Роман Романович

Алхимик 8. Строитель

Пролог

Две темные фигуры ползли среди кустов. В какой-то момент одна из них остановилась. Следом замерла и вторая.

– Что там? – прозвучал тихий голос.

– Что-то странное, не могу понять. Впервые такое чувствую.

– Это земля одаренного, – сказал мужчина, – Возможно, его рук дело. Разберешься?

– Сейчас попробую.

Пару минут висела тишина, потом женский голос сказал.

– Готово. Неожиданно легко получилось.

– Это ничего не значит. Может, он заметил твоё воздействие.

– Тогда за нами сейчас придут.

– Ждём?

– Время есть. Ждём.

Следующий час прошёл в молчаливом ожидании. Девушка называла себя Урсой. Мужчина – Ночью. Настоящие имена были другими. В мире об этой парочке мало кто знал. Они не имели привычки оставлять следы.

– Идём дальше? – спросил мужчина.

– Ты хотел сказать, ползём?

– Не начинай.

– Что-то мне не нравится всё это.

– Что именно?

– Всё.

– Что-то конкретное, или ты просто треплешь мне нервы?

– Пока не решила.

– Тогда ползи дальше. Ещё чувствуешь что-то?

– Нет.

В следующие полчаса, пока они пробирались к дому, Урса нашла ещё несколько мест, которые ощущала как сгустки странного напряжения. Если получалось обойти их, они так и делали. Если нет, женщина применяла силу и разрушала эти сгустки.

Вскоре они оказались возле дома. Ночь занимался тем, что сгущал темноту вокруг них и не давал никому засечь посторонних гостей.

– Это точно его сила, – шепнула женщина. – Дом очень напряжен.

Мужчина не особо понял, что это значит, но поверил на слово. Сейчас его больше волновало исполнение задания. То, сколько им обещали за это заплатить… Хватит до конца дней.

– Справишься?

– Если до этого справлялась, то и сейчас справлюсь. Ты готов?

– Да.

– А подарок?

– Готов. Главное, самим под раздачу не попасть.

– Зайдём через гараж.

Когда Урса добралась до нужного места, она приложила руку к стене и сделала так, что сначала из неё ушло всё напряжение, а потом и сама стена осыпалась пылью.

Так убийцы проникли в дом.

Глава 1. Погребенный и домашние разборки

– Что дальше? – спросил я у Родиона, когда операция закончилась.

– Допрос.

– Как-то слишком легко прошло. Я ожидал большего.

– Защита – это не всегда открытая агрессия. Часто это хорошая маскировка.

– Надеюсь, нас не обвели вокруг пальца и не задумали решить свои проблемы за наш счёт.

– Всё возможно в этом мире. Думаю, на сегодня стоит закончить. Скоро утро. Лучше выспись, Эдгард. А завтра посмотрим, что удастся узнать.

– Хорошо.

На этот раз потребовалось больше усилий для открытия портала, чем три дня назад. Как-никак, усталость имела свойство накапливаться. Так что в какой-то мере я был рад передышке. Если не думать обо всех смертях: как невинных, так и не очень… Скрипнув зубами, я собирался перейти на другую сторону.

В дверь постучали, и вошёл один из офицеров. Я его не раз видел. Успел наглядеться, пока в этом кабинете ждал.

– Барон готов говорить, но требует Соколова.

Я переглянулся с Родионом. Это было что-то новенькое. Никто до этого лично меня не требовал.

– Это может быть ловушка, – озвучил очевидное Родион. – Как вёл себя пленник?

Последний вопрос относился к офицеру.

– Вежливо. Агрессии не проявлял. Посидел некоторое время, потом заявил, что будет разговаривать только с Соколовым. На этом всё.

Мужчину из его дома я сразу в казематы перекинул, где им занялись профессионалы. Досмотрели и посадили под надзор. Также они должны были провести первичный допрос. В редких случаях для этого выходил сам Родион.

Почему меня решили позвать, а не продолжили допрос, тоже понятно. Пытать высших бесов – дело неблагородное. Если есть возможность получить хотя бы часть ответов просто так, то ею надо воспользоваться.

Я закрыл проход к себе домой.

– Думаю, стоит послушать, что он хочет мне сказать.

– Я буду рядом, – сказал Родион и мы отправились к старику.

* * *

Урса замерла в углу дома. Её брат стоял рядом, накрывая их темнотой. Если бы кто-то включил свет, не увидел бы их, лишь размытые тени. Но жильцы спали. По данным, которые получили убийцы, в доме находились минимум шесть человек.

Заказчик утверждал, что причина их заказа должна временно отсутствовать. Двое убийц должны проникнуть в дом, устранить там всех, подготовить ловушку и, когда объект вернётся, убить его.

Кто-то включил в коридоре свет. Послышались тихие шаги.

Урса коснулась руки брата, подавая знак. Она скользнула от него и встала по другую сторону дверного проёма. В её руке мелькнула сталь.

* * *

Ольга Гвоздёва спала. Спала настолько крепко, насколько может себе позволить человек, невольно участвующий в военном конфликте, где вторая сторона не гнушается любых методов.

В общем, женщина не могла похвастаться крепким сном. Проснувшись в очередной раз, она прислушалась, не подкрадывается ли к ней кто. Было тихо.

– Чтоб тебя, – тихо выругалась она.

Чуть отведя руку, она коснулась мужа, привычно снимая десятки показателей. Ритм сердца, движение крови, расслабленность мышц, глубину дыхания… В отличие от неё, Сергей спал как младенец.

– Чёрствый боров, – прошептала она и признала, что придётся вставать.

Всё из-за чая, которого женщина выпила слишком много перед сном. К сожалению, сила целительства ничего не могла с этим поделать.

Поднявшись, Ольга вышла из комнаты и спустилась вниз, ругая себя за мнительность. Когда оказалась в коридоре, обратилась к своей силе. Так, на всякий случай.

Её глаза расширились, когда она почувствовала тех, кого здесь быть не должно. Но те оказались проворнее. Две тени двигались быстрее, чем она могла уследить. Чужая ладонь легла женщине на лицо, закрывая рот, блеснула сталь, и Ольге перерезали горло.

* * *

Барон, он же Самюэль Арс, сидел, прикованный, за обычным металлическим столом, в пустой комнате.

– Вы хотели меня видеть.

– Эдгард Соколов? – поднял мужчина на меня взгляд. – Непривычно видеть кого-то в доспехах. Не могли бы вы хотя бы снять шлем? Простите старика, я привык смотреть собеседникам в глаза.

– Нет, не мог бы. Это повлияет на вашу готовность откровенничать?

– Я не говорил, что буду откровенным, – улыбнулся мужчина. – Я сказал, что хочу поговорить с вами.

– Без откровенности какой в этом смысл?

– Что ж… Вы правы. Возможно, нам обоим стоит быть искренними.

– Тогда предлагаю начать с того, что вы расскажете, где найти Шестого.

– Я уже сказал, юноша, это мне неведомо. Пытайте вы меня, не пытайте, знания от этого здесь не прибавится, – постучал он пальцем по седой голове.

– Может, так и есть. Тогда расскажите всё, что знаете об организации, – не сдавался я.

– Разумеется, – улыбнулся он безумной, нездоровой улыбкой.

Что-то мне не нравилось во всём этом, но я не мог понять, что именно. Какая угроза может исходить от старика? На нём метка? Так отлично. Уже раз поймали убийцу и на основе этого доработали методы обнаружения многоликих. Если и сейчас кто-то придёт, снова поймаем, никуда не денутся. Не тогда, когда мы готовы.

Он владеет какой-то специфической силой, способной разрушать печати? Вероятно, но и я уже готов к этому. Сам набросится? Если верить снятым параметрам, старик силён, но так и я уже давно не обычный бес.

– Что же хочет узнать столь целеустремленный юноша? – спросил барон, продолжая улыбаться.

– Имена и местоположение других смотрителей.

– Я не могу этого рассказать, – развёл он руками.

– Придётся.

– Будете пытать старика?

– Если придётся. У меня нет иллюзий по поводу вашей невиновности.

– А по поводу своей?

– Насчёт неё тоже нет.

– Какая поразительная честность, – рассмеялся он.

А потом его смех оборвался. Словно он что-то почувствовал.

– Шестой просил передать, что тебе не удастся переиграть его…

Как только старик закончил эту фразу, раздался взрыв.

* * *

Урса перерезала горло вышедшей прогуляться ночью женщине и аккуратно опустила дергающийся труп на пол. В этот раз ей не потребовалось прибегать к силе. Справилась и обычным ножом.

Кивнув брату, она направилась к коридору, откуда пришла убитая.

Ей здесь не нравилось. Весь дом был пропитан напряжением. Урсе казалось, что если она немного сконцентрируется, то увидит линии, опоясывающее поверхности вокруг. Про себя она радовалась, что хозяин дома сейчас отсутствует. В полную мощь с ним драться не хотелось. На всякий случай, не в силах сдержать этот порыв, женщина касалась каждого напряжения и разрушала его. Оправдывая это тем, что хочет лишить противника вероятного преимущества.

На самом же деле ей было дискомфортно находится в путах чужой силы.

Далеко они с братом уйти не успели. Добрались до лестницы, как послышался тихий звук за спиной. Развернулись они мгновенно и застали странную картину: женщина с перерезанным горлом, вместо того чтобы быть мертвой, медленно поднималась.

Урса не растерялась и метнула нож. Тот вошёл точно в сердце, откинул женщину назад. Но вместо того, чтобы умереть повторно, она схватилась за нож, выдернула его и, упав, со всей силы ударила ладонью по полу.

Раздался хлопок. Не самый громкий звук, но… Урса бросилась вперед, видя, как разрез на горле закрывается. Им попался какой-то странный бес. Регенерация сработала не сразу, а с задержкой.

В следующее мгновение прозвучал ещё один хлопок, но другого характера. На первый этаж переместился ходок.

* * *

Взрыв выглядел как синяя волна, что разошлась от старика. Сначала она разорвала его живот. Я успел разглядеть, как верхняя часть тела подлетает, как барон улыбается, и как его тело разносит на ошметки.

Увидел и то, как сносит стол. Потом волна ударила меня, пронесла через помещение и впечатала в стену. Добралась и до самих стен. Те разорвало с той же легкостью, что и человеческую плоть. Взрыв был узконаправленным. Он шёл по кругу, параллельно полу.

Я не сразу понял, к чему это ведет. Несущие стены испарились. Потолок обрушился на меня. Я успел выставить перед собой руки, но это не особо помогло. Запас защиты обнулился от взрыва. Приложили меня чем-то особенным. А когда ещё и тонны бетона посыпались сверху, мне оказалось нечего им противопоставить.

Меньше чем за секунду я оказался погребённым заживо.

* * *

Катя проснулась от постороннего звука. В доме она ощущала себя в безопасности, но Эдгард сегодня был на ночной операции, поэтому девушка ждала возвращения мужа. Катя и до этого на слух не жаловалась. А после того, как Эдгард начал что-то с ней делать, раскрывая потенциал, так и вовсе. Катя при желании могла услышать, как бьётся сердце в другом конце дома.

Сейчас она тоже уловила сердцебиение. Сразу всех тех, кто находился в доме. И этих всех было на двое человек больше, чем следовало.

Вскочив с кровати, Катя перенеслась на первый этаж. Первое, что она увидела, – это размытую тень, что неслась прямо на неё. Друзья так делать не будут.

Девушка выставила руку вперед, и в следующий момент произошло сразу несколько вещей. Сработало кольцо-артефакт, и тень, которая вблизи превратилась в черную женскую фигуру, отбросило назад. В следующий миг Катя перестала видеть, провалившись в темноту. Она оставалась там же, где и была, но полностью лишилась зрения.

Рефлекторно Катя переместилась в другую часть дома, в мастерскую. Что бы ни происходило, как бы враги ни пробрались внутрь, девушка действовала не думая, так, как приучил её Эдгард. Первым делом броня, всё остальное потом.

* * *

Ольга подумала, что ощущать, как сначала перерезают горло, а потом пробивают ножом сердце, не самый приятный опыт в жизни. Хорошо, что она не такая, как была раньше. При достижении определенного уровня, как выяснилось, целителя становится крайне сложно убить. Работало это не так, как в случае бесов, тем не приходилось прикладывать для исцеления усилий. В её случае это была стандартная целительская практика.

По сути, Ольга лечила себя, прямо сразу после того, как получала смертельные ранения.

Она поняла, что столкнулась с высшим бесом. К сожалению, целительство не давало скорости и реакции. Поэтому женщина трезво оценивала свои силы и понимала, что в классическом бою ничего не стоит. Она затаилась, не стала дергаться, позволила себя убить, надеясь, что ей не оторвут голову.

Не оторвали. Уложили аккуратно на пол и оставили в покое, направившись на второй этаж. Туда, где спали муж и сын Ольги.

Ольга собрала себя, дернулась и попыталась что-то сделать, но бесы оказались чертовски быстры и проткнули ей сердце. Единственное, что она смогла, – это шумно упасть.

Тут бы ее жизнь закончилась, но пришла помощь. Ольга увидела появление Кати, как та применила артефакт, а потом девушку погрузили в темноту.

Это было ненормально. Облако мрака в лучах света из коридора.

Первая тень отлетела в сторону, врезалась в кухонный шкаф, на этот раз наверняка разбудив весь дом. Но была ещё одна тень. Малозаметная и неподвижная. Ольга её хорошо чувствовала. На этот раз она не сдерживала свою паранойю и раскрыла способности на полную.

Катя снова переместилась, облако темноты распалось, а отброшенная тень поднялась, стряхивая с себя щепки. Она что-то сказала, но Ольга не разобрала. Вместо этого целительница направила свою силу на двоих убийц. Проникла в их тела, увидела разворачивающиеся в организме процессы.

Ей потребовалось несколько секунд на то, чтобы нанести серьезный вред. То время, которое для высшего беса целая вечность. Тень оказалась рядом раньше, чем Ольга успела моргнуть. Занесла руку и собиралась ударить, но раздался выстрел.

Самый обычный, из огнестрельного оружия. Голова тени дернулась, на Ольгу брызнула кровь. Рана тут же закрылась, и тень отпрыгнула в сторону. Выстрелы продолжились, но быстро затихли. Второй убийца снова погрузил помещение в темноту.

* * *

У всего есть предел. Это касается как живых организмов, так и любых изделий. Если бы я не истощил запасы брони, если бы не устал, если бы повезло чуть больше, выбраться бы удалось легко.

А так я оказался погребенным под многотонными завалами, кажется, приняв на себя груз всего здания сверху. На этот раз расположились на внешней базе. Ценного пленного, чтобы не было повторения, когда зверь-переросток скачет по улицам столицы, поместили туда, где и небольшая война никого не побеспокоит. К сожалению, комплекс был подземным. Со всеми вытекающими последствиями.

И кто придумал размещать допросные под землей?

Всё было не так плохо, как могло показаться. Броня в целом выдержала. Но я чувствовал нарастающее давление в области груди, в легких и в правой руке. Доспех пусть и медленно, но проминало. Запасы воздуха истощались, и я чувствовал: еще совсем немного – и начну задыхаться.

Мелькнула мысль, что, кажется, надо пересмотреть даваемую гарантию на качество брони. А то уже который раз меня неприятно удивляют. То способностями, то оружием.

Видимость была нулевой. Кромешная темнота вокруг. Самое простое, что я мог сделать, – это создать печать разрушения и превратить обломки надо мной в пыль. И тем самым позволить обрушиться тому, что сверху. Также я мог попытаться трансформировать материал, создать опору и… Это проблематично сделать из-за давления. Переместиться тоже не вариант. Для этого нужно свободное пространство.

Я старался не думать о том, сколько людей погибло. Сейчас ночь, но это ничего не значит.

По уму надо было каждого ценного пленного держать в отдельном месте, но… Для этого нужно оборудовать эти места, подготовить людей, выделить охрану. В общем, решить множество сложнейших задач. Что, в принципе, возможно, но не сразу. В любом случае, имеем то, что есть. На этой базе находилось ещё несколько десятков пленных, куча охраны, какой-то персонал.

Барона же доставили в самый низ, наиболее защищенную часть. Как казалось до этого. Никто и подумать не мог, что его превратят в живую бомбу.

Если я правильно оценил масштаб разрушений, большинство людей, что здесь собрались, погибли.

Размышлять и дальше не осталось времени. Я выбрал первый вариант. Он рискованный, но не хуже, чем другие. Собравшись, создал печать на поверхности нагрудника и, используя ее как точку опоры, пустил волну разрушений вверх.

Случится одно из двух. Либо энергия кончится раньше, чем обломки продолжат осыпаться на меня, либо…

Выпал вариант посередине. Обессилев, я по-прежнему был придавлен, но риск превратиться в раздавленные консервы исчез. Осталось немного подождать, собраться с силами и выбираться отсюда.

Как только угроза жизни снизилась, голову посетила другая мысль. Если Шестой заранее превратил своего человека в бомбу, он мог и другие ловушки подготовить. Почему-то эта мысль вызвала сильное беспокойство.

Мне требовалось срочно попасть домой.

* * *

Нино свалилась с кровати раньше, чем осознала, что послужило тому причиной и почему ночью в доме гремит. Исходя из их положения, девушка предпочла сначала действовать, а потом уже думать.

Из оружия у неё имелся один лишь пистолет, который она с недавних пор таскала в сумочке. В тайне от Матвея, да и всех остальных. Оружие она схватила тоже раньше, чем в полной мере осознала ситуацию. Выбежала из спальни, которую им любезно предоставили хозяева, чуть не врезалась на повороте в стену и прыгнула через лестницу прямо вниз.

Выстрелила Нино также раньше, чем в полной мере разобралась в происходящем. Ну не ходят хорошие люди ночью в таких костюмах по гостям. На гвардейцев они тоже не походили. А разрушенный кухонный шкаф как бы намекал, что тут не дружественные посиделки.

Вражеская голова дернулась, но девушка нутром ощутила, что пожаловали не простые люди. А значит, пистолета окажется мало.

Так и вышло. Противник оказался не один. Нино периферийным зрением уловила движение, дернулась, но от удара не успела увернуться. Лишь приняла лезвие на локоть. Вспышка боли окончательно расставила всё по своим местам.

В дом проникли враги и требовалось их устранить.

Нино не была сильным бесом. Но любила подраться. Ножи замелькали вокруг неё, оставляя рваные раны. Нино зарычала и бросилась на противника, понимая, что не сможет его победить, но задержать способна…

В один миг Нино провалилась в темноту, пронеслась мимо размытой фигуры и врезалась в кухонную столешницу. Развернувшись, девушка на одних инстинктах выбросила руки вперед и перехватила лезвие. Оно вошло в ладонь, вместо того чтобы пробить висок. Заорав от боли, девушка попыталась вырваться, но нападавший был значительно сильнее.

– А ну отпусти её! – внезапно на кухне раздался крик Матвея, и её отнюдь не воинственный жених налетел на убийцу.

Нино почувствовала, что давление сначала выросло, а потом ослабло, и её отпустили. Рядом раздался вскрик, от которого внутри похолодело. Девушка не боялась своей боли, но… Слышать, как жениха режут на части, было выше её сил.

Выдернув нож из ладони, девушка собиралась прийти на помощь, но тут второй убийца оказался рядом, и Нино ощутила нечто странное. Удар пришёлся в грудь. Одежда распалась, кожу словно кислотой обдало. Заорав от боли, девушка свалилась на плитку, где попыталась разодрать ногтями грудь, лишь бы ослабить страдания.

Матвей на этот раз на помощь не пришёл. Вспыхнул свет, и Нино увидела, что он валяется рядом, весь переломанный.

* * *

Катя впрыгнула в броню, дождалась череды щелчков и переместилась обратно на кухню, чтобы увидеть, насколько изменилась ситуация.

Ольга Гвоздёва, вся окровавленная, отползала в сторону. Нино зажал убийца, сзади на того налетел Матвей, но не продержался и секунды, как упал со сломанной шеей. В голове девушки мелькнула мысль о том, что слабый по силе бес может так продержаться от тридцати секунд до трёх минут и, если ему вправить шею да оказать целительскую помощь, есть все шансы выжить.

Катя различала лишь смутные силуэты и скорее догадывалась, что происходит, нежели видела это глазами.

– А ну стоять! – закричала девушка и хлопнула в ладоши.

Этим она хотела вовсе не напугать противников, а активировать закладку, как их называл Эдгард. Бронированные перчатки вспыхнули светом, в один миг разгоняя тьму. В этот момент со стороны лестницы выбежал Сергей Гвоздёв. Он пронёсся через кухню и напрыгнул на того убийцу, что был крупнее.

Зря, – подумала Катя. Это спутало ей все планы.

Потерявший маскировку человек легко ушёл в сторону, перехватил мужчину за руку и швырнул через всю кухню. Сергей врезался в настенные ящики и упал, погребенный под ними.

Двое убийц повернулись к Кате.

– Идите сюда, ублюдки, – прошипела она и прыгнула вперед, выставляя руку и выпуская металлическую нить.

* * *

Урса начинала злиться. Она не боялась, просто всё больше и больше раздражалась. Неправильное задание. Неправильные жертвы.

Сначала та, кто должна была умереть, подняла тревогу. Потом её приложили чем-то странным, будто на плечи гору опустили. Сделавшая это исчезла, не дав расплатиться по счёту, но вместо неё тут же набежали новые досадные помехи.

Убийца собиралась разобраться со странной женщиной, но ей в голову выстрели. Ничего, и не такое бывает, но всё равно, приятного мало. Шлем смягчил выстрел, регенерация быстро справилась с раной, Урса снова вернулась в бой и увидела, что стрелявшей занялся напарник.

Он почти прикончил девушку с пистолетом, когда появился парень в трусах и напал на него со спины.

Урса видела разных мертвецов. Сильных, опытных, крайне опасных. Но вот таких, в трусах с сердечками, отчаянно кричащих и желающих защитить свою женщину…

Обдумывание ситуации не мешало убийце действовать. Она призвала силу и ударила стрелявшей в грудь. С этим регенерация мало что сможет сделать. По крайней мере, не быстро. Нужно быть высшим, чтобы перебороть разрушение плоти. Эта девушка высшим бесом не являлась.

Загорелся свет. Урса подумала, что кто-то щёлкнул переключателем, но источником оказались руки… человека в броне. Женщины в броне, если верить некоторым особенностям доспеха. Заказчик предупреждал, что хозяин дома может быть в таком. Но это не хозяин, а скорее хозяйка.

– Я разберусь с ней, – бросила Урса и сорвалась с места.

Ночь ничего не сказал, отвлекшись на мужчину, что попытался на него напасть. Закончилось это плохо. Урса бросилась вперед, но не успела добежать. Что-то захватило её живот и отбросило назад. Женщина ударилась о стену, к ней и прилипла.

Руки нащупали вокруг тела характерное напряжение. Урса ударила по нему, чувствуя, как расползается защитный костюм. Кожа осталась цела. Женщина давно научилась не вредить себе. Упав обратно, она хмыкнула и снова бросилась на противницу в броне. Та такого явно не ожидала и растерялась.

Миг растерянности позволил сблизиться. Противница вполне технично блокировала удар, но ей явно недоставало опыта. Броня буквально воняла напряжением, и первое, что сделала Урса, – это ударила по нему со всей силы.

Убийца собиралась посмотреть, что сделает хозяйка дома, когда останется без брони.

* * *

Ольга выругалась про себя, когда её муж пролетел через всю кухню и разнёс то, что ещё не успели разнести. За храбрость она была готова поблагодарить Сергея. За то, что оставил сына одного и бросился в заведомо проигрышную битву – высказать пару ласковых.

Но потом. Когда это всё закончится.

Думая о муже, Ольга продолжала заниматься тем, в чём достигла автоматизма. Она добралась силой до Нино и ускорила процесс исцеления в области груди. Девушка прекратила кричать и резко выпрямилась, чем привлекла внимание убийцы-мужчины. Вторая убийца в этот момент оказалась пришпилена к стене, но быстро выбралась.

Бросив взгляд на то, как Катя сцепилась с ней, Ольга приподнялась и быстро поползла вперед, добравшись до Матвея. Тот мелко дрожал, пытался встать, но координация была нарушена. Слабая регенерация оказалась не в силах справиться со сломанной шеей. Женщина схватила его поудобнее и резко дернула, одновременно с хрустом направляя поток силы, сращивая ткани, ставя кости на место и исправляя другие… огрехи.

Матвей резко вдохнул и перестал трястись. Он оттолкнул Ольгу и кинулся на помощь Нино, которая дралась с первым убийцей. Где-то рядом упала сковородка, и Ольга увидела, как её муж поднимается. Слишком медленный для этой битвы.

Предположив, что Катя в наименьшей опасности и справится с нападающей женщиной, Ольга потянулась силой к убийце-мужчине. Тот раскидал двух аристократов и собирался их снова убить, но осекся, пошатнулся и упал лицом вниз.

Нино выхватила из-под обломков нож и всадила его в спину упавшему. Провернула, вытащила и снова всадила.

В этот момент раздался самый сильный грохот. Ольга обернулась и заметила, как Катя проломила собой стену. Её противница как ни в чём не бывало стояла на ногах. Сергей кинулся на неё, но та, несмотря на разницу в размерах, легко схватила его за шею, сжала, разрывая гортань, и отшвырнула от себя.

– Нет! – закричала Ольга и потянулась к мужу.

* * *

Катя почувствовала неладное, когда доспех сначала потяжелел, потом нагрелся и вернулся к прежнему состоянию. Кажется, убийца этого не ожидала. Она рассчитывала на что-то другое, но гадать, на что именно, девушка не собиралась.

Воспользовавшись моментом, она выпустила пяток шипов. Два из них убийца успела отбить ножом. Ещё от двух увернуться. Пятый вошёл ей в живот, где и застрял. С зазубринами, его можно было выдернуть только с мясом.

Но Катя растеряла свою наивность, когда её медовый месяц испортили нападением. Поэтому в тот же момент она выпустила встроенный клинок и успела полоснуть нападавшую. Та отпрыгнула, прикрыла рану рукой, посмотрела на алую жидкость и встряхнула кистью, сбрасывая капли собственной крови.

Её раны заросли в тот же момент.

Убийца собиралась напасть, Катя это видела по тому, как противница изменила положение тела. Но что-то отвлекло её. Она повернула голову и увидела, что напарник лежит лицом вниз, а Нино наносит ему ножевые ранения одно за другим.

Выругавшись, убийца бросилась на Катю, и та поняла, что вот теперь точно шутки кончились. Верх поменялся с низом, девушка отправилась в короткий полёт и пробила собой одну из стен-перегородок.

К сожалению, наличие брони не делало её профессиональным военным. Катя вскочила до того, как убийца успела что-то натворить. Своей целью та выбрала Нино, но ещё одна выпущенная нить перехватила бросившуюся женщину. А то, что это женщина, Катя успела разглядеть вблизи.

И снова, не прошло и секунды, как обязанная оказаться располовиненной убийца освободилась. Этого мига Кате хватило, чтобы встать между ней и остальными гостями.

Раздался выстрел, и в убийцу попало несколько пуль. Катя не стала оборачиваться на стрелявшего, посчитав, что это станет роковой ошибкой. Вместо этого она бросилась вперед, чтобы поймать женщину и блокировать её. Та отпрыгнула в сторону, хотела прорваться за спину Кате, но не смогла. В скорости хозяйка дома немного превосходила незваную гостью.

В следующий момент та развернулась и… бросилась в окно. Разбила, что было странно. Эдгард укреплял и эту часть дома.

– Все в бункер! – крикнула Катя.

Её муж всегда говорил. Первым делом либо в броню лезть, либо в бункер бежать. Если убийцы проникли в дом, то помещение перестало быть безопасным. По-хорошему надо было всех эвакуировать, но Катя просто поддалась азарту и переместилась на улицу, заградив убийце дорогу.

Они схлестнулись, обменялись ударами и отпрыгнули друг от друга. На этот раз убийце досталось сильнее. Кости точно сломаны. Это ничто, когда речь идёт о драке высших, но сама Катя никак не пострадала, так что этот раунд остался за ней.

Убийца в эти игры отказалась играть. Сделала обманное движение и снова побежала. Когда Катя переместилась, увернулась и продолжила бег. Металлические перчатки продолжали светиться, так что были все шансы, что этот бой заметят люди князя. А там и до отряда гвардии недалеко. Главное, не дать нападавшей скрыться.

Они сходились ещё три раза. Один раз Катя смогла порезать женщину, щедро пустив ей кровь. На третий – чуть не досталось самой девушке. Её доспех резко потяжелел и уже не восстановился. Убийца этого не заметила и вскоре скрылась в ночи.

А в следующий миг раздался взрыв. Катя не успела обернуться, как её накрыло взрывной волной и бросило вперед.

Глава 2. Вернувшийся

Когда переместился к дому, я увидел разруху. Дома как такового больше не было. Крышу сначала вспучило, а потом она обвалилась. Не везде, больше всего здание пострадало в районе гаража, рухнула лишь половина. Черепицу разметало по округе, окна повыбивало, поднимался дым от зарождающегося пожара. Пахло гарью и чем-то химическим.

Я бросился к зданию так быстро, как только мог, на ходу создавая печать для сканирования.

– Эдгард! – раздался крик.

От резкой остановки из-под ног вырвалась земля. Я обернулся и увидел Катю в броне. Медленно бредущую и малоподвижную. Печать всё же сработала, я отметил, что это действительно моя супруга и что гости находятся в защищенном бункере.

С плеч словно гора свалилась.

Я бросился к жене и… хотел обнять её, но в броне это глупое занятие. Поэтому положил руку на плечо, на ходу продолжая снимать параметры.

– Ты цела?

– Я да. Броня хорошо держалась, а потом потяжелела.

– Вижу. Что здесь произошло?

Рядом с нами открылись порталы, и оттуда толпой повалили гвардейцы. Как оно часто бывает, с небольшим запозданием.

– Эдгард Соколов? – обратился ко мне капитан отряда. – Екатерина Соколова?

Лиц наших не было видно, так что вопрос прозвучал не самый праздный.

– Они самые.

Мужчина кивнул, отошёл и передал сообщение по рации. Гвардейцы окружили нас и замерли, как статуи. Имею в виду один из отрядов. Остальные направились к дому и рассредоточились по территории.

– Так что здесь случилось? – спросил я Катю.

– В дом пробрались двое убийц. Не знаю, как они это сделали. Если бы не Ольга…

– Что с ней? – забеспокоился я.

– Ох… – этот вдох-выдох из-под шлема был едва слышен, но лучше бы он вообще мимо меня прошёл. Захотелось рвануть в дом, и я бы так и сделал, если бы не был уверен, что все, кто гостил у нас, живы. – Я сама не до конца понимаю, что произошло. Услышала шум, переместилась вниз, а там окровавленная Ольга и двое убийц. Применила артефакты, вернулась наверх и впрыгнула в броню. Дальше завязался бой. Одна из убийц смогла отступить, но я добыла кровь, – Катя показала образец.

Когда проектировал для неё доспех, сделал отсек для сбора образцов на всякий случай. Кровь позволяла многое провернуть. Я не исключал, что когда-нибудь Катя вступит в бой, и эта функция понадобится.

– А второй убийца? – забрал я образец.

– Вроде умер. Точно не знаю.

– В доме я больше никого не чувствую.

– Значит, точно умер. Но это высший, ни в чём нельзя быть уверенной. Тот мужчина умел собирать темноту вокруг себя.

– Сигнализация не сработала?

– Нет.

А вот это вдвойне плохо. Часть обороны строилась на раннем обнаружении противника. По расчётам, никто сюда пробраться незамеченным не мог. Ни с помощью порталов, ни своим ходом. Причем, помимо алхимических методов, использовались самые обычные и люди князя через камеры, расставленные по периметру дома, наблюдали за территорией.

Я хотел продолжить расспрашивать супругу, но тут нас снова прервали. Через очередной проход вышел Родион. Посмотрел на нас, на небо, а потом указал на портал. Мне хотелось проверить гостей, но дело есть дело.

В голове царил сумбур. Мало того что я находился в состоянии истощения и давления из-за событий последних дней, так ещё меня разрывали десятки противоречивых чувств. Я хотел проверить Ольгу и остальных, осмотреть Катю, подробно её расспросить, проверить дом, пройти по следу. А ведь ещё пленник взорвал себя и это тоже было катастрофой, с которой требовалось срочно что-то сделать.

– Что случилось? – спросил Родион.

Про себя я отметил, что он выглядит чистым. То есть его не придавило, не размазало взрывом, и он никак не пострадал. Если так, то можно рассчитывать, что в здании, где держали пленника, остались выжившие.

– Мы крупно облажались, – сказал я. – Барон пронёс бомбу внутри себя. Во время нашего разговора её активировали. Он сам, сделали это дистанционно, или она сработала по таймеру – я не знаю.

Печать сканирования на предмет взрывчатых веществ стандартная в моём арсенале. Я теперь её применяю всюду, куда захожу. В том числе и в доме барона, когда там оказался. Пусто. Данные не показали, что он брандер. Никакой мистики в этом не было. Печати сканирования живых организмов и металлов сильно отличались. Требовалась другая конфигурация, чтобы определить одно в другом.

Я кратко пересказал все, что случилось. Катя внесла свои пять копеек, повторив сжато то, что произошло в доме.

– Взрыв был не настолько сильным, как ты подумал, – сказал Родион, выслушав нас. – Здание обрушилось, но погибли далеко не все. По-хорошему надо прямо сейчас проверить завалы на наличие живых.

– Я могу выследить убийцу. Её прямо сейчас могут попытаться убить.

Родион поморщился, впервые за всю нашу историю общения выказав эмоции настолько ярко.

На секретном объекте расчистка стандартными методами займёт несколько дней. Секретность пойдёт псу под хвост, место перестанет быть тайным. Будь это обычное здание, проще бы пошло. Но это же подземный комплекс, сама его структура такова, что в случае обрушения спасательные работы усложняются стократно. Там должны быть особо прочные стены и перекрытия. Видимо, они удар и сдержали, раз обрушилось не всё.

Если туда отправлюсь я, все спасательные работы займут… А сколько займут, я не знал, потому что запасы изрядно потратил и сейчас был истощен. Кое-что могу, но это из серии раз в пять минут делать очередной рывок, после которого потребуются дополнительные сутки на восстановление. Ситуация пока не критична, но каждый раз, когда я прибегаю к алхимии, приближается та черта, за которой начинаются серьезные проблемы.

Как вариант, вернуться к себе домой, найти аккумуляторы, подготовленные как раз для подобных ситуаций, но и это не станет полноценным решением. Чтобы управлять энергией, её всё равно в той или иной степени надо пропустить через себя, а это дополнительная нагрузка. Нет, я не собираюсь бездействовать, в любом случае буду что-то делать, несмотря на последствия, но ситуация сложилась такая, что нужно работать максимально рационально.

Ещё и убийца эта. Есть мизерные шанс, что она выведет нас на что-то интересное. Также имеется высокая вероятность, что прямо сейчас её зачистят, чтобы она этого не сделала.

Каждая секунда промедления играет против нас. Могут погибнуть те, кто под завалами, и может умереть убийца, потенциально владеющая ценной информацией.

– Родион, – сказал я. – У вас есть амулеты обнаружения живых. Задействуйте их, отметьте места, где есть люди под завалами. Если таковые найдутся, я приду и помогу. Пока же займусь поимкой убийцы. Только мне надо заглянуть домой.

Мужчина кивнул, Катя коснулась меня и перенесла:

– Я попробую откопать мастерскую, а ты проверь, что с нашими гостями, – попросил я супругу.

– Тебе нужна помощь?

– Пока нет.

Катя переместилась в убежище, а я остался. Не повезло, что нужные мне вещи хранились как раз над гаражом и сейчас валялись вперемешку со всем остальным. Энергию я к этому моменту научился более-менее чувствовать, поэтому мог без всяких печатей определить, где именно скрываются батареи. Как минимум несколько из них уцелело. Ну да неудивительно, я их в особо укрепленном сейфе держал.

Через пару минут нашёл требуемое. Разруха навевала гнетущие мысли. Но они меркли в сравнении с осознанием, что всех моих близких чуть разом не убили. Одно понятно точно. Шестой просчитал меня. Не знаю как, но безошибочно нашёл слабое место. Впервые я сталкиваюсь с настолько сильным врагом. Когда сражался с алхимиками, там было совсем другое. Они обычно сидели в одном месте, окапывались, создавали смертоносные печати. Здесь же… Удар мог прийти откуда угодно, десятками разных способов, в том числе теми, которые были мне неизвестны.

Алхимика не напугать угрозой, которую реально изучить за минуту. Зато алхимика легко убить чем-то внезапным, против чего нет наработанных мер защиты.

Батареи вставил в броню. Сразу увереннее себя почувствовал. По-хорошему надо бы весь доспех сменить, ему, как-никак, досталось, но эта модель единственная, которую я адаптировал к агрессивным воздействиям энергетического характера. Если не считать брони Кати, конечно.

А вот и она. Раздался едва слышный хлопок, и супруга появилась рядом со мной.

– С ними всё в порядке. Досталось почти всем, но серьезных травм нет.

Фраза «досталось всем» подразумевала, что дрались всей толпой. Если так, удивительно, что никого не убили. Я представил, как это воинство сейчас выглядит, и решил, что не пойду к ним. Иначе сорвусь. И так держусь, не зная, на каких ресурсах.

– Насколько всё плохо?

– Да нормально всё, – Катя это сказала демонстративно спокойным голосом, будто речь шла о неудавшемся ужине. Успокаивала меня. Чем делала лишь хуже. – Эдгард, – подошла она ближе, – соберись. Я понимаю, что ты волнуешься, но собери эмоции в узду и действуй.

Я кивнул, принимая совет.

Очистив небольшую площадку, достал образец крови, создал печать и определил направление, в котором находился убийца.

– Есть координаты.

Встав, подозвал гвардейца. Родион уже распорядился, чтобы выделили штурмовой отряд. Если он ко мне не пришёл, стоило надеяться, что никого в критическом состоянии под завалами не обнаружили. Либо принесли их в жертву ради великой цели.

На секунду задумался, что важнее. Спасать или разрушать? Очевидно, что первое, но что, если оно ведет к ещё большим разрушениям? В то время как охота на убийцу может сократить потери в целом, если приведет к тому, кто отвечает за всё это?

Не время для размышлений. Как и сказала Катя, надо действовать.

Супругу попросил остаться и присмотреть за гостями. Хорошо, что лиц в броне не видно, и я не заметил укора в глазах. Иногда, когда хорошо изучили друг друга, мимика не нужна, чтобы понять, что в голове у партнера. Катя была не прочь закончить начатое и добить убийцу.

Как приготовились, открыл по наводке портал, используя кровь как следующую точку, и шагнул на ту сторону. В таких ситуациях всегда есть шанс попасть в ловушку. Но вместо этого я попал на… кхм… акт добития.

Это был какой-то заброшенный склад. Старые палеты, покрытые слоем пыли. Мусор под ногами. Следы борьбы. В центре помещения темноволосая девушка в разорванном костюме запрыгнула сверху на мужчина и душила его. Мужчина при этом орал в безмолвном крике, а его кожа на шее и вокруг облезала. Уже были видны кости, мышцы, кровь выливалась толчками, но сразу же спекалась. Рядом лежало ещё несколько тел – минимум три. Это те, кто сразу бросился в глаза. Отряд зачистки? Похоже на то.

Гвардейцы оббежали меня и выпустили стальные сети. Женщину накрыло, и она, судя по эмоциональному тону, грязно выругалась. Я же не стал проверять, что она ещё выкинет и выпустил металлический шип. Он пробил и мужчину, уже мертвого к этому моменту, и её, застряв где-то внутри тела. Шип и броню связывала тонкая нить, по которой прошёл разряд.

Убийцу тряхнуло и отбросило в сторону, вместе с сетью. Когда я подошёл, она едва шевелилась. Выпустив лезвие, сделал два взмаха, отделяя руки от тела. Сеть тоже разрубил, но что поделать. Свободной ладонью активировал печать, разогревая поверхность брони и приложил к обрубкам, прижигая. Женщина распахнула глаза, завизжала и получала ударом головы по зубам.

– Её надо допросить, – подошёл ко мне гвардеец.

– Надо проверить кое-что, – сказал я, замешкавшись на секунду.

Наклонившись, приложил ладонь к её животу и создал пару печатей, чтобы проверить, нет ли внутри бомб. Данные говорили, что нет, но я не поленился и довольно грубо прощупал её тело. Внутри ничего похожего на инородные предметы не обнаружились. Если только где-то в другом месте спрятали… Хм… Провести, что ли, вскрытие?

Поняв, что действую на эмоциях, а вовсе не разумом руководствуюсь, отошёл в сторону и позволил забрать пленницу. Сам же принялся снимать показатели. Этот отряд здесь не просто же так оказался. Они переместились. Вот и проверим, что интересного в том месте, откуда эти ребята прибыли.

* * *

– Так, значит, – уточнил Родион, – они хотели проверить размеры твоих способностей?

– Да, иначе как ещё объяснить, что отряд перемещался каждые пять минут. Может, и просто мера предосторожности, но не верится в это.

На седьмой точке я их потерял. Первые четыре были, по всей видимости, результатом погони за убийцей. Остальные, согласно следам распада следов, менялись с одним и тем же интервалом в пять минут.

– Значит, у Шестого был план на случай провала, и он использует каждую возможность, чтобы узнать больше, – резюмировал Родион. – Пока можешь отдохнуть. Женщиной мы сами займемся. Как и всем остальным.

– С завалами надо помочь?

– Уже нет.

– Уже?

– Несколько пленных погибли. Они рассказали, что могли и не представляли ценности.

Я медленно кивнул, принимая ответ. Негуманно, но где-то я потерял свою гуманность. То ли когда здания и метро взрывать начали, то ли когда на мой дом напали и почти добились успеха.

* * *

Спускаясь в бункер под домом, ожидал увидеть гнетущую атмосферу, но вместо этого меня ждал смех.

Видеть знакомые лица было приятно. Бункер, или продвинутый подвал, как его называла Катя, находился ниже уровня земли на четыре метра. Просторное помещение, чуть меньше пятидесяти квадратных метров, разделенное на две части. В одной находился запас еды, воды и артефактов. А в другой – собственно, располагалась жилая зона, где люди и сгрудились.

Из мебели здесь имелся лишь один диван, да и то не самый большой. На нём сейчас спал Кир. Парня накрыли одеялом, и он игнорировал тихие голоса. Остальные сидели, кто где. Ольга выглядела серьёзнее других и сидела рядом с сыном. Сергей тоже был рядом с ними.

Матвей и Нино устроились прямо на полу, подперев стену. Именно смех парня я и услышал.

– Эдгард! – воскликнула Нино.

– Как вы тут? – спросил я.

– Как видишь, все целы, – ответила девушка.

Я обвёл их взглядом, прикинул, что с окончания боя прошли считанные минуты, и понял, что у них банальный отходняк. Да и меня тоже потрясывало. Я ведь был реально готов распотрошить ту женщину только за то, что она причинила вред моим близким.

Вылез из брони, сходил наверх, нашёл уцелевшие стулья и притащил вниз.

– Можем перебраться в другое место, – предложил я. – Князь предоставит убежище.

Эта идея мне не то чтобы нравилась. Моё убежище по-прежнему казалось надёжнее, чем любое другое. То, что в дом как-то проникли и разрушили его, ничего не меняло. В другие места попасть ещё проще.

– Если это нужно, – сказала неуверенно Ольга.

– Куда скажешь, туда и пойдем, – добавила Нино.

Катя просто на меня посмотрела и приподняла бровь.

– Тогда лучше остаться. Правда, здесь нет удобств, чтобы всех разместить. А ведь ночь на дворе.

– И что? Уснуть всё равно не получится, – тихо ответила Ольга.

Мне подумалось, что Кир должен был проснуться от разговоров и шума, но когда у тебя мама целитель, спать будешь как миленький. Удобно, что тут скажешь.

– Так… – протянула Ольга. – Ты опять себя до истощения довёл?

– Нет, – ответил я поспешно, чем выдал себя.

– Ну да, я вижу, что нет, – фыркнула женщина и подошла ко мне.

По телу прокатилась освежающая волна. Напряжение покинуло мышцы, и я только сейчас заметил, что до этого был как взведенная пружина.

– Тебе бы самому отдохнуть.

– Было бы неплохо, – вяло улыбнулся я. – Но надо дом проверить. Не сидеть же нам здесь до скончания веков.

– Дом подождёт. Есть хочешь? – спросила Катя. – Здесь неплохие запасы.

Это было шуткой. Потому что сюда я скинул как-то пару ящиков консервов. Отнюдь не деликатесов.

Отказываться не стал. Поел, поболтал с остальными. Где-то с полчаса просидел, пока не ощутил, что отпустило. Не только меня, но и других. Ольга задремала рядом с сыном. Нино тоже носом клевала и положила Матвею голову на плечо. Тот уже минут десять смотрел стеклянными глазами и, кажется, уснул прямо так.

– Пойду проверю дом. Может, его можно восстановить, – предупредил я Катю.

Сил немного поднакопилось, а значит, разведку я точно провести смогу.

Наверху обнаружил всё также караулящих гвардейцев. Дом взяли в оцепление и вдалеке даже техника виднелась. Успели подогнать. Такую порталами не перекинешь. Основательный подход, который меня нервировал.

Удар может прийти откуда угодно. Стоит помнить об этом.

* * *

Дом я осмотрел. Восстановил картину, понял, откуда пришли убийцы и как проникли. Разрушили дальний защитный контур, энергетическую его структуру, что подтверждало мои догадки. Шестой подослал кого-то, кто был способен противостоять лично мне.

Дальше они добрались до гаража, разрушили защиту и стену, проникли внутрь, там оставили бомбу. После этого девушка уничтожала печати там, где проходила. Это в конечном счёте усугубило разрушения. Взрыв произошёл в гараже. Машину и то, что там находилось, уничтожило почти в ноль. Без углублённых исследований нельзя было определить, где что. Оборона была рассчитана на внешнее агрессивное воздействие, а не на атаку изнутри. Тем не менее многие закладки отработали своё.

По итогу был полностью разрушен гараж, мастерская над ним и прилегающие комнаты. Остальная часть дома осталась целой, будто ничего и не случилось. Я позвал Катю, мы спустили матрац, прихваченный из гостевой комнаты, в бункер, а сами принялись разгребать завалы. В первую очередь собирать артефакты и то ценное, что было в мастерской. Они почти не пострадали. Иронично в каком-то роде. В том смысле, что артефактов наверху было столько, что они полностью поглотили взрывную волну и разрушения свелись к обычному обвалу, когда опоры исчезли.

Что же… Спасибо Шестому за наглядный урок, как надо доработать систему обороны.

Когда рассвело, то, что можно было, мы спасли. Также я на скорую руку восстановил часть стен и наложил печати, чтобы вернуть герметичность дома.

– Выглядит отвратительно, – с досадой сказала Катя.

– Исправим, – ответил я обнадеживающе.

Или нет. Может, после всего пережитого я психану, снесу дом и отстрою новый.

Не зря же говорят, что, строя дом, первый надо снести, второй продать, а в третьем жить.

– Идём. Проверим, спят ли наши гости и, если нет, переведем их в нормальные комнаты.

Глава 3. Отсутствие ходов или нет?

Следующую пару дней я провёл дома. Занимался его восстановлением, обновлением защиты, с броней возился, артефакты заготавливал. В чём-то делал для себя привычную работу.

Ситуация сложилась патовая.

Шестой сделал два мощных входа. Пожертвовал фигурой, чтобы нанести урон. В целом удачно. Если не считать того, что я выжил и никто из ключевых людей не пострадал. Также он подослал убийц ко мне в дом, верно угадав, в чём именно слабость возведенной защиты.

Игра, которую мы затеяли, так устроена, что, когда делаешь ход, не достигнув успеха, даришь возможность противнику выработать меры защиты. Больше на то же самое мы не клюнем. Всех, кто попадает к нам, будем проводить через дополнительную проверку. Я уже сделал несколько артефактов во избежание неприятных ситуаций. Ещё получил заказ от князя на переоборудование ряда помещений. Понятно каких. В первую очередь тех, где удерживаются ценные пленники.

На самом деле у проблемы имелось элегантное решение – амулет, который поглотит силу взрыва. Я эту идею и так крутил, и эдак, провёл ряд экспериментов и пришёл к выводу, что задумка в целом рабочая, но только в потенциале, а не прямо сейчас. Если враги используют что-то нестандартное – а они продемонстрировали, что подобное возможно, – уже имеющиеся амулеты, скорее всего, не сработают. Если только не создавать их против стандартных агрессивных воздействий типа высоких температур.

В последнем взрыве этого не было. Я вообще не понимаю, как бомба, способная поместиться в теле, создала настолько мощный взрыв. Очевидно, что это что-то из серии продвинутых разработок, которых в свободном доступе не найдешь. Не в первый раз сталкиваюсь с тем, что организация демонстрирует, что в плане технологий находится минимум на шаг впереди. Причем во многих областях. Вот и получается, что подготовиться я могу к тому, в чем разбираюсь, и к тому, что имею шанс хотя бы предсказать, но как оно на самом деле выйдет… Вспомнились некоторые звери, которые выделяют мощный яд, соответственно, уже созданы примитивные устройства, способные распылить эту отраву по большой площади. Так что не только от взрывов надо беречься.

Над амулетами я всё же поразмышлял. Над набором от стандартных угроз. Потом задумался, насколько это решение можно оптимизировать и сделать автономным, чтобы распространить по стране. Есть много объектов, где то же поглощение высоких температур может сильно пригодиться. Как социальных, типа школ, так и предприятий, где стоит вопрос охлаждения. А ещё пожарным надо выдать. Это сильно упростит их работу.

Записал идеи в блокнот. Его я теперь держал в несгораемом сейфе. Да и в неуничтожимом тоже. Взрывы содержимое точно переживет. А значит, и заметки уцелеют. Осталось выработать привычку и не забывать блокнот на столе. Обострившаяся паранойя в этом поможет.

Сделал пять амулетов прямо сейчас. Универсальных, которые должны прикрыть от стандартных угроз, как временное решение. Сделал бы больше, но не стал рисковать, опасаясь словить перенапряжение. Странная жизнь у алхимиков всё же. Если сравнивать меня, когда я только попал в этот мир, и сегодняшнюю версию, то объём энергии, который содержится в теле и которым я оперирую, вырос раз в тридцать. Если использовать его для чего-то простого, для того же производства амулетов и устройств, то никаких проблем. Я могу месяцами работать, но максимум, что получу, – обычную физическую и психологическую усталость. Короткий отпуск, небольшая перезагрузка – и я как новенький.

Но стоит поучаствовать в войне, пролить кровь, использовать алхимию для разрушения – как сразу прилетает удар по мозгам, организму и нервной системе.

И это заставляет задуматься.

Можно было бы списать на обычный стресс, но в том-то и дело, что, несмотря на всю трагичность ситуации, не происходит чего-то такого, что должно сильно выбить из колеи. Страшно, больно, неприятно, но, если взять того же Родиона, Анастаса или любого аристократа, они не показывают ничего подобного, никаких признаков внутреннего раздрая или того, что их выбило из колеи.

Родиона так вообще на несколько минут убили – и ничего. Продолжил работать, как ни в чём не бывало. Был вариант, что те, за кем я имею возможность наблюдать, не показывают истинных чувств, но мне даже это даётся с трудом. Так что, либо я психически неуравновешенный, либо есть другие факторы, не воздействующие на других людей. С нервами у меня всегда был порядок, поэтому вывод очевиден.

Другие факторы: это может быть связано как с алхимией, так и чьим-то сознательным вмешательством. После всего, что я видел, почему бы не существовать тем, кто умеет влиять на мозги? Какие-нибудь повелители разума. Брр… Надеюсь, это я выдумываю, а то и мысли нет, что делать в этом случае.

С алхимией тоже не так очевидно. Знания по проблеме у меня ограничены. Я в курсе, что вступление алхимика на темный путь… означает использование науки в эгоистичных целях и обращение к разрушительным практикам… Такой мастер, по сути, превращался в бешеного зверя. Ни разу на своём пути я не встретил темного, уравновешенного и спокойного алхимика. Все имели то или иное маниакальное расстройство, как бы сказали психологи этого мира.

О том, что так бывает, я знал. А почему – на эту тему оставалось только растерянно пожать плечами.

Учитывая, что я активно сражаюсь, убиваю и сею разрушения, то вопрос не праздный, а очень и очень серьезный. Как бы самому с катушек не слететь. Пока возился с домом и артефактами, обдумывал этот вопрос, пытаясь разобраться в себе. Что-то здесь было ещё, кроме обычного стресса. Что-то такое, что буквально разрушало организм, разум и нервную систему. Из-за чего и появлялась усталость, раздражительность, агрессивность и другие признаки внутреннего дисбаланса.

Эта проблема давала понять, как мало я знаю. Хуже того, есть множество моментов, о которых я даже не подозреваю. Какие-то скрытые процессы. Аналогию можно провести с энергией. В моём мире из-за низкого уровня почувствовать её было сложно. Здесь с этим проще и сейчас без измерений, на одних лишь ощущениях я мог почувствовать, в каком месте поток выше.

Энергию я вспомнил, потому что местные ученые используют этот термин не так, как алхимики. Да даже если залезть в учебники начальной школы, там будет что угодно, кроме той силы, которую я использую для своих нужд. Речь идёт именно о силе, это некий ресурс, позволяющий менять реальность. Это не метафора, а конкретная субстанция, которую можно собрать и запереть в чём-то. Также эта субстанция, как оказалось, может иметь различные свойства, типа температуры или агрессивности. Последнее я увидел у той женщины, которой отрубил руки. Её сила имела свойство разрушать всё, с чем соприкасалась. Что сильно походило на алхимию разрушения, в которой использовался схожий принцип. Только вот она не применяла никаких печатей, а действовала напрямую. Тоже хороший вопрос, над которым ещё предстоит подумать.

Я это всё к тому, что, возможно, есть и какие-то другие силы, которые «дают по башке, когда ведешь себя плохо». А может, и нет. Может, это последствия побега из умирающего мира, переселения в другое тело, почти двух лет, проведенных в лаборатории, неизвестных опытов или чего-то подобного.

Само собой рождалось понимание: один я не справлюсь. Подключать людей князя не хотелось. Алхимия – это моё. Они могут пользоваться дарами, но отдавать саму суть – нет уж. Это принципиальный вопрос. Однако ждать, пока подрастут другие алхимики, чтобы вместе начать исследования – для этого потребуется слишком много времени. Если только… На секунду я представил, как сделаю партию артефактов, какие подготовил для Кира, и с помощью Ольги Владимировны разошлю их по всем школам в стране. Соберу сотню-другую учеников и… Что будет дальше, мозг отказался представлять. Перед глазами упорно вставали картины разрушенного мира. Надо бы сначала с самим собой разобраться и понять, откуда берется это проклятое давление, которое превращает меня в один сплошной оголенный нерв.

Перечисленные дела и размышления шли фоном относительно главной задачи. Проблема Шестого не была решена. И по тем данным, что доходили до меня, я начинал подозревать, что она в принципе не имеет решения. Если смотреть на ситуацию не столь категорично, все можно свети к: вопрос не имеет быстрого решения. Или того решения, где исключен элемент удачи, и работа сводится к конкретным действиям.

Ходоки обладали неоспоримым преимуществом. Если бы речь шла о публичной личности или хотя бы об обычном аристократе, ситуация была бы на порядок проще. У аристо есть привязка к территории. Родовые земли, особняки, заводы и прочие вещи, которые позволяли их выследить.

