, – произнесла Сару.

– Пусть духи Двенадцати направляют ваш путь до нашей следующей встречи, – ответила Усаги.

Ину с серьёзным видом кивнул, потом в глазах его что-то блеснуло. – Уж постарайтесь не попадать тут в беду, ребятки.

* * *

Жизнь Святилища после их ухода немного изменилась. В начале каждого дня Нэзу и Усаги, как старшие, помогали остальным с «владением умом». Все сидели с закрытыми глазами, стараясь дышать медленно и ровно и приводя мысли в порядок. До и после завтрака были хозяйственные работы, потом – занятия в библиотеке. Нужно было как можно больше узнать об оставшихся Сокровищах – как выглядят, как используются. Тем более что, когда Наследнички в последний раз пытались заставить Дальнозоркое Зеркало показать Флейту, вышло у них ужасно. Нэзу экзаменовал их по «Руководству Воина» – старинному тому, где были собраны истории и наставления для всех Двенадцати Сокровищ.

– Почему вместе с Флейтой Танцующих Снов всегда нужно иметь вощёную вату? – спросил он у Раны. Та сразу же начала отвечать:

– Чтобы заткнуть уши тем, кто не должен попасть под заклинание Флейты. А то получится как у 31-го Воина Змеи, который на год погрузил в спячку целую деревню.

– Не так-то и плохо, – заметил Гору. – Хоть отоспались как следует.

– Вот только урожай собрать было некому. И скот у них тоже весь разбежался, – сказала Усаги. – Воинам потом пришлось ломать голову, как искупить свою вину.

Нэзу кивнул.

– Любой инструмент можно использовать и во благо, и во зло. Да и ошибки время от времени случаются. Так и с Сокровищами. Важно, чтобы вы всё это выучили. Какой будет смысл в том, что Ину и Сару добудут Флейту, если один из вас с её помощью отправит нас в бесконечный пляс.

По вечерам были разные упражнения. Сначала разминка, потом «наука скрытности». Учились отвлекать внимание, проникать в охраняемые помещения, быстро скрываться.

– Когда убегаете по крышам, киньте камушек по одному скату, а сами уходите по другому, – наставляла Усаги.

Ещё изучали способы разведки. В этом была особенно хороша Усаги – её Кроличий слух улавливал любые разговоры. Тигриное зрение Торы тоже было полезно. Нэзу, впрочем, любил повторять, что разведка – это сбор информации, а способов её добыть – великое множество.

– Разговаривайте с людьми! Вы поразитесь, как много можно узнать от одного человека, если он видит в вас доброжелательного и заинтересованного собеседника. Все любят рассказывать о себе.

Работали над маскировкой. В этот раз у Усаги появилась нечёсаная борода, Гору сделался одноглазым стариком, а Тора покрасила несколько зубов в чёрный цвет, чтобы казалось, что они выпали.

– Думаешь, так безобидней? – рассмеялась Усаги. – Вид какой-то дурацкий.

Тора повела бровями.

– То же самое могу сказать и о твоей бородище!

Одновременно с маскировкой учились лицедейству, чтобы сливаться с толпой, где бы ни случилось оказаться. Нэзу выбирал одного из Наследничков и предлагал какую-нибудь роль. После этого Усаги брала на себя роль незнакомца, которого и надо было убедить в том, что ты «сын богатого купца», «странствующий факир» или «старый слепой нищий».

– Следите за тем, что говорит собеседник, – советовал Нэзу. – Если вас спутали с другим человеком или приняли за коробейника, хотя вы собирались выдавать себя за рыбака, не надо возражать. Лучше подыграйте. Чем придумывать себе сложную историю, проще поддакивать.

Гору почесал свою бритую макушку.

– Ну, не знаю. А что, если нас подловят на вранье?

– Я не говорю, что убедительное прикрытие не нужно, – ответил Нэзу. – Конечно, всегда лучше быть готовым. Но даже с серьёзной подготовкой что-то может пойти не так, как вы ожидали. Паниковать не нужно. Если действовать находчиво – всё получится.

Усаги никогда раньше об этом не думала. «Совсем не обязательно всё должно идти как по маслу». Эта мысль добавляла ей уверенности.

* * *

Однажды утром, через несколько недель после ухода Ину и Сару, Усаги и Тора вместе протирали деревянный пол Большого Зала. Уборка была в самом разгаре, когда Тора вдруг остановилась и, оглядевшись, нет ли кого поблизости, прошептала:

– Видела недавно кое-что в Дальнозорком Зеркале.

– Что ты имеешь в виду?

– Это было, когда Сару велела нам посмотреть в нём Флейту. Я не пыталась сосредоточиться на Флейте, искала другое.

– И что же ты искала?

– Отца, – призналась Тора. – Мне кажется, я что-то увидела, но всё сразу же подёрнулось дымкой. Хочу взглянуть ещё раз.

Усаги присела на корточках рядом с подругой.

– Ты уверена, что видела его? – прикусив губу, спросила она. – Часто смотреть нельзя, ты ведь знаешь.

– Ну да, конечно. «Будешь всё время смотреть в другой мир – и перестанешь замечать то, что прямо перед тобой» – вы, Наследники, все так говорите. А сама же ты рассказывала, как постоянно наблюдала за нами с Умой, когда Ловчие забрали нас в Академию.

– Ничего не «постоянно», – запротестовала Усаги. – Я, конечно, заглядывала время от времени, но никогда не смотрела подолгу. К тому же я видела, как вас обеих схватили, и точно знала, что могу вас найти. Я просто боюсь, что ты станешь часами всматриваться в Зеркало, пытаясь найти отца, который давно уже умер.

Янтарные глаза Торы вспыхнули.

– Ты не знаешь, умер он или нет. Наверняка – не знаешь. – Она подошла к стене с оружием. Там рядом с легендарными клинками Воинов прошлого висел и простенький меч, который Торе выдали в Академии Дракона. Она показала Усаги стальное лезвие. Рукоять и ножны были самые простые, но острие клинка выковано очень искусно – на поверхности металла были отчётливо видны змеистые линии. – Эти линии показывают, сколько раз металл был сложен при ковке. Ты только посмотри, сколько их! А клеймо! Должно бы быть вайянским, но я готова поклясться, что оно выглядит в точности как отцовское. Его работу я узнала бы где угодно.

– То есть… ты думаешь, что твоего отца забрали в Вайю ковать оружие для войск Короля-дракона? – Усаги замолчала. Тора уже говорила об этом раньше, но Усаги всегда боялась дать волю надежде. Если это правда, может, её родители тоже находятся в плену где-нибудь далеко. А не похоронены в огромной общей могиле неподалеку от Златоклыка, как она думала до сих пор. – Может, ты просто видишь что-то, чего очень хочешь? Что-то, чего на самом деле нет?

Тора фыркнула.

– Хочешь сказать, это всё только в моём воображении? Что ж, легко проверить. Сейчас я подумаю о чём-то, что точно не может появиться. – Она принесла Зеркало и устроилась рядом с Усаги. Потом заглянула в него… и побелела как мел. – Не может быть.

– Что? Что ты видишь? – Усаги наклонилась к Зеркалу, чтобы посмотреть, но Тора уже отстранилась. Взгляд у неё был напряжённым, как будто она пыталась и не могла чего-то осознать.

– Тигрица. Я видела её в Зеркале.

– Тигрица?! – не веря своим ушам, прошептала Усаги. – Она… жива?

Глава 7

Вторая тигрица

У Усаги мурашки побежали по спине. Несмотря на лето и установившуюся тёплую погоду, в Большом Зале вдруг стало холодно, как зимой.

– Как? Как ты можешь видеть её в Зеркале?

Это совершенно невозможно. Усаги собственными глазами видела, как Синий Дракон поразил Тигрицу. Всякий раз, когда она вспоминала их поход к Облачному Дворцу, этот момент снова вставал у неё перед глазами: Король-дракон, обрушивающий свой меч на Наставницу, и мгновенный взрыв, уложивший их всех на землю.

– Она погибла. Ты же была там, Тора.

– Знаю! – Тора всё ещё смотрела в Зеркало широко раскрытыми глазами. – Просто подумала о ней, зная, что ничего не увижу. А она – вот…

– Дай я гляну, – совсем сбитая с толку, потребовала Усаги.

Тора передала ей позолоченный диск.

– Пусть Двенадцать будут свидетелями, я ничего не придумала.

Луч солнца из открытых дверей упал на Зеркало, и оно вспыхнуло, едва не ослепив Усаги и напомнив ей вспышку и взрыв в момент гибели Хоранги. Усаги зажмурилась, подождав, пока пройдут пятна перед глазами, потом снова взяла Зеркало. Вспомнила морщинистые руки Тигрицы, так заботливо лечившие её, когда она получила своё первое ранение, и так ласково гладившие по голове дымчатого леопарда. Вспомнила проницательный взгляд её зелёных глаз, её шаркающую походку и деревянный посох, что был вдвое выше её самой. И как ловко сражалась она с Синим Драконом, не имея никакого оружия, кроме простого деревянного посоха!

Отразившиеся в зеркале знамёна Большого Зала затуманились и исчезли, уступив место сжавшейся и неподвижной фигуре. Длинные седые волосы с чёрной полосой вместо пробора свисали на лицо, не давая разглядеть его черты. Но Усаги и этого было достаточно.

– Наставница? – выдохнула она, впившись глазами в эту как будто окаменевшую фигуру. Неужели Тигрица жива? Усаги захотелось дотронуться до её морщинистых рук, и тут она заметила, что они скованы цепью. Вдруг цепь пошевелилась: руки потянулись вверх, слегка отодвинув падавшие на лицо волосы. Усаги вздрогнула, увидев глядевший на неё глаз и выпуклый шрам под ним. Это точно была Тигрица, и она была живая.

– Звёзды и духи, – пролепетала она.

Тора схватила её за запястье:

– Ты видишь её?

– Да. – Усаги зажмурилась, проверяя, не исчезнет ли изображение Наставницы. Но оно осталось прежним и незамутнённым. Тигрица была жива, и она была в плену.

– Где вы находитесь? – прошептала Усаги.

Словно в ответ на её вопрос, зеркало затуманилось и потом очистилось снова, показав приземистую башню, от которой, как спицы колеса, расходились в разные стороны длинные здания. Окна в них были как узкие щели, сквозь которые не пролезло бы и зёрнышко риса. Явно какая-то тюрьма, но где? В столице? За городом? Изображение сменилось новым – теперь перед Усаги предстал окружённый белой стеной ансамбль величественных зданий, раскинувшийся на вершине туманного холма.

– Что видишь? – снова спросила Тора.

Потрясённая Усаги уронила Зеркало себе на колени.

– Кажется, она в Облачном Дворце. – Перед её мысленным взором снова возник Синий Дракон – ревевший, как лев, и торжествующе потрясавший кулаками. Тогда ни у кого не осталось сомнений в том, что старая воительница мертва. Однако же Зеркало их ещё ни разу не обманывало.

– Звёзды! – сказала Тора. – Надо сказать всем! – Она встала и решительно посмотрела на Усаги. – Пошли!

Они выскочили из Большого Зала и побежали искать Нэзу и остальных. Усаги бросало то в жар, то в холод, у неё кружилась голова и подкашивались ноги.

Они нашли Нэзу, Гору и Рану возле Гнезда Тигрицы – небольшой открытой часовни, расположенной у Озера Луны, где Наставница часто проводила время, когда была жива. Не была, а есть, поправила себя Усаги.

Рана была занята тем, что прокапывала на берегу извилистую траншею – её стихийный Дар пришёлся здесь как нельзя кстати. Земля и камни так и летели из-под её рук, образуя по обе стороны высокие отвалы. Края траншеи были аккуратно выложены галькой. Гору был обут в тяжёлые железные башмаки и помогал ей, притаптывая отваленную землю. Увидев Усаги и Тору, он остановился и помахал им рукой.

– Закончили с уборкой Зала? А мы тут строим водные преграды для тренировок. Идея Нэзу. После вашего похода он решил, что должен кое-чему нас всех подучить.

Наследник Воина Крысы стоял у берега по колено в воде, распределяя бамбуковые планки разной ширины по поверхности озера.

– Не хотите ли пробежаться с нами по этим жёрдочкам? Очень полезное упражнение для…

– Мы сейчас смотрели в Дальнозоркое Зеркало! – выпалила Тора. – Тигрица жива!

Гору перестал утаптывать землю и стоял перед ними разинув рот. Рана обернулась и тоже уставилась на них. Несколько оставленных ею камней укатились обратно в ров. Бамбук, выпущенный из рук Нэзу, спокойно плыл, покачиваясь на поверхности.

– Именем Двенадцати, что ты такое говоришь? – произнёс Нэзу. – Что вы там делали с Дальнозорким Зеркалом?

Усаги тряхнула головой.

– Не важно. Главное, что мы обе видели в нём Тигрицу. Тора сказала правду – Хоранги не погибла.

Нэзу стоял онемев, глядя то на них, то на часовню. Он попробовал что-то сказать, потом быстро вылез из воды и, даже не высушившись, оставляя по пути мокрые следы, поспешил назад в Святилище. Усаги и остальные – за ним. В Большом Зале он сразу направился к сундуку и вытащил оттуда Дальнозоркое Зеркало. Потом повернулся к ним спиной и заглянул в него.

Последовала мёртвая тишина, потом Усаги расслышала едва уловимый звук.

– Преславные духи, – произнёс Нэзу и потёр глаза тыльной стороной руки. – Это и вправду Тигрица.

– Зеркало не может ошибаться? – спросила Рана.

Нэзу покачал головой:

– Нет. Эта вещь показывает, что происходит не с нами. В точности как говорится в стихах. – Он кивнул на висевший над сундуком свиток. – Правда, изображение не всегда бывает чётким, и тут мы, конечно, можем ошибиться. – При этих словах Усаги покосилась на Тору, но взгляд подруги был сейчас устремлён на Нэзу.

Тот нахмурился и дёрнул себя за «усы».

– Но это может быть только Хоранги. Я попросил показать её – её и увидел. Если кто-то мёртв, Зеркало не может явить его живым и подвижным – как бы ты этого ни хотел.

– Она должна находиться в Облачном Дворце, – сказала Усаги. – Когда я спросила Зеркало, где она, оно показало что-то вроде тюрьмы и потом – весь дворец на холме.

Гору выпрямился и прищёлкнул пальцами.

– Солнечная корона! Узилище, в которое Король-дракон отправляет неугодных. Он специально построил его на отшибе. Я как-то наткнулся на него, когда искал выход.

– Солнечная корона? – переспросил Нэзу. – Не слишком ли красиво для узилища?

Гору пожал плечами.

– Название подсказано архитектурой.

– Его я и видела, – воскликнула Усаги. – Длинные здания расходятся от центральной башни, как спицы колеса. Или как солнечные лучи.

– Как же она могла там оказаться? – всё ещё не верила Рана. – Я собственными глазами видела…

– Мы все видели, как он поразил её мечом, – сказала Тора.

Нэзу наморщил лоб:

– Не знаю – наверно, не обошлось без какой-то магии. Я знал Друка ещё до того, как он стал Королём-драконом. Значит, он не убил её – просто создал такую иллюзию. И всё это время держит её у себя в плену.

– Но зачем? – спросила Рана.

Тора потёрла рубцы от шрамов, оставшиеся у неё на руке от встречи с Ловчими.

– Думаю, у него были свои соображения.

– Это важнее любого Сокровища, – сказала Усаги. – Мы должны её вызволить!

Нэзу кивнул.

– Но нам нужны Ину и Сару – нельзя ничего предпринимать, пока они не вернутся.

Вдруг Усаги осенило:

– Почему бы нам не призвать их?

– Колокол Призыва? – Рана захлопала от радости. – Я давно мечтала это увидеть!

– Я тоже, – сказал Гору.

Тора кивнула, и глаза у неё сверкнули в предвкушении.

– Мы никогда не видели Призыва, только слышали от Усаги. И сейчас без него, наверно, не обойтись.

Нэзу улыбнулся и спрятал Зеркало обратно в сундук.

– Колокол молчал с тех пор, как мы потеряли Тигрицу. Кто бы мог подумать, что она жива!

Они прошли через двор и приблизились к деревянной загородке, за которой под соломенным навесом висел большой бронзовый колокол. Рядом с ним с рамы свисал небольшой деревянный брус, один конец которого почти касался кругового чеканного барельефа, изображавшего Двенадцать Животных Зодиака. Нэзу глянул на солнечный диск, медленно подбиравшийся к зениту.

– Час Змеи, – пробормотал он. – Думаю, уже должны были выйти на след Змеиной Флейты.

Они стояли вокруг Колокола в тени Поющего Бамбука. До этого Усаги никогда не видела самого Колокола Призыва, зато звук его помнила даже слишком хорошо.

– Приготовьтесь, – сказала она Наследничкам. – Будет очень громко.

Нэзу отвёл брус назад и вопросительно взглянул на Усаги. Она кивнула. Отпущенный молот с силой ударился о барельеф Колокола.

Раздался оглушительный удар, потом мощный гул, похожий на раскаты грома. Земля вокруг тряслась, и вибрации пронизывали их насквозь. Усаги сжала зубы, чтобы не стучали, потом попробовала изобразить на лице улыбку, чтобы ободрить Тору, Рану и Гору. Вид у всех троих был довольно жалкий. Вдруг глаза у них широко раскрылись.

В середине круга появились яркие светящиеся точки, как пылинки, попавшие в солнечный луч. Увеличиваясь в размере, они стали похожи на светлячков, потом на что-то вроде шаровых молний. Гул и грохот начали понемногу ослабевать, а свет – пульсировать и расширяться, обретая форму. В воздухе возникли очертания светящейся собаки с острыми торчащими ушами и загнутым лохматым хвостом. Рядом очутилась сидящая на корточках такая же призрачная обезьяна. И вот показалась третья фигура. Она светилась гораздо слабей остальных, но это совершенно определённо был огромный тигр, растянувшийся на боку и словно изнемогающий от жары. Глаза у него открылись, и Усаги вздрогнула от этого зелёного пристального взгляда.

– Наставница? – прошептала она.

– Наставница! – крикнул Нэзу.

Тигрица медленно подняла огромную голову.

– Ребятки, – проскрипела она.

– Нэзу, Усаги, что происходит? – раздался голос светящейся обезьяны. – Почему мы видим двух тигров?

Зрачки у Торы сделались ещё шире.

– Духи!

– Сару, это не та, о ком я подумал? – спросил светящийся пёс, прижав уши к голове и опустив хвост. – Но ведь этого не может быть… Хоранги мертва.

Прозрачный мерцающий тигр приподнял голову чуть повыше:

– Почти, но не совсем, щенок. – За этим последовал сухой отрывистый звук – то ли смех, то ли кашель. Свечение тигра стало похоже на дрожание свечи.

Круг взорвался радостными и изумлёнными возгласами. Все заговорили одновременно:

– О Наставница!

– Правда! Это правда!

– Как же… что же с вами тогда случилось?

– Когда вы узнали, что она жива?

– Почему не сказали нам раньше?

– Сильные боги… это она, Тигрица!

Нэзу сделал им знак замолчать.

– Где вы сейчас, Наставница? – спросил он. – Усаги сказала, что Зеркало показало вас во дворце. Вы в тюрьме – в Солнечной Короне?

– Не знаю точно, где я нахожусь, – пробормотал тигр, закрывая глаза. – Если честно, я даже не всегда сознаю, кто я. Хорошо, что вы застали меня в сознании.

Светящаяся обезьяна потянулась к тигру, словно хотела его обнять.

– Мы все считали вас погибшей. Теперь немедленно отправимся к вам на помощь.

– Я позабочусь о себе сама, – устало произнесла Тигрица. – Ни к чему вам беспокоиться о старой вояке, которая уже давно ни на что не годится. Ваше дело – найти Сокровища! Они не должны достаться Друку.

Пёс приподнял уши и слегка пошевелил хвостом:

– Флейта Танцующих Снов уже в безопасности, Наставница.

– Радостно это слышать, – тигр удовлетворённо фыркнул, и хвост у него засветился. – Продолжайте, пока не найдутся все двенадцать. Я сделала всё, что могла, чтобы Друк не смог восстановить Ожерелье Земли и Неба – спрятала нефритовую бусину в надёжном месте.

– Я думал, вы проглотили её, Наставница, – удивился Нэзу.

– Может, да – а может, нет, – Тигрица засмеялась своим кашляющим смехом. – Главное, что Друк её не нашёл. И как бы он ни бесился, я никогда не открою ему, где она.

– Но… где она? – спросила Усаги.

– Точно не скажу. Когда я пришла в себя после нашего поединка, то первым делом позаботилась о том, чтобы спрятать Бусину. Теперь она глубоко под землёй. Но я уже не помню, в какой из темниц, потому что они бросали меня из одной в другую. – Тигрица вздохнула. – Если Зеркало показывает меня во дворце, значит, и бусина должна быть где-то здесь.

– Мы должны найти её прежде Синего Дракона, – сказал Нэзу. – И остальные Сокровища тоже.

– Да. Больше я ничего у вас не прошу, – едва продолжая светиться, Тигрица положила голову на лапы. – Найдите Сокровища – и спасите Мидагу.

– Подождите! – крикнула Усаги, заметив, что очертания Тигрицы начинают расплываться. – Как там с вами обращаются? Как вас найти? Мы должны освободить вас! – В этот раз Тигрица явилась им совсем слабой – казалось, ей стоило огромных усилий оставаться в сознании и говорить с ними через свою духовную оболочку.

– Не беспокойтесь обо мне – и не пытайтесь искать, – фыркнула она. – Это ненужный риск. – Зелёные глаза снова смотрели на них. – Не падайте духом, ребятки. Помните, что я вам сказала. Дело прежде всего.

Тигрица растаяла в воздухе – два светящихся зелёных круга исчезли последними.

Глава 8

Неожиданный танец

Потрясённые, они стояли под сенью поющего бамбука и молчали. Даже духовные оболочки Сару и Ину оставались неподвижными и немыми, продолжая светиться наподобие фонарей-животных, выстроенных в ряд тут же поблизости. Наконец обезьяна заговорила.

– Звёзды! Как в это поверить – Тигрица жива! Только что отыскалась Флейта Поющих Снов – и вот ещё одно чудо.

Нэзу широко улыбнулся:

– Духи Двенадцати послали нам двойное благословение.

Вблизи послышалось разгорячённое дыхание зверя, и они увидели несущегося рысью через весь двор дымчатого леопарда. Ворвавшись в Круг Призыва, он стал искать вокруг глазами и жадно принюхиваться. Потом, обойдя весь круг, растерянно остановился. Уши и хвост у него повисли.

– Бедный Кумо, – произнесла Тора. – Я знаю, ты слышал голос Тигрицы. Мне очень жаль, дружище, но она не смогла остаться.

Издав горестный стон, дымчатый леопард побрёл прочь и скрылся за Большим Залом. Нэзу проводил его сочувственным взглядом.

– Что будем делать? – обратился он ко всем. – Мы не можем бросить Тигрицу, где бы она сейчас ни находилась.

– Конечно, не можем, – кивнул в ответ светящийся пёс. – Но, думаю, вначале нам следует исполнить её волю и найти оставшиеся Сокровища.

Образ Тигрицы, измождённой, беспомощной, со связанными руками, снова встал перед глазами Усаги.

– Вы только что видели её – у неё едва хватило сил, чтобы явиться перед нами. И я видела её в Зеркале – она совсем слаба. Мы не можем ждать. У нас просто нет времени.

Тора кивнула:

– В Зеркале она выглядела ещё хуже.

– Мы должны спасти её, – голос у Усаги зазвенел.

– И мы сделаем это, – ответила обезьяна. – Но ещё до того, как мы встретили тебя, Усаги, Тигрица поручила нам найти Сокровища. И мы должны завершить начатое – ради неё.

– А что, если она в это время умрёт? – спросила Усаги. – Разве её жизнь не важнее каких-то там… вещей?

Светящийся пёс на мгновение вспыхнул.

– Жизнь её очень важна – так же как её воля. Ты забыла, что воин должен следовать приказам командира? Она права – мы должны опередить Синего Дракона. И вернуть какие-то там вещи – значит спасти королевство и всех его жителей.

Нэзу положил руку ей на плечо.

– Мы найдём Тигрицу, я обещаю. Давай обсудим всё, когда Ину и Сару вернутся. Сейчас мы только задержим их – и больше ничего.

– Ладно, – Усаги неуверенно кивнула, теребя амулет.

– Где вы сейчас? – обратившись к собаке и обезьяне, громко спросил Гору.

Рана бросила на него удивлённый взгляд и слегка толкнула в бок.

– Может, не обязательно так кричать?

– Мы и так хорошо тебя слышим, – сказала светящаяся обезьяна.

Великан Гору смущённо улыбнулся.

– Извините. Я в первый раз участвую в Призыве.

Обезьяна осклабилась, показав ослепительно белые зубы, потом слегка подалась вперёд.

– Мы покинули Танцующие Дюны сегодня утром. Пока ещё – в Жемчужных Песках. На духовной скорости надеемся быть у вас к концу недели.

– Счастливого пути, – сказал Нэзу. – Начинаем ждать.

Светящийся пёс вильнул хвостом.

– Ведите себя хорошо и готовьтесь встречать новое Сокровище.

Светящиеся очертания собаки и обезьяны вспыхнули и исчезли. Усаги ещё какое-то время моргала и щурилась. Тора, Гору и Рана стояли ослеплённые – с разинутыми ртами и выпученными глазами. Глядя на них, Нэзу не смог сдержать усмешки.

– Идёмте, – произнёс он. – Пора заняться делами.

В следующие несколько дней они с новым рвением упражнялись в науке тайных действий и в силовых упражнениях, продолжили возводить препятствия у озера и теперь готовили мишень для стрельбы из лука, попутно обсуждая, где могут быть спрятаны два оставшихся Сокровища.

– Известно, что Кольцо Тумана носил Пом – сорок шестой Воин Тигр, – сказал Нэзу. – Он был одним из любимых преемников Тигрицы. Спеша на подмогу Королю, он и его Наследник попали в ловушку, устроенную воинами-вайянцами на восточной стороне острова. До Облачного Дворца им так и не суждено было добраться.

– А Молот-Кудесник носил с собой Яги, сорок восьмой Воин Баран, – сказала Усаги. – Его Наследником был Тупа.

Гору бросил на землю два больших мешка с соломой.

– Если Тупа был его Наследником, ему должно быть известно, где находится Молот. И не исключено, что он уже до него добрался.

– Сомневаюсь, – сказал Нэзу. – Сразу после войны мы ходили за ним вместе. Тупа поклялся Двенадцатью, что помогал своему Наставнику спрятать его у Восточных Копей. Но наши поиски ни к чему не привели. Видимо, какой-то ориентир был потерян. Тупа страшно переживал из-за той неудачи. – Он сделал знак Гору, чтобы тот подвинул мешки: – Чуть-чуть правее. Отлично. Вы, наверно, помните то нашествие – такой был хаос. И после войны многое изменилось. Даже ландшафты были изуродованы сражениями. И потом Синий Дракон начал расширять Восточные Копи. Всё это, конечно, затрудняло поиски.

Он наклонился над канавой, которую уже почти закончила копать Рана. Получился ров вокруг маленького островка – отвалы были аккуратно притоптаны Гору.

– Прекрасная работа, Змейка!

– Спасибо, – сказала Рана. – По-моему, уже можно пустить воду – тут твой Дар должен пригодиться.

Нэзу усмехнулся и указал на несколько старых кувшинов без ручек.

– Воду будешь носить в них, – сказал он. – Полезное упражнение для рук.

Рана издала разочарованный стон, и Усаги сочувственно ей улыбнулась.

– Я тоже это проходила. Полезно – правда. Вот увидишь, у тебя будет железная хватка. – Рана вздохнула, взяла в обе руки по кувшину и поплелась к озеру.

Тора засмеялась, взяла ещё один кувшин за горлышко и подняла его с земли одними кончиками пальцев.

– Я помогу тебе, Змейка.

Пока Тора и Рана сновали между озером и новой тренировочной площадкой, Усаги присоединилась к Нэзу и Гору, которым предстояло повесить на дереве мишень для лука. Вспрыгнув на плечи Гору, она встала на цыпочки, чтобы дотянуться до верхней ветки и закрепить там верёвку.

– Высоковато. – Тут она вспомнила про свой древесный дар. Не прошло и полминуты, как дерево со скрипом наклонилось и опустило ветку на нужную ей высоту. Когда Усаги заканчивала закреплять узел, до неё донеслись какие-то звуки.

– Они здесь! – воскликнула она, спрыгивая на землю. – Ину и Сару вернулись!

Побросав весь инвентарь, все помчались к святилищу. Сердце у Усаги колотилось – так не терпелось увидеть этот их новый трофей.

Они оказались на главном дворе одновременно с Сару и Ину. Вид у путешественников был очень усталый.

– Смотри-ка ты, обрадовались нам! – улыбнулся всем Ину.

– Сокровищу, – поддразнила его Усаги. – Ну, с возвращением! – Она обнялась с Сару. От той пахло пылью и потом, а одежда и волосы её странно блестели. При ближайшем рассмотрении Усаги поняла, что это мелкие белые песчинки, похожие на кристаллики соли.

– Ты покрыта песком! – воскликнула она.

– До сих пор? – Сару устало вздохнула и попыталась отряхнуть рукава. – Там каждый день были песчаные бури.

– Подожди, дай я попробую! – подскочила к ней Рана и, слегка наморщив лоб, провела руками над Сару и Ину.

Подчиняясь земляному Дару, песок тоненькими струйками ссыпался с них на землю, собравшись в аккуратную горку. Путешественники не могли скрыть своего удивления при виде такого количества песка и облегчённо вздохнули.

Ину взъерошил свои непослушные волосы.

– Вот это я понимаю! Спасибо, Земляная Змея! Надеюсь, мне больше никогда не придётся иметь дело с этим песком.

Усаги наклонилась и зачерпнула горсть песка, дав сверкающим белым песчинкам просыпаться между пальцами.

– Вы притащили с собой целую дюну! Они правда танцевали?

– Дважды в день, как по расписанию, – сказала Сару. – Когда песок начинал двигаться с ветром, трудно было что-нибудь разглядеть и даже устоять на ногах.

– И как же вы нашли Флейту? – спросила Усаги.

– Искать что-нибудь в движущихся песках – та ещё задача, – сказала Сару. – Несколько дней поисков ничего не дали. Наконец нам попался обломок длинного кола, на котором был знак Воина Змеи. Потом, слава богам, Ину учуял другой его конец, скрытый глубоко в песке.

Наследник Воина Собаки тряхнул головой, откидывая волосы с лица.

– Копать пришлось долго. Жаль, с нами не было Раны…

Рана вспыхнула и отвернулась, потом коснулась горки песка кончиком сандалии.

– Можно я возьму себе этот песок?

– Забирай! – засмеялась Сару. – Я, как и Ину, готова заплатить, лишь бы никогда его больше не видеть.

У Раны тут же откуда-то взялось ведро, и стоило ей слегка наклонить его, как песок сам устремился туда. Наблюдать за этим было почти как смотреть на фокусы Нэзу с водой.

– И что ты собираешься с ним делать? – поинтересовалась Тора.

Рана улыбнулась и пожала плечами:

– Ещё не придумала. Но не пропадать же такой красоте.

– Посмотрел бы я на тебя, если бы эта красота попала тебе в глаза! – фыркнул Ину.

Нэзу обнял за плечи его и Сару:

– Вы так и будете обсуждать целый день этот песок или, может, всё-таки позволите взглянуть на ваш трофей?

– Ладно, ладно, – сказал Ину. – Имей терпение.

Он и Сару опустили свои дорожные мешки на деревянный помост. Все встали вокруг и смотрели, как Ину вытащил из торбы чеканный металлический футляр с защёлкой в виде свернувшейся кольцом змеи и, открыв его, извлёк длинный предмет, обёрнутый в старую холстину. Ствол флейты был из отполированного бамбука и заканчивался вырезанной в нём головой шипящей змеи. С боков его украшали изображения Двенадцати Животных Зодиака.

– Её носил с собой Воин Змея, – сказал Ину и, улыбнувшись Ране, добавил: – Надо будет потом научить тебя играть.

Гору дотронулся до Флейты своими толстыми, почти как её ствол, пальцами.

– Вы пробовали играть на ней?

– Пока нет, – ответил Ину. – Вначале нужно было доставить её в Святилище в целости и сохранности.

– И испытывать Сокровища лучше здесь, – добавила Сару.

– Могу попробовать сейчас, – приподняв бровь, предложил Наследник Воина Собаки.

Тора и Рана озабоченно кивнули. Нэзу и Гору тоже выразили своё согласие.

– Я волнуюсь, – сказала Усаги. – Ты только полегче, пожалуйста.

Нэзу кивнул и поднёс Флейту к губам. Потом вдохнул побольше воздуха и начал играть. Первые же звуки, мягкие и протяжные, словно околдовали Усаги. Она почувствовала, как ноги у неё онемели, словно больше не принадлежали телу. Мелодия оказалась той колыбельной, что Ину часто играл им перед сном. Но на этот раз результат был мгновенным. У Усаги потемнело в глазах, и она не заметила, как опустилась на землю.

Очнулась Усаги под звуки весёлой и задорной мелодии. Ноги её как будто сами притоптывали и выделывали разные коленца. Руки тоже двигались в ритме танца. Остальные танцевали вокруг, а Ину самозабвенно играл на Флейте, стоя на деревянном помосте.

– Что произошло? – крикнула она кружившейся рядом Торе.

– Это Сокровище. – Глаза у Торы были круглые. – Кажется, Флейта нас усыпила.

– Но сейчас-то мы уж точно не спим! – Усаги поклонилась Ину, потом остальным, и все они кланялись ей в ответ, продолжая танцевать.

– Эй, что за шутки! – вытаращив глаза, крикнул Нэзу. Ину продолжал играть как ни в чём не бывало, и Нэзу поклонился ещё раз.

– Эй ты там! – закричал он снова. Рана хихикнула, не переставая кружиться.

Танец продолжался, одни фигуры сменялись другими, со всех сторон слышались испуганные восклицания и временами истерический смех.

– Я хочу остановиться и не могу!

– Я уже не чувствую ног!

– Я тоже!

Усаги вдруг вспомнила «ледяной зажим», показанный ей когда-то бывшим Наследником Воина Барана, – как страшно было перестать управлять собой и оказаться во власти кого-то другого. Капля пота стекла ей на глаза, а она только моргала, не имея возможности даже вытереть лицо и танцуя круг за кругом без передышки за руку с Раной.

– Я думаю, хватит, Ину, – бросила она через плечо.

– Никогда не думал, что смогу так отплясывать, – пропыхтел Гору, извиваясь и подпрыгивая. – Но, честно говоря, с меня уже хватит.

Наследник Воина Собаки как будто никого не слышал, и чем дольше он играл, тем беспокойней становилось Усаги. Она уже не раз пыталась окликнуть его. – Ину? Эй, Ину, ты что, не слышишь? – Но весёлая музыка танца только становилась всё быстрей и быстрей.

Усаги охватила паника. Она почувствовала, что терпеть больше не может.

– Ину, ВСЁ! ХВАТИТ! – вырвавшийся из неё крик заглушил звуки танца.

Ину вздрогнул и оторвал взгляд от Флейты. Мелодия резко оборвалась, и все остановились. Усаги почувствовала, что ноги у неё подкашиваются, и повалилась на землю. Остальные тоже оказались на земле и еле дышали.

– Ты совсем опупел, Ину, – простонал Нэзу, растирая онемевшие ноги. – Она же просила тебя – полегче!

Пристыжённый Ину ерошил свои торчащие в разные стороны волосы.

– Прости! Мне казалось, что вам всем весело. Вы же смеялись, разве нет?

– Только вначале, – прорычала Тора, лёжа на спине и не в силах пошевелиться. – То ещё сокровище – эта ваша Флейта.

Усаги приподняла голову и тут же уронила снова. Сердце у неё продолжало бешено колотиться.

Гору положил свою гигантскую руку ей на плечо:

– Ты в порядке?

Ину соскочил с помоста. Вид у него был виноватый и встревоженный. Сару гладила по спине Рану, которую сильно тошнило.

– Я-то ничего, – сухо сказала Усаги. – А вот как Земляная Змея?

Сару посмотрела на Ину с упрёком.

– Попробовал бы сам так покружиться!

– Она оказалась сильней, чем мне казалось раньше. – Ину быстро завернул Флейту и положил её обратно в футляр, закрыв на защёлку в виде свернувшейся змеи. – Убираю. Простите, всё, – не рассчитал.

Нэзу поднялся на ноги – его слегка пошатывало.

– Ладно, после всей этой свистопляски нам нужно будет подкрепиться. Сделаю-ка я рисовой каши, а на запивку пойдёт чай с имбирём и мёдом.

За столом путешественники продолжили рассказ о своём походе.

– Мы думали, в дюнах никого нет, но Ину учуял рядом людей, – сказала Сару. – Мы решили разведать и обнаружили там нескольких подростков с земляными Дарами.

– Да, благодаря земляному Дару они могли спокойно жить рядом с дюнами, – продолжил Ину. – Вырыли себе там глубокий карьер – с такими крепкими стенами, что никакие ветра не страшны.

– Удивительно, – сказала Тора. – Когда закончилась война, Усаги, я и ещё примерно дюжина подростков попробовали жить в укрытии, но кончилось тем, что все попали в руки Ловчих.

– Почти все, – поправила её Усаги. – Я спаслась – благодаря тебе и Сару. И что – вы этих песчаных жителей тоже отвели к Юндже?

Ину покачал головой.

– Мы предложили, но они не захотели. Их там пятеро – все приблизительно нашего возраста. Самый младший – Земляной Бык. Живут у дюн уже несколько лет и ещё ни разу не попадались никому на глаза. – Ину скривился в усмешке. – Суровые ребята – эти Кроты. Когда мы у них появились, готовы были закопать нас заживо.

– Чуть не закидали горячим песком из своих кострищ. – Сару налила себе ещё одну чашку чаю. – Но, благодарение богам, у нас был Огненный Плащ. А когда они поняли, что мы не желаем им зла, сделались очень даже мирными.

– Я бы, наверно, тоже не захотела покинуть дюны, если бы чувствовала там себя в безопасности, – сказала Рана, смакуя маринованную сливу.

– Ты покинула Облачный Дворец, – напомнил ей Гору. – А это, между прочим, крепость.

– Крепость, но не для нашей защиты, – ответила Рана. – Все эти Стражники и Ловчие призваны защищать Короля-дракона. И если случится нападение, то даже младший отряд будет драться на его стороне.

– Если уж мы заговорили о дворце, – вставила Усаги, – не забудьте, что нас ждёт Тигрица. Осталось выйти на след двух последних Сокровищ – потом мы можем идти к ней на помощь. С чего предлагаете начать?

– Тупа всегда уверял нас, что Молот спрятан где-то возле Восточных Копей, – сказал Нэзу. – И искал его вместе с нами, но не нашёл. Это страшно его взбесило. Кто знает, может, именно тогда он решил примкнуть к Синему Дракону.

– Думаю, сейчас найти его будет не легче. Восточные Копи за это время разрослись, и Стражников будет ещё больше, – заметил Нэзу.

– А Кольцо Тумана? – спросила Тора. – Нэзу сказал, что последним его носил Пом, сорок шестой Воин Тигр.

Сару задумчиво вертела в руках чашку.

– В последний раз Пом и его Наследник останавливались в Косогоре – городке, расположенном неподалёку от Королевства Бабочек на восточном побережье острова.

– Королевство Бабочек! – оживилась Рана. – Мама рассказывала мне об этой долине в Провинции Поющего Цветка. Она там родилась.

Гору проглотил последнюю ложку каши и поднял руку.

– Молот вы уже искали и безрезультатно. Поэтому предлагаю начать с Кольца. Да и Королевство Бабочек звучит приятнее, чем Восточные Копи.

– Согласна, – сверкнула клыками Тора. – Я тоже за поход в Косогор.

Предписание: как пользоваться Дальнозорким Зеркалом. В Дальнозоркое Зеркало можно смотреть совсем недолго и только под чьим-нибудь присмотром. Иначе есть опасность забыть о времени и потерять себя.

Гува Третий, девятнадцатый Воин Собака, без конца смотрел в Дальнозоркое Зеркало, забывая про еду и сон, вследствие чего совсем отощал и сделался крайне раздражительным. Потом не мог отложить Зеркало даже на время духовных упражнений. Тогда стало понятно, что Воином Двенадцати он быть уже не может, и Сокровище пришлось у него забрать. А поскольку он этому воспротивился, то был вскоре изгнан с Нефритовой Горы. Настоящее предписание было издано уже после того, как его сменил Наследник, Джинду Первый.

Из Компендиум последствий, Том 1 «Двенадцать Сокровищ», глава «Металл»

Глава 9

Яд и видения

Усаги проснулась от того, что рядом что-то скрипело и хлопало. Она приподняла голову и прищурилась, вглядываясь в темноту. В длинной спальной комнате было тихо, если не считать похрапывания и сопения, доносившихся из спальных мешков. Скрип. Бух. Одна из деревянных ставень раскачивалась на ветру, ударяясь об оконную раму. Усаги с неохотой поднялась и пошла, чтобы её закрыть. Выглянув в окно, она замерла от неожиданности.

Через двор в сопровождении дымчатого леопарда бесшумно двигалась Тора. Луна уже потихоньку начинала клониться к горизонту, что означало час Тигра. Что она делает там ночью, куда идёт?

Усаги обошла храпящего великана Гору, прошмыгнула мимо свернувшейся комочком и посвистывающей во сне Раны и на цыпочках вышла.

Когда она оказалась во дворе, там уже никого не было. Но сквозь мелодичные вздохи Поющего Бамбука до Усаги доносилось сопение Кумо, приведшее её к открытым дверям Большого Зала. Проскользнув внутрь, она разглядела в полумраке Тору. Та стояла возле сундука с Сокровищами, и дымчатый леопард растянулся возле её ног. Заметив Усаги, Кумо фыркнул, как большая кошка.

– Смотришь в Дальнозоркое Зеркало?

Тора вздрогнула, ссутулилась и виновато посмотрела на Усаги. В руках у неё и вправду было Зеркало.

– Мне по-прежнему снятся эти странные сны. Подумала, может, Зеркало что-нибудь объяснит, – сказала она, сверкнув своими острыми зубами.

Усаги вздохнула.

– Опять про отца? – тихо спросила она.

– Может быть… – Тора пожала плечами. – Я чувствую, что что-то происходит. И не могу об этом не думать. – Она сжала зубы. – Не смотри на меня так. Без меня вы бы так и не узнали, что Тигрица жива.

– Про Тигрицу мы узнали случайно, – сказала Усаги.

Тора упёрла руки в бока.

– Ну и что? Да, я не предполагала… и всё же первой узнала, что она не погибла. – Она начала ходить взад и вперёд. – Я по-прежнему вижу моих родных во сне, и однажды Зеркало показало мне нечто такое, что может касаться моего отца. Не успокоюсь, пока не пойму, что это значит. – Она снова посмотрела на блестящий диск у себя в ладони. – И вообще, почему бы нам не пользоваться Зеркалом постоянно? Столько всего можно увидеть. Можно исследовать весь мир.

– Понятно почему, – сказала Усаги. – Потом ты не сможешь от него оторваться. Часто нельзя, и нужно, чтобы кто-нибудь был рядом, чтобы остановить, если увлечёшься.

– Я могу остановиться в любой момент. – Тора положила Зеркало назад в сундук и с шумом задвинула ящик. – Пошли, Кумо. – Дымчатый леопард потянулся, зевнул и вышел из Зала вслед за ней.

Усаги стояла возле сундука, задумавшись. Могло ли Зеркало показать Торе её отца, пропавшего столько лет назад? Трудно поверить, но ведь Тигрицу они тоже не надеялись увидеть живой. Усаги решила заглянуть в Зеркало сама. Как-никак она была Наследником Воина и уже не раз им пользовалась. И она-то умеет владеть собой.

Усаги быстро вытащила из ящика мерцающий диск и заглянула в него, пытаясь оживить свои туманные воспоминания и представить отца Торы. Ей было семь лет, а Торе восемь, когда нагрянувшие захватчики стали хватать всех взрослых, обладавших Дарами. Он работал кузнецом у них в городе, и отец Усаги часто носил к нему свои инструменты на починку или заточку. Четверо старших братьев Торы, тоже обладавших металлическим даром, работали рядом с ним в кузне. Усаги вспомнила, как там было жарко…

Отражение в Зеркале исчезло, и вместо него появилась выгоревшая кузница с развалившейся печью.

– Нет, нет, нет, – нетерпеливо пробормотала она. Ей нужно было увидеть самого кузнеца, но память подсказывала, как она пришла к нему с отцом (тот принёс свёрла и пилы, завёрнутые в кусок кожи) и убежала от него играть с Торой. Зеркало затуманилось и потом показало вернувшуюся в спальню Тору и лежащего у её ног Кумо.

