Вова Бо

Роркх-7

Пролог

* * *

— Грядет битва, Хохуро. Ключник появился в Роркхе.

— Знаю. Я почуял его запах даже отсюда.

— Мы собираем силы. Ты нужен нам. И другие Древние.

— Вы уже проиграли Великую Оборону.

— Потому что сражались не все! Нам потребуется помощь каждого, кто способен сражаться.

— И что ты от меня хочешь?

— Ты древнейший из… Из тех, кто еще сохранил свой облик.

— А ты самый молодой, сильный и крепкий из нас. Арчибальд Хауст, последний Древний. Что с того?

— Меня они не послушают. Они не пойдут за мной. Даже они считают, что я безумен.

— Я тоже так считаю. Но кому какое дело? Они не послушают и меня тоже.

— Но прислушаются.

— Этого не достаточно. Они не пойдут на чужую войну, чтобы там умереть. Невозможно победить Роркх. Все, что происходит — часть его плана. И если вы нашли Ключника, значит это тоже часть его плана. Так было всегда.

— Знаешь, — задумался Мечник. — Джекс говорил, что все варианты возможны. Даже самые невероятные. Но лишь до тех пор, пока мы не выберем сдаться. Он верил в это. Я верю в это, потому меня и называют безумцем.

— Не только, — хохотнула мумия, а руны на лентах вспыхнули в такт его голоса.

— Не только, — отмахнулся Хауст. — Но я заставил других поверить в это. И теперь хочу, чтобы и ты поверил. И убедил остальных.

Повисла пауза, сменившаяся долгими мгновениями вязкой тишины. И когда Мечник уже перестал верить в ответ, тот прозвучал.

— Я постараюсь. Постараюсь их убедить. Но я и сам не верю в победу. Так что у меня вряд ли получится.

— Хотя бы попробуй, — произнес Мечник голосом, в котором промелькнуло отчаяние. — Всегда есть шанс, Хохуро. Всегда.

* * *

— Это сон? — наконец догадался Эрик.

— Да. Но не простой сон.

— А такие бывают?

— Бывают. Иногда сны, это не просто сны.

— И почему этот не простой?

— Потому что у меня для тебя предложение. Щедрое.

— Внимательно слушаю.

— Ты потерял сына. Я предлагаю тебе его вернуть.

— Невозможно вернуть тех, кто умер.

— Ты прав. Но иногда можно выбрать другой путь. И сделать так, что бы на нем не умирали.

— И есть такой путь?

— Нет. Но дорога появляется под ногами идущего. Только вот это будет не совсем дорога. Скорее лестница с со ступенями в человеческий рост. Горящая. И вокруг все тоже будет гореть. А лестница будет ходить по кругу. И тебе придется ее пройти множество раз, чтобы добраться до вершины, которой нет.

— Какое заманчивое предложение, — усмехнулся Эрик.

— Но другого у меня нет. И это единственный способ вернуть твоего сына. И разумеется, не бесплатно.

— Еще более заманчиво. И что же я должен буду сделать?

— Много чего до того, как вступить на этот путь. Но это будет самой легкой частью. Ты согласен?

— Не вижу смысла с чем-то соглашаться во сне.

— А если это не просто сон? Тогда согласишься?

— Если не просто сон, то согласился бы. В конце концов не похоже, что у меня есть варианты. Только чем ты сможешь подтвердить свои слова?

— Это очень просто. Мы встретимся здесь же, когда ты мне поверишь, а пока что… Стрелок умер — да здравствует Стрелок.

* * *

— Он приходил к тебе, — не спрашивал, но утверждал голос.

— Приходил, — подтвердил человек, сидящий в кресле-качалке. — Как и ты пришел. Только как ты это сделал?

Человек, чье лицо избороздили глубокие морщины, покачивался в кресле и смотрел вдаль. Вокруг его дома раскинулась пустынная равнина от горизонта до горизонта. Но ему было хорошо в этом месте, хоть иногда и накатывало некое одиночество.

Рядом сидел черный кот. Он тоже смотрел на бескрайние горизонты вечного ничто и его эта картина заставляла содрогаться.

— Мой хант — последний из Алтарайи. Он умеет перемещаться даже сюда. Хоть это было и трудно. Но Арч открыл проход, так что теперь это стало проще.

— Хант, Арч. А, это тот паренек. Знакомо пахнет. И выглядит знакомо. А что такое хант?

— Не важно.

— А что тогда важно, Черч?

— Мы нашли Ключника. Он откроет врата и парадигма станет абсолютной.

— Вроде как ваши проповедники все мертвы.

— Это правда. Но не их парадигмы.

— Ты же понимаешь, что я вообще ничего не понимаю? Я же не бог заумных словечек.

Казалось, сама пустыня вздохнула, выказывая свое раздражение. Но кот оставался неподвижен.

— Грядет битва. Новая битва. И нам понадобятся все силы.

— Вы уже проиграли Великую Оборону. Все кончено.

— Ничего не кончено, — возразил Черч. — Все это время мы были обречены на поражение. Так оно и вышло. А все потому, что мы играли по правилам Роркха. В его игру.

— И что? — усмехнулся Йорк. — Все играли.

— И они все проиграли. Теперь у нас есть Ключник. И мы собираемся изменить правила. Мы перестанем защищаться и пойдем в контратаку.

— Отличный план. Превосходный. А сам Ключник в курсе? Или этот Арч? Не поверю, что этот наглый пацан тут не при делах.

— Ну… — замялся кот. — Мы работаем над этим.

— А посох Алтарайи у вас есть? А жрец Алтарайи, что сможет им управлять? Твой кот не жрец.

— Не жрец, — ответил Черч. — Мы работаем над этим. Сейчас просто собираем силы для…

— Великого Нападения? Великой Атаки?

— Не знаю. Как-нибудь да обзовем. Но самое главное, из-за чего я пришел. Ты с нами?

— Ты же знаешь, что не могу. Роркх не пустит меня. Сколько раз уже пытался.

— Мы как-то можем в этом помочь? Вытащить тебя из этого места?

— Я не знаю. Я же не Бог Всезнания.

— Думаешь, и такой есть?

— А я откуда знаю?

— Ну да, ты же не Бог всезнания? — проворчал Черч. — Ладно, пойду я. Много работы стало. Но ты это, готовься. Мало ли у нас все получится и один из мечей в твоей коробке все-таки запоет.

— Вряд ли, Черч, — произнес Йорк.

Кот исчез, растворившись в воздухе. Тот, кого называют богом, остался раскачиваться в кресле и смотреть в горизонт. Сделав очередной глоток из железной чашки, он тихо пробурчал себе под нос, словно боялся, что его кто-то услышит:

— Если и запоют, то все разом. Но когда такое бывало? Никогда.

Глава 1. От мыслей развивается скепсис, от него сарказм, а из-за этого можно и по харе огрести

— А у вас тут уютненько, мне нравится.

Я медленно обернулся на незнакомый голос. В дверях в общий зал стоял хант… Мягко говоря странный. Высокие сапоги, штаны с лампасами, белый китель и треуголка на голове. На поясе какая-то сабля, а с другой стороны сковорода.

— Ты еще кто такой? — спросил я.

— Позвольте представиться, Руди. Контр-генерал-адмирал гусарского сухопутно-авиационного морского полка ее величества Смерти. Смерти с большой буквы, прошу заметить.

— Это ко мне, — произнес Овер. Я снова обернулся и посмотрел на однорукого малефика.

— Знаешь, я почему-то так и подумал.

Овер притащил подмышкой какую-то коробку и аккуратно поставил ее на стол. Руди медленно откинул крышку и принюхался.

— Свеженькие, — произнес он довольным голосом.

Признаюсь, стало интересно и я даже чуть привстал, чтобы разглядеть. Внутри лежали ровные ряды пузатых сигар. И выглядели они подозрительно знакомо.

— Но-но, — захлопнул крышку контр-какого-то там полка. — Овер, дружище, — продолжил он шепотом, так что слышно было во всем зале. — Мне кажется у вас здесь завелся шпион.

— Не, это Арч. Тот самый, я тебе рассказывал.

— А, тот самый Арч, — посмотрел на меня Руди. — Достойный слуга ее величества. Назначаю тебя младшим помощником шкипера.

— Спасибо, откажусь, — кивнул я. — Но польщен предложением.

Руди хотел было протянуть мне сигару, но услышав ответ, замер на полпути. Потом все же протянул ее мне и подмигнул.

— Свежая. Из шерсти. Сам выращивал.

— Снова вынужден отказаться, — произнес я.

— Говорил же, — пожал плечами Овер, обращаясь к Руди.

— Странный он у вас какой-то, — кивнул тот.

— И не говори.

Малефик проводил парня в треуголке до двери, а когда вернулся, я все же спросил, не сдержав любопытства. Все-таки это его замок, но блин…

— Твой друг?

— Ага, — ответил Овер. — На бета-тесте познакомились. Я у него садовника купил. Между прочим, он и правда заслуженный авиатор Роркха.

— В Роркхе нет авиации, — возразил я.

— Именно благодаря ему и нет.

— А он тоже…

— Нет, не захотел идти к Расвам. У него свой отряд. Нормальные ребята, кстати, можно позвать будет к себе.

— Я обязательно подумаю, — кивнул я.

Овер подхватил ведро с тряпками и пошел куда-то вглубь. Зная его понимание нормальности, я автоматически поставил крест на отряде этого Руди. Надо бы узнать, какой у них знак, чтобы стрелять на упреждение в случае чего.

Я бессовестно занимался полным ничего не деланием в Роркхе, пока Джекс отсыпался. Состояние его было весьма критическим, так что пришлось отдавать Расвам на лечение и уход. Он был сильно измотан как морально, так и физически.

Разумеется, Расвам я отдал только ханта, а не карту. Так что они его подлечат, снимут добрый десяток дебафов, заодно и осмотрят. Я его пока не трогаю, но и заставить себя делать что-то полезное не могу.

Поэтому придавался трем столпам Роркха, которые можно делать вечно. Жрал вкусности, пил кофе литрами и смотрел, как Овер с Маусом моют стены замка. Особенно забавно было, когда они со стремянкой отмывали потолки.

Оверу тяжело было поднимать ведро с водой, поэтому однорукий хлипкий хант держал расшатанную трехметровую стремянку, пока Маус был наверху. Мы уже открыли тотализатор и делали ставки сколько раз Маус грохнется в каждом из залов или коридоров.

К общему сожалению тот быстро освоился и научился стоять практически неподвижно. А Вест разбогател на пару сотен серебра. Иногда его аналитические способности раздражают.

— Мда, уютненькая обстановочка, ничего не скажешь, — раздался голос у меня за спиной.

Я вновь обернулся на незнакомый голос. В этот раз увидел высокого подтянутого ханта в темном костюме-тройке. Никакого оружия. Тот стоял, пялясь в потолок, разглядывая Плотоядика.

— Не штаб, а проходной двор, — проворчал я, возвращаясь к недопитому кофе. — Овер дальше по коридору. Ищи однорукого и уставшего ханта.

— Да я вообще-то к тебе. Арч, верно?

Я на секунду замер и обернулся, услышав тихий плеск. Но в дверях никого не было.

— Если что, я пришел просто поговорить, — произнес голос с другой стороны.

Я вновь обернулся, прислушиваясь к внутренним ощущениям. Нет, все еще дневной Роркх, тем более это мое убежище. А значит я могу безболезненно начистить рожу гостю. Только вот могу ли?

Я узнал этот холодный, отрешенный взгляд собеседника, который уже сидел напротив меня. Плотоядик извивался, щелкая пастями над головой гостя. Но тот даже не реагировал, понимая, что без приказа тот не атакует.

— Чего тебе, Шот? — добавил я в голос стали.

— Узнал, — кивнул он. — Хорошо. Я пришел предупредить.

— Я само внимание, — ответил я, не меняя тона.

— Я слышал, что Расвы вернули Стрелка. Информация уже просочилась, у вас в башне полно кротов.

— И?

— И это входило в планы Первого.

Пауза. Я обдумывал его слова. Вообще вся эта история с дехантами и Советом казалась настолько далекой, что я уже вычеркнул ее из головы. А тут снова этот…

— И? — произнес я, скорее предлагая Шоту продолжить.

— Я передал Гаро всю имеющуюся у меня информацию. Этот ублюдок хитер и очень умен. Я про Первого. Не стоит его недооценивать. Именно он слил инфу по дехантам. Это стопроцентов.

— Зачем ему это делать? — постарался не выказать я удивления. — Это же гильдии Совета, который он создал.

— Я же говорю, этот ублюдок очень умен. Мы для него всего лишь разменная монета. Стали не нужны и он выбросил всех на помойку.

— А тебя почему не выбросил? — спросил я.

— Багровые должны были принять участие в особой операции. Называется «Вавилон». Мы должны были штурмовать башню Расвов в ночь Великой Обороны. И убить Парагона.

— Это самоубийство, — произнес я.

— Нет. В башне есть крот по прозвищу «Синтет». Это личный человек Первого. Даже я не знаю, кто он. Синтет должен был подготовить для нас проход. А мы превратили бы башню в кровавую баню.

— И что же пошло не так? — добавил я скепсиса в голос.

— Я отказался, — произнес Шот таким голосом, словно это что-то меняло. И делало его меньшим мудаком, чем на самом деле. — Мне это стало не интересно.

— Вот как?

— Это личное.

— Мне насрать. А сейчас что изменилось? Решил стать хорошеньким? Начал искупать грехи?

— Срать мне на искупление, — ответил он ровным голосом. — Просто мне сделали заманчивое предложение, от которого трудно отказаться.

— И поэтому ты решил меня предупредить? Переметнулся на другую сторону?

— Так получилось, — пожал он плечами. — Выходит, у нас с тобой теперь один наниматель. И он очень не хочет, чтобы Расвы или ты использовали Ключника. Потому что Первый этого и ждет.

— Знаешь, я вот ни одному твоему слову не поверил. И вот сейчас мне внезапно очень захотелось использовать Ключника. Хоть я вообще без понятия о чем ты. И вообще все больше выглядит не как коварный план злобного и дофига умного Первого. Больше похоже на то, что он знатно обосрался в Ночь Отмщения, затем у него не хило так пригорело и он решил завязать, попутно слив всех дехантов.

— Оу, что ж, — произнес Шот. — Раз так, то план Первого не удался, а стало быть оба брата Гаро сейчас живы и здоровы. Нет? Странно, — вот тут мне было нечем крыть. — Хотя, может быть в этом и смысл. Мое дело предупредить. Будь осторожен. В Роркхе нет бессмертных.

— Безумный Мечник, — произнес я.

— Ну, разве что. Но он исключение, которое лишь подтверждает правило. Всего доброго.

— Стой, — произнес я, прежде чем его фигура окончательно расплылась. — Рэд просил передать, что начистит тебе рожу при встрече. И зная его, советую не заставлять его ждать.

— Хмм… — произнес Шот. — Спасибо. Это действительно ценный совет.

Кажется, он говорил серьезно. А я вроде бы поддеть его хотел. Впрочем, плевать. Я без всяких эмоций смотрел на лужу воды, растекшуюся под ногами. Кажется, кому-то только что прибавилось работы.

А мне что-то стало неуютно сидеть в своем же штабе. Да к тому же и время подходит, так что пора выбираться. Я оставил Ролла допивать кофе в одиночестве, а сам выбрался из капсулы. Сверился с часами и решил, что спешить некуда.

Уже и не помню, когда в последний раз я не метался день за днем по разным делам. Тренировки, обучение, отряд, снаряжение, ханты и снова тренировки, но уже в Роркхе. И так по кругу до тех пор, пока не наступит ночь в Роркхе. По сути, партии были для меня передышкой.

А потом все заново. Импов замкнутый круг в котором я совершал, по сути, одни и те же действия раз за разом. Может это и называется мастерством?

Но сейчас все изменилось. Во-первых, вернулся Джекс. Во-вторых, Гаро обещал мне рассказать, откуда у Расвов видеозаписи того, как слепой парень рисует события, что произойдут только через пять лет.

Да, если верить Черчу, то записи подлинные. А пометки с датами в углу, которые я заметил не сразу, говорили о том, что все это было отснято примерно в начале первого сезона. Гении аналитики? Совпадение? Гадание на кофейной гуще? Плевать.

Потому что я видел солнце в Роркхе. Да, ни Гаро, ни Док так и не объяснили, почему я вырубился на неделю вместо пары часов. Я и сам не знаю. Но постепенно те сны начинают всплывать в голове.

Док считает, что паническая атака послужила триггером, запустившим какие-то глубинные процессы в моем мозге. Я не помню ни деталей своих снов, ни их общей сути. Лишь какие-то обрывки и вспышки.

Но я чувствовал нутром, что это нечто очень важное. И если раньше я заставлял себя не обращать внимания на многочисленные странности, то сейчас уже не был столь категоричен. Видеозаписи Черча, странная женщина из моих снов, требующая зонтик, затем этот недельный отдых.

А еще Йорк, с которым мне удалось побеседовать. Единственный бог, которого не было во время Великой Обороны. И который вообще не бог. И все это как-то связано. Смерть Веги, Парагона, сама Великая Оборона. Все.

А теперь еще и Первый объявился на горизонте. Хоть и так косвенно. И что-то мне это все не нравилось. А отбросить переживания и снова сделать вид, что я страус, как-то не получалось.

К тому же я переговорил с Гаро по поводу того квеста. Кстати, рукоять исчезла, так что повторно пройти не получится. Разве что снова обчистить хранилище Ложи. Гаро же я рассказал все коротко, не стал упоминать слова Йорка о пирамидах, Яре и прочем.

Но он подтвердил, что квест все сдавали своему святому богу. И там, по сути, все то же самое, только ничего не говорилось про Йорка, Черного Императора, связь с легендой, других богов и так далее. И разумеется, Яр искренне считает себя спасителем человечества. Ну или делает вид, хотя какая разница?

Овер и Маус, между прочим, квест не проходили. А я думал за него и дают как раз красные карты. Но на этот вопрос они принялись усердно работать тряпками. Затем Маус спросил, действительно ли я хочу знать ответ или подожду разговора с Гаро. Короче, им осталось еще половину замка отмыть, так что темп парни взяли бодрый.

Я же спокойно спустился в фойе первого этажа. Прошел мимо стойки Константина, который сегодня пестрел оранжевым галстуком. Громадную спину Гаро заметил издалека. Подошел и сел на соседний стул.

Мы с Анекой пересеклись взглядами. Она улыбнулась, а я почувствовал себя немного неловко. Вот как она это делает? Это же им двоим должно быть неудобно, а не мне. Впрочем, как раз Гаро заметно нервничал.

— Как рука? — спросил я, кивая на загипсованную кисть.

— Нормально, — ответил он. — Заживает потихонечку.

— Странно. После медблока у меня переломы куда быстрее заживали. И почему вся рука в гипсе?

— Да пальцы-то зажили, — замялся здоровяк и прервался.

Передо мной на стойку опустилась пузатая кружка черного ароматного кофе. Пожалуй, лучший напиток на этой планете. Никогда не надоест.

— Кажется, — произнесла Анека в задумчивости. — Ты хотел что-то сказать Арчу. Правда?

— Да, хотел, — замялся Гаро, не отрывая взгляда от пальцев девушки, постукивающих по столешнице. — Арч, я хотел извиниться за тот инцидент. Ну, как тебя остановили. Ты был сам не свой и решение надо было принимать быстро, вот я и…

Я не спешил ему помогать. Не злился, все-таки в какой-то мере именно благодаря Гаро ко мне пришли те странные сны. Но говорить этого вслух я не собирался. Каждый отрабатывает свои косяки по своему.

— И? — произнесла девушка с нажимом.

— И я извиняюсь, Арч, — выдохнул Гаро. — Я не должен был так поступать. Это был мой косяк.

— И? — Анека принялась тарабанить пальцами по стойке еще сильнее.

— И это я попросил…

— Приказал, — прервала его девушка.

— Приказал, — со вздохом согласился Гаро, — и по сути заставил ее тебя остановить.

— И? — произнесла Анека, с вызовом поглядывая на Гаро, который, кажется, немного уменьшился в размерах.

— И она ни в чем не виновата, — выдохнул Гаро, глянул не грозное лицо своей возлюбленной, а затем спешно добавил. — И она была против моего решения, но я настоял.

— Кхм, — произнес я, после паузы.

— Арч, — обратилась ко мне девушка. — Я все же тоже хочу извиниться перед тобой. Я не для того тут торчу у всех на виду, — очередной выстрел глазами в затылок здоровяка, — чтобы еще близким людям мешать.

— Никаких обид, — я примирительно поднял руки и добавил, — Анека.

Девушка улыбнулась самой теплой улыбкой из своего арсенала и упорхнула к кофемашине, оставив нас вдвоем.

— На меня все-таки в обиде, — сделал вывод Гаро.

— В претензиях, — поправил я. — Мы уходим из гильдии.

Гаро поперхнулся кофе, забрызгав барную стойку. Затем, поймав неодобрительный взгляд девушки, сам же принялся ее вытирать салфетками.

— Арч, а как же встреча? Мы же договаривались, машина скоро прибудет.

— После, — пожал я плечами. — Ты обещал все рассказать и даже показать. Я выслушаю, может поверю даже. А потом уйду, как только все это закончится.

— А твой отряд?

— Кто захочет пойти, тот пойдет.

— То есть все. А как же Ключ… Ладно, это потом. Я понимаю твое решение, просто прошу не торопиться. И перед тем, как уйдешь, давай сядем и спокойно все обсудим, лады?

— Лады, — кивнул я. — Не парься, Гаро. Я не собираюсь сматываться в один момент. К тому же по договору я обязан отыграть до конца квартала. То есть еще месяц мы будем в башне.

— Хорошо, — кивнул капитан, стараясь успокоить дергающийся глаз. — Это очень хорошо. Только это, Арч… По поводу разговора с Йорком и всего такого…

— Я уже все им рассказал, — пожал я плечами. — Мой отряд в курсе всего, что знаю я.

— Хм… Возможно зря. Хотя теперь-то какая разница. Ладно. Прорвемся как-нибудь. Кстати, это тебе.

Гаро поковырялся в деке и передо мной легла карта гильдейского пропуска. Точно такая же, как и моя, только красного цвета. Я вопросительно посмотрел на парня.

— Чуть преждевременно, — пожал он плечами. — Но мы уже все согласовали, так что можно.

— И что она делает? — спросил я.

— Все, — ответил капитан. — В рамках башни и гильдии она дает доступ ко всему. Любые этажи, комнаты, в том числе и личные. А так же любые информационные ресурсы или склады с картами. Ханты, экипировка, ресурсы.

— И что, бесплатно?

— Если надо будет бесплатно, будет бесплатно, — кивнул Гаро с серьезным видом. — Даже если просто деньги нужны, сможешь взять любую сумму. Я, конечно, потом попрошу отчитаться, но это скорее формальность.

— И что, хочешь сказать, никто никогда не злоупотреблял этим?

— Ну, — замялся глава, — ты сам скоро все поймешь. Чего мне распыляться. Мы же вроде договорились уже, но если хочешь, могу и я рассказать.

— Не надо, — отмахнулся я. — Меня устраивает наш расклад. Я так долго терпел, что пару-тройку часов еще подожду.

— Тоже верно, — согласился он, возвращаясь к кофе. Потом вздрогнул, словно что-то вспомнил, и повернулся ко мне. — Слушай, Арч. Ты узнаешь много нового и что-то покажется тебе странным. Поэтому, пожалуйста, не суди строго, ладно?

— А вот сейчас заинтриговал.

— Мы с тобой еще все обсудим, — произнес Гаро. — Я буду ждать тебя вечером. На сорок седьмом. Там и объясню все. Кстати, это за тобой.

За разговором я совсем не заметил, как со спины подошел человек. Видимо, тот самый, который должен отвезти меня в святая святых на экскурсию. В Обсервер Системс.

Так мы договорились с Гаро. Он решил, что проще будет показать, чем что-то объяснять на пальцах. А я и не спорил.

Только вот провожатый сумел меня удивить. Черный приталенный костюм, какая-то гавайская рубашка под пиджак, туфли, аккуратно постриженные волосы. И фигура. На фоне этого человека Гаро выглядел натуральным дистрофиком.

А еще эта сраная ухмылка от уха до уха. И взгляд. Бегающий, острый, прошивающий насквозь. Ни огромный костюм, ни легкий загар, ни другая прическа не могли заставить меня перепутать. Это лицо я запомню до конца своей жизни. Передо мной стояла абсолютная копия сраного Безумного Мечника. Один в один.

— Ну ты и пижон, — произнес я.

Чем вызвал бурный смех Мечника. Отчего все люди в фойе обернулись в нашу сторону. Кроме тех, что были ближе всего к нам. Они наоборот постарались свалить подальше, не оглядываясь.

— Арч, — произнес Гаро тихо, чтобы его никто не услышал. — Позволь представить. Глава Обсервер Системс, Арчибальд Хауст.

— Че? — уставился я в упор на громилу. Ну, то есть на Мечника. Парни, видимо решили, что я удивился должности. — Арчибальд? Серьезно?

— Да, — наконец заговорил сам Мечник. — И не вздумай каверкать. Ненавижу, когда каверкают мое имя. И не сокращать никак.

— Да и в мыслях не было, — фыркнул я.

— Ага, — с прищуром посмотрел он на меня. — Как же.

— Господа, — откашлялся Гаро, привлекая внимание. — Мне кажется, вам обоим пора.

— И то верно, — улыбнулся Хауст. — Что, пацан, готов?

— К чему? — напрягся я.

— К поездке в святая святых, — словно озвучил мои мысли Хауст.

— Да покатились уже. И все равно ты пижон.

Я встал из-за стойки и направился к раздвижным дверям. Мечник ступал следом.

— Арч, — раздался голос Гаро мне в спину. — Ты карту забыл.

— У меня своя есть, — ответил я, не оборачиваясь. — Мне хватает.

Вот так и знал. А как он меня постоянно находит? Интересно. А откуда у него такой читерский хант? А давайте подумаем. Сидит такой сраный глава в своем сраном главном кресле и думает, а не замутить ли мне бессмертного ханта, списав прям с себя. Я же весь такой особенный.

Мечник лишь шел позади и непрерывно хохотал, отчего даже птицы в панике улетали с ближайших деревьев. Видимо, что-то из мыслей я все же подумал вслух. А сам потихонечку начинал закипать. Хоть я и победил в том бою, но несправедливость, казалось, разрослась сейчас до вселенского масштаба. А еще эта тачка.

Напротив входа в башню стоял внедорожник, переделанный под лимузин. Ну что за понты? Хотя что-то в этом было практичного. Если посмотреть с каким трудом этот детина впихивает свою тушу, заняв сразу две трети дивана.

Машина плавно поехала, а Мечник с любопытством оглядывал меня с ног до головы. Я демонстративно пялился в окно, глядя на проплывающие небоскребы.

— А ты подкачался, — хмыкнул он. — Но все равно дрищеватый.

— Это ты жрешь, как не в себя.

— Да я вообще не ем. Ну так, сладости только люблю. Тирамису там. Или шарлотку. Это да. А так вообще нет. Пробовал недавно черничный бисквит. Такая гадость.

Он говорил что-то еще, улыбался, но я не слушал. Перед глазами стоял Мечник. Тот самый, с длинными волосами, собранными в хвост. Только в одежде. Широкие сапоги, просторные штаны, рубашка, жилет. Почему-то я смотрел на этот черный современный костюм, но вспоминал обычную повсеместную одежду, распространенную среди жителей Роркха.

Образ из моего сна. Расплывчатый, странный, смутно знакомый. Но почему-то он не вызывал у меня никакой ненависти или презрения. Скорее наоборот. Это что-то знакомое и приятное.

— Вспоминаешь? — произес Мечник. — Взгляд такой. Будто вспоминаешь.

— Сон, — произнес я.

— Слышал, — ответил он. — Тебя на неделю вырубило. Помнишь что-то?

— Обрывки, — почему-то ответил я.

Почему-то сейчас, когда передо мной обычный, пусть и огроменный человек, но в привычном костюме, он не вызывал прежней ненависти. Может это из-за того, что не залит кровью и внутренностями монстров с головы до пят? И потому что нет рядом этой гребаной рельсы из-за которой его почему-то зовут Мечником?

— Иногда, — произнес он, словно задумался о чем-то. — Очень редко, но сильные эмоциональные переживания могут служить катализатором. И тогда даже такой как ты способен прорваться к краю. Туда, где сны, это не просто сны.

— Черч показал мне записи шестилетней давности, — пожал я плечами. — А там рисунок того, как…

— Стой, — прервал меня Мечник, подняв ладонь. — Парагон знает… Знал, что нужно делать. Но он общался только со своим Проводником. Проводник, то бишь Черчилль, сам решает кому, что и когда рассказывать. Таковы правила и не нам с тобой их нарушать.

Я выдохнул. Скорее с раздражением, потому что вот опять двадцать пять и три десятых. И этот туда же. Хотя чему я вообще удивляюсь?

— Не кипятись, — отмахнулся Хауст. — Для начала покажу, а там и сам все поймешь.

— Что покажешь? Что я пойму?

— Для начала покажу тебе Роркх. С той стороны, с которой его вижу я. А затем… Покажу тебе один проект, созданный примерно семь лет назад. Называется проект — «Парагон». А там уже и спросишь, что неясно будет.

Повисла недолгая пауза. А затем Мечник хмыкнул и все-таки добавил.

— А по количеству вопросов станет ясно, на самом ли деле ты такой тупой или прикидываешься.

Рука рефлекторно потянулась к поясу, но револьверы я забыл в другом мире. Ну что за непруха, а?

— Приехали.

За время короткой беседы я почти упустил одну важную деталь. Мы выехали за пределы города и катили еще долго. Оглянувшись вокруг, я посмотрел на своего провожатого.

— Я думал, ОбсСис сидит в центре. У них же там целое здание.

— Комплекс зданий, — поправил Мечник. — Нет, там всякая шушера обитает. Бухгалтерия, менеджмент, администрация и прочие канцелярские крысы, что даже пороху не нюхали. Сердце ОбсСиса находится здесь.

Я смотрел на старый, проржавевший забор, какие-то хлипкие с виду ангары. Даже одинокий трактор без колеса имелся.

— Дерьмом несет, — произнес я. — В буквальном смысле. Хотя…

— Это для отвода глаз, — усмехнулся Мечник. — Погнали.

И мы прошли внутрь. Я делал вид, что смотрю себе под ноги, дабы не наступить в грязь или какую-нибудь лужу. Лимузин тем временем загнали в один из ангаров. Мы же прошли в хлипкое здание в центре. Старая железная дверь открылась без единого скрипа. За ней я увидел чистую кабинку с зеркальными стенами.

Мы вошли внутрь и развернулись. С легким толчком лифт неспешно поехал вниз.

— А ты хорош, — произнес Мечник. — Рэд не зря над тобой столько работал. Кстати, это я его попросил тогда. Сколько насчитал?

— Двадцать четыре камеры по периметру, — не стал прикидываться я. — Еще четыре замаскированных люка.

— Ого, — уважительно произнес Хауст. — И это по дороге сюда? Почти четверть нашел.

Смеется? Издевается? Я старался не подавать виду.

— Автоматические турели, — произнес Хауст. Видимо, про люки. — У вас в башне тоже такие стоят на первом этаже. На случай силового проникновения.

— В башне? В центре столицы? Боевые турели? — я выдавал максимум скепсиса с каждым вопросом.

— Ага, — кивнул он. — Что, не заметил? А бронированные окна? А доты? А техническое укрепление под землей? А туннели, ведущие из башни? Ничего не заметил? Наверное и высококлассного специалиста нашего прозевал. А ведь он прямо на входе стоит, у всех на виду. Собирает информацию и разведданные по всем, кто заходит внутрь.

— Константин не особо-то и шифруется.

— Не этот, — отмахнулся Мечник. — Я про того, что кофе варит.

Оу, туше… Не думай об этом, Арч. Поздно ломать голову. Скоро и сам все узнаешь. А если не узнаешь, то тогда и будем думать. От мыслей развивается скепсис, от него сарказм, а из-за этого можно и по харе огрести. Короче, думать — это не к добру. И вообще не твое. Главное не палиться, а то окружающие и так начали что-то подозревать.

Двери лифта открылись и вот тут я маленько офигел. Это не офис какой-то корпорации. Судя по количеству суровых лиц, помноженному на блеск коротких автоматов, я и впрямь на каком-то секретном объекте.

Хауста пропустили без всяких вопросов. А меня даже раздеться заставили до трусов. Я уж думал и туда фонариком посветят. Вся процедура заняла минут десять. И вновь путь дорога по однообразным коридорам. У каждой двери дежурило по двое охранников в полной экипировке. Но никаких опознавательных знаков я не заметил.

— Не мог что ли сказать, что я с тобой? — спросил я главу ОбсСиса.

— Мог, — хохотнул он. — Но кто я такой, чтобы нарушать местные порядки?

— Глава? — иронично заметил я.

— А, — деланно хлопнул он себя пятерней по лбу. Эхо разлетелось по коридорам. — А ведь и точно. Вечно об этом забываю.

— Клоун, — буркнул я себе под нос.

— Пришли, — произнес он.

Мы остановились у очередной серой двери. Вот оставь меня здесь одного, я сдохну от голода в каком-нибудь углу, пока буду искать дорогу назад. Но этот как-то нормально ориентируется. Повороты что ли считает? Так я тоже считал, но не уверен, что правильно запомнил. Это же вам не диспозиция противника на слух для выстрела вслепую. Тут надо держать все в памяти дольше двух секунд.

Очередные охранники с автоматами. Но в этот раз Хауст все же соизволил махнуть им своей лапищей, так что обошлось без фонариков и стриптиза. Ребята даже распахнули перед нами двери.

Я вошел первым и в груди колыхнуло неприятное вязкое чувство. Что-то очень мерзкое поднималось к горлу.

— Что это такое? — выдавил я слова.

— Серверная, — хмыкнул Хауст. — Это сервера Роркха. По сути это и есть Роркх.

— Импова срань, — выругался я под безумный хохот Мечника.

Глава 2. Договор о Войне

— Это. Что. За. Хренотень? — спросил я, когда смог хоть немного нормально мыслить. — Это очередная твоя тупая шутка?

Мечник немного успокоился, но посмотрев на меня, снова начал ржать, словно… Не знаю, кони и то тише. Понятно, вменяемого ответа от него не дождаться. Поэтому вернулся к созерцанию серверной.

А вернее, судя по всему, толстого бронированного стекла во всю стену. А уже за ним стояло это. Даже не знаю как правильно назвать. Камень? Да, скорее всего это был громадный черный камень метра три в высоту.

Я прильнул к окну, затем медленно положил руку на стекло. Пальцы начало ощутимо покалывать, будто поверхность была наэлектризована. А еще это чувство.

— Почему у меня ощущения такие, как будто я посреди ночного Роркха в разгар партии?

— Это ты еще за экраном стоишь, — хохотнул Хауст. — Внутри вообще пробирает до костей. Но к этому можно привыкнуть. Со временем.

Я вглядывался в черную поверхность. Казалось, будто посреди комнаты стоит черная дыра, поглощающая весь свет, потому что на поверхности не было ни единого блика. И чем дольше я смотрел на него, тем мрачнее становилось все вокруг. Казалось, окружающее пространство начало терять краски, а свет ламп постепенно тускнел. И тьма внутри камня, казалось, пульсирует.

— Эй, — встрепенулся я от щелчка. Ухо горело огнем.

— Не смотри в него, — произнес Хауст серьезным голосом. — Иначе он посмотрит в тебя. Я не шучу.

— Он?

— Роркх. Это Роркх. Тот самый, который кровожадный ублюдок.

— Это? Да как такое вообще возможно?

— Иногда технологии уходят настолько далеко вперед, что для обывателей кажутся магией. Как для пещерного человека зажигалка будет заточенным духом дракона, так и для вас этот камень… Не знаю, сродни магии.

— Это технология? Не какой-то сраный метеорит из космоса?

— Нет. Технология, это абсолютно точно. Ну не сам кристалл, но то, что вокруг и внутри него.

Я вернулся к окну. Но в этот раз старался не смотреть на сам камень. На самом деле видно было только верхнюю половину. От основания во все стороны ползли то ли провода, то ли кабели. Но больше всего они напоминали щупальца.

Хотя нет. Щупальца не светятся изнутри багровым. А значит это переплетения скорее напоминали вены. Огромные, толщиной в руку, они ползли по полу и оплетали уже знакомые стойки с оборудованием.

По периметру комнаты находились открытые шкафы с техникой, как и в любой серверной. Только никаких проводов. Все покрыто этими пульсирующими венами. Или все же кабели? Но откуда столько багрового света? И посреди этой кровавой комнаты черное пятно монолита.

— Это называется проводящий кристалл. Одно из названий. Он проводит через себя любую энергию, усиливая и концентрируя её. В Роркхе проводящие кристаллы редки. Иногда встречаются в волшебных посохах у магов. И не таких громадных размеров. В вашем мире таких нет, насколько мне известно.

— В вашем? — зацепился я за слово.

— В вашем, — подтвердил Хауст. — Посмотрел? Пойдем тогда.

Он вышел из серверной а я поплелся следом. Красная комната с черным пятном в центре не выходила из головы. И это пятно, словно бы всосало в себя все другие мысли. Вообще ничего в голову не лезет.

Мы прошли мимо одной из дверей и я замер, вглядываясь в табличку.

— Это че? — спросил я, тыкая пальцем в изображение паутины.

— Отдел Пауков, — пожал плечами Хауст.

— Они работают на ОбсСис?

— Они и есть ОбсСис, по сути. Та его часть, которая отвечает непосредственно за игру.

— Читеры, — буркнул я. — Вокруг одни читеры.

Мы вошли в большой круглый зал, в котором было несколько кресел, сейчас пустых. Они стояли придвинутыми к огромному столу. Тоже круглому.

А над ним плыла знакомая голограмма с изображением Города. Только в отличие от виденных мной раньше, тут не было ни одного серого пятна. И множество ярких точек, что передвигались по полупрозрачным улицам.

Я ткнул пальцем в одну из таких и рядом с изображением Города всплыл прямоугольник интерфейса. Пощелкал вкладки. Информация об аккаунте, в том числе и скрытая. Данные ханта, инвентарь, вооружение, вес. А еще есть логи за последние десять дней. Уверен, если покопаться, то и не только это.

— Вот как ты меня постоянно находил, — произнес я с грустью.

— Поверь, мне это было не нужно, — ответил Хауст. — Разве что иногда, если ты совсем уж сбивался с пути и уходил в сторону.

Я плюхнулся в кресло и с безразличием смотрел на изображение Роркха. Все неправильно. Все не так. Все иначе.

— Ты же слышал Легенду о Вечном Страннике, Арч?

— Да, — кивнул я. — И еще общался с Йорком. Он кое-что объяснил.

— Кхм, да. Гаро уже передал мне информацию, — кивнул Хауст. — Кстати, многого мы раньше не знали, спасибо.

— Есть что-то, чего вы не знаете? — усмехнулся я с иронией.

— Больше, чем тебе кажется.

— А Черч почти все знает, — буркнул я, не знаю к чему вообще.

— Больше, чем тебе кажется, — повторил и хохотнул Мечник. — Но ему по должности положено.

— А главе ОбсСиса нет? — усмехнулся я.

— Я тут вроде как номинальный глава. Вот об этом и хочу поговорить. Раз уж ты уже знаешь про Договор о Войне, то будет проще. Представь, что все это правда…

Началось. Я бы хотел закатить глаза, но увиденное за стеклом… Даже не увиденное, а то, что я там почувствовал. Ощущения похлеще, чем при старте второй волны. А мы ведь даже не в Роркхе. Кажется. Я уже ни в чем не уверен.

Я слушал знакомую историю. Договор о Войне, который был заключен между Роркхом и высшими сущностями.

— Ты про богов? — прервал я Мечника.

— Формально они не боги. Богов вообще не существует. Просто иногда простые смертные становятся не совсем простыми. Иногда они обретают такую силу, что слово «бог» подходит лучше всего. Но для этого надо прожить далеко не одну жизнь.

— Как Древние?

— Вроде того. Но Древние созданы Роркхом в рамках Договора. Они самостоятельны, но их оболочку создает Роркх, а затем перемещает между мирами. Так что они не совсем самостоятельные.

— Они тоже подчиняются Роркху? Он их контролирует?

— Древних — нет. Это нарушение Договора. А вот Полудревних да, это его миньоны.

— Полудревние?

— Это все связано.

Все, это Договор о Войне и сами миры, которые вступают в борьбу. Если все упростить, то со слов Мечника Роркх захватывает миры один за другим. Чтобы попутно не снести все к имповой матери, битва происходит в… Камне? В проводящем кристалле? Вроде как этот сгусток черноты и впрямь сервер Роркха. По крайней мере капсулы подключаются именно к нему.

Павший мир делится на две части. Все, что Роркх может использовать себе на пользу, переходит под его контроль. Это мы уже видели по всяким монстрам и темным богам. Йорк же забирает одного самого сильного себе. Так получается новый Древний, который идет в следующий мир вместе с новым проводящим кристаллом.

А павший мир превращается в новую боевую арену. И из этого получается, что…

— Ты хочешь сказать, — помассировал я виски. — Что ты последний Древний, так?

— Да, — Мечник был абсолютно серьезен. Ни намека на безумие, хотя вся его речь была им пропитана.

— А Роркх, в который мы играем, находится в черном камне, который на самом деле технологическая машина.

— Сам кристалл лишь проводник, но все остальное — да.

— А город в котором мы играем, это твой родной мир?

— Видоизмененный. Таким он был до начала битвы. Роркх воссоздал его и сделал новой ареной. Изменил, конечно. В моем мире не было такого обилия культов, монстры не бродили по окраинам, да и вообще было куда тише и спокойней.

— А затем вы проиграли Великую Оборону.

— Третью по счету. Две мы выиграли, третью просрали, а через пару лет… Короче говоря, наш мир пал, а меня вместе с этим камнем выбросило сюда. Камень как проводник, а я что-то вроде инструктора, который должен был показать и объяснить правила войны вашим людям.

— И что, они тебе так сразу поверили?

— Нет конечно. Ни один не поверил. Но в отличие от тебя, они успели заглянуть в темноту кристалла. И Роркх сам им все показал. Каждый, кто вглядывается в кристалл слишком долго, может увидеть свою жизнь в том сценарии, который покажет Роркх. И там всегда один и тот же финал. А затем он подключился к вашей технике и выдал информацию. Он сделал оптимальные условия для ведения войны, чтобы все было честно. Пятьдесят на пятьдесят.

— Ты сейчас про капсулы?

— И про них тоже. Мы немного иначе перемещались на арену, но это потому что в нашем мире есть магия. Это ваш мир один из Пустых. Так что Роркх объяснил как создавать капсулы и даже помог их модернизировать под запросы человека. Он же подключил их к проводящему кристаллу.

— Роркх, это что? Ну, кто он? Оно… Взбесившийся искусственный интеллект? Внеземной разум?

— Нет, — отмахнулся Мечник. — Мне Древние рассказали. И Йорк подтвердил. Он же был там, когда все началось.

— Был где?

— В изначальном мире, гда родился Роркх. Не знаю, что это за место и когда все это началось. Но Роркх, это человек. Вот прям обычный, как ты или я.

— Я видел то, что за стеклом, Хауст, — произнес я медленно. — Это нифига не человек. Даже не близко.

— Да, — пожал тот плечами. — Как я уже говорил, иногда простой человек перестает быть простым. И рождается вот это вот.

— Роркх, это бог?

— Вроде того, но по силе он куда выше. И с каждым поглощенным миром становится все сильнее. Первые миры он сожрал просто так, потом ему где-то щелкнули по носу, очередной мир просто развоплотило из-за войны. И только после этого был создан Договор. Роркх задним числом отдал с каждого поглощенного мира по древнему, но он смухлевал. Вроде как мир уже уничтожен, так что держите самых сильных из тех, что остались. Поэтому из тех же Алтарайи нам достался простой кот, а не великий жрец. Роркх очень боялся этой великой расы и уничтожил их одними из первых.

— Роркх, это человек, который стал суперкомпьютером? Я не понимаю.

— Я тоже, — признался Мечник. — Даже Йорк не может толком объяснить как это случилось. Но Роркх, это Легион тварей, что сражаются на его стороне. Йорк не любит об этом говорить. Среди Древних ходит слух, что он в свое время не смог остановить Роркх, пока тот был слаб. И теперь сражается, дабы искупить вину.

— Так что там с Полудревними?

— А, эти. У вас их называют долб… Нет, не так. Предателями скорее. Или отступниками. Те, кто повелись на уловки врага и предали свой мир ради бессмертия. Встали под знамена Роркха, но сделали это добровольно. Кто посильнее или просто выслужился — стали Вестниками богов своего мира. Остальные же пополнили ряды тварей, хоть и сохранили остатки разума и капельку воли.

— И много таких? Я за все время одного только встретил в Роркхе. Вестников почаще, конечно.

— Предателей всегда хватает, которым своя рубашка ближе к телу. Бессмертие, как ни крути. Или ты думаешь, Первый деньгами всех подкупил?

— Кхм… Я об этом вообще не думал. Совет Тринадцати, получается, тоже в курсе?

— Верхушка да. Шот, может еще кто-то из приближенных. За остальных не в курсе. Но мелочи и денег хватит.

— У меня уйма вопросов если честно. И первый это… Что ты курил? Без обид, все сходится и красиво, но все равно больше похоже на сраный фокус с постановой.

— Хах. Ну сходи, погляди на камешек еще раз. Пусть тебя засосет, как остальных. Ты проживешь свою жизнь в ускоренном режиме, увидишь финал и вернешься обратно. Может даже за пару месяцев реабилитации придешь в себя.

— Знаешь, я тебе верю. Еще недавно бы не поверл, но сейчас все как-то так складывается, будто к этому и шло.

— Я понимаю, — кивнул Мечник. — Отрицание было, остальное ты как-то пропустил. Это надо осмыслить и переварить.

— А ты как в этом всем участвешь? Ну окей, ты был самым крутым в вашем мире, потом что?

— Ничего, — пожал он плечами. — Сдох, проснулся тут прямо рядом с кристаллом. С голой жопой в буквальном смысле. Потом приперлись аборигены, ну то есть туристы. Нет, блин. Зеваки. Да. А я даже языка вашего не знаю. Но он сам потом пришел в голову, это Роркх адаптировал мое тело. Он же его и создал. Я, по сути, тоже часть проводящего камня. И неразрывно с ним связан. Хотя мое тело здесь куда слабее прежнего.

— Оп, — хлопнул я руками. — Так давай грохнем камень? Ты же наверняка знаешь, как это сделать.

— Конечно, — ответил Хауст. — Вообще легче легкого. Хватит какой-нибудь хорошей кувалды на самом деле. Ну или из автомата очередь.

— И? — почувствовал я себя тупым.

— И на это Роркх рассчитывает. Что кто-нибудь в мире расколет камень или убьет проводника-Древнего. И тем самым нарушит Договор о Войне.

— И что будет?

— Как и в любой игре. Дисквалификация нарушителя. Ему не придется соблюдать условия, просто соберет все силы и вторгнется. Договор нельзя нарушить, хоть мухлевать иногда можно. Например, я, как Древний не подпадаю под Договор. Меня можно убить. Только вот тогда мир обязательно нарушит правила, ведь некому будет их объяснить. И снова победа Роркха. Хотя и все по правилам.

— Я думал ты бессмертный. Йорк рассказывал.

— В Роркхе да. Но только в этот раз, так как я проводник. В реальном мире и в следующих боевых аренах я стану просто Древним. Одна жизнь на одну войну. Но сейчас есть некоторые преимущества. Например мне не нужна капсула для погружения.

— Это как так?

— Мое тело — часть кристалла. Роркх, который Город, тоже часть кристалла. По сути я одновременно и тут, и там. Переключаюсь, когда захочу.

— Извини, — произнес я.

— За что? — удивился Хауст.

— За лаву. И за Стужу. И вообще. Одно дело быстрая смерть под хоть каким-то блокиратором. А другое дело…

— Брось, — отмахнулся Хауст. — Но если тебе легче станет, то извинения приняты. Но так-то я привык к боли. Она делает сильнее.

— Я слышал. Про тебя и Юмидая. Говорят, ты сотню раз умер, чтобы стать сильнее.

— Сто семьдесят три, если верить Юмидаю. Ничего страшного. Пару лет отходняков и вот я уже почти в норме, — ухмыльнулся Мечник своей самой безумной улыбкой.

— А ханты? Неписи в Роркхе? — спросил я самое важное.

— Копии, — произнес Хауст и я облегченно выдохнул. — Они все давно мертвы. Роркх воссоздал их в качестве декораций. Ну и марионеток для игроков. Но все равно, если бы ты продал душу Джекса, я бы убил тебя в обоих мирах. Из принципа.

— Не хочу напоминать, — произнес я осторожно. — Но ты сам же сказал. Это ведь не твой брат.

— Названный брат.

— Тем более.

— Наоборот. В нашем мире клятвы имели вес. Любые. И братская клятва куда сильнее родства по крови. Да, Джекс умер, а твой хант лишь его точная копия. Но это все, что у меня было все эти годы. Причем Роркх воссоздал его в момент самого начала нашей войны. То есть этот Джекс даже не помнит, как сражался и умер в нашем мире.

— И раз уж мы об этом заговорили… Зачем все это? Если твои слова правда, то мы уже проиграли? Роркх копит силы, чтобы стереть и нас?

— Да. А затем город из твоего мира станет новой ареной для следующего. Роркх возьмет темных богов из ваших религий и придаст им форму. А у вас их большое разнообразие. Светлых тоже возьмет, но толку?

— Я тебя слушаю, Хауст, но все равно пока не понимаю. Для меня Роркх, это все же игра.

— Это она и есть. Роркх, который сущность, это по сути ребенок с практически неограниченными возможностями. А что любят дети?

— Играть.

— Играть и выигрывать, — поправил Хауст. — А как это делать, чтобы не нарушать Договор? Роркх создал игру со своими правилами. И напихал в нее столько скрытых механик и лазеек, что он всегда на три шага впереди. И заставил играть с ним целые миры. Он абсолютное воплощение всемогущего ребенка.

— И никто его не победил? Ни разу?

— Пока что нет. Ты не видел нашу третью Великую Оборону. Первая была похожа на вашу. Вторая стала настоящим кровавым побоищем. На третью защитников пирамиды смели в первой же волне. Мне кажется, Роркху стало скучно с нами и ребенок смел фигуры с доски. А затем начал новую игру.

— А как же шансы? Равенство? Честная битва по Договору?

— О, — хохотнул Мечник. — Это было. Всегда есть. Эта тварь хитра и опасна. Ему не нужно нарушать Договор, чтобы побеждать. Но об этом чуть позже. Сейчас про шансы. Есть крохотная возможность спасти этот мир. Примерно в двенадцать из ста по шансам.

— Не густо.

— Больше, чем когда-либо. Спасибо Парагону Врат. Это который брат Гаро. Который старший, а не тот…

— Знаю, — отмахнулся я.

— Короче говоря, мы нашли Ключника. Вернее… Как бы это сказать. Мы его создали. Твоими руками. Ты его создал.

— Ты сейчас про Джекса?

— Я сейчас про тебя. Об этом тоже позже. Сейчас про Джекса.

— Ты очень последователен и логичен, — усмехнулся я.

— Просто нервничаю, — произнес тот с абсолютно каменной рожей. — Ты бы тоже нервничал, если бы две жизни подряд шел к этому моменту. Так вот. Джекс получил силу Алтарайи.

— Чего?

— Длань Бога. Ты не читал инфу?

— Читал. Там вообще ничего про Алтарани нет.

— Алтарайи. Великая Раса между прочим, прояви уважение.

— Да пофигу. Там написано «Скользящий между мирами». Мы же с Искажающим тогда дрались. Причем тут вообще эти… Альты… Алта…

— Забей. Искажающими они стали после падения и порабощения. А дословно, если переводить на ваш примитивный язык это и будет Алтарайи. Путешественники по мирам.

— Допустим, — поднял я руки. — Что дальше?

— Как что? Джекс может открыть портал. Сила в нем есть. Посох уже отжали. Тоже Джекс, между прочим. А из Роркха, который боевая арена, можно попасть только в одно место.

— Какое? — спросил я.

— В Роркх, конечно, — посмотрел Безумный Мечник на меня, как на дебила. Я ответил тем же и посмотрел на него, как на безумца.

— В существо?

— В Город. В наш мир. В мой мир. Ай, Арч, как с тобой сложно.

— Взаимно, — буркнул я. — Это какой-то третий Роркх? Или четвертый? Я запутался. Есть два Роркха. Кровожадный ребенок и справедливый, который…

— Справделивый, это Йорк, — прервал меня Мечник. — Ты о нем говоришь. Есть Роркх-существо. Есть Роркх-Город. Это декорация и боевая арена. А есть Роркх — реальный город из моего мира. Наша с Джексом родина. Уничтоженная. Ты ее видел во время Великой Обороны. И вы обороняли пирамиду от вторжения в ваш мир.

— И почему ваш родной город и существо зовут одинаково? Или это вы сами придумали?

— Нет. Он пришел к нам Роркхом. А ареной был другой мир. Древние считали, что это не просто совпадение. Что это что-то значит. Считалось, что раз Роркх пришел в Роркх, то это знак окончания его пути. Мы думали, что победим. Но, видимо, это был знак не для моего мира, а для вашего. Существо и арена с одинаковыми именами сошлись в одной точке пространства и времени. Если это не знак победы, то я не знаю тогда…

— И ты хочешь, чтобы Джекс воспользовался силой бога, чтобы с помощью посоха этого бога попасть в твой родной мир? В изначальный Роркх?

— Да.

— Зачем?

— Не, Арч, — хохотнул Хауст. — Слухи не врут, ты и в правду… Ну это… Ладно. В вашем мире есть кристалл. Проводящий. И если его разрушить, то мир падет из-за прямого нарушения Договора. Понимаешь, да? А наш мир был предыдущим в цепочке поглощенных. И там тоже есть кристалл. И они связаны. Роркх идет по мирам из одного в следующий.

— И если разрушить ваш кристалл… Ваш мир ведь уже пал, так что никакой разницы.

— Именно. Но связь оборвется и тогда ваш останется свободен. Понимаешь?

— А какого импа тогда вы свой не грохнули? Когда поняли, что проиграли? Спасли бы следующий.

— А мы и грохнули. Я лично его разрубил своим топором. Только было уже поздно. Портал пройден, путь был открыт. Роркх захватил наш мир и восстановил кристалл, чтобы пробить дыру в следующий мир. В ваш.

— У меня голова сейчас лопнет, — честно признался я.

— Хах. Это мы еще до самого главного не дошли.

— Так, давай по порядку. Я скажу, а ты поправишь, если я не прав.

— Окей, — кивнул Мечник.

— Есть существо, бог, человек, пофигу. Роркх. Он поглощает мир путем победы в игре. Затем ставит в этом мире проводящий кристалл, ту черную штуку и закидывает такой же в следующий. Какой-то рандомный город из предыдущего мира становится ареной для игры в следующем. И так пока не проиграет.

— Почти. Не совсем рандомный, они примерно одинаковы. Нужен большой город, обычно круглой формы, с рекой в черте, очень населенный, само собой. И еще он часто появляется после большой войны. Желательно мировой. Тогда жители города в последствии станут сильными хантами для игроков. В вашем мире не так давно была подобная, если не ошибаюсь. Так что не удивлюсь, если Роркх создаст копии бывших военных, выдернутых из того времени. Промоет им мозги, адаптирует под современность и запустит новую игру. Или вообще откатит ваш город в то время, когда война только закончилась.

— Война. Опять война.

— В войне, — наставительно произнес Хауст, — рождается сила и закаляется воля. Это не мои слова, а Джекса. Он сам говорил, что до войны был трусом и слабаком.

— Джекс? Трусом? В жизни не поверю. Он презирает трусость.

— В себе, — пожал плечами Хауст. — И проецирует это на других. Но он смог победить свои страхи и верит, что другие тоже могут. Он как-то интуитивно чувствует, кому надо дать шанс, а кто безнадежен. Такой он вот… Был.

— И сейчас есть, — возразил я.

— Ну, в каком-то смысле да.

— Хорошо, — потер я виски. — Допустим Джекс теперь способен открыть портал в обратную сторону. Допустим у нас есть жезл. А жрец у вас есть? Я слышал, что жезлом могут управлять только жрецы.

— Посох, — поправил Мечник. — И да, жреца у нас нет. Но мы надеемся, что и силы Джекса хватит. Должно хватить.

— А если нет?

— Тогда все зря, — произнес Хауст. — Но мы обязаны попытаться. Много людей уже отдали свои жизни, чтобы мы попытались. Весь мой мир погиб, чтобы вы попытались.

— Мы проиграли Великую Оборону, — напомнил я. — С чего ты решил, что в Великой Контратаке у нас будет шанс.

— Забавно, — произнес Хауст. — Великая Контратака. Так мы ее и называем. Нам придется собрать больше сил. Всех игроков Роркха недостаточно. Нам нужно больше. Надо как-то убедить Древних сразиться с нами плечом к плечу.

— А они чего уперлись? Им-то что терять? Они же по сути бессмертные.

— Да, но в рамках Договора. А возвращение в мертвый мир, самим по своей воле, это не совсем Договор. Если они там умрут, то это уже навсегда. Говорил же, — усмехнулся Мечник, — правила нарушать нельзя, но обойти — вполне. Но нам надо подготовиться к самой масштабной битве, которую только видел ваш мир.

— И с чего ты решил, что у нас есть вообще хоть какой-то шанс против монстров из сотен миров? Только не говори мне про Парадокс Выбора. Я не утверждаю, что шансов нет, просто звучит это как-то… Не особо эффективно.

— Шанс на победу — двенадцать процентов. Наверное. Но с каждой партией он уменьшается. Роркх сейчас копит силы для вторжения и чем дольше мы медлим, тем сложнее будет пробиться.

— И все же ты уверен, что шансы есть, да?

— Да, — кивнул Мечник.

— И откуда такая уверенность?

— О, — усмехнулся он в своей привычной манере. — Теперь мы подходим к самому интересному. Но раз уж на проекцию Города ты уже насмотрелся, то перейдем к десерту.

Он встал из-за стола и направился к выходу. Я последовал за ним. Снова пустые однотипные коридоры, снова повороты и охранники на каждом шагу. Но в этот раз мы остановились у дверей побольше. Вошли внутрь и оказались в каком-то помещении, напоминающем лекторий.

Каскадные ряды столов уходили вверх. Трибуна, столы напротив, экран вместо стены. Ну реально как на лекциях в универе.

— Это что за место?

— Зал для совещаний, — обвел руками Хауст. — Место, где все началось. В этих стенах родилась надежда вашего мира. И она называется «Проект „Парагон“».

Глава 3. Проект «Парагон»

Пока Хауст возился с настройками проектора в углу, я оглядывал помещение. Если честно, не очень похоже на место, где собираются всякие важные шишки и что-то решают. Хотя откуда мне вообще знать, где собираются важные шишки?

— С Юмидаем я познакомился раньше всех остальных, — тем временем вещал Хауст. — Он пришел в наш мир со своим камнем. Учил нас сражаться и объяснял, что к чему. У нас все было немного иначе. Все были в курсе, такая каша творилась, если честно. Зато другие империи присылали к нам своих лучших воинов, деятелей науки, умников всяких.

— А Юмидай из магического мира или… Пустой, да?

— Да, — ответил Хауст. — Ну, то есть нет. Ну… Ай, блин, Арч, ты меня заразил. Юмидай из магического, причем у них там магия возведена в высшую степень. У нас она тоже присутствовала, но у нас технологии с магией шли бок о бок. А ваш Пустой, да. Практически без магии.

— Практически?

— Пустой мир, он как сухая губка. А магия, как вода. Даже если краешком коснуться, втягивает в себя. Поэтому что-то да просачивается.

— И иногда сны становятся не просто снами, — буркнул я себе под нос.

— Чего?

— Что там с Юмидаем?

— А, этот умник. Ну он что-то среднее между магом и шаманом.

— Маг разума.

— Да, причем сильный. Умеет и в точечный контроль и в массовое замешательство. В своем мире заставил целый континент поклоняться себе. Богом хотел стать, — усмехнулся Хауст. — Только богами иначе становятся. Но вообще парень неплохой, самодовольный, конечно…

— Арч, — прервал я его, — ибальд… Не отвлекайся. У нас тут вроде как апокалипсис на носу.

— Ну да. Короче говоря, они просрали, разумеется. А когда Юмидай стал древним, то принялся за старое. Пытался всех взять под контроль и всеми управлять. Только вот не вышло нифига. Но план был хорош, признаю. Правда, мы поздно сообразили что к чему и в итоге… Ай, не важно. Короче. Есть один древний, помер в самом начале, еще до Договора. Юмидай может брать под контроль даже таких. И получать доступ к их воспоминаниям, знаниям и способностям.

— Древние руны, — произнес я. — Изначальный язык.

— И это тоже, — кивнул Хауст, щелкая кнопами, — сраная техника, понапридумывают всякого. Магии нет, вот и беситесь со скуки. Так вот, не изначальный, но близко к нему. Не важно вообще. Важно другое. Про обратную синергию слышал?

— Ну, — пожал я плечами. — Слухи. Мол деханты пытались людей лечить. По мне как бред.

— Ну, Вегу же вылечили.

— В смысле? — удивился я.

— Ну это семейное, лезть не буду. У Гаро спросишь. Но если коротко, то обратная синергия существует и прекрасно работает. В паре хант-игрок обычно один ведущий, а другой ведомый. Ну ты знаком с Джексом, так что сам знаешь, — он оторвался от панели и глянул на меня, ухмыльнувшись. — Если разница между ними велика, то и влияние куда сильнее. Пока Вега был сопляком, Жнец давал ему много сил. Так и Джекс на тебя влиял.

— К чему ты клонишь? — мне не нравился этот разговор, если честно.

— Все просто. Юмидай взял под контроль Древнего. Его раса славилась тем, что они могли видеть будущее. Причем сильнее, чем кто-бы то ни было. Они как бы жили одновременно во всех потоках. Раса, обуздавшая течение реки времени.

— Они типа бессмертные были? Не вкуриваю.

— Нет, их жизни подчинялись реке времени. Но они могли смотреть сквозь ее воды. И видеть все ее потоки.

— Слишком метафорично.

— Это чтобы ты с ума не сошел. Но я и сам знаю только такое объяснение.

— Если они видели будущее, то как сумели проиграть?

— А они и не сражались, — пожал плечами Хауст. — Ну сам подумай, зачем воевать, если обе стороны знают исход заранее? Вот и у них не было такого понятия, как война. А когда пришел Роркх, они посмотрели на это, погрустили и лапки кверху. Мол, нет шасов, чего напрягаться. Утрирую, конечно, но примерно так оно и было.

— Так, хорошо, — я потер виски. Голова начала пухнуть. — Что дальше? Юмидай узнал будущее?

— Юмидай нет. Вернее да. Но не в этот раз.

— Ты логичен и последователен, как не знаю кто.

— Короче, Юмидай взял под контроль ведуна и сошел с ума. А потом грохнул почти половину хантов, прежде чем его угомонили.

— Вот что-то такого я не припомню. Это на бета-тесте было?

— Нет. В моем мире.

— Он же сраный маг разума.

— Это другое. И вообще не так работает. Поэтому в нашем мире появился проект «Парагон».

Он победоносно нажал кнопку и выпрямился улыбаясь. Я стоял и смотрел на него, а он на меня. Потом улыбка сползла с его лица и он вернулся к пульту.

— Сраная техника. Гребаные заумники. Ничего нормального придумать не могут. Вот, так наверное.

Что-то щелкнуло, пискнуло и зажужжало. Следом в комнате одновременно погасли все лампы, а затем… Комната наполнилась людьми, многие были в форме военных или каких-то силовых ведомств. Грузные, уставшие, они мерно шагали по залу, занимая свои места, о чем-то перешептываясь.

— Это голографическая проекция, — пояснил Хауст. — Запись того дня. А вон я иду, прическа классная, скажи.

Я увидел Безумного Мечника. Того, которого часто видел в Роркхе. В каких-то безразмерных штанах, с длинными волосами, собранными в хвост. Вместо одежды на нем была какая-то хламида непонятного цвета. Как будто в простыню замотался. Он сел с краю главного стола.

— Ваше правительство сначала действовало как умеет. Отправили в Роркх солдат. А потом еще и еще. И все в пустую. Тогда они приняли гениальное решение. Раз Роркх, это игра, то в нее надо играть, а не воевать. В тот момент мы узнали о вовлеченности. Молодое поколение с куда большим энтузиазмом погружается в капсулы. Причем независимо от того, знают они правду или нет. Мы считаем, что это из-за самого Роркха. Ему нравится играть, а не воевать. Поэтому он не любит взрослых.

Так началось то, что в последствии принято называть бета-тестом. Первые победы игроков. Кровавые, корявые, на грани, но все же победы. Военные и правительство взяли на себя роль поддержки. Вербовка, добыча ресурсов, сбор информации. Так были созданы Пауки. Игроки получали все по первому требованию. Как ты понимаешь, проигрывали они куда чаще.

Примерно тогда Юмидай наконец объявился и сказал, что все готово. Он нашел и взял под контроль ведуна, но лезть к нему в голову не собирался. И мы отобрали сотню игроков-добровольцев из бета-тестеров. Сначала десяток, потом еще десяток и вот доползли до сотни. Даже чуть больше.

Они все заходили в капсулу из-под одного аккаунта, к которому был привязан один-единственный хант. А затем повышали им синергию до резонанса, искусственным путем, разумеется. Бафы, эликсиры и так далее. И игроки видели будущее. Всё сразу. Одновременно все варианты и возможности. Кто-то видел год за мгновение, кто-то десять лет за минуту. Все по разному.

В основном набирали из приютов или неблагополучных семей. Где-то вербовали курсантов. Но многие из присутствующих в этом зале отправили своих детей. Не то чтобы те были против. Им честно все рассказывали и объясняли для чего это надо. Некоторые отказывались, но большинство шло на резонанс. Взрослых тоже пробовали, разумеется. Первые два десятка добровольцев все были старше двадцати пяти. Но никто ничего не увидел.

— Они сформировались, как личность, — произнес я. — И поэтому связка ведомый-ведущий не так сильна.

— Да, а значит и обратная синергия не возымела эффекта. А вот дети. Ну, так-то там все были от шестнадцати и старше, но все равно. Они видели. Потом пошла терапия, восстановление и все такое. Но многие из них до сих пор… Ну не психи, конечно, но…

— Странные, — подытожил я.

— Ну как тут быть нормальным, когда за секунду увидел столько, что обычному человеку и за жизнь не увидеть.

— И вы выдали им красные карты.

— Ну только тем, кто пошел к Расвам. Но об этом позже.

— Получается Овер и Черч не от природы такие? Это последствия контакта с Юмидаем?

— Овер, да, — кивнул Хауст. — А Черч не участвовал. Он сам по себе… Странный, — усмехнулся здоровяк.

— А остальные? — спросил я. — Маус с красной картой. Гаро мне предлагал в конце концов.

— Ваши красные карты означают лишь то, что игрок в курсе событий. И если ему потребуется что-то, то он это получит. Все бета-тестеры, ставшие Расвами, получили свои карты. А Маус… Иногда Парагон сам выбирал игроков, которым все объясняли и давали карту. Они как-то должны были повлиять на исход. Некоторые значительно, некоторые не очень. Кем не удавалось манипулировать втемную, без обид, Арч, тем выдавали карту и объясняли расклад.

— Так сколько всего Парагонов? Сотня?

— Восемь. Большинство не смогло увидеть ничего путного. Но восемь человек установили с Юмидаем прочную связь. Они изначально были ближе к резонансу. Остальных вылечили и подписали договор о неразглашении с каждым.

— И как вы выбирали этих восьмерых? Они проходили какой-то тест? На знание будущего?

— Нет, — ответил Хауст и помрачнел. — Они сами себя выбрали, добровольно.

Я хотел было спросить что-то еще по этому поводу, но он кивнул на дверь и я все сразу понял. В зал как раз входили молодые люди, которые сильно контрастировали на фоне военных в форме. А эта группа отличалась вообще от всех. Полуголые, каждый из них шел босиком. В одних простеньких штанах.

Но одна деталь отличала их от остальных присутствующих, что молодых, что старых. Я уже видел это на записях в башне. У каждого из восьми на глаза намотана повязка из серой ткани. Только в отличие от видеозаписи, сейчас из-под повязок виднелись еще и белые бинты.

Ребята шли молча, но неуверенно, словно недавно вообще научились ходить. Их поддерживали под руки, указывая дорогу.

— Они лишили себя зрения, — выдохнул я.

— Самостоятельно. В одну ночь. И это было первое необратимое повреждение человека из-за Роркха.

— Синергия, — понял я.

— Да. Для нас это тогда было дико. Даже в моем мире не было известно про такую вещь. А эти сразу все поняли. И честно объяснили зачем это сделали. Только вот им все равно больше ничего опасного в руки не давали.

В зале наконец заняли все свободные места. Какой-то седой мужчина со стальным взглядом начал вещать с трибуны, но я быстро потерял к нему интерес. Сухой доклад о событиях последних суток, но это все я уже узнал от Мечника. А тот стоял и улыбался, пялясь прямо на меня.

— Что? — смутился я.

— Не узнаешь?

— А должен? — напряг я память, вглядываясь в лицо говорящего.

— Ну представь, что у него есть усы, — усмехнулся Мечник.

— Имповы кишки, — открыл я рот. — Да это же Усатый.

— Ага.

И вправду. Здесь он выглядел моложе. Хотя конечно моложе, этой записи сколько? Лет семь наверное. Сильно же его жизнь потрепала за эти годы, потому что наш Усатый был худым, осунувшимся стариком. А вот взгляд все такой же. Теперь понятно, почему от его доклада меня в сон клонит.

— Если коротко, — заговорил Хауст, а речь Усатого стала приглушенной, — То Парагоны договорились между собой сами. Вывезти в одиночку все варианты будущего невозможно. Ну или близко к невозможному. Поэтому каждый из них взял на себя по одному сценарию, в котором имелись шансы на успех. Эти сценарии стали называть парадигмами. Их воплощали в жизнь параллельно. Некоторые парадигмы сдвинулись, когда стало ясно, что шансов на успех не осталось. Остальные еще действуют, но какая в итоге случится в будущем и станет абсолютной — не ясно.

— А при чем тут Ключник? Он тоже часть парадигмы?

— Часть восьмой Парадигмы Врат. Ее вел старший брат Гаро и Веги.

Мечник кивнул в сторону крайнего парня в повязке. Худой, выбритый наголо, ничем особо не отличающийся от других. Но рядом с ним сидел еще более щуплый паренек с короткими волосами. И его лицо выражало всю возможную гамму эмоций от волнения вплоть до страдания.

— Это Вега?

— Вы не знакомы? — удивился Хауст.

— Только в Роркхе. Лично не довелось.

— Да, это он. Вот сейчас важно.

— Как мы знаем, — голос Усатого стал громче. — По имеющимся данным наши шансы на победу составляют тридцать девять процентов. Думаю, никто больше не сомневается в достоверности этих сведений.

— Почему столько? — удивился я.

Хауст ткнул что-то в экране и вся проекция замерла, погрузившись в тишину. Затем Мечник обернулся ко мне и заговорил:

— Изначально шансы были равные, пятьдесят на пятьдесят. По крайней мере мы так предполагаем. Но согласись, сложно играть честно, когда одна сторона даже правил не знает. В этом и хитрость Роркха. К моменту, когда Парагоны увидели все вероятности исходов, а аналитики все подсчитали, оказалось, что уже тридцать девять.

— Понятно. А про какие сомнения он говорил?

— Вот этот, — ткнул Хауст пальцем прямо сквозь нос какого-то мрачного типа за столом, — развонялся, что все это бред, посмешище и бла-бла-бла. И вообще надо подготовить спец войска, чтобы они делали мужскую работу. Он, конечно, мудак тот еще, да и армейский до костного мозга, но многие сомневались в нашем с Юмидаем проекте. Тогда Парагоны предсказали исход следующей партии. Причем разобрали все по крупинкам. Кто, в какую минуту и как умрет в Роркхе. Но сказали исход только Усатому. Все сбылось. И вот в этот момент на Парагонов посмотрели как на надежду.