Шестой не был обычным аристократом. Он управлял преступными организациями по всему миру, оставаясь в тени. Благодаря способностям ходока, он мог встречаться с ними где угодно, а потом растворяться. Или не встречаться, а передавать указания дистанционно, через помощников или каким-то иным способом, чтобы исключить ситуацию, где на него поставят метку или пройдут по следу. Сам он при этом мог проживать в любой точке мира.

Что получаем… Его слабое место – это преступная сеть. Разрушая её, мы тем самым наносим ему ущерб. Проблема в том, что он готов на любые меры, вплоть до терроризма. Не исключено, что, если война быстро не закончится и мы прижмем его сильнее, взорвут не одно метро и здание, а половину города. А то и несколько городов. Готовность действовать жестко, за гранью – это его сильная сторона. Пусть оттенок этой силы кровавый, но отрицать, что он может набедокурить, было бы глупо.

Маловероятно, что Шестой общается с рядовыми участниками сети. То есть все те, кто попал к Родиону в застенки, его знать не могут. Возможно, смотрители, курирующие большие территории и выступающие кем-то вроде директоров, знают больше, но я сомневаюсь, что они укажут конкретный адрес. Глупо было бы со стороны Шестого так подставляться.

Я знал, что Родион сейчас копает в этом направлении. Шестой и его деятельность, как нетрудно догадаться, были костью в горле у многих людей. В том числе у аристократов, правителей и всех тех, кто обладал властью. Это ещё одно слабое место. Нашими руками могут попытаться решить свои проблемы, а это возможность выйти на ещё один след. Предсказуемый ход с нашей стороны, и я сомневаюсь, что он даст какой-то выхлоп. Отработать мы его обязаны, но… Шестой засунул своему смотрителю бомбу в живот, чтобы навредить нам. Он знает, что остальные смотрители в опасности, и, по идее, они уже должны были залечь на дно. Либо нам подготовили ещё одни ловушку.

Это как раз пример того, когда делаешь ход, лажаешь и даёшь возможность оппоненту выработать защиту. Здесь мы даже ход сделать не успели, как нас обыграли. Вывод: предсказуемые ходы – это хороший способ получить смачную оплеуху.

Нужно мыслить нестандартно, найти такой ход, который он предсказать не сможет.

В голове крутилась мысль о необходимости разрушить его структуру, помочь правительствам, где он ведет бизнес, окрепнуть и сделать так, чтобы он пал в глазах других главарей организации. Возможно, тогда они его устранят. Но не факт, что я об этом узнаю, и не факт, что новый Шестой не продолжит мстить. Да и долгий это путь, а вести затяжную войну я не хотел. Поэтому оставил этот вариант на крайний случай.

Другой вариант – подкупить тех, кто что-то знает про Шестого. Уверен, Исида в курсе, где его найти. Задумка сложна в исполнении. Во-первых, я не представляю, что такого предложить, чтобы она продала «своего». Во-вторых, не знаю устройства организации, отношений главарей между собой, чтобы ими манипулировать. В-третьих, я не придумал способа, как проверить честность сделки. Что мешает Исиде назначить запредельную цену и подсунуть кого-то липового? Ничего.

Попробовать-то можно. Как минимум, если Исида ещё раз придёт общаться, предложить ей идею. Правда, если она не дура, то откажется от артефактов. Я не я буду, если не воспользуюсь возможностью и не внедрю что-нибудь дополнительное, с возможностью отследить.

Был и третий вариант. Если не получается достать Шестого, надо дотянуться до кого-то другого. Взять в плен и допросить. Задача настолько же сложная, как и поимка самого Шестого. На данный момент я придумал три направления. Первый – Исида. Раз уж сама ко мне лезет, можно попробовать подловить. Второй – мастер зверей. Слишком уж у него направление характерное. Тут тебе не тайная преступность, нужны большие площади, чтобы зверьми заниматься. Третий – новое оружие. Что-то мне подсказывает, что это дело рук организации. Не факт, что напрямую они разрабатывают, может, курируют, но то, что как минимум где-то рядом стоят и присматривают – в этом я точно уверен. Иначе откуда у бандитов продвинутые игрушки? А раз курируют, значит, есть тот, кто этим занимается, и вот он может вывести на Шестого или кого-то другого в организации.

Обдумав эти идеи, пригласил Родиона на разговор. К себе домой. В комнату, которую оборудовал максимальной защитой, чтобы уж точно не подслушали.

– Можно пустить эти направления в разработку, – сказал он, выслушав.

– Только как это сделать, чтобы не произошло утечки?

Несмотря на все проверки, отлавливание многоликих и прочих шпионов, всегда оставался шанс, что часть информации уйдёт на сторону. Как сделать так, чтобы этого не случилось или чтобы случилось правильным образом – над этим Родиону голову ломать. Не моя компетенция и хорошо, что так.

– Если с гарантией, то никого не привлекать. Я подумаю, как лучше это провернуть. Мне нужно… – Родион задумался, замолчал на пару секунд и ответил: – Три дня. Пока не спеши.

– Хорошо. Как в целом обстановка? Появились наметки?

– Многое узнали о преступной сети, но где скрывается Шестой – нет, пусто. Никаких даже намёков.

Чего я и опасался.

– Кстати, – сказал Родион. – Князь просил передать, что нужно подготовить отряд рыцарей. Ты восстановился?

– Загляну завтра.

– Да и в целом не помешало бы расширить этот отряд.

– У меня есть дополнительное предложение. Я тут набросал проект защитников. Грубо говоря, ходячие артефактные станции на все случаи жизни, способные прикрыть от большинства угроз.

– А чем это отличается от брони?

– Ну… – я попытался найти объяснение и не смог. – Для пользователя в конечном счёте ничем.

Тут до меня дошло, что то, как вижу артефакты я, и как видит их обычный человек, – сильно отличается. Это для меня подход принципиально иной, а для пользователей… Броня и броня, чего сложности городить.

– Просто как идею обозначу, что броню можно комплектовать разными модулями под конкретные задачи. Ещё есть проект открытия портала обычным человеком. Для эвакуации или ещё чего.

– А вот это очень интересно, – Родион аж вперед подался.

– Слушай, что с тобой? – не удержался я от вопроса.

После того, как Родион перешёл в общении на «ты», да и после совместного похода против преступности наши отношения переросли во что-то, близкое к дружественному. Я и до этого его подкалывал, а сейчас сам бог велел.

– Ты про что? – замер он. Словно его на преступлении поймали.

– Твоя мимика. Она ожила.

Родион на это… улыбнулся. Ну, то есть прям совсем улыбнулся. Уголки губ вверх пошли. Морщинки вокруг глаз собрались. Я даже головой потряс, настолько это необычно было. Руки зачесались проверить, не многоликий ли это.

– Ты только никому не говори, хорошо? Твоя целительница немного перестаралась, когда с того света возвращала.

– А-а… – протянул я, осмысливания новость.

Родион и улыбки? Мир сошёл с ума.

– Если сделаешь пару артефактов перемещения для обычных людей, это будет полезно сейчас, – сказал он, приняв стандартный равнодушный вид. – Аристократы хорошо чувствуют других бесов и ходоков. Это инстинкты. Поэтому приходится внедрять обычных людей, и, если у них будет возможность отхода… Ты понял.

– Сделаю, – кивнул я, в этот момент создавая печать проверки.

Данные показывали, что это и правда Родион.

Чудеса.

* * *

Не буду говорить, что в который раз убеждаюсь: мозг в критических ситуациях генерирует идеи куда лучше, чем в мирной жизни. А ещё я понял про себя, что никогда не был миролюбивым человеком. Боролся за мир – да, было такое. Но все мои разработки в прошлой жизни сводились к двум вещам. Выживанию да убийству темных алхимиков.

Чем я занимаюсь в этом мире? Наращиваю защитные средства, то есть выживаю, да сражаюсь с недоброжелателями. Не темные алхимики, но ходоки и высшие бесы по опасности легко могут их превосходить. Если сравнивать с теми, кого я встречал на своём пути. Так-то, попади сюда хотя бы один темный, аристократия массово хлебнула бы горя. В этом мире куда больше энергии, а значит, и развернуться можно сильнее.

Сражение алхимиков – это всегда поиск уязвимостей в защите. Вот мой ум и пытался найти, куда наносить удар, чтобы повергнуть противника.

Ходоки – главная угроза этого мира. Не считая меня. Всю историю человечества от них была единственная защита – метеоритное железо, позволяющее блокировать чужакам перемещения и по ночам спать спокойно. Защита специфическая и дефицитная, попробуй ещё найди камень, упавший с неба. Ещё к ней можно адаптироваться, на что уходит от нескольких часов до месяца, в зависимости от силы камня и ходока, что хочет проникнуть на закрытую территорию.

Несмотря на все минусы, трудно переоценить значение метеоритного железа. Ничего важнее у аристократов нет. Физического я имею в виду.

А что, если начать разрушать защиту?

Я попытался представить, что будет, если я заявлюсь к английскому императору и разрушу защиту его дворца. Попытался и не смог. Это как минимум повод для войны. Которой может и не быть, потому что заявка очень серьезная. Начать с чего-то поменьше? С посольства? Выбрать какой-нибудь род для показательной порки?

Агрессия последует в любом случае. Либо в сторону тех, кто потерял защиту – на них набросятся, чтобы свести старые счёты. Либо в сторону нас, а конкретно меня. Банально для того, чтобы спать по ночам спокойно. А не думать о том, придёт ли к ним злой алхимик или нет.

Хм… А если перенастраивать метеоритное железо? Делать так, чтобы оно своих переставало пускать? Получится смешно. Непонятно, правда, для кого.

Техническая база, чтобы провернуть что-то подобное, у меня уже имелась. Не удержался, провёл расчёты, набросал печати. Наобум это категорически нельзя применять, но если прижмут… А к этому всё и идет, придётся заходить с козырей.

А теперь немного подумаем. Если уничтожать защиту особняков и стратегических объектов, нужно обеспечить незаметное проникновение. Для чего поработать над средствами маскировки. В таком деле заявляться в наглую в броне… Можно, но когда терять уже будет совсем нечего, и я переключусь на партизанский режим. Второе, над чем стоит подумать, – это как перевести технологию в артефакты, чтобы другие люди могли разрушать метеоритное железо. Третье – решить, кому эту технологию подкинуть, чтобы они устранили моих врагов. Мда… Так и становятся политиками?

– Ты чего такой серьезный? – спросила Катя, которая принесла обед в восстановленную мастерскую.

– Лучше не спрашивай, – покачал я головой, всё ещё обдумывая ситуацию.

– Только не говори, что родил какую-то безумную идею или новый артефакт.

– Кхм… – смутился я. – Так и есть. Нечто достаточно опасное.

– Насколько?

– Я ведь могу уничтожать метеоритные камни. Дистанционно. Как думаешь, какие будут последствия?

Катя аккуратно поставила поднос на стол и призадумалась.

– Блокираторы – больше защитная технология. Когда узнают про неё, скорее всего, в первую очередь подумают, как бы купить. Броню, скорее всего, воспринимают как забавную игрушку. Через пару лет это изменится, а сейчас… – повертела она неопределенно рукой. – Если же ты разрушишь что-то привычное, за что аристократы столько веков сражались, плели вокруг этого интриги, что является неотъемлемой частью их жизни – предсказать последствия невозможно. Не возьмусь сделать это. Лучше с дядей посоветоваться. Или с мамой.

– Да это понятно, что лучше обойтись без резких движений.

– Тогда чего ты выглядишь так, будто собрался объявить войну всему миру?

– Потому что к этому всё и идёт.

– Во-первых, не миру, а всего лишь нескольким кланам. Ну, или организации, что почти одно и то же.

– Пока я не знаю, как разобраться с одним Шестым.

– Он особенный противник. Неудобный. Тебе ведь с обычными аристократами проще будет воевать, так?

– Ну да, – кивнул я, отслеживая то, как реагирует супруга.

Она обсуждала большую войну так, будто мы обои выбирали. Действительно не боится? Или дочь клана Медведевых привычна к войне?

– Тогда и бояться нечего. Просто подумай, что будешь делать, если придёт не одна армия, а, скажем, десяток. Хотя это глупый вопрос. Дядя не оставит тебя одного, поэтому и большой войне не быть. Скорее будут пытаться устранить по-тихому.

– Не особо обнадеживающая перспектива.

– Разберемся, – ответила супруга философски. – А что касается ситуации в целом, ты не думал отделиться от князя и заявить о нейтралитете?

– Что ты имеешь в виду?

– Получить статус международного рода и сделать заявление, что ты вне политики. Донести до всех мысль, что будешь добрым, пока тебя не трогают.

– Эм…

На это предложение я натурально подвис.

– Это тоже лучше обсудить с дядей, – улыбнулась Катя.

– Твоё предложение настолько неожиданное, что я и не знаю, что уточнять первым делом.

– Вспомни Стародубовых. Сильный род, который считается нейтральным. Он не участвует в войнах и политике. Ведет тихую жизнь. Их не трогают, но и они никого не трогают. Хотя могли бы.

– А ты что-то знаешь про то, как именно могли бы?

Этот род был необычным по многим пунктам, и я невольно заинтересовался тем, что Катя может знать. Как-то до этого тема не поднималась. Стародубовы, они… Ну, они как лес на горизонте. Есть и есть.

– Живых врагов у них нет. О чём-то это да говорит. Как именно они с ними разбирались на протяжении веков, я не знаю. Виден лишь результат.

– Так, ладно, – собрался я. – Всё равно непонятно. С чего ты взяла, что князь меня отпустит?

– Почему нет?

– Ну, может, это ты его любимая племянница, а я довольно полезный вассал, который имеет стратегическое значение для страны.

– Так и я не говорю, что надо прекратить отношения с князем. Сохранишь их в полной мере.

– Тогда я совсем запутался. В чем смысл отделения?

– Появится больше пространства для маневра. Ты сможешь действовать как независимая сила. Сейчас любой твой ход связывают с деятельностью российского князя. А так ты станешь самостоятельной фигурой. Со всей вытекающей отсюда ответственностью. На самом деле не думаю, что что-то сильно изменится. Но это поможет тебе начать формировать отношения с иностранными семействами.

– Всё равно непонятно. Кто поверит, что я ушел? Тем более когда это будет формальностью?

– Верить или нет – это уже пусть сами решают. Ладно, я поняла, что идея тебя слишком шокировала. Поговори с дядей об этом. Он лучше разбирается. Возможно, ему это тоже будет выгодно. По крайней мере, если ты уничтожишь защиту какого-нибудь императора, это будут воспринимать как агрессию одного человека, а не государства.

– Катя… – протянул я. – А зачем ты мне это предлагаешь?

– Уж точно, чтобы не навредить, – рассмеялась супруга. – Во-первых, уровня угрозы это никак не изменит, а простора для маневра прибавит. Во-вторых, статус независимого рода куда выше, чем статус вассала княжеской семьи. Ставки высоки, но если справимся, когда ты развернёшься в полную силу, то…

Ну да, перспективы большие.

– Но ты не спеши. Это сто раз обдумать надо. Как и сказала, подводных камней хватает. Пока обдумай, как тебе такая возможность.

Идея шокирующая, но кое-какие интересные моменты я вижу. Если отделиться, смогу спокойно строить отношения с любыми странами. А значит, и влияние в рамках мира наращивать. Есть шанс, что приду к возможности заботиться о мире.

Только Катя права. Это надо сто раз обдумать. Потому что тут совсем другой уровень ответственности и самостоятельности. К которому я сейчас не готов по всем фронтам. Но ничего. Я же молод. Главное, с этой войной разобраться, а там видно будет.

Глава 4. Мир и вызов

На четвертый день затишья в гладь озера прилетел не особо крупный камень. Самомнения у него на гору хватит, как и гонора с наглостью.

К моему дому явился Дэниэл Плэйн. Ему снова пришлось топать ногами от самой границы блокировки, а это несколько сотен метров по сырой земле. На этот раз он нарядился подходяще. Надел крепкие сапоги, в плащ закутался, кепку натянул и зонтик взял. При том, что дождя не было.

Когда к нему вышел, повязку на лице разглядел. Конспирируется человек, а значит, с чем-то стоящим пришёл.

– Это у вас мода такая? – спросил я, когда он приблизился к дому.

– Нельзя, чтобы кто-то увидел, что я был у тебя. Мне потом проблемы не нужны.

– Клан Плэйн чего-то боится?

– Глупо не бояться. Организация не тот противник, которого стоит недооценивать. Тебе ли не знать, парень?

– И то верно. Зачем пожаловали?

– Наш уговор, – он достал из под плаща увесистую папку. – Это всё то, что мой клан нарыл на организацию за последние сто лет. Где искать главарей там не сказано, но кое-что ценное есть. Берешь?

– За броню?

– Догадливый, – половину лица не было видно, но я прекрасно расслышал его усмешку. – Если берешь, завтра зайду за бронёй. Мне нужен лучший комплект. Лучше, чем у проклятого Кнайта.

– Нет, – сразу отказал я. – Лучше, чем у него, не получится. Такой же – да. Лучше – нет.

– Тогда сделке не бывать.

– Хорошо.

– Что, вот так просто откажешься от информации?

– Сами сказали, что адресов главарей там нет.

– Зато есть то, что поможет к ним подобраться.

– Броня третьего ранга, как у Кнайта, если информация и правда окажется стоящей. Исключений я не делаю.

– Какой же ты упрямый, – недовольно процедил он, за что заслужил насмешливый взгляд.

Сам-то он упрямее некуда.

– Я согласен, – выдал Дэниэл через десяток секунд. – Завтра приду.

– Не спешите. Броня подгоняется под конкретного человека. Выберете, кто будет в ней сражаться, и приводите. Вот ключ, – протянул я амулет. – Используйте его, чтобы переместиться прямо в дом. Попадете в закрытую комнату и просто подождите, пока не выпущу.

– Звучит как что-то не очень надежное.

– Условий лучше нет. Вы хотите провернуть сделку тихо. Я предоставляю вам такую возможность.

– А не боишься, что Кнайты обидятся?

– А не боитесь, что организация обидится?

– Немного, – хмыкнул он.

– А я нет. Всем клиентам я озвучиваю, что работаю по принципу свободного рынка. Это товар, который может купить любой. Если не испортит со мной отношений.

– И одинаковой силы. Ты хорошо поимел два могущественных клана. Мне приходится рисковать, чтобы восстановить баланс.

– Таков мир, – развёл я руками.

– Держи, – ткнул он папкой мне в грудь. – Приду завтра утром.

– Я открыл для вас свободную зону. Можете переместиться прямо отсюда.

Дэниэл кивнул и исчез.

Я вернулся в дом, отправил сообщение Родиону и взялся за чтение. Папка оказалась обманчивой. Сначала я подумал, что там мало информации, но нет, Плэйн приятно удивил. Если обобщить, то он сдал смотрящего на его материке. Точнее, трёх смотрящих. В северной, центральной и южной Америке. Ещё двух смотрящих в Европе. Один относился к северной части, норвежской, а второй к южной, обосновавшись в Испании. Дальше шло описание этих людей. Какие должности занимают, какие имена носят, в каких делах замешаны, кто на них зубы точит. Как и сказал американец, адреса Шестого здесь нет. А вот описание его преступной сети на двух материках есть. С адресами. Информация была подана так, что сразу возникало желание нанести удары по конкретным местам.

Ну да неудивительно, что Дэниэл хочет решить часть проблем чужими руками.

Никто по его наводкам бежать не стал. Родион забрал папку и отправился проверять информацию. Я же остался дома и продолжил возиться с артефактами. Трудно это и непривычно для меня. Сидеть на месте, не зная, где находится враг.

На следующий день американец явился один. Видимо, никому не доверил поносить броню. А может, сам лично хотел навалять Кнайту, когда тот придёт в очередной раз. Переместился он в комнату, сработало оповещение, и через пару минут я спустился к нему.

– Простенько, – сказал он, оглядев ту часть дома, что попалась ему на глаза.

Вообще, я никогда не принимал гостей дома. Все мерки снимал в офисе, но сейчас как-то не до этого. Пришлось повозиться, чтобы внести дополнения в планировку, убрать лишнее и сделать так, что, заявись сюда враг, он ничего не сможет сделать. Дэниэл не знал, возможно, догадывался, но стоит ему лишний раз чихнуть – и реакция будет жесткой.

– Идите за мной и, пожалуйста, без резких движений.

– Почему у меня ощущение, что я иду по минному полю, парень?

– Ощущения вас подводят.

Всё гораздо хуже.

Сама примерка много времени не заняла. Управились минут за двадцать. Я дал мужчине залезть в броню и проверить, какого это.

– Вы ведь понимаете, что на освоение уйдут многие недели, а весь потенциал раскроете через несколько месяцев ежедневных тренировок?

– Не учи меня жить, мальчик.

Неприятный тип. Ну, как знает. Не буду ему напоминать, что Кнайты не просто так фамилию носят и что разгуливать в артефактной броне для них норма. Есть программа обучения под это, традиции, инструктора, вековой опыт войны. Также не буду напоминать, что Кнайты взяли не один доспех, а несколько. Это уже конфиденциальная информация и пусть два старых рода сами выясняют отношения.

– Я могу рассчитывать на то, что Кнайты не узнают о приобретении?

– Можете рассчитывать на то, что я им ничего не скажу.

– А твои люди?

– Тоже. Но если Кнайты сами узнают, то… – развёл я руками.

– Они точно за тобой наблюдают. А значит, и о моём интересе догадываются. Какая неудобная штука…

Это Дэниэл сделал пару шагов.

– Попробуйте в нём прожить неделю, не снимая. Станет проще.

– Шутишь?

– Нет.

Американец начал утомлять.

– Я изучил вашу информацию. Не совсем то, что мне хотелось, но интересное там нашлось.

Про то, что будет, если это окажется подставой, ловушкой или дезинформацией, я тоже умолчал. Вместо этого сказал другое:

– Если найдётся ещё что-то интересное по организации и их главарям, то…

– Ты с ней всей собрался воевать? – удивился он. – Это бесполезное дело. Не раз уже пытались. Она как гидра. Отрубишь голову, отползёт в сторону и назначит нового хранителя. Чтобы отрубить все головы разом – я даже не знаю, что для этого нужно, а воображение у меня хорошее.

– Может, когда-нибудь и узнаете. В крайнем случае нет. Сейчас речь про другое. Товар у меня есть. Если у вас найдётся подходящая оплата…

– Я тебя услышал. На этом всё? Могу уходить?

– Держите методичку с подробным описанием возможностей и как их освоить, – протянул я заранее подготовленный документ.

Заранее – это мы его всем клиентам выдаём.

– Хотя бы не талмуд на триста страниц, – проворчал Дэниэл и переместился.

Я сразу же заблокировал проход для него и перенастроил защиту. После Коршунова дома так раз в неделю делаю. Вношу небольшие правки, чтобы сбить возможность адаптации.

* * *

Исида чувствовала себя школьницей в кабинете директора. Хотелось поёрзать на стуле, поправить одежду, сделать хоть что-нибудь. Разумеется, женщина этого не делала. Повернула чуть голову, приняла задумчивый вид и посмотрела в окно на открывающиеся просторы.

Место, где она находилась, считалось официальным офисом Основателя. Что было несколько нагло с его стороны, держать эту информацию открытой среди хранителей. Какими точно делами он тут занимается, никто из организации не знал. Или знал, но молчал об этом и не спешил делиться откровениями. Просторное помещение на несколько сотен квадратных метров находилось в одном из небоскребов на третьем английском острове, который считался центром деловой жизни. Само здание не самое высокое. Седьмое по высоте в городе. Исида видела в этом желание не привлекать к себе лишнего внимания. Так-то она знала, что Основатель любит высоту.

В кабинете женщина сидела не одна. Справа от неё на таком же стуле расположился Шестой, обряженный в деловой костюм. Лицо он держать умел, но ощущался как грозовая туча.

Напротив них двоих сидел сам Основатель. Сегодня он был в белой рубашке и серых брюках, которые шли ему куда больше, чем мантия. Лицо молодое, в чём-то простое. Если не знать, кто это такой, то никогда не догадаешься.

– Думаю, вы знаете, зачем я вас позвал.

– Соколов, – ответила Исида.

Это было очевидным.

– Да. Проблема до сих пор не решена.

– Я разберусь.

Исида скосила глаза на Шестого. Тот явно потерял хватку, если делает столь глупые заявления здесь и сейчас.

– Это больше не требуется, – ответил Основатель. – Отныне Эдгард Соколов является неприкасаемой фигурой.

У Исиды распахнулись глаза.

– Насколько неприкасаемой? – осторожно уточнила она.

– Любые агрессивные действия в его сторону запрещены. Чтобы этот балаган прекратился, ты, Исида, отправишься к нему и заключишь договор о перемирии.

– А если он потребует голову Шестого?

– Не задавай глупых вопросов. Мы своих не выдаём. Предложи ему мир, скажи, что организация свернет деятельность на территории его страны. При условии, что он и сам прекратит лезть в наши интересы. Что касается тебя, – мужчина перевёл взгляд на Шестого: – Значимая часть твоей сети разрушена. Это неприемлемый провал, который заставляет думать, что ты утратил былой пыл. Я терпел твою жестокость, пока она была эффективна. Запрещаю активные проекты по твоему ведомству на десять лет. За этот срок найдешь себе преемника. Хорошего преемника. Потом уйдешь в отставку. Организация благодарна тебе за службу, но пора отступить.

Исида ушам своим не верила. Обычно Основатель на любого рода конфликты смотрел сквозь пальцы. Так отец взирает на шалости детей. Сейчас же он активно вмешивался в их дела, что говорило о многом. Соколов его настолько заинтересовал?

– Могу ли я продолжить вербовать парня? – уточнила женщина.

– Можешь. Аккуратно, без жесткого давления. Постарайся изменить его отношение к нам. На этом всё, можете идти. Или ты хочешь что-то сказать?

Повеяло ощутимым напряжением. Исида представляла, что творится в голове у Шестого. Его отправили в отставку. Не то чтобы исключительное событие. Рано или поздно это ждало всех хранителей. Если они переставали справляться, их заменяли новым поколением. Шестой не был старым. Он достаточно прожил на этом свете, но смерть по естественным причинам ему в ближайшие лет тридцать не светила. Зато светило медленное увядание.

– Я сделаю то, что должен, – сказал он и встал.

После чего развернулся, прошёл несколько шагов и переместился.

Взгляд Основателя ничего не выражал. Исида не стала задерживаться и тоже переместилась.

* * *

Следующие две недели можно описать как череду боевых операций. Дэниэл не подвёл, предоставил ценные наводки, которые проверили, дополнили добытой до этого информацией, а потом прошлись катком по сети Шестого.

Где его самого искать, не выяснили, и это делало положение тупиковым. Почти. Я не отменял варианта выторговать информацию у Исиды или выследить кого-то из других хранителей. С последним тоже был ряд проблем. Я знал про Исиду, но понятия не имел, чем она занимается. В её случае не за что было зацепиться. Ещё известно про мастера зверей. Эта личность приметнее, и всё это время Родион собирал информацию по нему. Пока безрезультатно.

Самое неприятное и тревожащее – это то, что Шестой так и не сделал хода. Он затаился, и это пугало сильнее, чем любые действия до этого. Не к добру затишье.

Так я думал, пока не увидел вдали от дома бредущую женщину. Исида пожаловала в гости. На этот раз это была солидная дама. В кашемировом пальто, с легким шарфом, дорогими кольцами на руке. Она несла на локте небольшую сумочку. И топала сюда в ботинках, которые немного выбивались из общего утонченного образа.

Встретил я её почти у самого дома. То, что это Исида, было понятно по наушнику в ухе. Я активировал ряд печатей. Усилил блокировку, включил помехи любых сигналов. Заметит или нет?

– Мистер Эдгард, – начала женщина официальным тоном, – госпожа Исида передаёт, что рада вас видеть в добром здравии.

– Что ваша госпожа хочет на этот раз?

За прошедшие дни я не раз обдумывал, как строить разговор. Вариант самому приглашать Исиду к беседе отбросил сразу. Это покажет мою заинтересованность, и разговор пойдёт не так, как нужно. Дождаться её прихода – это поставить женщину в более слабую позицию. Ведь она пришла, не я позвал.

– Предложить мир.

Внезапно. Как и само предложение, так и то, что женщина якобы продолжает передавать через наушник информацию. Был шанс, что она использует какую-то продвинутую технологию, но почему-то я в это не верил.

– Мир между кем?

– Между тобой и организацией. Шестой больше не будет проявлять агрессию в твою сторону.

– Боюсь, после того, что он сделал, мир между нами невозможен.

– А что он сделал? – женщина приподняла бровь. – Если посчитать потери, то ты убил куда больше людей, чем он.

– Я убивал бандитов, работорговцев, насильников и наркоторговцев. Он же атаковал мирное население.

– Эдгард, – официальный тон сменился дружественным, будто мы сто лет знакомы, – Ты хочешь, чтобы этот бешеный пёс и дальше продолжил действовать? Если тебя это успокоит, его приструнили и отстранили.

– Прям от сердца отлегло, – не удержался я от сарказма. – Как насчёт отдать его мне?

– Это невозможно, – покачала головой женщина.

Я терялся в догадках, кто это такая. Сама Исида? Никогда не поверю, что она рискнула прийти сюда лично. Все тесты, улучшенные с учётом сбоев в случае одаренных, говорят, что это простой человек. При этом наушником она не пользуется. Это бутафория. Заранее получила инструкции, как вести беседу? Тоже нет. Некоторые реакции и ответы спонтанны, будто сама Исида говорит.

– Невозможно – это слишком громкое слово. Я уже пошатнул вашу организацию. Пусть всего лишь по одному направлению, но сейчас это глупо отрицать.

– Госпожа не собирается этого отрицать. Пусть и по одному направлению, организации нанесён существенный урон.

А вот это плохо. Проще сражаться с теми, кто подвержен гордыне. Но не страдаю ли я сам от неё? Мир так заманчив, но, если согласиться, угроза никуда не денется. Если же согласиться быстро, то они поймут, что я в тупике и больше им ничего сделать не могу.

– Значит, ваша госпожа не отрицает, что организация – это преступная структура?

– В той же самой степени, в какой ты маньяк и убийца.

– Если смотреть по форме, то да. Если по сути, то разница принципиальная.

– Убийства есть убийства, – пожала плечами женщина.

И в этом я был с ней согласен.

– Госпожа не отрицает, что методы Шестого сомнительны. Также она не будет предлагать обсудить то, что управляемая преступность куда менее разрушительна, чем хаос.

– Скажите это всем тем странам, которые вы тормозите в развитии, руководствуясь собственными целями.

– Это сложная тема, – Исида не стала давить. – Сейчас надо обсудить другое. Мир.

– Голова Шестого, – упрямо сказал я.

– Обезумевший Шестой, который начнёт действовать без ограничений. Он не продемонстрировал и сотой части того, какие страдания может причинить.

– Так и я только во вкус вошёл.

На самом деле всё было иначе. Я устал от этой войны. Все устали. Моим близким приходилось безвылазно сидеть в особняке. Каждый день в напряжении и ожидании, что случится что-то ещё, сильно давил по нервам.

Мир – это хорошее предложение. Но я не привык идти на уступки в конфликтах подобного рода. Было что-то в этом предательское.

– Это бессмысленная война. Ты не сможешь найти Шестого.

– Мне и не надо его искать. Достаточно нанести столько ущерба, чтобы вы сами его сдали.

– Этого не будет. Считай, что такова политика компании. Своих не сдаём. Даже если это паршивая овца в стаде.

Я промолчал, изучая мимику женщины и подмечая странные детали.

– Хорошо, – кивнула Исида, видя, что говорить я не собираюсь. – Тогда пойдем по сложному пути. Продолжай громить остатки преступной сети. Не думаю, что у вас много целей осталось. Самые значимые уже зачистили. Шестой будет и дальше бездействовать. Через месяц я приду снова, и мы заново поговорим.

– Вы затронули не только мои интересы.

– С князем тоже договоримся. Он правитель, который обязан учитывать интересы своей страны. Ему эта война не нужна. Нам тоже. Мир – оптимальное решение.

Звучит разумно, если не считать того, что за некоторые вещи наказание должно последовать в обязательном порядке.

– Вижу, сегодня мы с тобой ни к чему не придём, – резюмировала Исида. – Тогда до встречи через месяц.

Она отправилась обратно, на границу земель. Пусть идёт. Метку на неё повесил, может, люди Родиона и найдут что-то интересное. Вернулся в дом. Задумался о том, как передавать речь без средств общения. Версию, что наушник перекрывает все мои блокировки, списал как крайне маловероятную. Я контролирую территорию вокруг на многие сотни метров. Убийцы смогли прокрасться, когда я отсутствовал, а сейчас… Нет, возможно, конечно же. Но маловероятно.

Поэтому исходим из того, что наушник – фикция, а раз так, встаёт вопрос, а что, собственно, происходит. Почему каждый раз новые женщины? Исида меняет лик? Нет. Один раз её сожгли заживо, там мало что от тела осталось. Хорошо инструктирует, и её посланницы знают ответ на любой случай? Возможно, почему нет, но зачем тогда заморачиваться с разными женщина? И почему женщины, а не мужчины?

Она использует либо неизвестную технологию, либо неизвестный вид способностей. Ставлю на второе. Получается, Исида – одаренная. Полный комплект. Наверняка высший бес, ходок, из семьи с многовековой историей, старая опытная интриганка, ещё и специфические способности имеет. Но какого они рода? Исида передаёт информацию прямо в голову? На каком расстоянии?

Когда домой зашёл, поймал взгляд Кати. Она ничего спрашивать не стала, молча ждала у входа.

– Всё нормально. Мир предложили.

– А ты?

– Послал.

Пройдя мимо, добрался до кабинета и подробно записал весь разговор вместе с подозрениями. Пусть служба Родиона разбирается. У них информированность выше.

* * *

Родиона я дождаться не успел. В кабинет зашёл бледный Матвей. Зрачки расширены, руки дрожат – мой друг был в тихом ужасе.

– Что случилось?

– Мне только что звонили с телефона матери. Представились Шестым. Мужской голос. Сказал, что хочет с тобой встретиться и поставить точку в затянувшейся истории.

– Адрес назвал?

– Заброшенный склад в моём городе. Предупредил, что разговор должен проходить один на один. Эдгард…

– Я разберусь. Через сколько он назначил встречу?

– Через десять минут. Сказал, что потом начнёт убивать.

– Вот как. Всё будет хорошо.

Я встал из-за стола и скорым шагом пошёл в мастерскую. К этой битве лучше подготовиться основательно.

Глава 5. Расплата

Некоторое время ранее.

Мастер зверей возился за лабораторным столом, когда к нему пришёл Шестой.

– Ты не справился, – сказал мастер, не оборачиваясь.

– Основатель вмешался, – холодно ответил Шестой, оглядывая помещение.

Повсюду виднелись колбы, аппараты непонятного назначения, а на столе, за которым работал мастер, была разложена и вскрыта туша зверя.

– Что он?

– Заинтересовался Соколовым.

– И запретил его убивать? – мастер зверей повернулся и недовольно нахмурился.

– Да.

– Плохо. Этот человек мне не нравится.

– Мне тоже. Поможешь?

– Хочешь пойти против воли Основателя?

– Немного.

Мастер на это ничего не ответил, но достал большой шприц, воткнул куда-то во внутренности зверя, лежащего перед ним, и собрал жидкость. Потом добавил что-то из других колб, смешал и ещё добавил. Как закончил, перелил полученную жидкость в ампулу.

– Примешь перед схваткой. Сработай чисто.

– Если я не справлюсь, тебе его не достать.

– Поэтому и помогу, – недовольно ответил мастер.

Шестой кивнул и отправился на выход.

* * *

Десять минут – это мало, если ты не готов, и достаточно, если приготовления давно сделаны. Сомнений, идти или нет, у меня не возникло. Если там и правда Шестой… Зная, что готовится ловушка, я всё равно пойду, потому что это лучший подарок, который можно получить.

Сообщение Родиону отправлять не стал. Сам факт того, что воспользовались телефоном мамы Матвея, намекал, что её связь взломали. Канал с Родионом наверняка прикрыт лучше, но я не стал рисковать и отправил Катю к дяде. Пусть предупредит.

Пока залезал в броню, думал о том, что организация какая-то мутная. Предлагают мир, а через минуту угрожают и устраивают ловушку. Либо я чего-то не понимаю, либо единство не их сильная сторона. Каждый из главарей творит что хочет. Это полезная информация, можно использовать её в дальнейшем.

К моменту, когда залез в броню и подготовился, Катя привела в дом Родиона. Он поднялся ко мне, и я ему коротко пересказал случившееся.

– Его родители в безопасности. Я это точно знаю, – ответил мужчина.

Когда всё завертелось, всем потенциальным целям выделили дополнительную защиту.

– Тогда успокой Матвея, – попросил я Катю.

– Ты уверен, что пойдешь? – спросил Родион.

– Конечно. О лучшем подарке и мечтать нельзя. Правда, я не уверен, что там будет именно Шестой, но проверить обязан.

– Он ведь подготовился.

– Разумеется. Я тоже. Вопрос в том, кто из нас подготовлен лучше.

– Я соберу группу прикрытия.

– Хорошо. Дайте мне секунд тридцать, чтобы я там всё заблокировал намертво. Пропуски для группы на столе.

– Новая блокировка?

– Ага. Я теперь всё блокирую. Любые сигналы и возможности.

– Костюм тоже новый, как вижу.

– Особая броня для особого случая.

Родион кивнул и отправился выполнять свою работу. Также его люди обеспечили мне перемещение на указанный заброшенный завод.

Перед уходом Катя меня обняла и поцеловала в губы. Я надел шлем и шагнул в портал.

Тот вёл на крышу, и я сразу запустил сканирование. Как бы странно это ни было, внутри и правда нашёлся всего один человек. Показатели запредельные и аномальные. Его уровень по индексу я оценивал где-то в сто пятьдесят единиц. Мой же был в районе пятидесяти-шестидесяти, но нельзя сказать, что разница в три раза. На тех высотах, которые демонстрировал человек внизу, он и правда был живой аномалией, нарушающей законы физики.

Плевать. Что бы там Шестой ни заготовил, на этот раз мои заготовки круче. Цена у них непомерная, но с этим противником я готов перейти черту.

Спуск вниз много времени не занял. По пути накладывал на здание печати, блокирующее всё и вся. Шестой не сможет отправить никакого сигнала. Печати-ловушки тоже накладывал. Без особого умысла, на тот случай, если вдруг ему как-то удастся вырваться, и придётся догонять.

Ждал он меня в просторном помещении. Окна побитые, сквозняк гуляет. При этом здесь было относительно чисто. Никаких сомнительных луж и неприятных запахов. Ожидающий меня мужчина сидел на железном столе. В костюме-тройке. Только пиджак лежал рядом, небрежно брошенный. Белая рубашка, жилет и брюки серые. Сам он курил. Затянулся, когда я зашёл, выпустил кольцо.

– Соколов? – спросил он на английском. – Это действительно ты, или кого-то другого послали?

– С кем говорю?

– Я Шестой. Был им. Сейчас не уверен, что могу в полной мере владеть этим титулом.

Мужчине на вид лет сорок. Он не выглядел, как преступный король. Ну да я не раз обманывался во внешнем виде.

Хотелось потребовать доказательств, что это и правда Шестой, но не стал. Глупо. Если это не он, то не расскажет об этом. Если он, то посмеется, а я всё равно не буду до конца уверен. Десять минут – это мало, чтобы полноценно обдумать сложную ситуацию. Кое-что сразу на ум приходило, но могло же и ещё что-то скрываться.

Ради чего была организована эта встреча? Человек, которого невозможно найти, сам пришёл. Это нелогично. Так что либо это не он, либо он, но тогда произошло что-то существенное.

– Гадаешь, почему я здесь?

Я немного ошибся, когда зашёл. Курил он не сигарету, как мне показалось, а длинную сигару. Не толстую, тонкую, но длиннее, чем обычно. Ещё и черную.

– Это немного удивило.

– Всё просто, – мужчина усмехнулся. – Меня отправили на почётную пенсию.

– Что-то это место не выглядит подходящим для пенсионера.

Нападать я не спешил. По многим причинам. Любое слово от Шестого – это дополнительная информация. Если получится взять его живым, это и вовсе станет наивысшим успехом последних лет. Организации тогда ох как неуютно придётся. Если, конечно же, мы сможем разговорить такое существо, как Шестой.

– Брось, – помахал он сигаретой. – Где я, и где пенсия. Не из того материала я сделан, чтобы доживать свой век в тишине.

– Самоубиться лучше?

– Да, – кивнул он. – Ты можешь думать обо мне что угодно, но быстрая смерть лучше, чем медленное затухание. Удивлен? Ждал угроз, что я точно тебя убью?

Лица он моего не видел, спасибо шлему. Броня ещё и моторику тела скрывала. При этом он точно считывал мои ощущения. Опыт? Дар?

– Видишь ли, Эдгард, наш Основатель заинтересовался тобой. Теперь ты неприкосновенная фигура. Мне об этом, само собой, нельзя говорить, но, если ты умрешь, какая разница? Со мной в любом случае разберутся. Может, тоже убьют, а может, вернут на службу, но это маловероятно. Если же ты меня убьешь, то какая разница? Какой спрос с мертвецов? А так я немного отомщу Основателю. За то, что он так бесцеремонно поступил со мной.

– Так эта встреча – всего лишь следствие твоей обиды на начальство?

– Не играйся словами, мальчик. Всё куда сложнее. Думаешь, история для тебя закончилась? Организация существует больше тысячи лет. Что ей лет тридцать подождать, пока шумиха уляжется и сменятся поколения? Разберутся не с тобой, так с твоими детьми. От этого никуда не деться.

– Если не уничтожить вас всех.

– Как ты себе это представляешь? – рассмеялся он хрипло. – Ты даже одного меня найти не смог. А так хотел этого. Так жаждал. Вон как примчался, зная, что это ловушка.

– Так, может, ты и расскажешь, где остальных искать.

– Нет, этого я делать не буду. То, что я сказал, никак тебе не поможет. Лишь создаст дополнительные сложности моим коллегам. Большего я не расскажу. Считай это профессиональной этикой.

– Все думают, что не заговорят.

– Брось, – стряхнул он пепел, посмотрел на сигару и затушил её. – Я не все. Впрочем, хватит болтать. Пора приступить к эпилогу этой истории.

– Пора, – согласился я.

Шестой был невообразимо быстр. Я смог уловить движение, но не среагировать. Когда бьет высший бес, нельзя недооценивать угрозу.

Вот я и оценивал, как надо.

Стоило ему коснуться меня, как Шестой отлетел, сраженный разрядом тока. Когда знаешь, с кем предстоит сражаться, несложно предсказать логику поединка. Он быстрее, и я не в состоянии за счёт собственной скорости ответить. Раз так, значит, надо сделать невозможным прикосновение ко мне. То, что меня не отбросило ударом, было обусловлено тем, что я привязал себя ко всему полу. Шестой невообразимо силен, его удар отнял чуть меньше трёх процентов запасов энергии, но этого было мало, чтобы нанести мне какой-то вред.

Вторая особенность этого боя – невозможность подловить противника. Надо как-то его сбить с толку, ошеломить, хотя бы на секунду заставить потерять темп, и только после этого атаковать. Логичный ход – обеспечить себе возможность сбивать ритм врагу в любой момент.

Стоило Шестому коснуться меня, как вместе с разрядом активировалась вторая закладка. Надел я нестандартную броню. Как по функционалу, так и по внешнему виду. Последний изменился за счёт слоя мелких металлических частиц, обработанных специальным образом. По структуре они представляли собой ромбы. Ещё до того, как Шестой упал на пол, они слетели с меня, уподобившись рою ос, и набросились на мужчину.

Он упал, его накрыло черным покрывалом. Шестой перекатился, попытался стереть их с лица, на секунду его рука выскользнула из-под покрывала и… Ромбы трансформировались, связываясь между собой и превращаясь в монолит – укрепленную металлическую форму, что повторяла фигуру Шестого.

Так мой противник был пленен.

На этом я не остановился. Открыл портал позади него и, толкнув скованное тело, сам шагнул следом. Оказались мы в просторной, пустой комнате, высеченной прямо в скале. Разумеется, здесь было укреплено всё и вся.

Подготовил я это место в горах на случай, если потребуется пленить кого-то опасного.

Ещё один толчок, и Шестого впечатало в стену. Там же дополнительные оковы сработали. Применил печать трансформации и замуровал так, что никакие силы беса не помогут. Прямо сейчас он без доступа к кислороду, но ничего, пусть посидит, помучается. Меньше шансов, что придумает что-нибудь.

Неужели всё?

Я хорошо знал, что легкие победы – это всегда результат хорошей подготовки. И видят боги всех миров, готовился на этот раз особенно тщательно. Но неужели это и правда всё?

Когда показатели, которые я снимал с Шестого, резко дали сбой, я выдохнул с облегчением. Не могла драка с таким противником даться легко. Я нутром чуял, что возникнут сложности. Жаль, что чутьё не подсказало, в какой именно форме будет ход Шестого. Он…

Растворился. Просочился через оковы и вытек наружу. Спокойно приземлился на пол бесплотным призраком, чуть просвечиваясь, и снова принял материальную форму.

– Приготовил комнату для игр? – спросил он, оглядываясь и не выказывая признаков беспокойства. – Пусть так. Я не против.

В этот момент разум заработал с утроенной скоростью. Удивления я не почувствовал. Когда тебя раз за разом враги то удивляют, то шокируют, то спускают с небес на землю, методично доказывая, что всегда найдётся что-то новое, перестаёшь нервничать и суетиться по этому поводу.

Вместо суеты готовишь ультимативный ход, чтобы в случае чего ответить на любую угрозу. Я же подготовил два хода. Но, кажется, в этот раз гору обрушивать не придётся.

Шестой снова потерял форму. Рванул ко мне, используя половину от своей прежней скорости. Его рука метнулась к моей груди и…

Я успел активировать особую заготовку. Полыхнуло, затрещал воздух, резко стало неуютно, а сам Шестой исчез.

Отбегался.

А я применил то искусство, которым алхимики разрушили мир. Перешёл черту. Сделал это сознательно, насколько мог.

Все печати вокруг выжгло. От Шестого не осталось и следа. Энергия вокруг взбунтовалась. Я чувствовал, как её уничтожило в радиусе десяти метров, и сейчас она хлынула потоком, закручиваясь в водоворот. Если его не остановить, появится язва на теле мира, которая будет разрастаться.

Такова была цена за уничтожение Шестого.

* * *

Князь потёр виски и посмотрел на Родиона.

– Так, значит, Шестой уничтожен?

– Со слов Соколова – да.

– Но исключать возможность ошибки нельзя.

– Нельзя, – согласился Родион.

– Хм… А что сам парень?

– Неизвестно. Сказал, что убил Шестого, и чтобы его месяц не трогали. Как восстановится, сам выйдет на связь. Также передал, что организация предлагала ему мир. Шестой объявился через несколько минут после этого.

– Вот как, – князь перевёл взгляд на Игната, что стоял у стены.

– И что теперь, войнушка закончилась? – спросил старик. То, что происходило, войной он не назвал. С его точки зрения, на настоящее противостояние это не тянуло. Войнушка, она и есть войнушка.

– Я бы пока не снижал уровень паранойи, – сказал Родион.

– Не снижай, – кивнул князь.

Сам он задумался о дальнейших шагах. Если Шестой и правда уничтожен, это одновременно и хорошая, и плохая, и проблемная новость. Хорошая в том смысле, что один из сильных врагов повержен. Плохая – лучше бы его захватили в плен, но тут так сразу и не скажешь, нужно ли это было на самом деле. В случае плена ответные меры неизвестного какого калибра не заставили бы себя ждать. Князь не был настолько упрямым и кровожадным, чтобы выбирать войну вместо мира. Также он не был наивным, чтобы верить в то, что организация, с которой они столкнулись, оставит их в покое. Затаятся на год, десять лет или тридцать, а потом вернутся. Просочатся незаметно и нанесут удар.

Проблемной же новость была в том смысле, что так сразу и непонятно, какие дальнейшие шаги предпринимать. Мягко говоря, сейчас половина мира в напряжении замерла. Европейские роды обиду затаили и готовы развязать конфликт. Выступив как против Соколова, так и против князя. Российские роды тоже накручены. Очень уж им не понравилось, что мирное население взрывали. Азиаты тоже нос по ветру держат и не прочь, если случится у их соседей небольшая война.

Все будто происходило на пороховом складе, где не самые умные люди решили поиграть с бензином и спичками. Или умные, но самонадеянные, верящие в собственную исключительность и в то, что взрывом накроет не их.

– Как Соколов очухается, направь его ко мне, – сказал князь. – Можешь идти. Если что-то где-то зашевелится… Ты понял.

Родион поклонился и ушёл.

– Что с парнем собираешься делать? – спросил Игнат.

– Да вот думаю к награде его приставить. Врага государства уничтожил? Уничтожил. Пусть теперь отдувается. Славу он себе и так на весь мир обеспечил.

– Как бы не убили.

– Так пытались, – хмыкнул князь.

– И то верно. Как думаешь, что с ним?

– Не знаю. Мы уже раз наблюдали, как он слёг с истощением. Может, сейчас также?

– Может. Ты бы послал Ольгу проверить, – предложил Игнат.

– Сами разберутся. Не маленькие. Лучше давай подумаем, что нам дальше делать. Работы-то не убивалось со смертью Шестого. Если это вообще он был.

– В мир с организацией я не верю.

– Никто не верит. Поэтому и будем думать, что с ними делать. Надо развить успех, но аккуратно. Чтобы без большой войны.

* * *

Когда драка закончилась, я подошёл к стене и уселся прямо на пол. Минут двадцать тупо сидел и смотрел в никуда, осмысливая произошедшее.

Проведенной битвой я не был доволен. Противник повержен, есть уверенность, что это и правда был Шестой, а значит, дело сделано. Сам факт вызывал спокойное удовлетворение и в какой-то степени радость. Я словно в прошлую жизнь окунулся, когда темных алхимиков выслеживал. Шестой не алхимик, но враг в некотором роде куда опаснее.

Недоволен же я был не самой победой, а тем, как пришёл к ней. В момент нападения времени рассуждать не было. Счёт шёл на доли секунды, и любое промедление могло стоить мне жизни. Поэтому я ударил с запасом. Применил продвинутую алхимию разрушения. Хотя слово разрушение слишком медленное для того, чтобы описать происходящее. Скорее уж алхимия уничтожения, когда всё, что попало в поле действия печати, стирается из реальности. Призрачная форма шестого ему не помогла. Я бы удивился, будь иначе.

Вот и получается, что ценного информатора я потерял, а значит, узнать про остальных хранителей-смотрителей не получится. Перешёл черту и применил то, что применять было нельзя. Прямо сейчас зарождается аномалия. Это не так уж страшно. Опыт работы с такими штуками у меня есть. За день-два исправлю то, что натворил, а через пару месяцев здесь всё вернется на круги своя.

На этот раз мне не хватило точности подготовки. Самой подготовки хватило. Но будь она чуть вывереннее, я бы взял Шестого в плен.

Чувствовал я себя выжатым. Навалились усталость и опустошенность, но с этим можно жить и работать. Переместился домой, успокоил Катю и сказал, что дело сделано. Родиону тоже новость передал и сказал, чтобы меня в ближайшее время не трогали. Пора взять отпуск и разобраться со всем тем, что накопилось.

Как закончил с этой частью дел, вернулся обратно в пещеру и взялся за наведение порядка. Надо было исправить то, что сам и наворотил.

* * *

Закончив в пещере, следующий день я посвятил отдыху. Провёл время с женой, пообщался с друзьями. Режим осады пока никто не отменил, но я чувствовал, что впереди ждёт период затишья. Кризисный цикл пройдён, и дальше идем на снижение. Одних лишь ощущений недостаточно, чтобы отказаться от осторожности, поэтому ещё несколько дней проведем у меня дома, а там видно будет.

На второй день ко мне снова заявилась Исида.

– Здравствуйте, Эдгард, – сказала женщина.

Та же самая, кстати. На этот раз она не меняла посланницу. Может, и правда сама Исида? Но нет, не верю я в это.

– Зачем на этот раз пожаловали? – с ленцой спросил я.

В тот момент меня больше волновало не то, что она скажет, а сама личность Исиды. За последний месяц я видел людей, которые управляли холодом, высокими температурами, умели разрушать материю с печатями и переходить в нематериальную форму. Последнее так вообще за гранью. Обдумав бой, я перестал себя винить за поспешность. В случае этой способности все обычные методы могли оказаться нерабочими, а Шестой не тот противник, который дал бы время себя изучить.

Четыре случая – это уже не просто случайности. Это вполне конкретная закономерность, которая говорила о том, что существовать может что угодно.

Так что же за козыри у Исиды?

– Госпожа передаёт поздравления, вы разобрались с Шестым.

Улыбка сама наползла на мои губы. И на той стороне поняли её смысл. Чем подтвердили – я общаюсь с Исидой, которая не Исида.

Это не была улыбка радости. Не было это и победной усмешкой. Это был оскал зверя, готового уничтожать. Я сам не знал, что во мне есть такие черты. Это было плохо, темная сторона коснулась меня, и с этим тоже предстояло разобраться.

Но в тот момент я об этом не думал. Оскалился, выражая готовность продолжить войну, наплевав на любой здравый смысл. Исида правильно оценила этот посыл, напряглась, сделала рефлекторно шаг назад. Она быстро вернула контроль над собой, но первую реакцию не удержала.

– После его смерти причин для войны не осталось, – сказала она ровным тоном. – Действовал он по собственной воле, вопреки приказу оставить вас в покое, – голос женщины обрел официальные нотки.

– Причин хватает, – возразил я. – Но вы правы, война никому не нужна. Не лезьте ко мне. Не пытайтесь подружиться, как-то воздействовать или создавать проблемы. Тогда и я не буду вас трогать.

– Так тому и быть, – ответила женщина, мы несколько секунд смотрели друг на друга, а потом она ушла.

* * *

В тот же вечер в гости заглянула Ольга Владимировна. Я ей доступ прямо к себе в кабинет открыл, куда она и переместилась. К гостям, если захочет, позже выйдет. Уж с дочерью точно увидится. Хотя не факт. Ходоки имели возможность в любой момент встретиться, поэтому ситуация, когда они могут не увидеться, вполне реальна. Впрочем, неважно.

– Привет, Эдгард. Ты как?

– Устал.

Это было не совсем правдой. То, что со мной происходит, казалось усталостью в первые дни, а сейчас я начинал подозревать, что причина в другом.

– Бывает. Что хотел показать?

Внимательный взгляд Ольги Владимировны от меня не укрылся. Уверен, она меня просканировала и все странности в ходе разговора отметит.

Я включил ей запись. Давно это надо было сделать, но все мы горазды задним умом. Очередное появление Исиды было предсказуемым. Поэтому я заморочился, установил скрытую камеру, а уж подвести женщину под объектив труда не составило. Уточню, что камеру с максимально хорошим разрешением. Так-то вокруг здания хватало обычных камер для контроля территории, но их недостаточно для точечного анализа мимики.

Пока слушали, с первого этажа раздались крики. Обычные детские крики. Кажется, Матвей опять с Киром дурачатся. Носятся по дому как угорелые. После того как подтвердилась информация, что с семьей парня всё в порядке, да и благодаря хорошим новостям, что противник повержен, в дом вернулась уютная атмосфера, и каждый сходил с ума на свой манер. Ольга Гвоздева в клинику отбыла с усиленной охраной. Сергей за сыном присматривал. Но если быть точным, то за ним больше Матвей присматривал. Вот кто любимчик женщин и детей. Причем он это делал так успешно, что все в доме успели заметить особые взгляды, какие на него бросала Нино. Чувствую, сразу после свадьбы у них появятся маленькие Матвейчики и Нинчики.