Муть и слякоть! Ничего у неё не получилось. А может, это было всё, что осталось от кузницы и от кузнеца. Она продолжала вертеть Зеркало между пальцев, борясь со своим прежним искушением. Так давно не просила показать Уму! После того как сестра решила остаться в Академии Синего Дракона, Усаги месяцами не заглядывала в Зеркало, боясь увидеть, в кого она там превратилась. Если попробовать сейчас…

Ещё с минуту Усаги колебалась, потом вернула Зеркало на место. Нет, сейчас она была не готова. Торе, наверно, просто показалось… потому что она убедила себя, что отец жив. А она, Усаги, даже сестру боится увидеть, не то что спросить Зеркало о родителях. Скорее всего оно покажет огромный курган, где те похоронены вместе с сотнями других жителей Мидаги…

Когда Усаги проснулась на следующее утро, Торы нигде не было видно. Она быстро съела свой завтрак, заглотив кусок тыквенного пирога и отхлебнув из чашки ароматного чаю. Ину и Рана нашлись в Большом Зале – они были заняты приготовлениями к новому походу. Рана сидела на матах возле стены с оружием и раскладывала по кучкам металлические наконечники для стрел – треугольные, ромбовидные, в форме пик и кинжалов.

– Какие из них будут с ядом, Ину? – спросила она.

Наследник Воина Собаки полировал в это время бамбуковое древко стрелы. Оторвавшись от работы, он окинул взглядом все разложенные наконечники.

– Дальнобойные треугольнички.

Пока Усаги помогала Ину с древками, Рана аккуратно сплюнула яд в небольшое блюдце и начала обмакивать в него треугольные наконечники. Во время пребывания на Нефритовой Горе она внезапно открыла в себе этот змеиный Дар (так Усаги однажды обнаружила свой древесный) – но открытие было не самым приятным.

Во время Праздника Середины Осени Гору проглотил все остававшиеся лунные пряники, и Рана решила поделиться с подругами своим. Когда Усаги и Тора откусили по кусочку от её пряника, их вначале вырвало, а потом как будто парализовало. Хорошо, Ларец Целителя оказался рядом. Сперва никто не понял причины, но после нескольких таких случаев, когда щедрость Раны оканчивалась для кого-то неприятными последствиями, догадались.

Теперь Рана ела из отдельной посуды и едой ни с кем не делилась. Все понимали, что со временем, по мере развития способностей, яд её может стать смертельным. Поначалу она расплакалась. – Это не Дар. Больше похоже на проклятие. – Но вскоре Дару змеи нашлось подходящее применение.

В прошлом походе Сару и Ину испытали отравленные ею металлические лезвия: яд пока был не очень сильным, но, чтобы временно обездвижить противника, годился. И это было лучше, чем долго готовить его самим, смешивая разные ингредиенты.

Рана разложила наконечники сохнуть на подносе, потом отдала Ину.

– Спасибо, Змейка, – улыбнулся он.

Рана кивнула и, гордая собой, побежала искать остальных Наследничков.

Ину приподнял один из наконечников с помощью палочек для еды и внимательно осмотрел его. Потом взглянул на Усаги.

– Не поможешь? – Он опустил основание наконечника в блюдце с клеем перед тем, как прикрепить его к бамбуковому древку.

Усаги оглядела отравленные треугольники. Однажды испытав на себе действие этого яда, она не спешила иметь с ним дело снова. Глупости! Разве может она, Наследник, чего-то бояться? И Ларец рядом. Усаги уже не раз благодарила богов за то, что сподобилась захватить эту волшебную аптечку перед побегом из обители Синего Дракона. Ларец выручал их, помогая при отравлениях, зимних простудах, мелких ранениях и… болезни роста, когда Гору вымахал сразу на три головы и стал в полтора раза шире, чем был.

Она взяла древко и пару палочек и подошла к Ину. Повторяя его движения, подцепляла палочками наконечник, макала его в блюдце с клеем и закрепляла в полом древке стрелы. Ину дал ей тряпочку – вытирать избыток клея. За работой Усаги так и подмывало поделиться с Ину своими опасениями насчёт Торы.

– Как ты думаешь, если очень чего-то хочешь, это может произойти на самом деле? Или мечтать – значит убегать от действительности?

Наследник Воина Собаки повертел стрелу в руке.

– Тигрица любила говорить: «Чем только молить богов о рыбе, попробуй сплести сеть». Если ты чего-нибудь хочешь – ты действуешь. Потому что никто не получает всё, чего захочет, – он язвительно улыбнулся. – Даже Синий Дракон. А почему ты спросила?

Она рассказала ему про сны Торы, про Зеркало, про её предположения…

– Честно говоря, я немного за неё беспокоюсь.

– Хм. – Он стряхнул с глаз упрямый локон. – Знаешь, перед самым походом в Крыло Крачки Тора рассказала мне, что видела во сне Перо Правды, летящее по воздуху. Тогда мы только пожали плечами, но теперь-то ведь не скажешь, что сон не сбылся. Что если с момента появления на Нефритовой Горе её тигриное зрение стало острее?

Усаги перестала стирать клей с древка.

– Острее? Ты хочешь сказать, что она может видеть не только в темноте, но и в будущем?

– Возможно. – Ину взял стрелу из её рук, проверил, потом вставил наконечник покрепче в древко и отложил сушиться с другими стрелами. – Это редкий дар, но раньше встречались Воины с Даром предвидения.

Усаги задумчиво теребила кроличий амулет. Если Тора действительно может заглядывать в будущее… Значит ли это, что она могла бы предсказать, что с ними станет дальше? А если это что-то плохое? Не лучше ли было бы этого не знать?

Каао…

Као као, као као…

Усаги вскинула голову.

– Откуда здесь могут быть… – Она высунулась наружу и посмотрела на небо.

– Что-то слышишь? – спросил Ину.

– Птица, которой здесь быть не должно.

Ину озадаченно почесал затылок и принюхался.

– Рыбный запах. Птица морская. Неужели?..

Чёрно-белая чайка появилась в небе и грациозно парила над ними. Усаги помахала ей рукой, и та сделала приветственный круг над двором и спланировала на деревянный помост. Потом захлопала крыльями, посмотрела на Усаги своим внимательным глазом и слегка поджала одну ногу, к которой был привязан маленький свиток.

– Ты, кажется, Нэко! Или Наби? – она пожала плечами. – Прости, птица. – Она отцепила свиток и начала его разворачивать.

– Кто? – спросил Ину, изумлённо уставившись на чайку.

Усаги рассмеялась.

– Помнишь девочку из Крыла Крачки, которую мы отвели к Юндже? Ну, которая Огненный Петух. У неё были две ручные чайки, и это одна из них. – Усаги развернула свиток и улыбнулась. – Это Нэко с посланием от Юнджи. Он пишет, что у Джи всё хорошо, что все они сейчас заняты одним очень интересным делом и хотят, чтобы мы их навестили.

– Чудеса в решете, – пробормотал Ину. – Кого-кого, а чаек в Святилище отродясь не видели.

Усаги протянула руку и осторожно погладила чайку по спине.

– Думаю, сможет ли Нэко доставить наш ответ.

– Почему бы не попробовать, – сказал Ину, вытаскивая из-за пояса листок бумаги и карандаш. – Что хочешь ответить?

Усаги закусила губу и задумалась.

– Давай напишем, что постараемся навестить их, как только сможем. Так они сразу поймут, что Нэко доставила письмо по назначению, – она улыбнулась птице. – Чайка даст сто очков вперёд почтовым голубям Короля-дракона.

Ину свернул листок в трубочку и протянул Усаги. – Чайки намного крупнее, это уж точно. А представь, если их целая стая.

– Жаль никто из нас не говорит на птичьем. Твой собачий чайка вряд ли поймёт, – заметила Усаги, привязывая записку к ноге птицы. Нэзу только фыркнул в ответ. – Ты, наверно, устала, Нэко? – проворковала она. – Там за деревьями есть озеро, в котором полно рыбы. Найдёшь?

Чайка сделала несколько шагов по деревянному настилу, вытянула ногу с привязанным письмом, как будто проверяя, всё ли в порядке, потом поднялась в воздух, сделала над ними круг и полетела в направлении озера.

– Кажется, она отлично тебя поняла, – сказал Ину. – Или сама почуяла воду.

– Пойду поищу Тору – она будет счастлива получить весточку от Джи, – сказала Усаги, сворачивая свиток.

Она не видела Тору всё это утро и теперь внимательно смотрела по сторонам и прислушивалась. За деревьями, окружавшими Святилище, раздавались голоса Гору и Нэзу – они доделывали тренировочную площадку у озера.

– Интересно, – говорил Гору, – что может делать чайка на Нефритовой Горе?

Усаги улыбнулась, подумав, какой их ожидает сюрприз. Потом она услышала, как Сару и Ину разговаривали во дворе, и он рассказал ей о послании Юнджи.

«Может быть, выберемся к ним как-нибудь», – мечтательно произнесла Сару.

«Как добудем Сокровища, так сразу, – согласился Ину. – Очень интересно, как они там развивают свои Дары».

Усаги вспомнила, что он недавно говорил о Торе. Может быть, это новое зрение дало подруге такую уверенность в том, что её отец жив?

Что, если Тора права? Но тогда и отец Усаги мог оказаться живым. Усаги не позволяла себе думать об этом. Да и некогда было: то нужно готовиться к походу, то искать Сокровища, то Наследничкам помогать. Мысль о том, что родители могут быть живы, оставалась запертой в каком-то дальнем уголке её сердца. Если повернуть ключ и открыть дверь, выйдет наружу и овладеет ею целиком, и тогда…

Усаги почти приблизилась к Древу Стихий, древнему кипарису, росшему в гроте неподалёку от Святилища. До неё доносились рёв и потрескивание негасимого огня и плеск бьющего из скалы источника. Она остановилась, уловив ещё один звук – похожее на шёпот дыхание двух человек.

Усаги ускорила шаг и, ступив под каменный свод, увидела Тору и Рану, сидевших под деревом у огненного источника. Наклонившийся и перекрученный ствол кипариса, с шишками вросшего в него железного камня, был подпёрт крепким бревном и походил на древнего старика, опёршегося на посох. Девочки сидели, поджав под себя ноги и сложив руки на коленях, и глаза у них были закрыты. Это их обычное духовное упражнение для приведения мыслей в порядок. Усаги показалось неправильным прерывать его – она неслышно пристроилась рядом с ними и тоже закрыла глаза. Сосчитала до шести на вдохе, потом на выдохе… Продолжая, почувствовала, как ум успокаивается, тревога уходит. Тора разберётся со своими снами и видениями. И она, Усаги, если её родители живы, найдёт способ им помочь. И сестре тоже. Она никого не забыла. Слова Тигрицы, произнесённые знакомым скрипучим голосом, снова звучали у неё в ушах: «Не давай сомнению становиться на твоём пути. Возьми верный курс – тогда время и провидение приведут твою лодку к цели».

Она открыла глаза. Тора и Рана стояли над ней и улыбались. Она улыбнулась в ответ – значит, Тора больше не сердится.

– У меня хорошая новость. Джи прислала письмо с одной из своих чаек. – Усаги протянула подруге свиток. – У неё всё в порядке.

– Добрые боги! Как я рада. – Тора взяла свиток и прочла его.

– Ты здесь с самого утра? – спросила Усаги.

Тора покачала головой.

– Вначале я была в библиотеке, – сказала она, возвращая письмо. – Просматривала Компендиум Даров и Способностей – не говорится ли там что-нибудь про сны и видения.

– Я советовалась с Ину, – сказала Усаги. – Он считает, что это новое проявление твоих тигриных способностей.

– Правда? – обрадовалась Тора. – В Компендиуме тоже говорилось, что тигриное зрение может включать в себя способность видеть будущее.

– Как здорово! – уложив вокруг головы размотавшуюся косу, воскликнула Рана. – Если ты будешь предупреждать нас, мы всегда будем готовы лучше, чем наши враги. Представляешь, никто не сможет застать нас врасплох!

– Я не знаю наверняка, правильно ли то, что я вижу, – сказала Тора. – И потом, что плохого в неожиданностях? – Она встала, положив руку на ствол кипариса, и вдруг застыла на месте. Почувствовала, что ноги подкашиваются, и без сознания опустилась на землю. Рана вскрикнула, заметив, что янтарные глаза её сделались белыми.

– Тора? Тора! – Усаги схватила её руку, пытаясь оторвать от дерева, но рука словно приросла к стволу. То ли Тора вцепилась в дерево, то ли это оно не отпускало её. Раньше Усаги уже пробовала общаться с Древом Стихий, и ничего из этого не получалось. Но сейчас у неё не было другого выхода. По-прежнему держа за руку Тору, она прикоснулась свободной рукой к стволу и попыталась нащупать пульс дерева. Прошу тебя, попросила она, отпусти, пожалуйста, мою подругу.

– Что же делать? – В отчаянии Рана стала трясти и тормошить Тору. – Очнись! – Она опустила руку в источник, стараясь не обжечься вырывавшимся из скалы пламенем, и обрызгала лицо Торы.

– Подожди, дай я поговорю с деревом, – остановила её Усаги.

Обычно она сразу чувствовала живые токи деревьев, но сейчас ей это не удавалось. Наконец она ощутила еле уловимую вибрацию и всем сердцем взмолилась: Пожалуйста, отпусти её. Это Наследница Воина Тигра.

Раздался шершавый вздох, потом скрипучий стон, и от ствола отвалился небольшой нарост железного камня. Задев Усаги, он упал прямо на лежащую Тору. Рука её отделилась от ствола, глаза заморгали, и к ним вернулся их обычный цвет и выражение.

– Что… что случилось? – спросила она. Рана помогла ей сесть и вытерла мокрое лицо.

Усаги подобрала упавший на землю камень.

– Ты как будто отключилась, когда коснулась дерева. И оказалась словно прикованной к нему. Я попросила у дерева помощи, оно уронило этот железный камень – и ты пришла в себя.

Камень лежал у неё в ладони – шершавый, с красными, золотыми и чёрными прожилками. Усаги чувствовала его почти живое тепло.

Тора прикоснулась к нему дрожащими пальцами.

– Я что-то видела. Не то… о чём мы говорили, – она бросила взгляд на Рану. – Это имеет отношение к Кольцу Тумана. Не знаю, как это объяснить, но я видела огромную бабочку, и она охраняла кольцо.

Усаги задумалась.

– Мы собрались в Лесогор на поиски Кольца. И обсуждали, что это недалеко от Королевства Бабочек. Может быть, поэтому…

Тора с сомнением покачала головой. Потом закусила губу и задумчиво посмотрела на древний кипарис.

– Насчёт неожиданностей, беру свои слова обратно.

Глава 10

Королевство Бабочек

– Что ж, поохотимся, пожалуй! – пророкотал впереди Гору. Деревья вокруг тряслись и качались. Тора рассмеялась и устремилась за ним. Заплечный мешок запрыгал у неё за спиной. Они перешли на духовную скорость и быстро исчезли из виду.

Ину повёл бровью в сторону Усаги.

– Ты говорила, что пока нас с Сару не было, вы тренировались в науке скрытности.

– Да, – усмехнулась Усаги. – Но я не говорила, что у всех получалось. – Она с трудом сдерживала смех. – Если так пойдёт, он поставит на уши весь Лесогор.

Вот уже две недели, как они отправились на поиски двух оставшихся Сокровищ Двенадцати. И только что оставили городок, где последний Воин Тигр и его Наследник сразились когда-то в неравном бою с целым батальоном завоевателей из Вайянского королевства. Местами Лесогор до сих пор ещё лежал в руинах. Часть воинов-вайянцев осталась на службе у Короля-дракона – охранять порядок в Провинции Поющего Цветка, некогда славившейся своими бальзамами и благовониями.

Переодевшись в работников из соседней деревни, Ину и Тора осторожно расспрашивали жителей в городе, а Усаги пыталась разузнать что-нибудь о Кольце, пользуясь своим Кроличьим слухом. От Стражи они старались держаться подальше. Великан Гору, конечно, не мог не привлекать внимание, но горожане сразу прониклись к нему симпатией, потому что он всегда готов был помочь – что-то поднести, укрепить, построить, загнать в хлев разбежавшихся коз…

За это они стали предупреждать его всякий раз, когда ждали патрульных. И иногда делились с ним тем, что знали.

– Все говорят, что за последние семь лет никому не удавалось попасть в Королевство Бабочек, – рассказал он. – Уверяют, что в долине обитают тени умерших и что души умерших превратились в бабочек. – Гору недоверчиво хихикнул. – Ещё что эти призраки нападают на всякого, кто пытается войти в долину. Ну не бред ли?

– Похоже, нас просто предостерегают, – сказала Тора. – Сомневаюсь, чтоб это были действительно призраки умерших, но… В Святилище мне привиделось, что огромная бабочка охраняла кольцо.

Усаги кивнула:

– Может быть, в этом что-то есть.

Они незаметно покинули Лесогор и направились к рифтовой долине, пересекавшей юго-восточную часть острова и известной тем, что там водилось множество разных насекомых – мотыльков, светлячков и особенно бабочек всех форм и размеров, от которых и произошло её название.

Хотя Королевство Бабочек находилось далековато от населённых мест (в часе верховой езды даже от ближайшего – Лесогора), но до войны сюда стекалось много народу, и дорога тогда была наезженной и оживлённой. Когда город исчез из виду, Гору перешёл на духовную скорость, Тора – за ним. Вскоре к ним присоединились и Ину с Усаги.

Когда тропа потонула в диких зарослях, они перешли на шаг. Пробираясь сквозь кустарники и цепкие лозы дикого винограда, Усаги увидела крутые рифтовые стены, между которыми протянулась широкая полоса долины. Теперь вокруг, куда ни посмотришь, всё было в движении.

Деревья и кусты, казалось, танцевали с трепещущими ветерками и жемчужными бликами, мимо, как цветочные лепестки, проносились жёлтые и фиолетовые облачка, а в ушах стоял отражённый каменными стенами стрекот цикад.

– Вот это да, – хохотнул Гору: дюжина кремовых бабочек опустились на его большую бритую макушку. Со стороны их можно было принять за пульсирующий головной убор из пёрышек. – Если это нападение, то какое-то щекотное. – Он осторожно провёл ладонью по голове, освобождаясь от них.

Тора смотрела по сторонам как заворожённая.

– В жизни не видела такой красоты, – сказала она, коснувшись руки Усаги.

Усаги сжала её руку в ответ. Она чувствовала внутри необыкновенную лёгкость. Всё здесь было так волшебно! Если бы её сестра могла это видеть. Маленькая Ума любила ловить бабочек. Позже, открыв в себе лошадиную скорость, она почти перестала их замечать. А там, у Короля-дракона, наверно, очерствела так, что и вовсе не обратила бы на них внимания.

Усаги повернулась к Ину.

– Я только читала о Кольце Тумана и смотрела рисунки, а ты видел его на руке у Воина. Расскажи, что мы ищем.

– С тех пор несколько лет уже прошло, – сказал Ину, взъерошив себе волосы и спугнув случайную бабочку. – В середине у него большущий янтарь в перламутровой оправе. А само кольцо, насколько я помню, сделано из черепашьего панциря. – Он посмотрел на кольцо лучника, которое носил на большом пальце. – Намного больше этого. Когда я позволял себе какую-нибудь выходку во время занятий с Мастером Помом, то нередко получал от него щелчок этим «колечком».

Тора хихикнула.

– В Академии Дракона тоже показывали его изображения. Хотели, чтобы мы запомнили, как оно выглядит и на что годится. Но о щелчках строптивым Наследникам в инструкции ничего не говорилось.

– Сорок шестой Воин Тигр с нами не церемонился, – горьковато усмехнулся Ину. – Таким же строгим был, как Тигрица.

Усаги окинула взглядом убегающую вдаль долину с её пёстрыми лугами, деревьями и кустарниками. Солнце уже клонилось к горизонту. Ещё немного, и наступят сумерки.

– Каким бы большим оно ни было, я не представляю, как его можно здесь найти. Долина-то вон какая огромная.

– Смотрите там, где больше бабочек, – серьёзно сказала Тора. – Так было в том моём видении у Древа Стихий.

При упоминании о священном дереве Усаги сунула руку в карман и прикоснулась к шершавой поверхности железного камня. Она сама толком не знала, зачем прихватила его с собой – он казался кусочком Нефритовой Горы, почти талисманом.

Гору рассмеялся. Бабочки снова облепили его макушку и плечи подобно живой накидке.

– Больше, чем здесь? – Он вскинул голову и плечи, и бабочки разлетелись.

– Если оно действительно где-то здесь, то мы его отыщем – с моим чутьём, слухом Усаги и зрением Торы, – сказал Ину. – Будем искать до темноты. Если не найдём, начнём с утра по новой.

На лице Торы выразилась досада.

– Если бы мы захватили с собой Дальнозоркое Зеркало, то могли бы найти Кольцо прямо сейчас, – буркнула она Усаги.

– Хорошо, что мы взяли не Зеркало, а Ларец. Иначе ты бы уже опять прилипла к нему носом, – скривилась Усаги. – Это твой магнит. И потом, оно всё равно не дало бы нам карту, ты же знаешь. То, что оно показывает, надо ещё разобрать и понять.

Они двинулись дальше. Тропа потонула в обступивших её деревьях, ветви смыкались над головой, образуя тенистый свод. С них гроздьями свисали бабочки: некоторых можно было принять за жёлто-зелёную листву, другие выглядели яркими разноцветными лоскутками. Были и тускло-коричневые, похожие на мёртвые листья, но, раскрываясь, они полыхали пурпуром. Воздух был полон ароматом цветов и трав, к которому примешивался острый запах прелой листвы. Старшие, Ину и Усаги, по очереди сворачивали с тропы, исследуя окрестность. Усаги нашла вьющийся вдоль тропы ручеёк, и они пополнили запас воды в своих дорожных флягах.

Солнце почти зашло. В синем свете сумерек бабочки облепили все ветки и листья, готовясь ко сну. В воздухе и в кронах деревьев замигали зеленоватые огоньки – созвездия светлячков. Эта долина была совсем не страшной – она выглядела чудесной.

– Кому могло прийти в голову, что эти бабочки – духи мёртвых, – подумала вслух Тора.

– Пора бы и нам отдохнуть, – предложил Ину. Усаги кивнула. Место казалось идеальным для ночлега. Деревья защищали от летнего зноя и от вечерней прохлады, светлячки дарили уютный свет. Они устроили стоянку и разложили спальные мешки.

Усаги растянулась на своём мешке и смотрела на светлячков и кусочек неба между ветвями. Гору захрапел. Вскоре к нему присоединился и Ину. Она уже начинала проваливаться в сон, когда её окликнула Тора. Усаги приоткрыла один глаз.

– Что там?

– Я вижу странный свет в небе, – сказала Тора.

Усаги быстро вскочила.

– Где?

– Лучше будет выйти из-под деревьев.

Они покинули стоянку, где уже крепко спали Ину и Гору, и вышли на открытое место.

– Похоже на огонь, – Тора показала рукой на небо.

Оно было почти чёрным с белыми крупицами звёзд. Месяц казался серебристым когтем, что вцепился в этот шёлковый полог и вот-вот порвёт его пополам. Усаги посмотрела, куда показывала Тора, и увидела мерцающий свет. Он был ближе любой звезды и напоминал пляшущее пятнышко. Неужели то, о чём их предупреждали жители Лесогора?

– Что это? – спросила Усаги. – Я вижу, но очень смутно.

Янтарные глаза Торы сделались двумя узкими щёлками.

– Похоже на фонарь. Только он ни к чему не подвешен – просто плывёт в воздухе. И кажется, на нём что-то написано.

– Небесный фонарь! – Усаги читала о них в библиотеке Святилища. В старые времена, когда ещё не было Двенадцати, племена Мидаги постоянно враждовали между собой. Для обмена сообщениями они пользовались небесными фонарями и нагорными факелами. Но то было уже несколько столетий назад. – Как думаешь, откуда он тут взялся? Может быть, из Лесогора?

– Кто знает – город отсюда далеко.

– Может быть, это имеет отношение к духам мёртвых, – пошутила Усаги. И всё же ей было как-то не по себе.

Тора только фыркнула. С минуту ещё смотрела на светящееся пятно, потом повернула к лагерю. – Попробую-ка я его подстрелить.

Усаги поспешила за ней.

– Ты хорошо подумала? А если тебя схватят те, кто его послал? А если ты промахнёшься?

– Во-первых, я не промахнусь, – бросила через плечо Тора. – Во-вторых, не схватят – есть духовная скорость. К тому же, по-моему, кроме нас, в долине никого нет. Глянь на эту тропу – здесь сто лет никто не ходил. Ину не обидится, если я воспользуюсь его луком.

– Я не уверена, что он одобрит эту твою забаву.

– Забаву? – огрызнулась Тора. – Я стреляю не хуже его. Он не стал бы возражать. Если не хочешь, я пойду сама.

– Думаешь, я отпущу тебя одну?

– Нет, не думаю, – сверкнула зубами Тора. – Иначе зачем бы я тебя разбудила?

Они неслышно вернулись в лагерь, и Тора осторожно достала из мешка Ину его лук и колчан, а Усаги на всякий случай прихватила свой посох со спрятанным в нём мечом. Гору и Ину по-прежнему похрапывали в своих мешках, когда они покинули стоянку и, включив духовную скорость, понеслись в направлении этого таинственного света, горевшего как сигнальный огонь на башне маяка.

Они остановились поблизости от холмов, оставив лагерь далеко позади. Теперь фонарь был в точности у них над головой. И хотя он висел высоко в воздухе, Усаги слышала, как шипит горящий в его основании огонь.

– Ну, что теперь? – спросила она.

Тора посмотрела на качающийся в воздухе фонарь, натянула тетиву, прицелилась и выстрелила.

Стрела взвилась в темноту и пронзила насквозь хрупкие бумажные стенки фонаря. Он дёрнулся в сторону, сложился и занялся пламенем – тем самым, что ещё секунду назад удерживало его в воздухе.

– Горит! – Усаги поспешила закрыть рот ладонью, чтобы никто не услышал. Горящий шар, только что бывший фонарём, стремительно падал прямо на них. Они взвизгнули и отскочили в сторону. Полыхающий бамбуковый каркас развалился в воздухе и со страшным треском рухнул на землю.

Тора вздохнула.

– Эх, я не думала, что… – Она подошла ближе. Огонь сжался, но продолжал сыпать искрами на обугленные остатки каркаса. Вся бумага сгорела дотла.

– Ты смогла прочесть, что там было написано, перед тем как выстрелила? – спросила Усаги.

– Почти нет, – подобрав обугленный обломок бамбука, ответила Тора. – Что-то про желание или молитву…

Она огляделась вокруг.

– Интересно, откуда он мог тут взяться.

Усаги теребила свой амулет, старательно прислушиваясь. Ночной воздух оставался неподвижным, и обычный слух не смог бы уловить в нём ни звука. Но она слышала, как работают жвалами и перебирают ножками насекомые, как летают совы, порхают ночные мотыльки и шуршат в своих норках бурундуки и суслики. Вдалеке она различала храп Гору и сопение Ину. Хорошо ещё, что они не проснулись.

И вдруг… Этот звук, напоминавший разве что частое сердцебиение, был ей не знаком. Он доносился откуда-то из глубины долины и как будто бы звал её.

– Я слышу странный звук. Думаю, надо пойти посмотреть, что там такое.

– Веди, – озадаченно отозвалась Тора.

С минуту Усаги колебалась. Может быть, стоит дождаться утра и пойти всем вместе? Так было бы безопаснее. Но незнакомый звук словно притягивал её. И кто знает, подумала она, может, потом он исчезнет.

Тора улыбнулась:

– Не волнуйся. У меня хорошее предчувствие. И не забудь, что я вижу в темноте.

Они побрели на звук. Усаги шла впереди и вслушивалась. Наконец она убедилась в том, что источник звука находится в направлении их стоянки, только значительно дальше. Перейдя на духовную скорость, они понеслись к концу заросшей тропы, но остановились, упёршись в непроходимые заросли. Усаги вытащила спрятанный в посохе меч и попыталась прорубить в них проход, но Тора только покачала головой:

– Тут нам понадобится помощь.

Они решили вернуться в лагерь и дождаться утра.

– Там что-то есть – я слышу, – сказала Усаги, неохотно убирая меч.

До самого утра она почти не сомкнула век, и как только небо начало светлеть, поднялась сама и растолкала остальных.

– Ночью мы с Торой обнаружили кое-что интересное, – объявила она. – Во-первых, я услышала странный звук, который привёл нас к концу этой тропы, но дальше мы пройти не смогли. Придётся прорубать проход – я думаю, это что-то важное.

Гору потёр глаза и смотрел на неё, как будто ещё не до конца проснувшись.

– А что во-вторых?

– Небесный фонарь, – Усаги показала на остатки обугленного бамбукового каркаса. – Тора его подстрелила.

– Тора что-о? – Ину сел и выпучил на них глаза.

– Я брала твой лук, – вызывающе сказала Тора. – Подумала, что ты не стал бы возражать.

Ину с кислым видом осмотрел лук, потом перевёл взгляд на обгоревший остов фонаря и присвистнул.

– Интересно, что это был за сигнал и кто его посылал.

– Мы никого не заметили, и фонарь сгорел прежде, чем можно было разглядеть, что на нём написано, – сказала Усаги. Ей не стоялось на месте. – Когда уж ты наконец встанешь – пора идти!

Они скатали спальные мешки, проглотили скудный походный завтрак – и отправились. На духовной скорости быстро добрались до конца заброшенной тропы, где Усаги и Тора остановились ночью. При свете дня Усаги убедилась, что Тора была права: заросли выглядели совершенно непроходимыми. Все они были сплошь покрыты трепещущими бабочками – как будто ожил пёстрый шёлковый гобелен.

Гору принялся разрывать руками толстые стебли лиан, остальные воевали с дикой порослью и кустарниками. Бабочки стаями вились вокруг них, то и дело застилая глаза. Наконец в стене образовалась брешь. Ину принюхался и покачал головой.

– Ничего особенного, – сказал он. – Только растения и насекомые – каких только нет.

Они пролезли друг за другом в отверстие и оказались в густом лесу. Звук сделался громче, и Усаги решительно устремилась вперёд.

– Сюда, сюда, – позвала она, пробираясь сквозь частые стволы деревьев и колкие кустарники. Гул стоял у неё в ушах. И бабочки были везде – такого она и вообразить себе не могла. Это было как идти через разноцветные облака.

– Что это? – выдохнула Тора.

Они остановились. Вначале Усаги не могла понять, на что показывает подруга. Потом разглядела: похоже на огромное лежащее на земле бревно, но отливает серебром и блестит на солнце. Одним концом словно приросло к основанию могучего дерева.

– Это случайно… не кокон? – выдавил из себя Ину.

Гору подошёл поближе.

– Ты хочешь сказать, что там внутри бабочка? Но… он размером с меня! – Он уставился на сверкающую прозрачную оболочку, сквозь которую проглядывали затейливые узоры крыльев, сложенные конечности и туловище этого огромного существа. – Чтоб мне ослепнуть! По-моему, я вижу кольцо.

– Что?!

– Где?

В тот же миг они оказались рядом с ним. Теперь все слышали ровный прерывистый звук, похожий на биение сердца, – тот самый, что ещё издалека расслышала Усаги. Гору молча показал пальцем. Внутри кокона, у самой головы этой чудовищной бабочки, словно заключённое в какой-то верёвочный клубок лежало кольцо с крупным янтарём в перламутровой оправе.

– Как оно могло там оказаться? – изумилась Усаги.

Ину опустился на одно колено, чтобы разглядеть получше.

– Думаю, сам Мастер Пом поместил его сюда для сохранности. Значит, бабочка так и охраняла кольцо всё это время. – Он прикоснулся к прозрачной, отливающей серебром оболочке.

– О боги, – прошептала Тора. – Всё в точности как в том моём видении. Как нам теперь вытащить его оттуда?

– Легко, – сказал Ину, доставая из-за пояса нож. – Сделаем небольшой надрез и вытащим. Бабочка ничего не заметит.

– Ты уверен? – Тора потёрла шрамы у себя на руке. – В том моём видении… гигантская бабочка была настроена совсем не дружелюбно.

– Это ещё не совсем бабочка, – успокоил её Ину. – И я саму её не трону – только кокон.

Усаги осторожно приложила руку к кокону. Он был прохладным на ощупь, и под твёрдой мерцающей оболочкой чувствовалось, как бьётся сердце этого огромного существа.

– Давай. Я думаю, всё должно получиться, – согласилась она.

– Ну, как знаете. Только не говорите потом, что я вас не предупреждала, – сказала, слегка попятившись, Тора.

– Я осторожно, – подмигнул Ину. Он взял нож и аккуратно провёл лезвием по поверхности кокона, потом ещё раз, более решительно, пока над самым кольцом не образовалась небольшая щель.

– У тебя руки поменьше, – обратился он к Усаги. – Попробуешь вытащить?

Усаги кивнула и, наклонившись над коконом, просунула в него руку. Звук, доносившийся изнутри, сделался громче, и они почувствовали, как земля затряслась у них под ногами. Щель на серебристой поверхности кокона удлинилась, и он с треском раскололся. Пёстрые крылья начали разворачиваться, потом выскочила волосатая нога. Усаги вскрикнула, и все отшатнулись назад.

– Злобные духи! Мы разбудили её! – вырвалось у Торы.

Глава 11

Хранитель кольца

Гигантский кокон завибрировал, и трещина на его прозрачной серебряной поверхности сделалась ещё шире. Наружу вылезла вторая нога, суставчатая, покрытая волосками-колючками. Наследники изо всех сил замахали Гору, и тот тоже отскочил в сторону. Из кокона показались светящиеся фасеточные глаза величиной с большие тарелки и длинный изогнутый жгут, обвитый вокруг кольца. «Ничего себе, хоботок!» – подумала Усаги.

– Думайте, как вытащить кольцо! – крикнула она. Бабочка в это время продолжала вылезать из кокона, неуклюже разворачивая крылья.

Всё ещё держа в руке нож, Ину осторожно приблизился к ней и потянулся к кольцу. В этот момент она выбросила вперёд ещё одну пару ног, свалив его на землю. Ину откатился назад, а она выползла из кокона и нависла над ним, покачивая антенками длиной с руку Усаги.

Гору схватил Ину и оттащил его в сторону. Теперь все они стояли вокруг этого чудовища, не зная, что делать дальше.

Крылья у бабочки были ещё помяты и только начинали раскрываться, но и со сложенными крыльями она выглядела огромной. Серое, пушистое, шириной со ствол дерева туловище состояло из нескольких сегментов. Изнанка крыльев – сероватая с прожилками – напоминала мёртвый осенний лист. Но, раскрывшись, они засверкали фиолетовым. Края были чёрные в желтоватую и коралловую крапинку. Бабочка называлась Фиолетовый Император, только таких огромных никто из них до сих пор не видел.

Кольцо было по-прежнему зажато в закрученном жёлтом хоботке.

– Я не хочу причинить ей вред, – сказал Ину. – Но нам нужно заполучить кольцо, прежде чем она улетит. – Он убрал нож за пояс и взялся за свой посох, в котором был спрятан металлический коготь.

– Подожди, не надо, – остановил его Гору. – Я поговорю с ней как великан с великаном.

Он медленно приблизился к бабочке. Теперь её крылья были широко раскрыты и то и дело поднимались и опускались.

– Ну, леталочка-порхалочка, – вкрадчиво заговорил он. – Мы не хотим зла. Просто отдай, пожалуйста, это колечко.

– Волдыри-бородавки! – не выдержала Тора. – Разве так подходят к бабочке? – Она сорвала охапку цветов и сунула их Гору. – Хоть цветочков предложи вначале.

Усаги тоже принялась рвать цветы.

– Для такой великанши нужно побольше.

Но Гору уже подступился к бабочке с букетом. Фасеточные глаза, почти такого же цвета, как янтарь в кольце, сразу уставились на них. Антенны пришли в движение, и туго скрученный хоботок начал понемногу разворачиваться, ослабляя хватку.

– Подействовало! – прошептала Тора.

Гору поднёс цветы поближе, ещё ближе – потом вдруг обхватил ручищей голову бабочки и попытался вырвать кольцо из её хоботка. Раздался громкий шорох, задние ноги бабочки пришли в движение, передние яростно замолотили, и одна из них толкнула Гору. Стая бабочек метнулась ему прямо в лицо, застя свет. Он попытался отмахнуться от них и почти выпустил Бабочку Императора.

Та сделала усилие и, высвободившись, ещё крепче закрутила хоботок вокруг Сокровища. Потом с шумом поднялась в воздух и полетела, хлопая огромными крыльями и унося кольцо с собой.

– Нет! – крикнул Ину, хватаясь за лук.

– Стой! Не стреляй! – остановила его Усаги.

И прежде, чем он успел вставить стрелу, сделала свой коронный Кроличий прыжок и оказалась высоко в воздухе. С каждым взмахом крыльев бабочка поднималась всё выше. Усаги сосредоточилась и, начав снижаться, опустилась ей прямо на спину. Та дёрнулась, затрепыхалась, но вынуждена была продолжить полёт. Усаги обхватила ногами её туловище и покрепче прижалась к пушистой спине.

На земле в это время был переполох. Тора скакала и размахивала руками возле пустого кокона. Гору что-то кричал, сложив руки возле рта. Только Ину стоял словно остолбенев, не сводя глаз с кружащей над лесом Бабочки Императора. Усаги посмотрела вниз и помахала им рукой.

– Ждите меня с Сокровищем! – крикнула она, не надеясь, что они услышат.

Главное сейчас было удержаться – бабочка то ныряла вниз, то резко взмывала вверх. Усаги слышала её пульс, ощущала трепет похожих на паруса крыльев. От резких зигзагов и виражей у неё перехватывало дыхание. Да, бабочки не птицы, и им так положено, но одно дело следить за обычной порхающей бабочкой со стороны и совсем другое – самой лететь на такой великанше. Чувство такое, как будто тебя швыряет вверх и вниз на порогах бурной реки.

Сделав ещё один круг над лесом, бабочка устремилась вперёд вдоль долины-ущелья. Под крыльями замелькали луга и небольшие рощицы. Всё внизу сверкало и переливалось от снующих тут и там разноцветных бабочек. Немного освоившись с этим дёрганым полётом, Усаги позволила себе чуть-чуть распрямиться и улыбнулась. Она ведь летела! И никакие её кроличьи прыжки не могли с этим сравниться.

Яркое утреннее солнце слепило глаза, в ушах свистел ветер, косы растрепались. В одной руке она по-прежнему сжимала охапку цветов, только вид у них теперь был довольно плачевный. Усаги спрятала их под куртку и, глянув вниз, взвизгнула от восторга – отсюда было видно всё: скрытая деревьями тропа-туннель, укромный лес, в котором они наткнулись на кокон, крутые склоны долины-ущелья, бегущие по её дну ручьи.

От этого захватывало дух, и хотелось, чтобы полёт никогда не кончался. Но Усаги помнила о Кольце. И усталость давала о себе знать – руки и ноги болели от долгого напряжения. Порой её едва не выворачивало наизнанку от этой тряски. О том, чтобы добраться сейчас до Кольца, нечего было и думать. Но когда-то ведь Бабочка Император должна отдыхать? Только бы не улетела из долины в какой-нибудь дальний конец острова!

Наконец, облетев всё ущелье, бабочка повернула обратно к секретному лесу. Пожалуйста, опустись, молча молила Усаги. Ей казалось, что полёт продолжается уже много часов. В гуще деревьев блеснуло маленькое озерцо. Бабочка стала снижаться, и оно росло на глазах. Наконец они опустились на большой валун, окружённый со всех сторон водой.

– Духи. – Усаги вздохнула с облегчением. Как хорошо снова оказаться на земле, где тебя не трясёт, не швыряет и не выворачивает наизнанку. Теперь – Кольцо. Она вытащила из-за пазухи цветы: потрёпанные и подвявшие, но пахнут всё так же сильно. Усаги погладила бабочку по спине, наклонилась вперёд и протянула руку с букетом, так что он оказался прямо напротив огромных фасеточных глаз. Хоботок начал разворачиваться, словно принюхиваясь к цветам. Вот оно – Кольцо! Янтарь вспыхнул, словно говорил: «Бери!»

Не шевелись. Терпение. Нельзя повторить ошибку Гору. Она подождала, пока освободится конец этого длинного жёлтого языка, потом осторожно потянулась другой рукой и схватила Кольцо.

– Есть!

Язык дёрнулся и заколотился. Усаги вздрогнула и подсунула цветы поближе. Но они были тут же сметены прочь, а антенны судорожно задвигались, словно ища повсюду Кольцо. Теперь ждать было нечего. Усаги крепко зажала Кольцо в кулак и нырнула в воду. Работая ногами, она быстро плыла к берегу, сжимая Сокровище с такой силой, что вскоре у неё заболела рука.

Она вылезла из воды мокрая как выдра и обернулась назад. Огромная Бабочка Император всё ещё сидела на камне, раскрывая и закрывая сверкающие пёстрые крылья. Усаги увидела себя многократно отражённой в её золотых фасеточных глазах.

– Спасибо, что охраняла Кольцо, – сказала она. – Обещаю, что у нас оно будет в безопасности.

Бабочка как будто услышала – пошевелила антеннами, но нападать не стала. Усаги медленно попятилась и, нырнув в подлесок, бросилась бежать. Сокровище было у них в руках!

Усаги навострила уши и стала прислушиваться. Наследники покинули секретный лес и искали её в долине. Она поспешила на их голоса и вскоре вышла на открытый луг. Вдали виднелась могучая фигура Гору. Усаги включила духовную скорость и припустила туда.

– Вон она! – закричала Тора.

– Слава богам, – с облегчением вздохнул Гору.

Поравнявшись с ними, Усаги взвилась в воздух над их головами и показала Кольцо.

– Вот оно! – Она подпрыгнула ещё раз, сделав в воздухе сальто.

– Ладно, ладно, успокойся уже и дай посмотреть, – сказал Ину, смеясь и убирая лук.

У Усаги сжалось сердце.

– Хорошо, что ты в неё не выстрелил, – сказала она. – По-моему, она очень даже милая.

– А на вид чудовище, – заметил Ину. – Не удивлюсь, если выросла до таких размеров благодаря Кольцу.

– Быть большим ещё не значит быть чудовищем, – вставил Гору. Он посмотрел на Усаги.

– Ты – молодец, Кролик! А я думал, что совладаю с ней, и только спугнул своей неосторожностью.

Усаги улыбнулась и вложила Кольцо ему в руку.

– Ничего, я была рада полетать – и теперь Кольцо Тумана с нами!

Теперь они все смотрели на Кольцо. Янтарь сверкал как миниатюрное солнце в лунной перламутровой оправе. Вглядевшись, Усаги заметила вырезанные на ней силуэты Двенадцати Животных Зодиака. Тёмный черепаховый ободок поигрывал золотыми бликами.

– Красивое, – сказал Гору. И хотел было потереть его о рукав, но Тора и Усаги вскрикнули, а Ину схватил его за руку.

– Если потереть, мы утонем в тумане, – сказал Ину. – Забыл? Давай уж подождём, пока вернёмся в Святилище.

– Ох, вылетело из головы, – со смущённым видом Гору протянул Кольцо Усаги. – Возьми его, Кролик, ты достала, тебе и хранить.

Пришла пора возвращаться на Нефритовую Гору. Усаги прицепила Кольцо к цепочке с амулетом и спрятала её под воротник. Они повернули назад по тенистой заросшей тропе, сопровождаемые стаями бабочек. Усаги подняла руку, и смотрела, как они слетаются к ней на ладонь. А Бабочке Императору больше не надо охранять Сокровище. Теперь она свободна.

Когда они вышли из зелёного туннеля на свет, Усаги снова насторожилась: в перелеске поблизости слышался какой-то шорох.

– Там в зарослях кто-то есть, – пробормотала она. – И явно не привидения.

Тора остановилась, внимательно вглядываясь в подлесок. Усаги сжала в руке посох. Гору нахмурился, разминая огромные ладони. Ину понюхал воздух.

– Полдюжины давно не мывшихся проходимцев.

Увесистый камень просвистел в воздухе, угодив Гору прямо в голову. Звук был такой, что Усаги вздрогнула. Глаза у Гору закатились, и он рухнул на землю, как подрубленное дерево.

– Гору! – закричала Усаги.

Тут поблизости раздались громкие вопли, и из леса на них выскочила орава тощих оборванцев. Усаги, Ину и Тора встали вокруг поверженного Гору, приготовившись к обороне. Разбойники не отличались высоким ростом или крепким сложением. Лица до половины скрыты масками, в руках – деревянные палицы, на предплечье у каждого можно заметить татуировку бабочки. У некоторых при себе были праща и камни.

– Давайте сюда мешки, – тонким пронзительным голосом приказал один. Глаза у него были очень странного бледно-серого оттенка и светились серебром. – Иначе с вами будет то же, что и с ним.

Ину переглянулся с Усаги и Торой, перехватив посох поближе к верхней открывающейся части. Потом покачал головой.

– Если вам так надо, потрудитесь взять сами.

– Тогда пеняйте на себя, – буркнул сереброглазый.

Он кивнул остальным, и один из них поднял пращу и выпустил камень, целясь прямо в голову Ину. Мгновенно увернувшись, тот извлёк из посоха металлический коготь на цепи, закинул его как удочку и вырвал пращу из рук нападавшего.