Он снова щелкнул что-то на панели, а Усатый продолжил свою речь.

— Трицать девять процентов, — повторил он. — Но это было вчера. Сегодня часть вариантов исчезла, причем не в нашу пользу. Мы потеряли четыре процента за одну ночь, господа.

В зале поднялся шум, люди начали перешептываться. Все, кроме восьмерки в повязках и тех, кто был рядом с ними. Усатому пришлось стучать по трибуне, призывая к порядку и тишине.

— Все это из-за того, что кто-то из присутствующих в том числе, не умеет держать язык за зубами. С кем вы успели поделиться своими переживаниями? С супругами? Любовницами? Детьми? С соседями? Каждый человек, который знает о грядущих событиях, невольно начинает на них влиять, искажая картину будущего. И далеко не в нашу пользу. Отсюда, проект «Парагон» получает статус государственной тайны. Ни одна живая душа не должна узнать об этом, если только того не требует какая-либо из парадигм. Это указ, подписанный на высшем уровне сегодня утром.

— И кто будет решать, кому что надо знать? — раздался голос из зала. — Эти котята?

— Котята, — хмыкнул один из Парагонов. — Хорошее слово.

— Да, они. Или у вас есть предложения получше?

В зале снова воцарился хаос. Люди орали, перебивая друг друга, трясли кулаками, плевались и пытались достучаться до трибуны. Только молодые сидели молча. Я слышал выкрики один безумнее другого. Уничтожить кристалл. Экранировать электромагнитными полями. Запустить каменюкой в солнце.

Да, теперь я понимал. Для них Роркх, это не Роркх. Для них воплощение Роркха, это камень в соседней комнате. Но Устаый на каждую реплику произносил одну и ту же фразу. Нарушение Договора. Постепенно гвалт улегся сам собой. К чести паникующих стариков, они успокоились довольно быстро.

— Вы все смотрели внутрь кристалла, — произнес Усатый уставшим голосом. — И видели одно и то же. И я это видел. Мы знаем, что играть придется по правилам. А «запустить каменюку в космос», уважаемый, мы всегда успеем. И так. Вышим указом правительства, отныне Парагоны ни с кем не общаются, даже со мной. И не надо больше ломиться к ним со своими расспросами, — тон Усатого на мгновение стал угрожающим. — Каждый из Парагонов выберет себе Проводника. И общаться будет только с ним. А те будут действовать исходя из ситуации. Сегодня последний раз, когда Парагоны открыто скажут что-то всем присутствующим. Если захотят.

Эти взгляды, прикованные к сидящим слепым парням. Эти странные взгляды. На них смотрели, как на что-то мистическое, неземное. Как на богов, ведающих истины, о которых человек может лишь догадываться.

— Отныне, — продолжил Усатый, — слово Парагона, это закон.

— Вранье, — прокашлялся Хауст, стоя за пультом.

— Проводники говорят с людьми словами Парагона. Они не обязаны объяснять свои требования и поступки. Они ни перед кем не отчитываются и никому не подчиняются. Правительство обязалось предоставить все необходимые ресурсы по первому требованию.

— Ага, как же, — усмехнулся Хауст. — С их-то бюрократией.

— В том числе, — продолжал Усатый, — и капсулы без возможности отслеживания местоположения. Ни в реальности, ни в Роркхе. Карту Юмидая они смогут использовать по очереди. Очередность устанавливают сами Парагоны. Правительство обеспечит самый надежный способ передачи карты Юмидая между капсулами Парагонов. Хоть мы настоятельно рекомендуем не покидать базу.

— А потом их самый надежный способ даст сбой, — пояснил Мечник. — И Шот пристрелит шестерых Парагонов по очереди. Из-за сраного крота, который возжелал бессмертия. Кстати, он недавно пропал, как оказалось. Но о том, что он сливал инфу Первому, вояки узнали уже потом.

— Чем меньше мы знаем, — произнес Усатый, — тем больше у нас шансов на выживание. Нам остается только верить в их коллективный ум и провидение. А сейчас, кто-то из Парагонов хочет что-то сказать напоследок? Или предоставить нам своих Проводников?

Крайний слева парень в повязке встал и молча направился в сторону выхода. Он на удивление ровно двигался и даже почти сразу нашел дверную ручку. Лишь у самой двери он остановился и произнес:

— Мне нужны только деньги. Много денег. Остальное я сделаю сам. Проводника не будет. По крайней мере вы о нем не узнаете.

— Это Первый Парагон, — произнес Хауст. — Которого теперь мы знаем, как просто Первого. Это последний раз, когда его кто-то видел вживую.

Я с удивлением посмотрел на парня, жадно вглядываясь в черты лица. Но никаких ассоциаций в голове не возникало. Обычная внешность и комплекция. Вряд ли я видел его раньше. А если и встречал, то такого очень тяжело запомнить.

— Забрал свою капсулу, — продолжал Хауст, — потом ему прислали карту с безлимитом. Он снял сколько-то денег и пропал. Поначалу за ним следили, как и за всеми Парагонами. Но этого так и не смогли найти в реальном мире. И он даже Юмидаем ни разу больше не воспользовался.

— И вы что, так его отпустите? — спросил тот самый мрачный тип, в которого Мечник тыкал пальцем.

— Он Парагон, — пожал плечами Усатый. — Он так решил, значит так надо.

— И денег ему просто так дадите? Это же просто мальчишка.

— Да, дадим, — произнес Усатый ровным голосом, но в этот раз в нем проскользнула сталь. Та же, что и во взгляде. — Так сказал Парагон. А его слово, выше закона.

— Первый раз эта фраза прозвучала, — прокомментировал Мечник. — Это потом ее уже начали использовать все подряд.

— Кто-то еще желает что-то сказать? — обратился Усатый к залу.

— Я буду помогать бороться, — произнес второй Парагон. — Буду помогать в партиях всем участникам и постараюсь сделать так, чтобы мы победили по правилам в Великих Оборонах. У нас есть шансы на это.

— Парагон Войны, — произнес Хауст. — Обезумел, когда смог увидеть в будущем исход третьей Обороны. Единственный, у кого были терки с другим Парагоном.

— С кем? — спросил я.

— С пятым. С Парагоном Силы. Война считал, что надо вести за ручку игроков, накапливая мощь. А Сила говорил, что ничего не должно доставаться даром и игроки должны сами из шкуры вон лезть. Я голосовал за пятого, сам понимаешь. А когда Война лег в клинику, халява закончилась. А до этого Пауки, то бишь мы, старались всем помогать. А потом поставили ценники на свои услуги и партии начали выигрываться чаще. А когда ценник взвинтили до небес, то вообще все наладилось. Так что парадигма войны изначально была сдвинута, просто Парагон не мог так далеко заглянуть в будущее. А мы потеряли еще много шансов за это время.

— А остальные? — спросил я, глядя на мелькающие лица. Мечник явно перематывал запись.

— Третий создал Медвежат. Парагон Вечных. И занимался поиском абсолютов для остальных. У него была еще боевая гильдия, но она скорее для отвода глаз создавалась. Потом он умер. Четвертый создал культ служения Яру. Парагон Милости. Он же и привел в мету основную сборку отрядов, показавшую максимальную эффективность. Пятый долгое время негласно руководил Пауками. Шестой оказался тем еще ублюдком. Парагон Отрекшихся. Он начал убивать игроков и учить других это делать. По сути он прародитель дехантов. Его тело нашли в самом начале. А на стене надпись «спасибо за армию». Первый все присвоил себе.

— А седьмой?

— Не знаю, — пожал плечами Хауст. — Заперся в охраняемом бункере за городом. Назвался Парагоном Небесных Пиратов, представляешь? Хороший был парнишка. Именно он рисовал руны на мне. Он же и нашел обрывки Изначального языка. Для Хохуро ленты тоже он написал. А потом, когда все сделал, переехал жить в какую-то задрипаную квартирку на окраине. Там Шот его и нашел. Вот, самое важное.

— Погоди, — прервал я его. — С Войной все понятно, он хотел выиграть Обороны по правилам. А остальные парадигмы? Ты рассказал, что сделали Парагоны, но не объяснил, в чем был их план?

— Так я и не знаю. Даже Юмидай не знает. А может и знает. Но кроме второго никто не объяснял суть своих парадигм. И мы теперь знаем только про восьмого.

— А что с восьмым?

— Смотри, — произнес он и запустил проекцию.

Крайний справа человек в ряду одинаковых встал и заговорил. Он чуть повернул голову, чтобы лучше слышать окружающих, а сам при этом улыбался.

— Мне нужна своя гильдия. И башня в центре столицы для размещения штаба. Что-то очень высокое с хорошей охраной. Список требований я передам через своего Проводника.

— Кхм, — поперхнулся Усатый. — А башня сколько этажей? И как, в собственность?

— Чем выше, тем лучше. Можно в бесплатную аренду на срок существования Роркха. Но затрат на обустройство будет очень много. Башня должна выглядеть очень богато. А игроки гильдии должны быть крайне обеспечены в материальном плане. Они должны быть новым поколением, которому все станут завидовать.

— Кхм, — прокашлялся Усатый в наступившей тишине. — Зачем, я не понимаю.

— Мы открываем сервера Роркха, — пожал плечами восьмой. — Для всех желающих. В качестве новой онлайн игры. Правду знать никому не обязательно. Но люди должны хотеть попасть в Роркх. С дневной стороной проблем не будет, Город сам об этом позаботится. А для того, чтобы привлечь новых игроков, нужно дать им стимул и мотивацию. Моя гильдия станет для них иконой. Примером для подражания. Игроки должны получить все. Деньги, славу, признание, эксклюзивные права. Постройте какой-нибудь клуб, чтобы все хотели туда попасть. И сделайте ограниченный доступ только для игроков. Подключите СМИ, журналистов, блогеров. Дайте им денег, дайте им славу. Пусть несут слово о Роркхе в массы. Пусть восхваляют Роркх и его игроков. Так мы сможем собрать армию для этой войны.

— Это звучит как-то… Странно, — произнес Усатый. — Мы же планировали обойтись имеющимися силами без привлечения такого количества людей.

— Этих сил не достаточно. Роркх выставил армию соразмерную человечеству. Все честно и в рамках Договора. Он будет играть с нами, выпуская своих монстров по чуть-чуть. Но когда ему станет скучно и он решит ударить посильней, собранных сил не хватит, чтобы защититься. Нам нужны игроки. Много игроков. Нам нужно создать и воспитать поколение «Роркха», которое не будет хотеть работать в офисах или строить бизнесы. Они должны хотеть играть и получать за это плату. Те, кто станут сильнейшими, должны быть звездами своего поколения. Ими должны восторгаться, на них должны хотеть быть похожими. Поэтому запускайте пропаганду, вливайте деньги в проект, взвинчивайте цены до небес. Слабые потеряют, сильные возвысятся. Они должны прийти к успеху во всех его проявлениях, чтобы в итоге стать в первых рядах нашего войска. И правительство должно им в этом помочь всеми силами.

— Хорошо, — произнес Усатый через пару мгновений тишины. — Если остальные Парагоны не против.

— Это коллективное решение, оно нужно для всех парадигм, — произнес восьмой, а все остальные согласно закивали. — Первый был против, но суммарные шансы наших парадигм выше, чем у его. Поэтому он согласился.

— Хорошо. Твой Проводник тогда возглавит гильдию и предоставит список…

— Нет. У него будут свои задачи. Гильдию должен возглавить один из моих братьев, если захочет. Других я просить не могу.

— С чего бы мне не захотеть? — подал голос Вега, сидящий рядом. Впервые за время всего собрания.

— С того, что во всех вариантах, где у нас есть хоть какие-то шансы, глава гильдии не переживет и первой Великой Обороны.

В зале повисла напряженная тишина. Я слышал тиканье стрелок архаичных настенных часов. Усатый прокашлялся и вновь взял слово.

— Со всем уважением, но вы еще слишком молоды, чтобы управлять гильдией, таких масштабов.

— А у нас большой выбор? — огрызнулся Вега.

— Плюс ваши проблемы… Со здоровьем.

— Так какая разница? Что через год, что через семь лет. Если обратная синергия сработает, то я и так получу больше, чем рассчитывал.

— И тем не менее, нагрузки при такой работе могут сильно повлиять. Я бы все-таки рекомендовал на эту должность Гаро. Если он согласится, конечно.

— Согласится на что? — раздался голос со стороны дверей. — Кто-то звал меня да? Я тут чилил немного под дверью.

Я смотрел на ввалившегося парня и не мог поверить. Именно ввалившегося. Худой, но жилистый, этот Гаро по габаритам был примерно половиной от того, к которому я привык. И кроме лица ничего общего.

Грязные ботинки, такие же штаны, кожаная куртка с заклепками. А волосы длинней, чем у Мечника, сидящего за столом. Руки Гаро были в крови, а сам он бережно прижимал к груди бутылку. Парня заметно пошатывало, а судя по реакции других игроков, от него еще и заметно несло.

— Явился, — проворчал Вега, отворачиваясь.

— Они пускать не хотели, ваш сиятельство, — Гаро ткнул пальцем куда-то за дверь. — Пришлось объяснять, что я почетный бетатестер супер-пупер секретный… Секретного… Этого. Вот.

Он, улыбаясь, самодовольно помахал в воздухе окровавленными костяшками. Обвел мутным взглядом аудиторию, немного задержав взгляд на Веге. Потом увидел повязку Парагона и скривился.

— А чего все такие серьезные. Конец света, да? — спросил и расхохотался собственной шутке.

— Гаро, выйди, — произнес Вега. — Ты здесь не нужен.

— Ой, посмотрите, — повысил тот голос. — Какие мы важные. Учить будешь? А то что? Мамочке побежишь жаловаться, да? Давай, беги, как всегда. Любимчик сраный.

— Уважаемый, — рявкнул Усатый с трибуны так, что даже мне захотелось выпрямиться по струнке. — Здесь вам не цирк. Семейные разборки за дверью.

— Да че такого, нафуфыренный? — оскалился Гаро. — Думаешь форму напялил и все можно? Пойдем выйдем.

— Выведите его, — рявкнул Усатый куда-то за дверь.

Тут же в помещение ворвались двое солдат. Оба с разбитыми носами. За ними еще двое. Началась потасовка и разбитых носов стало три. Гаро матерился, проклинал и даже умудрился разбить бутылку одному об голову. Но его все же скрутили, повалили на пол и выволокли из помещения.

— Это что сейчас было? — произнес я, не в силах поверить в увиденное.

Слишком контрастировала эта сцена с образом человека в моей голове. Вообще никак не соприкасалось. Это Гаро?

— Я не буду комментировать, — произнес Хауст. — Скажу лишь, что с тех пор много воды утекло. А об итогах этого совещания он узнал лишь через два дня. Когда наконец протрезвел.

— Как видите, — произнес Вега. — Выбора особо нет. И хватит об этом.

— Вы даже не предоставили ему возможности, — произнес Усатый с грустью в глазах

— Он сам лишил себя этой возможности. Он сделал свой выбор в пользу бухла. Как обычно. Пусть теперь с этим живет. Я возглавлю гильдию, если моему брату это нужно.

— Нужно, — кивнул Парагон.

— Это требует большого опыта, навыков и знаний, — произнес Усатый.

— Я быстро учусь, — насупился Вега.

— А вы можете ему в этом помочь, — произнес восьмой Парагон. — Если пожелаете.

— А это… — замялся Усатый. — Поможет? Повысит шансы?

— Да, — кивнул слепой.

— Тогда приступлю, как только скажете, — мгновенно принял решение тот. — А что хоть мы будем делать в этой гильдии? Раз уж я стану частью вашей парадигмы. Можете не отвечать, если…

— Мы будем искать Ключника, — улыбнулся Парагон Врат.

— Охренеть, — произнес я.

Глава 4. И это ведь Арча считают далеко не гением, мягко говоря

Хоть мы с Гаро и договаривались встретиться в баре на сорок седьмом, но не стоит забывать, что он теперь глава гильдии. Да, игрушечной гильдии с игрушечными солдатиками. В башенке из кубиков.

Как-то так называл их тогда Первый. И теперь я понимаю, почему. Но это не отменяет того факта, что сейчас у него работы выше крыши. Так что время у меня было, благо Гаро предупредил заранее.

Я вернулся в башню в некотором смятении от всего услышанного. Хауст еще много чего хотел мне сказать, но решили, что для одного дня хватит. Надо обдумать полученную информацию и привыкнуть к мысли, что все не то, чем кажется. На самом деле не то.

Я прошел сразу в свою комнату и добрался до капсулы. Я должен был это увидеть, должен был понять и почувствовать. И вот я снова в Роркхе.

Сижу на террасе летнего кафе, пью восхитительный кофе и смотрю на прохожих. Люди, женщины, мужчины, дети, старики. Повседневная одежда, рабочая форма, шляпы, трости. Автомобили, кареты и повозки.

Все едино, все смешалось. Я смотрел на привычные вещи новым взглядом и пытался уловить разницу. Я пытался представить, что нахожусь не в виртуальном Городе, а в желудке или мозгу невероятного чудовища.

А все эти люди, лишь тени самих себя настоящих. Духи мертвых, заключенные в цифровую оболочку. Я смотрел на витрины домов и лепнину на стенах. Представлял невероятные комбинации нулей и единиц, которые каким-то мистическим образом можно было потрогать.

Ощутить прохладу кирпича или дуновение ветра. Пообщаться с человеком, будто он живой и настоящий.

А затем я делал очередной глоток кофе и магия возвращалась, расставляя все по местам. Это был Роркх. Все еще. Навсегда.

И что бы не скрывалось за искусными декорациями, кто бы не дирижировал этим оркестром, я все еще был в восторге от представления. Я все еще обожал эту игру. Я все еще хотел сражаться с Роркхом.

И в целом для меня ничего не поменялось. Ставки выросли? Да. Но какая разница? Я всегда ставил на кон все, что мог. И только так у меня иногда получалось стать сильней. Просто в этот раз будет то же самое. Поставим чуть больше, чем можем себе позволить.

Даже в таких масштабах, Роркх не изменяет себе. Те же правила, те же условия, соответствующая награда. Роркх требует смелости и уважения. И для меня даже цена неудачи останется той же. Если проиграю, то просто больше не смогу играть в Роркх.

Я допил кофе, встал со своего места и двинул в сторону центра. Как оказалось, у меня есть одно неоконченное дело. А вернее, у Джекса. И раз уж у меня выдалось свободное время, то почему бы и не прогуляться?

Я шел мимо людей, проходя перекресток за перекрестком. Все такое знакомое, привычное, приятное. И даже особо хмурые лица неписей не сильно удручали. Да, горожане словно нутром чуяли приближающуюся беду. Но вряд ли бы я это заметил самостоятельно, без подсказки.

До наступления партии было еще несколько дней, а сделать нужно многое. Договориться с Древними, собрать армию, подготовить гильдии, да и вообще организационных моментов куча. Но это все завтра. Сегодня я сам по себе.

Дойдя до здания Мэрии, обошел и двинулся в сторону Магической Академии. Дойдя до дворца, а иначе это здание не назвать, двинулся в сторону отдельной пристройки. Здесь у них что-то вроде зала почета для жителей Роркха. Ко мне тут же выскочил человек в голубой мантии прислужника и с любезной улыбкой на лице.

— Чем могу вам помочь? — спросил он, а я лишь протянул ему карточку. — О, доблестный герой Джекс Шоу. Мистер Шоу, вы наконец прибыли за своей наградой. И весьма внушительной, должен полагать. Желаете ознакомиться со всем ассортиментом?

— Нет, благодарю, — ответил я. — Давайте сразу на верхний этаж.

— Как пожелаете, — кивнул человек. — Прошу за мной.

Вместе с картой Джекса мне досталась еще одна. С начисленными пунктами доблести, которые я мог обменять на что-то полезное. Старая партия против Искажающего Миры. Нет ханта — нет награды от Города.

Но хант жив и, судя по всему, даже не умирал. А значит ту партию он отыграл полностью. В ту ночь мы с отрядом зачистили активность, прогулявшись по мирам. Плюс немного постреляли монстров на улице.

А затем я бродил в Тенях и дожил до третьей волны. А это автоматически утраивает все накопленные пункты. И как вишенка на торте, Аватара тоже добил я. Так что и отсыпали мне прилично за ту партию.

Пункты доблести не имеют срока давности. Они привязаны к ханту и если тот жив, то в любой момент может потребовать свою награду. Против Искажающего Миры выступала Магическая Академия, а значит они и обменивают свои товары.

Не то, чтобы мне было надо что-то здесь. Так бы взял какой-нибудь артефакт Оверу или Маусу, но они все еще наказаны. Может Айе что-нибудь пригодится? Или Гаро попросит чего для нашей миссии.

Но пока я приперся просто посмотреть. Так как хант завершил три волны, то у него есть доступ к товарам с третьего этажа, куда мы и поднимались сейчас по винтовой лестнице. Никогда так высоко не забирался, интересно же.

Зал был огромный. Разделенный рядами колонн, с высокими витражными окнами. Но в остальном все было знакомым. Такие же стойки с товарами, что лежат на мягких подушках под стеклянными куполами. Рядом таблички с ценниками в пунктах доблести и короткое описание товара.

Может просто зачаровать всю экипировку? Если заплатить побольше, то можно даже выбрать подходящие усиления, а не надеяться на рандом.

Я медленно и с удовольствием прохаживался по рядам стоек, разглядывая всякие жезлы, книги, свитки и амулеты. И понимал, что убийство Аватара высоко ценится Роркхом. Если учесть, что в целом мое участие в той партии не назвать значительным.

И тем не менее, я мог спокойно приобрести два-три предмета на свой вкус. И еще осталось бы по мелочи на какую-нибудь чепуху, вроде зелий и эликсиров.

Я не особо вчитывался в описания, так как не разбираюсь в магической составляющей. И большинство названий было мне не знакомо. Это характеристики револьверов я помню по названиям. И сравнив две одинаковых модели оружия могу смело сказать, которое на что бафнули.

А вот это все для меня темный лес. Особенно если учитывать то, что самые дорогие предметы выглядели наоборот каким-то древним антиквариатом.

Я замер возле одной из стоек и вчитался в название. Посмотрел на цену и сравнил с цифрами на моей карточке. Обернулся к служке и ткнул пальцем в стекло.

— Вот это. Беру.

— Кхм, хороший выбор. Но вы уверены? Этот древний артефакт одноразового действия. Тут есть куда более практичные и эффективные.

— Этот, — произнес я категорично. — Беру.

— Как пожелаете, — вздохнул человек и принялся снимать купол со стойки. — Знаете, как пользоваться?

— Подать ману? — предположил я стандартный способ. Как с рунами.

— Нет, мана не требуется. Это же божественный артефакт. Просто киньте его на любую ровную поверхность. Работает пять минут.

— Хорошо. А что он делает?

Служитель обернулся ко мне и в его взгляде не осталось ни почтения, ни чего-то еще. Он посмотрел на меня с помесью удивления и надменности.

— Это божественный артефакт одноразового применения, — произнес он чуть ли не по слогам. — Никто точно не знает его свойств. Разве что бог, создавший его. Все еще уверенны, что он вам нужен?

— Да, — твердо ответил я.

— Как пожелаете.

Я стоял на центральной площади и разглядывал загадочный артефакт. Двадцатигранный кубик был холодным на ощупь. На каждой грани изображен знак бесконечности. Аккуратно замотав его в шелковую ткань, убрал в карман.

Сначала это, потом солнце в Роркхе. Я уже ничему не удивляюсь, если честно.

— Иногда сон, это не просто сон, да? — спросил я у Роркха.

Но он почему-то мне не ответил.

* * *

— Так и было, — произнес Маус. — Только про Йорка не в курсе, Расвы сдавали квест Яру.

— А я вообще про квест ничего не знал, — произнес Овер.

— Теперь ты нас понимаешь? — спросил Маус.

— Нет, — честно ответил я.

Мы сидели за общим столом. Я лениво подкидывал мясо Плотоядику, а Рино незаметно жевал сразу три блинчика. Он на автомате засовывал в рот новый, забыв проглотить предыдущий. Звериные рефлексы, как мне кажется.

Остальные тоже были в некой прострации от услышанного, но вопросов пока никто не задавал.

— То, что ты рассказал сейчас это всем, — начал объяснять Овер, — понизило наши шансы на победу. Пока человек не знает своей судьбы, он действует по одному сценарию. Но как только он узнает последствия, то начинает менять поведение. И итог тоже становится непредсказуемым.

— А еще и Парагона больше нет, — добавил Маус. — Так что некому просчитать новые вероятности.

— А я считаю иначе. Черч четко дал понять, что как только я принес ему вино, он был обязан рассказать мне правду. На той картинке был обмен вина на красную карту. И Парагон должен был учитывать, что я в любом случае поделюсь информацией с отрядом. Потому что люди в этой комнате для меня важнее.

— Важнее целого мира?

— Если я прав, то ничего не случилось. Расвы и ОбсСис утаивали все от всех. И что, это помогло нам победить на Обороне? Отряд будет работать куда эффективней, если будет знать правду. Я так считаю. Многих ошибок можно было бы избежать, расскажи вы все сразу. Например, кому-то не пришлось бы мыть стены. Или хант Веста не помер бы просто так.

— Я за это расплатился, — насупился Маус.

— Подтверждаю, — кивнул Вест.

— Я не был в ОбсСисе, — продолжил тем временем Маус. — И камень тот не видел. Просто однажды в том баре, где я зависал, появился игрок. Мужик сорил деньгами и клеил самых сочных цыпочек. Слово за слово и он рассказал о себе. Мол, найтхант, Расв. И как все хорошо у него в жизни. И как классно играть на ночной стороне.

И я пошел. Сначала сам, потом обучение в гильдии, затем ко мне подошел Гаро и намекнул, что было бы не плохо, если бы я сопровождал его отряд. А затем я стал Расвом. Но в отличие от остальных новичков, меня сразу отправили к Веге. Там все и объяснили.

Игрока из бара я больше не видел. И среди Расвов я его не нашел. Мне объяснили, что меня выбрал Парагон для какой-то определенной задачи. И от меня требуется просто играть и ждать указаний.

— Тебе сказали провести нас к Хохуро, — не спросил, но произнес я.

— Да, — кивнул Маус. — Парагон сказал, что среди нас был Ключник. Кто же знал, что он говорил о Джексе, а не об игроке. Я не мог поступить иначе. Не мог рассказать и объяснить.

— Но ты согласился вступить в мой отряд после этого.

— Да. Я тщеславен, чего уж скрывать.

— Вот это неожиданность, — хохотнула Ана.

— И да, я не хотел быть одноразовым… Кем-то. Хотел быть частью чего-то большего. И мне казалось, что в этом отряде я буду полезен. И я бы рассказал, Арч. Честно. Но это запрет Веги и договор о неразглашении.

— Забей, — отмахнулся я. — Проехали. В конце концов ты и вправду много сделал для меня и отряда. Ведь это твоя идея была отправить меня к Рэду.

— Да, — кивнул Маус. — Значит ли это…

— Нет, — отрезал я. — Еще два этажа и пещера с хранилищем.

— А меня вообще никуда не водили, — ответил Овер.

— Ты же был там? — спросил я. — С Юмидаем. Что ты видел?

— Себя, — пожал плечами Овер. — Себя во всех моментах сразу. И чувствовал я тоже себя. И мне все не нравилось, все было скучным и не правильным. Тогда я ухватился за это чувство и захотел, чтобы мне было хорошо. В этот момент будущее стало меняться и множиться. Я увидел себя с короной из черепа и мне стало хорошо. Мне было весело и интересно. Но количество возможных вариантов, которые я увидел, было слишком велико. В какой-то момент я поймал рассинхрон и вылетел из капсулы.

Мне сказали, что я был в резонансе около десяти секунд. А затем провалялся без сознания несколько дней. Реабилитация, восстановление и все такое. А затем я начал искать ханта, который носит короны из черепов. А когда нашел малефика, получающего бафы и синергию, если носит подобные украшения, то понял, что хочу играть за него.

Но Расвам не нужны малефики и некроманты. Им нужны однообразные, проверенные стихийные маги. И тут пришел ты и сказал «играй на ком хочешь». Вот и все. Я не знаю, какие были варианты будущего и куда приведет мой путь. Помню лишь обрывки. Но мне нравится то, где я сейчас.

— Кхм, — произнес Рино. — Раз уж мы тут все откровенничаем и нарушаем договоры с Расвами, то я спрошу то, что давно интересно всем. Как ты обчистил гнездо Импов?

Все уставились на Овера в повисшей тишине. Признаюсь, даже мне стало интересно. А тот лишь глянул на Рино, словно на ребенка.

— Я думал, это и так всем понятно?

— У меня лапки, — напомнил Рино.

— Ты просто задаешь неправильный вопрос. Из-за этого не можешь найти правильный ответ.

Что-то екнуло у меня в голове после этой фразы Овера. Что-то не связанное с Импами. Но как промелькнуло, так и исчезло. А следом пришло и понимание по поводу Импов.

— Вопрос не в том как, а в том, почему? — улыбнулся я.

— Вот, — кивнул Овер. — И это ведь Арча считают далеко не гением. А догадался.

Теперь уже все уставились на меня. Я лишь развел руками. Такое приятное чувство, когда понимаешь то, что большинство не понимает. Признаюсь, чувство не очень знакомое, но приятное. И прерывать его я не собирался.

— Почему он обчистил Импов? — спросил Рино.

— Нет. Почему он вынес то, что он вынес.

— Ну, с коврами понятно. И статуэтка. Это для старухи.

— А мантии мне просто нравятся, — кивнул Овер.

Рино принялся яростно чесать голову и рычать. Кажется скоро случится приступ звериной ярости. Овер быстро понял что к чему и поднялся с места.

— Два этажа сами себя не отмоют, так что пойду я, пожалуй.

— Мне тоже пора, — поднялся я. И вовсе не потому, что боялся разозленного териантропа. — У меня еще встреча на сегодня.

* * *

— Хауст сказал, что ты отказался от связного.

— Видел я этого связного. Он все еще просит называть его Ином.

— Это потому что после той партии весь отдел называет его Неуловимым Джо, — хохотнула девушка в красном платье.

— Ну не знаю, нормальный мужик вроде. Но не люблю я военных. И что он забыл в Пауках?

— Он не совсем Паук. Правительство хоть и выделило кучу ресурсов, но контроль не ослабило. Они следят за тем, чтобы никто не зазнавался и не пытался присвоить себе халявное. Джо просто один из проверяющих, которые следят за тем, чтобы гильдия выполняла свою часть работы.

— А ты? — спросил я у Рю.

— Я теперь твой официальный связной. У Мечника же нет аккаунта в Обсервере. Он как бы и там и тут. Да и вообще я вроде как представитель всего ОбсСиса. Так что если тебе нужно что-то…

— Конь, — произнес я.

— Что, прости? — удивилась Рю.

— Коня хочу. Револьверы есть, стрелять умею. Шляпа тоже. А коня нет. Какой из меня ковбой без коня? — улыбнулся я ей.

Девушка смотрела на меня пристальным взглядом, словно пыталась понять, шучу я или нет. А затем все же выдохнула, расслабилась и откинулась на спинку стула.

— Давно догадался? — спросила она.

— Догадался давно, — пожал я плечами. — Но там именно что догадки были. А убедился уже после разговора с Мечником. Ты думала, что я Ключник.

— Как-то связан с Ключником, — поправила она. — Так мне объяснили.

— Ага. Связан. Меня путала осведомленность Пауков. Но Хауст объяснил, что далеко не все сотрудники ОбсСиса в курсе происходящего. А значит ты стала помогать мне потому что узнала правду. Ты ведь вытаскивала для меня информацию, которой не должна была делиться.

— Ага, — улыбнулась Рю. — Пока меня не застукали за этим делом. Между прочим, мне за тебя сильно влетело. Благо Первый начал сливать информацию и Паукам пришлось затаиться. Если бы кто-то решил, что это мы, а еще узнал, что Пауки — часть ОбсСиса…

— Это было бы печально, — кивнул я. — Толпы игроков, штурмующих здание компании, которая якобы сливает сведения об игроках.

— Да еще и гребет деньги за информацию, которой владеет незаконным путем. Ну, в рамках игры, разумеется. У нас же есть карта Роркха с отслеживанием большинства действий игроков.

— Да, но вы же старались как лучше.

— Но ты все равно мне должен, — хитро прищурилась она. — А в этом баре как раз есть хорошие комнаты с большими кроватями.

— Неа, — усмехнулся я.

Ее лицо надо было видеть. Спектр эмоций начиная от удивления, заканчивая яростью. Примерно четыре разозленных Рино из десяти, так что не страшно. Но на всякий случай я продолжил мысль.

— Считай, что ты наказана. За долгое молчание и отсутствие.

— Ты же в курсе событий. Знаешь, что мне нельзя было выходить на связь.

— Двое недавно похожее мне втирали, — усмехнулся я. — Сейчас стены моют в замке. Так что ты еще легко отделалась. Захочешь комнату с большой кроватью — у меня есть такая. Но не здесь, а в реале.

— Опять то же самое, — улыбнулась Рю. — А вот фиг тебе.

— Вот как мы заговорили? — продолжал я улыбаться.

— Спасешь мир, тогда и поговорим.

— Договорились, — кивнул я. — Еще кофе?

— С удовольствием.

* * *

— Извини, немного замотался со всем этим бардаком.

— Не парься, у меня тоже были дела.

Мы с Гаро сидели за стойкой бара. Больше тут никого не было, даже старик куда-то пропал. Гаро попивал какой-то напиток, но делал это без особого энтузиазма. Вряд ли он может себе позволить сейчас напиваться.

— Для начала, — заговорил он. — Готов отчет аналитиков по Джексу. Сам понимаешь, в рамках Роркха это все равно, что вилами по воде. Но других версий у нас нет.

— Жги, — кивнул я, примерно догадываясь, что он скажет.

— Если коротко, то версия строится на том, чего раньше никогда не происходило. А значит и сравнивать нам не с чем. Джекс стал Вестником. Вернее, частью Вестника. А затем и частью Аватара. Но получается, что темные боги не умирают, как и их Вестники. По сути, это же живые существа, перешедшие в свое время на сторону Роркха. В каком-то смысле, как и Древние — они бессмертны.

Вот и Джекс вместо того, чтобы откиснуть… Блин, слово прицепилось. Короче, он ушел в мир Искажающего вместе с Вестником. И уже там регенерировал. Что-то поменялось в мозгах наверняка. Но тут никто ничего однозначного не скажет.

А вот глаз и рука, с этим проще. Тут были нанесены физические раны. Но восстанавливал оболочку Роркх. По сути Джекс получил регенерацию не естественным путем, а как будто он был частью темного бога. Отсюда и эффект.

— И он жил там все это время?

— Не знаю. Никаких логов у нас нет. Но если он жил в мире Искажающего, то с такими силами он мог путешествовать по сотням миров. И в итоге вернуться в ночь, когда Искажающий вновь посетил Роркх.

— И теперь он может открывать порталы?

— Мы так считаем. Начнется партия, тогда и проверим.

— Может сначала протестировать эту способность? В вашем посохе же как раз два заряда осталось, ты говорил. Кстати, куда девался третий? Их же по три обычно в таких артефактах.

— Вега пытался открыть, — пожал плечами Гаро. — Был маленький шанс, что он окажется Ключником. А тормозить нет смысла. Это либо сработает, либо нет. Но чем дольше мы медлим, тем сильнее будет Роркх.

— И какой план?

— ОбсСис готовит информационный вброс. Под эгидой нового ивента. Что-то вроде второй попытки, так как Оборону игроки проиграли. Награды тоже объявят, если получится, то гильдии с радостью раскошелятся. Сами гильдии уже в курсе, по крайней мере ключевые. Подготовка уже ведется. Должны успеть.

— Ясно, — произнес я.

— Теперь по поводу Йорка.

— А с ним что?

— Его как бы не существует. В парадигмах.

— Так. Я сегодня, конечно, почувствовал себя очень умным, но два раза подряд уже перебор.

— В Парадигме Врат, если верить словам аналитиков и Черча, Йорк не появлялся ни в одном из всех возможных вариантов будущего. Ни в тех, что так и не наступили, ни в оставшихся возможностях.

— И что это значит? Он никак не влияет на происходящее?

— Возможно. Но в других парадигмах его тоже не было. Но он называл себя богом.

— Наместником бога. Или как-то так. И еще про двоих говорил.

— И про этих двоих тоже никакой информации. То есть у нас имеется Легенда о Страннике, аналогии с Черным Императором. И сам Йорк принимает квест Договора о Войне, хотя мы пробовали отдавать клинки иным богам. Ничего не выходило. А тут… Короче. У аналитиков есть версия, что Йорк — неучтенный фактор.

— Все еще перебор, — напомнил я.

— Его действия невозможно просчитать или учесть. Как и его влияние на события. Все-таки Древний, которого взял под контроль Юмидай, не был богом. Вроде как он и не должен видеть то, что они делают.

— И к чему это все?

— Не знаю. Просто решил сообщить. Наверное это важно. Возможно он сможет нам помочь, если получится как-то протащить его туда. Только я без понятия как это сделать.

— Я спрошу Овера и Неми. Может быть возникнут какие-то идеи.

— Спасибо, — ответил Гаро. — Думаю, у твоего отряда больше информации по этому Йорку, чем у всего нашего отдела аналитики. Поэтому…

— Мы поделимся, — кивнул я.

— Только Арч, — напрягся Гаро. — Ты же понимаешь, что о твоей поездке в ОбсСис никто не должен узнать? Даже Маус с Овером.

— Ты же понимаешь, — передразнил его, — что я уже все им рассказал.

Гаро лишь вздохнул и сделал большой глоток из стакана. Помассировал виски и даже как-то немного ссутулился.

— Ладно. Чему быть, тому быть. Чего уж теперь.

И правда. Мы продолжили пить в тишине. У меня не осталось вопросов, которые я хотел бы задать. Впервые за все это время. А те, что вертелись в голове, казались какими-то мелкими и незначительными.

Гаро первым прервал затянувшееся молчание.

— Ты же видел, да? Тот день. Он показал тебе?

— Да, — не стал я юлить. — Признаюсь, удивлен. Но лезть не стану, не мое дело. И про тебя я ничего не рассказывал даже своим. Опять же, это ваше семейное, так что…

— Спасибо, — произнес здоровяк. Снова пригубил стакан и уставился в пространство, словно вспоминая. — Парагон был старшим. Затем родился я, а следом Вега. У него были проблемы со здоровьем. Слабое сердце. Он не виноват, он ведь родился таким. Но родители носились с ним, словно с хрустальным.

Всю свою жизнь я слышал две фразы. Слушайся старшего брата и не трогай младшего. Всегда одно и то же. Парагона всегда ставили мне в пример. Будь как он, делай как он, слушайся его, повторяй за ним. Словно я должен был стать его копией.

А сами родители тем временем носились с Вегой. Врачи, клиники, лечение. Ничего не помогало, но они старались. Это я уже потом понял, когда начал работать с нашим психологом. Мне кажется, Вега его специально для меня пригласил.

— Вы хоть успели… Помириться с ним?

— Вроде как да, — улыбнулся Гаро. Улыбнулся искренней счастливой улыбкой. — Мы мало общались в последнее время. Но когда получалось, то общались нормально. Он даже оставил мне сообщение, записанное за день до Обороны. И вроде как не злился ни на что.

— Ты сильно изменился за эти годы.

— Это да. Я ведь был тем еще гандоном, чего уж. Бунтарство, постоянные драки, ссоры с отцом. А он тот еще диктатор. Да и Вегу я иногда лупил, хоть и аккуратно. А когда окреп, то и старшему доставалось. Я хотел внимания. Чувствовал себя обиженным и обделенным. От того и злым. Поэтому я очень расстроился, когда ты избил того паренька в додзе. Я не хотел, чтобы ты повторял мои ошибки.

— Твоя ярость и моя — разные. У них разные источники.

— Теперь я это вижу. Твоя делает тебя сильнее. Упертым. Без нее бы ты не прошел свой путь. И уж точно не смог бы надрать зад Мечнику. А моя делала меня слепым. И глупым. Я ведь сначала узнал только про Вегу. А потом Первый начал убивать остальных Парагонов. Я когда понял, что произошло, тогда и перестал вести себя как засранец. Пытался хоть как-то помочь им.

— Ты так-то не мало делал. Паладины, новички, преподавание, тренерство. И это только то, о чем я знаю.

— В новички я сам ушел. Кто-то должен был искать Ключников и игроков, что станут аспектами парадигмы. Вроде Мауса. Думал, что станет легче. Ведь новички ничего про меня не знают, в отличие от верхушки гильдии. Но потом они начали смотреть на меня, как на какого-то героя. А это еще хуже. Самое забавное, что меня вообще не должно было здесь быть, — усмехнулся Гаро. — Они ведь вдвоем пошли. Ну, старший первым, а затем уже потянул Вегу. Хотел излечить его обратной синергией. А меня, говнюка, никто не позвал. А я и не хотел идти, но из принципа напросился в бета-тест. А теперь вот… Вот как оно обернулось. Я бы сейчас все отдал, чтобы оказаться на месте Веге.

— Кхм, ты и так на его месте. Я в том смысле, что он ведь изначально готовился к тому, что ты здесь окажешься. Иначе бы он сам назначил преемника, если бы не верил в тебя.

— Черч сказал примерно то же самое. Но ты понял о чем я говорил. Братья у меня были классные. Лучше меня.

— Ты ничем не хуже, это точно.

— Только вот они давно меня простили, а я сам себя — нет.

— Так может пора? — улыбнулся я.

— Думаешь?

— Мне тут сегодня намекнули, что спасение мира, это вполне себе повод.

Глава 5. Так вот кто тырил наши блинчики

— Безумный Мечник сказал, чтобы ты сходил к Хохуро и убедил его, убедить остальных Древних вступить в бой.

— Сам пусть сходит, он же из их братии.

— Он сказал, что не может. Ты выгнал его из Роркха.

— Вот значит как? То есть как за Джексом с монетой бегать, так он и не уходил. А как по канализации шастать, так не может.

Рю лишь пожала открытыми плечами. От этого жеста бретелька красного платья соскользнула чуть ниже положенного, открывая взору чуть больше румяной кожи. Я встряхнул головой, прогоняя навязчивые мысли.

— Ты сейчас с ним на связи? — спросил я ее.

— С помощником, который хвостом бегает за Хаустом.

— Передай, что я приглашаю его обратно в Роркх. Хитрожопый ублюдок ведь этого ждал? Радуется сейчас, что все по его плану получилось.

Девушка лишь загадочно улыбнулась и принялась водить глазами из стороны в сторону. Набирает сообщение через Обсервер. Через пару минут она наконец посмотрела на меня.

— Безумный Мечник просит тебя сходить к Хохуро и поговорить по поводу битвы. Сам он занят подготовкой.

— Да твою же импову срань! — воскликнул я, закатывая глаза.

— А еще говорит, что обратно приглашение забрать нельзя.

— Надо было спустить курок в тот раз. Зря я его пожалел.

— Ты поступил как джентльмен, Арч, — хитро улыбнулась Рю.

— А тебя, я смотрю, забавляет это все, да?

— Чуть-чуть, — она пальцами показала расстояние, насколько ее это забавляет. И явно лукавила.

— Ладно, схожу. Все равно делать нечего. Нам нужны Древние. Причем вообще все, желательно.

— Информацию по ним я уже скинула тебе на почту. У Расвов тоже имеется копия в архивах, но чтобы не искал. А тебе вообще нечего делать? А как же подготовка?

— Так у нас с Обороны все осталось. Как и у всех. Сейчас просто адаптируем сборки, а остальные занимаются мелочами. За пару дней управимся, думаю.

— С чем пойдешь? Из вооружения, я имею ввиду. У тебя же Сетройт в привязке.

— Пара Лис. Привык я к ним уже. Один Нокс, один Сетройт с полным барабаном. Раз уж придется брать с собой пятый калибр, то смысла тащить еще и Чайки я не вижу. Остальные пойдут на своих сильнейших хантах. Но мы еще не разобрались с проклятыми вещами, а вот времени на эксперименты уже мало.

— У Пауков мало информации по этим штукам. Нечем помочь особо.

— Знаю. Да и времени тоже не хватит. Просто возьмем то, к чему привыкли. И на чем играем лучше всего. А Пауки пойдут на войну?

— Некоторые. Те, что играют в гильдиях и являются там связными. Пауки, что чисто в ОбсСисе сидят скорее аналитики, нежели бойцы. От них толку мало.

— Мясо тоже пригодится. Там ведь нет никаких ограничений по весу. Роркх набирает войска, а значит мы в любом случае столкнемся с определенным количеством монстров.

— Арч, тут не в этом дело. Мы не знаем, что будет по ту сторону врат. Скорей всего это будет не изначальный мир Роркха, а его копия, что и во время Великой Обороны. Связующее звено. Мы идем уничтожать не сам проводящий кристалл, а его виртуальную копию. Это оборвет связь между мирами. И никто не знает, что станется с игроками после этого.

— Хочешь сказать, что если умереть там, то умрешь и в реале?

— Нет. Если умереть там, пока врата открыты, то игрока выкинет из капсулы. А если разорвать связь, уничтожив кристалл, то врата закроются.

— И игроки, оставшиеся там, окажутся заперты.

— Это одна из вероятностей. Но аналитики склоняются к тому, что так оно и будет.

— Но ведь кто-то должен уничтожить кристалл. Значит, как минимум один игрок останется внутри.

— Как минимум один — да.

— И кто это будет? У вас ведь уже есть план, да?

— В идеале, Мечник сам хочет уничтожить кристалл. Но он вряд ли справится.

— А вот сейчас не понял. Кто, если не он?

— Сам подумай. Роркх хитер и опытен. И он умеет влезать в мозги, незаметно, аккуратно. И еще он практически всесилен в рамках Договора. Он может предложить такое искушение, что устоять будет трудно. Например, создать для Мечника его мир, лишь бы он не трогал кристалл.

— Это будет не его мир. Лишь копия.

— Думаешь, кто-то отличит? Ты часто замечаешь, что Роркх, в котором ты играешь — ненастоящий? Если бы не было рассинхрона и реала, как быстро бы для тебя стерлась эта грань? А создать целый мир, пусть и искусственный, для него не проблема.

— И что тогда? Какой план?

— Не знаю. У вас же вечером совет в гильдии. Вот там и послушаешь. Но скорей всего Мечника не подпустят к кристаллу. Если он сдастся и пойдет на поводу у Роркха, а такой вариант нельзя отрицать, то кристалл станет защищать неубиваемый монстр, похлеще любой темной твари.

— Ты же не думаешь, что я подойду на роль спасителя? — усмехнулся ей в ответ.

— Вряд ли, Арч. Ты хороший парень, но уверена, Роркху не составит труда тебя переманить. Как и любого другого. Скажем, целый мир тебе в распоряжение. Сделать тебя бессмертным богом, которому все поклоняются. Мало? Десять миров? Сто миров в правление? Вечность в любых развлечениях, какие только можешь себе представить. Все, что пожелаешь. Возможно, он покажет тебе это сразу, стоит лишь коснуться кристалла. И уже в этот момент грань сотрется.

— Так не трогать эту штуку. Пальнуть с расстояния в каменюку. Кристалл вроде не отличается особой прочностью.

— Ты же видел его. Глядел в него. Одного взгляда, чтобы прицелиться, будет достаточно. Да и не на столько он хрупкий, чтобы разлететься с одного выстрела.

— И что тогда делать?

— Не знаю. Но у Гаро вроде бы есть план.

— У Гаро? Ты серьезно? Я знаю, какой у него план. Сдохнуть и спасти человечество. Сыграть в великого мученика и заслужить прощение таким образом.

— Кому-то придется, — пожала она плечами и улыбнулась.

Ну да. Кому-то придется. Надо пересмотреть таблицы боеприпасов на Нокс. Должно быть что-то, чего будет достаточно. Один выстрел с третьего калибра и все. Жаль, потренироваться не на чем.

— Ладно, это будет вечером. Пойду к Хохуро сгоняю, пока время есть. По какому адресу он сегодня обитает?

— Под Ложей, как обычно. Тебя пропустят, Юмидай договорился.

Минут сорок ушло на дорогу и ожидание остальных. Когда я сообщил отряду, что собираюсь в серую зону, те решили меня сопровождать. Да, это Хохуро, но имп его знает, что творится в законсервированных мозгах этой сраной мумии.

А рисковать Джексом, который теперь Ключник, это такое себе. Но в целом, моего отряда должно быть достаточно, чтобы разобраться с любыми мелкими неприятностями. Просто больше всего мы боялись подлянки от Роркха. Как бы он не попытался уничтожить Джекса заранее.

Все-таки это будет в рамках правил, а значит в серые зоны в одиночку лучше не соваться. Сраный Мечник, лучше бы он сам туда поперся. Кем бы рискнуть, единственным ключом к победе или бессмертным засранцем? Выбор очевиден.

Жаль, что я не догадался озвучить эту мысль, пока общался с Рю. Я мастер крутых ответов задним числом, когда разговор уже состоялся. Ладно, где наша не пропадала? Если сраной мумии днем бояться, то о какой Великой Контратаке вообще речь?

Отряд подтянулся постепенно. Рино на проклятом ликане, Маус на фокуснике, Овер взял малефика, остальные как обычно. Вест и Айя не смогли присоединиться, заняты подготовкой. Веста запрягли организовывать новичков-Расвов. Я так понял, он сменил Гаро на этой должности. А Айя должна повторить фокус с призывом демона, так что с ней вообще носятся, как с хрустальной.

Дверь открыл пожилой дворецкий, но лицо было мне не знакомо. Правда у этого высокомерия во взгляде не наблюдалось.

— Вас ожидают, господа.

— А где предыдущий? — спросил я. — Был же другой, я ему в жбан еще периодически лупил.

— Скончался на работе, — кивнул дворецкий, не выказывая страха.

— Гаро прибил, — произнес Маус из-за спины.

— И когда успел?

— Когда нас с Овером выдернули после Обороны. Мы к Юмидаю ходили в гости.

При упоминании имени Древнего, дворецкий ощутимо вздрогнул. Ага, значит непись в курсе как тут все устроено и кто на кого горбатится. Ладно, тем проще.

Полковник тоже окликнул нашу процессию, предложив чаю или чего еще. Я лишь отмахнулся, как от настырной мухи. Вот вообще сейчас не до него было.

— А этого че не грохнули? — спросил я.

— Да повода не было, — пожал плечами Маус.

— А дворецкого, значит, за дело?

— Попался под горячую руку. Бывает.

Ох уж этот Гаро. Хотя, признаюсь, если бы пришлось выбирать, я бы тоже того напыщенного старикашку грохнул.

Мы спокойно прошли через малую библиотеку до самой дыры. Я или Джекс, но кто-то подметил новую кладку в стенах комнаты. Походу, у них тут вечеринка была, а меня опять не позвали.

Спуск в дыру не занял много времени. Специально для нас установили удобную лестницу. В катакомбах тоже все обустроили, развесив магические светильники по стенам, указывая нужный путь.

Но дорогу можно было найти с закрытыми глазами по возрастающему чувству беспокойства. Минут через десять мы вошли в знакомый квадратный зал. По периметру ряды колонн, потолка не видно, а фонари здесь и вовсе не горят.

Вряд ли это то самое место, где мы с Хохуро встретились впервые. Но очень похоже. От нахлынувших воспоминаний стало немного не по себе. Может быть на месте Веста я бы и сам не пошел сюда без необходимости.

Дойдя до центра зала, остановился. Хохуро никак не выдавал своего присутствия. Даже песок не шелестел как обычно. Только воняло затхлостью и прахом. Подав волю, активировал Око Бога и поднял голову.

Картина, что я увидел, на самом деле завораживала. Всего на мгновение, но мне показалось, что я ослеп. Слишком ярко сияло существо, повисшее под потолком в сиянии линий. Ленты, при взгляде на них через Око, виднелись белыми росчерками, а не алыми.

Таким же тугим переплетением нитей была и фигура Хохуро. Только Оком я видел не старую, дряхлую мумию, а нечто другое. Существо, величественное, огромное, в полупрозрачных одеяниях, отливающих белизной и золотом.

Хохуро понял, что я его вижу. И начал медленно спускаться на своих лентах, впившихся в потолок и стены. Рунические повязки извивались, словно живые. А каждое их движение оставляло в воздухе размытый след.

И все это сияние на фоне абсолютного мрака подземелья.

— Что ты видишь своими необычными глазами, Ключник? — произнес Хохуро с усмешкой.

Его фигура повисла в паре метров над полом, так что мне все равно приходилось смотреть на него снизу вверх. И, честно говоря, зрелище развевающихся одежд, а также сама огромная статная фигура, внушали легкий трепет. Почему-то хотелось встать на колени, глядя на это древнее существо.

Но Джекс легко пересилил это наваждение. Оглянувшись, посмотрел на свой отряд. Все стоят напряженно, немного склонив головы. Переминаются с ноги на ногу. Они не видят того, что вижу я. Но чувствуют.

Вспыхнули магические светильники, развешенные на колоннах. Они прогнали мрак и затопили комнату теплым светом. Магия образа исчезла, стоило зрению вернуться в норму. Передо мной снова висела тощая мумия в переплетениях живых лент.

Но теперь я смотрел на Древнего несколько иначе. Его первобытный образ не выходил из головы. И Царь-Бог Хохуро стал чуть больше соответствовать своему титулу.

— Я видел тебя прежнего, — ответил на его вопрос. — Словно тень тебя еще здесь.

— Да. Именно тень. Таким бы я стал, не запечатай Юмидай остатки моего тела в этот саркофаг из лент. Но даже они не смогут даровать исцеления. И уж точно не удержат меня еще одну вечность. Скоро и я стану лишь призраком самого себя. Тенью тени былого величия.

— Я пришел договориться. Нам нужно, чтобы Древние выступили против Роркха следующей ночь.

— Договор, уговор, приговор, — рассмеялся Хохуро, возвращаясь к привычной манере.

— Хватит этого. Можешь же нормально общаться, — прервал я его, не сдерживая раздражения.

— Древние живы благодаря Договору. И благодаря ему же, мы независимы. Но наши тела созданы Роркхом. Если мы попытаемся нарушить договор, пусть и косвенно, то нам это аукнется.

— И что дальше? Будете сидеть здесь и разлагаться?

— Погибнем там, погибнем навсегда. Тебе не понять. Ты лишь потеряешь одну из шкурок, но таким как ты, не привыкать.

— А еще нам не привыкать жить вечно. И вам бы не советовал. Уж лучше сдохнуть живым, чем жить тенью тени былого величия, — вернул я Хохуро его же слова.

— Ты не понимаешь чего просишь. Когда время не властно над тобой, умирать становится еще страшней. Ваши жизни пусты и мимолетны, потому вы готовы отдавать их так легко. Жизнь Древнего — бесценна. И даже призраки прошлых сейчас живее, чем многие из людей. А ты предлагаешь им лишь смерть. Зачем им это? Зачем рисковать?

— Чтобы сделать то, для чего они и стали Древними. Вам не подарили эту вечность за ваши заслуги. У вас и заслуг никаких нет. Вы просрали все, что у вас было и вам просто подкинули еще один шанс. А теперь вся ваша братия решила просрать и его.

Я чувствовал как начинаю закипать. И тут уже не было вопросов, кто из нас с Джексом начал злиться первым. Мы оба, одновременно. Слова старой мумии выводили нас из себя.

— Шанс? Нет никакого шанса. Если вы нашли Ключника, значит Роркх позволил вам это сделать. Если вы откроете врата, значит Роркх хочет, чтобы вы их открыли. Невозможно обыграть чудовище в его же игру. Он куда опытнее вас.

— Новичкам везет, — пожал я плечами. — Да и должна была эта древняя развалина хоть раз ошибиться. Ты же трухло старое и то ничего не можешь. А Роркх и того древнее. И если он сам решил пустить нас к себе, то это его ошибка.

— Ошибка? Ты наивен, котенок. Ты ничего не знаешь об этом существе. Или ты думаешь, что он отдал вам ведающего будущее, а себе ни одного не оставил? Думаешь, ваши с Юмидаем попытки просчитать парадигмы, не часть его плана? Не будь столь самоуверен.

— Буду. А ты не будь таким трусом.

— Трусом? — прогрохотала мумия. — Я Царь-Бог…

— Трус ты замшелый, — прервал я его, повысив голос. — И вся ваша компашка такие же. Мечник сдох сотню раз и готов помереть еще сотню, лишь бы отомстить Роркху. А вы все, сборище крыс, разбежавшихся по углам.

— Не зазнавайся, Ключник! — проревел Хохуро. — А то ты можешь и не дожить до следующей партии.

— И что ты мне сделаешь? Убьешь одну мелкую шкурку? Это все, на что ты способен, да? Царь-Бог. Если ты и остальные Древние, это сильнейшие воины своих миров, то я не удивлен, что вы проиграли. По сравнению с Мечником, вы позор своих миров. И ты прав, раз вас выбрали Древними, то Роркх всех обыграл. Он подсунул нам бесхребетных слабаков.

Меня понесло, но я уже не мог остановиться. Даже ублюдок Мечник, что убивал меня из раза в раз, вызывал больше уважения, чем этот дряхлый старик. Если бы можно было превзойти резонанс по синергии, то сейчас я бы это сделал.

Потому что Джекса тоже раздирало от ярости. Мы, по сути простые люди, стоим сейчас перед древнейшим божеством и убеждаем его пойти сражаться вместе с нами. Ради общего дела, против общего врага. Но вместо переговоров это похоже но увещевания капризного ребенка.

— Ты оскорбил меня, Ключник, — пророкотал Хохуро. — Никто никогда не смел говорить со мной в таком тоне. Ты жалкое примитивное создание, посмевшее замахнуться…

— Хватит трепаться, — проорал я.

Но мои слова затонули в грохоте выстрелов. Я даже сам не понял, когда Лисы успели прыгнуть в ладони. Ленты среагировали мгновенно, сплетаясь в тугой клубок на манер щита. Мой отряд сдвинулся с места, я почувствовал растекшуюся ауру и жар недавно нанесенной татуировки.

— Не лезть, — рявкнул им. — Это наш с Джексом бой.

— Ключник, вратник, привратник, — расхохотался Хохуро. — Мы это уже проходили. Хочешь повеселить старого Хохуро. Давай я помогу, чтобы было интересней.

Я видел выстрелившие нити лент и почти успел среагировать. Но в последний момент замер, позволяя им впиться в мое тело. Сразу шесть полос протянулись от Хохуро ко мне. Я видел алую волну силы, катящуюся по рунам, чтобы влиться в тело Джекса.

Бросить Лис, круговым движением собрать ленты в пучок. И вырвать их разом из своего тела. Рывок на себя, слышится возглас удивления и неверия. Тощее тело мумии срывается из-под потолка и летит в мою сторону.

Выстрелившие в стены и колонны ленты останавливают полет твари, но слишком поздно. Длань Бога сияет белым, не уступая по яркости багровым вспышкам лент. Длань Бога складывается в кулак. Прямой удар в челюсть. Ленты собираются в узел, защищая лицо хозяина, но этого не достаточно.

От ударной волны с потолка осыпаются мелкие камни, а на полу появляются новые трещины. Тело Хохуро с грохотом выстреливает в противоположную стену. Удар и каменная кладка осыпается на пол.

Я стою в ореоле белого света, испускаемого моей левой рукой. Алые ленты пульсируют в такт учащенного сердцебиения Древнего. Из-под завалов слышится довольный хохот, а мой отряд отступает, прячась за колоннами.

Из-под груды камней выстреливают к потолку ленты, а затем они вытягивают тщедушное тело мумии. Тварь поднимается под потолок, а я достаю Лис обратно и силой воли заставляя Око вновь работать. Я вижу все и даже больше.

— Поиграем, — рокочет Хохуро и его голос эхом разносится по залу.

Первая атака состояла из пяти лент, копьями вонзившимися в пол под моими ногами. Хохуро учел ошибки предыдущего раунда и теперь ленты атаковали стремительно, но возвращались к хозяину еще быстрее.

Вторая атака была похожа на первую, как и третья. Затем Хохуро начал бить лентами по очереди, так что теперь это был не мощный залп, а пулеметный огонь алых копий, выстреливающих пружинами.

Но нам с Джексом было плевать. Молниеносные атаки сверху вниз, под углом и даже по прямой. Ленты вонзались в пол, стены и колонны, вырывая целые куски камня, разбрасывая вокруг мелкую крошку, заполняя зал пылью.

И даже когда ублюдок сменил тактику, нам все еще было плевать. Ленты перестали светиться, полыхая лишь в момент атаки. Теперь они обвивали весь зал, стелясь по полу и потолку, прячась за колоннами и грудами камней.

Лишь для того, чтобы выстрелить смертоносными жалами мне в спину, сбоку, сверху, со всех сторон. Но нам с Джексом было плевать.

Темнота больше не прикрывала ублюдка. Я видел отчетливо каждый сияющий жгут. Для меня зал словно покрылся паутиной извивающихся вен, сомкнувшихся клетью. А в центре были мы с Джексом.

И мы двигались, делая ровно столько, сколько нужно. Видя каждую атаку, мы позволяли лентам скользить в опасной близости от тела. Со стороны казалось, будто мы балансируем на грани, но на самом деле мы просто не тратили сил больше, чем было нужно.

Хохуро, Древний, с артефактами лент, исписанными рунами на языке, близком к изначальному. Чудовище, перебившее в одну из партий несколько отрядов игроков и еще больше монстров.

После Безумного Мечника… После тренировок Рэда… После испытаний выпавших на долю Джекса. После нашего с ним объединения. Да с Оком Бога. Для нас этот противник был слишком медленный.

— Ана, ты тут единственная шаришь, — произнес Рино из-за колонны. — Это Красная Лента? Он этому учился все это время?

— Я ее не изучала. Только видела в голокоме и на записях.

— Это не она, — произнес Маус. — Я видел Гаро, исполняющего этот стиль. Видел записи с Рэдом и видел Арча. Это не она. Больше нет.

— Тогда что?

— Не знаю. Хант на сорок две ловкости, естественный резонанс, плюс навыки их обоих. Это что-то новое. Больше, чем Красная Лента Рэда. И вряд ли это возможно повторить.

А я продолжал перетекать из одной точки пространства в другую. Медленно, плавно, но достаточно, чтобы ленты даже не коснулись меня. В поднятой пыли, под грохот летящих камней, под хохот Хохуро.

И я вплел в эту мелодию разрушения барабаны Лис, плюющих смертью. Хохуро даже не шевелился, так и скрючившись под потолком. Ленты защищали его, изгибаясь, извиваясь так, чтобы пули рикошетили в стороны.

И я начал вертеться волчком, осыпая тварь градом свинца. Потрошители рассекали воздух, но неизменно улетали в стороны, отрывая от колонн целые куски, выбивая воронки в стенах. С потолка начали сыпаться первые крупные камни, а стены задрожали.

Ленты перестали бить копьями. Теперь они хлестали со всех сторон, оставляя в полу глубокие длинные борозды. Я плясал среди раскаленных багровых змей, любое прикосновение к которым способно оставить меня без конечности, а то и хуже.

Клубок алых повязок срывался в хаотический ритм, они окружали, обволакивали, отрывая себе пространство кусок за куском. Хохуро пытался загнать меня в ловушку, свитую из этих магических отростков.

И я видел рисунок этой западни. Видел, как и когда она должна схлопнуться, разорвав меня на куски. Я слышал победные нотки в его самодовольном хохоте. И поэтому остановился.

Дождался очередной хлещущей ветки и замер. Сразу три ленты просвистели по горизонтали. Я выставил блок рукой и алый всполох столкнулся с белым пламенем. Ленты столкнулись с Дланью, но рассечь руку не смогли. Хотя это было действительно больно.

Перехватить, намотать, отвлечь выстрелами Лиса. Рывок в сторону, в прыжке пропустить две ленты под ногами и дернуть на себя.

Сраную мумию срывает с потолка, повязки, впившиеся в стены, натянулись до предела. Но в этот раз я вложил в рывок импульс всего тела. Ленты вырывают куски камня из потолка, а Хохуро с грохотом сносит колонну.

Все ленты змеями шипят, следуя за тушкой хозяина, а я продолжаю раскручивать ленты в руке. Хохуро сносит первую колонну, затем вторую, третью и так до тех пор, пока не проносится сквозь все, влетая в каменную стену.

С потолка сыпятся уже полноценные валуны, та половина зала начинает оседать, заваливая все камнями. Но я не отпускаю ленты в руке. Они мигают, словно закоротившие гирлянды, но не могут высосать из меня жизнь.

Белое пламя им этого не позволяет и само не собирается уходить. Еще одним рывком, всеми вложенными остатками сил, я вырываю тело ублюдка из под завала и отправляю в обратный полет до противоположной стены.

Лис плюет Потрошителей на опережение и каждая пуля сталкивается с телом летящей мумии. В этот раз его защищают лишь ленты, что намотаны вокруг тощего тела.

Хохуро оставляет вторую дыру в той же стене, что и после моего первого удара. С потолка осыпаются камни, падая рядом со мной. Отряд уже сместился к выходу в туннель, но продолжают наблюдать.

Я видел, как Маус накрывает всех своим разросшимся плащом, в складках которого тонут даже большие обломки, падающие с потолка.

А следом зал наполняется воплем ярости. Хохуро вылетает вперед и открывает свою пасть, полную гнилых обломков зубов. Ленты на его лице расползлись в стороны, обнажая этот черный провал, из которого сейчас разносился нечеловеческий вой.

Впервые на моей памяти Хохуро стоял на своих тонких ногах, а не парил в переплетениях лент. И я видел, как тяжело ему это дается.

В следующее мгновение весь зал полыхнул алым. Со всех сторон вспыхнули ленты, настолько сильно, что левый глаз застило багровой пеленой. Но не Око. А в следующее мгновение десятки росчерков по обе стороны от меня, сомкнулись.

Просто две стены смерти пронеслись на встречу друг другу меньше чем за секунду. Они спилили остатки колонн и раскрошили еще целые. Они разрезали сам воздух от стены до стены. От пола и практически до потолка.

Это была выверенная атака, не оставляющая человеку ни малейшего шанса уклониться. Хохуро больше не игрался, а на самом деле решил убить меня. Но я не в обиде, ведь я хотел сделать с ним то же самое.

Око видело эти ленты, выстрелившие по обе стороны от меня. И я понимал, что последует дальше. Я представил, как хватаю Хохуро за шею, но не спереди, а сзади. Представил, как смотрю поверх его головы на то место, где стою сейчас.

И протянул левую руку вперед. Длань темного бога Искажающего Миры, в прошлом Алтарайи — скользящих-меж-мирами. И я проскользнул. Рука разорвала пространство и я схватил шею старой мумии. Со спины. Глядя поверх его головы, как алые росчерки лент разрезали воздух в том месте, где я стоял мгновение назад. Метрах в пятнадцати отсюда.

Лис уперся в затылок Хохуро. В том месте, где под расползшимися лентами виднелся слой пергаментной кожи. Щелчок взводимого курка и тишина. Всего на мгновение даже камни перестали падать с потолка.

Ленты медленно взвились в воздух и принялись одна за другой подпирать свод подземного зала. Медленно, без резких движений. Через пару мгновений Хохуро уже обволок алой паутиной стены и потолок.

— Я оборву твою жизнь прямо сейчас, — произнес я в наступившей тишине.

— И я просто перерожусь в следующем мире.

— Но если у нас получится, то следующего мира уже может и не быть. По крайней мере не для тебя. Твои останки будут гнить в этой канализации, заваленные грудой камней.

Хохуро рассмеялся вновь. Беззлобно, но радостно.

— Я всегда был на вашей стороне. Я и так собирался пойти, ведь у нас с тобой заключен договор, уговор, приговор.

— Тогда оттащи свою дряхлую задницу к остальным. И убеди их прийти на бой. Иначе я сам это сделаю. Передай каждому, хоть Древнему, хоть призраку. У них нет выбора. Либо они сделают то, для чего их избрали, либо я грохну каждого еще до наступления ночи.

— А ты можешь, да. Ты можешь, Ключник. Наконец-то ты можешь, — рассмеялся Хохуро, но тихо, словно шелест песка. — А теперь иди. Я передам им твои слова. И расскажу, что ты сделал, дабы они были услышаны.

— Вот и хорошо. Вот и поговорили.

Я убрал курок с боевого взвода, обошел тощую фигуру Хохуро и прошел на выход. Теми же знакомыми туннелями обратно. Мы шли молча и только выбравшись на поверхность, Маус нарушил тишину.

— Ну вот, а прибеднялся еще, что в переговорах не силен.

— Просто Джекс — хороший оратор. Еще тогда это понял. Правда мы с ним в основном на коленях специализировались.

— Ну так рост на лицо. А как ты этот фокус провернул? Телепортация? Это точно не магия иллюзий.

— Как-как, — проворчал Овер. — Как блинчики наши с тарелок тырил, так и тут.

— Так вот кто… — возмутился Маус. — А я на Рино грешил. Без обид, здоровяк.

Ну да, ребята утром закончили с помывкой, а значит утром наконец добрались до угощений Неми. А я просто случайно заметил эту особенность у своей руки и решил попрактиковаться. Совместить приятное с полезным.

Благо небольшой опыт у меня уже имелся. Хастер в ипостаси демона тоже проворачивал нечто подобное, но там интуитивно получалось.

— Рино? — спросил Маус и я услышал тревогу в его голосе.

Все замерли и обернулись на нашего ликана. Он кривился, морщился и дергал головой. Такое мы видели редко, но симптоматика опасная. Означает, что Рино всерьез о чем-то задумался.

— Эй, дружище, — я аккуратно похлопал его по плечу. — Все в порядке?

— Да, — отозвался он. — Нет. Че так можно было? Просто начистить харю и получить свое? Вот так просто?

— Ну да, — пожал я плечами. — В Роркхе всегда срабатывало. Еще с твоим предыдущим капитаном.

— Ясно, — Рино замер, выпрямился, а его взгляд устремился куда-то в пустоту.

— Ой-ёй, — икнула Ана. — Не к добру это. Я уже видела этот взгляд.

— Мы все его видели, — произнес Маус.

— У меня есть одно дело, — произнес Рино и целенаправленно пошел по улице.

Затем резко остановился, посмотрел вокруг себя, принюхался, развернулся и пошел обратно.

— Не в ту сторону, — буркнул он, проходя мимо нас.

— Мы ведь должны за ним проследить, — вздохнул Маус.

— И остановить, если что, — ответил я.

— Будет много крови, — ответила Ана.

— Будет весело, — улыбнулась Неми.

— Если он помрет, я заберу его порцию блинчиков, — произнес Овер.

— Ты и так ее заберешь, — ответили ему хором.

Но мы все же поплелись следом за нашим ликаном. Что бы не взбрело ему в голову, остановить мы его не остановим. Но сможем минимизировать сопутствующий ущерб. Ну или хотя бы попытаться. Хотя кого я обманываю.

Глава 6. Уга-буга, у меня самый большой палка, нести мне еда

— Арч, где тебя носит? И Мауса с Овером. Блин, да весь твой отряд где? Все равно в курсе уже, так что дуйте в зал. Собрание гильдии уже началось.

— У нас дела в Роркхе. Надо кое-что сломать. Или убить кого-то. Не знаю.

— Дела? Какие дела могут быть в дневном Роркхе? У нас идет обсуждение плана наступления.

— А у меня дела отряда. Начинайте, мы потом подтянемся.

Смахнув взглядом интерфейс, продолжил топать по улице. Подошедшая Неми протянула мне чашку кофе. Взяли по пути, а то идем уже довольно долго. В Роркхе нет пластиковых или бумажных стаканчиков, так что пришлось заплатить за чашку.

— Что-то важное? — спросила она, поймав мой взгляд.

— Гаро волнуется. Пишет, что там совещание началось.