Ольга Владимировна мою реакцию заметила и улыбнулась. Её взгляд многое выразил. Шум внизу не сильно отвлёк. Досмотрели запись. Она короткая, просмотр много времени не занял.

– Что ты хотел обсудить?

– Для начала перечислю факты. Первый раз, когда Исида прислала посланницу, та сгорела заживо. Я специально уточнил у Родиона. Останки нашли и смерть подтвердили. В следующие разы были другие женщины. Единственный случай, когда человек пришёл второй раз, – это сегодня. Следующее, что стоит отметить, я полностью заблокировал любые известные сигналы. К тому же это моя земля, а значит, переходы в радиусе полукилометра невозможны. А в радиусе километра я бы их засек. Ничего не было. Никто за нами не подсматривал.

– Могли наблюдать с более дальнего расстояния.

– Могли, но как вы себе это представляете? Чтобы оперативно реагировать на мои слова, нужна хорошая видимость и передача сигнала. Который вроде как передаваться не мог. Если только Исида не пользуется какой-то уникальной, продвинутой технологией.

– Что в целом возможно.

– Да, но я не верю в это. Посмотрите внимательно на мимику женщины.

– Я уже посмотрела. Она выглядит так, будто это и есть Исида.

– При этом эта женщина определяется как обычный человек. Не бес, не ходок, не одаренная. Также было и с другими посланницами.

– К каким выводам ты пришёл?

– А вот ради этого я и позвал вас. Хочу обсудить увиденное.

– Это была и не была Исида, – задумчиво сказала Ольга Владимировна.

– Я тоже так подумал. Какой-то дар? Вы знаете что-то о способностях контролировать людей на расстоянии или вселяться в них?

– Не слышала. Разве что на уровне сказок, которым нет веры. Так-то в мире хватает всяких упоминаний о ведьмах, демонах, бесах и прочей нечисти, которой приписывались различные мистические способности. Если это контроль на расстоянии, то дистанция способности должна быть очень большой. Учитывая те меры, которые ты принял.

– Значит, не контроль на расстоянии, хотя до конца этот вариант отбрасывать нельзя. Вселение? Вы уже получили отчёт, что продемонстрировал Шестой? Переход в нематериальную форму.

– У меня от этого до сих пор голова кругом и волосы дыбом, – вздохнула женщина.

Ещё бы. Эта способность сводила на нет любые меры защиты. Если существует кто-то подобный, то он может прийти куда угодно.

– Но я уже нашла зверей, у которых есть подобная способность. Призрачные гиены. Их не видели несколько сотен лет. Проживали они в Африке.

– У организации есть мастер зверей, – сказал я, сам не зная к чему.

Тот случай, когда связь возможна, но чтобы понять, что именно этот мастер мог сделать, не хватает знаний.

– Хватает, – кивнула Ольга Владимировна, – Включи ещё раз запись.

Рассмотрели видео во всех деталях, с остановками. Не было сомнений, что реакции спонтанные, а значит, принадлежащие самой Исиде. Или кому-то с достаточно высоким уровнем допуска, чтобы быть вовлеченным во всё это. Нерядовая посланница как минимум.

– Если эта Исида такая умная и хитрая, – заметила Ольга Владимировна, – то почему так глупо подставляется и даёт заметить явную нестыковку?

– Я никогда до этого не применял технологию блокировки сигналов. Она и сама может в этом не разбираться, думая, что бутафорского наушника достаточно.

– И рассчитывать на то, что сработает инерция мышления и люди сами додумают? Это нужно быть неосторожной, наглой и самоуверенной.

– Что вполне возможно в случае старухи, которая дурит людей… Ну, сколько-то десятков лет она это точно делает. Могла и зазнаться.

Вспомнился старик Майер, который тоже аристократ, из влиятельной семьи и вообще тот, от кого запредельной тупости не ждёшь. Но тем не менее в гордыне своей он ошибался и не раз.

– Рассчитывать на глупость врагов… глупо.

– Не спорю, – согласился я.

– Если исходить из того, что это не оплошность, то… Что тогда?

– Демонстрация силы? Попытка заинтересовать? Или и вовсе я себя накрутил и придумал то, чего нет.

– Всё может быть. Надо подумать, как использовать эту информацию.

– А что тут думать. Ловить надо.

Мысли по этому поводу у меня были.

– Рискованно.

– А что поделать. Лучше быть готовым, чем неготовым. Надо описать все варианты, какими Исида может общаться через других людей. А дальше я что-нибудь придумаю.

Когда она придёт в следующий раз, впервые буду ждать её с радостью.

* * *

Исида переместилась, открыла дверь и вошла в кабинет Основателя. Тот стоял у окна и смотрел на улицы города.

– Как прошло? – спроси он, когда женщина подошла.

– Двояко.

– Что ты имеешь в виду? – повернулся к ней мужчина.

– Мне кажется, Соколов психологически нестабилен.

– Даже так… Поясни свои выводы.

– Мы на него долго информацию собирали. Следили, составляли профиль. До этого конфликта он был другим человеком. Здесь же… Такое впечатление, что слетел с тормозов, и дай ему повод, развяжет масштабную войну.

Исида вспомнила, как они общались. Тот момент, та улыбка… От Соколова повеяло чем-то темным и опасным, что даже её заставило испугаться.

– Он тебя напугал?

– Да.

– Тогда хорошо, что ты его не разозлила.

– Что случилось с Шестым? – спросила Исида.

Ей было известно, что тот погиб. Но как это произошло, при каких обстоятельствах – она не знала. Информация пришла от самого Основателя. Чуть ранее он вызвал её, сообщил новость и отправил снова предложить мир.

– Он решил уйти с честью, – ответил мужчина.

Исида поняла, что подробностей не услышит. А ещё она понимала, что Основатель не сильно удивился смерти одного из хранителей острова.

Глава 6. Незадавшийся отдых

На третий день отдыха я подметил, что усталость не проходит. На четвертый откровенно заскучал. На пятый чувство утомления оформилось во что-то более конкретное. Тогда же я закрылся в мастерской и взялся проводить эксперименты.

То, что со мной происходило, было несколько нестандартным. В прошлый жизни я убивал и таких откатов не ловил. В этом же прослеживалась тенденция. Первый раз нечто похожее случилось, когда Катю и Софию похитили. Там тоже напряженный период вышел, который закончился истощением. Сейчас история была несколько другая, но схожая. Я не чувствовал себя энергетически истощенным. Сначала думал, что в этом дело, обычная перегрузка организма, но нет, начинал понимать, что причина в другом.

Я как будто для себя новый пласт жизни открыл. Для изучения которого не оказалось инструментов. Задумался об этом, весь день ходил хмурый, Катя беспокоиться начала, успокоил её, как мог. Заглянул к Ольге Гвоздевой и получил неутешительный вердикт.

– Насколько я вижу, – сказала она после осмотра, – ты полностью здоров, признаков физического истощения не наблюдается. И это странно, потому что визуально они есть. Давно в зеркало смотрелся?

– Да мне супруга уже высказала по этому поводу.

– Бледный вид, круги под глазами, полопавшиеся капилляры. У тебя самого есть мысли, что с тобой?

– Предположения. К сожалению, самый просто вариант оказался неверным.

– Если нужна помощь…

– То я обязательно обращусь, – улыбнулся и заверил я женщину.

Закончив приём, переместился домой, сразу в кабинет, где уселся за стол, достал блокнот и принялся набрасывать гипотезы.

Мне было известно, что темные алхимики неспроста так назывались. При переходе через определенную черту их разум менялся, как и отношение к окружающему миру. Тогда я исследований не проводил, воспринимал всё на уровне: они плохие, гробят мир, их надо остановить и убить. Сейчас же, с позиции полученного образования, да и в целом значительно расширившегося кругозора, предположу, что изменения проходили на многих уровнях. Возможно, сам организм мутировал. Эту идею подтверждало то, что темные и внешне часто менялись. Кожа синела, вены проступали, глаза краснели – и это самое безобидное, что я встречал. Попадались «преображения» и похлеще, когда человек превращался в настоящего урода.

Сейчас я выглядел как давно не спавший человек, хотя со сном был более-менее порядок, да и Гвоздева истощения не диагностировала. При этом признаки истощения имелись. Да и на уровне ощущений я чувствовал себя не очень. Что несколько странно, потому что если имеются внешние проявления, то и на физическом уровне это должно сказаться. Если только из-за регенеративных способностей бесов и общей укрепленности тела общее состояние не приводится в порядок.

На этой мысли в животе заурчало, намекая, что надо бы подкрепиться. А вот и подтверждение. Аппетит и правда на удивление хороший в последние дни. Получается, организм самовосстанавливается, отсюда увеличение потребности в еде, и, пока он справляется, Ольга не видит проблемы, но она есть, на недоступном целителю уровне?

Записал эти мысли и вернулся к размышлениям о первопричинах.

Наивные суждения, что темные изменялись, потому что плохо себя вели, я всерьез не рассматривал. Ученый во мне разложил процесс на составляющие и попытался определить, что первично, а что вторично. Есть факт изменений. Есть характерные действия разрушительного порядка, которые предшествовали этому. Причем последние надо раскладывать на несколько групп. Военные операции, убийства, повышенный стресс, сама алхимия и то, какой смысл для мира несло её применение.

Я хотел понять, какие именно действия вызвали накопление чего-то, что вот уже который день давит на меня изнутри. За точку основы взял энтропию. Так алхимики называли процесс разрушения, который накапливался в мире, а особенно в ходе некоторых практик. По сути, алхимия разрушения – это заигрывание с энтропией, как с одной из базовых сил вселенной. Проверил себя на её содержание и не удивился, когда обнаружил повышенный уровень. Но не настолько, чтобы он стал причиной моего странного состояния.

Дальнейшие эксперименты ничего не дали. И так, и эдак я пытался найти хоть что-то, но не мог. При этом напряжение внутри нарастало, будто что-то требовало выхода. Мистика какая-то. Я даже начал подумывать, что на мой разум повлияли или как-то отравили.

– Ты какой-то сам не свой, – заметила Катя, когда мы уже спать легли.

Сегодня первый день, когда гости разъехались. Я выдал им всем по мешку артефактов, люди Родиона тоже присматривают, но всё равно боязно, как бы чего не случилось. Только вот метания мои были связаны с другим.

– Да странные ощущения терзают в последнее время, – признался я.

– Что за ощущения?

– Сам не знаю.

– На что похожи?

– Будто я наделал грязи и не прибрался за собой. Причем сам не заметил, и теперь где-то на периферии сознания засела мысль о грязной посуде.

– Так сходи и помой.

– Проблема в том, что эту посуду уже не помыть.

– Так найди другую.

Я скосил глаза и посмотрел на Катю. Последнюю фразу она сказала сонным голосом. Вот у кого нервы стальные. Ни капли лишнего беспокойства. Прижалась ко мне, ногу закинула, сопит на груди.

Найти другую посуду. Звучит бредово, но почему бы нет? Стоило подумать об этом, как ощущения стали конкретнее. Появилось желание что-то сделать. Да настолько сильное, что следующие часа три я уснуть не мог. Только к середине ночи кое-как уговорил себя отключиться.

* * *

Утром отправил сообщение князю, что хочу встретиться. Тот долго не тянул, предложил увидеться в обед.

– Здравствуй, Эдгард, – сказал он, когда я вошёл в приёмную. На этот раз встретились наедине. Даже странно, что нет вечно присутствующего Игната.

Я сел в предложенное кресло, стоявшее у бездействующего днём камина. Лучше бы их подвинуть к окнам, там светлее и приятнее, но нельзя. По протоколу безопасности через окно недруги могли заснять важные переговоры.

– Как самочувствие?

– Нормальное, – ответил я, сдерживая порыв поёрзать в кресле. – Мне нужна земля. Вы обдумали это?

– Кхм… – князь нахмурился.

Наверное, у него имелся какой-то свой план беседы. Может, он хотел обсудить организацию, последние события и последствия. Я это понимал, но не мог сдержаться, сам удивляясь тому, что со мной происходит.

– Уточню, что дело не в земле. Просто… Просто мне сейчас нужно какое-то дело. Без сражений и всякого такого.

– Ты же вроде передал, чтобы тебя месяц не трогали. – Короткая заминка прошла, и князь снова выглядел собранным и расслабленным, как человек, у которого всё под контролем.

– Лучший отдых – это смена деятельности. Так ведь говорят. Дома сидеть надоело. Возиться с обычными задачами – тоже. Хочу заняться чем-то новым.

– И для этого тебе нужна земля.

– На самом деле любые проблемные участки в государстве, но если это станет родовой землей, то я не сильно расстроюсь.

Князь улыбнулся, показывая, что шутку оценил.

– У меня было в планах наградить тебя официально. Выдавать за это сомнительный кусок земли – люди не поймут.

– Пусть не понимают. Если что, можно сказать, что я сам так захотел.

Только вот князь не тот человек, который будет кому-то что-то объяснять. Не тот статус и положение у него. Но ничего. Не зря во дворце живут и работают десятки человек. Найдётся, кому нужные сведения передать.

– Мне подготовили список мест, где можно заложить город, но ты подумал над пожеланиями? – терпеливо спросил князь.

Кажется, он решил, что я немного не в себе, а с психами, как известно, лучше не спорить.

– Дайте мне самый запущенный, дрянной и проблемный участок.

– Прямо так?

– Да.

– Если ты настаиваешь. – Князь залез в ящик стола и достал папку. – Здесь подготовленные документы. Если территория подойдёт, поставь подпись, и земля будет твоей. Не вся область, а та часть, которую сможешь облагородить. Устроит?

– Вполне.

Я залез в папку и вчитался в сопроводительный документ, который описывал, что именно мне предлагают. Ого. Да это и правда дыра.

– Беру.

Если князь ожидал другой реакции, то я его разочаровал.

– Как разберешься… кхм… со своими делами, – князь имел в виду вовсе не дела, а моё внутреннее состояние и не совсем адекватное поведение. – Зайди, есть ряд тем, которые нужно обсудить.

– Хорошо.

Я встал, поклонился, отошёл на пару шагов и открыл портал. Эта пара шагов была сейчас максимумом вежливости, на который я способен.

Руки чесались приступить к делу.

* * *

Спустя час вместе с Катей я прибыл в указанную точку.

– Либо я чего-то не понимаю, либо это самая странная сделка в истории страны.

– Ну, выглядит не очень, соглашусь.

Место, которое отдал князь, оно… Первое, что бросилось в глаза, – это полчище воронья, разлетевшееся, когда мы появились. Прыгнули мы сюда в броне, само собой. Как минимум ради фильтрации воздуха, и то, что мы тут встретили, подтверждало, что решение было единственно верным. Второе, за что цеплялся взгляд, – бескрайние горы мусора. И когда я говорю горы, это прям горы.

Больше ничего я не разглядел, потому что отсюда был плохой обзор. Но я знал, что где-то дальше останки разрушенного поселения, горные щели и кратер.

Когда-то здесь располагался нормальный город. Не особо большой, не самый богатый, обычный. По крайней мере, так было написано в документах. Потом упал метеорит. Событие настолько редкое, что никто предсказать не мог. Упал для жителей не очень удачно. Значимая часть города была разрушена, коммуникации тоже, много погибших и пострадавших. К тому же возникла непонятная аномалия, из-за которой люди начали болеть. Как итог, население эвакуировали. Выпало это событие на очередной период «слабой власти», так что никаких организованных действий не предпринималось. Спасались, как могли.

Аномалия исчезла лет через десять. Это заметили, но за восстановление городка никто браться не стал. По-другому решили использовать «испорченную» территорию. У неё ещё и слава дурная возникла. Трупы-то далеко не все похоронили. Судя по описанию, если сейчас пройтись по улицам города, легко встретишь груды костей.

Так вот. Со всех ближайших окрестностей сюда решили свозить мусор. Не прямо в город, а рядом. Благо природе это не очень-то и вредило. Возникшая аномалия уничтожила большую часть растительности вокруг. Леса сгнили, озера обмелели или превратились в болота.

– Ты правда хочешь построить город здесь? – выделила Катя последнее слово.

– Почему нет?

– Даже не знаю. Так сразу на ум и не приходят возражения.

– Всё не так плохо.

– Если это не так плохо, то боюсь спросить, что в твоем понимании по-настоящему плохо.

– Правильно, лучше не спрашивай.

Здесь не расползается ткань мироздания, а это уже хорошо.

– В переданных документах говорилось, что это место начало влиять на экологию ближайших городов. Вода хуже стала, смрад доносится, стаи ворон налетают.

– А там не указано, почему этим никто не занимается? – спросила Катя.

– Потому что руки до сих пор не дотянулись.

Типичная проблема управления любым крупным предприятием. Даже на простом уровне редко возникают ситуации, когда нет проблем и нечего улучшать. В масштабах страны и того хуже. Приходится выбирать те проблемы, которыми необходимо заняться в первую очередь. А вот такие задачки простаивают, потому что… Потому что до всего не дотянуться.

– Если серьезно, ты сможешь сделать с этим что-то? – спросила Катя.

– Постараюсь.

– А если без ложной скромности?

– Постараюсь превратить это место в цветущий край.

– И в договоре указано, что ты получишь столько земли, сколько сможешь облагородить?

– Именно.

– Тогда, если получится, то…

– То да, наша семья получит неприлично большой кусок родовых земель.

– А ты – репутацию человека, который может превратить… Помойку в конфетку.

– Типа того, – улыбнулся я под шлемом.

Снимать его здесь не рискнул.

– Ты можешь идти, – сказал я Кате. – Дальше сам справлюсь.

– Тебе точно помощь не нужна?

– Найди архитекторов, имеющих опыт в строительстве городов.

Катя замерла, обдумывая сказанное.

– Что же… Когда выходила за тебя замуж, я была уверена, что скучно не будет.

– Иди уже, – рассмеялся я. – Предоставь грязную работу мужу.

* * *

Оставшись один, я впервые за последние недели не то чтобы почувствовал себя хорошо, скорее ощутил правильность происходящего. И это было странно вдвойне. Я готов понять усталость. Готов понять переизбыток насилия и психическое напряжение. Но вот чтобы нечто изнутри направляло меня на… А на что, собственно? Постарался выделить, что так привлекло меня на этой земле, и пришёл к выводу, что возможность улучшить какую-то часть мира.

Н-да. Есть, над чем подумать. Но позже. Сейчас делом займусь.

Замерил уровень энергии. Здесь он оказался катастрофически низким, что осложняло задачу на порядок. Ничего страшного, этот вопрос тоже решаем.

Свалка никому фактически не принадлежала. А если быть точным, отныне принадлежала мне. Поразительное расточительство. Имею в виду не то, что мне это передали, а то, что никто до этого не догадался использовать её. Это ведь такое количество различных элементов, металлов и сплавов, что страшно представить.

Для начала создал большую печать сбора энергии. Использую её как подзарядку, потом ещё подобных насоздаю и выстрою сеть. Потом провёл полноценный анализ территории: начиная с того, какие металлы и вещества встречаются среди груд мусора, и заканчивая тем, какой уровень мировой энтропии накопился в этом месте. Высокий. Это место идеально подходит для того, чтобы создать язву. Ну, или червоточину, как ещё называют раны на ткани мира. Достаточно провести парочку темных ритуалов – и готово. Хорошо, что здесь не бродят темные алхимики.

Вторую большую печать сделал под сбор энтропии. Сейчас понимаю, что это тоже разновидность энергии, но разрушающего типа, а не созидающего. Вот бы придумать печать конвертации энтропии в созидание, и тогда получится вечный источник энергии. Мечты, мечты. Нарушающие основной закон алхимии, гласящий, что у всего есть цена. Пока печать собирала то, что накопилось в округе, набросал поддерживающие печати на земле и пошёл заниматься свободной трансформацией, отделяя одни материалы от других.

Провозился до самого вечера, закончил, когда стемнело. Прикинул свою скорость, объём работ и понял, что так до скончания времен буду возиться. На этой ноте переместился домой, оставил броню в восстановленном гараже, поздоровался с женой и отправился в ванну отмокать. Надо бы ещё сделать блок для очистки брони. А то я с собой такой смрад принёс, что жена бы меня точно выгнала за подобные «шутки».

Минут через пять в ванну заглянула Катя. В халатике. Красном. И коротком. Мысли сразу свернули с тяжких дум о судьбах мира на вещи более приятные и прозаические. Хороший признак. Вроде отпахал весь день, а усталости не чувствую, наоборот, душевный подъём.

– Я тебе перекусить принесла.

– Сыр, шоколад и вино?

– Да, заскочила сегодня в наши любимые места, решила тебя побаловать. Как знала, что поздно придёшь.

– Что бы я без тебя делал.

Сегодня был тот редкий случай, когда я позволил себе расслабиться и залез в ванну с солью и пеной. Катя присела рядом, у бортика, и поставила передо мной поднос. Он не в воздухе повис, само собой. Поднос-то специальный был, как раз чтобы на ванну ставить.

– Как прошёл твой день?

– Типично для первых дней в любом большом начинании. – Я подхватил кусочек сыра и закинул в рот.

– Это когда конца-края не видно?

– Ага. – Следом за сыром последовал шоколад.

Катя отпила немного вина из бокала, поставила его на пол и перешла мне за спину. Ванну я специально для супруги создавал. Она стоит вдали от стен, можно сказать, что почти посередине комнаты, напротив окна. Материал особенный. Я там по полной наалхимичил, чтобы тепло быстро набирало, а удерживало долго. Окно тоже непростое. С той стороны ничего не видно, а с этой неплохой вид. Правда, сейчас видна лишь выжженная земля, но что поделать. Жизнь – сложная штука.

Лишние мысли как-то быстро улетучились, когда Катя начала массировать мне плечи. У высших бесов пальчики стальные. Хорошо проминают.

Ну а там, слово за слово, жена оказалась в ванне, рядом со мной, а об остальном история умалчивает.

* * *

На второй день я занялся оптимизацией своей работы. Если обобщить задачу, мне нужно разобрать гору мусора на составляющие, забрать ценное и уничтожить ненужное. Это можно сделать последовательно, участок за участком, а можно набросать печать побольше… Такую, которую я ещё не создавал. Но если я планирую строить город, где в основе будет лежать сложная алхимическая система, то надо же с чего-то начинать.

Спустя два дня, открыв проход в небо, глянул с высоты на то, что получилось. Отсюда был хорошо виден получившийся узор. Печать окружала всю свалку. Сил я угрохал в это немеряно, зато, если получится, разом решу проблему.

Свалку опоясывал круг. Внутри него расходились линии, которые я прорубил прямо в грудах мусора. Это была самая неприятная часть. Неожиданно больше всего проблем доставила живность. Вороны и крысы. Последние так и вовсе мутировали во что-то странное, некоторые особи достигали размера собак. Я прислушался к себе и решил, что их уничтожение не будет чем-то уж совсем плохим. Скорее наоборот, поможет этой части мира прийти в норму. Поэтому сейчас в печать была встроена ещё и функция уничтожения злобных тварей.

Заряжаться всё это будет с неделю. Энергии здесь дефицит, и я пока не выстроил систему, чтобы это исправить.

Хороший вопрос для исследований – почему здесь энергии мало, а в городах много? Надо сделать пометку, чтобы изучить этот вопрос глубже и провести замеры в различных местах.

Как закончил с первым этапом работ, день отдохнул, провёл его дома. Один раз заглянул, чтобы проверить, не появились ли сбои. Тройку правок внёс и вернулся. На следующий день отправился к Ольге Гвоздевой. Встретились с ней в целительском центре, где она разгребала накопившиеся дела.

– Без обид, Эдгард, – сказала она после приветствий. – Но работы и правда много. Давай сразу к делу.

– Я ищу тех, кто может работать с растениями.

– Что именно делать? Ты же не про огородников спрашиваешь, чтобы рассаду на следующий сезон выбрать?

– Нет, про трансформацию растений. Думаю, ты понимаешь, о чём я.

Всегда была вероятность, что нас слушают, поэтому иногда мы общались намеками. В частности, говорили про нашу работу по изменению человеческих организмов и усиление потенциала. Ольга в этом хорошо разобралась, и, благодаря ей, я продвинулся в своих изысканиях.

– Для чего? – откинулась она на спинку белого кресла.

– Мне родовой земли подкинули. Там с растениями плохо. Хочу засадить.

– Так, а в чём проблема?

– Ну, во-первых, мне нужна помощь, чтобы выстроить экосистему, которая не загнётся в тяжелых условиях. Во-вторых… Мне ещё много чего было нужно, в том числе хотелось бы начать работу по изменению растений.

Я хотел совместить растения и алхимию. А если быть точным, то создать несколько новых видов, которые помогут решать конкретные задачи. Такие, как выработка энергии, очищение пространства вокруг, ну и… Я пока слабо представлял возможности этого направления, чтобы точно сформулировать дополнительные цели.

– То есть тебя интересует одаренные, способные изменять растения? – догадалась Ольга.

– Да. Я подумал, может, ты знаешь что по этому направлению.

– Не знаю, – разбила она мои надежды. – В теории такие могут существовать. Также в теории такому могут научиться обычные целители. Но… – она развела руками.

Понятно. Никто особо не заморачивался на эту тему и тем более не хотел класть всю жизнь на изучение растений. Выгоднее пройти проторенной дорожкой и стать целителем. Без хлеба точно не останешься.

– Тогда, получается, я зря тебя отвлёк.

– Почему же… Давай так. Я как дела разгребу, подумаю над твоим вопросом. Поспрашиваю коллег. Может, что или кого найду.

– Спасибо.

* * *

После Ольги встретился с Августом. Вообще, я просил меня не трогать месяц, чтобы разобраться в себе и переключиться с режима войны на мирный лад, но наследник князя написал, спросил, что и как, а я, подумав, не стал ему отказывать. Всё равно несколько дней свободных есть, так почему бы и нет.

Собственно, встреча свелась к фразе: «Эдгард, всё готово, ждём только тебя». Под «всё» имелся в виду проект «порталы для обычных людей».

– Не вопрос, – ответил я. – Но у меня новое условие.

– Какое? – свёл парень брови, ожидая подвоха.

– Сделаем проходы через единую зону.

– Так это обсуждали уже, не проблема, – Август успокоился.

– Да, но это место будет на моей земле.

– На новой? – вот теперь он снова нахмурился.

– Ага.

– Но там же…

– Печально? Не то слово. Но ты удивишься, когда попадешь туда. Да и построим отдельное здание, чтобы люди не видели, что вокруг. Пока не видели. Потом, надеюсь, будет, на что посмотреть.

– Что ты там задумал сделать?

– Приходи через пару недель, увидишь.

– Да я и сейчас могу заглянуть.

– Загляни, – улыбнулся я.

Ходока от любопытства никак не остановить. Место он знает, сможет туда переместиться в любой момент.

– Так, но погоди, стройка займёт много времени.

– Думаю, это произойдёт быстрее, чем ты думаешь. Надо только хороших строителей найти.

– Как-то ты слишком оптимистично на это смотришь.

– Просто я сам буду строить.

– Эм… – Август растерялся.

– В открытости есть свои плюсы, – подмигнул я ему. – Кстати, может, подскажешь хороших архитекторов?

– К Кротовым обратись. Правда, они занимаются масштабными стройками, но вдруг тебе подойдет.

– Хорошо, загляну к ним.

* * *

С Сергеем Кротовым меня связывали специфические отношения, которых вроде нет, а вроде есть. Когда-то Коршунов убил его сына, Адама Кротова. А я убил Коршунова. По крайней мере, надеюсь на это.

Вот и получается, что до этого мы пересекались только на званых ужинах, в лицо друг друга знали, но тесного знакомства не водили. Тем не менее выход на него у меня был. Через супругу. Катя знала чуть ли не всю аристократию, глав родов уж точно. Я связался с ней и попросил организовать встречу, заодно спросив, будет ли нормальным предложить работу им. На что девушка ответила, что да. Заодно и подробнее рассказала про то, как они работают.

Если кратко, то Кротовы в основном занимались государственными заказами, но при этом имели дочерние компании, которые работали с проектами поменьше. То есть выполняли заказы для аристократов и частных лиц, кому нужно было построить здание, район или что-нибудь масштабное. Встретились мы следующим вечером, у них дома. Нас с Катей пригласили на ужин, так что пришлось залезать в костюм. Для разнообразия небронированный.

О самом вечере и сказать-то нечего. Он для меня как-то незаметно прошел. Ужин, еда, красивый дом, разговоры ни о чем. Как закончили эту часть, Сергей Кротов пригласил на разговор… Ну, наверное, это можно назвать библиотекой. Книг здесь было много. А ещё стандартный набор в виде дивана, кресел, камина и бара. Он налил нам выпить и уставился на меня, выжидая, что я озвучу тот вопрос, с которым пожаловал.

Сам глава рода выглядел… Как упитанный человек. Плотно сбитый, гладко выбритый, с короткими черными волосами, не самый высокий и с угловатыми плечами. Иначе говоря, он не был бойцом. Те аристократы, которые плотно налегали на физическое развитие, выглядели совсем иначе. А этот скорее похож на зажиточного купца. Ну да ему можно. Не всем же войной заниматься.

Начал я издалека, сказал пару любезностей, поблагодарил за ужин. Мне было неизвестно, в курсе ли Кротов, что я прикончил Коршунова. Князь ему мог и не сказать. Или, наоборот, сказать, чтобы успокоить мужчину. Как-никак, он сына потерял. Да и не только сына, там вроде как много погибших было. Коршунов жестоко поступил, превратив Адама в живую бомбу и отправив домой.

– Спасибо, что приняли так быстро. Задача, с которой я к вам пришёл, – строительство города.

– Города? – удивился мужчина.

– Небольшого, скорее всего, исследовательского городка, а заодно большого логистического кластера.

– Под логистикой вы подразумеваете новую технологию стационарных порталов?

– Да. Я её автор.

Тут я тоже не знал, что ему известно. Слухи-то разошлись, что неудивительно. Возможно, Кротов даже работал с этим проектом, подготавливая структуру.

– Ожидаемо, – улыбнулся мужчина.

Как и то, что на этот раз он не сильно удивился. Кротовы – это род, который входит в клан Медведевых, а значит, уровень информированности у них выше, чем у рядовых аристократов.

– Но Эдгард, я пока не совсем понял, что именно вы хотите. В том числе от меня.

– Пока мои планы на уровне идеи. Я приступил к её реализации, но сами понимаете… За пару дней такое не решить. Поэтому сейчас я ищу подрядчиков по тем вопросам, которые передо мной встанут. Во-первых, нужен проект самого города. Замечу, что он будет довольно особенным, но эти детали я готов рассказать в процессе самой работы. А пока обозначу, что пожелания у меня будут странные.

– Насколько?

– Сложно сказать, не вдаваясь в подробности. Уточню, что пожелания касательно общей геометрии и расположения зданий.

– Это не так уж страшно.

– Надеюсь.

– И всё же, Эдгард, построить город – это глобальная задача. Но сейчас у вас, как понимаю, есть локальные вопросы?

– Да. Для начала нужно здание для перехода между порталами. С возможностью контроля. Причём нужно быстро, насколько это возможно. Для чего требуется проект.

– Такие дела быстро не делаются.

– А если очень нужно? – посмотрел я на Сергея.

На это он вздохнул и поджал губы. Ну да, глупо, наверное, выглядит. Приходит молодой парень и говорит, мне нужно быстро.

– Если очень нужно, то всегда есть варианты, но они дороже стоят.

– Я готов платить за скорость. Не в ущерб качеству, разумеется. Как вариант сделать масштабируемое здание и постепенно его достраивать.

– А где будет располагаться город?

Я назвал место, чем вогнал Кротова в… легкий внутренний раздрай.

– Но там же…

– Да, там всё плохо. Я сделаю так, что станет хорошо.

– Ну, вы парень талантливый, – сказал он с хорошо скрытой иронией.

– Если будем работать с вами, то сами увидите, – ответил я спокойно.

– Мой вопрос был к тому, что, есть ли там коммуникации? Электричество? Вода? Дороги?

– Последнее заменяется порталами, а первые два пункта… Я думал договориться с кем-то из соседних городов, чтобы протянули трубы. Старые не думаю, что получится восстановить.

– Молодой человек, – не удержался Сергей от предубеждений, – кажется, вы недооцениваете масштаб работ.

– Разумеется. Я же никогда не строил города.

Он отпил из стакана, подумал, побросал на меня многозначительные взгляды, снова подумал и перешёл к конкретике.

– Проще всего разобраться на месте. Давайте я пришлю к вам своего человека с командой, они осмотрят место, запишут ваши пожелания, а дальше будем думать, что с этим делать.

– Хорошо. Возможно это сделать через неделю?

– Думаю, да. Я уточню, что у нас по расписанию и позвоню.

На том и договорились.

Глава 7. Организация работ

Сменив одну деятельность на другую, работу с землей на переговоры, через три дня я устал от этого и вернулся обратно. Проверил, как работает печать и сколько энергии собралось, взялся докручивать всё это, но тут ко мне нагрянули гости.

После разговора с Кротовым я всерьез задумался о том, как обеспечить город всем необходимым. Водой и электричеством в первую очередь. С водой проще. Пусть окружающая среда и загрязнена, но я смогу создать систему фильтрации. Сразу большие запросы она не удовлетворит, ну так и сейчас здесь нет людей, кроме меня. Выстрою постепенно. Со вторым вопросом сложнее. В том, как вырабатывают электричество, я разбирался на уровне дилетантов. Знал про электростанции и догадывался, что, если делать здесь что-то своё, это усложнит проект ещё в десятки раз. Как вариант, можно протянуть кабель из ближайшего города. Что в целом должно быть возможно и не архи сложно, потому что сообщение с ним есть. Мусор же как-то свозят. Дороги имеются, вот вдоль них и можно протянуть. Ну, наверное. Надо специалистов подключать. В планах было встретиться с теми, кто за это отвечает в ближайших населенных пунктах, в частности с мэром города, но он сам меня опередил и явился сюда.

О нём я на тот момент ровным счётом ничего не знал. Поэтому, когда увидел незнакомого ходока, несколько напрягся.

– Эдгард Соколов? – позвал он. – Я Дмитрий Дроздов.

Имя мне тоже ничего не говорило, поэтому несколько минут ушло на объяснения. Дмитрий рассказал, что узнал про то, что теперь эти земли обрели статус родовых. А значит, у него прибавилось проблем, потому что мусор-то куда свозить? Он об этом не говорил, но я и так догадался, что узнал мужчина об этом пару дней назад как минимум и потратил это время на наведение справок. И, видимо, счёл, что со мной лучше не ссориться и как минимум сначала познакомиться. Может, он и просто адекватный, конечно, что было бы хорошей новостью.

– Да, вы правы. Это теперь проблема. То, как здесь поступали с мусором, неприемлемо. Придётся что-то думать.

Сам Дмитрий выглядел… Чем-то он мне Кротова напомнил. Разве что попроще. Сергей вращался в самых верхах, а этот тип… Ну, провинциальный аристократ с индексом опасности шестьдесят, что не так уж много. Посредственный ходок. Да и про фамилию я его ничего не слышал, что тоже показатель. Царь и бог у себя в городе, а по меркам страны аристократ средней руки.

Забавная ситуация, кстати, получается. Я, с одной стороны, всего лишь один человек и большой семьей похвастаться не могу. С другой – приближенный князя, которому родовую землю подкинули, да и достаточно нашумел. Забавность же в том, что так сразу и не скажешь, кто выше по положению. Мне с ним ссориться смысла нет, как-никак, будущие соседи. Ему тоже лучше озаботиться о мире. А то мало ли, чем это закончится.

Повисла пауза. Я обозначил, что Дмитрий не ошибся и что теперь действительно есть проблема. Надо, кстати, у князя узнать, какие есть протоколы по работе с мусором. Здесь-то понятно. Решали, особо не напрягаясь.

– Но ничего, придумаем что-нибудь, – сказал я, – Как раз хотел встретиться с вами, хорошо, что пришли.

– По какому вопросу?

– Электричество. Мне нужно электричество.

Не сказать, что ему понравилась тема. Обсудили, он обещал подумать. Я тоже обещал подумать насчёт мусора. Это для мэра он проблема. А для меня возможность. Сейчас печать запущу, и посмотрим, насколько это стоящее дело.

– Кстати, – остановил я, когда он уже собирался уходить. – Посмотреть не хотите?

– На что? – осторожно спросил Дмитрий.

– Как я поступлю с мусором.

– А вы с ним что-то делаете?

– Ага.

– Пожалуй, можно, – бросил он взгляд на часы.

Но так, скорее чтобы показать свою занятость, а не потому, что по-настоящему спешил.

– Тогда смотрите.

Общались мы в стороне от куч. Что ему удовольствия не добавило. То и дело морщился. Я-то в броне, сделал шлем прозрачным, чтобы говорить удобно было. Запаха не чувствую, а Дмитрию отдуваться приходится. Сам факт того, что он приперся в это место, о многом говорил. Видно, сильно его мой приход смутил.

Печать не была полностью готова, но и того, что есть, хватит для демонстрации. Внешне я ничего не сделал, но закладку активировал. Прокатилась незаметная глазу волна энергии, которую я прочувствовал и от которой даже через броню мурашки побежали, и завалы мусора принялись трансформироваться. Сложнее всего в печати было прописать условия, чтобы одни элементы отделялись от других и притягивались друг к другу в заранее размеченные места.

Выглядело красиво. Сам не ожидал, что так получится. Где-то половину свалки, а это очень приличная территория, распылило, и из поднявшихся облаков принялись формироваться завихрения.

Дмитрий отшатнулся, и я его за локоть придержал, чтобы не упал. А то конфуз случится. Кому понравится, если его запомнят валяющимся на заднице?

Действо заняло около трёх минут. В итоге получилось чуть больше двадцати сгустков-кучек. Какие-то больше, какие-то меньше. Не так уж много, как хотелось бы, зато свалка перестанет отравлять местность.

– Что это было? – спросил побледневший Дмитрий.

– Исправляю ошибки человечества.

– Но как?

– Я одаренный.

– А… – было видно, что он ничего не понял, но и ума догадаться, что объяснений лучше не будет, хватило.

– Не буду вас больше задерживать. Подумайте над тем, что обсуждали. Загляну к вам в ближайшие дни.

Дмитрий закивал и переместился. Я не стал этому препятствовать, убрав блокировку там, где он стоял. Сам же пошёл изучать то, что наделал.

* * *

Через три дня я разобрался со свалкой. После этого меня натурально отпустило. Ушло напряжение из тела, и я задышал свободнее. Желание построить здесь что-то новое никуда не ушло, но спешка и требование немедленно сделать что-то для мира, снизились.

Эти ощущения я записал в дневник, чтобы проанализировать, а сам переключился на другие, тоже важные задачи. Кажется, у меня снова начался тот период, когда дел больше, чем часов в сутках. Договорился с Родионом и получил доступ к двум пленникам. Сначала заглянул к пойманной убийце, которой руки отрубил. Сейчас я чувствовал в себе достаточное спокойствие, чтобы не прибить её.

Содержалась она в обычной тюрьме. Как рассказал Родион, с ней много проблем было. Она умела разрушать материю и являлась ходоком. Приходилось постоянно кому-то дежурить, чтобы не сбежала. Единственное, что облегчало задачу, – отрубленные конечности. Вместе с этим её способности упали на порядок. А так не факт, что удалось бы удержать.

К ней я решил заглянуть по нескольким причинам. Первая – чтобы изучить её способности и выработать защиту против подобного. Вторая дополняла первую. Очень уж Родион просил что-то с этим сделать, потому что подобную личность трудно удержать в застенках.

Когда вошёл, я увидел совсем не того человека, которого запомнил. Бледную тень скорее. Руки отросли, но наполовину, по локоть. В месте обрубков виднелась красная кожа. Пример того, чем отличаются потомственные аристократы от раздутых препаратами бесов. Будь она по-настоящему сильной, давно бы отрастила конечности, несмотря на прижигания.

Явился я сюда в своей броне. Не потому, что опасался чего-то, хотя бдительность терять не стоило, а потому, что притащил на броне несколько исследовательских модулей.

– Ты, – сказала она с безжизненной интонацией.

Сразу узнала. Приятно.

– Тебя уже научили хорошо вести себя?

Женщина оскалила зубы. Она называла себя Урсой. Прозвище, настоящего имени сказала, что не знает. Если отбросить эмоции, любопытная в некотором роде личность. Родители не установлены. Сирота. Предположительно смесь европейской и африканской крови. Кожа цвета молочного-шоколада, но сейчас это смотрелось не экзотично, а мусорно.

Тьфу ты. Кажется, слово мусор, ко мне основательно прилипло.

– Ты можешь прямо сейчас отомстить. Примени свою силу на мне.

– Меня за это накажут.

– Не в этот раз.

– Не верю.

Говорили мы, кстати, на английском. Причем у неё речь была не очень поставлена. С сильным акцентом.

– Ты смогла обойти мою защиту. Мне это интересно, – подошёл я к ней. – Поэтому хочу изучить твою силу. А ещё ты проникла в мой дом, взорвала его и пыталась убить моих близких. Поэтому…

– Я согласна! – дернулась Урса.

И попыталась атаковать. Я уловил смутные колебания. На секунду показалось, что на меня хлынула волна чего-то нехорошего. Коснулась доспеха, но стекла вниз и рассеялась. Урса расстроено поджала губы.

– Мои силы ослабли, – в её голосе прозвучала обида.

Я не обратил внимания, изучая те показатели, которые снял. Броня хорошо справилась, это радует. Но она и до этого не подводила. Катя же бой с этой женщиной выдержала. А кое-какие защитные системы в доме – нет.

Сейчас я хотел изучить её силу на более глубоком уровне. Потом выработать методы защиты и опробовать их.

– Не расстраивайся. Мы только начали.

Почему-то этим словам женщина вовсе не обрадовалась.

* * *

Получив новые данные, я вернулся домой и взялся за расчёты новой системы защиты. Очень уж мне не понравилось, что убийцы смогли проникнуть в дом. Этого в принципе не должно было случиться. Надо бы доработать систему оповещения, если какая-то часть контура разрушается.

Так и пошли следующие дни. Я занимался домом, укрепляя его, занимался новой землей, подготавливая там всё, встретился с командой Кротовых и обсудил с ними проект, открыл для Августа несколько обычных проходов в столице. По словам парня, проходами в ближайшие дни будут пользоваться аристократы, бизнесмены и различные служащие.

Ещё, кстати, один важный момент. Аристократов мало относительно обычных людей. Ходоков мало относительно аристократов. Тех, кто умеет перемещаться на дальние расстояния, – ещё меньше. Вот и получается, что стационарные порталы – это хорошая возможность много для кого. Август обмолвился, что готовит проект для бизнесов и элиты. Пояснив, что с них-то как раз можно деньги по полной трясти. Ну и не забыл напомнить, что на броню копит.

Броней я тоже занимался. Как своими комплектами, так и на заказ. Те-то никуда не делись. Война войной, а обязательства надо выполнять.

Отправил ещё сообщение Кнайтам, чтобы заглянули на обновление. Заглянули. Сам глава рода и заглянул. Мило пообщались. Обновил ему броню и честно предупредил, что некоторые одаренные могут доставить проблемы и что лучше об этой информации не распространяться. То, что у их противников тоже броня появилась, не обсуждали. Кнайт старший не стал поднимать тему, чем удивил.

Из важного: продолжил заниматься с Катей, помогал ей раскрывать потенциал. Ещё пару уроков с Киром провёл.

Как-то так и прошёл месяц. От организации новостей не было. Накал страстей в мире тоже снизился. Я не особо обращал на эту часть жизни внимание, но, судя по тому, что никто не нападал и новостей о сражениях не проходило, ситуация стабилизировалась.

* * *

– Давно не заходила, – сказал Анастас, когда появилась Ольга.

– Дела, – отмахнулась она. – Ты сегодня один ужинаешь?

– Как видишь, – мужчина развёл руками. – Жена уехала к родственникам, Август носится с новым проектом, а я вот один сижу.

– Главное, чтобы не грустил, – улыбнулась женщина. – Как дела?

Между братом и сестрой имелось негласное правило, что во время ужина они обсуждают дела домашние. Насколько это возможно. Поэтому и вопрос подразумевал именно это. Как сын, как жена, что в целом нового.

Посидели, пообщались, а под конец ужина Анастас поднял другую тему.

– Видела уже, что Соколов наделал?

– Нет. Даже не слышала. Что там?

– Про землю ты в курсе, – сказала утвердительно мужчина, а женщина кивнула. В этот момент она посмотрела на десерт, от которого отделила кусочек и закинула в рот. – За неделю он избавился от свалки.

– Всего неделю? – заинтересовалась она.

– Ага. Расщепил её на составляющие. Собрал сколько-то тонн различных материалов. Мне фотографии «до» и «после» показывали. Впечатляет.

– Не удивил. Я и так знала, что он свободно работает с материей.

– Но не в таких же объемах.

– А там большие объёмы?

– Мусора лет за пятьдесят.

– А-а… – протянула Ольга и задумалась. – Ну и хорошо. Попроси его сделать типовое решение, и проблема свалок в стране решится.

– Думал уже об этом. Посмотрим, что парень скажет. Ты говорила с Катей?

– О чем? – Ольга сделала вид, что не понимает, о чём речь.

– О внуках. Пора бы уже кому-то и бабушкой стать.

– Говорила. А ты с Августом? Засиделся парень. Давай его женим.

– Это чуть позже, и, поверь, ему не отвертеться.

– Да я и не сомневалась.

– Что Катя ответила? – князь был не прочь поприпираться с сестрой, но и про свой интерес не забывал.

– Сказала, что как только, так сразу. Мне кажется, они что-то скрывают.

– Боюсь представить, что можно скрывать в таком вопросе. Соколов не может иметь детей? – князь задумался над этой перспективой и понял, что не может так сразу решить, нравится она ему или нет.

С одной стороны, стране нужны одаренные вроде него, а с другой… Как-то раньше спокойнее жилось. Да, определенно, спокойнее.

– Не знаю, – ответила Ольга. – У меня сложилось впечатление, что они к чему-то готовятся. Ещё у Кати режим дня изменился. Она убивается на тренировках. Загружает себе каждый день. Правда, как сейчас, я не знаю, она уволилась и перешла работать к мужу.

В последних словах прозвучала обида, но Анастас не стал заострять на этом внимание.

– Тогда не будет сюрпризом, если они нас в очередной раз удивят.

– Да уж, – хмыкнула женщина, разбираясь с остатками десерта.

* * *

Сегодня Виктор Моржов был одет в шерстяное пальто, которое дополнял объёмный шарф. Выглядело стильно.

– Привет, Эдгард, – пожал он мне руку. – Как жизнь?

Встретились мы с ним на той точке, где должен открыться проход. За прошедшее время Моржовы подготовили всё со своей стороны. Я со своей частью немного запоздал, но пара бессонных ночей, и расчёты закончены.

С Виктором, кстати, мы все это время не виделись. Если возникали вопросы, решали по телефону. Тоже просчёт с моей стороны. Надо было заглядывать и готовиться, но… Как вышло, так вышло. Придётся сейчас исправлять упущенное.

Поболтали немного, поподшучивали друг над другом на тему детей. А то оба женатые, серьезные молодые люди, а столь важным вопросом пока не озаботились.

– Я тогда пойду, проконтролирую пару вопросов, а ты можешь… Ну, делать то, что собираешься делать, – сказал он после беседы.

– Давай. Ты же помнишь, что первую неделю трафик ограниченно запускать будем и держать всё под строгим контролем?

– Конечно. Безопасность у нас на первом месте. Как говорит отец, а говорит он это часто, лучше медленно, но верно, чем быстро, но глупо.

– Согласен.

Виктор ушёл, а я направился к намеченной точке. На первом месте, где сейчас Август находится, всё уже сделано. Осталось…

Я запустил алхимический комплекс, и портал открылся. Прошло без осложнений. Как-то даже буднично, ну и хорошо, что так.

Сама арка портала была обрамлена металлическим корпусом. В которой основные печати и находились. Ещё несколько комплексов я расположил в округе, под землей, чтобы они энергию собирали и переправляли сюда.

Отдельный исследовательский модуль стоял под самой аркой. Он будет собирать всевозможные данные, которые я буду снимать раз в день и анализировать. Тоже работы прибавится. Как оптимизирую процесс, надо будет подготовить сотрудников, чтобы они сами смотрели, а меня вызывали, если только сбой произойдет.

Открытие как-то буднично произошло. Не было журналистов, широкого освещения в прессе, толп народа и демонстративного разрезания ленточки. От последнего я отказался. Попросил Виктора, чтобы без всякой шелухи, потому что я не хотел время тратить. Сам он тоже не особо желал заморачиваться, чтобы дополнительно что-то организовывать.

Мелькнула мысль, появились ли уже здесь шпионы и сколько представителей различных группировок за нами наблюдают, но выяснять это не стал. Пусть люди Родиона этим занимаются. Не зря же свой хлеб едят.

* * *

Разобравшись с запуском проходов для транспорта и договорившись с Августом, что следующий запустим через две недели, остаток дня занимался своими делами, а на следующий участвовал в открытии узлового здания.

Особо не заморачиваясь, места, где будут сходиться несколько порталов, решили назвать узлами. Первый расположен в столице, и там три действующих портала, ведущих в различные уголки страны. Второй откроется на моей земле.

Здание я возводил собственными руками. Почти… С помощью алхимии выплавил коробку по тому проекту, что на скорую руку предоставили архитекторы Кротовых. Перед ними стояла задача: чтобы при большом потоке людей было удобно проходить через здание, задерживаясь там не дольше, чем на пару минут. Основная задержка и контроль планировались на других сторонах. Отпускающей и принимающей. Здесь же единственное, что будут спрашивать, – это опрос о намерениях. Чтобы зафиксировать ответ и направить человека. Ещё, может, систему защиты встрою, пусть всех бесов, ходоков и одаренных помечает и заранее предупреждает.

Само здание рассчитано на девять проходов. Каждый размещен в отдельной, небольшой комнате. Оттуда выход в большой зал, откуда можно попасть в другие залы. Точек пока пять подключим, ещё четыре про запас. Самое то, чтобы обкатать систему. Катя сейчас занималась регистрацией документов, чтобы наша фирма, «Соколиные пути», официально нанимала людей для обслуживания этих комплексов.

Чтобы возвести здание, пришлось закупить много камня. Доставил его с помощью порталов и грузовиков, которые его сюда и привезли, а я их потом вернул обратно. А дальше с помощью трансформации создал коробку и, как было готово, запустил туда бригаду, чтобы ремонт сделали. Работали по принципу: чтобы с виду было красиво. Ориентируясь, в первую очередь, на скорость. Так что это здание полноценным назвать пока тяжело. Свет запитывался от генератора. Линию передач пока только начали тянуть от города, с чем пришлось отдельно разбираться. Что-то мэр города не сильно воспылал энтузиазмом, и пришлось тупо заплатить, чтобы его ведомства сделали, что надо.

– Ну, вроде работает, – протянул Август, стоя в центральной комнате.

– Вроде да, – ответил я.

Последний проход был запущен, на других концах люди уже работали. Пока всё идёт по плану, если не считать одной сложности. Проходы требовали подпитки, а в этом месте с энергией плохо. Того, что я наскреб, едва хватало на поддержание системы. Но ничего, придумаю что-нибудь.

– Если не выходить на улицу, тут симпатично, – огляделся парень.

– Свежий ремонт. А на улицу выйти нельзя, потому что улицы ещё нет.

– И взвалил же ты на свою шею ношу.

– Трудности закаляют мужчину. Как станешь князем – узнаешь.

– Ой ладно тебе, – отмахнулся он. – Мне и с этим проектом тоже повозиться пришлось. Страшно представить, через что отец каждый день проходит, чтобы государством управлять.

– Ничего, взрослая жизнь совсем рядом. Крепись.

– Эд, хватит этих шуток, – закатил он глаза. – Я печенкой чую, что отец подумывает, как бы меня женить.

– Так это же хорошо.

– Давай, пошути опять на эту тему. Лучше скажи, через сколько следующую партию проходов здесь откроем?

– Через полгода.

– Небыстро, – нахмурился он.

– А ты что думал. Если навернется несколько порталов, это не так страшно, как если навернётся сотня.

– Тоже верно. А ты проверял? Ничего не рванет? А то нам только жертв не хватало. Сейчас на этот проект много чего завязано.

– Вроде не должно, но… Сам знаешь, как оно бывает.

– Это ты знаешь. Ты у нас опытный, жизнью тертый калач. А я чистый и невинный.

– Тогда тебе точно жениться надо. Чтобы перестать быть невинным.

– Отвали.

Как-то поумерилось у Августа желания колкостями обмениваться. Я это связывал с тем, что ему и правда с утра до вечера работать приходится. Устаёт, сил на шуточки не остаётся. У меня тоже особо сил нет, но ничего не могу поделать, так и тянет парня подколоть. Вот они, маленькие радости жизни.

Глава 8. Гвардеец

Пока я возился с одними делами, другие отошли на задний план, но при этом не были забыты. Неожиданно позвонила Нино и сказала, что нашла человека. Я тогда совсем о другом думал и не сразу понял, о чём речь. Девушка объяснила, что нашла подходящего на роль гвардейца мужчину, но имеется ряд сложностей.

– Каких же?

– У него есть опыт командования. Раньше он служил Рысевым. Потом из-за серьезной травмы был уволен в запас.

– О как, – я завис, обдумывая то, что услышал. – Какая травма?

– У него нет ноги.

– Как ему тогда гвардейцем быть?

– Я подумала, вдруг ты что-нибудь придумаешь.

Такая простодушная вера в меня удивила и где-то в глубине души польстила.

Отчего во всех смыслах сомнительное предложение лучше не стало. Даже без учёта травмированности. С ней-то как раз, если подумать, и правда можно что-нибудь сделать. Навскидку вижу два варианта. Первый – отправить к Гвоздевой и узнать, сможет ли она помочь отрастить конечность человеку. Наверняка он бес, пусть и слабый. На самый крайний случай можно подстегнуть его потенциал, чтобы усилить регенеративные способности. Второй вариант – это протез. Немного броню доработать, и как минимум в ней мужик сможет ходить, перемещаться и действовать как обычный человек.

В общем, варианты есть.

А вот то, что он раньше служил Рысевым… Это могущественный клан. Когда-то был. Пока не проиграл войну Медведевым. Сейчас от Рысевых ничего не осталось. Коршуновы тоже в их клане состояли. То есть получается, что этот человек служил врагам князя, ну и почти что моим собственным. Щекотливый момент. В первую очередь встаёт вопрос доверия и лояльности. Ладно князь, с ним, думаю, я договорюсь. Скорее всего, Анастас в этом проблемы не увидит, скажет, что оно того не стоит, хех, но препятствовать не будет, если решу взять. Но как быть с собой и своей подозрительностью?

– Нино, а кем он служил? – спросил я больше для проформы, не веря в тот момент, что возьму этого человека на службу.

– Капитаном гвардии. Боевой опыт есть, – сказала девушка осторожно, понимая всю щекотливость и сложность ситуации. – Прости, вариантов лучше я не нашла. Но мужик что надо. Несмотря на всё, не унывает и продолжает заниматься. Представляешь, он молодым парням в секции жару задаёт. Без ноги! Кремень, а не человек.

– Я рад, что тебе понравились его личностные качества, – ответил я с некоторой иронией, продолжая думать над дилеммой.

На словах у всех аристократов служба строилась на беспрекословной верности. На деле… Она тоже так строилась. По крайней мере, это логичный шаг, воспитывать в своих людях верность и преданность, делать так, чтобы они сами были заинтересованы в службе. Это идеал, к которому все стремились. Или не все, но тогда сами дураки.