Двое разбойников приблизились к ним, размахивая палицами. Усаги кинулась им навстречу со своим посохом. Парировав их удары, она раскрутила посох, надеясь поразить обоих. Но они отскочили в сторону быстрей, чем она ожидала. Один взвыл, потому что ему задело плечо. Другой атаковал снова, и она едва успела отразить удар. Разбойники были на удивление сильными и быстрыми. Похоже было, что они тоже обладали какими-то Дарами.

Она бросила взгляд в сторону Ину и Торы. Наследник Воина Собаки пытался подцепить своим крюком сереброглазого разбойника, но тому всякий раз удавалось уклониться. Что странно, крюк бумерангом возвращался к Ину, причём с такой силой, что ему самому приходилось уворачиваться. Кажется, этот сереброглазый обладал металлическим Даром.

Тора тоже не оставалась без дела. Двоим разбойникам уже довелось отведать её когтей, и рукава их висели окровавленными лохмотьями. Но третий сейчас подкрадывался к ней со спины. Усаги крикнула, предупреждая. Тора резко повернулась, и разбойник исчез.

Усаги и Тора остались с разинутыми ртами. Нападавший словно растворился в воздухе. Только свист занесённой над ней палицы вывел Усаги из оцепенения. Она взвилась в воздух, даже выше, чем рассчитывала, и посмотрела сверху на всю ораву. Дело тут явно было не чисто. Приземлившись, она заметила изумление в глазах разбойников. На какой-то миг они даже застыли на месте. Тот, что исчезал, появился снова и смотрел на Усаги, вытаращив глаза.

В это время Гору поднялся на ноги и, взревев как бык, схватил пару разбойников за шкирку и сшиб их лбами, так что посыпались искры. Потом отбросил в сторону их обмякшие тела и занялся остальными. Через несколько мгновений все шестеро валялись на земле без сознания. Гору потёр большую шишку у себя на затылке и смерил их взглядом.

– Предлагаю связать этих балбесов.

Ину нашёл у себя в мешке моток верёвки, и они приступили к делу. Вид у пленников был довольно жалкий. Тряпичные маски у некоторых успели съехать набок.

– О боги! – воскликнула Тора, стягивая маски с остальных. – Это же подростки!

Усаги вгляделась в их лица поближе.

– И не все – мальчишки, – заметила она.

Серебряные глаза открылись.

– Не все. У вас тоже. Кто вы вообще такие?

Чистка кольца потребует больше внимания. Протирать по минимуму и с осторожностью (внимательно прочтите инструкцию).

Опустите кольцо в сосуд с тёплой водой, высушите с помощью мягкой ткани. Какие-то части кольца можно тереть дольше, какие-то меньше. Если тереть дольше положенного, кольцо выпустит облака тумана, пыли или дыма (зависит от того, какую часть потереть).

Для блеска можно взять немного масла или жира.

КАК РАЗБУДИТЬ СИЛУ КОЛЬЦА

Потереть янтарь (двенадцать движений) – поднимется жёлтая пыль.

Потереть перламутровую оправу (три круговых движения) – белый туман.

Потереть черепаховый ободок (четыре движения) – чёрный дым.

Если кольцо явило свою силу в доме, откройте все окна и двери и проветрите комнату.

Хранение и уход, из руководства Воину о Сокровищах Двенадцати

Глава 12

Шайка призраков

Гору посмотрел сверху вниз на шестерых связанных по рукам и ногам подростков. Кроме девчонки с серебряными глазами, все они были ещё без сознания. Шишка на затылке у Гору росла на глазах. Теперь она расцвела и стала яркого фиолетово-красного оттенка.

– Кто мы? – он метнул яростный взгляд в сторону главной разбойницы. – Скажи лучше, кто вы! И зачем вам понадобилось нападать на тех, кто не сделал вам ничего плохого?

Девчонка приподнялась на локте и села, слегка скривившись от боли. Волосы у неё были коротко острижены, на лбу красовалась шишка.

– Вы не имели права сюда заходить, – огрызнулась она. – Думаете, ваши Дары Зодиака дают такое право? Если уж на то пошло, у нас они тоже есть. И Королевство Бабочек принадлежит нам.

Гору сложил руки на груди.

– Это ещё как сказать.

– Мы вовсе ни на что не посягаем, – перебил Ину. – Просто проходили через эти места – а вы ни с того ни с сего на нас накинулись.

– В самом деле? – Разбойница приподняла одну бровь. – А кто носился по долине? Кто превратил наш сигнальный фонарь в мишень? Кто пытался поймать Бабочку Императора? Думаете, мы не видели, как одна из вас оседлала её в полёте и заставила спуститься?

– Так значит, это был ваш фонарь? – смущённо пробормотала Тора.

– Да, и вы не имели права в него стрелять, – отрезала разбойница.

– У нас не было в мыслях ловить эту бабочку, – возразила Усаги. – Мы просто взяли у неё то, что принадлежало нам.

– Неужели? – ухмыльнулась разбойница. – А известно ли вам, что этот кокон священный и никому не дозволено к нему прикасаться.

– Но у нас не было другого выхода, – попыталась оправдаться Усаги. По привычке она потянулась к своему амулету, но вспомнила про Кольцо и сделала вид, что просто захотела почесать шею.

Гору положил руку ей на плечо.

– Это наши дела. Ты не обязана им ничего объяснять.

– А теперь представь, – сказал Наследник Воина Собаки, – что кто-то зашёл к нам без приглашения да ещё что-нибудь испортил. Нам бы, я думаю, тоже не понравилось. – Он сделал поклон в сторону сероглазой разбойницы. – Простите, если мы вас испугали.

– Испугали! – Та смерила его презрительным взглядом. – Мы Призраки Долины Бабочек. Все, кто забредает сюда, боятся нас.

– Призраки? – фыркнул Гору. – Вы все казались очень даже материальными, когда я сшиб вас лбами. – Он сделал паузу и внимательно посмотрел на девчонку. – Хотя в ближайшем городке нас предупреждали, что долина заколдована.

– Вы случайно сами не из Лесогора? Может быть, там рассказывают о духах умерших, чтобы отваживать от этих мест Стражников? – предположила Усаги.

Серебряные зрачки расширились.

– В точку, – призналась девчонка. – Родители отослали нас сюда, когда захватчики начали охоту на всех, кто обладал Дарами. Велели не показываться на глаза Стражникам, а сами начали распространять слухи о долине, чтобы люди обходили её стороной.

– Неплохо придумано, – сказала Тора. – Жаль, что о нас в своё время некому было позаботиться. Все дети с Дарами, жившие в нашем городке, рано или поздно попадались Ловчим.

– Но и сейчас лучше быть поосторожней, – сказал Ину. – Король-дракон до сих пор охотится за такими подростками. Только теперь он передумал отправлять их в каменоломни.

– Готовит их в свои отряды, – сказала Тора. – Ловчих с Дарами становится всё больше – и противостоять им намного труднее.

– Как раз недавно с ними столкнулись – еле ноги унесли, – подтвердила Усаги.

Гору нащупал шишку у себя на голове и поморщился:

– Только не советую вам ступать на эту дорожку. Меня попробовали заставить. И, поверьте моему слову, к добру это вас не приведёт.

Остальные «разбойники» зашевелились, начиная приходить в себя. Ину посмотрел на них и сделал знак Усаги и Торе. – Пора их развязать.

– Давайте я, – предложил Гору, наклоняясь над пленниками, но, почувствовав, что закружилась голова, сразу выпрямился, чтобы не упасть. – Хороши фонарщики! Кто залепил мне по голове? Крепкая рука, ничего не скажешь.

– Думаю, это была я, – сероглазая разбойница в первый раз улыбнулась. – Можете звать меня Миру.

Миру и остальные «призраки» были тут же освобождены, шишки и царапины быстро залечены снадобьями из Ларца Лекаря; все принесли друг другу извинения и представились.

– Нечасто приходится встречать других с Дарами, – сказал тощий подросток по имени Пули, рождённый в год Тигра и обладавший способностью исчезать, растворяясь в воздухе. Он посмотрел на Тору и ухмыльнулся: – Ну и трёпку ты нам задала!

– Чего ж ты хочешь, я ведь тоже Тигр, – она улыбнулась, сверкнув своими белыми клыками.

Недолго думая, Призраки пригласили их к себе в лагерь неподалёку от того места, где Тора подстрелила воздушный фонарь.

Там им было предложено скромное угощение из варёных кореньев и жареных гусениц и чай из цветочных лепестков, подслащённый нектаром. Миру объяснила, что они совсем ни с кем не общаются – только иногда находят скудные припасы, припрятанные для них в укромном месте у входа в долину. Раз в месяц запускают в небо сигнальный фонарь – сообщить родным, что всё в порядке. Ещё пишут на нём свои пожелания и молитвы в надежде, что они дойдут до богов и будут услышаны.

– Когда прошлой ночью фонарь был подстрелен, мы сразу поняли, что в долину кто-то вторгся.

– Простите, я не знала, – потупилась Тора.

Миру передёрнула плечами и обратила свой серебряный взгляд на Усаги.

– Когда мы увидели, что ты летишь на бабочке, то изрядно переполошились. Наши родители отправили нас сюда ещё и потому, что так посоветовали Воин Тигр и его Наследник.

– Они вдвоём до последнего сражались за нашу землю, мир их праху. – Тощий Пули так яростно подковырнул головешки в костре, что из них посыпались искры. – В Лесогоре их никогда не забудут, хотя оба имени теперь под запретом.

Глаза у Миру сделались стального цвета.

– Да, не забудем. – Она отхлебнула ещё чаю и продолжала: – Воин Тигр сказал нашим родным, что в этой долине скрыта волшебная сила и потому нам будет здесь безопасней. Тогда мы рассудили, что волшебство должно быть скрыто в коконе Бабочки Императора. А где бы ещё? Потому и не могли выпустить вас отсюда – по крайней мере пока не убедимся, что с бабочкой всё в порядке.

Переглянувшись с Усаги и Наследничками, Ину ещё секунду колебался, потом рассказал Призракам о Двенадцати Сокровищах и о цели их теперешнего похода.

– Мы не хотели тревожить бабочку, но иначе было не достать Кольцо. А его нужно вернуть в Святилище Двенадцати.

Призраки были потрясены. Им и в голову не могло прийти, что Священная реликвия Воинов Двенадцати обретается в их долине. Теперь они засыпали гостей вопросами, которым не было конца. Уже наступила темнота, а разговоры у костра всё никак не заканчивались. Потом Наследники и Наследнички показали Призракам кое-какие боевые приёмы, которые могли пригодиться тем в будущих сражениях.

– Вот если бы все наши ровесники с Дарами могли объединиться вместе! – воскликнул Пули. – Тогда и Король-дракон, и все его Ловчие были бы нам нипочём!

Гору хмыкнул и потёр затылок в том месте, где только недавно была шишка.

– У вас есть Миру – Призрак с Железной Рукой. Если уж на то пошло, это они должны вас бояться.

– Пусть только попробуют сюда сунуться, – Миру улыбнулась и согнула руку в локте. При этом всем показалось, будто крылья бабочки у неё на предплечье затрепетали.

Потом они осмотрели пращи и палицы, с которыми на них нападали Призраки, и надавали им кучу советов – как защищаться при недостатке оружия. Усаги показала несколько важных точек, зная которые можно быстро обездвижить противника. Было далеко за полночь, когда вконец обессиленные все растянулись вокруг костра и мгновенно погрузились в сон.

Усаги проснулась от того, что кто-то ворочался и постанывал рядом с ней. Костёр уже почти догорел. Тора брыкалась и издавала звуки в своём спальном мешке. Усаги растолкала её:

– Проснись! Тебе снится что-то плохое!

Тора заморгала, открыла глаза и села, всё ещё тяжело дыша. Пряди спутанных волос прилипли к вспотевшему лбу.

– Видение, – произнесла она. – По-моему, я опять увидела что-то из будущего.

– Расскажи, – шёпотом попросила Усаги. Остальные продолжали крепко спать. Листва деревьев над ними колыхалась от оглушительного храпа Гору.

Тора провела пальцем по шрамам у себя на руке и поморщилась.

– Я видела рабочего из Восточных Копей. Он убегал с молотком в руке. Кажется, то был Молот-Кудесник. Я побежала за ним и оказалась в глубоком каньоне со склонами из бледного мрамора, где пировали люди без лиц. Потом за мной началась большая погоня.

Усаги вздрогнула.

– Люди без лиц? И что, как ты думаешь, это значит?

– Пока не очень понимаю, – Тора снова легла и задумалась. – Но Молот находится в Мраморном Ущелье. Я знаю. Если мы отправимся туда, то наверняка его найдём.

Утром они рассказали Ину и Гору про сон Торы.

– Мраморное Ущелье находится через провинцию отсюда, – сказал он, – и путь туда лежит через Восточные Копи. Это опасно.

– Всё, что мы делаем, опасно, – заметила Тора. – Но разве это когда-нибудь нас останавливало?

* * *

– К тому же известно, что Молот изначально был спрятан возле Копей. И Тора видела их во сне, – сказала Усаги. – Это что-нибудь да значит. Ты сам говорил, что её зрение становится всё острее.

– Думаю, надо сходить на разведку, – сказал Гору, потирая свои огромные ладони. – Не забывайте, что Тора видела гигантскую бабочку. Было бы неправильно не доверять её тигриному зрению.

Они засобирались в путь. Ину подарил призракам несколько сюрикенов – маленькие годились для всех, а один большой мог бы стать грозным оружием в руках Миру, у которой был ярко выраженный металлический Дар.

– У нас есть друг, который приютил у себя детей с Дарами, – сказал ей Ину. – Отсюда далековато, в глубине острова, но если вы хотите объединиться с другими, то для начала лучшего места не найти. Мы можем проводить вас туда.

Миру посмотрела на остальных Призраков. Двое скривились и замотали головами. Остальные молчали.

– Спасибо за предложение, – сказала она. – Но пока нам неплохо и здесь. Как соберёмся с силами, попробуем вернуться домой.

– У вас всё получится, – сказал Наследник Воина Собаки. – Ну, мы пошли. А если надумаете, приходите к Озеру Солнца и Луны. Найдёте там Юнджу и скажете, что вас прислал Ину, рождённый в год Металлической Собаки. – Он сделал прощальный поклон, и Миру ответила тем же.

– Металлический Дракон благодарит вас от лица всех Призраков.

– Сильные боги, смотрите, смотрите! – закричали вдруг те.

Огромная фиолетовая бабочка направлялась к ним по воздуху, как летучий корабль со сверкающими парусами. Порхая, она сделала над ними несколько кругов – словно хотела попрощаться. Усаги так и подмывало сделать последний круг на Фиолетовом Императоре, но она удержалась и только помахала рукой. Спасибо, неслышно произнесла она, нащупав Кольцо у себя на цепочке. Остальные с восхищением смотрели на этот танец в небе, восклицая и прикрывая глаза ладонями от утреннего солнца. Всё вокруг них трепетало от лёгкого ветра. Потом Бабочка Император повернулась в воздухе и полетела к укромному лесу в глубине долины.

– Как будто благословила вас, – сказала Миру. В её широко раскрытых серебряных глазах отразилось небо.

– Кто знает, может, и так, – улыбнулась Усаги.

Попрощавшись с Призраками Королевства Бабочек, Наследники и Наследнички покинули долину и снова двинулись в путь.

– Не знаю, придут ли они когда-нибудь к Юндже, – сказала Усаги. – Они уже так привыкли к своей долине. И люди в Лесогоре им помогают.

– Они не могут прятаться тут вечно, – ответил Ину. – Да и общаться с ровесниками нужно побольше. Они сами это говорили. Когда решатся, будут знать, куда идти.

Усаги задумалась.

– Вы с Сару нашли таких же, как мы, в Танцующих Дюнах. Теперь вот эти Призраки в Королевстве Бабочек. Значит, должны быть и ещё.

– Не удивлюсь, – кивнул Ину. – Война погубила много взрослых, обладавших Дарами. Но Дары не могли исчезнуть и обязательно пробьются, когда дети повзрослеют, – так было всегда. А пока время не пришло, правильно, что скрываются.

– Пусть все собираются у Юнджи, – сказал Гору. – Главное, чтобы не попали к Синему Дракону. Вместе мы станем намного сильнее.

Усаги вдруг одолело сомнение. Даже если они соберут их всех у Юнджи – это ведь капля в море по сравнению с тем, сколько уже подростков находится под командованием Короля-дракона. Может быть, им лучше оставаться там, где есть, тем более если там безопасно. Не слишком ли ответственно вовлекать их в такое рискованное дело? Никто ведь не знает, как всё может повернуться.

Они припустили на духовной скорости, держа путь к Провинции Медной Луны – передвигаясь то бегом, то скачками и нигде не останавливаясь. Усаги разогналась и с каждым «шагом» покрывала всё большие расстояния. Самой парить в воздухе доставляло ей большое удовольствие, хотя ничто не могло сравниться с недавно испытанным чувством настоящего полёта. На цепочке рядом с амулетом подпрыгивало и побрякивало Кольцо Тумана. Это придавало ей сил и уверенности. Остаётся найти всего одно Сокровище – Молот-Кудесник. А когда они вернут те, что захвачены Королём-драконом, то смогут наконец освободить Тигрицу.

Когда стемнело, они устроили стоянку и, достав из мешка припасы, приступили к ужину. Тора сидела какая-то вялая, не притронулась к вяленому мясу и только молчала, рассеянно глядя перед собой. Обычно смуглое лицо её казалось сейчас пепельно-серым.

– Тебя не тошнит? – озабоченно спросила Усаги. – Она принесла ей листья дикого огурца и велела пожевать. – Они горькие, но тебе сразу станет получше.

Тора пожевала и скривилась.

– Нет, не тошнит. Просто голова раскалывается.

Гору потёр свои огромные ладони и осторожно приложил их к вискам Торы.

– Так не лучше?

– Ничуть. – Она оттолкнула его и слабо улыбнулась. Потом свела брови, как будто от боли. – Кажется, что-то рвётся изнутри наружу.

– Может, новое видение? – подумала вслух Усаги.

Ину нахмурился.

– Не нравится мне это, попробуй выпить воды.

Пока Тора пила, Усаги нащупала у себя в кармане железный камень, и тут её осенило.

– Этот кусочек тигровой руды отвалился от ствола Древа Стихий, когда тебе было видение бабочки. Подержи его в руках – вдруг ещё что-нибудь увидишь?

– Не знаю, Усаги, – в глазах у Торы промелькнул страх. – То, что случилось у Древа Стихий, меня испугало.

– Но то твоё видение оказалось правдой, – сказала Усаги. – Не бойся, я с тобой. И обещаю, что всё будет хорошо.

Ину и Гору переглянулись.

– Ты уверена, Усаги? – спросил Наследник Воина Собаки.

Вместо ответа Усаги решительно протянула подруге железный камень.

– Держи его в руках и попробуй «владение умом». Я уверена, что поможет.

Тора скривилась и стиснула виски ладонями.

– Ладно, давай.

Она взяла камень и сжала его в руке. Потом, как сидела, выпрямила спину и закрыла глаза. Вскоре дыхание у неё сделалось спокойным и ровным. Потом веки стали подрагивать, на лбу появились складки. Теперь она дышала часто и прерывисто. С губ слетел слабый возглас, и по щеке поползла слеза. Прошло несколько минут, показавшихся им вечностью. Потом Тора судорожно выдохнула и открыла глаза. Зажмурилась от света и улыбнулась. Цвет возвращался к её щекам.

– Ты оказалась права, Усаги. Это было видение, которое просилось выйти наружу.

– И что же ты увидела? – спросил Гору.

Тора покрутила камень между пальцев.

– Снова – Молот. Он лежал на белой мраморной плите, окружённый голубым сиянием. От него было ощущение тепла и покоя. Так чувствуешь себя в кругу родных. Потом я услышала обращённый ко мне голос. Он напоминал голос отца, но исходил от Молота.

– Говорящий молот? – удивился Гору. – И… и это всё?

– Да. И голова у меня больше не болит, – с облегчением сказала Тора. – Я не очень-то умею толковать сны. Но точно знаю, что мы на правильном пути.

Утром, с наступлением часа Дракона, они продолжили путь, мчась через холмы, долины, мелкие речушки и озёра. Солнце незаметно пересекло небосклон. Позади остались дикие безлюдные леса, луговины и пустоши. Потом началась высохшая каменистая земля, с редкой растительностью, почти не защищавшей от солнца.

Они сбавили скорость и остановились. Солнце уже начинало садиться, отбрасывая длинные тени. Впереди высились огромные курганы, между которыми в земле зияли чёрные пропасти. Клочья дыма поднимались к небу, и вся долина была погружена во мглу.

– Это они и есть? – выдавила из себя Усаги.

Ину хмуро кивнул.

– Они. Восточные Копи.

Глава 13

Долина Теней

Кроваво-красное солнце опускалось в густую мглу над долиной. Всюду, куда доставал взгляд, пейзаж был изуродован чёрными воронками вперемежку с высокими курганами, похожими на огромные полипы. Из плавильных печей поднимались длинные перья дыма. Слух Усаги различал стук молотков по камню, свист бичей и чьи-то истошные крики.

– Восточные Копи разрослись ещё больше, – сказал Ину. – И вонь ощущается аж отсюда. – Он вытащил из мешка длинный отрез материи и завязал его поверх носа и рта наподобие маски.

Гору потянул носом и покачал головой.

– Дым вижу, а запаха совсем не чувствую.

Несмотря на серую пелену, застилавшую горизонт, небо было как будто в огне. В наступающих сумерках Усаги заметила пляшущие в отдалении огни факелов. Где-то раздавался скрип колёс и нетерпеливое мычание быков, ждущих, пока телеги доверху нагрузят рудой и драгоценными камнями.

Тора окинула взглядом долину и нахмурилась.

– Тут полно Стражников, – сказала она. – Лучше держаться от них подальше.

– Легко сказать, – потёрла нос Усаги.

Восточные Равнины Мидаги издавна снабжали королевство драгоценными камнями и металлами, а поля Западных Равнин давали щедрые урожаи риса. Но с тех пор, как трон занял Синий Дракон, большая часть урожая стала отсылаться в соседние королевства в качестве дани. Теперь Восточные Копи поставляли золото и серебро для вайянцев и улагцев, а кроме того, Король-дракон ссылал сюда своих врагов и всякого, кто представлял угрозу для его власти. Теперь здесь работали тысячи мидагцев. Копи разрастались всё больше. Никогда ещё Мидага не производила столько богатств. Но при этом народу доставались только непосильный труд и страдания.

Тора продолжала изучать глазами окрестности. Укрыться здесь было почти что негде.

– Хорошо, что быстро темнеет, и всё же тут слишком открытая местность для стоянки. Лучше будет остановиться в тех холмах. – Она показала рукой.

В сгущающихся сумерках они устало побрели вслед за Торой. Усаги ни разу не была в этой части острова, но всю жизнь боялась, что её сошлют на копи, и сейчас ей было как-то не по себе. Эти ужасные звуки, не слышные для остальных, преследовали её на каждом шагу. Хорошо Ину – сделал себе повязку и не чувствует никаких запахов. Она порылась в карманах – не найдётся ли чем заткнуть уши, и, разочарованно вздохнув, двинулась дальше.

Но Ину тоже не испытывал никакой радости. Когда они приблизились к холмам, он опустил повязку и принюхался снова.

– Здесь пахнет смертью, – пробормотал он. – Будьте настороже и держитесь вместе.

Усаги крепче сжала посох и насторожила уши. Потом нащупала амулет и Кольцо и вздохнула с облегчением: в случае чего Кольцо будет им в помощь.

Небо сделалось совсем тёмным, если не считать слабого сияния от восходящего над горизонтом месяца. Теперь они почти вплотную приблизились к черневшим в ночи холмам, похожим на множество огромных спящих черепах. Усаги вскрикнула.

– Ты что? – обернулся к ней Ину.

– Кажется, я поняла, почему ты учуял смерть, – сказала Усаги. – Это не холмы – могильники.

Тора так и охнула.

– В точности как наш Черепаховый холм под Златоклыком.

– Такой же есть и на окраине моего города, – сказал Гору.

Могилы в Мидаге принято было делать скруглённой формы, напоминающей панцирь черепахи. После войны осталось много курганов такой же формы, но из-за размеров их часто принимали за обычные холмы. Усаги они не попадались со времён Златоклыка.

Но здесь, на подступах к Копям, было целое огромное кладбище. Усаги сделалось плохо от одного этого вида – кто знает, сколько сотен или тысяч людей было загублено непосильным трудом и погребено в этих «холмах».

Они разбили стоянку и устроились на ночлег, но, несмотря на усталость, только ворочались в своих мешках и никак не могли заснуть. Луна стояла уже высоко в небе, когда кто-то из них всхрапнул – наверно, Гору. Но Усаги по-прежнему не спалось – даже когда она закрыла глаза и помолилась, чтобы пришёл сон. Когда же наступил час Кролика и с первыми лучами рассвета чёрные панцири курганов превратились в пепельно-серые, она не выдержала и выползла наружу.

– Ты куда? – приподняв голову, прошептал Ину.

Усаги обвела взглядом холмы.

– Не могу заснуть – решила немного прогуляться.

– Я тоже, – громко зевнув, откликнулась Тора. – Не составить ли тебе компанию?

– Мы все не спим, – раздался голос Гору. – Не знаю, кто бы мог заснуть в таком месте. Давайте уж лучше пойдём.

– Правильно – чем скорее отсюда уберёмся, тем лучше, – согласился Ину.

Они быстро свернули лагерь и двинулись дальше через холмы. В отличие от Черепашьего кургана на задворках Златоклыка – поросшего травой и дикими цветами, – эти представляли собой унылые нагромождения камней и гравия.

– Боги, – произнесла Усаги, подбив ногой валявшийся на тропе камень, – я всегда боялась, чтобы меня сюда не отправили. Теперь знаю, почему.

– Мы даже ещё не глянули на сами Копи, – сказала Тора.

– Нет уж, не надо, – отозвалась Усаги. – Поверь, мне достаточно было того, что я услышала.

Она вдруг остановилась, насторожённо вслушиваясь.

– Там кто-то есть, – прошипела она, показав немного на запад.

Ину поднял голову и понюхал воздух.

– Да, вон у того дальнего кургана. Как же я пропустил? – Он покачал головой. – Всё из-за этой вони.

Потянувшись, как кошка после сна, Тора бросила взгляд, куда показывал Ину.

– Вижу его, – прищурившись, произнесла она. – Какой-то тщедушный мальчишка. Гору раздавил бы его одной рукой.

– С какой это стати, – дружелюбно буркнул Гору.

– Это комплимент. Ты мог бы раздавить любого, – сказала Усаги.

– Пожалуй, – он скромно пожал плечом.

– Ещё что-нибудь видишь? – спросил Ину. – Кажется, он один.

Тора вгляделась получше и нахмурилась.

– Выглядит не старше нас. Не думаю, что он сбежал из Копей – тогда бы он был вообще как скелет. Доспехов на нём нет, но есть с собой меч. И это мне не нравится.

– Может быть, он хочет присоединиться к нам, – предположила Усаги. – Кто знает, может, сбежал давно и прячется здесь среди курганов.

Тора задумалась. – Или работает на Стражников и шпионит за нами.

– Давайте продолжим путь и посмотрим, пойдёт ли он за нами, – сказал Ину.

Они поспешили дальше. На этот раз впереди был Ину. Усаги старательно прислушивалась. Тора напрягала тигриное зрение, следя за передвижением странного путника. Он двигался быстро и легко, как будто давно привык к этим камням и гравию. Шаги его были бесшумны, но Усаги слышала, как побрякивает в ножнах меч и чуть похрустывают у него под ногами мелкие камешки.

– Точно. Идёт за нами, – сказала она, оглядываясь. Небо начинало светлеть, и прятаться их преследователю становилось всё труднее. Теперь даже Усаги видела, как он пригибается, безуспешно пытаясь спрятаться за камнями. Волосы у него были подстрижены с боков, но длинные пучки, оставленные на макушке, то и дело высовывались из-за какой-нибудь груды обломков.

– Это уже ни в какие ворота не лезет! – сказала Тора и, развернувшись и включив духовную скорость, в считаные мгновения настигла незадачливого подростка. Тот вскрикнул и попытался оказать сопротивление, но был тут же повержен и брошен на землю.

– Эй! Идите гляньте на мою добычу! – позвала Тора.

Приблизившись, Усаги увидела, что пленник лежит, прижавшись к камню щекой, со скрученными за спиной руками. Тора схватила его за шиворот.

– Кто ты и почему нас преследовал? – спросила она.

Подросток лежал, стиснув зубы, и ничего не ответил.

– Возьми его оружие, – бросила она через плечо, обращаясь к Усаги.

Пока Тора вела допрос, Усаги потянулась за мечом, висевшим на поясе у незнакомца, и со звоном извлекла его из лакированных ножен. Меч был сделан из крепчайшей стали, рукоять – обтянута блестящей акульей кожей и обшита золотой канителью.

– Красота, – пробормотала она себе под нос, подумав, что такому мечу было бы самое место в Святилище на стене с оружием.

– Приставь к горлу! – велела Тора, сидевшая на спине у пленника.

– Он не ответил ни на один из моих вопросов, – сообщила она подоспевшим Ину и Гору.

– Как я могу отвечать, если меня почти раздавили, – огрызнулся подросток.

– Это разве раздавили? – стрельнула глазами Тора. – Гору, не хочешь сесть на него вместо меня?

У пленника сделались круглые глаза, но Гору только вздохнул.

– Давить людей – не моё предназначение.

Отстранив Тору, он позволил незнакомцу сесть, на всякий случай придерживая огромной рукой за плечо. Несмотря на худобу и бледный шрам на щеке, тот был одет в богато расшитую рубаху и нарядные штаны цвета бычьей крови.

– Может быть, не шпион, а разбойник, – шепнула Торе Усаги. – Посмотри на его одежду и оружие. Не иначе как краденые.

Тора внимательно осмотрела меч и кивнула:

– Согласна. – Потом направила его на пленника и сказала:

– Ладно, даю тебе последний шанс. Кто ты и зачем шёл за нами? Работаешь на Стражников? – Признавайся!

Лицо подростка вспыхнуло от негодования, и шрам сделался ещё заметнее.

– Ага! Как же! Что я там у них забыл?

– Может, хотел нас ограбить? – спросил Ину. – Но это по меньшей мере глупо. Меч у тебя острый, только вот брать у нас нечего. К тому же нас много, а ты один.

– Может, так, а может, нет, – глумливо усмехнулся подросток.

– Эй, мы не шутим, – разозлилась Тора. – Отвечай, не то своего меча больше не увидишь.

Незнакомец взглянул на восходящее солнце, и на лице у него появилось странное выражение.

* * *

– Мне как-то всё равно, увижу я его или нет.

– Погоди, что это происходит с твоей одеждой? – Усаги уставилась на него как на привидение. Нарядная рубаха и штаны прямо на глазах превращались в неопределённого цвета лохмотья. Вместо ботинок из кожи и фетра были теперь изношенные соломенные сандалии, привязанные к ногам верёвками.

Меч исчез из рук Торы. – Что?.. я же только что… где он? – вскрикнула она, хватаясь руками за воздух.

– Боги! – воскликнул Гору и так вцепился в плечо подростка, что тот завизжал, как поросёнок. – Извини.

У Усаги по всему телу побежали мурашки. Значит, последнее Сокровище где-то близко! Молот-Кудесник мог дать всё, что пожелаешь, но только на время – один зодиакальный час. Превращение, случившееся с их пленником, могло означать только одно: его роскошное одеяние было получено от Кудесника и притом совсем недавно. Усаги постаралась не выдать своего волнения – только переглянулась с Ину и остальными. По их лицам было видно, что они подумали то же самое.

– Не попадался ли тебе тут поблизости один интересный молот? – осторожно поинтересовался Наследник Воина Собаки.

Глаза у подростка на мгновение расширились. Но он тут же покачал головой.

– Не знаю, о чём ты говоришь. – Он одёрнул изрядно укоротившиеся рукава своей рубахи и отвёл взгляд в сторону.

– Знаешь! Не можешь не знать. – Тора вспыхнула и сжала опустевшие руки в кулаки. – Иначе как ты объяснишь исчезновение меча? Ведь он только что был здесь.

Подросток пожал плечами.

– Какой ещё меч? Не видел я никакого меча. Придумаешь тоже…

Тора сузила глаза, осклабилась, показав один из своих тигриных зубов, и двинулась было к нему. Но Ину остановил её.

– Ладно. Беру свои слова обратно, – сказал он. – Ошиблись, наверно. Мозги затуманились от этого дыма. – Он кивнул Гору. – Отпусти его.

Гору с озадаченным видом подчинился.

Подросток потёр плечо и скривился. Потом поднялся на ноги, попятился немного и, убедившись, что Ину не шутит, повернулся к ним спиной и побежал.

Они продолжали смотреть ему вслед. Один раз он оглянулся через плечо, потом припустил быстрее и исчез за курганом.

– Скорей, – сказал Ину. – Идём за ним.

Они пустились в погоню и, перейдя на духовную скорость, очень скоро вышли на него снова.

– Вон он! – резко останавливаясь, сказала Тора. Подросток вздрогнул и повернул голову.

– Спрячьтесь, – прошипел Ину, и они замерли, постаравшись слиться с тенью кургана.

Тут у Гору заурчало в животе. Звук был похож на рёв потревоженного медведя. Ину нахмурился и шикнул на него.

– А что такого? – обиделся тот. – Мы, между прочим, сегодня не завтракали!

Усаги вытащила из своего узелка остаток сала.

– Возьми.

– Я его почти не вижу, – Гору уныло посмотрел на сухой сморщенный кусочек сала, со вздохом положил его в рот и начал жевать.

Подросток между тем продолжил путь через холмы, направляясь куда-то на север. Благодаря своим исключительным слуху, нюху и зрению Усаги, Ину и Тора ни на миг не теряли его из виду, оставаясь невидимыми.

Сколько же их тут, этих могильников, думала Усаги, карабкаясь вместе со всеми по их каменистым склонам. Курганы протянулись в виду Восточных Копей миль на пять, если не больше. Густой дым от плавилен висел в утреннем воздухе. Вдали виднелись кучи доменного шлака, превосходившие высотой курганы.

– Как думаешь, куда он торопится? – спросила она у Ину.

– Надеюсь, к Кудеснику, – ответил тот. – Вся эта роскошь явно была оттуда. И, как всегда, хватило её ненадолго.

Несмотря на ветхие сандалии, беглец двигался вперёд, не сбавляя скорости, легко перескакивая через камни и, по-видимому, совсем не чувствуя усталости. Они преследовали его уже несколько часов. Солнце поднялось в зенит, а он ещё ни разу не останавливался отдохнуть.

Теперь кое-где начала появляться растительность, и могильные курганы уступили место обычным холмам. Тут, наверно, есть где спрятаться, подумала Усаги, пробираясь через густой низкий кустарник и заросли незнакомых колючих растений.

Взобравшись на гребень холма, они бросили взгляд на равнину. Отсюда Восточные Копи казались меньше, звуки, доносившиеся до слуха Усаги, сделались слабей, и Ину опустил повязку, закрывавшую ему нос и рот. Потом Усаги услышала в отдалении звуки колёс – Круговая Дорога! Подросток между тем неожиданно скрылся из виду.

– Куда он мог деться? – удивился Гору.

Ину поднял голову и принюхался.

– Он здесь поблизости. И с ним какая-то компания.

Усаги навострила уши. И точно, до неё доносились чьи-то голоса.

– Смотрите, кто вернулся! А мы уж хотели посылать отряд на поиски.

– Что-то больно долго. И даров Молота как не бывало. Милостивые боги, как же ты так оплошал, Панри?

– Так уж вышло – нарвался на каких-то путников в Долине Теней.

– Они говорят о Кудеснике – и о нас, – сказала Усаги.

– Ладно. Тогда слушай и постараемся их не спугнуть, – шепнул Ину.

Они неслышно пересекли каменистую тропу и подошли к глубокой расселине, которая при ближайшем рассмотрении оказалась заброшенным мраморным карьером. Между сваленных как попало кусков мрамора виднелась кустарниковая поросль, а на самом дне блестела вода. Вокруг этого озерца стояло несколько палаток, у которых собралась кучка людей, одетых в роскошные одежды цвета бычьей крови. Подросток по имени Панри быстро спускался к ним по склону, ловко лавируя между камней.

– Я хотел посмотреть, нет ли у них чего ценного, – он уже спустился и подошёл к ожидавшим его приятелям. – Оказалось, пустые. Но одно я всё же выведал у них, прежде чем отпустить. Они знают о Молоте.

– Ну и врун, – пробормотала Тора. – Если кто кого и отпустил, то это мы его. – Она нахмурилась и внимательно разглядывала всю компанию. – Здесь не все подростки, есть и постарше. Она прищурилась и наклонилась вперёд. При этом сорвавшийся у неё из-под ноги камень покатился вниз. Мальчишка и его приятели повернулись и посмотрели наверх. Самому высокому из них было хорошо за двадцать. Увидев их, он сразу выхватил меч.

– Чужие! – выкрикнул он. – Все за оружие!

– Надо уходить, – сказала Усаги. – Хорошего приёма тут ждать не приходится.

Все отступили назад, кроме Торы. Она стояла, не шелохнувшись, и не отрываясь смотрела вниз. Усаги потянула её за руку.

– Тора, пошли.

Та повернулась – в глазах у неё стояли слёзы.

– Не могу, – всхлипнула она. – Старший. Я узнала его лицо и голос. Это мой брат.

Глава 14

Разрисованный грот

Тот, кого Тора назвала своим братом, приказал остальным тоже взять оружие и ждать в укрытии. Усаги не могла разглядеть его лицо из-за длинных волос, достающих ему до плеч, зато хорошо видела лицо подруги: Тора побледнела, её янтарные глаза были широко раскрыты и полны слёз.

– Это Имуги – мой старший брат, – произнесла она. – Ему было девятнадцать лет, когда Стражники увели его от нас. – Она потёрла шрамы у себя на правом предплечье. – Я думала, что никогда уже его не увижу.

Усаги смотрела на неё с открытым ртом.

– Ты уверена, Тора? – Она повернулась к остальным. Ину и Гору ошарашенно уставились на дно карьера.

Подросток со шрамом и его приятели быстро попрятались за валунами и обломками мрамора, а тот, кого Тора назвала своим братом, делал знаки молодой девушке с луком, указывая наверх.

– Во имя Двенадцати, Тора, – пробормотал Наследник Воина Собаки, отступая назад, – если это твой брат, то почему бы ему не узнать тебя тоже? Гостеприимством тут и не пахнет. Давай лучше уберёмся отсюда.

– Я никуда не уйду, пока не поговорю с ним.

Она замахала руками и позвала:

– Имуги! Это я, Тора, твоя сестра!

Усаги услышала звук спущенной стрелы, вскрикнула и повалила Тору на землю. Стрела просвистела над их головами и ударилась о каменистый холм у них за спиной.

– Он не слушает, Тора, – сказал Гору. – Может, пойдём? Я чувствую себя здесь живой мишенью. – Он попытался загородиться своим походным мешком, но прикрыл только лицо.

– Сейчас услышит, – Тора вскочила на ноги и изо всех сил выкрикнула имя брата.

– Я же твоя сестра, смотри! Я – Тора! – Снова звук выпущенной тетивы. На этот раз Тора успела уклониться сама. – Это подло! Если бы отец был здесь, он надавал бы тебе по шее! Стрелять в младшую сестру? Опомнись!

* * *

Молодой человек сделал знак стрелявшей остановиться и посмотрел вверх на незваных гостей. – Как ты смеешь называться моей мёртвой сестрой?

– Я не мёртвая! Это ты болван! Я сама всё это время считала тебя мёртвым! – Она упёрла руки в бока и стояла неподвижно, словно говоря: «Ну давайте, стреляйте!» – потом сделала несколько шагов вперёд. – Добрые боги, это правда ты – Имуги, рождённый в год Металлического Дракона, в Златоклыке, в Провинции Каменной Реки. Ты – и никто другой!

Молодой человек ещё колебался.

– Тора? – Он прищурился, потом вытаращил на неё глаза. – Не может быть! – И бросился к ней навстречу.

Тора стала спускаться в карьер, и Усаги слышала, как она шмыгает носом. Её брат уже карабкался наверх и, встретив её на полпути, заключил в объятия. Теперь они оба стояли обнявшись и плакали, не в силах сдерживать чувства.

Усаги взглянула на Ину и Гору: глаза у обоих подозрительно блестели. Или ей так показалось, потому что у самой глаза были на мокром месте? Радуясь за подругу, она невольно вспомнила о своей сестре. Сможет ли она когда-нибудь вот так же обняться с Умой?

Тора и её брат уже успели вытереть слёзы и, разняв объятия, смотрели друг на друга и смеялись. Он обхватил ладонями её лицо, как будто ещё не веря своим глазам; она заправила ему за ухо длинную прядь волос. Теперь оба дали волю словам и не могли остановиться. Остальные обитатели карьера застыли на месте и смотрели на них во все глаза. Усаги, Ину и Гору стояли наверху и улыбались. Наконец Тора повернулась к ним и махнула рукой:

– Спускайтесь, познакомьтесь с моим братом!

Усаги проглотила ком, стоявший у неё в горле, и принялась спускаться. Ину и Гору за ней. Тора никогда не распространялась о том, как потеряла семью. И о полученных шрамах предпочитала молчать. Наверно, научилась скрывать свои чувства с раннего детства, ведь мама у неё умерла, когда та была ещё совсем маленькой. Но Усаги знала, как сильно Тора тоскует по родным, до сих пор не оставляя надежды разыскать отца. То, что один из её братьев сумел выжить в войну и остаться живым в Восточных Копях, было, несомненно, даром богов.

Спустившись, они были тут же представлены Имуги и его приятелям, и Усаги заметила, что у всех у них на лице был продолговатый шрам – такой же, как у Панри.

– Так метят на Копях всех работников, чтобы не смогли бежать, – сказал Имуги, когда Тора осторожно коснулась его щеки.

– Теперь эта метка с нами до конца жизни, – прибавил Панри. Он был на год младше Ину (рождён в год Кабана). – Жаль, что щетина у меня только на спине – под ней шрама не было бы видно.

– Пойдёмте в лагерь, познакомитесь со всеми Рудокопами, – пригласил Имуги. – Сготовим что-нибудь вкусное и отпразднуем встречу. До сих пор не могу поверить, что вы привели мне сестру.

– Это и есть ваш лагерь? – спросил Гору, бросив взгляд на палатки.

Имуги рассмеялся и покачал головой.

– Нет, это временная стоянка. Просто иногда делаем разведочные вылазки. Нас гораздо больше, лагерь недалеко отсюда – но без провожатых его не найти.

Тора, сияя, взяла его за руку.

– Пошли.

Имуги вёл их через старый мраморный карьер, казавшийся огромной извилистой трещиной в земле. Со всех сторон их обступали валуны и обломки камня – вот где хорошо было прятаться! Вскоре каменный коридор начал сужаться, и в какой-то момент показалось, что дальше прохода нет. Но Усаги слышала, как свистит впереди ветер, доносивший до них гниловатый запах плесени. Отверстия в скале не было видно из-за преграждавшей его вереницы валунов. Пройдя между ними (что стоило Гору больших усилий), они увидели проход и спустились под землю.

Тут Гору пришлось согнуться. Перед ними был длинный узкий туннель, слабо освещённый просмолёнными факелами.

– Этот проход мы вырыли сами, – сказал Имуги. – Прямо под Круговой Дорогой. Он выведет нас к дальнему концу Мраморного Ущелья.

У Усаги перехватило дыхание. Она переглянулась с Торой. Всё было как в том видении. Ещё немного, и они попадут в огромное Мраморное Ущелье, славившееся своей красотой и прекрасным мрамором, добываемым в его окрестностях. Большинство отходящих от него каньонов не были нанесены ни на какие карты. Главный вход давно был завален по приказу Синего Дракона, чтобы мидагцы не могли там прятаться.

Идти становилось трудней: под ногами была мозаика из бледного мрамора, и каждый шаг приводил её в движение. Усаги нащупывала дорогу посохом, изо всех сил стараясь не подвернуть ногу и не отстать от остальных. Наконец воздух сделался прохладнее и свежее, и впереди появился просвет – как звезда в ночном небе. После долгого пути в темноте, казавшегося вечным, перед ними распахнулось Мраморное Ущелье, которому, казалось, не было конца.

Повсюду, как причудливые изваяния, поднимались к небу серые зазубренные утёсы. Стены ущелья были словно изъедены жуками и смотрелись серебристым каменным кружевом.

Эхо доносило до них плеск воды, и вскоре взгляду открылась широкая река. Усаги задохнулась от восторга: вода, несущаяся по белому мраморному руслу, была ярко-бирюзового цвета, напоминавшего павлинье перо, а ближе к краям, где помельче, казалась прозрачно-зелёной.

– Павлинья Река, – сказал Имуги, улыбаясь (зубы у них с Торой были удивительно похожи). – Захватывающее зрелище, правда?