— Ты можешь пойти, мы прикроем Рино если что.

— Там Вест и Айя, так что ничего важного не пропустим. Куда мы вообще идем?

— Вообще без понятия.

Судя по приземистым строениям и разбитой брусчатке под ногами, двигались мы уже по окраинам Роркха. А судя по направлению, то идем в сторону южных лесопилок. Где-то там началась вся эта история с бугименом.

И удивительно, но именно в эту сторону Рино и шагал. Городские строения сменились заповедником, а оттуда мы уже перешли в лесную чащу. И вот уже здесь Рино свернул в сторону. Тропы не было, но ликан явно ориентировался по запаху.

Я попытался включить Око, но быстро понял, что это плохая идея. Живые деревья сияли перевитыми жилами энергии. Так что лес превращался для меня в одно сплошное белое полотно.

Кофе давно кончился, а терпение было на очереди. Но наконец мы вышли на широкую поляну посреди леса. Кажется, это и было целью маршрута. Вдалеке виднелись обветшалые и поросшие мхом строения заброшенных лесопилок.

Они были такими с самого старта серверов, так что никто никогда не выяснял причин. Да и квестов соответствующих никто не находил. Но в моей голове уже начали складываться цифры два и два. Кажется, скоро Роркх приоткроет мне еще одну маленькую тайну своего лора.

Мы дошли до первых строений и замерли. Рино впереди, а мы кучкой поодаль. Серая зона началась, стоило нам выйти из леса, так что все были готовы к бою.

— Сулфр! — проорал Рино на всю поляну.

И после его рыка серая зона словно сконцентрировалась вокруг нас. По крайней мере по ощущениям здесь резко стало опаснее.

Рино вообще не собирался успокаиваться и продолжал рычать не особо произносимое имя. Я врубил Око и принялся осматриваться по сторонам. Но в этот раз я знал куда надо смотреть. Потому что услышал я их раньше, чем заметил.

Признаюсь, двигались они практически бесшумно и если бы не Око, то в зеленой листве я бы вряд ли кого заметил. Они словно пришли из глубин леса, беря нас в кольцо. Люди выходили на поляну один за другим.

Полунагие, безоружные, босые, но все крепкие, мускулистые. Они двигались плавно, не отрывая взгляда от нашей компании, а в лицах угадывались звериные черты. Но Оком я видел совсем другую картину.

Ликаны. Целая стая ликанов окружила нас. Остальные в отряде слишком давно знакомы с Рино, так что сами догадались, что к чему.

— Они могут перекинуться днем? — спросил Маус.

— Могут, — ответил я. — Это неписи, а не ханты. Им рассинхрон не грозит. А мы в их владениях.

И взгляды трех десятков существ не предвещали ничего хорошего. Удивлен, как мы вообще дошли сюда без боя. Этим существам явно не нравился чужой запах на их земле. Это видно по тому, как они морщатся.

Мы заняли круговую оборону, а кольцо вокруг нас продолжало сжиматься. Я уже прикинул варианты действий, в случае атаки. Просчитал маршрут движения, первоочередные цели и выгодную точку, где можно будет развернуться во всю силу.

— Если начнут обращаться, — произнес я не понижая голоса, — валим всех.

— Ты… — раздался низкий гул со стороны лесопилок. — Ты посмел вернуться, изгой.

— Сулфр, — произнес Рино, который вообще не обращал внимания на столпившихся врагов.

Кстати, ликаны замерли на месте, пусть и готовые к атаке. Это было видно по их позам. Никто из нас не скрывал своих намерений. Но я все же обернулся и посмотрел в сторону Рино. Не важно, знает он, что делает, или нет, мы поддержим.

— Зачем ты вернулся, проклятый? — произнесло существо, вышедшее из-за строений.

Это был человек, но лишь внешне. По габаритам он напоминал скорее реального Гаро, а вот повадки чисто звериные. Существо в одних просторных штанах, да такой же рубахе с открытыми руками.

И любая видимая часть тела испещрена шрамами. Глубокими, старыми и свежими. Одного глаза не хватает, на его месте три затянувшихся рубца. А зубы даже в человеческой ипостаси выглядели внушительными клыками.

— Я пришел взять свое по праву, — произнес Рино.

— У тебя нет никакого права даже находиться здесь, проклятый. Хродвентир изгнал тебя из стаи.

— У меня осталось право сильного, — прорычал Рино в ответ.

— Ты бросаешь мне вызов? — то ли хохотнул, то ли провыл Сулфр. — Ты на столько отчаялся? Решил сдохнуть?

— Если так боишься за свою шкуру, я приму твое добровольное изгнание.

Сулфр, который, видимо, местный вожак, зарычал и даже немного побагровел. Кажись, Рино его сильно оскорбил. Я-то не в курсе какие тут у ликанов порядки, но уже готов был разрядить оба барабана в выбранных тварей.

— Ты не сможешь возглавить стаю, — прорычал вожак. — Большой волк Хродвентир не позволит этого.

— Значит, он не позволит мне победить, — пожал плечами Рино. — А раз так, то чего тебе бояться?

— Я ничего не боюсь, — прорычал местный глава.

— Ты боишься, что если я убью тебя, то Хродвентир признает меня. Стаю ведет сильнейший. Это закон стаи. Ты сам это знаешь.

Два ликана встали друг напротив друга, а я пытался одновременно следить за всеми собравшимися. Но чем дольше продолжался диалог, тем меньше я чувствовал опасности. Ликаны как-то сами собой потеряли к нам интерес и все больше собирались вокруг парочки.

— Неми, кажется тут нужна будет аура Йорка.

— Само собой. Чтоб он перекинулся.

— Ща будет мясо, — довольным голосом произнес Маус.

— Я принимаю твой вызов, проклятый, — произнес вожак стаи.

Ликаны сместились в сторону, образуя подобие широкого круга. Судя по всему драка будет происходить прямо здесь, на поляне. Мы тоже встали в линию, замыкая круг. Впрочем, никто из отряда не расслаблялся.

Если Рино проиграет, то нас вряд ли отпустят с миром. Так что придется перебить всю стаю, хоть они об этом и не догадываются. Интересно, существовал диалоговый вариант через угрозы? Мол, вожак самоизгоняется в пользу Рино, а мы не вырезаем всех под корень.

Вряд ли, судя по разговору тут рулят древние правила. А эти существа не выглядят теми, кого можно прогнуть, пригрозив смертью. Да и надеюсь, Рино знает, что делает.

Тем временем представление началось. Сулфр скинул с себя одежду и практически мгновенно перекинулся в огромного волка с жесткой серой шерстью. Я про себя отметил, что время обращения у него быстрее, чем у Рино. А значит на этот параметр как-то можно влиять.

Наш танк же просто разорвал свои простые одежды, встал на лапы и зарычал. Глядя на эту картину, я бы однозначно ставил на вожака. Он тупо больше в полтора раза. А в битве двух физовиков ближнего боя, это серьезный аргумент.

С другой стороны, так думали многие перед нашей дуэлью с Мечником. И что-то разбогатели на ставках далеко не они. Не стоит забывать о простом, но важном преимуществе. Рино — игрок. Причем игрок-профессионал с большим опытом. А Сулфр просто непись.

Плюс сейчас день, а значит противники слабее. С другой стороны вся эта дуэль больше походит на собранный квест, чем на просто исход диалога. А еще синергия Рино в ипостаси ликана. Имповы кишки, что-то я начинаю переживать за нашего танка. Не хватил ли он лишку?

В этот момент дуэль началась, и первым атаковал вожак. Немыслимая скорость рывка для туши подобных размеров. Прямая атака в лоб. Без тактики или каких-то ухищрений. Это реально прямолинейный бой двух зверей.

Рино не успел отскочить, поэтому его отбросило в нашу сторону, но он быстро вскочил на лапы и понесся на врага. И вот наш танк действовал иначе. Короткими быстрыми прыжками из стороны в сторону он сближался с вожаком, заставляя его вертеться из стороны в сторону.

Рино метил в шею, как и положено, но смачный удар звериной лапы снова отправил его в полет. В этот раз вожак не стал медлить и бросился следом, завершая атаку.

Завертелось, закрутилось. Поляну избороздило следами волчьих лап, вырывающих целые пласты с землей и разбрасывая ее во все стороны. Даже Око не могло разобрать, что творилось в этой кутерьме.

Противники сплелись в один черно-серый клубок шерсти, ощерившийся острыми когтями и клыками. Оба рычали так, что птицы улетали подальше от окрестных деревьев. В воздух взвился первый фонтан алой крови.

Пробить густую жесткую шерсть ликана довольно трудно, пусть и такими когтями. Но кому-то это удалось. И судя по всему, счет открыл вожак, полоснув Рино по ребрам. Тот крепко вцепился в клыками в плечо противника, но не прокусил, судя по всему.

Враги перепахали треть круга и наконец расцепились. Вожак тяжело дышал, его шерсть местами окрасилась алым, но морде появились свежие царапины. А вот Рино был совсем плох. Немного прихрамывал на заднюю лапу, язык свешен, грудь ходуном ходит.

Они оба восстанавливали силы, двигаясь по кругу, не сводя друг с друга хищных взглядов. Для Рино эта передышка была жизненно необходима. А вожак, судя по всему, чувствовал себя более чем уверенно. Для него бой будет хорошим, если он получит как можно меньше свежих шрамов.

А мне вообще не нравилась эта ситуация. Я очень уважаю своего друга, но этот его хант на данный момент сильнейший в арсенале Рино. И если все станет совсем плохо, то я просто пристрелю этого Сулфра. И остальных тоже, если потребуется.

Но это будет в крайнем случае. А до тех пор буду верить в Рино до самого конца. Мельком оглядевшись на своих, понял, что они разделяют мои чувства. Ана кричит и подбадривает своего парня, но я видел, как белеют костяшки на рукоятях обрезов.

А волки тем временем выли во все глотки, болея за своего вожака. Как только в воздухе запахло первой кровью, они вообще как с цепи сорвались. Но круг не нарушали, хотя в нашу сторону все чаще бросали голодные взгляды.

Так смотрят на зажаренную куропатку или горячую пиццу. Я часто видел этот взгляд в отряде, когда между ребятами и стопкой готовых блинчиков оставалась только Неми с половником в руке.

— Ты пришел на свои похороны, изгой, — прорычал вожак. — У проклятого нет права сильного. Тебя изгнали за слабость и ничего не изменилось.

Обалдеть, он умеет говорить даже в форме ликана. Нечленораздельно, подвывая, но вполне разборчиво, как ни крути.

Рино не ответил. Я вообще не уверен, что он способен был ответить в форме ликана. Йорк его знает, я вообще не знаю, что он умеет в этой ипостаси. Он же по сути первый игрок, который умеет оставаться в сознанке, перекидываясь. По крайней мере община териантропов, которая делилась информацией, о таком не слышала.

А схватка тем временем продолжилась. Наш чемпион не разменивался на пустые угрозы и оскорбления, а вместо этого рванул в атаку, одним прыжком сократив дистанцию. Двигался он довольно бодро, только вот толку? Вожак лапой впечатал Рино в землю прямо в полете.

Я сначала напрягся, готовый пристрелить вожака в случае чего. Но потом как-то расслабился. Перебить всех мы успеем в любой момент. Но харя в землю, это еще не поражение. У Рино вообще такая тактика по жизни. Огребать люлей за всех. Так что этот верзила вряд ли показал нашему танку что-то новенькое.

И впрямь, черно-черый клубок шерсти вновь заплясал в смертоносном танце когтей и клыков. Серого было больше, но я верил в нас. Они вновь расцепились лишь сустя почти минуту. А в таком темпе это по настоящему долго. Ран заметно прибавилось и в основном у Рино. Да что же это такое?

— Просрешь этому блохастому — месяц без блинчиков, — крикнул я слова поддержки и мотивации.

Чуда не произошло. Я не то что бы крутой лидер, но как умею, чего уж тут. Неми неодобрительно посмотрела в мою сторону.

— Ну чего? Попытаться стоило, — еще один взгляд от Аны. — Два месяца? Женщины, я вас не понимаю.

Обе лишь фыркнули и отвернулись. Понятное дело, переживают, я тоже. Но для них это вопрос гордости, а для меня расхода боеприпасов. Ничего не случится, если Рино немного не рассчитал силы.

— Арч, — рука Мауса легла на плечо. — Он справится. Он нас не звал, значит считал, что справится. Не парься.

Я оглядел руку фокусника, торчащую из-под черного плаща. Сам Маус стоял метрах в пяти поодаль и ухмылялся. Нашел время выделываться.

Тем временем Рино почему-то начал перекидываться обратно в человека. Я вопросительно глянул на Неми, но та лишь пожала плечами. Значит не в ауре дело. Таймер волчьей ипостаси еще не истек, Рино поднял звероформу до шести минут в дневное время.

— Сдаешься? — прорычал Сулфр. — Так быстро?

— Не сдаюсь. Не стоит меня недооценивать.

— Ты слабак. Биться с тобой на равных — уже оскорбление.

— Может Хродвентир изгнал меня как раз для этого? — усмехнулся Рино. — Чтобы я стал сильнее?

Я узнал эту усмешку. И догадка колыхнулась где-то в глубинах разума. Ну конечно. И к чему этот цирк был? Заставить врага потерять бдительность? Измотать? Разозлить? Все сразу? Сам так делал, чего уж. Хотел бы с гордостью сказать, мол, моя школа, но нет. Школа Гаро.

Рино снова ухмыльнулся и поманил противника ладонью. Встал в боевую стойку, раскачиваясь из стороноы в сторону. Очередной молниеносный рывок серой твари. В этот раз совсем чуть-чуть, но медленней.

Это было красиво. Уворот отскоком в сторону в момент прыжка, когда у противника нет опоры под ногами для маневра. И смачный удар кулаком по морде. Просто кулаком. Сулфр не растерялся, а скорее удивился подобной атаке. За что тут же получил еще два удара по роже.

Попытался отскочить, но не успел. Даже я слышал, как клацнули его челюсти от удара ногой снизу вверх. Рино сорвался с места, не давая волку опомниться. Зачем пробивать толстую шкуру, если можно просто лупить кулаками со всей дури? Главное знать, куда лупить.

А Рино знал. Знал лучше всех в нашем отряде. Потому что Расвы натаскивали рукопашников не на классический бой, а рассчитанный на противодействие тварям Роркха. Ликан, Варг, Гончая, все одно. И Рино отрабатывал по полной. Это уже не тот боксер, что пришел в башню когда-то давно.

Как говорил Гаро, у твоего ханта есть кулаки, локти, колени, ноги и голова. Купил всего ханта — используй всего ханта. И Рино бил во всю силу, крутясь волчком среди смертоносных когтей и клыков. Не давая противнику разорвать дистанцию и прийти в себя.

Серая шерсть осыпалась многочисленными ударами, морда Сулфра болталась из стороны в сторону. Первым делом Рино бил по глазам и носу, дезориентируя врага. Все-таки вожак был грозным противником, но в таком состоянии бил наотмашь и довольно косо.

Рино на пределе, но все же уворачивался от атак, контратакуя в ответ. Вопрос в том, сколько сил у него осталось и хватит ли этого? Одно неверное движение и ликан его просто разорвет. Рино жив, пока мобилен. Он не успеет переброситься обратно в ликана, чтобы добить врага.

Во-первых, скорости превращения недостаточно, во-вторых, у способности есть время отката, которое еще не прошло.

И в какой-то момент Рино не успел. Он хотел прыжком уйти от размашистого удара лапой, но ему не хватило высоты. Ликан когтями зацепил по ногам и Рино кубарем покатился по земле. Притихшая было стая взвыла на новый лад радостным хором.

Лисы прыгнули в ладони сами собой, но ничего не произошло. Зверь не продолжил атаковать, а лишь водил мордой из стороны в сторону и пятился назад.

— Я ща банальщину ляпну, но кажется он ему нос сломал.

— Ага, — согласился со мной Маус. — И глаза почти не видят.

Рино медленно поднялся на ноги, тяжело дыша. Видно, что этот бой дался ему с большим трудом. Весь окровавленный, с множеством порезов, чуть прихрамывая, он побрел в стороны врага. Тот наконец понял откуда веет смертью и зарычал.

Рино ускорялся с каждым шагом, рыча в ответ. Перейдя на бег он уже ревел во всю глотку, несмотря на хрип. Прыжок, которому и зверь позавидует. Ликан успел полоснуть его по ребрам когтями, но Рино все равно приземлился сверху, впечатав морду твари мощным ударом ноги. Один-один.

Сулфр продолжал дергаться и рычать, а Рино просто избивал его, пока хватало сил. Просто молотил окровавленными кулаками окровавленную морду.

— Рино, — прошептал я. — Стая смотрит.

И он словно услышал. Хотя может и вправду услышал, зверь же. Но он остановился, медленно обошел тушу сбоку и схватился за шкуру двумя руками. Я видел, как тяжело ему это дается. Но стая смотрит.

Рино напряг спину и оторвал дергающуюся тушу от земли. Коленом помог сделать рывок и поднять тело Сулфра над головой. В затихшем кругу ликанов он заревел громче их всех вместе взятых и сбросил тушу волка. В наступившей тишине все услышали этот хруст. Именно с таким звуком сломался позвоночник ликана о колено Рино.

Тот сбросил мертвое тело бывшего вожака на землю и медленно встал, выпрямив спину. Обвел взглядом ликанов, которые медленно начали перевоплощаться. Мой отряд дернулся, но я жестом заставил всех замереть. Ничто не нарушало тишину.

Ликаны, обратившись в волков, медленно смыкали кольцо. Но не вокруг нас, а только лишь вокруг Рино. Если они прямо сейчас бросятся, то я вряд ли успею его спасти, хотя Маус уже развернул свой плащ. И кто теперь не верит?

Волки замерли в шаге от окровавленного Рино. Сели и дружно завыли, задирая морды к сумрачному небу. Рино тяжело дышал, глядя себе под ноги. Затем развернулся в нашу сторону и пошел, не обращая внимания на воющих собратьев.

— Кажись признали, — произнес я.

— Все, я закончил. Получил способность, — произнес Рино, проходя мимо.

— Что за способность? — спросил Маус.

— Ты был та-ак крут, — произнесла Ана в восхищении.

— С меня двойная порция, — улыбнулась Неми.

— Вожак стаи, — ответил Рино. — Могу брать ликанов-союзников в партии. Высших.

— М-м, — прикинул я. — И много?

— Хоть всех, — ухмыльнулся Рино. — Они в привязке, так что даже веса не много будет. Не, ну всех, конечно, много, но нам ведь не важно?

— Нам не важно, — ответил я, тоже восхищаясь нашим танком. — Ты только что сильно увеличил наши шансы, дружище.

— Ну не Древние, конечно, но тоже неплохо.

— Маус, слушай, — обернулся я.

— Нет, — сразу отрезал тот. — У вампиров так не принято. Они что-то вроде высшей аристократии, а не уга-буга, у меня самый большой палка, нести мне еда. Без обид, здоровяк.

— Какие обиды, корм для Плотоядика?

— Ой, ну вас, — отмахнулся Маус без всякой обиды. А затем добавил. — Но у меня тоже есть кое-какая идея.

— Опять кому-то репу начистим? — простонал я. — Там Гаро уже рвет и мечет. Мы на совет опаздываем.

— Я действую тоньше и куда искусней, — отмахнулся наш высший аристократ. — Подкуп, шантаж, заказное убийство на худой конец. Просто надо навестить одного портного.

— Чем тебя Рохор не устраивает?

— Не этого портного. А Роркхе.

— А у меня уже все готово, — улыбнулась Ана. — Я тоже внесу свою лепту в атаке. Но это сюрприз.

— Взрывчатка, — прокомментировал я общую догадку.

— Да, — смутилась девушка. — Но не простая.

— Очень много взрывчатки, — догадался Маус.

— Ой, все, — привела она железобетонный аргумент, поставив окончательную точку в споре. — Кстати, милый, раз уж у тебя теперь целая стая…

— Ты думаешь о том же, о чем и я? — оскалился здоровяк.

— Это будет просто… Отпад! — возликовала Ана.

— Чет мне расхотелось с вами идти в поход, — буркнул Овер.

— Кажись, хана Роркху, — подытожил я. — Ну тому, который разрушен.

— Что разрушено, нельзя разрушить, — ответил Маус.

— Эта сможет, — отмахнулся я.

— Смогу, — закивала Ана.

Чую, грядет фейерверк городских масштабов. Денег у нас дофига, а значит у девчонки в распоряжении любые ингредиенты для взрывчатки. И я так понимаю, в портал зайдут увешанные бомбами ликаны. На секунду мне даже жалко стало волчар. Но потом я вспомнил их кровожадные взгляды, бросаемые в нашу сторону…

— Ну ты там не жалей… — произнес я. — Ничего. И никого. Йорк Бухающий, сам не верю, что сказал это.

— Почему бухающий? — произнес Овер.

— Черча спроси. Или Рэда.

* * *

— О, спасибо, что соизволил явиться, Арч. Мы тут планы планируем, а главный элемент, хозяин Ключника, в Роркхе занят.

— Владелец карты, — поправил я его. — И да, занимались вопросами подмоги.

— И как успехи? — спросил Гаро с самым серьезным видом.

— Древние присоединятся. И еще стая высших ликанов на нашей стороне.

— Эм, кхм. Ну раз такое дело. А Хохуро точно убедит их?

— Точно. Даже колени не пришлось простреливать, так согласился.

— Мастер переговоров, — заметил Маус.

Мы расселись по свободным местам в зале. Стандартный лекторий на выделенном сервере Расвов с каскадными рядами столов. Только этот был куда больше. Я вглядывался в лица и понимал, что узнаю большинство из них. Как и говорил когда-то Гаро.

Почти все капитаны третьих волн, многие со второй волны, плюс руководство гильдии. Гаро, Черч, Усатый и еще несколько командующих штаба. Вот они, владельцы красных карт. Ну и мой отряд в полном составе. Но были и незнакомые люди от слова совсем.

А учитывая их повседневную одежду, вряд ли это скины хантов. Как и Гаро, скорей всего они скопировали свою внешность для выделенного сервера.

— Паладины, — шепнул мне Вест, когда я сел рядом. — А там Коалиция. Еще военные здесь и чинуши из правительства.

— А это кто? — кивнул я на статную молодую блондинку с короткой прической. — Почему она с нашими сидит?

— Это Амидраэль. И командиры Паладинов.

— Эво как.

Ну да, некоторых Паладинов я знал в лицо, а вот Ами ни разу не видел. Она не ходит в Танатос по религиозным соображениям. Или я просто не помню, что бы видел ее там, а по религиозным соображениям она просто не пьет?

Как и многие из высших игроков, девушка живет не в башне. Ну да, чего контролировать красные карты? Они и так все знают. Тот же Рэд по факту все еще Расв, а мы с ним спокойно играли с фермы. И если для меня сделали исключение, то для него это в порядке вещей.

— Кратко резюмируя, — произнес Гаро. — План у нас такой. Арч с Джексом открывает проход на ту сторону. В следующую ночь на центральной площади соберутся игроки, якобы на новый ивент. Пауки об этом уже позаботились. Наша основная задача, расчистить путь для Паладинов, чтобы те прорвались к проводящему кристаллу и оборвали связь.

— Что это будет? — спросил я, прервав Гаро. — Ну то есть мы прям в реальный другой мир телепортнемся? В хантах?

— Маловероятно, — ответил за Гаро Черч. Он, разумеется, сидел в образе кота. — Наш игровой Роркх находится внутри нашего кристалла. Скорей всего мы попадем внутрь кристалла на той стороне. Разрушение не вернет погубленный мир, но оборвет внутреннюю связь между мирами?

— Инфа сотка? — спросил Рино, чем вызвал еще одну волну недовольства от игроков.

— Об этом косвенно говорят некоторые источники, — витиевато ответил Гаро.

— А конкретно? — спросил я.

— Так сказал Парагон.

Я поднял руки, признавая отсутствие аргументов. Ну раз такое дело, то кто я такой, чтобы спорить. К тому же, Юмидай общался со многими древними, уж наверняка кто-то шарит за проводящие кристаллы и как эти шайтан-педали работают.

Гаро обобщил план наступления, в котором игрокам по большому счету отводилась роль мяса. Конечно, сказано было иначе, но суть та же. Пилигримы взяли на себя роль авангарда, а если быть точным, то клина. Расвы идут следом, Паладины замыкают.

Предполагается, что это будет атака стенка на стенку. Вернее, волна на волну. Проблема только в том, что мы не знаем, кто нас встретит. Сколько там будет монстров, где они будут располагаться? И осадную технику с собой не потащим, только то, что будет мобильным.

И под конец, когда Гаро обрисовал план, к которому все дружно пришли, он посмотрел на меня. И я спросил самое важное, пожалуй, что меня волновало.

— Кто разрушит кристалл?

— Один из Паладинов, — уклончиво ответил он. Но потом наконец перестал юлить и ответил. — В идеале это буду я.

— В идеале ты там собираешься застрять.

— Кто-то должен, Арч. Остальные к этому моменту должны будут уйти. В крайнем случае убъют своих хантов и вернутся в капсулы.

— Без обид, здоровяк, — ответил я, — но ты уверен, что потянешь?

— Хочешь занять мое место? — спросил Гаро, но лишь с какой — то грустью.

— Думал об этом, — честно ответил я. — Но вряд ли у меня получится. Я слышал, что Роркх может предложить очень многое, а я не то, чтобы ничего не хочу. И я не знаю, устою ли перед соблазном.

— Тут нужен человек с чистым сердцем, — произнес Гаро. — Готовый принести себя в жертву.

— А если он вернет тебе братьев? — настаивал я.

— Это будет иллюзия, Арч.

— А ты отличишь? Если он предложит тебе целый мир, один в один наш. Но с живыми братьями?

— Со мной будет Мечник, — произнес Гаро вместо ответа. — Если не смогу я, сможет он.

Я ничего не ответил. Мне не нравится этот сраный план, но другого у нас нет. Ни лучше, ни хуже. Никакого нет. Про себя я решил, что должен дойти до конца вместе с Гаро и Хаустом. И если что… Подумаешь, отдать душу в вечное рабство Роркха в обмен на целый мир.

Что-то в голове всколыхнулось на эту мысль и я взглянул на Черча. Мне показалось или кот и впрямь ухмылялся?

Глава 7. Я кот. У меня лапки. К тому же эфемерные

После странного собрания, я успел перехватить Черча и попросить о встрече. Надо было пересечься непосредственно в Роркхе, а у зама главы гильдии и так дел невпроворот.

Но тот охотно согласился и даже сказал, что сам придет в штаб нашего отряда. Мол, для него это не проблема. Конечно, когда играешь за призрака, расстояния вообще оцениваются немного иначе.

И хоть я все равно думал, что ему потребуется какое-то время на перемещение, Черч меня обогнал. А мне всего-то надо было выйти с выделенного сервера и загрузиться в Роркх на Джексе, который и так сидел в штабе.

Кот уже был там. Игрался с Плотоядиком. Тот пытался его сожрать, но хищная пасть растения щелкала каждый раз в пустоте, а кот лишь собирался из дымки в другом месте.

— Телепортация? — спросил я, заходя в общий зал.

— Скорее скольжение, помноженное на эфемерное тело, — промурчал кот. — Я же тоже Алтарайи, как ни крути.

— Ясно, — буркнул я, присаживаясь рядом. — Пришел бы на обычном ханте, попробовал бы блинчики.

И когда она успела? Или это разогретые? А разогреть когда успела? Все эти вопросы, как и множество других, исчезли с первым кусочком, растаявшим во рту. Какая разница?

— Обязательно попробую, — кивнул кот. — Но в другой раз.

Мы были в зале вдвоем. Остальные ребята пошли перекусить в башне сразу после собрания. Я обещал присоединиться попозже. Так что никто нас не беспокоил.

— Как прошел разговор с Мечником? — спросил кот. — Мне доложили в общих чертах, но интересно все же твое мнение.

— Странно, — честно ответил я. — Многое встало на свои места, но что-то нет. И для любого вопроса есть один ответ. Так сказал Парагон.

— А тебя это не очень устраивает, да? — ухмыльнулся кот. Реально ухмыльнулся, не глюк.

— Да мне в целом пофигу. Но вот почему нельзя взорвать этот камень издалека? Прямо от портала? Зачем штурм?

— Не знаю, — ответил Черч. — Нет никакой информации, что можно или нельзя так сделать. Мы возьмем с собой мобильную артиллерию и дальнобойных магов. Возьмем Теневых ассасинов и призраков, способных к материализации. Возьмем снайперов, наводчиков, боевые расчеты и даже саммонеров, способных призвать летающих тварей.

— Так в чем проблема? Почему все собрание Гаро упорно пытается сдохнуть?

— Так сказал Парагон, — произнес Черч абсолютно серьезно.

— Вот видишь, — вздохнул я. — Слишком дофига доверия этому парню. Парням. И Юмидаю.

— Мы не знаем, что там будет. И Юмидай скорей всего тоже. Парагоны видели два разных мира. В Роркхе они видели события Роркха, а в реале события реала. Даже Парагон Войны не видел того, как проходят Великие Обороны. Только их результат.

— Получается, они никогда не заглядывали на ту сторону?

— Заглядывали. Парагон Небесных Пиратов был способен видеть сквозь границы миров. Но он никогда ничего никому не рассказывал. И мы не знаем, почему он мог видеть, а остальные не могли. Просто он был особенным парнем, судя по всему.

— А те картинки, что ты мне показывал, это записи Парагона Врат? Он видел наше с тобой будущее?

— Не думаю, что именно наше с тобой. Они ведь сообщают нам не то, что видели, а то, что мы должны знать. Так что не воспринимай все буквально.

— Да там буквальней некуда. Там же стрелочки с подписями были.

— Обозначения, а не подписи. Игрок, который в двенадцати вариантах на каждую сотню способен привести Ключника, говорит определенную фразу про зонтик и реку. Тот бред, что ты видел при смерти. Кто-то из Расвов отдает ему карту Джекса, но ничего не объясняет. Как только игрок притаскивает вино, ему раскрывают правду.

— Такой был план? Вы с самого начала знали.

— Ничего мы не знали, мэн. Мы понятия не имели кто такой Ключник и как он должен был открыть Врата. Оказалось, Парагон сам создавал Ключника из Джекса. Твоя встреча с Хохуро, который дал ленту, чтобы ты не потерял Джекса в той же партии. Затем становление Вестником, Шот, не давший уйти из партии. Бегство по Теням, уничтожение Аватара и бац! Джекс получает часть силы Алтарайи и уходит в путешествие по мирам, чтобы вернуться сейчас. Не строй иллюзий на свой счет, мы все были фигурами на доске. И ты, и я, и Гаро. И все остальные. Красная карта означала, что человек знает лишь немного больше, чем все остальные. Лишь чуть-чуть.

— Что-то мне кажется, что твоя карта немного краснее, чем у других.

— Да у меня ее вообще нет, мэн, — рассмеялся Черч.

— Ладно, — махнул я. — Забей. Было и было. Я тебя не за этим позвал, на самом деле. Нужен твой совет по поводу одного артефакта.

Я достал из кармана сверток, медленно положил его на стол перед носом кота и аккуратно развернул. Черч уставился на кубик долгим немигающим взглядом. Затем наконец посмотрел на меня.

— Это не подделка, — произнес он серьезным тоном. — Где ты его взял?

— Купил за пункты доблести Джекса. За ту партию с Аватаром.

— Дай угадаю. А пунктов тебе хватило ровно на него, один в один. Так ведь?

— Так. И ты знаешь, что это такое? И что он делает?

— Знаю. Но сначала ответь, почему ты выбрал именно этот артефакт?

— Ты мне не поверишь. Это достаточно безумно.

— Такое чувство, что ты забыл с кем разговариваешь, — вновь ухмыльнулся Черч.

— Ну да, о чем я вообще. Мне приснился… Нет, не так. Я однажды обкурился… Случайно. И там увидел этот куб. В бреду.

— Ну да, конечно. Случайно. Как же иначе?

— Правда случайно, — насупился я. — Вообще не одобряю ничего такого.

— Да я не об этом, Арч. Что такое удача, знаешь?

— Эм. Ну, это когда все сходится.

— Пересечение событий в пространстве и времени с благоприятных исходом для объекта. И в отличие от подготовки, удача затрагивает события, на которые объект не способен влиять. Вот что это такое. Понимаешь?

— В общих чертах да.

— Ты выиграл в лотерею миллиард серебра. Ты — объект удачи. Покупка нужного билета, выпадение нужных цифр именно в этом розыгрыше, это часть пересекшихся событий в точке пространства и времени. Но представь, что кто-то заставил тебя купить именно этот билет? Получается, что твоя удача, это чей-то план.

— Парагон? Ну, Юмидай то есть?

— Нет. У вас ее называют госпожой Ф. Богиня удачи. Видимо, Джекс отмечен ее благодатью.

— Она, кхм, одна из божеств Роркха, на сколько я в курсе. Неофициальная, без культа, молитв и веры.

— Она одна из трех истинных богов. Наравне с Йорком, который не совсем бог. Мое предположение.

— А ты откуда знаешь?

— Она и меня благословила в свое время. В самом начале. Правда, я с тех пор больше с ней не виделся.

Я задумался. Игроки давно выяснили, что если в самом начале партии приносить дань госпоже Ф, кидая монету через плечо, то это увеличивало параметр удачи ханта. Хоть характеристика и мутная, но тем не менее она есть и в весе ханта учитывается.

А еще Джекс всегда получал удвоенный баф от нее. Было такое дело. Гаро, помнится, даже говорил про какой-то скрытый талант или особенность ханта. И если Джекс в итоге должен был стать Ключником, то ничего удивительного.

— Получается, Юмидай сотрудничал с самого начала с истинным Богом? Она повлияла на все.

— Сотрудничал да, но вряд ли учитывал. Юмидай не мог видеть госпожу Ф в своих видениях. Как и Йорка. Но это не мешало ей вносить свою лепту в процесс борьбы.

— А кубик?

— Божественный артефакт. Ее работа, однозначно. Одноразовый, правда. Куб Фортунаты, как ее называли в некоторых мирах. Просто кидаешь на ровную поверхность и на несколько минут, скорей всего семь, это ее счастливое число, получаешь абсолютную удачу.

— Так. Это как кроличья лапка? Или хвостик? Не помню, что там.

— Вроде того. События, до этого момента не подвластные объекту, начнут пересекаться с максимально благоприятным исходом. Если во всех возможных вероятностях существует такая, что хант способен уничтожить ужасного монстра, так и случится. Но помни, мэн, если такой вероятности не существует в принципе, то куб тебе ничем не поможет.

— То есть, бессмертным и всемогущим он меня не сделает.

— Однозначно нет.

— В любом случае, надо отдать его Гаро. Это же решит все проблемы. Если есть возможность уничтожить кристалл и выжить, то куб найдет ее.

— Это так не работает, — покачал головой кот. — Госпожа Ф ревностно относится к своим дарам. Скорей всего только Джекс сможет ее использовать. Либо другой, кто отмечен ее благословением. Но я таких не знаю.

— А ты?

— Я кот. У меня лапки. К тому же эфемерные. Как я должен кубик бросать?

— Черч, — я потер переносицу, стараясь не материться. — Но я же могу использовать куб и постараться вытащить Гаро.

— Можешь попытаться. Результат непредсказуем, если честно. Я не знаю принципов работы артефакта. И самой удачи тоже.

— В каком смысле?

— Что будет считаться самым благоприятным исходом, к которому приведет тебя куб? Уничтожение кристалла? Спасение Гаро? Или твое спасение? А может твои скрытые мотивы и желания? А если ты заглянешь в Роркх и тот запутает твой разум, подменив твои мотивы другими?

— И какой ответ?

— Я не знаю, мэн, — усмехнулся кот.

— Ты же все знаешь. Кроме главного вопроса.

— А это он и есть. Это тоже часть главного вопроса. И этот куб тоже как-то с ним связан. Не знаю как, но не может быть не связанным.

— Спасибо Черч, ты очень сильно помог.

— Да?

— Нет. Вообще ни разу.

— Но ты же и не рассчитывал на иной результат? Я ведь всего лишь кот.

— Ага, как же.

— Еще вопросы? — рассмеялся Черч.

— Дофига, — произнес я с сарказмом.

— Ну, тогда я пошел, — сказал и растворился в воздухе.

Ну и вот что с ним делать? Я медленно завернул кубик обратно в ткань и убрал в карман. Такую штуку лучше даже в хранилище не оставлять. Поэтому я всегда таскаю его с собой. Все-таки артефакт одноразовый.

А вот если я упаду на землю как раз карманом, это будет считаться активацией? А если я брошу кубик, а он попадет в какую-нибудь ямку и встанет на ребро? Или, допустим, враг создаст поле антигравитации?

Что-то меня не в ту степь понесло. С кем пообщаешься, оттуда и ветер подумает. Надо срочно поговорить с кем-нибудь более адекватным. Как назло Овера нигде не было.

* * *

Оставшееся время до наступления партии прошло в подготовке. Меня никто особо не дергал, так что я просто тренировался. Не то, чтобы это было необходимо, но я отвык от Джекса, а постоянный резонанс с хантом вообще казался чем-то невероятным.

Поэтому я просто осваивал ханта заново, оценивая пределы своих сил и возможностей. Даже использование Ока практически не вызывало последствий.

Отряд занимался своими хантами самостоятельно, общие организационные вопросы мы разрулили заранее. Гильдии и Гаро от нас ничего не требовалось, так что в глобальной организации поучаствовать не удалось. Да и не очень-то хотелось.

Как говорится, не мешай хорошим людям работать и делать свое дело. Так оно лучше будет для всех.

И вот настал этот день. А вернее, наступила ночь. А вместе с ней пришла партия. И это была самая странная партия на моей памяти.

Игроки собрались на центральной площади заранее. Ну как собрались. Столпились на самой площади и заняли все четыре примыкающих улицы. И даже немного дальше. Расвы взяли себе восточное направление, по классике, так что нашему отряду сделали живой коридор.

На южной, говорят, вообще не протолкнуться, народу похлеще, чем на концертах знаменитых рок-групп. Но стоило добраться до самой площади, как стало понятно. Игроков пришло мало. Примерно столько же я видел в Ночь Отмщения, если суммировать обе стороны.

На Великой Обороне было куда больше людей, но там и организация была лучше. Во-первых Роркх сам давал площадку, во-вторых ивента ждали несколько лет и к нему готовились. А не вот так вот с бухты-барахты.

Это ведь игроки еще не знают, что в этот раз смерть ханта будет окончательной. А то и не только ханта. Но за это Расвы побеспокоились. Их маги вешают массово простейшие метки на всех входящих хантов.

На несколько часов этого будет хватать, а большего и не надо будет. Главное отследить местоположение всех выживших хантов, на момент уничтожения кристалла. И добить оставшихся самим, а для этого есть ассасины.

Подло, да. Но только с точки зрения самих игроков. Но ОбсСис всем все компенсирует и сверху накинет, хоть официально это никак и не оговаривалось. Просто они изначально знают, что никто из хантов не должен выжить.

И тут два варианта развития событий. Либо у нас все получится и ОбсСис придется нехило раскошеливаться. Но победа явно будет того стоить. Тем более на данный момент они действительно прилично зарабатывают.

Это в самом начале их целиком финансировало правительство. Точных цифр я не знаю, но со слов Мечника, в финансовом плане сейчас все более чем прекрасно. Правда ни ему лично, ни правительству, ни большинству сотрудников эти деньги вообще не нужны.

Фантиками и крышечками от Роркха не откупишься. И тут мы подходим ко второму варианту развития событий. А во втором варианте мы проиграем и тогда уже вообще все потеряет какой-либо смысл.

— Арч, — прервала мои размышления Неми. — У нас проблема.

— Чего? — спросил я, не оборачиваясь.

— Йорк пропал.

— Че, опять? — даже не удивился я.

— Ага. Нет отклика на молитвы.

— Ты же с Рино проклятье только недавно снимала.

— Молитвы работают, бафы бафаются, даже черный туман могу создать. Но присутствия самого бога не чувствую. Как тогда, во время Обороны.

— Странно. Мы же еще в Роркхе. Овер?

— То же самое, — проскрежетал доспех.

Вроде бы и починили, а смазать не смазали. Все такой же скрипучий. Я закатил глаза, как только смог.

Опять здрасте. И что на этот раз? У нас Овер рыцаря взял, а Неми на лучшей своей служительнице. Специально, чтобы они смогли протащить Йорка на поле боя. У нас вообще на этом практически весь план атаки строился.

Я про отряд, а не про игроков в целом. И что нам теперь делать?

— Овер, призраков все еще можешь призывать?

Вместо ответа от рукавиц отделились полупрозрачные зеленоватые руки. Овер поводил ими из стороны в сторону, будто осматривая.

— Вроде все работает. То есть механики все в действии и технически Йорк выполняет свои функции.

— Но не более, — проворчал я.

— Но не более, — подтвердил Овер.

— Спокойно народ, — повысил я голос, чтобы все слышали. — Это ничего не меняет. Мы готовились, мы сильны, мы сможем победить и сами.

Все натянуто закивали, соглашаясь. Но настроение как-то само собой ушло в минус. Обидно, когда лишаешься козыря еще до раздачи. Благо гильдии не особо рассчитывали на наше участие. Они воспринимали нас как обычный, пусть и весьма сильный отряд второй волны.

То есть к мясу нас не причислили, но и ставку на Демонах никто не делал. За исключением открытия Врат, само собой. Собственно о них.

— Готов? — ко мне подошел Гаро на своем Короле.

Сегодня он шел в центре Паладинов, а Амидраэль командовала авангардом. То есть тупо стояла на острие атаки. Гаро же должен был руководить действиями всей гильдии. В отличие от Обороны, сегодня не было единого командующего.

Так как у всех свои задачи, то каждая гильдия была сама по себе и подчинялась указаниям своего Главы. Даже Коалиция разбила Роркх на сектора и направления, поделив их между собой.

Ну а обычные игроки… Хаос и Импровизация во всей красе. Они сами по себе и пойдут в атаку первыми. Впрочем, на Обороне они действовали подобным образом.

— Готов, — ответил я, оглядывая артефакт в руках Гаро.

Матово-черный посох с каким-то заостренным кристаллом в навершии. То ли посох, то ли копье. Еще он был здоровенным, около двух с половиной метров в высоту. Но вспоминая громадную фигуру Аватара, понимаю, что эта версия артефакта даже немного скукожилась, если такое вообще возможно.

Я прикоснулся к посоху, затем аккуратно взял его в руки. Довольно увесистый, но выглядит вполне обычным. И никаких необычных ощущений. Посмотрел на артефакт Оком. Стандартная магическая аура окутывала посох, чуть сгущаясь ближе к кристаллу.

— Стартуем с началом партии? — уточнил я.

— Да. Вроде как портал можно открыть только ночью. Только не размусоливай, Арч.

— Роркх попытается нам помешать.

— Уже, — ответил Гаро.

Ну да, это даже слепой поймет. Вся центральная площадь и примыкающие улицы — огромная территория. Все было черной зоной в эту ночь. Все игроки, что собрались сегодня в атаку, автоматически ловят черные метки.

Как будто просто огромного перевеса нам недостаточно. Скорей всего у нас будет минут пять-десять до первых столкновений. Разумеется, мы не успеем дружно перейти на ту сторону, так что многие умрут еще в этом Роркхе.

И это при условии, что будет стандартная партия а монстры будут классическими для первой волны. Все-таки у нас тут орава вооруженных до зубов игроков. Потери будут, но не критичными. А маги Расвов и других гильдий, что вешают метки, останутся до самого конца.

А вместе с ними и отряд прикрытия, так что от портала нас оттеснить не должны. Маги зайдут последними, а прикрытие останется на этой стороне на всякий случай. Мало ли монстры тоже могут пройти сквозь портал? Атака в спину совершенно не к месту.

Вскоре к нам подошел Черч на своем странном барабанщике. Смуглый хант с деревянной маской, которая сейчас висела на поясе.

— Как настрой, мэн? — ухмыльнулся он.

— Ты с такими словечками синергию не теряешь? — удивился я.

— Так это его словечки и есть, — усмехнулся Черч. — Весьма продвинутое было племя, даром, что папуасы.

— У нас проблема. Йорк пропал.

— Опять? — нахмурился Черч.

— Опять, — пожал я плечами.

— Роркх опять оттесняет его. Видимо и правда боится. Интересно, почему?

— Слушай, все забывал спросить. А что с остальными богами? Они участвуют? С ними можно как-то связаться?

— Уверен, участвуют. Пусть и незримо. Если Роркх и их не сумел как-то запечатать.

— Ладно, погнали тогда. Что мне надо делать?

— Вставай в центре и активируй посох, — ответил Гаро. — Ну, то есть руку. Длань. По идее, этого должно хватить.

— То есть вы даже не знаете, как это работает? — усмехнулся я.

— Не было никаких инструкций, — развел Гаро руками. — А спросить не у кого.

— Ладно, разберемся.

Я побрел в сторону центра площади, аккуратно огибая круглую платформу на колесах. Импровизированная мобильная барабанная установка. Вроде как у ханта Черча ограниченный радиус Песни, так что придется его катить вместе с армией.

Ожидание нервировало не только меня, но и всех остальных. Мой отряд стоял впереди и собирался зайти первыми. Вроде как за капитаном. Никто особо не возражал.

Неми на служительнице, которая настоятельница в часовне. Рино на проклятом ликане. Ана на самом обычном ханте, если судить внешне. И даже взрывчатки взяла с собой всего три мешка, два из которых тащил Рино.

Его стая зайдет позже, но я что-то их пока не видел. Они не очень переносят людские столпотворения из-за количества запахов. Поэтому их разместили внутри одного из зданий.

Вест взял лучника, Айя магессу с Великой Обороны. Только вот количество свихнувшихся полудемонов возросло с четырех до дюжины. Как она собирается справиться с таким огромным потоком демонического пламени?

Я не эксперт в магии, но по мне это перебор даже для нее. Но лишних вопросов не задавал. Девчонка достаточно опытная, чтобы самой адекватно оценить свои силы.

Овер, само собой на больше не ржавом рыцаре, которого все в отряде до сих пор называли ржавым. Просто по привычке. И вот эта идея казалась теперь весьма сомнительной, хотя днем все было нормально. Или не было?

С другой стороны мы уже сменили один раз ему архетип и проиграли Оборону. Имп его знает, как бы все повернулось, сумей он тогда призвать Йорка.

А вот кто всех удивил, так это Маус. Он пришел на своем излюбленном фокуснике, сменив одну деталь. Весь его наряд, от цилиндра до кончика трости сменил цвет. Тот же самый маг-иллюзионист предстал во всем белом.

Он даже на фоне серебряных Паладинов смотрелся ярким пятном. Но в остальном это был точно тот же костюм, что и всегда. В чем разница, он объяснять не стал, загадочно намекнув, что сами все увидим.

Опять же, один из самых опытных игроков в отряде, поэтому я не стал задавать лишних вопросов. Я собрал сильную группу достаточно самостоятельных игроков. Они прекрасно знают архетипы своих хантов.

Никто не лезет учить меня стрелять, а я отвечаю взаимностью. Такая вот командная синергия.

Я отвлекся на какой-то шум справа. Посмотрел в ту сторону, где Паладины пытались оттеснить одного игрока. Судя по высоким нотам, дело пахло дракой, так что пришлось вмешаться.

— Он с нами, — ткнул я пальцем в парня. — Зайдет с моим отрядом.

Паладины молча посмотрели в мою сторону, глянули на посох, на Гаро, на парня и наконец пропустили его.

— Дарова, Арч, — ухмыльнулся игрок.

— Привет, Эл, — пожал я руку ведьмаку. — Ты какими судьбами? Где твои?

— Остались на южной. Пойдут со всей толпой в первых рядах.

— А ты?

— А я хочу быть в самых первых, — улыбнулся Эл. — А то вдруг пропущу чего интересного?

— А вдруг помрешь раньше всех? — усмехнулся я.

— Да и пофигу, — пожал тот плечами.

Ведьмак в кожаной куртке с капюшоном, на спине знак Демона. Не тот, что я рисовал, но такой же корявый и кровожадный. Длинный прямой меч с узким клинком без гарды. И все, больше никакого видимого вооружения или экипировки.

— Иди к остальным, — кивнул я на отряд.

Потому что где-то в отдалении раздались первые раскаты грома. А по телу словно волна прошла, пробирая до самых мурашек. И в этот раз чувство надвигающейся неизбежности ощущалось особенно остро.

То ли из-за того, что я теперь знаю немного больше. То ли из-за важности этой ночи. А может из-за того, что нам предстоит сделать. Но скорей всего это Роркх в очередной раз треплет нам нервы.

Но так или иначе. Партия началась.

Глава 8. Роркх хоть и та еще мразь, но шутки у него классные

Я не знал, что надо делать. Не знал, как это вообще работает, да и будем честны, с активируемыми артефактами я тоже не особо знаком.

Посох Алтарайи, который мне вручил Гаро, должен был как-то работать. Я понимал, как волей управлять артефактами. Думаю, это не сложнее, чем прикуривать от пальца или врубать Око. А может тут какой-то механизм, как у кубика?

Сам по себе артефакт работает в одном режиме, если мы рассматриваем его в пределах игровой механики. Он может создавать искажение пространства, как защитный купол. Это то, что проделывал Аватар в бою с Вегой, когда пущенные снаряды улетали по завихрениям реальности в самые немыслимые направления.

Но мне надо было другое его свойство и тут вся надежда на то, что моя рука сработает как предполагается. При этом вся уверенность в том, что это вообще возможно, базируется на одном простом факте. Так сказал Парагон.

Мне уже давно хочется материться на этой фразе, но я сдерживаюсь чисто из уважения к брату Гаро. Но все равно не покидает ощущение, что мы бредем вслепую в кромешной темноте под пристальным взором ухмыляющегося Роркха.

Вот будет забавно, если в итоге окажется, что Юмидай подставной и вся эта кутерьма приведет к поражению. Честно, я буду долго ржать, потому что Роркх хоть и мразь, но шутки у него классные.

Отличный боевой настрой, ничего не скажешь. Нервы на пределе, если честно. Как-то дофигища ответственности для одного меня. Но выбор был простой, либо открыть портал самому, либо отдать Джекса кому-то еще. Тут все очевидно.

Я стоял в центре площади, сжимая в руках посох. Мандраж пробирал до самых костей, но я старался не подавать виду. В конце концов на меня смотрят не только Расвы, но и лучшие игроки других гильдий.

Сначала я активировал Длань, затем на всякий случай еще и Око. Это было самое простое. Следом просто подумал, а затем и пожелал, чтобы открылся портал на ту сторону. В голове сам собой возник образ черного кристалла, обвитого пульсирующими алыми венами.

Белое свечение медленно потекло из ладони на древко посоха, окутывая его снизу доверху. Ну понеслась. Усилив нажим воли, с удивлением заметил, как белое свечение начало растекаться под моими ногами.

Следом перекинулось уже на другую руку и потянулось ко мне. Через пару секунд оно разрослось так, что я оказался весь поглощен слепящим светом. Так я стоял еще секунд десять, продолжая усилием воли перекачивать что-то из Длани в посох.

А затем, внезапно, все прекратилось. Исчезло жгучее желание бежать, спасаться, бросив всех и все. Исчезло чувство, будто из каждой тени за тобой наблюдает чей-то голодный взгляд. Исчезло напряжение и пропало чувство беспомощности перед чем-то неодолимым.

Я понял, что на меня больше не влияет ночной Роркх. А это значит, что меня там уже нет. Я медленно шагнул вперед по белому ничто. Шаг, еще шаг и вот пелена растаяла перед глазами.

Знакомая картина впереди. Знакомые каменные плиты под ногами. Сухой, безжизненный воздух, в котором умер даже ветер, хотя я находился на самом верху пирамиды.

Подойдя к краю, обернулся. В центре верхнего яруса мерно светилась полусфера портала. Точно такая же, как и во время Великой Обороны. Солнца не было над нами, как и луны. Вечные сумерки мертвого мира.

Впереди лежал Роркх. Изначальный Город, сейчас напоминающий обветшалые руины с продавленными крышами и местами обвалившимися стенами. Мне не нужна была подзорная труба, чтобы увидеть главное отличие от Великой Обороны.

Око бога, прекрасно видело суть вещей. И если весь Город был для меня мертвым и безжизненным нагромождением камней и кирпичей, то на центральной площади вибрировал сгусток концентрированной энергии.

Проводящий кристалл, а вернее его проекция. Наверное. Не знаю из чего он состоит на самом деле, но отсюда он казался концентрированным сгустком энергии. Причем этот сгусток был формой не с сам кристалл. Энергия заполняла практически всю площадь, куполом накрывая пространство.

— Видишь его отсюда? — произнес подошедший Гаро.

— Да. В центре площади. Но его сила не заключена в камне. Она распространяется вокруг.

— Защитный полог. Мы предполагали нечто подобное. Скорей всего он блокирует воздействие извне.

— Откуда инфа?

— От Черча. Алтарайи умели такое. Абсолютный барьер, так что не удивительно, что Роркх прибрал себе такое.

— Гаро, — замялся я. — Мы же внутри кристалла, да? Это ведь не настоящий другой мир, в котором мы каким-то образом воплотились?

Паладин медленно повернулся ко мне, словно раздумывая над ответом. Затем с грустью вздохнул и произнес.

— Я вообще без понятия. Но задача у нас в любом случае одна. Смотри, началось.

В этот раз все выглядело несколько иначе. Монстры не вываливались из порталов по другую сторону Роркха. Они пришли со стороны горизонта. Одной сплошной, пока еще тонкой, полоской. Но зато со всех сторон разом.

Сколько хватало взгляда, везде горизонт чернел шевелящейся массой. И приближалась она довольно стремительно.

— Это та часть армии, которую успел собрать Роркх, — произнес Гаро. — С каждой партией после Великой Обороны, он становился все сильнее. Надеюсь, мы успели вовремя. Надо поторапливаться, пока наша Контратака не превратилась в новую Оборону.

— Хорошая работа, Стрелок, — пробасил над ухом знакомый голос.

Я обернулся на Мечника, попутно прочищая барабанные перепонки. Теперь звенеть будет еще минуты две точно. А вот Хауст стоял в своих привычных ободранных штанах, да с заплетенными волосами. На плече стальная балка с зазубринами и кривыми краями.

— Ты что, меч почистил по такому поводу? — удивился я, глядя на проводящую сталь.

— Не, в фонтан под струю закинул. Сойдет.

— Фонтан хоть цел остался?

— Ну… Готов пострелять? — быстро сменил он тему. — Мне тут один задохлик шепнул, что нехило тебя отделал.

— Это Хохуро что ли? — натурально удивился я. — Да я его по стенам размазал, вообще-то. И чуть не пристрелил.

— Ну, судя по его надменной речи, я так и подумал.

— Мумия недосдохшая. В следующий раз точно пристрелю.

— Ты лучше на монстрах сосредоточься. А то опять мне все самому делать придется, — усмехнулся Мечник.

— Да ты пока со своей железякой до них доберешься, я уже всех перестреляю. Не зазнавайся.

— Да я тебе фору дал. С твоей скоростью, ты даже до трупов после меня доберешься, когда те уже остынут.

— Что ж, видимо у нас безвыходная ситуация, — пожал я плечами. — Придется на деле доказать твою бесполезность. Только не убейся потом от унижения.

— Что же, видимо пари? — улыбнулся Мечник. — Кто больше перебьет тварей, тот и прав.

— Что на кон ставим?

— Проигравший отрабатывает разницу в монстрах. На сколько отстанет, столько дехантов будет перевоспитывать. Как тебе?

— Дехантов? Перевоспитывать?

— Ну или еще каких мразей. Сделает из заблудших гнилых душ достойных людей.

— Боюсь, ты столько дехантов не найдешь во всем Роркхе, — протянул я руку.

— Забились, — усмехнулся Мечник, пожав мою ладонь.

— Хватит трепаться, — раздался голос Гаро за спиной. — У нас проблемы.

Ну конечно. Куда же без них? Да чтоб еще до боя начались. Я обернулся и посмотрел на стройные шеренги Паладинов, вышагивающих из портала. Игроки уже заняли не только всю верхнюю площадку, но и два нижних яруса.

— Что опять? — спросил я.

— Черч не может войти, — ткнул он пальцем в пустую барабанную установку на колесах.

— Какого импа, а?

— Роркх не пропускает Древних. Ни хантов, ни игроков на хантах. Хохуро тоже не смог пробиться.

— Да как так?

— Вот так, — помрачнел Гаро. — Зашли в купол портала с одной стороны, вышли с другой. Но так и остались в ночной партии.

— Срань импова. И что делать?

— Тащим сюда все силы, какие можем. Включая резерв. Черч с Древними останутся там оборонять проход от монстров. Но рассчитывать придется только на себя.

Я молча кивнул и двинул к своим, которые уже толпились кучкой на углу площадки. Кивнул им вниз и мы спустились на два яруса, чтобы не мешать остальным и не путаться под ногами. Там уже объяснил, что к чему.

— Все повторяется, — произнес Овер. — Как и на Великой Обороне.

— Сплюнь, — рыкнул Рино.

— Мы хотели собрать больше сил, — произнесла Неми. — А в итоге ни Йорка, ни Древних, так еще и игроков меньше, чем в тот раз.

— Но и монстров будет не так много. Если не будем тормозить, то успеем прорваться к центру до того, как нас возьмут в кольцо.

Мне ничего не ответили, потому что гомон толпы потонул в грохоте выстрела. Мы разом обернулись и увидели дымный след, тянущийся от дула настоящей корабельной пушки. Причем весьма не малого калибра.

Посмотрев в направлении выстрела, увидел купол распадающихся осколков от явно магического ядра. Следом глухо ухнул залп из винтовок первого калибра. Маленькие цветы появились словно в воздухе перед кристаллом.

Бетельгейзе даже из такого оружия не добрались до цели. Хотя их основная функция как раз и состояла в том, что они легко пробивают один слой любой защиты, отправляя начинку дальше.

Следом с неба на центральную площадь упал целый метеор. Просто рухнул без всякого предупреждения. Клубы огня, пепла и дыма смешались с поднятой пылью от наполовину рухнувших строений вокруг площади.

В наступившей гробовой тишине все наблюдали за оседающей завесой с робкой надеждой ребенка. Мне же ничего ждать не надо было, Око прекрасно видит сквозь пыль и пепел.

Я обернулся и посмотрел на верхний ярус. Пока все пялились в сторону центральной площади, один Гаро внимательно смотрел на меня. Я отрицательно помотал головой из стороны в сторону. Разумеется, он не удивился.

Мы должны были попытаться, пусть и потратили на это драгоценные минуты своего времени. А черная полоса на горизонте уже разрослась до ленты приличных размеров. Как обычно, сначала пойдут мелкие и шустрые твари, а уже следом подтянется все, что покрупнее. И обычно куда опаснее.

Паладины уже спустились с пирамиды и заняли боевое построение. Судя по разношерстной массе, в портал давно ныряют свободные игроки.

— Какой у нас план? — спросил Эл, переминаясь с ноги на ногу, пытаясь скрыть нетерпение.

— Пойдем впереди, — ответил я. — Живыми мы тут особо не нужны, а мне очень надо настрелять как можно больше тварей.

— Отличный план, — улыбнулся Мечник.

Мой отряд спустился с пирамиды. Попутно поговорил с Неми и Овером, но никаких следов Йорка. Решили попробовать дойти до одного из его храмов. Вроде как во время Великой Обороны была возможность его призвать, да только сил не хватило.

Так что сраная надежда, как обычно, трепала нам нервы и не желала окончательно подыхать. Но и к этому мы привыкли.

По пути я бросил через плечо серебряную монетку. Этот жест уже вошел в привычку, хоть я никогда особо и не считал удачу перспективным статом.

— Совсем паршиво, — буркнул я.

— Что такое? — спросил Вест. — А, понятно.

Он тоже бросил монетку, видимо с тем же результатом. Госпожа Ф не приняла подношение. Бонус к характеристикам не был получен. И да, пусть все мои ханты помимо Джекса получали всего лишь единичку, но сейчас не было и этого.

— Богов с нами тоже нет, — подвел я итог. — Все сами.

— Яр вроде здесь, — неуверенно произнесла Неми, оглядываясь на Паладинов.

— Он не бог. Он набор активируемых игровых механик, не более.

Настрой был очень далек от боевого, но падать духом было рано. Мы все еще сильны сами по себе, мы тут, есть конкретная цель, а значит ничего не потеряно. Хотя чувство было именно такое.

И если монстры пересекали Город из одного конца в другой за каких-то десять-пятнадцать минут, а особо медленные минут за тридцать, то нам до центра топать пару часов точно, а то и больше. Мы не умеем без остановки носиться сломя голову.

Стимуляторы, эликсиры и магические амулеты. У нас, как и у многих игроков, что не планируют быстро помирать, много расходников на выносливость. Плюс исконное превосходство тела ханта над обычными человеческими. Так что двигались мы довольно бодро по меркам реала.

Но неприятности начались уже на окраине. Вернее чувство их скорого приближения. Внимательность Джекса к деталям, помноженная на мои навыки контроля окружающего пространства. Все инстинкты буквально вопили, что что-то не так.

Мы шли не в первых рядах, многие игроки воспользовались призванными ездовыми животными, магией и даже одну колесницу умудрились протащить. Так что на квартал минимум нас обгоняли. Но я не слышал впереди никаких странных звуков.

— Боевая готовность, — тем не менее дал команду отряду.

— Что-то не так? — спросил Вест. — Кольцо тварей еще довольно далеко.

— Что-то не так, — просто ответил я и этого было достаточно.

Отряд собрался, сконцентрировался и начал поглядывать в оба. Эл и Рино вышли вперед, сейчас его сопровождало всего два ликана, заранее перекинувшихся в волков. Мы немного замедлились, чтобы ненароком не угодить в какую-нибудь западню.

Но мой мозг все еще пытался обработать подсознательно полученную информацию. Но я так и не мог понять, что именно меня нервировало, заставляя вглядываться в каждую тень. Ответ пришел откуда точно не ждали. От Рино, собственно.

— Запахи, — произнес он. — Чую много разных запахов. Обычных, но во время Обороны их не было.

Точно. Я сравнивал окружение с игровым Роркхом, а не с Роркхом из Великой Обороны. И пусть я не мог тонко различить ароматы, но точно скажу, что пахнет тут не пылью и песком. Вернее, не только ею.

— Ребят, у нас еще одна проблема, — прорычал Рино.

— Ну давай, почему бы еще до кучи не докинуть, — простонал Маус.

— Я не могу обратиться, — произнес он. — Йорка нет, некому блокировать проклятие. Если перекинусь, то вылечу из капсулы.

— Так ты же вожак, — удивился я. — Тебя Фест не простил разве? Или как он там у вас зовется?

— Хродвентир, — напомнил Рино. — Или Большой Волк. И нет, вожаком стаи я стал по праву сильного. Это не имеет ничего общего с божественным проклятием. Законы стаи и законы Большого волка не всегда одно и то же.

— Ну все, приплыли. Стаю хоть призвать можешь?

— Это могу.

— Хоть что-то. Отличная ночь. Шикарная партия, — начал ворчать я. Не сдержался. — Еще ни одной твари не встретили, а уже все катится импам под зад.

Эта злость на сраный Роркх, что на ходу устанавливает правила, а вернее пичкает их своими скрытыми механиками. И она наша с Джексом общая. Ни он, ни я, никогда не отличались ни ледяным спокойствием, ни особым терпением.

И Роркх услышал мои слова. И даже ответил, пусть и в своей привычной манере. Где-то впереди раздались выстрелы и грохот, быстро сменившиеся человеческими криками. А ведь мы всего пару кварталов прошли от самой окраины.

— Засада, — выкрикнул Вест.

Впрочем, это было очевидно. Стены домов по обе стороны частично рухнули и на улицу вывалились разнообразные твари. Что помельче лезли через окна двух этажей, а следом полетели и новые с крыш домов.

Улица хоть и была довольно широкой, но на ней быстро стало тесно. И это при том, что стрелять я начал еще до того, как Вест выкрикнул предупреждение.

Мы далековато оторвались от основной волны игроков, но так и не догнали тех, кто ушел вперед. По сути, на этой улице мы одни, а монстров хватило бы на небольшую оборону. Но и мы свою репутацию не с неба заработали.

Стужа отрабатывала на все двести, промораживая врагов насквозь. Как ни крути, а с Лисами я сражался дольше всего, так что это оружие было для меня наиболее комфортным. Сетройт и один Нокс тоже при себе, но если первый для спокойствия, то второй на крайний случай.

Четверть всех нападающих смело огненной волной. Айя не растерялась и сама перекрыла одно из направлений, а мы уже разобрались с остальными. Только Неми и Овер особо не участвовали в бою.

Мы до последнего рассчитывали на появление Йорка. Поэтому служительнице было совсем грустно, ведь без своего бога она практически бесполезна для отряда. Если в игровом Роркхе еще работали все механики, то здесь она даже черный туман не могла создать.

Но это все еще Неми. Она без промедления и полумертвого вытащит на руках из битвы, и сама выйдет на противника, если понадобится.

Бой с оравой прятавшихся тварей занял не больше минуты. Да, было неожиданно, но не сложно.

— На второй волне и то больше потели, — подвел итог Маус.

— Не расслабляемся, — скомандовал я.

— Как ты их вообще не заметил? — спросил Рино. — У тебя же супер глаз есть.

— Хороший вопрос. Но сквозь стены я не вижу.

— И сквозь землю тоже, — послышался голос Веста, который обследовал полуразвалившийся дом. — Тут лаз, явно вырытый. Как нора.

— Они в катакомбах, — произнес я очевидное. — А значит могут напасть с любой стороны.

— Молодец, капитан, — произнес Маус. — Снова накаркал. Кого еще позовем на вечеринку?

Очередная толпа, на этот раз заполонила перекресток впереди. А следом нам закрыли и пути к отступлению. Я смотрел, как волна приближалась с двух сторон, зажимая нас в тиски. Монстры бежали, скакали, неслись по стенам, прыгали по остаткам крыш.

Уродливые, безобразные, визжащие, словно кошмарная фантазия какого-то психа. И вся эта орда неслась на нас, клацая челюстями и жвалами, размахивая хвостами, клешнями и лезвиями.

— Маус, дай координаты, а то нас зацепит. Прикройте его.

Фокусник моментально сместился в центр, за спины отряда и психов. Кстати, к последним присматривалась Айя, но затем все же развернулась к волне. Рановато для демонического пламени. Первое препятствие не стоит таких козырей. Наверное.

Я стрелял так быстро, как только мог. Стужа не только промораживала врагов, но и замедляла их, заставляя толпу сбиваться с ритма. Когда до первых рядов нападающих оставалось метров тридцать, грохнули первые взрывы.

Это Ана разрядила гарпун, с намотанной на него взрывчаткой. Хитрое приспособление, похожее на пулеметную ленту. Множество защищенных магией контейнеров, срабатывающих по цепочке. Так что улицу озарила целая череда взрывов.

С другой стороны бушевало пламя и разряды молний от рунических стрел Веста. Но все это слабо помогало. С нашего направления полетели первые криогранаты. Монолит куда эффективнее, но у него радиус поражения меньше, не хватит, чтобы перекрыть улицу.

Один из козырей мне все же придется задействовать. В воздух полетела пухлая склянка с темной жидкостью. Я выстрелил в нее на излете, так что жижа брызнула во все стороны прямо над головами тварей.

Мелкие и крупные капли разлетелись во все стороны, но лишь малая их часть достигла земли. Едкая субстанция, казалось, прожгла само пространство, в котором образовалось множество дыр. И когда первые ряды монстров пересекли это место, безумие обрело форму.

Я впервые использовал Трещину Бездны по назначению. И против обычных монстров она сработала куда как лучше, чем против Мечника. Десятки щупалец выстрелили со всех сторон из прорех.

Они хватали и обвивали бегущих монстров по два, по три за раз. Мгновенно стягивали их, с легкостью ломая хребты и бронированные тела. Хаос бойни наконец разнообразился воем подыхающих тварей.

Жгуты Порождения Бездны с легкостью отрывали монстров от земли, убивали, разрывая на куски и тут же теряли интерес к мертвецам. Тянулись за следующими и все повторялось.

Но даже так мы лишь проредили толпу, а остальных пришлось отстреливать вручную. Рино носился из стороны в сторону, не зная откуда придется принимать удар. Но судя по всему, Айя с Вестом справлялись лучше. Тем более Эл прикрывал их с той стороны, готовый встретить удар.

Парнишка понимал, что в случае прорыва Рино справится лучше и защитит меня. Поэтому ведьмак взял тылы, чтобы разгрузить ликана.

Все-таки атаки по большой площади работали куда эффективней. Так что даже Оверу пришлось нам помогать. В какой-то момент из-под земли появились полупрозрачные руки, хватающие бегущих монстров.

В этот момент мы смогли не только остановить наступление, но даже отбросить врагов немного назад. Всего лишь на метр или полтора, но в таком деле это уже большое достижение. Проблема была в том, что потоку этих уродов не было ни конца, ни края. Они сейчас стекались со всего Города, а значит долго мы тут не продержимся.

— Готовимся, ща жахнет по самые помидоры.

Голос Мауса обнадеживал. А когда он принялся метать свои карты, которые теперь еще и взрывались, то я даже поверил, что поддержка успеет.

— Овер, крепежи, — бросил я в тот момент, когда волну отбросило еще немного назад.

Призрачные руки исчезли. Последние щупальца вернулись в проломы, попытавшись забрать с собой несколько тварей. Впрочем, тех просто разорвало на куски.

И в момент, когда прозрачные руки, закованные в броню, схватили меня за голени, началось представление. В небе перед нами вспыхнул магический круг. В ушах засвистело от порыва ветра. Монстры рванули с удвоенной силой, но даже первые шеренги замедлились на половине оставшегося пути.

— Айя, сейчас. Буря грядет.

По моей команде девушка отпустила две цепи с сумасшедшими хантами, толкнув их вперед. Те безвольно побрели, не замечая ничего вокруг. Монстров уже начало затягивать в чудовищную воронку, образованную совместным заклинанием.

Тут главное поймать удачный момент, а то можно все запороть. Полы плаща взметнулись вверх, в спину ударил порыв ветра такой силы, что ноги на мгновение оторвались от земли. Но призванные Овером духи держали крепко.

Первыми в небо улетели дохлые твари. За ними взметнулись разбросанные куски кирпичей и кровли. Монстры перестали переть напролом и вместо этого цеплялись за все, что можно. В том числе и друг за друга.

Так что когда шторм усилился, в небо полетели целые клубы черных тел. А вслед за ними подхватило и двух отпущенных психов. Стараясь удержать равновесие, придерживая одной рукой шляпу, я выхватил Нокс.

Тут нужен серьезный урон. Но мне потребовалось ровно два выстрела, чтобы проделать смертельные дыры в телах полудемонов. Они вспыхнули мгновенно, активируя последний вздох. Я обернулся на Айю.

Глаза девушки исчезли. Вместо них из глазниц лилось пламя, оставляя на щеках черные дорожки. Полуоборотом я принялся отстреливать тварей, атакующих нас в спину. Их завывание вихря особо не коснулось, а ветер лишь ускорил наступление.

Затем на остатках стен с двух сторон улиц вспыхнули магические круги. В центре каждого торчала руническая стрела. Если Вест настолько хорошо овладел рунами, что умеет запечатывать магический круг в стрелу, то я знатно офигею.

А судя по всему, так оно и было. Между кругами вспыхнула тонкая белесая пелена. И волна монстров, подгоняемая ветром, не просто впечаталась в это марево. Такое чувство, что пленка их всасывала в себя.

Я видел эту магию всего один раз. Когда мы участвовали в обороне центральной площади. Джекс еще не получил свои шрамы на тот момент. Дуал-векторное заклинание, растворяющее все, что попадает в пелену.

Да, тогда оно было мощнее и больше, но за его создание двое опытных магов расплатились своими хантами. А тут просто стрелы. Пелена всосала в себя огромную часть монстров, а остальных можно и расстрелять.