Идеал потому так и называется, что редко когда достижим. На практике служба могла сводиться чисто к работе, не всегда любимой. Могли быть личные конфликты и неприязнь к конкретным членам рода. Могла быть и верность, в той или иной степени. Начиная с «Буду хорошо выполнять работу» и заканчивая «Жизнь отдам за господина». В последнем случае это чревато ударом в спину. Мало ли что у человека в голове. Смирился давным-давно с отставкой, живет обычной жизнью, а тут бац, предложение поработать на некоего Соколова, у которого жена Медведева. Один этот момент перечеркивает желание хотя бы посмотреть на этого человека.

– Рысевы с ним жестоко обошлись. – Нино явно подготовилась к диалогу и понимала, какие сомнения у меня возникнут. – Грубо говоря, когда стало понятно, что он больше не солдат, его турнули. Оставили без содержания, пенсии и всего прочего, что обычно получают гвардейцы. Тогда шла война, но… Сам понимаешь.

А вот это меняет дело. Если он обижен на Рысевых, то стоит меньше опасаться мести за них. Меньше не означает совсем не опасаться. Это в любом случае будет слабая точка, куда враги могут надавить. Не факт, что человек сам решится отомстить. Его и обработать могут. Пара мотивационных речей, угрозы близким, круглая сумма наличкой – и заточенный кинжал готов.

Есть и другой момент. Этот человек может быть обижен в целом на аристократов и разочарован в службе. Это ещё одна слабая точка и минус к мотивации. Тут ведь не только меня убедить надо, но ещё и самого человека заинтересовать.

С другой стороны, если отбросить эмоции, то сколько после войны прошло? Лет шесть. А после его увольнения и того больше. Он сто раз поменяться мог. Или нет.

– Скажи, как его зовут и где с ним познакомилась.

– Фамилия у него смешная. Калач. Сергей Калач. Познакомились на стрельбище. Он там на полставки работает, присматривает за полигоном и сам стреляет. Только о последнем я тебе, если что, не говорила. Так-то он не на службе, а значит, к оружию ему подходить нельзя.

– Но он тренируется?

– Регулярно. Ну как… Не так, как тот, для кого это жизненная необходимость и вопрос выживания. А как… Для души тренируется, в общем. Видно, что не хочет терять форму, но действует без огонька.

– Это скорее минус, чем плюс.

– Я уверена, что, если дать ему смысл, это изменится, и огонёк появится. И, кстати, он с такой мотивацией стреляет лучше большинства тех, кто туда ходит. Так что…

– Я тебя понял. А других вариантов совсем нет?

– Если бы было что-то интересное и подходящее, я бы тебе сказала.

– Ну да… Глупый вопрос. Ладно, спасибо за наводку. Сейчас тебе ничего не скажу, сначала надо проверить человека.

– Он вроде никуда не спешит, и других предложений на горизонте не видно. Это ещё одна причина, почему он подойдёт. Протяни ему руку помощи, и он твой.

– Если бы всё так просто было.

– Чутье мне подсказывает, что в этом случае как раз будет просто.

– Хорошо. Спасибо, Нино. Я сообщу, как что надумаю. Пока понаблюдай за ним.

– Само собой. Он у меня на прицеле.

Закончив разговор, задумался о перспективах. Человека с опытом найти было почти нереально. С подходящим опытом, чтобы мог создать гвардию с нуля – нереально вдвойне. Мясо – да, можно попробовать отыскать. Но в том-то и дело, что оно мне не нужно.

Ладно, посмотрим, что Родион скажет. На него проверку скину.

* * *

В череде рутины до наступления зимы произошло два события. Первое – я заглянул к Ольге Владимировне на разговор. Позвонил ей, договорился на встречу и переместился в институт, где она всё так же работала. Причем я не был уверен, что она занимается институтскими делами. Возможно, она оставалась здесь, потому что ей нравится само место. Ну а про их роман с Измалойвым, который давно не секрет, я скромно промолчу.

– Привет, – помахала женщина рукой, читая какой-то документ. – Пару секунд.

– Ага.

Я прошёл к окну и уставился на открывшийся вид. Хорошо здесь. Полгорода видно. А ещё то, что происходит внизу. Студенты, несмотря на пасмурную и холодную погоду, вышли на улицу и занимались, кто чем. Болтали, ели, курили, просто за компанию стояли.

– Ты с каким вопросом? – спросила Ольга Владимировна, когда закончила дела.

– По делу.

У нас с ней определенный протокол сформировался. Когда я говорил, что пришёл по делу, это означало формат деловых отношений. Который подразумевал, что надо учитывать выгоду обеих сторон. Когда говорил, что пришёл за советом, это означало формат учитель-ученик. Ольга Владимировна по прежнему оставалась моей наставницей, пусть наши встречи и стали реже.

– Тогда излагай, – блеснула она глазами. Сама тоже хочет что-то спросить, но подождёт, пока я тему не обозначу.

– Мне нужны биологи и геологи.

– Для твоей новой земли?

– Да. Я хочу превратить то место в цветущий край.

– Цель благая, но давая поподробнее.

– Конечно. Сейчас я работаю над проектом «идеальный сад». Название не совсем точно отражает суть. А если по правде, то совсем не отражает. Цель – научиться создавать благоприятные экосистемы, разумеется, в изначально непригодных или не особо подходящих местах.

– А зачем?

– Разве технологии подобного рода не нужны человечеству?

– Нужны, но не особо сильно. Да и надо смотреть, что именно ты там насоздавать собираешься.

– Не особо сильно? – удивился я.

– У нас хватает нормальных, ещё не освоенных земель. А в тех, которые освоены, стоит вопрос эффективности. Лезть в малопригодные земли в такой ситуации нет смысла.

– Эм…

Я натурально завис, не ожидая такого ответа. Почему-то решил, что то, что важно для меня, окажется важным и для страны.

– С чего ты вообще взял, что в этом есть потребность? – спросила женщина с улыбкой, видя моё замешательство.

Да потому что я выходец из умирающего мира, где не осталось нормальных земель. Этот опыт так повлиял на меня, что я выбрал самое отвратительное место и взялся там наводить порядок.

– А разве нет? Я читал документы по моей земле. Там экологическая катастрофа достигла таких масштабов, что начала влиять на соседние населенные пункты.

– Это так. Но ты путаешь задачу: предотвратить катастрофу и облагородить плохие земли.

– Хм… Ольга Владимировна, а если на секундочку представить, что дела в стране идут хорошо, населения становится больше, растут производства, отходы увеличиваются, пригодных земель всё меньше, а ущерба экологии больше… То какие тогда будут перспективы?

– Тогда я скажу, что ты опережаешь время.

– А если я добавлю, что организация уже продемонстрировала технологии массового разрушения, и где гарантии, что большая часть пригодных земель вдруг не станут непригодными?

– Я отвечу, что это хороший аргумент. Который не отменяет того, что в государстве великое множество более актуальных проблем.

– Которые актуальны исключительно в силу привычки к расточительству.

– Расточительству? – женщина приподняла бровь.

– Привычки считать, что земель много, и к ним можно относиться беспечно.

– У меня иногда складывается ощущение, что ты с другой планеты, – хмыкнула она. – Эдгард, я тебя не отговариваю. Ты уже столько сделал для государства, что давно наработал кредит доверия. Но давай перейдём к конкретике. Что именно ты хочешь сделать?

– Давайте на примерах тогда, – вздохнул я, переходя от общего к частному. – Свалку я уничтожил. Уже слышали про это?

– Слышала. Только не уничтожил, а переработал и пустил материалы в дело.

– Есть такое, – улыбнулся я. – Вот вам первое типовое решение – переработка отходов. Актуально?

– Очень.

– А говорили, что нет, – не удержался я.

– Я про другое говорила.

– Ладно… Второе решение не столь явно для обычного человека. Вы многое знаете о моих способностях, поэтому поймете. Я могу устранить скрытый ущерб, который собирается в «плохих» местах.

– Энтропию?

– Что-то типа того.

– Как идея ясно. Но мне сложно оценить, насколько это серьезная проблема.

Язык чесался сказать, что на данном этапе развития человечества не такая уж и серьезная, но мне хватило и одной шуточки про другую планету.

– Достаточно серьезная, чтобы уделить ей внимание.

– И что ты предлагаешь?

– Пока что ничего, – задумался я. – Позже сделаю амулеты, можно будет проверять подозрительные места.

– Нет, так дело не пойдёт. Объясни нормально. Что будет, если эта твоя энтропия скопится в одном месте?

– То, что происходило на моей земле. Начинает формироваться аномалия. С позиции обычного человека это место просто станет мрачным. Изменится погода, экология ухудшится, будет трудно находиться там, будто что-то давит.

– Я тебе навскидку десяток таких мест припомню, у которых дурная слава.

– Тогда их есть смысл проверить.

– Это ждёт, или надо бежать со всех ног?

– Ждёт.

Пока мир здоров и крепок, ему такие места не угроза.

– Тогда продолжай. Огласи весь список своих задумок, а детали позже обсудим.

– Следующее – очистка почвы. Для чего мне и нужны геологи. Или кто этим занимается? Для начала хочу, чтобы они провели исследование почвы, что в ней лишнее, какие элементы, а чего, наоборот, не хватает.

– Собираешься очищать и обогащать?

– Да. То же самое с водой. Подземные воды, реки, озера, болота – любые источники. Очистка, фильтрация, улучшение. Для этого тоже специалисты нужны.

– И на это ты уже собираешься наращивать флору?

– Да. Для чего нужны ботаники. В том числе я хотел бы поработать над изменением и адаптацией растений, чтобы придать им новые свойства.

С Ольгой Гвоздевой у нас на эту тему разговор тоже состоялся. Она не забыла про мою просьбу. К сожалению, сформировавшихся специалистов не было. Но сама Ольга в качестве эксперимента пару недель пробовала воздействовать на растения дома и добилась кое-какого отклика. Пока что бесполезного, но сам факт говорил, что в эту тему можно углубиться. Что тоже займет минимум года три усердных тренировок.

– Зачем тебе всё это?

– А почему нет? – пожал я плечами. – Я молод. Надо же чем-то заниматься и куда-то энергию направлять.

– Тоже верно, – улыбнулась женщина. – Проблема в том, что хорошие специалисты уже заняты.

– Я готов платить.

– Это понятно…

– Я готов платить много. Выделю для начала миллиард для этого проекта. Думаю, на первое время хватит.

– Кхм… – Ольга Владимировна посмотрела на меня недобро. – Дело не только в деньгах.

– Да, я понимаю. Но у нас же свободный рынок? А я предлагаю повышенную оплату и уникальную возможность поработать с одаренным.

– А вот это аргумент, – признала женщина. – Но ты не забыл, что людей надо разместить, выделить рабочие места, обеспечить оборудованием?

– Из перечисленных проблем что-то нельзя решить с помощью денег и связей?

– Как у тебя всё просто получается, – покачала она головой.

– Не просто. Но вы же подскажите непутевому ученику, где он неправ, и как это исправить?

– Ты каким-то слишком бойким стал. Раньше поспокойнее был.

– Раньше я работал на выживание, а сейчас делаю проект для души. Вот и прёт меня.

– Да уж. Вижу, что прёт. Ладно, давай подумаем, что тут можно сделать…

* * *

По итогу встречи Ольга Владимировна направила меня к Дмитрию Измайлову. Тому, с которым встречалась, и который управлял государственным институтом. Принял он меня в тот же день. Идти к нему недолго, всего лишь миновать коридор и подняться на этаж выше.

С Дмитрием Викторовичей у нас сложились отношения, мягко говоря, никакие. Когда поступил в институт, в его глазах не очень хорошо зарекомендовал себя, а потом… Четыре года в учениках у Ольги Владимировны, различные проекты и прочие геройства – в общем, мы хорошо знали друг друга, но хорошими отношениями эти не назовешь. Плохими тоже. Нейтральные – да, подходящее слово. Знаем друг друга, но просто так встречаться не будем, чтобы поболтать. Дмитрий Викторович не из тех, кто любит болтовню. Он как Ольга Владимировна, только мужская версия, ещё более ученая и замкнутая в себе.

Пришёл, поздоровался, обрисовал задачу.

– Поговори с деканами факультетов. Они лучше знают, каких студентов под это можно привлечь.

– Мне бы кого-то поопытнее, чем студенты.

– А ты оптимистичен, – сказал он. – В любом случае уже выпустившихся студентов они тоже лучше знают.

– Спасибо.

Это не совсем то, чего я ожидал, но и ладно. Разрешение побегать по чужой территории получено, а дальше дело за мной.

Зашёл в секретариат, узнал расписание и спросил, как найти тех, кто мне нужен. Кого-то повезло в институте застать. Кому-то позвонил и договорился о встрече. Первый разговор прошёл… ну, нормально. Сначала меня поняли. А что непонятного в желании найти специалистов? Как-никак, сюда постоянно аристократы заглядывают и присматривают себе кадры. А те, кто поумнее, делают это заранее, по формату спонсорства. Обычно оно со второго курса начинается, когда становится понятно, кто и насколько талантлив.

В связи с этим я не рассчитывал, что смогу быстро найти специалистов. Быстро и просто точно не получится. Придётся собирать оставшиеся крошки, потому что нельзя заявиться и обыграть тех, кто на этом собаку съел. Но попытка не пытка, как говорится.

Так вот. Меня выслушали, покивали, а когда я обрисовал саму задачу, ни черта не поняли.

– Вы хотите с нуля начать работу над изменением растений? – нахмурился Лев Васильевич, декан факультета биологии, а заодно и смежных направлений.

Говорили в его кабинете, где не было других людей.

– Да.

– Молодой человек, – посмотрел он на меня снисходительно. – А вы понимаете сложность подобной задачи?

– Кхм… – теперь я нахмурился. – А вы в курсе, кто я такой?

– Эдгард Соколов. Вы представились в начале, – насмешка в его глазах никуда не делась.

– А про то, что я одарённый, создал блокираторы, аналог метеоритного железа и десятки других артефактов, тоже слышали?

Это всё как бы давно тайной не являлось, но… Лев Васильевич, судя по выражению его лица, был не в курсе.

– И как это поможет в вашем деле? – спросил он…

Нет, не растеряно. Скорее как человек, который видел перед собой обычного молодого мужчину, но внезапно заметил, что это дивная и опасная зверушка. Совсем уж ничего знать он не мог. Не на его должности. Но одно дело улавливать какие-то слухи, а другое – увидеть виновника прямо перед собой. Может, и не так всё. Неведомо, что у него там в голове.

– У меня есть все основания считать, что поможет. Уж поверьте на слово.

– Простите, но на слово не могу, при всём уважении. Вы хотите получить специалистов. Допустим, я вас к ним направлю. Если это будет глупая забава, они потеряют время, испортят репутацию, лишатся карьерных возможностей.

А он смелый. Отказывать аристократу, пусть и молодому, – это надо характер иметь. Впрочем, его-то должность как раз защищает от произвола аристо. Тут и Измайловы прикроют, и княжеская семья.

– Вы мне предлагаете привести доказательства? – спросил я. – Могу сходить к Ольге Владимировне. Уверен, она не откажется заверить, что моё слово чего-то да стоит.

– Я ни в коем случае не хочу вас оскорбить…

– Дело не в оскорблении, – перебил я его, начиная уставать от разговора. – Дело в правильном понимании ситуации. Вы меня лично не знаете, Ольга Владимировна – знает. Если она для вас авторитет, можно спросить у неё. Если нет… Тогда даже не знаю. Какие вам нужны доказательства?

Мужчина замолчал и начал жевать губу. Как-то не туда разговор зашёл. Не видно, что он хочет помочь. Ну да он и не обязан хотеть. Интересно, как этот вопрос решают другие аристократы? Подкупить его, что ли? А вдруг обидится? Или загвоздка как раз в том, что его давно подкупили, что лоббировал интересы?

– Хорошо, – сказал он. – Я посмотрю, кого к вам можно отправить. Оставьте визитку.

Тут и дурак бы понял, если это когда-то и произойдёт, то очень нескоро. Настаивать и требовать я не стал. Не то место, да и желания нет. Оставил визитку, попрощался и ушёл.

Открыл проход прямо на территории института и перешёл домой. Оттуда набрал Сергея Смирнова.

– Привет, – сказал я. – Говорить можешь?

– Могу, – по звукам было слышно, что парень куда-то едет.

– Есть новое задание. Мне специалисты нужны. А бегать по кафедрам и другим местам не очень хочется. Можешь этим заняться?

– Если отодвину остальные твои дела, то да.

– Тогда пробей тему и, как разберешься, звони. Если что, подключусь.

– А кто нужен-то?

Я коротко рассказал, какие у меня запросы. Сергей ответил, что подумает, где найти нужных людей, и что завтра ко мне заскочит, чтобы узнать подробности и рассказать, какие есть варианты. На том и договорились.

Сам бездействовать не стал. С парой деканов я договорился о встрече, теперь придётся идти к ним. В тот же вечер встретился сразу с двумя. С одним поужинал, ко второму в гости заглянул. На этот раз повезло, и разговор прошёл куда лучше. По крайней мере, меня поняли, и было видно, что предложение в целом интересно. Только вот оба сразу предупредили, что хороших свободных специалистов не бывает. Предложили посмотреть за границей, если приемлемо. Я подумал и решил, что на первых этапах лучшего этого не делать. Да и на вторых тоже. Хотя идея-то хорошая. Как мне сказали, в Европе спецов сильно больше, и найти кого-то свободного или переманить за хорошие деньги – куда проще.

Но тут уже вопрос секретности и безопасности. Со своими бы разобраться. От иностранцев точно проблем ждать придётся.

* * *

С Сергеем Калачом я всё же встретился. Через две недели, после того как Нино рассказала про него. Родион дал ответ следующего характера: спец он хороший, но предыстория играет против него, легко завербовать и настроить против.

По факту же это означало, что результат будет зависеть от того, какие я с ним отношения выстрою. Если в нем проявится верность, тогда… А что тогда, пока нет смысла думать, потому что до такого далеко. Что же касаемо легкости его вербовки, если без лишних иллюзий, то завербовать можно любого. В случае же Калача хотя бы сразу все понятно, и если он захочет ко мне устроиться, то ему самому придётся доказывать верность.

Встречу назначили у меня дома. Приехал он на машине. Я вышел и посмотрел на то, как он выбирается. Сначала вытащил левую целую ногу, потом ту, что с протезом. Дальше и сам вылез. Медленнее, чем обычный человек. Когда шёл, ковылял.

При этом выглядел он крепким. Как кусок гранита. Я ещё, когда он подъезжал, снял показатели и определил, что его индекс опасности в районе тридцати, а потенциал – в районе сорока. Куда ниже, чем у аристократов, но куда лучше, чем у рядового бойца.

– Господин Соколов, – кивнул он мне.

– Сергей, – я шагнул вперед и протянул руку.

Он пожал. Как и ожидалось, у него крепкий хват. Сжимать и меряться силой он не стал, да и вообще, выглядел скромным. Обычное, без приметных деталей лицо. Одежда дешевая, видно, что поношенная. Машина тоже простая, я бы сказал, старая и видавшая куда лучшие времена.

Сейчас я знал, что у него две дочери подрастают. Старшая в следующем году в институт поступает. Жена тоже имеется. Порядочный семьянин, живущий в однокомнатной квартире вчетвером. Как они там ютятся, я не представлял. Работал он в двух местах. Инструктором на стрельбище – нога ему в этом никак не мешала. И бригадиром на складе. Обе работы показатель, что договариваться он умеет.

Припарковался он возле открытого гаража, где я стоял. Там сейчас почти пусто было. Новую машину я себе так и не купил. Слишком уж полюбил перемещения с помощью порталов. Единственное, что находилось в гараже, – это доспех, который я заранее притащил.

– Господин… – сказал Калач, когда молчание затянулось. При этом скосил глаза на броню.

Я его прекрасно понимал. Броня не походила на средневековые латы и выглядела куда современнее. Плавные, гладкие линии, небольшие размеры и при этом ощущение чего-то законченного, удивительного. Эх… Свои поделки я любил, чего уж.

– Раз приехал, значит, предложение тебе в целом интересно. А мне интересно найти подходящего человека. Поэтому давай сразу перейдем к делу.

– Если честно, я так и не понял, зачем вам калека.

– Иди сюда, – позвал я его. – Залезай.

– Куда? – не сдвинулся он с места.

– В броню, куда же еще. Ты ведь понимаешь, что про твою ногу я в курсе. Также в курсе, кому ты раньше служил. Но о последнем позже поговорим. Сейчас кое-что другое проверим. Так что, залезаешь? Между прочим, эти штуки я по миллиарду продаю. Разве не интересно попробовать, за что такая цена?

– Не сломаю?

– Хотел бы я на это посмотреть. – Его беспокойство меня развеселило.

Я коснулся нагрудника, и броня разошлась в стороны. Мужчина при этом глаза распахнул, не ожидая такого трюка.

– Спиной внутрь заходи. Будто костюм надеваешь. Я придержу.

Взяв мужчину за плечо, помог ему залезть. Для чего ему пришлось снять протез. Немного неловко вышло, потому что я его ему и снял. Чем смутил мужчину ещё сильнее. Ну, с меня не убудет. Самому интересно, что выйдет.

Убедившись, что он полностью залез, закрыл броню. Та схлопнулась на нём и подтянулась по фигуре. Его размеры я узнал заранее. Как и десятки других подробностей.

– Попробуй пройтись.

Он прошёлся. У него это на удивление легко получилось.

– Как ощущения?

– Необычно, – ответил он хриплым голосом.

– Надо привыкнуть. Обычно на это пара недель тренировок уходит. Если хочешь, попробуй побегать и попрыгать. Развлекайся. Упасть не бойся. Даже если тебя из танка подстрелят, броня не помнется и не испортится. Я пока отойду. Ты не стесняйся.

Я ушёл домой, но наблюдал оттуда за Сергеем. Первые минуты он скромничал. Прошёлся, покрутил руками и ногами. А потом… Пробежался, начал прыгать. Броня немного усиливала его, и прыжки были метра на два в высоту. Это в доспехе, который сам килограмм двадцать весит. Следом мужчина перешёл к упражнениям, чтобы проверить подвижность брони. Его ждал приятный сюрприз. Я этот момент особенно тщательно прорабатывал.

Как и дополнительный модуль, чтобы отсутствие ноги компенсировать.

Дав ему наиграться и оценить перспективы, вышел во двор и дождался, когда он заметит меня. Калач настолько увлекся, что у него на это пара минут ушла.

– Господин, – вытянулся он по струнке. – Это что-то с чем-то! Если защитные свойства и правда такие, как вы говорите…

– Они даже выше, чем ты думаешь. Но об этом позже. Как вижу, в броне ты двигаешься свободно, так?

– Лучше, чем в протезе. Если потренируюсь, то…

– Если договоримся, время на тренировки у тебя будет.

В некотором роде это было жестоко. Я видел по его глазам, насколько его заинтересовала возможность свободно ходить. А ведь я всего лишь несколько печатей добавил, чтобы они компенсировали отсутствие ноги. Если провести ряд тестов, снять точные показатели, доработать модель чисто под него… Думаю, в броне он начнёт забывать про свою инвалидность.

– Так уж сложилось, что у меня нет своей гвардии, – обозначил я проблему. – При этом хватает могущественных врагов на уровне сильнейших кланов в мире. Также среди врагов есть те, кто пойдет на крайние меры. Возьмет в плен близких, будет пытать, взорвет здание. Подобное уже случалось, так что я не преувеличиваю. Уточню, что сейчас вроде как мирное время, активных войн нет, и будет время на подготовку.

– Вроде как?

– Вроде как – это я к тому, что всегда стоит ожидать чего-то эдакого.

Мужчина кивнул и задумался. Кажется, его не сильно удивили мои слова. Ну да если он прошёл через войну, то понимает, что к чему.

– Условия?

– То есть всё перечисленное не вызвало желания бежать отсюда?

– Вызвало. Но это стандартные угрозы, на которые есть свои протоколы.

– Думаю, в моём случае будет несколько сложнее, чем с предыдущими… эм…

– Господами, – подсказал Сергей.

– Ну да, господами, – я что-то не сообразил, как корректно назвать предыдущих работодателей. – По условиям: обеспечу всем, что нужно. Зарплата – если честно, пока не интересовался, сколько получают люди на подобных должностях. Можешь сам сказать, сколько тебе нужно. Пенсия близким в случае гибели, премии за боевые операции – это тоже будет, никаких проблем. Оружием и защитой я вас обеспечу. Сомневаюсь, что в этом вопросе кто-то предложит что-то лучше. Если ещё не знаешь, то я довольно сильный одаренный-артефактор. Это как преимущество, так и дополнительные проблемы. Это что касается очевидных вещей. Также я владею целительским центром, поэтому любые ранения, операции – всё это решаемо. Пока не обещаю, но ногу тебе отрастить тоже можно попробовать. Прости, что грубо прозвучало.

– Я не барышня, не рассыплюсь, – ответил он по инерции.

Кажется, мужик легкий перегруз словил. Или нелегкий, лицо он более-менее держит, истинных чувств не показывает. Если подумать, то за короткий разговор на него много вывалилось. Фактически он себя давно списал. Не сломался, но и полноценной жизни, что бы он ни делал, ему было не видать. Об этом наглядно говорила его бедность.

– Кстати, в клинику и сам можешь обратиться. Там есть бесплатные дни. Твой случай сложный, мне сказали, что со старыми травмами тяжело работать, но… Ты обратись, а там посмотрят. Эта возможность для всех доступна, если что.

– Спасибо, господин, – выдавил он из себя.

Взгляд пустой. Точно перегруз словил.

– Часть моментов я обрисовал. С решением не тороплю. Подумай, если будут вопросы, обсудим.

– Вопросы есть, – его взгляд прояснился. – Какие обязанности?

– Создать гвардию. Обеспечить безопасность – мою, моей семьи и всех моих проектов. Создавать структуру с нуля придётся. А это набор людей, их подготовка, выстраивание системы и всего прочего. Работа титаническая, но когда-то же её надо начинать.

– Не уверен, что потяну, – сказал он прямо.

– Если говорить откровенно, я бы с радостью нанял ни с кем не связанного специалиста с нужным мне опытом. Но, видишь ли, таких просто нет. Все под кем-то ходят. И это нас приводит к другому важному вопросу. Предлагаю я много. Рисков выше крыши. Поэтому особенно важна верность. Тебя в любом случае попробуют перекупить. Топорно или мастерски – думаю, и так, и так. Так что придётся ещё и с внутренней безопасностью разбираться. Угрожать не буду, но ты и сам должен понимать, чем закончится предательство.

– Чем? – всё же спросил он.

– Лично тебе в стране трудно будет жить. Да и вообще жить, на это наивно рассчитывать. Я найду тебя где угодно. Замечу, что я довольно спокойный человек, но когда дело касается угрозы моим близким… Ты отец, должен понимать, что я имею в виду.

– Я понимаю. В эти игры уже играл.

– Нет, не играл. Сейчас масштаб больше, чем с Рысевыми. Я расскажу про все виды известных угроз, но, разумеется, не сейчас и не в первые дни. По мере роста доверия.

– Мне нужно подумать.

– Подумай. Время у тебя есть.

– Сколько?

– А сколько нужно?

– Пары дней хватит.

– Телефон мой у тебя есть. Звони, если решишь. Или не звони, если это не для тебя.

– Спасибо, господин.

– Да пока не за что.

– Поверьте, есть. Вы как минимум дали мне шанс. А уж хватит ли мне духу воспользоваться им…

Я помог ему вылезти из брони и проводил до машины. Он попрощался и уехал. А на следующий день позвонил и сказал, что согласен.

Так у меня появился первый гвардеец.

Глава 9. Структура

С Сергеем Калачом встретились первого декабря. Для чего Катя переместилась к нему прямо домой, забрала мужчину и переправила ко мне, на новые родовые земли. Там я уже подготовил здание, которое обозвал складом. Небольшое помещение, метров на сорок квадратных, где будет храниться всякое разное, в том числе броня.

– Привет, – махнул я мужчине. – Раздевайся и полезай в броню. Сегодня нам много работы предстоит.

– С чего начнём, господин?

– Давай без этого. Можешь Эдгардом называть. Между собой. На людях-то, понятно, официально нужно. А займемся тренировкой и замерами.

– Замерами?

– Да. Привыкай. Замеры я делать люблю.

– Как скажете.

Я подождал, пока Сергей залезет в доспех. Сегодня ему досталась версия с исследовательскими модулями, но направленными на изучение пользователя, а не окружающей среды. Сама броня выглядела… Демонически. Черная, блестящая, с плавными линиями. Недавно я нечто подобное делал для карательных акций, и дизайн так понравился, что решил его и на гвардейцев распространить. Должны же они выглядеть грозно.

– Готов? – спросил я, когда он влез в броню.

– Да! – в голосе прозвучала отчетливая радость.

Я хмыкнул, подошёл к ящику, снял крышку и достал оттуда автомат.

– Просто чтобы не было недопонимания… – нажав на спусковой крючок, выстрелил в него пару раз.

Сергей отреагировал, как и должен реагировать скромный бес. Отпрыгнул в сторону, попытался увернуться, но быстро замер, когда увидел повисшие пули.

– Это одна из функций брони, – пояснил я. – Останавливает пули. Если в тебя кинут гранату, она повиснет в воздухе, и взрыв отложится секунд на двадцать. Будет время среагировать. Впрочем, даже если тебя подорвать… А, ладно, чего объяснять, если такие вещи надо на практике проверять.

– Это меняет весь ход военных действий, – сказал он.

– Добро пожаловать в новый мир. Ближайшие две недели будешь каждый день заниматься вместе со мной. Освоишься в костюме, заодно я введу тебя в курс дела. Потом людей князя подключим.

– Князя?

– Ну да. Точнее, не его, а Родиона…

– Родиона? – градус неопределенных интонаций в голосе Сергея повышался.

Пожалуй, это его слабая сторона. Слишком медленно адаптируется.

– Да. Неважно, в общем. Через пару недель увидишь. Сейчас бери оружие.

Здесь же, в комнате, находилось несколько образцов холодного оружия. Меч, булава, копье. Последнее, скорее всего, для службы не подойдет, да и в целом такое оружие не очень эффективно в современных реалиях, но тут от ситуации зависит.

– Оно для тренировок. Лучше всего учиться драться в бою, пусть и в ненастоящем. В жизни тоже может пригодиться. Особенно против высших бесов. На тех никаких пуль не напасёшься.

– А в костюме можно выстоять против высшего? – заинтересовался мужчина.

– Сейчас и проверишь. Правила простые. Я буду тебя пинать. А ты… Ну, попробуй что-нибудь сделать. Попутно подмечай, как я действую в своём костюме.

Сергей, подумав, взял меч. Я тоже клинок себе выбрал. Универсальное оружие. Вышли наружу, и без предупреждения я заехал этим самым мечом мужчине по голове. Раздался гулкий звук, Сергей отшатнулся, но никак не пострадал.

– Это чтобы десять раз не объяснять, что тренировка безопасна. Как для тебя, так и для меня. Поэтому можешь не сдерживаться.

Но он всё же сдерживался. Сначала опасался драться и боролся с давно усвоенными рефлексами. Потом не мог весь потенциал реализовать, ну да это неудивительно. В первый день я пару часов потратил, только чтобы основы объяснить. Как двигаться, какие функции есть у брони, насколько хватит её запаса прочности. Чувствовалось, что занимаюсь не с высшим бесом, но хотя бы опытным и не бросившим спорт человеком, полным энтузиазма.

Главное, что я ставил целью урока – это показать защищенность. Для чего и гонял его вокруг склада, безжалостно избивая мечом. Он пытался защититься, но здесь и крылся ответ на вопрос, чего стоит средний бес в броне против высшего.

– Неплохо, – сказал я по итогу. – Глядишь, месяца через два начнёшь представлять из себя что-то серьезное.

К этому моменту вернулись обратно в здание, где, я был уверен, за нами никто не сможет подсмотреть, а значит, и узнать личность моего нового служащего. Эта мера предосторожности долго не продействует, но хоть что-то. Так-то его уже минимум раз засекли возле моего дома. А дальше сложить два и два труда не составит.

– Спасибо, господин, – поклонился он.

Я глянул на него и не стал поправлять. Было подозрение, почему он согласился на опасную службу. По той же причине, почему я взялся за эту пропащую землю. Ну, не совсем по той же, но корень, основа у этого схожая.

Деятельному человеку невыносимо без дела. В его же случае он так себя ещё и полноценным почувствовать может. Вот и сейчас его слова – это в некотором роде благодарность, пусть даже всего лишь за тренировку. На своих двоих ведь тренировался. Сражался.

– Но этого не хватит, чтобы противостоять высшему, – озвучил он сомненья.

– Логично, что ты даже со мной не справился, – хмыкнул я. – Но ты не учитываешь ряда моментов. Во-первых, освоив потенциал брони, ты сможешь добиться того, что она усилит тебя процентов на пятьдесят, а это существенное подспорье. Единственное, чего она не усиливает, – это скорости восприятия, и вот здесь да, тяжело придется. Если высший будет действовать в диапазоне, на котором ты не улавливаешь движений, то… Сам понимаешь. Никакие трюки не спасут. Почти… Во-вторых, это как раз про трюки. Такие, как разряд тока, если кто-то коснётся брони. Я тебе позже покажу, что скрывается в ней. В-третьих, некоторые мои противники – они как следующая ступень после высших.

– А есть и такая?

– Лучше быть готовым к чему угодно, – серьезно сказал я. – Это буквально. Я как-то дрался с гигантским зверем. Даже с несколькими. Хорошая новость в том, что каким бы грозным ни был противник, в девяносто девяти процентах случаев у тебя будет от десяти минут выживания. А за это время много чего измениться может.

– Я вас понял, господин, – ещё раз поклонился он. – Буду осваивать.

– Вот и хорошо. На сегодня со мной всё. Напиши в виде доклада, что тебе нужно для работы. Подумай над тем, где людей найти, как их обучать, что для этого понадобится.

– Сделаю.

– Вот, смотри, – протянул я ему артефакт, – Эта штука позволит тебе самому сюда перемещаться. В принципе, можешь в любое время заглядывать. Артефакта хватит на два заряда. Поэтому, когда приходишь сюда, ставь вот в эту штуку, – показал я зарядное устройство. – За час восстановит заряд.

– Перемещение для простолюдина?

– Ну да, – кивнул я. – Ах да, чуть не забыл. У нас тут рядом сеть порталов. Там их пока всего пять, но дальше станет больше, и над этим тоже надо подумать, как обеспечить защиту. Помимо гвардейцев и телохранителей, будут нужны ещё обычные охранники. Но по этому вопросу я тебя с Сергеем Гвоздевым сведу. Он у меня охраной занимается сейчас.

– Охране тоже костюмы достанутся? – улыбнулся мужчина, думая, что шутит и что ответ, конечно же, будет отрицательным.

– Можно, но не вижу смысла. Наверное, сделаю облегченный вариант. Защита от пуль, всякое такое.

Калач задумался, осмысливая сказанное. Наверное, для него принципиально иной взгляд на жизнь, когда обычного охранника вооружают артефактом стоимостью в миллиард.

– Мне нужны подробности, какими возможностями вы обладаете, – выдал он.

– Часть ты уже увидел. Остальное узнаешь в процессе.

Настаивать он не стал. Как-никак, первый рабочий день. Сейчас Калач на испытательном сроке, и мне ещё предстоит узнать, насколько он тертый, и тот ли это человек, кто мне подойдет. Пока впечатление неоднозначное, но я делал скидку на нестандартную ситуацию. Чтобы выполнять любую работу нормально, нужна соответствующая информированность, которой у него нет, и быстро этого не исправить. Мало послушать про возможности брони. Надо это испытать на собственной шкуре, чтобы понять, какого это. Да и рефлексы новые нарабатывать придётся. Сергей обучен уворачиваться от пуль, скрываться в засаде, но это не обязательно, когда ты под моей защитой.

Ладно, посмотрим, как оно дальше пойдет. Родиона я уже попросил присмотреть за ним. Аккуратно, чтобы остаться незамеченным, ну да он лучше свою работу знает.

* * *

Как закончил с Калачом, занялся своими делами. Передо мной стояло несколько в чём-то сложных, в чём-то рутинных задач. Первая сводилась к замерам энергии в округе и перенаправлению потоков сюда, в центр моих земель. Вторая – к первым шагам по созданию особой зоны. Не хотелось бы откладывать большую стройку до лета, зимой работается не очень, поэтому я собирался это исправить, создав здесь локальные, благоприятные климатические условия. Но этим позже займусь. Сначала – энергия.

Набрал Катю. Точнее, попытался. Связи не было, и с этим ещё предстоит что-то делать. На кого бы скинуть задачу, чтобы вышку установили? Эх, тоже потом. Открыл портал домой, перешёл на ту сторону и отыскал жену.

– Уже можно идти? – спросила она.

– Да.

– Как прошло?

– Пока никак.

– Насколько плохо?

– Пока я в нём не увидел человека, который полностью решит вопрос. Посмотрим, как проявит себя в ближайшее время.

– Это была всего лишь одна тренировка и первый день.

– Вот и я так думаю. Начнём? – спросил я, когда переместились обратно.

– Опять ты жену используешь. Нет бы самому научиться прыгать.

Я скривился от этой подначки. Катя знала про мои опыты. Знала, что я немного освоил «ощущение пространства», которое есть у ходоков. Но оно распространялось на пару метров вокруг меня, а как сделать так, чтобы ощутить точку где-то вдалеке, я пока не знал. Справедливости ради замечу, что в последние дни я этим и не занимался. Как и многими другими важными темами.

– Всё-всё, я шучу, – рассмеялась девушка. – Сделай лицо попроще.

– Да ну тебя, – отмахнулся я. – Идем?

– Идем.

Прыжок. Замер. Прыжок. Повторить сотню раз. Разве кто-то обещал, что работа алхимиков будет веселая? Это ещё хорошо, что жена – ходок. Не надо на машине ехать и тем более ногами идти.

Для оптимизации работы я использовал недавно доработанный артефакт, который снимал показатели течения энергии в окружающем пространстве и определял, в какой стороне наиболее вероятно повышение плотности. Прыгали вместе с картой и мешком других артефактов. На карте я делал отметки, где перспективные места, а артефакты помещал в землю, чтобы они пару недель данные пособирали. Потерять артефакты не боялся, они для меня видны издалека.

– Ну что? – спросила Катя в очередной раз, спустя два часа прыжков.

А это, замечу, и для сильного ходока то ещё испытание. Как хорошая тренировка для обычного человека. Не умрешь, истощение не словишь, но пропотеешь и устанешь.

– На сегодня закончим, – отметил я состояние супруги.

– Ты получил, что хотел?

– Боюсь, здесь ещё на неделю работы, а потом ещё и собрать артефакты надо будет. Данные пока неутешительные. Почему-то в этой местности пониженный уровень энергии мира, а значит, придётся повозиться, чтобы изменить это.

– Ты не ищешь легких путей.

В последние дни у нас в семье шуточки начались. Ты мог попросить любой кусок родовой земли у князя? Конечно же, надо было выбрать свалку!

– Не ищу, – легко согласился я.

– А о причинах умалчиваешь.

– Почему же. Тут особо нечего скрывать. Решение сложной задачи в конечном счёте даёт больше новых открытий. Это работа на перспективу. Если я смогу облагородить эту землю, то и ту, которая лучше, тем более сумею.

– Логично. Но мне почему-то кажется, что это не всё.

– Тебе кажется.

На самом деле нет. Но о других причинах я умолчу. Если попаду в другой мир, и там будут суровые условия, смогу их улучшить. Или как минимум повышу свои шансы на выживание. Собираюсь ли я в принципе в другой мир или ограничусь одной жизнью здесь – отдельный вопрос, который я пока не начинал обдумывать. В этом плане я не жадный. Тогда мне хотелось прожить нормальную жизнь, и я уже получил то, что хотел. Пусть и прошло мало лет, но я жив, у меня появилась настоящая жена, есть интересные дела, мир вокруг нормален. Шероховатостей на этой пасторальной картине хватает, ну и пусть.

Обманывать жену неприятно, но я утешал себя тем, что в данном вопросе нет ничего критичного. Или ей бы хотелось узнать, что я из другого мира? Слушай, давно собирался тебе сказать… Нет, точно бред. Может, на старости лет признаюсь, а пока не буду. Лишнее это.

Когда с Катей закончили, она отправилась по своим делам, а я заглянул домой, чтобы помыться, отдохнуть, привести себя в порядок, а потом двинуть к Кротовым. То есть в ресторан, где предстояло встретиться с Кротовым-старшим, а ещё деканом архитектурного направления. Будем обсуждать предстоящий конкурс.

Мы совместно собирались запустить среди студентов и уже действующих архитекторов конкурс на создание проекта города, который я собирался построить.

Что сказать. Сходил. Встретился. Договорился. Сама встреча прошла по-деловому. Быстренько обсудили, согласовали, что и от кого требуется, да на этом и попрощались. С меня финансирование. Победители получат неплохие награды. За первое место я обещал миллион, при условии, что там действительно будет что-то стоящее. Для студента миллион – это что-то за гранью. Ну ладно, это смотря для какого студента. Но прожить на эти деньги все пять лет учебы можно. Если экономно.

Но не это главный приз. Точнее, призов несколько, некоторые косвенные. Лучшие привлекут к себе внимание. В частности, могут попасть к Кротовым или даже поучаствовать в строительстве города. Надеюсь, из этого что-то путное выйдет. А там посмотрим, как получится.

* * *

Калач принёс доклад на третий день тренировок, и начинался он с внушительного перечня вопросов. Кого предстоит охранять, чем эти люди занимаются, куда и как перемещаются, какие объекты требуют охраны, какие риски, с кем воюем и так далее.

Если бы доклад ограничивался вопросами, это уже бы был не доклад, а хрен пойми что, но дальше где-то на десятке страниц в кратком изложение шла общая схема того, как работает гвардия. Пока Калач тренировался пользоваться доспехом… А сейчас он перешёл к продвинутым приёмам, когда задействовались усилители… Я прочитал документ, а потом ещё раз прочитал, чтобы уловить нюансы.

Сергей предлагал для начала набрать десяток рекрутов, обучить их, отработать протоколы, а дальше постепенно расширяться. Набирать он хотел из таких же «калек». То есть тех людей, которых по каким-то причинам списали в утиль и уволили. Меня вопрос заинтересовал, и я позвал Калача.

– А много таких?

– Я как минимум пару десятков человек знаю. Не уверен, что все подойдут, ну так я и не искал целенаправленно.

– Это нормально, что аристократы выбрасывают солдат?

– Нет.

Сергей достаточно освоился, чтобы чувствовать себя уверенно в разговоре со мной. Сказав нет, он растянул губы в той самой улыбке, которая выражала столь многое.

– Насколько мне известно, в некоторых странах распространена концепция слуг, и там такого не происходит. У нас же… Зависит от рода. Кто-то поддерживает выпавших из обоймы ветеранов, а кто-то…

– А кто-то нет, – закончил я за него.

– В какой-то степени их понять можно. Во время войны, когда уходят все ресурсы и род попадает в тяжелую ситуацию… То, скажем так, приходится отрезать балласт.

– Ты их оправдываешь? – спросил я с интересом.

– Когда меня выкинули, первое время я чувствовал опустошение и растерянность. Им на смену быстро пришёл гнев. Через некоторое время Рысевых уничтожили, и я порадовался, что не оказался в той мясорубке. Но, если честно, радость пришла сильно позже, когда я перестал ныть и начал что-то делать со своей жизнью.

– Откровенно, – кивнул я.

– Если нам придётся работать вместе, то охрана семьи подразумевает некоторую близость, – пожал он плечами, что в броне тоже было доступно. – А сказал я это к тому, что оправдание и понимание – разные вещи. Мне хватает мозгов понимать логику некоторых аристократов.

– Хорошо. Идём тренироваться. Заодно обсудим некоторые моменты.

Некоторые моменты относились к вопросу организации. Людей надо где-то разместить. Их надо где-то тренировать. Кто-то должен следить за выплатами и распределением наград. Что не является проблемой при маленьком отряде, но обязательно таковой станет, когда он увеличится человек до пятидесяти.

Я прикинул, нужно ли мне столько людей, и понял, что да. Ну как понял. Сергей это аргументировал тем, что люди не железные. Он это не прямо сказал, а указал в блоке про распорядок, смены, увольнительные и прочие моменты. Хочешь круглосуточную защиту, готовь три группы, а к ним добавь отряд быстрого реагирования, а лучше два, чтобы они тоже друг друга сменяли. И это минимум.

Так я понял, что, помимо командира гвардейцев, нужен бухгалтер, начальник склада и бог знает кто ещё. Ладно, со всем этим постепенно разберемся. В конце тренировки я ответил на все вопросы, что были в начале списка. Беседа часа на четыре растянулась, и некоторые моменты Калач записывал. Не удержался, попросил показать, что он там строчит. Мужчина усмехнулся, протянул блокнот и… Ничего, кроме общих слов, я там не нашёл. Даже зная, о чём шла речь, от силы треть соотнёс с поднятыми темами.

– Важную информацию бумаге доверять нельзя, – постучал он себя по голове.

Это было определенно очко в его пользу.

* * *

Ещё через неделю, которую я занимался теми же делами, что и до этого, стало понятно, что с Калачом мы сработаемся. Первое впечатление оказалось обманчивым, и мужик попался деятельный. На тренировках не халтурил, план развития толковый предложил. Сам я в этом мало разбирался, но не поленился к Родиону заглянуть, совета спросить. Тот одобрил и сказал, что это, в принципе, стандартный вариант.

Отмечу, что первая часть плана была рассчитана на год. За это время мы должны подготовить хотя бы десяток толковых людей, которые будут представлять собой реальную силу. В моей-то броне это не так уж и сложно. Со всеми артефактами, конечно. Ничего, сделаю образцовых рыцарей и отниму славу у Кнайтов.

Мы даже название придумали. Соколята. Звучит смешно, но это пока они не покажут, что могут. И чего я раньше гвардию формировать не начал? Это же так интересно.

Так вот, через неделю с Сергеем встретились у Гвоздевой в центре. Ради двух целей. Во-первых, я познакомил его с Сергеем Гвоздевым. Плохо, конечно, что их обоих Сергеями зовут, но что поделаешь. Со своим старым знакомым я нового человека тоже обсудил. И то, как Гвоздев дальше будет на меня работать. Решили на него организационную часть свалить. Он мужчина хозяйственный, но от войны окончательно отошедший, вот пусть и занимается обеспечением да порядком. И присматривает тоже. Ему я доверял куда больше, чем Калачу.

Сегодня я этих двоих познакомлю. А если точнее, они сами познакомятся. Потому что Калач вместе с семьей сюда приедет сам и со мной пересекаться не будет. В открытую. Так-то я его в кабинете Ольги ждать буду.

– Привет, – поздоровался я с Ольгой, когда переместился через проход. – Не пришли ещё?

– Как раз зашли. Девочки передали. Ты предупредил его, что новую конечность просто так не восстановить?

– Да. Но ты это с позиции какого опыта рассказываешь?

– Своего и общецелительского. Медицина тоже так не умеет.

– А сильный целитель в связке со мной и нашими наработками?

– Я уже думала об этом. Но давай посмотрим.

Вскоре в дверь постучали, она открылась и внутрь заглянул Калач. Без семьи. Пришёл он вместе с ними, но его женщинами займутся другие специалисты. Проведут полное обследование, подлечат, если надо. Жена у него, кстати, самая обычная. Дочери – очень слабенькие бесы.

– Входи, – сказал я.

Сергей зашёл, помялся и выдал:

– Здрасте, – это он к Ольге обратился. Та на него смотрела, прищурив глаза.

Кто не привык к общению с сильными целителями, тот воспринимал подобное как агрессию. На самом же деле Ольга сканировала его организм.

– Садись, – указала она на кушетку.

Кабинета в этом здании у неё два. Один приёмный, а второй директорский. Встретились в приёмном, как нетрудно догадаться. Сергей доковылял и лёг, куда сказали. Протез у него примитивный. Крепление, палка и второе крепление к ботинку. На досуге я подумывал, смогу ли создать нормальный протез. Без сложных расчётов понял, что смогу, но заниматься этим желания никакого не возникло. Возни много, а результат скромный, несмотря на то, что это улучшит чьи-то жизни. Проблема в том, что это будет малое количество людей. Надо искать такие решения, которые помогут сразу большому количеству. В частности, Ольге – развить направление восстановления конечностей. Чтобы она потом обучила новое поколение целителей, и те помогали массово.

– У тебя не только с ногой проблема. Не знаю, что послужило причиной, но твоя регенерация сбита. Генетическое?

– Она всегда сбоила, – признался мужчина.

– Ясно. При этом потенциал неплохой. Будь ты лет на двадцать моложе… Так… – женщина пробежалась пальцами по протезу и отстегнула его. Коснулась обрубка, прикрыла глаза и молчала минут пять. – Что могу сказать, некоторые вопросы решаемы прямо сейчас. Другие – надо пробовать.

– А подробнее? – спросил Сергей.

– Прямо сейчас могу почистить организм, освежить его, так сказать, и чуть подправить по мелочи. С твоей ногой и генетическим отклонением дольше повозиться придётся.

– Но это решаемо? – с напряжением в голосе спросил мужчина.

– Ничего обещать не буду. Одно связано с другим. Будь твоя регенерация чуть лучше, нога бы и сама постепенно отросла. Но тут и сбой, и реализация потенциала скромная. Не повезло. Сейчас выйдешь из кабинета, дойдешь до процедурного. Я девочкам скажу, какие анализы надо взять. Кровь сдавать не боишься?

– Нет.

– Вот и хорошо. Можешь идти. Загляни сюда через неделю. Начнём работу.

– Спасибо.

Сергей спустил ногу с кушетки, забрал протез и быстренько его надел, после чего ушёл, куда отправили.

– Что скажешь? – спросил я.

– Да можно ему ногу вернуть. Если даёшь добро, займусь этим.

– Конечно, даю.

– Мало ли. Это же теперь твой человек.

– И что? Приди он просто так, ты бы ему не помогла?

– Не знаю, – дала она неожиданный ответ.

– А как же бесплатные недели?

– Так на них очередь, а с ним долго возиться придётся. Тема сложная, и, если честно, мне истрепали много нервов в последние дни. Не хочу этого признавать, но работать с богатыми клиентами куда проще. Да и приятнее.

– Неожиданно.

Ольга всегда радела за помощь людям, а тут такие заявления.

– Я не отказываюсь от бесплатной работы, – выставила она перед собой руки. – Просто… А ладно, чего тебя этим грузить? Люди иногда неадекватные попадаются, всю душу вынуть готовы. Им помогаешь, а они недовольны, что в очереди ждать приходится. Забудь, в общем.

– Как скажешь. Так что по Сергею?

– Пусть кровь сначала у него возьмут. Сделаем анализы, я подготовлюсь. Тебе образец тоже предоставлю. А там видно будет. Может, за пару сеансов управлюсь. Могу растянуть, если надо.

– Оль, видимо, тебя серьезно допекли.

– Ой, отстань, – отмахнулась она.

– Работай, как обычно работаешь. Даже если я с этим человеком дальше сотрудничество не продолжу, то всё равно помоги.

– Хорошо.

– Спасибо тебе.

– Да пока не за что, – снова махнула она рукой.

– Оль, а ты давно отдыхала?

– Недавно у тебя дома сидела и сидела. Наотдыхалась по самое не могу.

– А нормально? Выбраться куда-нибудь? Море там.

– Ну…

Она честно задумалась, но я и так знал ответ. Последний раз был… Так давно, что никто и не вспомнит.

– Я позабочусь об этом. Готовь чемоданы.

– Нет! – возмутилась женщина. – Сейчас не до этого!

– Я тебя давно знаю и вижу, что ты устала.

– А сам-то? Когда последний раз отдыхал?

– После свадьбы.

– Сомнительный у тебя отдых вышел. Сначала виллу взорвали, потом с морским чудовищем бился.

– Думаю, твой отдых спокойнее пройдет. Да и разве ты не хочешь, чтобы Кир у моря время провёл?

– По больному бьешь.

– Знаю. Я позабочусь о вопросе. Правда, сейчас зима подкрадывается, но мы придумаем что-нибудь.

Ольга закатила глаза, но ничего не ответила. Всё же она разумная женщина.

Глава 10. Семейный отдых

Последний разговор с Гвоздевой неожиданно перерос во что-то большее, чем чей-то отдельный отдых. Началось всё с Кати. Так уж сложилось, что в последнее время я полюбил скидывать дела на кого-то другого. Если это было что-то конкретное, и у меня уже имелся человек, который мог это сделать, задача поручалась ему. Если же это было что-то абстрактное, то сначала я обсуждал все с женой.

– Отпуск? – задумалась Катя, когда мы ужинали вечером. – А это хорошая идея.

– Да, а то Ольга что-то забегалась. Не помешает после пережитого скинуть напряжение.

– Вот именно! – выставила Катя вилку в мою сторону. – Не помешает. Нам всем.

– Ну нет, – понял я, к чему она клонит.

– Да-да, – закивала она и улыбнулась. – Я подумаю, как это лучше организовать. Ни о чём не беспокойся.

– Мне главное – вопрос безопасности решить.

– Разберемся.

Разобрались, несмотря на весь мой скептицизм. Катя поговорила с мамой на следующий день, та подумала, рассказала ей про кое-какие планы, это дошло до князя, он тоже задумался, и…

В итоге так вышло, что решили ехать всем скопом. Имелось в виду, что будут Медведевы, Соколовы, Гвоздевы и много кто ещё.

– Дядя решил устроить большие переговоры или смотрины, уж сам думай, как это называть, – сообщила Катя через пару дней.

– Так… – протянул я, подозревая, что ввязался во что-то нехорошее. – А подробности? Смотрины – это вроде знакомство с женихом. Кто невеста?

– Ты, конечно же, – хихикнула супруга. – Сейчас дядя ведет активные переговоры с немцами и китайцами. Один из ключевых вопросов – это открытие стационарных проходов. О технологии много кто узнать успел, а нужным людям показали вживую.

О том, что нечто подобное произойдет, я знал, но подробностей не слышал. Не потому что их от меня скрывали, а потому что сам ими не интересовался. Заскакивал каждый день к самим порталам, снимал данные, анализировал их и дальше делами занимался. Иногда что-то докручивал и подправлял. А какие там события вокруг происходят… Не интересовало меня это, другим голова была занята.

Но спешит князь, ох спешит. По моим прикидкам, технологию, чтобы её массово применять, можно будет запускать через год-два. Пока это работает, потому что объёмы маленькие, и я могу за всем следить. Надо срочно отдел обслуживания формировать. Когда бы ещё время на это найти.

– Собственно, – продолжила Катя, – дядя решил совместить приятное с полезным. Встретимся на азиатском курорте, у них сейчас теплее, чем в наших краях. Пообщаемся вживую. На тебя тоже хотят посмотреть, как на главного изобретателя. Охрана там будет по высшему разряду, так что Гвоздевым будет не о чем волноваться.

– Не уверен, что им будет комфортно в таком окружении. Там ведь не простые люди соберутся.

– И что? – посмотрела на меня Катя. – Твоя Ольга – одна из сильнейших целительниц. Которая неожиданным образом выросла в силе, хотя до этого ничего такого не показывала, – жена подмигнула мне, давая понять, что некоторые тайны вовсе не тайны. – Да и остальные целители, что в вашем центре работают, тоже чуть в силе прибавили…

– И об этом тебе сказала…

– Мама. Что ты хотел, за тобой присматривают и каждый шаг фиксируют.

– Ожидаемо. Только я не понял, как это должно обеспечить комфорт самим Гвоздевым.