Такой красоты они не видели даже на Озере Солнца и Луны. Усаги подошла вместе со всеми к каменистому краю реки и опустила руки в сверкающую зелёную воду. Струясь между пальцев, она показалась ей почти живой и удивительно свежей и вкусной. Смыв с лица пыль, копоть и пот, Усаги постаралась забыть весь тягостный путь через Долину Теней.

– Здесь легко заблудиться, – предупредил Имуги, – так что держитесь всё время у реки.

Он повёл их дальше вдоль русла, петлявшего по Ущелью наподобие огромной змеи. Теперь кое-где на поверхности скал замелькали зелёные островки растительности. Усаги приметила пару ястребов, выписывающих ленивые круги в небе над головой. Глаза у неё разбегались, а ноги по-прежнему не могли найти твёрдой опоры среди скользких и подвижных кусков мрамора. Верный посох не раз уберёг её от падения. Но как раз когда она почувствовала, что ноги её уже почти не держат, Имуги свернул на крутую тропу, уводившую от реки в сторону.

– Кажется, нам было сказано не удаляться от реки, – заметила Усаги.

– Верно. Но пока – вы со мной, и мы идём в Нору Рудокопов.

Он показал на возвышавшийся впереди утёс, в котором зияла тёмная пасть пещеры. Немного приблизившись, они увидели, как она ощерилась всеми своими каменными зазубринами.

– На вид не слишком радостное место, – заметил Гору.

Тёмные глаза Ину внимательно сощурились.

– Погодите… это случайно не… – пробормотал он.

На подступах к пещере тропа полезла в гору. Посох тут был уже не в помощь. Вскоре Усаги почти ползла на четвереньках.

– Нелегко сюда забраться, – пропыхтела она, карабкаясь вслед за Торой и остальными.

Взобравшись наверх, Тора повернулась, чтобы протянуть руку Усаги, и обомлела:

– Звёзды и духи!

Усаги выпрямилась и тоже обернулась. Вокруг было царство серебряного камня. Внизу среди жемчужного цвета мраморных берегов сверкало аквамарином и изумрудом ожерелье реки. Со дна ущелья доносился шум воды, а над головой то и дело раздавались крики ястребов.

– Вот это зрелище! – присвистнул Гору. – Видно всё как на ладони.

Брат Торы довольно улыбнулся.

– Да, удивительного тут хватает.

Пещера была несколько сотен шагов в глубину, а ширины её хватило бы, чтобы вместить несколько больших рисовых полей. Усаги стояла остолбенев. Ей пришлось сильно закинуть голову назад, чтобы увидеть, где смыкаются эти своды. Яркий луч солнца, проникавший сквозь трещину наверху, освещал выложенный из камней круг в середине пещерного зала. На камнях, смеясь и переговариваясь, сидели Рудокопы с одинаковыми клеймами на лицах. Увидев Имуги, они вскочили с мест.

– Вернулся! Как прошла разведка?

– Посмотрите лучше, кого я привёл, – сказал Имуги. Он представил им Тору, встреченную возгласами изумления, и следом – Усаги, Ину и Гору. Рудокопов Усаги насчитала две дюжины. Среди них было несколько взрослых (но не старше Имуги, которому было двадцать шесть) и подростки, младшему из которых было лет десять-одиннадцать. Все они обладали зодиакальными Дарами. В последний раз она видела столько «одарённых» в Академии Дракона, но сейчас странным образом почувствовала себя как дома.

Панри и другие «разведчики» проводили гостей в уютный уголок, где они смогли сложить свои вещи. Тора кинула там свой мешок и посох и сразу побежала обратно в круг – к брату. А Усаги, Ину и Гору, прежде чем присоединиться к остальным, побродили ещё по пещере.

На стенах было много изображений, хорошо различимых при свете зажжённых факелов. Они представляли собой примитивные рисунки, выполненные красноватой умброй, мелом и углём, какие-то – размером с ладонь, на других фигуры изображены в натуральную величину. Усаги подошла к ним поближе. Рисунки показались ей очень древними, краска местами поблекла или облупилась. Всё же она смогла разобрать очертания людей и животных.

– Так я и думал, – прошептал Ину и показал на один рисунок. На нём были изображены трое животных: огромная кошка с саблевидными клыками, лошадь и повисший в прыжке то ли заяц, то ли кролик. Они бежали друг за другом – может быть, спасаясь от охотника.

– Это не обычная пещера. Мы – в Разрисованном Гроте, одном из священных мест Двенадцати. – Глаза Наследника Воина Собаки возбуждённо сверкали.

Гору тоже наклонился, чтобы посмотреть.

– Не понимаю – я думал, что священное место Двенадцати – это Святилище Нефритовой Горы.

– Так и есть, – сказал Ину. – Но есть и другие чтимые Воинами места. Когда не было ещё ни королевства, ни Совета Двенадцати и у острова не было никакого названия, в Мраморном Ущелье жило одно из Первых Племён. Эта пещера была их тайным местом для собраний, ритуалов и церемоний. – Он кивнул в сторону круга из камней. – Когда образовался Круг Двенадцати Воинов Зодиака, они стали собираться здесь – и так продолжалось до самой войны.

Усаги бросила взгляд туда, где сидели Рудокопы. Она насчитала ровно двенадцать камней, напоминающих огромные торчащие из пола когти. Они были похожи на изогнутую нефритовую бусину, сделанную Тигрицей вместо утраченной для Ожерелья Земли и Моря.

– Как здорово, что Рудокопы нашли это место, – сказала она. – Не иначе как добрый знак.

– Именно, – согласился Ину. – Это место помнит великие события. И духи Двенадцати по-прежнему с нами.

Гору улыбнулся:

– Хорошо бы они помогли нам найти последнее Сокровище.

Из круга раздавались взволнованные голоса. Несколько Рудокопов вместе с Имуги сооружали в середине костёр. Тора повернулась и помахала друзьям.

– Скоро принесут котёл, и начнём готовить!

– Вместе сготовим, вместе будем пировать, – Имуги обнажил в улыбке свои острые зубы. – Давненько не представлялось такого радостного случая. Осторожно, котёл!

Панри вместе с ещё одним Рудокопом тащили огромный чугунный котёл, должно быть служивший прежде плавильным чаном. Он был такой тяжёлый, что оба еле волочили ноги, и вода на каждом шагу плескалась и грозила вылиться наружу.

– Дайте-ка мне, – предложил Гору, легко подхватил котёл и перенёс его в яму для костра. Имуги подбросил в костёр побольше дров, пламя заплясало с весёлым треском, и все принялись за готовку.

Усаги помогала чистить водяной шпинат, рогоз, клубни дикого ямса и грибы, потом мелко порезала их, чтобы готовились побыстрее. Гору и Ину были заняты тем, что резали дикий чеснок и лук, то и дело вытирая глаза рукавом. Потом Ину не выдержал и пошёл помогать тем, кто готовил дичь. Это было мясо горного козла – втроём они нарезали его тончайшими ломтиками и притом очень быстро.

– Знатный котёл! У нас был не такой, – сказала брату Тора, ополоснув стебли цикория и закрученные улиткой концы папоротника.

Имуги усмехнулся.

– Жаль, что у нас нет телятины и баранины, твоей любимой капусты и каких-нибудь особенных соусов. Мы довольствуемся тем, что даёт Ущелье. Изредка совершаем набег на караван, идущий из Копей. Тогда бывает что-нибудь посытнее.

Усаги вспомнила про остатки провизии у них в мешках.

– А вяленого мяса кабана не хотите?

– Что ж, было бы прекрасно, – с удовольствием согласился Имуги. – Если положить в бульон, станет ещё вкуснее.

Когда вода вскипела, они добавили соль и специи и раздали палочки для еды. Потом все собрались вокруг котла.

– Ну, за дело, – скомандовал Имуги.

Они опускали мясо и овощи в кипящую воду и, дав повариться, выуживали палочками и макали в соус, приготовленный из яиц береговых ласточек.

Усаги всегда любила пиры «из котла», помнила, как помогала маме толочь для макального соуса семена кунжута, как потом они опускали в кипящую воду кусочки нежного мяса барашка и ждали, когда можно будет их вытащить и начать есть.

Рудокопы между тем не теряли время даром – заглатывали лакомые куски мяса, хохотали, вылавливая в котле один и тот же стебель рогоза… Она быстро сморгнула непрошеную слезу. Сколько же испытаний выпало им всем! Немудрено, что эта простая еда кажется настоящим пиром.

Наконец всё сваренное в котле подъели без остатка. Остался только аппетитно пахнущий, наваристый бульон.

– А теперь сюрприз, – объявил Имуги. – В честь моей сестры и её друзей.

Появился Панри с огромной чашей горячего риса. Рудокопы одобрительно зашумели и захлопали. Подойдя к котлу, тот перевернул в него весь рис и размешал его в бульоне. Теперь перед ними был восхитительно густой и ароматный суп.

– Откуда у вас столько риса? – удивилась Тора. Усаги тоже не знала, что и думать. Рис на обед был теперь редкостью даже там, где его выращивали, в Западных Долинах, не говоря уже о Мраморном Ущелье.

– Пусть это будет нашим секретом, – сказал её брат, загадочно улыбаясь. Он подозвал к себе Панри и, когда тот наклонился, что-то шепнул ему на ухо. Усаги напрягла слух.

– Ты проверил Молот? – почти неслышно спросил Имуги.

– Проверил – на месте, – так же тихо ответил тот.

Имуги одобрительно кивнул. – Хорошо. Спасибо, Кабан.

От волнения мурашки побежали по спине у Усаги. Она наклонилась к Ину и Гору и едва слышно произнесла:

– Кудесник где-то здесь, в пещере.

Глава 15

Охота за Кудесником

Усаги вглядывалась в темноту маленькой пещеры-отростка. Светлячки на шершавых стенах – вот и весь свет. Руку она держала на плече Торы, чьё тигриное зрение было им сейчас главным помощником. Позади шли Ину и согнувшийся почти пополам Гору. Что-то быстро коснулось её лица. Она вскрикнула и обхватила голову руками.

– Дряхлые духи! Тут кто-то есть.

– Мотыльки, – фыркнула Тора.

Ину и Гору захихикали.

Усаги выпрямилась и тряхнула косами.

– Смейтесь, если вам так хочется. Только не жалуйтесь потом, если кто-нибудь в этих пещерах захочет вами поживиться.

– Это ты предложила идти искать Молот, – заметил Гору. – В четырёх пещерах уже смотрели – ничего, кроме светляков, горстки грибов и кучи камней. – Тут раздался грозный треск и следом сомнительный запах. – Ох, извините.

– Сын бога ветра – Гору, – простонал Ину, натягивая на нос воротник. – Давай кончай с этим делом.

Гору замахал огромной ладонью, как веером.

– Ладно, у вас ведь тоже сейчас проблема с животами. Сами сказали: подтверждение того, что рис от Кудесника.

– Уф, да уж, «откудесил», – Тора подавила смех и поспешила дальше. – Идём. Чем быстрее отсюда уберёмся, тем лучше.

С тех пор как они попировали, у всех и впрямь распучило животы. Вся еда от Кудесника славилась тем, что после неё мучили газы. Наверно, потому, что еда быстро исчезала из желудка, оставляя после себя много воздуха. Так было написано в книге. Зато у них прибавилось уверенности, что Молот должен быть где-то поблизости.

До этого Тора пыталась вывести брата на разговор о Кудеснике. Спрашивала, как так получилось, что он и остальные разведчики, только недавно одетые в роскошные одежды, вдруг оказались в лохмотьях. Но он продолжал отмалчиваться, даже когда она рассказала, как то же самое случилось у них на глазах с Панри. Наконец она потеряла терпение и, забыв о предостережениях Усаги, напрямик спросила его о Сокровище.

– Я знаю, что у вас есть Молот, который может дать всё, что пожелаешь, но только на один день. Покажешь мне его?

Но, к её разочарованию, Имуги сделал вид, что не понимает.

– Молот, исполняющий желания? Это просто сказка какая-то. Я бы пожелал дворец и табун самых лучших лошадей. Может, ещё пару сундуков с золотом. Или нефритовые доспехи – да, от Святой Горы. – Он перевёл разговор на другую тему, и на этом всё дело кончилось.

– Не хочет говорить, и всё тут, – пожаловалась Тора.

– Я же просила тебя помалкивать, – вспылила Усаги. – Теперь он станет подозрительным. Я не виню его за то, что он нам не доверяет – если бы у тебя было такое сокровище, как Кудесник, ты бы стала болтать об этом направо и налево?

– Но я его сестра!

– Придётся искать самим, как предложила Усаги, – сказал тогда Ину.

Теперь они пробирались по ещё одному узкому коридору, не теряя надежды отыскать Сокровище. Сам Разрисованный Грот был огромной пещерой, где всё было на виду. Но в примыкавших к нему небольших пещерах и гротах можно было спокойно отдыхать, зная, что никто тебя не потревожит. Они вышли на поиски незаметно и сразу обнаружили целую разветвлённую сеть маленьких пещер. Поначалу поиски ничего не дали. Потом острые глаза Торы заметили угольное пятно в начале прохода, по которому они двигались сейчас.

Тора остановилась так резко, что на неё тут же налетела Усаги, и сразу за ней – Ину и Гору.

– Что такое? – воскликнула Усаги.

– Кажется, это тупик, – ответила Тора. – Тут большой камень. И в нём… что это, ручка? – Она попробовала потянуть за толстую металлическую скобу. – Или, может, рычаг – чтобы сдвинуть камень? Но он не поддаётся.

Гору потёр ладони.

– Отойди, дай я попробую.

Он подошёл к камню и, крякнув, отворотил его в сторону. Металлическая скоба звякнула об каменный пол.

– Надо было повернуть рычаг, а ты… – вздохнула Тора. – Ну ладно, ничего.

За камнем открылась дыра, сквозь которую пробивался мягкий голубой свет. Гору заглянул внутрь.

– Боги, – он снова повернулся к ним, – я сюда не пролезу, давайте попробуйте сами.

Протиснувшись по очереди в дыру, Усаги, Тора и Ину оказались в маленькой каменной пещере. Потолок был сплошь усеян светляками, дарившими всему вокруг своё голубое сияние. Возле стен они увидели мешки с драгоценными камнями и слитки золота.

– Щедрые боги! – выдохнул Ину. – Да тут целая сокровищница.

Тора схватила Усаги за руку:

– Моё видение!

На плите из белого мрамора стоял длинный деревянный короб. Тора кинулась к нему, но не смогла справиться с защёлкой.

– У меня дрожат руки – открой ты, – попросила она Усаги.

Сдерживая волнение, Усаги повозилась с защёлкой и откинула крышку. В коробе оказался грубый холщовый мешок, завязанный сверху верёвкой. Сердце у неё запрыгало, кровь стучала в висках. Наконец она развязала его и, запустив руку, извлекла наружу расписной деревянный Молот. Тусклый свет не позволял разобрать, что на нём изображено, но сомнений у Усаги не было:

– Кудесник!

– Гм… выйдите, пожалуйста, сюда, – позвал Гору. – Тут небольшое недоразумение.

Ину принюхался и замер на месте.

– Мы не одни, – пробормотал он и, подойдя к дыре, высунул голову наружу. Потом быстро повернулся к Торе: – Это твой брат.

Ину протиснулся в дыру, и Тора шагнула следом за ним.

– Возьми Молот, – на ходу бросила она Усаги.

Усаги колебалась. Молот слишком большой, чтобы его можно было сунуть под куртку или спрятать в кармане.

– Я хочу как следует поговорить с Имуги, – процедила Тора, пролезая в дыру.

Усаги пожала плечами, снова запихнула Молот в мешок и обмотала верёвку вокруг запястья. У входа она увидела Панри – тот стоял, приставив длинное копьё к груди глядевшего на него сверху вниз Гору. А Имуги удерживал сестру и Ину.

– Не хотите ли ответить, что вы четверо делали тут, в нашем хранилище? – спросил Имуги.

Панри сверкнул глазами на Усаги.

– Воровали, понятное дело. – Он поднял своё копьё. – Это точно не исчезнет. Такое же настоящее, как вы и я.

– В отличие от исчезнувшего меча? – взвилась Тора, вырвавшись от державшего её брата. – Отпусти, ты, кусок протухшего тофу! Я же спрашивала тебя о Молоте. Но ты стал врать собственной сестре. Поэтому нам пришлось искать его самим.

Имуги поморщился.

– Как вы вообще о нём узнали?

– Это длинная история, – тряхнула головой Тора. – Мы всё вам расскажем. А вы расскажете, как он попал к вам. Тогда я, может быть, прощу тебя за то, что мне врал.

Имуги неуверенно пожал плечами.

– Ладно, – сказал он, забирая мешок у Усаги. – Пошли.

По-прежнему конвоируемые Панри, они направились к главной пещере. Рудокопы встретили их любопытными взглядами.

– Убери копьё, Кабан, – сказал Имуги. Он обошёл круг камней и предложил всем сесть. Потом, теребя верёвку от мешка, кивнул сестре: – Тебе начинать.

– Ты спрашивал, как я сбежала от Короля-дракона, но я не успела всего рассказать. Если бы не эти двое, – она показала на Усаги и Ину, – ничего бы не получилось.

Она объяснила, что Ину – один из уцелевших Наследников Воинов, и рассказала, как он и другие Наследники встретили Усаги и взялись за её обучение. – Благодаря им мы с Гору оказались на Нефритовой Горе и тренируемся, чтобы тоже стать Наследниками.

Имуги покачал головой.

– Не могу поверить. Я считал, что от Двенадцати ничего уже не осталось. Ну, и при чём тут Молот?

Тора сделала лёгкий поклон в сторону Ину.

– Ты – старший Наследник. Может быть, расскажешь сам?

Ину не заставил себя ждать – рассказал, откуда взялись Сокровища Двенадцати и как в войну их раскидало по всему королевству. Имуги слушал его очень внимательно.

– Значит, Молот, ты говоришь, принадлежал Воину Барану?

Он извлёк Сокровище из мешка. Луч вечернего света, проникавший в пещеру через трещину в потолке, упал на Молот, и краски его ярко вспыхнули. На деревянном полированном набалдашнике были изображены Двенадцать Животных Зодиака, а на двух ударных поверхностях – золотой Круг Двенадцати. Да, это был Кудесник во всей своей красе!

Имуги потёр невидимое пятно на сверкающей поверхности Молота.

– Когда я нашёл его в земле рядом с Копями, он был весь облеплен засохшей грязью, и я подумал, что это самый обычный молот. Но, когда начал им работать, стали происходить странные вещи. Я работал в несколько раз быстрей, никто не мог за мной угнаться. И другим помогал выработать дневную норму. А ещё у нас стали появляться вода и пища. Правда, от этой еды бывали проблемы с желудком. – Тут все кивнули. Гору – особенно выразительно. Имуги усмехнулся и продолжал: – Но мы голодали, так что никто не обращал на это внимания. Вскоре мы поняли, что Молот может дать любую вещь, какую захочешь, – но только на один день.

– Постепенно мы окрепли и стали подумывать о побеге, – продолжал он. – Молот дал доспехи и оружие, как у Стражников. Вначале нас было мало, но, когда побег удался, мы вернулись и помогли выбраться другим.

Руководимые Имуги Рудокопы устроили себе убежище – сперва в заброшенном карьере, потом в Мраморном Ущелье. Хотя главной силой Имуги был его металлический Дар, помогавший ему, когда он работал в кузнице подмастерьем, но, как Дракон, он обладал также хорошим чутьём на воду. Управлять погодой и вызывать дождь, как некоторые рождённые в год Дракона, он не умел, зато смог найти Павлинью Реку и пещеру.

– С тех пор тут и живём, – заключил он.

– Вы хорошо позаботились о Молоте, а он – о вас, – сказал Ину. – Но место его – на Нефритовой Горе. Наш долг – собрать вместе все Сокровища, пока до них не добрался Синий Дракон.

Имуги нахмурился.

– У нас тоже есть долг, – сказал он. – Нам повезло вырваться на свободу. Но на Копях остаётся ещё много узников.

Имуги рассказал, как они совершают набеги на подводы с драгоценными камнями и металлами, предназначенными для соседних королевств, и как время от времени устраивают нападения на Копи, чтобы отвлечь на себя Стражников и помочь людям бежать.

– Таких беглецов, как мы, прячущихся по соседним провинциям, уже немало. Все они тоже обладают Дарами и помогают сбывать наши трофеи. Но главная роль в освобождении людей принадлежит нам, потому что Молот находится в наших руках.

Тора положила руку брату на плечо. – Отец тобой гордился бы. Он всегда говорил, что у тебя большое сердце.

Ину взлохматил свою шевелюру и, прочистив горло, сказал:

– Значит… вы не хотите отдать нам Сокровище?

– Это невозможно, – ответил Имуги, поворачивая Молот в руках. – Один из самых больших караванов с Копей будет скоро проходить мимо. Без Молота нам не обойтись.

– И нам тоже! – выпалила Усаги. – Синий Дракон захватил в плен нашу Наставницу. Мы сможем вызволить её, только когда все Сокровища будут собраны вместе.

Имуги поднялся с места и, спрятав Молот обратно в мешок, привязал его к поясу. Потом покачал головой:

– Сожалею. Вы можете ещё остаться у нас, но отпустить вас с Молотом я не имею права.

– Мы можем помочь вам во время рейда, – предложил Гору. Все посмотрели на него с удивлением. – Может быть, ещё несколько человек с Дарами заменят вам Молот…

– Сомневаюсь, – отрезал Имуги.

– Но идея прекрасная, – загорелась Тора. – Мы будем рады вам помочь.

Имуги улыбнулся, так что шрам на его щеке сделался ещё отчётливее, и ласково погладил её по голове.

– Что ж, от помощи мы не откажемся. А теперь мне нужно сделать в хранилище дверь. Поможешь? – Он поклонился гостям и вышел, Панри и Тора последовали за ним.

Усаги посмотрела на Ину и Гору в отчаянии.

– И что же теперь делать?

Ину вздохнул.

– Бык выгадал нам ещё немного времени. Нужно будет что-нибудь придумать.

В последовавшие недели Усаги и остальные изо всех сил помогали Рудокопам по лагерю и готовились вместе с ними к набегу. Тора ходила за братом как тень. Здесь её тигриный характер сделался мягче, и Усаги никогда не видела её такой счастливой.

– Кто бы мог подумать, что Тора может быть такой милой, – сказала она Ину и Гору.

– Дайте ей ещё побыть с братом, и наша Тигра навсегда лишится всех своих клыков и когтей, – пошутил Гору.

– Я волнуюсь, – сказала Усаги. – Не представляю, как забрать у него Молот. И ещё… ведь Тора может не захотеть вернуться на Нефритовую Гору. Что, если она откажется от мысли стать Наследницей Воина и захочет остаться здесь?

Ину задумчиво покрутил на пальце кольцо лучника.

– Да, задача нелёгкая, – согласился он. – Забрать Сокровище – и не восстановить против себя Рудокопов. А Торе мы не указ. Можем только надеяться, что Наследницей Тигра она всё-таки станет. Но если захочет остаться с братом, значит, так тому и быть.

Усаги прикусила губу и кивнула. Ей не хотелось потерять подругу, но Тора выглядела такой радостной и довольной.

– Попрошу, чтобы Тора его уговорила. Надеюсь, она не забыла, зачем мы сюда пришли.

Ночью Усаги никак не могла заснуть – смотрела в потолок и думала. От мерцающих светлячков свод пещеры был похож на звёздное небо. Потом услышала, как Тора на цыпочках крадётся к своему спальному мешку, и подняла голову.

– Не спишь? – удивлённо спросила Тора.

– Хорошо тебе с братом, – произнесла Усаги.

– До сих пор не верю, – сказала Тора, раскладывая мешок рядом с ней. – Такое чудо снова быть с ним… с моей семьёй. Только не подумай, что мне было плохо с тобой и Наследниками.

Усаги потянулась и крепко сжала её руку.

– Я понимаю.

– Он знает о моих видениях, – прошептала Тора. – Я всё ему рассказала. И про то, в котором был отец. И как они начались на Нефритовой Горе и стали сбываться.

– И что он об этом думает? – осторожно спросила Усаги.

– Гордится, – сказала Тора. – Он всегда говорил, что в нашей семье я могу достичь больше всех, если только повезёт учиться в школе. Он верит, что я могу стать Наследницей Воина.

У Усаги немного отлегло от сердца.

– А ты не пробовала ещё поговорить с ним, чтобы он позволил нам перенести Сокровище на Нефритовую Гору?

Тора повернулась в своём мешке и ответила не сразу.

– Ээ… нет. Пока не успела.

Усаги приподнялась на локте.

– Тебя он должен послушать. Тигрица…

– Знаю, знаю, – перебила её Тора. – Усаги, я устала. Давай поговорим об этом утром. – Она повернулась на другой бок, и очень скоро Усаги услышала её сонное дыхание.

Усаги улеглась снова. Нащупала металлического кролика на шее и стала смотреть на мигающих светлячков. Рядом с кроликом болталось на цепочке Кольцо Тумана. Она обхватила его пальцами, почувствовав мягкое тепло янтаря. А ведь Тора сразу сникла, когда она заговорила с ней об их миссии. Внутри у неё сделалось холодно и пусто. Вдруг Тора выберет брата и оставит их навсегда?

* * *

Проснувшись на следующее утро, Усаги обнаружила, что все уже встали и куда-то разбрелись.

– Кролик просыпается, – сказал Гору, когда она выползала сонная из их закутка.

– Я никак не могла заснуть, – ответила она заплетающимся языком и осмотрелась вокруг. Кроме них двоих, в пещере никого не было.

Гору протянул ей чашу и палочки для еды.

– Часть Рудокопов пошли на охоту, часть – обследуют ущелье. Остальные готовятся к рейду. Ину, Тора и я хотим посмотреть, что они там придумали. Так что поешь и приходи к реке. Мы оставили тебе пшённой каши, и улитки ещё имеются. – Гору понизил голос. – Каша пресная, конечно, и улитки как резина, но зато не от Кудесника, так что проблем быть не должно. – Он хохотнул, повернулся и, пригнувшись, вылез из пещеры.

Усаги подошла к кругу из двенадцати точёных камней. Бледный мрамор с серебряными прожилками. Каждый из них выгнут наподобие когтя, образуя идеальное сиденье. Она представила себе первых Двенадцать Воинов, сидящих на этих каменных тронах и обсуждающих дела королевства. В трещину в потолке сочился мягкий утренний свет, и камни сияли.

Она положила в чашу несколько сваренных улиток, добавила из котла горячей каши. Потом села, скрестив ноги, на один из мраморных тронов и принялась за еду. Подумав о Двенадцати, достала из кармана железный камень Древа Стихий: Тора вернула ей его на хранение, не зная, чего ещё от него ожидать. Усаги тогда посмеялась над страхами подруги, но камень взяла.

Теперь она вертела его в руке, любуясь красными, чёрными и золотыми полосками. Тигровый камень – так его называли. Он мог придавать человеку силу и спокойствие духа, мог и заживлять раны. Так говорил ей Наследник Барана до того, как предал их и перешёл на сторону Короля-дракона. Усаги до сих пор не могла понять, как такое могло случиться. И не могла забыть.

Она сжала тигровый камень в руке. Если бы можно было как-нибудь передать его Тигрице. Когда они увидели её во время последнего Призыва, она выглядела такой слабой. Держитесь, Наставница. Пока Усаги оставалось только молиться в ожидании момента, когда они смогут её освободить.

Она положила железный камень перед собой на мраморный «коготь» и снова окинула взглядом весь круг. Говорят, что кто-то из Первых Воинов и вкрапил железную руду в Древо Стихий. Может, они и правда собирались в этом самом месте? Усаги слегка крутанула тигровый камень и подцепила палочками кусок улитки. Как и предупреждал Гору, он оказался резиновый на вкус, но ей даже понравилось – похоже на моллюсков.

Оранжевый огонь плясал и потрескивал в костровой яме. В отдалении Усаги слышала, как её друзья учат Рудокопов пользоваться духовной скоростью.

– Расставите ловушки – и убегайте, – говорил Ину. – На духовной скорости можно передвигаться в три или четыре раза быстрее. Быстрее лошади. Стражники и приблизиться к вам не смогут.

Усаги улыбнулась про себя и поспешила доесть завтрак, чтобы поскорее присоединиться ко всем. Вскочив с места, она нечаянно задела ногой упавший тигровый камень и отчаянно вскрикнула, увидев, что он укатился в костёр. Она потянулась было за ним, но тут же отдёрнула руку: слишком горячо. (Боги, вот если бы у неё был огненный дар, как у сестры.) Попробовала достать палочками для еды, но только задвинула камень ещё дальше в огонь, и палочки вспыхнули у неё в руках.

– Дряхлые духи! – выругалась она, с остервенением дуя на горящие палочки.

Нужно что-нибудь длинное и металлическое, подумала она. Меч! Она сбегала за посохом и достала из него своё оружие. Сунула меч в пламя – посыпались искры. Усаги скривилась. Ину бы хватил удар, если бы он увидел, как она обращается с мечом, который он сам для неё сделал. Но не могла же она оставить камень от Древа Стихий в этом костре!

Наконец ей удалось его вытащить. Теперь он лежал в песке на краю кострища, и блики пламени играли на его красных, золотых и чёрных прожилках. И вдруг, к её изумлению, с камнем стало происходить что-то непонятное. Из шероховатого он сделался совсем гладким, края его скруглились, середина вытянулась и изогнулась. Прямо у неё на глазах кусок тигрового камня превратился в идеально гладкую изогнутую бусину, в точности повторявшую форму когтевидных камней в круге. Ещё она как две капли воды походила на нефритовую бусину из Ожерелья Земли и Неба, только окраска была другая – тигровая.

– Духи! – выдохнула Усаги. Она подождала, пока бусина остынет (это время показалось ей вечностью), и теперь смотрела, как она мерцает, словно подмигивает, у неё на ладони. В пещере было очень тихо. И тут, обведя взглядом эти шершавые стены с их поблёкшими древними изображениями, Усаги уверилась окончательно: да, это не просто Нора Рудокопов, а Разрисованный Грот, священное место Двенадцати, и только что она получила от него этот удивительный подарок. Она ещё не знала как, но чувствовала всем своим существом, что эта бусина должна им помочь.

Глава 16

Набег

В тот день в расписном гроте было тише, чем обычно, – смеха и шуток почти не слышно, все сосредоточенно готовились. Брат Торы ходил по лагерю с зачехлённым Кудесником, притороченным к поясу.

– Сто лет уже не «встречали» караван, – сказал он, нервно теребя завязки мешка. – Тот, что будет проходить по Круговой Дороге сегодня, пожалуй, побольше всех прежних.

Опоясывающая остров Главная Дорога проходила через холмы рядом с заброшенным карьером, в котором они встретили Рудокопов в первый раз. Обозы с запряжёнными быками телегами и подводами, охраняемыми Стражниками, были здесь не редкостью.

– Штука в том, что, когда мы долго их не трогаем, они расслабляются. Думают, мы куда-то делись, – объяснил он Торе и Усаги. – Но мы постоянно посылаем «разведчиков», чтобы быть в курсе их планов. Вот как Панри напал на вас.

– Скорее мы на него, – сказала со смехом Тора. – Да, Кабан?

Панри фыркнул.

– Да как скажешь.

– Рассчитывайте на нас во всём, – сказала Усаги. Они до сих пор не придумали, как заполучить Молот. Тора переводила разговор на другую тему всякий раз, как Усаги пыталась это обсуждать. Может быть, если с их помощью набег завершится удачей, им легче будет уговорить Имуги.

Они отправились поздно вечером. Восходящая луна была бледным полукругом, напоминающим большой пельмень. Оставив ущелье, они прошли по длинному потайному туннелю к заброшенному карьеру и пробрались через холмы к тому месту, с которого открывалась проходящая внизу Дорога. Имуги вытащил Молот и, закрыв глаза, произнёс беззвучную молитву. Потом принял сосредоточенный вид и ударил Молотом о землю.

Раз! – появился прекрасный лук и стрелы.

Два! – коробка со взрывчатым веществом.

Три! – огнестрел.

Получив всё необходимое оружие и припасы, он быстро раздал их Рудокопам и обрисовал каждому его задачу.

– В последнее время караваны выходят по чётным часам, в том числе в полночь. – Имуги покосился на Наследников и Наследничков. – Тигриное зрение Торы теперь пригодится. – Он передал сестре сложенные сигнальные фонари. Они были сделаны из четырёх листов рисовой бумаги, прибитых к бамбуковому каркасу, и в основании каждого находился пропитанный маслом войлочный фитиль. – Как увидишь, что они идут, посылай один фонарь – это послужит сигналом к началу. Если опасность и надо отходить – посылай два.

Рудокопы натянули на лицо маски, скрывавшие их клейма.

– Будьте осторожны! – крикнула им вслед Тора. Она прижала к себе охапку сложенных фонарей и ободряюще улыбнулась Усаги, но в глазах у неё была тревога.

– Вчера у меня было ещё одно видение, – призналась она. – Не знаю, что оно значит. Я увидела огромный костёр и потом большое сражение – но мы в нём не участвовали.

– Не волнуйся. – Усаги вытащила из-под ворота Кольцо на цепочке. – Гигантская бабочка, сторожившая его, была на самом деле, но я бы не сказала, что это было чудовище. И Молот в Мраморном ущелье в руке у Рудокопа ты увидела правильно. Но не могла предположить, – она улыбнулась, – что им владеет твой брат. Будем надеяться, что новое видение тоже к добру.

Тора кивнула и потёрла шрам на руке.

– Что ж, может, и так.

Они нашли себе укромное место на гребне холма, откуда открывался хороший обзор Круговой Дороги, тянувшейся в обе стороны, куда хватало взгляда. Глубокие ямы и отвалы Восточных Копей казались отсюда оспинами и прыщами на лице долины, да и курганы Долины Теней выглядели едва ли больше. Синий Дракон принёс несчётные беды королевству и со временем становился только сильней. Вот уже и сестра Усаги у него на службе, и один из Наследников Воинов теперь на его стороне. Может быть, сопротивление уже бесполезно и ничего не изменит?

Усаги сделала глубокий вдох. Если сдаться, будет только хуже. Она вспомнила слова Тигрицы: «Покорение горы начинается с маленького шага».

Луна поднялась выше, и ночной воздух сделался прохладным (лето было на исходе). На Круговой Дороге ни души, всё тихо. Усаги слышала только, как шуршат где-то в кустах звери, копошатся насекомые, летучие мыши и совы преследуют свою добычу. Она почувствовала, как тяжелеют веки, и начала проваливаться в сон. Потом чья-то рука потрясла её за плечо.

– Усаги, проснись! – позвал Ину. – Караван идёт. Нужно предупредить Имуги и Рудокопов.

Усаги вскочила смущённая. В отдалении слышны были звуки копыт, фырканье волов, стук колёс, топот сапог и скрип доспехов.

– Я их слышу, – ещё сонным голосом проговорила она. Всё вокруг было немного как в тумане.

Тора и Гору расправили один из сигнальных фонарей. Усаги вытащила огниво, поднесла к войлоку внутри фонаря и ударила железом по кремню. Но одна из искр коснулась рисовой бумаги, и фонарь загорелся, прежде чем они успели его запустить.

– Дряхлые духи, – выругался Ину, затаптывая пламя. – Давайте другой. Скорее.

Дрожащими руками Усаги достала новый фонарь. Ину подобрал тлеющую бамбуковую рейку.

– Давайте его сюда, – рявкнул он. Потом велел Торе и Гору держать верхние концы бумажного куба и поднёс рейку к промасленному войлоку. Войлок вспыхнул и загорелся ярким пламенем – и Ину задул бамбук. От горячего воздуха фонарь надулся и начал рваться вверх. – Хорошо, отпускайте.

Светящийся куб поднялся в ночное небо. Усаги подумала, что его сейчас видно со всех холмов, и с Круговой Дороги тоже. Она слышала, как поднялись по сигналу Рудокопы и как Имуги даёт последние наставления.

– Думаю, фонарь сделал своё дело – и можно его спустить, – сказала она Ину.

Тот наморщил лоб:

– Ты уверена?

– Иначе с каравана тоже заметят и будут знать, что мы здесь, – сказала Усаги.

Ину уже взял было лук и стрелы, но Тора остановила его.

– Брат так не говорил. Он сказал запускать фонари, когда увидим караван, и всё. Думаю, надо оставить.

Гору смотрел, как фонарь поднимается всё выше и выше в небо.

– Я не уверен, Тора, – может быть, Усаги права. Почему бы Стражникам не видеть его тоже?

– С их-то обычным зрением, – усмехнулась Тора. – Нет уж, давайте делать как сказано.

– Как сказано… – Ину нахмурил лоб и скрестил руки на груди. – Имуги нам не начальник.

– Может, и так, – зрачки у Торы сузились, – но здесь командует он, а мы вызвались помогать.

– Я и пытаюсь, – сказала Усаги. – С дороги фонарь увидят – а наши уже готовы, слышу, как они зашевелились. Давай, Ину, медлить нельзя.

Тора ещё колебалась, а Ину снова потянулся за луком. Но тут Усаги услышала крик, прозвучавший со стороны Дороги.

– Слишком поздно. Они уже увидели. – Она вздрогнула, услышав цокот копыт. – Высылают отряд всадников. Придётся дать нашим отбой.

Тора пристально вглядывалась в даль.

– Волдырь-бородавка! Значит, нужно послать два фонаря.

Усаги вытащила один фонарь и стала судорожно рыться в пакете в поисках второго. Сердце у неё упало. Значит, их было всего три, и один сгорел из-за её небрежности.

– Остался только один.

Они подавленно смотрели друг на друга. Потом Ину взял у Усаги оставшийся фонарь.

– Один в воздухе. Если пошлём ещё этот, думаю, они догадаются.

– Тогда давай скорей, – сказала Тора, не сводя глаз с Дороги. – Конный отряд приближается. Скоро будут здесь.

Усаги схватилась за огниво, но Ину её остановил.

– Снова сожжёшь. Зажги опять рейку, так будет вернее.

Прикусив язык, она высекла огнивом сноп искр и подождала, пока бамбук занялся огнём. Ину выхватил его и с помощью Торы и Гору зажёг последний фонарь, отпустив его в воздух. Только бы Рудокопы поняли, взмолилась про себя Усаги. Сердце у неё колотилось в такт цокоту копыт. Уходите, уходите.

Она услышала на холмах смятенные крики. «Два фонаря! Не двигаемся!»

«Нет, был один – этот пущен отдельно – значит, обозов два!»

«Готовьте порох!»

Усаги уткнула лицо в ладони и застонала.

Не получилось. Они не отступят.

– Нужно сделать так, чтобы отступили, – сказала Тора. Она повернулась к ним спиной. – Я должна предупредить брата.

– Тора, подожди! Вернись!

Гору кинулся за ней. Обернулся через плечо к Усаги и Ину.

– Идёте или нет? Мы не можем бросить её одну.

Они подхватили вещи и пустились следом. Тора легко передвигалась в темноте. Усаги, Ину и Гору еле поспевали за ней. Не зная местности, они всё время натыкались на какие-то препятствия, рискуя переломать себе ноги. Фонари плыли высоко в небе, сверкая, как две звезды, – ветер уносил их на запад. Усаги продолжала прислушиваться к Рудокопам.

– Похоже, они продолжают действовать по плану, – сказала она Торе.

Та застонала в ответ.

– Надо скорей добраться до Круговой Дороги. Я перехожу на духовную скорость. Увидимся внизу.

Без её ночного зрения им пришлось ещё трудней. Но приближался час Кролика, небо на востоке посветлело, и они смогли разглядеть тропу. До цели оставалось совсем немного.

Череда взрывов разорвала рассветную тишину, отозвавшись эхом в холмах. Усаги заткнула уши руками, но это не помогало. Следом раздались крики и испуганное ржание лошадей.

– Ускоряемся! – велел Ину. Они перешли на духовную скорость и, прибыв на место, обнаружили там полный хаос. Вместо ожидаемого каравана Рудокопы столкнулись с высланным конным отрядом. Некоторые из Стражников были ранены взрывами. (Испуганные лошади сбросили их на землю и ускакали.) Остальные скакали вокруг Рудокопов, орудуя хлыстами и прикладами своих огнестрелов. Усаги попыталась отыскать глазами Тору.

Сухие кустарники по сторонам дороги загорелись от взрывов и продолжали полыхать, выбрасывая в воздух снопы искр. Напротив стены огня Усаги заметила знакомый силуэт. То была Тора, защищавшая брата от оставшегося без коня Стражника. Имуги лежал на земле без сознания. Позолоченная рукоять Кудесника блестела у него под рукой, как будто он упал, закрывая Молот от врага.

– Тора! – Усаги кинулась к ней на помощь. Гору и Ину – за ней. Один из конных Стражников поскакал им наперерез. Гору поднял руку и легко выбил его из седла. Ину натянул тетиву своего лука, и стрелы полетели одна за другой. Подступившиеся стражники с криками хватались кто за плечо, кто за колено и падали из своих сёдел на землю.

Тора увернулась от хлыста одного из Стражи и метнула взгляд в сторону Усаги.

– Возьми Молот! Нам нужны ещё защитники!

Усаги опять заметила у неё клыки и когти. Стражник замахнулся снова, но Тора ухватилась за конец хлыста и дёрнула его на себя, полоснув нападавшего когтями по лицу.

– Скорее! – крикнула она.

Усаги подбежала к раненому, истекающему кровью Имуги. Потянула за рукоять и вытащила из-под него Молот. В этот миг ей вспомнилось последнее видение Торы. Она изо всей силы ударила Молотом о землю, подумав о столь нужной сейчас подмоге.

С каждым ударом словно из-под земли возникал воин на коне, немедленно устремлявшийся в атаку. Все они были в полном воинском облачении и вооружением ничуть не уступали Стражникам. Со смятенными криками те принялись как могли отбиваться от нападавших. Усаги между тем продолжала колотить Молотом – теперь атакующая конница была больше посланного караваном отряда.

Пока длилось сражение, Гору легко подхватил Имуги себе на плечи, и они с Торой исчезли в окрестных холмах. Ину подбежал к остальным Рудокопам, которые как заворожённые смотрели на битву Стражи с подоспевшим неведомо откуда отрядом.

– Пошли! – крикнул он, хватая Панри за руку. – Усаги! Хватит – уходим!

Усаги остановилась, и явившийся последним всадник устремился в гущу сражения. Тут сквозь ржание лошадей и звон мечей она услышала новые звуки.

– Караван уже здесь!

Они обернулись и посмотрели на Дорогу. Лучи восходящего солнца освещали длинную вереницу телег. Ехавший впереди погонщик сидел с открытым ртом, тупо уставившись на разыгравшееся впереди побоище. Стражи к этому времени были почти побеждены и отчаянно взывали о помощи. Те, что охраняли караван – и пешие, и конные, – кинулись к ним, совершенно не обращая внимания на Усаги, Ину и Рудокопов.

– Отлично, – сказал Панри. – Стражникам теперь не до нас.

– На караван! – крикнула молодая девушка с луком. И Рудокопы с гиканьем бросились к телегам, оставшимся без защиты.

На всякий случай Усаги сколотила ещё один отряд, работая Молотом так, что у неё заболела рука.

– Теперь всё! – сказала она, с удовлетворением глядя, как последний воин решительно кинулся вперёд. Она ещё какое-то время стояла, сжав Молот в руке. На дороге от него образовалась глубокая вмятина. Зато преимущество армии Кудесника было подавляющим.

– Ну и ну! – Ину откинул волосы со лба и рассмеялся. – А не помочь ли нам Рудокопам?

Усаги заткнула Молот за пояс и ухмыльнулась.

– Самое время.

Они помчались к обозу. Двое погонщиков были крепко связаны и сидели на земле, беспомощно глядя, как Рудокопы снимают с подвод корзины со слитками и необработанными драгоценными камнями. Несколько человек стояли на стрёме на случай, если кто-нибудь с других подвод захочет прийти своим на помощь.

Панри заметил их и замахал руками.

– Сюда! – и тут же свалил на них два тяжёлых мешка. – Теперь уматывайте!

Глава 17

Праздник Кудесника

На Мраморное Ущелье опустилась темнота, но в разрисованном гроте по случаю большого пира горел тёплый свет от искусно изукрашенных фонарей и раздавались оживлённые голоса. Одетые в роскошные шёлковые одежды (от Кудесника) гости и хозяева сидели на пышных подушках, разложенных на широком праздничном ковре. На низких точёных столиках сверкали блюда из тончайшего фарфора и серебряные палочки для еды, тоже (как и всё на этом пиру, вплоть до слуг и музыкантов) произведённые Кудесником.

– Духи, – сказал Гору, одёргивая свою новую рубаху, на спине которой был вышит могучий и грозный бык. Он приподнял искусно расшитый рукав и взял кубок с пуншем, протянутый ему одним из слуг: – Благодарю. – Слуга сделал поклон и повернулся, чтобы пропустить четверых музыкантов, с отсутствующим видом наигрывающих весёлую мелодию. Гору почесал свой бритый затылок.

– По-моему, это немного слишком, вам не кажется?

Усаги разгладила складки своего изысканного одеяния, подпоясанного золотой тесьмой.

– Не знаю, я могла бы к этому привыкнуть.