Хотя, для кого-то и Стужа окажется просто патронами. Если не знаешь каких трудов стоит скрафтить хоть один. И сколько времени потребуется на создание боезапаса на целую партию.

В конце концов, за спиной тварей было меньше, ведь там и другие игроки сражаются. Так получилось, что мы стали авангардом, принявшим на себя первый удар.

А впереди тем временем шторм достиг апогея. Два вспыхнувших полудемона щедро расплескали свою кровь. А Айя заклинанием превратила ее в безудержное демоническое пламя.

Огненный торнадо достиг земли, плавя камень по всей ширине улицы. И затем испепеляющее заклятье медленно поплыло вперед к центру города. Туда, откуда валили все новые и новые твари.

В какой-то момент, когда казалось, что опасность миновала, в спину ударил очередной порыв ветра. С пронзительным криком в небо улетела Ана. Призрачные руки продолжали сжимать ее сапоги, а вот хрупкое тело ханта отправилось в полет прямиком в пылающий смерч.

— Твою мать, — заорал я.

Рино пытался ухватить девчонку, но не дотянулся буквально чуть-чуть. Это с учетом того, что он подпрыгнул, заставив призраков по грудь показаться из-под земли.

Я наблюдал, как хант кувыркаясь в воздухе уменьшался на фоне бушующего пламени. В следующее мгновение в воздухе перед девушкой промелькнуло белое пятно и Ана исчезла. Просто исчезла.

Обернувшись, увидел как Маус бережно удерживает Ану, окутанную полами его плаща. Вскоре под ними выросла еще одна пара рук, схватив девушку за лодыжки. Другая пара поплыла над землей, поднося ей сапоги.

Я показал Маусу большой палец. Отличная реакция и превосходное исполнение. А уж Рино чуть ли не в ладоши захлопал своими лапищами.

Примерно минуту я помогал Весту и пришедшей в себя Айе отбиваться от остатков тварей со спины. А затем все прекратилось. Мы стояли посреди запекшейся, обугленной улицы. Да и улицей-то это можно было назвать с натяжкой. От нас вперед тянулась широченная траншея выжженной земли.

Маги-артиллеристы, оставшиеся прикрывать нас с пирамиды, сработали на отлично. Вряд ли смерч дотянется до центра Роркха, но первую волну нападающих он знатно проредит. Хорошо, что Маус успел передать наши точные координаты, а то болтаться бы нам сейчас между небом и землей.

Я обернулся и глянул на горстку точек наверху пирамиды. Жаль, что они не смогут прикрывать нас вечно. Как только кольцо наступающих тварей сомкнется, они снесут защитников пирамиды в одно мгновение.

Но все знали на что идут. Каждый обязан был сделать свою работу. И мы в том числе.

— Не расслабляемся, — скомандовал я. — Перезарядиться, пополнить ману и расходники, выдвигаемся через минуту. Мы теперь в авангарде, так что надо расчистить путь Паладинам.

Первый раунд за игроками. Но никто не питал иллюзий по этому поводу. Да, все возможно, пока мы не сдались сами. Но это было лишь начало.

Роркх поприветствовал гостей и пригласил зайти внутрь. Так что считай, мы даже за порог еще не ступили. Но хватит мяться, не стоит заставлять ждать столь гостеприимного хозяина.

А то вдруг обидится. И тогда нам всем точно хана.

Глава 9. Это как между молотом и наковальней, только в вариации Роркха

— Маус, какого импа? Где все?

— Сдохли, Арч! Сдохли. Все сдохли, — орал фокусник, бросая короткие взгляды на карманное зеркальце. — И мы тоже скоро сдохнем такими темпами.

— Восток черный, — крикнул Вест откуда-то сверху. — И север.

Черный, значит смертельная опасность. Был бы хоть красный — куда ни шло. Красный в наших обозначениях, это когда «все поляжем, но кто-то может и выкарабкается». Только в этой партии красной была лишь наша кровь. А все остальное — черным.

В особенности наш боевой дух. И я не про отряд, а про игроков в целом. Поначалу все шло отвратительно, но терпимо. Первую атаку выдержали, вторую и третью тоже. Затем нам пришлось отступить.

Слишком много раненных, слишком мало маны осталось у Айи и Овера. Хотя у рыцаря не было маны, но имелся какой-то аналог, восстанавливающийся со временем. Да и мне не помешало бы дозарядить барабаны.

Мы потеряли обоих ликанов, что сопровождали Рино. Монстры сожрали трех безумцев, впрочем, это им вышло боком. Зато нам пришлось срочно отступать из пылающего квартала. Благо нас быстро прикрыли.

Вперед вышли игроки из свободных гильдий, отрядов и из числа одиночек. Они пошли напролом, не пытаясь прорваться к центру. По сути, у них была одна задача. Перебить столько тварей, сколько смогут, пока сами не помрут.

Так что линия боя превратилась в цепочку взрывов. Несколько кварталов Роркха снесло подчистую, а на их месте даже руин не осталось. Воронки через каждые десять шагов, а некоторые прорвались даже на верхние уровни катакомб, обвалив еще и их.

— Импова срань, — проворчал Маус. — У них там Душегубы на каждом шагу. Ассасинов переассасинили.

— Ожидаемо, — пожал я плечами, поморщившись от боли.

Одни из немногих существ, способных передвигаться по Теням. И лучше с ними в этих Тенях не встречаться. Это в обычном пространстве твари не так уж сильны, но в Тени — их вотчина. Короткие пути к кристаллу отрезаны. Небо тоже заполонили твари, но те пытались вырезать наши тылы.

Маги и снайперы показали, что не зря играют на своих архетипах. Небо вычистили в первые двадцать минут боя, хоть и ценой половины тылов. Там и Расвы сильно пострадали.

После череды столкновений, вперед выдвинулись гильдии, что должны были расчистить нам путь. Вернее Паладинам. Мы пошли вместе с ними, но это было зря. Кольцо сомкнулось именно в этот момент, а мы прошли всего половину пути.

Это была мясорубка. Как во время какой-нибудь обороны, когда твари прут сплошным потоком. Только вот у нас ни укреплений, ни орудий. Дольше всех держались Пилигримы. Последними пали Молоты Этера и это было эпично.

Никогда не думал, что встречу в Роркхе отряд сопоставимый по силе с Паладинами. Молоты развернулись на всю катушку. Стало понятно, что им нужно было пространство для маневра, потому они так невзрачно отыграли Великую Оборону.

Но когда один из хантов начал шмалять молниями во все стороны, а другой внезапно превратился в мини-торнадо, мы решили убраться подальше. И вот мы сидим в руинах какого-то здания.

Впереди виднелись кратеры воронок, оставленные самоубийцами из числа одиночек. Да, с тех пор мы не продвинулись ни на шаг. Все пространство впереди покрыто трупами и залито кровью.

Один неверный шаг и ты соскользнешь с края воронки в яму. А обратно уже можно и не выбраться. Маус пытался организовать связь с остальными, но получалось не очень.

Судя по полученной информации, уничтожено порядка восьмидесяти процентов игроков. Пирамида пала, попутно залив жидким пламенем все вокруг, в том числе и путь, по которому шли игроки.

Паладины целы, хоть и понесли потери. Их прикрывали до последнего. Часть Расвов и Пилигримов тоже живы. В основном те игроки, что окружали отряд Гаро. Остальных разбросало, но Маус пытался координировать их в одну точку.

В небо взлетели зеленоватые вспышки Светлячков. Место сбора. Нам бы тоже к ним, но мы слишком далеко на передовой. К тому же Рино сильно ранен, а без звероформы он не сможет быстро залечиться.

Еще Эл опять умудрился сломать свой меч. Человек, которому категорически не подходит холодное оружие. Но его это не останавливает. Под усилением Пепла Хаоса можно и вилкой воевать.

Парню тоже сильно досталось. Он попытался уйти в Тени, чтобы атаковать со спины одного Непрекословного, но его самого ударили в спину. Как позже выяснилось, те самые Душегубы.

Мы прошли от силы половину пути, так что прорываться дальше будет трудно. Вроде как и монстров новых не появляется, так что основную массу игроки все же перебили. Только вот восток черный. Как и все остальное.

— Овер, далеко до часовни?

— Ближе, чем до Паладинов. Но прорываться будем с боем.

— Значит, пора вываливать козыри.

— Арч, — произнесла Ана. — Я не смогу. Сложно объяснять, но механизм особой взрывчатки завязан на божественном проклятье.

— То есть никаких волков-камикадзе?

Девушка отрицательно помотала головой. Затем робко посмотрела на меня и добавила.

— А еще у меня хант проклят. Я ослаблена и в любой момент просто умру.

— Нам нужен Йорк. Где этого алкаша импы носят? Овер, путь.

Рыцарь ткнул пальцем в сторону чернеющего перекрестка. Надо сместиться вправо, значит сможем пройти по краю кратеров. Только вот нас сметут раньше, чем мы пройдем половину пути.

— Айя, нам придется воспользоваться Демонической Силой. Я не вижу другого варианта.

— Хорошо. Но я не смогу разгуляться на полную, иначе вас всех сметет. Даже четверых шизов не использовать. Три максимум.

— Да что же такое-то, — с грустью вздохнул я. — Все через одно место идет. Давай.

Девушка кивнула и по отпустила все цепи, кроме трех. Мы по команде выбрались из убежища, если это можно так назвать, и пошли в сторону от монстров.

Айя же повела троих психов прямо в изрытые воронками кварталы. Девушка была как на ладони, так что ни у кого не оставалось сомнений в исходе. В этой партии это будет ее последнее заклинание.

Мы же двигались вдоль кромки руин, наполовину уцелевших строений. По левую руку кратеры через каждый десяток шагов. По правую — остатки какой-то промышленной зоны.

Рино все еще был плох а его стая, что изначально прикрывала Паладинов, так и не смогла добраться к нам. Полегли где-то на середине пути. Эл двигался впереди вместе с Вестом. Но стрелять в основном приходилось мне.

Я быстрее всех реагировал на опасность, ведь мы с Джексом прекрасно ориентировались в происходящем хаосе. По крайней мере в радиусе тридцати метров я всегда успевал заранее обнаружить врага.

А потом полыхнуло слева. Никто не оборачивался. Если смотреть на призванного Демона с такого расстояния, то можно и ослепнуть. Овер как-то прикрыл нас своей аурой, но она не сильно спасала от жара.

Впрочем, камень под ногами плавился, а мы нет. Значит, все-таки спасала. Зато прорываться стало труднее. Из-за бушующего пожара мне сложно было ориентироваться на местности. Атаки монстров проходили все ближе и ближе. Пару раз Элу пришлось помахать своим сияющим мечом.

— Туда, — проскрежетал рыцарь. — Часовня там.

Он указывал на покосившуюся железную ограду. То ли парк, то ли сквер. Все деревья вырваны с корнем, трава пожелтела и пожухла. Повсюду валяются камни и осколки кирпичей. Впрочем, вход в часовню мы заметили сразу.

Простое одноэтажное строение местами обвалилось, но это не страшно. Всем ясно, что сам алтарь находится под землей, а судя по отсутствию воронок, часовня должна быть цела.

— Это еще что за зверь? — произнес Маус.

— Какой красивенький, — проворковала Ана.

— В жизни не видел ничего прекрасней, — это уже Эл.

— Единорожка, — произнесла восторженная Неми и потянулась к существу рукой.

Посреди поляны стоял натуральный единорог, словно сошедший с иллюстрации детской сказки. Белая шерстка, витой рог, густая серебряная грива. Отряд завороженно смотрел на существо, а затем, медленно побрел в его сторону.

Я даже растерялся на секунду. Их словно магнитом к нему тянет. Да, красивый и статный волшебный зверь, только вот…

— Вас не смущает, что он жует чью-то руку? — спросил я, опешив.

— Ты просто сноб, Арч, — проворчал Маус. — И ничего не понимаешь.

— Сноб? — до меня начало доходить.

Нет, я все понимаю, но Неми-то куда лезет? Или это потому что она девушка? Не сходя с места я выстрелил Стужей прямо в череп твари. Пуля просвистела над плечом Аны, но все равно рассыпалась всполохами возле морды единорога.

Отряд развернулся в мою сторону и в их глазах было столько ярости и гнева, что мне на секунду стало страшно. Мне кажется, даже я не способен на такой взгляд.

— Ну нафиг, — буркнул я себе под нос.

Оба Лиса заряжены Стужами, а вот в Сетройте еще оставался барабан Бетельгейзе. Пришлось выхватывать оружие и вновь стрелять. Маус попытался заслонить зверя своим телом, но не успел. Хоть мне и пришлось немного скорректировать выстрел. Пуля расцвела магическим бутоном в двух ладонях от морды твари.

А вот сердцевина прошла дальше, полоснув зверя по морде. Немного не попал, обидно. Зверь заревел разъяренным монстром, а отряд кинулся на меня, пытаясь скрутить.

Рино рычал и словно вообще забыл о своих ранах. Радовало одно, ребята лезли, по факту, голыми руками. Кинжалы, мечи, сики, но никакого Пепла Хаоса или метательных карт не было. Так что ничего трудного.

Красная Лента подходит не только для уклонения от атак врагов. Ею можно даже от пуль уворачиваться, если обобщать. А от горстки обезумевших людей я увернулся даже не вспотев.

Единорог, когда понял, что они меня не остановят, наклонил голову и сам ринулся в атаку. Признаться, он был довольно быстр. Не будь я еще быстрее, было бы грустно.

А так я даже уклоняться не стал. Сам хотел сблизиться с тварью, так чего теперь убегать? Руки сработали на автомате, Нокс рявкнул третьим калибром практически в упор несущейся твари. С нынешней силой Джекса, тяжелый револьвер был сродни пушинке.

А вот от безголовой несущейся туши я все же увернулся полуоборотом, пропуская монстрокопытное в шаге от себя.

Отряд ошарашено переводил взгляд с дергающейся кучи мяса на меня и обратно. Первой заговорила Неми.

— У меня же воли в полтора раза больше, чем у тебя, Арч. Как так-то?

— Сверхволя дает свои плюшки, — пожал я плечами.

— Ты вообще хоть какое-то воздействие почувствовал?

— Нет.

— Просто нет?

— Просто нет.

— Похоже, этих живьем пожрали, — произнес Овер, оглядывая улыбающиеся лица мертвых хантов. — Вот тебе и единорожка.

— Впервые о таком слышу, — почесал голову Маус. — Массовый гипноз, это как-то чересчур. Имбово.

— Монстр третьей волны, — подытожил Вест. — Либо он вообще не должен был появляться в нашем Роркхе. А здесь может. Все-таки это мы нарушаем правила.

— Пойдем в часовню, времени и так мало.

Одну из створок заклинило, другую снесло с петель. Внутри винтовая лестница была завалена камнями, так что мы потратили немного времени на разгребание. И вот мы наконец внутри. Тут было темно и прохладно.

Вокруг Овера заплясали призрачные огоньки, освещая все зеленоватыми отблесками. Как и все остальное в этом Городе, часовню покрывал толстый слой пыли.

Мы прошли мимо развалившихся от времени скамей прямо к алтарю. Рино снял сеть с десятком оторванных голов монстров, а сам уселся в углу, переводя дыхание. Эликсиры делали свое дело, так что скоро ликан будет в порядке.

— Ну что, с Йорком, — произнес я и хлопнул первой башкой по шипам алтаря.

Остальные в отряде проделали то же самое со своими трофеями и начали читать молитву. Неми стояла на коленях перед статуей божества, обращая к нему призыв. Овер стоял у нее за спиной, делая то же самое.

Длительные секунды ожидания нарушил голос рыцаря.

— Ничего.

— Тут никого нет, — подтвердила Неми. — То есть вообще. Даже от алтаря не исходит никакой силы. Ни. Че. Го.

— Имповы ляхи, — произнес я. — Он ведь даже в Оборону был. По ту сторону, но был ведь. Хоть какой-то отклик.

— Да, — кивнул шлемом рыцарь. — Я его даже на другом ханте тогда почуял. А сейчас пустота.

— Может он просто напился и спит? — произнес Маус. — Ну там похмелье, все дела.

Но шутку никто не оценил. Если у нашего боевого духа и имелось дно, то мы его только что пробили. В часовне повисла гнетущая атмосфера уныния. И я первым понял, что так дело не пойдет. Как бы все ни было плохо, сдаваться еще рано.

— Значит по старинке будем, — постарался я добавить в голос уверенности. — Раньше без него играли как-то, так что и сейчас справимся.

— Надо соединиться с Паладинами, — озвучил Вест общую мысль.

— Маус, попробуй связаться с Гаро.

На установление контакта ушло около двух минут. За это время я выяснил, что у меня закончились патроны россыпью, но почти все барабаны полные. Пересчитал остатки гранат и с грустью вздохнул.

Две трети боезапаса истратили, ликанов потеряли, Айи нет, а Ана вот-вот помрет. Вкупе с недееспособной Неми, получалось, что Эл со своим огрызком меча не такой уж и плохая боевая единица, даже без своих Теней.

— Паладины продвигаются к линии кратеров, — отчитался Маус. — Их там под сотню игроков в общей куче. Но в Роркхе повсюду идут битвы, так что должны быть еще живые.

— Скажи, что мы двигаемся к ним. Чем сможем, тем поможем.

Маус кивнул и продолжил о чем-то договариваться через зеркало. Я оглядел отряд и в очередной раз захотел вздохнуть, но удержался. Нельзя подавать вида, надо держаться прямо. Все возможно, пока мы сами не сдались.

Выбирались мы с боем. Опять. Залечивший раны Рино чуть было не лишился ноги, да и в целом был близок к тому, чтобы помереть. То ли наше присутствие в часовне вызвало такую агрессию монстров, то ли они тоже любители единорожек.

— Я пустой, — произнес Вест, закидывая лук за спину. — Сраный кислотник.

Не помню правильного названия этого червя из бездны, но плюнул он кислотой прямо Весту в спину. Колчан со всеми стрелами просто растворился. Плащ спас ханта, но руны на подкладке выдохлись.

Мы побрели дальше, ориентируясь по звуку. Там где лязг стали перемежался с воем монстров, там и шли Паладины. Не считая пары мелких стычек, добрались до основного отряда без происшествий.

Гаро был жив, хоть и весь в крови. А судя по взгляду, в том числе и в своей собственной. Паладинов я насчитал человек тридцать, что составляло больше половины отряда. Все-таки они вышли полным составом, включая все резервы и поддержку.

— Овер, Неми, Рино, — обратился я к своим, когда мы приблизились. — Как самочувствие?

— Нормально. Мы не темные, Арч. Так что Яр нас не замечает.

— А мне заметно легче, — порозовела щеками Ана. — Ауры епископов ослабляют проклятие. Или просто исцеляют меня.

— Странно, — я прислушался к ощущениям, а затем проверил интерфейс, но тот не работал. — Не чувствую ни одной ауры.

— Может особенности Джекса? — предположил Вест. — Все-таки хант у тебя не обычный.

— Наверное.

Мы подошли к Паладинам. Я кивнул Гаро и оглядел собравшийся отряд. Ни о какой сотне и речи не шло, тут если повезет, насчитается хантов семьдесят. И даже Паладины не выглядели бодрыми, а про остальных вообще говорить нечего.

Амидраэль подбадривающе кивнула мне, улыбнувшись. И от этого как-то сразу на душе стало легче. Умеет же, аж завидно. Я в часовне чуть было в мрачную депрессию не скатился, а то и весь отряд мог за собой потянуть.

— Плохие новости, Арч, — а вот Гаро был в своем амплуа. — Впереди одно сплошное полотно тварей.

— Прорвемся, — пожал я плечами, стараясь не отставать от Ами в боевом настрое.

— Не прорвемся, — возразил худой бородатый хант с глазами без зрачков. — Ясный не видит ни одного прохода. Монстры окружили кристалл и к ним подтягиваются все новые твари.

— Ясный? — переспросил я. — Окружили? Чего?

Вместо ответа безглазый ткнул пальцем в небо. Проследив за направлением, увидел точку ястреба или орла. Отсюда даже с Оком не разглядеть. Зато этим самым Оком отчетливо была видна полупрозрачная нить между птицей и хантом.

Петовод значит. Наблюдает за полем боя с высоты птичьего полета. Повезло, что небесные твари сдохли первыми, хоть они и нанесли нам значительный урон. Зато оставили игрокам чистое небо.

— Большая часть монстров сосредоточена вокруг площади, — продолжал безглазый. — Но в центр к камню не лезут. Стоят плотным кольцом. Примерно треть от общей массы сейчас рыскает по Роркху в поисках игроков. И нас в том числе.

— Какой план? — задал я самый очевидный вопрос.

— Придется спускаться, — произнес Гаро мрачным голосом.

— В катакомбы? Откуда они и полезли? — произнес я со скепсисом.

— Вариант не очень, но другого нет. Сквозь кольцо мы не прорвемся. А в узком пространстве есть шанс пробиться.

— Или встретить разогнавшегося Бронерога.

— Арч, если мы встретим разогнавшегося Бронерога в катакомбах, я лично тебе язык с мылом прополощу.

— Ворона, — поддакнул безглазый.

— Пристрелю, — бросил я и на этом диалог как-то сам собой сник.

Гаро ведет этот отряд, а приказ капитана не обсуждается. Да, я выразил свой скепсис, но ему и самому не просто принимать такое ответственное решение. Так что я поспешил извиниться. Все-таки никаких иных идей и предложений у меня нет.

Проблема была очевидной. Катакомбы завалены в полосе взрывов. В основном верхние уровни, но имп его знает, что там ниже. Взрывы вполне могли повредить крепежи и там вообще все завалено.

Рисковать и спускаться сейчас, уходя на третий уровень, было рискованно. Вряд ли нам позволят потом подняться. С воронками другая проблема. Там все оплавлено демоническим пламенем до гладкого состояния.

Паладины не смогут двигаться строем, минуя поле боя. Половина точно свалится, а если растягиваться цепочкой, то мы станем легкой добычей.

— Можем замутить отвлекающий маневр, — наконец я выдал идею.

— Поясни, — спросил Гаро.

— Основная масса игроков идет в обход, собирая на себя все внимание, а небольшой отряд пройдет напрямик.

— Слишком рискованно, — произнес Гаро после пары секунд раздумий. — Что видишь?

— Мы окружены, — произнес петовод. — Но основная масса идет со стороны центра. Шансы пробиться есть.

— Через сколько они будут здесь?

— Раньше, чем мы успеем пересечь руины даже идя напрямик.

— Хорошо. Поступим так…

Не перестаю удивляться, как быстро он соображает в критической ситуации. Команды летели одна за другой, а остальные безропотно их выполняли.

Меньше минуты нам понадобилось на то, чтобы скрыться в ближайшей воронке, глубиной около трех метров. И откуда у простых игроков пиротехника такой мощи? Явно гильдии постарались, если вообще не Пауки.

Паладины, под командованием Амидраэль, двинули вбок, делая вид, что обходят руины не нарушая строй. В воронке остался мой отряд, Гаро с безглазым и еще пятерка игроков. Судя по лицам, топовые Паладины и один священник.

— Отвод глаз колдует, — прошептала Неми, оглядывая служителя. — Ну, намаливает.

— Они и так умеют?

— Слабенько. Малефик Овера куда эффективней это делал.

— Тихо, — проворчал Гаро.

Безглазый напряженно всматривался в поле битвы, отслеживая перемещения врага. Ничего удивительного в том, что монстры чуют игроков. Они и в нашем Роркхе реагировали на вес, с чего бы им потерять здесь свою способность.

Но долгое время ничего не происходило. Волна шла плотным строем, а наша главная ударная мощь отдалялась с каждой секундой. Гаро не вытерпел и поднялся на ноги.

— Догоняем наших, будем прорываться…

— Стой, — внезапно оборвал его петовод. — Смещаются. Вышли на прямую видимость.

— Все? — с надеждой произнес капитан.

— Нет, но большая часть.

— Прорвемся, — произнес Гаро и впервые я услышал нотки радости в чьем-то голосе за всю эту сраную партию.

Мы выждали еще около шести минут. Ровно столько понадобилось тварям, чтобы атаковать Паладинов и их окружение. У ребят были все шансы выстоять и прорваться, несмотря на отсутствие части воинов. В конце концов Амидраэль тоже не за красивые глазки в легендарную семерку входит.

Монстры неслись и неподалеку от нас, но миновало. Ни одна тварь так и не заскочила на огонек к нам в яму. В конце концов петовод сообщил, что путь свободен и понеслась. Вернее, мы понеслись.

Выбраться из ямы оказалось куда труднее, чем забраться в нее. Особенно Паладинам с их доспехами. Ведь даже мне пришлось помогать себе кинжалом. Я сразу активировал Око и осмотрелся.

Ястреб ястребом, но божественный глаз тоже не помешает. Путь был относительно чист. То тут, то там проносились черные пятна, но на нас никто не обращал внимания. Маршрут оговорен заранее, так что двигались цепочкой за нашим разведчиком.

А он на удивление ловко скакал по развалинам, несмотря на то, что глядел сам на себя с неба. Впрочем, нубов здесь не было, так что чему я удивляюсь?

На крайний случай Маус может телепортировать пару хантов на небольшое расстояние в пределах видимости. Может и больше, но если быстро, то двух-трех максимум.

До первого столкновения мы успели проделать половину пути. Какая-то бродячая тварь, похожая на шестирукого скорпиона. Именно с руками, а не лапами. Впервые видел подобную криповую мерзость, хотя уже не первый год в Роркхе.

Тварь быстро зарубили, отделавшись парой вмятин на доспехах Паладинов. А вот дальше начались бега наперегонки. Все ближайшие монстры остановились, словно по команде. Развернулись и понеслись в нашу сторону.

И так получилось, что на средних дистанциях мог работать только я один. Ана помогла гранатами, но ее проклятые обрезы были не особо эффективны на таком расстоянии, а без бафа Йорка еще и убивали самого владельца.

Гаро пытался отстреливаться, но в полном доспехе это было трудновато, так что он особо по сторонам не смотрел. Если капитан куда-нибудь свалится, то всей операции придет кирдык.

Я привык исполнять проходки ленты, но вот скакать по руинам и скользким ответвлениям, параллельно отстреливая тварей — было необычно. Но Джекс был хорош, так что мы справились. Лишь миновав полосу обугленных кварталов, сошлись в ближний бой.

Но тут уже ничего не поделать, пачка монстров вышла на нас в лобовую. Тем временем от Паладинов отделилась весомая группа тварей, что пыталась нагнать нас в спину. Между молотом и молотом оказались. Это как между молотом и наковальней, только в вариации Роркха.

Тут уже все подключились к битве. Паладины танковали волну тварей, Рино, Вест и Эл помогали как могли. В какой-то момент Ана тоже подключилась, отчего ее хант моментально посерел.

К полу обвалившемуся зданию пробивались силой. Разбираться со всей этой визжащей ватагой не было времени. Поэтому один из Паладинов быстро нашел спуск в подвал и чуть ли не силой запихнул туда Гаро.

Монстры лезли из каждой дыры, перли из всех щелей. Тройку Паладинов уже было не спасти, их взяли в плотное кольцо. Епископа нигде не было, уж даже не знаю, где мы его успели потерять.

— Уходи, Арч, — произнесла Ана. — Я все равно не доберусь до площади.

— Я прикрою, с твоего разрешения, — произнес Рино, ломая хребет какой-то твари.

Хоть мне и не хотелось оставлять здесь еще и танка, но судя по количеству красной крови, Рино скорее будет обузой, нежели авангардом. Да и не хочет он оставлять Ану одну. Поэтому я молча кивнул, пристрелил парочку особо ретивых тварей и юркнул в дверь.

Следом просочились Вест и Эл, до последнего отбивавшие нападения. Маус щелкнул пальцами и по ту сторону двери что-то пшикнуло. С этим звуком вспыхивают разбросанные карты. Но звуки боя не прекратились.

— Где остальные? — спросил Гаро, когда мы спустились по хлипкой лесенке.

— Бежим, — рявкнул я, ничего не объясняя.

Но никто не стал со мной спорить. Сколько играю в Роркх, не припомню ни одного случая, чтобы Ана ушла без фейерверка. А если учесть подготовку к этой партии, уверен, от дома ничего не останется.

Уж не знаю, что она там готовила, для чего нужен был баф от Йорка, но уверен, что и без этого у девчонки хватит взрывчатки на праздничный салют.

Мы добрались до каменной лестницы, ведущей вниз. Из темноты пахло холодом и плесенью, это точно спуск в катакомбы. Затем все затряслось так, что нам на головы посыпались камни. Ну я же говорил.

Впереди что-то сияло белым, так что я быстро сообразил активировать еще и Длань. Око прекрасно позволяло ориентироваться в кромешной темноте, а вот остальным немного света не помешает.

За спиной появились зеленоватые огоньки. Овер тоже разгонял мрак как мог. Так мы и двигались. Паладины шли впереди, готовясь принять удар, но внизу все было тихо.

Судя по разговорам, безглазый потерял связь с птичкой. Я и впрямь больше не видел связующей нити между хантом и его питомцем. А еще я не видел у разведчика никакого оружия, а значит боевой силы у нас не то, чтобы много.

Зато я выяснил, что Паладины и сам Гаро, прекрасно ориентируются в подземельях Роркха. Вот что значит длительное сотрудничество с подземной мумией. По крайней мере они довольно быстро отыскали спуски на второй, а затем и третий ярус катакомб.

Я поглядывал через плечи Паладинов, но никакой живности впереди не было. Зато здесь было очень холодно. Ширина большинства проходов позволяла двигаться парами, а ребята в своих доспехах вообще шли плечом к плечу впереди.

Мы на ходу допивали остатки зелий и эликсиров, я проверял барабаны, а Маус в привычной своей манере ворчал, как ему не хватает взрывных кроликов. И вот на этом моменте все встали.

— Отбой, — произнес Гаро. — Язык с мылом полощу тебе, Маус.

Я глянул поверх парней, но ничего не увидел. И лишь подойдя ближе заметил это маленькое недоразумение, что сидело посреди длинного коридора.

Это был сраный белый кролик. Ну почему именно он? И что он вообще делает в подземелье? На третьем ярусе к тому же.

Зверушка мило сидела на каменном полу и терла лапками мордочку, не обращая на нас никакого внимания. И от этого зрелища у меня волосы на затылке начали шевелиться.

— Ребят, — икнул фокусник. — Ща я все исправлю, только без паники. Никому не паниковать.

— Сам успокойся для начала, — прошептал я.

Где один пушистый говнюк, там и вся стая. Эл так вообще чуть было в Тень не юркнул, увидев засранца. Ну да, у парня с этими тварями свои счеты.

— Ненавижу кроликов, — прошипел ведьмак.

Маус тем временем снял цилиндр и медленно надвигался на зверька, держа шляпу, словно щит. Идея была не так уж плоха, как мне кажется. Он же сам сказал, что этих существ требовалось наловить. Может и в этот раз прокатит?

Прокатило. Когда до пушистого ублюдка оставалось пару шагов, он пулей рванул с места и прокатился клыками по руке Мауса. Если бы тот не успел среагировать, то сейчас зажимал бы разорванную артерию на шее.

Визг мелкой твари эхом отразился от стен, а мы с ужасом наблюдали, как набухает красным его мелкая тушка. Из темноты на нас налетела еще тьма таких же мразей, хватая всех, до кого смогли дотянуться. Двоих Паладинов облепило так, что даже серебро доспехов померкло в темноте прохода.

Единственный, кому было плевать на атаку, это Овер. Но он мало что мог поделать в такой ситуации. Две твари ухватили меня за левую руку, но моментально сдохли, хлебнув крови из божественной Длани. Гаро засиял таким светом, что от жара начал плавиться камень.

В следующее мгновение Эл все же юркнул в Тень, пытаясь уволочь капитана за собой, потому что орда кровососов набухла даже на бронированных Паладинах. План был хороший, только вот через секунду парнишка вывалился из Тени с дырой в груди. Душегубы были рядом, хоть и не показывались.

Я отстреливался как мог, но по напившимся кроликам палить было опасно. Сдетонируют и похоронят нас под собой. Поэтому просто подскочил к Гаро и принялся срывать с него летучих тварей голыми руками. И в этот момент все услышали тоскливый голос:

— Я так и не показал вам величайшее шоу.

Маус оскалился белозубой улыбкой, а в следующее мгновение взорвался первый кролик. Цепная реакция была мгновенной. От цепочки взрывов у меня напрочь заложило уши, а падающий свод погрузил пространство в сплошную темноту.

Только вот боли практически не было, разве что укусы сильно ныли. А еще Око не давало ничего рассмотреть, хотя хант Гаро находился вплотную ко мне. В спину ударила волна жара, но не такая, как от доспеха Паладина. Скорее это был отголосок обычного пламени.

Я наконец понял, что произошло и принялся руками стягивать с себя пелену. Белый плащ Мауса упал на пол и тут же растаял. Обернувшись, увидел завал из камней метрах в ста от того места, где мы стояли.

— Паршиво получилось, — произнес я, понимая, что мы остались вдвоем.

— Идем, Арч. Их жертва не должна быть напрасной.

— Срань импова, — бросил я груде камней и развернулся.

Гаро знал путь и я просто шел следом. Молча, не задавая никаких вопросов. Все слова уже были сказаны, все молитвы давно прочитаны. Остались лишь мы и камень, который надо разворотить. И все возможно пока мы живы, потому что сдаваться никто и не собирался.

До люка мы дошли минут через двадцать, так и не встретив никого на своем пути. Но никто не рассчитывал на легкую прогулку. Самое сложное впереди, а у меня всего несколько барабанов, да пара гранат в запасе. Такое себе, если честно.

— Отсюда попадем на площадь? — спросил я.

— В подвал мэрии. Тайный ход для правительства на случай эвакуации. Игроки редко им пользуются, да и на обычных картах он никак не отмечен.

— Ясненько. Тогда я первый.

И не дожидаясь разрешения, схватился за вбитые в камень скобы и пополз наверх. С третьего яруса подниматься было долго, а на Гаро еще и полный доспех, плюс щит. Но и хант у него не из слабаков.

Подъем упирался в железный люк, который никак не хотел поддаваться. Я уж подумал, что заклинило, но нет, просто завалило камнями. А Джекс стал куда как сильнее, это я оценил.

Разумеется, на центральной площади мало что осталось от зданий. Зато сама площадь целехонькая, даже следов пыли не видно. Высунув голову из люка, оглядел пространство Оком.

В центре пылал кристалл. Точно такой же, как и тот, что я видел в реале. Также увитый алыми венами, но здесь они уходили прямо в землю. Но приглядевшись, понял, что они не совсем одинаковы. Похожи, но все-таки это были два разных камня.

Только если обычным глазом я видел черноту, поглощающую любые отблески света, то Око видело сияние. Это были не линии или аура. Камень сиял и пульсировал изнутри монотонно. Весь разом. Словно он был единой брешью в пространстве этого мира. И в каком-то смысле так оно и было.

А вокруг него витал купол. Он был полупрозрачным, но словно подернутым некой дымкой. Словно смотришь через нагретый воздух. И границу этого купола можно было видеть невооруженным глазом. Внутри плитка была новенькая и чистая, какой я привык ее видеть в моем Роркхе. А снаружи потрескавшаяся, покрытая толстым слоем песка и пыли. Словно лежала тут не одну сотню лет.

— А я уж думал померли все, — раздался знакомый бас над ухом.

Резко обернувшись, чуть не свалился с лестницы прямо на голову капитана. Оглядевшись, выругался и вылез наружу.

— Ты чего здесь расселся? — шепотом спросил я.

— Отдыхаю, вас жду, — ухмыльнулся Мечник.

Он сидел на обломке стены, привалившись спиной к горе кирпичей. Весь в крови с головы до пяток. В волосах застряла требуха, грудь вздымается с каждым вдохом. Живой, здоровый, но явно уставший.

— Сколько набил? — ухмыльнуся он.

— Тише говори, — шикнул я.

— Да не ссы, они далеко. Охраняют периметр. Так сколько?

— Сто пятьдесят шесть, — буркнул я. Вроде и не от балды, хотя не помню, чтобы считал. Джекс что ли?

— Неплохо. Еще сотенку набьешь и сравняемся.

— Че расселся? — перевел я тему, стараясь скрыть эмоции. Четверть тысячи нарубил своей рельсой. Ну точно читер.

— Не могу пройти, — махнул Мечник рукой. — Древние на особом счету, нам к камню не приблизиться. Я же плоть от плоти его. Мы как однополярные магниты, сечешь?

— А я пройду? — произнес Гаро в задумчивости.

— Ты игрок свободного мира. Пока что. Пройдешь, — кивнул Мечник.

И Паладин пошел вперед уверенным шагом. Полусвятой Король Грешников шел искупать свою вину. Они оба шли. А я лишь оторопело оглянулся по сторонам с револьверами в руках. Но никто не пытался нас остановить.

— Гаро, тут что-то не так. Почему площадь не охраняется? Почему камень стоит без защиты?

— Не знаю, Арч, — бросил капитан не оборачиваясь. — Но другого шанса может и не быть. В конце концов может же и нам повезти когда-нибудь?

Я нутром чуял подвох, но остановить капитана не успел. Он шагнул сквозь барьер, словно того и не было. Сделал еще пару шагов и замер. Достал пистолет и прицелился в камень.

Я хотел было выстрелить в осколок этой тьмы. Мне даже смотреть на него не надо было. Но я знал, что пуля не пройдет сквозь барьер. Поэтому последовал за капитаном, на всякий случай закрыв глаза.

Я не хотел быть героем или становиться спасителем мира. Но ведь две пули всегда лучше, чем одна? Поэтому я перешагнул черту, вскинул оружие и спустил курки в сторону камня. Заряженные моей волей Лисы плюнули белыми росчерками, потому что выстрела пистолета я так и не услышал.

Зато услышал звон металла. Такой звук бывает когда… Я открыл глаза и уставился на Гаро. Он стоял ко мне лицом и щитом прикрывал камень. Вместо глаз два черных провала, а из глазниц течет кровь.

— Извини, Арч, мне это не по плечу.

Я опешил и остолбенел. Пистолет капитана медленно поднялся в мою сторону. Рявкнул выстрел, но пуля, которая должна была пробить мне череп, лишь больно щелкнула по уху.

— Не смотри в него, — раздался серьезный голос за спиной.

Я обернулся на Мечника. Тот стоял в чистом костюме, со своей короткой прической и улыбался.

— Иначе он посмотрит в тебя, — завершил я фразу, ошарашенный.

Обернулся и вновь взглянул на камень за толстым стеклом подземной лаборатории ОбсСиса. Он пульсировал, испуская энергию по алым венам в стороны серверных стоек.

— Я опоздал, — не спросил, но произнес Хауст. — Что ты видел, Арч?

Я медленно осмотрел свое реальное тело, пытаясь привести мысли в порядок. Кажется, я сейчас грохнусь в обморок, по крайней мере голова гудела.

— Что ты видел, Арч? — повторил Хауст настойчивей.

Я обернулся к нему, пытаясь сфокусировать взгляд. Но это никак не удавалось сделать. Поэтому я пошатнулся и произнес:

— Поражение.

Глава 10. Будьте так любезны, мистер Арч. Надерите зад этому Роркху

— Так и думала, что это будешь ты.

— Ждала меня?

— Когда подручные Первого внезапно начали исчезать один за другим, не трудно сложить два плюс два.

— Почему тогда не сбежала?

— А был смысл? — спросила она, глядя ему в глаза.

— Ты знаешь кто я, — не спросил, но произнес он.

— Шот. Глава Багровых. Последней гильдии Совета, которую не прижали. Кого еще мог отправить Первый, как не тебя? Ты ведь выследил и убил почти всех Парагонов. Вряд ли я смогу спрятаться лучше, чем те, кого защищало все правительство.

— Первый меня не отправлял, — произнес Эрик, присаживаясь в кресло. — Я сменил нанимателя и просто закрываю старые долги.

— Ясно, — произнесла она без всяких эмоций. — Мои ребята тут ни при чем. Они не знали.

— Я в курсе. На Первого работала ты одна. Он приказал тебе сделать то, что было мне не под силу. Ты убила Парагона Врат.

— Я не смогла, — произнесла Маришка. — Пыталась, но не смогла. Я не ты. Хоть и хотела быть. Так что никакого обещанного бессмертия. Только забвение.

— Парагон мертв.

— Да, он вскрыл себе… Он сам, в общем. Хотя нож ему принесла я.

— Вот оно как.

— Думаешь, я вру?

— Нет. Работа обязывает знать, когда человек врет. Один из аспектов работы.

Эрик посидел в кресле дешевого гостиничного номера еще пару минут. Затем убрал пистолет обратно в кобуру, встал и направился к двери.

— Ты разве не собирался…

— Собирался, — прервал он. — Но твои ошибки еще можно искупить.

— Думаешь? — усмехнулась Маришка.

— Надеюсь. Если твои нельзя, то тогда мне уж точно ничего не светит.

Он подошел к двери и почти успел ее открыть, когда девушка снова заговорила.

— Хочешь расскажу анекдот. Мне его рассказал Парагон, перед тем как… — Она замолчала. Молчал и Эрик, но он и не уходил, поэтому Маришка продолжила. — Заходят как-то раз в бар Безумный Мечник, Черчилль и Парагон. А бармен им говорит…

— Что говорит? — спросил Шот, когда пауза затянулась.

— Не знаю, — произнесла Маришка и в ее голосе пробились слезы. — Он так и не рассказал. Я прервала. Думала, может ты знаешь.

— Там было не так. Заходят в бар Безумный Мечник, черный кот и Парагон. А бармен им говорит: «Черчилль, как ты сразу на трех хантах сумел войти в Роркх?». Кот, а не Черч.

— Забавно. А Парагон сказал, что именно Черчилль, а не кот. Странно.

— Ты уверена?

— Да. Он ошибся?

— Он Парагон. Он не ошибается. Он говорит то, что ты должна услышать.

— И зачем он забыл сказать про кота тогда?

— Чтобы я сказал. Значит кот чем-то важен. Но не для тебя, для меня. Спасибо.

— А ты понял, чем он важен?

— Нет. Может быть в следующей жизни пойму. Черный кот, значит.

* * *

Самое странное состояние, что я когда-либо испытывал в своей жизни. Даже та паническая атака в башне Расвов хоть и была чем-то для меня новым, все равно укладывалась в рамки чего-то естественного в этой жизни.

А тут я даже и не знал, что думать. Да и думать получалось с большим трудом. Три дня, абсолютно реальных по ощущениям, просто вычеркнули из жизни. Это было похоже на возвращение назад во времени. Если подобное вообще возможно.

Первоначальный порыв бежать, орать, всех предупредить, предостеречь, что-то исправить, хотя ничего еще не случилось. Этот порыв был в корне задушен практически в буквальном смысле слова.

Вырваться из захвата Безумного Мечника оказалось не легче, чем из лап его виртуальной копии. Но Хауст был неумолим в своем благородном порыве не дать мне наделать глупостей.

Поэтому сейчас мы сидели в зале для совещаний, том самом, где он должен был показывать мне запись совещания Парагонов. Я сидел на хлипком стуле, а в руках была пузатая чашка горячего какао с зефирками.

Этот напиток, словно сваренный заботливой бабушкой, да еще и эта чашка, такая домашняя и уютная, внесли окончательный раздрай в моем помутившемся сознании. Картина происходящего была какой-то сюрреалистичной и окончательно выбивала меня из колеи.

Но даже своим мечущимся сознанием я понимал простую истину. Все будет так, как скажет Хауст. По крайней мере, пока он может физически дотянуться до меня своими лапищами. Поэтому я методично рассказывал ему обо всех произошедших событиях за последние три дня, начиная с нашего с ним разговора и заканчивая Гаро, который поддался на уловки Роркха.

— Так, — побарабанил он пальцами по столешнице, когда я закончил общий рассказ. Он делал так последний час, а я неотрывно наблюдал за его рукой, ожидая, когда в поверхности стола наконец появятся вмятины. — Получается, поражение. Не удивительно.

— Что это было, Арчи? — спросил я.

— Не коверкай, — бросил он, впрочем беззлобно. — Не люблю, когда каверкают мое имя.

— На вопрос ответь. Что это за глюк?

— Не глюк. Я об этом говорил уже. Ну или не я, а Роркх. Это убеждение, прописанное правилами Договора. Роркх показывает, как все будет. Практически все люди, что знают правду, заглянули в Бездну. Но им повезло меньше, потому что они сделали это в самом начале.

— Они прожили сколько? Семь лет в камне?

— Восемь-девять. До первой Великой Обороны и еще немного сверху, пока не началось поглощение. Это те, кому не повезло. Многие управились за пару месяцев, если пытались уничтожить проводящий кристалл. Тогда все заканчивалось быстро.

— Девять лет, — услышал я самое главное.

— На самом деле не так уж страшно. По ощущениям это было как несколько мгновений. Впрочем, как и реальная жизнь.

— Как они с ума не сошли после такого?

— Отходняки два-три месяца, — пожал плечами Хауст. — Потом все возвращались в норму. Разве что кошмары по ночам снятся. До сих пор. Роркх не может вредить людям напрямую, это Договор. Но временно вывести из строя вполне способен. Главное, без необратимых последствий.

— Фантомный перенос, — провел я параллель.

— Что-то вроде, — кивнул Хауст.

— Так что это было? — повторил я свой вопрос.

— Будущее. Мы предполагаем, что у Роркха есть свои Ведающие и он точно так же знает варианты будущего. И показывает наиболее вероятный исход. Но он немного юлит, это точно.

— В каком смысле?

— В самом начале, в первый день появления меня и кристалла, шансы были пятьдесят на пятьдесят. Уже на второй день равновесие нарушилось, чем больше людей…

— Помню, — отмахнулся я. — Чем больше знают, тем меньше у нас шансов.

— Так вот, — вздохнул Хауст. — Роркх всегда показывает свою победу. В разных вариантах, но он всегда выигрывает. Даже в первый день, первым заглянувшим. Но это не главное. Есть другой фактор, который раньше трудно было отследить, но подозрения имелись.

— Роркх не видит богов. Реальных богов. Поэтому с нами не было Йорка. Он не может учесть их влияния на исход событий.

— Но и мы не видим влияния Роркха. Только то, что он нам показывает.

— Роркх — бог? — удивился я. И это была первая эмоция в моем сознании за последний час.

— Никто из них не бог, — отмахнулся Мечник. — По крайней мере они не способны делать ничего, что обычно предписывают богам. Скорее это Демиурги, скованные обязательствами по Договору. С силами, добровольно запечатанными заклинаниями. Но они не сверхсущности. Просто слово «бог» ближе всего подходит к ним.

— А Роркх?

— Три условных бога против одного Роркха. И правила равенства сторон. Сам можешь понять насколько он силен.

— Это если их реально трое. Мы более-менее уверены в двух. И то Йорка можно за половинку считать, как я понял.

— Всегда трое. Просто поверь. Устойчиво, когда тройственно, что бы это ни значило.

— И кто третий?

— Кто-то достаточно могущественный, чтобы суметь до сих пор успешно скрываться в тени. Я бы сделал ставку на кого-то из Парагонов. А вообще ставлю на Небесного, он умел заглядывать за грань этого мира, пусть и только во сне. И поверь мне, неискушенному в магии. Сделать такое в пустом мире, мягко говоря, невозможно.

— Тогда почему он дал Шоту себя укокошить? — добавил я в голос скепсиса.

— А мне почем знать? — ухмыльнулся Хауст. — Стану богом, тогда скажу.

— Так а что дальше?

Мы уже прошлись по основам. Хауст подтвердил, что в ОбсСисе я видел именно то, что он собирался мне показать. Даже прокрутил на перемотке совещание Парагонов на всякий случай. Но все происходило один в один.

Словно бы пересматриваешь хорошо знакомый сериал. Или перечитываешь книгу, которую прочитал совсем недавно. И мозг категорически отказывался признавать, что все происходящее сейчас — не какой-то сон или галлюцинация.

Но какао делало свое дело, будучи неким триггером, отделяющим дурман кристалла от яви. Деталь, которой не было в тот раз. Напиток служил неким якорем, отделяющим воспоминания от происходящего сейчас. И это помогало, успокаивало и очищало голову. Хотя я бы не отказался и от бурбона, чего уж юлить.

— Дальше все как обычно, — пожал плечами Хауст. — Считай, что ты у нас новый Парагон. Других вариантов все равно нет. Не забывай главное правило. Не рассказывай об этом никому, кто не в курсе происходящего.

— Так я уже… То есть в тот раз…

— Да, ты говорил, — прервал Хауст. — Если никто не сумел тебя переубедить и отговорить, значит Парагон должен был учитывать такой исход. Что ты расскажешь своему отряду правду. Я все еще не одобряю такой подход. Помню, как у нас меньше чем за день обвалились шансы на победу. Но и переубеждать тебя не стану.

— Иногда замотивированный на идею боец куда эффективнее, чем тупой исполнитель приказов.

— Сказал же, не буду тебя уговаривать. Поступай как считаешь правильным.

— И что теперь? — спросил я. — Сделать вид, что ничего не произошло?

— Почему же? Надо вносить корректировки. Ты видел действия и их последствия. Исправь те, что сказались негативно на исходе, сохрани позитивные. Пройдись еще раз по своим событиям и выбери какие надо повторить, а какие не надо.

— Практически все негативные исходы, — усмехнулся я, — связаны с отсутствием Йорка в партии.

— Почти, — кивнул Хауст. — Но не все.

— Гаро, — произнес я.

— Гаро, — кивнул Мечник.

— Думаешь, Роркх показал правду?

Повисла пауза. Я вновь принялся ожидать вмятин под отбойными молотами пальцев Хауста, но столешница не сдавала позиции, прочно держа оборону гладкой поверхностью.

— Не знаю, — наконец произнес Мечник. — Я хочу верить в парня. Он прошел долгий и трудный путь, на котором большинство бы сломалось. Водить новичков, такого врагу не пожелаешь?

— А это тут при чем? — спросил я. И снова удивление проскользнуло в моем голосе.

— Ты не в курсе? — округлил глаза Мечник. — Правила, установленные Парагоном Личной Силы. Никого не оберегать, никого не опекать. Гаро должен пытаться умирать в середине каждой второй партии, чтобы новички сами выбирались. Один заход он тащит их сам, если все нормально, то в середине следующей партии он должен умереть, чтобы отряд сам выкарабкался. Поэтому с ним ходил Маус. Один опытный игрок для подстраховки, который тоже должен частенько умирать, хоть и не так регулярно.

В голове начали щелкать кадры. Бегство от Гомункула, пылающие переулки, выживший отряд. А затем встреча с Вестником Кокона и Гаро, бросающийся в атаку вперед паровоза. Правда, он тогда меня спас, оттолкнув собой.

А я думал, что это я его подставил. И корил себя, что оказался нерасторопным. Хотя, в каком-то смысле это так. Мы все его подставили своей слабостью. Он умер, чтобы мы стали сильнее. И его смерть тоже в какой-то мере подстегнула меня стать лучше. А тут вон оно как все обернулось.

— Идти в партию с четким намерением умереть, — произнес я.

— Не с намерением, а необходимостью, — поправил Мечник. — Поверь, это куда сложнее сделать, чем произнести. И еще сложнее делать это раз за разом, год за годом. Но он никогда не жаловался. Даже виду не подавал. Хотя его предшественник продержался чуть больше года и затем покинул Роркх.

— Рэд, — осенило меня. — Рэд водил новичков.

— Да, — кивнул Мечник. — Рэд был первым искателем Ключника. Но частая необходимость умирать сломила его, и Роркх отпустил парня. Хотя мне кажется, что Город был рад отделаться от такой занозы в заднице. Рэд потерял интерес к игре и избавился от зависимости.

— Трудно проигрывать, когда ты всю жизнь положил на то, чтобы побеждать.

— Да, это противоречит человеческой сути. По крайней мере у сильных людей. Они готовы к поражениям, готовы вставать после каждого. Но сломить себя и проиграть намеренно, это трудно для них. А парадокс в том, что на эту роль не подойдет какой-нибудь слабак. Нужен игрок, который жилы рвет, лишь бы победить. Из тебя вышел отличный искатель Ключника, между прочим.

Я пропустил комплимент мимо ушей. Забавно. Я ведь в итоге нашел или создал в каком-то смысле Ключника. Если хочешь найти Ключника, думай как Ключник, действуй как Ключник, войди с Ключником в резонанс.

— Так что с Гаро? — вернул я тему на прежние рельсы.

— Как бы я ни хотел верить в парня, но Роркх показывает наиболее вероятный исход. Может быть у Гаро и есть шанс выстоять перед искушением, но может и нет.

— И что нам делать тогда?

— А вот у него и спроси. Понимаю, у тебя возникнет желание погеройствовать, но я тебя сразу предупрежу. Ты не смотрел в камень. Если думаешь, что закрыть глаза и стрелять наугад, это рабочая стратегия, то не обольщайся. Роркх не взял тебя под контроль, потому что он уже завладел Гаро и этого было более чем достаточно. Так что ты еще не смотрел в бездну. И не строй иллюзий, что справишься.

— Думаешь, не справлюсь?

— Не знаю, Арч, — честно произнес Мечник. — Если совсем начистоту, то мне кажется, что если кто и смог бы, то это игрок Джекса. Но ты пока не готов. Будь ты старше лет на десять-пятнадцать, с окрепшим характером и закаленной волей, то я бы первым поставил на тебя. Но сейчас, без обид.

На этой ноте разговор закончился как-то сам собой. По времени примерно то на то и вышло. Только если в иллюзии, а я предпочел так называть свой безумный трип, я больше слушал Мечника, то в этот раз большей частью был рассказчиком.

Возвращение было странным. Опять это ощущение сериала с собой в главной роли. Очень странные ощущения. Не верьте фильмам про день сурка, где герои сначала не верят в происходящее, а затем скучающе предугадывают все реплики друзей и знакомых.

Вместо этого ты все время ходишь, словно пришибленный. Ни на секунду не покидает ощущение нереальности происходящего. Поэтому на мир вокруг смотришь как бы со стороны. Словно это все происходит не с тобой.

— Арч, с тобой все в порядке? — спросила Неми. — Что-то не так с блинчиками?

— Неми, ты сейчас на служительнице. Скажи, Йорк тут?

— Да, как обычно.

Она повела рукой, демонстрируя немного черного тумана, льющегося с ладони. И посмотрела на меня каким-то тревожным взглядом, словно я заболел.

— Нет, я не об этом. Не молитвы, а именно Йорк? Ты же как-то чувствуешь его присутствие. Не по косвенным признакам или эффектам от молитв.

— Да, Арч, — произнесла она вкрадчиво, словно ребенку. — Конечно он тут. Я обращаю к нему молитвы, они достигают адресата, происходит эффект. Так это и работает.

— Я не это имел ввиду. Как бы, ты уверена, что Йорк существует в Роркхе? Даже если бы молитвы не работали.

— Арч, все хорошо, — произнесла Неми успокаивающим голосом. Она так говорила, когда восстанавливала разум хантам, в бытность еще белой служительницей Яра. — Йорк тут, мне даже не надо видеть туман, чтобы это понять. Это просто демонстрация для тебя.

— Спасибо Неми, — кивнул я. — Проверяй, пожалуйста, регулярно его присутствие. И если что-то не так, сразу сообщи мне.

— Хорошо, — не стала спорить она, хоть тревоги в глазах меньше не стало.

— А блинчики чудесны, — улыбнулся я. — Как всегда.

Забавно, но диалоги никогда не повторялись в точности. Я пока не вводил ребят в курс дела, решил сохранить последовательность. Но в тот раз Неми не спрашивала, все ли у меня хорошо. Если предположить, что иллюзия была правдоподобна на сто процентов, то даже моя кислая рожа меняла ход событий.

Это одновременно и пугало, и обнадеживало. С одной стороны я понимал, насколько сложно повторить все в точности, чтобы достичь желаемого эффекта. С другой стороны такой расклад добавлял оптимизма. Может у нас есть шанс, раз уж события так легко поддаются корректировке даже в мелочах.

В очередной раз удивился тому, какие же мозги надо было иметь Парагону, чтобы держать в голове такой ворох событий. Я с трудом мог вспомнить, что делал три дня назад, то есть сегодня. А тут надо прямо до мельчайших подробностей восстановить.

Попробуйте вечером лечь в кровать и перед сном восстановить свой день. Последовательно, событие за событием. Встал, умылся, почистил зубы, выпил кофе, одел зеленую футболку, вышел на улицу и так далее. Если у вас получится вспомнить все детали хотя бы до обеда, можете гордиться свой памятью.

Даже если вы предварительно попытаетесь с самого утра делать все действия осознанно, зная, что вечером будете восстанавливать всю картину событий, это невероятно трудно для неподготовленного человека.

И вот тут возникает вопрос, насколько нужно натренировать память и разум, чтобы держать в голове не только дни, недели и годы, но и разные варианты этих событий? Мог ли быть Парагон третьим богом? Подозреваю, что все восемь ими были.

На такое способен либо сверхчеловек, либо полный псих. Либо существо с эйдетической памятью, а я отказываюсь признавать таких обычными людьми. Но вряд ли бы даже оно осталось в здравом рассудке после общения с Юмидаем в резонансе.

Да даже мнемонические упражнения тут бессильны, как мне кажется. Зато теперь я куда лучше понимаю Овера. И глядя на него теперь, считаю, что парень еще неплохо сохранился.

Дальше все шло примерно по плану. Я сходил на центральную площадь, чтобы забрать кубик с бесконечностями на гранях. В иллюзии я так и не нашел места, чтобы его использовать, хотя сейчас понимаю, что стоило бы кинуть его перед тем, как идти вслед за Гаро.

Был ли у Джекса шанс победить Короля Грешников, чей разум сдался во власть Роркха? Может быть да, может быть нет. Я этого не узнал, но шанс проверить теорию еще может представиться.

Затем встретился с Рю. Диалог отличался от предыдущего, как бы я ни старался повторять все слово в слово. И тут я заметил еще одну особенность. Хоть незначительные детали, слова, фразы и менялись, суть свелась к тому же, что и в прошлый раз.

Спасение мира — это хороший повод для чего-то нового. Именно это я и рассказал Гаро в баре на сорок седьмом этаже этим вечером. Я не стал заставлять капитана вновь краснеть и оправдываться за то, что мне показал Хауст.

Просто сказал как есть, что в курсе событий и объяснил откуда. Рассказал про иллюзию и новый разговор с Хаустом. В тот вечер мы больше пили и чаще предавались унынию, потому ни к какому конкретному решению не пришли. Да и некуда было спешить по большому счету.

— Безумный Мечник сказал, чтобы ты сходил к Хохуро и убедил его, убедить остальных Древних вступить в бой.

— Хорошо, — не стал спорить я.

А какой смысл? С Хаустом мы общались долго, но я не рассказывал ему все свое трехдневное расписание. Прошелся по нашему псевдоразговору в ОбсСисе, просто чтобы убедиться, что это был не просто морок, а реальная версия будущего.

А дальше в основном я детально объяснял, как прошла сама партия, благо эти воспоминания были наиболее свежими в моей голове. Так что смысл разглагольствовать, если я все равно пойду к старой мумии?

Но подумав немного, все же набил еще одно сообщение для Рю. «Передай Мечнику, что он все еще Говнюк. Так и напиши. Все еще и Говнюк с большой буквы. Он поймет».

Рюика не в курсе моего трипа, хоть я и позволил себе вольность с предугадыванием ее фраз. Как в кино повторить слово в слово не получилось, так что мое фееричное выступление свелось бы к фарсу, не будь я готов заранее. Поэтому я просто «предугадывал ее мысли».

Это уже после моих попыток поэкспериментировать с точным воссозданием диалога. Своему отряду я тоже рассказал правду, как и в прошлый раз. Только опустил некоторые детали, вроде похода Рино к вожаку стаи.

Решил, что лучше им не знать некоторые моменты, дабы они могли пройти их самостоятельно. Да, я почувствовал себя сраным Парагоном или классическим Расвом, который ничего не говорит «для их же блага».

Маус с Овером лишь ехидно ухмылялись, так что я позволил себе несколько больше вольностей с испаряющимися блинчиками. Теперь уже я ехидно ухмылялся, глядя на их хмурые, голодные рожи.

Ибо нефиг смеяться над начальством. К тому же, в отличие от Расвов, я собираюсь лишь дать им возможность сделать все как надо. Но если тот же Рино после похода в катакомбы решит пойти отдохнуть и почилить, я собираюсь лично оттащить его на лесопилку, хоть за шкирку.

К тому же, главная проблема вроде как решилась сама собой. Йорк с нами, он тут, он влияет на события, как ему и положено. А значит большинство проблем решено автоматически. И остается самая главная проблема.

Сраные Древние, которые не могут пробиться на ту сторону Роркха. И вот тут вопрос вопросов, который я понятия не имел как решать. Но решение пришло само еще до похода в канализацию.

Пришло — не совсем правильное слово. Скорее возникло из ниоткуда прямо посреди стола, чуть не приземлившись мохнатой задницей прямо в тарелку с блинчиками Неми.

— Слышал, у нас возникнут проблемы с порталом, — произнес кот, не открывая рта.

— Возникнут, — кивнул я, пытаясь не выказать удивления.

Разговаривать с Черчем я как-то не планировал. Про кубик я уже в курсе, а тактический план сегодня решим на совете. Одно дело объяснять текущий расклад в Роркхе, а другое дело план наступления.

Это было бы как… Да как это может быть, если мы на территории врага решаем, как будем его бить? Так что я был несколько обескуражен тем, что Черч явился сюда, а не вызвал меня на разговор в башне или на выделенном сервере.

— Расскажи подробней. Сам момент перехода, что тебе показал Роркх.

Я эту историю уже в третий раз пересказываю и если честно — поднадоело. Но делать нечего, хорошо что хоть всю иллюзию не надо было проходить.

— Ясно, — кивнул кот. — То есть купол как во время Великой Обороны. Белый манящий свет, застилающий взор, незаметный переход и Древние, что остались по ту сторону Врат.

— Ну да, как я и сказал. Блинчик будешь?

— Благодарю, вынужден отказаться.

— Да я просто из вежливости.

Мне было не очень комфортно уплетать все за обе щеки под пристальным взглядом Черча. Но и остановиться я не мог. Скоро идти в катакомбы, потом лесопилки, потом совет, который в этот раз может затянуться. Когда еще поем? Да и поем ли вообще?

— Не стоит переживать, — наконец произнес голос.

— Почему?

— Судя по твоим словам, видение не учитывает влияния богов. Роркх считает, что это он нас впустил, а не мы открыли Врата.

— И что, думаешь в этот раз будет иначе?

— Абсолютно в этом уверен. Не стоит недооценивать величие и мощь Алтарайи. Пусть то, что ты видишь перед собой, далеко не самый впечатляющий пример их могущества, но раса Алтарайи не сдается просто так. Пока жив хоть один из них, в любом из обличий, он будет противостоять нечистой силе до самого конца.

Я вспомнил Вестника Искажающего Миры. Самый странный Вестник из всех, что я встречал. Перед тем, как завершить ритуал, он просил Джекса убить его. Словно понимал, что играет не за ту команду и против своей воли.

Это же насколько сильным надо быть, чтобы идти против воли своего создателя? Он ведь лишь копия, созданная Роркхом и должен быть полностью в его воле. Или все же не совсем копия?

— К тому же, — продолжил Черч, — в тебе теперь тоже есть частичка Алтарайи. Это огромная честь и великая сила. Будь достоин ее.

С этими словами кот начал медленно таять в воздухе. Я как раз дожевал блинчик и понял, почему чувствовал себя глупо весь диалог. Он тут вещает о величии павшей расы, а я пытаюсь набить виртуальное брюхо виртуальными блинами.

— Спасибо за пафосную и торжественную речь, Черч. Только не забывай, что Роркх тоже что-то вроде бога. И он точно так же может нас просто не пустить.

— Может, — ухмыльнулся кот. — Но тогда тем более не о чем переживать, правда?

Силуэт Древнего окончательно исчез не добавив мне ни капли уверенности. И толком ничего не объяснив. Но когда я вздохнул, откинувшись на стуле, голос раздался вновь:

— И нет здесь никакого Черча. Только я.

Я чуть не грохнулся вместе со стулом. Какого импа? Так это был хант? Сам по себе? Гребаные Древние, чтоб вам пусто было.

— И шутки у вас не смешные, — добавил я вслух.

Но пустота мне ничего не ответила. Видимо, ростом не вышел. Только Плотоядик хлопнул пастью прямо над ухом, требуя мяса или, на худой конец, потискать Мауса. Но сейчас ни до этого, поэтому отделался мясом.

И что вообще все это значит? Короткая лекция о могуществе и величии павшей расы, это, несомненно, ценнейшие сведения. Но что-то мне подсказывает, что хант Черча и половины не сказал от того, что знает.

Но в одном он прав, мы либо пройдем, либо не пройдем. Как повлиять на исход данного события я не знал, а потому и смысла ломать себе голову не видел. В конце концов информацию я передал, а у Расвов с Пауками хватает аналитиков для подобной работы. Вот пусть и сделают что-нибудь полезное для разнообразия.

Дальше все шло по плану. Но в какой-то момент мне даже стало скучно, поэтому я пропустил некоторую часть диалога с Хохуро. Это опять же было похоже на знакомый фильм или сериал, где можно было промотать некоторые моменты.

— Короче так, мумиеныш, у меня для тебя есть важная работенка. Надо, чтобы ты прошелся по остальным Древним и убедил их приковылять на Великое Побоище. Оставь аргументы, поверь, я знаю все, что ты захочешь сказать. Передай каждому, что если они не придут ночью к Вратам, то к ним приду я. Так что либо они попытаются выжить в бою с Роркхом, либо однозначно сдохнут от моей пули.

— И с чего ты решил, — прошелестел Хохуро, после того как закончил смеяться, — что они испугаются подобной угрозы?

— А вот тут мы переходим к самому интересному, — оскалился я, позволяя Лисам прыгнуть в ладони.

Да, пожалуй избивать Хохуро мне никогда не надоест. Я даже пожалел, что не оставил поединок с Мечником на это время. Тоже незабываемое удовольствие. Но не грохни я его тогда, может он не стал бы таким разговорчивым. Мог и камешек не показать, мол, ты Расв, вот пусть Расвы сами тебе все и объясняют.

Остальное прошло даже лучше, чем в иллюзии. Рино поперся бить харю вожаку стаи, но в этот раз отряд периодически оглядывался на меня. Скорей всего моя спокойная рожа придала всем уверенности.

Нет, Рино снова огреб по первое число, на одних морально-волевых такую схватку не вытянешь. Но в этот раз победа далась ему чуточку легче. Вроде и ран много, вроде и прихрамывал даже. Только вот держался куда бодрее. Меньше нервничал, наверное.

Так что первое серьезное расхождение, не считая кота Черча, произошло на собрании глав гильдий и альянсов. Мы опять припозднились, но в этот раз застали подведение итогов финального плана наступления.

Как я понял, игроки не станут и пытаться тащить с собой бесполезный хлам вроде артиллерии и снайперов, пытаясь пробить кристалл издалека. Так что больше сосредоточились на прорыве через Город.

Гильдии уже начали подготовку, так что многие опытные игроки инкогнито собирают отряды среди одиночек. В этот раз мясо должно действовать более координированно, под руководством знающих людей.

Вторым изменением был огромный денежный приз для первой сотни игроков, набивших максимальное количество монстров. Плюс дополнительные награды всем участникам. ОбсСис выступает официальным организатором ивента и спонсором, само собой.

Короче говоря, игрокам накидывают больше мотивации, вплоть до платиновых монет, уникальных хантов и артефактов. Нам нужно больше игроков, нам нужны вообще все игроки. С этой целью Гильдии начали работу куда активнее, когда стало известно, что на ивент соберется недостаточно народа.

Вплоть до того, что принялись дергать тех, кто уже ушел из Роркха. Котят тоже хотели как-то подтянуть, но они даже на роль мяса плохо годятся. В итоге от этой идеи отказались, а то наведут панику и от них может возникнуть больше проблем, нежели пользы.

Нет врага опасней, чем дебил-союзник. Прописная истина, возведенная в абсолют еще со времен первых кооперативных игр.

Так что на повестке оставался последний вопрос перед завтрашним наступлением. Тот, что волновал меня больше всего. С Гаро станется играть в героя до самого конца и упереться рогом. А Мечник в чем-то прав.

Я тоже никакой не герой и могу честно в этом признаться хотя бы самому себе. Вот Джекс — да. Но я не Джекс. Резонанс не делает меня им. Он лишь говорит, что мы очень похожи характерами, поведением и навыками. Но разве близнецы, это один и тот же человек?

— Что будем делать с кристаллом? — спросил я в лоб, когда уже обмусолили вообще все.

В зале повисла гнетущая тишина, но Гаро с легкостью посмотрел мне прямо в глаза.

— Мы не будем рисковать, — произнес он. — Как бы мне не хотелось самому это сделать, дабы не пришлось рисковать другим, я скорее всего не справлюсь. Я это осознаю, так как никогда не считал себя святым. Поэтому кристалл будет разрушен добровольцем.

— И где мы его найдем? — произнес я, чувствуя тяжелый взгляд главы гильдии.

— Он всегда был рядом с нами, так что никого искать не надо, — ответил Гаро.

Статная девушка в первых рядах поднялась и повернулась к аудитории, отчего у меня перехватило дыхание. Она посмотрела прямо на меня и произнесла спокойным ровным голосом:

— Я пойду вместо командира. В конце концов, никто не знает наверняка, что оставшийся по ту сторону обязательно умрет. Но ради такого дела я готова рискнуть.

— Если кто-то и сможет противостоять искушениям Роркха, — продолжил Гаро, — То это Амидраэль. Я думаю, никто из здесь присутствующих не станет с этим спорить.

Я бы поспорил. В конце концов, та же Неми мне кажется ничуть не менее чистой и светлой, но в остальном я был согласен с Гаро. Хоть я и маловато общался с Ами, но вообще не помню ни одного случая, чтобы она пала духом или не бросалась в бой в первых рядах вместе с Паладинами.

И в голове сошелся очередной пазл. Гаро лишь пытался искупить то, что он считает своими ошибками. Где-то в глубине души он понимал, что не справится с кристаллом. И понимал это изначально.

Так чего удивительного в том, что найдя чистую и светлую душу, он стал ее наставником? Гаро не просто нашел себе замену на должность главы Паладинов. Он готовил Амидраэль к этой миссии с самого начала, потому что знал, что не справится.

Я посмотрел на непроницаемое лицо здоровяка и моего друга. Каково ему сейчас? Этому добряку, ведь он всегда знал, что в самый ответственный момент отправит другого жертвовать собой. В очередной раз он не может оказаться на месте другого.

Но это никак не преуменьшает его в моих глазах. Ведь я знаю, что если бы я не увидел исход, он бы первым бросился в атаку. И от этой мысли мне стало немного грустно. Рыцарь в сверкающей броне, как его называла Анека.

Он готов идти на жертву, но не может. Мне бы на его месте от этого стало легче, словно тяжкий груз спал с души. А ему наоборот тяжелее. И если он не справился, то я уж точно не гожусь в герои.

Если не Гаро, то и не я однозначно. А вот Амидраэль да. Пожалуй, с ней у нас есть шанс. И от улыбки девушки как-то сразу стало теплее. Еще ничего не решено, мы еще повоюем. Роркх еще нами подавится.

К тому же Ами права. Это лишь теория, что оставшийся по ту сторону погибнет. В конце концов, когда портал захлопнется, она может просто проснуться в капсуле. К тому же Ами должна попытаться убить своего ханта сразу после разрушения кристалла. Это тоже может сработать.

Так что надежда есть и в этот раз она греет душу. Главное, что у игроков появился реальный шанс сломать кристалл, не поддавшись искушению Роркха. А значит надежда. Всеобщая, для каждого.

Не та сраная стерва, что лишь продлевает агонию и муки, топя в безысходности. А настоящая, добрая, которая добавляет сил и позволяет сделать еще один шаг. Простоять на секунду дольше. Дольше, чем достаточно.

И именно эта самая надежда придала мне уверенности, что надо сделать одно важное дело. А времени оставалось все меньше, так что и тормозить было нельзя.