– Как по мне, всё очевидно. Уверена, Ольга и дальше будет расти в силе. А потом под её руководством появится несколько десятков целителей, тоже сильных. Аристократы не очень их ценят, но тут какое дело. Причина-то не в отсутствии пользы, а в том, что сильных целителей мало, и аристократам они редко что могут предложить. А так, кто знает, чему твоя Ольга научится, и какие ей грани откроются.

– Воу-воу, – выставил я руки перед собой. – Если бы ты не была моей женой, я бы сейчас сильно напрягся.

– Меня хорошо учили, – улыбнулась Катя и пожала плечами. – Некоторые шаги довольно легко предсказать, и это доступно не только мне. Уверена, многие очень внимательно за тобой следят. А что касается Гвоздевых… Пусть Ольга привыкает общаться с сильными мира сего. Рано или поздно ей предстоит с этим столкнуться по полной.

– Возможно. Ладно, если им не будут досаждать, наверное, это хороший вариант.

– Смешной ты. Твои друзья могут попасть в место, где будет отдыхать правитель страны, а ты беспокоишься об их комфорте. Многие бы руку отдали, а то и две, чтобы просто рядом постоять.

– Ерунда это всё. Если бы я хотел развить связи Ольги, этим бы и занялся. Сейчас же я хочу организовать им отдых.

– Будет им отдых, не переживай. Наш комфорт я возьму на себя, тебе ни о чем беспокоиться не надо. Кроме своих штучек, разумеется.

Катя знала волшебные слова, которые любую идею делали в моих глазах интереснее. Взять быт на себя. Вот и всё, что нужно, чтобы я расслабился и меньше парился о всяких вещах, не связанных с алхимией.

– Тогда жду деталей, когда и куда отправляемся.

– Пара дней уйдет на согласование, а там я расскажу тебе подробности. Когда пойдем по магазинам?

– По магазинам? – напрягся я.

– Конечно! Мне нужны новые купальники! А ещё сделаешь украшения? Надо же имидж жены артефактора поддерживать!

– Ох…

Отдых, ага, конечно же. Прям чую, что отдохну по самое не могу.

– Ладно, ладно, купальник сама выберу. С Софией схожу.

– Она тоже будет?

– Да, их семья участвует в проекте.

– Хорошо.

Давненько её не видел. Месяца три как. Последний раз – на свадьбе. Всего три месяца, а ощущение, будто сто лет назад. Высокий темп жизни набрал, однако.

* * *

В назначенный день, а долго тянуть с отдыхом не стали и выбрали конец второй недели декабря, Катя переместилась в место отдыха, вернулась за мной, я поставил там маяк и дальше сам переправил Гвоздевых.

То, как они собирались, – отдельная история. Один чемодан для Ольги меня не удивил. Маленькая сумка для Сергея тоже. Коляска и ещё один большой чемодан для Кира – вот, что странно.

– Неужели ребенку нужно так много вещей? – спросил я, когда Кир отвлекся и любовался открывшимся пейзажем.

– Ты не представляешь, сколько, – ответила Ольга.

Сейчас она была одета в легкое платье, босоножки, а на лице сверкали темные очки. Абсолютно не вариант в таком выйти на улицу в столице, зато здесь – самое то.

Попали мы на задний двор просторной виллы, рассчитанной… На самом деле я не знал, но того, что открылось взору, хватало для уверенности, что двумя семьями поместимся, а при желании даже не встретимся.

– Пойдемте, что ли, – позвал я за собой. – Кир, а ты плавал когда-нибудь в океане?

– Океане? – заинтересовался мальчик.

Я увёл Кира за собой, Гвоздевы пошли за нами. Там и Катя вышла встречать. Она уже успела осмотреться, но не полностью. Встретила нас также и прислуга, которая дом и показала. Два крыла, левое и правое, плюс гостевые комнаты. Одно крыло для нас с женой, второе для Гвоздевых. Первое впечатление оказалось верным, здесь и правда хватит места, чтобы потеряться.

– Не слишком большой дом? – спросил я у супруги.

– Здесь так принято.

– Здесь – это у кого?

– У азиатов. Они любят, чтобы всё было большим. Машины, дома.

– Ещё скажи, что они любят дешевые понты.

– Нет, не скажу, – рассмеялась супруга. – Но их аристократы в целом считаются более агрессивными, чем европейцы. Так что будь аккуратен.

– Кто-то рискнет спровоцировать конфликт с нами?

– Легко. Постараются сделать так, что ты будешь выглядеть агрессором, а они пострадавшей стороной.

– Мы точно на переговоры приехали?

– Эдгард, милый, разве ты думал, что обойдется без скрытых ходов, интриг, провокаций и попыток перетянуть одеяло на себя?

– Если так, зачем тогда такие союзники?

– Так принято, – пожала жена плечами. – Просто будь готов к тому, что тебя могут попытаться прощупать.

– И как реагировать?

– Да как хочешь. Ты же глава семьи.

– Ну, воды здесь глубокие.

– Если вздумаешь бить, бей так, чтобы у всех отпало желание возмущаться, – с серьезным видом кивнула супруга, а я задумался, сколько в этом юмора, а сколько – прямых инструкций.

Дом я осмотрел. Территорию тоже. Про здание уже говорил, что оно просторное. Что касается территории – она закрытая, со своим выходом к воде. Ещё пара бассейнов имеется, кухня, бар, прислуга, готовая выполнить любые пожелания. Полный комплект. Единственное, что мне не нравилось, – это жара. Десять минут назад был в зиме, а попал в знойное лето. Организму потребуется некоторое время, чтобы перестроиться.

Кстати, надо бы провести испытания, как будут себя вести порталы в условиях различных погодных условий. Если с одной стороны плюс тридцать, а с другой – минус, это может вызвать неприятные эффекты, типа разрушения прохода или скачков в подаче энергии. Проще всего этот вопрос решается размещением порталов в зданиях, но не всегда будет такая возможность.

Дом располагался на закрытом острове для аристократов. Сюда вполне можно попасть, если заранее забронировать. Ну, или если ты настолько влиятельный, что можешь пройти без очереди.

На берегу расположены всякие особнячки, а в центре рестораны, общие зоны, места для переговоров – полный список того, что может потребоваться людям для общения. Насколько я понял, встреча имеет полуофициальный характер. Серьезные разговоры напополам с валянием на песочке. Будь моя воля, первой части я бы избежал. Да и второй тоже, чего уж. Сидеть без дела я долго не смогу.

Хорошо, что время подготовиться у меня было. Докрутил идею с амулетами, чтобы в любом помещении можно было развернуть подобающую оборону. Прописал список угроз, порылся в документах, чтобы поднять точные характеристики, и сделал амулеты. Поэтому сейчас один чемодан забит ими. Но это не всё, что будет нас защищать.

Глянув на часы, вышел в свободную комнату, разместил маяк и отодвинулся в сторону. Подождал пару минут, и передо мной открылся портал, в который вошёл Сергей Калач. В броне, разумеется. Не в пляжном же костюме.

– Как ощущения? – спросил я, когда Сергей осмотрелся и поклонился.

– А какие должны быть?

– Не жарко?

– Нет, господин.

– Хорошо. Тогда следуй за мной, покажу тебе дом, а чуть позже начальник охраны подойдет, поступишь в его распоряжение.

Калача я сюда взял, чтобы он набирался опыта. Ну, или обновлял старый опыт, так сразу и не скажешь, потому что он вроде боец был тренированный, вот только броня диктовала новые условия.

Родион мне заранее скинул описание, как будет устроена охрана. Каждая сторона будет заботиться о себе самостоятельно и стараться сделать так, чтобы и других не задело в случае чего. С нашей стороны, то есть со стороны князя, помимо стандартной охраны, будут блокираторы и отряд рыцарей. Суровые дядьки в ещё более сурового вида броне. Между прочим, в штабе князя не забыли про разработку дизайна, так что гвардейцы-охранники будут щеголять в стилизованных под медведей доспехах.

Круто, колоритно, запоминается. А ещё ни у кого подобного нет.

Сергей же попадёт к этим ребятам, для того чтобы поучиться, обновить знания, посмотреть, как решаются вопросы на княжеском уровне. Потом под мои нужды подстроится.

* * *

Как закончил с Сергеем, прошёлся по дому и рассовал амулеты по разным местам. Некоторые на виду оставил, а некоторые в стены вмуровал.

Также у каждого прибывшего со мной имелся отдельный набор артефактов, которые рекомендовалось носить всегда и везде. Начиная со стандартной защиты и заканчивая артефактом для открытия проходов на случай экстренной эвакуации. Надеюсь, не понадобится. Хоть какой-то же отдых должен пройти спокойно.

С делами, размещением и всем прочим закончили к вечеру. Тогда же мы с Катей отправились ужинать к князю. Без Гвоздевых. Теоретически я мог их взять с собой, а практически им там нечего было делать. Эти две части моей жизни пусть и соприкасались между собой, но не стали пока едиными. Да и сами Гвоздевы не высказали желания куда-то идти. Кир, как заведенный, носился то по пляжу, то в бассейны нырял, то на качелях катался, то ещё что-нибудь выкидывал.

Завтра к нам Нино с Матвеем заселятся. Ещё шумнее станет.

В чем прелесть жизни ходоков, так это в том, что, одевшись официально, не обязательно по жаре идти через остров к соседнему особняку. Катя просто взяла меня за руку, мгновение падения через темноту, и мы уже в другом месте.

Калач с Гвоздевыми остался, у князя и своей охраны хватает. Дежурить мой гвардеец будет, пока я не вернусь. Не один, само собой. Пока ему не так много доверия.

Прошлый раз, когда двое убийц проникли через мою систему охраны, повториться не должен. Уж точно не когда я рядом. Так что потребности в круглосуточном нахождении броненосца нет. Да и спать ему надо. Это через месяц-другой, когда новых людей наймем и обучим, возможно станет, а пока нет, тестовый режим. Так что придётся людям князя пока этим заниматься.

– Катя! Эдгард! – воскликнула София, заметившая нас первой.

Она обняла двоюродную сестру, а потом и меня стиснула. Животик у неё заметно округлился, да и сама женщина набрала веса. Щёчки появились, что выглядело мило и очаровательно. Завязался разговор, но тут появился муж Софии, потом прибежала сестренка Кати, вышла Ольга Владимировна, Август мелькнул… В общем, следующие полчаса я со всеми здоровался, обменивался короткими фразами да наблюдал за общением родни.

Потом из этого круговорота нас с Катей выдернула София и утащила в свободную часть дома. Где мы расселились по подвесным креслам и смогли пообщаться. Ну как пообщаться… Девушки, конечно же, начали обсуждать беременность.

– И как ощущения? – спросила Катя.

– Потрясающие! – воскликнула София. – Он пинается, представляешь?!

– Дай потрогать!

Стоит ли говорить, чем мы занимались в следующие минуты? Я было, почувствовав неловкость, остался тихо сидеть в сторонке, но мою руку взяли в плен и решительно переместили на живот Софии.

В тот же момент меня хорошо так пнули.

– Ого! – вырвалось у меня.

Сама идея, что в одном человеке живет другой маленький человек и пинается, казалась чем-то нереальным.

– Ты ему понравился! – уверенно заявила София.

А я подумал, что с детьми нам с Катей и дальше откладывать особо нет смысла.

– Дай мне! – теперь супруга сдвинула меня в сторону и наклонилась над пузом. – И кто тут такой хороший? Скажи привет тётушке!

Когда живот был обласкан, разговор вернулся в нормальное русло. Хотя что может быть нормальнее, чем дети?

– Уже знаете, кто будет?

– Мальчик! – ответила София с видом победительницы.

Лично я не видел особой разницы, какой пол будет у ребенка. Главное, чтобы здоровый родился, а остальное приложится. Но это мои взгляды – следствие жизни в мире, где в последние годы дети если и рождались, то больными, не способными выжить и повзрослеть. Аристократы же этого мира смотрят на пол сугубо утилитарно. Мальчик – это сила рода. Девочка – возможность заключить или укрепить союз путём брака. Ну и да, родить мальчика для женщины-аристократки большая честь. За такое отец ребенка, если не совсем дурак, будет её на руках носить.

– Поздравляю! – сказала Катя.

Я тоже поздравил.

– А что вы? – перевела София взгляд на нас. – Когда за первым пойдете?

– Скоро, – ответил я раньше, чем Катя успела смутиться.

– Мне нравится твой настрой, – подмигнула София, а Катя всё же смутилась, но по другому поводу.

Мы пока это не обсуждали. Не было конкретной даты, когда начнём. Сейчас индекс Кати вырос до восьмидесяти. Это при том, что средний высший бес начинался от шестидесяти, и это я говорю про мужчин. Для женщины иметь такой индекс – это большое достижение. Да у Ольги Владимировны такой же! Это при том, что она старше в два раза. У Софии же как раз в районе шестидесяти. Сейчас трудно определить, потому что беременность сбивала мои методы оценки. Сделаю себе пометочку, чтобы доработать печать.

– Непонятно, чего вы ждёте, – добавила женщина и замерла, прищурившись. – Катя, а почему я ощущаю тебя сильнее себя?

– Ты же беременна. В твоем положении куда воевать? – расплылась в улыбке жена.

– Дамы, вам не кажется, что мы задержались? Насколько я слышу, там все возле стола собрались. – вмешался я.

– Что ж, не оставлять же Эдгарда голодным. А с тобой потом поговорим! – София внимательно посмотрела на Катю. – Хотя я и так уже догадалась. Твои штучки, – на этот раз выразительный взгляд достался и мне. – Но не буду лезть в дела Соколовых. Просто порадуюсь, что у вас всё хорошо.

* * *

Остальная часть вечера прошла по-семейному буднично. Поели, поболтали о всяком разном, дела не трогали. Старшее поколение долго молодое держать не стало и отпустило нас с миром. Света, сестра Кати, насела на Августа и уговорила того сопроводить её к океану, чтобы искупаться. На возражение, что в темноте этого лучше не делать, был дан закономерный ответ, что так интереснее.

В итоге все скопом пошли к морю. Я оккупировал шезлонг и остатки вечера провёл, слушая шум океана и наблюдая за тем, как белые шапки пены, пытаются выбраться на берег.

У них это получалось хуже, чем у Светы доставать Августа. Не знаю, что там между ними случилось, но юная леди знатно потрепала нервы парнишке и в конечном счёте заставила его залезть в воду.

Ох уж эти подростки.

* * *

Утро началось на расслабленной ноте. Я открыл проход из офиса для Нино и Матвея. Те взяли по маленькому чемодану на каждого. Этим Нина сломала шаблон, отказавшись от горы платьев и других, конечно же, очень важных вещей.

Пока Катя показывала им дом и размещала, меня нашла горничная и сообщила, что пожаловали гости. София и Артур Хофман. Я планировал позавтракать большой компанией, но прикинул расклады и изменил решение.

– Пригласите их в дальнюю комнату и предложите завтрак. Я сейчас подойду.

– Да, господин, – ответила женщина на английском, с едва заметным акцентом. Поклониться она тоже не забыла.

Я заглянул к Гвоздевым, хотел предупредить, чтобы завтракали без меня, но увидел, что они уже поели.

– Ты бы ещё позже пришёл, – фыркнула Ольга. – Кир проснулся в шесть утра и потребовал вести его к океану.

– А, ладно тогда. У нас там гости пожаловали, пойду займусь ими.

– Удачи, – Ольга перевязала волосы, взяла большой надувной круг, который неизвестно где и когда достала, и отправилась к воде.

Сергей уже был там. Первый этаж в здании был полон открытых пространств и панорамных окон, поэтому я проводил взглядом Ольгу, отметил, что Калач в броне стоит в тенёчке, кивнул ему и отправился к Софии с мужем.

* * *

– Утро доброе, – поздоровался я, когда вошёл в комнату.

– Эдгард, – София поднялась и обняла меня.

Её муж, Артур, протянул руку и тоже поздоровался.

– Вы уже завтракали?

– Успели перекусить, так что не волнуйся. Мы заказали напитки. В этой жаре постоянно хочется пить, – сообщила София.

Она раскраснелась, щёки порозовели, да и в целом выглядела румяной, как… кхм… свежеиспеченная булочка. Кажется, раз такие сравнения в голову приходят, самому пора позавтракать. Но раз гости есть не будут, не вариант. Придётся обойтись напитками и закусками, а нормально поесть позже.

Дверь открылась, и появилась Катя. Обнимашки и приветствия пошли по новому кругу. Когда расселись, я отметил то, как сидит София. Да и Артур тоже. Если не усложнять, то было два варианта того, как они могут повести себя здесь и сейчас. Либо неформально, и тогда это будет дружественная беседа. Либо формально, и тогда это намек на то, что хотят поговорить серьезно.

При том, что Софии было жарко и неудобно с животом, она села на краешек дивана и держала аристократическую осанку, не позволяя лишних вольностей.

– Тебе жарко? – спросил я её, вклинившись в обмен ничего не значащими фразами.

– Сейчас медленно адаптируюсь, – ответила женщина, смутившись.

– Прости, что так прямо спросил. Вот, держи, – достал я из кармана кольцо. – Сейчас, одну минутку… Пальцы опухли?

– Кхм-кхм, – прокашлялась Катя, намекая, что такие вопросы задавать некрасиво.

– Сейчас-сейчас, – улыбнулся я. – Если тебе плохо, можно Ольгу попросить посмотреть. Она сильная целительница, – пояснил я Артуру, который внимательно слушал и слегка напрягся.

С ним мы до этого виделись лишь на нашей с Катей свадьбе, и поэтому никаких дружественных отношений между нами завязаться на успело. Так что, с его точки зрения, мы посторонние люди, которые слишком фривольно общаются с его женой. Нет, умом он наверняка понимает, что формально мы здесь все родня, но… А, ладно, чего гадать. В общем, от Артура повеяло небольшим напряжением, поэтому пояснения не будут лишними.

– А это тебе, – я прямо на глазах у собравшихся изменил размеры кольца и протянул Софии. – Попробуй.

– Что оно делает? – в отличие от супруга, женщина хорошо меня знала, в том числе что я умею, поэтому доверчиво забрала кольцо.

– Это амулет для регулировки климата вокруг пользователя. Иначе говоря…

– Мне стало прохладнее!

– На самом деле не так. Просто лишнее тепло теперь отводится в сторону, так что солнечный удар тебе не грозит.

– А и правда так легче.

– Это и есть твоя сила одаренного? – заинтересовано спросил Артур.

– Да. Позволяет делать жизнь чуть более комфортнее.

– Удивительно. Никогда такого не видел.

Это его, наверное, так свободная трансформация впечатлила.

– Если нужно, могу ещё таких штук сделать.

Это кольцо я смастерил на скорую руку, использовав те расчёты, которые недавно проводил для создания идеальной климатической зоны. Кольцо не способно справиться с экстремальными условиями. То есть оно не может понизить температуру хотя бы градусов на десять. Но на пару – да. А ещё чуть охладить воздух, убрать лишнюю влажность и сотворить ещё несколько мелочей, что добавляют комфорта, но не грозят застудить, как в случае кондиционеров.

– Ты прямо как волшебник из сказок, который вытаскивает из рукава всякие магические штуки, – сказала София.

– Так меня ещё никто не называл, – посмеялся я.

Завязался разговор, некоторое время общались, а потом София попросила Катю показать дом. Жена бросила на меня взгляд, дождалась кивка и ушла вместе с сестрой.

– Ты хотел о чём-то поговорить? – спросил я Артура.

– Сразу к делу? – улыбнулся он.

– Можем поболтать о погоде, – ответил я на улыбку.

Он сделал пару глотков ягодного напитка, что нам принесли, и не стал артачиться, обозначив тему.

– Видел новую охрану у князя. У тебя в доме тоже люди в броне ходят.

– Есть такое.

– Выглядит внушительно. И заставляет задуматься кое о чём.

– О чём же?

– О том, что мир изменился, а вместе с ним и правила игры. За твоим конфликтом… кхм… с некоторыми людьми много кто следил. Учитывая, что ты жив, это впечатляет.

Я промолчал, не собираясь лишним словом выдавать информацию. Неизвестно, о чём знает Артур, а следовательно, и его клан..

– Я хотел бы узнать, как заполучить такую же броню.

– Купить, – ответил я спокойно. – В этом нет никакой тайны. Почти любой может приобрести у меня броню на заказ.

– А насчёт условий…

– Для своих одна цена, для чужих – в два раза выше. Иногда в три.

– От чего это зависит? – заинтересовался Артур.

– Некоторые аристократы умеют раздражать с первых минут общения.

– А, понимаю, – покивал он. – Тогда…

– Так вышло, что отдыхаю я со своими людьми. У них можно узнать все подробности. Единственная проблема – это сроки.

– Очередь?

Мысленно я забавлялся тем, что Артур знает куда больше, чем озвучивает, но нет, всё равно пришёл, хотя это было необязательно. Если рассматривать с точки зрения цели купить броню, конечно же. А если цель – пообщаться со мной лично и установить контакт, пусть и за счёт сделки, то всё правильно делает.

– Она самая. Впрочем, если вашему клану нужно очень срочно, я могу сделать один костюм быстрее. Если заказ большой, то, – развёл я руками, – придётся подождать.

Артур кивнул, принимая ответ. Скрытый смысл он понял. Для своих я делаю чуть больше, и так как он муж Софии, готов пойти на уступки. Скромные, ну так и не София заказывает, а клан, что несколько другое.

– Мы готовы заказать, – ну вот, он всё понял верно, раз говорит «мы». – Наши дальнейшие шаги?

– Загляните в офис в Москве в любое удобное время, я своих предупрежу.

– Договорились. Всё же удивительно, что один человек способен создавать настолько разные вещи. Броня меняет подход к военным конфликтам, а стационарные порталы – отношение к логистике, путешествиям и торговле.

Под торговлей он подразумевал то, ради чего с немцами князь сейчас проект и обсуждает. Поставку газа для обеспечения нужд страны.

– Скажи, Эдгард, тебе нужна какая-то помощь в связи с этим? Любого характера.

– Да вроде справляюсь, – ответил я.

К чему он это? Броня была не основным поводом для разговоров?

– Сейчас наша страна зависит от поставок электричества. Мягко говоря, из-за этого есть ряд больших проблем.

– У вас нет своей энергетики?

– В примитивном состоянии. Как и в ряде других европейских стран, которые полностью зависят от Франции. А те – от других стран, в свою очередь, не обладая некоторыми необходимым производствами.

– Любопытная у вас там ситуация сложилась, – сказал я аккуратно, начиная подозревать, к чему он клонит.

– Ты прав. Не у одних вас имеются проблемы с внешним вмешательством.

– Если так, не приведет ли наш проект к новым проблемам?

– Может. Французы уже насторожились. Если наша в них потребность существенно снизится, и они лишатся на этом рынке монополии, то…

– В силу их зависимости они не могут этого допустить.

– Да. Мы все между собой связаны, и внесение изменений неизбежно приведет к конфликтам.

– Которые можно было бы решить, если бы не внешние обстоятельства.

– Именно. Но события последних дней заставили взглянуть на ситуацию иначе. Остаётся вопрос, куда это всё заведет и какие препятствия возникнут на пути.

Как интересно повернулся разговор. Организация не только в далеких странах чудит, но и в Европе всех контролирует. Ну да я это и так знал, просто деталей не представлял.

Хороший вопрос, как дальше ситуация будет развиваться. Официально с организацией перемирие. При этом Родион продолжает собирать на них всю возможную информацию. Князь, я уверен, тоже в любых планах учитывает возможность их влияния. Что касается меня – никаких активных действия я не предпринимаю, но это не означает бездействия. Я готовлюсь, как могу. Закладываю фундамент для того, чтобы не допустить прошлых ошибок и в случае нового конфликта неприятно удивить врагов.

Перечисленное касается локального конфликта на территории России. А в случае проекта между двумя странами, как отреагирует организация? К нам лезть не будет, а сработает на территории Европы? Или и там в стороне останется и позволит ситуации развиваться свободно? Я в глобальную политику никогда не лез, поэтому слабо представлял текущие расклады. Артур сказал, что Германия зависит от Франции, и я этим своим проектом зависимость снижу. Соответственно, и без всякой организации французы затаят на меня обиду. А ведь во Франции мои родственники живут. Хм… Что-то нехорошая перспектива вырисовывается, надо запросить расклад, кто там сейчас у французов самый сильный, и чьи интересы я задену.

– Спасибо за познавательную беседу, – сказал я, переварив сказанное.

Артур ведь не просто так здесь переживаниями делился. Намекал на возможные риски. Уверен, мне бы об этом князь или кто-то из его людей сообщил, так что информация не такая уж и ценная, но сам жест я оценил. Добавлю мысленно пару очков мужу Софии.

Глава 11. Разговоры

Закончив разговор с Артуром, мы отправились искать наших жён, а там они с Софией попрощались с нами и отчалили.

– Как прошло? – спросила Катя.

– Мило пообщались. Броню хотят заказать. А у вас как?

– София много интересного поведала. В частности то, кто в сделке участвует. Рассказать?

Я кивнул, и Катя выдала расклады, что и как.

– Ты знаешь, каков их политический строй?

– Вместо князя канцлер, но фамилию правящей семьи, хоть убей, не помню.

Катя поджала губки, выдавая своё отношение к моей беспечности, но ничего по этому поводу не сказала. А что поделать. Меня больше новые проекты волнуют, чем кто там правит.

– Холтейн. Если воспринимать аристократический строй как пирамиду, то канцлер сидит на самом верху, на втором уровне находятся могущественные кланы, которые держат основные направления в стране, а на третьем уровне будут крепкие середнячки.

– Так… – протянул я, представляя этот образ.

– Клан Варин, в который входят Хофманы, находится на втором уровне. Они славятся как хорошие дипломаты и в основном занимаются внешней политикой. Внутри страны тоже много в чем принимают участие, но это скорее обычный бизнес, чем что-то по-настоящему масштабное.

Я кивнул, принимая ответ. Когда какой-то род существует несколько сотен лет, неудивительно, что в его активах накапливаются различные предприятия и бизнесы. Скромные по меркам страны, поэтому их обычно в раскладах не учитывают. Так, например, клан Варин воспринимают как дипломатов, но при этом какая-нибудь пятая дочь третьего сына главы может открыть сеть успешных ресторанов. В общем, не особо-то это и важно.

– То, что Медведевы с ними породнились, можно сказать, стандартная практика.

– А вот сейчас не понял, – честно признался я.

– Не перестаю удивляться тому, насколько ты гениален в артефактах и в то же время черств к тому, что происходит вокруг.

– Это ты у нас на дипломата училась, – парировал я. – А я скромный управленец.

Который особо-то пока ничем и не управляет.

– Пояснишь мысль? – я взял супругу под локоток и повёл на второй этаж.

– Они как прослойка между другими странами. Плодовитое семейство. Часто заключают браки с иностранными семьями. С правящей тоже в родстве. Вот и получается, что они, как пауки, которые за тысячу лет наплели много паутины и связали государство с соседями. Хотя нет, эта метафора не очень красивая.

– Идею я уловил. А Рюрех с Майер на каком уровне находятся?

– Рюрех на втором, Майер на третьем. Если дела не поправят, то скатятся ниже, – Катя посмурнела при упоминании родни. – Ещё десяток лет назад они планировали выйти на второй уровень. Но череда неприятностей, неверных решений, и, как итог, они скатились.

– Понял. Так что там по раскладам?

– Если бы не перебивал меня, то давно бы узнал.

– Молчу-молчу, – мы поднялись наверх и вышли на балкончик, откуда открывался вид на океан. Я рефлекторно активировал глушилку, чтобы нас никто не подслушал.

– Варин – связующее звено в назревающем проекте. Ещё участвуют две семьи. Леманн, которые занимаются энергетикой, и Ланге, которые главные логисты. Все поезда, перевозки грузов, прокладка дорог – это всё они.

– Монополисты?

– Да, у немцев это распространено. Между прочим, их сильное качество. Обычно монополия ведет к краху, но они не делают себе поблажек и держат марку вот уже который век.

– Сильны.

– Не то слово. Исключения и ошибки, конечно, случаются, но это большая редкость. Не хотят репутацию терять, вот и стараются.

– По описанию участников, там ещё логистический проект готовят?

– Обсуждают, наверное. Это надо у дяди уточнять. Так-то никто не откажется у себя в стране заиметь портальную сеть. Это же какая экономия на всём!

На времени, на бензине, на ремонте дорог.

– Какая же ты у меня умница. Про то, что немцы зависят в плане поставок энергии от Франции, я уже знаю.

– Тогда понимаешь, насколько это серьёзное дело. Немцы хотят снизить свою зависимость. Сейчас появился на это шанс. Проект рассчитан на десятилетия. В течение которых французы, да и все заинтересованные стороны, не постесняются вставлять палки в колёса.

– Надо предложить князю идею самим поставлять энергию, а не природный газ.

– Уверена, этот проект уже давно прочитан, проблема в том, как защищать стратегически важные точки. Ты ведь и сам понимаешь, насколько легко в нашем мире устроить диверсию даже на хорошо охраняемом объекте. Поэтому основной риск здесь: если ты запустишь какое-то большое производство, которое не будет устраивать другие кланы, они постараются это банально разрушить.

– Свои же нужды Россия как-то обеспечивает. И защищает то, за счёт чего это делает.

– Я понимаю, что ты на многое смотришь совершенно иначе. Но как-то у тебя всё очень просто выходит. Одно дело обеспечивать свои нужды, а другое – потеснить могущественных французов на территории их монополии. Тем самым перевернув большинство международных отношений. Немцы ведь не сами торговать собираются энергией, они всего лишь хотят снизить зависимость. Не полностью её убрать, а снизить. Полностью убрать и невозможно, наверное. Опять же, это слишком многое изменит и слишком много напряжения породит. Поэтому они сейчас мягко прощупывают почву и смотрят, что из этого получится.

– Иначе говоря, в этом деле слишком много нюансов для такого увальня, как я.

– Не прибедняйся. Ты бы легко во всём этом разобрался, если бы тебе это было интересно. А ты живёшь исключительно своими проектами.

– Почему это? У меня ещё молодая жена есть. Красивая, – приобнял я супругу.

– Дурак, – засмеялась она.

– А про китайцев София, случаем, не рассказала?

– Нет. Не её тема. Это из Германии она свежие новости принесла, а оттуда… Сложно с ними всё.

– Что вам на дипломатическом про них рассказывали?

– А ты ими не интересовался?

– Нет.

Каюсь, грешен.

– Уникальный феномен. По факту, у них государство лишь на словах есть. Территория поделена между кланами. Сейчас наметились тенденции к объединению, но что там и как, я не знаю. Надо уточнить. Кстати, пора собираться. Скоро обед, и нас ждут на приёме. Сначала общая трапеза, а потом переговоры, где ты тоже будешь участвовать.

– Приехал отдохнуть, называется.

– Ты же сам не любишь сидеть без дела.

– Ходить на официальные собрания я тоже не люблю.

– Переживешь, – улыбнулась Катя и пошла в комнату.

* * *

Официальная часть прошла… Ну, она прошла, и это главное. Тюкали меня не особо сильно. По большей части я слушал обсуждение всяких нюансов да отвечал на уточняющие вопросы по технической части. Не выдавая при этом никаких собственных секретов.

Сначала с немцами пообщались, потом с китайцами после перерыва. С последними ещё проще вышло. В плане того, сколько мне говорить пришлось. А вот по части этикета, церемоний и прочей суеты было сложнее. Перед встречей мне передали список, что можно, чего нельзя, пришлось учить на скорую руку.

Отстрелялся. Выдохнул. Вышел на улицу. Встречи проходили в самую жару, в здании, в котором хорошо работали кондиционеры, поэтому никому страдать не пришлось. Строение располагалось в центре острова, а рядом имелась зона отдыха, с бассейнами, ресторанами и барами. Места для бесед тоже имелись.

Мне хотелось уйти, но Катя вместе с Софией как раз отдыхали в этой зоне и общались с другими женщинами. Увидел я среди их компании и китаянок. Поймал взгляд супруги, она кивнула мне, но подходить не стала. Ясно. У мужчин свои переговоры были, у женщин свои. Ладно, пусть общаются. Пойду себе коктейль закажу. Заодно подожду тех, кто захочет со мной переговорить с глазу на глаз. Что-то подсказывает, что таковые обязательно будут.

Ожидания оправдались быстрее, чем мне бы того хотелось. Стоило заказать напиток и присесть с ним за ближайший столик, как появился китаец.

– Господин Эдгард? – поклонился он. – Не помещаю?

Обратился мужчина на ломанном английском. Общий смысл фраз понятен, но мозг с непривычки, перерабатывая этот чудовищный акцент, пробуксовывает.

– С кем говорю?

– Меня зовут Хан.

Вот так просто? Чисто теоретически в этом месте сейчас не должно быть посторонних людей, а значит, этот человек прибыл с гостями. Как мне объяснили, у китайцев считается важным обозначать, к какому клану ты относишься, поэтому его представление прозвучало как минимум странно и невежливо.

– Чем обязан, Хан?

– Хотел вам кое-что показать, господин Эдгард.

Ужасный акцент. Я оглядел мужчину, обдумывая, чего от него ожидать. Худой, не такой, как тренированные аристократы. Не ходок. Слабый бес. Одаренный? Хм… Да. Данные показывают, что есть подтверждение. Вокруг нас никого не было. Вблизи я имею в виду. А так китайская охрана в пределах видимости маячила. Да и некоторые серьезные представили клана, с которыми мы собирались сотрудничать, тоже виднелись. Место-то оживленное. Наши также здесь. На самом деле сюда большая делегация прибыла. Человек двадцать, это если не считать охраны и обслуги. Большая часть этих людей рассредоточилась по округе. Вышли вместо со мной из здания, а дальше кто куда.

– Покажи, – ответил я спокойно, на всякий случай приготовившись активировать заготовки.

Правда, не знаю, есть ли в этом смысл. Он слабый бес, а моя реакция в несколько раз выше. Успею свернуть ему шею голыми руками, если дернется. Но редко ли я обманывался? Лучше не расслабляться.

Хан достал из кармана нечто, напоминающее амулет. Не такой, как я делаю, а небольшую, металлическую плашку с узорами, которые легко найти в туристических зонах. Я видел нечто подобное, когда с Катей по странам прыгал и в разные места заглядывал.

– Посмотрите? – спросил Хан.

Лишняя просьба, потому что я уже смотрел. На первый взгляд, ничего интересного. Обычная безделушка. Но стоило начать снимать параметры… Неизвестный мне сплав и небольшая концентрация энергии мира внутри, которая… Так-так-так. А вот это любопытно. В чём суть артефакта, я быстро догадался. Как-никак, когда-то сам подобное делал. Если первичная оценка верна, то этот амулет притягивает энергию мира и конвертируют в «топливо» для ходоков. То есть помогает перемещаться.

– Это артефакт, – медленно проговорил я, мысленно просчитывая дальнейшее развитие разговора и его подоплёку.

О том, что есть другие одаренные в области артефактов, я знал. Они считались большой редкостью, поэтому неудивительно, что я ни с кем до этого не встречался. Считалось, что на территории России их нет, либо они тщательно скрываются теми, кто ими владел.

Информация о том, что у китайцев есть как минимум один свой одаренный – интересная, безусловно, но куда важнее понять, с какой целью они его засветили и чего добивается Хан.

– Сможете определить, что он делает? – спросил мужчина.

– На это потребуется время.

Почему-то не хотелось показывать, что я и так разобрался, что делает артефакт. По легкой улыбке, что мелькнула в глубине глаз мужчины, можно предположить, что он не сильно-то поверил в мои слова.

А он видит печати? Пока я не заметил, чтобы Хан глаза скашивал. А ведь печатей вокруг нас я насоздавал много. Лично для меня всё вокруг так и сверкает, это трудно не заметить и проигнорировать, если ты в принципе способен видеть структурированную энергию.

– Попробуете? – предложил мужчина, протягивая амулет для ходоков.

– К сожалению, – поднялся я из-за стола и поставил на него пустой бокал, – надо забрать жену. Кажется, она утомилась от палящего солнца.

Катя мой взгляд верно оценила, отделилась от других женщин и направилась сюда. Ей попытались преградить путь двое китайцев, но… Слабенькие они, даже не высшие бесы. Супруга немного ускорилась и с недоступной для обычного человека грацией оказалась у них за спинами. Те и понять не успели, что произошло.

– Я бы хотел продолжить этот разговор, господин Эдгард, – сказал Хан. Амулет, к которому я так и не притронулся, он спрятал обратно в карман.

– Приходите вечером ко мне.

На крайний случай, если до вечера не проясню ситуацию, всегда можно послать слугу и отказаться. А то и вовсе свалить с острова, чтобы случайно не влипнуть в какие-нибудь новые, совершенно ненужные неприятности.

– Устала? – задал я жене вопрос-повод.

– Припекло на жаре, – вздохнула она напоказ.

– Отвести тебя домой?

– Было бы здорово.

– Тогда пошли. Хан, – кивнул я мужчине.

– Господин Эдгард, – поклонился он в ответ.

Фамилию он не называл, из какого сословия не обозначил, поэтому я мог себе позволить не кланяться.

Согласно этикету, нельзя было переместиться прямо из общественного места. Поэтому мы с Катей отошли в сторону, выбрались за общую зону и оттуда переместились домой.

– Что случилось? – спросила супруга.

– Мне надо проконсультироваться насчёт китайцев. Есть важная информация. К кому лучше обратиться, как думаешь?

– Спрошу у мамы, – Катя достала из маленькой сумочки телефон и набрала сообщение. – Придётся подождать.

– Пойду гляну, как там остальные тогда.

* * *

Спустя полчаса меня перебросили в дом, где проживал князь. Там он меня и встретил. Вместе с ним ждал Антон Филинов, сын Игната Филинова. Мужчина пятидесяти лет, занимающийся внешней разведкой.

– Проходи, Эдгард, – князь указал на кресло. – Присаживайся. Чем тебя так китайцы озадачили?

– Показали артефакт для ходоков.

Остров, на котором отдыхали, не принадлежал китайцам. Им владели их соседи. Что не более, чем формальность, потому что в этом регионе у китайцев куда больше влияния, а значит, они могли озаботиться вопросом прослушки. Тем более, если у них есть одаренные-артефакторы, которые в теории могут создать нестандартное устройство. Но я этого не особо боялся. В то, что обойдут стандартные меры защиты, готов поверить, а в то, что обойдут мои меры защиты… Ну, для этого им их надо сначала изучить.

– Вот как, – задумался князь. – Что скажешь?

Вопрос был адресован Антону Игнатьевичу. С ним мы не раз пересекались, но сугубо по рабочим вопросам. Я его ведомству различные артефакты поставлял. Дружеских отношений, как с Родионом, не сложилось. Хотя сам мужчина как личность мне нравился. Деловой, решительный и тихий. Мало кто знал, чем он занимается. Про Родиона общественности тоже мало было известно. Это я, находясь на особом положении, по сути получил в няньки главу внутренней безопасности.

– Неожиданно. Мы с ними дела начали вести не так давно. Из того, что мне известно… – Мужчина замолчал на полминуты, а потом выдал расклад: – У китайцев есть большие проблемы с ходоками. Их целенаправленно истребляли, если те появлялись. Ещё во времена, когда там в открытую заправляли англосаксы. Если же они обзавелись одаренными, способными делать артефакты… А что за артефакт, собственно?

– Что-то типа батарейки для ходока. Предположительно, даёт возможность перемещаться дальше и чаще.

– Усилитель, значит.

– А хотели они чего? – уточнил князь.

– Этот Хан хотел, чтобы я опознал артефакт. Ситуация мне показалась странной, и я предпочел уйти.

– То есть мотивы нам неизвестны, – резюмировал Анастас.

– Если не плодить сущности, то вариантов не так много, – взял слово Антон Игнатьевич. – Либо это единственный артефакт…

– Тогда нет смысла посылать одаренного с ним ко мне, – покачал я головой.

– Да, одаренный смущает, – согласился мужчина. – Тогда что получается… Вариант первый – у них есть один одаренный, который научился делать усилители. Второй – этот же одаренный делает больше того, что нам показали. Третий – одаренных у них много, это тщательно охраняемая тайна по озвученным выше причинам, но нам всё равно рискнули её показать.

– Зачем? – спросил князь.

– Китайцы очень заинтересовались проектом стационарных порталов. Как мы думали, из-за сложной географии и ситуации между ключевыми городами. Если коротко, – Антон посмотрел на меня, – то там проблема с дорогами, транспортом и бандитами. Порталы для них – возможность взять ситуацию под контроль и перекрыть кислород разбойникам, сделав их дело нерентабельным. Это официальная версия, но, как я теперь подозреваю, может быть и другая.

– Артефакт не произвёл на меня впечатления чего-то выдающегося, – сказал я. – Быть может, они хотят изучить порталы, чтобы продвинуться в этой теме.

– Учитывая их дефицит ходоков – то да, это возможно, – согласился Антон.

Я посмотрел на князя, оценивая его реакцию. Захочет ли он помогать? Сложный вопрос. Сложный не в том, захочет ли князь, а в принципе не самый простой. Если китайцы усилятся, это может создать проблемы в будущем. Если же не заглядывать так далеко, то… Наличие скрытых выгод заставляет взглянуть на сделку иначе и пересмотреть вопрос цены.

– Но тогда нет смысла светить лишнее. Слишком большой риск спугнуть нас.

– Они хотят не только этого, – сказал князь.

– Обменяться опытом? – предположил я.

– Скорее всего, – согласился мужчина и перевёл взгляд на Антона.

– Слишком мало данных.

– Тогда надо их раскручивать на разговор, – заявил князь.

– Хан сегодня зайдет ко мне вечером.

– Какова вероятность, что Эдгарда попытаются устранить? – спросил Анастас у Антона.

– Разве что как потенциального конкурента, но я не вижу к этому предпосылок. Здесь скорее чувствуется их нужда, нежели агрессия.

– Ясно, что ничего не ясно. Сам что скажешь? – спросил у меня князь.

– Надо пообщаться. Но для этого мне надо понимать, какая позиция у князя по каждому из возможных вариантов.

– Ну, – посмотрел мужчина на часы. – Время это обсудить у нас есть.

* * *

Хан ожидания оправдал и пришёл вечером. Вместе с охраной. Теми самыми двумя мужчинами, которые пытались преградить путь Кате. Это они зря. В дом я их не пустил. Встречать гостей вышел сам и, поздоровавшись с Ханом, пригласил его в дом, уточнив:

– Они пусть останутся здесь.

– Господин Эдгард? – Хан сделал вид, что не понял.

Охранник, а эти два китайца выглядели крупнее всех остальных, приехавших с делегацией, и, скорее всего, были всего использовались в качестве провокации, что-то резко сказал на своём языке и подался вперед. Он не сделал шаг, но вес тела сместил, выказывая готовность к агрессии.

Внешне я никак не отреагировал. Мне давно не нужно махать руками, чтобы активировать собственные артефакты. На плечи говорливого упало давление и с каждой секундой начало нарастать. Он дернулся, напрягся, бросил взгляд на Хана, выпрямился, но секунды шли, давление росло, и в итоге уже сам Хан вмешался. Одна короткая фраза, и охранник отступил назад, склонив голову.

– Идёмте? – улыбнулся я.

– Конечно, господин Эдгард, – учтиво ответил Хан.

Этот ход был согласован заранее. Не с китайцами, понятно дело, а с князем. Мне одобрили некую долю агрессии. Всё в рамках репутации бешеного рыцаря… Промолчу о том, что это прозвище как-то само возникло и гуляет среди тех, кто интересовался последними событиями… И в рамках культуры самих китайских кланов, которые уважали демонстрацию силы.

– Спасибо, что приняли, – сказал он, когда мы прошли в дальнюю комнату и уселись в кресла.

– По какому вопросу вы пришли?

Ещё один нюанс – китайцы жутко любили церемониал, и сразу переходить к делу считалось дурным тоном. Прямой вопрос и агрессия ранее – я это делал, чтобы проверить, насколько собеседник заинтересован в разговоре. Выкажет раздражение? Примет как должное? Не обратит внимания?

– Вы наверняка уже знаете, что наша страна испытывает ряд проблем, – подобрался Хан и взял официальный тон.

– У всех стран они есть, – ответил я с безразличием.

– Вы правы. Мы не исключение и пытаемся решить некоторые проблемы. Также нам известно о том, что вы недавно вступили в конфликт с организацией.

– Допустим.

Хорошо же люди в организации работают. Всему миру насолить успели. Как бы я к ним плохо ни относился, здесь и сейчас испытал невольное уважение.

– Это вселяет надежду, что разговор до них не дойдёт.

– Вы можете говорить свободно здесь и сейчас. Уж с организацией я чужими секретами делиться не собираюсь.

Фраза с двойным смыслом. Подтвердил, что с организацией у нас вражда, но также обозначил, что наш князь в курсе разговора. Ну да сомневаюсь, что они думают иначе.

– Наш народ давно работает над проблемой ходоков, – прямо сказал Хан. – Я одаренный, как у вас говорят. Умею создавать артефакты, – он снова вытащил тот амулет. – Вы догадались, что делает эта штука?

– Артефакт для ходоков, – приоткрыл я карты.

– Она усиливает ходоков.

– Можно?

На этот раз я артефакт взял и долго его разглядывал, используя те печати, что подготовил в этой комнате заранее.

– Вы используете интересный способ, Хан. Но эта штука не усиливает ходоков, насколько я вижу. Она работает как батарейка.

Несколько секунд мужчина хлопал глазами, переваривая услышанное. Правда, я не смог точно определить, чем это обусловлено. Тем, что он плохо знает язык, на котором мы с ним общаемся, или тем, что моя оценка его смутила.

– Батарейка? – всё же уточнил он.

– Вы сами её сделали?

– Да.

– Я вижу, что этот артефакт собирает ту силу, которую используют ходоки. Предположу, что вы их выдаёте тем ходокам, что у вас есть, и заставляете их прыгать чаще. Больше силы, больше перемещений. Тем самым больше практики, и в потенциале это приводит к развитию.

По тому, как он отреагировал, я догадался, что так они и делают. Зря они этого одаренного послали. Ладно бы высшего беса. Когда собеседники обладают возможностью контролировать себя в одном диапазоне, прочитать оппонента куда сложнее. А так Хан, несмотря на непривычную внешность и другую культуру, читался как открытая книга. Почти… В любом случае разговор записывают, и потом безопасники разберут каждую реакцию и слово.

– Вы можете сделать такой же? – спросил Хан.

– Могу.

Он говорил откровенно, поэтому и я юлить не стал. Да и как-то глупо отрицать, учитывая, что я создал стационарные порталы, а значит, что-то в этой теме понимаю.

– Что вы хотите? – снова я перешёл к прямым вопросам. – Зачем пришли ко мне?

– Обсудить возможное сотрудничество лично с вами, господин Эдгард. Нас очень интересует развитие собственных ходоков, и мы готовы на многое, чтобы прийти к этому.

Ожидаемый ответ.

– Боюсь вас разочаровать, Хан. Я никогда не занимался озвученной проблемой. Какой помощи вы ждёте? Помочь вам создать ещё таких артефактов? Так если вы их умеете сами создавать, в этом нет большого смысла.

– А вы бы могли создать что-то лучше? – спросил он.

– В теории да.

Конечно мог бы, и раз в десять круче тоже. Впрочем, не стоит считать, что китайцы продемонстрировали максимум своих достижений. Вдруг у них есть такие технологии, о которых я только мечтать могу? Маловероятно, конечно. Будь так, они бы ко мне не пришли, а уже решили бы проблему ходоков.

– Это предварительный разговор, господин Эдгард. Мой учитель, когда узнал, что в мире появился сильный одаренный, послал меня спросить, что вы думаете насчёт обмена опытом.

– Как это представляет ваш учитель?

– Для начала встретиться лично и поговорить.

– Это возможно, но только на моей территории.

– Этот вариант… обсуждаем.

Видно, что ему хотелось бы другого, ну так мало ли чего и кому хочется? Это они ко мне пришли. Я же заинтересован по одной причине. То, как сделан артефакт, отличается от того, как сделал бы я сам. Другой принцип, а значит, если его изучить, я как минимум расширю кругозор. А как максимум, лучше начну понимать, что такое энергия в принципе.

– Тогда предлагаю обсудить этот вопрос позже, когда закончим дела на острове.

– Мой мастер готов прибыть сюда, если вы согласны, господин Эдгард.

– Поймите меня правильно, Хан, – улыбнулся я. – Но в первую очередь меня сюда заманили отдыхом. Поэтому я предпочел бы закончить его вместе с женой и близкими людьми. Не хочу этим оскорбить и надеюсь на ваше понимание.

– Я вас понял, господин Эдгард.

Хан поклонился из положения сидя. Умеет же человек. Обсудили детали, как дальше будем общаться, попрощались – и я проводил его на выход.

Глава 12. Дружина

Как бы мне того ни хотелось, но приступить к большой стройке зимой не вышло. Да и по всем проектам пошли задержки, банально потому, что этих проектов, как и задач в рамках оных, было много. Вернувшись, я по половине дня тратил на всякие согласования. А оставшуюся половину – на расчёты, чтобы в следующий раз, когда снова согласовывать будем, прийти подготовленным.

В случае того же города, который я так хотел построить, сначала люди Кротовых, после того как мы с ними обсудили общий проект, пришли на землю и долго её исследовали на предмет того, что здесь вообще сделать можно. Потом на основе этого начали делать проект, и вот тут уже пошли согласования со мной.

Сошлись на том, что первым возводим здание для портального узла. Рядом с ним – здание для тех, кто будет порталы обслуживать и обследовать. Чуть дальше – для биологов и экологов, которым тоже большие площади нужны. А ведь ещё надо заложить место под жилые здания, общественные, дороги и прочее. Обдумав идею, пришёл к выводу, что обычный город – это не мой вариант. Исследовательский город – да, больше подходит. Некий центр, где я соберу и взращу кадры под свои задачи. Поэтому по масштабам он будет не очень большим. Зато зеленым, как я надеялся. В плане растений. Что тоже надо было учесть в проекте.

С моей стороны требовалось рассчитать печати так, чтобы весь городок превратился в алхимическую зону. Задача титаническая. Ничего подобного я ранее не делал и, по факту, сейчас изобретал новое направление в алхимии. Или открывал давно забытое старое. Так-то даже в том поселении, где я жил, алхимия пропитывала каждый метр. А что было раньше, до падения – допускаю, что и целые города по такому же принципу строились.

Я выбрал модульный подход с возможностью замены печатей и перестройки. Здания будут использоваться как ключевые точки и выступать связующими элементами. Собирать энергию в первую очередь. А дальше я буду её перенаправлять, куда решу.

Согласования, расчёты, ожидание нужных специалистов. Я привёл в пример всего одну тему, а ведь были и другие. Артефакты, броня, как доработка, так и производство на заказ, разные мелочи, работа с Калачом, создание проекта по климату… В общем, пришлось переоценить сроки. Что не стало большим сюрпризом. Я изначально понимал, что дела растянутся. Но понимание – это одно, а раздражение от этого – совсем другое.

Во всей этой довольно скучной работе был один момент, который выделился.

Связан он был с Калачом. По возвращении он на пару дней поступил в распоряжение людей князя, где ему провели тренинг. После этого заглянул к Ольге Гвоздевой, которая начала с ним работу. Что-то там у них не заладилось, ну, или просто женщину не устроила скорость исцеления, и она позвала меня.

– Проблема следующая. – Встретились мы в её кабинете, где Ольга обрисовала задачу. – Нужна помощь, чтобы доработать средство для исцеления генетического дефекта. Я кое-что сама сделала, но поддержка не помешает.

– Хорошо.

Она имела в виду то, что мы с ней до этого делали. Меняли гены и внедряли их через кровь. В этом процессе часть работы выполнял сильный целитель – то есть Ольга, а часть на себя брала алхимия крови.

– Второе, с чем я столкнулась, – продолжила женщина. – Если в общих чертах, то давно не секрет, что бесы восстанавливаются, тратя на это, помимо запасов организма, ещё и внутреннюю энергию, которую накапливают. Чем сильнее бес, тем выше эффективность этого процесса. То есть он тратит меньше ресурсов, а результат выше. Да и в целом высшие обладают способностью больше накапливать… – Ольга задумалась о чём-то своём и, что называется, зависла. Я спокойно дождался, пока она вернётся в реальность и продолжит. – Так вот. Как понимаешь, у Калача с этим тоже проблемы. Ему не хватает энергии и внутренних запасов, чтобы отрастить конечность. Когда разберемся с дефектом, нужно будет его обеспечить большим количеством того и другого. От тебя потребуется как-то предоставить много энергии, и не разово, а обеспечить равномерную подпитку хотя бы на сутки.

– В принципе, всё решаемо. Когда начнём?

– Раз уж пришёл, то можно и сейчас. Но я думала, что тебе надо подготовиться.

– Надо, но не то чтобы сильно. Хотя зависит от того, какой поток энергии тебе нужен.

– А в чём он измеряется?

– Ну…

Тут выяснилось, что единой системы, понятной мне и Ольге, нету. Пришлось разбираться на практике.

* * *

Через пару дней, которые Калач работал нашим подопытным кроликом – на благо себя и науки, конечно же, – перешли к самому исцелению.

Лицо мужчины надо было видеть. В кабинет он вошёл как на эшафот. Ничего не сказал, молча улегся на кушетку. Уставился на меня, перевёл взгляд на Ольгу и обратно на меня. Молится не начал, и то хорошо.

– Не бойся, – сказал я. – Страх ничего не изменит.

– Слабое утешение.

– Так и ты не девица, чтобы тебя утешать.

– Заканчивайте, – недовольно сказала Ольга. – А то погружу пациента в лечебный сон.

– А так можно? – заинтересовался Калач.

– Хм…

Видимо, Ольга причин отказать не нашла. Сергей несколько секунд смотрел на нас, потом его веки закрылись первый раз, второй, он повёл головой и отрубился.

– Лихо ты.

– Когда у тебя есть маленький ребенок, быстро учишься этому навыку.

– А не слишком ли это? Ну, в отношении ребенка.

– Эдгард, – вздохнула Ольга, – я жду не дождусь, когда у тебя появится свой ребенок. После этого, уверена, глупые вопросы отпадут сами собой.

– Неужели дети такие изверги?

– Хех, – хихикнула Ольга. – Тебя ждёт много чудных открытий.

– Не буду спорить. Начинаем?

– Да. Контролируй свои артефакты.

Ольга сделала короткий разрез, добавила туда измененную кровь, включились мои печати для контроля. Убедившись, что ничего страшного не происходит и процессы внутри разворачиваются по плану, женщина перешла к самой ране.

– Хорошо, что он этого не увидит. Придётся снять часть плоти, – пояснила она.

– Брр…

– Это не так страшно. Я блокирую болевые ощущения.

– Удобно быть целителем.

– Их мало, а проблем у людей много.

Разговор замолк, и мы оба сосредоточились на своей части работы. От меня многого не требовалось. Знай себе поглядывай на показатели и будь готов вмешаться, если что. Основная работа досталась Ольге. По сути, она восстанавливала конечность с нуля, стимулируя всеми силами организм Сергея помогать в этом. Прямо на наших глазах, пусть и медленно, сначала отросла кость, а потом на неё стало наслаиваться всё остальное.

– Выглядит не очень, – рискнул я заметить.

– Не отвлекай. Это сложнее, чем кажется.

Наблюдая за процессом, задумался о том, кто из ныне живущих целителей сможет повторить такое. Насколько я знал – никто. Возможно, в других странах найдутся, но здесь, у нас, нету таких. Всё из-за аристократов, как я думал. У элиты общества нет потребности в целительских услугах. Никто не пытался развить целителей как бесов и мясом зверей не подкармливал. Кто вырастал, теми и пользовались. Ну разве что сами целители обменивались знаниями и кое-какой опыт накопили, но не то чтобы впечатляющий.