– Я и не подозревал у тебя такой любви к роскоши, – поддразнил её Ину. Обычно растрёпанные волосы его были аккуратно зачёсаны назад, а одежда была из струящегося шёлка изысканного оттенка морской волны.

Усаги оглядела весь роскошно убранный зал пещеры и улыбнулась.

– Я тоже. – Взгляд её остановился на Торе, сидевшей рядом с братом. Тяжело раненный во время налёта, он был успешно вылечен с помощью Ларца Лекаря, но Тора всё ещё волновалась и то и дело поглядывала на его затянувшийся шрам. Кудесник снова висел у него на поясе. Едва придя в себя, он первым делом спросил о Молоте. И, узнав, что рейд закончился благополучно, сразу же захотел это отпраздновать.

– Но ведь всё потом исчезнет, – сказала Тора.

– Ничего, к тому времени мы уже успеем порадоваться, – со смехом отвечал он.

Разговоры стихли, когда Имуги поднялся со своего места, чтобы произнести тост.

– За наших гостей, Наследников Воинов! – провозгласил он. – Если бы не вы, я бы не стоял сейчас здесь. Спасибо за ваше участие, за мужество и находчивость. Создать теневых Стражей и выпустить их против настоящих – такое нам в голову ни разу не приходило. – Он посмотрел на музыкантов и слуг с пустыми, ничего не выражающими глазами и усмехнулся. Потом поднял кубок. – Рудокопы перед вами в долгу – и вы всегда здесь желанные гости. За вас!

Кланяясь в ответ на приветственные возгласы, Усаги, вместе с Ину и Гору, подняла свой кубок и отхлебнула прохладного лимонного пунша. Он оказался сладким, даже приторным, но тут уж Кудеснику не прикажешь. Она покосилась на мешок с Молотом, привязанный к поясу Имуги. Как же им всё-таки вернуть Сокровище на Нефритовую Гору?

Они приступили к королевскому угощению. Сладкие крабы, солоноватые устрицы, заманчиво светящиеся в своих раковинах моллюски, огромные варёные омары, свежие креветки с икрой, все виды сочно поджаренной птицы, свинина с румяной хрустящей корочкой, вырезанные в виде цветов овощи, пышные запеканки, пельмени со всеми мыслимыми начинками, нежные рисовые лепёшки, изысканно нарезанная лапша, тёплый рис, приправленный орехами и финиками. Когда дошло до сладкого, места в животе у Усаги уже не осталось.

– Ничего, всё равно это всё исчезнет, – уговаривал её Панри. – Ешь, пока есть возможность.

– А у вас не бывает… последствий от кудеснической еды? – спросила Усаги, с трудом подавив отрыжку.

Панри усмехнулся и пожал плечами.

– Подумаешь, потом можно посидеть на диете. Овсянка всегда найдётся.

– Ну тогда, может быть, вон того желе, – икнув, согласилась она. – И пару цветочных лепёшек.

Справившись со сладким, Усаги посмотрела вокруг – столы были завалены пустыми тарелками, костями, очистками от фруктов, – и ей захотелось поскорей убежать отсюда. Она повернулась к Ину и Гору.

– Что делать? Мы не можем оставаться здесь вечно – и без Сокровища уйти нельзя.

– Тора поговорила с братом? – спросил Ину.

– Обещала поговорить сегодня вечером. – Усаги попробовала ослабить ставший тугим пояс и икнула. – Вряд ли он сам согласится, особенно после того, как Молот так хорошо поработал и спас нас всех от гибели.

Гору наклонился к ним поближе и понизил голос:

– Тогда придётся взять его самим.

– Не так-то это просто. – Усаги бросила взгляд на другой конец пещеры и заметила, что Тора направляется к ним. – Посмотрим, что она скажет.

Лицо у Торы так и сияло. Она подцепила недоеденный кубик питайи с тарелки Усаги и отправила его себе в рот.

– Правда здорово? Вот бы жить так всегда!

– Пир прекрасный, но он не настоящий, – напомнила ей Усаги. – Нельзя забывать, зачем мы сюда пришли. Ты говорила с Имуги о Сокровище?

По лицу Торы пробежала тень.

– Говорила, но он ещё не успел об этом подумать.

– А что тут думать, – сказал Ину. – И сколько можно откладывать. С нашей помощью рейд удался на славу. Давай поговорим с ним прямо сейчас.

– Ох, ну ладно. – Она неохотно поплелась с ними к Имуги. Рудокопы по большей части закончили пировать – кто-то плясал под музыку, другие играли на ковре в шесть палочек… Имуги сидел на подушке и смотрел, как двое Рудокопов сосредоточенно переставляли белые и чёрные «камни», играя в «облаву». Увидев подошедших гостей, он радостно встрепенулся:

– Наследники Воинов! И Наследнички, – он подмигнул Торе и Гору. – Как вам наш пир?

Ину поклонился.

– Хорошо, спасибо. Но мы пришли поговорить.

– Что ж, садитесь, поговорим, – он посмотрел на шумевшую вокруг компанию и вынул из мешка Молот. Один удар об пол – и вокруг них воздвигся просторный шатёр с толстыми коврами по стенам. Имуги усмехнулся. – Теперь нам никто не помешает. – Он снова положил Молот в мешок и весело похлопал по нему ладонью. – Вот уж действительно дар богов.

– Как раз о нём мы и хотели поговорить, – сказал Ину. – Нам пора возвращаться на Нефритовую Гору – так что пришли просить у тебя Кудесник.

Имуги вздохнул и откинулся назад на подушках.

– Сестра говорила мне. Но, боюсь, это невозможно.

– Невозможно? – нахмурился Наследник Воина Собаки. – Он принадлежит Воинам Зодиака. И наш долг – доставить его назад в Святилище Двенадцати. От этого зависит будущее Мидаги.

Имуги прочистил горло и повертел в руках завязки мешка.

– Я могу вас понять, но поймите и вы – я в ответе за всех этих людей. И без Молота нам не справиться.

– А добыча от рейда? – спросила Усаги. Она бросила взгляд на большой мешок с драгоценными камнями у его ног. Таких мешков они притащили много, не говоря о корзинах со слитками. Теперь Хранилище было набито до отказа. – Вы можете купить себе всё что угодно – теперь вы обеспечены на несколько жизней вперёд.

– И ты сам говорил, что Рудокопы у нас в долгу, – напомнил Гору. – Все это слышали.

Шрам задёргался на щеке у Имуги.

– Без Молота мы бы не вырвались из этого плена. Извините. Я не могу с ним расстаться.

Ину наклонился вперёд.

– Народ Мидаги изнемогает в рабстве. И на Копях люди не перестанут мучиться, пока мы не остановим Синего Дракона. А для этого нам нужно уберечь от него Сокровища.

– У меня Кудесник в безопасности, – резко ответил Имуги. – И не забывайте, что нашёл его я.

– Но это ещё не значит, что он твой, – выпалила Усаги.

У Имуги сделался стальной взгляд. Усаги покраснела, но ещё выше подняла подбородок:

– Да. Кудесник – одно из Сокровищ Двенадцати. И должен занять своё место среди остальных.

– Ага. Чтобы только вы могли им пользоваться. – Имуги покачал головой. – Двенадцати больше нет. Вы называете себя их Наследниками, но я не вижу в этом особого смысла.

– Мы пытаемся возродить Круг Двенадцати, – твёрдо произнёс Ину. – Но для этого нужно время, усилия и надёжные преемники. – Он перевёл взгляд на Тору. – И Сокровища.

Тора отвернулась и потёрла шрамы на руке. Потом резко выпрямилась, подошла и встала рядом с братом.

– Он сказал своё слово, – бросила она. – Отныне Молот принадлежит Рудокопам.

Усаги, Ину и Гору изумлённо уставились на неё.

– А как же наша миссия? – осторожно спросил он.

– Пожалуй, я в ней больше не участвую, – ответила Тора.

Усаги почувствовала, как у неё сдавило в груди и стало тяжело дышать.

– Ты хочешь сказать, что не вернёшься с нами в Святилище?

– Как же так, подумай, – вставил Гору. – Тебе осталось совсем немного, чтобы стать Наследницей Воина Тигра.

На лице Торы промелькнуло странное выражение. Взгляд её стал твёрдым и решительным.

– Мой брат значит для меня всё. Он – моя семья. И всё, что я делаю, – я делаю для семьи. – Она посмотрела на Имуги. – Ты же знаешь, что это так, брат?

У Имуги покраснели глаза. Он взял её руку в свою:

– Я всегда знал, что мы вместе. И буду счастлив, если ты останешься здесь. – Он повернулся к Усаги и её спутникам: – Вы можете гостить у нас сколько захотите, но выполнить вашу просьбу не в моих силах.

Из шатра они вышли без Кудесника – и без Торы. Усаги еле сдерживала слёзы. Они молча прошли мимо продолжающих праздновать Рудокопов и поспешили укрыться в своём уголке. Усаги с отчаянием посмотрела на Ину и Гору.

– Что будем делать?

– Будем собираться, – сказал Ину. – Раз не отдаёт, придётся похитить – и уносить ноги.

Слеза поползла по щеке Усаги. Этого она и боялась – Тора сделала выбор, и он оказался не в их пользу.

– Я так и знала – и всё равно не могу в это поверить.

Гору неуклюже потрепал её по плечу.

– Мы все видели, как она обрадовалась брату.

– Это позор, – сказал Ину. – Но принуждать её мы не можем. Так Наследниками не становятся.

Они быстро собрали свои скромные пожитки, и не дожидаясь, пока роскошные шелка превратятся в воздух, сменили их на свою обычную походную одежду.

– Дождёмся часа Крысы, – сказал Гору. – Я буду на стрёме, а вы двое возьмёте у него Молот. – Он запустил руку в свой мешок и вынул из него маленький бумажный свёрток. – Это от Раны. Смесь парализующей жидкости и сонного порошка. Действие длится не больше двух часов, но если даже они проснутся, то пошевелиться не смогут.

– Шикарно, – усмехнулся Ину.

Резкий запах заполнил их каменный закут.

– Нет, Бык. К чему нам этот порошок. Просто пальни разок в направлении Имуги и вышибешь его сразу на несколько дней.

– Это не я, – буркнул Гору.

– Извините, – покраснев, пролепетала Усаги.

– Ого! Я недооценивал тебя, Усаги.

Они подремали по очереди в ожидании часа Крысы. И когда Каменный круг оказался весь залит проникшим в верхнюю щель голубоватым лунным светом, Гору растолкал Усаги и Ину.

– Пора.

Они перекинули через плечо свои мешки, и Усаги прислушалась. Ничего, кроме храпа и тихой мелодии, напоминающей колыбельную.

– Кажется, все спят, – шепнула она. Крадущимся шагом они стали пробираться через пещеру. Праздничные фонари почти погасли. Кто-то из Рудокопов заснул прямо посреди праздника, остальные разбрелись по своим углам. Музыканты продолжали что-то наигрывать с прежним отсутствующим видом; слуги бродили как сомнамбулы, убирая остатки пира и не обращая на них никакого внимания.

Ину взял пакетик Раны, насыпал немного сонного порошка в полую камышинку и подкрался к спящему на подушках Имуги, собираясь дунуть ему в лицо.

Усаги насторожила уши и услышала, как к ним неслышной тигриной поступью приближается Тора. Она быстро повернулась, заметив в полумраке, как что-то мелькнуло в руках у подруги. Усаги прищурилась и онемела от неожиданности.

– Подожди! – шепнула она Ину. Тора вошла в круг света, и позолоченная рукоять Кудесника сверкнула у неё в руке. Глаза у неё были красные и опухшие. – Идём.

– Ты уверена? – неслышно спросила Усаги.

Тора кивнула.

– Если я останусь здесь, это мало что изменит. Если мы соберём все Сокровища… – она глубоко вздохнула. – Может быть, всё изменится к лучшему.

Не говоря ни слова, Ину положил руку Торе на плечо. Она так же молча протянула ему Молот.

– Надо скорей уходить, пока брат не обнаружил пропажу. Я подложила в мешок кость, но он скоро поймёт в чём дело.

Они быстро спрятали Молот в мешок Ину и, оставив пещеру, направились по тёмному Ущелью вслед за видящей в темноте Торой. Усаги чувствовала, как будто огромный камень упал у неё с души, но понимала, как нелегко сейчас подруге: то же самое испытала она сама, когда оставила во дворце сестру. Может быть, Имуги окажется не таким злопамятным, как Ума. И с такой добычей Рудокопы могут жить безбедно, прекрасно обходясь без Кудесника.

Они ещё не добрались до реки, когда Усаги расслышала в отдалении голос Имуги. Они забрали с собой Молот!

Она слышала, как Рудокопы с криками покидают пещеру.

– Имуги обнаружил пропажу, – сказала она. – Рудокопы пустились за нами.

– Духи-глухи! – выругался Гору.

Они встряхнулись и помчались вдоль реки на духовной скорости. Заслышав крики, Усаги бросила взгляд назад и увидела скачущий позади огонь факела.

– Догоняют! – крикнула она.

Ину фыркнул и помчался ещё быстрей.

– Зачем мы только учили их пользоваться духовной скоростью!

Ущелье закончилось. Они одолели подземный туннель и теперь двигались по заброшенному карьеру, лавируя между валунами и осколками мрамора. Усаги прислушивалась к погоне и предупреждала друзей всякий раз, как преследователи подбирались слишком близко. От долгого бега у неё горели лёгкие и саднили ноги.

Выбравшись из карьера, они побежали по одной из старых забытых дорог, ведущих через холмы к Круговой Дороге. Перевалив через гребень холма, стали спускаться по извилистой тропе, и тут Усаги услышала звук прямо впереди.

– Стойте! – крикнула она. – Поворачивайте назад!

Но прежде, чем они успели дёрнуться, тропу им преградил словно с неба свалившийся Имуги. Спрыгнув с крутого склона холма, к нему присоединились ещё двое Рудокопов с факелами в руках. Усаги оглянулась – сзади к ним уже подбегали остальные преследователи. Они были окружены.

– Тора! – Глаза Имуги горели при свете факелов, а роскошное шёлковое одеяние было порвано и заляпано грязью. – Что всё это значит? Ты ведь собиралась остаться.

– Я собиралась сделать всё, что в моих силах, для нашей семьи. Именно это я и делаю, – сказала Тора. – Стану Наследницей Воина – попробую разыскать отца. Я говорила тебе – не исключено, что он находится в Вайе и делает мечи для тамошнего императора и для Короля-дракона.

Имуги покачал головой.

– Не хочу тебя расстраивать, сестрёнка. Но он – он мёртв. Я остался у тебя один. Не надо себя обманывать.

– Как ты можешь так говорить! – ощетинилась Тора.

Вместо ответа Имуги протянул вперёд пустой мешок.

– Мы пришли за Молотом.

– Нет! – сказала Тора. – У вас хранилище ломится от драгоценных камней и золота. Вы обеспечены как никто. А как вы пользуетесь Кудесником – устраиваете глупые пиры с прислужниками-недочеловеками!

– До этого рейда мы не представляли, какой силой он обладает, – сказал Имуги. – С его помощью мы сможем создать собственную армию, Тора. Если ты в самом деле хочешь что-то противопоставить Королю-дракону, останься с нами и помоги мне захватить Восточные Копи. С Молотом у нас всё получится. Останься, сестра. О друзьях не беспокойся, мы отдадим им столько сокровищ, сколько захотят.

Усаги быстро огляделась. Теперь они были окружены: Рудокопы преграждали тропу спереди и сзади. Она посмотрела в сторону, где склон круто обрывался вниз, и при свете факела приметила бегущую внизу тропу.

– Нам не нужны золото и драгоценности, – сказал Ину. – Только Молот.

От волнения Усаги по старой привычке потянулась к своему амулету и вздрогнула, когда пальцы наткнулись на Кольцо Тумана. Почему она не вспомнила о нём раньше? Гору заметил Кольцо у неё в руке. Она показала глазами в сторону от тропы и приподняла одну бровь. Гору сделал вид, что разминает шею, и хорошенько осмотрел обрыв. Потом незаметно кивнул ей в ответ.

Вместе они подошли поближе к Торе и Ину, спорившим в это время с Имуги.

– И не говори, что я тебя бросила, – она задрала рукав и показала брату свои шрамы. – Так я тебя защищала. И каждый день потом смотрела на них и думала, что не смогла тебя спасти. – И дальше буду за тебя сражаться.

Усаги понимала, что надо действовать быстро. Она вспомнила, что читала о Кольце в библиотеке Святилища. Что лучше – пыль, туман или дым? Наверно, пыль. С туманом может быть рискованно. У Имуги водяной дар, хотя и не сильный. Где гарантия, что он не сможет его рассеять.

Она стала тереть янтарь, словно хотела его почистить. Хоть бы подействовало! Они даже не успели испытать Кольцо. Что если оно повреждено. Или, может, вовсе не настоящее Сокровище? Проводя по нему большим пальцем, она считала движения. На двенадцатом Кольцо завибрировало, словно ожило. Вихрь жёлтой пыли вырвался из него и в несколько мгновений накрыл и их, и Рудокопов таким густым облаком, что ничего нельзя было увидеть даже под самым носом.

Глаза невыносимо щипало. Зная, что Гору стоит позади, Усаги схватила за руки Ину и Тору и потянула их за собой.

– Прыгаем! – задохнувшись, крикнула она. И они втроём спрыгнули с откоса на проходившую внизу тропу.

Его Величеству говорили, что просить у Кудесника что-либо, имеющее отношение к телесным нуждам, опасно. Любая, хоть и самая хорошая, еда будет вызывать несварение, и если попросить поменять внешность, то результат тоже окажется плачевным. Но король не внял предупреждениям и на свой день рождения приказал моей соратнице – Кури, Воительнице Барана – «сколотить» великий пир и сделать так, чтобы сам он был прекраснее всех гостей. Последствия не заставили себя ждать.

Из Воспоминаний Верховного Жреца Нефритовой Горы, написанных Ондори, в прошлом 13-м Воином Петухом

Глава 18

Новые наследники

Мощённый камнем двор святилища был засыпан красными сверкающими листьями клёна. Усаги подобрала самый красивый и положила на него Кольцо Тумана, сверкающее в мягком предвечернем свете.

– Ого, янтарь размером с ягоду дракона! И весь светится! – восторженно воскликнула Рана.

– Первые Племена называли янтарь «душой тигра», – сказала Сару. – Напоминает сгусток света, из которого на Призыве появлялась тигрица. – Она надела кольцо на палец и вытянула вперёд руку. – Красота! Вы молодцы – постарались так постарались.

– Если бы не Усаги, оно бы так и летало сейчас над Королевством Бабочек, – сказал Гору.

Ину засмеялся. Потом посмотрел на Кудесник в руках у Нэзу:

– И благодаря Торе нам не пришлось пускать в ход твой сонный порошок, Рана. Если бы не она, не было бы у нас Молота.

Тора отвернулась и почесала за ухом у ластящегося к ней Кумо.

– Может быть, мой брат меня простит, – тихо сказала она.

Усаги положила руку ей на плечо:

– Ты поступила правильно. И он должен это понять, хотя, может, и не сразу.

– Надеюсь, – вздохнула она.

– Жаль, я не видел Усаги на этой гигантской бабочке, – улыбнулся Нэзу. – Сумасшедшее, наверно, было зрелище!

– И сумасшедший полёт, – откликнулась Усаги. У неё засосало под ложечкой от одного воспоминания.

– Зато каков результат! – сказал Нэзу. Он повернул Молот и провёл пальцем по изображению зверей на его полированной рукояти. – Теперь у нас семь Сокровищ, – произнёс он, возвращая Молот Торе. – Тебе и Усаги принадлежит честь вернуть два новых к остальным.

Сару сняла с пальца Кольцо и передала Усаги. Потом они все направились вслед за Торой к Большому Залу, где оба Сокровища были торжественно возвращены на свои места в сундуке.

Усаги отступила назад, рассеянно теребя черенок кленового листа. Было немного странно не ощущать тяжести Кольца на цепочке, но она с облегчением вздохнула, положив его в сундук рядом с другими Сокровищами. Она поправила на шее свой кроличий амулет и ласково погладила его, поблагодарив за помощь.

– Как насчёт остальных пяти? – спросил Гору, выдвигая пустой ящик.

– Мы тоже не теряли время даром, – сказал Нэзу, вынимая из сундука Дальнозоркое Зеркало. – Пока вас не было, мы с Сару попросили Зеркало показать пять Сокровищ во владении Короля-дракона. Смотрели по очереди, чтобы не впасть в зависимость.

– О, Зеркало, – вздохнула Тора.

– Забудь о нём – у тебя есть твоё тигриное зрение, – мягко одёрнула её Усаги.

– Это разные вещи, – возразила Тора, бросив жадный взгляд на Зеркало в руках у Нэзу. – И что оно вам показало?

– Мы даже не знали, хранятся ли они все во Дворце или Король-дракон пользуется ими вместе со своими Ловчими, – сказала Сару. – Теперь знаем. – Она повернулась к Ране: – Змея, тебя не затруднит принести карту?

Рана кивнула и выбежала из зала. Вернувшись, она развернула прямо на татами большой свиток. Все столпились вокруг. На свитке было отмечено, где каждое из пяти Сокровищ находилось в такой-то день и час, согласно Дальнозоркому Зеркалу.

– Как видите, за всё время нашего наблюдения Сокровища не покидали пределов Дворца, – сказал Нэзу. – В тот раз, когда мы наткнулись на Ловчих с Веером, – он обернулся к Усаги, – они, я думаю, только собирались доставить его Королю-дракону.

Усаги почувствовала, как её бросило в жар от одного воспоминания о том ужасном дне, но Сару словно прочла её мысли и положила руку ей на плечо.

– Хорошо, что они находятся все вместе. Чтобы захватить, будет достаточно одного похода.

Усаги ещё раз внимательно посмотрела на карту.

– Дряхлые духи, – сказала она, – три Сокровища Синий Дракон держит при себе! Как нам завладеть Гребнем, Ожерельем и Веером, если он с ними не расстаётся?

– Да, это плохо, – согласился Нэзу. – Он всегда носит их с собой. Но на время сна убирает.

Гору присвистнул.

– Если они в его покоях, от этого не легче. Туда никому нет входа, кроме Ловчих.

– А что Чаша и Перо? – наклоняясь над картой, спросила Тора. – Кажется, они хранятся в Зале Золотого Трона.

Сару кивнула и взяла Зеркало у Нэзу.

– Там они день и ночь находятся под охраной Ловчих.

– Это не так страшно, – сказал он, – Ловчих можно будет отвлечь. Самое трудное – заполучить те Сокровища, что при нём.

– И ещё найти Бусину, которую спрятала Тигрица, – хмурясь, добавила Усаги. – Без неё Ожерелье не имеет никакой силы.

В тот вечер Нэзу устроил прекрасный ужин в честь их возвращения. Не такой роскошный, как пир у Рудокопов, зато замечательно сытный! Здесь была яичница с солёными кабачками, тушёное кабанье мясо с пушистым горячим рисом, много свежих и маринованных горных овощей, жареная картошка, тефтели из озёрной рыбы и ароматная чесночная похлёбка.

– Вы четверо едите так, как будто сто лет не держали во рту пищи, – удивлялся Нэзу, глядя как Ину и Гору подлизывают свои тарелки.

– Последнюю нашу большую еду можно вообще не принимать во внимание, – сказала Усаги, отправляя в рот остатки яичницы.

– Это точно, – облизнулась Тора. – Зато мы испытали на себе последствия пира, приготовленного Кудесником.

Сару улыбнулась.

– Рада, что вы оценили наше угощение. Ну а теперь – пора. – Она обернулась к Ране.

Рана загадочно улыбнулась в ответ и выскользнула из трапезной. Пока остальные помогали убирать со стола и мыть посуду, Нэзу принёс засахаренные хурму и каштаны и чашки с горячим чаем. После знаменитого пира у Рудокопов Усаги думала, что больше никогда не притронется к сладкому, но отказаться от настоящих сладких каштанов было не в её силах. Уплетая третий, она увидела, как Рана передала Наследнице Обезьяны какой-то свёрток. Пока Сару развязывала его, до неё начало доходить. И когда Нэзу повернулся и подмигнул ей, она запихнула в рот остаток каштана и побежала за своим собственным приготовленным сюрпризом.

Теперь Сару держала в руках прекрасный лук и расписанный колчан с хорошо промасленными стрелами, а Тора и Гору стояли рядом с ней лицом ко всем остальным.

Потом Сару обратилась к Торе.

– Готова ли ты принять звание Наследницы Воина Тигра и всегда следовать Заветам Двенадцати? – спросила Наследница Обезьяны.

– А как же Испытания Воина? – недоверчиво спросила та.

– Испытания Воина по традиции назначаются наставником, – ответила Сару. – Но поскольку Тигрицы сейчас нет, а вы всё это время готовились с нами, мы, Наследники, посчитали, что вы уже готовы.

– То, что ты сделала для возвращения Кудесника, уже само по себе – великое испытание, – добавил Ину.

Усаги поймала на себе вопросительный взгляд Торы и радостно кивнула. Тора расправила плечи:

– Тогда да – готова и почту за честь.

Ей тут же вручили новый составной лук, удивительно похожий на лук Ину.

– Больше не будешь умыкать мой, – поддел её Ину.

Рассмеявшись, Тора согнула лук и попробовала тетиву.

– Не буду, – пообещала она.

– А это от меня – вернее, от Древа Стихий, – сказала Усаги, выступив вперёд и вручая подруге маленький мешочек. – Помнишь железный камень, что помогал тебе с видениями? Возьми – думаю, он ещё не раз тебе пригодится.

Тора открыла мешочек и вытащила тонкую золотую цепочку, выточенную Ину по просьбе Усаги. На ней висела бусина из тигрового камня. У Торы сделались большие глаза.

– Я что-то не помню, чтобы камень так выглядел.

Когда мы были в Норе Рудокопов, он случайно укатился в костровую яму. И сумел так преобразиться. По-видимому, этот каменный круг в Разрисованном Гроте до сих пор обладает какой-то волшебной силой.

Тора осторожно повертела бусину между пальцами, разглядывая её сверкающие разноцветные прожилки.

– Какая красивая! – Она немного помедлила. – А вдруг я с ней не буду вылезать из видений?

– Поноси немножко и поймёшь, – усмехнулся Нэзу. – Я думаю, она поможет тебе овладеть твоим Даром. И… ты теперь Наследница – ничего не бойся.

Тора сделала глубокий вдох и надела цепочку на шею. Потом выдохнула и улыбнулась:

– Спасибо.

– Теперь очередь Быка, – сказал Нэзу.

Смущённо ссутулившись, Гору шагнул вперёд.

– Да, Гору, ты доказал, что владеть оружием не главное, а главное владеть собой, – сказала Сару. – Твоя храбрость, стойкость и готовность всегда прийти на помощь – качества настоящего Воина.

Принимая звание Наследника Воина Быка, Гору получил и своё первое оружие – металлический пояс-цепь с прикреплённой к нему гирей размером с кокосовый орех. Этот сурутин был ему как раз впору и такой тяжёлый, что Нэзу и Ину вдвоём еле притащили его в трапезную.

– Ты, конечно, можешь предпочитать кулаки, и всё же оружие при себе иметь невредно, – тяжело дыша, произнёс Нэзу.

Гору так и сиял.

– Разрази меня гром! Ещё как невредно!

Он закрепил цепь на поясе и взвесил гирю в ладони, словно жонглёр, играющий с шариком. Вдобавок ему подарили отличную кольчугу, укреплённую несколькими рядами медных пластинок.

– Я работал над ней несколько месяцев, – сказал с улыбкой Ину. – Ты велик и силён сам по себе, но с этой защитой будешь почти неуязвимым.

Новоиспечённый Наследник Быка натянул на себя кольчугу.

– Давайте сюда Ловчих! – проревел он.

– А как же Змея? – спросила Тора.

Рана улыбнулась.

– Не бойся, я от вас не отстану. Ину, сделаешь мне тогда чешуйчатую кольчугу?

– Как не сделать! – засмеялся Наследник Собаки.

Они подняли чашки с чаем и выпили за двух новых Наследников Воинов.

– Шесть Наследников, один Наследничек и семь Сокровищ, – воскликнул Нэзу. – Знаете, что это значит?

Сару обняла Тору и Гору.

– Это значит – мы на полпути к тому, чтобы восстановить Круг Двенадцати.

* * *

Потом все снова стали обдумывать предстоящий поход. Просматривая в библиотеке дюжины старых свитков, отмечали для себя все изменения, внесённые в изначальную планировку Дворца Королём-драконом. Как бывшие ученики Академии, Тора и Гору нанесли на карту новые укрепления и постройки – Академию Дракона, здание тюрьмы и другие.

– Мы жили и тренировались здесь, – показал на карте Гору. – В этой части Срединного Двора.

– А этот сад возле Королевской Резиденции помните? Там в дальнем конце мы сделали подкоп под стену, когда убегали, – добавила Рана.

– А Стражники и Ловчие живут в казармах Внешнего Двора, – сказала Тора, ставя на карте крестик.

– Чаша и Перо хранятся в Тронном Зале – вот здесь, в самом центре Срединного Двора, – Сару пометила это место кружком. – А остальные три Сокровища каждую ночь отправляются с Синим Драконом в его личный покой во Внутреннем Дворе. Сюда. – Она сделала ещё одну отметку.

– Значит, начинать надо с Тронного Зала, – сказал Ину.

Рана наклонилась над картой и провела по ней пальцем.

– Я знаю хороший путь…

– Первым делом нужно найти Тигрицу, – перебила её Усаги. – Хватит уже откладывать.

Нэзу пощипал себя за «усы».

– Но она сама велела поскорей раздобыть Сокровища.

– В том числе недостающую Бусину из Ожерелья Земли и Неба, – заметила Усаги. – Синий Дракон повсюду её ищет. Спасая Тигрицу, мы можем напасть на её след.

– Откладывать освобождение Наставницы дольше необходимого мы не собираемся, – продолжая разглядывать карту, сказала Сару.

– Но если мы освободим её сразу… – подумала вслух Рана. – Это не помешает? Как мы будем тогда добывать остальные Сокровища?

Сару задумчиво кивнула. Соглашается с Раной? Как можно думать, что Тигрица будет препятствием на пути к цели? Она сама – их цель. Усаги почувствовала, что не в силах больше сдерживаться. Но в это время Тора сморщилась, словно от боли, и, схватившись за бусину на цепочке, закрыла глаза.

– Что такое, Тигра? – озабоченно спросил Нэзу.

– Кажется, она опять что-то видит, – шепнул Гору.

– Духи…

Они стояли, затаив дыхание, и ждали. Наконец Тора открыла глаза.

– Я видела Уму, – сказала она Усаги. – В какой-то глуши. И кажется, на ней была ловчая сеть.

– Что? – подскочила Усаги. – Она учится в Академии Дракона и готовится вступить в ряды Ловчих. Зачем бы им было ловить её… Я должна посмотреть в Зеркале.

Она кинулась из библиотеки, Тора – за ней. Запыхавшись, они прибежали в Большой Зал и остановились перед сундуком с Сокровищами. Сердце колотилось, Усаги открыла ящик и взяла Зеркало. Может быть, Ума за это время стала другой? Решилась бежать из Академии? И снова попалась в сети Ловчих? Дряхлые духи, почему она не посмотрела в Зеркало раньше! Уже больше года не видела сестру – даже краем глаза.

Вначале Усаги видела только своё испуганное лицо – потом Зеркало затуманилось, а когда очистилось снова, она увидела сестру. Ума была в синей форме Академии, с аккуратно зачёсанными назад волосами, собранными на затылке в хвост. И взгляд был строгим – под стать всему её облику.

– Я её вижу! – воскликнула Усаги. – Слава богам – никакой сети. Только где она? – Изображение расширилось: Ума и другие ученики были в большом длинном зале с двенадцатью резными, ярко расписанными колоннами. Они стояли, преклонив колено, а на алтаре перед ними красовались на шёлковых подушечках Чаша Изобилия и Перо Правды. По обе стороны от алтаря замерли два Ловчих – в полном облачении, с огнестрелами наперевес.

– Сокровища, – выдохнула Усаги. – Она – в Зале Золотого Трона.

Когда-то в этом Зале восседали короли и королевы. Здесь же собирался и Совет Двенадцати. Поблизости от трона находилась ниша с Колоколом Призыва. Но Синий Дракон превратил её в алтарь для Сокровищ и воссел на трон сам. Усаги увидела его в Зеркале и невольно отшатнулась. Со времени их визита во Дворец она изо всех сил старалась не думать о нём, глядя в Зеркало. Но теперь не смотреть было нельзя.

Сидя в раззолоченном кресле на возвышении, украшенном с двух сторон золотыми драконами, Синий Дракон слушал донесения своих министров и начальников Стражи. Глаза его были полуприкрыты. Когда он повернулся в профиль, Усаги увидела у него на щеке странную отметину – бледный отпечаток ладони, выделяющийся на серовато-синей коже. Перед их последним поединком Тигрица залепила ему хорошую пощёчину, и спустя несколько месяцев эта отметина никуда не делась.

На шее у него висели на шёлковом шнуре две Морские жемчужины, чёрная и белая – те, что имели силу управлять океанскими волнами. А Бусины Земли не было. Значит, он так её и не нашёл! Усаги заметила сложенный веер, заткнутый у него за пояс.

– Нэзу был прав – Ветра Бесконечности он тоже носит с собой, – доложила она подруге.

Сбоку от трона стоял столик с изящным чайным сервизом. Ещё здесь были чаши для ополаскивания крошечных чашечек, используемых на дегустациях и церемониях, и чайники с разными видами заварки.

Синий Дракон плеснул чаю в чашечку, в которой едва ли поместилось бы Кольцо Тумана. Аккуратно держа её когтистыми пальцами, поднёс к лиловым губам, глядя поверх ободка на коленопреклонённого Ловчего. Тот был без шлема, и вглядевшись, Усаги его узнала.

– Двуликий Тупа, – пробормотала она. – Привет, предатель.

– Дай мне глянуть, – сказала Тора, потянувшись за Зеркалом.

– Подожди, я ещё не закончила, – отмахнулась Усаги.

Держа в руках позолоченный шлем, Тупа смиренно наклонился и что-то сказал Королю-дракону. Взгляд у того сделался ледяным, и в тот же миг чашка полетела через комнату прямо в бритую голову Тупы. Усаги вздрогнула, хотя знала, что голова у Воина Барана непробиваемая. Осколки чашки посыпались во все стороны. Досталось и стоявшим поблизости подросткам. Её сестра даже не вздрогнула, хотя по щеке у неё текла тоненькая струйка крови. Синий Дракон поднялся с места и принялся беззвучно орать на Капитана Ловчих.

Усаги выронила гладкий диск Зеркала, как будто он обжёг ей пальцы. Он покатился по полу, закружившись на круглой ручке наподобие волчка.

– Что ты увидела? – с тревогой спросила Тора.

Усаги рассказала.

– А ей как будто всё равно, даже крови не заметила.

– Ясное дело, – кивнула Тора. – Королю-дракону всё позволено. Захочет, сделает из тебя тренировочную мишень, и будешь терпеть.

Усаги прикусила губу.

– Это ужасно.

Тора посмотрела на свой тигровый амулет и нахмурилась.

– Значит, она ни в какой не в глуши. Тогда совсем не пойму, что это было за видение. – Она наклонилась, подобрала Зеркало и вытерла его рукавом. – Как мне его не хватало…

– Ты прекрасно без него обходилась, – сказала Усаги и, забрав у неё Зеркало, вернула его в сундук. – Попробуй и сейчас.

– Ладно уж, – вздохнула Тора. – Его мне тоже трудно понимать. Думала, что показывает отца, а теперь понимаю, что это, наверное, был Имуги. – Она взяла Усаги за руку. – Пойдём, расскажем остальным.

Они вышли из Большого Зала, и Усаги подумала о Тигрице. Неудивительно, что она так плохо выглядела в последний раз. Если даже Тупе, Капитану Ловчих, так достаётся… Неужели после всего этого Ума осталась верной Королю-дракону? Сердце у Усаги снова сжалось от боли за сестру. Нужно во что бы то ни стало увести её оттуда – вместе с Тигрицей и Сокровищами. Только вот как? Сейчас весь их план казался почти невыполнимым.

Глава 19

Тигрица в опасности

На Нефритовой Горе дули холодные пронизывающие ветра. Наследники и Рана вовсю готовились к своему самому трудному и ответственному походу. Пять Сокровищ! (И отдельно – спрятанная Тигрицей Бусина из Ожерелья.) Три из них Синий Дракон носит при себе. Дворец тщательно охраняется. И самое главное – предстоит освободить Тигрицу. В этом походе должны участвовать они все.

Тора рассказала своё последнее видение:

– Я видела, что у каждого из нас было с собой одно из семи уже собранных Сокровищ – какое у кого, я не очень разглядела, – и нас окружал золотой свет. – На этот раз всё, по-моему, понятно.

– Да, теперь нам понадобится сила всех семи Сокровищ, – сказала Сару.

Все, соглашаясь, кивнули, и Усаги поклялась себе, что на этот раз они вернутся назад со всеми Двенадцатью Сокровищами.

Собравшись перед сундуком, договорились, что каждый несёт ответственность за своё Сокровище и может пользоваться им в случае необходимости. Ину выбрал Флейту Танцующих Снов, потому что всегда ходил с флейтой и умел на ней играть. Нэзу снова радостно надел на себя Пояс. Рана пообещала беречь Ларец Лекаря.

– Яд есть у меня самой, пусть на всякий случай будут и противоядия.

– Можно я возьму «душу тигра»? – спросила Тора. Она надела на палец Кольцо, и янтарь вспыхнул золотым светом, словно обрадовался.

Гору выбрал себе Молот-Кудесник, прикрепив к цепи с другого конца. Гирю он запихнул в карман, а Молот висел у него на боку, как какая-то маленькая деревянная безделушка.

Сару повернулась к Усаги.

– Остался Огненный Плащ и Дальнозоркое Зеркало. Что выбираешь?

– Плащ, – решила Усаги. Она не стала этого говорить, но, подумав о своей последней встрече с сестрой, решила, что такая защита теперь не помешает.

– Так тому и быть, – Сару положила Зеркало к себе в карман и с улыбкой помогла ей надеть Огненный Плащ. Он был тонким и невесомым, как пёрышко. Усаги сразу почувствовала себя защищённой от зимнего холода.

– Хороша одёжка! – воскликнула она.

– Если наткнёшься на кого-нибудь с огненным Даром, то точно не пожалеешь о такой, – согласилась Сару, как будто прочитав её мысли.

– Да, например, с Капитаном Тупой, – мрачно сказал Ину. – Этот Огненный Баран наверняка окажется у нас на пути.

Усаги прислушалась: у дверей Большого Зала раздавался взволнованный птичий свист. Тви вит! Тви вит! – Лесной ангел! – На пороге сидела пёстрая птица – из тех, что охотились за червяками и улитками во влажном лесу на берегу Озера Солнца и Луны.

– Интересно, зачем он сюда пожаловал?

Птица влетела в зал и опустилась на сундук с Сокровищами. У неё был каштановый, как волосы Сару, хохолок, красное туловище с белой грудкой, а крылья отливали голубым и зелёным. Блестящие глазки воровато косились по сторонам. А к одной ноге был привязан свиток.

– Кажется, Джи завела себе среди птиц новых друзей, – предположил Нэзу. Он отвязал свиток и развернул его. – Юнджа спрашивает, когда мы к ним придём. Хочет показать, над чем они работали всё это время, и говорит, что это может помочь одолеть Синего Дракона.

Ину расхохотался.

– Смелое утверждение. Неплохо было бы посмотреть, что они затеяли. Зря бы не послали птицу в такую даль.

Сару улыбнулась и взяла у него свиток.

– Значит, остановимся у них на пути в город. Кто знает, может, это и в самом деле нам как-нибудь поможет.

Они написали Юндже письмо и привязали свиток к ноге лесного ангела. Тот взмахнул крыльями, свистнул что-то на прощание и, вылетев в дверь, исчез среди быстрых облаков.

Когда они вышли из Большого Зала, Усаги задержала взгляд на Колоколе Призыва и снова вспомнила Тигрицу.

– Волнуюсь за Наставницу. Она говорила больше её не звать, но хорошо было бы узнать, как она там сейчас.

– И сказать ей, что мы собрали вместе семь Сокровищ и отправляемся за остальными, – сказал Нэзу.

– И что скоро её увидим и освободим, – добавила Сару. – Ей сейчас так нужна надежда.

Они собрались вокруг большого бронзового Колокола, и Наследница Обезьяны ударила в него висевшим рядом деревянным брусом-молотом. Глубокий и гулкий звук прокатился по роще, стремительно набирая силу. Листья Бамбука затрепетали как от налетевшего ветра, и он запел вместе с колоколом. Наследники стояли притихшие и ждали. Появится ли Тигрица? Жива ли она?

Когда звук Колокола почти замер в отдалении, в круге появился крошечный мигающий огонёк. Он стал медленно расти, приобретая очертания, пока не превратился в огромного прозрачного тигра. Сердце у Усаги тревожно забилось: тигр почти не светился и дрожал, как задуваемая ветром свеча. И стоять он совсем не мог – только лежал и казался спящим.

– Наставница? – окликнула она.

Огромная голова тигра поднялась, и зелёные глаза наконец открылись.

– Кролик, – еле слышно произнёс он. – Мои Наследники. Меня опасно призывать, пока я в плену у Друка. Я же вам говорила.

– Простите, Наставница, – сказала Сару. – Мы только хотели сказать, что нам удалось вернуть все утерянные Сокровища.

Тигр засветился немного ярче, поникшие уши слегка наклонились вперёд.

– Новость так новость.

Ину выступил вперёд, держа в руках Флейту.

– Теперь у нас есть семь из Двенадцати Сокровищ. – Он сделал знак остальным, чтобы показали тоже. Усаги скинула с плеч Огненный плащ и протянула прозрачному тигру. Тот вытянул шею и обнюхал его вместе с другими Сокровищами, удовлетворённо фыркнув.

– Нам известно, где Синий Дракон прячет остальные, – сказал Нэзу.

– Мы идём за ними – и за вами, Наставница, – выпалила Усаги. – Пожалуйста, соберитесь с силами.

Зелёные глаза тигра вспыхнули, и он попытался приподняться на передних лапах.

– Больше ничего не говори. С помощью Пера Правды Друк может заставить меня выдать то, что знаю. А если поймёт, что остальные Сокровища у вас и что вы направляетесь во дворец, то постарается вас схватить. Будьте осторожней.

– Гм… – медленно начала Сару. – К сожалению, Усаги поспешила. Она изо всех сил рвётся спасти вас, как и мы все, но, к сожалению, мы не можем отправиться в Облачный дворец, потому что… предстоит ещё много тренировки. И Сокровища могут быть в безопасности только здесь, в Святилище. Верно?

Сару переглянулась с остальными, и после краткого замешательства они закивали, соглашаясь.

– Мы останемся здесь и будем охранять Сокровища! – как можно громче провозгласил Гору.

Тигр снова осел на лапах и то ли закашлялся, то ли рассмеялся.

– Правильно. Сокровища в руках тех, кто обладает Дарами, могли бы меня спасти, но я запрещаю вам идти сюда. И знаю, что воля моя будет исполнена. – Тигр снова закашлялся.

– Мы исполним вашу волю, госпожа Хоранги, – сказала Тора. – Я ещё не встречалась с вами, но…

– Пока мне лучше не знать о пополнении в ваших рядах, – прервала её Тигрица. – Но надеюсь, что учёба проходит успешно и все, как всегда, стараются.

Усаги схватила и крепко сжала руку подруги.

– Конечно, у каждого из новых Наследников должно быть сердце Воина.

– Хорошо, – фыркнул тигр. – Запомните ещё одно. Я не исключаю, что Друк может предпринять новую попытку захватить Нефритовую Гору. Теперь – с пятью Сокровищами и таким пополнением в рядах Ловчих – он стал сильнее.

Наследники тревожно переглянулись.

– Но Нефритовая Гора сама отвергла его в прошлый раз, – сказал Ину.

– В тот раз его войско состояло из иноземных захватчиков, – сказала Тигрица. – С тех пор он набрал молодых воинов с Дарами из жителей Мидаги. И как их примет Гора, никто не знает.

Усаги всегда считала Нефритовую Гору неприступной для Короля-дракона.

– Вы думаете, он затевает новый поход? Вы что-то слышали об этом, Наставница? – спросила она.

Тигрица вздохнула.

– Пока нет, но если он узнает, что все остальные Сокровища хранятся в Святилище, то может решиться. – Она сделала паузу. – Нефритовая Гора – не единственное священное место Двенадцати.

– Мы поняли, – сказала Сару. – И всё же продолжаем надеяться на встречу.

– Это правильно. Надежда даёт нам силы. – Тигрица повернула голову в сторону, прижала уши и прищурилась. – Я ухожу, – прошипела она. – Они идут сюда! – И её зыбкие очертания растаяли в воздухе.

– Наставница! – крикнула вдогонку Усаги. – Ответа не было. Только Поющий Бамбук продолжал напевать свои печальные мелодии.

Все были встревожены. Синий Дракон может допросить Тигрицу. Нужно было поторопиться с её спасением.