Пришлось брать Мауса, потому что у него был быстрый спорткар, а я вообще водить не умею. Ну вот так вот получилось. Нафига мне были нужны права, если даже самая захудалая развалюха с колесами казалась недостижимой мечтой? А потом как-то совсем не до этого было.

На ферму мы добрались уже затемно. Маус остался в машине, а я побрел знакомыми тропами в сторону собачьего лая. Дин с Каппой учуяли меня издали и принялись носиться по двору. Я знал этот лес на зубок, так что темнота не была для меня проблемой.

Рэда я нашел сидящим на веранде в кресле-качалке с бутылкой пива в руке. Он явно ждал моего прихода, хотя в иллюзии я отделался перепиской через Обсервер. Может это было моей ошибкой, но в этот раз не пришлось ломать голову над многими вещами в плане подготовки.

— Арч, — кивнул он мне и достал новую бутылку из ведра со льдом.

Я взял протянутое пиво и уселся в соседнее кресло. Отхлебнул немного, собираясь с мыслями. Все варианты диалога, который я прокручивал у себя в голове во время поездки, как-то сами собой улетучились.

А этот говнюк, в его случае все же с маленькой буквы, просто сидел и наслаждался моими метаниями. А когда я наконец открыл рот, чтобы начать впечатляющую, мотивирующую речь, Рэд заговорил первым.

— Нет.

— Что нет? — растерялся я.

— Я не пойду в портал. И не пытайся меня уговорить на эту вашу авантюру.

— Я сюда несколько часов ехал, — почему-то именно этот факт показался мне сейчас самым обидным.

— И еще обратно столько же поедешь.

— Говнюк, — озвучил я то, что так давно вертелось на языке.

— Договоришься, еще и пиво отберу, — ответил он, улыбаясь.

— Слушай, но это же общее дело. К тому же, нам не хватает людей.

— Я уже один раз повелся на уговоры. В итоге свои же мне электрический стул устроили.

— Это потому что ты поленился от этого самого стула оторвать свою задницу.

— Поверь, спасение мира не стоит потери хорошего места под моей задницей. К тому же, я и так сделал все, что было в моих силах.

— Не все.

— Если не все, значит я тебя плохо учил. И вообще ошибся в тебе. Скажи, я ошибся в тебе, Стрелок?

Я отхлебнул пива. Стрелок. Именно Рэд впервые назвал меня так, когда я смог наконец попасть в ту сраную ленту, развевающуюся на ветру. Я рефлекторно потянулся к запястью. Именно Рэд повязал мне ее тогда на руку.

— Ты нам нужен, — произнес я честно. — Ты мне нужен. Там.

— Чушь, — отмахнулся он. — Ты же Хохуро уделал. А до этого Мечника. Между прочим я поставил на тот бой приличную сумму и по итогу просрал кучу серебра.

— Спасибо за веру в меня, — ответил я с сарказмом.

— Я просто минимизировал риски. Если бы ты облажался, я хотя бы подзаработал тогда.

— А сейчас ты какие риски минимизируешь?

— Потерю энергии и получение фантомного переноса. Вы либо спокойно справитесь и без меня, либо просрете даже со мной. Я так считаю.

— Понятно. Короче говоря, ты даже перед концом света не оторвешь свой зад от этого кресла.

— А зачем? — удивился он. — Я его лучше встречу с комфортом и холодным пивом. А не как эти верещащие ссыкуны. В чем смысл умирать уставшим и обосравшимся со страха?

— Понятно, — повторил я.

Молча допил пиво и попрощался с наставником. Я слишком хорошо его знал. Если он говорит «нет» прямым текстом, это и означает именнно «нет», а не «поуговаривай меня еще немного». Тут нет смысла уговаривать. И если кто-то убедил Рэда участвовать в Великой Обороне, то лишь потому, что Рэд сам был не против.

Так что да, мы потратили несколько часов впустую. Особенно Маус, я-то хоть пива попил.

* * *

— Свалил? — произнес человек, вышедший на веранду.

— Свалил, — ответил Рэд.

— Почему ты не сказал ему правду?

— Много чести. Пусть сам выкручивается. Не для того я его гонял в три шеи, чтоб еще сопли ему вытирать. Сам справится.

— И это твой ученик. А ведь я его пару раз чуть не прибил.

— Не его, а ханта.

— Думаешь, с ним бы не справился?

— Справился бы. У тебя опыта больше. Но он превзойдет и тебя, и меня. Если не начнет геройствовать и не сдохнет тупой смертью.

— Ясно.

— Ты закончил свои дела? Всех убедил, кого хотел?

— В целом да. Есть еще кое-что, но это подождет. Там все равно ночью ехать надо. Так что можно и по пиву.

— Еще чего, — усмехнулся Рэд. — То, что я не избил тебя сразу, Эрик, еще ничего не значит. И раз уж ты на сегодня больше ничем не занят…

— На полигон? — вздохнул Шот.

— На полигон, — кивнул Рэд. — Кто-то давно должен был выбить из тебя всю дурь.

— Гаро выбил.

— Из ханта, Эрик. А я про тебя.

— Не забывай, что мне еще завтра работать.

— Не переживай. Один палец я тебе оставлю целым. Сможешь нажимать на спуск.

* * *

Подготовка к партии шла своим чередом. То есть практически без моего участия. Я просто впал в некую прострацию, не в силах придумать чем еще себя занять. Мы сделали все, что могли сделать.

Остальное от нас уже не зависит. Да, если получится открыть портал и прорваться, то начнется настоящее безумие. Но мы к нему готовы. И я не знал, как можно быть еще более готовым.

Даже Неми уже сорвалась на меня, после очередного вопроса про Йорка. Я переживал, но наш странный наместник бога был с нами. Все еще тут в полной мере. А значит мы сделали все, что могли.

Овер все равно идет на рыцаре, а Неми на настоятельнице часовни. Или как там правильно называется положение ее ханта в иерархии. Короче говоря, выжали из себя максимум. Мы долго готовились к этой партии, пусть даже и не осознавали этого.

Как мы можем еще подготовиться меньше, чем за день? Наверное все, надо просто расслабиться и каждому сделать свое дело, когда время придет. Поэтому чего лишний раз переживать?

И на этом моменте меня осенило. Я вспомнил ту деталь, которую можно было сделать лучше. Хорошо, что хотя бы в последний момент. Пришлось нестись на другой этаж, к ребятам, заведующим гильдейским складом.

Хотя и здесь пришлось повозиться. Никогда не видел в этом месте столько игроков разом. И всем было что-то надо, все спешили, требовали, кичились цветами карт-пропусков.

Я в этот момент понял, насколько все же наш отряд особняком стоит в гильдии. Вот если прямо сейчас нас выпрут без всяких лишних разговоров, мы все равно спокойно будем играть, потому что есть свой собственный склад запасов.

А тут, судя по некоторым требованиям, игроки вообще не заморачивались с резервами, а брали все необходимое у гильдии непосредственно перед партией. Да, в основном это была первая волна. Да и понятно, с внутреннего склада можно покупать ресурсы немного дешевле, да и комиссию гасить выгоднее добычей.

Я представил лицо ухмыляющегося Овера, сидящего на сундуке с темными сферами, закупленными впрок. Вот бы он сейчас порадовался, глядя на это столпотворение. А вот я красную карту не взял, так что пришлось толпиться в некотором подобии очереди.

Проблема в том, что я не знал, что конкретно мне нужно. Надо было посмотреть весь ассортимент и быстро выбрать. Хлопнув себя по лбу, понял, что официально не имею доступа к платиновому складу. Только к золотому. Я же капитан всего лишь второй волны.

Пришлось писать Гаро, затем Черчу, затем листать список контактов руководства, потому что никто не отвечал. Но внезапно раздался голос, усиленный громкоговорителями.

— Кто из вас Арч? Пожалуйста, пройдите к стойке выдачи карт.

Ох, сколько ненавистных взглядов. Я словно снова в Ночь Отмщения вернулся. Но это не важно, главное результат. Подходящий артефакт я нашел быстро. Просто взял самую крутую штуку, которая была, если верить ее стоимости.

И даже начало партии было один в один таким же. Разве что игроков стало гораздо больше, даже с Восточной стороны. По крайней мере живой коридор начинался за два дома до того места, где мне помнилось по иллюзии.

Подождал в центре несколько минут, пока не услышал голос Эла. Снова втащил его в наш небольшой круг, только в этот раз без лишних вопросов. Протянул ему ножны с длинным прямым мечом без гарды. Вроде бы похож на тот, каким он пользуется.

Да и ножнами это было трудно назвать. Больше похоже на прямоугольный кусок черного дерева с вырезанными рунами. Если бы не шнуровка с одной стороны, то и не разобрать, где тут ножны, а где рукоять.

— Что это? — спросил Эл, вытаскивая меч.

— Хиру, — ответил я. — Именной артефакт с одного из Аватаров.

— Спасибо, Арч, — произнес Эл, с восхищением разглядывая оружие. — Но я не могу принять такой дорогой подарок. Мне нечем расплатиться. Я в жизни столько не зарабатывал. Я на свой меч потратил последнее серебро.

— Он сломается. У тебя с этим вечная беда. А этот нет. Считай, что это плата за то, что ты спас мне жизнь при первой нашей встрече.

— Роркх такое не простит, — произнес Эл и был прав.

— Так покажи, что тебе не нужно его прощение, — улыбнулся я. — Сегодня никому не нужно его разрешение.

К тому же я не стал уточнять, что за подачки наказывает Йорк, а не Роркх. Но сегодня этот парень на нашей стороне, как ни крути. Поздно культивировать личную силу и ответственность. К тому же Эл, как мне кажется, достоин этого меча.

Наш разговор прервал Гаро, пришедший вручить мне посох. Никаких разговоров, все и так все знали. А я уж тем более. Поэтому, когда наступило время, то я уже знал, что надо делать. Вернее, думал, что знал.

Все произошло как в тот раз. Белый светящийся туман, обволакивающий все вокруг заполнил пространство, скрывая за собой самую странную и важную ночь. До тех пор, пока вокруг не осталось вообще ничего. Простояв так пару мгновений, я шагнул вперед.

Еще шаг, затем еще один. И вот бледная пелена начала рассеиваться. Только вот в этот раз никакой пирамиды под ногами не было. На мгновение мне показалось, что я вновь в Роркхе. Только не было давящего чувства безысходности.

Оглянувшись вокруг, увидел знакомую архитектуру приземистых домов. Только вот все было как-то не так. Здания не пялились на меня мрачными провалами окон. Ветер не пытался придавить к земле, небо не нависало над головой.

Все было похоже, но одновременно не то. И тогда я вспомнил, почему мне кажется это место таким знакомым. Ну раз так, то почему бы и нет? И я спокойно пошел вперед, сжимая в руке посох.

Туда, где виднелся выгнутый дугой мост с витиеватыми перилами. К девушке в тонком красивом платье, что стояла, оперевшись на эти самые перила. Только теперь все линии были на месте, не расплывались и не перетекали друг в друга.

Когда я ступил на мост, Алтарайи повернулась с почти человеческой улыбкой. Ее глаза отдавали серебром, как и мягкая шерсть. Теперь я понял, что она лишь отдаленно похожа на антропоморфную львицу. Было в ней и что-то очень человеческое.

— Вы наконец принесли даме зонтик, мистер Арч.

— Извините, что задержался, — принял я правила этой странной игры.

— Вовсе нет, — отмахнулась она. — Пока Река времени течет своим ходом, вы приходите как раз вовремя.

— А зачем реке зонтик? — спросил я.

— Глупенький Стрелок, — произнесла она, словно разговаривала с ребенком. — Как по вашему ей без зонтика? Вдруг она намокнет?

— Действительно, — улыбнулся я в ответ. — Ляпнул не подумав.

— Ничего страшного.

— Но я думал, что Алтарайи не осталось. Мне так сказали.

— Большинство да. Но стать Древним — не единственный способ уцелеть. Уж вам ли не знать, мистер Арч.

— Вы Странник, — догадался я.

— Несомненно, это так. Хотя и это не единственный способ. Все-таки сильнейшие из нас умели скользить-меж-мирами. Уж вам ли не знать, мистер Арч.

Я вспомнил странное новое описание Джекса. Вот оно как получается. Вот как это все работает. А как это все работает? Да имп его знает.

— Вы госпожа Ф? Богиня?

— И это тоже верно. Но не совсем. Богов не существует, но это большой секрет, мистер Арч. Но вы же сможете не распространятся об этом?

— Я же джентльмен, — кивнул я.

— О да, несомненно, — усмехнулась госпожа Ф. — Просто если прожить столько жизней, сколько проживают Странники, рано или поздно перестаешь быть просто тем, кем был изначально. И становишься кем-то большим. Но точно не богом.

— Спасибо за доверие, — кивнул я. — Уверяю, эта тайна уйдет вместе со мной.

— Мне очень приятно слышать это, мистер Арч. И я рада, что не ошиблась в вас. Жаль, что течение Реки Времени нельзя остановить, а вам уже пора возвращаться.

Я протянул девушке посох, ставший внезапно белым зонтиком-тростью. Весьма изящным, между прочим. Она протянула руку, практически человеческую, если не считать короткой серебряной шерстки. Взяла зонтик, да так и застыла.

— Он не для меня, мистер Арч. Он для вас.

— Для меня? — удивился я.

— Вам он нужнее. Поэтому я, верховная жрица Алтарайи, вручаю его вам. Владейте мудро, распоряжайтесь разумно, передайте тому, кто достоин.

— Спасибо, — только и смог произнести я.

Белое свечение вновь начало окутывать все вокруг, сливаясь с серебристыми глазами девушки. И когда в окружающей пелене осталось лишь ее лицо, она произнесла напоследок:

— Будьте так любезны, мистер Арч. Надерите зад этому Роркху.

— Не сомневайтесь, — ответил я искренне.

А затем пелена исчезла. Я никуда не двигался, не шагал, не выходил из портала. Просто в один момент я оказался на самой вершине пирамиды, а впереди раскинулись знакомые руины Города. Обернулся и увидел небольшой купол портала за своей спиной.

Но больше всего удивляло не это. Больше всего меня поразил ошарашенный взгляд Гаро.

— Ты вроде бы не так описывал все, — произнес он.

— Не так, — ответил я.

Оглядев пирамиду, даже протер рукой глаза, чтобы быть уверенным, что мне не мерещится. Все десять ярусов, а также пространство вокруг было заполнено игроками, непонимающе вертящими головами из стороны в сторону.

Те кто стоял на площади, занимали сейчас верхние ярусы. Те, кто стоял на примыкающих улицах, сейчас толпились на лестницах со всех четырех сторон. Повсюду были игроки. И их было куда больше, чем я помнил по иллюзии.

— Просто Роркх не учитывал тот факт, — произнес я, вновь повернувшись Гаро, — что нас не обязательно надо впускать. Мы и сами можем ворваться с ноги.

И в поддержку моих слов, Черч ударил в свои барабаны.

* * *

— Твою мать, как же ты меня напугал, — произнес парень, поправляя очки.

— Ты знаешь кто я?

— Эрик, — кивнул парень. — Меня внедрили раньше, чем завербовали тебя. Ты тогда еще инструктором был. Чего тебе?

— Заскочил в гости, узнать как дела. Пакуешь чемоданы?

— Передай Первому, что я выполнил свою часть сделки. Полностью и даже больше. Проект «Вавилон» завершен.

— Это я и так знаю. Оба брата моего друга ведь мертвы.

На этих словах парень нервно дернулся, снова поправляя очки. Оглядел два своих чемодана, стоящих у двери, затем перевел взгляд на Шота.

— Что бы ни хотел от меня Первый, я уже все сделал. Если вернусь в башню, меня поймают.

— Я больше не работаю на Первого. У меня новый наниматель.

— Тогда зачем ты здесь?

— Тоже собираюсь в дальнюю поездку. Вот и решил уладить дела.

— А с лицом что? По тебе будто танк проехал.

— Я это заслужил, — произнес Шот ровным голосом. — Ты убил Вегу по приказу Первого, верно, Роджер?

— Никого я не убивал, — отмахнулся он. — Проблемы с сердцем, перенапряжение, так написано в отчете патологоанатома.

— Да, только ты снял блокировки с его капсулы.

— Он сам приказал. Гаро так считает. Ничто не свяжет его с первым.

— И даже тот факт, что ты повредил его капсулу?

— Никто в это не поверит, Эрик. Невозможно изменить конфигурацию капсулы.

— Если только Первый Парагон не просчитает заранее варианты вмешательства, а затем не передаст нужные сведения одному умному технику.

— Потому я и сваливаю подальше пока все не закончится.

— Надо было валить сразу, после того, как завершил работу над «Вавилоном», — притворно вздохнул Эрик. — А теперь уже поздно.

— Эй, эй, парень, — примирительно поднял руки Родж. — Зачем тебе это? Я же просто выполнял приказы, как и ты.

— Да, просто у меня теперь другие приказы, — пожал плечами Эрик.

— И что? Да кому понадобилась моя смерть? Я же уже к утру улечу из страны и никто меня никогда не увидит.

— Твоя смерть никому не нужна, Родж. Как и твоя жизнь. Просто Вега был братом Гаро. А Гаро мой друг. Вот я и подумал. Но ты прав, никто тебя никогда не увидит.

— Эй, эй, давай успокоимся, дружище.

— Ты мне не дружище.

— Просто поверь, моя смерть ничего не изменит. «Вавилон» уже запущен, там все равно уже ничего не остановить.

— Объясни, — Шот замер, так и не подняв пистолет. — «Вавилон», это операция по уничтожению Веги и Парагона Врат.

— Нет, — нервно рассмеялся Роджер. — Все это для отвода глаз. Вообще все. И Ночь Отмщения, и слив дехантов. Операция начнется вместе с партией. И я там уже ничего не смогу сделать. Моя смерть не имеет смысла, все автоматизировано.

— Вот значит как. Вот почему Первый не слил моих ребят, мы нужны были ему еще зачем-то. Как отменить операцию?

Дуло пистолета поднялось, так что Родж смог заглянуть в черное нутро, скрывающееся внутри ствола. От этого его руки затряслись, а колени подогнулись.

— Никак. Только если снести всю электронику. Надо будет заменить всю начинку в башне. Софт, часть железа. Я могу, я объясню. Покажу как.

— Сколько это займет времени?

— Если все сделать быстро, управимся за пару недель. У Расвов большой штат техников.

— Ясно, значит не успеем. В чем заключается операция… А, впрочем, какая разница? Они ведь все равно не отступят. Гаро слишком упертый, — затем взглянул на часы, прикинул что-то и добавил. — Уже началось ведь, да?

— Да. Ну так что? — нервно спросил Родж, вытирая со лба градины пота.

— Я грохнул много подростков, Родж. В том числе и шестерых Парагонов. Но о тебе я сожалеть не буду.

Глава 11. Да я тебя всухую сделал

От потрясения произошедшим я на мгновение выпал из реальности. И потому не успел вовремя сделать то, что собирался. Заткнуть уши.

— Хорошая работа, Стрелок! — пробасил Мечник у меня за плечом.

— Твою мать, Хауст. Опять звенишь по перепонкам, — я обернулся посмотреть, просто чтобы убедиться, что хоть с ним все как прежде. — Меч в фонтане прополоскал?

— Обижаешь, два часа отмывал с мылом.

— Ага, как же, — усмехнулся я.

— Слушай, мне тут один задохлик шепнул…

— Что нехило меня отделал, а ты не поверил, знаю.

— А, уже было что ли? — на мгновение растерялся он.

— Ага. Ты сейчас пари предложишь. Реванш взять, так сказать. Кто перебьет меньше монстров, пойдет в воспитатели к дехантам.

— Хах. И как прошло? — самодовольно ухмыльнулся Мечник.

— Да я тебя всухую сделал, — ответил я с самым снисходительным лицом, на какое был способен. — Ты до монстров добегал, когда те уже остыли после моих пуль.

— Вот оно как, — задумался он. — Тогда я пойду вперед, пока вы тут лясы точите. Ну что, пари? И учти, твои грезы, это одно. Но в этом мире не считается.

— Пари, — усмехнулся я, протянув руку.

— Кто проиграет, тот будет делать из заблудших гнилых душ достойных людей общества.

— Хватит трепаться, — пробасил Гаро. — У нас проблемы.

Меня аж в дрожь бросило после этой знакомой фразы. В тот раз он сообщил нам, что Древние не могут прорваться сквозь портал. Но Черч же тут на своем барабанщике. Я даже огляделся в поисках платформы с установкой.

Выдохнул с облегчением. Вот она и смуглый человек в размалеванной маске на месте. Но тогда…

— В чем дело? — спросил я, стараясь сохранить невозмутимость.

— А ты глаза разуй. Оба. И свой и божественный.

Я обернулся на руины Города. Ну, это даже не проблема. Черное покрывало монстров, закрывающее собой все от окраин до окраин, это даже как-то привычно. Даже как-то слишком банально для Роркха.

Я проморгал откуда они взялись, но похоже в этот раз наш враг решил не размениваться на дешевые засады. А если он сразу попер в лобовую, то это плохо. Я наконец понял, что имел ввиду Гаро. Если Роркх вывалил свою армию сразу, значит у него в рукаве есть козыри покруче. Те, о которых мы не знаем.

— Ой, да пофигу, — раздался голос рядом.

И мне как-то сразу стало легче. И даже у Гаро на короткое мгновение мелькнуло подобие улыбки. Эл умел поднять боевой дух получше моего. Потому что я лыбился не стесняясь. А затем резко развернулся на месте, вспомнив.

— Да нормально все, — Неми мне и слова вставить не дала. — Тут он, тут. Все в порядке.

— То есть, вообще тут? Не как на Великой Обороне.

— Ну… Не совсем. Но на молитвы отвечает.

Она повела ладонью, расплескав вокруг немного непроглядной тьмы. У меня от сердца отлегло. Странно, но даренному Йорку в бутылку не заглядывают.

— Я думаю, наше с Неми присутствие помогает ему, — проговорил Овер. — С каждой секундой мне все проще призывать призраков Павших Воинов. Правда я сейчас кастую, словно впервые взял этого ханта. Причем ржавого.

— Да, — согласилась Неми. — Радиус молитв, будто хант совсем новичок. Будто вообще не прокачен.

— Ну, — Рино довольно похлопал ладонью по алтарю. — У нас тут полно ресурсов для молитвы. Скоро мы все станем самыми преданными его фанатами.

Ликан-союзник, что тащил на горбу алтарь, чуть пополам не сложился от похлопывания нашего здоровяка. Да, в этот раз Рино был налегке. Все тащила его стая, кроме самого необходимого. В том числе и три запасных алтаря.

А монстры тем временем не спешили двигаться с места. Не нападали, даже не шевелились. Только дальние твари сдвигались ближе к центру.

— Чего они ждут? — спросил я.

— А чего им лезть на пирамиду? В обороне проще. Это ведь нам надо к центру прорываться.

— То есть можно и не спешить? — спросил я.

— Ага, как же.

Никто не сказал этого вслух, но уверен, все подумали. Арч опять накаркал. Потому что после моего вопроса на горизонте появилась быстрорастущая черная линия. Только в этот раз это было не кольцо, а фронт.

Твари выбрались из-за пологих холмов по ту сторону Города и стремительно приближались к Роркху. Почему они нападают только с одной стороны. Взять нас в клещи было бы куда эффективнее, чем атаковать в лоб.

— Потому что так веселее, — раздался знакомый голос прямо у меня в голове.

— Импова срань! — рявкнул я. — Какого?

— Призови меня. Открой дверь, Скользящий.

— Йорк, какого импа? Ребят, вы это слышите?

— Ты принес рукоять, идиот, а не они, — рявкнул голос. — Слишком трудно прорваться. Все, призови меня. Я приду, когда прорастет Лес Мечей.

— Твою ж срань, — прошептал я.

— Арч, что с тобой? — Неми положила руку мне на плечо и заглянула в глаза.

— Йорк у меня в голове. Голос. Сказал, чтобы мы его призвали через Лес Мечей, — я посмотрел на Овера.

— Ну все, капитан наконец шизанулся, — всплеснул руками Маус. — Я так и знал, что это случится. И где нам тут искать нормального капитана теперь?

— Я пока не могу, — ответил Овер. — Еще слишком слаб.

— Молиться! — взревел Рино, радостно хлопая лапами.

— Да пофиг, — пожал я плечами и улыбнулся Элу. — Охранять Овера и Неми, боевое построение, идем в первом ряду.

— Может не стоит в авангард? — добавил скепсиса Вест, отчего был награжден поднятой бровью Айи. — Ну я к тому, что это не рационально.

— Отстаешь, Стрелок, — раздался далекий крик, который даже тут было слышно.

Мечник уже спустился с пирамиды и добрался до первых рядов тварей, которым не хватило места в черте Города.

— Нет, — решительно произнес я. — Рассветные Демоны не будут отсиживаться за спинами других. Пускай другие отсиживаются за нашими.

Пока мы разговаривали, игроки уже приняли боевые построения и начали спуск, поэтому пришлось поторопиться. Проще всего было ликанам, что скакали с платформы на платформу. Мы с Вестом ловкачи, поэтому тоже старались не отставать. Но внизу все равно пришлось дожидаться остальных.

Все мои партии, каждая ночь в Роркхе, все проходили по одному и тому же сценарию. Действительно выдающихся результатов я достигал лишь в одном случае. Когда ставил на кон все и даже чуть-чуть больше.

Если у нас и есть шанс победить, то только в первых рядах. Не жалея себя, не прячась в тылу, а прорываясь с боем через трупы врагов. Идя по головам. К тому же, оглянувшись на свой отряд, понял, что с такими товарищами грех быть где-то еще, как не на передовой.

Пусть мы и не Паладины или Молоты. Но таких игроков еще поискать. Да любой топовый отряд нас с руками оторвет к себе после этого побоища. Или наоборот, мы начнем приглашать их к себе в гильдию.

Но как мы ни старались, первыми в бой прорваться не удалось. Потому что первыми атаковали маги. Ну а как тут не воспользоваться моментом, да не вжарить чем-нибудь испепеляющим по широкому радиусу, когда в Городе только враги?

Ну и еще Мечник, но тут уж даже я знаю, что метеоритный огонь он точно переживет. А промораживающий до костей буран ему не страшней ветерка. Найдет тварь какую поздоровей, да выжрет ее досуха своей рельсой.

Поймал себя на мысли, что завидую его читерскому вампиризму. Но потом вспомнил как он его получил и поежился. Нет, я лучше по старинке. Красная лента и не придется восполнять жизнь, если никто не смог до тебя дотянуться.

Тем временем одиночные игроки и малые отряды уже вступили в бой. Этих фиг обгонишь. Они как сквозь портал сиганули, сразу понеслись на врага. Все знают, что поначалу монстры слабые, а значит проще всего набить побольше.

Наивные. Я видел, как вытянутая тощая тварь раскрыла огромную вертикальную пасть от подбородка до паха, откуда выстрелили с десяток щупалец. Монстр в одиночку перебил почти целиком один из малых отрядов и сейчас всасывал корчащихся от боли хантов в свое безразмерное брюхо.

Этот монстр казался мне знакомым, но тряпичная кукла Маришки была хилым детенышем по сравнению с этой мразью. Короче говоря, счет открыт с обеих сторон. Началось веселье.

И разумеется, одиночные игроки не забыли повторить свой фокус со времен Великой Обороны. Поэтому к линии сражения мы подходили под грохот фейерверка от самоподрывающихся хантов.

Ворвались мы в бой под канонаду взрывов и рев разноцветного пламени. Тактика боя уже давно отработана, все знали, что надо делать. Так что я, как капитан, был не особо нужен. А вот Арч-Стрелок разгулялся на полную.

Ликанов в бой не пускали, оставив их на флангах, прикрывать от случайно прорвавшихся. В остальном стая выполняла роль носильщиков в обновленной версии. Они таскали трупы тварей к алтарю.

Так как продвижение наше застыло, то это был хороший момент для любимого занятия Рино. Который набивал тварей наравне с остальными. Да, приносить в жертву чужие трофеи — не так эффективно. Но Неми теперь могла и так. Как и Овер после обновления брони.

Звук выстрелов мешался со свистом стрел и росчерками светящихся карт. Все это утопало в грохоти обрезов и раскатах молний от рун. Но ни один из этих звуков не мог переплюнуть рев ликана, вошедшего в боевой раж.

Стужа промораживала врагов, делая их хрупкими. Картечь цепляла противников скопом, так что поле боя напоминало снегопад разлетающихся осколков. А что умудрялось выжить в этом управляемом хаосе боя — нещадно испепелялось живым пламенем Айи.

Пока мы были полны сил и энергии, пока боезапас не заставлял задумываться о необходимости использовать рассыпные патроны, пока мана не уходила за критическую отметку, битва казалась легкой.

Не сложней, чем во второй волне. В каком-то смысле даже проще, несмотря на далеко не последних по силе монстров.

Враг известен, он виден, он прет в лобовую. К тому же твари атакуют не всей массой, а лишь стягиваются к подошедшим игрокам. Основная черная масса до сих пор не покинула окраин, дожидаясь, пока игроки не подойдут ближе.

Нам нужно было немного времени, чтобы напитать Неми и Овера силой, передавая трофеи нашему богу. Так что топтание на месте в какой-то мере было нам на руку. Но когда Айя сообщила, что подошла к критической отметке, я занервничал.

У нее половина резерва маны, несмотря на кучу бижутерии, которой магесса обвешалась. Новогодняя елка сверкает не так ярко, как ее украшения. Ничего страшного, пара эликсиров на регенерацию маны, три-четыре минуты и она вернется в строй.

Проблема в том, что монстрам не видно ни конца, ни края. А основные силы игроков еще только на подходе, двигаются боевым строем, то есть не сказать, чтобы быстро.

Тех, с кем мы сражались бок о бок, становилось все меньше и меньше. Все чаще ликаны сами вступали в бой, прикрывая тылы. В какой-то момент неутомимый Рино немного замедлился и я вышел вперед, отвлекая на себя часть монстров. Эл хоть и махал мечом вовсю, но ему приходилось отступать под натиском нападавших. Просто впитывать урон как Рино он не мог, не ты живучесть и регенерация.

Приходилось сдвигаться в сторону, дабы не пересекать линию огня остальных. С учетом моих перемещений и рывков, самая большая опасность Красной Ленты не в том, что я где-то оступлюсь и потеряю темп.

Наиболее вероятно, что я нарвусь на абсолютно случайную пулю. Такую, что невозможно предсказать, потому что стреляли вовсе не в тебя. Я доверяю своему отряду, уже не одну схватку вместе прошли.

Но профи в Роркхе чаще всего так и погибают. Из-за нелепых случайностей и совпадений, нежели от превосходящих сил врага. Хотя в таких битвах как эта, конечно большая часть игроков умрет, заваленная тушами всевозможных чудищ.

Другая наша проблема, это очки разума. В этот раз, в отличие от Великой Обороны, нас не прикрывают множественные ауры служителей Яра, так что пришлось заботиться об этом самим.

Тут проще всего Оверу. Живой доспех априори ничего не боится. Я, Неми, Айя и в какой-то степени Маус, имеем высокие показатели воли. Рино сам по себе чудовище, так что его сложно напугать клыками, шипами и когтями. Он сам кого хочешь напугает. А вот Ана, Вест и Эл — наши слабые звенья. Хотя Эл на ведьмаке, а им вроде как воля тоже нужна. Полумаг ведь.

Поэтому проверку свой-чужой проходят именно они. Остальным нет смысла, если эти двое в сохранили рассудок, то с остальными точно все в порядке.

Но пока это ни к чему. Защитные диадемы на головах хантов поблескивали камнями молочного цвета. Пока не почернеют — все в порядке. Этих двоих тоже увешали всякой бижутерией, словно гирляндами.

Правда, камни у них уже ближе к цвету слоновой кости, что немного напрягало. Скоро ресурс у артефактов иссякнет, но будем надеяться, что основной урон по разуму уже прошел от вида первых тварей.

В какой-то момент дышать стало легче, а мозги словно прочистили чем-то. Значит молитвы Неми заработали в полную силу, что уже радовало. Рино подтянул двух ликанов из стаи вперед, так что я отступил пополнить барабаны.

— Как у нас дела с запертым богом? — спросил у Овера.

— Не уверен, что справлюсь. Я никогда этого раньше не делал.

— Слушай, может и так справимся? Он же вроде как работает, молитвы молятся.

— Может и справимся, — скрипнул рыцарь сочленениями. Вроде как плечами пожал. — А может и нет.

— Есть шанс, что после Леса Мечей ты останешься с нами?

— Нет, Арч. Это однозначный финал для ханта.

— Срань, — произнес я, не прерывая дозарядку.

— Брось, капитан. Мы изначально знали зачем я здесь. И будем честны, наместник бога в отряде куда полезнее доспеха без рыцаря.

— Я его в деле не видел, а тебя видел. Так что спорное утверждение.

— Тем не менее. Есть план и будем ему следовать.

— План был призвать Йорка молитвами, а не самопожертвованием.

— Никто не говорил, что все пройдет как нам хочется.

Тут мне крыть было не чем. По сравнению с иллюзией, пока все шло чуть ли не идеально. А когда до нас донесся первый грохот барабанов, то стало вообще прекрасно.

Я обернулся и увидел плотный строй игроков, закованных в руническую броню. Молоты Этера шли острием основной группы. Расвы и Пилигримы создали совместный строй, чтобы довести Амидраэль до кристалла.

Обернулся и взглянул на далекую стену порушенных домов. Окраина казалась такой недосягаемой. А небо над Роркхом продолжало плеваться магмой, льдом и молниями. Скоро маги пирамиды исчерпают силы после такой активной бомбардировки.

А в этот момент на нас рванула новая волна тварей. Монстры наконец покинули черту Города и понеслись в атаку. Пусть и не все, но даже эта орава может смести нас просто своей массой.

Тут не создать каскад стрелков, бьющих поверх голов. Основную часть тварей придется принимать на щиты. Но есть еще лучники и арбалетчики, способные стрелять навесом. Потому гильдии сосредоточились на них, предпочтя огнестрелу.

— Я могу смести их всех одним ударом, — произнесла Айя, вглядываясь в черный вал, несущийся на нас.

— Если мы на подходе к Городу будем вынуждены вскрывать этот козырь, то даже пытаться атаковать не было смысла.

— Как знаешь, — фыркнула она.

Да что же это такое. Вокруг одни смертники, желающие побыстрей сдохнуть. Вообще план именно в этом и состоял. Мы набрали максимум эффективных способов умереть. Но не в самом же начале битвы, чтоб всем импы за шиворот насрали.

Выпустив половину барабана в стаю разномастных Гончих, я вернулся к передовой и начал раздавать команды. Молоты вот-вот подойдут и лучше не путаться у них под ногами. Нам надо было сместиться на фланг, раз уж не сумели расчистить им путь.

Наш отряд был весьма мобилен, так что и проблем не возникло, тем более что слева практически не осталось живых игроков. А единичные выжившие были рады потесниться.

С приходом основных сил грохот битвы вырос десятикратно, и даже воющий Рино не мог перебить этот гвалт. В его защиту скажу, что он очень старался. Бой продолжился с новой силой, причем так, что наши потуги до этого показались разминкой.

Твари перли сплошным потоком, словно пытались добрать до сердца отряда. Такое чувство, что Роркх понимал, кого ему надо убить. Одного единственного игрока, потому что остальные не представляли для него опасности.

Даже если мы перебьем вообще всех тварей, которыми тут каждый угол кишмя кишит, надо ведь еще и кристалл сломать. А там все перейдет в другую плоскость противостояния. Помня пример Гаро, чем больше игроков подойдет к камню, тем больше игроков начнет этот камень защищать.

Но до этого далеко. А вот что стало неожиданностью, так это твари, которые резко бросились в рассыпную. И если мы хотели уйти с линии их атаки, то наоборот под нее подставились. Вся орда, что мгновение назад неслась в лобовую на Молоты Этера, резко раздалась в стороны.

И половина этой орда бежала как раз в нашу сторону, словно тяжелобронированный корпус игроков внезапно стал им не интересен.

— Какого импа? — только и успел удивиться я.

Но ответ пришел в следующее мгновение. Вместе с грохочущим топотом копыт, перекрывающим даже удары барабанов Черча.

Я еще не видел этого противника, но мурашки по спине уже побежали от осознания происходящего. На основные силы неслось импово стадо Бронерогов. Несколько таких тварей во время Великой Обороны чуть не проломились к самому порталу.

Но тогда они неслись вверх по лестнице. Что может сделать целое стадо Бронерогов, взявших приличный разгон вниз по склону? Все. Они прошьют строй, если доберутся. И ни Молоты, ни Паладины не остановят эту силу.

Грохот стал осязаемым, словно сама стихия сорвалась с катушек и пошла в атаку. Земля под ногами дрожала так, что я боялся шаг сделать, дабы не упасть.

— Нельзя дать им…

Грохот перекрывал мои слова. Надо было что-то делать и притом быстро. Как остановить стадо разъяренных Бронерогов, уже взявших разгон? Да никак.

Но гильдии доказали, что не даром правительственный хлеб жрут. Ну Расвы по крайней мере, про Пилигримов не в курсе.

Сначала топот замедлился и сменился чавкающими звуками. А когда несущиеся на нас монстры провалились по колено в землю, я понял, что кто-то скастовал Зыбкую Почву. Умудрились же взять с собой такое заклинание.

Его даже на Великой Обороне не применяли, предпочитая магму, что пусть и не так хорошо замедляла, зато урон наносила нехилый. А тут идеально зашло, впрочем стадо это не остановило, а лишь немного замедлило.

Следом со стороны корпуса полетели стрелы, светящиеся болты, склянки с искрящейся жидкостью и даже ветвистые шаровые молнии. Следом над бегущими Бронерогами появилось белесое облако, из которого полетели крошечные льдинки.

Рев тварей был слышен еще лучше их топота. В какой-то момент мне даже показалось, что этого будет достаточно, чтобы первые ряды смогли выдержать натиск. Потому что перед ними вспыхнула полупрозрачная голубоватая пленка в несколько метров высотой.

И что-то мне подсказывало, что она куда прочнее, чем кажется на первый взгляд.

А затем мы сами повязли в бою с нападавшими на нас тварями, впрочем те не столько пытались нас убить, сколько заходили во фланг к основным силам. И делали это вполне успешно, что могло стать для них проблемой.

— Думаю, трех хватит, — прорычал Рино.

Мне потребовалось несколько мгновений, что обращается он вовсе не ко мне.

— Давай четырех, — откликнулась Ана. — Ну пожалуйста, давай хотя бы четырех.

— Че происходит? — спросил я, когда четверо ликанов в волчьей ипостаси сорвались с места.

Они просто разогнались прямо на прущих врагов, а затем взметнулись в воздух в слитно прыжке. Просто понеслись вперед, по сути, по головам тварей, скача с одной крупной твари на другую.

— Ща будет бдыщь! — воскликнула Ана, не забывая при этом разряжать обрезы.

— Какой, к импам, бдыщь? Вы чего, наркоманы? У них даже взрывчатки нет.

— Они и есть — взрывчатка, — восхищенно произнесла Ана.

Я снова глянул в сторону несущихся ликанов. Затем посмотрел на оставшуюся стаю. Да тут их еще под три десятка. Я почувствовал себя сидящим на бочке с порохом. Внутри которого запрятан тротил. А вокруг все залито бензином. А я сижу с горящим факелом в руках.

Перевел взгляд на револьверы. Импова мать, да всего один неверный выстрел и… Йорк вас всех забери, очень надеюсь, что Ана поставила на них какие-нибудь предохранители. Или что там ставится на живую бомбу.

— А вот это по плану? — воскликнул Маус, параллельно отбиваясь шпагой от наседающих пауков.

— Твою же… Вест, щиты! — заорал я во всю глотку.

Потому что один из ликанов оступился и был успешно перехвачен какими-то щупальцами всего в паре десятков метрах от нас. А зная Ану и этот ее взгляд… Короче, ставлю на кон ленту Хохуро, что мы сейчас в зоне поражения.

Хотя ладно, что это я наговариваю на Ану. Она ведь готовилась к самой эпичной битве за всю историю Роркха. Так что скорей всего мы все еще в эпицентре.

Вест сработал молниеносно, вообще не спрашивая. Просто взмахнул рукой, веером раскинув горсть камней. Выглядело просто и вовсе не эффектно. Только я знал, скольких месяцев тренировки ему стоило научиться этому трюку.

Чтобы руны раскинулись в нужном порядке и в пределах допустимого расстояния. И все это поверх наших голов, когда нужно было охватить и Айю, что стояла позади, и Рино впереди. А еще психи-полудемоны, оставшаяся стая и какой-то крендель с трубой, а-ля саксофон.

Последнего Маус притащил, но так и не объяснил зачем. Но в бою тот участвовал примерно никак. Потому что Маус ему глаза завязал, чтобы трубач не словил шизу раньше времени.

Вест успел вовремя. Ликаны сдетонировали одновременно, только вместо пламени было… Ничего. Я так и не понял, что произошло, просто в какой-то момент нас всех бросило вперед. А монстров так вообще стянуло прямо в то место, где находился «споткнувшийся» ликан.

Я видел, как ближайших из них просто сминает в труху, словно наша бомба превратилась в черную дыру, засасывающую все вокруг. Но руны вспыхнули, образуя гексагональный полупрозрачный купол. Судя по интенсивности свечения, нашу защиту тоже пыталось засосать.

Но по крайней мере нас перестало тянуть вперед. Я поднялся с колен, но лишь для того, чтобы услышать нервный голос Аны:

— Я бы лучше не вставала.

— К земле! — рявкнул я.

Отряд посыпался, словно карточный домик. Благо, Ана с нами уже давно, так что такие команды далеко не в новинку.

С той стороны барьера что-то тихо хлопнуло, а затем рунную защиту просто сдуло. Следом вскрикнула Айя, потому что тупых психов снесло с места. Они-то не пытались прижиматься к земле. Но Айя вовремя отпустила кольцо с цепями, так что ее не понесло следом.

Меня накрыло целой волной кровавых ошметков, какой-то слизью, а следом прилетела одна из тех самых случайностей. Ну если можно так назвать длиннющий клык, впившийся мне в бедро, который прилетел снарядом после взрыва малой сверхновой.

— Что это было? — рявкнул я. Скорее от обиды, чем злости. Остальных-то не задело.

— Разлом в Бездну, — произнес Рино. — Если что, я не виноват.

— Я тоже, — послышался голос Аны.

— А кто тогда виноват? — рявкнул я, вырывая клык из ноги. — Я что ли?

— Ну, — замялся Рино. — Рецепт ты нам притащил от парагона. Так что в каком-то смысле да.

— Чего? — я на мгновение даже о боли забыл. — Выберемся, я тебе не лице Разлом устрою. Предупреждать надо.

— Я буду сопротивляться, — оскалился танк.

— Так веселее, — повторил я слова Йорка.

На лечение ушла половина эликсира. В целом не так страшно, так что да, скорее обидно. И неожиданно. Но об эмоциях пришлось быстро забыть.

Тварей хоть и перемололо в труху, да не всех. А вот оставшиеся три ликана добрались до точки назначения. Несколько Бронерогов даже пережили эти взрывы или как их там назвать? Только вот оглушенные твари не особо сопротивлялись, пока игроки поливали их из всего арсенала.

Глянув на Молоты, облегченно выдохнул. Наших если и задело, то не критично. Строй цел, а значит все в порядке. Но с такой стаей под боком лучше уж и впрямь уйти в авангард расчищать путь.

Глянул на оставшихся неписей-союзников. Психи целы и к счастью не кровоточат, а дудочник прикрыт белым плащом. На нем вообще ни царапинки. А вот капитану клык в зад воткнуть, это нормально. Отличные приоритеты. Но это я все еще от обиды не отошел.

— Надо прорываться к домам, — произнес я громко. — Там сможем укрыться и перевести дух.

Никто не спорил. Основную волну тварей мы проредили, а двигались они как раз с окраин. Так что на горизонте не было видно особо больших скоплений противника. Пошли с боем на прорыв, обгоняя основные силы.

Маги с пирамиды вовсю веселятся, но на сколько их еще хватит? Как только последнее совместное заклинание прекратится, твари вновь ринутся на нас всей своей массой. И до этого момента было бы неплохо занять хоть какое-то подобие позиции.

И остыв от произошедшего я понял, что мы потратили рунный купол и четырех ликанов, способных смести практически любого врага, а еще даже до стен не добрались. Не нравится мне все это.

Глава 12. Кровь на клинок и добро пожаловать отсюда

После полуночи в сердце столицы людно и шумно. Большой город не любит спать, как и горячая молодежь, что сюда приезжает со своими огромными амбициями и стремлениями.

Когда свет солнца сменяется блеском фонарей, поколение не таких, как все, выходит на улицы, чтобы заявить о себе и своем протесте через блеск бокалов и громкость современной музыки. Ища себе подобных, они объединяются в пары, дабы пойти наперекор устоявшимся социальным нормам и традициям.

Как будто не помнят или не хотят помнить, что их родители тоже в свое время топтали танцполы высокими шпильками и модными кедами. У них была своя правда против других устоев и традиций. А у их родителей своя. И каждое поколение не таких, как все, боролось за свою идею, отличающуюся от предыдущих.

И только скучные, обыденные, серые ребята, живущие в шестидесятиэтажной башне знали, что этот город высосет из них все силы, весь блеск и удаль, если старательно привлекать его внимание ночами.

Он заберет молодость и энергию, обменяв их на пьяный угар и легкое похмелье, наполненное чувством гордости и перспектив. Чтобы терпеливо, лет через пять, десять, отправить самых сильных и смелых перекладывать важные бумажки с одного места на другое. Очередной круг замкнется.

Но скучные и серые ребята из башни слишком хорошо разбираются в хищных нравах больших городов, потому на этой улице было тихо, как и в любую другую ночь. Потому что пока рано для праздника и поздно для нереализованных амбиций.

Поэтому звук разлетающегося в дребезги бронированного стекла прозвучал в тишине звонким набатом, волнами уплывающим в темноту улиц.

Один из незаметных, безликих грузовиков протаранил двери на первом этаже башни. Проехал через холл, мимо пустой кофейни в уголке, разбрасывая диванчики и пуфики в стороны.

Система безопасности среагировала моментально, еще до того как грузовик успел приблизиться на расстояние в сто метров. Как только электроника зафиксировала приближающийся объект, сопоставила скорость движения, сверилась с базой, найдя модель и характеристики транспорта, рассчитала тормозной путь и активировала режим тревоги.

Система отдала одновременно десятки команд, приказывая подняться ежам, опуститься стальным заслонкам, боевым турелям перейти в активный режим, а дежурному отряду ЧВК занять позиции.

Только вот операция «Вавилон» началась. Потому грузовик уже внутри, а за ним неспеша заезжают еще два. Боковые дверцы распахиваются, а оттуда вываливаются безликие люди с оружием в руках и полном боевом снаряжении.

Наемники, что не носят опознавательных знаков, не отвечают на вопросы и не задают их. Но стоят очень дорого. Но любые услуги, требующие отсутствия норм морали у исполнителя, стоят дорого.

Примерно на пятьдесят этажей выше у окна стоял человек и наблюдал за происходящим, перекатывая леденец во рту. За его спиной статный человек солидного возраста, но с гордой осанкой и пышными усами принимал доклад подчиненных и отдавал распоряжения.

— Заблокировать шахты лифта, перекрыть заслонами, отряды на лестницы.

— Нет доступа к системе безопасности, — отвечал бледный юноша. — Мы перешли на внутренние генераторы, электричество тоже вырубили.

— Руками значит перекройте, — рявкнул он. — Или ЧВК у вас тоже на генераторах?

— Сделаем, — икнул помощник.

— Держать лестницы до последнего. Нельзя дать им добраться до комнат и капсул. Что со связью? Когда центр пришлет подкрепление?

— Не пришлет, — ответил человек у окна. — Связь экранирована, все системы обесточены, мы в информационном вакууме. Все так?

— Так точно, — подтвердил помощник.

— Утром собери информацию о пропавших техниках, что имели доступ к системе. Если доживем.

— Что с питанием? С капсулами? — устало спросил Усатый.

— Вентиляция заблокирована на случай газовой атаки. Большие мощности уходят на подпитку сжатым кислородом. Нам бы собраться на одном этаже и…

— Я не совета спрашивал, а доклад.

— Капсулы работают в штатном режиме, плюс имеются их внутренние батареи.

— Отрубай по мере выхода игроков. И всех гони на верхние этажи. Медблок перевести на пятьдесят третий, только необходимое для экстренных ситуаций. Весь персонал медблока поднять по тревоге, у нас будет много раненных. Этажи без задействованных капсул эвакуировать на пятьдесят четвертый и выше, затем отрубить от питания. Задача ЧВК — продержаться.

— Нам ждать помощи извне? — сглотнул помощник.

— Нет, — ответил человек у окна. — Но если у остальных получится, они сами отступят. Тогда их затея потеряет всякий смысл.

— Уверен, Черч? — спросил Усатый.

— Абсолютно. Они ведь тоже не хотят умирать просто так.

— Так может ты ляжешь в капсулу и поможешь остальным?

— Зачем? Мои ханты и сами справятся, я только мешать им буду.

— А у тебя нет полезных хантов не Древних?

— Нет, мэн. Полезных нет. А к утру у меня и Древних не останется.

* * *

Что-то мне это все напоминало. Где-то я это все уже видел. Полуразвалившаяся двухэтажная постройка, покрытая слоем песка и пыли. Мы с Вестом сидим на остатках того, что раньше было крышей.

Знакомая ситуация, но твари нас то ли не видят, то ли тупо игнорируют. Как будто наш отряд им вообще не интересен, в отличие от огромного куска мясного пирога, закованного в сталь и серебро.

Вроде как все логично, монстры агрятся на вес и потому лезут прямо в рожу Молотам. Так ведь веселее, ломиться по прямой.

Но что-то мне подсказывало, что причина далеко не в весе. Просто Роркх что-то понял и теперь пытается выковырять из черепашьего построения одного конкретного ханта. Потому что мы уже ушли на квартал вперед остальных. И вес тоже имеем, как ни крути.

Да, наш отряд вместе со всеми союзниками и неписями, это не боевой совместный строй гильдий. Но мы сейчас на пике своих сборок. Белый костюм Мауса весит как вся стая ликанов вместе взятая. И пока что этот костюм вообще никак себя не оправдал.

Уж не знаю, у какого портного и за какие деньги он его взял, но не понимаю, почему с таким весом фокусник до сих пор не перебил всех тварей Роркха вместе взятых. У меня нет других вариантов, что этот костюм должен такого делать, потому что Маус в неэффективных сборках замечен не был.

— Что там с ядром? — спросил я Мауса. Легок на помине.

Ядром мы решили называть непосредственно Паладинов. А на данном этапе битвы и всех игроков, что вокруг. А там почти две трети Расвов и столько же Пилигримов. Плюс Коалиция выделила свои сильнейшие отряды.

Но последние двигались во флангах и при вступлении в черту Города, веером разошлись вперед, прощупывая местность.

В Роркхе твари шли не только в лобовую, хоть пока так и было. Стоит нам расслабиться и монстры вылезут прямо под ногами, чудесным образом окажутся за спиной, а атаки с неба до сих пор не было.

— Заняли гладь, — ответил Маус. — Пока не могут сдвинуться, атаки со всех сторон летят. Перестроились в режим осады и держат оборону.

— Ну, их тогда вообще не выковырять. Это на долго.

— Всем надо перевести дух, — ответил Вест, пуская стрелу. — Нам тоже.

— Еще четыре минуты до боевой готовности, — ответил Маус и скрылся внизу.

Так получилось, что южный вход отутюжили огненным валом. Словно пылающей губкой прошлись, слизнув с земли все, что попадалось на пути. И осталась только ровная гладь спекшегося камня и земли. Скользкая, что каток.

В самом начале глади и встало ядро. А мы двинулись дальше, миновали руины и добрались до нескольких построек, хотя бы отдаленно напоминающих дома. Твари шли мимо нас густым ручьем, обтекая со всех сторон.

Ауры Овера и молитвы Неми немного отгоняли от случайных залетных монстров, но в целом к нам и не лезли. А вот стоило мне пристрелить парочку, как началась пятнадцатиминутная бойня с последующим позорным отступлением.

Так мы и сместились сюда, в сторону от основного отряда. Воевали сейчас Маус и Вест. Карты и стрелы относятся к классу бесшумного оружия, так что на них не агрились. Маус отстреливал тех, кто целенаправленно бежал слишком близко от убежища, а Вест экономно палил лишь по наиболее опасным тварям.

Основная задержка у нас из-за Рино и Эла. Ребят слишком сильно потрепало в ближнем бою. Ана сейчас ухаживала за танком, тратя мази и специальные эликсиры, подстегивающие регенерацию и укрепляющие шкуру.

Неми молилась, поэтому Эл сам себе врач. Парень спокойно справлялся самостоятельно и сейчас просто отдыхал. Универсальные эликсиры решено было поберечь на более критичные моменты.

— Ждем бафов от Черча и идем дальше, — произнес я, оглядывая пространство.

Слишком сильно отрываться от ядра было глупо, так как барабанщик не только усиливал нас, но и ослаблял тварей. Самое странное, что его аура действовала на отряд, даже несмотря на абсолютный атеизм Йорка.

Самое страшное ждало впереди. Сейчас мы сражаемся с тварями, что уже были в Роркхе, когда мы пробили дыру между мирами. И по сравнению с тем, кто подтягивается с той стороны, это просто разминка.

Да, разношерстного воинства тут много. Куда больше, чем хантов. Но это мелочи по сравнению с растянувшейся на километры волной, что со слов Мауса уже вошла в Город одновременно с нами.

Именно ее ждут игроки, занявшие гладь. Справедливо оценив, что до центра мы первыми никак не доберемся, было решено принять бой на открытой местности. Тем более остатки пирамиды смогут поддержать огнем на таком расстоянии.

И если мы переживем волну, то тогда уже сможем атаковать остатки сил противника, прорываясь к кристаллу в центре. Ну или помереть, пытаясь это сделать.

В этой, погребенной под слоями песка и времени, версии Роркха, было трудно определить где что находится. Но вроде как мы заняли позицию на одной из главных улиц, по которой в атаку пойдет волна.

Ликанов было решено принести в жертву и они уже засели в нужных местах, сидя тихо и не высовываясь. Я спустился с крыши вниз. Просто спрыгнул, у нас тут половины дома не хватало.

— До волны не больше десяти минут, — произнес я тихо.

— Арч, я должна быть там. Ты это понимаешь? — Айя не спрашивала разрешения, как это могло показаться. Она ставила перед фактом.

— Как далеко тебе надо уйти вперед? — спросил я.

— Километр от ядра. Лучше два. И от вас тоже. Ничто не выживет.

— Я видел, как ты использовала нескольких психов. Получился вполне управляемый демон.

— Видимо, в твоих иллюзиях Роркх все напутал, — усмехнулась она. — Ничто. Не. Выживет. Вообще.

— Маус, сможешь перебросить ее?

— Да, но не вместе с этим гаремом, — он кивнул в сторону пускающих слюну психов. — Только по очереди, максимум трое за раз.

— Не вариант, ее сожрут раньше. Тогда будет прорываться по готовности.

Я не строил иллюзий, что мы, такие все из себя герои, в одиночку порвем весь Роркх. Да, Айя все еще сильнейший пиромант. Единственный огненный маг-полудемон, одновременно заключивший сделку и имеющий элемент пламени в крови.

Да, она может на Последнем Вздохе забрать с собой квартал, а то и два. Но и Роркх уже это видел. Так что не думаю, что волна тварей растянулась сама по себе. И у нас два варианта.

Либо встретить основной поток нападающих подальше от ядра, либо замереть в засаде и ударить, когда те побегут мимо нас.

Первый вариант сам по себе рискованный и мы можем тупо подохнуть. Второй вариант кажется мне совсем безумным. Во-первых, остальной отряд сгорит вместе с Айей, во-вторых нас скорей всего почуют и сметут за компанию.

Ликанов разделили на две группы. Первая уже заняла позиции от нашего убежища до ядра. В нужный момент они синхронно ударят, давая таким образом небольшую передышку гильдиям. Вторая половина сейчас должна будет расчистить нам путь вперед.

— Рино, а ты сам, не?

— Не, — помотал он головой. — Слишком рискованно было жрать ту алхимию. К тому же, я не собираюсь помирать.

Наш танк оскалился, намекая, что и у него припрятаны козыри в рукаве. Я лишь пожал плечами. Несмотря на весьма неожиданный взрыв Разлом, ребятам я доверял и они сделали все четко.

Да, случайный клык не просчитать, но откровенно говоря, даже перебей он мне хребет, я бы выжил. Ну подтащили бы ко мне какого-нибудь ликана, чтоб я высосал его повязкой, делов-то.

Как я понял, они взрываются не при смерти, а только если Ана вручную активирует механизм подрыва. А там все завязано на магии и алхимии, использующей жизненную энергию объекта. То есть, говоря игровыми терминами, чем больше у бомбы очков здоровья, тем сильнее бабахнет.

А ликаны у нас тут самые живучие, как ни крути. Так что выбор материала идеален, как я считаю. Что еще раз говорит о правильности решения доверять своей команде.

Выступили примерно через две минуты, когда все были готовы. Сигналом к прорыву послужила несущая стена здания, в котором мы укрывались. Ее снесло.

Впрочем, как и все в радиусе тридцати метров от появившегося разлома. В этот раз тратить руны на защиту не стали, а просто грамотно рассчитали расстояния и сопутствующий ущерб. Короче говоря, попрятались за особо крупными обломками стен.

Рвануло знатно, впрочем, монстров это только раззадорило. Второй ликан сорвался с места, ища своей смерти. Интересно, они осознают, на что подписались? Или воля вожака настолько неоспорима?

Короче говоря, место мясорубки быстро заполнялось новыми особями, жаждавшими нашей крови и мяса. И чтобы дать клыкастому динамиту хоть немного дальше продвинуться, мы палили из всего арсенала.

Ана с Маусом работали в паре, что заметно увеличило скорость продвижения. Фокусник забрасывал девушку вперед, практически в упор к врагам. Та разряжала обрезы, обычно даже пару раз каждый, нанося колоссальный урон вблизи.

А когда ее должно было вот-вот разорвать волной щупалец, жал, клыков и когтей, девушка исчезала в белом мареве, которое тоже быстро истаивало в воздухе. Впрочем, ревущей от досады ораве все же доставался кусочек счастья.

Чаще всего в форме связки напалма, динамита и алхимической субстанции с подпаленным фитилем. Ликанов тоже можно было бы перебрасывать, но те и сами справлялись, а мана у Мауса не резиновая.

Я опустошал барабан за барабаном, благо, за время перерыва мы разгрузили нескольких ликанов, восполнив себе резервы. Впрочем, резервы эти таяли на глазах. Когда мы продвинулись вперед метров на триста по улице, рванул последний оставшийся пушистик. Теперь в запасе есть лишь десяток за спиной, а из резервов только то, что у нас в рюкзаках с собой.

Ручей прущих тварей постепенно иссякал. Истаивал прямо на глазах. По обе стороны от нас еще хватало монстров, но они движутся параллельными улицами, если можно так их назвать. Просто вдоль центральной сохранялось еще хоть какое-то подобие домов.

А те осколки стен и огрызки крыш, что не сломались под напором времени, сейчас спешно втаптывались в пыль тысячами лап, ног, отростков и копыт разномастной орды.

— Здесь, — произнесла Айя. — Дальше все равно не прорвемся. Дайте мне две минуты и уходите.

Я понимал к чему она. Да, мы продвинулись не так далеко, как собирались, но отсюда уже была видна сплошная черная полоса впереди. Твари приближались куда быстрее, чем нам бы того хотелось.

Две минуты, это не только время на подготовку призыва. Примерно через столько же первые ряды сметут нас и не заметят. Ну ладно, теми же Монолитами и руническими барьерами мы выиграем себе секунд двадцать сверху. А потом все.

И либо Айя испепелит тут пару кварталов, либо нас просто снесут массой. Это была не орда, скорее на нас неслась черная лавина шерсти, костей и хитина. И Йорк знает чего еще.

— А ты справишься с таким количеством?

На Великой Обороне Айя призвала демона из четырех безумцев. А в этот раз их целая дюжина. Я конечно верю в магессу, но блин…

— Нет, — спокойно бросила она, перерезая артерию очередному психу.

— В смысле нет? — я на секунду даже растерялся.

— Нет и все. Я не собираюсь призывать демона. Я просто высвобожу столько пламени, сколько получится.

— И это еще Мечника называют Безумным.

Я сбросил два Монолита, а это означало, что пора бы нам сваливать. Пусть до барьеров дело еще не дошло, но Вест раскошелился на знакомую мне технику. Айя вскрывала только восьмого безумца.

Почему-то их нельзя было просто пристрелить или убить иным способом. Надо было, чтобы они истекли кровью, а сделать это можно было ритуальным кинжалом. Иначе пламя закупорит рану, пусть даже и перерезана артерия на шее.

А вот между двух рунических стрел вспыхнула белая пелена, засасывающая в себя всех несущихся тварей. Дуал-векторное заклинание, запечатанное в рунах, вроде как в единственном экземпляре у Веста.

Пелена продержалась около трех секунд, что весьма круто. Обычно для этого парочка опытных магов собой жертвуют, хотя рекорд в восемь секунд пока никто не побил, насколько мне известно.

— Готово, — раздался голос Айи. — Валите отсюда.

Я как раз сбил последнюю тварь, скачущую к нам по стене дома. Ана зашвырнула связку гранат на прощание и мы дружно развернулись.

В этот момент Айя вонзила ритуальный кинжал себе в сердце, активируя последний вздох. Самые сильные штуки в Роркхе требуют самопожертвования. И сейчас лучший момент для магессы, чтоб собрать обильную жатву.

Мы рванули со всех ног не оборачиваясь. Рев пламени затмил все звуки, а волна жара ударила в спину. Маус работал как мог, перебрасывая нас вперед. Я на бегу схватил Эла за плечо и в следующую секунду пространство дрогнуло.

Мы вроде как вступили в белую пелену и оказались все на той же улице, но дома вокруг по щелчку изменились, а воздух стал прохладнее. Маусу удобней всего было перемещать хантов по двое, поэтому мы старались разбиться на пары.

Не сбавляя темпа, я позволил себе обернуться через плечо. Дикое живое пламя стеной поднималось на полсотни метров в высоту. Мне показалось, что я разглядел рогатый силуэт в тугих потоках огня.

А еще заметил бледную фигуру фокусника, что ярким пятном выделялся на фоне демонического огня. Отряд за несколько секунд разорвал дистанцию на сотню метров, но в следующее мгновение фигурку Мауса поглотило пламя. Раз и нет.

У меня сердце ушло в пятки, но бег я не сбавил. Стена пламени разрасталась, преследуя нас по пятам. От нее плавился камень, рябил воздух, а одежда нагрелась так, что начала обжигать кожу.

— Еле успел, — раздался голос Мауса прямо у меня над ухом.

Я глянул в ту сторону. На белоснежном костюме не было ни следа гари. Пламя его даже не задело. Догадка промелькнула в голове и волна облегчения сменилась раздражением. Он даже и близко не был в опасности, а просто решил придать драматизма ситуации.

— Позер, — коротко бросил я, стараясь не сбить дыхания.

— Уж кто бы говорил, — усмехнулся тот в ответ.

Маус перебросил нас еще дважды, пока мы не оказались в безопасности. Айя справилась со своей задачей на все сто. Волна ревущего, неудержимого демонического огня, вместо того, чтобы спалить все вокруг, обрушилась на врагов.

То есть вся эта стена, поднимавшаяся в небо, в какой-то момент просто накренилась и рухнула вперед, словно подпиленный ствол могучего дерева.

Жидкое пламя накрыло врагов и шипящими змеями разлилось вокруг. Площадь поражения примерно километр в диаметре, как и говорила магесса. Только вот эпицентр оказался не там, где она стояла, а куда рухнул этот вал огня.

И полился кровавый демонический огонь в основном навстречу черной волне. Колоссальная эффективность. Один игрок да дюжина хантов-союзников напрочь смели несколько сотен, а то и пару тысяч тварей.

Впрочем, монстров это не остановит. Если повезет, то мы завалили треть от волны, но лучших условий для Айи все равно не смогли бы создать. Черная лавина разделилась на два рукава, обходя бушующее пламенем поле.

Твари в этот раз действуют умнее, на Обороне они бы ломились напрямик, жертвуя собой.

Впрочем, в таком раскладе ядро выиграет еще немного времени, дабы собраться с силами.

А мы заняли позицию неподалеку от основных сил, с другой стороны глади. Старая башня, то ли часовня, то ли смотровая вышка. Без понятия, что это была, но раз она до сих пор цела, то должна выдержать.

Тем более, что напрямую сражаться с основными силами мы не собирались. И так сделали все, что могли. Сопроводили сильнейшего пироманта до нужной точки. Теперь наша задача в основном, это разведка.

Башня хоть и обвалилась немного, но все равно торчала одиноким клыком посреди этой разрухи. Маус сможет передавать информацию Гаро, чтобы тот грамотно использовал оставшееся время.

Сможет заранее просчитать возможности для передышки и смены построения. Или наоборот — укрепит оборону перед особо сильной пачкой монстров.

Я не знаю, что еще мы могли тут сделать. Разве что Овер собирался призвать Лес Мечей, но это такая штука, что вилами по воде писано. Мы никогда не делали этого раньше и тем более в чужом Роркхе.

Так что просто попытаемся. К тому же, мы до сих пор не знаем, какой будет эффект. Овер сумел лишь раскопать описание способности, но не ее результат. То есть он знает слова молитвы и примерный расход очков веры — не более. А что нам это даст — остается лишь предполагать.

По высоте винтовой лестницы хватало примерно до уровня четвертого этажа. В похожей башне мы как-то прятались в ночь Кокона, когда нас еще Вестник поджал.

Рино пришлось проломить кирпичную кладку, сделав для Мауса дополнительные окна обзора. Выше просто обвалилась лестница. Маус добродушно похлопал танка по плечу и телепортировался на верхнюю площадку.

Рино молодец, соблюдал режим тишины и незаметности. Его шепот было слышно только в радиусе соседних домов, не более. А таких эпитетов не каждая Роркховская тварь удостаивалась.

Короче говоря, настроение у отряда было ровным. Пока что потери вписывались в примерные варианты плана, но все до поры до времени.

Если смотреть фактам в глаза, то мы потратили практически все резервы по боеприпасам и расходникам. А продвинулись в глубь лишь на пару кварталов. А если вести отсчет от ядра, то до сих пор застряли на окраине.

— Арч, подвинься, — Гаро отпихнул меня плечом от дыры в стене.

Я молча сместился в сторону, а затем резко обернулся.

— Ты какого импа тут делаешь? — я как-то не сразу сообразил, что Гаро тут вообще быть не должно.

— Командую ядром. Позиция хорошая. Маус наверху? Подними нас.

Мгновение перед глазами маячила белая ткань, после чего я чуть не упал. Непривычно было стоять на ровной поверхности, вместо раскрошившихся ступенек. Так на верхней площадке еще и ковер имелся.

— С историей, — кивнул Маус на пол. — Может прихватим?

— Куда? — спросил я. — В портал сбегаем и вернемся?

— А чего нет? — удивился Маус. — Все равно нам сейчас лучше не высовываться лишний раз, верно, глава?

— Верно, — кивнул Гаро. — Но и ковры никто никуда не потащит.

— Какой расклад? — спросил я Гаро.

— Паршивый. Молоты целы, но очень истощены. Роркх нападал слабенько, но постоянно, а такое выматывает. Ничего мощного не применить, чтоб всех разом смести. Пустая трата ресурсов. Так что пришлось ручками бить всех.

— А эликсиры на выносливость? Ауры в конце концов? Черч?

— Все пошло в ход. Но так или иначе, Молоты отработали и сместились в тыл. Там и усталость, и раны, надо передохнуть. Так что сейчас Расвы будут встречать гостей.

— Как думаешь, шансы есть?

— Конечно, — усмехнулся Гаро.

Хлоп-хлоп — усмехнулся Роркх, а нашу верхнюю площадку накрыло тенью. С неба спускалась четырехкрылая тварь, размером с пассажирский самолет, а вдалеке показалось еще парочка таких же.

— Импова срань.

— Король Химер, — простонал я, признав в двухголовом змее, знакомые очертания.

Летучая тварь истошно завопила, а черная волна на земле завизжала в ответ. Эта бестия только что всех бафнула и я не уверен, что барабаны Черча перебьют этот вопль жажды крови.

И как она смогла так незаметно приблизиться? Впрочем, небо казалось чистым, вот никто особо и не смотрел.

Вест пустил стрелу, но та лишь жалобно отскочила от чешуи твари. Монстры тем временем уже миновали нашу позицию и на всех порах неслись к ядру. А еще они стали двигаться заметно быстрее, несмотря на то, что вошли в зону действия ауры Черча.

— Да вашу ж импову за ногу мать, — проворчал Гаро, сжимая в руках зеркало. — Сбейте их. Активируйте Шипящих, запустите Вайбы, готовьте Денойзы…

Гаро вертелся на месте, осматривая будущее поле боя и раздавая команды одну за другой. По большому счету мы с Маусом тут и не нужны. Ну ладно, связист еще может понадобиться, а вот я точно бесполезен.

Кивнув фокуснику, спрыгнул вниз на остатки лестницы. С ловкостью Джекса это не было большой проблемой. Да я даже наверх по стене наверное смогу забраться.

На первом этаже все столпились вокруг Овера. Делали вид, что прикрывают проходы и поглядывают сквозь дыры в кладке, но так или иначе бросали взгляд в сторону рыцаря.

Овер стоял, преклонив колено перед алтарем. По другую сторону сидела Неми и молилась. Рыцарь держал в руках обломок меча, который и правда походил на тот, что мы вытащили из хранилища Ложи.

Причем держал он его над головой, словно собирался воткнуть в землю. Будь это целый меч, то вполне получилось бы. А так сцена выглядела несколько несуразно, если не сказать глупо.

— Как успехи? — прошептал я Весту.

— Твари нас не трогают. Неми развесила обереги, вроде как не чуют.

— Да я про Овера.

— А, без понятия. Не шарю в теологии. Он то ли концентрируется, то ли копит веру для заклинания… Молитвы… Ну или что там, не знаю.

— То есть вроде как просто вопрос времени?

Вест лишь пожал плечами. Овер за время нашего разговора даже не пошевелился, словно это реально просто доспех, навечно застывший в такой позе, а не игрок.

— Началось, — прошептал Рино. — Твари рядом.

Ликан все это время сидел, ссутулившись и прислонившись к стене. На первом уровне не было ни окон, ни проломов, не считая прохода, который мы спешно забаррикадировали всяким хламом. По запаху определил скорей всего.

— Дружище, с тобой все в порядке? — подошел я к нашему танку. — Выглядишь паршиво.

— Откаты, Арч, — просипел Рино. — Не думал, что так жестко будет. Потеря стаи сильно влияет на вожака. Как только последний умрет, я выпаду из битвы минут на пять-семь.

— Дерьмово. Значит, не высовываемся из башни. Эл, если твари прорвутся, то мы с тобой за танков.

Парень молча кивнул, а я достал мачете, который таскал с собой для отрубания голов. Если к нам пожалуют гости, то лучше лишний раз не шуметь, дабы не привлечь еще больше.

— Извини, капитан, — просипел Рино. — Скрытая механика. Появилась только после активации.

— Да не парься, — отмахнулся я, стараясь вложить в голос побольше ободряющих ноток. — Должно же и нам достаться немного веселья.

Я пытался припомнить, было ли нечто подобное в иллюзии, но не смог. Тогда стая по большей части была с ядром. Видимо, из-за отсутствия Йорка в видении, Ана не могла активировать бомбы. На этой мысли я содрогнулся. Получается, среди ингредиентов есть что-то либо божественного уровня, либо проклятые штуки.

Ну да, получить крутецкие рецепты взрывчатки от Парагона и не попытаться их модифицировать? Да в жизни не поверю. У Аны было и время, и неограниченный запас ресурсов, так что из Разломов она выжала по максимуму.