Мой подход, когда целитель снабжался дополнительной энергией, был тем же самым, что использовали китайцы для своих ходоков. Чем больше энергии человек прогоняет через себя, тем лучше его организм адаптируется к высоким нагрузкам и, как следствие, сам по себе больше вырабатывает этой энергии.

Хм… Больше энергии. Эта мысль настолько поразила, что я аж забыл, где нахожусь. Человеческий организм вырабатывает энергию. Ещё деревья у Стародубовых её вырабатывают. Но там сложная система, которая выращивалась столетиями, благодаря артефакту, в основе которого металл, вырабатывающий энергию. То есть существует как минимум три вещи, производящих тот ресурс, что использую я: бесы, ходоки и одаренные. Почему-то я никогда не задумывался об этом в таком ключе. Надо провести полноценное исследование и составить список того, что производит энергию. Поскорее бы уже сформировать команду, чтобы они за меня работали.

Думы думами, а лежачий Калач никуда не делался. Вся операция растянулась на десять часов. В итоге на месте обрубка появилась новая, девственно чистая нога. Ольга под конец побелела и выглядела так, будто в обморок собирается свалиться. Она три раза отходила от пациента, отдыхала и копила силы. Мне проще было, всю работу делали печати.

Но результат нас порадовал.

– Получилось? – спросил я.

– Это, без лишних слов, настоящий прорыв. В теории, если доработать технологию, получится восстанавливать конечности и у обычных людей. Но процесс растянется и энергии больше потребуется.

– Тогда это не массовое решение, – оценил я затраты.

– Сейчас – не массовое. Но год назад я бы ещё такое не потянула. Поглядим, куда это заведет.

– Пациента разбудишь?

– Да, сейчас…

Когда Сергей очнулся, то долго смотрел на новенькую, розоватую ногу.

– Не думай, что всё закончилось! – строго сказала Ольга. – Будешь каждый день приходить ко мне в течение месяца. Пока ногу не нагружай. Будь готов к тому, что она слабее… кхм… оригинальной версии.

– А-а… – мужчина выглядел откровенно растерянным.

– Да, можно. Вставай и пробуй.

Сергей встал, пошевелил пальцами, распахнул глаза и засветился от шока. В тот момент какая-то циничная часть меня подумала, что он теперь мой с потрохами.

* * *

Восстановление конечности повлекло за собой ряд других благоприятных событий.

Обо всём так сразу не расскажешь, да и захоти я, подробности прошли мимо. Так, услышал кое-что. Ольга задокументировала случай восстановления и через неделю, что было рекордно быстро, собрала комиссию из знакомых целителей. Слова «комиссия» и «знакомые» не очень сочетаются, но тут именно так совпало.

Грубо говоря, она рассказала про свой успех в сообществе целителей и пригласила тех, с кем была в хороших отношениях, засвидетельствовать и осмотреть пациента. Сам Калач не особо обрадовался, но и артачиться не стал. Ещё бы. Ольга ему доходчиво объяснила, что это может изменить чуть ли не всю медицину и помочь сотням человек.

Следующий шаг – через месяц, когда будет наглядное доказательство, что нога не отваливается со временем, собрать полноценную комиссию. Это и большой плюс в послужной список Ольге, и хорошая реклама нашей клинике. Если вспомнить про конфликт с главным в ассоциации целителей и про то, какую кампанию черного-пиара против нас развернули, такие победы очень даже к месту.

Меня это интересовало в том ключе, что обещало привести к нам новую кровь. Глядишь, ещё кто переметнётся. Пока наш эксперимент работал, как надо, и Ольга отмечала, что целители выросли в силе. Выдающихся успехов нет, но так и мы никуда не спешили. Прибавить процентов десять за год – это мечта для любого одаренного. А у нас они все двадцать прибавляли.

Это были не единственные новости. Калач от своих привычек не отказался. Продолжил ходить на стрельбище и в спортивные секции, где спарринговал. Стоит ли говорить, что его восстановление произвело фурор?

– И как отреагировали люди? – спросил я, когда он пришёл с докладом и списком тех, кого можно взять к нам.

– Достали, – поморщился мужчина.

Не раздраженно, а скорее как очень довольный жизнью человек. Ну да, ожидаемо. Ему грех жаловаться. Стать инвалидом, поставить на себе крест, смириться с тем, что ничего хорошего в жизни дальше не будет, кое-как устроиться, адаптироваться и… На новую работу устроился, зарплата его раз в пять поднялась и ещё поднимется, когда он соберет дружину и делом докажет, что способен заниматься гвардией. Ногу восстановили ещё. Как ни крути, а это светлая полоса в жизни. Осталось не довести до черной. Так то врагов у меня по-прежнему хватает.

– А ты и рад? – поддел я его.

– Разумеется, – улыбнулся он. – Сами понимаете, знакомых с… кхм… – опустил он взгляд на теперь уже здоровую ногу, – у меня хватает. Их мой случай очень заинтересовал. К сожалению, – тут его улыбка померкла, – я спрашивал у Ольги Владимировны, – её имя он произнёс с большим почтением, – на текущим этапе нет технологии восстановления конечности у любого человека. Мне повезло, потому что я бес не из последних. Но и так парни заинтересовались. Где лечился, я скрывать не стал. Многие наведались в бесплатные дни. Получили консультацию и кое-какую помощь.

– В общем, шуму поднялось много.

– Да. Многих из этой компании я знаю достаточно давно. Здесь, – указал он на список, – фамилии тех, кто не опустился, не спился, нашёл себе дело, но не прочь вернуться в строй. С каждым я предварительно поговорил. На уровне намёков, без конкретики, само собой. Также побеседовал с Ольгой Владимировной. Здесь только те, кому в потенциале можно помочь.

– Всего девять человек, – глянул я на список.

– Шестеро из них инвалиды. Трое – обычные наёмники, которые работают на толстосумов. Нормальные парни, которые не прочь сменить работодателя.

– Не самая хорошая оценка. Если они так легко готовы сменить место работы…

– Они наёмники, а не слуги у аристократа. Это другое.

– И?

– Если говорить прямо, то всех самых толковых бойцов взращивают с нуля, а если кто-то оказывается в свободном доступе, его быстро нанимают. Выбор скромен, и это лучшее, что я смог найти. Они не идеальны. Абсолютной верности ждать не стоит. Ну так и неоткуда верности заранее взяться.

– Тоже верно, – согласился я.

Мне знакомы примеры, когда аристократов предавали те, кто им годами служил. Поэтому риск есть всегда. Но это я умом понимаю. А на уровне чувств претит мысль подпустить к близким кого-то недостаточно надежного. Дилемма в том, что достаточно надежного никогда не будет. Это в принципе невозможно.

– Я проверю список и скажу, что думаю по этим людям.

* * *

Проверка затянулась. Наступил Новый год, а вместе с этим официальный бал у князя, на который мы с Катей были приглашены.

Что сказать… Пришли, пообщались, навернули пару кругов, потанцевали и ушли. Отметил, что в этот раз ко мне было куда больше интереса. Ну да ничего особенно важного не произошло, поэтому лично для меня вечер выдался обыденным.

Первые три дня нового года ушли на встречи с друзьями. Потом страна начала оживать, но полноценно люди заработали числа седьмого. Я же на эти дни заперся в мастерской и занялся расчётами.

Десятого января пришли новости от Родиона. Сразу по двум вопросам. Он одобрил список. Ну как одобрил, проверка не выявила ничего такого, что поставило бы крест на приглашении людей послужить в моей дружине. Второй вопрос – договорились с китайцами о прибытии их мастера на двадцать девятое января. Надо будет подготовиться и продумать, что показывать, а что нет.

Созвонился с Калачом, дал ему отмашку пригласить людей. Звонил утром, отчитался он в тот же вечер, сказав, что кандидаты согласны. С бухты-барахты на такие темы не соглашаются, а значит, какая-то подготовка была проведена заранее. В целом то, что Калач «рвётся в бой» и старается организовать все побыстрее, мне нравилось. Как договорился с ним, позвонил Гвоздеву. Два Сергея между собой пообщались, нашли понимание и пришли к идее совместных учений. Для чего от меня требовалось обеспечить базу и полигоны для отработок тех или иных действий. Под этим подразумевалось снабжение всеми необходимыми артефактами, боеприпасами, транспортом, средствами связи и прочими мелочами. С этим был затык, потому что простолюдин не мог свободно купить всё необходимое. Для этого требовались лицензии, которые ещё попробуй получить. Поэтому не вариант скинуть закупку на Сергея Смирного. Блин, что-то много Сергеев на меня работает. Прям карма какая-то.

Подумал и решил набрать Нино. Раз уж до этого её обязанности расширил, пусть займётся вопросом. Ей, как аристократке, будет проще его провернуть. В теории и Смирнов это сделать может, от моего имени, но… Где Скворцова пройдет легко, Смирнову придётся попотеть и убить кучу времени.

– Привет, Нино, – сказал я в трубку, когда девушка ответила. – Как отдохнула?

– Привет, Эдгард. Не знаю насчёт отдыха. Это что такое? Что-то связанное с пляжем и морем. А я в зиме пропадаю. Ты не думал выдать сотрудникам артефакт перемещения в теплые края?

– Нет, но теперь знаю, в виде чего вам премию выдавать.

Эх, жаль, у России во владении нет никаких островов. Так бы там попросил землю.

– Ты по какому вопросу звонишь? – спросила Нино, посмеявшись.

– Ты в офисе? Или когда там будешь? Заскочу про одно дело рассказать.

– В офисе. В последнее время клиенты идут и идут. Хорошую ты рекламную кампанию провёл, ничего не скажешь. Многие пропадают, но кто-то доходит до заказов.

– Это хорошо. Сейчас буду.

Открыл портал, переместился в офис, где и переговорил с Нино.

– Справишься? – спросил я, когда описал задачу.

– Закупать на эту фирму?

– Да.

– Справлюсь, почему нет. Имя Соколова в этой стране что-то да значит.

– Хорошо, тогда держи в курсе.

– Погоди, а куда груз доставлять?

– Решу в ближайшие дни вопрос со складом и сообщу.

Разобравшись с этим делом, пошёл улаживать следующий вопрос.

* * *

Когда-то давным-давно я спрашивал у Моржова, чем стоит обеспечить гвардию. Тогда мне был дан ответ, что в первую очередь стоит озаботиться прибылью, чтобы обеспечить содержание.

С прибылью я разобрался. Продажи одного комплекта брони хватает, чтобы решить вопрос как минимум на год. Так что, если бы всё сводилось к наличию денег, это сильно бы упростило мне жизнь. Но нет, придётся и много чего другого ещё сделать.

В прошедшие дни я не только расчётами алхимического фундамента для города занимался, но и проверял идеи на практике. Когда получалось прописать какой-то блок, отправлялся на земли и там это воплощал в реальность, чтобы посмотреть, как оно на деле работать будет. На текущий момент было готово несколько тестовых зон. Печати я создавал из металла и помещал их под землю. В будущем они должны стать частью зданий и коммуникаций, а пока так полежат.

Эта задача обнажила ещё одну проблему: дефицит материалов. В теории можно использовать любой металл. А на практике, лучше всего зайдет металл обработанный, с определенными свойствами, чтобы он не разрушился от потоков энергии и коррозии. У меня имелись кое-какие запасы на складе, их хватало на обычные нужды и производство артефактов, но никак не на строительство города. Поэтому несколько дней, помимо всего прочего, я потратил на то, чтобы подготовить новую партию. Ей ещё потребуется время, чтобы отлежаться, дабы все внутренние, алхимические процессы завершились, что добавляло сложности. Особого металла нужно много, а производственные мощности, как мои, так и завода, где я это делал, скромные.

В связи с чем и появился новый ряд задач: заложить в городе место под производственные цеха. Металла, артефактов, брони. Я это видел как заводы, которые максимально упростят мне создание типовых решений, и к которым можно будет подпустить посторонних людей, чтобы они взяли часть работы на себя. Тот же металл таскать от одного чана к другому, чтобы переплавить, может любой разумный, не обязательно алхимик.

Кажется, пора нанимать руководителя отдела кадров.

Металл не единственный материал, который мне требовался. Ещё для скорого строительства организовал поставку бетона. Ну как организовал. Закупил у Кротовых несколько десятков машин, чтобы доставили и слили, куда скажу. А дальше свободная трансформация по заранее созданным лекалам, чтобы воплотить временное хранилище для оружия, брони и всего прочего, чем будут пользоваться гвардейцы. Некоторое время уйдет на фиксацию и застывание, за что будут отвечать дополнительные печати. Так что где-то через неделю здесь вполне можно будет начать работать. А пока придётся обходиться малым складом.

На строительство угрохал два дня. Пока форму придал нужную, пока все помещения внутри большого здания выплавил, пока арматуру для сцепки вплел, пока металл для печатей протащил, чтобы укрепить… В общем, умаялся по самое не могу.

Как закончил эту часть дел, связался с Калачом и велел собирать народ на первый общий инструктаж и тренировку.

Глава 13. Совместные тренировки

Решение любой задачи начинается с постановки цели. От дружины я хотел увеличения возможностей и безопасности, в первую очередь, для близких людей.

Первая часть плана выполнена. Появился руководитель – Сергей Калач, человек с опытом, который должен сформировать гвардию. Также наняты первые люди. Всего девять человек, что ничтожно мало по меркам других аристократов, но я решил, что буду брать качеством, а уж до количества когда-нибудь дойду.

В назначенное время люди прибыли в бизнес-центр, где располагалась артефактная мастерская. Там их встретили два Сергея. Гвоздёв тоже будет участвовать со своими людьми. Гвардейцы от охранников отличались силой беса и уровнем подготовки. Регенерация для гвардейца обязательна. В том, что среди бесов нашлось столько инвалидов, тоже нет ничего удивительного. Способности отращивать конечности начинались с высшего уровня. А чтобы быстро отращивать, уже требовался дополнительный десяток-другой поколений за спиной.

Плюс я ещё об одной проблеме узнал. Генетические отклонения, как их называла Ольга. Но этот термин примитивный, для тех, кто не в теме. Потомственные аристократы – это, по сути, продукт вековой селекции. А простолюдины – набор случайностей. Вот так и выходило, что они могли обладать регенерацией и силой бесов, но при этом иметь те или иные проблемы.

Но в любом случае это куда лучше, чем отсутствие сил. Что не означало, что обычные охранники не нужны. Не выставлять же дежурить гвардейца на входе в малозначимое здание. Слишком расточительно. Поэтому охранники нужны. Их традиционно набирали из обычных людей, кое-как тренировали, выдавали простое оружие типа дубинок и… всё. Я собирался пойти дальше. Вооружить артефактами против основных угроз, научить ими пользоваться.

Чтобы больше не возникало ситуаций, подобных той, когда отряд наёмников без лишнего напряга взорвал здание, просто остановившись рядом. Тогда там тоже охранники были. Но толку от них не было.

Сам я этого не видел, но знал, что два Сергея собрали отряды, приехали в бизнес-центр, где я выкупил ещё один офис и оборудовал комнату для перемещений, и оттуда уже перешли ко мне.

В назначенный час проход открылся, и оттуда повалили люди. Всего двадцать человек. Два Сергея привели по девять кандидатов. Так-то Гвоздев уже давно охранников собрал, и они успели поработать на меня, но сейчас у них начнётся новый этап в жизни. Посмотрим, что из этого выйдет. Я не ждал от них сильно много, но хотел вложиться по максимуму.

Как и обезопасить себя. На каждом охраннике стояла метка. Я снимал с них максимум параметров, чтобы проверить, не безликие ли это. Ещё каждый из этих людей успел побывать в клинике Гвоздевой, где в том числе сдал анализы. Это было не очень этично, тайно собирать у них кровь, но куда деваться. Протоколы безопасности никто не отменял. Если кого-то похитят, я его найду где угодно. А если кто-то предаст… Я его тоже найду где угодно и сделаю что-нибудь нехорошее.

– Господин, люди построены, – доложил Калач, когда все вышли и встали в ряд.

Вживую будущих гвардейцев я увидел первый раз. Каждому устраивать собеседование не было ни времени, ни желания. Поэтому вопросом занимался Калач. Зрелище предстало… Ну, ожидаемое, хоть и странное. Охранники недоуменно косились на тех, что вроде как гвардейцами собирался стать. На которых никак не походили. У кого-то рук не хватало, у кого-то ног. У одного так и вовсе обе ноги отсутствовали. На коляске сюда прибыл.

– Чтобы сразу снять часть вопросов, в клинике Ольги Гвоздевой сейчас занимаются восстановлением утраченных конечностей. Вы, – обвёл я взглядом будущих гвардейцев, – уже там побывали и получили предварительный прогноз. Лечение – дело небыстрое, но постепенно с каждым разберемся. Задержка с вашим восстановлением не означает, что будете сидеть без дела. Пока у нас два отряда. Будущие гвардейцы и охранники. У каждого отряда свои задачи, думаю, вы это и сами понимаете.

Гвардия – это что-то среднее между личными телохранителями и армией. Точнее, это обе этих функции и множество других, таких, как внутренняя и внешняя безопасность. До этого нам далеко. Тут хотя бы десяток нормальных бойцов подготовить, которые в случае чего прикрыть смогут. А так, в идеале, они должны мониторить внешние угрозы, заблаговременно о них предупреждать и самостоятельно с ними справляться. В случае чего и бой дать. Вплоть до штурма какой-нибудь военной базы напавших на нас аристократов.

В моей броне это не такая уж фантастическая задача. С некоторыми нюансами, разумеется.

– Пока что тренировки будут проходить совместно. Начнём с ознакомления с артефактами. Кому-то надо объяснять, что я одаренный? Нет, вот и хорошо. Если вопросы останутся, потом у своих командиров спросите. Выдайте пока своим ребятам стандартные комплекты, – посмотрел я на Гвоздева. – А остальные за мной, под вас броню надо подогнать, чтобы компенсировать… кхм… временные неудобства.

Хорошо быть аристократом. Это я, вращаясь в этой среде, долго не замечал разницы между сословиями, но сейчас отчётливо видел различия. Никто не удивился, не возмутился и не засомневался из-за того, что «работодатель» столь молод. Мне в этом теле и двадцати пяти нет.

С Гвоздёвым я до этого инструктаж провёл и объяснил ему про облегченный защитный артефактный комплект. Так-то можно и обычную охрану в броню засунуть, но это как палить из ракетницы по воробьям. Не имеет смысла. Вскоре я продемонстрирую собравшимся, почему именно так. Облегченный комплект состоял из бронежилета, защиты от пуль и гранат, мини-блокиратора с радиусом в пять шагов, амулета от жара и одноразового открывателя проходов. Над последним я дольше всего думал. Само устройство относительно простое. Там комплекс печатей для сбора и удержания энергии, то есть автоматической подзарядки, наведение по маяку и открытие прохода в указанную точку. Точка эта может быть одной и ведет она в защищенную комнату, где будет сидеть дежурная группа.

Сомнения вызвало не само создание «открывашек последнего шанса», а то, что я, по сути, обычным людям выдаю артефактов на несколько сотен миллионов, а то и миллиардов, потому что эти вещи не имеют аналогов. Как бы их тупо не ограбили из-за этого. Артефакты-то я найду, попытки обокрасть мастерскую давно прекратились, дураки закончились, но кто их знает, этих особо одаренных. Не хотелось бы людей дополнительно подставить. Поэтому я артефакты замаскировал под обычный бронежилет, и Сергей сейчас должен донести, что почём и что «игрушками» нужно пользоваться только в исключительных случаях.

– С кого начнём? – обвёл я свою горе-гвардию взглядом. – Давай с тебя, – указал я на безногого. – Будет больше времени освоиться.

– Дык я… – мужчина шмыгнул носом.

Ему на вид лет сорок. Да им тут всем столько, плюс-минус. Младше тридцати никого нет. Самому старшему – сорок пять. Это Калачу. Взрослые, битые по самое не могу жизнью мужики. Стоят и мнутся. Смотрят на меня как на чудовище. Ну ещё с интересом на броню поглядывают, которая рядком у меня за спиной стоит.

– Говорят, ты раньше быстро бегал, – припомнил я дело мужчины. Звали его Владимир Куцин.

– Это было давно, господин, – ответил он.

– Пересаживайся и залезай в броню. Сам.

Я знал, кто придёт, поэтому один доспех разместил в положении сидя. Ничего сложного, даже если у тебя нет ног. Что Владимир и продемонстрировал. Подкатился, схватился руками за опору и забросил себя внутрь. Я помог ему зафиксироваться, активировал печати и закрыл броню. Без шлема. А то с непривычки можно почувствовать себя заживо замурованным.

– У тебя нет ног, поэтому я сделал новую систему отклика, – что было дополнительной причиной, почему я этим занимался. Очень уж хотелось разобраться в новой теме. – Попробуй встать. Я держу.

– Э-э-э… – мужчина натурально завис. – Я… не могу.

– Зато я могу.

Конкретно это броня имела совсем другой функционал. На самом деле я себе голову сломал, когда разрабатывал систему отклика. Пришлось залезать в учебники по медицине и консультироваться с Ольгой, чтобы она помогла разобраться, как работают мышцы и как сделать так, чтобы за счёт движения имеющегося тела двигались отсутствующие ноги. Ну да ладно. То, что я совершил прорыв в сложной алхимии с тонкой настройкой, останется за кадром. А вот то, что у меня есть доступ к полному управлению, сейчас бойцам и продемонстрирую.

Чем-то это походило на управление марионеткой. Только вместо ниточек – шестеренки-печати, к котором я подключился и сделал так, что доспех встал. А вместе с ним и человек внутри.

– Ау! – вскрикнул Владимир.

– Неужто так страшно? – удивился я.

– Если честно, да, – нервно выдал он.

Сзади меня раздался один короткий смешок и, кажется, звук подзатыльника.

– Без обид. Нет времени на уговоры. Пробуй. Мне ещё броню под тебя настраивать.

Я ожидал, что он и дальше тормозить будет, но тут Владимир делом показал, что Сергей не просто так его в команду пригласил. Мужчина попробовал. Сначала переставил левую ногу, как увалень, и покачнулся. Я придержал, чтобы не рухнул, про себя подумав, что надо придумать гироскоп для брони. Правда, непонятно зачем, потому что одевать обычных инвалидов в доспехи – идея несколько сомнительная.

– Вроде получается, – неуверенно заметил Куцин.

– Вот и хорошо. Учись ходить. Пока так, потом на своих ногах бегать будешь.

– А броня не откажет?

– Если и откажет, я починю.

Видимо, Калач что-то там Владимиру за моей спиной показал, потому что тот резко заткнулся и пошёл исполнять приказ. То есть наворачивать круги по комнате.

– Кто следующий? – повернулся я к остальным.

На этот раз, увидев наглядный результат, люди не конфузились.

* * *

На «одевание» убил час. Как разобрались с базовыми вещами и убедились, что никто не спешит грохнуться, велел бойцам надеть шлемы и отправил их на улицу, где дожидался полигон. Ну так, полигончик. Там есть тропа для бега, которую ещё предстоит натоптать. Есть полоса препятствий с ямами, которую надо доработать. И есть стрельбище, где необходимо поместить разметку и мишени.

Пусть там пока сами разбираются. А я охранниками займусь.

– Как дела? – спросил у Гвоздева. – Объяснил ребятам, какие артефакты за что отвечают?

– Да.

Я осмотрел охрану, оценивая их настрой. Не бойцы, и этим всё сказано. Спортивные, тренированные в целом, Сергей абы кого не набирал, но пошли их в бой, и толку не будет.

– Значит так, – шагнул я к ним. – С описанием артефактов вы ознакомились. Чем-то пользовались и до этого. Сейчас перед вами стоит задача сдружиться с новыми устройствами и прочувствовать их возможности. Постигать сию мудрость будем на практике. По регламенту Сергей позже расскажет подробно. Если в общих чертах, то артефакты требуется подзаряжать. Для чего будете сдавать их каждый вечер, под опись. В случае пропажи… Скажем так, много кто их захочет купить или украсть, но лучше не пытайтесь мудрить. Оно того не стоит.

С этим, кстати, один момент показательный связан. Аристократы – это почти что высшие существа. Помимо продвинутых физических возможностей, у многих из них улучшенное восприятие. Благодаря чему я сейчас, если чуть сконцентрируюсь, легко услышу сердцебиение всех собравшихся. Сердцебиение, дыхание, моргание, микро-жесты, мимику и всё прочее, что в комплексе дает многие ответы. Что человек встревожен, напряжен, что-то задумал или лжёт.

В теории, благодаря подготовке, можно было это обойти. Но дело в том, что аристократов-то тоже готовили. Учитывая повышенную скорость восприятия, моргание и все остальные знаки были не едва заметными мелочами, а тем, что при желании можно рассмотреть во всех подробностях.

Это я описал с позиции аристократа. С позиции простолюдина, который знать не знал, что там и почему, аристо просто обладали мистическими способностями и видели людей насквозь. Поэтому мало кто рисковал соврать. А если уж обманывали, то делали это по-крупному, понимая, что правда быстро вскроется. Это в теории. Как на практике будет… К сожалению, я давно убедился, что дураков много, наглецов ещё больше, а чем удивить, жизнь всегда найдёт.

– Если поступят предложения со стороны, передавайте Сергею, я разберусь. По подзарядке расскажу в конце тренировки. Сейчас разбирайте оружие и вперед, на полигон. Сергей, – кивнул я мужчине.

Тот зычным голосом скомандовал двигаться на склад и сам пошёл с ними. Пусть развлекаются.

Тренироваться они будет не только здесь. Это без господина человек с улицы мало куда попасть может. Как оказалось, варианты есть, но… Тот же Калач, имея серьезную подготовку за спиной, максимум, чего добился, – это научился иногда стрелять в тире. И то благодаря знакомствам. Так что, как бы там официально ни было, на практике всегда можно было найти пусть и маленькую, но лазейку.

Хорошо, что мне их искать не надо. Существовали семьи, которые специализировались на обучении военных, наёмников и гвардейцев. У старших родов имелись свои школы, обычно довольно высокого уровня, но ситуации разные бывают, поэтому такие роды не бедствовали, предоставляя свои услуги. Именно им принадлежало большинство частных стрельбищ и стрелковых школ. Мне нужно наведаться в гости, заключать контракт, оплатить инструкторов – и всё. Дальше за моих людей возьмутся профи и прогонят их по выбранной программе.

С этим связан ещё один момент. Если я привожу людей, и они занимаются от моего имени, то этим для общественности и государственной машины я заявляю, что эти люди мои. Со всей вытекающей отсюда ответственностью. Если кто-то из них на улице без моего разрешения набедокурит, то спросят в первую очередь с меня. Во вторую – с самого человека. Причём тот может отделаться куда легче, чем я. Зависит от тяжести проступка, конечно же. И того, чьи интересы будут задеты. Например, если кто-то из гвардии убьет человека, то с меня потребуют виру, очень даже не скромных размеров, а потом – оплатить «изоляцию социально опасного гражданина». Иначе говоря, виновника в тюрьму, а мне два счёта на круглую сумму даже по меркам аристократов. Как вишенка на торте – большой урон по репутации. Что ты за аристократ, если твои гвардейцы контролировать себя не могут?

Так что аристократы обязаны ещё и в этом плане за своими людьми присматривать и не допускать залётов.

Вот так подумаешь о том, сколько всего надо сделать и сколько подводных камней встретишь, так сразу понимаешь, почему я столько откладывал создание личной гвардии. Плюсы не факт, что появятся, а минусов вон сколько.

Н-да.

* * *

До конца января проводили обычные тренировки с гвардейцами и охранниками. Целью было дать первым освоиться с броней. Ох, сколько я ценных данных собрал… Да и узнал про человеческие организмы и про то, как они функционируют в плане движений.

Когда-нибудь я обязательно найду время, чтобы углубиться в эту тему. Вижу, там много новых открытий ждёт.

А сейчас я был вынужден заниматься тем, чем и запланировал. За эти пару недель почти все прошли через Гвоздёву. Без трудностей не обошлось, но с ними уже Ольга разбиралась, подключив своих целителей. Я как один раз артефакт настроил и прикрутил рычаг регулировки подачи энергии, так больше меня и не дергали.

Единственный, с кем пока не разобрались, – это Владимир Куцин. По причине того, что его случай был самым тяжелым.

Мда… Вышло несколько забавно, хотя тема не предполагала ничего смешного. Дело в том, что ему, у которого не было двух ног, Гвоздева одну всё же отрастила заново. И коллектив, недолго думая, прозвал его Безногим. В смысле одноногим, но так звучало не очень, поэтому нарекли Безногим.

Что тут скажешь. В эти дни страсти кипели нешуточные. Гвардейцы с броней освоились и начали преодолевать полосу препятствий, а это само по себе тех, кто привык жить с ограничениями, мягко говоря, приободрило. А когда за них целители взялись, и пошли первые результаты… Лично меня это стороной обошло.

«Восстановленных» становилось больше, Ольга прописывала им физические нагрузки, вот они и носились по полигону в броне до седьмого пота, иногда ведя себя как дети, дорвавшиеся до крутых игрушек. Сегодня же собрались для очередной демонстрации.

– Есть большая вероятность, – заговорил я, когда люди построились. – Что, если на нас нападут, это будут вовсе не обычные противники, а как минимум высшие бесы. Чтобы разговор стал предметнее, расскажу про классификацию. У вас уровень опасности где-то в районе тридцати баллов. Да, Сергей? – приметил я интерес командира отряда.

– Что за уровень опасности? Никогда не слышал про такую шкалу.

– Её изобрёл я, поэтому и не слышал. Уровень опасности… Ну, название, кажется, говорит само за себя. – Некоторые из мужчин улыбнулись в ответ на нехитрую шутку. – Примите как данность, что в вашем отряде он от двадцати пяти до тридцати двух. Что довольно низкий показатель, если честно. Без обид, но вы должны трезво оценить свои силы.

– Мы никогда и не думали, что сильнее аристократов, – заметил Калач.

– Хорошо, потому что высшие бесы начинаются от пятидесяти пяти-шестидесяти баллов. Цифры неточные, потому что уровень опасности – это совокупность характеристик. Сила, скорость, регенерация, восприятие – всё то, что и делает из обычного человека беса. Элита начинается где-то с сотни. Я встречал существ, у которых уровень зашкаливал за сто пятьдесят. Это настоящие монстры, против которых вам и броня не поможет, не надо питать иллюзий.

Тут стоит уточнить, что эти дни гвардейцы не только бегали, но и всем остальным занимались. Стреляли друг по другу, отрабатывали приёмы с холодным оружием, взрывали… В общем, то, что броня защищает их от многих угроз, они освоили на практике. Что могло привести к лишней самоуверенности, от которой я их сейчас и собирался избавить.

– А есть возможность оценить силу противника? – уточнил Калач.

– Ну… – задумался я.

Захотелось хлопнуть себя по голове. Возможность-то есть, но я даже не подумал, чтобы сделать артефакт на этот случай. Если придумать вывод данных на дисплей, что в принципе возможно, должно получиться рабочее решение.

– Пока нет, но, может, сделаю. Сейчас о другом. Мой уровень опасности подбирается к шестидесяти. То есть я даже не элита, но тем не менее сильнее вас в несколько раз. Корреляция нелинейная… А, ладно, сейчас сами увидите. Суть тренировки простая. Я один, вас десять. Цель – захватить и пленить. Меня, разумеется. Огнестрельное оружие применять не будем. У нас есть защита от пуль, но высшего очень сложно подстрелить.

– Сложно, но можно, – возразил Калач.

– Не спорю. Но цель тренировки другая. Чтобы вы на практике увидели главный минус брони. Потом я расскажу, что делать, чтобы снизить отставание. Ну-с, кто начнёт?

– Бить начальство? – уточнил командир.

– Именно. Мечта всех офисных работников.

– Действуем в полную силу?

– А иначе какой смысл?

– Блокируй! – рявкнул Калач.

Да так внезапно, что даже я не ожидал. В тот же момент два ближайших ко мне бойца сорвались с места. Остальные тоже бросились, но начали их обступать, чтобы окружить меня.

Крика я не ожидал, да. Но то, как они двигались… Разница в силе в два раза – это серьезно. Настолько, что, когда первый гвардеец дотянулся до меня, я перехватил его за руки, закрутил вокруг себя и швырнул под ноги других набегавших. Это при том, что в мужике под сто килограмм веса было вместе с броней. Если бы он умел примагничивать себя к земле, ничего бы не вышло и высший бес бы сбился. Но о таких трюках позже расскажу.

Сам я оказался за их строем, где встретился с Калачом. Он не рвался вперед, может, случайно, а может, специально рассчитывал на то, что я так сделаю.

Он прыгнул на меня, попытался обхватить руками. Здравое решение. Броня защитит его от возмездия, а если получится схватить, это выиграет секунду-другую. Только он не учёл того, насколько высшие сильнее и быстрее. Мужчина наклонился, сжался как пружина и распрямился. Я подпрыгнул, ударил по рукам, отчего его повело вниз, и он потерял равновесие.

Перелетев через него, оказался на открытом пространстве. До остальных только начинало доходить, что план не сработал. Ну да, без оружия, сетей, гарпунов и отработанных тактик на высшего идти чистое самоубийство.

– Сзади! – крикнул Калач, поднимаясь.

Растянулся он знатно. Хорошо так лицом в землю впечатался.

На этот раз я ждать атаки не стал и напал первым.

Глава 14. Знакомство с мастером

В конце января, как мы и планировали, была организована встреча с китайским одаренным мастером.

Встреча эта сложна по многим причинам. Основная – непонятно, чего ждать и как себя вести. Те инструкции, которые мне дали, сводились к: секретов не выдавай, попробуй наладить отношения и узнать что-нибудь полезное.

Китайцы, а точнее, всё азиатское направление со всеми странами и кланами, не являлись нашими союзниками. Как-то так исторически сложилось. А возможно, и специально сформировалось. У них свои проблемы, у российских князей свои, до объявления войны не доходило, но и развить отношения не получалось. В последние годы наметилась тенденция к улучшению. Во многом благодаря тому, что организация обломалась с нами, перестала вставлять палки в колёса, российская власть окрепла, решила многие внутренние конфликты, и у неё появились силы, чтобы приглядеться к соседям.

Проект по стационарным порталам – это как раз один из шагов по налаживанию отношений. Мне прислали подробный доклад, и в нём говорилось, что торговля сейчас между нами и Азией неоживленная. Порталы же это исправят. А там, где торговля, там и деньги, и развитие отношений, и новые причины дружить.

Это было первой частью головоломки. Вторая выяснилась на острове – об Азии мало что известно. Это при том, что даже мы с Катей туда заскакивали во время свадебного путешествия. То есть какой-то туризм есть, контакты между аристократией присутствует, но вот их внутренний мир остаётся за занавесом. Отсюда и сложности в прогнозировании. Возможно, Хан далеко не единственный одарённый, у них есть своя школа, способная в ближайшие годы воспроизвести технологию стационарных порталов, особенно если у них будет перед глазами образец. И вот тут возникала дилемма. Стоит ли в этом случае способствовать чужому развитию?

Порталы и технологии пространства – это ведь не шутки. На их основе и оружие можно сделать. Я этим не занимаюсь, не потому, что возможность отсутствует, а потому, что лишнее это. Но я – это я, а как поведут себя другие, предсказать невозможно.

Для китайского мастера открыли проход прямо на мои новые земли. Для встречи специальное помещение приготовил. Встроил в стены всевозможные печати. Также озаботился о защите и обманках. Даже если мастер увидит что-то, это ему не поможет. Ну, или наоборот, запутает.

В точно означенное время по маяку наш ходок открыл проход для мастера. У китайцев не нашлось никого, кто бы мог прыгнуть так далеко, ну, или они не захотели его святить. На той стороне я увидел мужчину, который сначала осмотрелся, а потом перешёл ко мне.

– Господин Эдгард? – окинул он меня взглядом и спросил на чистом английском. – Рад знакомству.

– А вы… кхм… мастер?

– Он самый, – улыбнулся гость.

В чем азиатскому «коллеге» не откажешь, так это в уровне паранойи. Он потребовал, чтобы встреча была только со мной, без лишних глаз, съёмки, меток и всего прочего. Также переговорщики не назвали имя мастера, поэтому я и обратился к нему так.

Моё же удивление было связано с тем, что сюда заглянул молодой в общем-то мужчина, максимум лет сорока. И я не скажу, что он классический азиат. По крайней мере, все те китайцы, которых я видел, выглядели несколько иначе. Общие черты прослеживаются, но кровь явно смешанная.

– Удивлены? – разгадал он мою реакцию. – Если не секрет, кого ожидали увидеть?

– Кого-то постарше и чуть другой внешности. Почему-то воображение рисовало вас с седой бородой.

– Сколько живу, никак не могу понять, откуда взялись эти стереотипы. Наверное, вас смутил титул мастера.

– Наверное.

На самом деле меня многое смущает, но, чувствую, об этом мы ещё успеем поговорить.

– Наша встреча, – сказал я, – планировалась сугубо деловой, на закрытой территории. Как видите, здесь скупая обстановка, но я подготовил стол, стулья и, как меня заверили, очень хороший чай.

– Чай – это тоже стереотип. Но отказываться не буду. В моём случае стереотип соответствует действительности.

Некоторое время потратили на то, чтобы сесть и заварить чай. Молчали минут пять, обдумывая то, что увидели. Ну, лично я не знаю, о чём там мастер думал. Я же осмысливал открывшиеся факты.

– Так уж вышло, – взял он слово первым, – что мне многое о вас известно. Сами понимаете, ваш случай нас очень заинтересовал и были брошены многие силы на сбор информации.

– Понимаю.

Про то, что наша сторона информации мало собрала и я ровным счётом ничего не знаю про мужчину, промолчал. Родиону потом выскажу, а он уже пусть Антону Филинову передаст.

– Если говорить откровенно, информацию о вас собрать было одновременно и трудно, и легко.

– Поясните.

– Конечно, – взял он чашку и понюхал напиток. – Если когда-нибудь прибудете ко мне в гости, покажу, как заваривают настоящий чай. Я под это дело создал несколько артефактов.

Говорил он свободно и открыто, но тут и дураку понятно, что беседа тщательно продумана заранее. В этом ещё одна сложность встречи. Этот мужчина знал, к кому идёт. А я нет. Поэтому мне на ходу приходилось его изучать, собирать информацию, анализировать и просчитывать каждое слово. Не удивлюсь, если он это учёл и, чтобы наладить отношения, выбрал открытый формат беседы.

– Всё может быть, – ответил я аккуратно, на что он улыбнулся и всё же попробовал напиток.

– Знаете, вполне сносно. Вас не обманули. Чай и правда хорош.

Я тоже сделал пару глотков и дождался, когда он пояснит свои слова.

– Вокруг вас очень много шума и слухов. Сложно определить, что истина, а что нет.

– Думается мне, вы пришли сюда не слухи проверять.

– Это как посмотреть. Ваши артефакты и достижения говорят о том, что вы один из сильнейших одаренных современности.

– Мне сложно судить об этом, потому что коллег я пока не встречал.

– Что меня удивляет больше всего, – оживился мужчина и подался вперед, – у меня был учитель, а у него был свой учитель. Искусство артефакторики передавалось через многие поколения, совершенствовалось и дополнялось. Долгое, неблагодарное дело, скажу я вам. Тем удивительнее, что молодой парень, который до этого не встречал таких же одарённых, всего добился сам.

– Талантливых самоучек в любом деле хватает.

Обмен улыбками – это как отдельный вид искусства. Задействует от пяти до пятидесяти трёх лицевых мышц, что даёт невероятное многообразие. На этот раз обмен вежливыми улыбками означал, что мастер не особо-то верит в мои слова, но понимает, что рассказывать секреты я не собираюсь.

– Мы с вами немного не в равных позициях, Эдгард, – сказал он. – У меня была возможность познакомиться с вами заочно, а вы даже моего имени не знаете. Позвольте представиться. У меня два имени. Одно европейское, данное матерью. Другое китайское, которое я взял сам, когда вернулся на родину. Панфил и Бао.

– Как к вам обращаться?

– Мне больше по душе Бао. Первое имя издёвка, хотя, как я понимаю, мать задумывала совсем другой смысл.

– Чувствуется, что за вашими словами скрывается непростая история.

– Это действительно так. Моя мать – китаянка. Отец – европейский аристократ, который её изнасиловал и выкинул. Но воспринимайте эту историю правильно. Изнасилование было подстроено, чтобы получить ценный генетический материал.

– Цинично и откровенно.

– Я не мастак заводить друзей, Эдгард. Но говорят, что открытость этому способствует.

В том случае, если это не выглядит и не является манипуляцией. Откровенность с его стороны делает меня должным. Толкает на ответную откровенность. Но зря я, что ли, в институте четыре года учился? Такими ходами меня не пронять.

– Не буду спорить. Мои родители были любящими и заботливыми, пока их не убили, чтобы отобрать земли и имущество.

Откровенности-то разные бывают.

– Моя мать просто бросила меня, чтобы отдать на обучение, как только проявилась одаренность. Не знаю, какой вариант хуже. Наверное, знать, что та, что породила тебя, жива, куда лучше.

– Не та тема, в которой легко сравнивать.

– Ваша правда, Эдгард. Я вам кое-что принёс.

В начале встречи я отметил, что Бао выглядит не так, как я ожидал. Одет он был тоже… по-простому. Серые штаны, черная футболка, а сверху зеленая куртка с карманами. На плече у него висел рюкзак, который он поставил рядом с собой, когда сел.

Рюкзак я просканировал. Там были артефакты. Мужчину я тоже просканировал. Средней силы бес, даже не высший. Задатков ходока я не нашёл. Одаренный. Какой силы – неизвестно. К сожалению, одаренные отличались между собой куда сильнее, чем бесы или ходоки, поэтому и системы оценки у них другие. Которых я не разрабатывал, потому что не было одаренных, нуждающихся в оценке.

Бао достал из рюкзака кинжал. Темное лезвие, простая рукоять.

– Прошу, аккуратнее, – предупредил он, выкладывая оружие на стол между нами.

– Что это?

– На самом деле простой артефакт. Повышенная прочность и отравляющие свойства. Задумывался как убийца бесов. Против высшего не потянет, а тех, кто слабее, убьет с одного удара.

– Если он останавливает регенерацию, назвать его простым артефактом сложно.

– Среднего беса можно убить и без артефакта, – ответил Бао со знанием дела. – Поэтому я и говорю, что кинжал в этом плане не так интересен. Показал я его по другим причинам. Его сделал один румынский одаренный лет пятьдесят назад. То, как он попал ко мне, – история запутанная, местами скучная, а местами трагичная. Не будем об этом. Интерес кинжал у меня вызывает тем, что я не смог определить, как его сделали. Мой учитель тоже не смог. Наша школа так и не разобралась. Может, вы что скажете?

– Бао, вы ведь прихватили с собой артефакты и своей школы?

– Конечно, – улыбнулся он и достал ещё один кинжал. – Свойства такие же, а методы исполнения другие. Вы сами, кстати, кинжалы не делали? Было бы любопытно сравнить.

А вот и предложение к обмену. Он показал сразу две интересные вещи, а мне предлагает одну. Понимаю, что это тоже просчитанный ход, но ничего не имею против. Самая лучшая манипуляция – когда обе стороны получают выгоду.

– Кинжалы – нет. Но, думаю, мне найдётся, что показать из холодного оружия. Позвольте сначала взглянуть.

Любой артефакт, в моём понимании, – это две составляющие, если рассматривать самые простые варианты: материал и та энергетическая структура, которая вложена в него. В сложных вариантах материалов несколько, как и вложенных структур.

Оба кинжала относились к первому случаю. Я снял показатели и определил, что сделаны они из разных сплавов. Кинжал румынского одаренного – ничего необычного. Сплав известный, пусть и хорошего качества, если сделать скидку на то, что ему как минимум больше пятидесяти лет. Кинжал Бао – тут поинтереснее будет. Сплав незнакомый. Что-то похожее я видел в том амулете, который Хан притащил на остров.

Особый сплав, который они используют для всех своих артефактов? Проверил его свойства более тщательно, чем в прошлый раз. Энерговместимость внушает уважение. Было и ещё что-то, но так сразу я определить не смог. Ничего удивительного в этом нет. Если этот металл обладает каким-то особенным свойством, с которым я ещё не встречался, сходу разобраться в этом не получится.

Сплав не тянет на великий секрет. Скорее на маленькую тайну. Лично я бы не отказался заиметь подобный металл. Пару центнеров, чтобы поиграться. Именно поиграться, потому что жесткой необходимости в этом нет. То, чем я владею, с лихвой перекрывает любые нужды.

Куда интересней то, что вложено в кинжалы. В румынском нашёл какую-то неразборчивую конструкцию и при этом не обнаружил вложенной энергии. В китайском тоже была непонятная конструкция, но при этом присутствовала энергия. Хм… То, что я называю непонятной конструкцией, при всём желании не походит на хорошо мне известные, математически выверенные печати. Какой-то сумбур на первый взгляд. Но кто знает, в рамках какой логики её создавали. Точнее, понятно, кто знает. Бао в курсе. Не зря же его одаренным называют, ещё и мастером.

– Этот кинжал, – указал я на румынский, – я бы поостерегся использовать. Особенно несколько раз подряд.

– Я тоже, – довольно кивнул Бао. – Чревато истощением и потерей сознания. У этого кинжала дурная слава. Говорят, он забирает жизнь владельца.

– Насчёт жизни не знаю, а внутреннюю энергию точно.

– Так вы тоже сторонник этой терминологии? Того, что есть внутренняя энергия?

Добрались и до обмена знаниями.

– В вашем кинжале она присутствует, поэтому ничего у пользователя не отнимает.

– Это так. При создании я учёл недостатки оригинала.

– Давайте кое-что проверим. Что вы видите? – спросил я, создавая простую печать и накладывая её на стол.

– Где? – заинтересовался Бао.

– На столе?

Он посмотрел на стол, нахмурился и задумался. Провёл ладонью над самой поверхностью. Его глаза распахнулись, он что-то уловил.

– Вы превратили стол в артефакт? – вырвалось из него искреннее удивление.

Что же так сложно-то. Не сам вопрос, а то, что за каждым словом скрывалось много смысла, который нужно быстро осмыслить. Сейчас я узнал, что «зрение» у Бао неразвито, зато чувствительность через руки восхитительная. У меня такой нет. Сам факт этого говорил о том, что как минимум есть альтернативные моему пути развития. Вроде бы не такой уж значимый факт, но это на первый взгляд. На второй, третий и все остальные…

У меня есть один ученик, Кир. Он уже овладел зрением. В дальнейшем появятся ещё ученики, и кто-то из них может тяготеть вместо зрения к развитию… эм… кожной чувствительности? Или телесной? Ладно, с терминами потом разберусь. Не зная того, что разнообразие возможно, можно долго и упорно впустую учить не тому.

Также это давало преимущество в конфликте. Если Бао ничего не видит, можно не опасаться, что он заметит что-то из того, что я хотел бы скрыть. Ощупывание ладонями в этом плане куда неудобнее.

Ещё из его последнего вопроса следует, что он вкладывает энергию в предметы куда медленнее и реже, нежели я.

– На нём я упорядочил энергию, чтобы проверить ваши способности, – сказал я прямо.

Ладонью он не перестал водить и вскоре обнаружил круг. Круг – самая яркая нить в печати. Были и те, что поменьше – они заполняли внутреннюю плоскость круга. Их Бао не засёк.

– Это круг? – догадался он.

– Да.

Круг с примитивной вложенной структурой, ну да опустим детали.

– Созданный заранее или прямо сейчас, пока говорили?

– Из вопроса следует предположение, что у вас подход медленный?

Бао издал нервный смешок.

– Знаете, Эдгард. Эта встреча уже стоила всех сопутствующих рисков.

О чём и речь. Ничего особо не показав специально, я невольно выдал много информации. Как и сам Бао.

– Какие методы вы используете? – спросил я.

Это открытый вопрос, обозначающий, что я готов и сам делиться.

– Если забыть то, что меня учили несколько лет и свести всё к кратному объяснению, то я концентрирую энергию внутри себя, а потом руками внедряю её во что-то материальное.

– От простого внедрения энергия не обретает свойства.

– Не обретает, – улыбнулся он. – Поэтому ещё несколько лет наши одаренные учатся формировать её правильным образом.

Язык так и чесался спросить, как именно, но в этом разговоре спешить нельзя.

– Через волевое усиление? – предположил я, закидывая удочку.

– В записях прошлых мастеров я объяснений не находил. Но знаете, в чём слабость этих мастеров? Необразованность. Мне посчастливилось получить европейское образование и повидать мир, отчего мой кругозор сильно шире, чем у моих предшественников. Сейчас с этим попроще, конечно же, но ещё лет пятьдесят назад попасть в другую страну было нереально. Так вот, моё мнение, что все наши потуги сводятся к нащупыванию напряжения, которое даст хоть какой-то эффект. Если нащупал что-то, это записывается и внедряется в артефакт, чтобы потом другие могли изучить и воспроизвести.

Я недоуменно свёл брови, представив, насколько это муторный, долгий и неблагодарный путь.

– Вижу, это вас не впечатлило, Эдгард. У вас иной подход?

– Математический.

Бао распахнул глаза. Обычные, замечу. Не узкие, как у других китайцев.

Я же в тот момент испытывал большие сомнения, а стоит ли рассказывать детали. Как он заметил вначале, за мной не стоит никаких учителей. Из этого мира. Но при этом стоит многовековая школа. Возможно, первые алхимики действовали по тому же пути, что и Бао. Нащупывали, пытались вывести законы. Вывели на свою голову.

Озвученный метод, каким бы примитивным мне ни казался, давал ответ, что вот такое, без печатей использование энергии в принципе возможно. На самом деле я это и так знал. Сам в последние годы потратил много времени на тренировки, чтобы изменить подход. После того случая на испытании, когда деревьями швырялся неизвестным способом, заниматься начал.

Кое-чего достиг. Но в итоге упёрся в то, что по старинке всё равно эффективнее. Да и какой смысл манипулировать чистой энергией с неизвестным результатом, если можно использовать математически точные печати, зная, что получится? Мой выбор был очевиден.

От размышлений и разговора оторвала сработавшая рация. То, что мы сидели вдвоём, не означало, что вокруг никого не было. Калач вместе с отрядом по прежнему тренировался каждый день, и сегодняшний не исключение. О том, что у меня важные переговоры, он знал, по пустякам отвлекать бы не стал, поэтому…

– Я на минуту, – предупредил я Бао, отошёл к рации, которая лежала на столе в углу, и ответил: – Слушаю.

– Господин, у нас незваный гость. Неизвестный ходок напал, попытался захватить кого-нибудь в плен, но не получилось. Мы его помяли немного и спеленали. Какие дальнейшие указания?

– Так… Вы на улице?

– Затащили его в подсобку.

– Сейчас приду. Пока ничего не делайте. Ну, если дергаться не будет.

– Принял.

Убрав рацию, глянул на Бао. С ним мы говорили на английском, а с Калачом на русском. Знает ли гость наш язык, неизвестно. Судя по выражению лица, нет, не знает.

– Господин Бао, – обратился я к нему. – К сожалению, у меня возникла проблема, требующая вмешательства. Кто-то посторонний заглянул на земли и напал на моих людей.

– Насколько всё серьезно? – напрягся он.

– Не настолько, чтобы паниковать. Как вы знаете, я заметная фигура и… В общем, врагов у меня хватает, но напал всего один ходок. Надо разобраться. Если хотите, можете прогуляться со мной.

– Боюсь, это невозможно. Если меня кто-то увидит…

– Могу выдать шлем и кирасу от брони. Весь доспех не дам, потому что его надо под размеры подгонять, да и привыкнуть ещё требуется. Шлем скроет лицо, а кираса защитит от большинства угроз. К тому же я буду рядом, так что случайные неприятности исключены.

– Вы предлагаете надеть ваши артефакты? Это настолько соблазнительно, что я готов рискнуть.

– Хорошо. Тогда вот…

В этом помещении было несколько комнат. В приёмной я на виду оставил то, что можно показать сразу. В соседней – всякую мелочевку, которую показал бы в случае удачных переговоров. Ну а в третьей комнате стоял экземпляр брони. Так, на всякий случай.

Я сходил туда, захватил шлем и нагрудник, вернулся и помог Бао одеться.

– Он изнутри прозрачный, – озвучил Бао удивленно.

– Особый металл. Мне не нравилось, что в классических вариантах ужасный обзор.

– Прозрачный металл. Никогда о таком не слышал. Вы его сами придумали?

– Да. Изменение металлов – одна из моих специализаций.

– О-о… – выдал он многозначительно.

Ну да, если они столько мучаются с простейшими артефактами, то я для них… Даже не знаю, с чем сравнивать. Феномен, обесценивающий титанические усилия десятков поколений? Или сколько они там страдают.

– Прошу, – указал я на выход. – Посмотрим, кого ко мне во владения занесло.

Глава 15. Пещера ожидания

На своей территории, одной из обязательных вещей, которыми я озаботился в первую очередь, были маяки для быстрого перемещения. Единственный минус подобной технологии, кроме того, что надо каждый раз проходы открывать, – это то, что у каждого маяка свой порядковый номер, и чем их больше, тем выше шансы запутаться.

Если и дальше так пойдёт, придётся мне блокнот с собой носить, с пометками, какие координаты и куда ведут.

– Идите за мной, – сказал я Бао и шагнул в открывшийся проход.

Интересно, он понял, что портал создан за счёт способностей одаренного, а не ходока? Не факт, что догадался. В роду, пусть и давно, у меня были ходоки. То, что я никак не светил способности ранее, тоже ни о чем не говорило. Многие их скрывают. Разумная мера, учитывая, насколько это сильный козырь. К тому же если те, с кем я учился, ещё могли что-то заподозрить, то иностранцу, пусть у него разведка и налажена, разузнать правду куда сложнее. Проще подумать, что я ходок, который свои способности повторил с помощью одаренности, в виду стационарных проходов.

К этому выводу я пришёл, когда Бао не высказал удивления по поводу открывшейся арки. На брюну он чуть ли не слюни пускал, а вот портал проигнорировал.

Вышли мы в соседнем здании, на складе, где хранились вещи гвардейцев. Они здесь же находились.

Гостя я с собой брать не хотел. Но ещё сильнее не хотел оставлять его одного или отправлять обратно. Разговор-то интересным и полезным выходил. Если разобраться в том, как их школа взаимодействует с энергией, то я смогу понять, как в целом с ней лучше обращаться, открою какие-нибудь новые подходы. Как минимум расширю кругозор. Того, что они узнают от меня куда больше, я перестал бояться. Заявленный уровень слишком примитивен, чтобы разобраться в моих делах. Это как взять первоклассников и дать им высшую математику. Может, знакомые цифры и увидят, но без знания законов и принципов… Нет, алхимия не откроет им свои секреты. Даже с поправкой на то, что они знают куда больше, чем показали.

– Господин, – шагнул ко мне Калач.

– Это наш гость, он не враг, но присматривайте за его безопасностью тоже, – указал я на Бао, – Где пойманный?

– Вон там.

– Так, сейчас броню надену.

Паранойя – полезная штука, но до определенного предела. Мой сводился к тому, что я всегда под рукой имел комплект брони для себя. Дома их вообще штук пять стоит. Здесь один. В него я и влез. Предпосылок для этого вроде как нет, но… Лучше быть готовым, чем не быть.

– Есть поводы для беспокойства? – спросил у меня Бао, наблюдая за тем, как я залезаю в свою броню.