Они в спешке собрались, закрыли в Святилище все помещения и стали прощаться с Кумо. Во время сборов тот уныло бродил по двору, обиженно отворачиваясь.

– Прости, – сказала Тора, погладив его за ушами. – Обещаю, что скоро вернёмся. Хорошо охраняй Святилище, пока нас не будет. – Леопард фыркнул и побрёл прочь, сердито мотая хвостом. Тора пожала плечами. – Капризный кот… Ничего, с ним всё будет в порядке.

Кода они покидали Нефритовую Гору, наверху уже лёг снег и оттуда веяло холодным дыханием. Но Усаги, укутавшись в свой плащ, совсем не чувствовала холода.

После нескольких дней «духовного» бега по заброшенным диким местам они добрались до Озера Солнца и Луны. Усаги не терпелось повидаться с Юнджей и его подопечными. Какое такое дело они там затеяли?

Отшельник в окружении всей компании трудился над каким-то невиданным устройством.

Ину приподнял край огромного воздушного змея. Он был почти с Гору – деревянный каркас и промасленная лубяная обшивка.

– Во имя Двенадцати, что это у вас такое?

– Пристегнись к нему, и взлетишь в небо – как если бы обладал Даром Петуха! – сказал отшельник, выпятив чахлую грудь колесом. – Помнишь, ты мечтал о том, чтобы все мидагцы восстали против Синего Дракона? – Он постучал себе по голове костяшками пальцев. – Я задумался тоже.

Тут Юндже и пригодилось его плотницкое мастерство. Теперь он делал приспособления, дающие обычным людям силы, сравнимые с Дарами Зодиака. Рядом со змеем был деревянный конь без головы – с седлом и стременами, каждое из которых соединялось с парой шарнирных ног. Двигая ногами в стременах, ездок приводил деревянного коня в движение. Шестилетний Бута, рождённый в год Кабана, тут же показал им это на деле.

– Вот это да! – изумился Нэзу, пощипав себя за «усы». – Теперь каждый сможет преодолевать большие расстояния без коня и без духовной скорости.

Отшельник улыбнулся своей щербатой улыбкой.

– Вот именно! Теперь я думаю о свободном полёте – безо всякого змея. Девочка Петушок ещё не умеет летать, но мы над этим работаем.

Он показал в её сторону. Джи бегала взад и вперёд, старательно размахивая неуклюжими крыльями из камыша, подпрыгивая, как воробей, и стараясь взлететь. Три верных пса Юнджи с лаем носились вокруг гостей, и только когда один из них чуть не сбил с ног её саму, она наконец заметила Наследников.

– Вы вернулись! – закричала она и, скинув крылья, бросилась навстречу Усаги. Личико у Джи округлилось – где теперь была та робкая и запуганная девочка, что пряталась от них в Крыле Крачки.

– Как ты тут, Джи? – спросила, обнимая её, Усаги. – Где твои птицы?

– Какие? Теперь их у меня много, – Джи так и светилась от радости.

– Мы так и подумали, – засмеялась Усаги. – Ваш последний посланец был такой красавчик! Но я спросила про чаек.

– Наби и Нэко? Где-то летают. Но они вернутся, как только я позову. Вот научусь и буду летать вместе с ними. Юнджа так много всего придумал, а мы – первые испытатели. И знаешь что? Я учусь владеть моим Огненным Даром! – она никак не могла остановиться. Потом показала им ещё несколько вещей, над которыми продолжал работать Юнджа: лодку, которая могла погружаться под воду (дышать можно было через бамбуковые трубки), самоходную колёсную повозку, небольших деревянных птиц с отверстиями внутри, с которыми можно было запустить всё что угодно – от пороха до любого послания.

– Лучше всего запускать их с помощью пращи, – сказал Юнджа, – так получается дальше. Захотите отправить подарочек Синему Дракону – тоже можно. Особенно если набить туда тлеющего навоза. – Он хрипло рассмеялся.

Сару улыбнулась, но тут же снова сделалась серьёзной.

– Хорошо бы послать ему весть, что он не всесилен. Но боюсь, он тогда совсем взбесится. – И она рассказала про предупреждение Тигрицы. – Он уже охотится за Сокровищами. И чем больше воинов с Дарами будет в его рядах, тем больше вероятности, что он попробует захватить Святилище.

– А пока он собирается, мы придём за его Сокровищами, – сказал Гору, громко ударив кулаком по ладони.

Отшельник покачал головой.

– Как только вы соберёте все Сокровища у себя, он придёт за ними.

– Этого мы и опасаемся, – сказал Ину. – В наших походах за Сокровищами мы не раз встречали подростков с Дарами, вынужденных жить в укрытии. Надо наладить с ними связь и начать помогать друг другу.

Юнджа погладил свою спутанную бороду.

– Если все начнут вставлять ему палки в колёса, мы вернём себе наше королевство. Строгие боги, как бы я хотел увидеть проснувшейся всю Мидагу!

– Если объединятся все, кто обладает Дарами, это уже будет хорошо. Чтобы защитить Нефритовую Гору, нам может понадобиться помощь, – сказала Сару.

– Я подумала о моих птицах, – отозвалась Джи. – Они могли бы разносить остальным послания.

Все сразу повернулись к ней.

– Всем? – спросила Усаги.

– Да, только скажите мне, где они находятся, – понизив голос, проговорила Джи.

Тора подняла бровь и кивнула.

– Стоит попробовать.

«Петушок» издала тонкий пронзительный крик. Наступила долгая-предолгая пауза. Потом Усаги расслышала ответный клич и, подняв голову, увидела двух чаек, быстро приближавшихся к ним.

– Нэко и Наби!

Как только птицы опустились на поляну, Сару быстро написала послания Рудокопам и Призракам Королевства Бабочек. Ину нарисовал на земле карту Мидаги и показал Джи, где находятся Королевство Бабочек и Мраморное Ущелье и как там найти адресатов.

Джи привязала послания и пробормотала что-то обеим птицам, нежно погладив их по перьям.

– Надеюсь, никто не перепутает их с голубями Короля-дракона? Не хватало ещё, чтобы ваши друзья их подстрелили.

– Думаю, ты напрасно беспокоишься, – сказал Гору. – Они совсем не похожи на голубей. Разве что приглянутся кому-нибудь как дичь?

Заметив испуганный взгляд Джи, Усаги ткнула его в бок.

– Этот Бык сам не знает, что говорит, – засмеялся Юнджа. – Твои птицы умеют за себя постоять. Отпускай и не бойся.

Джи поцеловала их в белоснежные макушки и подбросила в воздух. Захлопав крыльями, они сделали прощальный круг и, набрав высоту, начали удаляться.

Сару написала ещё одно письмо – на этот раз Кротам из Танцующих Дюн, и Джи отослала его с лесным ангелом, мелькнувшим в небе миниатюрной радугой.

– Дело хорошее, – Нэзу улыбнулся ему вслед своей кривоватой улыбочкой. – А теперь – в дорогу. Нельзя терять время.

Глава 20

Яма с насекомыми

Усаги ёрзала, напрасно пытаясь поправить на себе доспехи. Наконец сдалась и поспешила догонять самого большого из них «таракана» Гору. Временно владевший Кудесником Наследник Воина Быка «сколотил» для каждого из них эти доспехи Ловчих. Усаги довольно быстро привыкла к их назойливому клацанью, но в остальном… Хуже всего дело обстояло со шлемом – он так низко налезал ей на лоб, что приходилось сильно задирать подбородок, чтобы что-нибудь разглядеть. Но зато они могли спокойно передвигаться по Городу Дракона: люди на улицах, только завидев, уступали им дорогу.

Прошло больше полутора лет с тех пор, как они были здесь в последний раз. Под ногами прохожих снег на мраморных плитках мостовых быстро превращался в грязно-серую кашу. Дворникам приходилось работать не покладая рук, и по сторонам широких улиц высились сугробы. Продавцы жареного батата и тёплых каштанов суетились у полных пылающих углей жаровен, от которых шёл заманчивый запах. Всё бы хорошо, но на каждом шагу попадались напоминания о Короле-драконе: мрачные портреты, гербы на каретах и окнах, бронзовые статуи на рыночных площадях и углах улиц. Забыть о нём тут при всём желании было невозможно.

Усаги поёжилась, крепче прижала к плечу своё оружие, превращённое Кудесником в огнестрел, и поправила вещевой мешок за спиной. Нужно завершить всё намеченное к утру – до того как амуниция от Кудесника обратится в ничто. Идущая навстречу толпа почтительно расступилась. Отряд Стражников отсалютовал, проходя мимо. Сару тоже отдала честь, Усаги и остальные последовали её примеру.

– Держитесь вместе, – буркнул Ину.

Они приближались к сторожевой башне, из которой то и дело появлялись патрульные отряды Стражников. Это высокое многоярусное здание с выгнутыми черепичными крышами было прежде одним из священных мест Двенадцати. При виде Наследников в полном обмундировании Ловчих одни патрульные кивали и отдавали честь, другие провожали их недоумёнными взглядами. Усаги слышала, как они переговариваются между собой.

– Глянь на коротышку!

– Не думал, что бывают карманные Ловчие.

– Ха-ха-ха! Небось продвинули кого-то из ученичков Академии. Не знаю, какая Ему польза от этих бесенят.

– Говорят о нас, – предупредила Усаги. – Что бы ещё ни ляпнули, не обращайте внимания.

– Эй, коротышка! Будешь драться с такими же недоростками, как ты? Или возвращаешься назад в Зоопарк Лорда Друка? – привязался к Ране один из Стражников. – Небось отличница, с такими шутки плохи, – хохотнул он.

Рана поджала губы и, прежде чем Усаги или кто-нибудь из них успел мигнуть, повернулась и плюнула Стражнику в лицо. Тот завопил и схватился за глаза.

– Караул! Жжёт! Вот ведьма! Ради всех богов, помогите!

Не говоря ни слова, Рана продолжала идти дальше как ни в чём не бывало. Усаги оглянулась: остальные Стражники со страхом смотрели им вслед, а приставала катался на земле от боли.

– Духи, зачем ты это сделала, Рана? – прошипела она.

Рана вскинула подбородок и слегка улыбнулась.

– Я не жалею. И потом, это же не навсегда. Промоет глаза, и всё, если он не дурак.

– Он как раз таки дурак, иначе не стал бы к нам цепляться, – заметила Тора.

Наследник Крысы с ухмылкой оглянулся.

– По крайней мере, будут знать, как тебя недооценивать. Не всем же быть такими большими, как Гору.

– Поосторожней надо, – проворчала Усаги. Как они не понимают… Зачем бесить Стражников, ещё даже не добравшись до Дворца!

Дальше они продвигались спокойно: шлемы закрывали лица, оружие устраняло вопросы. Поздно вечером достигли окрестностей Облачного Дворца и стали подниматься узкими и извилистыми улицами к вершине самого высокого из холмов.

При виде сверкающих беломраморных стен Усаги вздрогнула. Столько всего произошло за это время, а что-то так и не изменилось. Сестра и Сокровища до сих пор оставались здесь. И Тигрица. Так близко – только бы успеть до рассвета.

Они направились к одним из пяти малых ворот, решив, что пройти главным входом (Вратами Небес) было бы слишком рискованно. С одной стороны, там всегда было очень оживлённо, и это работало на них – отвлекало внимание охраны, с другой – и Стражников было намного больше. Через малые ворота входили только рабочие и воины. И тут доспехи Ловчих были им в помощь. Только вот что делать с великаном Гору (за время своего нахождения на Нефритовой Горе он успел вырасти ещё больше)? Такого не заметить просто нельзя.

Но, когда они подошли к Водяным Воротам, находившимся в восточной части Внешнего Двора, Гору покинул строй («Подождите, я на минутку»), нырнул в один из боковых проулков, где громоздились бочки рисового вина, и исчез за ними.

– Что такое? – спросила Сару. – У тебя всё в порядке?

– Да, просто кое-что придумал, – отозвался Гору.

Они озадаченно переглянулись. Потом до Усаги донеслись звуки.

– Он что-то делает с Молотом.

Нэзу закатил глаза.

– О боги, Бык, у нас ведь и так всё есть – и оружие, и амуниция.

– Не то, – голос Гору был теперь таким тихим, что Усаги его едва расслышала. «Тут что-то не так», – подумала она и направилась туда, где исчез Наследник Быка.

– Что случилось, Гору? – она оглянулась на остальных и увидела, что они идут за ней. Лицо у Сару было встревоженным.

Вначале никто не ответил. Потом…

– Ох… хотел получше замаскироваться. – Гору вышел из укрытия, и они ахнули. Куда делся их великан? Решив убавить себе рост с помощью Кудесника, он, видимо, не рассчитал и теперь был едва ли не ниже Раны – только очень коренастым. Доспех и оружие уменьшились вместе с ним, а Молот в руке казался не по росту большим.

Потрясённые, они уставились на него, не в силах произнести ни слова.

– По крайней мере, тут меня никто не узнает, – смущённо сказал он.

– Сообразил… – сплюнул Ину. – Он навис над Гору и, схватив за шкирку, оглядел этого крошечного Наследника Быка со всех сторон. – Так дело не пойдёт. Давай превращайся обратно!

Гору покачал головой.

– Я пробовал, но получилось только хуже. Боги, наш учебник был прав: чем больше сила Сокровища, тем осторожней нужно с ним обращаться.

– Давай его мне, – сказал Ину. – Я пожелаю, чтобы ты стал прежним.

Но Сару остановила его.

– У тебя тоже может не получиться. Что если он станет ростом со сторожевую башню? Мы не можем так рисковать. – Она строго посмотрела на них на всех. – Вот почему не рекомендуется изменять с его помощью внешность.

– Ничего, зато мы пройдём через ворота, не привлекая внимания, – заметила Усаги. – А к утру Гору снова станет самим собой.

– Его великанская сила могла бы оказаться нам полезной сегодня, – хмуро отозвался Ину.

Наследник Быка посмотрел на него с обидой.

– Я стал меньше, но не слабее, – он повернулся и, схватив полную бочку рисового вина, покрутил её на одной ладони. – Ну как?

– Ну тогда ладно, – усмехнулся Нэзу. – Тигрица говорила, что хороший воин найдёт выход из любого положения. Усаги права. Так нам легче будет добраться до дворца. И никто из Академии Дракона тебя не узнает.

Тора и Рана энергично закивали в ответ, хотя обе до сих пор выглядели потрясёнными.

– Не узнают – это точно, – сказала Тора, с отвисшей челюстью глядя на коротышку Быка.

Водяные Ворота были вполовину меньше, чем Врата Небес. Сейчас они были распахнуты и охранялись всего двумя Стражниками. Сару быстро отдала честь, проходя мимо, и те отсалютовали в ответ, пропуская отряд вперёд. Усаги шла затаив дыхание и не поднимая головы, пока ворота не остались изрядно позади.

– Повезло, – сказала она Торе. – Даже вопросов задавать не стали.

– Пусть везёт и дальше, – откликнулась Тора.

Как патрульный отряд Ловчих они с важным видом двигались дальше, отвечая быстрыми кивками на приветствия охранников, и вскоре оказались на подступах к Срединному и Внешнему Дворам, недалеко от казарм Стражи. Здесь на небольшом возвышении стояла круглая приземистая башня, от которой лучами отходили низкие, длинные строения.

– Вот она, – сказал Гору. – Солнечная Корона.

Тёмное и мрачное здание, выстроенное из кроваво-красного кирпича, едва ли оправдывало своё название. Впереди подобно голому лесу высились деревянные столбы, на многих из которых видны были длинные следы от хлыстов. Земля вокруг них казалась обугленной. Усаги вздрогнула. Пыточные столбы.

– Разделимся и начнём обыскивать камеры, – сказала Сару. – Тора, Гору и Рана – вам нужно быть в паре с кем-то из нас, знающих Тигрицу, чтобы сразу её узнать. Кто находит, сразу выводит её наружу. Охране говорить, что ведёте к Королю-дракону по его приказу.

Пнув ногой дверь в башню, Гору ввалился туда с таким видом, как будто по-прежнему был великаном. Усаги и остальные вошли за ним. Перед ними выросло несколько Стражников на наблюдательном посту, откуда хорошо просматривались все здания Солнечной Короны.

– Толково устроено, – шепнул Ину. – Видно всё как на ладони, и много охраны не требуется.

Стражники сразу повернулись к ним. Один подошёл и отдал честь.

– Чем могу быть полезен?

– Король-дракон поручил нам осмотреть все камеры, – сухо ответила Сару.

Стражник посмотрел на неё с удивлением. Над левой бровью у него была большая бородавка, и теперь она уползла на лоб.

– Конечно. Я могу проводить вас…

– Никаких эскортов, – отрезала Сару. – Нам строго приказано досмотреть всё самим, чтобы у вас не было возможности скрыть своё разгильдяйство.

Бородавка на лице Стражника съехала к носу.

– Уверяю вас, разгильдяйства быть не может. Мы же понимаем, что на этих узников у Короля-дракона особые планы.

– Особые? – сорвалось с языка у Усаги. – Что вы имеете в виду?

Охранник посмотрел на неё с подозрительным прищуром, так что ей сразу захотелось взять свои слова обратно. Но она выставила вперёд подбородок и смотрела на него в упор, требуя ответа.

– Трудно сказать, – пожал плечами Бородавка. – Некоторых пошлёт на Копи. Кого-то снова поведёт в специальную комнату. Я ведь у него не спрашиваю и за спиной не стою. Но не пировать, наверно. – Он гыкнул, а Стражники за его спиной загоготали.

– Ладно, – резко сказала Сару. – Посмотрим сами, спасибо.

Они прошли мимо наблюдательного поста немного дальше и остановились. Коридоров было всего пять. Наследница Обезьяны велела Гору идти с Нэзу, Ране сказала:

– Пойдёшь со мной – и повернулась к Усаги и Торе: – Вы идёте сюда. И остаётся ещё один коридор. Кто первым закончит, идите в этот – центральный.

Ину помахал им рукой и отправился один, принюхиваясь в надежде учуять запах Тигрицы. Нэзу и Гору пошли своим путём, Рана и Сару – своим. Стоя рядом с Торой в начале длинного прямого коридора, Усаги взглянула на подругу, и та мрачно кивнула:

– Пошли.

В коридоре удушающе пахло плесенью, человеческими экскрементами и потом. По обе стороны располагались камеры с тяжёлыми зарешечёнными дверями. На каждой висела связка колокольчиков, начинавших звонить, как только кто-то пытался её открыть. Камеры были тесными и сырыми, с полом из глиняного кирпича и зловонной ямой в углу. Единственные источники света – узкие щели в стене, которые нельзя было назвать окнами, и пыльные фонари, висевшие в коридоре.

Усаги и Тора медленно двигались вдоль их мрачного ряда, заглядывая в каждую из камер через решётку. При звуке их доспехов ссутуленные и безмолвные тени внутри начинали шевелиться. Некоторые из пленников поднимали головы, но лица их были такими худыми и измождёнными, что трудно было понять, мужчины это или женщины. Тора напряжённо пыталась разглядеть в этом полумраке маленькую фигурку Тигрицы. Зрачки её янтарных глаз были сейчас огромными.

– Нет, это старик… и это точно не она, пошли дальше… – бормотала она.

Заглядывая в просветы между деревянными штакетинами, Усаги иногда встречалась взглядом с каким-нибудь несчастным пленником. И тут же торопилась дальше за Торой. В ней боролись жалость и отвращение. Почему они оказались здесь? Навряд ли потому, что были плохими людьми. Как бы их всех освободить? Она отогнала эту мысль. Сейчас надо сосредоточиться. Они пришли освобождать Тигрицу.

Когда они приблизились к концу коридора, на одной из дверей зазвонили колокольчики. Кто-то тряс дверь изнутри.

– Наставница? – пробормотала Усаги, с надеждой кидаясь к этой двери.

Человек с длинными спутанными волосами прижался к решётке заросшим щетиной лицом.

– Выпустите меня! – прохрипел он. – Я не виновен!

Тора, отпрянув, поспешила дальше, а Усаги обернулась и увидела, что Стражники на наблюдательном посту уставились на них.

– Простите, я не могу вам помочь, – тихо сказала она пленнику. – А давно вы здесь?

– Пятьдесят четыре дня, – ответил тот, показав на ряд аккуратных царапин на стене. – После заката станет пятьдесят пять. И за что? За то, что рассмеялся в присутствии Лорда Друка. Но смеялся-то я не над ним. Не над ним! – Выкрикнув эти последние слова, он начал снова трясти дверь своей камеры, и колокольчики зазвенели ещё громче. Усаги испугалась, что сейчас прибегут Стражники.

– Мы ищем старую женщину. Ростом ниже меня, – Усаги дотронулась до своего плеча. – У неё белые волосы с чёрным пробором посередине.

Узник перестал трясти дверь.

– А шрамы на лице есть?

– Да, наверно, это она, – оживилась Усаги.

Человек скосил на неё глаза и заправил за ухо прядь длинных волос.

– Возможно, я её видел.

– Где?

– В тронном зале, – хрипло сказал он. – Оттуда ваша братия потащила её в Яму. Вы что, между собой не общаетесь? Однажды они показали мне это место, – тут его передёрнуло. – И этого было достаточно, чтобы я тут же принёс извинения Королю-дракону. – Он замолчал, потом снова сорвался на крик: – Хотя я никогда не смеялся над ним, никогда!

– А где она – эта… Яма? – холодея, спросила Усаги.

– Что значит где? В следующем отсеке! – Его налитые кровью глаза уставились на Усаги. – Не слишком ли ты мала для Ловчего?

– Только что приняли, – буркнула она и повернулась, чтобы идти. Потом остановилась. – Надеюсь, вас скоро простят и выпустят.

Узник посмотрел на неё с удивлением.

– Я тоже, – сказал он и в изнеможении опустился на пол.

Тора уже дошла до конца коридора и повернула обратно.

– Последние оказались пустыми. Ты что-нибудь узнала? Этот бедняга так голосил…

– Он сказал, что Тигрицу бросили в Яму, – сказала Усаги.

Тора нахмурилась, потом поправила шлем.

– Где это?

– Вроде в следующем отсеке. Надо проверить. – Усаги решительно направилась в сторону Стражников.

Они с Торой вернулись в круглую башню почти вместе с остальными – хмурые и разочарованные. Сару покачала головой.

– В четвёртом отсеке всё чисто.

– В первом тоже, – сказал Ину.

Нэзу так сильно дёрнул себя за «усы», что Усаги испугалась, как бы он не вырвал их с корнем.

– Во втором тоже всё в порядке.

– И в пятом, – доложила Тора.

Усаги покосилась на Стражников – те смотрели на них с интересом.

– В нашем отсеке был узник, совсем доходяга, – небрежно сказала она. – Но радовался, что по крайней мере не в Яме. – Она показала пальцем в сторону последнего коридора – того, что остался необследованным.

Сару понимающе кивнула и повернулась к Бородавке.

– Хорошо вы тут их застращали. Король-дракон будет доволен.

Довольный Стражник выпятил грудь и отдал честь.

– Осталось осмотреть этот отсек и Яму, – сказала Наследница Обезьяны.

– Конечно, – сказал Стражник. – Я отопру её для вас.

– В этом нет необходимости, – сухо сказала Сару. – Дайте только ключи, я открою сама.

Бородавка колебался.

– У нас нет такого разрешения.

Гору нахмурился.

– Вы же даёте ключи Королю-дракону, когда он сюда приходит?

– Разумеется, – осклабился Стражник. – И что с того, малыш?

– Малыш? – ошарашенно повторил Наследник Быка. Потом вытаращился на Бородавку и прорычал:

– Мы – представители Лорда Друка. Представляю, что он скажет, когда узнает, что вы чинили препятствия его уполномоченным Ловчим. – Он протянул руку за ключом. Ещё недавно эта ладонь была с голову Стражника. Но сейчас Гору казался просто коренастым подростком в амуниции Ловчего. Усаги прикусила губу. Всё-таки не кстати он так уменьшился.

Главный странник хмыкнул, и бородавка у него над бровью запрыгала, а рот съехал куда-то на сторону.

– Ладно, не серчай, юный Ловчий, – буркнул он и протянул ему ключи.

Наследник Быка торжествующе позвенел связкой и посмотрел на Сару.

– Идём.

Они пошли по коридору, заглядывая в каждую камеру, пока не остановились перед тяжёлой, запертой на замок дверью в самом его конце. Решётки в ней никакой не было. Ину фыркнул.

– Вонь такая, что ничего не разобрать. Не пойму, есть там Тигрица или нет.

– Милостивые боги, – Сару взяла у Гору ключ и отперла замок.

Гору толкнул дверь, и они увидели тесную камеру – без оконного отверстия, но с железной решёткой в полу. Внутри было пусто – только окровавленный деревянный пень, каменная раковина и табуретка. Испугавшись света, копошившиеся у решётки насекомые быстро юркнули вниз, в темноту, откуда поднимались зловонные испарения. Ину зажал пальцами нос и отшатнулся назад. Остальные стояли потупившись и тоже держались за носы.

Тора посмотрела вниз через решётку.

– Духи, и вправду Яма. – Она вгляделась получше и чуть не вскрикнула. – Там кости, дохлые крысы и полно насекомых и червей.

– А кости какие? – Усаги чувствовала, что её сейчас вырвет.

– Животных, – сказала Тора. – И… не только… – Она посмотрела на всех с тревогой. – А у Тигрицы был посох?

– Ты его видишь? – напряглась Сару.

– Да.

– Надо спуститься и проверить, – сказал Ину.

Наследница Обезьяны вытащила из вещевого мешка свечу и огниво.

– Давайте я. Спуститься и подняться мне ничего не стоит.

– Нет, лучше я, – сказала Усаги. – Прыгну вниз и назад. Я мигом.

Пока Гору поднимал решётку, Сару зажгла свечу и подала её Усаги.

– Если найдёшь следы Тигрицы, сразу дай нам знать.

– Эй, что вы там делаете? – окликнул их с наблюдательного поста Стражник с бородавкой.

– Давай! – скомандовала Сару, и когда та прыгнула вниз, повернулась и крикнула в сторону поста: – А вы как думаете? Осматриваем Яму!

Усаги спрыгнула и подняла над собой свечу. Яма была такой глубины, что в ней мог бы поместиться целый дом. Сбежать отсюда было совершенно невозможно. Даже если бы узников здесь было больше одного и они встали друг другу на плечи, то и тогда не дотянулись бы до решётки. Усаги еле сдержалась, чтобы не закричать, когда свеча высветила несколько человеческих скелетов. Вокруг валялись облепленные червями дохлые крысы. Вонь была ужасающая, и тут её всё-таки вырвало. Дыши не носом, а ртом. Под ногами кишели тараканы и скорпионы, и, стоило сделать шаг, под ногами раздавался отвратительный хруст. Сапоги Ловчих были спасением.

Она увидела посох в тот самый момент, когда Тора прошептала сверху:

– Посмотри справа, рядом с тряпьём.

Стряхнув огромную сороконожку, Усаги оглядела его при свете свечи. Это точно был посох Хоранги. А рядом – её смятый плащ – Усаги хорошо помнила этот ржаво-оранжевый цвет оттенка спелой хурмы. Но где же сама Тигрица?

Глава 21

Зал Золотого Трона

– Это правда посох Тигрицы? – Друзья смотрели на неё сверху в напряжённом ожидании.

Усаги кивнула и подняла над собой свечу, чтобы они смогли разглядеть длинный деревянный посох у неё в руке.

– И её плащ. – Она наклонилась и подняла его с земли, стряхнув несколько скорпионов. Тигрица точно была здесь, но что с ней стало? Усаги проглотила комок в горле и прижала к себе плащ. Рваный и грязный, но ей-то что до того.

Потом ещё раз обошла всю кишащую паразитами яму, но ничего, кроме валяющихся по углам скелетов, ни один из которых не мог быть Тигрицей, так и не увидела.

– Больше ничего. Я поднимаюсь. Отойдите от края.

Усаги задула свечу, подобралась и выскочила из ямы, снова оказавшись в сырой и тёмной камере рядом с приунывшими друзьями.

Сару взяла у неё плащ и, оглядев его, покачала головой.

– Боюсь, что мы опоздали.

– Не может быть, – сорвавшимся голосом произнесла Усаги, борясь с подступившими слезами. – Ведь это Тигрица. Она выживала и не один раз, когда всё как будто было потеряно.

Тора положила руку ей на плечо.

– Может, заглянем в Зеркало?

– Да! – встрепенулась Усаги, хватаясь за эту последнюю надежду. В последний раз Зеркало показало им Тигрицу, когда они все считали её мёртвой. Так будет и в этот раз.

Сару поискала у себя под доспехом и вытащила Зеркало. Заглянула, подняла шлем повыше, чтобы ничто не мешало. Время, казалось, остановилось. Шлем снова съехал ей на лоб.

– Я её не вижу.

– То есть как не видишь? – Усаги отказывалась в это поверить. – Но что оно тебе показало?

Бледное лицо Наследницы Обезьяны стало пепельного оттенка.

– Я попросила показать её – и Зеркало потемнело. Кроме себя, я вообще ничего не увидела.

– Надо спросить про Бусину Земли, – быстро сказал Ину.

Сару кивнула и снова обратилась к Зеркалу. В коридоре эхом отдавались шаги главного Стражника.

– Эй! Осмотрели Яму? Что-то уж очень долго.

У Гору сделалось злое лицо.

– Я задержу его.

Он выскочил из камеры.

– Нет, ещё не закончили. Будем осматривать столько, сколько нужно.

Гору продолжал препираться со Стражником.

– Пойдем к нему, – Нэзу толкнул Ину в бок.

– Давай скорей, – поторопил тот Сару. – Постарайтесь найти Бусину. – Они с Нэзу повернулись и пошли на подмогу Гору.

Сару сделала глубокий вдох и закрыла глаза. Потом подняла Зеркало поближе и, молча помолившись, заглянула в него снова. Усаги безуспешно попыталась нащупать свой кроличий талисман, спрятанный под пластинами доспеха. Наконец лицо Сару оживилось.

– Бусина где-то тут, в Яме, – воскликнула она. – Придётся снова спуститься и попробовать её откопать.

– Не знаю, есть ли у нас время, – сказала Тора, кивнув в сторону коридора. По доносившемуся оттуда голосу Стражника было ясно, что тот начинает терять терпение.

– Земляной Дар мне поможет, – сказала Рана, вглядываясь в темноту ямы. – Нефрит с Нефритовой Горы, так? Только без помощи я туда не спущусь.

– Я тебе помогу, – отозвалась Сару. – Держись за плечи.

– И дышите ртом, – посоветовала Усаги.

В яме Сару первым делом зажгла ещё одну свечу. Рана спросила, что она видела в Зеркале. Оказалось, не много: вначале Бусину в земле, потом – саму яму.

Сару подняла повыше свечу и огляделась. Откинула ногой несколько костей и стала пристально вглядываться, не обнаружится ли где тайник.

Тора покачала головой.

– Не успеют. Нас сейчас вышибут отсюда.

Усаги вздрогнула. Трое «Ловчих» всё ещё заговаривали зубы главному Стражнику. «Рана, поспеши!» – взмолилась она про себя.

И почти тут же снизу до неё донёсся странный звук – как будто полчища земляных червей разом проснулись и начали прокладывать там свои туннели.

– Я что-то слышу, – сказала она Торе.

Не прошло и пары минут, как дюжины камней и камешков разных размеров выскочили из земли наружу, как будто были живыми.

– Ого! – воскликнула Тора, наклоняясь вперёд. Все камни покатились по полу ямы, давя по пути насекомых, и выстроились как по команде перед Раной. Сару подняла над ними свечу, и в тот же миг Тора со своим тигриным зрением увидела сверху и прошипела:

– Вон она, слева! Нефритовая Бусина!

Рана схватила её, и они с Сару наклонились, чтобы разглядеть поближе. Потом посмотрели наверх и кивнули.

– Да, она. Поднимаемся, – сказала Сару и, легко подхватив Рану на плечи, быстро вскарабкалась наверх. В тёмной камере Бусина вспыхнула в ладони у Раны зелёным огоньком.

– Теперь скорей, – сказала Усаги.

Они подтащили тяжёлую решётку и установили её на место. Рана спрятала Бусину. Усаги запихнула плащ Тигрицы в мешок и взяла её посох. Они покинули мрачную зловонную камеру и заперли за собой дверь. Посреди коридора Гору, Нэзу и Ину оставили наконец красного как помидор Стражника и повернулись к ним.

– Мы удовлетворены, – чопорным голосом сказала Сару. – Спасибо за терпение и понимание. Доложим Лорду Друку, что всё содержится в идеальном порядке.

Когда они проходили строем мимо брюзжащего Стражника, Гору дотянулся и похлопал его по плечу, так что тот едва удержался на ногах.

– Молодцы, ребята, так держать!

Выйдя из Солнечной Короны, они не сказали друг другу ни слова, пока, следуя за Сару, не оказались на подступах к Срединному Двору. Тут они приметили укромный уголок между двумя зданиями и остановились, чтобы осмотреть Бусину. С вогнутой стороны она была до сих пор облеплена землёй, но стоило Ране дунуть один раз – и стала как новая, вспыхнув зелёным светом, как глаза Тигрицы.

– Молодчина! Бусина – твой трофей! – воскликнула Сару, обнимая Рану.

– Хорошо постаралась, Земляная Змея, – Нэзу похлопал её по спине и улыбнулся. Остальные тоже принялись поздравлять.

Усаги так сильно сжала в руке посох Наставницы, что костяшки пальцев у неё сделались белыми.

– А Тигрица? – не выдержала она. – О ней вы забыли? Мы, между прочим, пришли, чтобы её спасти!

Улыбки на их лицах тут же погасли.

– Мне больно говорить, – начала Наследница Обезьяны, – но она не появилась в Зеркале, и мы нашли её вещи в этой ужасной яме. Я… я думаю, что её уже нет…

Усаги как будто не расслышала её слов и повернулась к Торе.

– Может быть, ты со своим зрением сможешь её увидеть. Возьми железный камень, попробуй!

– Ты думаешь, мной можно пользоваться как Дальнозорким Зеркалом? – взъерепенилась та. – Нет, с видениями так не получается.

У Усаги упало сердце.

– Почему вы все такие непрошибаемые? Или вам уже всё равно?

– О чём ты говоришь? Конечно, нет. Мы все хотим спасти её, и ты это прекрасно знаешь, – ответил Ину.

– Мы все вместе, Усаги, – сказала Сару. – Пожалуйста, не обижайся.

– Вот что, – мягко сказал Гору. Он взял у Усаги посох Тигрицы и быстро превратил его в миниатюрную копию с помощью Кудесника. – Теперь мы сможем носить его с собой и отдать Тигрице, если всё-таки её найдём.

Нэзу ущипнул себя за «усы».

– Подожди отчаиваться, Кролик.

Усаги посмотрела в их серьёзные лица, и ей стало стыдно. Она взяла посох, ставший размером с палочку для еды, и положила его в мешок рядом с плащом. Зря она плохо подумала о друзьях. Прошло много месяцев с тех пор, как Наследники заменили ей семью. И всё это время они ни разу не оставили её одну.

– Хорошо, – она сделала глубокий вдох. – Простите меня. Я просто… иногда забываю. И всё-таки что мы можем сделать?

– Выполнить волю Тигрицы и достать остальные Сокровища, – посмотрев ей прямо в глаза, сказал Ину.

Смеркалось. Мерцающий оранжевый диск солнца опустился за линию горизонта, как новая монета в храмовый ящик для пожертвований. Загнутые карнизы и барельефы на зданиях сделались тёмными и таинственными. Спорить и предаваться унынию было некогда. Теперь их ждали Чаша Изобилия и Перо Правды. Усаги кивнула.

– Идём.

Зал Золотого Трона находился в самом сердце Срединного Двора, возвышаясь над его широкой площадью на многоступенчатом основании с резными балюстрадами. Усаги навострила уши.

– Король-дракон распекает подчинённого, – сообщила она.

Они поспешили спрятаться в окружавшей двор крытой галерее, откуда были видны высокие ворота с изысканной резной решёткой и раскрашенными колоннами.

– Ваши рабочие явно не дорабатывают, – монотонным голосом выговаривал Синий Дракон своему уполномоченному.

– Господин, – стал извиваться тот. – Мы установили для всех двойную норму. Но без надбавки в рационе у рабочих наступает истощение.

Кроличий слух Усаги уловил звук рисовых зёрен, упавших в металлическую чашу. Это могла быть только Чаша Изобилия.

– Вот, – небрежно произнёс Синий Дракон. – Возьмёте с собой.

Усаги услышала, как рис рассыпался по деревянному полу. Похоже было, что Синий Дракон опрокинул содержимое чаши.

– И скажите им, что дальше их ждут Копи – посмотрим, как они запляшут тогда.

Усаги покачала головой и передала друзьям то, что слышала.

– Только Синий Дракон может так обращаться с людьми и Сокровищами, – заметила она.

– Осталось уже недолго, – пробормотал Нэзу.

Сару бросила взгляд на потемневшее небо.

– Скоро смена караула.

Заглядывая раньше в Зеркало, они сумели определить, что каждый час наряд из четырёх Ловчих, охранявших Сокровища, сменялся на новый. Это был наиболее подходящий момент, чтобы проскользнуть внутрь.

Колокол в храме Внешнего Двора возвестил о начале часа Петуха, времени, когда петух возвращается на свой насест, устраиваясь на ночлег. Теперь Король-дракон отпустит всех просителей и советников и, оставив трон, отправится на ужин.

Гору поёжился.

– Не думал, что когда-нибудь опять услышу этот колокол. Так странно оказаться здесь снова. – Рана и Тора молча кивнули.

Отзвонив время, колокол замолчал. Они стояли, укрывшись в тени внизу, смотрели и ждали.

– Он выходит, – шепнула Тора. Король-дракон вышел из ворот в сопровождении свиты. – Идут сюда, прячьтесь!

Они отодвинулись подальше в тень и стояли почти не дыша. Шаги Синего Дракона и его сопровождающих прозвучали прямо над ними. Усаги узнала размашистую походку Тупы и сжалась, вспомнив их последнюю встречу. Сердце у неё стучало так громко, что, казалось, слышно было через доспехи. Когда шаги стихли, она подала знак, и все выдохнули.

– Хорошо, что я сделался таким маленьким, – сказал Гору, подняв шлем и вытирая пот со лба. – Иначе не представляю, где бы я сейчас мог спрятаться.

– Мы бы взяли Молот и скукожили тебя сами, – сказала Тора, показав в улыбке свои тигриные зубы.

Рана вытащила из мешка пакеты с сонным порошком.

– Я добавила немного яду, чтобы выгадать нам время. Если кто-нибудь проснётся раньше, то какое-то время ещё не сможет пошевелиться.

– Ждём, когда подоспеет смена, и начинаем действовать, – сказала Сару, кладя свои пакеты в карман. – Все готовы?

Усаги насторожилась.

– Новый наряд приближается. В трёхстах шагах отсюда. Через несколько минут будут здесь.

Главное было всё рассчитать и взять их быстро и без шума, так чтобы Стражники и Ловчие внутри тронного зала ничего не заметили и чтобы не привлечь ничьё внимание снаружи.

Они разделились и заняли условленные места неподалёку от главного входа. Клацанье доспехов становилось всё громче – наряд приближался, четыре таракана в чёрном пластинчатом хитине. Клик-клак. Клик-клак. Ловчие прошагали по огибающей двор деревянной галерее и направились к открытым воротам тронного зала.

Но ещё до того, как те приблизились к зданию, Ину, Гору, Нэзу и Сару выскользнули из своего укрытия и пристроились к ним.

– Это ещё что за… – ругнулся один, и тараканы в недоумении остановились.

– Привет, – сверкнул своей крысиной улыбкой Нэзу. И, не дожидаясь ответа, бросил горсть сонного порошка ему в лицо. Ловчий упал, не успев крикнуть. Одновременно Ину, Гору и Сару проделали то же самое с остальными тремя. Однако Гору не рассчитал расстояния и промахнулся. Его таракан поднял свой огнестрел и открыл рот, чтобы позвать подмогу.

– Ну уж нет! – Гору подскочил и сокрушил его одним ударом своего могучего кулака.

– Тьфу, чуть не хватило моего обычного роста, – глядя на неподвижного таракана, пробормотал он.

– Надо убрать их с дороги, – сказала Сару.

В это время Усаги, Тора и Рана уже торопились к Залу Золотого Трона.

– Будьте наготове, – шепнула Усаги. Сару оставила ребят разбираться с Ловчими, а сама быстро присоединилась к ним. Теперь они двигались вчетвером по длинному переходу, минуя слуг и ловчих – как сменный караульный отряд.

Хоть бы никто не заметил подмены. Усаги приказала себе дышать медленно, как на «владении умом». Соберись. Ты Ловчий. Караул уже ждал в опустевшем тронном зале – два Ловчих у дверей и два у алтаря с Сокровищами.

Но, когда они вошли, тараканы, стоявшие на дверях, заподозрили неладное.

– Стойте, – сказал один, сдвинув брови. – Кто вы такие?

– Смена Караула, разумеется, – быстро отреагировала Сару.

Женщина Ловчий сделала шаг вперёд и потянулась к своему огнестрелу.

– Я не помню, чтобы когда-нибудь вас видела. Назовите сегодняшний пароль.

У Усаги ёкнуло сердце. Пароль? Такого они не ждали.

Сару быстро переглянулась со своими.

– Пароль «Сейчас»! – сказала она, бросая порошок в лицо Ловчей. Та зажмурилась и, вцепившись в своё оружие, упала на пол и осталась лежать без сознания.

Другой Ловчий попробовал прицелиться в Тору, но тут Рана обернулась и плюнула ему прямо в лицо. Пока тот с проклятиями тёр глаза, Тора «угостила» его сонным порошком, и, издав придушенный крик, бедняга тоже оказался на полу.

Усаги услышала, как двое Ловчих, стоявших у алтаря, двинулись им навстречу. Одним прыжком она оказалась перед ними и, не успели те что-то сообразить, сыпанула порошок в лицо обоим. Ловчие поперхнулись, застыли на месте и упали вповалку, закатив глаза.

– Хватайте Сокровища! – Сару кивнула на алтарь и стала оттаскивать первого Ловчего от дверного прохода. Рана занялась вторым.

Усаги схватила Перо и Чашу, запихнув их поглубже в свой мешок Ловчего. – Давай муляжи!

Тора тут же извлекла из своего мешка металлическую чашу и украшенное эмалью перо, сотворённые Кудесником. Гору позаботился об этом утром, ещё перед тем, как они вступили в Город Дракона. И чаша, и перо выглядели совершенно как настоящие Сокровища, вплоть до мельчайших царапин и потёртостей.

– Вот. Пока разберутся, мы будем уже далеко.

– Теперь надо разобраться с этими, – Рана кивнула на Ловчих, валявшихся у алтаря. – Они придут в себя не раньше, чем через пару часов.

Они быстро связали всех четверых и втащили их на помост за огромной расписной ширмой, стоявшей позади трона.

– Теперь уходим, – сказала Сару, и они поспешили наружу. В коридоре им встретился Гору.

– Взяли? – быстро спросил он.

Усаги похлопала по своему мешку. Там под свёрнутым плащом Тигрицы были спрятаны Перо Правды и Чаша Изобилия. Как будто тяжёлый камень свалился у неё с плеч. Теперь уж она их ни за что не упустит.

– Я, пожалуй, сделаю новых охранников, – сказал Гору. – Иначе сразу поднимется тревога.

Сару кивнула.

– Давай. – Они замедлили шаг и дождались, чтобы Гору снова присоединился к ним. Потом вместе выскользнули из дворца и в сгустившихся сумерках быстро отыскали Ину и Нэзу.

– Как дела? – спросил Наследник Собаки.

– Чуть не попались, – ответила Сару. – У них был пароль, которого мы не знали. Пришлось снова пустить в ход порошок.

Нэзу щипнул себя за «усы».

– Духи. Остальные-то Сокровища будут потруднее. Пока Синий Дракон не заснёт, к ним и подступиться нельзя.

– Надо пробраться во Внутренний Двор, – сказала Сару. – Пока рановато, но он отправится в свои покои сразу после ужина.

Ещё три Сокровища. Строем они проследовали дальше через дворцовые дворы, обмениваясь приветствиями с Ловчими и Стражниками.

– Этого ещё не хватало, – пробормотала вдруг Тора, опуская шлем на лоб.

– Что там? – шёпотом спросила Усаги. И споткнулась, услышав в отдалении знакомый голос. – Теперь я их слышу. – Она еле сдержалась, чтобы не окликнуть или не побежать навстречу этому голосу.

Несколько человек из воспитанников Академии Дракона шли им навстречу, и среди них (совершенно точно) была её сестра.

Глава 22

Логово Синего Дракона

– Скорей! – выдохнула Тора. – Они не должны нас увидеть.

Они резко развернулись и, зайдя за угол ближайшего здания, стали ждать, когда ученики пройдут мимо. Рана, Тора и Гору нахлобучили шлемы, чтобы не быть узнанными.