— Началось, — прошептал Вест.

Это мы и сами поняли. Сейчас даже волчий нюх не нужен. Пол под ногами трясло так, будто сами тектонические плиты начали свое движение.

Я взобрался вверх по лестнице, сколько хватило ступеней. Внизу Эл и Вест, оба хорошо работают в ближнем бою. Совсем в крайнем случае у Аны есть Вакуумная Сфера. Странное название, потому что по сути это миниверсия Денойза. И годится лишь для заглушения звуков.

А так как она не наносит урона, то и особым спросом не пользуется, хотя прошаренные игроки массово использовали их во время Великой Обороны. И я говорю сейчас не про крутые гильдии, а про одиночек и свободные отряды.

Агрили монстров в ловушку, вырубали все звуки и валили тварей. Парочка отрядов так продержалась аж до четвертой волны. Удивительно, но эту информацию сообщил нам Овер, а ему передал отряд его друга, который капитан-адмирал-чего-то-там. Бетатестеры полны сюрпризов, хоть и поголовно словили шизу.

В какой-то момент Маус закинул меня к себе на площадку. Глянув вниз через край, убедился, что с отрядом все в порядке. Подполз к Гаро и заглянул за обломки кирпичной стены. Тварей было море и я моментально словил немного ужаса даже сквозь защитные артефакты.

Да, Джекса не было на Великой Обороне, хотя не уверен, что тот опыт засчитался бы. А вот забавный момент в том, что даже самые свирепые и нелепые монстры его не пугали. Это первый урон по разуму за все время.

Его проняло количество, а не качество. Что же ты успел повидать за время своих путешествий по мирам, старина? Раз тебя так трудно стало впечатлить.

— Овер пытается призвать Йорка, — прокричал я Гаро практически на ухо.

Из-за какофонии писков, ревов, воплей и топота, меня практически не было слышно. Уже начинаю сомневаться в нашей осторожности. Кажись, можно палить со всех орудий и вряд ли на нас кто обратит внимание.

— Отлично. А что будет, когда он появится? — спросил Гаро.

Но я лишь развел руками. Ну, будет он у нас. Может мечом помахает. В ответ Гаро поднял большой палец вверх, сдобрив этот жест самой саркастичной рожей, какую я когда-либо видел в его исполнении.

В этот момент за нашими спинами знатно громыхнуло, так что даже стены башни пошли мелкими трещинами. Мы в одно мгновение перебрались к другому краю.

От количества разноцветных всполохов, искр, сияющих лент и огненных шаров рябило в глазах. Пришлось прищуриться, потому что вся сетчатка пошла пятнами, как если долго смотреть на лампочку, а затем отвести взгляд в сторону.

Только тут все поле боя сияло этими лампочками. Ядро огрызнулось и показало свой оскал, сразу обозначив намерения игроков. Все расстояние от нашего укрытия и вплоть до первых рядов Паладинов пылало и искрилось.

Казалось, что это сами твари сияют изнутри, словно новогодние украшения. А из-за спин первых шеренг, под грохот барабанов, продолжали лететь стрелы, болты, копья, какие-то экзотические метательные штуки, а также бомбы, склянки, ручные гранаты и даже классические коктейли Молотова.

Впрочем, зеленоватое пламя говорило, что от классического там одно только название. А когда огонь от коктейлей принял форму ящерицы и самостоятельно пополз в сторону врагов, то я понял, что далеко не все рецепты есть на складе. Хотя, может это что-то из личного арсенала игроков.

И вот первые ряды обгоревших, раненных, зачастую искалеченных тварей, добрались до шеренги Паладинов. Это даже на начало схватки не тянуло. Тварей просто перемололо синхронными, отработанными движениями машины под названием «элитный отряд топовой гильдии».

Следом, метрах в пятидесяти от ядра вспыхнула огненная стена жидкого пламени. Заграждение вело себя странно. Языки пламени вместо того, чтобы подниматься вверх, закручивались по кругу. Огненное сооружение больше напоминало жернова комбайна, нежели необузданную стихию.

Расвы действовали по проверенной тактике. Разделяй и аннигилируй. Искусственно заставляя тварей нападать малыми волнами, игроки успевали не только перебить нападающих, но и еще выровнять позиции, отступить раненным, пополнить запасы.

И все это под непрерывным артобстрелом из задних рядов всем, что способно бить навесом поверх голов.

Музыка Черча при этом пробивалась даже до нас, пусть и отголосками. Судя по всему Песнь Битвы сменилась Песнью Войны. И звук барабанов пробирал до костей, словно музыка звучала не в ушах, а била сразу в черепную коробку. Странное чувство, заставляющее содрогаться.

Непрерывная мясорубка длилась почти десять минут, что выжало из игроков все соки. Твари уже не просто перли в лоб. Из-за сгрудившихся монстров, те лезли друг другу по головам, прыгали, стараясь добраться до задних рядов. Но большая часть растекалась в стороны, так что ядро уже взяли в полукольцо, заставляя фланги работать во всю силу.

Трое Королей Химер, парящих в небе, не спешили спускаться вниз и принимать непосредственное участие в битве. Оно и понятно, у Роркха не так много баферов подобного уровня. А вот тварей, которых можно усилить своими воплями — от горизонта и до обеда.

Игрокам так и не удалось сбить ни одну из них. Летучие бестии держались слишком высоко, чтобы кому-то удалось нормально прицелиться. А магически усиленные атаки, даже если и достигали цели, то расстояние слишком сильно снижало пробивную способность.

А волна тем временем уже пошла по обугленным трупам своих сородичей. Ни одно заклинание не было способно перебить всех, вошедших в поле его действия. Разве что дуал-вектороная пелена, но ее сейчас не было возможности поставить.

А так, пара сотен жертвоприношений огненному чреву, и тысячи других тварей спокойно прорываются к ядру. Поэтому, когда силы игроков дали слабину, Гаро скомандовал запускать разлом.

Маус что-то прошептал, прикрыв лицо плащом, а в следующее мгновение затаившиеся остатки стаи сорвались со своих мест. Как опытные охотники, даже в черте руин ликаны умудрились действовать подобно хищникам.

Пока они не покинули свои укрытия, я даже Оком не смог обнаружить затаившихся оборотней. Те спрятались под обломками руин, сидели так без единого движения, ожидая команды.

И рванули наперерез толпе. В то же мгновение в разломы башни повалили монстры. Первыми нам на головы спрыгнули Плетущие Смерть, размахивая своими скорпионьими хвостами и клацая жвалами.

Внизу началась бойня, а судя по бесшумности происходящего, Ана не стала церемониться, сразу активировав Вакуумную Сферу. Я тоже долго не раздумывал. Раз пошла такая пляска, то сначала разрядил оба барабана Лис, а затем спрыгнул на ближайшую лестницу.

Скачками спускался вниз, на ходу без труда меняя барабаны. Тут творилась какая-то вакханалия. Рино сидел у стены, безумно вращая глазами из стороны в сторону. Танк явно не понимал, что происходит и даже не обращал внимания на то, что какая-то Гончая грызет его ногу.

Овера облепило несколько тварей, но живому доспеху было плевать. Он, словно окаменевшая статуя, даже позы не сменил. Эл вихрем носился вокруг Неми, которая не прекращала молитвы. В руках ведьмака сиреневым пламенем светилось полтора клинка.

Его меч, что он притащил с собой, опять сломался, казалось в том же месте, что и во время иллюзии. А вот Хиру наоборот, будто увеличился в размерах и даже слегка изгибался при атаках.

Вокруг Эла постепенно высилось кольцо из разрубленных кровоточащих тварей. Ана отстреливалась, зажатая в угол. Тут было маловато места для гранат, к тому же Овер и Неми сидели в самом центре по обе стороны от Алтаря.

Вест рубил с двух рук в противоположной стороне и его тоже поджимали так, что он практически уперся спиной в стену.

Периодически в воздухе над нашими головами проплывало белое полотно, из складок которого со свистом вылетали светящиеся карты. Но Маус был нужен Гаро наверху, так что мало чем мог помочь. Ядро важнее всего нашего отряда. Все это понимали. Мы тут на вторых ролях, как бы ни обидно было это признавать.

Я спрыгнул в центр площадки, приземлившись прямо на шипы походного алтаря. Вернее на спину какой-то твари, с чавкающим звуком насадив ее на эти самые шипы.

— Кровь на клинок и добро пожаловать отсюда, — бросил я, моментально забыв о ней.

Одновременно пустив пули в противоположные стороны, снял Гончую, что грызла безвольного Рино и Плетущего, что спускался по стене, нацелившись в спину Веста. И понеслась.

Красная лента, усиленная Оком и невероятной ловкостью Джекса. В добавок на меня немного действовала Песнь Войны, так что все смешалось. Такое ощущение, будто Джекс снова перехватил управление, а я остался сторонним наблюдателем из глаз своего ханта.

Но сделав пару пробных выстрелов по самостоятельно выбранным целям, понял, что это не так. Мы словно слились и довели Красную Ленту до автоматизма. Мозг не включался, позволив телу действовать на рефлексах. Даже с Хохуро было сложней сражаться.

Не знаю, сколько времени я так мог продолжать, но в проломы лезли все новые и новые твари. Благо они не пытались проломить стену или баррикаду, так что до нас добирались лишь ползающе-прыгающие уроды.

А по ту сторону звуки битвы разгорались с новой силой. И я с ужасом осознал, что слышу эти самые звуки. А значит действие вакуума закончилось. Все новые и новые твари лезли в наше укрытие и действовать бесшумно было несколько поздно.

Ситуация не сильно изменилась с моим присутствием. Овер до сих пор не сдвинулся с места, хоть твари и потеряли к нему интерес, сосредоточившись на более мясном и вкусном мне. Ана с Вестом смогли объединиться, продвинувшись вдоль стены к Рино.

А вот танк из состояния прострации наконец вышел. Теперь, вместо пучеглазого ханта мы наблюдали ханта безумного, хоть это и не так. Рино сидел, поджав колени и с силой расчесывая голову руками. И что-то это все никак не походило на простой откат из-за потери союзников.

Эл тем временем успел соорудить вокруг неподвижной Неми целую баррикаду из трупов. Ведьмак был явно ранен, потерял обломок меча и все чаще старался бросать Иссушение, а не вступать в ближний бой. Зато на Неми не было ни царапины, что вызывало невольное уважение. И чуточку гордости. Я же вроде как негласный наставник, так что…

Только я примерился разрядить в эту гряду тварей пару барабанов Стужи, как сквозь пролом наверху втиснулась мерзкая харя, издав протяжное шипение. Я задрал голову и увидел капюшон огромной кобры. Только вот кобра состояла из сотен более мелких змей.

Старый знакомый Вестник пришел взять реванш.

— Вот же срань, — прошипел я.

Если честно, я вообще не был до конца уверен, что Вестники присутствуют в этом воплощении Роркха. Хотя можно ли называть это место воплощением? Мы до сих пор до конца не уверены, виртуальная ли это копия Роркха или реальный мир, в который кристалл каким-то образом скопировал наших хантов.

Но так или иначе, Вестник уже здесь, а судя по ипостаси, это вторая ступень как минимум. На первой он был в форме имп пойми кого с капюшоном и посохом. А вот посоха я не видел.

Пока огромная кобра медленно сползала вниз по стене, я пытался найти ее слабое место. Уничтожать змей можно, но это лишь замедлит и ослабит тварь. Так что тут два варианта. Либо перебить вообще всех змей из которых состоит Вестник Кокона, либо найти посох и сломать его.

Я рефлекторно потер левую руку, убеждаясь, что лента все еще на месте. И что-то мне подсказывало, что перебить всех змей невозможно. Будь у меня возможность раскидать тело на сотни более мелких, я бы запрятал пару десятков по разным углам.

Но в тот раз Посох был вместе с основной массой змей. Он не может находиться слишком далеко от точки сбора. Тут механика должна быть навроде вампира Мауса. Или это уже третья ипостась и тогда посох может находиться где угодно?

Проклиная свою недальновидность, я разряжал Стужу по извивающейся туше. Дохлые змеи падали вниз, разбиваясь на десятки ледяных осколков. Но основному телу было на это плевать. Кобра уверенно спускалась к нам, а троица Ана-Вест-Мешок безвольного мяса, находились в непосредственной близости.

Если бы я внимательней читал брифинги и архивные записи, то может и понял бы, что надо делать. А так, во время обучения у Расвов, меня интересовала только первая волна. Уже будучи в гильдии, начал интересоваться второй.

Ну на кой фиг мне знать, какова у Вестника третья ипостась, если мне до третьей волны было как до солнца над Роркхом? К тому же этих Вестников только известных сотни. Ну кто же знал?

И вот сейчас я разряжаю барабан за барабаном, попутно отстреливаясь от других тварей, что лезут изо всех щелей. Если получиться привлечь внимание Вестника и оттянуть его к тому краю, то места окажется достаточно, чтобы бросить один Монолит.

Благо, у этих гранат урон сильно увеличен в ущерб радиусу. Если кинуть прямо к стене, то до противоположного края не достанет, Овер выдержит, а Неми прикроет Эл. У него же должен быть хотя бы базовый Купол. Это основная печать всех ведьмаков.

— Эл, по моей команде кастуй Купол на себя и Неми, — крикнул я, стараясь переорать слитное шипение сотен змей.

— У меня нет Купола.

— Эл, Импом тебя по куполу, — проорал я первое, что пришло в голову.

Впрочем, мысли уже неслись в другую сторону, силясь понять, как завалить Вестника и не угробить при этом хотя бы половину своего отряда.

Самое странное, что кобра вообще не обратила внимания на троицу хантов под стеной. Тварь целенаправленно ползла в мою сторону, постоянно огребая Стужей по морде.

Впрочем, змеи заполняли раны еще до того, как дохлые достигали пола. И не похоже, что Вестника сильно заботят потери. А вот два черных провала, образованных извивающимися телами змей, неотрывно смотрели на меня. Даже без глаз, Вестник умудрялся глядеть так, что пробирало до костей.

Змей медленно двигался в мою сторону, заставляя отступать, пока я не уперся в стену. Остальные твари сосредоточились на моем отряде, словно признавая право Вестника на добычу. Я попытался сдвинуться вбок, но в какой-то момент мы замерли друг напротив друга.

За спиной старая кирпичная кладка, а что влево, что вправо, одна фигня. Кобра достанет меня одним рывком. Сколько я ни стрелял, так и не заметил хоть малой прорехи в туше твари. Такое чувство, что он наоборот стал немного больше, пусть и не имел хвоста.

Все тело твари, это по сути воронка из копошащихся змей, диаметром в пять-шесть метров, заканчивающаяся головой с широким капюшоном метра четыре в высоту. И когда тварь раскрыла пасть, я приготовился к броску.

Один Монолит должен грохнуть Вестника. По крайней мере это зацепит всех змей, что сейчас находились в башне. Не убьет, так на пару часов отобьет любое желание соваться к игрокам, пока тварь не восстановит силы.

Кобра приготовилась к атаке, а я повернул кольцо активации, запустившее процесс смешивания компонентов. Подумаешь, через мгновение мои кости станут хрупкими, словно весенний лед. Я к тому времени уже откину крышку капсулы, страдая от легкой простуды.

— Джекс, — прошептал я. — Это была славная…

Глава 13. Да прорастет на ней Лес Мечей

Договорить я не успел. Монолит полетел в пасть кобры и моментально скрылся внутри полчища чешуйчатых тварей. Я вжался в стену, предчувствуя скорый конец пути. Змеи частично поглотили взрывную волну, что вообще оказалось для меня неожиданностью.

Впрочем, существа близкие по уровню к Мечнику, иначе относятся к смертельному урону. А вот меня накрыло полностью. Я боялся пошевелиться, чувствуя, как тело в одно мгновение стало хрупким, хоть смерть оказалась не мгновенной.

Боли не было, как и вообще никаких ощущений. Один глаз перестал видеть, лишь Око Бога продолжало показывать странную, искаженную силовыми линиями картинку.

Вестник все еще был жив, а мое тело продолжало промерзать, теряя крохи здоровья. Если прямо сейчас вылить на меня ведро эликсира, то может и есть шанс. Только вот ведра нет.

Я видел, как внутри ледяной статуи засияло древко посоха Вестника. Стоило змеям подохнуть, как сердцевина проявилась. Ну конечно он был внутри, где же еще? И чтобы добраться до сердца Вестника, пришлось бы сначала нырнуть в омут к дьяволу.

А вот в следующее мгновение произошло нечто странное. Посох уже успел обрасти новым слоем живых змей, которые взялись имп пойми откуда. Кажется, через пару мгновений Вестник вернет себе минимум половину былой мощи.

Тем неожиданней было увидеть существо за его спиной. Силовые линии светились так, что даже Око, казалось, ослепло. Я никогда раньше не видел ничего подобного. Даже Мечник и Хохуро не дотягивали и до половины этой силы.

Сгусток мощи, отдаленно напоминающий человека, одним рывком схватил посох и вырвал его из сопротивляющегося клубка змей. Переломил, словно тростинку и бросил на пол. В то же мгновение сотни змей потеряли свою жизненную силу и опали.

— Стая пала во время великой охоты, собрав небывалую добычу. Они смотрят на меня. Пришло время показать им свои тропы.

— Хродвентир, — прошептал я.

С удивлением отметил, что губы не рассыпались от этого шепота. А еще зрение начало возвращаться. Обычное зрение. А вместе с ним и острая боль, пронзившая сначала руку. Но следом волна пошла по всему телу.

Меня рвало миллиардами когтей, но я по прежнему боялся пошевелиться, лишь глазами водил за удаляющейся фигурой. Хродвентир с лицом Рино на ходу перекидывался в волка, обрастая густой черной шерстью. И размерами он превосходил теперь нашего танка раза в полтора.

Я видел Оком, как божество двигалось, втягивая в себя силу из пространства вокруг. В основном линии силы тянулись из земли, обвивая его лапы при каждом шаге. Да он же питается энергией, становясь сильнее. Интересно, что бы было, находись мы в лесу.

А в следующий миг меня скрутило от очередной волны боли так, что я согнулся пополам. Но промерзшее тело не распалось. Бросив взгляд на источник боли, ошарашенно выдохнул.

Лента на левой руке сияла алыми рунами. При этом никакого источника рядом не было. Следом по ушам ударила какофония звуков. Вокруг кипела битва, мелькал белый плащ, огрызались обрезы, а сверху падали росчерки святых пуль.

А в следующее мгновение все переменилось вновь. С десяток тварей, ползущих по внутренней поверхности стены, просто сдохли. В одно мгновение алые копья пригвоздили их к стенам.

Секунда и эта участь постигла еще полторы дюжины монстров. А через два удара сердца пространство на первом этаже напоминало пылающий лес из лент-копий. В одно мгновение вся эта разношерстная жуть оказалась наколота, прибита к поверхностям, выпита и высушена.

И наконец с неба спустилось сияющее существо в ореоле извивающихся лент. Повязка на моей руке сама собой размоталась и сцепилась краями с одной из тех, что обвивали древнюю мумию. Лента потянулась к хозяину, соскользнув с моего запястья.

— Договор, уговор, приговор исполнен, выполнен, условлен. Хохуро чтит слово, лента спасла одну шкурку от неминуемой смерти. Дай!

На последнем слове старая мумия взревела, а все его тело затряслось, словно у наркомана во время ломки. Я несколько секунд хлопал глазами, открыв рот, силясь понять, что происходит.

И с каждой секундой ленты Хохуро извивались все быстрее и быстрее, движения становились ломаными, а сияние рун злобно мерцало, давая понять, что хозяин злится из-за моего промедления.

Наконец мысли в голове немного упорядочились, я выхватил посох, который, почему-то все это время был у меня за спиной. Бросил его мумии, но силы еще не восстановились после обморожения, хоть индикатор и показывал полное здоровье.

Впрочем, ленты бережно подхватили артефакт и подняли его к зависшему в воздухе Древнему. Тот протянул руки, но не схватил, словно боялся или не мог.

— Слова, Стрелок. Произнеси слова, выполни свою часть договора.

— Владей, распоряжайся, — пытался я вспомнить, что мне говорила жрица Алтарайи перед тем, как вручила зонтик. То есть посох. — Передай достойному. Как-то так.

— Этого достаточно, — произнес Хохуро и его смех эхом прокатился по разрушенной башне. — А теперь… Беги.

Древнее существо опустилось к самой земле, ленты бережно поддерживали его хрупкое тело. Схватив посох двумя тощими руками, мумия бережно подняла артефакт над головой.

— Наконец-то, — услышал я его шепот, наполненный радостью и трепетом. — Пришел мой час. В последний раз… Еще раз… Еще один раз.

Он с силой воткнул посох в землю, пробив хлипкие доски пола под ногами. И остатки башни затрясло. Я с ужасом наблюдал, как доски вспучиваются, трещат и взрываются фонтанами щепок, отбрасывая Неми и Овера в разные стороны. А снизу вырывается песок. Море песка.

С тихим шелестом песчинки принялись закручиваться вокруг своего хозяина, обвивая и скрывая того от посторонних глаз. За короткое время центр башни превратился в песчаный гейзер, продолжая расширяться. Хохуро уже по пояс скрылся в песке.

Если мы отсюда не свалим в ближайшее время, то нас тупо смоет в эту песчаную воронку.

Я прокашлялся, стараясь вернуть связкам былую силу. А затем заорал во всю глотку, пересиливая хрип:

— Маус, вытащи нас отсюда.

В этот раз белый плащ не рассеивался, а плыл по воздуху, скрывая от глаз смотрящих мой отряд. Один за другим, ткань накрывала хантов и двигалась дальше, оставляя за собой лишь пустоту.

В конце концов накрыло и меня, хотя мои ноги уже по колено утопали в песке. А когда я наконец освободился от живого полотна, то увидел падающую башню, что словно бы утопала в земле, будто что-то засасывало ее вниз. Пространство вокруг нее в радиусе пятнадцати метров превратилось в бушующие гейзеры песка.

Канонада битвы захлестнула меня с головой. Мы оказались на остатках крыши какого-то здания с широкой плоской крышей. Где-то между уходящей под землю башней и воюющими остатками ядра.

Именно остатками, потому что за то время, что мы сражались с нахлынувшими тварями и Вестником, тут разгорелось настоящее побоище. Чисто визуально ядро игроков уменьшилось в диаметре вдвое. Я не силен в геометрии, но навскидку это означает смерть двух третей игроков.

И сейчас кольцо тварей полностью сомкнулось, окружив выживших. Черч с остервенением смертника стучал в свои барабаны, в небе летало два оставшихся Короля Химер, включая самого крупного с четырьмя перепончатыми крыльями. А с пирамиды спускались черные пятна тварей.

Значит поддержки не будет. Надеюсь маги успели дать жару напоследок. Потому что, несмотря на патовость ситуации, ядро не желало сдавать позиции, успешно сдерживая натиск врагов.

— Что-то не сильно похоже на мою иллюзию, — проворчал я, растирая руки.

Хохуро восстановил мне здоровье, но дебафы от обморожения еще не полностью ушли, так что я потерял примерно половину былой подвижности. А монстры тем временем начали забираться к нам, мы же тут как завтрак на блюдечке.

— Не раскисать, — рявкнул Гаро. — Круговая оборона, не сдавать позиции.

— Где Рино? — наконец произнесла Ана. Видимо, она не увидела, что произошло в башне.

— Отдал своего ханта. Хродвентир использовал его как сосуд, — ответил я.

— И где этот сраный волк тогда? — в голосе девушки послышалась злоба.

Словно в ответ, вдалеке раздался волчий вой, а следом по небу пронесся вой, наполненный болью. Я успел заметить лишь черную вспышку, словно кто-то выстрелил из зенитки в воздух. А следом одна из Химер завертелась в воздухе, пытаясь сбросить со спины сгусток мрака.

Не знаю, как он осилил подобный прыжок, но к земле падало два раза по полхимеры. Хродвентир же смазанной молнией метнулся в сторону, исчезнув за обломками далеких руин в поисках следующей добычи.

Только вот это слабо помогло как нам, так и ядру. Четырехкрылый Король Химер по прежнему держался высоко в небе и истошно верещал, бафая монстров внизу.

— Импова срань. Денойзы на изготовку, — проорал Гаро в зеркало, попутно отстреливаясь от лезущих к нам тварей.

Я тоже во всю уже крутился на месте, дырявя головы любой мерзости, показавшейся снизу. Но все равно увидел, что так напугало командира. По улице боевым строем шел отряд рыцарей, закованных в костяные доспехи.

Они восседали на крупах коней-скелетов, облаченных в иссиня-черную броню. В руках были копья и мечи, а возглавляла их тварь в рогатом шлеме. Из-под забрала лился могильный туман и даже один вид этой твари заставлял каждую секунду проходить проверку ужаса.

— Сларг, — всплыло в голове имя.

К нам спускался Вестник Хранителя Душ. Рыцарь Душ по имени Сларг. Вестники и сами по себе не самые простые противники, а именные, это вообще за гранью. К тому же, теперь я понимал что к чему.

Именной Вестник, это не просто непись. Это предатель своего народа, ставший Полудревним. Только в отличие от бесхребетных мразей, ставших обычными монстрами, пусть и сильными, этот превратился в Вестника. А значит против нас выступает разумное существо, обладающее колоссальной силой.

Роркх пошел с козырей, собираясь довести успех до победы. Еще немного и остатки игроков потерпят поражение. Потому что кавалерия мертвых взяла разгон, а из пики хищно заблестели могильными отсветами, целясь в сердца Паладинов.

— Денойзы в бой по моей команде, — рявкнул Гаро.

Это плохо. Эти бомбы даже в одном экземпляре оглушают огромный радиус. Мы потеряем бафы от Черча, пусть рев Короля тоже перестанет действовать, это слабое утешение. Я помню еще по обороне, как эффективно сражался под бой барабанов. И даже сейчас обморожение сходило на нет с невероятной скоростью.

Денойзы все же полетели, но что-то пошло не так. Первая бомба, брошенная фиг пойми чем, орудий-то нет, но скорей всего телекинетической рогаткой, не достигла цели.

Из глубины строя мертвых рыцарей навстречу вылетел зеленоватый сгусток, столкнувшись с летящем снарядом прямо в воздухе. И в этом месте они замерли, сцепившись, даже не падая к земле. Взрыв пустил волну, которая разметала все ошметки, обломки и трупы тварей в радиусе двадцати метров.

Нас накрыло, словно струя сжатого воздуха прошла по крыше. Но должного эффекта не возникло, звуки остались, пусть и приглушенные. Словно под толщей воды.

Часть монстров, попавших в эпицентр, сдохла мгновенно, но Сларга со свитой даже не задело.

Следом полетел второй Денойз, но то ли расчет подвел, то ли из-за ослабления бафов бросок получился кривым. В этот раз бомба даже не долетела до цели, взорвавшись ненамного дальше предыдущей. Зато во всю свою мощь.

Руины, отделяющие нашу позицию от главной улицы, разметало во все стороны. Один из обломков разбился о щит Гаро, заставив командира пошатнуться. От другого я ушел перекатом на голых рефлексах. Овер прикрыл собой Неми, получив несколько серьезных вмятин на доспехе, а вот Весту и Ане досталось неслабо, благо мелкими камнями.

А вот сражаться мы продолжили в полной тишине и теперь это меня сильно нервировало. Я и не замечал, как сильно стал опираться в бою на свой слух. С одной стороны я почувствовал себя беспомощным калекой, а с другой стороны остальные чувства мгновенно усилились.

Так что я прекрасно смог разглядеть Сларга, на котором не было ни царапинки, а конница уже взяла разгон, сметая на своем пути других тварей, втаптывая их в пыль копытами бронированных коней.

Битва превратилась в какой-то сюр. Словно немое кино смотришь, а не находишься в самой гуще событий. Я не знал, чем мы можем помочь ядру. Расстояние было большим, но я все же попытался разрядить оба барабана Лис в скачущего Сларга.

Под конец даже произвел усиленные волей выстрелы, так как маной Джекс не обзавелся. Но Стужа и Бетельгейзе лишь опадали с брони Рыцаря ледяной крошкой, да разноцветными лепестками искр.

В следующий миг голова Сларга взлетела высоко в небо, хоть тело и продолжало нестись вперед. Пусть и не долго, потому что вскоре бронированный скелет коня распался на несколько частей, будто наскочил на десяток циркулярных пил.

Примерно за пять секунд вся кавалерия последовала за своим господином, украсив улицу обломками иссиня-черной брони вперемешку с кристально белыми костями. И только после этого я рассмотрел причину.

На краткую секунду посреди улицы возник полуголый хант в странной маске. Над его головой на ветру развевались красные ленты повязки, хотя никакого ветра тут не было. Огромная коса лежала на плече, похожая на хищный оскал монстра, жаждущего крови.

Жнец замер всего на одно мгновение и растворился в воздухе, продолжив собирать свою жатву.

Древние пришли на битву.

Бросив взгляд в сторону кольца, обвившего остатки живых игроков, я сразу заметил прореху в сплошном полотне монстров. Паренек в белом костюме водил рукой из стороны в сторону, а вокруг него пачками разрывало тварей на ровные половинки.

Оком я видел бледную энергетическую нить, тянущуюся с руки и оканчивающуюся сияющим сгустком силы. Этот сгусток то возвращался в ладонь парня, то вылетал вперед, делая широкий полукруг, сметая все, что попадалось на его пути.

Следом воздух наполнился вибрацией такой силы, что даже крыша дома под моими ногами затряслась, словно в судорогах. Мне потребовалось несколько мгновений, что бы понять, что происходит.

По небу плыло самое огромное существо, что я когда-либо видел в Роркхе. Даже Глубинный Голод казался мелкой ящерицей, по сравнению с этой тварью. И хоть я и не встречался с ней раньше, но сложно играть в Роркхе и не слышать про Небесного Ящера.

Темный бог, специализирующийся на летающих тварях. У него самый разнообразный пул миньонов, атакующих с неба, пусть и появляется он редко. А сейчас к нам плыл его Вестник. Именно плыл, а не летал.

Тварь была похожа на гигантского ската, под крыльями которого мелькали всполохи молний. Стоило ему немного опуститься к земле, как по Городу начали бить ветвистые разряды, словно стекающие с его брюха.

Тварь раскрыла свою широкую пасть, полную огромных острых зубов и по телу прошла новая волна вибрации. Уж не знаю, что там за рев, но впервые я порадовался отсутствию звуков после Денойза.

И как назло, в этот момент на периферии послышалась приглушенная битва и прочая какофония. А затем, со стороны пирамиды раздался рев. Тихий, низкий, рокочущий. И от него уже сама земля ходуном заходила, а часть нашей крыши осыпалась.

Бросив взгляд в ту сторону, разглядел странное существо. Антропоморфная фигура лишь по форме напоминала человеческую. Но сложенные за спиной крылья и длинный чешуйчатый хвост говорили о том, что это скорее ящерица, нежели человек.

И это существо неотрывно глядело в сторону плывущего в небе Вестника, постепенно увеличиваясь в размерах. Перейдя на бег, чешуйчатый, словно надувался, мгновенно став высотой в одноэтажный дом.

Короткие крылья раздались в стороны, тоже увеличиваясь в размерах. Стоило мне отвлечься, чтобы пристрелить двух скользких тварей, забравшихся к нам на крышу, как на месте ревущей ящерицы уже возвышалась настоящая махина, в три этажа ростом.

Существо бежало прямо на сражающихся в оцеплении игроков, опустившись на все четыре лапы и скача, словно лошадь. И когда до игроков оставалось не больше пятидесяти метров, ящер взмахнул, ставшими огромными крыльями, и взлетел в небо.

Навстречу Вестнику летел самый настоящий мифический зверь, пусть и уступающий ему в размерах. Огромные тяжелый крылья поднимали ящера все выше и выше, создавая целые завихрения воздуха на земле.

— Гаро, это же сраный дракон! — воскликнул я. — Почему ты не сказал, что у нас есть гребаный дракон?

— Потому что за шесть лет его так и не смогли завербовать, — бросил тот, опустошая магазин за магазином. — Под сотню платины слили, кто только не пытался.

— Это Древний? — удивился я.

— Нет, Арч, ниндзя черепашка. Конечно Древний, блин.

— Как можно просрать Роркху, когда у тебя целый мир наполнен Драконами? — продолжал офигевать я.

— Драконидами. Это не Изначальная Раса, а их потомки. Они могут лишь на время взывать к крови предков.

— Да какая разница вообще? Это же целая раса Драконов, Гаро!

— Заткнись и сбей пауков со стены, а то сейчас все тут подохнем. Маус, дай связь с ядром.

Битва вернулась в привычное русло. Разрядить два барабана, перезарядиться, разок пальнуть с Нокса в особо обнаглевшую тварь и все по кругу. Наше укрытие напоминало гору, окруженную живым мясом, словно из какого-то фильма про зомби.

Только из этих тварей многие умели ползать по стенам, прыгать или еще каким-то образом появляться прямо за нашими спинами. Я уж не говорю про орды, что просто взбирались по головам своих же.

Небо наполнилось оглушительным ревом, всполохами молний и потоками жидкого пламени, которым дракон поливал Вестника.

На земле все еще продолжался бой, но исход уже предрешен. С появлением Древних наша победа стала вопросом времени. Только вот Роркх тоже не собирался сдаваться, продолжая вываливать козыри один за другим.

Вдалеке уже виднелась новая волна тварей, рвущихся в нашу сторону, так что у нас было не больше десяти минут. Да сколько их там вообще? Почему нельзя пустить сразу всех тварей, чтобы мы их накрыли каким-нибудь заклинанием по площади? Впрочем, в вопросе и был ответ.

В какой-то момент у нас стало слишком жарко, а навалившиеся твари наконец совершили самое страшное. Пошатнули стены здания своей массой. Не долго думая, я бросился к Неми, остальные тоже разбились на пары.

Маусу команда была не нужна и меньше, чем через минуту мы уже бежали по земле в сторону ядра. Здание за нашими спинами взорвалось мелкой крошкой — прощальный подарочек от Аны. У них с Маусом это уже классическая связка. Телепортировать наживку с обрезами, собрать толпу побольше и разом их подорвать. Дорого, но эффективно.

Когда мы добрались до Паладинов, основной бой уже был завершен. Ядро вывернулось наизнанку, выставив вперед дальнобойных хантов. Я тоже присоединился к стрелкам, пока еще оставались патроны.

Пока ослабевшие, кровоточащие игроки ближнего боя зализывали раны, мы с Гаро и остальными отстреливали небольшие группы оставшихся тварей, не давая им подойти слишком близко.

— Пять минут, — кричал Гаро. — Готовимся встречать волну.

Первые ряды уже показались на гребне руин. Гомункулы, пара Бронерогов, Костяные Стражи, Секачи и прочая мерзость средне-крупных размеров. Многие были ранены, а ряды врага явно не полные.

Древние, Хродвентир и Мечник явно успели познакомиться с этими тварями. Только вот сдержать их всех все равно не смогли. Но даже оставшихся хватит с головой для наших ослабевших сил.

Я обернулся и бросил взгляд на игроков за спиной. Сотня, не больше, включая стрелков и епископов. Амидраэль жива, хоть ее доспех покрыт кровью и слизью. А ведь она должна была оставаться в тылу, а не сражаться на передовой. Сейчас девушка перевязывала ногу одному из Паладинов, лишившемуся половины доспеха.

Причем перевязывала куском своего же рунического плаща, не пожалев ткани. А ведь он наверняка является зачарованным артефактом. Ну жива и хорошо, значит еще повоюем.

На самоходной платформе сидел смуглый парень в размалеванной маске. Рядом с барабанами валялись обломки палок, которыми Черч задавал ритм Песни Войны. Я тяжело выдохнул и только сейчас понял насколько устал. А ведь у Джекса неимоверная выносливость.

— Один-ноль в нашу пользу, — произнес я громко. — Второй раунд, господа.

Я старался улыбаться, хоть получалось с трудом. Но уверенные лица союзников внушали оптимизм. Даже если и сдохнем, то стоя и с оружием в руках.

Обернувшись к чудовищам, на секунду замер. Затем медленно протер глаза и посмотрел вновь. Черная волна мерзких тварей по прежнему шагала в нашу сторону, только вот вместо руин и трупов, за их спинами высился величественный замок из желтого кирпича.

А еще его шпили блестели золотом в солнечных бликах. Сотни тонких и грациозных башенок стремились в небо, но одновременно уменьшались, словно оседали. Я видел, как шпили продолжали одновременно погружаться в землю, при этом не становясь ниже.

Нет, не в землю. В песок. Вся эта восхитительная далекая картина дрожала в воздухе и мерцала, словно мираж. А монстры продолжали наступать, шагая по зыбкому песку в нашу сторону.

— Построиться, — рявкнул Гаро, когда до волны оставалось метров двести. — Стена щитов, дальний бой на изготовку.

Паладины и остатки других игроков вяло зашевелились, явно двигаясь через силу. Построение заняло почти минуту, но в глазах игроков не было заметно воодушевления. Мы смотрели на тварей с четким желанием продать свои жизни подороже, чтобы Маусу было проще увести отсюда Амидраэль.

Песок прямо перед нами поднялся холмом, словно что-то пыталось из-под него вырваться наружу. Потоки песчинок осыпались вниз, а затем разом опали. На том месте, где всего на мгновение появился холм, сейчас стояло самое величественное создание во вселенной.

Я видел лишь белое одеяние, напоминающее то ли широкий плащ с капюшоном, то ли парадную мантию. Чистейшая одежда, на фоне которой даже робы епископов казались серыми, была вышита искусными золотыми вставками, образующими переливающийся узор.

Сама фигура была столь огромна в плечах, что даже Гаро в полном доспехе казался маленьким карликом в сравнении с ней. В руке, украшенной золотыми браслетами и перстнями, существо держало трехметровый посох, увитый рунами. А над чашей в навершии висела идеальная сфера чистого золота.

Она не касалась навершия посоха, а просто парила над ним. И это завораживало.

Существо повернуло голову и посмотрело на нас. Я узнал эти глаза, но вот лицо было… Даже не знаю. Словно божеству придали подобие человека. Суровое, обветренное, с острыми чертами лицо. Преисполненное величия и непоколебимости.

А затем существо ударило посохом, отчего по песку разошлись волны во все стороны. И я услышал голос, наполненный шелестом, ветром, жаром, непреклонной волей и торжественностью. От этого голоса сразу захотелось упасть на колени, и нам с Джексом пришлось задействовать все ресурсы, чтобы остаться стоять.

— Я, Царь-Бог Утопающего В Песках, взываю к вам. Души, поклявшиеся в вечной верности. Услышьте волю мою, придите на зов мой. Восстаньте и бейтесь во имя мое. Во славу царя вашего, бога Утопающего В Песках, Хохуро — повелителя Песков Бесконечных.

Еще один удар посоха и новые волны разлетаются во все стороны. Я оцепенел, от прошедшей по телу дрожжи. Око ослепло, потому что пески под ногами были светящимся океаном силы.

Стоило новой волне дойти до наступающих монстров, как те моментально проваливались в песок с головой, словно у них под ногами открывался какой-то люк. Примерно половина монстров, что успела вступить на территорию песков, исчезла. А следом повсюду в воздух взвились целые песчаные гейзеры.

И стоило им опасть, как я увидел сотни существ, замотанных в белые хламиды, скрывающие их тела от кончиков пальцев, до самого затылка. Они были вооружены разнообразным экзотическим оружием. Начиная от каких-то ломанных клинков, заканчивая подобием глефы, только с серповидными клинками по обе стороны древка.

Существа, худые, гибкие, ростом были метра полтора, так что Хохуро смотрелся на их фоне титаном. Впрочем и на нашем фоне тоже.

Третий удар посохом о песок и белое с золотом войско восторженно взревело и прыгнуло вперед. Существа пропали под слоем песка и сотни гребней поплыли вперед. Живые барханы двигались на врага, а затем поклявшиеся в вечной верности вылетали прямо под ногами у монстров.

Это была не битва, а бойня. Не знаю, что там за оружие у них, но тварей рвало на куски с одного удара. Сам Хохуро не спешил падать в песок. Вместо этого песок сам поднялся у него под ногами и понес вперед своего повелителя.

Словно гигантский подземный червь позволил богу себя оседлать. Хохуро не шевелился, но все равно несся вперед, вслед за своим войском. И лишь когда он ушел, с меня наконец спало оцепенение.

— Гаро, что, импову мать, это было? Как он это сделал?

— Ты отдал ему посох, — произнес тот. — Там оставался один заряд.

— Я думал, посох открывает порталы. А не… Не вот это вот.

— Арч, у тебя есть Длань Бога. А Хохуро сам бог. Не здесь, но в своем мире. И он призвал кусочек своего мира в Роркх. Пока под ногами стелется песок его родного мира, это существо практически бессмертно и всесильно. Жаль, что не долго.

— Роркхануться, — прошептал я, а затем повернулся к своим.

Ну конечно. Я кретина кусок. Все же на поверхности. Правы были остальные, я идиот. Но уж лучше поздно, чем никогда.

— Овер. Я знаю, как призвать Йорка.

* * *

Наместник бога сидел в кресле на веранде своего дома с проржавевшими стенами. Посреди пустоши на границе пространства и времени, куда его заточил Роркх в самом начале череды бесконечных порабощений.

Это место было не таким уж и плохим, в конце концов Йорк всегда мечтал о чем-то подобном. Только вот за прошедшие тысячелетия оно ему уже успело осточертеть. Пусть здесь время и течет практически незаметно.

Мало чего интересного происходит там, где ничего и не должно происходить. Разве что заходит то один, то другой в гости, притаскивает обломок меча, вот и все развлечение. Да выпивка, которую он сам и гонит, научившись смешивать спирт, эфир, формалин и прогонять через реторты выжимку из чешуи Великого Змея.

Благо, все эти компоненты легко достать из одного и того же источника. Хорошо, что его жилище находится на самом краю пространства и времени. Если бы Роркх забросил его за черту, то было бы совсем грустно.

Тем неожиданней оказался грохот за спиной Йорка. Не веря своим ушам, наместник встал с кресла и зашел в дом. Сундук в углу ходил ходуном, словно кто-то запер внутри полчища демонов, рвущихся наружу.

Подойдя и откинув крышку, Йорк увидел дрожащие и вибрирующие осколки мечей. Взял один из них и захлопнул сундук. Вибрация тотчас же прекратилась.

Выйдя на улицу, мужчина достал из-за пазухи флягу, хлебнул немного и сошел с крыльца. Опустился на колено и с силой вонзил обломок меча в потрескавшуюся землю. Он стоял так несколько секунд посреди бесконечной пустоши. Дома за его спиной больше не было, как не было ничего вокруг.

— Да прорастет на ней Лес Мечей, — произнес он с улыбкой. — Наконец-то.

Йорк медленно потянул за рукоять, пока из земли не показалось широкое лезвие целого полуторного меча, на котором не было ни единой царапинки.

Глава 14. И грянет бой. И имя ему — Апокалипсис

— Этажи с первого по тринадцатый эвакуированы. С Двадцатого по сорок седьмой тоже. На четырнадцатом остался отряд игроков.

— Первая волна? — спросил Усатый. — Это комнаты первой волны, как они вообще выжили в такой мясорубке?

— Формально там отряд второй. Они не успели переехать выше.

— Кто?

— Ключник и остальные Рассветные. Трое вышли, пятеро еще в капсулах. Можем демонтировать и попытаться поднять капсулы наверх. Резервных блоков внутри капсул должно хватить.

— Нет, — отрезал Усатый. — Этим нужно все время, что они способны выстоять против Роркха. Нельзя, чтобы их выбросило в экстренном порядке. Почему сорок седьмой не эвакуирован?

— Там старик не хочет уходить из своего бара. Говорит, что срал он на наши проблемы и все в подобном духе.

— Черчилль, — устало произнес Усатый.

— Он меня не послушает. Оставь его в покое, мэн. Он слишком долго прожил, чтобы беспокоиться из-за каких-то наемников и угрозы смерти.

— Нельзя отдать им проходы выше тринадцатого. На каком этаже сейчас рубеж обороны?

— На тринадцатом, — сообщил помощник. — Константин с дочерью сейчас возглавляют командование силами ЧВК.

— Отлично, — вздохнул Усатый. — До чего мы докатились с этими играми. Оборону возглавляет любитель цветных галстуков и бариста.

— Их направил центр, — кашлянул помощник.

— А Анеку выбрал Парагон, — произнес Черч, вглядываясь в темноту за окном. — Так что шансы есть.

— Я слишком стар для всего этого, — выдохнул Усатый.

Лампы под потолком мигнули в поддержку его слов. Заодно намекая, что резервных генераторов надолго не хватит.

* * *

Длань Бога. Скользящий-меж-Мирами. Призови меня. Когда прорастет Лес Мечей. Я тупой, но этот факт известен давно.

Йорк же прямым текстом сказал, когда смог достучаться до моей головы. Не передай Оверу, чтобы тот призвал, а сам призови. Джекс же Ключник, а посох был лишь инструментом. Да, он открыл портал в изначальный Роркх, а Хохуро смог прорвать реальность, дотянувшись до своих пустынь.

Но в обоих случаях использовалась сила бога и подходящий инструмент. У меня есть немного силы бога в левой руке. И инструмент тоже есть, даже два. Поэтому Овер замер, преклонив колено, а Неми молилась, взывая к богу.

— Арч, у нас мало времени, — произнес Гаро. — Нам надо идти за Хохуро, пока он способен расчистить путь.

— А когда его войско рассыплется песком, мы окажемся в окружении монстров, — произнесла Амидраэль. — Нам нужен бог, командир. Хохуро не дойдет до центра, и мы тоже. Не с такими силами. К тому же все ослабли и устали.

— Срань. Поднимите на ноги всех, кто может идти и сражаться. У вас пять минут.

— Я бы сказал, что две, — раздался голос Веста.

— Срань, — повторил Гаро.

Я видел, как по обе стороны выползают новые твари. Древние и Хохуро ушли вперед, сметая все на своем пути. Но они не могли быть везде, а тем временем Роркх продолжал стягивать свои силы, чтобы добить нас.

Не похоже на решительную атаку, скорее на попытку в очередной раз взять нас измором. Постоянные стычки, пусть и с не особо сильным и многочисленным противником. Еще минут тридцать в таком режиме и даже Джекс упадет без сил.

А еще у меня опять заканчиваются патроны. Осталось несколько запасных барабанов. И не потому что я мало взял. Просто даже ликаны, это не бездонный рюкзак. А помимо патронов, мы тащили еще уйму расходников и три походных алтаря на всякий случай. И не зря, потому что два уже потеряли. А третий Рино успел сломать в порыве молитвы.

Так что лишняя боевая единица лишней не будет. Поэтому Овер стоял на одном колене, держа обломок меча над головой. А я находился за его спиной, положа руку на шлем. Белые линии струились с предплечья, перетекая по ладони и окутывая шлем рыцаря молочной пеленой.

Я не знал, что надо делать, поэтому делал то же самое, что и с посохом. Просто вливал силу в Овера, заставляя Длань отдавать частичку божественной мощи. Это как блинчики тырить с тарелки, только теперь надо стырить бога.

Было бы проще, знай я где он находится. Сколько я ни пытался представить то место, где находился во время сдачи квеста, картинка получалась нечеткой и постоянно плыла. Но для этого и нужны Овер с Неми. Они могут взывать к Йорку, так что пусть сам ищет дорогу.

А монстры тем временем подбирались все ближе, выходя на широкий пустырь перед нами. Песок Хохуро разрушил не только улицу, но обратил в пыль и все здания вокруг. И пусть сейчас впереди была лишь сухая земля, ближайшие руины теперь находились в паре километров отсюда.

И на все это освободившееся пространство сейчас собирались отряды разношерстных тварей, движимых невидимой рукой в нашу сторону. Минута и короткая передышка окончится.

Я вздрогнул от неожиданности, когда Овер с силой вонзил обломок клинка в землю и замер.

— Ты чего? — опешил я, но Длань не отпустил, продолжая напитывать доспех силой.

Вместо ответа, я заметил зеленоватое марево впереди. Все свободное пространство, отделяющее нас от тварей, покрылось чем-то мерцающим. Покрутив головой, понял, что не только впереди. Все вокруг нас покрылось зеленоватыми отсветами.

Овер медленно вытянул из земли обломок, но вместо него на свет показался полноценный меч с широким лезвием.

— Классный фокус, — с завистью произнес Маус. — В третьем классе так делал.

— Помолчи, — прошептал Гаро.

Потому что туман наконец обрел форму. На сколько хватало глаз, вокруг нас мерцали точно такие же, только полупрозрачные мечи. И они были повсюду, сотни, если не тысячи. Наступающие монстры теперь казались темным размытым пятном, потому что смотреть на них получалось только сквозь лезвия клинков.

— Лес Мечей, — произнес я, хоть это было и не обязательно.

А затем Овер поднялся, причем стал выше на голову, так что мне пришлось отступить на шаг и убрать руку. Когда Длань перестала воздействовать, а туман опал, я увидел доспех Овера.

Он покрылся множеством шипов и дополнительных пластин. Да и в целом рыцарь стал куда больше и шире в плечах. А шлем стал увит короткими толстыми рогами, торчащими во все стороны. Хотя скорее все же шипами.

— Овер? — спросил я без особой надежды.

— Отдыхает в своем мире, — прогудел рыцарь. — Ты не спешил, Ключник.

— Был немного занят. Пытался не подохнуть.

— А, это.

Рыцарь поводил головой, оглядывая несущихся на нас тварей, не замечающих эфемерного оружия. Затем Йорк взмахнул своим мечом и то сотни, если не тысячи фантомных рыцарей, взявшихся из ниоткуда, выхватили свои из земли.

В следующее мгновение призрачное войско поплыло на встречу тварям, короткими взмахами рассекая их. Монстры не получили ни одной раны, но тем не менее падали на землю мертвыми. Это было настолько нереально, что даже дракон, сражающийся с километровым скатом казался чем-то нормальным и привычным.

— Помнится, — произнес Гаро, — ты после портала в шкафу хотел еще кольцо к огненной горе отнести. Вроде тоже подходит, как считаешь?

— Да, еще один косплей классики — чек.

— А это что за фигня? — прогудел Йорк, тыкая мечом в небо.

— Король Химер, — ответил я.

— Король? Химер? Вот это вот недоразумение? Обмельчали же ваши короли. Хотя крыльев как у бабочки. Чего еще ждать от Роркха, — а следующую фразу он произнес таким голосом, что у меня колени подогнулись. — А ну к ноге, тварь!

И указал острием клинка на свободное место рядом с собой. В ответ с неба раздался протяжный жалобный стон. Я еще не отошел от армии призраков, как теперь с офигеванием наблюдал за Королем Химер.

Тварь кружила, постепенно снижаясь над нами. Впервые с момента своего появления опустившись на расстояние эффективной стрельбы. Я видел, как игроки потянулись к винтовкам и арбалетам, но Гаро лишь рукой повел и все замерли.

Летучая тварь бухнулась о землю метрах в двадцати от нас. Затрясла шипами и тонким костяным гребнем, взревела и принялась щелкать пастью в нашу сторону.

— Ну и страшилище же ты, — прогудел Йорк. — Я сказал к ноге.

Король Химер, явно сопротивляясь, но все же подполз ближе, прижимая голову к земле и поглядывая на Йорка снизу вверх. При этом продолжая злобно рычать и хлопать огромной пастью.

— Стрелок, одолжи револьвер, — обратился ко мне Йорк.

Я молча протянул ему Лис, надеюсь вернет. Хотя у меня еще Сетройт оставался в пару ко второму Лису. Рыцарь взял оружие, показавшееся детской игрушкой в его огромной, закованной в броню руке.

— Ты им орехи колешь? Что ты собирался с таким делать? Защекотать Роркх до смерти?

— Не стоит недооценивать пятый калибр, — буркнул я, забирая Лис. — Есть третий.

— Издеваешься? Сорок пятый есть? Или тридцать девятый на худой конец?

— В Роркхе наоборот, чем меньше калибр, тем мощнее патрон.

Я протянул ему заряженный Нокс. И этот револьвер лег в ладонь, как влитой. Йорк посмотрел на оружие и произнес с некоторой грустью:

— Сраный Роркх. Никакого уважения. Даже святые вещи извратил и вывернул наизнанку. Мелкий калибр мощнее, да где такое видано?

— Там модификации на расширенный барабан. Пять патронов внутри… Было…

Я смотрел, как Йорк одной рукой переломил ствол и патроны полетели на землю. Затем защелкнул револьвер, прицелился в голову Короля Химер и спустил курок. Багровая вспышка вырвалась из ствола и разнесла башку твари, забрызгав все вокруг мелкими ошметками.

— Ну сойдет, — произнес Йорк. — Ты же не против, Стрелок?

— Пользуйся на здоровье, — быстро ответил я. — Мне и пятого хватит.

— Вот и хорошо. Мое войско веером разошлось по Городу. Лес Мечей иссякнет через три минуты, нам надо спешить.

Гаро не стал ничего уточнять, а сразу раздал указания оставшимся игрокам. В основном тут были Паладины и Расвы, хотя и сторонних игроков хватало. Ребята быстро вставали в строй, оставив за спиной лишнее снаряжение и сломанное оружие.

— Шаман идет с нами, — произнес Йорк, указывая дулом Нокса на платформу с барабанами.

— Он истратил весь запас сил и сломал инструмент во время последней песни, — категорично заявил Гаро.

— Когда последователя Бога Войны это останавливало? — спросил Йорк. — Как ты собираешься победить в войне без поддержки Бога Войны, Полугрешник? Не оскорбляй Иуэ своим пренебрежением, — развернулся и пошел вперед, не давая Гаро опомнится. Но затем развернулся и как-то тихо произнес. — И это… Не говори Иуэ, что я проболтался про его имя. Он до сих пор злится, что я его мечом пырнул, так еще и это, лады? Вот и славно.

— Ты доведешь нас до центра? — спросил я, когда Йорк пошел вперед. — Ты сможешь разрушить кристалл?

— Нет. Я здесь не для этого.

— А для чего?

— Я помогу вам пройти Роркх.

Какой прекрасный ответ. И вообще не вызывает еще сотню новых вопросов. Если Роркхов было два и Йорк руководил наградой для смелых и сильных, высекая тех, кто хотел жульничать, то в плане ответов они с Роркхом вообще не отличались.

— Ой, да вообще пофигу, — пробурчал себе под нос Эл.

— Согласен, — кивнул я и пошел следом.

Скоро все это закончится. Либо так, либо иначе, так что чего на переправе коням в зубы заглядывать? Скоро разберемся что к чему. Или нет. В любом случае без разницы.

Айя, Рино и Овер уже проснулись в своих капсулах. Так что, считая Эла, нас осталось шестеро из отряда. Хродвентир где-то далеко впереди охотится, так что мы сгрудились вокруг шагающего впереди всех Йорка.

Двигались по большей части молча. Вопросов было куча и хотелось обо всем поговорить с богом, но с другой стороны почему-то врубилось благоразумие. Мы посреди поля боя в момент самой ответственной битвы, так что не самое подходящее время для болтовни.

Паладины залечивали раны прямо на ходу, благодаря работе святош. И вроде как даже пободрее двигаться стали. Хохуро и фантомная армия расчистили большой участок пути, так что у нас образовалось нечто вроде передышки.

Песок шуршал под ногами, но чем дальше мы шли, тем чаше попадались островки земли. А еще через пару минут мы ступили на брусчатку разрушенной улицы. Все напряглись, но из монстров пока что попадались лишь трупы.

И судя по характеру ран, их словно гигантским скальпелем всех располовинило. Будь мне доступно такое оружие, как у этих песчаных воинов, я бы дважды подумал, чтобы становиться стрелком.

Хотя кого я обманываю? Я вообще не выбирал себе архетип. Оно само как-то так сложилось и это произошло естественно. Я даже на секунду не задумывался, правильно ли я поступил. Даже когда Несса объясняла мне, что револьверы и пистолеты не котируются на третьей волне.

Про ханта Гаро я узнал гораздо позже, но он же водил как-то Паладинов, вооружившись пистолетом. Значит и я как-нибудь справлюсь.

Впереди было нечто странное. Мы подходили к высокому гребню из обломков и прогнившей древесины. Целый вал из руин перекрывал улицу и тянулся далеко в стороны. Словно по ту сторону метеор упал, сметя все к краям.

Око и интуиция молчали. Как жаль, что у нас нет Рино, который мог находить врагов по запаху. Мы минут десять ни с кем уже не дрались, а это значит только одно. В Роркхе это всегда затишье перед мясорубкой.

Я внимательно оглядывал каждый закоулок, пока мы приближались к препятствию. И заметил в темноте какие-то темные пятна. Словно кто-то разбросал по земле черный полупрозрачный шелк в форме человека.

Притормозил немного и поравнялся с Гаро. Ткнул пальцем в ближайший переулок. Что-то незнакомое, а значит, вполне опасное. Но наш командир лишь отмахнулся.

— Дохлые Душегубы.

— Это которые по теням бродят?

Я вспомнил, как Эл в иллюзии попытался уйти в Тень во время атаки кроликов в туннеле. Его тогда за мгновение чуть не убило.

— Ага. Но нам в Тень все равно нельзя, — ответил Гаро на невысказанный вопрос. И прежде чем я снова открыл рот, пояснил. — Там сейчас новый хозяин. Один из хантов Черча. И лучше нам не соваться на его территорию, он даже под управлением игрока не сильно дружелюбен. А сейчас наверняка испил крови и обезумел.

— А он нам в спину не ударит?

— Нет. Его территория в глубине Теней. Здесь ему делать нечего. Иди в авангард и готовься к атаке. Не нравится мне эта гряда.

И тому были причины. Правда, сама гряда не представляла опасности. Опасность крылась за ней. Стоило нашему отряду взобраться на самый верх, я махнул Гаро тоже подняться.

— Срань, — это слово уже походит на девиз всей битвы.

Это действительно оказался кратер, диаметром в пару километров. Только вот пространство внутри было сплошь завалено камнями и обломками зданий. Они равномерно усыпали площадку, так что двигаться между ними было возможно лишь цепочкой по одному-два ханта.

— Умная тварь, — произнес Гаро, имея ввиду Роркх. — Быстро учится.

— Он хочет, чтобы мы не смогли сражаться в строю.

— Так нас будет легче перебить.

— Полчища тварей столь ужасных, что даже в самых темных кошмарах не могут присниться. От одного вида которых можно было впасть в безумие, — процитировал Йорк Легенду о Вечном Страннике.

— И никого не было, чтобы остановить это шествие. Никого, кроме Черного Императора и его воинства, — завершил я фразу.

— Это самоубийство, — произнес Гаро.

— Согласен, — кивнул я.

По ту сторону кратера, на противоположном конце гребня из обломков стояло черное войско тварей. Они визжали, рокотали, шипели и смотрели на нас. Но с места не двигались. Просто стояли, окружив кратер полукольцом.

— Это самый короткий путь к центру, — произнес Вест. — Пойдем в обход, все равно сразимся с ними, только монстров станет еще больше, когда к нам стянутся остальные.

— Чего они ждут? — спросил Ана. — Нам бы принять бой на возвышенности.

— Потому и ждут, — пожал я плечами. — Когда мы спустимся вниз и станем уязвимы.

— Если для вас это проблема, — прогудел Йорк, — то попрощайтесь со своим миром. Потому что это всего лишь обычные твари. Дальше будет еще хуже, уж я знаю.

— Спасибо, ты умеешь поднять боевой дух, — скривился я.

— Стрелок, — обернулся ко мне Йорк. — Самое главное, чтобы пройти дальше, этот великий воин должен выжить. Запомни.

— Я? — удивился Эл, когда Йорк ткнул в него пальцем. Впрочем, мы все тут офигели. — Я не великий воин. Но и подыхать не собираюсь.

— Ага, как же, — усмехнулся Йорк. — Еще скажи, что не черный кот свел тебя с тем, кто найдет Ключника. И оказался ты здесь совершенно случайно.

— Эм… — опешил Эл.

— Пофигу, да? — толкнул я его локтем и усмехнулся.

— Вообще да, — выдохнул Эл.

— Ну и какой план? — спросил я у Гаро.

Все игроки уже поднялись и нервно поглядывали на орду тварей напротив. Про численное преимущество речи уже давно не было, а внизу мы потеряем еще и тактическое. Но вместо Гаро ответил Йорк.

— Идем напрямик.

— Нас разорвут, — произнес Вест.

— Значит вы не достойны победы, — бросил Йорк. И все жертвы Парагонов были напрасны. Они ошиблись в вас и умерли зря. Скажи, Полусвятой Король Грешников, твои братья ошиблись в тебе?

Гаро промолчал, но его взгляд говорил о многом. Даже я услышал скрип зубов, а побагровевшие скулы видели вообще все.

— Так я и думал, — произнес Йорк и сделал первый шаг на спуск в каньон. — Я не собираюсь тут подыхать без славной битвы. Потому что Бог Войны верит в меня. И я не предам его доверие. А я верю в вас. Потому что слабаки и трусы давно остались по ту сторону портала. Вы прошли через жернова Роркха, умирали и убивали, но все равно шли вперед. Все ради этого момента. Вы все здесь, потому что шли к этому дню. И пришла пора узнать, готовы ли вы перейти за грань, отделяющую человека от чего-то большего.

Йорк спускался вниз и как истинный Император произносил торжественную речь. В его голосе не было страха, а игроки невольно начали спускаться следом. И Гаро в том числе. С каждым шагом, с каждым словом, слышимым отовсюду, дышать становилось легче.

Страх и ужас отступали, а на их место приходила уверенность и решимость. Мы приняли тот факт, что можем умереть, вспомнили, что это еще не конец, а всего лишь выход из капсулы. И одновременно с этим пришло осознание, что кроме нас никого не осталось.

И другие смотрят на нас с надеждой. И мы не можем сдаться под этими взглядами. Я не мог заглянуть в души остальных, но уверен, они чувствуют то же самое. Желание перебить всех этих тварей в одиночку. Забрать с собой каждого монстра, перегрызть глотку каждому чудищу, развеять все кошмары до последнего.

— Пусть ни один клинок не останется чистым, — продолжал говорить Йорк. — Обагрим оружие наше кровью врагов. Пусть Ворон увидит нашу доблесть и заберет после смерти наши души. Пусть он отнесет их в Храм на краю времен, построенный из наших костей, где нас будут чествовать в посмертии, как великих героев. Пусть тела наши заберет земля, растворит в себе и даст пищу для новой жизни. И тогда на нашей храбрости и отваге прорастет новый Лес Мечей.

Впервые я видел такое. Торжественная речь бога, первым идущего на полчища визжащих в предвкушении тварей, отозвалась возгласами игроков. Магия ли это или просто слова, но больше никто не шел умирать. Жалкая горстка игроков шла на черную орду тварей, чтобы сеять смерть и пожинать плоды славы.

А Йорк тем временем забрался на двухметровый кусок скалы, развернулся и направил клинок в ту сторону, откуда мы пришли. Его лезвие запылало сначала белым светом, словно моя Длань.

— Властью, что наделил он меня. Именем, от чьего говорю я. Волей, что исполняю я, — сияние клинка стало бледно-зеленым, как фантомное войско Йорка. — Во славу Бога Войны требую я. Бей в барабаны Песнь его, шаман. И грянет бой.

Сияние меча сменилось на багровое и широкий луч ударил в платформу на гребне руин, моментально окутав ее пламенем. А когда алые отсветы поутихли, посреди пылающих барабанов стояло рогатое существо с ужасным лицом, напоминающим рисунок на маске. Только вот маски больше не было.

Шаман держал в руках две булавы и ими же ударил в барабаны. От этого звука нас обдало жаром, а с гребня посыпались камни. Монстры сорвались в атаку и мы бросились им навстречу.

Наши следы горели тем же багровым огнем, а края плащей отливали алыми всполохами. Йорк медленно шагал вперед, но никто из нас не мог его догнать.

Песнь Апокалипсиса началась.

Глава 15. Потому что так веселее. Это же игра

Первый отклик игроков сменился на общую тишину. Монстры неслись с ревом, стоило нам спуститься. Но мы двигались молча, лишь Гаро отдавал короткие команды, заставляя игроков разбиться на малые группы.

Отряды по три-пять человек способны были держаться вместе, двигаясь среди этого хаотичного нагромождения камней и куч всякого хлама. И в случае Паладинов, закованных в броню и носящих широкие щиты, это скорее три, а не пять.

— Вест, займи высоту и веди нас оттуда. Маус, дай ему зеркало и обеспечь связью. Нам нужны глаза над полем боя.

— Принято.

Приметив довольно большой и острый холм, вершину которого венчал острый шпиль какой-то бывшей башни, Маус перенес туда Веста. Там же обосновался Гаро и Амидраэль С пятеркой Паладинов внизу.

Мы как раз проходили мимо. Командование и самый ценный игрок должны оставаться вне досягаемости этих тварей. Драться будем сами. А Вест и сверху может стрелять.

— Не отправляй меня туда, — раздался голос Эла.

— И в мыслях не было.

— Оу. Просто Йорк же сказал…

— Йорк тот еще алкаш и безумец, судя по всему. А даже если он и прав, не положено великому воину отсиживаться за спинами других. Ты же не дозорный, не главнокомандующий.

— Ну, Амидраэль же туда посадили. Хоть она и была против судя по всему.

— Амидраэль сейчас не просто должна выжить. Она еще и приманка, а значит должна находиться в самом труднодоступном месте. К тому же, — ухмыльнулся я. — нам больше достанется.

И досталось нам по самое не могу. Мы с Элом остались работать в паре. Это было удобно. Маус с Аной в хорошей связке, Вест и Неми на холме, так как служительница до сих пор не пришла в себя после призыва Йорка.

Из нас с Элом тоже получилась хорошая связка. Мне было легко и свободно двигаться Красной Лентой среди этих обломков. Но я убивал лишь наиболее опасных монстров и исключительно тогда, когда был уверен, что попаду в уязвимое место.

Пусть у меня остались лишь Стужа и Бетельгейзе, но надо экономить патроны. Так что не больше одного на монстра. А лучше одним сразу парочку завалить.

Эл шинковал мелочь, тех, что я все же не смог добить, а также подстраховывал меня на перезарядках.

Пусть мы и не успели толком повоевать ночью, но парень исправно ходил к нам в замок на тренировки хантов, брал уроки у Овера, Мауса и даже немного у Рино. Но потом быстро пришел к выводу, что владеет мечом лучше всех нас вместе взятых.

Почему-то стиль Веста с парными сиками ему совершенно не подходил. Но мы с Элом быстро нашли общий язык и мелькание ведьмака, на периферии зрения никак мне не мешало.

А следом произошло то, чему суждено было случиться рано или поздно. У меня закончились патроны. Оставался только барабан Бетельгейзе в Сетройте. Но это на совсем уже крайний случай. Обрывать привязку я не собирался, проходили уже, знаем.

Я переключился на тесак, одновременно выхватывая Нокс. Только вот Нокса у меня и не было. Зарубил пару тварей и кулаком впечатал в землю еще одну. Все-таки Джекс стал куда сильнее. Следом над головой раздался голос Мауса:

— Песнь Апокалипсиса, капитан. Это читы на бесконечные патроны.

— А на бессмертие есть?

— Есть, но ими лучше не пользоваться.

Маус, сидящий на куске стены, ткнул пальцем в сторону, а затем растворился в воздухе. Я проследил взглядом за направлением. Один из Паладинов голыми руками рвал Гомункула, вырывая тому конечности одну за другой.

И если остальные Паладины, да и мы тоже, просто отливали алыми всполохами, оставляя за собой багровые следы, то этот целиком был покрыт свечением. А на его голове сидел полупрозрачный силуэт птицы.

Когда с Гомункулом было покончено, Ворон расправил крылья и взлетел. В своих когтях он сжимал алое пламя, окутавшее Паладина. Оно отделилось от ханта вместе с птицей и растворилось в воздухе, а хант наконец упал на тушу поверженного гомункула и затих.

Отлично, значит помимо бафов у нас появился какой-то аналог Последней Вздоха. А что там с бесконечными патронами?

Лис прыгнул в ладонь, я выбрал цель в пяти метрах и спустил курок. Алая вспышка вылетела из дула револьвера и оставила шкворчащую дыру во лбу Секача. Прошило насквозь через костяную броню. Солидно.

Нафиг тесак, нафиг экономию. Знал бы, не отдавал Йорку Нокс, хотя он там тоже хорошо справляется. Лисы принялись плеваться алыми сгустками смерти, а моя Красная Лента перешла в режим тотального уничтожения.

Мы продвинулись примерно на четверть расстояния, но дальше уперлись в непробиваемую стену разношерстных тварей. Это была какая-то невероятная каша из тел, клыков и костей, приправленная тоннами слизи и крови.

Чем дальше мы продвигались, тем сложнее было двигаться. В какой-то момент мне пришлось прекратить свои маневры и начать отступать. Такими темпами я просто банально поскользнусь, подверну лодыжку и сдохну. Или просто запнусь об очередную тушу или увязну по колено в останках какого-нибудь слизня.

У остальных дела шли не лучше. Мы по прежнему держали напор тварей, но Паладины по большей части принимали тонны урона на зачарованную броню. Они даже не пытались переть вперед, а просто крушили все налево и направо, удерживая позиции.

Все чаще загорались алые всполохи. Ворон собирал обильную жатву, но тем, кто еще жив, не становилось от этого легче. И в какой-то момент мне стало проще отстреливать надвигающееся воинство.

Я не сразу сообразил, что у меня над головой мелькают вспышки карт, прошивающих врагов насквозь. Бросив короткий взгляд через плечо, встревоженно спросил:

— Где Ана, Маус? Ты почему не с ней?

— Она впереди. Там. Что-то сказала про бронированных черепах и на чем она все это вертела.

— Какого импа ты оставил ее?

— Сейчас увидишь.

Мы все это увидели. Прямо по курсу в центре кратера расползлось облако мрака. Внутри мелькали всполохи, но не как от молний. Будто бы вспышки выстрелов, только вот обрезы так часто не стреляют. К тому же в разных концах разрастающегося облака.

— Сколько проклятых шмоток она нацепила на себя? — спросил я, попутно пытаясь вспомнить наш арсенал.

— Все, — ответил Маус. — И те, что нивелируются молитвами, и остальные.

— Срань. Гаро! Вест! — орал я, что есть сил. — Нам нужны щиты.

— Сколько? — отозвался Гаро. Вест ничего не спрашивал, просто принялся молча швырять рунические камни.

— Все, Гаро, вообще все.

Не сказал бы, что мы успели вовремя. Несмотря на то, что ни одна тварь не вышла по нашу сторону тумана, а оторванные куски не в счет, игроки все равно не смогли грамотно распорядиться отпущенным временем.

Рунический купол принял на себя основной удар. Затем уже в воздухе замерцали тонкие стены барьеров. Судя по тому, как куски тел сначала всосало в черную пелену, это была какая-то разновидность Разлома.

Впрочем, чего еще было ожидать от Аны? Чтоб она сделала ликанов-камикадзе, а про себя забыла? Полюбому первым делом потребует от Мауса видеоотчет. Потому он и забрался ко мне повыше.

В центре кратера появился еще один кратер. Благо черное марево исчезло вместе с ударной волной. И там не было вообще ничего кроме гладкой земли, словно утюгом прошлись. Зато по периметру валялось столько кусков огнестрельного оружия, что в голове вертелся только один вопрос.

Как она столько стволов с собой утащила? Тут и модифицированные пистолеты, и винтовки, знакомый дробовик, пара тяжелых пушек, которые Ана точно не могла поднять чисто физически.

— Плащ пустоты? — спросил я очевидное.

— И кольца на характеристики, — ответил Маус.

— А как она эту базуку смогла поднять?

С проклятым плащом все понятно. Там что-то вроде иллюзии Мауса, можно прятать шмотки в складках и потом доставать. Хотя и дебафов он вешает от души при активации.

— Она попросила, — произнес Йорк, стоя по ту сторону кратера. — Я и дал. Хоть у кого-то есть яйца в этом мире.

— А вот сейчас обидно было.