Он старался выглядеть спокойным, но получалось это плохо. В глазах так и мелькала… жадность. Пока не уверен, в хорошем или плохом смысле жадность. Так-то я его хорошо понимал. Если бы мне в прошлом мире показали такую броню, то… Нет, пример некорректный. Там бы она не работала, потому что энергии мало. Но, если забыть про это, я бы тоже смотрел, раскрыв рот, и приложил все силы, чтобы разобраться, как это чудо работает.

– Не обращайте внимания, – ответил я. – Обычная предосторожность.

– Каждая часть брони несёт какую-то функцию? – сделал он вывод на основе того, что сам надел неполный комплект.

Выглядело это, кстати, немного странно и несуразно, но лучше так, чем словить случайную пулю или подорваться.

– Да. В данном случае я использовал модульный подход к работе.

– А какой сплав использовали?

– Максимально подходящий, – улыбнулся я и надел шлем. – Бао, прошу подождать здесь. А я пока займусь пленником. Простите, что так вышло, но, видимо, кому-то очень наглому сегодня голову напекло.

– Не переживайте, Эдгард. Думаю, вы догадались, что посмотреть на ваши артефакты вблизи – для меня наивысшая награда.

Я промолчал, хотя так и хотелось сказать: развлекайтесь. Заодно проверю на вшивость. Изучать-то ведь можно по-разному. Аккуратно и скромно или жадно и нагло, пользуясь тем, что хозяин отвлёкся.

– Выдели охрану гостю, – сказал я Калачу. – А сам давай за мной. Расскажи, что случилось.

К сожалению, так как база недостроена, у нас банально не было места, где имелась бы возможность поговорить наедине. Также не было места, где содержать пленника. Ну, или оставить гостя, чтобы он не скучал. Да тут даже обслуживающего персонала нет, никто кофе не принесёт, беседой не развлечёт.

– Мы тренировались, как обычно. Сначала сработал сигнал, что рядом кто-то появился, – это Калач про одну из функций брони, что я недавно встроил в их доспехи. – Мы незаметно попытались вычислить, где он скрывается, но гость сам сделал ход и напал. Предположительно, хотел взять кого-то в плен для допроса. Ходок, высший, был в маске, без опознавательных знаков. Нас костерил на английском, когда повязали его и сюда оттащили.

– Трудно было справиться?

– Проще простого. Со всеми вашими игрушками, – хмыкнул мужчина.

Бао остался в предыдущей комнате, в этой, где мы говорили, больше никого не было, а в следующей находился пленник. В обычной подсобке.

То, что мужчина назвал артефакты игрушками, меня не задело, потому что это слово он от меня взял.

Когда вошёл внутрь «темницы», первым делом снял показатели. Ничего нового не узнал. Высший, средней силы ходок. Всё. Маску с него стянули, и на меня уставился мужчина с кучерявыми и черными волосами. Заковали его в самые обычные цепи. Трое гвардейцев стояли рядом и держали ходока на прицеле. Оружие – чисто формальность. Так-то у них хватает аргументов, чтобы победить высшего. Особенно если тот не готов к моим трюкам.

Цепи мне не показались надежными. Но я отказался от идеи трансформировать их. Будет лучше, если ходок сможет сбежать. По всей видимости, он плохо понимает, к кому наведался, а значит, о многих возможностях не имеет понятия.

– Кто такой будешь? – спросил я у него на английском.

Мне был нужен повод, чтобы ударить его и забрать образец крови. После этого он станет полностью моим.

Мужчина ожидаемо промолчал. За что и получил кулаком по лицу. Стоял он на коленях, бить было неудобно, но я справился. На бронированной перчатке остались красные пятна. В принципе, допрос можно заканчивать. Лучше быстрее его отпустить и проследить, чем допрашивать.

– Если не в курсе, то ты напал на моих людей, на моей родовой земле. Крайне необдуманный поступок.

– И что же ты сделаешь? – усмехнулся он. Его лицо восстановилось почти мгновенно, ну да и удар был не самым сильным.

– Могу убить, оставить для опытов, отдать людям князя для допроса. Как видишь, вариантов хватает.

– Всё будет несколько иначе. То, что вы меня связали, ничего не меняет.

– Даже так? – заинтересовался я.

Ещё один убийца с сюрпризом? Может, сразу тогда его прикончить?

– Ладно, если не хочешь говорить, посиди пока, подумай над своим поведением.

Я открыл проход, поднял ходока и швырнул его на другую сторону. Проход закрылся.

– Это куда он? – спросил Калач.

– В пещеру.

– Пещеру?

– Ага. Знаешь, такое место, под землей, где мало воздуха, а до поверхности метров двадцать. Ещё там мои блокираторы натыканы, чтобы ходоки не сбегали. Свободного пространства немного. Где-то как эта комната. – А комната небольшая, метров на десять квадратных. То есть впятером здесь было тесновато. – Пусть посидит, обдумает своё поведение.

– Будут распоряжения?

– Продолжайте заниматься, но поглядывайте по сторонам. Ходоками так просто не разбрасываются, у него либо группа прикрытия есть, либо за ним кто-то придётся. А может, и нет, пока непонятно. Через пару дней достанем товарища и пообщаемся. Я пока к гостю пошёл.

– Принято.

Я вышел из помещения и отправился к Бао.

* * *

– Необычная у вас жизнь, Эдгард, – сказал мастер.

– Что поделать. Я бы и рад жить мирно. Не дают.

Когда пришёл к нему, предложил прогуляться. Раз к нам пожаловал иностранный ходок, а в том, что это иностранец, сомнений нет, значит, о месте узнали, так что нет смысла и дальше его скрывать. Тем более от потенциальных союзников.

– Судя по виду, здесь затевается большая стройка.

– Вы правы. Я хочу возвести здесь город.

– Масштабная задача.

– Не то слово.

– Погодите… Эдгард, только не говорите, что вы строите город-артефакт.

– Если вы так настаиваете, то не буду говорить.

Бао замер, осмысливая сказанное. Пусть думает.

* * *

Когда закончил с китайским мастером и отправил его домой, сторонники пойманного ходока, словно специально подгадав, решились на следующий ход. Уж не знаю, что у них там в головах было, но они привели на мою землю два отряда гвардейцев по десять человек.

Воевать на этой территории сложно. Та часть, которую я очистил, а это очень приличная площадь, представляла собой почти что ровную площадку. Оставшихся шероховатостей недостаточно, чтобы укрыться и спрятаться. Поэтому чужаки переместились сюда с помощью ходоков, а дальше побежали в сторону зданий. С обороной вокруг я не закончил. Если честно, то сейчас её по сути-то и не было. Так, всякие разные мелочи, чтобы отбиться от простых нападений или выиграть время, чтобы отойти под защиту зданий. Те были укреплены куда лучше, и внутри можно было чувствовать себя в безопасности от большинства угроз.

Чуть ранее, когда с Калачом обсуждали развитие гвардии, он предупреждал, что сложно сформировать полноценный отряд без боевых акций. Потребности в живом опыте никто не отменял. Я тогда задумался, как это организовать и нужно ли. Гвардия-то могла существовать в двух видах, имею в виду в моём случае: либо как придаток к артефактам, либо как самостоятельная боевая единица, способная проворачивать различные военные операции.

Тогда я ничего не решил, потому что начинать военные конфликты только ради получения опыта показалось дикой затеей. Но сейчас… Раз уж сами к нам заявились.

– Справитесь или подсобить? – спросил я у Калача.

– В броне должны справиться. Насколько вижу, это стандартный отряд.

– Тогда действуй, а я посмотрю.

Прошло достаточно времени, чтобы Калач подготовил стратегии на основные случаи, с учётом имеющихся возможностей.

– Пленных брать? – уточнил он.

– По возможности лучше никого не убивать. Пакуйте их мягко. Кстати, напомни потом кандалы сделать для подобных ситуаций.

А то цепями обматывать – это так себе. Неудобно и долго, легко выбраться из них.

Я кинул сканирование и оценил возможности вражеской группы. Два ходока, по всей видимости, аристократы и бойцы на уровне средних бесов. Стандарт. И на что они надеются?

Первыми огонь открыли незваные гости. Два отряда разошлись в стороны, и те, что шли слева от нас, остановились, вскинули оружие и начали палить. Пули повисали рядом с гвардейцами, до меня ничего не долетело.

Ну а дальше… Недавно я показал ребяткам, как использовать усилители, за счёт которых можно прыгать далеко, а бегать быстро. Двое бойцов остались рядом со мной, остальные сорвались с места. Несколько секунд ушло на сближение, а дальше началась бойня. Если основное оружие – это огнестрел, а в тебя пули не попадают, то противнику ничего не светит. Не прошло и минуты, как отряд расстреляли, и пока они регенерировали, принялись паковать. Так как нормальных кандалов не было, да и такую ораву размещать негде, я сам подошёл к поверженным, открыл рядом с ними проход и дал пинка попытавшемуся выбраться из пещеры ходоку.

– Закидывайте туда же. Десять человек в одну пещеру и десять в другую.

Хорошо, что я предусмотрительный. Правда, кислорода на всех там точно не хватит. Я с вентиляцией не особо заморачивался. Но ничего, быстрее разговорчивыми станут.

Если выживут.

* * *

На этот раз с князем встретились поздно вечером, когда по всем нормам рабочий день давно закончился. Встретились во дворце, в уютной библиотеке, где так хорошо расслабиться, сидя в кресле и вытянув ноги.

Что князь и делал. Замечу, впервые на моей памяти.

– Как прошла встреча? – спросил он, после обмена приветствиями.

Анастас сидел с кружкой чая, из которой и отпил после вопроса.

– Ровно. Без неожиданных открытий.

– Что смог узнать о наших потенциальных деловых партнерах? – выделил он слово потенциальных, намекая на то, что от моей оценки может зависеть союз.

– Если исходить из того, что мне показали, то… Их школа находится на примитивном этапе развития. Что-то могут, но медленно и без гарантий. Отвечая на главный вопрос: портальные арки я так перестрою, что они не смогут повторить технологию, даже если изучат устройство.

– Уверен?

– В таком деле никогда нельзя быть уверенным до конца. Но да, моя оценка именно такая.

– Значит, сотрудничать с ними всё же можно, – резюмировал князь.

– Это уже не мне решать, – развёл я руками и взял предложенную чашку.

– Ну да, ну да. А что в целом скажешь о мастере?

– Скажу, что они очень много сил прикладывают, чтобы развить эту тему. Не только ходоками обзавестись, но и одаренными.

– Учтём.

Князь не стал выпытывать подробности. Если бы там что-то было важное для него и государства, я бы об этом предупредил. А всё остальное относилось уже к моим личным отношениям с «коллегой». С которым договорились встретиться когда-нибудь ещё, но без конкретной даты. На этот раз уже я к ним в гости пойду. Но что-то мне подсказывает, что произойдёт это нескоро, потому что Бао нужно переосмыслить всё своё видение касательно артефакторики.

– Что думаешь насчёт их подхода? Так и правда можно усилить ходоков?

После этого вопроса я понял, что слепым можно быть на любом уровне. А ведь и правда, в России всё не так плохо с ходоками, как у азиатских соседей, но если сравнить с европейцами, то разница будет колоссальной. Мы сильно отстаём в этом плане.

– Если это намёк на то, чтобы я разработал аналогичную программу, то… В теории можно. А если предоставите мне сотню-другую ходоков на опыты, скажем, года на три, а лучше на все пять, то обещаю сделать всё возможное.

Для понимания сложности задачи надо вспомнить, что в семье Медведевых меньше десяти ходоков. Анастас и его супруга, которая, вообще-то, из другого рода. Его сын Август. Софию в расчёт не беру, потому что она ушла в немецкий клан. Ещё Ольга Владимировна, у которой муж погиб и у которой есть двое дочерей, одна из которых моя супруга. Если считать Катю, то получается всего-то шесть ходоков. На одну правящую семью. У остальных аристократов у кого-то больше, у кого-то меньше.

Даже если взять не род, а клан Медведевых, то не хватит, чтобы сотню набрать. Придётся всех союзников привлекать, и то получится впритык.

Если же брать всех подряд, то можно, конечно же. Князь, я уверен, способен это организовать, но тогда о нашем проекте узнает иностранная разведка, и к чему это приведет, неизвестно.

– Я знаю, что ты пока занят другими проектами, но подумай на досуге. А мой штаб подумает, как это лучше организовать.

– Хорошо, – сказал я, мысленно добавляя к бесконечному списку дел ещё одно.

Князь сделал пару глотков чай и перешёл к следующей теме.

– Мне доложили, что к вам гости заглянули.

– Было такое. Ничего серьезного.

– Выяснил, кто это был?

С князем у нас появилась новая договоренность. Ну, или изменилась старая. Его люди продолжают за мной присматривать, но вмешиваться будут только в экстренных случаях. К которым произошедшее не относилось.

– Предположительно, французы.

По крайней мере, когда я вспомнил о них и вытащил первого попавшегося, ругался он именно на французском. К взаимопониманию мы не пришли, так что человек вернулся обратно в пещеру отдыхать. Тяжело им там приходится. Главное, не забегаться и не забыть про них снова.

– Нужна помощь?

– Да нет. Пока сам справляюсь.

Князь хмыкнул, но ничего не сказал. Наверное, сейчас думает что-то в духе: птенчик вырос и отрастил зубки.

Отчасти так и было. Раз уж я взялся формировать свою гвардию, то на них вопрос и скинул. Завтра доделаю нормальную темницу, установлю защиту и выдам ключ-портал до пещеры. Пусть дергают по одному человеку и допрашивают, кто такие. Хотя что-то мне подсказывает, что их знакомые раньше объявятся.

– Там три ходока с гвардейцами заявились. Аристократы, понятное дело. Без опознавательных признаков, – все же поделился я подробностями с князем. – Говорить не захотели, поэтому я… эм… отложил это дело в сторону. Пусть созреют, а дальше узнаю, кто они и зачем пожаловали.

– Отложил в сторону – это что значит? – спросил князь, отпивая из кружки.

– Это значит, засунул всех скопом в темную пещеру, глубоко под землю.

Такую создать для меня – плёвое дело. Достаточно с помощью жены переместиться в любые горы, свободной трансформацией сделать проход, расширить полость внизу, установить там маяк… Ну и укрепить это место, чтобы сбежать и разрушить не получилось.

– Оригинально, – сказал князь, замерев на пару секунд перед этим.

И достаточно жестоко, что лично мне не нравилось, но лучше так, чтобы раз и навсегда отвадить незваных гостей.

– Не думал о том, как об этом месте узнали? – спросил князь.

– Хороший вопрос. Где-то что-то протекло, раз заявились.

– Раз узнали одни, то и другие тоже.

– Я и не ждал, что это место долго в секрете продержится. Слишком много лиц участвует в подготовке к стройке. Просто буду теперь чуть аккуратнее, вот и всё.

– Хорошо. Как там Катя?

Разговор свернул на дела семейные. Поговорили о всяком разном, да я домой отправился.

Глава 16. Звонки

Следующее утро началось со звонка Ольги Гвоздевой. Она знала, что встаю я обычно рано, и набрала часов в восемь. На её бодрый и деловой голос захотелось зевнуть, но я удержался.

– Привет, Эдгард, не отвлекаю?

– Привет, всё нормально. Ты по делу?

– Да. Наша с тобой работа наделала шума, и целители стали заходить, оставлять резюме. Я отобрала ещё шесть человек.

– Хорошая новость. А в чем проблема?

– Деньги.

– Вроде же клиника приносит хорошую прибыль.

– Просто я подумала, что сейчас можно расшириться. Для этого нужны площади побольше, оборудование и зарплатный фонд на первое время.

– Так… Насколько побольше? Для ещё шести человек места хватит.

– Если так и дальше дело пойдёт, то поток желающих только увеличится. Мы с тобой это планировали, так что ничего удивительного. Ещё я хочу нанять обычных врачей. Они тоже нужны.

– То есть ты захотела расшириться до полноценной больницы.

– Подумала, что можно переходить к этому шагу. Это пока не окончательное решение. Многое зависит от тебя.

– Оль, просто скажи, какая тебе сумма нужна. Я обеспечу.

– Договорились. Жди тогда в ближайшее время счета на оплату. И подумай, где нам достать здание побольше.

– Насколько больше?

– Ну, сильно больше. Ты ищи, а я придумаю, как заполнить площади.

– Что-то ты слишком оптимистична в это утро.

– Просто настроение хорошее, – посмеялась женщина.

Н-да. У неё настроение хорошее, а мне выдели несколько сотен миллионов, и это по самым скромным прикидкам. Лучше под это дело миллиард заложить.

– Тогда я тебе его подпорчу. Наилучший вариант – строить здание с нуля. Для чего нужно понимать запросы и потребности. Расчёт крупного проекта может занять полгода, а то и больше. Строительство – года два-три. Ремонт и оборудование – ещё год.

– Так и отлично. Чем раньше начнём, тем раньше будет результат. Пока можно присмотреть что-нибудь временное. На крайний случай придумаю, как нам здесь ужаться. Я сама не ожидала, что последнее дело вызовет настолько сильный резонанс. Про нас уже в газетах пишут. Причем почти во всех разом и исключительно оптимистичные статьи. – В её голосе улавливалось недоумение, откуда такая фортуна на нас обрушилась.

– Я эту пиар-акцию точно не организовывал.

– Но сложилось впечатление, что кто-то за этим стоит.

– Пока он старается на благо хорошего проекта, я не против.

– Согласна. Но ты бы поспрашивал в своих кругах.

– Спасибо, что предупредила.

На самом деле за этим не факт, что кто-то стоит. Достаточно того, что моя жена раньше носила фамилию Медведева. Некоторые вещи сами по себе способны запустить процессы в обществе. Такие, как поддержка СМИ, которые в основном контролирует либо княжеская семья, либо верные союзники. Есть и другие, частные и независимые СМИ, но после того случая с Белогрудовыми, когда пресса использовалась для нагнетания истерии, всех неверных и вражески настроенных повыбивали с рынка.

– Что тебя озадачило? – спросила Катя, когда я спустился вниз. Она как раз закончила готовить завтрак.

– Ольга звонила. Говорит, про нашу клинику много чего хорошего в газетах пишут.

– Так это же хорошо.

– Да, но есть подозрение, что за этим кто-то стоит.

– Так, дай подумать… Ты пока садись, ешь, а то исхудал в последнее время.

– Да ладно тебе.

– Я серьезно. С этими своими проектами мне иногда кажется, что ты забываешь есть.

– Ну… – я не стал спорить, потому что так и было.

– По клинике – если вспомнить монополию целителей, застой этой отрасли, ваше отделение и создание конкуренции, твой проект по усилению целителей… Что ты так на меня смотришь? Ольга до встречи с тобой была рядовой целительницей, звезд с неба не хватала. Либо её талант дремал, а потом пробудился, во что веры мало, потому что таких случаев ранее зарегистрировано не было, либо она повстречала другого одаренного, способного ломать привычные устои.

– Ладно, ладно. Конспиратор из меня плохой, я уже понял. Странно тогда, что меня не попросили развить других одаренных.

– А зачем? – усмехнулась Катя. – Ты и сам всё делаешь. Ещё и за свои деньги.

Услышав такой пассаж, я натурально подвис. А ведь и правда. Зачем просить меня, а потом ещё и проект оплачивать, если я и сам всё сделаю?

– Ты ешь, ешь, – с любовью сказала Катя. – Не надо делать такое кислое лицо.

– Хорошо, – я машинально закинул кусочек омлета в рот. – Так что там с пиаром?

– Возьмем упомянутое, добавим к этому политические дивиденды и получим, что кто-то действительно мог дать отмашку пропиарить тебя. Например, мама.

– А что за политические дивиденды?

– Россия – страна сильнейших целителей. Это звучит круче, чем отсталая страна диких варваров.

– В который раз убеждаюсь, что, пока вожусь со своими проектами, вокруг много чего происходит.

– Так и есть. Ты не беспокойся. Если будет что-то важное, я предупрежу.

Я внимательно посмотрел на супругу, оценивая, насколько она издевается в этот момент. Начинаю чувствовать себя безумным ученым, которого, чтобы творил и не отвлекался, опекают со всех сторон.

А ведь так всегда и было. М-да. Ну хорошо, что хотя бы безумия нет.

В этот момент я вспомнил об иностранных гвардейцах, что сидят в пещерах в ужасных условиях. Выпустить их, что ли? Не. Пусть ещё посидят. Умнее будут. А уж со своим безумием я как-нибудь разберусь.

* * *

На этом телефонные разговоры не закончились. Я позавтракал с женой и собирался отправить разбираться с пленниками, когда аппарат снова завибрировал.

Звонил Стародубов. Неожиданно.

– Алексей, привет, – взял я трубку и переглянулся с Катей.

– Эдгард, доброе утро. Не отвлекаю?

– Как раз закончил завтракать, так что нет.

– Я к тебе по делу, – сразу обозначил он мотивы.

Учитывая, что мы с ним не настолько друзья, чтобы просто встретиться и посидеть, про дело и так понятно.

– Слушаю.

– Наслышан про твои успехи. Поздравляю, не перестаёшь удивлять.

– Спасибо. Но что именно ты имеешь в виду?

– Знаешь, этот вопрос говорит о тебе с наилучшей стороны. Раз успехов так много, что не сразу понятно, о чём речь.

Стоит заметить, что Алексей в целом странный парень. Не как фрик, а скорее как замкнутая личность, о которой мало что известно. Он со всеми в институте держал дистанцию. Не такую, чтобы не общаться, а такую, где не подпускаешь близко. Поэтому слышать от него попытки шутить несколько неожиданно. Ну, может, у парня тоже хорошее настроение, кто его знает.

– Я по поводу твоей новой родовой земли.

– Уже знаешь?

– Думаю, уже все в курсе. – Я не видел лица, но улыбку точно различил. – Конкурсы для архитекторов, проекты, официальная регистрация земли в канцелярии. Если ты хотел это скрыть, то не особо получилось.

– Скорее хотел избежать лишнего внимания.

– Это тоже не получилось, – заверил он меня. – Но внимание вниманию рознь. Собственно, я по этому поводу и звоню. Ты в курсе, что наш род держит нейтралитет последнюю тысячу лет. При этом у нас хватает связей. Один наш знакомый, иностранец, хочет с тобой встретиться.

– По какому поводу?

– Его заинтересовало, как ты решил некоторые проблемы на своей земле. Сразу скажу, что его род древний, старше нашего. Предположу, что встреча может быть интересна для вас обоих.

– Он из Европы?

– Да.

– А какая у него фамилия?

– Клавдий.

– Никогда такой не слышал.

– Ничего удивительного. О них мало кто знает. Как и о нас.

– Когда он хочет встретиться?

– В любое удобное для тебя время.

Древний европейский род. Затворники, о которых мало кто знает, как и о Стародубовых. Даже не знаю, что и думать. Организация решила сделать свой ход? Возможно, но не факт. Так-то Стародубовы, если не вдаваться в подробности, тоже подходят под описание «преступной организации». Живут у себя в лесу, прячутся ото всех и неизвестно какие дела проворачивают. Но это вовсе не так. Либо они гении маскировки.

А, блин, так до скончания века гадать можно. Европа – это в первую очередь могущественные аристократы и большие ресурсы. Не все семьи связаны с организацией. Так что принципиально не работать с европейцами нет смысла. У меня вон жена наполовину немка, и что? Ничего.

– Завтра устроит?

– Да. Думаю, что да. Обед, ужин?

– Лучше обед.

К обеду я не буду вымотанным и сохраню свежесть разума. Вечером, когда весь день пашешь, соображаешь куда хуже.

– Метрополь?

– Пойдет. Скажем, в час дня.

– Я организую. Столик будет на твоё имя.

– Договорились.

– Спасибо, что откликнулся.

– Да не за что.

За разговор денег не берут. Вроде бы.

Положив трубку, перевёл взгляд на Катю. Весь разговор она прекрасно слышала. Попробуй скрой что-то от высшего беса, что сидит в двух метрах от тебя.

– Знаешь этот род?

– Нет.

– А это нормально, чтобы настолько древние семьи остаются в тени и никому не известны?

– Почему нет? Алексей всё верно сказал. Даже у нас многие не знают о Стародубовых. Ты просто с ним учился, поэтому в курсе. А выйди за пределы института, и всё. На светские мероприятия выбираются редко, вся их недвижимость и предприятия зарегистрированы на нейтральные имена, и надо провести расследование, чтобы разобраться.

– Удивительно, как они так спрятались.

– Они сильные – поэтому их чревато трогать. Сами ни к кому не лезут. Это и создаёт уникальные условия, когда конфликты не возникают.

– Хочу так же.

– Не получится. Ты слишком заметный. Слишком много меняешь своими разработками, – покачала Катя головой.

– Умеешь ты подрезать мечтания.

– Да ладно тебе, – пожала супруга плечами.

– Что насчёт встречи думаешь? Как-то странно это и подозрительно.

– Стародубовы и организация – лично я в это как-то не верю, но тут надо учитывать, что старые роды… В общем, когда у тебя больше тысячи лет истории за плечами, всякое может быть. Мир, дружба, вражда, снова мир, бизнес. Но всё же у Стародубовых хорошая репутация, ни в чём криминальном они не замешаны. Отказаться – плохая идея.

– Я тоже так подумал.

Отказать можно. Но это испортит отношения, если нет серьезных причин для отказа. А их нет. Студенческий товарищ позвонил и предложил мне что-то выгодное. Если не придираться и не параноить, то выглядит это именно так.

Репутация у Стародубовых специфическая. В чём-то они могут поспорить с князем, но это на уровне верхушки аристократии, которая в курсе. Сама их древность придаёт веса любым предложениям. А тут они ещё хотят свести меня с представителем другого семейства. Тоже древнего. Эта возможность – как выиграть в лотерею. Если от меня что-то хотят, завяжется сотрудничество, а это выход… Да много куда. Так-то я не прочь подружиться с европейской аристократией. Не то чтобы буду рвать жилы ради этого, но, если возможность сама плывёт в руки, почему нет? Будет полезным в любом случае.

В том числе в конфликте против организации. Легко ополчить аристократию против неизвестного зарвавшегося русского, который слишком много дел наворотил и слишком много пяток оттоптал. И сложнее это сделать, если меня будут знать лично и вести какие-то дела. Те же Кнайты тому пример. Подрались с ними разок, а теперь отношения «умеренно-теплые».

Ну да ладно. Это я что-то совсем далеко забегаю. Быть может, от меня хотят просто новую броньку.

– Интересно, почему обратились именно через Белогрудовых.

– Потому что так проще? – приподнял я бровь.

– Нет, так не поступают. Чему тебя вообще мастер-этикета учил? – насупилась Катя и приняла строгий вид.

На это я приподнял и вторую бровь, отчего жена хихикнула.

– Дремучий ты мой муженёк. Сам же знаешь, что любая просьба – это долг, который придётся вернуть. Поэтому если можешь сделать сам, то сделай. Хотели бы что-то простое, типа брони, заглянули бы в офис.

Иногда у меня складывает ощущение, что Катя мысли читает. Но нет, всего лишь логика и знание, в какую сторону мои мысли могут направиться.

– И то верно. Гадать смысла нет тогда.

– Почему же, предположить можно. Если Алексей упомянул родовую землю, то интерес связан с тем, чем ты там занимаешься.

– Строю город?

– Это пока план. А что есть такого, что ты уже сделал?

– Переработал гигантскую свалку.

– Как вариант.

– Да не, не верю, что древний аристократ решит заглянуть ради этого.

– Вот и проверим. Или ты хочешь поспорить?

– Нет уж. Женская интуиция – это что-то мистическое, что мужчинам не дано понять.

– Как знаешь, – сверкнула она глазами.

Дурачится.

– Пошёл я. Пора делами заняться.

Катя чмокнула меня в щёку и рассмеялась, когда телефон завибрировал в третий раз.

– Бабушка, – озвучил я то, что увидел на экране.

Позвонить из другой страны на мобильный было проблематично, но возможно. Особенно для аристократа.

– Мари, – сказал я, взяв трубку.

– Эдгард! – послышался взволнованный голос пожилой женщины, которая никому не позволяла называть её бабушкой. – Слава богу, что ты ответил! Нам только что поставили ультиматум! Сказали, что, если ты не прибудешь на переговоры и не отпустишь пленных, они возьмут штурмом наш особняк!

– Они, это кто? – спокойно уточнил я.

– Дом Дюваль! Эдгард, что происходит?!

– Я сейчас прибуду, не переживай, всё будет хорошо.

– Но…

– Подожди, пока я не приду.

– Хорошо…

Старушка была явно на взводе. Выключив телефон, я закатил глаза. Катя выглядела куда встревоженней, чем я.

– Дюваль – это боевой клан. Военной мощи у них хватает.

– И?

– Ну, ты только после последнего конфликта отошёл…

– А, так ты за меня беспокоишься?

– Не за них же! – возмутилась Катя.

– Помнишь, я говорил, что у меня есть технология уничтожения метеоритного железа?

– Хочешь использовать эту ситуацию как повод? Может усложнить и без того сложную ситуацию.

– Поэтому я тебя попрошу прямо сейчас отправиться к дяде и сообщить ему новость. А я к своим людям и потом во Францию. Вообще, этот конфликт как-то тупо выглядит. Будто они совсем не понимали, к кому идут.

– Не переоценивай себя. Ещё не все в мире узнали, что Соколова нужно бояться.

И правда. Ну ничего. Посмотрим, что со всем этим сделать можно.

* * *

Через пару минут после звонка я залезал в броню, на ходу инструктируя Калача, который к этому времени уже тренировался с отрядом. Никого не пришлось собирать.

– Считай, это первое серьезное задание.

– Ребята не готовы.

– Сможете стоять с грозным видом?

– Сможем, – ответил он серьезно. – Если полноценная война начнётся – нас всего десять человек.

– Или целых десять человек, тут как посмотреть.

– Броня хороша, но только пока её не изучили и не выработали методы противостояния. Достаточно обычных металлических сетей, чтобы блокировать любого из нас.

Это было правдой. Средний бес в броне не такая грозная сила, как высший. Всё решала подготовка, тренированность и знание слабостей противника.

Мои гвардейцы даже сейчас, при слабой тренированности, смогут удивить группу высших бесов. Но это будет один раз. Два или десять. В любом случае когда-нибудь это закончится. Изучат, заснимут на камеру, разберут на детали и выработают методы противодействия. Поэтому у меня не так много времени, чтобы натренировать гвардию.

– Я буду с вами. Совсем уж легко задавить не получиться. В крайнем случае всегда отступить сможем. Готовь людей, выдай им оружия по максимуму. Вы должны выглядеть грозно, как обещание множества проблем, если на нас нападут.

Калач ушёл, а рядом со мной открылся проход, откуда появился Родион. С папкой в руке.

– Ознакомься, – протянул он мне её.

Я заглянул внутрь и увидел подборку по дому Дюваль.

– У тебя на всех такая папка есть?

– На все самые сильные роды точно есть.

Быстро пробежался по строкам. Главные объекты, особняки, адреса проживания членов семей, заводы, предприятия и многое другое. Был раздел и про силы, которыми они располагают. Такой материал за пять минут не соберешь, так что в этом случае разведка давно готовиться начала.

– Будут какие-то пожелания? – спросил я.

– А сам что думаешь делать?

– Для начала поговорить. Если это окажется недоразумением, и моим родственникам вовсе не угрожали, то…

– А если без неуместного юмора?

Я знал, что Родион обладал способностью показывать эмоции, но пользовался он этим нечасто. Вот и сейчас смотрел, как обычно, с ничего не выражающим, строгим лицом.

– Воевать я не хочу. Поэтому нанесу один выверенный удар, чтобы отстали. Уничтожу их метеоритную защиту.

– Это многих против тебя настроит.

– А где та грань, после которой от меня отстанут?

– Да кто же знает. Попробуй уйти в леса и никого не злить.

Шутит. Уйдешь тут в леса.

Точнее, уйти можно. Но я ведь и там что-нибудь придумаю. Что в очередной раз перевернет мир.

– Я на свалке поселился, так всё равно лезут.

Выражение лица у Родиона не изменилось, а вот взгляд – да.

– Сколько у тебя времени осталось?

– Минут двадцать.

– Пойду с тобой. Сейчас только за броней схожу.

– Как скажешь…

Наверное, так будет проще. Под броней никто Родиона не узнает. А комплект у него свой есть. Подарил ему как-то.

Минут через пять все были готовы. Родион вернулся не один. Привёл княжеский отряд. Тоже в броне который. Пришли они без опознавательных признаков, а значит, пойдут как мои люди. Так-то у людей князя броня под медведей стилизована. Но я с этим хитро сделал. Добавил накладные вставки, чтобы в любой момент можно было убрать.

– Выдвигаемся, – скомандовал я, когда все выстроились, и открыл проход прямо к бабушке.

У меня есть её кровь. Взял в один из приездов. Так что в любой момент мог на неё навестить. Столь дальний переход отнял много энергии, но это не критично.

Первым на ту сторону перешёл я и увидел ошарашенную бабушку.

– Привет. Не волнуйся, это всего лишь я. Со мной мои люди, так что не пугайтесь.

Бабушка в зале находилась не одна. В кресле, поджав ноги, сидела Изабелла, моя двоюродная сестра. Недалеко от неё стояла Белла Бонье, жена главы рода. Мужчин в комнате не было. Видимо, они улаживали вопрос или как-то готовились.

– Эдгард, – шагнула ко мне бабушка. – Что происходит? Почему ты в латах?

– Всё потом. Сначала позвольте впустить моих людей. Там двадцать один человек. Где их разместить, чтобы враг не сразу заметил?

– Я провожу, – первой среагировала Белла.

Хозяйка дома, как-никак. Она и должна была отреагировать.

Я позвал гвардейцев, и те один за другим быстро перешли на эту сторону, уйдя куда-то в соседнюю комнату. В это же время прибежал взъерошенный Герман.

– Что тут происходит?! – крикнул он, после того как выругался на французском. Может, и не выругался, но очень на то походило.

– Не переживайте, – ответил я ему. – К сожалению, у меня вышел конфликт с Францией, поэтому на вас, как на моих родственников, решили необдуманно надавить. Но будьте уверены, это недоразумение быстро разрешится.

– Да уж хотелось бы! – воскликнул мужчина.

Не боец. Слишком нервничает. Они мирный клан, торговый и производственный, не самый сильный. Другой реакции от них нет смысла ожидать. У них просто нет средств, чтобы выдержать прессинг таких мастодонтов, как сильнейшие кланы страны.

Но не отметить иронию я не мог. Когда женился на Медведевой, Герман приехал на свадьбу и лучился добродушием. А сейчас, когда из-за этого отхватил проблем, переживает. Ну да ладно.

Оттягивать момент я не стал. Оценил ситуацию, какие силы стянули мои родственники, увидел наглядно, что им и правда отбиваться нечем, а значит, надо сделать так, чтобы после этой истории конфликт не продолжился. А то ещё найдутся те, кто начнёт род травить. Просто потому что могут и хотят насолить «зарвавшемуся русскому».

Удивительное дело, я совсем не боялся. Злился немного, но это такая злость, больше похожая на раздражение, что отвлекают от важных задач. Все эти войнушки и разборки утомили на десять лет вперед.

Неожиданностью стало появление Кати. Заявилась она сюда в броне и никто из посторонних не узнал, что это она.

– Ты что тут делаешь? – спросил я тихо.

К этому моменту я вышел во двор, куда девушка и прыгнула.

– Помочь пришла. Тебе ведь понадобится ходок, чтобы добраться до врагов.

– Это опасно.

– Ты сам эту броню проектировал. И кто знает, вдруг это ловушка, и прямо сейчас на меня собирались напасть, пока я одна, совсем беззащитная?

Если бы не шлем на голове, моя челюсть точно бы отвисла от такого выверта.

– Напомни, у нас в культуре принято пороть жён?

– Нет, это строжайше запрещено.

– А если ты эксцентричный гений, можно?

– Без вариантов, – сказала она с досадой.

– Очень жаль.

В тот момент мне многое хотелось высказать. Промолчал. Прямо сейчас, когда за нами уже наблюдают, этого лучше не делать. По губам не прочитают, подслушать тоже не смогут, но… Мало ли. Не ругаться же с женой во время боевой операции, когда мои и княжеские люди рядом. Так что дома выскажу.

К тому же Катя права. Я могу переместить только туда, где установил маяк. А она способна прыгать, куда захочет.

Когда представитель клана Дюваль пожаловал к нам, переместившись к границе дома, за забор, что ему не очень-то и понравилось, за моей спиной стояло двадцать два человека, облаченных в артефактную броню. И если в своих людях я ещё сомневался, слишком мало времени прошло, то с княжескими чувствовал себя уверенно. Среди них была элита гвардии, которая несколько месяцев упорно тренировалась и осваивала новые возможности.

Что ж… Условия для переговоров созданы. Настало время побеседовать.

Глава 17. Дюваль и попытки разойтись бортами

Представитель Дюваль вышел ко мне в гордом одиночестве. Я не был уверен, что он сам из этого семейства. Так-то по параметрам почти что высший бес, но для могущественного европейского клана это всё равно что ребенок.

Вышел он один, но за забором стояла пара фургонов, где суммарно скрывалось двадцати три человека. Никого из высших, но и не слабаки – обычная гвардия, по всей видимости. Которой хватило бы, чтобы разнести дом.

Подошедший мужчина выглядел пожилым. С благородной сединой на висках, в дорогом пальто, с перстнями на пальцах и необычайно высокомерным видом. На чужой территории он двигался, смотрел и вёл себя как полноправный хозяин. Если он задался целью настроить против себя, то ему это вполне удалось.

– Эдгард Соколов? – обратился он ко мне на английском, с легким акцентом. То, что я в броне, его ничуть не смутило.

– Да. С кем говорю?

– По какому праву вы похитили наших людей?!

Нет, не верю. Ещё один «Майер» на мою голову? Не верю. Насколько это статистически возможно?

Мы послали к вам боевой отряд, на вашу родовую землю, он первым открыл стрельбу боевыми патронами, а теперь обвиняем в том, что вы этот отряд пленили! – вот это заявление.

В понимании этого недоразумения мы что должны были сделать? Молча умереть? Наглость просто зашкаливает. У них там все мозги от гордыни истлели, что ли? Я в курсе, что историю пишут победители, и что, если ты силен, можешь трактовать события, как тебе захочется, но… У меня просто слов не хватало описать степень наглости того, что сейчас происходило.

После такого перспектива войны с этим кланом не казалась совсем уж неприемлемой. Скорее наоборот.

Я медленно вдохнул и выдохнул, чтобы успокоиться. В мире иногда происходят случайные события, но куда чаще они следствие чьего-то умысла. Если откинуть как маловероятную вероятность того, что Дюваль – идиоты, то… То их жестко обманули, дезинформировали и дали неверные расклады относительно того, против кого они выступили, и сейчас они убеждены, что прессуют какого-то зарвавшегося слабака, которому тупо повезло. Или списали на то, что отряд пропал благодаря артефактам, и что полноценную войну мне не потянуть.

Хм… Могли ли они не знать о недавнем конфликте с организацией? Могли, почему нет. Я прыгал по всему миру, но во Франции не отметился. Да и в целом Европу обошёл, по крайней мере, с крупными семействами не столкнулся. Бился я тогда против криминалитета и… Ну да, почему бы не найтись кланам, которые пропустили всё это. Сомнительно, конечно. Мне описывали этот клан как могущественный. Неужели у них настолько плохая разведка?

Тишина затянулась слишком надолго. Старик смотрел на меня с вызовом и презрением. И чем дольше я молчал, тем больше презрения становилось.

Рука Кати легла мне на плечо. Она что, думает, я перебью их всех?

Надеюсь, сегодня обойдётся без смертей. Какая-то часть меня обдумывала вариант зарубить наглеца, перебить гвардию в машинах, наведаться в особняки Дюваль и навести там шороху. Это должно отбить желание лезть ко мне впредь. Или, наоборот, усилить его.

Да и, если исходить из того, что нашёлся тот, кто смог обмануть Дюваль, он мог учитывать и мои эмоции. Они ведь тоже легко просчитываются. Достаточно знать, что я набрал достаточно силы, чтобы бросить вызов кому угодно. А сила, как известно, развращает и толкает на простые, часто кровавые, решения. И если сейчас убить всех, то между мной и кланом прольётся кровь. Что закроет пути к переговорам и мирным решениям. Учитывая статус Дюваль, я могу против себя всю Францию настроить.

Но не это самое главное. Сейчас я, как никогда ранее, задумываюсь на тем, что есть вещи поважнее, чем кровавые разборки. Нужно учиться решать конфликты на другом уровне.

– Ты не представился, старик, – разрушил я затянувшуюся паузу. – Но это неважно. Слушай, что сейчас будет. Вы повели себя очень некрасиво, и за это я с вас спрошу. Здесь мы разговаривать не будем. За то, что тронули моих родственников, спрошу двойне. Дальнейшие переговоры будем вести в другом месте.

– Никаких переговоров не будет, – крикнул он. – Ты прямо сейчас отпустишь пленников! Это не обсуждается!

– Не поверишь, старик. Отпущу. Вот как до вашего главного особняка доберусь, так и выпущу всех. Не сомневайся.

Посланник собирался что-то сказать, но тут до него дошёл смысл сказанного. Я не видел, но ощутил, как Катя исчезла. Без подсказок отправилась искать указанную цель. Уверен, она быстро справится.

– Выдели людей, пусть присмотрят за особняком, – обратился я к Калачу. – Остальные, будьте готовы к переброске.

Видимо, нас слушали, потому что двери в фургонах распахнулись, и оттуда повыскакивали бойцы, оставляя мне ещё меньше шансов на мирное решение конфликта.

– И что дальше, старик? – обратился я к мужчине. – Нападете на нас? Так давайте. Это развяжет нам руки ещё сильнее.

Ещё до того, как гвардейцы дошли до нас, появилась Катя. Дождавшись кивка, она взяла меня за руку и перенесла во двор чьего-то огромного особняка, что возвышался над нами на три этажа и уходил куда-то в сторону, теряясь из виду.

– Это точно их дом? – уточнил я у супруги.

– Конечно. Разве ты не в курсе, что все ходоки заучивают стратегически важные точки потенциальных противников?

– Нет, не в курсе. Ладно, об этом потом.

Сосредоточившись, создал проход-арку и расширил её. На той стороне открылся вид на моих людей, пошедшего пятнами старика, который открыл рот, увидев, где я нахожусь, ну и его бойцов сзади.

У такого семейства обязана быть защита от ходоков, и то, что мы попали в святая святых, выбьет из колеи кого угодно. У Кати тоже с собой были артефакты обхода защиты, поэтому для неё не составило проблем оказаться здесь.

– Заходим! – скомандовал я своим.

Все, кроме пяти человек, перешли на эту сторону. Причем там осталось два человека князя. Это хорошо. Мне так спокойнее будет.

– Сами до дома доберетесь или тоже зайдете? – спросил я у старика. Он успел с кем-то связаться по рации и подошёл ближе, чтобы удостовериться, что мы и правда на территории Дюваль.

Старик всё же перешёл. И бойцов с собой прихватил. Глупо с его стороны. Так он избавил меня от переживаний о французских родственниках. А ещё это в целом глупо смотрелось. Он отдал команду, один из гвардейцев перешёл на эту сторону. Я его любезно пропустил. Он осмотрелся, выругался на своём языке и подал знак своим. После чего уже они перешли. Через вражеский портал, замечу. Который вёл в сердце их клана, в главный дом.

Переходили нервно, косясь на меня и моих людей, что построились на этой стороне. Эти тоже построились, навели на нас оружие, но никто не выстрелил. Старик перешёл последним, и выглядел он растерянным. Подевалось куда-то его высокомерие.

– Давай, зови своего главу, а я пока вас наказывать буду, – сказал я ему и пошёл к дому, уничтожать метеоритное железо.

* * *

Базиль Дюваль, глава клана, работал в офисе, в городе, когда поступил тревожный звонок. К главе прямо в кабинет переместился вестовой.

– Господин, – склонил он голову. – Враг у дома!

Базиль недоуменно нахмурился, не поняв, что услышал.

– Повтори. Что значит у дома?

– Минуту назад у дома вышел вражеский отряд.

– У какого дома?

– У семейного гнезда! – занервничал вестовой ещё сильнее.

Базиль зажмурился, пытаясь разобраться, что за бред услышал. Сам мужчина был из тех, кто умеет принимать решения и делать это быстро. Он этим почти каждый день занимался. В бизнесе. Но то, что передал вестовой, было… Слишком невозможным. Дом защищает метеоритное железо. Туда не проникнуть ходокам. А чтобы пробиться, придётся пригнать армию, в ответ на что Дюваль выставит своё войско.

Все эти мысли пронеслись в голове мужчины меньше чем за секунду. А потом он прямо из кресла переместился. До него наконец-то дошло, что вестовой не шутит.

* * *

– Что, говоришь, он сделал?

– Урегулировал конфликт, – ответил Родион на вопрос князя.

– Судя по тому, что ко мне никто в кабинет не вбегает, и по тому, что ты позволяешь себе давать такие ответы, причин для паники нет.

– По крайней мере, сейчас нет.

– И всё же, – усмехнулся князь, посмотрев недобро на слугу. – Изволь нормально рассказать, что там случилось. Зря, что ли, сам лично бегал с Соколовым.

– Сначала мы прибыли к его родственникам во Франции. Они не были в курсе, чем Эдгард успел прославиться. Там же нас дожидался человек Дюваль. Они не придумали ничего лучше, чем надавить через родню.

– Как-то это слишком топорно.

– Топорно, – согласился Родион. – Нагло и грубо. Даже по их меркам. Если история всплывёт, они получат репутацию дешевых шантажистов, которые угрожали порядочному французскому дому, так как не смогли добраться до какого-то русского.

– Что ничего не значит, если они победят.

– Но они не победили, – ответил Родион.

Он стоял перед князем, сложив руки за спиной и вытянувшись. Лицо его, как обычно, ничего не выражало.

– Так, продолжай, – князь нетерпеливо махнул рукой.

Он догадывался, что над ним подшучивают. Что, вообще-то, было недопустимо в отношениях между князем и слугой, но…. Родион – приближенный человек, а тема разговора такая, что… Мягко говоря, всё, чего касался Соколов, шло нестандартным путем.

Раздражался князь не по-настоящему. Внутри он, наоборот, испытывал спокойствие, что новых проблем не подвалило.

– Переговорщик повёл себя не просто агрессивно. Он повёл себя крайне нагло, самоуверенно и глупо. Обвинил Соколова в том, что тот держит в плену людей Дюваль.

– Это после того, как они сами напали? – приподнял бровь князь. – И правда, крайне нагло и глупо. Что Соколов? Убил дурака?

– Воздержался. – Князь подсознательно ожидал, что сейчас на лице Родиона появится усмешка, но тот, как и всегда, сохранял ледяное спокойствие. – Дальше переместились к особняку Дюваль. В этом Екатерина помогла. Нашла резиденцию, перебросила Эдгарда, а дальше он проход открыл. Прямо на задний двор.

– И вы туда всей толпой завалились?

Князь на пару секунд задумался о том, что сам бы делал, если бы защита дома, на которую рассчитывали веками, внезапно перестала работать, и к тебе на задний двор высыпал отряд рыцарей, которых не взять обычным оружием. Хотя думать тут было особо не о чем. Служба безопасности давно разрабатывала сценарии на случай самых безумных вероятностей.

– Часть людей осталась прикрывать родственников Соколова.

– Сути это не меняет.

– Ещё с собой Эдгард забрал переговорщика и отряд гвардейцев, что его прикрывал. Любезно подкинул до дома, как он сам выразился.

– Не захотел оставлять их рядом с Арди, это понятно.

– А дальше началось самое интересное. В поместье сработала тревога, но Эдгард включил блокировку, и ходокам пришлось бежать к нам от границ земель. Как и всем остальным войскам.

– Дюваль целое войско подогнали?

– Могут себе позволить. Эдгард на них не обратил внимания. Минут пять стоял, не шевелился, а потом что-то сделал и… И защита дома Дюваль перестала существовать. Он уничтожил их метеоритные камни.

– Как и обещал, – кивнул князь своим мыслям.

Правда в том, что нельзя предсказать ответную реакцию на это событие. Шаг рискованный, но в какой-то мере оправданный. Постепенно Эдгард обрастёт репутацией человека, которого лучше не трогать. Тогда всем спокойнее будет.

– Они не сразу сообразили, что происходит, но переволновались не на шутку. Так наш парень на этом не остановился. Пока мы там стояли и наблюдали за шоу, он открыл другой проход, откуда начали вываливаться… Личности в неприглядном виде.

– Сегодня что, полнолуние? Звезды на небе сошлись? Или какие ещё могут быть причины, отчего ты решил потренировать на мне мастерство обтекаемых фраз?

Князь тоже был человеком. Ему, как и другим, было не чуждо любопытство и желание поскорее узнать финал истории.

– От них воняло дерьмом и мочой, глаза отвыкли от света, некоторые были в легком безумии, остальные – основательно не в себе. Несколько человек разрыдались.

– Это он пленных выпустил? – напрягся князь.

Шутки шутками, но штаб тайно прорабатывал и такой вариант, что их одаренный сойдёт с ума. Предпосылки к этому были.

– Да. Которых запер в пещере под землей. Как я понял, там воздуха на всех не хватало, поэтому они задыхались и регенерировали. Без воды, еды, света, в полной темноте, ещё и тесноте, толкаясь друг о друга, без возможности сходить в туалет. После первого же случая, думаю, понятно, что проблемы с воздухом усугубились.

– А что парень сам сказал по этому поводу?

– Когда всё закончилось, он признался, что забил на них.

– Забил?

– Забил.

– На него не похоже.

– У меня сложилось впечатление, что разбираться с чужими солдатами ему не так интересно, как заниматься своими проектами.

– И он, недолго думая, отложил проблему на дальнюю полку. Любви к нему это не добавит.

– Не уверен, что Эдгард ищет любви, – качнул головой Родион.

– Да уж. Ты продолжай.

– В нас постреляли, но безрезультатно. Пошли в рукопашную, но тоже ничего не добились. Эдгард на самых наглых кандалы навешивал – какую-то свою новую разработку. До Дюваль начало что-то доходить, когда во дворе небольшая груда тел образовалась.

– Обошлось без смертей?

– На удивление, парень вёл себя миролюбиво.

– Чем закончилась история?

– А дальше начался самый смак. Пожаловал глава рода Дюваль. У меня сложилось впечатление, что он не был в курсе конфликта. Возможно, это игра и попытка скинуть на тех, кого не жалко. Глава рода начал жестко, но выкинуть Эдгарда со своей земли у него не получилось и пришлось перейти к переговорам. В которых Эдгард выкатил претензии, глава Дюваль удивился, отошёл к своим людям и вернулся через полчаса, после чего они с Соколовым отошли в сторону и переговорили. К этому моменту до Дюваль дошло, что их особняк остался без защиты. Учитывая, сколько у них врагов, ночью спокойно спать точно не выйдет. На это Соколов предложил им блокиратор.

– Хм… – нахмурился князь. То, что эту технологию предложили иностранцам, было неприятным прецедентом.

– Цену он назвал в один миллиард евро. Плюс за содержание пленного по миллиону. За ходоков – десять миллионов.

– Содержание?

– Да. Сказал, что отдых в его пещере стоит очень дорого. Дюваль на это возмутился ещё сильнее, но Соколов спокойно ответил, что счёт за пленных будет включен в блокиратор.

– И что? Они купили?

– А вот это самая весёлая часть в представлении. Эдгард расписал возможности своего блокиратора. Упомянул про гибкие настройки, большую площадь покрытия. В общем, описал свою технологию в лучшем свете.

Анастас представил, как это выглядело со стороны. Поместье могущественного клана. Вокруг собрались их войска. На заднем дворе стоит группа рыцарей, закованных в броню, с которыми ничего поделать не могут. При этом клан лишается защиты, которая считалась бесценной и которую в принципе купить нельзя было. Только отнять у других. Лишение камней – это ни много ни мало историческое событие, которое притянет внимание всех аристократов в мире, в первую очередь тех, кто сам полагается на эту защиту. Дальше последуют попытки либо устранить Эдгарда, либо договориться с ним.

– Они согласились?

– А куда им деваться? Дюваль потребовал доказательств. На это Соколов напомнил, как они бежали от границ земель к себе домой.

– Смешно, – князь отнюдь не смеялся.

– Как ни странно, страсти улеглись, и начались нормальные переговоры. Дюваль официально заявил, что не знал о конфликте, и что этим, никого не предупредив, занялась одна из ветвей. Может, и правда. Так-то ситуация в целом глупая. Я не удивлюсь, если кого-то не особо умного накрутили и дезинформировали, чтобы натравить на Соколова.

– Значит, войны не будет.

– Открытой нет. Если они согласятся на блокиратор, а, скорее всего, так и будет, то…

– То яйца Дюваль окажутся у Соколова, – грубовато закончил князь.

– Да.

– А ещё это послание всему миру, что с ним лучше дружить, чем ссориться. Наглое, дерзкое, немного безумное, но доходчивое послание.

– На этом всё. Закончилась встреча на том, что договорились через пару дней обсудить детали. Соколов предупредил, что если они хотят сделку и работать с ним, то должен быть подписан договор о мире и ненападении.

– Хорошее решение для обеих сторон. Учитывая все нюансы. А парень-то молодец. Я пока не понимаю, как так вышло, что не случилась большая бойня, но итог радует. Напиши подробный доклад, что там было. Гвардейцы пусть тоже напишут. Этот случай придётся разбирать в деталях.

– Сделаю.

– Тогда можешь идти.

Князь не стал добавлять, что ему нужно переварить информацию и определиться, как жить дальше в этом хаотичном мире, где так легко рушатся вековые устои. Ладно он сам. Давно привык, что его новоиспеченный родственничек выкидывает фортели. Но мир-то… Мир-то к этому готов?

* * *

Чем мне нравится жить в этом мире, тем, что из-за развитого общества некоторые вещи можно делегировать другим людям. Пока я снимал броню и приводил её в порядок, Катя успела переместиться в ресторан, сделать заказ, вернуться, привести себя в порядок, и, когда я вышел из мастерской, еда уже ждала меня на столе.

– Ты какой-то лишне задумчивый, – сказала жена, когда мы уселись ужинать.

– Лишне, а не излишне?

– Лишне-лишне.

– Сегодня был напряженный день.

– Да ладно тебе, весело же было.

Я посмотрел на Катю, на свои до сих пор трясущиеся руки, снова на супругу и промолчал. Да уж, весело.

– Балаган это был, а не веселье.

– Будь проще, – пожала она плечами.

Как ни странно, этот совет сработал. Так-то поводов для серьезности не было. Точнее, были, но не настолько важные, чтобы есть себя изнутри лишними переживаниями. День прошёл… До массовых жертв не дошло, я вообще никого не убил, и это, определенно, было проблемой. Трясло же меня от того, что я не мог предсказать последствия столь сильного заявления.

Печенкой ощущаю, что запустил в обществе сильные изменения, которые безболезненно не пройдут.

– Как думаешь, какая фигура идеальна? – спросил я Катю.

– Стройная?

– Да, я про геометрические фигуры.

– А-а… Ну… Шар?

– А вот и неправильно. Квадрат куда лучше шара.

– Почему?

– Потому что углами можно таранить, а форма лучше подходит… Да для всего. Дома же шарообразными не строят.

– А к чему вопрос? – прищурилась заинтригованная жена.

– Я подумал, что броня не всегда и не во всём поможет. А вот если сделать неуязвимую летающую крепость, способную перемещаться в пространстве и зависать над домами идиотов, что с раздражающей регулярностью лезут ко мне….