Усаги потянулась за своим амулетом, но он был спрятан под панцирем доспеха. Ученики подошли совсем близко. Она слышала, как они смеются и перешучиваются, слышала голос сестры – и стояла не дыша. Ума разговаривала с Яго, мальчиком с Даром Петуха из их родного Златоклыка. Если бы не тот первый его феерический полёт, они с Умой и Торой не оказались бы здесь.

– Не обращай на них внимания, – сказал Яго. – Они всегда тебе завидовали. Только и ищут, чем бы подколоть.

Ума вздохнула.

– Спасибо, Яго, только не надо идти со мной. Они тебе этого не простят.

– Чихал я на них, – сказал Яго. – Ты ведь за меня всегда заступаешься…

– Правильно, заступаюсь. Беги вперёд. А я немного подожду.

Усаги нахмурила лоб. Она понимала, что должна оставаться в укрытии. Но с Умой что-то было не так. Она осторожно выглянула: сестра стояла одна у другого конца здания, а Яго уже шагал впереди с другими воспитанниками. Почти такой она видела её в Дальнозорком Зеркале – в строгой синей форме, длинные волосы собраны в высокий хвост на затылке. Только выше стала, и взгляд какой-то печальный.

Как же ей хотелось кинуться к ней, обнять, поговорить по душам. Похоже, она перестала быть лучшей ученицей Синего Дракона. Почему? Как ей там теперь живётся? Усаги выглянула ещё побольше.

– Что ты делаешь? – прошипела Рана. – Спрячься, Усаги!

– Это Ума, – бросила она через плечо. – Она здесь, рядом.

– Успокойся, Кролик. Я понимаю, тебе трудно, но, если ты не возьмёшь себя в руки, весь наш план может пойти прахом, – сказал Нэзу.

– С планом ничего не сделается, если я две секунды посмотрю на сестру, – отмахнулась от него Усаги. Доспех на ней затрещал, и Ума обернулась на звук.

Усаги быстро спряталась.

– Ох… она могла меня заметить. Пошли.

Все стали уходить, но Усаги услышала приближающийся бег Умы и, шепнув Ране и остальным, чтобы убегали, вышла из-за угла и столкнулась нос к носу с сестрой.

Ума остановилась потрясённая.

– У… Усаги?

Теперь прятаться было бесполезно. Усаги вскинула подбородок и посмотрела сестре прямо в глаза.

– Привет, Лошадка. Ты здорово выросла! Как поживаешь – всё ли в порядке?

– Что ты здесь делаешь? И почему одета, как Ловчие? – Ума смотрела на неё большими глазами, и в них, как в калейдоскопе, промелькнули удивление, гнев, беспокойство, страх.

Усаги ответила не сразу.

– Я… я должна была тебя увидеть. Сто лет прошло. – Шаги друзей удалялись. Всё будет по плану. Ещё немного – и они достигнут Внутреннего Двора. – Ты ведь не думаешь оставаться тут вечно, Ума? Давай уйдём вместе. Тебе станет намного лучше, обещаю.

– Лучше? – Ума нахмурилась. – Так я тебе и поверила. Ты ведь всё время мне врала.

– Я никогда этого не хотела. Но могу тебя понять. Я знаю, каково это, когда тот, кому ты доверяешь, обманывает. И всё же попробую сделать так, чтобы ты мне поверила.

– Ты по-прежнему с этими мятежниками? – Ума оглянулась, но вокруг никого не было.

Усаги слышала, как шаги её друзей стихли в отдалении, и почувствовала облегчение.

– Они настоящие Наследники Двенадцати, Ума, и я теперь тоже. Помнишь мамины истории, которые я пересказывала тебе и Торе? Когда-то Мидага была совсем другой. И она может снова стать такой, как прежде.

Ума покачала головой.

– Маму я почти не помню. А эти рассказы… да, их было интересно слушать. Но сейчас власть принадлежит Лорду Друку. – Она вздохнула. – И лучше делать то, что он говорит. У нас нет другого выбора.

– У всех есть выбор, – сказала Усаги. – Можно плыть по течению, потому что так легче, а можно бороться с несправедливостью. То, что он сделал и делает, губительно для всех. И ты в душе это понимаешь.

Ума опять обернулась, закусила губу и ничего не сказала.

– Я тут кое-что слышала, Ума… я не хочу, чтобы над тобой издевались, – осторожно произнесла Усаги.

Ума скрестила руки на груди.

– Всё в порядке. Они просто… меня проверяют.

– Я же вижу, что тебе плохо, – Усаги умоляюще посмотрела на сестру. – И будет ещё хуже, если останешься.

– Побег не поможет. – Ума закрыла глаза, словно попыталась что-то представить. – С каждым днём Лорд Друк становится всё могущественней – сбежать от него невозможно. Всех неверных ждёт суровая кара. А быть с ним – значит обладать силой. У Мидаги только один путь. – Она говорила быстро, как будто повторяла вызубренный урок. Потом открыла глаза и посмотрела на Усаги. – И трудно мне не со всеми. Помнишь Яго? Или старые друзья уже забыты?

– Конечно, помню! Как ты могла такое подумать.

Ума пожала плечами.

– Тогда ты должна понимать, что я не могу его тут оставить – я ему нужна.

Усаги положила руки ей на плечи и постаралась говорить ровным голосом.

– Я не могу тебя заставить, просто хочу тебе добра. Я думаю о тебе каждый день.

Ума не ответила. Усаги не выдержала и обняла сестру.

– Надеюсь, когда-нибудь ты всё поймёшь и простишь меня, – прошептала она. – И навсегда останешься моей младшей сестричкой.

На какую-то секунду Ума расслабилась, но тут же снова напряглась и оттолкнула от себя сестру.

– И остальные думают, как ты? Тора? Гору и Рана? Если их поймают, Король-дракон ничего им не простит.

Усаги колебалась. Она обещала не врать, но понимала всю опасность положения. Под панцирем доспеха у неё в медальоне хранился обугленный кусочек дерева – всё, что осталось от прежнего подаренного отцом кроличьего талисмана. (Ума сожгла его во время их последней встречи.) Что же делать?

Если она хочет, чтобы Ума ей доверяла, то и сама должна довериться ей.

Она глубоко вздохнула.

– Я сказала, что буду с тобой честной. Да, мы здесь не просто так. Но, если скажу больше, это будет опасно для всех. И для тебя тоже.

Ума посмотрела на неё в упор, потом отступила назад.

– Ну и не надо. Думаю, я знаю, зачем вы пришли. Не за мной. – Она опять оглянулась. – Предупреждаю: не будет покоя задумавшим злое. Где спит король, полы поют. – Она сделала ещё один шаг назад. – Теперь мне пора в Академию. Скажу Яго, что видела, – она запнулась, – хороший сон про тебя.

И, прежде чем Усаги успела что-то ответить, она пустилась бежать и скрылась из виду.

Усаги уставилась в густеющую темноту. Что теперь будет? Сестра отпустила её? Или поднимет тревогу? То, что она сказала про поющие полы, скорее обнадёживало. Надо поскорее найти остальных и предупредить их.

Она поспешила ко Внутреннему Двору, провожаемая равнодушным взглядом луны. Повсюду уже зажигались фонари и факелы, но до спешащего куда-то Ловчего никому не было дела. Приблизившись к бывшей резиденции короля, Усаги услышала, как с тропинки, ведущей в сад, кто-то шёпотом окликнул её по имени. Это была Тора. Усаги пошла на голос и оказалась среди деревьев, чьи голые ветви выглядели чёрным кружевом на освещённом луной небе.

Она хорошо помнила этот сад – здесь Рана и Гору проделали под стеной лаз, через который они сумели бежать из дворца полтора года назад. Теперь Наследники затаились в открытой часовне на краю серповидно изогнутого пруда. При ближайшем рассмотрении она оказалась как две капли воды похожей на Гнездо Тигрицы у Озера Луны – изогнутая позолоченная крыша, изображения зодиакальных животных, высеченные на двенадцати ярко раскрашенных колоннах.

Увидев её, все облегчённо вздохнули, но при этом не могли скрыть своего раздражения. Усаги потупилась и поспешила извиниться.

– Ну, рассказывай, – прервал её Ину.

– Она сама догадалась, для чего мы здесь, и я не стала отрицать, хотя почти ничего ей не сказала, – ответила Усаги. – Пыталась убедить её бежать с нами, но она не захотела. Напоследок Ума сказала кое-что интересное: «Где спит король, полы поют».

– Она сказала тебе о сигнальной системе? – Нэзу наморщил лоб и пощипал себя за верхнюю губу. – Но зачем?

– О какой сигнальной системе? – спросила Рана.

– Сверчковые полы, – в один голос ответили Тора и Гору.

Наследница Обезьяны показала рукой в сторону резиденции.

– «Не будет покоя задумавшим злое», – так о них говорилось, об этих полах. Они так устроены, что трещат от каждого шага, помнишь?

– Что-то припоминаю, – сказала Рана. – Хорошо, что у нас есть с собой Пояс Перехода.

– Эти полы были придуманы давным-давно, чтобы никто не мог подкрасться к королю, пока он спит. Жаль, что это не помогло Королю Огане, мир его праху, – прибавил Нэзу.

– Раз Ума предупредила, значит, скорее всего не скажет никому, что меня видела.

– Может, так, а может, это ловушка, – с сомнением произнёс Ину.

– Остаётся только проверить, – ответила Усаги. – Неужели мы повернём из-за этого назад?

Все, включая Ину, отрицательно покачали головами.

– Нет уж, доведём дело до конца, – сверкнула зубами Тора.

«Всё должно получиться», – подумала Усаги. Недаром же они неделями изучали план дворцового ансамбля, особенно королевской резиденции. В библиотеке Святилища хранился один очень ценный свиток столетней давности, на котором были изображены члены королевской семьи в своих покоях – король в Северном Крыле, королева в Южном, принцы и принцессы – в Восточном и Западном. В каждом усиленно охраняемом крыле располагались дюжины комнат, соединённых длинными коридорами. С тех пор как здесь обосновался Король-дракон, почти ничего не изменилось. И даже в обличье Ловчих пробраться внутрь и вынести Сокровища представлялось чем-то почти невозможным.

Затаившись и поёживаясь от ночной прохлады, они дождались, пока во Внутреннем дворе всё стихло и окна погасли.

– Пора, – сказала Сару.

Они разделились по двое и по трое и направились к королевским покоям. Никто не заметил, как они присоединились к патрульным в Срединном дворе, куда выходили четыре здания резиденции. Луна взошла над островерхими ребристыми крышами, осветив украшавшие их изваяния зодиакальных животных. Приближался час Крысы – Синий Дракон уже наверняка удалился в свои покои в Северном Крыле, надёжно охраняемые Ловчими.

Сару и Рана двинулись вперёд, к бывшим покоям королевы, и беспрепятственно проскользнули в Южное Крыло. Король-дракон отдал эту часть резиденции своим особо приближённым советникам, и по сравнению с его собственными покоями она почти не охранялась. Вскоре к ним присоединились Гору и Ину, потом – Усаги, Нэзу и Тора. Вместе они пустились дальше по пустым и тихим коридорам, слабо освещённым настенными канделябрами и свисающими с потолка фонарями. Но тут Усаги услышала, как запели проклятые половицы.

– Стойте! Так нас услышат во всей резиденции, – зашипела она. – И до Северного Крыла добраться не успеем.

– Значит, пора вспомнить о Поясе, – сказал Нэзу. Он снял с себя Пояс Перехода и взмахнул им как плетью, указав направление. Пояс тут же сделался длинным верёвочным мостом с деревянными перекладинами, подвешенным под золочёными стропилами у них над головой. – Ну вот, и никакие полы не нужны.

Первой на мосту оказалась Тора. Потом Ину и Нэзу с трудом подняли на плечи Гору, а Тора, перегнувшись, ухватила его за руки и помогла забраться.

– Уф! – выдохнул Ину. – Удивительно, но он остался таким же тяжёлым, как был.

– Говорю же, не суди ни о ком по размеру, – ухмыльнулся Гору.

Сару подхватила на плечи Рану и в одно мгновение оказалась на мосту. Усаги было достаточно подпрыгнуть. Ину и Нэзу залезли последними, после чего все поползли вперёд. Мост поскрипывал и раскачивался, но тут уже выбирать не приходилось. Усаги всё время прислушивалась, не слышно ли приближающихся слуг или Ловчих, но всё пока было тихо, если не считать поскрипывания моста и побрякивания их собственных доспехов.

В конце моста они заглянули в широкий дверной проём с расписными наличниками, служивший входом в соседнее крыло. К счастью, там тоже оказалось пусто. Нэзу велел им повиснуть на дверной перекладине, и сам, вися на одной руке, потянул за мост, тут же превратившийся в пояс, и забросил его в следующий коридор. Они снова перебрались на мост и продолжали путь в относительной тишине.

Наконец они достигли угла между Западным Крылом и Северным и, заглянув в украшенный орнаментом дверной проём, увидели Ловчих, выстроившихся попарно по всей длине коридора. Вход в покои Синего Дракона располагался ровно посередине. Тора сосчитала.

– По меньшей мере восемь пар Ловчих.

– Как-нибудь справимся, – ухмыльнулся Гору. – Тараканы ничего не заметили.

Они осторожно спустились с моста, и Нэзу снова надел на себя пояс. Потом достал из мешка горсть лезвий, напитанных парализующим ядом Раны.

– Приготовьтесь.

Все тоже стали доставать кто лезвия, кто сонный порошок. Усаги развязала свой мешок, в котором лежали вещи Тигрицы и два Сокровища из Тронного Зала, быстро взяла оттуда лезвия и порошок, потом снова завязала его потуже.

Выглянув из-за угла, Нэзу наметил себе двух ближайших тараканов, стоявших по обе стороны коридора, зажал между пальцев два дисковидных сюрикена и прицелился. Полетев в двух разных направлениях, они одновременно впились в шею обоим Ловчим. Тараканы дёрнулись, выпучили глаза и осели на пол.

– Вперёд! – скомандовал Нэзу – и Усаги и Сару ворвались в коридор. Пол громко запел у них под ногами, но теперь уже было всё равно. Сару кинулась вперёд, разбрасывая по сторонам сюрикены. Усаги прибегла к своему прыжку и, пролетев над головами завопивших тараканов, оказалась перед двумя Ловчими в дальнем конце коридора. Быстро бросила порошок им в лицо и, убедившись, что те лежат без движения, обернулась на звук: ближайшие из оставшихся тараканов шли на неё с мечами. На другом конце коридора Сару, Нэзу и Тора продолжали расправляться с остальными. Полы под ними визжали так, что хоть святых выноси. Усаги зажала между пальцев две металлические звёздочки и метнула их в сторону наступавших, уложив их обоих. Правда, один успел пробежать по инерции несколько шагов, прежде чем свалился прямо ей под ноги.

На какое-то мгновение в коридоре сделалось тихо. Усаги подняла глаза: по всему длинному коридору лежали неподвижные тела Ловчих. Но из королевских покоев до неё донёсся возмущённый голос Синего Дракона, вопрошавшего у своей охраны, что происходит. Потом раздались клацанье доспехов и шаги. Она изо всех сил замахала Ину и остальным.

– Король-дракон уже на ногах. Его охрана сейчас будет здесь.

– Вставляйте в уши затычки, – велел Ину.

Все быстро достали затычки, заранее сделанные Раной из специальной глины, а Ину извлёк на свет Флейту Танцующих Снов.

Усаги вставила затычки в уши и почувствовала, как на неё навалилась тяжёлая тишина. Она по-прежнему слышала своё дыхание и как бьётся сердце, но от громкого щебета сверчковых полов не осталось и следа. Она поспешила к Наследникам, но тут из покоев Синего Дракона в коридор ворвались четверо тараканов. Усаги остановилась, столкнувшись лицом к лицу с Тупой, Капитаном Ловчих. Он вытаращился на неё и хотел было что-то сказать, но в этот момент Ину приложил Флейту к губам и начал играть.

Не прошло и нескольких мгновений, как бывший Наследник Воина Барана и остальные тараканы оказались на земле. Тупа лежал ничком, неподвижный как бревно, остальные уютно свернулись калачиком, словно решили вздремнуть. Усаги еле сдержалась, чтобы не пнуть Тупу ногой, и, перескочив через него, присоединилась к своей компании.

Гору наклонился над распростёртым Тупой и, едва коснувшись его носком сапога, кивнул: мол, всё в порядке. Нэзу кривовато усмехнулся и махнул рукой: «Пошли». Сару сделала Ину знак, чтобы шёл впереди, и они двинулись дальше: все с плотно заткнутыми ушами, а Ину – играя на Флейте беззвучную для них мелодию. Теперь, даже если бы сверчковые полы обладали громкостью Колокола Призыва, никто из них и ухом бы не повёл.

Но, когда они вступали в покои Синего Дракона, Усаги невольно вздрогнула. Комнаты здесь были обставлены роскошной мебелью, стены обиты дорогими шелками или отделаны нефритовыми панелями с искусно вырезанным узором. И вдруг… Она замерла на месте и закусила губу, чтобы не закричать.

Прежде чем браться за Флейту Танцующих Снов, все Наследники должны хотя бы немного игратьна обычной флейте.

Однако в полной мере ею может владеть только очень искусный флейтист. Играя на Флейте Танцующих Снов, он сможет виртуозно управлять как отдельными людьми, так и целой толпой.

Пользование Сокровищами, из Руководства Наследников Воинов, 17-е издание

Глава 23

Укрощение Дракона

Посреди сверкающей золотом передней комнаты прямо на полу сидел Синий Дракон. Глаза у него были закрыты как во время медитации, грудь медленно поднималась и опускалась. В одной руке он сжимал веер, в котором Усаги тут же узнала Ветра Бесконечности, в другой – извлечённый из ножен меч. Как видно, Флейта застала его в тот момент, когда он собрался вступить в бой с непрошеными гостями.

– Он спит? – едва шевеля губами, произнесла Рана.

Наследница Обезьяны посмотрела на Ину. Тот продолжал играть на Флейте Танцующих Снов с невиданным до этого рвением, так что крупные капли пота выступили у него на лице. Сару приблизилась к Королю-дракону и дотронулась до его руки. Тот не ответил. Сару кивнула.

Синий Дракон был одет в широкий халат из тёмного шёлка, складками лежащий вокруг него на полу. Лицо у него было сине-серое, как при удушье, брови – чёрные как смоль, волосы стянуты в тугой узел на макушке, скулы резко выдавались вперёд, как у мертвеца. Губы были тёмно-лиловыми, почти чёрными, на левой щеке выделялся белый отпечаток ладони, которым наградила его Тигрица, а на шее висели на шнурке две Морские Жемчужины величиной с орех – одна белая, другая чёрная.

Усаги содрогнулась, вспомнив, как он посмотрел на неё, когда она отказалась вступить в Академию Дракона и пыталась защитить Тигрицу: так, как будто она была просто букашкой, которую ему ничего не стоило раздавить. «Мы найдём ей применение… да хоть для опытов Мастера Доузена», – вспомнила она. И ещё он грозился вспороть живот Тигрице. Неужели отпечаток у него на щеке – это всё, что от неё осталось? Что он с ней сделал? Неужели…

Король-дракон оставался неподвижен и когда Наследница Обезьяны осторожно вынула из его длинных когтистых пальцев вначале меч, потом – Ветра Бесконечности. Сару подняла глаза на Тору и сделала ей знак подменить Веер. Та дёрнулась и стала судорожно рыться в своём мешке. Найдя изготовленную Гору подделку, она наклонилась над Синим Драконом и, пока Сару упрятывала в свой пояс настоящий Веер, вложила ему в руку подменный. Потом настала очередь Морских Жемчужин из Ожерелья Земли и Моря. Сару забрала их себе, а Тора дрожащими руками надела на шею Синего Дракона шёлковой шнурок с поддельными бусинами.

Но где Лесной Гребень? Пояса на Синем Драконе не было, и халат был без карманов. Усаги побежала в находившуюся сразу за стеной спальню, где возле кровати Короля-дракона обнаружился золотой сундук. В одном из ящиков она почти сразу нашла Гребень. Усаги помахала им Торе, и та поспешила с ней к сундуку, положив туда точно такой же. Когда Усаги спрятала Лесной Гребень к себе в мешок, где уже лежали Перо и Чаша, её охватила странная дрожь – теперь все Сокровища были у них в руках!

Она посмотрела на Ину. Из-под шлема видны были его мокрые от пота волосы, прилипшие ко лбу. Он играл как одержимый. «Духи, – подумала она, – что будет, если силы у него сейчас кончатся». Усаги проверила, чтобы нигде не осталось следов их пребывания, и присоединилась к друзьям, глядевшим на Синего Дракона со смесью священного ужаса и отвращения. Нэзу стоял, сжимая и разжимая кулаки, – видно было, что он еле сдерживается. И Синий Дракон был сейчас совершенно беззащитен. Вот он тот миг, подумала Усаги, когда они могут изменить всё. Все Сокровища с ними, и оказать сопротивления он не сможет. Они просто обязаны что-то сделать – обездвижить его с помощью яда и взять в плен? Нэзу потянулся к своему поясу. «Наверно, хочет связать его», – подумала Усаги и уже приготовилась помогать. Но в руке у Нэзу сверкнул нож.

Усаги затаила дыхание. Что теперь будет? Могут ли они пойти на такое? Синий Дракон подчинил себе всю Мидагу, погубил столько людей и продолжает мучить тех, кто остался в живых. Рука у Нэзу дрогнула, и в тот же миг Сару сжала ему запястье и забрала нож. Потом сделала всем знак уходить. Ину ещё продолжал играть, но тут глаза у него яростно сверкнули, он опустил флейту и, показав на Короля-дракона, почти неслышно произнёс: «Сделай это».

Сару покачала головой и потянула его за собой, но Ину передёрнул плечами, освобождаясь, и указал глазами вначале на нож, потом на Синего Дракона, казавшегося окоченевшим трупом. Увидев, что она колеблется, он сам схватил нож, позабыв про флейту. Усаги почувствовала, что сердце готово выскочить у неё из груди. Сейчас Наследник Воина Собаки расправится с Королём-драконом раз и навсегда.

Синий Дракон открыл глаза. В них было темно, как в бурю. Потрясённый, Ину отшатнулся, а когда, взяв себя в руки, снова кинулся вперёд, было уже поздно. Король-дракон успел вскочить на ноги. Сине-серое лицо его было искажено яростью. Нож, выбитый из руки Ину одним мгновенным ударом, полетел прямо в стену, засев в ней почти по самую рукоятку. Ину поднёс к губам Флейту и принялся играть что было сил, но Король-дракон заткнул себе пальцами уши и смерил его презрительным взглядом. Потом сделал быстрый выпад и ногой вышиб Флейту из его рук.

Флейта покатилась по полу, но Синий Дракон не отстал от Ину и нанёс ещё один удар ногой, на этот раз в челюсть, опрокинув его навзничь.

Гору набычился и, налетев, едва не сбил Друка с ног, но тот ухватил его за шкирку обеими руками, потом, взревев, поднял над головой и швырнул через всю комнату. От такого тяжёлого «снаряда» резная позолоченная обивка стены разлетелась в золотые дребезги и деревянную труху.

Король-дракон кинулся за Флейтой, однако на пути у него оказалась опередившая его Рана. Лиловые губы Друка изогнулись в ухмылке. Он быстро раскрыл Веер и взмахнул им в её сторону, но ничего не произошло. Ухмылка на его лице исчезла. Он взмахнул ещё сильнее, но с тем же результатом.

Синий Дракон уставился на веер, потом с яростью отшвырнул его и пнул Рану ногой в живот. Та скрючилась от боли, а он снова бросился было за Флейтой, но вдруг остановился и, наклонившись, подобрал что-то с пола. Когда он выпрямился, в руках его была изогнутая зелёная бусина.

– Нет! – закричала Усаги. Король-дракон окинул её взглядом, и глаза его вспыхнули злобным огнём. Он что-то сказал, но в ушах у Усаги были затычки, и она слышала только громкие удары своего сердца.

В тот же миг Тора прыгнула ему на спину, вцепившись клыками в шею. Синий Дракон извернулся, издав дикий вопль, слышный только Ину, и, пытаясь отодрать от себя Тору, полоснул ей по лицу когтями. Кровь заструилась у неё по щекам, но она продолжала держаться. Нэзу и Сару достали свои мечи и ждали момента, чтобы напасть на Друка, не причинив вреда Торе.

Усаги бросилась к Флейте и, схватив её, подбежала к пытавшемуся подняться Ину. Из уголка рта у него продолжала течь кровь и, когда Усаги приблизилась, глаза у него расширились, как будто он увидел кого-то у неё за спиной. Она оглянулась как раз в тот миг, когда в переднюю вбегал капитан Тупа с ещё тремя Ловчими.

Бывший Наследник Барана быстро оглядел комнату, на какую-то долю секунды встретившись глазами с Усаги. Оценив обстановку, он указал своим людям вначале на Усаги и Ину, потом на пытавшихся подняться Гору и Рану, а сам устремился к наступавшим на Синего Дракона Сару и Нэзу.

Усаги вложила Флейту в руки Ину, взглядом умоляя его начать играть. Двое Ловчих уже приближались к ним. Ину поднёс Флейту к окровавленным губам, но тут же бессильно покачал головой.

Краем глаза Усаги заметила на полу меч Синего Дракона, на время оставленный Сару после того, как она обезоружила Друка во сне. Она успела схватить меч, как раз когда Ловчие кинулись на них с Ину, и теперь с яростью отбивала сыпавшиеся с двух сторон удары. Поняв, что с Флейтой у него ничего не получается, Ину достал из ножен свой меч Ловчего и тоже вступил в бой. Почувствовав рядом его плечо, Усаги стала сражаться с удвоенной силой. А Сару и Нэзу в это время схлестнулись с Тупой.

Между тем Синий Дракон оторвал от себя Тору и в бешенстве отшвырнул её в сторону. Усаги не успела увернуться, когда Тора налетела на неё – обе они повалились на землю. При этом меч вылетел из рук Усаги, а её собственный посох, замаскированный под огнестрел, больно впился ей в спину, стоило только пошевелиться. Встретившись глазами с Торой, она сделала ей знак, потерев тыльную сторону ладони. Та поняла и, взглянув на Кольцо Тумана у себя на руке, принялась с силой тереть его черепаховый ободок. Через несколько мгновений из Кольца во все стороны повалил густой дым, окутавший их тёмным облаком и быстро заполнивший всё вокруг.

Закашлявшись, Усаги вытащила из ушей затычки и схватила за руку Тору. Низко пригнувшись, они выбежали в коридор; Ину и остальные – за ними следом. Полы громко заверещали у них под ногами. Они мчались, перескакивая через тела до сих пор не проснувшихся охранников. «Жаль, что действие Флейты не может продолжаться так же долго», – подумала Усаги.

– Ты совсем не можешь играть? – спросила она Ину.

– Мммфф, – послышалось в ответ. Из уголка рта у него по-прежнему сочилась кровь. Боги, неужели Синий Дракон сломал ему челюсть? Ясно, что Флейта им теперь не поможет.

Усаги сделала знак остальным вытащить затычки.

– Ину ранен и играть не может. Надо убираться отсюда и поскорее. – Она взглянула на Рану (та до сих пор не могла выпрямиться и держалась за живот) и на истекающих кровью Гору и Тору. – Вы можете бежать?

– Я в порядке, – сказал Наследник Быка, осторожно коснувшись ссадины на голове. Тора мрачно кивнула.

– Я могу понести Рану, – предложила Сару.

– Не надо, я сама, – отмахнулась та. – Но Нефритовая Бусина! Она осталась у Короля-дракона…

Полы заскрежетали у них за спиной. Усаги оглянулась и увидела Тупу и трёх его Ловчих, выбегавших из покоев Короля-дракона в клубах чёрного дыма.

– Тупа догоняет!

– Сейчас не до Бусины! – крикнула Сару. – Бежим!

Они припустили дальше по коридору, промчались через Северное Крыло и выскочили во двор. Патрульные тараканы, рассредоточенные по всему периметру двора, остановились в смятении, уставившись на семерых израненных Ловчих, выбежавших из резиденции Короля-дракона.

– Не останавливаться! – крикнул Нэзу.

Усаги услышала позади крики и тяжёлый топот сапог, потом голос Тупы, отдающего приказы.

– Они подняли тревогу, – предупредила она. – Скорее!

В воздухе раздался отрывистый звон колокола, подхваченный в Срединном и Внешнем Дворах и оповещавший весь дворец о вторжении. Они перешли на духовную скорость и, оставив позади двор с охраной, повернули к садам. Вдруг Тора сделала им знак остановиться. Глаза её горели в темноте, и зрачки сделались огромными.

– Туда сейчас направляется отряд Стражи.

– Тогда прорвёмся через Земляные ворота, – сказала Сару.

То были ближайшие к ним боковые ворота, но, чтобы до них добраться, нужно было пересечь весь Внутренний Двор. Уходя от погони, они прошмыгнули мимо ночной Стражи и перелетели через проходящих мимо придворных.

Усаги расслышала позади быстрый топот сапог и клацанье доспехов, и внутри у неё похолодело.

– Ловчих стало больше, – предупредила она. – Примкнувшие владеют духовной скоростью.

Луна уже стояла высоко в небе, и её прохладный свет отражался от бледного мрамора дворцовой стены, чей силуэт становился всё ближе и отчётливей. Они мчались изо всех своих зодиакальных сил. Гору был впереди и казался бешеным быком, сметающим все препятствия у них на пути. Вскоре показались деревянные Земляные Ворота с изображёнными на них горами.

Два Стражника, стоявшие по сторонам, попытались заградить вход и схватились за огнестрелы, но, прежде чем они успели опомниться, самозванные Ловчие налетели на них как вихрь. Гору, взревев, выхватил из их рук огнестрелы и распахнул ворота. И вихрь полетел дальше – по узким, сбегающим вниз холма улицам и извилистым проулкам, – направляясь к городу.

Глава 24

К Нефритовой Горе

Усаги быстро оглянулась на дворец, застывший на вершине холма. Белые мраморные стены сияли под луной холодным равнодушным светом. И вдруг она почувствовала тяжесть – словно гири выросли на ногах. Тигрицы больше нет, и Нефритовую Бусину, которую та так долго прятала от Короля-дракона, они потеряли. И что теперь будет с Умой? Да, Двенадцать Сокровищ теперь у них, но порадоваться этому у неё не получалось.

Думать сейчас было некогда. Эхо доносило до них клацанье тараканьих доспехов: погоня продолжалась. Несмотря на ночное время, на улицах равнинной части города попадались телеги и повозки, редкие прохожие и патрульные отряды, так что нужно было всё время быть начеку. Сару свернула в тёмный и пустынный проулок.

– Нужно переодеться и залечить раны, – сказала она, переводя дух.

Тора нахмурилась.

– Может, подождать, когда выйдем из города?

Наследница Обезьяны покачала головой.

– Они будут гнаться за «Ловчими», а на простых прохожих внимания не обратят. И с залеченными ранами нам будет легче двигаться дальше.

Ину пробормотал что-то невнятное через разбитую губу. Рана вытащила из мешка Ларец Лекаря.

– Вот, – она вручила Ину пучок тысячелистника и других заживляющих трав и велела разжевать их и подержать подольше во рту. Потом быстро обработала порез на голове у Гору, остановив кровотечение.

– Уже гораздо лучше, – улыбнулся тот. – Спасибо, Змейка.

А Рана уже смазывала шрамы, оставленные когтями Синего Дракона на щеках Торы.

– Даже рубцов не останется, – сказала она.

– Да уж, рубцов с меня хватит, – усмехнулась в ответ Тора. – А ты-то сама как? Живот не болит?

Рана кивнула и поискала в ящичках Ларца. Смешала два порошка, добавила в них из пузырька немного жидкости и попробовала лекарство на вкус.

– Тьфу, какое горькое.

– Запей, – предложил Нэзу и налил ей в горсть воды из своей фляги.

Ину выплюнул жвачку из трав и потёр челюсть.

– Здорово же он меня пнул. Но, кажется, обойдётся без последствий.

– Сейчас проверим, – Нэзу каверзно ухмыльнулся и поднёс пятерню почти к самому его лицу. – Ну, говори, сколько пальцев видишь?

Сару закатила глаза.

– Гору, попроси Кудесник, чтобы одел нас во что-нибудь подходящее.

Наследник Быка взял Молот и окинул каждого из них задумчивым взглядом. Потом кивнул самому себе и принялся за дело.

Доспех Усаги тут же превратился в одежду старухи-разносчицы. Вместо шлема на голове у неё оказался платок, а в руках появилась корзина со сладким бататом.

Тору он замаскировал под простого старика. Её непослушные волосы были спрятаны под матерчатой шапочкой, а на спине вместо мешка болталась охапка хвороста.

Ину и Нэзу сделались Стражниками. Рога на их шлемах исчезли, и доспехи стали совсем простыми.

Сару предстала богатой улагской женщиной, выряженной в шёлк и парчу, а Рана – скромно одетой служанкой.

Теперь оставался только сам Гору. Себя он сделал странствующим монахом в круглой соломенной шляпе с широкими полями.

– Ну как, не узнаёте?

Ещё какое-то время они, смеясь, разглядывали друг друга, потом Сару сказала:

– По улицам пойдём не спеша, чтобы не привлекать внимание.

Добавив немного гриму, они сделались совсем неузнаваемыми и, разделившись, парами и поодиночке побрели дальше, не упуская друг друга из виду. Пропустили мимо мчавшихся на всех парах Ловчих и, спокойно выйдя через городские ворота, продолжили путь по Круговой Дороге.

* * *

Оказавшись вдали от города, они снова перешли на духовную скорость, и когда солнце забрезжило над горизонтом, достигли лесной полосы, протянувшейся в сторону Нефритовой Горы. В лесу они скинули с себя ношу и сделали привал у небольшого ручья. Усаги вытащила плащ Тигрицы и её уменьшенный посох и внимательно осмотрела их со всех сторон. Осмотр, увы, не дал ей никаких подсказок.

– Будь с посохом поосторожней, – посоветовал Гору. – Через несколько часов он должен вытянуться до своего обычного размера.

– Как и ты, – улыбнулась Усаги.

Наследник Быка снял свою соломенную шляпу монаха и потёр бритую макушку.

– Да уж, поскорей бы. Вообще-то я всегда хотел быть поменьше, чтобы не так выделяться и чтобы люди не таращились. – Он поиграл привязанным к поясу Молотом. – В нормальном человеческом росте есть много преимуществ. И всё же я соскучился по себе настоящему.

– Для нас ты хорош любого роста, – сказала Тора. – И в этом походе ты здорово постарался. Теперь все Сокровища с нами!

– Не все, – упавшим голосом произнесла Рана. – С нами Жемчужины Моря, управляющие морскими волнами. Но Король-дракон завладел Бусиной, в которой заключена сила Нефритовой Горы. А без неё Ожерелье не может быть полным.

– Мы обязательно вернём её обратно, – пообещала Сару. – Ты права, Круг Сокровищ не будет полным, пока не восстановлено Ожерелье Земли и Моря. Но сама по себе Бусина мало что значит для Синего Дракона, а других Сокровищ у него не осталось. Тигрица сейчас была бы довольна.

Усаги снова погрустнела. Она сгребла в охапку потрёпанный плащ Наставницы и крепко сжала в руке её ставший почти игрушечным деревянный посох. В Святилище они будут храниться в надёжном месте и, кто знает, может, когда-нибудь ещё пригодятся.

Теперь дело дошло до похищенных из дворца Сокровищ. Сару надела Ране на шею Жемчужины Моря.

– Не волнуйся, когда-нибудь Ожерелье обязательно будет целым.

Усаги вытащила из своей корзины Чашу Изобилия и протянула её Нэзу.

– Пусть будет у тебя.

Нэзу принял Чашу бережно, как котёнка, и заворковал над ней.

– Привет, старушка, мне тебя очень не хватало. – Он сверкнул улыбкой и стёр с неё воображаемое пятнышко, прежде чем спрятать в своей торбе.

А Усаги уже протягивала Ину Лесной Гребень.

– Ты уверена? – спросил тот. – Ты же годами с ним не расставалась.

– Уверена, – ответила она. Но Ину и слушать об этом не хотел и заставил её взять Гребень обратно. Раньше Усаги была уверена, что Гребень вырезан из дерева отцом, теперь знала, что это не так, но, пряча его в пояс, испытала такую радость, как будто вернулась домой.

– Перо, давай, понесёшь ты, – сказала она Торе. Та не стала спорить, и сразу согласилась.

Сару вытащила Веер.

– Ину, возьмёшь? Или ты, Гору?

– С меня хватит Кудесника, – сказал Наследник Быка. – И Ину старше и опытней, пусть возьмёт он.

– Я снова могу играть на Флейте Снов, больше мне ничего не надо, – сказал Ину. – Ты – старшая Наследница, Сару. Пусть Ветра Бесконечности будут у тебя.

Сару кивнула и спрятала Веер себе в пояс. Теперь у каждого из них, за исключением Ину и Гору, было по два Сокровища.

– А когда возродим Круг Двенадцати Воинов, каждый получит на хранение по одному, – сказала Сару.

– Только представьте. Двенадцать Наследников Воинов, – разгладив «усы», произнёс Нэзу. – Все Сокровища Двенадцати снова собраны на Нефритовой Горе. И Мидага возрождается к жизни.

* * *

Солнце взошло, и вся их одежда и оружие сделались прежними, а Гору, ко всеобщей радости, снова стал великаном. Теперь в одной руке у Усаги был её собственный посох, а в другой длинный посох Тигрицы. Они мчались через холмы и долины, сады и пашни, леса и пустоши и через несколько дней добрались до Мидагского Хребта, высочайшей вершиной которого была Нефритовая Гора.

Сейчас, среди зимы, святая гора была одета в сверкающие снега, как королева – в меха. Вечнозелёные деревья и россыпи нефрита смотрелись на ней как драгоценные украшения. Был час Лошади, солнце стояло прямо над головой, и гора встречала их приветливым сиянием.

– Почти дома, – улыбнулся Нэзу, и Усаги почувствовала, что на душе у неё стало немного полегче. Вернуться с сестрой и Тигрицей пока не получилось, но Сокровища скоро займут своё место в Святилище – останется только восстановить Ожерелье и Круг Двенадцати Воинов.

Когда они приблизились к густой непроницаемой чаще Моря Деревьев, Тора вдруг остановилась как вкопанная, и все остановились тоже.

– В чём дело? – спросила Усаги.

Та схватила её за руку.

– Усаги, я… я не знаю, что и думать, – но Ума… она здесь.

– Что? – Все уставились на неё в недоумении. – Как так может быть? Где здесь?

Вместо ответа Тора показала рукой. Усаги прищурилась, напряжённо вглядываясь. Там, в отдалении, на самой опушке Моря Деревьев, стояла одинокая маленькая фигурка.

– Это невозможно, – сказал Ину.

Но вопреки здравому смыслу Усаги знала, что это так. Тигриное зрение Торы ещё ни разу её не обманывало.

– Ума владеет лошадиной скоростью и знает, где находится Нефритовая Гора, все воспитанники Академии Дракона подробно изучают карты Мидаги. Значит, ей удалось бежать! – Усаги сорвалась с места и помчалась к опушке, потом оторвалась от земли и в несколько счастливых прыжков оказалась перед сестрой. Издав радостный вопль, схватила её за руки. Ума слабо вскрикнула в ответ. Лицо у неё было бледное и измождённое, под глазами тёмные круги. Волосы, собранные в хвост на затылке, сильно растрепались – как будто она бежала, не останавливаясь, всю ночь и весь день, чтобы поспеть к Нефритовой Горе раньше их.

– Ты здесь! – Усаги крепко обняла сестру. – Как же я рада! А ведь думала, что могу тебя больше не увидеть. Спасибо, что не выдала меня и предупредила о сверчковых полах. Тогда я поняла, что ты не хочешь больше оставаться у Короля-дракона.

Она не могла остановиться – так много хотелось рассказать Уме.

– Всё это время я думала о том, как найти тебя снова. И вот ты здесь! – Она сделала глубокий вдох и чуть-чуть отстранилась, чтобы разглядеть сестру получше.

– Прости, Усаги, – губы у Умы дрожали, а в глазах стояли слёзы.

– Ты прости, – погладила её по плечу Усаги. Заслышав приближающиеся шаги, она обернулась и помахала друзьям. – Знаешь, как все будут рады! Нам как раз недоставало Лошади, и я не переставала надеяться, что это будешь ты. Теперь все получится, хвала богине горы!

Усаги покачала головой и опустила глаза.

– Нет, всё не так. – Голос её был почти не слышен, а по щекам катились слёзы. Она снова встретилась глазами с Усаги. – Это засада.

Усаги уставилась на сестру и почувствовала, как её прошиб холодный пот. Прислушавшись, она поняла, что слышала не только шаги Наследников. Окружены! Она в панике обернулась, увидев Рану и остальных.

– Усаги! – бросил Ину. – Я чую опасность…

– Это засада! – крикнула она в ответ и в тот же миг услышала громкий звук выстрела.

Глава 25

Гнев Дракона

Липкие сети просвистели в воздухе. В то же мгновение залёгшие в засаде Ловчие отбросили плетёные бамбуковые щиты, прикрытые ветками и травой, и двинулись вперёд. Усаги выхватила из посоха свой меч, остальные тоже схватились за оружие, успев увернуться от летевших на них сетей. Но Ума осталась стоять неподвижно, глядя себе под ноги, и сеть сбила её с ног и опутала своей липкой паутиной. Усаги подскочила и встала над ней, борясь с подступившим гневом. Сестра предала и обманула их всех. Ума встретилась с ней глазами.

– У меня не было выхода, Усаги, – сказала та. – Они заставили меня стать приманкой. – Лицо её не выражало ничего, кроме стыда и боли.

– Усаги, берегись! – крикнула Тора. – С ними Тупа и Синий Дракон.

Ловчие выстроились в линию и медленно приближались: у одних были огнестрелы, у других мечи, у третьих длинные копья. Позади них, выступив из тени, обрамлявшей Море Деревьев, шагал Тупа, и следом за ним – в своём сверкающем воинском облачении – Король-дракон.

Усаги бросила быстрый взгляд на сестру и подняла меч. Ума съёжилась, и глаза у неё сделались совсем большие. Она хотела крикнуть, но в этот миг Усаги опустила меч и быстро перерезала летучую сеть. Потом оттянула в сторону липкие верёвки, оставив необходимое отверстие.

– Как вылезешь, пригнись и не выпрямляйся, – бросила она Уме и, метнувшись к друзьям, уже стоявшим наготове плечо к плечу, заняла место рядом с Торой. Ловчих было несколько дюжин, и напасть они могли в любую секунду. На то, чтобы прибегнуть к помощи Кудесника и одеться в доспехи, просто не было времени. Зато на Усаги был Огненный Плащ и спрятанный в пояс Лесной Гребень. Если Синий Дракон пришёл сюда за Сокровищами, то она с друзьями будет сражаться за них до последнего.

Ловчие остановились, и бывший Наследник Барана вышел вперёд. На нём были такие же чёрные лакированные доспехи, только рогатый шлем сверкал золотом, а на шее висел изогнутый бараний рог, умевший извергать пламя. Тупа погладил свою жидкую бородёнку и окинул взглядом маленький отряд Наследников. Лицо его растянулось в улыбке.

– Ну что, друзья-подруги, давно не виделись? Где это видано – уходить, не попрощавшись? Разве вас этому учили?

– Спроси это у самого себя, – сверкнув глазами, прорычал Ину.

– Мы не друзья тебе, – сплюнул Нэзу.

Тупа хохотнул и, обратившись к двум Ловчим, произнёс:

– Наша приманка готова сорваться с крючка – приведите её сюда.

– Есть, Капитан! – Ловчие кинулись вперёд и схватили пытавшуюся выбраться из сети Уму. Усаги в бессилье смотрела, как они поволокли её и бросили к ногам Синего Дракона.

Тот брезгливо посмотрел на Уму, как будто она была волоском, случайно попавшим в его тарелку супа.

– Ты должна была сразу доложить о них, но не сделала этого. Предательница! Я уже давно подозревал тебя в двуличии. – Он отвернулся и, сделав несколько шагов за строем Ловчих, окинул взглядом Усаги и остальных. В одной руке он сжимал похожий на весло веер, сделанный из цельного куска железа.

– Значит, Наследники Тигрицы никак не уймутся. Вы думали, что можете прийти в мой дворец, в мои покои и выкрасть Сокровища у меня из-под носа. Но всякой наглости бывает предел. – Голос Синего Дракона звучал как удары молота, отдаваясь эхом от стены деревьев у него за спиной. – Наглость и глупость – две стороны одной медали. Неужели вы и впрямь думали, что вам позволят уйти? – Он захохотал, и улыбка на лице Тупы расплылась ещё шире.

– Это не твой дворец, Друк, – сказала Сару. Она говорила спокойно, но твёрдо, и глаза её сверкали. – Не твои Покои, не твои Сокровища. Ты присвоил себе чужое. Ты, а не мы.

Ловчие в строю напряглись, и улыбка исчезла с лица Тупы.

– Как ты смеешь так говорить с Лордом Друком! – прошипел он.

– Что вы в этом понимаете, молокососы, – бесстрастно проговорил Король-дракон, но след от ладони Хоранги на его синем лице сделался ещё бледнее. – Будущее Мидаги в моих руках, и я не намерен ничего откладывать. – Он выразительно ударил железным веером по ладони. Раздался металлический звук. – Отдайте Сокровища – и я сохраню вам жизнь.