Йорк даже не повернулся в нашу сторону. Ему не просто пофигу было на взрыв, его броня, кажется, еще большим количеством пластин обросла. И он уже методично отстреливал несущихся в нашу сторону тварей.

Ана успела собрать обильную жатву, но примерно половина монстров атаковала с флангов, даже приблизившись к черной мгле. Да и тех, что были впереди нам за глаза хватит. Я проверил барабаны и отпустил Лис.

Револьверы перестали стрелять алыми вспышками, а Древний Шаман закончил Песнь Апокалипсиса. Короткая получилась, хоть и яркая. Но она позволила нам бесстрашно вступить в бой, а бафы и общий боевой раж сохранились и после окончания.

Вытащил Сетройт и мачете. Пришла пора ломать черепа вручную, потому что все, приплыли. Хорошо было Ане в том тумане. Зачем перезаряжать оружие, когда можно просто выхватить новое? Ведь у тебя их с полсотни, а за весом в этой битве никто не следит.

Не считая тройки Паладинов внизу, мы с Маусом теперь находились на острие. Ну если не считать Йорка, который уже во всю резвился вдалеке. Чем-то в этом плане Мечника напоминает. Может сокрушить любого врага, но не всех сразу. И плевать ему на построения, тактику и все такое.

Это не Бог Войны, а какой-то бог резни скорее. Их бы с Хаустом вдвоем тут оставить резвиться, да только нет у нас столько времени. Имп его знает, что случится с нами, когда портал закроется. А он не вечный. Как и ночь в Роркхе.

Я спокойно предавался размышлениям, когда на флангах вовсю кипела битва. Сетройт я разряжу в последнюю очередь, так что сейчас просто ждал, пока монстры подберутся поближе. Ближний бой я не очень люблю, но это не значит, что не умею.

Далеко за спиной раздались отрывистые команды. Стрелки заняли позицию и приготовились. Что-то в моем уставшем мозгу намекало на абсурдность ситуации, но я не мог понять что именно. Просто продолжал следить за подступающими тварями.

— Арч, — позвал меня Маус.

— Огонь, — скомандовал голос.

— Какого… — обернулся я.

Командовал стрелками не Гаро. А затем я сообразил, что у нас и стрелков-то осталось полтора-два ханта. Но обернуться не успел. Передние шеренги тварей словно разом поскользнулись и рухнули мордами в землю.

От слитного грохота на секунду заложило уши, а следом до нас добрался и сладкий аромат пороха. На гребне кратера, откуда мы пришли, стояли люди.

Я увидел три кривоватых шеренги стрелков, стоящих на колене или стреляющих поверх голов. Кто-то спустился ниже, остальные заняли возвышенность. Это была какая-то разношерстная компания в несколько сотен человек, вооруженных кто чем.

Но в основном там были винтовки и карабины старого военного образца. Множество мелкого калибра, а некоторые вооружены дробовиками. Но помимо кучи древнего огнестрела их всех объединяло одно.

Все люди были одеты в военную либо полицейскую форму. Мундиры, кители, ордена, шевроны, медали, погоны. И лица. Это были люди в возрасте, ни одного молодого лица даже среди полицейских.

— Откуда? — спросил Маус.

— Это не игроки, — я указал рукой. — Это неписи.

Нам на встречу медленно шел полуголый хант в одних просторных штанах и с повязкой на глазах. Юмидай пришел последним из Древних и сильнейший маг разума привел нам подкрепление. Бывшие военные, опытные полицейские и местами даже мелькали люди без формы, но при этом при оружии.

— Решил, что вам понадобится помощь, — произнес он, улыбаясь под грохот выстрелов.

— Как ты смог подчинить столько народу? — удивился я.

— Только командиров и лейтенантов. Сколько хватило сил. Остальные пошли за ними.

— А патрончиков не подкинешь?

Юмидай демонстративно похлопал себя по пустым карманам и развел руки в сторону. Юморист, блин.

Тем временем неписи нестройными рядами двинулись в наступление. Вряд ли они сделали это по собственной воле, но лучше уж они, чем мы или Паладины.

С появлением Юмидая наши шансы примерно сравнялись, так что даже не так грустно стало сражаться. Впрочем, я все равно уселся прямо на торчащий кусок стены, наблюдая за ходом боя.

— Не хочешь поучаствовать? — спросил Маус, метая очередную карту.

— Рановато, — ответил я. — Теперь и подождать можно.

Неписи столкнулись с тварями, предварительно успев еще пару раз дать дружный залп. Паладины тем временем переводили дух и готовились идти на прорыв. Гаро собирал игроков, чтобы добраться в центр, где после взрыва Айи все разметало. Там и в строю можно сражаться.

Я внимательно наблюдал за схваткой и радовался. Наши умудрились даже потеснить разрозненные ватаги врагов на пару метров. Заприметив то, что хотел, пихнул Мауса.

— Не подашь? — указал я пальцем.

— Да что бы вы все без меня делали, а? — проворчал фокусник.

— Ты вообще основа всего отряда, — польстил я. — На одном тебе все и держится.

— Ну наконец-то кто-то оценил по достоинству мой вклад. Жаль, что в момент, когда я начал подрабатывать курьером.

Маус вытащил из складок плаща коробку патронов пятого калибра, что вывалилась из сумки одного из павших солдат. Затем белый плащ пронесся над землей, а мне под ноги вывалилось пару десятков револьверов и винтовок.

Вот теперь заживем. Стоковые боеприпасы, но это лучше чем ничего. В моих руках я и с такими смогу навести шороху. Пальцы мелькали в воздухе, чуть ли не телепортирую патроны из чужого оружия в пустые барабаны на поясе.

Для нас с Джексом это все простая механическая работа, но я знаю, что со стороны смотрится немного мистически. Остатки скинул в сумку россыпью. Получилось не то что бы много, но времени рассиживаться больше не было.

Паладины выдвинулись вперед, а неписи все же начали сдавать позиции. Котлован постепенно превращался в кровавый котел из расчлененки, крови всех расцветок и какой-то слизи. И нам надо было попасть в самый его центр, а потом еще дальше.

Поначалу двигаться было легко, но чем дальше, тем чаще ноги оскальзывались в вонючем месиве. Признаться честно, я начал уставать чисто физически. Это еще и под бафами Песни.

Так теперь приходилось быть максимально собранным и сконцентрированным. Любой неверный шаг отправит меня в плавание по кровавому озеру из останков тварей и хантов. Да и стрелять просто в сторону мельтешащих туш уже не получалось.

Это Бетельгейзе, Стужа и даже Орхидеи с Потрошителями наносили монстрам громадный урон. А простыми боеприпасами надо целить по уязвимым местам тварей. Но они почему-то не хотят подрабатывать легкими мишенями. Удивительно.

Бой был сложным, а мы уставшими и нервными. В центр реально прорывались из последних сил, по колено утопая в кровавой каше. Там уже остатки Паладинов заняли круговую оборону, где и стояли до последнего.

Первыми погибли неписи. Юмидай при этом с нами не пошел, отправив вперед войско. Как я понимаю, его силы не действуют на тварей, а значит он сейчас просто беззащитный слепой хант.

Как ни странно, но следующими погибли игроки других гильдий, что еще оставались с нами. Такое ощущение, будто Роркх специально целился в них, игнорируя Расвов. Нет, при возможности твари нападали на любого.

Прямо у меня перед носом щупальце обхватило ногу одного из Паладинов-щитоносцев и утащило его из строя. Меньше чем за секунду беднягу облепило со всех сторон шевелящееся месиво. Я даже не пожалел одного из двух оставшихся Монолитов.

И парню легкая фантомка в виде простуды, и твари в кучу собрались. К тому же это непонятное существо с щупальцами, таящееся в мутной жиже под ногами, тоже сдохло. Но нас становилось все меньше, а диаметр круга постепенно сокращался.

Гаро и Амидраэль тоже уже вовсю сражались, а тварям ни конца, ни края. Из-за перевала давно уже не показывалось новых, но даже имеющихся по нашу душу хватит. И даже Йорк, вернувшийся к нам, хоть и крушил нещадно, не мог убить всех.

— Гаро, — крикнул я, силясь перекричать вой и вопли. — Вам надо уходить с Маусом. Мы не выстоим.

Это не была паника или дизмораль. Простая констатация факта. Нам бы перезарядиться, подлечиться, восполнить ману и зарядить руны. Мы бы их утюгом раскатали по этому кратеру. Но сейчас, на износе, на лимитах и пределах своих сил, мы не справлялись.

Йорк не подпускал к нам громадин, метко отстреливая Гомункулов, Крушителей и Непрекословных. Но даже тех, что прорывались, с лихвой хватит.

— Арч, — произнес Гаро, приняв решение. — Забирай Ами, а я останусь с Паладинами. Кто-то должен командовать обороной и агрить их на себя.

— Тогда лучше я, — ответил Вест, размахивая своими кинжалами. — С двумя десятками профи я справлюсь.

— Нет, — запротивился Гаро.

— Упрямый баран, — в сердцах бросил я. — Маус, вытаскивай нас.

Это было прямое нарушение неписанного правила Роркха. Приказ капитана не обсуждается, а выполняется. Но будем честны, глава гильдии и основатель Святых Паладинов будет куда полезнее, чем лучник с пустым колчаном.

Паладины выиграют нам время, так что мы сможем оторваться от тварей. Будем надеяться, что Мечник с компанией расчистили нам дальнейший путь.

Гаро не успел ничего возразить. Их с Амидраэль просто окутало белым полотном, которое через мгновение схлопнулось. Круг сузился еще немного.

— Ну что, парни? — весело воскликнул Вест. — Аллилуйя?

— Аллилуйя! — радостно откликнулись Паладины.

Да, эти парни не унывали. Прав был Йорк, слабаков тут не осталось. Эти только и рады забрать с собой побольше тварей и я их понимаю.

Маус работал на пределе оставшихся сил и маны. То есть очень медленно. Вслед за Гаро и Амидраэль ушли Эл и Неми. Первого отправил Йорк, а вторую я. Если Эл зачем-то был нужен, то девушка просто ничем не могла здесь помочь нам.

Я бился до последнего вместе со всеми. Если точнее, то до последнего патрона, не считая барабана в Сетройте. Все это время Вест четко раздавал указания, и ни у кого даже мысли не возникало оспорить приказы.

Все-таки он хороший капитан, я бы не смог посреди битвы переключиться на управление левыми людьми. Тем более такими, у которых опыта командной игры в разы больше, чем у нас с Вестом вместе взятых.

— Арч, вам пора, — рука Веста легла мне на плечо.

В руках у лучника была сияющая искусными рунами стрела. Даже не знаю где он ее прятал, но раз она до сих пор у него, то лучше убраться подальше. Под конец держат только нечто реально опасное.

— Маус, давай, — кивнул я, а затем обернулся к Весту, показав большой палец. — Покажи им тут.

Белая пелена окутала меня с ног до головы, а ноги внезапно очутились на чем-то твердом. От неожиданности я все же не смог удержаться и упал на колени. Рядом плашмя рухнул Маус, тяжело хватая ртом воздух.

— Все, — прошептал он. — Я все, надо отдохнуть. Разбудите меня через два дня.

Я ничего не ответил, неотрывно наблюдая за сражением. Руническая стрела белой вспышкой взметнулась в воздух и зависла метрах в пятидесяти над головами сражающихся. От нее в землю выстрелили тонкие нити жгутов, а между ними появилась полупрозрачная пелена. Какая-то разновидность Рунического Купола? Или Клети?

Но так или иначе, радиус у этой штуки внушает. Практически все монстры оказались внутри. Следом Паладины сказали свое последнее слово, активировав святые гранаты. Никакого звука или вибрации. Просто все пространство внутри, пусть будет Клети, моментально стало молочно-белым.

Пара секунд и все растаяло. Исчез барьер, пропало сияние, а внутри не осталось никого живого. Кроме громадного черного рыцаря с мечом и револьвером в руках. Йорк медленно обернулся, осматривая поле боя, и пошел в нашу сторону.

Гаро уже во всю командовал, но мне ничего не сказал. Потом разберемся, кто был прав, а кто лопух. Сейчас надо было перевести дух и прорываться дальше. Маус успел перекинуть с нами еще четверых Паладинов ближнего боя, но у ребят даже встать не было сил.

Впрочем, как и у меня. Пошарившись по карманам, выбрал из кучи склянок одну с бледной жидкостью. Осмотрел ребят и в итоге отдал ее Маусу.

— На выносливость. Последняя.

Во мне таких уже три штуки, но эффект давно закончился. Остались еще Берсерк и Кровь Титана, но это совсем на крайний случай.

Зато Неми во всю молилась и я Оком видел как это происходит на самом деле. От бредущего в нашу сторону Йорка расходились мягкие волны энергии. Только двигались они не во все стороны, а словно широкие ручейки стекались к нам.

Сила обволакивала Неми, словно напитывая ее. А затем расходилась в стороны от Служительницы. Но если от Йорка энергия била толчками, словно пульсируя, то Неми скорее мягко сияла.

Через пару минут молитвы стало немного легче. Эта растекающаяся сила успокаивала, обволакивала и проникала в тело, будто выталкивая усталость и ноющую боль. Но долго так сидеть мы не могли, поэтому негласный перерыв окончился с прибытием нашего личного бога.

— Самая легкая часть позади, — прогудел он. — Дальше пойдут уже серьезные противники.

— А ты не мог… — я поводил в воздухе рукой, подражая Йорку. — Ну там, к ноге и все такое. Как с Королем Химер.

— Как я по-твоему должен был их подчинить? Они же не Химеры.

— А, ну да. Не подумал, — пробурчал я.

— Ляпнешь тоже, капитан, — усмехнулся Маус.

— А ты, я смотрю, полон сил и энергии? Наверное, хочешь в авангард?

— Подъем, — прервал всех Гаро. — Здесь нельзя оставаться. Идем до ближайшего укрытия и там делаем привал. Вперед, вперед.

Мы еле поднялись и поплелись к видневшимся руинам. Там торчали коробки более-менее сохранившихся трехэтажных строений. Судя по архитектуре и остаткам барельефов, мы приближаемся к центру. Еще час-два и дойдем.

Разумеется, если никто нам не помешает, но это уже из разряда фантастики. Но до укрытия мы все же добрались без очередного боя. Старый, покрывшийся паутинами трещин, кирпич, не выглядел надежным. Но разве что от чужих взглядов он нас укроет, не больше.

— Не нравится мне это, — прогудел Йорк.

— Знаем, — устало ответил я. — Затишье перед бурей. Роркх не дает передышек просто так.

— Вообще-то именно это он и делает, — возразил рыцарь. — Он дает вам набраться сил и пополнить резервы. Потому что так веселее. Это же игра.

— Ну спасибо, успокоил, — пробурчал я себе под нос.

Я добрел до Гаро, который помогал остальным. Мауса отправили на верхний этаж, следить за обстановкой вокруг. Ами и Неми помогали выжившим как могли.

— Гаро, есть патроны на пятый?

— Я с четвертым, — ответил он. — И уже пустой.

Приплыли. Но Гаро хоть в броне танковать может, а я совсем бесполезен буду. Ну практически. Глянул туда, откуда мы пришли. Если вернуться в кратер, то можно пособирать стоковых патронов. Правда теперь их придется вылавливать, стоя по колено в останках тварей.

Да и времени на это нет. Древние должны были расчистить нам коридор вдоль центральной улицы, но это не значит, что мы вырезали весь Роркх. Да и Йорк дело говорит. Битвы были долгими и изнуряющими, но это явно не все.

Пока что вся эта ночь тянет на весьма серьезную третью волну по степени угрозы. Но мне кажется, что стоит готовиться к чему-то большему.

— Роркх здесь, — произнес Йорк в тишине. — Я чувствую его. Он создал себе физическое воплощение.

— Типа как Аватар?

Вместо ответа вдалеке раздался чудовищный рев и грохот. И в этом звуке было столько боли, что даже Джекс провалил проверку ужаса. Так реветь могло нечто очень большое. А судя по наступившей тишине, что-то большое только что умерло.

— Хана дракоше, — произнес Маус откуда-то сверху. — При всем уважении.

И следом стена напротив обвалилась внутрь здания, словно ее тараном снесло. Из пролома показалась огромная мерзкая харя какой-то жабовидной твари. Распахнув широкую пасть, она обрушилась на гору кирпичей перед собой.

Раздался глухой стон, тварь отскочила назад, сжимая в челюстях одного из Паладинов. Бедняга скорей всего сидел прямо на том месте, откуда вылез монстр. Вряд ли это было совпадение.

Я не успел толком среагировать, да и не помочь уже ничем. Я видел только половину Паладина, потому что остальная часть целиком скрылась в чудовищных размеров глотке. Тварь задрал голову и целиком проглотила ханта, даже не разжёвывая.

Вместе с полным доспехом и всей экипировкой. Я поморщился от этого зрелища. Хуже фантомки не придумаешь, чем быть переваренным живьем. Сетройт послушно плюнул вдогонку твари, но я не попал.

Бетельгейзе угодила в тушу Гончей, что запрыгнула через образовавшийся пролом. А следом на нас полетели еще твари, мгновенно заполонив свободное пространство. Эл рывком сместился к Неми, закрывая ее собой. Я рванул к нему, давая служительнице возможность отступить подальше.

— Они лезут из-под земли, — раздался голос Мауса.

Еще одного Паладина буквально накрыло с головой с десяток монстров. Повалили, навалились сверху, а меньше чем через пару секунд окровавленные конечности ханта полетели во все стороны.

Сетройт выпустил последнюю пулю, экономить смысла не было. Мы с Элом отбивались от нахлынувшей орды плечом к плечу. Впереди, прямо в проломе стоял Йорк, размахивая своим пылающим клинком.

Рыцарь не поместился целиком в дыре, поэтому просто обвалил своим рогатым шлемом кусок стены. Но твари тоненькими ручейками лезли в обход него. Пара Плетущих заползала в окна по бокам здания.

Следом помещение наполнилось бледно-голубым огнем взорвавшихся карт Мауса, но это не сильно помогло. В каком-то смысле только прибавило хаоса.

Белая тень упала слева от меня и воздух засвистел, разрезаемый шпагой фокусника.

— Колода закончилась, — бросил он. — Арч, мне надо сорок секунд и я смогу всех их убить.

— У нас нет сорока…

Я не договорил. Пол в центре комнаты вздыбился и разлетелся щепками во все стороны, разбрасывая угодивших под взрыв монстров. Раздался еще один крик полный боли, но в этот раз короче.

Тварь с жабьей мордой выскочила прямо из-под ног Паладина, сомкнув челюсти где-то в районе его груди. Но этому игроку повезло больше. Жирное тело червя по инерции взлетело еще на несколько метров, так что Паладин пробил головой потолок и затих.

Червь рухнул обратно в дыру и исчез с добычей. Но все понимали, что следующая атака может прийти откуда угодно. Судя по интервалу примерно через десять секунд. Девять…

Глава 16. Иногда сны, это не просто сны

Удар молнии пришелся прямо в дыру посреди пола. Молния просто упала с неба, пробив остатки крыши и перекрытий, засыпав все вокруг осколками кирпичей и поджарив с десяток тварей.

Воздух наполнился клубами взметнувшейся пыли и гари. Озверевшие от этой атаки монстры накинулись на нас с удвоенной силой. В левой руке кинжал с рукоятью из красного дерева, в правой мачете.

Я не был так уж хорош в ближнем бою, но нам втроем с Маусом и Элом вполне удавалось сдерживать напор тварей, а Неми накрывала нас молитвой.

Ветвистая молния влетела в провал, бывший когда-то окном. Честно, я решил, что сейчас мы тут и спечемся, но атака цепью прошлась по тварям, словно игнорируя хантов. Одна, а за ней и другая, потом третья.

Следом откуда-то сверху упала иссиня-черная глыба метала, разом расплющив пару монстров при приземлении. А в следующую секунду глыба выпрямилась и принялась с хохотом молотить тварей огромными топорами.

— Твою мать, это же…

Из дыры в стене вылетело несколько слизких щупалец, которые схватили и обвили сразу с десяток тварей, а затем утащили их наружу. У меня над головой просвистели пули, каких я еще не встречал в Роркхе.

Вместо того, чтобы пробивать панцири и чешую монстров, они их отбрасывали и рикошетили в сторону, словно резиновые. Через пару секунд все помещение заполнилось скачущими во все стороны пулями, разрядами молний, а посреди этого безумия танцевал смерч стали и острых лезвий.

Битва закончилась за несколько мгновений, а я все еще опасался шевелиться, пока пули не успокоились. Все стены и пол были покрыты вмятинами размером с кулак. То же самое и с броней чудищ. Некоторым просто вмяло их черепа, словно головы тварей были сделаны из фольги.

— Ну что, — ухмыльнулся рыцарь, снимая шлем. — Можете начинать рассыпаться в благодарностях.

Лицо мне не знакомо, но вот архетип и стиль боя очень даже запоминающийся. Так что особо сомнений не оставалось.

— Два Лиса на магнитных катушках у стрелка, — раздался голос из-за спины. — А где териантроп, вампир и телекинетик? И та девчонка, что все крушит?

В помещение зашел ухмыляющийся тощий хант с тяжелым ружьем на плечах. Знакомые накладки обросли шипами и какими-то механизмами. Но игрок по прежнему таскал его на плечах, словно коромысло.

— Лов, Шард, — поприветствовал я парней. — Спасибо. Но как вы тут оказались? И если вы тут, то где Маришка?

— Делать мне больше нечего, кроме как в эту кашу лезть, — раздался тонкий девичий голос. — Шард, достань.

Я посмотрел на хрупкую девочку в бежевом платьице. В руках у нее была вязаная игрушка монстра из пасти которого торчали языки-щупальца из красных лент. Этот был куда больше, а еще у Маришки с плеча свисала сумка.

Судя по всему не тяжелая, но набитая чем-то под завязку. В этот момент громадина с топорами спрыгнула прямо в дыру в полу. Через пару секунд Шард выбрался обратно и протянул Маришке огромную куклу Червя с жабьей мордой и глазами-бусинками.

Игрушка была размерам чуть ли не с саму Маришку, но она все равно взяла ее двумя руками и закинула себе на плечо.

— Эй, Арч. Ты мне должен дуэль, помнишь? — ухмыльнулся Лов, легонько пихнув меня прикладом ружья.

— Ага, — произнес я. — Победишь Мечника, тогда и приходи.

Я пихнул его локтем в ответ и все-таки не смог сдержать легкой улыбки. Скорей всего от облегчения. Я уж думал мы в этой кирпичной коробке и поляжем дружно.

— Хах, Лов, — засмеялся Шард. — Да он тебя и без дуэли сделал.

— А я что, я и с Мечником бы смахнулся.

— Какими судьбами, Маришка? — спросил Гаро.

— Прошли по краю кратера, — пожала она плечами.

— Почему ты не пришла с остальными к открытию портала? С тобой не могли связаться.

— Я больше не Расв. И тебе не подчиняюсь.

В этот момент я наконец обратил внимание на спину девушки. Бросив взгляд на Шарда, убедился, что мне не привиделось. К тому же танк даже развернулся, чтобы мне было легче рассмотреть.

На спинах хантов была намалевана демоническая рожица с обломанными рогами и крестами вместо глаз. Получается…

— Арч, Гаро, — поприветствовал вошедший на территорию паренек.

Худой, светловолосый, он поправил очки. На спине у него висел тяжелый рюкзак, с торчащими отовсюду проводами и антеннами. В руках два стимпанковских пистолета. Я узнал его, хоть и до сих пор не знаю имени парня.

— Хохочущие заняли позицию вокруг. Это вам.

На землю упал туго набитый мешок. После чего светловолосый молча вышел наружу. Маришка последовала за ним. Шард же обернулся ко мне и протянул мешок поменьше.

— Жуткий мужик просил передать, что это тебе, лошара, — ухмыльнулся здоровяк. — Лошара, это цитата.

— Нафига вам Хохочущие? — спросил я, приняв мешок.

— Они искупают свои грехи, мы свои, — пожал плечами рыцарь, скрипнув сочленениями.

— А вы-то где накосячили? — удивился я.

— Мы — нигде. Но она считает иначе. А куда Маришка, туда и мы.

— Не понимаю, — произнес я, распутывая тесемки.

— Ну так не все же хотели оказаться в этой гильдии, — произнес Лов. — Нам она тоже нафиг не сдалась.

Забавно. Хохочущие и отряд Маришки вкладывают в эти слова разный смысл, но суть получается одна и та же.

— Бывай, Стрелок, — махнул Шард мне лапой и вышел из здания.

— Жди, Арч, — усмехнулся Лов. — Сначала Мечник, потом и твоя очередь.

— Удачи, — искренне пожелал ему я. — Пусть твоя смерть будет быстрой.

Когда троица вышла наружу, мимо нас прошло еще несколько хантов, вооруженных по последнему техномагическому писку моды. Вот уж неожиданная поддержка.

— Кто это был? — спросил Эл, отхлебывая какой-то эликсир.

— Одни говнюки, — произнес я. — Но, видимо, не все из них хотели быть такими.

— Мне казалось, что быть говнюком, это добровольный выбор каждого.

— Мне тоже так казалось, — ответил я. — Но похоже, что мы оба ошибались и бывают исключения.

Ребята притащили нам припасы. Эликсиры на ману, выносливость и бодрость. Немного медицины и даже сухпайки. А я наконец-то смог развязать свой мешок и вытащил на свет патрон пятого калибра.

Белая гильза с намалеванными на ней от руки черепками, крестами, сердечками и всякими надписями. Целый мешок, так-то. Глянув на Гаро, увидел у него в руках такую же россыпь, только четвертого калибра.

— Зная этого жуткого мужика, — произнес я. — уверен, что половина из них стреляет конфетти.

— Две трети, не меньше, — ответил Гаро. — Я его дольше знаю.

— Задницеразрыватель, — прочитал я мелкую надпись на гильзе.

— Точно конфетти, — произнес Гаро.

— Однозначно, — согласился я.

Но патрон выбрасывать было жалко. Вдруг у Рэда проснулась совесть? В конце концов мы же посреди самой важной битвы за всю историю Роркха. Не будет же он и тут придуриваться? Хотя кого я обманываю, это же гребаный Рэд.

Патрон лег в барабан Сетройта. Все равно я не планировал из него стрелять. Мельком оглядев остальные гильзы, не смог найти никаких закономерностей, что позволили бы отсортировать зерна от плевел. Да и ладно.

Мне потребовалось около двух с половиной минут, чтобы полностью раскидать боезапас по местам. За это время остальные немного пришли в чувство, отпоили друг друга, и наспех перекусили.

Непонятные сухие пластинки из сухпайка давали небольшие бафы на здоровье, бодрость и концентрацию. Любая мелочь будет полезна.

Один из Паладинов оказался тяжело ранен, другой щитоносец быстро встал на ноги. Гаро и Ами залиты кровью, но вроде бы живы и здоровы, насколько это вообще возможно.

Маус пока еще не мог колдовать, но шпагой он орудует на уровне. На Неми ни царапины, а Элу хватило пары минут и трех пузатых склянок, чтобы прийти в норму. Его меч давно сломался, но артефакт Расвов не подвел.

— Готов? — спросил я парня.

— Нет, но какая разница? — флегматично ответил он.

— Ну тогда выдвигаемся, — произнес Гаро.

Хохочущие были сами по себе, так что после спасения наших задниц просто пошли дальше. Даже отсюда виднелись вспышки молний и грохот впереди. Ребята явно в курсе происходящего и шли умирать.

Значит знают, что оставаться в живых тут опасно для реального здоровья. Эх, чую скоро в Роркхе начнется нешуточный передел территории. Если от Роркха вообще хоть что-то останется.

Мы двинулись следом своим небольшим отрядом, как нас окликнули сзади. Я было напрягся, но к нам подходила тройка хантов. Вроде бы не Расвы, но игроки, не неписи.

— А вы-то откуда? — изумился Гаро.

— Наш отряд зажали в руинах, — ответил паренек с щитом, прихрамывающий на левую ногу. — Думали уже все, как появились эти с карманными молниями.

— Я командующий Гаро. Если хотите с нами, то под моим командованием. Это мой заместитель, Амидраэль.

Если главу Расвов кто-то еще мог и не вспомнить, то одного из игроков легендарной семерки знали все. А учитывая то, что Ами была единственной девушкой из них, то ее популярность среди игроков сравнима с Парагоном.

Экипировки у троицы было не много, но нам любая помощь была не лишней. К тому же пополнение больше пялилось на наш отряд от удивления. Амидраэль и глава Расвов, меня вроде вообще не узнали. Но вот смотрели они больше не на нас.

Все пялились на громадину с мечом и револьвером. Кажется, Йорк с каждой битвой становился все больше и больше, обрастая все новыми кусками какой-то матовой брони, что сейчас больше походила на какие-то наросты.

— Все языками почесали? — прогудел бог. — Кристалл сам себя не сломает.

— А че он такой злобный? — шепотом спросил меня хромой.

— Трезвый, — ответил я.

— А-а… Понимаю.

Наше шествие можно было бы назвать спокойным, если бы не следы бойни на нашем пути. Сначала по большей части нам попадались дохлые твари. Причем некоторые настолько истерзаны, что я даже успел порадоваться, что Древние сражаются за нас, а не против.

Но чем дальше мы шли, тем чаще на пути попадались и тела игроков. Самое интересное, что не только Хохочущих Изгоев. Похоже некоторые успели прорваться вперед еще до артобстрела с Пирамиды.

Впрочем, скорей всего каким-то образом увязались за Мечником. Или отсиделись и прошли по стопам Древних. Двигались мы медленно и аккуратно, собрав из прибившихся к нам хантов авангард и арьергард.

Но по мере продвижения к нам прибивались все новые и новые игроки. В основном раненные и измотавшиеся. Они выходили с боковых улиц по одиночке или группами по два-три человека.

Неспособных сражаться Гаро добивал на месте и это было милостью. Нашлись и крохи отрядов Расвов, каким-то чудом выживших в этой мясорубке и уверенно продвигавшихся к центру. Здесь все были боеспособны, потому что своих раненных сами отправили на выход из капсул.

Так что к середине оставшегося пути нас набралось человек тридцать, правда в мелких стычках пятеро погибли. Сейчас такой расклад, что для большинства из них даже слабые монстры первой волны стали смертельной опасностью.

А вот проблема пришла из-за угла. Вернее медленно вышла на центр улицы и остановилась прямо посредине.

— Этого еще не хватало.

Перед нами стояло трехметровое существо с матово-черной шерстью. Львиная морда на человекоподном теле. Когтистые лапы лежат на рукоятях серповидных клинков.

— Еще один Вестник.

— Нет, это он, — произнес Йорк.

— Роркх и Аватаров может выпускать? — паршивые новости.

— Скользящему не нужно его разрешение. Это не игровой мир.

— Так, какой план? — спросил я. — Как будем его валить?

— Никак. Он пришел не сражаться. Он пришел умирать.

— Не понял, — странно, но это произнес не я, а Гаро.

— Высший жрец Алтарайи, не сумевший защитить свой народ. Позор расы и честь обязывает его погибнуть в поединке с достойным воином.

— Ну, это я всегда готов, — выпрямился Маус.

— Зачем ему умирать? — спросил я. — Он же подчиняется Роркху.

— Не равняй Алтарайи с другими расами, Стрелок, — произнес Йорк. — Честь для них больше, чем слово. Особенно для высших жрецов.

Затем Йорк откуда-то вытащил два изогнутых меча, нечто среднее между саблей и серпом. Только с более широким обоюдоострым лезвием. Никогда таких раньше не видел. И где он их прятал все это время.

— Я видел сон, в котором ты был великим воином, — произнес Йорк, протянув оружие.

— Я? — удивился Эл и посмотрел на меня.

— Иногда сны это не просто сны, — пожал я плечами. А затем кивнул в сторону Йорка. — Тем более, если это его сны.

Ведьмак неуверенно взял оружие и посмотрел на Аватара. Тот молча кивнул и пошире расставил ноги. Эл немного повертел оружие в руках, пытаясь привыкнуть.

— Переверни, — произнес Йорк. — Это не мечи, а клыки. Они должны рвать.

— Я не умею сражаться этим, — произнес паренек.

— Он поможет.

Под скрип сочленений, все разом обернулись назад, куда указывал бог. Прямо по нашим следам медленно шел черный кот. Но прямо на ходу он увеличивался в размерах, а все его тело поплыло, изгибаясь.

Через пару метров кот встал на ноги, выпрямил спину и поднял голову, не сбавляя шага. Еще несколько метров и к нам шел лев с такой же черной шерстью, как и у Аватара. Статный, гордый и в чем-то даже красивый.

Это был мощный, мускулистый зверь, пусть очертаниями тела он и напоминал человека. И пусть в высоту он был ростом с обычного ханта, я с гордостью отметил, что грива у него гуще, а лапы выглядят мощнее.

Хант Черча сделал рывок и влетел прямо в опешившего Эла. Только вместо того, чтобы сбить его с ног, просто пропал. Как будто вселился в тело ханта. Хотя он же призрак, так что именно что вселился.

— Эл? — встревоженно спросил я.

Парень тяжело выдыхал, глаза на выкате, грудь ходит ходуном. Он пошатнулся, словно пьяный, но устоял. Затем прикрыл глаза, медленно вдохнул, выдохнул и улыбнулся. Повел руками и странное оружие засверкало и запело, рассекая воздух. Это выглядело так естественно, будто он всю жизнь с этими клыками воевал.

— Обалдеть, — наконец произнес он, глядя на свои руки. — Я знаю кунг-фу.

— Эм-м, — я аккуратно положил руку ему на плечо. — С тобой все в порядке? Не бредишь?

— Ты не смотрел этот фильм? — удивился он и оглядел остальных. — Это же классика. Ну вы чего, такой момент испортили. Молодёжь, блин.

— С ним точно все в порядке? — спросил Маус. — Эл, ты не перегрелся? Перепутал кто тут молод?

— Мне сорок пять вообще, — пожал плечами Эл.

— Кхм, — кашлянул я в наступившей тишине. — А как тебя вообще Роркх-то зацепил?

— А он и не зацепил. Просто тут есть какие-никакие ограничители боли. А в реале нет. Так что я тут отдыхаю.

— Время, — произнес Йорк. — Нам надо двигаться дальше.

— Ладно, — ответил я. — Потом поговорим. Удачи, великий воин.

Хоть Йорк и уверял, что Аватар пришел тут помирать, но мы все равно сдвинулись к краю улицы. И так и прошли гуськом, оставив дуэлянтов позади.

Эл, конечно, сумел удивить. Впрочем, это мой просчет. В реале мы не виделись, а я особо и не расспрашивал. Как-то не до того было. В таком возрасте, да играть в Роркхе. Он не мог подсесть, значит заходит добровольно.

Это насколько паршивая и трудная должна быть у человека жизнь, что ему в этом чудовищном месте лучше, чем в реале? Ладно, об этом еще успеем поговорить в другой раз.

Удивительно, но мы все же прошли. Получается Йорк знал, что так будет? Раз он сказал оберегать Эла. Но на крайний случай у нас и Маус неплохо фехтует. Понятное дело, что лучший из выживших мечников, это Эл и Амидраэль, так что все сходится.

Но когда Йорк говорил об этом, был жив еще и Вест. Обоерукий мечник, пусть это и не его профиль. Впрочем, размышлять о поступках и мотивах бога, можно и голову себе сломать. А в этом месте есть и более простые способы сдохнуть.

До центра оставалось рукой подать. Этот многочасовой марш уже начинал казаться мне бесконечным. Вплоть до того, что даже действие эликсиров и бафов от еды, что притащили нам Хохочущие, давно закончились.

Мелкие стычки продолжились, выкашивая наши малочисленные ряды. Но это уже даже на сопротивление не тянуло. Просто чтоб совсем уже не расслаблялись. Да и умирали в основном остальные игроки. Расвы хорошо умели держать боевое построение и работать в большом отряде.

К слову, Рэд оказался не таким уж и говнюком, каким мы его считали. Конфетти было напихано лишь в четверть всех боеприпасов. Причем, словно в насмешку надо мной, у Гаро холостым выстреливал в среднем один из десяти патронов.

Но радоваться добродушию нашего с ним наставника рановато. Может нам просто везло все это время.

— Твою же импову мать, — протянул Маус, глядя вперед.

— Вот это да, — произнес я.

Улица была перегорожена целым валом из трупов самых разнообразных тварей. Большинство растерзано, многие просто разорваны на куски. А на самом верху этого вала лежала окровавленная мохнатая туша ликана.

— Вот это поохотился, — произнес я с уважением.

— Рино под меткой и не такое устраивал, — произнес Маус.

— Рино был на таких стероидах, что и с Мечником мог потягаться. Пару минут.

— И тем не менее.

— Не забывай, сколько растерзанных тварей он еще оставил по пути сюда.

Хоть я и горжусь нашим танком, но и принижать заслуги Хродвентира не собирался. К тому же что-то в его поведении было мне знакомым. Такое чувство, что бог ликанов не просто занял ханта, а объединился с Рино. И вот это уже походило на произведенный эффект.

Перебраться через скользкий, рассыпающийся вал тел, оказалось куда как не просто. Особенно в нашем состоянии. Но после всего, через что мы прошли, было бы глупо остановиться перед горой уже дохлых тварей.

Но стоило последнему из игроков соскользнуть по груде тел, как земля под ногами завибрировала.

— Упс, — произнес я.

— Это засада, — произнес Гаро. — Стена щитов.

Вся стена, это Паладин, Амидраэль, сам Гаро, да парочка хантов ближнего боя. И это вряд ли остановит десяток Бронерогов, взявших разгон в нашу сторону.

— Гребаный Роркх, — проворчал я напоследок.

Было понятно, что твари готовились к нашему приходу. И ждали именно нас. Потому что по бокам не было никакого прохода, тут все завалено либо камнями, либо телами. В том числе и из числа Хохочущих. Их твари убили всякой мелочью, а живой молот оставили напоследок.

Земля уже ощутимо дрожала под ногами. С флангов к нам неслись разнообразные твари, за спиной обваливающийся вал истерзанных тел, а нас вот-вот закроет несущееся стадо.

Я быстро прикинул варианты. Есть один Монолит, да еще зелье Крови Титанов. Если подгадать момент для броска, да повторить фокус с выстрелом по глазам, что я провернул на пирамиде…

Может быть и получится.

— Там три волны одна за другой, — произнесла Амидраэль, моментально обрушив зачатки моего плана. — У нас меньше минуты до первого столкновения.

— Мне хватит и сорока секунд, — произнес Маус.

Ударная волна чуть не сбила меня с ног. Просто земля под ногами затряслась и это было не из-за несущихся в нашу сторону Бронерогов. Я завертел головой в поисках нового источника опасности.

— Дамы и господа, — раздался веселый голос Мауса.

Фокусник приподнял свою трость над землей и медленно опустил ее обратно. Очередная сейсмическая волна, разошедшаяся во все стороны, наполовину обвалила баррикаду за нашей спиной.

— Вы ждали этого момента всю свое жизнь и вот он настал!

Еще один удар тростью, но в этот раз мы оказались готовы. Я пошире расставил ноги и устоял, хотя несколько игроков все же рухнули на пятые точки.

— Маус, — рявкнул Гаро, — ты чего удумал?

— Получить свои пять минут славы, Гаро, — ухмыльнулся Маус. — Я же говорил, что мой шанс еще наступит. И это он.

Удар о землю и воздух прорезал звук трубы. Я с удивлением уставился на непися с повязкой на глазах, которого Маус тащил с собой. Я вообще думал, что он еще в кратере помер, а нет.

Маус ловким движением схватил воздух и потянул на себя. Что-то неуловимое появилось в пространстве. Он повторил жест и я со своего места увидел отражение в зеркале. Словно оно всегда тут было, просто в толщину тоньше миллиметра и стояло как раз ребром ко мне.

Трубач оказался как раз между двух зеркал, образующих бесконечный коридор. И в тысячах отражений были тысячи одинаковых неписей с тысячами одинаковых труб.

— Дамы и господа, добро пожаловать…

Маус взмахнул плащом, разом развернув все зеркала в нашу сторону, хотя их было всего два, а улица в ширину всего пару десятков метров. Но тем не менее наш, не побоюсь этого слова, виртуозный фокусник, как-то сумел это все провернуть.

— На величайшее шоу!

Тысячи музыкантов, которые на самом деле один, разом задули в трубы, заиграли фанфары, откуда-то раздался звук барабанов, а оркестр заиграл торжественную мелодию.

Маус стоял посреди древних руин, на фоне горы скользких расчлененных тел в своем сияющем белизной плаще. И все вокруг словно поблекло. Его фигура была пятном света в океане темноты, которая приковывала к себе взор.

Маус взмахнул тростью и тысячи зеркал завертелись вокруг своих осей. Удар трости о землю идеально вписался в такт музыки и вызвал очередное локальное землетрясение. Зеркала, словно по волшебству, замерли все разом.

Трубача больше не было, хоть музыка никуда и не делась. А у нас за спиной теперь было одно сплошное зеркало. Мы больше не видели вал из трупов, зато лицезрели отражение несущегося в нашу сторону стада.

— Твою ж, мать, — прошептал я в восхищении, когда понял, что он задумал.

— Да, Арч, — поклонился Маус. — И лучше вам убраться подальше, прежде чем они столкнутся со своим отражением.

Он вновь взмахнул рукой, заставляя полы плаща развеваться в воздухе. Я обернулся и увидел, как впереди из пустоты к нам разворачивается огромное зеркало в тяжелой белой раме, украшенной искусной резьбой. И весь наш отряд оказывается посреди бесконечного коридора.

Это было настолько завораживающе, что я даже завис на пару секунд. А по бокам от рамы все нарастало пылевое облако из-под копыт рогатых чудовищ.

— Пошли с нами, Маус, — я обернулся, чтобы схватить фокусника за плечо. Но моя рука уперлась во что-то твердое и идеально плоское.

Сердце ухнуло в пятки. Я смотрел на отражение Мауса, который в этом зеркале стоял за моим плечом. Впрочем, как и все последние годы, что я был Расвом. Фокусник ободряюще улыбнулся мне.

— Боюсь, это так не работает. Иди и не порть мне выступление.

Я снова обернулся, отчего у меня закружилась голова. Слишком много зеркал и повторяющихся отражений. Я понял, что начинаю теряться в пространстве. Тяжелая рука в латной перчатке схватила меня за плечо и подтолкнула к белой раме, о которую я чуть не запнулся.

Здесь не было зеркала. Просто рама и тысячи ее отражений, образующих прямой проход. Игроки уже неслись вперед по зеркальному коридору, перепрыгивая через одну и ту же раму белого дерева раз за разом.

Я все же не удержался и обернулся на последок к Маусу, стоящему в лучах прожекторов посреди потемневшей улицы.

— Фанфары, это же просто для антуража? — улыбнулся я. — Устроил целое представление?

— Арч, — ответил ухмыляющийся от уха до уха Маус. — Все дело в деталях. Всегда все дело в деталях. Они позволяют завладеть вниманием зрителей, а следом и их разумом. И только тогда появляется шанс, что родится шедевр. А я, как величайший иллюзионист, научился этому у величайшего мастера.

— Пока мы сражались с Роркхом, ты у него учился, — усмехнулся я.

— И хотя бы на этот миг, но ученик превзойдет своего учителя, — удар трости заставил зеркала пойти рябью.

В этот момент я понял, что Бронероги уже совсем близко, а с ними лезли и другие твари Роркха, что пытались зажать нас в тиски.

Я прыгнул в проход и побежал, что есть сил, нагоняя остальных. Расстояние между двумя рамами было всего несколько метров, так что приходилось буквально скакать, дабы не споткнуться. И в каждом таком отрезке я видел две сближающихся армии.

Примерно на тридцатом переходе начался хаос под звуки оркестра и бой барабанов. Чудища на полном ходу столкнулись со своими отражениями, зеркала лопнули мириадами осколков, а воздух наполнился ревом.

Отраженное стадо при столкновении оказалось не менее реальным, чем посланное Роркхом. Это как тогда в партии в Мидтауне, когда Маус чуть было не положил весь отряд броском одной карты, отраженной в сотнях зеркал.

Только сейчас, в полумраке, да под музыкальный аккомпанемент, все смешалось в настоящую круговерть безумия. Я бежал вперед, не разбирая дороги, но каждый новый коридор словно бы отставал на несколько секунд от предыдущего.

Я раз за разом проносился мимо сталкивающихся друг с другом Бронерогов. Раз за разом меня осыпало мелкой стеклянной крошкой, но под предсмертный вой и грохот ударов бронированных чудищ я прыгал в следующее и следующее зеркало.

Прошло несколько секунд, показавшихся вечностью, когда осколки перестали накрывать меня со всех сторон. Теперь Бронероги сталкивались раньше, чем я успевал ступить в очередной пролет бесконечного коридора.

Я влетал в облако мелких отражений, царапая себе лицо и руки, уворачиваясь от катящихся по земле мертвых туш. А следом и белые рамы за моей спиной начали одна за другой разлетаться в щепки.

Сквозь бесконечный калейдоскоп разрозненных отражений ничего не было видно. Я просто несся вперед, делая прыжки через равные интервалы, надеясь, что внутренний ориентир не даст мне сбиться с курса.

Рамы начали взрываться прямо за мной, а те, что впереди, уже покрывались мелкой сеткой трещин еще до того, как я успевал до них добежать.

Я не видел ни Гаро, ни остальных. Они успели убежать далеко вперед, а я корил себя за мимолетное желание почесать языком на последок.

Несколько раз я перепрыгивал через мертвые изрезанные тела игроков, оступившихся или просто запнувшихся об очередную раму. Или выбившихся из сил и потерявших направление в этой бесконечной череде смертоносных столкновений.

— Скользи, — раздался приказ у меня в голове.

В это же мгновение я волей активировал Длань. Взмахнул рукой, разбрасывая летящие осколки во все стороны. Белая вспышка разрезала пространство этого странного места и я рухнул в разрыв.

От неожиданности приземлился на колено, рефлекторно ушел в перекат и вскочил на ноги, чтобы бежать дальше. С размаху влетел в черный доспех Йорка и чуть не шлепнулся на задницу, но все же удержался.

— Спасибо, — поблагодарил я его за подсказку. — Еще не привык к этому.

Я потряс рукой, развеивая свечение Длани, на что Йорк лишь коротко кивнул. А затем я наконец обернулся, чтобы оглядеться. Гаро, Амидраэль, Неми, все живы. Из остальных до финиша добежало всего полтора десятка хантов.

Судя по расстоянию, мы пробежали примерно столько же, сколько и внутри зеркального коридора. Даже отсюда слышны вопли умирающих тварей и видно пылевое облако вдалеке.

— Вот уж действительно, легендарное шоу, — произнесла Неми, подходя ближе.

— Как ты? — спросил я, оглядывая служительницу.

— Нормально. Меня Ами прикрыла от осколков. Собой. Но из наших больше никого не осталось. Мы теперь вдвоем из всего отряда.

— Вдвоем начинали, — улыбнулся я, — вдвоем и закончим.

Мы двинули дальше по улице. Развалины домов постепенно принимали знакомые очертания, значит центр где-то рядом. Все-таки там я бывал довольно часто.

Но миновав ловушку, я нутром чуял, что это еще далеко не конец. Не скажу, что этот путь дался нам просто, да и сдаваться тут никто не собирался. Все варианты возможны, пока мы сами от них не отказались. В том числе и наша победа.

Только вот признаки грядущего звиздеца начали попадаться нам на глаза все чаще и чаще. Сначала это была красная лента, зацепившаяся за какой-то камень, но все еще развевающаяся на ветру, хоть никакого ветра и не было.

Вскоре мы нашли и сломанную монструозную косу. А в ста метрах впереди, посреди кучи камней лежало антропоморфное тело ящера, покрытого чешуей. Его крылья были оторваны и лежали неподалеку, а кровь из многочисленных ран уже успела засохнуть.

Мы прошли вдоль туши мертвого Червя с жабьей мордой. А я даже разглядел иссиня-черный наплечник. Все-таки Хохочущие Изгои действительно круты, раз смогли добраться сюда сами.

Следом мне попадались еще тела Древних, которых я раньше даже не видел. Но Око показывало ауру силы, развеивающуюся по округе. Даже от мертвых тел этих существ веяло чем-то этаким.

Никому не нравилось происходящее. Я первым заметил знакомую деталь в необычном виде. Впереди, прямо посреди улицы торчал кусок стали. И хоть он целиком был покрыт кровью, я слишком хорошо знал это оружие, чтобы не узнать. В основном я видел его покрытым собственной кровью.

— А вот это паршиво, — произнес я, когда разглядел остальное.

Мы подошли к телу Мечника, распластанному на земле. Его же меч торчал из груди. Хауста прибили его же оружием, что в Роркхе считается унижением.

Йорк молча подошел к телу Древнего и взялся за рукоять меча. В то же мгновение все тело Мечника засияло алыми рунами. Они мерно пульсировали, пожирая энергию бога и передавая ее реципиенту. Когда Мечник вздрогнул, Йорк выдернул оружие у того из груди.

Под удивленное перешептывание остальных, Мечника пару раз скрутило судорогой, затем он с трудом перевернулся набок и начал отхаркивать сгустки крови. Затем медленно поднялся на ноги и оглядел нашу компанию мутным взглядом.

— Я не справился, — произнес он, остановив взгляд на Йорке. — Похоже ты ошибся выбрав меня.

— Разве? — пробасил рыцарь. — Он тебя люто ненавидит, судя по всему. Больше, чем кого-либо.

— Помимо тебя, — оскалился Мечник, разминая затекшее тело.

— Меня он боится. Это другое. Выходи, хватит прятаться.

Я не сразу сообразил, что последняя фраза была адресована кому-то еще. Просто залип на мгновение, наблюдая, как внутренности Мечника болтаются внутри стремительно стягивающейся раны. А ему вообще хоть бы хны, крутит корпусом да приседает, чтобы разогнать кровь.

— Не могу, — раздался шелест откуда-то сбоку. — Силы покинули старого Хохуро. Но оно того стоило.

— Возьми, — пробасил Йорк, протянув руку в сторону. — Только не много. Мне еще надо начистить кое-кому рожу.

Из груды камней вылезла лента. Она плыла по воздуху медленно, неуверенно, словно вслепую тянулась в сторону бога. Наконец ее край коснулся металла перчатки, тут же обвившись вокруг ладони Йорка.

Алые руны вспыхнули и энергия запульсировала, переходя от бога к Древнему. Хохуро жадно впитывал чужую жизнь, но вовремя остановился. Через пару секунд завал из камней медленно развалился и из этого кургана показалось тощее тело мумии.

Никакой былой мощи и стремительности не было ни в его движениях, ни в изгибах многочисленных лент. Древний медленно поднялся в воздух, прижимая конечности поближе к телу. Сейчас он казался слабым и беззащитным.

Я победил Мечника на дуэли. С трудом, но победил. Я смог даже надрать задницу Хоху, но только за счет Джекса и его новых способностей. Но даже я не представляю, что за существо способно сначала перебить всех Древних, а затем одновременно сразиться с Хохуро и Мечником. Да еще и победить.

— Ладно, сейчас дух переведу и надеру ему задницу, — произнес Хауст, разминая плечи.

— Справишься? — усмехнулся я.

Боевой настрой этого типа мне нравился, если честно. А самомнением он вполне мог потягаться даже с Маусом.

— Все возможно, Арч, — усмехнулся он. — Пока мы сами не решили иначе. Кстати, сколько набил? Пару сотен хоть взял?

— Триста семьдесят шесть. Плюс-минус три. Я сбился со счета, но почему-то уверен, что именно столько.

— У Джекса глаз-алмаз, — погрустнел Мечник. — Если бы не этот бой. А, ладно, в следующий раз выиграю. Не вечно же тебе будет везти, баловень госпожи Ф.

— Так а сколько у тебя?

— Должен тебе сорок две души.

Обалдеть. Он набил почти в два раза больше, чем в иллюзии. Хотя и тварей тут оказалось куда как больше, так что нечему удивляться. Но все равно, я был на грани. Просто после второй сотни, что я грохнул еще в кратере, успел расслабиться.

Языками мы чесали, как выражается Йорк, уже на ходу. Хохуро медленно плелся позади, но даже в таком состоянии он не отставал. Бог, парочка Древних, пусть и ослабленных, Гаро, Ами, да мы с Неми. Ну и еще пару десятков игроков.

Могло быть и хуже. Так что еще повоюем. Нам бы сотню-другую тварей сейчас, чтобы Древние запитались через руны. Но как назло на пути не было вообще ни одного врага.

Хотя одного я все же увидел, пусть и мельком. Вроде бы улица казалась пустой, только вот стоило глянуть на нее Оком, как голову пронзила острая боль. Это было нечто среднее между вспышкой и тонной гвоздей, вонзившихся в мозг.

Когда я очнулся, то увидел лишь бескрайнее грязное небо и склонившихся надо мной игроков. Неми бережно держала мою голову и пыталась что-то влить в рот.

— Разве тебя не предупреждали не смотреть в глаза тьме? — прогудел Йорк. — Не вздумай использовать Око на проводящем камне.

— А то что? — просипел я. Просто интересно стало.

— Безумие в то же мгновение.

— У меня сверхволя и сопротивление ужасу.

— А я не про ханта твоего говорю.

Меня подняли на ноги. Все плыло перед глазами, а тело будто превратилось в вату. Ноги были чужими, так что поначалу я шел, поддерживаемый Хаустом и Неми. Подобное состояние похоже на рассинхрон, который я иногда ловил, задерживаясь в Роркхе.

Когда Рэд гонял меня на тренировках до изнеможения, сначала в одном мире, затем в другом.

Поэтому я не сразу заметил, как отряд остановился. Зрение почти пришло в норму, а я наконец смог разглядеть что-то помимо своих ботинок.

Еще один косплей классики по версии Роркха. Только вместо трона из мечей посреди улицы стоял трон из костей и мяса. Это была гора тел, принадлежавших исключительно игрокам, неписям и Древним.

Несколько человек вырвало за моей спиной. Но я при этом неотрывно наблюдал за существом, сидящем в импровизированном углублении, откинувшись на «спинку» этого чудовищного кресла.

Вокруг «трона» все залито кровью. Повсюду разбросаны внутренности, а вся эта человеческая конструкция залита красными тонами. С одним единственным черным пятном посредине. Я не сразу разобрал очертания существа, потому что его тело было покрыто сетью багровых прожилок, напоминающих вены.

Такое же сочетание я наблюдал в серверной ОбсСиса, когда смотрел на проводящий кристалл.

Тварь не уступала Йорку в габаритах, а когда она лениво распахнула огромные крылья, то стала казаться еще больше в несколько раз. Существо целиком покрыто какими-то наростами, навроде шипастых бронепластин.

Я так и не смог понять из чего они сделаны. То ли сталь, то ли кость, то ли еще что-то. Выглядело как какой-то биологический доспех, повторяющий форму каждой мышцы. Или это и есть мышцы.

Тварь лениво сидела, разглядывая нас багровыми глазами без зрачков и радужки. Просто два уголька, светящиеся в глубине черных наростов. Оно сидело, облокотившись на кулак согнутой руки, а другой когтистой лапой лениво играло с йо-йо.

Бледный шарик то опускался до самой земли, сплошь покрытой кровью, то возвращался обратно в распахнутую ладонь. Роркх в его физическом воплощении сидел на троне из трупов и игрался артефактом Древнего.

— Время реванша, — прорычал Мечник и двинулся вперед.

У твари не было лица, как такового. Наросты образовывали некие чудовищные очертания надбровных дуг, ушей и носа, но вот рта не было. Вместо него сплошная плоская маска.

И тем не менее, стоило Мечнику выйти вперед, как тварь распахнула пасть. Она просто раскрыла челюсти и маска разошлась в стороны, образуя кривую угловатую пасть, края которой походили на клыки.

Из глотки существа вырвался алый сгусток. С такой космической скоростью, что даже я не успел понять, что произошло. Мечник попытался закрыться, но его оторвало от земли и бросило назад, словно тряпичную куклу.

Хауст пролетел метров десять, сбил двоих хантов, и после этого еще несколько метров кубарем катился по земле. Такое зрелище я видел впервые. Не знаю, записывает ли тут камера хоть что-нибудь, потому что на слово мне никто не поверит.

Я обернулся и вновь взглянул на тварь, от вида которой меня бросило в холод. Не нужно владеть Оком, чтобы почувствовать исходящую от этого существа ауру. Все мои инстинкты вопили, что бежать бесполезно.

Игрок рядом со мной приставил дуло карабина к подбородку и спустил курок. Не знаю, сошел ли его хант с ума или это решение принял сам игрок, но еще несколько человек тоже зашевелились.

— Он вас не тронет, — раздался низкий голос Йорка.

Кажется, только в этот момент я вспомнил, как надо дышать. Я снова почувствовал свое тело и от этого ноги чуть не подогнулись.

— Он здесь из-за меня, — произнес Йорк.

— Ты сможешь его победить? — спросил Гаро.

— Один раз уже смог. Другой раз нет. Но если я не смогу, то никто не сможет. Дальше вы идете без меня.

— Может все вместе? — спросил Гаро. — Вместе у нас больше шансов.

— Вы будете только мешать, — возразил Йорк. — Я обещал, что помогу вам пройти Роркх. Я помогу. Но дальше вы пойдете без меня.

Словно подтверждая его слова, Роркх сжал ладонь. Артефактное оружие Древнего взорвалось тысячью мелких осколок. От йо-йо даже нитки не осталось. Но существо просто сидело на своем троне и глядело на нас.

Гаро пошел первым, прикрываясь щитом. Как и в случае с Алтарайи, мы двинулись колонной по краю улицы, в любой момент готовые к атаке. Но Йорк был прав, Роркху на нас глубоко плевать. Он неотрывно смотрел на бога Войны, даже не замечая нашего присутствия.

— Чтоб тебе яйца оторвали, — прошипел Мечник, ковыляя за нами следом.

Я очень хотел убраться подальше от этого места. Это было не человеческое, а некое глубинное, звериное желание. Я нутром понимал, что сейчас здесь столкнутся такие силы, которым мы не ровня.

Этой твари не нужны армии всех миров. Он сам по себе армия. Это уже не наш уровень и точно не наша битва. Буду молиться Йорку, чтобы ему хватило сил хотя бы задержать это существо.

Надо, чтобы он всего лишь выиграл нам достаточно времени. С остальным мы справимся.

Йорк же дождался, когда игроки отойдут подальше. Поудобнее перехватил оружие, позволяя клинку загореться алым. Напитал револьвер своей силой и сделал шаг навстречу.

Роркх оставался сидеть неподвижным каменным изваянием. И только пульсирующее злобой пламя в глазах говорило о том, что это живое существо.

Не важно кто из них победит, на исход это никак не повлияет. Они оба — лишь физические воплощения. Оболочки навроде хантов игроков. Эта битва будет не на истребление, а за достоинство.

Хотя для Роркха это понятие чуждо. Он пришел сюда ради веселья, как и во все предыдущие миры до этого. Как и во все последующие.

Йорк остановился напротив своего врага и произнес:

— Рад тебя видеть, старый друг. Видел твои новые поделки, пока шел сюда.

— Восьмерка-Ёрка-Йорк-Орк, столько имен, но суть одна. — пророкотал Роркх. — Восьмерке понравились бабочки?

— Так себе, — пожал плечами Йорк, скрипнув сочленениями доспехов. — Ты можешь и лучше, Черный. Ну что, начнем?

Глава 17. Как перестать бояться монстров, что живут в темноте?

Бой двух титанов ознаменовался ударной волной, от которой у меня сорвало шляпу. А мы успели отдалиться не меньше, чем на километр. Следом нас догнала волна жара от надвигающегося пожара.

Но я упрямо не оборачивался. Сам не знаю почему, но я не хотел смотреть на эту битву, да и к тому же без Ока я все равно не смогу ничего разглядеть. Зрение у Джекса острое, но в пределах человеческих возможностей.

Мы продвигались к центру, который уже можно было разглядеть. Я видел знакомые очертания зданий. От Мэрии не осталось ровным счетом ничего, разве что первый этаж. Остальные строения выглядели не лучшим образом.

Разве что церковь почти не обвалилась и даже символ Яра на шпиле цел. Наверное, это должно внушить непосвященным надежду, что они на верном пути. Роркх до последнего играет с нашими умами. Ну или хотя бы пытается это делать.

Монстры здесь были и притом не мало. Никаких Гончих, Служителей Культов или другой мелочи. Вторая-третья волны как минимум. Но и Вестников я не наблюдал. Присмотревшись к тварям, понял, что они все немного отличаются от тех, что я видел раньше.

И двигались они как-то странно. Ходили из стороны в сторону, словно выбирая позицию получше. Атаковать не спешили, хотя некоторые явно рвались в бой. Их тут с пару сотен, не меньше.

— Еще успеешь отыграться, — произнес я, проверяя оружие.

— Больше нет времени на игры, — стал серьезным Мечник. — В другой раз отыграюсь.

— Это Полудревние, — предупредил Гаро. — Они сильнее и умнее обычных тварей.

— Были бы умнее, не оказались бы здесь, — прошипел Хохуро.

— А были бы сильнее, — поддержал его Мечник, — то…

— Тоже не оказались бы здесь? — подсказал я.

— Скучаю по временам, когда регулярно тебя мутузил.

— Боевое построение. Защищать Амидраэль. Прорыв по моей команде.

Я встал за правым плечом Гаро, изготовившись к стрельбе. Остальные игроки заняли свои позиции. Все, кроме Арчибальда и Хохуро. Эти строевую подготовку не проходили и с Расвами не тренировались.

Да и чего уж там. Когда начнется заварушка, нам тоже стоит держаться от этих двоих подальше.

Первыми не выдержали они. Мы медленно подходили на расстояние атаки и я уже взял на прицел первую жертву, как какая-то тварь с щупальцами вместо рук, выскочила из-за обломка стены. Не знаю, как она там поместилась, но атака оказалась неожиданной.

Впрочем, не для нас с Джексом. Заряженный волей Лис выдал усиленный выстрел. Хлопок, грохот, дым и конфетти. Сраный Рэд.

Тварь успела подлететь практически в упор, что ее и погубило. Лисам плевать, что усиливать. Поэтому разноцветные бумажки изрешетили монстра похлеще любой картечи. Тут же подключился кто-то из игроков, чтобы добить тварь.

Жаль, что у Джекса нет маны, можно было бы усиливать выстрелы ей. Но это я уже зажрался, собственно.

Битва началась еще до того, как дохлая тварь коснулась земли. Я не особо умею сражаться бок с обок с другими, но пока мы не перешли в плотный бой, старался отстреливать свой фланг.

Из первых рядов нападавших до нас добрались почти все. Я успел прописать в голову Секачу и какому-то вытянутому слизню. Первый рикошет, второму хватило.

Причем патроны Рэда вели себя крайне необычно. Вместе с рикошетом Секачу разворотило половину маски, но его это не остановило. А вот голова слизня наоборот, словно бы втянулась сама в себя.

Я опустошил оба барабана и уже хотел было уйти в Красную Ленту. Просто понимал, что не успеваю встретить нападающих раньше. Как тут половину первого ряда монстров просто смело.

Во все стороны полетели куски тварей, а окровавленная громада Мечника засияла новогодней гирляндой.

Поначалу медленно и осторожно начали появляться извилистые ленты. И стоило одной такой коснуться твари, как финал для нее становился очевидным. И чем дольше шло сражение, тем чаще и быстрее мелькали алые повязки.

На третьей смене барабанов мне все-таки пришлось вывалиться из общей кучи и уйти в сторону. Полудревние хоть и были разумны, но с таким боевым стилем явно еще не встречались.

Я шел, бежал, уклонялся, отпрыгивал, делал сальто и пируэты, уходя от смертоносных атак. Пальцы рефлекторно перезаряжали оружие, руки безукоризненно находили цели. Кувырок, выход на ноги, пригнуться, пропуска свистящее костяное лезвие.

И в следующее мгновение Лис в упор выносит чьи-то мозги. Может Полудревние когда-то и были людьми, но сражались и дохли они как самые обычные твари Роркха.

И поначалу все складывалось не так уж и плохо. У нас практически не было потерь, Неми вовремя помогала раненным, благо служительница собрала у себя весь набор медицины. Их с Амидраэль берегли, медленно продвигая вперед к кристаллу.

Я уже видел площадь и под воодушевлением открылось второе дыхание. Даже та битва с Хохуро сейчас меркла по сравнению с нынешней. И я при этом далек от отдохнувшего, полного сил человека.

Все устали и морально, и физически. Эта партия тянется вечность, а то и две. Тысячи наших уже полегло, забрав с собой тысячи врагов. И вот, краешком, но уже виднеется заветная цель.

Я стрелял и стрелял, периодически бросая Лисы, чтобы нанести молниеносный и неожиданный удар кинжалом. Затем револьвер снова прыгал ко мне в ладонь и продолжал плеваться смертью.

Один раз я увлекся и играючи разрубил троих Полудревних своим мачете. Сила Джекса и не такое позволяла, только вот оружие не боевое. Так что широкое лезвие все же сломалось, не выдержав нагрузки.

Мимо мелькали золотистые росчерки, значит Гаро активировал святой баф. За моей спиной Амидраэль уже тоже вступила в битву. Ее меч сиял похлеще, чем у нашего командира. Да и остальные ребята не отставали.

Следя за траекторией, дабы не подставиться под случайный дружеский огонь, я маневрировал между лентами-колоннами, над которыми Хохуро собирал свою жатву. Его повязки вновь стали копьями, рассекающими воздух и пробивающими тела врагов насквозь.

И наконец мы шагнули на площадь. Я уже видел пульсацию кристалла, хоть его и заслоняли тела разномастных тварей. Мы миновали церковь, впереди ураганом носился Мечник, над головой Хохуро разил во все стороны.

А за спиной сильнейшие игроки шинковали тварей. А посреди этого побоища был я. И впервые в жизни я словил необычайный восторг. Ощущение превосходства пьянило и кружило голову, но я усилием воли не позволял чувствам взять верх.

До края мерцающей завесы было рукой подать. Шагнуть за нее, а там уже и кристалл. Мы почти у цели, почти смогли. Еще десяток-другой тварей и все.

Я понимал, к чему все идет и потому начал готовиться заранее, сосредоточив огонь на тварях, что находятся непосредственно на пути к кристаллу. Нам не нужно перебить их всех. Нам даже выживать не обязательно, скорее даже наоборот.

Все, что нам нужно, это прорваться к мутной пелене и позволить Амидраэль перейти на ту сторону. Если верить иллюзии или словам Парагона, ни Древние, ни Полудревние, ни другие твари не могут пройти барьер.

Это дозволено только игрокам. Потому что за чертой для них начнется финальное испытание.

— На прорыв! — раздалась команда Гаро.

И я вновь срываюсь в хаотичное движение Красной Ленты, стараясь как можно сильнее расширить просвет в живом коридоре.

За спиной раздался топот ног. Расвы танком поперли напролом, принимая на щиты и купола атаки врагов. Мечник попытался расчистить им путь, но чем ближе мы подходили к кристаллу, тем медленнее становились его движения.

Хауст словно в толще воды находился, прикладывая неимоверные усилия, чтобы нанести еще хотя бы один удар.

— Стойте, — раздался голос Хохуро у нас над головами.

Но было уже поздно. Я сделал рывок в сторону неосознанно. На каких-то запредельных рефлексах, растягивая связки и сухожилия. Земля под ногами вспучилась и взорвалась, посылая мелкие камни брусчатки во все стороны.

Что-то разглядеть не было возможности, потому что битва тут же завертелась с новой силой. Тварей стало в разы больше и они появились словно бы из ниоткуда. Каждый выстрел приходилось делать в упор, так еще и уворачивался я куда чаще, чем стрелял.

И судя по крикам, стонам и ругани, у ребят дела шли не лучше. Коса нашла на камень, а мы попались в банальнейшую ловушку, ослепленные близостью победы. Нам перегородили проход, твари полезли прямо у нас из-под ног.

А еще две волны взяли нас в клещи с обеих сторон, пытаясь сдавить и перемолоть.

Мечник бросился назад, но он все еще двигался слишком медленно. Настолько, что мелкие твари успели облепить его с головы до ног, стараясь если не убить, так хоть повалить на землю.

Я не умел пускать или брать других в свое скольжение. Там совершенно иные принципы действия, о которых я вообще не имею никакого понятия.

А вот что я мог, так это рвать жилы, аннигилируя все живое вокруг себя. Каждое мгновение битвы проходило на грани жизни и смерти. Одно неосторожное движение, один пропущенный удар и меня затянет в кровавую мясорубку клыков, когтей, лезвий, жвал и шипов.

Я все еще не рисковал использовать Око вблизи кристалла. Вспышка головной боли подпишет Джексу смертный приговор, однозначно. Так что действовать приходилось по старинке, полагаясь на остальные органы чувств.

Если бы Рэд был здесь, то он бы мной гордился. Потому что в одном бою я использовал все, на что способно это тело. Все тренировки, навыки и знания пошли в ход. Это была настоящая проверка на прочность и я сам не уверен, что смогу ее пройти.

Площадь затопило золотистым светом вперемешку с непроглядным мраком. Расвы активировали какой-то артефакт, сбивая монстров с толку. Неми создала черный туман, но не вокруг себя.

Непроглядный мрак стелился под ногами во все стороны и лишь затем вставал на дыбы, волной накрывая атакующих. Это не причинит им вреда, но в дезориентирует. Может и друг друга покромсают в неразберихе.

Идея пришла внезапно. Глупая, самонадеянная и достаточно безумная. Как раз в моем излюбленном стиле импровизации и хаоса.

— Неми, туман на двенадцать, — рявкнул я, чуть сместившись к отряду. — Весь, что есть!

Служительница была игроком более… правильным что ли. Потому что не задавала никаких вопросов, не ждала никаких объяснений. Возможно тут сыграл тот факт, что наш отряд постоянно творит какую-то дичь.

Но ждать пришлось не долго. Вместо того, чтобы выпустить клубы мрака, Неми использовала уже растекшиеся по площади, сомкнув их перед собой. Словно аморфный исполин хлопнул в ладони.

Кольцо мрака вокруг отряда рвануло в одну точку, столкнулось, завихрилось, поднялось на дыбы и растеклось непроглядным пятном, поглотив всех тварей на два метра впереди Гаро.

Туда я и бросился. План простой до безобразия. Даже без Ока, в этой черной кляксе я не был слепым. Слух и остальные органы моментально обострились, стоило мне оказаться внутри. А вот твари не были тупыми монстрами.

У них было сознание, воспоминание и чувства. Все-таки они были раньше людьми и не только. Но существами разумными. И эта их часть сейчас мешала звериным инстинктам обеспечить себе выживание.

Я кожей почувствовали эманации чужого страха и растерянности. Как перестать бояться монстров, что живут в темноте под твоей кроватью?

Надо стать одним из них.

Как заставить монстров, что живут в темноте под кроватью, бояться тебя?

Начни их убивать.

Прострели первым двум черепа, следующему вспори брюхо, затем молнией пройди вглубь, разрядив барабаны. Оставь половину в живых, чтобы были те, кто поддастся панике и начнет крушить своих же.

Затем отруби голову следующему. Но если оказалось, что твой мачете давно сломан и выброшен — не беда. Схвати его голову голыми руками и сдави череп, пока ладонь не станет липкой от чего-то теплого.

Затем начни стрелять по конечностям. Ориентируйся на звук и запах. Бить надо тех, кто не носится из стороны в сторону, охваченный безумием. Боль и неизвестность должны объединиться в острую иглу и пронзить сердца врагов. Тогда там зародится страх.

Добавь в этот коктейль рев Лис, стоны умирающих и вопли уже обезумевших. Тщательно перемешай, подожги, взболтай и выплесни. Кровавый коктейль под названием «бойня» готов.

Но этот напиток надо подавать горячим, поэтому еще около минуты я невидимой тенью двигался между монстрами в темноте. Я добавлял хаоса и боли там, где это было необходимо. Я толкал и швырял особо трусливых туда, где шло все веселье резни.