– Погоди, погоди, – замахала жена руками. – Что ещё за безумная идея пришла в твою гениальную голову? – на этот раз Катя явно забеспокоилась.

– Безумная? Прям так сразу?

– Летающая крепость – даже я не была готова такое услышать.

– Не обращай внимания. Просто мысли вслух.

Сделать металлический квадрат или прямоугольник, привязать его к оси мира, поработать с гравитацией, добавить мощные батареи и грозные пушки… Хм… Хм… Не представляю, как это возможно, но идейка интересная.

– Слушай, а круто. – Катя обдумала идею и успокоилась. – Нарожаем детей, каждому по звезде смерти выдадим и…

– Почему звезде смерти?

– Потому что название крутое?

– Так квадраты же.

– Точно. Тогда по квадрату смерти выдадим и будем ко всяким аристократам заглядывать, нервы трепать.

– Катя… – засмеялся я от этой дикой картины и чуть не подавился едой. – Глупости не говори. Намёк про детей я уловил. Между прочим, твои показатели значительно выросли. Можно уже и пробовать.

– Эй, эй! Это была всего лишь шутка!

– Ничего не знаю. Иди сюда, – отодвинул я тарелку в сторону.

– Дай доесть, изверг!

Так и живём. То с аристократами разбираемся, то шуточки шутим.

* * *

Базиль Дюваль устало вытянул ноги, отрезал кончик от сигары, прикурил и затянулся, выпустив густой, вонючий дым.

– Опять ты эту дрянь куришь, – сказал Жером Дюваль, отец Базиля, старшина клана, а в прошлом и глава.

– Повод подходящий, – отмахнулся Базиль.

– Да уж, – прокряхтел старик. – Нас поимели.

– Со вкусом.

– Во все дырки.

– Отец… – по привычке покачал головой Базиль в ответ на грубость отца.

Его грубость и пошлость – это что-то типа визитной карточки. Как и сотни дуэлей, несколько войн, бесчисленное количество конфликтов и с десяток кладбищ, которые старик оставил в более молодые годы.

– Разве не так? Ты разобрался с этим идиотом?

– С Патрисием? Оторвал ему голову. После того как он рассказал, как додумался до такого.

– Что-то прогнило у нас в клане, раз нас так развели.

– Согласен. Завтра соберу совет. Будем думать, как перестраиваться. Мир изменился, представляешь, старик?

– Ты про то, что нас поимели или про того одаренного?

– Отец… – Базиль снова затянулся и выпустил в старика клубы дыма, выражая протест. – Конечно, про Соколова. Он уничтожил защиту нашего дома! Перед этим придя к нему, будто это не наш дом, а его! Я бежал от самой границы, не мог переместиться! В то время, когда здесь была моя жена!

Хорошо, что детей не было. Те уехали на учёбу.

– Вы никогда особо не ладили.

– Она мать моих детей и могла пострадать. Но неважно. Это прецедент, который меняет всё.

– Метеоритная защита больше не работает, – кивнул старик.

Признать это ему было физически трудно. Как-никак, последние сто лет он считал нормой, что дом – это безопасная территория. Но с фактами не поспоришь. Жером тоже находился в доме, о чем Базиль не упомянул, чтобы позлить старика, и сам видел, как всё было.

– Не работает. Поэтому я думаю купить эти устройства у Соколова.

– И стать зависимым от него.

– В какой-то мере да. Но мне уже представили доклад по нему. Он родственник российского князя, недавно женился на его племяннице. Повезло Анастасу Владимировичу, ничего не скажешь.

– Как тогда ты собираешься с ним работать?

– Во-первых, – Базиль стряхнул пепел, – наличие устройства в доме ничего не изменит. Сейчас мы без защиты, любой может прийти. А так, прийти смогут хотя бы только Соколов и князь. Сократим список угроз.

– А во-вторых?

– Во-вторых, Соколов ведет дела с иностранцами и вполне успешно. Кнайты покупали у него броню. Американцы тоже. Он продаёт тем, кто враждует между собой. Бизнес и ничего личного, как говорится.

– Это скорее минус, чем плюс.

– Ты забываешь, что мы напали на него. Ещё и родственникам угрожали. Если об этом узнают… А об этом точно узнают, слишком много свидетелей было. В общем, лучше эту историю замять как можно скорее и закрыть брешь в обороне. А потом броню его прикупить. Знаешь, меня впечатлило. Два десятка рыцарей против нашей армии, и мы им ничего сделать не смогли. Причем рыцари в основном стояли на месте.

– Так, может, они бесполезны.

– Я тебе дам доклады. Сейчас наши люди уточняют детали, но не простая там броня. Кнайты за неё больше десяти миллиардов рублей заплатили. Это минимум. Чуть позже точно скажу.

– С нас он потребовал куда больше, – поджал губы старик.

– Глупость стоит дорого. Так было во все времена. Да и не за броню он затребовал. А за блокираторы. Это стоит куда дороже.

– Ты ведь понимаешь, что раз нас так подставили, то используют это на полную?

– Конечно. Будем готовиться к войне. Чувствую, что грядет передел власти. Мир меняется, отец. Уж не знаю, к добру или к худу.

Глава 18. Знакомство с древним семейством

К назначенному времени я пришёл в ресторан. Распорядитель проводил меня в уединенную комнату, которую аристократы или деловые люди выбирали, если хотели пообщаться без лишних ушей на не особо сокровенные темы. Как-никак, это чужая территория, перегородки здесь условные, и, если хочешь настоящей конфиденциальности, проводи встречу у себя дома. Желательно в бункере.

Пришёл я минут за пять, и в это время никого не было. Изучил меню, сделал заказ и уже начал думать, что будет забавно, если никто из рода Клавдиев не придёт, но нет. Точно в срок официантка проводила мужчину к моему столицу.

– Господин Эдгард? – обратился он ко мне.

– Да, – я встал и пожал протянутую руку, про себя отметив, что мужчина говорит пусть и с акцентом, но на хорошем русском.

Сам он выглядел… Молодо. Лет тридцати пяти, в белой сорочке, серых брюках и туфлях. Глаза тоже серые. Никогда до этого такого не видел. Смотрится странно, но это не самая удивительная мутация, что встречается среди аристократов.

– А вы…

– Зовите меня Кассиан.

– Что ж… – указал я на стулья, и мы сели. – Рад познакомиться, Кассиан. Алексей Стародубов сказал, что ваши семьи давно знакомы, и отозвался о вас наилучшим образом. Правда, не объяснил, в чем причина вашего интереса, и я до сих пор в растерянности, чем мог заинтересовать древнюю семью.

– Вы скромны, Эдгард, – улыбнулся он. – Редкое качество для молодости.

В заведениях такого уровня официанты никогда не подходят, пока им не подашь знак. Обычно хватает одного взгляда, чтобы они каким-то мистическим образом, на порядок обставляя по скорости ходоков и высших бесов, оказались рядом.

Кассиан подозвал девушку, быстро сделал заказ, не глядя в меню, и перевёл взгляд на меня. Странное ощущение. Каждое новое поколение аристократов – это дополнительные мутации. Большинство изменений незаметны, но когда их копят веками, то… Не уверен, что подобных существ можно называть людьми. Кассиан не моргал, дышал медленнее, чем обычный человек, обладал идеально гладкой, фарфоровой кожей. Замри он и будет выглядеть как настоящая статуя.

При этом я инстинктивно ощущал в нём куда более опасного хищника, чем я сам. И то, что вокруг ресторан, другие люди и цивилизация, никак не успокаивало.

Разумеется, я его сразу проверил, но результаты… Чем-то это напоминало сканирование Стародубовых. Они настолько уникальны, что точных цифр не получалось. В случае Кассиана я не понял ровным счётом ничего. Как будто стену сканировал. Подозрительно.

Несколько минут мы изучали друг друга. Я невольно сравнил Кассиана и посланника Дюваль, подивившись, что в первом полностью отсутствует высокомерие. Это читалось по простому лицу и открытому взгляду.

– На самом деле, – взял он слово, – меня заинтересовал ваш последний проект.

– Какой именно?

– Связанный с землей и её очищением.

– Неужели это настолько громкое дело, что даже в Европе об этом слышали?

– Громким был ваш конфликт с организацией, – сказал он буднично. – Мои люди заинтересовались этим, проверили информацию, узнали о вас много чего интересного и донесли до меня любопытные сведения.

– Вы знаете про организацию? – этот вопрос вылез сам собой.

– Конечно, – удивился он. – Сложно не знать про тех, кто ведет деятельность больше тысячи лет. Скажу вам по секрету, – подался он вперед. – Древние семейства – как соседи, живущие в тесном доме. Хочешь или нет, но периодически сталкиваешься.

– Простите за бестактность, но какие вас с ними отношения связывают?

– О, понимаю. У вас с ними свежий конфликт, но смею заверить, что дружбы между нами нет. Впрочем, вражды тоже. Мы стараемся не вести с ними дел.

– Почему?

– Неожиданный вопрос от вас.

– Как я узнал, организация довольно могущественна и имеет влияние на многие семейства.

– И что? – ответил он беспечно, будто речь шла о дворовых пацанах. – У нас тоже есть влияние. Оно и у вас есть. Тесный дом, помните? – рассмеялся он. – Все друг с другом связаны, так или иначе. Вы начинаете проект с немцами, а французы из-за этого злятся. Кто-то, наоборот, радуется. Включает в свои планы, делает ходы, которые влияют на всех или на кого-то конкретного. Бесконечная круговерть влияния.

Вот так вот ненавязчиво Кассиан напомнил, чем отличаются древние семейства от обычных. Мышлением и восприятием жизни. Умом я мог это приблизительно понять. Воспринимать организацию не как свирепого и опасного противника, а как всего лишь не самого приятного соседа, который иногда мелькает на горизонте.

На фоне этого мои потуги выглядели как детские игры.

Я одернул себя и сосредоточился. Древние роды – это не только иной взгляд на жизнь, но и внушительный набор способностей. Таких, как возможность одним своим присутствуем подавлять собеседника. Не обязательно это следствие злого умысла. Если поместить обычного человека ко льву в камеру, он попадёт под влияние, даже если зверь спит и плевать ему на гостя.

Но это всё с каждым словом становилось подозрительнее и подозрительнее. Европейский род, могущественный, в нем знают про организацию, сам Кассиан не определяется моими методами. Может, это и вовсе кто-то из организации? Быть может, один из хранителей? Но зачем им так рисковать?

– Интересный взгляд на жизнь, – ответил я, пресекая размышления, которые могли отразиться на моём лице. – Но всё же что вас так заинтересовало?

– Переработка мусора, – улыбнулся Кассиан, прекрасно зная, какое это произведёт впечатление.

А Катя-то права была. Надо заскочить на обратном пути, ей цветы купить. И шоколадку.

– Удивлены? – обрадовался мужчина.

– Удивлен, – не стал я отрицать очевидное. – Как-то это… – покрутил я рукой, выражая чувства.

– Да-да, древний род, и вдруг интерес к мусору, – рассмеялся Кассиан.

Получалось это у него легко и непринужденно.

– Население планеты за последние сто лет выросло в несколько раз. А на главных островах Англии невозможно проехать на машине, не попав в пробку. Людей становится больше. Люди всё больше производят разных вещей. Неудивительно, что мусора тоже прибавляется.

– Но есть же решения.

– Нормальных – нет. Есть проекты по вторичной переработке, но когда они в полной мере заработают и когда решат нарастающую проблему. – Кассиан развёл руками, но тут же поправился: – На самом деле я знаю когда. Лет десять нам ещё нужно, чтобы проблема перестала усугубляться. Замечу, что это только на островах. В других странах… Где-то лучше с этим, где-то хуже, думаю, вы и сами понимаете, как это бывает, Эдгард.

Острова, значит. Я отметил про себя, что он из Англии, а значит, связь с организацией ещё более вероятна. Но зачем тогда ему говорить о том, откуда он? Сложный разговор выходит.

С озвученной проблемой я был… Пожалуй, лучше сказать, что знаком не был. Знал, что у нас в стране есть трудность, которая решается свалками. С некоторыми из них пытаются работать, но в подробности не вдавался. Тем более не знал, что там в других странах.

– Допустим, но что именно вы хотите?

– Пока сам не знаю, – ответил он и отвлёкся на официантов, что принесли заказы.

На пару минут разговор прервался. Пока поставили, пока мы попробовали еду. Я не спешил. Было над чем подумать. Кассиан тоже не торопился. Он очень красиво ел, как может есть только человек, уважающий еду. Я на секунду подумал, что мужчина и вовсе про меня забыл, но тот глянул, улыбнулся, и эта дурная мысль исчезла.

– Как я могу знать, Эдгард, – вернулся он к разговору. – Если не представляю ваших возможностей. У меня есть подозрение, что они велики. Слишком много новых артефактов вы сделали за короткий срок. Значит, в потенциале можете сделать и что-то ещё. Не поделитесь, по какому принципу решили проблему свалки?

– По принципу разделения всего мусора на составляющие. Отдельные элементы.

– Речь ведь не о ручной сортировке идёт?

– Нет, речь о прямом управлении материей.

– Звучит грозно.

– Если только применять на плохие дела.

– А скажите, вы могли бы создать фильтр для воды?

– Создать могу. Но для этого надо сначала определить, чем не устраивают те, что уже есть?

– Если честно, не знаю. Не вдавался в технические подробности.

– Тогда, возможно, лучше обойтись стандартными решениями.

Потому что то, что можно сделать без алхимии, нужно делать без алхимии. О чем я сам начал забывать, привыкнув к большому количеству свободной энергии.

– Пример с водой – это лишь пример, чтобы лучше понять вас, Эдгард.

– Мой мозг, – постучал я себя по виску, – привык решать прикладные задачи.

– Это, определенно, хорошее качество, – кивнул он. – Тогда как насчёт обсудить несколько конкретных идей?

Мы обсудили. Проговорили пару часов. Кассиан лукавил, когда сказал, что не разбирается в технических деталях. Разбирался и ещё как. В примере про ту же воду, в городах существовали целые заводы, чтобы очищать и обеспечивать драгоценной жидкостью нужды населения. Дело это сложное, затратное, и конечный результат не всегда идеального качества. Если появится решение, которое хотя бы частично упростит этот труд, то… В потенциале это может кому-то сэкономить миллионы, а жизнь в городах сделать лучше. Также существовали различные озера и реки с непригодной для питья водой, но если ее очистить… В общем, тоже можно сделать кому-то хорошо. Особенно в тех странах, где есть проблемы.

В ходе разговора Кассиан пусть и не прямо, но выдал, что хорошо подготовился и многое узнал обо мне. В частности, то, что я занимался для государства производством уникальных сплавов. В качестве примера он привёл сложный производственный цикл, в который, если добавить оборудование с иными свойствами, можно сократить как расходы, так и загрязнение окружающей среды.

Последняя тема прослеживалась почти в каждом примере, который он поднимал. Почти – потому что мужчина не заострял на этом внимание, не говорил прямо, но по озвученным целям было хорошо видно, чего именно он хочет. Единственный раз, когда он заговорил об экологии напрямую, был в конце разговора, когда мы разболтались, и он решил обозначить, почему его подход к делу именно таков.

– Мотивация станет очевидной, если попытаться представить, чем отличаются взгляды на жизнь молодого юноши и зрелого мужа, чьи волосы покрыла седина. Знаешь, в чём дело, Эдгард… – где-то в середине разговора мы как-то сами собой перешли на «ты», – когда путь становления только начинается, ты голоден, готов браться за любую работу, и без разницы, какие методы будут использоваться, чтобы возвыситься. Смысл думать о высоком, когда кушать хочется, не так ли? Но потом, когда поднабрался опыта, появляются разные предложения, и вот ты уже сам можешь выбрать дело поинтереснее. Исчезает необходимость соглашаться на всё подряд. Представь себе молодого парня и поймёшь, о чём я говорю.

– Я хорошо понимаю. Как-никак, сам молод.

– И правда, как-то позабыл об этом, – рассмеялся он. – Постепенно, если трудиться, через пять лет, десять, двадцать, но денег становится достаточно. Потом их становится много. Потом очень много. А через пятьдесят поколений – столько, что не хватит никакой фантазии, чтобы придумать, куда их потратить. Даже если наследники родятся идиотами, они не смогут растратить богатства.

Не сомневаюсь.

– Только пойми меня правильно. Я говорю о деньгах, но речь о куда большем. Задачи, вызовы, предприятия, возможности, связи. Если семейство достаточно удачливо и умно, чтобы пережить тысячелетия, то, как бы так сказать… – сделал он вид, что подбирает слова.

Именно сделал вид, потому что я уверен, человек такого уровня видел разговор на десяток шагов вперед и прямо сейчас меня вполне искренне обрабатывал. Ну да ничего нового. Все аристократы так общаются.

– Вот взять организацию. Они и правда сильны, но действуют на уровне горделивых подростков. Пройдёт ещё лет пятьсот, пока они не повзрослеют. Если уцелеют, конечно же. Пока что все складывается не в их пользу, но, как у нас принято говорить, никогда не недооценивай тех, кто пережил тысячелетие.

– Неожиданное сравнение. Назвать организацию подростками… это сильно.

– Я знаю, что они причинили много зла. Но разве дети не бывают злыми?

– Бывают.

– О чём и речь.

Умом я понимал его слова, на чувства… Похоже, я и сам в лучшем случае подросток, который ещё не научился смотреть на жизнь через призму тысячелетий. А может, и не научусь.

– Получается, твоя мотивация в том, чтобы…

– Причины две. Первая – скука. Когда тебе доступно буквально всё, это невообразимо скучно. Вторая – когда планируешь с горизонтом в тысячу лет, нет ничего сложного в том, чтобы прибраться дома.

– А будет ли смысл прибираться, если дом разрушат?

– Есть предпосылки к уничтожению планеты? – заинтересовался Кассиан.

– Так же организация использует методы, которые вполне могут уничтожить цивилизацию. Достаточно каким-нибудь монстрам из их лабораторий выйти из-под контроля.

– Да, это внушает опасения. Поэтому совсем уж разойтись им никто не позволит.

– Так, значит, на организацию есть управа?

– Конечно. Помнишь? Все влияют друг на друга. Это взаимообратный процесс.

Что-то эти силы молчали, когда нашу страну пытались развалить. Но и обижаться на них за это глупо. Каждый радеет за свои интересы, и наивно ожидать, что кто-то чужой побеспокоится о твоей судьбе.

Разговор закончился на том, что Кассиан обещал заглянуть ко мне на «свалку» месяца через три. Сказал, что хочет взглянуть, чего я добьюсь. А там уже обсудим, чем можем помочь друг другу.

Когда мужчина уходил, он попрощался, встал, сделал пару шагов и… Больше всего это походило на растворение в воздухе. Не резкое исчезновение, как происходит у ходоков, а плавное растворение. Необычная способность. Надо подумать, как изменить печати, чтобы всё же изучить его силы.

Я не спешил уходить. Посидел ещё некоторое время, осмысливая послевкусие от разговора. Надо бы Ольге Владимировне написать да обсудить. А то эти аристократы из древних семейств как живые аномалии, никогда нельзя быть уверенным ни в чём.

Подозвал официантку, хотел оплатить счёт, но выяснилось, что тот уже оплачен.

– Тогда можете сделать с собой шоколадный торт?

– Конечно, господин. Целый?

– А давайте и целый.

Готовят, здесь, на высшем уровне, Катя этот торт любит, как и всё с приставкой «шоколадное», за фигуру с её нагрузками и метаболизмом бояться нечего, так почему бы и не взять целый.

Пока ждал заказ, написал сообщение Ольге Владимировне. Стоило отложить телефон, как в комнату вошла незнакомая женщина.

С наушником.

– Господин Эдгард. С вами очень тяжело встретиться. В этом возрасте не пристало молодому человеку вести столь затворнический образ жизни.

– Кажется, в последнюю нашу встречу я вас предупреждал, чтобы вы ко мне не лезли, – посмотрел я на женщину холодно.

– Госпожа Исида помнит об этом. Но обстоятельства…

Про Исиду я не забыл. Не то чтобы занимался ловушкой для неё в первую очередь, но время находил и кое-какие методы для поимки разработал. Пока говорил и слушал ответ, активировал первую часть заготовок и замер.

Наушник работал. Он передавал звук. А ещё на теле женщины, где-то в складках платья, прятался микрофон.

– Но обстоятельства изменились, – продолжила говорить посланница, пока я переосмысливал ситуацию. – Заключение мира подразумевало, что вы успокоитесь и не будете шатать устои мира, конфликтуя с могущественными кланами и усугубляя обстановку.

Если наушник используется, значит, Исида где-то рядом. Если сейчас включу блокировку, и техника перестанет работать, тем самым дам Исиде знать, что охочусь на неё. Она и так что-то заподозрила, раз изменила схему общения.

Поэтому вместо блокирования сигнала я запустил сканирование. В этом ресторане нашлись и высшие бесы, и ходоки, но никого запредельного сильного или аномального. Скорее обычная аристократия, которая пришла пообедать в элитном ресторане. К тому же те, кто казался сильнее остальных, были мужчинами, а Исида вроде как женщина. Или это ещё одна уловка?

– Вы ставите это мне в вину? – отмер я и выказал удивление. – Если так, то ваши слова заставляют сомневаться в умственных способностях Исиды. Дюваль тоже возмущались, как это так, я захватил в плен тех, кто пришёл на мою землю и напал.

– Меня отправили не обвинять вас, господин Эдгард, – сказала женщина.

Которая хорошо подходила этому месту. В том смысле, что её одежда стоила несколько миллионов, а манеры выдавали хорошую подготовку. Она присела напротив меня, туда, где до этого был Кассиан.

Официантка вернулась раньше, чем разговор с посланницей закончился. Она удивилась, что здесь появилась женщина, и бросила на меня взгляд. Тоже показательный момент. Меня знали, а её – нет. Поэтому одно моё слово – и подойдёт охрана.

– Всё в порядке. Принесите счёт, пожалуйста, – сказал я девушке. – Чуть попозже как мы закончим разговор.

Официантка ушла, а посланница продолжила говорить.

– Дело не в обвинении, а в том, как нам сдержать обещания не лезть в ваши дела.

– В чём проблема?

– В том, что вы сами лезете в чужие интересы.

– И что же вы предлагаете? Спрятаться и не отсвечивать?

– Госпожа Исида хочет предложить другое. Организация не будет лезть к вам на территории этой страны. Но если ваша деятельность и интересы будут выходить за неё, то…

– То что? – заинтересовался я.

Мне и правда интересно, что же они предложат и скажут.

– То там взаимодействие будет происходить в рамках обычного общения аристократии.

– Это какого именно общения? Терроризм, измененные звери?

– Нет, что вы, – женщина сделала вид, что её оскорбляют эти слова. – Интриги, политический и экономический капитал. Обычное соперничество и отстаивание своих интересов. Госпожа надеется, что вас это уточнение договора не оскорбит.

– Могли бы не утруждать себя. Уточнение разумно.

Конечно, мне бы хотелось, чтобы организация в полном составе пошла и бросилась со скалы. Но они этого не сделают. То, что они временно отказались от России, говорило не о том, что я их напугал, а о том, что это направление им не настолько интересно, чтобы продолжать конфликт.

А вот другие направления… Слишком они тесно связаны с Европой, чтобы отступить. Но зачем об этом предупреждать? И понятно, что к чему.

– Исида рада вашей благоразумности. Также госпожа передаёт, что они не имеют никакого отношения к конфликту с Дюваль. Это недоразумение было следствием их неосторожных действий и доверчивости.

– Ясно. Это всё, что хотела сказать ваша госпожа?

– Она также надеется, что надежда на ваше с ней сотрудничество остаётся.

– Пусть приходит сама, обсудим с ней, чего она хочет.

– Может быть и придёт, – улыбнулась посланница. – Удачи, господин Эдгард.

Она поднялась и пошла на выход. Я дождался официантку и попросил ещё один торт. Ольге Владимировне тоже надо взять. Как же про тёщу забыть. Нельзя.

Глава 19. Череда событий

К Ольге Владимировне я заскочил сразу же после ресторана. Она в институте была и нашла свободную минутку.

– О, Эдгард, не стоило, – сказала она, забирая тортик.

В чём-то сестра князя простой человек. Чай вон сама заваривает. Тортики любит. Радуется им как ребенок, хоть и скрывает. Когда мы с ней познакомились, она предстала передо мной властной, уверенной и мало читаемой женщиной. Высшее существо, а не человек. Сейчас же, спустя годы знакомства, когда я сам вырос в силе и набрался жизненного опыта, она в моих глазах стала куда человечнее.

Я ей пересказал два разговора, постаравшись передать многочисленные детали и нюансы.

– Род Клавдиев… Пока они на тебя не вышли, я о таких и не слышала.

О планируемой встрече я рассказал заранее, так что теме Ольга Владимировна не удивилась. Скорее всего, и минутка на беседу не случайно нашлась.

– Удалось что-нибудь узнать? – поинтересовался я, какую информацию успели собрать.

– Нет.

– Подозрительно.

– Почему же? О Стародубовых кому-нибудь из другой страны тоже будет сложно узнать. Это надо понимать, где искать и у кого спрашивать.

– А что думаете насчёт всего этого?

– Пока нечего тут думать. Ты обрёл определенную популярность, тобой интересуется всё больше людей. Если кто-то увидел в этом возможность, то лично я удивляться не буду. То, что обратилось древнее семейство, делает это событие выделяющимся, но не более того. Хотя не стоит исключать, что за этим может скрываться что-то большее. Клавдий тебе сам сказал, что у него большой горизонт планирования. А что может быть проще, чем подружиться с перспективным одаренным через безопасную тему, которая этого одаренного интересует?

– То есть причина может быть банальной?

– Если считаешь, что тебя хотят использовать банально, то да. Так и есть.

– Это меня не удивляет.

– Растёшь, – усмехнулась Ольга Владимировна и, не удержавшись, взяла ещё кусочек торта.

Пока говорили, она половину торта съела, между прочим. Женщины Медведевых падки на сладкое.

– Вопрос в том, насколько грубо меня хотят использовать и во что это выльется в конечном счете.

– Ход мыслей верный. Эдгард, больше не приноси такие вкусные торты. Это сплошной соблазн. Ещё и ты почти ничего не съел, толкаешь меня на необдуманные поступки.

Я улыбнулся, прекрасно зная, что заглядывать с тортиком раз в пару месяцев вполне себе нормально.

– Возможно, это и дело рук организации, – вернулась Ольга Владимировна к теме разговора. – Это неприятно признавать, но мы мало что знаем о том, как реально устроены высшие европейские круги силы и власти.

– Это не оговорка? Не аристократии, а силы и власти?

– Организация – это ведь не аристократы, а скорее объединение… Непонятно кого. Но тот же Шестой не тянет на аристократа. Хотя… Мало ли какая у него история за плечами. Это не отменяет того, что я сказала. Есть кланы и роды, которые на виду. Для внешнего наблюдателя может показаться, что они и представляют собой главную силу. Но потом появляются какие-нибудь Клавдии, и оказывается, что нам известно далеко не всё.

– Ясно, что ничего не ясно.

– Давай пока закроем эту тему. Риски этих отношений ты понимаешь, будь аккуратнее.

– Так и сделаю.

– Куда интереснее поведение Исиды, – перешла Ольга Владимировна на вторую тему.

– Она смогла неприятно удивить.

– А чему тут удивляться? Было бы куда подозрительнее, если бы она легко попалась в твою ловушку.

– Тогда получается, она догадалась об охоте на неё.

– Вовсе не обязательно. Ты ведь уже разложил ситуацию. К каким вариантам пришёл?

– Если предыдущие действия были ошибкой, она могла спохватиться. Если это не было ошибкой, то… Могла проверять, разгадаю ли я её способности и смогу ли им что-то противопоставить. Место, кстати, было подобрано идеально. Несколько десятков человек не позволили мне определить, через кого она общалась. Не исключаю, что там была сложная цепочка. Наушник передавал сигнал на какое-нибудь устройство в ресторане, а оттуда уже к самой Исиде, которая сидела в безопасности.

– А камеры?

– Можно и без них обойтись. Она меня уже изучила, думаю, что и так способна определить большинство реакций. В крайнем случае на голос ориентировалась.

– Вполне возможно. Самое важное в этом всём то, что будет дальше. Расслабится Исида и вернётся к прежней, упрощенной схеме, или будет и дальше общаться с тобой так.

– Это проверим только на практике, – пожал я плечами.

* * *

Следующий день выдался относительно спокойным. Хотя кого я обманываю. Он выдался тем ещё испытанием, но вовсе не в том ключе, к которому я привык.

Совпало несколько событий, и произошло то, что произошло. На Гвоздеву навалилась работа. Сегодня она должна была провести финальную операцию с Одноногим и отрастить ему вторую ногу. При этом у неё в клинике появились новые целители, и женщина была загружена по самую макушку.

Также и с её мужем. Присутствие Сергея требовалось на тренировках. А мне пора было провести очередное занятие с Киром. Вот и вышло так, что ребенка скинули на меня. Ну, не прямо скинули, вежливо попросили, уточнив перед этим, не будет ли мне сложно. А я возьми и согласись, не совсем представляя, что такое полный день с пятилетним человеком. Так-то и у меня дела были, но я решил дать себе выходной после разборок с Дюваль и заодно потренироваться в «отцовстве».

– Дядя Эдгард! – воскликнул пацан, когда перешёл через проход ко мне домой.

Порталы у него всегда восторг вызывали. Он пробежал на эту сторону, поздоровался, проход закрылся, Кир опомнился и поклонился мне.

– Здравствуйте, учитель.

– Привет. Готов к новому уроку?

Официальное обращение я ввёл, когда счёл, что Киру не помешает добавить дисциплины. С этим беда. Его внимания хватало максимум на полчаса, а потом он был готов делать что угодно, кроме того, что надо.

– Конечно!

Что и ожидалось. Посмотрим, как он выдержит весь день со мной.

– Хорошо, тогда сегодня будешь тренировать чувствительность. Задача – найти самые тонкие нити, которые я для тебя подготовил.

– А сколько их?

– Десять. У тебя полчаса. Начинай.

Кир огляделся и умчался носиться по дому.

Когда Катя вернулась к обеду, я находился на легкой стадии истощения.

– Что он с тобой сделал? – шепнула жена, когда Кир с ней поздоровался и убежал выполнять очередное занятие.

– Так плохо выгляжу?

– Будто тебя в плену держат.

– Просто моя нервная система оказалась не готова к крикам, шуму и миллиону вопросов за раз.

– А не ты ли вчера ночью намекал, – хихикнула Катя, вспомнив, что именно это были за намёки. – Что пора переходить к укреплению рода Соколовых?

– Так я и не отказываюсь от своих слов. Мы-то начнём с самого начала. Девять месяцев у тебя будет расти животик, а я буду умиляться. Потом… Ну… Тоже будет много криков и бессонных ночей, – припомнил я то, что видел у Гвоздевых, когда родился Кир. Застал я немного, но общее впечатление сложилось.

– Тяжело придётся, – вздохнула Катя.

– Да справимся. Или ты боишься? – внимательно посмотрел я на супругу.

– А ты представь, что в твоём теле будет расти другой человек! Посмотрю я на тебя, как бояться не будешь.

– Думаю, страх здесь уместен, – сказал я неуверенно, представив описанную картину. – Я сам умею творить разные чудеса, но должен признать, что вы, женщины, опережаете меня в этом на сто шагов вперед.

– То-то же! – воскликнула Катя. – Цени!

– Я ценю, – на неё нельзя было долго смотреть и не улыбнуться. – Так что, заканчиваем с подготовкой?

– Хм… А мне показалось, что мы ещё вчера начали. И позавчера… И…

– Ну…

Слова Кати смутили меня. Она тоже смущалась, поэтому наши разговоры и выходили такими неловкими. Только вот смущение было по разным причинам. Она женщина, которой предстоит пройти через один из самых алхимических процессов в жизни. Я не знаю, что может быть ещё круче, чем создание жизни.

Человек я любознательный, поэтому расспросил Ольгу Гвоздеву, на предмет… Мм… Всего, что с этим связано. Она не постеснялась, прочитала лекцию по медицине, ещё и опытом поделилась. Беременность само по себе – то ещё испытание. Как для женщины, так и для отца, и для отношений как таковых. Но, помимо этого, трудности добавляло то, что мы оба высшие бесы. Не то чтобы у них есть с беременностью проблемы, но… Грубо говоря, из-за того, что бесы и ходоки – это по сути мутанты с разным количеством трансформаций, могла возникнуть проблема «состыковки». И не факт, что вообще получится забеременеть. Такое не то чтобы редко, но всё же случалось. Из-за чего аристократы, бывало, разводились, потому что вопрос наследников слишком важен.

Так что вопрос этот щекотливый, и женщина могла выдохнуть только тогда, когда подарила мужу наследника. В идеале – сына. А ещё лучше – нескольких детей.

– Я сделал! – заорал Кир и выбежал из коридора. – Порвал тонкую линию!

– Молодец какой, – порадовалась Катя. – А ты уже обедал?

– Нет. А кушать хочется, – Кир погладил живот.

Мне же достался осуждающий взгляд. Катя так и говорила: отцом тут собираешься стать, а ребенка покормить забыл.

– А что ты на меня смотришь? Я как раз готовить собирался.

На самом деле нет. Я забыл про обед, наблюдая за Киром. Да и перекусили мы с ним час назад. Доели шоколадный торт, который Катя вчера оставила. Будет ей сюрпризом. Как бы по голове за это не получить, хех.

– Я приготовлю, – сказала Катя и отправилась на кухню.

– А ты покажи, что сделал, – перехватил я Кира.

Если он порвал нить, то это очень хорошо. Человек учится взаимодействовать с энергией. Причем толстые нити он давно научился рвать. А тонкие – с ними куда сложнее. Их заметить сначала надо.

Пока возился с учеником, пытался осмыслить те чувства, которые поднял разговор с Катей.

Её тревоги мне понятны. Я бы и рад успокоить супругу, но не знаю как. Сказать, что буду любить её любой? Так и есть, но…

Дети.

В прошлой жизни я не имел возможности обзавестись потомством. Мой род угас, я был последним. Не осталось женщин, пищу и воду добывать было неимоверно трудно. Какие здесь дети. Я сам чудом выживал.

Здесь же…

Ещё в той жизни я мечтал нормально жить. Не бороться, а просто нормально жить.

Получилось у меня не очень. Жизнь в социуме оказалась по-своему опасной и полной вызовов. Я принял эти условия. Смирился и адаптировался.

Будучи молодым, было глупо думать о детях, но сейчас… Это было куда важнее всех моих проектов вместе взятых. Алхимию я и в прошлой жизни творил.

А вот своего ребенка на руках никогда не держал.

Поэтому мне и было так трудно говорить с женой об этом. Слишком важно. Слишком много это для меня значит.

Но, кажется, наступил тот момент, когда разговоры уже не особо важны. Пора и к делу переходить.

* * *

Если сравнивать с предыдущей чередой событий, то оставшаяся часть зимы прошла в ровном темпе, без потрясений и внезапных событий.

Мои земли из свалки преобразились в гигантскую стройку среди ледяных барьеров. Я реализовал одну из климатических задумок. Те места, которые выделили под застройку, очертил печатями и перебрасывал холод на соседние участки. Затея оказалась глупой донельзя, сравнимой с идеей развести костер в холод на улице. Тепло-то будет. Но рядом, да и то с кучей оговорок. Костер позволит не замерзнуть, но любой порыв ветра напомнит о суровых реалиях зимы.

Вот так и получилось, что, постоянно корректируя систему, я смог улучшить условия для строителей, но не то чтобы сделать их идеальными. Скорее приемлемыми. Кротовы выделили несколько бригад, которые занимались подготовкой территории. В основном копали. Много копали. Очень.

Поэтому сейчас земли выглядели как плантация ям, вокруг которых нарастали сугробы и ледяные стены. И да, это тоже большой минус, потому что, когда начнёт таять… Эту проблему я предусмотрел заранее и занялся разработкой завода по очистке воды. Под который тоже надо было выделить участок земли. А ещё под отдельный комплекс для производства брони, защиты от пули, блокираторов и всех других артефактов, которыми я занимался. В планах максимально оптимизировать производство, чтобы моя деятельность сводилась исключительно к алхимии, а всё остальное исполняли наёмные люди.

В итоге в первой разметке заложили место под десяток заводов. Ещё десяток отвел под всякие лаборатории и столько же под жилые здания. В планах построить это года за три. За скорость и качество придётся платить по удвоенному тарифу, но я был готов. Особенно после того, как Дюваль купили у меня защитную систему. На самом деле их глава адекватным мужиком оказался. Разговорились с ним при второй встрече, когда эмоции улеглись, а там я им продвинутую систему сделал, с возможностью ловить вражеских ходоков и отслеживать, кто к ним сунулся. За отдельный прайс сделал, разумеется. Счетов я за зиму столько подписал, что перестал испытывать хоть какие-то угрызения совести за то, что деру баснословные суммы за свою продукцию.

Толпа людей, а строителей нагнали реально много, чтобы успеть к весне, потребовала от меня также расширения охраны и работы над системой безопасности. Не алхимической, а самой обычной, построенной на камерах слежения, патрулях и прочих достижениях этой цивилизации. В связи с чем возникли другие проблемы. Точнее, не эти, а… В общем, кто-то обрезал провода, что нам протянули от соседнего города. Поломку восстановили, на что ушёл день, а потом их обрезали снова, в другом месте.

Намёк был понят. Кто-то очень хотел, чтобы я обзавёлся собственной электростанцией, и пришлось идти к князю, чтобы направил к нужным людям.

Кто пакостил, я так и не выяснил. Слишком продолжительный участок дороги.

Это событие напомнило о том, что есть те, кто не готов выступить в открытую, но мелко подгадить вполне способен. Удивляться этому не стал. Слишком я противоречивая фигура и мало ли кому любимые мозоли оттоптал. Но бдительность усилил. С чем в том числе было связано решение расширить охрану хотя бы человек до пятидесяти, а через год до сотни.

С гвардейцами оказалось сложнее. Пока что ограничивались десятью, и они тренировались, как черти в аду. Я привлекал все возможные способы, чтобы их натаскать. Оплачивал курсы, договаривался с Родионом, арендовал полигоны, тратил миллионы на снабжение. Деньги улетали с космической скоростью. А если посчитать все расходы, то и вовсе дурно становилось. Внезапно до меня дошло, что миллиард – это, в принципе, ни о чем. Я и раньше об этом догадывался, но сейчас на своей шкуре проверил.

Отдельной графой в эти дни шли собеседования. Я скинул на Смирнова поиск кадровика. Он и нашёл. Неожиданно быстро. Тётеньку Ангелину Петровну, в очках, с кудрями, лишним весом и бульдожьей хваткой. Забавно то, где он её нашёл.

– У моей матери конкуренты есть, – пояснил он на встрече. – Доставучие и не самые адекватные. Недавно они пошли ко дну, и часть сотрудников была уволена.

– Дела пошли настолько плохо, что они уволили толкового человека?

– Почему же? Её как раз оставить хотели. Просто я ей предложил зарплату в два раза выше, – улыбнулся Сергей.

Я на это понимающе кивнул и не стал возражать, что, если человека можно перекупить, значит, и у нас его могут увести. Могут. Но не будь такой возможности, мы бы тоже специалиста не нашли.

С Ангелиной Петровной я встретился лично. После той встречи и стал её мысленно называть тётенькой с бульдожьей хваткой. Очень уж тётка она суровая. Но тёткой звать как-то грубо, обычной женщиной тоже как-то не то, на девушку она уже лет тридцать как не тянула, так что… тётенька. Ну да эта маленькая шутка останется исключительно в моей голове, а на деле я к ней по имени-отчеству обращаюсь.

Мы с ней пообщались, она узнала, кто мне нужен, под какие задачи, задала сотню-другую уточняющих вопросов, а потом… Началось.

Под мастерской в бизнес-центре пришлось выкупать ещё один этаж, чтобы было, куда сажать сотрудников. Первым делом Ангелина Петровна наняла финансового директора. По иронии судьбы с того же предприятия, откуда сама ушла. У тех за зиму дела пошли ещё хуже, и всё говорило о том, что они в ближайшее время закроются. Смирнов об этом не говорил прямо, но у меня сложилось впечатление, что его мать была тому причиной. Скорее всего, не единственной, но то, что основной, ох как вероятно. Возможно, эта ситуация возникла в силу того, что парень работал на меня. Сам этот факт может многие двери открыть. Моя тень падает на Смирнова, а его тень на мать. Не решающий фактор, но значение может иметь.

Мне было без разницы. Конкуренция конкуренции рознь. Если кто-то топит конкурентов по бизнесу в рамках закона, то пусть так. Тем более если те владельцы бизнеса сами дела неадекватно ведут.

Так что у нас появился финансовый отдел, и с меня спала обязанность подписывать всякие мелкие счета. Чтобы не начали воровать, попросил Катю взять это дело под контроль. Не лично, но у супруги были и свои люди. О чём я частенько забывал, потому что… Ну потому что. Редко когда это в разговоре всплывало. В таких делах Катя ориентировалась куда лучше меня и прекрасно находила помощников на любые проекты.

Следом за финансовым отделом подтянулась и бухгалтерия. То, что я аристократ, ведущий дела на родовых землях, не отменяло необходимости вести учёт всего и вся, вовремя сдавая документацию.

Третьим отделом стали закупщики. Потребности в разных вещах росли, начиная с поставок канцелярии и продолжая скупкой металлолома.

Четвертым, финальным, отделом стали «портальщики». Официального названия для их профессии пока не было в силу новизны. Набрал я их среди аспирантов-технарей в государственном институте. Брал на полставки. На полный рабочий день не было смысла ставить. Совсем обычных людей я тоже подпускать не хотел. Поэтому выбор и пал на тех, кто вроде при деле, занят, но нуждается в деньгах и не прочь потратить час-два в день, чтобы проверить показатели системы и, если что, предупредить меня.

Если с остальными отделами разбирались другие люди, то с этим пришлось возиться самому. Для чего сначала нужно было придумать систему, с которой будет способен работать обычный человек. А для этого, в свою очередь, я углубился в изучение простых механизмом и разработал с нуля систему подключения. Задача имела простое решение. Алхимия была способна породить множество видов сигналов или как-то вклиниться в уже имеющиеся. Оставалось сделать рабочие устройства, чем я занимался в холодные зимние дни. А когда сделал, собрал троих отобранных кандидатов. Взял с прицелом, что кто-то может отвалиться, и что они будут друг друга подменять.

– Господин Эдгард, – обратился ко мне тот, что носил очки.

Звали его Степан. Остальных: Кирилл и Артём.

Замечу, что они все трое очки носили. Не все технари такие, но мне именно с очками ребята попались. Я их не раз в институте видел. На некоторых парах вместе сидели и, бывало, общались. Только я проектами отправился заниматься, а они в аспирантуру поступили.

– Парни, давайте проще. Просто Эдгард. По крайней мере, когда общаемся между собой.

Проверка на адекватность. В плане общения одно из ключевых отличий аристократов от простолюдинов – учёт контекста. За четыре года учёбы я не раз и не два наведывался к мастеру этикета. Когда к Ольге Владимировне в ученики попал, она мне тоже наставления давала. Когда с Катей начал встречаться, та неоднократно подсказывала. Да и я сам постоянно следил, что и как, чтобы не оплошать и не вляпаться в неприятности.

То, что я даю разрешение обращаться ко мне по-простому, – это обычная вежливость. Если они начнут этим злоупотреблять, что ж, аспирантов много, найму кого-нибудь другого. Но что-то сомневаюсь, что они тупить будут. Как-никак, хоть и учились в государственном, но рядом был старший институт с аристократами. Хочешь не хочешь, а некоторые особенности поведения впитаешь. Это вопрос выживания.

– Идите за мной, – сказал я и повёл ребят в глубь здания. – На текущий момент есть всего три места, куда вам нужно будет приезжать и снимать показатели. В будущем их станет больше. Сейчас вы находитесь в первой точке, в столичном узле, как мы его называем. Для начала представлю вас охране. Потом зайдете к ним, отметитесь и все данные сообщите. Мне ведь не нужно говорить, что это охраняемый объект, что тут действуют строгие правила, и что за разглашение информации вас потом ждут большие проблемы?

– Нет, господин, – ответил Степан.

Он в троице взял на себя неформальное лидерство, поэтому и отвечал за всех. Шли мы как раз мимо охранников, работающих на Августа, а значит, и на князя, отсюда и обращение «господин». Уловил Степан, что к чему. Плюс ему.

Лично мне было на все эти обращения плевать. Почти… На самом деле я их любил, но вовсе не потому, что они тешили моё самолюбие, а потому, что упрощали решение некоторых вопросов. Никому не интересен обычный парень Эдгард Соколов. А вот Эдгард Соколов, который одаренный, разрабатывающий уникальные артефакты, высший бес и аристократ, породнившийся с княжеской семьей – да, он очень многим интересен. А ещё многие не рискнут с ним конфликтовать и вместо этого пожелают с ним поработать.

В случае же этих ребят смысл тот же самый. Одно дело обычная подработка, а другое – работа на секретном объекте с уникальной и революционной технологией. Да, в научных кругах, учитывая специфику задач, это ничего не будет стоить, но в других сферах сам факт такой работы может придать веса. Да и то, кто знает, как я дальше этих сотрудников буду использовать. Сначала пусть покажут, что могут с простой задачей справиться, а дальше подключу их к аналитике и исследованиям. Что попахивает полноценной карьерой и удачно сложившейся жизнью.

Поэтому на «господина» мне было плевать, а вот то, как они пройдут тест на сообразительность и заинтересованы ли в дальнейшей работе на меня, очень даже интересовало. Более того, если они сами предложат какое-то исследование или проект на основе того, что увидят, я их поддержу и профинансирую. Но об этом позже им скажу. Сначала посмотрим, как справятся с простыми задачами.

– Отсюда сейчас ведет четыре прохода. Три для общего пользования, один на мои родовые земли, где находится второй узел. Третье место – это переход для транспорта, в конце переброшу вас туда и покажу, что там и как.

– Что нам нужно будет делать? – спросил Степан, когда мы подошли к порталам.

Не было смысла показывать все данные рядом с самими переходами. Это как минимум помешает трафику пешеходов. Поэтому я вывел весь поток информации в отдельную комнату. В которую мы чуть позже зайдём, после того как ребята насмотрятся на «чудо чудное».

Легко забыть о том, что что-то является чудом, когда ты им пользуешься каждый день. Для обычного же человека портальная арка – это самое настоящее чудо. Особенно для тех, кто изучал физику. До сих пор нет нормальной модели, описывающей этот феномен.

Степан ещё более-менее лицо держал, а два других его товарища… Ну, им ещё нужно поработать над мимикой. Рты не открыли, слюна не потекла, но глаза распахнуты, зрачки расширились от перевозбуждения, а ручки подрагивают, хотят потрогать.

– Сюда вы будете редко заходить, основная работа происходит в другом месте. Сейчас обратите внимание на цвет портальной арки. Он не имеет отношения к самому переходу, лишь маркирует, в каком состоянии тот находится.

Элегантное решение, которое мне Катя подсказала. Случайно, когда заглянула ко мне в кабинет, уселась на колени и хотела обсудить планы на вечер, намекая, что надо бы куда-то выбраться. Я в тот момент арки рисовал, она спросила, над чем думаю, озвучил ей, а она возьми и предложи.

– Белый – это всё в порядке? – догадался Степан.

– Да. Белый – переход полностью стабилен. Желтый – есть проблемы с подачей энергии, стоит быть аккуратным. Красный – какая-то ошибка, портал нестабилен. Если же портал схлопнулся, значит, что-то пошло не так.

– А бить тревогу в каком случае?

– Во всех, кроме белого. Но об этом мне и так сообщают, тут понятный интерфейс. У вас же задачка посложнее будет, но не сильно. Собирать данные, сводить их в таблицы и предоставлять мне раз в неделю отчёты.

– Как это вообще работает? – спросил Артём и почесал макушку.

– Магия, – ответил я ему и повёл в другую комнату.

Там система посложнее была. В первую очередь тем, что я не знал, какие именно параметры нужно снимать. Что, если порталы искажают пространство вокруг? Или как-то влияют на сам мир? Никто и никогда в истории этого человечества не проводил подобных исследований, поэтому было неизвестно, какие риски влечет за собой технология. Я прикинул, что может пойти не так, и сделал десяток тестов, согласно которым будут снимать мерки три раза в сутки.

– На внешний вид не обращайте внимания, – сказал я, когда мы вошли. – Систему допиливал вчера буквально на коленке. Она работает, но… Сами видите, – обвёл я рукой ряд экранов, куда данные и выводились.

– Можем поправить, – предложил Степан.

– Что именно?

– Да что скажешь, то и поправим. Надо только разобраться, откуда и как сигнал подаётся.

Технари разбрелись по комнате и заглянули «внутрь». Для этого даже ничего откручивать не понадобилось. Большая часть и так была видна. Не успел я как надо сделать, что тут скажешь.

– Тогда давайте разбираться.

Разбирательство затянулось на пару часов, за которые я узнал много нового. Всё же классическая техника не моя специализация, и кое-где я допустил ошибки. Удивительно, как это всё работало. Дошло и до жарких споров и откровенного неверия, когда я заявил, что могу сгенерировать любой тип сигнала.

– Это же имба какая-то, – возмущался Артём.

К этому моменту всё официальное общение ушло куда-то за дверь, а осталась лишь любовь к искусству. В смысле к технарству.

– Имба – это что? – уточнил я хмуро.

Хмурился в основном потому, что не алхимикам было трудно объяснить, как это всё работает. Они смотрели на мои действия совсем из другой системы координат, отчего почти на каждом шаге возникала путаница.

– Это слишком большое преимущество, – ответил за парня Степан.

– Искажение информации, её похищение, – начал перечислять задумавшийся Кирилл. – Да любое производство навернуть можно.

– Тебе лишь бы навернуть, – непонятно к чему осадил его Степан.

А я понял, что дурак. Умный, но иногда дурак. Генерация любых типов сигналов подразумевала, что их так же считывать можно. Если создать систему для перевода в понятный вид, то… Можно, к примеру, переговоры подслушивать. Причем так, что никто не догадается, потому что система будет работать на алхимии.

Стоп-стоп-стоп. Идея перспективная, но я как представлю, сколько времени займут расчёты, так плохо становится. Прости, Родион, но пока обойдёшься без новых игрушек. Может, года через два займусь, сейчас без вариантов.

– Это вы ещё трансформацию материи не видели, – ответил я, сам не зная зачем, задумавшись о перспективах. – Так, отошли от темы. Как вы предлагаете перестроить систему и что ещё осталось непонятным?

Обсуждения продолжились, и, когда мы закончили, я почувствовал себя выжатым. Одно в этом радовало. Парни с энтузиазмом подошли к вопросу.

* * *

Решая мелкие сложности, я готовился к большой стройке, но не это стало главным событием года.

Мы с Катей всё же пришли к взаимопониманию и даже поговорили. Обсудили то, что и так происходило. Работы по развитию её потенциала прекратили. Он и так до девяноста дорос, выведя её в список сильнейших бесов страны. Не на самый верх, там своих монстров хватало, но около того, элита среди высших. Можно было бы и дальше продолжить эксперимент, но такое количество изменений за столь короткое время могло привести к неизвестным последствиям. Я уж не говорю про то, что супруга банально устала истязать себя.

Был и ещё один важный момент. Чем выше разница в силе между двумя бесами, тем сложнее им общаться. Скорости восприятия разные, а Катя так ускакала, что проблемы грозили нас накрыть, откуда не ждали.

На самом деле, как по мне, решающую роль сыграла весна. Почки распускаются, деревья зеленью оплетаются, теплый ветерок на фривольные мысли наталкивает.

Как-то так и вышло, что в конце зимы прекратили опыты, жена пару недель отдохнула, настраиваясь на благостные мысли и переставая загонять организм в лютый стресс, а дальше начали вполне осознанно пробовать то, что пробуют все супруги, которые хотят обзавестись детьми. Мы и до того пробовали, но это скорее просто любовью занимались.

Тут-то я и узнал, что дело это не самое простое. Любовью-то легко заняться. Если эта любовь есть. А вот ловить овуляцию и тайно надеяться, что повезёт с первого раза – это куда тяжелее. Особенно если в первый месяц не повезло, и вы оба расстроились, стараясь не подавать виду. И плевать, что так бывает. Рассудок и здравый смысл здесь не помощники. По крайней мере, в нашем случае.

Не повезло в первый месяц, зато повезло во второй. Я так этого ждал, что, не доверяя всяким тестам, поставил прямо в доме систему отслеживания здоровья супруги, и в один прекрасный день раздался звон.

Катя в это время спала, было раннее утро. Звон её разбудил, она заворочалась, но я очнулся куда раньше и сразу же запустил сканирование.

Это не было случайной ошибкой. Моя любимая жена забеременела. А значит, через девять месяцев случится то, о чём я давно мечтал.

Я стану отцом.

Эпилог

Исида переместилась, огляделась и заметила Основателя, стоящего возле окна. С последнего её появления здесь ничего не изменилось. Та же обстановка, что и раньше. Единственное, что отличалось, – погода за окном.

Свет в помещении не горел, на небе собрались темно-серебристые тучи, которые вот-вот обрушат на город ливень. В просторном кабинете из-за этого было темно. Исиде показалось, что Основателя словно тени окутывают, что он прячется среди них, и то, что видят её глаза, вовсе не отражает действительности. Будто демон из мифов скрывается за внешностью человека.

– Вы звали, – сказала она, сбрасывая оцепенение.

– Как твои успехи с Соколовым? – спросил он, не оборачиваясь.

– Пока никак. Я не делаю активных шагов. В юноше слишком сильны эмоции, чтобы он согласился работать с нами. Нужно время.

Сама же Исида подумала, что есть и другая причина. Банальный инстинкт самосохранения. Женщина была уверена, что её способности защитят от кого угодно, но то же самое думали Шестой и Первый. Оба погибли от рук Соколова. Так что кто знает, на что он способен.

В последнюю их встречу женщина попробовала проверить парня, но тот никак не подал виду, что разгадал её секрет. Это успокаивало, и умом Исида понимала, что бояться нечего, но какой-то иррациональный страх заставлял действовать вдвойне аккуратно и лишний раз не подставляться.

– Измени подход, – сказал основатель. – Очевидно, что работа прямо в лоб не даст толку. Проникни в его окружение. Аккуратно. Сделай так, чтобы быть готовой действовать в любой момент.

– А как же заключенный мир?

Основатель повернулся, посмотрел Исиде в глаза, и у той вопрос как-то сам собой отпал.

– Что именно я должна буду сделать?

– Для начала проникни в его целительский центр.

– Соколов так важен? – решилась уточнить Исида.

Ответа она не получила. Мужчина промолчал и, не проверяя его терпение, женщина отступила и отправилась выполнять приказание. Почему-то в тот момент Исида чувствовала, что ей предстоит пройти по самому краю, и неизвестно, чем это закончится.

Content

Роман Романович
Алхимик 8. Строитель

Пролог

Глава 1. Погребенный и домашние разборки

Глава 2. Вернувшийся

Глава 3. Отсутствие ходов или нет?

Глава 4. Мир и вызов

Глава 5. Расплата

Глава 6. Незадавшийся отдых

Глава 7. Организация работ

Глава 8. Гвардеец

Глава 9. Структура

Глава 10. Семейный отдых

Глава 11. Разговоры

Глава 12. Дружина

Глава 13. Совместные тренировки

Глава 14. Знакомство с мастером

Глава 15. Пещера ожидания

Глава 16. Звонки

Глава 17. Дюваль и попытки разойтись бортами

Глава 18. Знакомство с древним семейством

Глава 19. Череда событий

Эпилог