– Можно подумать, вы всегда исполняете свои клятвы и обещания, – сказал Нэзу.

Сквозь строй Ловчих Усаги увидела Уму, сидевшую на земле и наполовину опутанную сетью, и её снова охватила ярость.

– Ума поверила вам, и что же! Теперь вы просто используете её, как будто она не человек, а вещь.

– И что в этом плохого? – осклабился Синий Дракон. – Служить инструментом для достижения великой цели – это ли не честь?

– От страданий становятся только сильнее, – встрял Тупа. – Я учил тебя этому, Усаги.

Усаги бросило в жар, и пальцы её крепко сжали рукоять меча.

– Ты научил меня, что никому нельзя верить – тебе в особенности.

Тупа злобно прищурился, но тут Синий Дракон снова взмахнул своим похожим на весло веером.

– Ну всё, хватит. Вы в меньшинстве, к тому же мои Воины тоже обладают Дарами. Или покончим с этим быстро и просто – или вам конец. Выбирайте. – Веер ударился о ладонь три раза – три резких металлических щелчка.

Сердце у Усаги забилось ещё сильней. Никакой пощады от Синего Дракона им всё равно не будет. А биться они будут до самого конца. Она бросила взгляд на остальных и увидела в них такую же решимость. «За Тигрицу, – шепнула она. – За Мидагу. За Двенадцать».

«За Двенадцать», – откликнулись остальные.

– Ну, попробуй забери Сокровища, синяя жаба! – взмахнул мечом Нэзу, незаметно откупорив флягу с водой, висевшую у него на поясе.

– Ждём твоих таракашек, – крикнул Гору, поигрывая тяжёлым металлическим шаром на цепи, к другому концу которой был привязан Молот-Кудесник.

В руках у Сару сверкнул на солнце кривой полумесяц. Ину и Тора приготовили лук и стрелы. Усаги бросила взгляд на подругу: тигриные зубы Торы снова выросли в клыки. Наследница Тигрицы схватилась за лук и слегка отодвинула назад Рану.

– Будь рядом, Змейка, ты без оружия.

– Не волнуйся, я их не боюсь, – сказала та и, подняв над головой Ларец, громко крикнула: – Ну, кого полечить, подходите!

Глаза Синего Дракона метали молнии.

– Заткните этих наглецов, капитан!

– Взять! – взревел Тупа, и тараканы с громким клацаньем ринулись вперёд.

– Оставайтесь на месте! – крикнул своим Ину. – Не двигайтесь! Сару, Веер!

Сару подождала, чтобы Ловчие подошли ближе и, распахнув Ветра Бесконечности, резко взмахнула рукой. От налетевшего вихря воины как один полегли на землю, а позади них Синий Дракон и Тупа завертелись на месте, изо всех сил пытаясь удержаться на ногах.

– Встать! – завопил на Ловчих Тупа и, схватив огненный рог, выпустил вперёд струю пламени.

Нэзу тут же вытянул из фляги водяной шлейф и превратил его в щит, ставший на пути огня.

Несколько Ловчих уже поднялись и взялись за оружие. Острый взгляд Торы определил, что на этот раз их огнестрелы заряжены пулями.

Гору ударил Молотом о землю, сотворив огромный металлический щит размером с себя самого. Все сгрудились вокруг Наследника Быка, приготовившись к обороне, и пули тут же посыпались градом, отскакивая от толстой брони щита.

– Надо подольше держать дистанцию, – сказал Нэзу. – Их слишком много, и у всех Дары.

Одна из пуль зацепила край щита и ударилась о землю у ног Усаги. Та отступила поближе к Сару.

– Духи, – пробормотала Наследница Обезьяны, – здесь мы слишком на виду, хорошо бы укрыться в Море Деревьев.

За свистом пуль Усаги расслышала топот ног и клацанье доспехов.

– Осторожно, они приближаются!

Двое Ловчих подбегали к ним с обеих сторон. Рана откинула голову назад и плюнула сперва в одного, потом – в другого. Те схватились за глаза и с воплями повалились на землю.

Выстрелы стихли, но Ловчие подступали всё ближе.

– Мы не можем больше прятаться, – крикнула Усаги и, прихватив горсть сюрикенов, смоченных в парализующем яде Раны, взмыла высоко в небо.

С этой высоты Море Деревьев выглядело широким тёмно-зелёным ковром, а бегущие Ловчие были похожи на множество блестящих чёрных жуков, торопящихся к добыче. Снижаясь, Усаги метнула вниз несколько сюрикенов, остановив на месте группу тараканов. Но только она приземлилась, как юный Ловчий, почти её ровесник, прыгнул с поднятым мечом ей навстречу. Прыжок сильно напомнил ей её собственный.

Усаги со звоном отразила удар своим мечом, но в прыжке Ловчему удалось сбить её с ног. Издав воинственный клич, она вскочила и снова бросилась на него, но он увернулся, и её меч вонзился в землю. Вытащить его было делом одного мгновения – теперь оба они снова оказались лицом к лицу.

– Отдавай Плащ, – Ловчий покрутил в руке меч. – Ты ведь не хочешь подохнуть из-за какой-то глупой тряпки?

– А ты? – парировала Усаги. Позади него Усаги видела Тору и Ину, стрелявших из своих луков налево и направо. Но двое Ловчих быстро перехватывали стрелы прямо на лету. У Раны дела шли лучше. Она плевалась ядом во всякого, кто имел неосторожность подойти слишком близко. А сейчас у неё в горсти мелькнули сверкающие белые кристаллы (песок с Танцующих Дюн), и несколько Ловчих отпрянули назад, отирая с лиц кровь.

Нэзу и Сару держались вместе, успешно отбивая огненные атаки Тупы и вылазки тараканов с помощью водяных щитов и Ветров Бесконечности.

Подросток-Ловчий снова перешёл в нападение, но Усаги ловко парировала все его удары. Треск и звон стоял такой, как будто бился целый отряд. Ловчий начал уставать и отступал всё дальше назад, а Усаги, наоборот, вошла в силу и теснила его всё сильней. Вдруг он издал воинственный вопль и подсёк её ногой (так брыкаться мог только настоящий Кролик). Усаги почувствовала нестерпимую боль и, отлетев в сторону, оказалась на земле.

Невдалеке она успела заметить Синего Дракона: тот стоял, сложив руки, и с бесстрастным видом наблюдал за сражением. Но где Ума? Валявшиеся позади Друка летучие сети были пусты, и сестры нигде не было видно.

Ловчий-Кролик подскочил снова. Усаги подняла было меч, но тот резким ударом вышиб его у неё из рук.

– Отдавай Плащ, – приказал он.

Усаги попыталась встать, но рухнула как подкошенная, закричав от боли. В отчаянии она огляделась, ища помощи. Но Гору один дрался с дюжиной остервеневших Ловчих. Сару и Нэзу тоже отражали очередную тараканью атаку. Вдруг Усаги услышала знакомый рык и увидела странный вихрь, несущийся со стороны Моря Деревьев. Это был Кумо. Дымчатый леопард бросился к Тупе и одним прыжком повалил его на землю. Пока они боролись, катаясь по земле, огненные шары, пущенные Капитаном Ловчих, успели поджечь росшие неподалёку кусты и траву, и они задымились, вспыхивая то здесь, то там ярким оранжевым пламенем.

Ране между тем удалось ослепить двух Ловчих, перехватывавших стрелы Торы и Ину. Наследница Тигра уже вывела из строя нескольких тараканов, целясь из лука им в ноги – в щель между доспехом и поножами. Усаги невольно посочувствовала этим хромым бедолагам, потому что сама была в таком же состоянии, как они.

– Не отдам, – ответила она своему Ловчему. – Надо – попробуй, возьми.

– Смотри не пожалей, – процедил тот и со всей силы пнул её по другой ноге. Раздался громкий хруст и следом отчаянный крик Усаги – так громко она, кажется, никогда не кричала.

Тора повернулась на вопль, и глаза её вспыхнули свирепым огнём.

– Отвали, Тузи! – крикнула она, выпуская стрелу. Стрела отскочила от его шлема, но Тора тут же выпустила другую, целясь чуть повыше колена. Ловчий завопил и упал, корчась от боли. А Тора и за ней Рана кинулись к Усаги.

– Как ты?

– Он сломал мне ноги. Я… я не могу подняться.

– Починим, – сказала Рана, открывая Ларец. – Тора, прикрой нас.

Пока Тора стояла настороже, пуская стрелы в каждого, кто пытался приблизиться, Рана занялась делом. Смешала несколько порошков, добавила капель из каких-то флаконов и подала Усаги ложечку густого чёрного лекарства. – Прими.

Лекарство оказалось таким горьким, что Усаги чуть не стошнило, но Рана была непреклонной.

– Заткни нос и не дыши – так будет легче проглотить. Давай!

Сосредоточившись на странном вкусе лекарства, Усаги на какое-то время забыла об острой боли в ногах. Когда же вспомнила, боль была уже не такой сильной, и что-то стало происходить с костями. Усаги почувствовала сильный зуд и попробовала почесаться, но Рана не разрешила.

Между тем Ловчий по имени Тузи продолжал визжать от боли.

– Заткнись, не то прострелю тебе второе колено, – рявкнула на него Тора.

– Предательница! – сплюнул тот.

– Нашёл, кому служить, лизоблюд несчастный, – огрызнулась она и выпустила стрелу в Ловчую, целившуюся в них из огнестрела. Стрела попала той в руку, огнестрел вскинулся, и летучая сеть взвилась вверх. Пока Ловчая пыталась вытащить стрелу, липкая сеть полетела вниз и обрушилась на неё, опутав с головы до ног. Между тем взгляд Торы упал на дерущихся Тупу и леопарда. – Кумо! – Она подняла лук, но тут же опустила. – Нет, страшно. – И, вместо того чтобы выстрелить в Тупу, пустила стрелу в приблизившегося с мечом Ловчего.

Зуд в ногах Усаги перешёл в сильное жжение. Она стиснула зубы, чтобы не стонать. Как не вовремя её скрутило! Хотя много Ловчих уже полегло, но её друзьям от этого было не легче. Ину, Сару и Нэзу были взяты в кольцо. Тупе удалось подмять под себя Кумо, хотя тот извивался, рычал и царапался, отчаянно стараясь добраться до горла Капитана Ловчих. Тора наконец смогла выстрелить в Тупу из лука, но стрела только ударилась о его шлем, отбив один из золотых рогов. Хляби болотные!

Спрятавшись за своим гигантским щитом, Гору достал Молот и изо всех сил ударил им о землю. С каждым ударом рядом с ним как из-под земли вырастал вооружённый Стражник. Все они были на одно лицо, в одинаковых доспехах, с одинаковыми кривыми мечами, и тут же окружили Ловчих, отвлекая огонь на себя. Тупе тоже досталось – пришлось отпустить Кумо и отбиваться от Стражников. Тора тут же позвала дымчатого леопарда и велела ему бежать в лес.

Теперь Гору бросился туда, где Рана и Тора охраняли раненую Усаги.

– Тебе тоже нужно в лес, Кролик. Можешь подняться?

– Кости ещё не срослись до конца, – сказала Рана, кладя руку на голень Усаги. – Сможешь отнести её, Бык?

Гору осторожно поднял Усаги одной рукой.

– Могу и вас.

– Мы уж как-нибудь сами, – ухмыльнулась Тора.

Освободившиеся Сару, Нэзу и Ину тоже присоединились к ним.

– В Море Деревьев будет полегче, – сказала Сару. – Синий Дракон побоится туда сунуться.

* * *

Вдруг мощный щит Гору взял и развалился у них на глазах – теперь все они оказались на виду. Гору крякнул от неожиданности. Усаги заметила, как Король-дракон довольно осклабился, медленно потёр руки и, направив взгляд на поддельного Стражника, щёлкнул пальцами. Один за одним все «Стражники» превратились в пыль и улетучились, как будто их и не было. Синий Дракон повернулся и, устремив взгляд на Гору, взмахнул ладонью в его сторону. Усаги услышала, как звякнула цепь у Гору на поясе и, к своему ужасу, увидела, как тяжёлый металлический шар подлетел в воздух, словно подброшенный невидимой рукой. Синий Дракон сделал движение запястьем, резанув по воздуху ребром ладони.

– Берегитесь! – закричала Усаги.

Металлический шар летел прямо на них. Гору попытался увернуться и поднял свободную руку. Шар едва задел её и со всей силы залепил ему в лоб, так что великан Гору зашатался и осел на землю. Усаги, которую он держал одной рукой в воздухе, неуверенно коснулась ногами земли. Она уже могла стоять, и мучившее её жжение почти прошло.

– Вставай, Гору! – взмолилась она, потянув его за руку, но тот застонал в ответ и даже не пошевелился.

Тора и Ину натянули луки, но Король-дракон, увидев это, только ухмыльнулся.

– Ах вот оно что? Ну, давайте, попробуйте.

Тора пустила стрелу, но Друк взмахнул рукой, и стрела улетела в сторону. То же случилось и со стрелой, пущенной Ину.

Усаги сжала в руке меч и, сделав усилие, шагнула вперёд на ещё ватных ногах. Синий Дракон пошевелил пальцами, и её искорёженный меч превратился в никому не нужный кусок железа.

– Или отдашь мне плащ, или сделаю с тобой то же, что с твоим мечом, – прорычал он.

Усаги уставилась на бесполезную железку, только что бывшую её мечом. Ничего не скажешь, тот ещё металлический Дар. Но уж она-то точно ничего ему не отдаст, хоть ноги у неё стали как два бобовых стебля, а от оружия осталось одно воспоминанье. Сюрикены тут тоже будут бессильны. Остаётся ещё Лесной Гребень. Но воспользоваться им против того, кто как раз за ним и охотится, было бы слишком рискованно. Ветра Бесконечности? У Веера металлические рёбра – Синий Дракон сомнёт его в два счёта и не поморщится. Тут Усаги заметила, что цепь Гору сползает у него с пояса – Король-дракон пытался завладеть Молотом-Кудесником. Она выпустила из рук свой перекорёженный меч и, ухватившись за цепь, потянула её назад. Друзья ухватились было тоже, но Рана придумала кое-что получше: быстро расплела кожаный ремень, которым Кудесник был пристёгнут к цепи, и сунула Молот в мешок Усаги.

Цепь тут же выпустили из рук, и она полетела в сторону Синего Дракона. Тот еле успел отвести в сторону нёсшийся прямо на него металлический шар и ещё больше посинел от ярости. Взревев, он размахнулся и изо всех сил швырнул цепь назад. Шар просвистел в воздухе, и тяжёлая длинная цепь, закрутившись, туго обвилась вокруг них, сковав вместе по рукам и ногам. Только Гору остался лежать на земле как лежал. А Синий Дракон и его тараканы были уже совсем близко.

Глава 26

Восстание Зодиака

Потом Усаги расслышала – как будто приближающийся гром – топот сотен бегущих ног. Она повернула голову.

– Сюда идут.

Тора вытаращила глаза.

– Кто? Может… мой брат?

Поначалу среди этого нашествия трудно было кого-нибудь узнать – одни неслись на духовной скорости, другие – верхом, кто-то на странных приспособлениях из дерева и бамбука. Потом, к своему изумлению, Усаги узнала сутулую, облачённую в листья и мхи фигурку Юнджи и его одетых в древесную кору питомцев с Озера Солнца и Луны. Над ними кругами носились чайки Джи и ещё какие-то свирепые чёрные вороны.

Тут же она заметила небольшую группку худых и жилистых подростков с татуировкой на руках. Все они были вооружены пращами.

– Призраки Королевства Бабочек, – выдохнула она. – Они получили наше послание!

Рядом с Призраками бежали ещё пятеро неизвестных ей юнцов, и Сару, увидев их, радостно вскрикнула:

– Ину, смотри, это же Кроты с Танцующих Дюн!

Ину вытянул шею и понюхал воздух.

– Точно! И Рудокопы!

– Йохо! – завопил Нэзу. – У нас подкрепление!

И действительно, Панри-Кабан и все клеймёные Рудокопы тоже появились на поляне перед Морем Деревьев, вооружённые кто чем (похоже, всё это были трофеи, захваченные во время их набегов на караваны). Впереди был брат Торы, Имуги, с мечом в руках.

Глаза Торы наполнились слезами.

– Смотрите, Лорд Друк, – сказала она, оскалив свои белоснежные клыки. – Какой бы силой вы ни владели, но не все в Мидаге готовы вам подчиниться.

Синий Дракон кинул взгляд на приближающуюся толпу кое-как одетых и плохо вооружённых юнцов и расхохотался. Потом повернулся к Тупе:

– Ты знаешь, что делать.

– Да, господин! – ответил тот. И, повернувшись к Ловчим, рявкнул:

– Все по местам! Вперёд! В атаку!

Ловчие кинулись выполнять приказ, а Король-дракон затянул цепь ещё туже и обратился к пленникам.

– Жалкие глупцы, – сказал он. – Ваша подмога пришла слишком поздно. И помощники ваши тоже поплатятся за то, что пошли против меня. Теперь для вас всё кончено.

Цепь сжималась всё сильнее. Усаги извивалась и ловила воздух ртом. Много мыслей пронеслось у неё в голове – о родителях, об отце Торы, о Тигрице, о сестре. Куда убежала Ума, она не знала, но теперь было ясно, что сестру она потеряла уже давно. Рана что-то усиленно жевала рядом с ней, потом кивнула, и они зажмурились.

– Всё, да не всё, – выдохнула Усаги.

И в то же мгновение Рана выпустила струю яда прямо в лицо Синему Дракону. Долгий, леденящий кровь рёв потряс окрестности. От этого жуткого вопля и Ловчие, и повстанцы – все замерли на месте, но Тупа тут же приказал своим тараканам продолжать наступление.

Не переставая вопить, Синий Дракон вцепился когтями себе в лицо. Цепь Гору ослабла, и Наследники оказались на свободе. Рана наклонилась над лежащим на земле Наследником Быка и, вытащив из Ларца крошечный флакончик, помахала им у него под носом. Тот резко сел и открыл глаза. Увидев вопящего и дерущего себе глаза Синего Дракона, он мрачно улыбнулся и подобрал с земли цепь.

– Молодец, Земляная Змея!

Наследники окружили Короля-дракона, а Рудокопы, Кроты, Призраки, команда Юнджи и другие повстанцы со всего острова вступили в бой с отрядами Ловчих. Вокруг стоял страшный шум – крики птиц, клацанье доспехов, звон мечей, залпы огнестрелов, звуки рукопашной.

Вдруг Усаги почувствовала, как металлический амулет подпрыгнул у неё на шее, и быстро запихнула его обратно за ворот. Гору вцепился в гирю на конце своей цепи. А Сару успела только вскрикнуть – и Ветра Бесконечности вырвались у неё из рук. Усаги прыгнула и подхватила Веер на лету, но Синий Дракон сделал усилие, и она почувствовала, что её притягивает вместе с Веером. Ноги снова пронзила жгучая боль.

В отчаянии она вытащила Лесной Гребень и бросила его на землю. Выросшие в тот же миг деревья скрыли от неё Синего Дракона. Усаги ухватилась за дерево, чтобы удержаться на ногах, и почти тут же услышала голос Друка.

– Что это? – прорычал он. – Деревья? Не иначе как Лесной Гребень.

Усаги почувствовала, как притяжение ослабло: Синий Дракон согнулся в три погибели и шарил среди деревьев, ища Гребень.

Прихрамывая, она вышла из рощи к друзьям и отдала Сару Веер.

– Что теперь?

– Во-первых, нельзя, чтобы он нашёл Гребень, – сказала Сару. – Как только ты вытащишь его из земли, мы снова увидим Друка. Тогда будем сражаться. У него металлический Дар, но и мы кое-что можем.

– Он чуть было не дотянулся до железного камня, – сказала Тора. Она потянулась к бусине, висевшей у неё на шее, и вдруг застыла, словно в голову ей пришла внезапная мысль. – Рана, дай-ка мне Морские Жемчужины.

С непонимающим видом та сняла с шеи шёлковый шнурок с двумя огромными жемчужинами, и Тора повесила между ними свою бусину из железного камня. Усаги снова услышала шорох – Синий Дракон продолжал свои поиски.

– Я должна поскорей забрать Гребень.

– Иди, – сказала Сару, сжимая в руке Веер. – Мы тебя прикроем.

Усаги поковыляла к тому месту, где бросила Гребень, и сразу его увидела. Деревянные зубья крепко вцепились в землю и не отпускали её. Друк был совсем близко – глаза у него приоткрылись, и из них текли гной и слёзы. С бьющимся сердцем она выдернула Гребень – и деревья тут же исчезли, оставив её один на один с Синим Драконом. Кожа у него в тех местах, где её коснулся яд Раны, была покрыта отвратительными бледно-серыми волдырями. При виде Усаги с Гребнем лицо его исказилось злорадной гримасой. Он рванулся к ней, но Усаги стиснула зубы и взвилась в воздух в своём Кроличьем прыжке.

Наследница Обезьяны махнула Веером в сторону Синего Дракона, сбив его с ног. Порыв ветра был такой силы, что на поле битвы зашатались и Ловчие, и повстанцы. Гору раскрутил свою цепь и метнул шар прямо в Короля-дракона. Но тот вовремя перехватил его и, поднявшись, с рёвом запустил в воздух. Шар взметнулся над их головами, и Гору почти приподнялся над землёй, изо всех сил стараясь удержать в руках цепь.

В это время Нэзу выпустил в лицо Друку град водяных шаров, заставив его плеваться и отфыркиваться. Гору снова оказался на ногах, а железный шар рухнул рядом, наполовину уйдя в землю. Тора и Ину воспользовались замешательством Синего Дракона и выпустили в него стрелы. Но тот остался стоять, а стрелы отскочили от его доспеха и полетели назад. Тут на их пути вырос Гору.

– Гору! – в испуге закричала Усаги. Но тот повернулся как ни в чём не бывало и, тряхнув своей кольчугой, дал стрелам осыпаться на землю. – Со мной всё в порядке, Кролик.

А Король-дракон опять принялся перетягивать к себе всё железо, какое только мог найти вокруг. К нему уже полетел меч Нэзу, и стрелы, и шар Гору снова поплыл по воздуху. Из мешков торчали острия сюрикенов, норовивших вырваться наружу. Сару едва ли не вросла ногами в землю, пытаясь удержать Веер и остаться на месте. И Гору в его железной кольчуге уже поволокло в сторону Синего Дракона.

– Железо против него бессильно! – Рана поймала рукой бусину из железного камня, подпрыгнувшую между двумя жемчужинами и с силой натянувшую шёлковый шнурок у неё на шее. Потом сунула руку в карман и, набрав горсть белого песка с Танцующих Дюн, бросила в Короля-дракона. Тот отпустил все металлические трофеи и схватился за лицо. По щекам у него текла кровь, казавшаяся поразительно алой в сравнении с синей кожей и белым отпечатком, оставленным Тигрицей.

Тора потёрла Кольцо Тумана, и из него поднялся столб чёрного удушливого дыма. С помощью Веера Сару закрутила его вокруг Синего Дракона, и тот потонул в нём, как утёс в грозовом облаке.

– Кудесник! – Усаги вдруг вспомнила, что Молот у неё в мешке, и быстро «сколотила» вначале деревянные щиты, потом копья с каменными наконечниками.

Окутанный чёрным дымом Король-дракон взревел, призывая на помощь Капитана Ловчих. Тупа в это время продолжал сражаться с братом Торы и ещё несколькими Рудокопами. Услышав вопль своего господина, он велел паре тараканов не спускать глаз с Имуги и его Рудокопов, а сам включил духовную скорость и моментально прибыл на зов.

Гору попробовал преградить ему путь, но тот нагнул голову, как баран, и с разбегу боднул его так, что Наследник Быка оказался отброшенным шагов на пятьдесят назад. Остальные Наследники схватились за деревянные щиты и каменные копья, но Тупа, расхохотавшись, поднёс к губам свой огненный рог и, выпустив струю пламени, обратил всё их оружие в пепел. Каменные наконечники развалились и осыпались на землю.

Усаги почувствовала, как в ней закипает ярость.

– Давай покажем ему, как мы соскучились, – крикнула она Нэзу, прикрыв его краем своего Огненного Плаща.

– Подождите! – откликнулась Тора. – Я с вами!

– И я! – сказала Рана, нырнув вместе с Торой под Плащ Усаги.

В это время бывший Наследник Барана пытался докричаться до своего патрона сквозь облако чёрного дыма:

– Я здесь, мой Лорд! – Тут он увидел, что Сару управляет дымом с помощью Ветров Бесконечности, и навёл на неё свой огненный рог.

– Пора! – крикнула Усаги, и они вчетвером бросились к Капитану Ловчих. Тот повернул огненный рог, и их со всех сторон окружило пламя. Усаги плотнее застегнула Плащ, и они смогли подойти ближе. Нэзу изловчился и пустил из-под полы мощную струю воды, загасившую огонь и залившую рог. Пока Тупа фыркал и отплёвывался, Рана быстро высунула голову и плюнула ему в глаза. А Тора потёрла янтарь Кольца и выпустила в лицо Тупе облако мелкого жёлтого песка. Капитан Ловчих завопил как резаный.

– Ну всё, хватит! – взревел Синий Дракон. Усаги почувствовала, как амулет опять дёрнулся у неё на шее. То же происходило с бусиной из железного камня на цепочке у Раны. Сквозь прозрачную ткань Плаща Усаги видела, как Веер вырвался из рук Сару и когтистая рука Короля-дракона, высунувшись из чёрного дыма, перехватила его на лету. Один взмах – и облако дыма рассеялось, как не бывало.

– Нет, – прошептала Усаги.

И вдруг… звуки Флейты обрушились на них так внезапно, что она даже не успела вспомнить о своих подкашивающихся ногах. Не прошло и нескольких мгновений, а все вокруг уже танцевали. Ловчие бряцали и клацали своими доспехами, Рудокопы притопывали, Призраки выкидывали коленца, Кроты кружились на месте, а Юнджа и его питомцы скакали вокруг как дикари. Странные выкрики донеслись до слуха Усаги.

Танцуя, она заметила, что Гору уже поднялся и неуклюже переваливается с ноги на ногу, а Капитан Ловчих выписывает какие-то непонятные фигуры. Почти ничего не видя из-за попавшего в глаза яда, он отчаянно пытался нащупать огненный рог, но найдя его, смог выпустить только несколько жалких огненных шаров, полетевших куда-то не туда. Рядом с искажённым яростью лицом извивался и раскачивался Синий Дракон.

Не танцевал только Ину, играющий на Флейте Танцующих Снов. Насвистывая что-то весёлое, он вынудил Короля-дракона опустить Веер на землю и потом отвёл его самого подальше от этого места. Тут же, по прихоти Флейты, рядом появилась Сару. Она поклонилась в танце и, подхватив Ветра Бесконечности, продолжила кружиться в танце.

Король-дракон и Капитан Ловчих ничего не могли поделать, танцуя на опушке у Моря Деревьев. Вдруг Тупа взмахнул рукой и заехал прямо в нос своему повелителю.

– Простите, господин, – проблеял он. И тут же Синий Дракон словно невзначай попал кулаком в челюсть Тупе. Теперь оба махали руками, как две хорошие мельницы, хотя Тупа был в ужасе и извинялся после каждого удара.

Усаги услышала низкое рычание, и из древнего леса на опушку снова выскочил Кумо. Не обращая внимания на музыку, леопард прыгнул с разбегу на спину танцующему Синему Дракону и вцепился в него зубами и когтями. Тот повалился на землю, продолжая брыкать ногами под задорные звуки флейты.

– Ину, помоги нам добраться до Моря Деревьев, – позвала Сару.

Наследник Собаки кивнул и сменил мелодию – в тот же миг Усаги и другие Наследники бодро шагнули к лесу. Он опустил Флейту, и все резко остановились.

– Бежим! – крикнул Ину.

Они кинулись под сень деревьев, и Кумо скачками понёсся за ними. А оставшийся на поляне Тупа подскочил к Синему Дракону.

– Господин!

– Мои Сокровища! – истекая кровью, взвыл тот, показывая перстом в сторону леса.

Тупа вздрогнул, потом сделал поклон и с мрачным лицом поспешил к Морю Деревьев. Усаги услышала, как он бормочет себе под нос: Это безумие. Как я могу один вернуть все Двенадцать Сокровищ?

Тора потёрла Кольцо Тумана, и лес заволокло густой пеленой.

– Вот так уже лучше. – Она кинула взгляд на Рану: – Смотрите!

Бусина из тигрового камня, висевшая у неё на шее между двумя Морскими Жемчужинами, начала светиться.

– Почти как Бусина Земли, только…

– Только из железного камня Древа Стихий, – закончила за неё Тора. – Хоть и не нефрит, а тоже дар Священной Горы.

Все смотрели, затаив дыхание: здесь, среди древних деревьев у подножия Священной Горы, им явилось восстановленное Ожерелье Земли и Моря!

– Попробуй проверь его, Земляная Змея!

Тёмные глаза Раны вспыхнули огнём. Она приложила ладонь к изогнутой бусине, сверкавшей золотыми, красными и чёрными прожилками, сделала глубокий вдох и закрыла глаза. Наступила пауза. Потом все услышали нарастающий грохот, и земля содрогнулась.

– Землетрясение! – воскликнул Нэзу.

Дрожь прошла по всему лесу. Гигантские деревья качались и трещали, издавая протяжные стоны. Усаги ухватилась одной рукой за плечо Торы, а другую положила на ствол ближайшего дерева, ощутив его пульс и неожиданно обретя силу в ногах.

В то же время земля вздыбилась под ногами Капитана Ловчих и вышвырнула его из леса обратно – к самым ногам Синего Дракона.

– Простите, господин, – пробормотал Тупа, приходя в себя, – но я не смог войти в лес.

– Подожги его! – взвыл Синий Дракон. – Сожги весь дотла!

– Но я…

– Никаких «но»!

С трудом поднявшись на ноги, Тупа поднёс рог к губам и дунул. Струя пламени протянулась к лесу, но не достала до него. Взревев, Король-дракон схватил Тупу за шкирку и, подтащив его ближе к Морю Деревьев, сам направил рог. Вторая попытка увенчалась успехом: длинная арка огня дотянулась до первого ряда деревьев. Высокий пронзительный звук долетел до слуха Усаги.

– О духи, это кричат деревья.

– Надо что-то придумать. – Рана с тревогой посмотрела на языки пламени и, снова взявшись за бусину из железного камня, быстро произнесла молитву Богине Горы.

Земля затряслась ещё сильней, словно огромный змей прокладывал себе ход под самой её поверхностью. Потом вихрь из земли и камней вырвался наружу и, накатив на Тупу и Синего Дракона, мгновенно загасил пламя из огненного рога и поглотил их самих. Какое-то время из-под земли ещё слышны были их сдавленные вопли, потом всё стихло.

Жемчужины для Ожерелья Земли и Моря были добыты некогда со дна океана самыми искусными ныряльщицами Мидаги – русалками: они владели водяным Даром и могли оставаться под водой часами, не поднимаясь на поверхность. Белая жемчужина обладает силой вызывать приливы, а чёрная – отливы. Нефритовая же бусина сделана из камня Нефритовой Горы и, будучи даром богини, даёт возможность управлять движениями земли. Когда все три камня соединились вместе и получили благословение на священной горе, Ожерелье Земли и Моря обрело свою совершенную силу.

Сокровища Двенадцати: история (из Легенд Двенадцати)

Глава 27

Новая бусина

Они вышли из леса на поляну. Вихри, поднятые землетрясением, улеглись. Всё успокоилось. Синий Дракон и его первый помощник были поглощены землёй. Усаги старательно прислушивалась к подземным звукам, но ничего не было слышно.

– С ними всё кончено.

Повстанцы наконец осознали, что произошло, и торжествующие крики огласили недавнее поле битвы. Последние Ловчие в панике бежали – вслед за теми, что дезертировали раньше и были уже далеко.

Ветви деревьев на опушке ещё дымились и тлели. Густой туман, выпущенный Кольцом, уберёг их от пожара, но некоторые были сильно опалены. Нэзу загасил горячие угли водой из фляги, а Усаги с помощью своего древесного Дара помогла воспрянуть пострадавшим деревьям. Рана между тем поспешила на поле битвы с Ларцом Лекаря, чтобы оказать помощь раненым мидагцам. Тора и её брат обнялись снова, сразу простив друг другу все прошлые обиды.

Теперь на этом покорёженном сражением клочке земли, где нашли свой конец Синий Дракон и его приспешник Тупа, победители-мидагцы пустились в пляс, празднуя победу. Наконец-то они были вместе: бывшие узники Восточных Копей, Кроты из Танцующих Дюн, Призраки Королевства Бабочек, питомцы Юнджи, простые жители из Крыла Крачки… Теперь им не нужна была Флейта Танцующих Снов. Они плясали оттого, что их королевство стало свободным!

* * *

Был ранний рассвет (час Кролика), когда они подошли к подножию Лестницы Терпения и сверху до Усаги донеслись знакомые мелодии Поющего Бамбука. Ком встал у неё в горле. Ведь она боялась, что никогда их больше не услышит. Она вдохнула побольше воздуха и начала карабкаться вверх. От последних событий голова ещё шла кругом. После ночного пира и отдыха Наследники засобирались назад в Святилище Двенадцати. Имуги приглашал их как-нибудь снова навестить Разрисованный Грот, и они обещали, что придут в гости при первой же возможности.

Сейчас им надо было как можно скорей вернуть Сокровища на их законное место. Усаги торопилась, но сдерживала себя, чтобы не пропустить ни одной ступеньки. Вскоре её не совсем окрепшие ноги заболели снова, и лоб покрылся испариной.

– Как ты, Кролик? – догнал её Ину.

– Уже представляю нас дома, – сказала она. – Со всеми Сокровищами… но без Тигрицы.

Ину кивнул.

– Жаль, что она не сможет порадоваться вместе с нами.

Усаги закусила губу. Она не переставала думать и о том, куда делась Ума, исчезнувшая в самый разгар сражения. Юнджа и другие повстанцы обещали сообщить, если нападут на след сестры. Одной ей, конечно же, будет очень трудно, особенно в Море Деревьев, которое мало кого подпускало к Священной Горе. Пока Усаги оставалось только молиться, чтобы Ума добралась до какого-нибудь надёжного места. Хорошо хотя бы, что можно уже не бояться Короля-дракона и Тупы. Усаги вытащила из кармана свой кроличий амулет.

– А что случилось с цепочкой? – спросил Ину.

– Синий Дракон порвал её.

– Ну да, – Ину внимательно осмотрел амулет. – Ничего, починим. И меч тебе сделаем новый. А пока хорошо, что у тебя есть посох Тигрицы.

Усаги улыбнулась.

– Наставница говорила, что Лестница Терпения испытывает и самых сильных.

В это время их обогнали остальные – всем хотелось поскорей оказаться в Святилище.

Когда они вдвоём добрались до вершины лестницы, Ину наморщил нос и принюхался.

– Что-то не так? – спросила Усаги.

Нэзу и Тора проскользнули мимо и направились к Поющему Бамбуку, а Ину всё ещё продолжал нюхать воздух. Потом как-то странно посмотрел на неё:

– Мы тут не одни.

Вдруг со двора Святилища до Усаги донёсся голос Торы:

– Звёзды и духи! Скорей сюда, Усаги!

Усаги кое-как преодолела последние несколько ступенек, потом, откуда взялась прыть, помчалась через бамбуковую рощу, мимо двенадцати фонарей и влетела на главный двор. Тут ноги у неё подогнулись, и она упала на колени.

Напротив неё, прямо перед Колоколом Призыва, стояла Ума, гладя по голове довольного дымчатого леопарда. Волосы у неё совсем растрепались, а синяя форма Академии была порвана и запачкана грязью. Но главное, она жива и она в Святилище Двенадцати!

Встретившись глазами с Усаги, Ума робко улыбнулась.

– Ну наконец-то! Я жду уже несколько часов.

– Но как?.. – Усаги не верила своим глазам. – Неужели ты смогла подняться сюда одна?

Ума скромно кивнула.

– Когда началось сражение, всем стало не до меня. Я собиралась спрятаться в лесу, но потом увидела светящуюся тропу и пошла по ней. Там были всякие неожиданности, но я справилась.

Дымчатый леопард толкнул её в руку, и она стала снова чесать его за ушами.

Вокруг раздались изумлённые возгласы, посыпались вопросы. Усаги поднялась на ноги и, сделав неуверенный слабый шаг, обняла сестру.

– Не могу поверить, что ты наконец здесь.

– Ты прощаешь меня? – прошептала Ума.

У Усаги, как это часто было раньше, защемило сердце.

– Вначале прости меня ты, – сказала она, крепко прижав Уму к себе.

Наследница Обезьяны смотрела на них, широко улыбаясь.

– Понимаете, что это значит? Богиня Горы наметила приемника Воину Лошади. Похоже, у нас появился новый Наследничек.

* * *

Приветственная Песнь – старинная мидагская песня, обычно исполняемая перед пирами, огласила стены Мраморного Ущелья. Зима уже отступила, и по приглашению Рудокопов наследники спустились с Нефритовой Горы, чтобы отпраздновать Праздник Весны там, где некогда собирались на торжества первые племена Мидаги.

Тора сидела рядом с братом. Они пели, прихлопывая, вместе со всеми и улыбались друг другу. Эти две такие похожие улыбки невозможно было спутать ни с какой другой. Имуги и его друзья обещали Наследникам помощь в возрождении Мидаги, и последние несколько недель им пришлось очень постараться.

После исчезновения Синего Дракона его советники разослали по всему королевству поисковые отряды, безуспешно искавшие Лорда Друка и Капитана Тупу. Большинство Ловчих с Дарами Зодиака оставили службу: одни вернулись в родные города и провинции, другие примкнули к отрядам вроде Рудокопов и Призраков. Академия Дракона была распущена, и многие её воспитанники, к великой радости своих родных, вернулись домой. Но Ловчие и Стражники, не обладавшие Дарами, оставшись не у дел, занялись грабежами и разбоем, и теперь простым мидагцам вместе с Наследниками и примкнувшей к ним молодежи надлежало положить этому конец.

Теперь, когда все Двенадцать Сокровищ были собраны на Нефритовой Горе, Наследники чувствовали в себе небывалые силы, и сама гора, казалось, излучала потоки энергии. Вскоре выискались кандидаты в Наследники от других знаков Зодиака.

– Когда возродится Круг Двенадцати, Щит Невидимости тоже будет восстановлен, – уверенно говорила Сару. – Вначале нам предстоит всем вместе бороться с остатками угнетателей и изгнать их из королевства, а после того, как Мидага снова станет невидимой, никакие завоеватели уже не смогут к ней подступиться.

Вскоре после возвращения Рана получила звание Наследницы Змеи – за храбрость, находчивость и прекрасное владение земляным Даром. Ведь в конечном счёте это она (не без помощи Ожерелья Земли и Моря) сумела покончить с Синим Драконом. Тора была рада, что бусина из тигрового камня пошла на восстановление Ожерелья. Ей она была уже не нужна. Видения приходили сами, а на крайний случай под рукой всегда было Древо Стихий.

На церемонии посвящения Рана получила от Усаги прекрасное оружие – деревянный посох, который можно было использовать как духовую трубку. В верхней съёмной его части были отделения для отравленных дротиков. А Ину сделал для Раны браслет с потайным отделением для песка с Танцующих Дюн.

– Это тебе и защита получше кольчуги, и оружие отличное: как закрутишь свой колючий вихрь – всех врагов раскидаешь.

– Я додумалась до этого, глядя на Кольцо Тумана, – сказала Рана. Она вся светилась от радости, когда надела браслет на запястье. Ума наклонилась над ней и тоже разглядывала его с восхищением.

Самая младшая в Святилище, Ума уже в полной мере владела двумя своими Дарами – лошадиной скорости и огня – и готовилась стать Наследницей Воина Лошади. Среди повстанцев были и другие подростки с таким же Даром, изъявившие желание стать Наследниками. Но Ума не считала их серьёзными соперниками.

– Я прошла Академию Дракона и совершила Восхождение на Гору – им меня не обогнать!

Брат Торы получил предложение стать Наследником Воина Дракона, но отказался.

– Я нужен Рудокопам, – объяснил он. – Лучше мы будем помогать вам отсюда. А если вам нужны ещё Наследнички, то вот они: Панри обладает неукротимостью и непрошибаемостью дикого кабана, и эта сереброглазая Дракониха тоже, думаю, подойдёт. – Он кивнул в сторону Миру, которая успела поразить всех гостей, прибыв в Ущелье на спине гигантской Бабочки Императора. Вдохновлённая примером Усаги, она довольно скоро сама приручила Фиолетового Императора и теперь частенько облетала на нём остров.

Юнджа и его питомцы прибыли в ущелье на своих странных приспособлениях, которые были тут же продемонстрированы всем собравшимся.

– Если нам, владеющим Дарами, удастся помочь тем, у кого их нет, – сказал старик, поглаживая странную безлошадную повозку, на которой прибыл на пир, – тогда никаким чужакам мидагцев уже не одолеть!

После сражения они отдали своих безголовых лошадей жителям Крыла Крачки, и те, прибыв домой, сообщили, что добрались на удивление быстро. И на крыльях из бамбука и камыша летали теперь всё дальше и дальше. Вот и Джи прилетела на них в Мраморное Ущелье в сопровождении своих верных чаек.

Теперь все собрались за длинным столом в Расписном Гроте.

– Никакой поддельной еды, – довольно заявил Имуги. – Всё без обмана.

Тут была жареная утка с хрустящей корочкой, огромный жареный кабан на вертеле, рис, сваренный на пару в листьях лотоса, копчёная рыба из свежего улова и множество диких овощей и грибов. Еда была простая, но удивительно сытная и вкусная, и Усаги подумала, что эти блюда ничуть не уступают лакомствам от Кудесника.

Покончив с угощением, Ину, Нэзу и Сару принесли музыкальные инструменты. Под шутки и улюлюканье Наследнику Собаки пришлось заверить всех, что на этот раз флейта у него самая обычная. К исполнителям присоединились некоторые из Рудокопов, и музыка и песни полились снова.

Когда Гору и Рана встали и пошли танцевать, Усаги обнаружила, что Умы и Торы нигде не видно.

Выскользнув из Пещеры, она нашла их совсем неподалёку. Обе сидели на уступе над извивающейся лентой Павлиньей Реки, и рядом с Торой примостился неразлучный Кумо. Дымчатый леопард радостно повёл ушами, когда Усаги подошла и села между сестрой и подругой.

– А сладкого не попробовали? – спросила она. – Я хотела оставить вам горного мёда в сотах – Рудокопы говорят, что от него бывают прекрасные сны и видения. Но, кажется, Гору проглотил весь остаток.

– Вот и хорошо. Моя мечта сейчас здесь, – ответила Ума. – Мы снова втроём, не голодные и в безопасности. И это так прекрасно, что никакого мёда не надо.

Тора улыбнулась и потёрла широкий бархатный нос Кумо.

– В последние дни у меня много видений, и все они полны счастливых встреч. – Она бросила взгляд через плечо – туда, где под сводами Разрисованного Грота раздавались пение и смех.

Усаги вздохнула и обняла одной рукой подругу, другой – сестру. Ума подняла на неё глаза.

– Что бы сказали, увидев нас сейчас, мама и папа?

Усаги посмотрела через ущелье на заходящее за горизонт солнце и золотую полоску на тёмно-синем полотне неба. Серебряное Море, огромный звёздный рой, пролитое небесное молоко. Она нашла глазами пару подмигнувших ей зеленоватых звёзд и подумала о Тигрице.

– Думаю, они все за нас бы порадовались.

Музыка и голоса, доносившиеся из пещеры, сливались с рёвом низвергающихся потоков Павлиньей Реки. Это было похоже на дикую и прекрасную песню, находящую отклик в любящем сердце Усаги. Она бросила взгляд на Уму и Тору, и все трое, не сговариваясь, улыбнулись. Вместе они могут ещё так много…

А сверху на них во все глаза смотрели знакомые и незнакомые звёзды.

Content

Синди Лин
Сокровища Двенадцати

Глава 1 Перо Правды

Глава 2 Побег с Пернатого острова

Глава 3 Состязание с ветром

Глава 4 Озёрные дети

Глава 5 Святилище Двенадцати

Глава 6 Открытие

Глава 7 Вторая тигрица

Глава 8 Неожиданный танец

Глава 9 Яд и видения

Глава 10 Королевство Бабочек

Глава 11 Хранитель кольца

Глава 12 Шайка призраков

Глава 13 Долина Теней

Глава 14 Разрисованный грот

Глава 15 Охота за Кудесником

Глава 16 Набег

Глава 17 Праздник Кудесника

Глава 18 Новые наследники

Глава 19 Тигрица в опасности

Глава 20 Яма с насекомыми

Глава 21 Зал Золотого Трона

Глава 22 Логово Синего Дракона

Глава 23 Укрощение Дракона

Глава 24 К Нефритовой Горе

Глава 25 Гнев Дракона

Глава 26 Восстание Зодиака

Глава 27 Новая бусина