В моей голове сама собой вырисовывалась картинка происходящего. Я не видел, но понимал где, кто и с кем сражается. Кто сдох, кто подыхает сейчас, а кто остался один, перебив всех сородичей. Но в этой схватке нет чемпионов.

Есть только пуля, добивающая победителей.

Некоторые твари успешно вырывались за пределы кольца мрака. Но я слышал, как их вновь охватывала паника, судя по визгам. Значит Неми продолжала расширять круг мрака.

Напоследок я прошелся по периметру, сталкивая одних тварей лбами и лично добивая других. Из-за воплей и криков, другие Полудревние не лезли ко мне. Они не понимали, что происходит с их сородичами, а потому расходились в стороны.

— На прорыв! — заорал я во всю глотку.

Я не был уверен, что игроки услышат или тем более воспримут мою команду как приказ. С той стороны все меньше доносилось человеческих звуков, но они еще были. А следом голос Гаро повторил приказ и я услышал топот ног.

Черный туман развеялся в одно мгновение. Похоже Неми держала его из последних сил, иначе бы создала для игроков коридор. Между пытавшимися вырваться из тисков тварей игроками и границей барьера было около двадцати метров.

Примерно три десятка шагов. И все это пространство заполнено содрогающимися в предсмертных конвульсиях телами Древних. Кровь, слизь, оторванные конечности, разрубленные или разорванные на куски тела Полудревних.

И посреди всего этого месива стою я с револьверами в руках. Думаю, у ребят будет ко мне много вопросов, судя по ошалевшим взглядам.

Я вскинул револьверы и начал стрелять в тварей, что не давали отряду вырваться. Хохуро помогал как мог, да и сами игроки отбивались во всю. С трудом, но отряд все же сумел вырваться из клещей и уйти в рывок.

Трое игроков в хвосте остались, чтобы задержать монстров. Я бросил за спину бегущих последний Монолит, потому что отбившиеся от строя игроки смогли выиграть Гаро и остальным всего полторы секунды.

И это было очень много. Потому что я тоже палил без перерыва, стараясь не дать наступающим тварям снова окружить отряд.

Расвы рвались к барьеру под грохот выстрелов и разлетающихся по воздух конфетти, словно на каком-то празднике.

Но чем дальше они продвигались, тем слабее становились Древние. А перезарядка барабанов все равно занимала какое-то время. И отряд не успел.

После исчезновения черного тумана, не обнаружив никакой смертельной опасности кроме одинокого ханта, твари ринулись в атаку с удвоенной скоростью. И нашим не хватило каких-то пяти метров, чтобы коснуться черты.

Тут сколько ни стреляй, завалить такую толпу не получится. А к ним на помощь уже несутся остальные. Отряд замедлился, я отошел назад, чтобы не попасть под случайный удар какой-нибудь твари.

Мысли завертелись в голове под давлением все нарастающей паники. Надо было что-то сделать. Срочно, но я понятия не имел, что именно. У меня кроме патронов, да пары зелий вообще ничего не осталось. Не с ножом же на них бросаться.

Твари облепили игроков со всех сторон, пытаясь пробиться за щиты и выцепить хотя бы кого-нибудь из игроков. Но я забыл, что не один тут такой красивый, пусть и не в белом плаще.

Гаро не нужна была моя помощь. Он же импов глава топовой гильдии. И очередная золотистая вспышка напомнила мне об этом.

Толпа тварей будто бы засветилась изнутри. Я даже мог разглядеть их скелеты и внутренние органы. Следом игроки совершили рывок, вложив в него остатки сил. Вырваться они не смогли, но им этого и не требовалось.

Гаро вышел из строя вперед, щитом и светом раскидав нескольких тварей. Вместе с ним подобный ход провернул другой Паладин. Построение раскрылось, словно коробочка и из самого центра вылетели Неми и Амидраэль.

Девушек словно из катапульты выстрелили. Пока Паладины сдерживали фланги, служительница с Ами прорвались к границе. Ами распласталась в каком-то невероятном рывке, не отпуская руки Неми.

Я не успел среагировать и отскочить в сторону, потому живое ядро просто снесло меня и повалило на землю. Амидраэль, несмотря на вес доспехов, вскочила в то же мгновение и я старался не отставать.

Но вскочив, понял, что сражаться больше не с кем. Твари замерли, как и игроки. Сражение поставили на паузу, а наблюдал я за этим через мутную пелену барьера.

Монстры перестали пытаться убить нас, но вместо этого лишь ближе обступили защитный круг. Я видел, как Гаро и другие медленно пятятся назад к Мечнику и Хохуро.

Получилось. Мы внутри, мы это сделали. Теперь самое главное, не вглядываться в кристалл.

— Арч, — раздался всхлип Неми.

От ее голоса у меня все похолодело внутри. Я медленно обернулся, боясь, что правильно понял интонацию.

Неми стояла ко мне лицом, а из ее груди торчал окровавленный клинок.

— Арч, — прошептала она, глядя мне в глаза.

Кровавые пузыри пошли у нее изо рта, глаза закатились и тело служительницы обмякло. Амидраэль выдернула свой клинок из груди девушки, а я бросился вперед, подхватив тело. Но это уже была просто оболочка.

— Прости, Стрелок, — произнесла Ами, продолжая тепло улыбаться. — Но у меня не было выбора. Она могла нивелировать влияние Яра и все испортить.

— Что ты творишь? — прошептал я.

— То, что и должна была с самого начала.

За моей спиной зарычали твари, не подпуская отряд обратно к кольцу. Мы здесь остались вдвоем. Я сам по себе.

— Ты, — я тыкаю указательным пальцем в лицо девушки, изображая при этом ярость.

Хотя изображать не пришлось, она сама поднялась из глубин души, силясь взять под контроль тело и затмить другие чувства.

Лис прыгает в ладонь и плюет усиленную волей пулю. Не время для разговоров, один выстрел, а разбираться будем потом. Только вот игрок легендарной семерки, это вам не деханты подзаборные.

Амидраэль играючи отбила росчерк пули щитом и улыбнулась.

— Этот фокус я уже знаю.

— Шот, — произнес я.

Я таким же образом пытался убить его давным-давно. После того, как оставил тела своих друзей за спиной. Очередной круг замкнулся.

Бережно положив тело Неми, я поднялся на ноги. Амидраэль тем временем двинулась по кругу так, чтобы кристалл находился между нами. Знает, что смотреть на него опасно для здоровья.

— Ты работаешь на Первого Парагона, — произнес я.

Выстрел с двух рук. Я был уверен, что обе пули полетели в проводящий кристалл, но в последний момент их траектория исказилась. Они словно бы обогнули камень по касательной, завертелись вокруг него и вылетели в разных направлениях.

Искажение пространства. Еще одна фишка порабощенных Алтарайи, которую я уже видел. Пусть и не такую плотную.

— Чтобы разрушить кристалл, придется его коснуться, — пояснила Амидраэль. — И нет, не работаю. Первый Парагон давно мертв. Я была его Проводником, как Черчилль у восьмого.

— Ты убила его, — произнес я очевидное.

— Да, — произнесла Амидраэль спокойным голосом. — Его, а затем и всех остальных.

— Ты не работаешь на Первого, — с горечью усмехнулся я. — Ты и есть Первый. Зачем, Ами? Ради бессмертия?

— Нет. Бессмертие лишь инструмент, а не цель. Парагон пытался убедить меня в своей Парадигме. Свобода выбора. Свобода знания. Рассказать миру правду, дать всем исчерпывающую информацию. И начать собирать армию фанатиков, готовых самоотверженно пойти на все, ради спасения мира. Бред. И он уверял, что это единственный возможный путь. И тут я с ним согласна.

— Ами, — произнес я. — Оглянись. Мы уже здесь, мы уже победили. Парадигма Врат станет абсолютной, осталось всего лишь сломать этот сраный кристалл.

— Да, — согласилась она, улыбнувшись. — И что потом? Наш мир останется цел, а остальные?

— Ами, — раздался крик Гаро. — Одумайся, не делай этого.

— Кто бы говорил, — улыбнулась девушка. — Бедный, бедный Гаро. Он будет проклинать себя за это. Ведь это наш святой рыцарь меня всему научил.

— Продавать своих? — скривился я. — И почем сейчас курс на серебряники?

— Не язви, стрелок, — ответила она, впрочем без капли злости. — Гаро хорошо меня обучил. Он многое мне дал и я не подведу его.

— Что ты задумала? Мы же не спешим, да? Можем поболтать напоследок?

— В ближайший час я никуда не тороплюсь, — улыбнулась она, продолжая ходить по кругу. — Я заключила сделку с Роркхом. Это было не трудно. Стоило мне принять решение и убить Парагона, как Город сам начал помогать мне во всем.

— Заключила сделку? — расхохотался я. — С Роркхом? Ты видела эту тварь по пути сюда? Думаешь, ему интересны сделки?

— Договор он нарушить не сможет, — пожала она плечами. — Я здесь, прямо сейчас сливаюсь с кристаллом. А значит скоро Роркх откроет через меня путь в наш мир. А я стану новой Древней. И начну сражаться с ним в каждом мире, понимаешь? Я такая же, как и ты. Один мир падет, но зато все остальные станут свободны. Я смогу объединить людей и сделать их сильнее. Как сделала это со Святыми Паладинами.

— Дура, — расхохотался я. Но это уже истеричное. — Ты дура, Ами. И я еще думал, что это у Мечника самомнение раздуто. Но даже если бы и так. Роркх тебя надул. Обвел вокруг пальца и использовал.

— Я стану Древней и… — в ее голосе впервые прорезалась сталь.

— Нет, — отрезал я. — Ты станешь монстром. Полудревним. Как и сотни других таких же, которым Роркх обещал что-то большее.

— Я открываю путь. Я сильнейший воин, стоящий у самого кристалла. Он не может так явно нарушить Договор о Войне.

— Он и не станет, — усмехнулся я. — Тебя надули. Древние сражаются против Роркха, а не за него. И выбирает их не Роркх, а Йорк. И он уже выбрал Гаро. Так что даже если твой план удастся, готовься. Капитан будет лупить тебя ремнем в каждом из миров бесконечное число раз.

— Ты лжешь, — произнесла она.

— Не лжет, — раздался громогласный голос Мечника. Что здесь со слышимостью вообще? — Нас всех призвал Йорк.

— Смотри, девчонка, — произнес Хохуро. — Смотри внимательно, к чему ты так стремишься. Смотри, как выглядит твоя награда.

Древняя мумия, опираясь на ленты, что прочнее стали, поднялась высоко в воздух. Так, что даже с нашего места его было хорошо видно. Хохуро медленно развел руки в стороны.

— Смотри, как выглядит твое бессмертие, тварь! — взревел он.

И с этими словами все его ленты разом распахнулись, расходясь в стороны широкими кольцами, обнажая то, что раньше скрывали и оберегали.

В небе высоко над нами, растянутый за одни только руки, висел Хохуро. Могучий Древний, что убивал любого, кто посмеет даже косо на него посмотреть. Царь-Бог Утопающего В Песках.

Это была даже не мумия, не скелет. В воздухе висели останки, некогда бывшие человеком. Тощее, сморщенное тело, обтянутое пергаментной кожей, покрытой черными пятнами. Даже кости иссохлись и истончились. По всему телу Хохуро расползались гнойники, не было глаз в пустых провалах, а оставшийся слой кожи и мяса просвечивал насквозь.

Ничего общего с величественной фигурой в бело-золотом плаще, которую я видел, когда Царь-Бог на короткий срок вернул былую силу.

Казалось, что тощее тело, висящее на двух лентах вот-вот развалится без поддержки. И в этот момент я понял, что повязки не просто поддерживали подобие жизни в Древнем. Судя по габаритам, они были намотаны в несколько слоев, образуя прочный каркас.

Хохуро уже давно не был человеком. Это были останки, закованные в надежный доспех, придающий ему форму человеческого тела.

Через мгновение ленты стянулись, бережно поддерживая своего хозяина. Они тугими кольцами принялись оплетать его тело, не давая тому рассыпаться.

— Лжешь, — прошипела Амидраэль. — Вы все лжете. Я видела своими глазами. Роркх показал мне. Парагон показал мне. Я видела и осознала вещи, неведомые ни одному человеку. И с этими знаниями я смогу противостоять Роркху.

— Глупая, — покачал головой я, продолжая шагать по кругу. — В этом противостоянии всегда был лишь один лжец. И самое смешное, что он никогда не отрицал этого и не скрывался. Если честно, в этом я даже восхищаюсь Роркхом.

— Я не отступлю, — произнесла Ами, взяв себя в руки. — Я поставила все на кон. Это последнее испытание и я его пройду. Вам не удастся сломить мою волю.

— Никто и не собирается ломать твою волю, — усмехнулся я. — Достаточно прострелить тебе башку.

— Я следила за каждым Расвом, Стрелок. Изнутри. Хоть мне и позволили жить не в башне. Я знаю все твои фокусы.

— А Джекса? — спросил я.

Она не успела ответить. Мой следующий шаг стал скользящим, а Лисы плюнули ей в затылок. Разумеется, наша дуэль началась под взрыв конфетти, но вторая пуля полетела точно в цель. Амидраэль пошатнулась, шлем слетел с ее головы, но легендой просто так не становятся. По себе знаю.

Ее разворот и рывок не могли быть просто результатом упорных тренировок. Это какое-то умение, способность или заклинание, не иначе. Ее броня покрылась золотистой пленкой, а я на пределе скорости ухожу от тарана щитом.

Но уже в следующее мгновение делая скольжение спиной вперед, уходя из-под размашистого удара мечом.

Похоже, смерть Неми не сняла с нее благословения Яра. Не очень-то он любит служителей Йорка, получается.

Ами была великолепна в бою, не могу этого отрицать. Я видел ее чистые и безупречные удары, но не перемещения между ними. Создавалось впечатление, будто одна атака мгновенно перетекает в следующую.

Я уворачивался, петляя Красной Лентой и короткими скольжениями вокруг нее, осыпая градом свинца или чего там Рэд напихал под белую оболочку гильз.

Уже к первой перезарядке на моей груди красовались два широких пореза, когда мне не хватало буквально чуть-чуть скорости, дабы уклониться. А вот ей хоть бы что. Золотистая пелена истончалась, когда я попадал в голову или по броне.

Но вот атаки, что она принимала на щит просто растворялись. Будто бы металл поглощал пули, всасывая в себя.

На перезарядке мне чуть было не оторвали руку, пришлось уходить перекатом, теряя драгоценные секунды. Скольжение вроде бы не отнимало никаких сил, но я это уже проходил на тренировках.

Сначала наступит онемение в левой руке. Затем слабость. И если я продолжу использовать способность и дальше, то после третьего скольжения просто мешком упаду на выходе. И пошевелиться смогу только минут через пятнадцать.

Амидраэль ударила по земле краем щита. Золотистая волна разошлась в стороны, сбив меня с ног. Над головой тут же материализовался полупрозрачный меч и обрушился в то место, где я лежал.

Впервые смог использовать скольжение лежа, не делая шага или рывка.

— Это что за Демасия такая? — рявкнул я, глядя на разлетающиеся во все стороны камни.

Но вместо ответа пришлось вытворять нечеловеческий пируэт, напрягая связки до предела. Ами не собиралась отдавать преимущество и вновь сорвалась в атаку. Ее хант был невероятно быстрым. Почти такая же скорость, как и у Мечника.

Только вот пока я с самого начала партии выкладывался на полную, чтобы попасть сюда, кое кого большую часть времени бережно держали в центре построений. Она и с монстрами-то дралась раза три-четыре.

Все просчитала, стерва. И как назло барабаны начинают заканчиваться.

Я старался держать дистанцию, используя преимущества стрелкового оружия. В ближнем бою я ей не ровня.

Только вот ей было пофигу на расстояния. Стоило мне разорвать дистанцию, как в меня летели ударные волны или она взмахивала клинком, отправляя в полет золотистое лезвие.

Без какой-либо защиты я понимал, что любая такая атака приведет к смерти. И потому уклонялся, но любой прием требует времени. И Амидраэль этого хватало, чтобы вновь сократить дистанцию и попытаться достать меня мечом.

Была бы возможность использовать Око — все было бы проще. Я уже неплохо научился предсказывать атаки врагов, ориентируясь на пульсацию и движение силовых линий.

От начала боя прошло не больше минуты и потихонечку начал привыкать к ее атакам и понимать стиль ведения боя. Играючи уклонился от золотистого росчерка, пущенного с клинка, и чуть было не попался под второй, брошенный на упреждение.

Не один я тут такой умный и красивый. И это бесило пуще прежнего. К тому же пришлось бросить один Лис.

Левой рукой вытащил горсть патронов и принялся заряжать их в барабан. Доли секунды, но все же дольше обычного. Знакомый удар щитом о землю отбрасывает меня назад сразу после перезарядки.

Краем глаза я вижу, как Амидраэль срывается в победном рывке на такой скорости, что вся ее фигура становится смазанной.

Но в этот раз я был готов к атаке и специально подставился. И пусть мои ноги оторваны от земли, свободный полет — тоже движение. А в движении можно создать брешь в пространстве и проскользнуть в нее.

Кинжал с красной рукояткой впивается между лопатками Паладинши. Руны на клинке вспыхивают и лезвие прошивает металл. Так вот что они делают.

Такие кинжалы были моими трофеями с дехантов, но я так и не понял, как активировать руны. Да и плевать мне было если честно. Почему-то я был уверен, что они требуют ману, которой у меня в лучшем случае были крохи.

Логично ведь. Деханты охотятся на игроков, большинство из которых служит Яру. Оружие, прошивающее насквозь святую защиту.

Впрочем, лезвие вошло не глубоко, а значит какую-то часть урона броня сдержала. Я хочу добить девчонку, но яркая вспышка неожиданно отбрасывает меня назад. Какой-то защитный артефакт сработал при получении владельцем урона.

Пока зрение не вернулось в норму, продолжаю стрелять, ориентируясь на другие чувства. И делать это с Амидраэль куда труднее, чем с ордой Полудревних.

Не экономя на скольжениях, телепортируюсь с места на место при малейшем признаке опасности. Сейчас не время экономить.

Стоило мне наконец проморгаться и хоть что-то разглядеть, как это оказалось пущенное крест накрест двойное сияющее лезвие. Очередное скольжение и я чувствую, как левая рука начинает неметь.

А следом пришла боль. Амидраэль наконец смогла то ли прочитать, то ли предугадать точку выхода. Я на всей скорости влетаю на разогнанный удар щитом и вновь отлетаю назад.

В голове все смешалось, к горлу подступил комок и из моего рта выплеснулся целый фонтан крови. Она почему-то не может использовать меч сразу после того, как пустила лезвия в полет, иначе я бы уже был мертв.

Пытаюсь вскочить на ноги, одновременно стреляя в эту сволочь. Лис обдал подступающую Паладиншу фейерверком из конфетти, а две другие пули поглотил щит. Глухой щелчок раздался, когда боек в очередной раз попытался пробить капсюль следующего патрона.

Амидраэль с победным взглядом занесла меч для решающего удара. Только бы не конфетти. Лис рявкнул, пустив пулю прямо ей в лицо. Старый фокус с семью патронами в барабане и одним пустым. Всегда срабатывает в пылу битвы.

Только вот вместо разлетевшихся во все стороны мозгов, я увидел лишь исчезающую пелену вокруг фигуры Амидраэль. Ее голова дернулась назад, а сама она отшатнулась, больше от неожиданности, как мне кажется.

Но мне и этого хватит. Вскочив на ноги, бросился в атаку, вкладывая в нее остатки сил. Но Ами не была бы собой, если бы дала мне легкую возможность ее прикончить. Удар меча оказался хоть и ожидаемым, но все равно быстрым.

Паладинша метила в сердце и вполне успешно. Я уже не мог остановиться, инерция тела сработала против меня. Мы ударили практически одновременно. Она мечом в сердце, я кинжалом, метя в незащищенное горло поверх щита.

Я промахнулся. Вернее, она как-то успела дернуть головой в сторону и лезвие кинжала оставило глубокий порез на ее шее. Девушка дернулась назад, но не смогла.

Я крепко держал золотой меч, сжимая его за острие Дланью бога. Еще бы чуть-чуть и ее удар мог увенчаться успехом. Но белое сияние окутывало лезвие, пусть моя ладонь и покрылась кровью.

— Роркх, — прокряхтела Амидраэль.

Из ее шеи толчками била темная, практически черная кровь. Такая же текла из черных глаз, прямо как у Гаро в моем видении. И пусть не во взгляде, но в голосе, я услышал ее отчаяние.

— Помоги, — прошептала она.

Я рванул меч на себя, атакуя кинжалом. Один удар в лицо и все будет кончено. Рука выпрямилась, но лезвие не встретило никакого препятствия. Я просто рассек воздух и понял, что левая рука тоже сомкнулась на пустоте.

Вокруг не было ничего. Только что передо мной стояла раненная Амидраэль, а теперь темнота. Но я видел свои руки, а значит с глазами все в порядке. Я чувствовал, что нахожусь в каком-то другом месте, не на площади рядом с кристаллом.

Все чувства вопили о том, что я здесь один. Оттого рокочущий голос прямо над ухом заставил меня вздрогнуть:

— Ты не смог, Стрелок.

Скольжение не сработало. Я просто не смог активировать длань и потому бросился в перекат, уходя от возможной атаки. Но не было не только удара, но и уклонение не получилось. Я словно парил в невесомости и под ногами не было ничего, чтобы оттолкнуться.

— Снова и снова, — шептал голос. — Раз за разом ты ходишь по кругу. Пытаешься спасти всех и в итоге не можешь спасти никого.

Впереди загорелись два багровых огонька. Следом проявилось алое переплетение вен, обрамляющих монструозную фигуру. Самого Роркха я не видел, его тело сливалось с чернотой вокруг. А может его и не было.

Лишь мерная пульсация алого перед моими глазами.

— Тварь, — прошептал я. — Отпусти меня. Ты не имеешь права вмешиваться! Я не смотрел в кристалл.

— Разве? А как тогда ты стал помогать мне, Стрелок?

— Ты лжешь, — прошептал я, глядя в багровую бездну его глаз.

— Разве? — повторил он. — А кто тогда убедил величайшего воина отступить? Кто помог моему миньону добраться до кристалла? Кто тогда создал Ключника? Врата работают в обе стороны и именно ты открыл мне путь.

— Ты использовал ее.

— Да.

— И меня.

— Как и всегда. Вы слишком самонадеянны и наивны. Каждый раз одно и то же. Другие сценарии, новые игроки и сколько бы форы я вам не давал — финал един. Это становится скучно. И даже ты ничем не можешь удивить Роркх.

— Хватит, Роркх, — осмелел я. — Мы оба знаем, что этот разговор ни к чему не приведет. Ты хочешь завербовать меня как и ее? Тебе нечего мне предложить.

— Ошибаешься, — расхохоталось существо. — У меня много игрушек на любой вкус. Бессмертие, власть, деньги. Целые миры к твоим ногам. На любой вкус и цвет. Выбирай любые или все сразу.

— Иллюзия, — отмахнулся я.

— Зато какая реалистичная, — зашептал он. — Длинною в вечность. Хочешь быть королем? А может быть богом?

— Мне от тебя ничего не надо. Выпусти меня отсюда.

— Тогда может быть, — усмехнулся Роркх и исчез. Шепот раздался прямо у меня над ухом. — Хочешь быть героем?

Я резко обернулся, но никого не было. Сплошная бесконечная темнота. А голос тем временем раздался сразу отовсюду. Он манил, шептал, проникал в голову в поисках хоть маленькой трещины в защите.

— Хочешь быть героем, стрелок? Я могу создать для тебя мир. Миры. Такие правдоподобные, что не отличить от настоящих. И настолько реалистичные, что в них будет сложно усомниться. Там ты будешь простым парнем, что волею судеб придется сражаться с ужасным монстром. Это чудовище будет пытаться поработить весь мир и только ты сможешь его спасти. И спасешь! Как и подобает настоящему герою. И будешь купаться в лучах славы и всеобщего уважения до конца жизни. А затем пойдешь в следующий мир и снова станешь героем. Как тебе такое предложение, Стрелок? Хочешь мир, в котором ты будешь героем? — его голос исчез и снова возник. Только в этот раз глубоко у меня в голове. — А может ты уже в таком мире? Дошел до кульминации и вот он, твой звездный час. Ты никто, что стал всем волею случая и по повелению сильнейших всех миров. Я, госпожа Ф, Йорк, Юмидай. Мы сделали тебя тем, кто ты есть.

— Ложь, — прошептал я, содрогаясь от каждого его слова.

— Так ответь мне стрелок. Чем твой реальный мир отличается от того, что предлагаю тебе я? Ничем. Так может быть мы ходим по кругу? Может этот разговор уже был? Может быть… — сраный Роркх выдержал драматическую паузу. — В прошлый раз ты уже согласился?

— Ты лжешь, — завопил я во всю глотку.

— Да, — раздался одновременно знакомый и незнакомый голос кого-то третьего. — Он лжет.

Я обернулся и увидел Джекса. Его Око и Длань светились белым и это пятно света разгоняло мрак вокруг. Странно, ведь здесь не было больше ничего, но вокруг нас словно образовался какой-то вакуум.

— Ты только начал вспоминать, Арч. Через боль, приступы и потерю сознания. Но даже сейчас ты уже знаешь, что был Роркх, над которым светило солнце. А я помню куда больше.

— Джекс, — выдохнул я. Было так странно разговаривать со своим же хантом.

— Верь мне, Арч. Я помню не все, но пока путешествовал по мирам, память начала восстанавливаться. И я не видел ни одного варианта, где бы ты сдался Роркху. Верь мне.

— Верю, — произнес я.

Не знаю почему, но это давало облегчение. Я хотел ему верить и верил. И в душе я молился, чтобы это не был очередной кошмар, навеянный Роркхом. Уже ни в чем нельзя быть уверенным.

— А теперь нам пора валить отсюда. У нас еще осталась работа.

— Как? Это его место. Здесь нет дверей или другого выхода.

— Мы на краю времени и пространства. Я уже бывал здесь. Но физическое тело все еще там.

— Я еще жив?

— Там прошло около секунды. А теперь пошли. Я проведу.

Его Длань вспыхнула белым, хотя я не мог активировать даже скольжение в этом месте. Белый свет постепенно заполнял все вокруг нас, обволакивая и согревая. Я потянулся к нему и сделал шаг.

В этот же миг щит Амидраэль коснулся земли и меня отбросило ударной волной. Я перекатился через голову и вскочил на ноги. Перед глазами возникла темная пелена. Моргнул, но она не исчезла.

И тогда я понял, что Амидраэль выбила меня из защитного круга. Она тяжело опустилась на одно колено, прижимая рану на шее рукой. Рядом валялся сломанный клинок. Похоже сломал его именно я, когда дернул на себя Дланью.

Но это ей не поможет. Монстры за спиной не успели среагировать и схватить меня. Я сделал шаг и в то же мгновение мутная пелена покрылась золотом. Таким ярким, что начало рябить в глазах. Все кольцо покрылось этим сиянием и я увидел активированную сферу в руках девчонки.

Внутри все упало. Я медленно опустил руки, не веря собственным глазам. Я уже видел этот артефакт. В первый раз во время Великой Обороны. Другой раз, когда Расвы нашли и оберегали Ключника, дожидаясь меня.

Сфера Яра. Сраный лжебог все-таки подвел нас под черту. Непробиваемая и непроходимая завеса. Амидраэль не нужно было меня убивать, ей даже выбивать меня из круга не обязательно было. Отошла подальше, активировала сферу так, чтобы зацепить лишь камень. Это если она не могла сама выбирать радиус действия.

Я смотрел в ее доброе, улыбчивое лицо. И она больше не казалась мне теплым и дружественным созданием.

— Ты не сможешь удерживать барьер целый час, — произнес я, собираясь с мыслями.

— Не смогу, — легко согласилась она. — Но мне и не надо. Роркх открыл мне множество своих тайн. В том числе и особенности строения капсул. Ты знал, что можно легко довести игрока до сердечного приступа если кое-что поменять в начинке?

У меня похолодело в груди. Я обернулся на Гаро, словно ожидал, что он вот-вот упадет без сил, словно тряпичная кукла.

— Не переживай, — произнесла Ами. — Ваши смерти мне не нужны. Я сражаюсь за жизни миллиардов и стараюсь сохранить каждую.

— Ты обрекла целый мир на смерть, — скривился я.

— Вынужденная жертва. Поверь, я буду скорбеть по каждому до конца дней своих.

— Не строй из себя мученика. Только не надо этого двуличия.

— Как скажешь, — согласилась она. — Тогда проект «Вавилон» входит в финальную стадию. Смотри.

Я с замиранием сердца вновь обернулся. Отряд игроков жался друг к другу, глядя на стоящих к ним спиной Полудревних. На лицах игроков читались ужас и растерянность, словно они только сейчас поняли, где находятся.

— Спокойно, ребята, спокойно, — раздался голос Мечника.

— Нет, — обернулся я. — Ты выбросила их из капсулы.

— Не стоит им рисковать, оставаясь здесь, — произнесла девушка. — Пусть они и обречены, но встретят конец там. Не сейчас. И тебе тоже пора.

— Х-хрен тебе, а не победа, — раздался мерзкий хихикающий голос у меня за спиной.

Я развернулся. Дуло Сетройта уставилось прямо в костяную маску Секача. Возможно, того самого. Спустил курок и с наслаждением смотрел на разлетающиеся мозги Полудревнего. Не задница, но разорвало все-таки.

Тьма накрыла меня. Калейдоскоп искр ударил по глазам.

* * *

— Я же говорил тебе, что бесполезно. Но нет, мы будем сражаться до конца, — произнес Мечник саркастичным тоном.

— Всегда есть шанс, — ответил ему Джекс.

Двое братьев, не по крови, но по клятвам, сидели на обломках руин старой церкви. Она неплохо сохранилась, так что можно даже было опереться спиной о стену.

Рядом стояли остатки людского войска, растерянные, напуганные, но готовые сражаться. Только вот сражаться было не с кем.

Вернее, сражаться было бесполезно. Полудревние оцепили площадь плотным кольцом и раскачивались из стороны в сторону. А поверх их голов виднелась идеальная сфера, созданная, словно бы из чистого золота.

— Что они делают? — спросил Джекс.

— Отдают свою силу Кристаллу. Ускоряют процесс. Скоро та дура станет одной из них. И родится обратный Ключник, способный открыть врата изнутри. И тогда уже точно все.

— Но мы же ее остановим?

— Попытаемся конечно. Как только этот сраный артефакт закончится, попробуем пробиться. Только это невозможно. И не заливай мне про парадокс выбора, я не отказываюсь от попытки. Просто констатирую факт. Я не смогу подойти слишком близко к барьеру, а у тебя мало патронов.

— Извини, — произнес Джекс. — Память как в тумане. Я помню про парадокс выбора, но не знаю, говорил ли я когда-либо о нем тебе. Да и тебя я помню смутно, хоть и чувствую, что ты мне дорог.

— А я предупреждал, — насупился Мечник. — Не приноси клятву. Не гонись за местью. Но нет же, ты у нас упертый, как корова.

— Баран. Упертый как баран.

— Да неважно. Наш мир был близок с эфиром. Небо слышит клятвы и вот тебе пожалуйста. Очередной Странник готов.

— И что в этом плохого? — усмехнулся Джекс.

— Да ничего, — успокоился Мечник. — Только вот в этом мире нет магии. Я ведь чувствовал, что так и будет. Предупреждал.

— О чем?

— Что если загремим в Пустой мир без магии, то ты даже имя свое не вспомнишь, Джекс.

— Точно, — кивнул его брат, улыбаясь. — А я ответил… Если не вспомню свое, назовусь твоим, Арч.

— Не каверкай, — поморщился Хауст. — Не люблю, когда каверкают мое имя.

— Ну мне-то можно, — усмехнулся Джекс.

— Только тебе, — устало согласился Мечник. — А другим не позволяй.

— Как скажешь.

Глава 18. Главный вопрос сущего, мироздания и бла-бла-бла

— Вам нужно немедленно пройти с нами, здесь не безопасно.

Двое лысых громил открыли крышку капсулы еще до того, как я очухался. Говорили они это уже волоча меня под руки, пока я пытался сориентироваться в пространстве.

В коридоре на этаже было темно, вдалеке раздавались выстрелы. В обоих мирах они звучат одинаково, так что было трудно не узнать. Только вот расстояние меня пугало.

Короткие очереди звучали совсем рядом. В воздухе пахло смертью. Я напрягся, замедлив шаг и охранники не стали меня тянуть дальше. Увидев нашивки со знаком Расвов, я немного успокоился. Да и лица выглядят знакомо.

Значит наши ЧВК. А ведь Шот предупреждал меня о чем-то таком. Операция «Вавилон». Синтет и прочие кроты внутри гильдии. Я пошел за громилами.

— Остальные игроки. Мои друзья должны были уже…

— Уже наверху. На пятидесятых этажах безопасно.

— Девушка. Должна была выйти из капсулы совсем недавно.

— Уверен, с ней все хорошо. Женский этаж первой волны выше, а враги ниже. Там тоже наши люди.

— Она с третьей волны, — пробурчал я, стараясь успокоиться.

— Значит она уж на пятидесятом.

Меня повели вверх по лестнице. Я на ходу засыпал парней вопросами, стараясь следить за дыханием. Получалось, что башня находится в осадном положении. Связи с внешним миром нет вообще никакой.

Коммуникации отрублены, работаем на запасных генераторах. Капсулы использовали внутренние резервные аккумуляторы, но недавно все разом совершили аварийный выход и отключились.

Противники неизвестны, да и не особо ЧВК распространялись по этому поводу. Понятно только, что они заняли позиции внизу и наверх не особо стремились пробиться. Очевидно, что им нужно было перегородить нам все выходы наружу и оставить в информационном вакууме.

Но руководство все равно эвакуирует игроков и остальных как можно выше. Оно и понятно. Мы были готовы к нападению, Шот же предупредил Гаро. Только вот не ожидали, что все защитные системы дадут сбой. Иначе бы запросили помощи заранее. Хотя кто его знает, может и запросили.

Меня вели к остальным на общие этажи. Сейчас все игроки, вышедшие из Роркха собирались там. Третья волна живет как раз от сорок восьмого и выше, так что с Неми должно быть все в порядке, но все же хотелось лично убедиться.

Теперь понятно, почему Амидраэль убила ее сразу, как только добралась до заветного кристалла. Без бафов и благословений от Яра наш бой был бы куда короче. А ведь я даже кубик госпожи Ф не использовал.

С другой стороны, Сфера Яра — это божественный артефакт. Как знать, может служитель Йорка может и такую штуку отменить? Вряд ли конечно. По крайней мере не на том уровне влияния, как у Неми. Если бы у нее был какой-нибудь крутой хант-епископ, занимающий высшую должность в церкви Йорка.

Я замер, так и не опустив ногу на очередную ступеньку. Картинка сложилась у меня в голове. Это было сродни озарению. Охранники недовольно уставились на меня, но ничего не говорили.

— Мне нужно в штаб командования. Немедленно.

На уговоры и препирательства не было времени. Благо ребята и так сказали, на каком этаже собрались Гаро с Усатым. А я был меньше и куда быстрее двоих ЧВК. А как оказалось, еще и немного выносливей. По крайней мене, преодолев почти сорок этажей бегом по лестнице, я еще мог идти не опираясь о стену.

Тут тоже были посты ЧВК, по их наличию я и понял, куда надо идти. Удивительно, но меня пропустили без лишних вопросов. Скорей всего мой внешний вид не оставлял у ЧВК сомнений в важности сообщения.

— Гаро, — заорал я, ввалившись в помещение командования.

Тут собралось не так много народу. Все руководство гильдии, включая Черча, стоящего у окна, с десяток незнакомых лиц. Все сидели в полной тишине и пялились в голографическую проекцию над столом. Только вместо Роркха там была изображена схема башни.

За столом я увидел Усатого вместе с главой гильдии. В помещении витала аура какой-то безысходности, словно кто-то уже умер.

— Гаро, — позвал я его, ввалившись внутрь и направляясь к столу. Дыхание все еще не восстановилось после марша по лестнице. — Я должен вернуться в Роркх.

— Успокойся, Арч, — отмахнулся он. — Поздно уже возвращаться.

— Ты не понимаешь. У нас осталось меньше часа. Мне нужна рабочая капсула. Одна сраная капсула.

— Все капсулы обесточены, — как ребенку объяснял он. — Генераторы работают на лимитах. Сдохнут они, сдохнем и мы. У нас и так много раненных среди ЧВК.

— Отруби всю технику, — потребовал я, стараясь взять себя в руки. — Хоть всю башню обесточь. Но дай мне капсулу. Нет времени спорить.

— Арч, ты не понимаешь, — повысил голос Гаро. — Мы до сих пор живы только потому, что работает система искусственной вентиляции воздуха. Все обесточенные этажи эти твари уже залили газом. А одна капсула жрет энергии, как целый этаж сейчас.

— Это ты не понимаешь. Я нашел ответ на главный вопрос.

— Я знаю, как пройти Роркх, — эту фразу мы с Черчем произнесли одновременно.

Я уставился на него, а он неотрывно смотрел на меня. Кажется, впервые в жизни его лицо выглядело серьезным. И от этого у меня в груди похолодело.

Но затем Черч вновь улыбнулся своей фирменной улыбкой и повернулся к главе.

— Надо дать ему капсулу, Гаро, — произнес Черч. — Прямо сейчас.

— Вы оба Лунной Пыли обожрались? — разозлился тот.

— Это не мы, мэн, — усмехнулся Черч. И кажется я увидел на его лице облегчение. — Это Парагон.

— Парагон мертв, — прошептал Гаро, отводя взгляд.

— Но не его Парадигма. И не Юмидай. Вспомни, Гаро, что он говорил. Твоему брату пришлось уйти, лишь бы все запомнили его последние слова.

— И что?

— Это, — Черчилль ткнул пальцем прямо в меня. — Именно это сказал он мне в лифте в последний момент. Слово в слово, он процитировал Арча. Я тогда не понял, но он знал, что так будет.

— Бред, — произнес Гаро.

— Разве? — усмехнулся Черч. — По мне так все складывается. Именно ты должен был оказаться сейчас здесь. Именно я должен был напомнить тебе об этом. Именно Арч должен был ворваться в эту комнату и сказать то, что сказал. Потому что ты его знаешь и веришь ему. Вега бы не поверил. Потому что он не обучал его, не помогал ему и не сражался с ним бок о бок.

— Вега не так глуп.

— Возможно, — не стал спорить Черч, подводя к главному. — Но ему потребовалось бы больше времени. А его у нас нет. Понимаешь? Ты должен был быть сейчас здесь, чтобы отдать приказ.

— Гаро, — произнес я. — Просто поверь. У нас нет другого выхода.

— Даже если так, — произнес он, глядя на меня. — Синтет повредил все капсулы. Нам не на чем выйти в Роркх.

— Разве? — усмехнулся Черч. Он уже откровенно радовался. — И нет ни одной, ни одной? Прямо вообще?

— Имповы потроха, — глаза Гаро округлились.

И полетели команды. Понеслись короткие приказы, которые все молча бросились исполнять. Перевести питание, обесточить этажи, обеспечить охрану, разблокировать двери и все в таком духе. Гаро вновь окунулся в свою стихию и мрачная комната наполнилась движением.

— Арч, что тебе нужно? — наконец перевел он взгляд на меня.

— Любой Хант как можно ближе к центру, патроны под пятый, револьверы и… транспорт. Хант-водитель с машиной.

— Есть кое-что получше, — услышал я усмешку Нессы, махающей картой.

Дальше все завертелось и закрутилось. Времени и правда было в обрез, но мы еще могли успеть. Должны были успеть, иначе никак.

Мне моментально собрали колоду и потащили по лестницам наверх. На шестидесятый этаж, а затем еще выше. Я не задавал вопросов и не удивлялся. После этой партии, способность удивляться у меня напрочь атрофировалась.

Я шел по каким-то коридорам из пластиковых стен, пока не пришел в знакомую комнату. Я уже видел это место, заваленное кучей ковров и мягких подушек. Именно здесь были сделаны те записи, что Черч мне показывал.

Меня подвели к самой обычной капсуле. Причем устаревшей модели. Это была одна из восьми не отслеживаемых капсул, выданных Парагонам. Через точно такую же Амидраэль заходила в Роркх под личиной Первого.

— Удачи, Арч, — произнес Гаро, прежде чем захлопнуть крышку.

— Поверь, у меня ее больше всех, — усмехнулся я.

Калейдоскоп искр.

— Кажется, это ваше, — произнес дворецкий, кладя тугой сверток на столик передо мной.

Оглядевшись, понял, что мой хант находится в каком-то особняке. Одно из убежищ Расвов, судя по всему. Поблагодарив старика, быстро развернул сверток и принялся нацеплять на себя экипировку.

Воевать особо я не собирался, но Роркх наверняка попытается меня остановить. Да и с оружием спокойней. Стрелок я или где?

Выскочив на улицу, огляделся по сторонам. К телу нужно было привыкать, после Джекса я словно слепой и глухой был. Но этот звук услышал.

— Вот это другое дело, — улыбнулся я, глядя на его источник.

По улице неслось грациозное существо, остановившееся прямо возле меня. Черные бока, густая грива, мощные копыта, выбивающие искры из мостовой. Существо с роскошными витыми рогами было покрыто сверкающей броней от головы до хвоста.

Подойдя к величественному тавру, похлопал его по броне и взобрался на спину. Ощущения странные и непривычные. Главное не вывалиться из седла на скаку, а то какой из меня ковбой.

Впрочем, на броне было полным полно страховочных ремней, так что не должен. Оглядевшись вокруг, примерно понял, куда мне надо скакать, благо Гаро заранее сориентировал на местности.

Вторая волна уже заканчивается, раз Роркх позволил игроку попасть. А значит надо торопиться.

Пришпорив тавра, я понесся вперед, тут же потеряв шляпу, которую сорвало порывом ветра. И хорошо, что только шляпу. Мне казалось, что у меня сейчас лицо сползет с черепа.

Как ни странно, путь был спокойным. То есть вообще никто не пытался меня сожрать. Вряд ли бы у кого-то это получилось. Эту тварь надо было еще догнать. И да, она только выглядела грациозно.

Но чем ближе мы были к центру, тем больше я тревожился. Что-то здесь было явно не так. В воздухе пахло смертью и болью. Но при этом не было никакой видимой угрозы.

Вырулив на одну из главных улиц, я немного сбавил ход, интуитивно привыкая к управлению Тавром. Инструкции на подкладке я не нашел.

И когда дорогу перегородило двое людей, я наконец остановился. Это были именно люди. Игроки. Сначала двое, потом еще двое, а следом и еще. Они перегородили мне путь и я увидел плотоядные ухмылки на лицах.

А затем и разглядел знак на спинах — красный серп. Гильдия Багровой Луны. Сраные деханты из бывшего Совета Тринадцати.

Я медленно откинул полы плаща, готовясь стрелять. Пусть и без своей экипировки с магнитными накладками, я все еще был быстр. Но их было много.

— Ну чего встал? — раздался далекий крик. — Заходи, не стесняйся.

Деханты медленно расступились в стороны, давая проезд. Я внимательно следил за их движениями, готовый в любой момент выхватить оружие. Но лучшая драка сейчас, это та, которой нет. Да и голос был смутно знаком.

Осторожно проехав мимо дехантов, напрягся еще больше. Никто не спешил атаковать, но теперь у меня в спине были потенциальные враги. Но вступив на площадь, я удивился еще больше.

Тут все было завалено трупами монстров. Игроков тоже хватало, но монстров было больше, будто вся партия стянулась в это место. И все тела хантов были с тем же знаком луны на спине.

А на фоне купола портала сидел человек и все встало на свои места. Я медленно подъехал ближе, решив, что лучше не вытаскивать свой отбитый зад из седла, дабы не позориться.

— Рэд, — поприветствовал я наставника.

— Арч, — отсалютовал он бутылкой пива.

Рэд сидел посреди центральной площади, покачиваясь на притащенном откуда-то стуле. Ноги он закинул на свой пулемет. Дуло Бэт было красным от перегрева, но свое дело малышка сделала.

Рядом с ним стоял хант, чье тело периодически ходило рябью. Он даже не посмотрел в мою сторону. Но я все же не удержался от комментария.

— Это не искупление.

— Срать мне на искупление, — ответил Шот флегматичным голосом. — И твое прощение мне не нужно.

— Я расскажу Гаро, что ты сделал, — произнес я. Все же Багровые держали центр все это время. Не только они, но тем не менее.

— Спасибо, — после паузы произнес Шот тихо.

— Вали уже, — махнул Рэд. — Ты и так не особо шустрый, а путь не близкий.

Я махнул игрокам рукой и вошел в портал.

Самым сложным оказалось спуститься с пирамиды. Тавру вообще было плевать на ступеньки и лестницы. Он несся вниз с такой скоростью, что я был уверен в неминуемом столкновении с землей насмерть.

Но нет, маунт Нессы был крут и даже позволил мне проблеваться прямо на ходу. Но это не я, это хант слабый.

Роркх был пуст. Этот Роркх, я имею ввиду. Я летел черной стрелой по тому же маршруту, что и несколько часов назад. Но со скоростью тавра на повторный путь ушло не больше двадцати минут по прямой. После преодоления кратера, он разогнался так, что все вокруг превратилось в смазанную сплошную пелену.

И лишь добравшись до центра, я облегченно выдохнул. Судя по сиянию золотого купола, я успел. Время еще было.

Полудревние все так же стояли кольцом и колыхались из стороны в сторону, словно находились в каком-то трансе. Увидев Мечника и Джекса, направился к ним. Другие ханты все еще были живы, пусть их оставалось и не так уж много.

Медленно выбрался из седла и коснулся ногами земли. Согнулся пополам, опустошив остатки желудка. Потом медленно выпрямился и попытался ровно пройти к своим. Получилось не очень. Я отбил себе все, что только можно. Меня сейчас даже культист изобьет играючи.

Глянув на ухмыляющуюся рожу Мечника, ткнул в него пальцем.

— Ты ничего не видел, а я моргнул, когда тебя Роркх уделал.

— По рукам, — ухмыльнулся Мечник, подняв большой палец.

— Арч? — произнес Джекс, поднимаясь.

— Джекс, — кивнул я.

Это было странное чувство, смотреть на него вот так, со стороны. Но не время для размусоливания. Я протянул ему мешок.

— Патроны под пятый. Тебе пригодятся. Сколько у нас времени?

— Минут пятнадцать еще, — ответил Мечник. — Судя по тому, что я вижу, Роркх поддерживает купол. Он должен был давно распасться и нифига. Яр создал Сферу, Роркх создал Яра, вот оно и срослось. Но ты ведь тут не просто так, да?

— Не просто, — улыбнулся я. — Но пару минут у нас есть.

— Присядешь? — подколол меня Мечник.

— Постою, — отмахнулся я.

— Так что ты привез? — спросил Джекс.

— Куб абсолютной удачи, — произнес я, глядя, как мой бывший хант заряжает патроны, даже не глядя на них. Действительно завораживает. — Он у тебя в правом кармане.

Повисла короткая пауза, пока оба смотрели на мою довольную рожу. А я все же позволил себе насладиться моментом.

— Ну хватит, — насупился Мечник. — Выкладывай уже.

— Есть одна история, рассказанная мне Черчем очень давно. Когда я только с ним познакомился. И в этой истории есть вопрос, ответ на который поможет пройти Роркх. И я его нашел.

— И?

Я не помнил дословно историю Черча, но это и не важно. Пересказал парням суть про игрока, который умер во время партии, затем зашел снова и помер повторно от своего же ханта. Дав обоим переварить информацию и произнес:

— И вот главный вопрос, ответ на который поможет пройти Роркх. Является ли это самоубийством? Сразу говорю, что вопрос с подвохом и задан был скорей всего Парагоном, а вовсе не Черчем.

— Да какая вообще разница? — спросил наконец Джекс. — Как это нам может помочь победить?

— Не нам, друг мой, а тебе. И ты сам уже ответил.

— Арч, клянусь, когда все кончится, я тебя…

— Ладно, ладно, замахал я руками. Просто вопрос изначально был не верен. И Парагон знал, что я догадаюсь, потому что похожая ситуация произошла с моим другом Овером. Все пытаются выяснить, как он обчистил гнездо Импов, но никто не спрашивает, почему он вытащил оттуда всякий хлам вместо платиновых монет.

— Гнездо Импов нельзя обчистить, — произнес Мечник, начиная понимать.

— Если только не взять из него то, что им и самим нафиг не сдалось. — кивнул я. — То же самое и здесь. Не важно, является ли это самоубийством или нет. Важно в том, какая разница, понимаете?

— Нет, — ответил Мечник, бережно поглаживая свою рельсу и злобно глядя на меня.

— Самоубийство — грех, — произнес Джекс.

— Вот именно, — победно воскликнул я.

— Яр отворачивается от грешников, — продолжал Джекс. — Вернее, отводит от них свой взор. А этот артефакт, — он ткнул в купол. — Яр сам следит за тем, чтобы никто не проникнул сквозь барьер.

— Но если это попытается сделать тот, от кого он отвел свой взор, то бог может этого и не заметить.

Мечник громогласно расхохотался, когда Полудревние начали выходить из своего безумного транса и медленно разворачиваться в нашу сторону. Роркх услышал мои слова, но было уже поздно.

— Но он же лжебог, — произнес Мечник, вытирая выступившие от смеха слезы.

— Но он был создан помогать нам, — пожал я плечами. — Роркхом, но для игроков. И хантов.

— Создание перехитрило своего создателя, — снова захохотал Хауст. — Выкуси, тварь черножопая.

— Получается, у меня есть шансы попасть внутрь купола и разрушить кристалл, — сказал Джекс.

— Да. Шанс есть всегда, пока мы сами не решим сдаться. А читерский куб сделает этот шанс абсолютным.

— Ну что, — Мечник поднялся на ноги и закинул на плечо свою рельсу. — Калеки, подъем. Время подыхать.

— Ты не выживешь, Арч, — произнес Джекс, вставая рядом.

— Этот хант не выживет. Но мне и не надо. Я бы хотел быть героем, спасшим мир, не спорю. Но…

— Тебе нельзя, — произнес Джекс.

— Почему это? — удивился Хауст.

— Потому что я слишком молод, как мне кое-кто сказал. И Роркх все-таки влез мне в голову, — я постучал пальцем по виску. — И если я вдруг стану спасителем мира, то он победит. Хотя бы в моей голове. Но мне и так норм.

— Ну, — почесал Хауст затылок. — Пошли тогда. Хохуро, старая ты развалина. Я же тебе говорил! Оторви свой трухлявый зад и помоги мне расчистить путь. Эти трусливые предатели сами собой не сдохнут.

Это точно. Я вытащил два обычных Стинга, повернулся в сторону Полудревних, что уже начали приходить в себя. Шансы есть всегда. И мы свой взяли. Долго, потом, кровью и даже жизнями. Но взяли.

И пусть я сдох раньше, чем Джекс успел дойти до золотой пелены, он все равно это сделал. Мечник ревел и хохотал, размахивая своим недоразумением, которое называл оружием. Хохуро вторил ему откуда-то сверху. Ханты бились как остервенелые и никто из них не дрогнул.

Джекс вошел сквозь пелену, где оставалась лишь одна Амидраэль. Но что она могла сделать Стрелку, благословленному самой госпожой Ф, пусть и на какие-то короткие минуты.

А он был куда сильнее и опытнее меня. Единственное, что Роркх мог предложить ему, это свою оторванную голову. Но Джексу хватит и осколков кристалла. На этот раз.

Глава 19. В каком-то смысле, это тоже солнце

— Арч, это ужасно.

— Нормально.

— Нет, это была плохая идея.

— Отличная идея.

— Мне кажется, мы ошиблись. Надо все отменить.

— Хватит ссать, Гаро. Ты недавно мир спас, с этим тоже справишься.

— Я не ссу, — произнес здоровяк. — Просто вдруг мы все же ошиблись? А если ничего не получится? Может рано? И еще этот импов галстук. Ненавижу галстуки.

— Он не для тебя, Гаро.

— Но ношу-то его я.

— Ну хочешь, я пойду и скажу, что ты будешь без галстука? Заодно могу спросить по поводу отмены всего?

Гаро побледнел и на пару секунд забыл как дышать. Оглядел в зеркало свою фигуру, сосредоточился на галстуке и аккуратно подтянул узел.

— Ну денек-то я могу и в галстуке походить, чего уж.

— Вот именно, — похлопал я его по плечу. — Ты просто нервничаешь перед важным событием, это нормально.

— И костюм как-то не так сидит. Воротник давит.

— Гаро, — вздохнул я. — Если ты в очередной раз поцапался с мастером Рохором…

— Не цапался я с ним, — отмахнулся он.

— Значит этот костюм сидит идеально. Просто у тебя легкая паника. Сейчас принесут шампанское, выпьешь чуть-чуть, расслабишься.

— Ты уже отправил кого-то? — с надеждой спросил меня друг.

— Маус сказал, что принесет.

— Значит, шампанского не будет.

— Кхм, да. Мой косяк, извини.

— Да забей. Костюм и правда хорош.

Тут же в комнату вошли люди и выгнали меня за дверь. Мол, им еще работать надо, нечего тут мешаться. Последнее, что я увидел, это блеск металла в опасной близости от лица капитана.

— Ну как он? — спросил Маус.

Мой друг стоял с бутылкой шампанского в руках, облокотившись спиной о стену. В белом костюме-тройке, он чем-то напоминал Черча. Только тут было куда больше всяких деталей, пуговиц, запонок, цветочков и всего такого. Трость и цилиндр тоже присутствовали.

— Нормально, — ответил я. — Почти успокоился. Сейчас его побреют, подравняют, причешут и вообще огонь будет.

— Эх, а ведь такой перспективный парень был. И все, женится.

— Так Анеке и передать?

— Эх, а ведь такой хороший друг был. Даже шампанское ему принес.

— Маус, — усмехнулся я. — У тебя бутылка уже пустая.

— Я предвидел твое поведение и решил утопить горе в алкоголе заранее.

— Пошли уже, — хлопнул я его по плечу.

Мы выбрались на свежий воздух, где было полно народа. В основном Расвы, конечно, но и Пауков хватало. То есть ОбсСиса. Главы многих гильдий и старые игроки тоже подтянулись.

После той битвы прошло меньше месяца, но нам всем слишком хотелось отдохнуть от Роркха. От пережитых событий. И свадьба Гаро и Анеки стала отличным поводом свалить куда подальше.

От башни, от капсул, от Танатоса и вездесущих дек с колодами карт. От всего в общем.

Выбрались на природу, сняли небольшой коттеджный поселок, натянули шатры прямо под открытым небом, поставили тенты с едой и алкоголем. Красота в общем.

Я ходил между столами, болтая со знакомыми и друзьями. До церемонии оставалось меньше часа, так что время было. А еще я просек фишку, что надо ходить за Хаустом, благо найти его в толпе было не трудно.

— Слабаки и бездари, — ворчал он, уплетая закуску. — Но так готовить у нас не умели, признаю. Жаль, что вы все слабаки и бездари. Но какой же потрясающий этот пирог…

Проблема была только в том, чтобы успеть ухватить что-то со стола. В него, что в бочку бездонную влезало.

Кстати, именно он нам рассказал, что в итоге произошло в Роркхе, когда мой хант отъехал. Там не работала никакая запись и съемка, потому от битвы нам остались лишь рассказы. Поэтому первую неделю в башне крутились военные, а каждого по несколько раз прогнали через допросную.

Вроде как для сбора и архивирования информации. Меня мурыжили особенно долго, а затем я мурыжил Хауста. Ведь он у нас особенный. Был и здесь, и там одновременно. И единственный, кто видел финал.

Они прорвались к куполу. Вернее, только Джекс прорвался. Хантам, даже при помощи Древних это не светило ни при каком раскладе. А без Куба и Джекс вряд ли бы справился. Но он справился.

Затем он убил Амидраэль, которую, между прочим, до сих пор не нашли. И после этого разрушил кристалл. Подошел вплотную, став плоским, как говорил Хауст, явно войдя в искривленную реальность.

Затем белая вспышка и грохот. Джекс шибанул Дланью по камню, а ударная волна от взрыва стерла все в порошок. От этого мне было немного грустно, потому что ханта я потерял. А если быть точным, то он в состоянии «недоступен».

Такое было с лентой Хохуро, когда ее украли. А значит, оставалась малая надежда, что он все же жив. И пусть это не реальный Джекс, который погиб вместе со своим миром, а всего лишь копия, созданная Роркхом, как и все ханты, для меня он был более чем реален.

И для Хауста тоже. Ведь он приглядывал за ним с самого начала. И даже на время ушел из Роркха, когда узнал, что его завербовали.

— Не парься, Арч, — произнес Хауст, пережевывая рака. Судя по хрусту, чистить его он не стал. Скорей всего лень. — Мой братишка крепкий парень. А с этими светящимися приблудами стал еще круче. Если он жив, он найдет дорогу назад.

— Куда? — спросил я. — В Роркх?

— Ко мне. Мы связаны и клятвой и чувствуем друг друга. Куда один, туда и другой.

— Как скажешь.

Мне не хотелось продолжать эту тему. Я тоже верю в Джекса, но и иллюзий питать не буду. Тем более у меня участились приступы, пусть теперь они и стали короче. За прошедший месяц я уже дважды засыпал на два-три дня.

Не сказать, что я начал что-то вспоминать, но где-то на периферии сознания мелькают картинки, которые пока что не желают складываться в единую картину.

Хауст тоже не хотел развивать тему. Потому что даже если Джекс каким-то чудом и вернется в Роркх, то не Хауст. Он потерял свое тело со всеми набитыми рунами. А играть через капсулу на хантах категорически отказывается.

То ли это из-за того, что кристалл разрушился, а Мечник остался в том мире. То ли он просто погиб, что маловероятно. Но все склоняются к версии, что раз Хауст созданный проводник, то он исчез, как только была разорвана связь.

Опять же непонятно, потому что Хохуро жив-здоров, хоть и не рассказывает, как сумел выбраться. Сраная мумия со своими секретами. Остальные Древние не вернулись. Все, кто погиб в битве, погибли окончательно. По крайней мере для нашего мира точно.

Оно и не удивительно, кроме Проводника. Остальные Древние вполне смертны. И пусть в каждом новом мире Роркх воскрешает заново, но в нашей версии Роркха их практически не осталось.

А вот сам Роркх остался. Вернее, кристалл в серверной ОбсСиса. Мы разрушили связь, обособили наш мир и теперь кристалл, это просто кристалл. Но тем не менее, как мы успели убедиться, игра на месте.

Мы даже уже успели просрать одну партию. Если честно, то просто забили на нее. Всем нужен был перерыв. Зато выяснили, что внутри все осталось по прежнему. Ночь, куча монстров, Вестники, Аватары и Город, что пытается тебя сожрать.

Предположительно должны исчезнуть Полудревние. Что с Йорком — пока без понятия. Но аналитики утверждают, что новый канал связи не должен появиться. Согласно пункту Договора о Войне, кто потерял доступ в захватываемый мир, тот лох.

Это вольная трактовка, разумеется. Да и пунктов в Договоре никаких нет, только многочисленные каракули и картинки, оставленные нам в наследство Парагонами. Оттуда и сведения.

— Арч, где жратва? — подлетел ко мне Рино. — Я знаю, что ты знаешь. Вижу по довольной роже.

— Он все сожрал, — кивнул я на Хауста.

— У-у-у, — выкатил глаза Рино. — Оставь черничный пирог, верзила.

— От верзилы слышу.

— Отдай. Укушу. Да не пирог. Нет пирог. Либо тебя, либо его.

— Хауст, — окликнул я его, — он правда может, лучше отдай.

— И не такие покушались на мой… Эй ты, а ну стой.

Но Рино было не остановить. Скакать по столам и одновременно запихивать в себя куски пирога, это тебе не рельсой махать, тут годы тренировок нужны. По себе знаю, у меня Плотоядик прямо из рук еду вытаскивал.

А еще я знаком с Овером. А там ты либо быстрый и наглый, либо всегда голодный. В любом из миров.

— Дилетант, — произнес Овер, а я аж подскочил от неожиданности. — Кто же так еду отбирает?

Я оглядел парня, но он выглядел вполне прилично. Ни кнутов, ни черепах, ни еще чего-то такого. Облегченно выдохнул, а затем напрягся еще сильнее.

— Так, колись. Что притащил на этот раз?

— Ничего, — пожал плечами он.

— Так, если ты вычудишь что-то на этом мероприятии Гаро меня точно грохнет. На пару с Анекой. Выворачивай карманы.

— Уже вывернул.

— Я все проконтролировала, Арч, — произнесла подошедшая Неми.

— Фух, — наконец выдохнул я. — Что у него было.

— Пусть это останется в прошлом, — похлопала она меня по плечу.

— Значит какой-то пиз…

— Неми! — воскликнул Маус. — Тебя-то я и ищу. Как насчет танца с благородным героем?

— Маус, зачем тебе две бутылки шампанского?

— Ну так пить. А вторую, чтобы делиться с друзьями.

— А почему обе пустые?

— Какие друзья, такие и бутылки.

— Ну вот, а я уже думала согласиться на танец.

— Так я это, сейчас мигом… Стоп, — нахмурился он. — Опять стебешься, да?

— Не переживай, друг, — похлопал я его по плечу. — А где Вест?

— Тут я.

— Ты все проверил?

— Весь периметр. Неми досмотрела всех на входе, мы с саперами и ЧВК прошерстили все вокруг.

— А торты, Вест? Торты проверили?

— И на кухне дежурит Айя. Помогает поварам. В тортах ничего нет. Не переживай, Ане сегодня нечего взрывать. Кроме фейерверка, но он под охраной. К нему даже Гаро не пустили с его манией все контролировать.

— Ладно, — немного успокоился я. — Должно пройти нормально все.

— Все будет тип-топ, мэн, — раздался голос Черча у меня за спиной. — Разве что…

— Что Черч! — я чуть ли не схватил его за плечи.

— Есть один непроверенный стул, — усмехнулся он, наслаждаясь моей паникой. — К которому никто не рискнул подходить.

— А, ты про это, — снова успокоился я. — Даже если он рванет, Рэду полезно будет.

— Тоже так подумал. Я к тебе с подарком, Арч.

— Ко мне? С подарком?

— Да. Без тебя бы у нас ничего не вышло, вот я и подумал, что было бы правильно хоть как-то тебя отблагодарить.

Он протянулся мне прямоугольник, завернутый в подарочную упаковку и перевязанный бантиком. По размерам похоже на карту.

— Что это?

— Мой последний оставшийся хант. Остальные погибли в битве и это единственный персонаж, на котором я играл.

— Черч, спасибо, — я был тронут.

Единственный раз, когда виртуоз давал мне ханта, это был Джекс. И круче него я больше никого не встречал.

— Ну наконец-то, — произнесла Неми. — Арч под конец все-таки разжился абсолютом.

Я улыбнулся девушке. Натерпелось разорвать бумагу, но я все же сдержался. Времени оставалось не так много до начала церемонии, а мне нужно было поговорить с Черчем.

— Отойдем? — спросил Черч. — Я бы хотел перекинуться с тобой парой слов.

— Конечно, — кивнул я. Мы прошли мимо столов и вышли из-под тента. Когда вокруг стало поменьше народу, я все же спросил. — Ты точно решил, Черч? Уходишь из Роркха?

— Точно, мэн. Гаро справится. Ему будет трудно, но он сильный. А сегодня станет еще сильнее, — Черч кивнул в сторону алтаря. — А мне больше нечего делать в Роркха. Да и какой из меня виртуоз без абсолютов?

— Ясно. Я хотел посоветоваться. Не знаю даже как сказать, но мне кажется, что кроме тебя меня никто не поймет.

— Ты видел Роркх, — догадался Черч. — Видел и общался с ним, да?

— Да. И не скажу, что это оказалось легко. Если бы не Джекс… Короче, у него почти получилось зародить сомнение во мне.

— Что он тебе пообещал?

— Мир, в котором я буду героем. Спасителем.

— Хах. А ведь так и вышло. Ты спас мир и теперь не можешь понять, реальность ли это или иллюзия?

— Но ведь это был не я, а Джекс.

— Хм, значит ты пока еще не понял. Ничего, скоро поймешь.

— Так ведь все уже закончилось. Что еще понимать?

— Считаешь? — усмехнулся Черч. — Прям все-все? Разве Ошу прошел свои тысячи битв? Разве посетил он тысячи городов? Ладно, не важно. Просто мне кажется, что это пусть и не начало, но и далеко еще не конец.

— В каком смысле?

— Чтобы понять, заключал ли ты договор с Роркхом в самом начале, надо вспомнить это. А ты не помнишь.

— Это Роркх. Если я чего-то не помню или не знаю, не значит, что этого не было.

— А ты быстро умнеешь, Стрелок. Но есть и другой способ узнать, что было на самом деле, мэн.

— Как?

— Надо вернуться в самое начало и пройтись по тому же пути.

— И как это сделать, — начал хмуриться я.

— Дойти до конца, разумеется. Это как в часах. Песок времени иссякает в конце, часы переворачивают и все начинается сначала.

— Черч, но время же не песок.

— Конечно не песок. Время это спирт, эфир и формалин в основном. А в нем плавают чешуйки драконьей кожи. Что? Все это знают, — отмахнулся он.

— Спасибо Черч. Твоя мудрость никак не помогла.

— Знаю, мэн, — хлопнул он меня по плечу. — Но я и так уже слишком много помог. Старина Черч заслужил немного отдыха и соленых апельсинов с перцем. Так что можешь просто поверить мне на слово, мэн. Этот мир реален. Ты реален. Все реально. И мы победили. Ты победил. Но, — он наставительно поднял палец. — Только на этот раз. Впереди еще тысячи битв и тысячи Роркхов. Но это уже другие миры и другие истории.

— Но начало положено, — усмехнулся я.

— Именно! — воскликнул Черч. — А это самое важное. Бывай, Стрелок. Я был очень рад сражаться с тобой плечом к плечу.

— И я, — ответил ему. — Бывай, Черч.

Он оставил меня в одиночестве, а я наконец принялся за распаковку подарка. Хант от самого виртуоза. А я не сомневаюсь, что это был именно хант. И пусть он не заменит мне Джекса, но зато заменит всех Роллов.

С нетерпением развернул упаковку и вчитался в надписи на карте. Затем еще раз и еще, пока смысл букв не дошел до меня. Карта упала под ноги, но я уже сорвался с места.

— А ну вернись, Черч! — орал я. — Стой, кошара драная. Только попадись мне еще.

Ребята подошли на крики и увидели разорванную упаковку от подарка. Немного пьяный Маус наклонился и поднял карту с земли.

— И чего так разорался? А кто говорил нам вести себя адекватно?

— Это хант Черча? — спросил подошедший Овер. — Что там?

— Да фигня какая-то. Шестая ступень. Ну и имечко у него.

— Джонатаниэль. Да у этого ханта родители приколисты.

— Как и Черч.

— Ага. Арч-то надеялся на абсолюта. Смотри как расстроился.

— Может отберем у него топор? — спросил Маус.

— Да не, пусть забирает, — отмахнулся Овер. — У меня еще есть.

* * *

Свадьба прошла своим чередом, как дикая неделя веселья вслед за ней. Но пора пришла и честь знать. Все-таки у нас у всех была работа, а вернее игра. И никто не собирался уходить из Роркха.

Ну, кроме Черча и еще некоторых старичков, которые изначально были в курсе событий. А значит, пришло время принимать решение.

— Все прочитал? — спросил Гаро.

— Все, — кивнул я. — Хороший расклад получается.

Мы сидели в его кабинете на шестидесятом этаже, куда он переехал. Глава все еще чувствовал себя не очень уютно в этом месте, это сразу бросалось в глаза.

— А что ОбсСис говорят? — спросил я.

— Нет больше ОбсСиса, — пожал плечами Гаро. — Правительство разом урезало финансирование. Какие-то дотации еще останутся на следующие восемь лет. Хотят убедиться, что не будет новой Великой Обороны или чего еще хуже. Но в целом все уже расслабились.

— Неужели игрушечная гильдия наконец переходит на полное самообеспечение? — усмехнулся я.

— Все крутятся как могут. Пауки выкупили акции ОбсСис. То есть игроки, по сути. Хотят расширять зону влияния, поставлять больше капсул заграницу и привлекать оттуда новых игроков. В нашем кристалле полноценная копия Роркха и она по прежнему затягивает. А про дневную сторону вообще молчу.

— А что с башней? Она же в аренде у вас.

— Мой братец был той еще хитрой скотиной, — ухмыльнулся Гаро. — В хорошем смысле слова. В договоре так и прописано, безвозмездная аренда, пока существует Роркх. А Роркх никуда не делся. Но все равно придется затянуть пояса. К тому же правительство снимет большую часть систем защиты и освободит нам площади.

— И теперь ты будешь сдавать их в аренду игрокам? Как мне.

— Гильдиям, Арч. А что? У нас есть тир, медблок, тренировочные залы, жилье, рестораны. Весь комплект. Хочешь быть Расвом — пользуйся.

— И плати конскую комиссию, — улыбнулся я.

— Кроме тебя никто не жаловался, — усмехнулся Гаро. — Остальные могут использовать ресурсы башни за скромную плату. Тебя тоже касается, твой отряд теперь тоже не бедствует.

— Гильдия, Гаро. Я всегда мечтал о гильдии.

— Название хоть придумал?

— Вест глава, пусть он и придумывает, — отмахнулся я. — И с остальной фигней тоже пусть у них с Овером голова болит.

— Так ты и зама отдал Оверу?

— Он это заслужил. Темные сборки, Йорк, это все его заслуга. И он хорошо справляется.

— А ты чем будешь заниматься?

— Как всегда и мечтал. Просто играть в Роркх. Стрелять монстров, качать репутацию с торговцем, таскать ковры одной милой бабусе и грести деньги лопатой.

— Похоже на план, — согласился Гаро. — Даже неожиданно такое от тебя услышать.

— А сам-то что делать будешь? На одной аренде долго не вытянешь. Или вытянешь?

— Обучение. У нас лучшая школа по Роркху. И лучшие учителя. Будем давать упрощенную систему, расширим базу, сделаем ступени. Короче, там аналитики все готовят. Начнем набирать студентов вроде тебя. Которые хотят просто играть в Роркх, а не в Расвах.

— Нормально, — кивнул я. — А с территорией что? Не думал отжать кусок у Коалиции?

— Думал. Было бы здорово, но не сейчас. За все схватимся, ничего не получим. Но есть ты и твоя гильдия. Придут и другие. Может так и соберем новый альянс, где каждый занимается своим делом.

— Слушай, а может все-таки…

— Нет, — ухмыльнулся Гаро. — Доступ к складу не дам. Это склады Расвов, так что жирно тебе будет еще и нашим хранилищем пользоваться. Радуйся скидкам в тире.

— Видел я твои скидки, — скорчил ему рожу. — Ты меня по миру пустишь с такими расценками.

— Вот только не надо прибедняться тут. Ты вполне можешь купить себе свой собственный тир.

— А это идея.

Мы подписали все бумаги, вернее Вест все подписал и вышли из состава Расвов, пусть и остались жить с ними бок о бок.

Пришла пора отправляться в собственное плавание. К тому же, теперь не обязательно было тащить игроков в столицу и заставлять их жить под вечным контролем большого Гаро. Ночные уже присоединились к нам, пусть и не официально.

А значит месяц другой и возобновятся атаки Коалиции, пытающейся захватить территорию. Первое время я займусь вербовкой новеньких и их обучением. Но чтобы это сделать, пришлось отчехлить Расвам немного серебра за подготовительные курсы.

Там много своих нюансов, а Роркх по прежнему не терпит слюнтяев, которых водят ночами за ручку. Так что надо будет сделать все грамотно. К тому же один новичок уже есть.

Эл вызвался вступить в нашу гильдию и теперь уже официально стал моим первым учеником. Ана все-таки больше у Расвов училась, чем у меня, так что не в счет. Овер уже наметил курс движения. Говорит, что есть наметки на Шангри-Ла. Если найдем ее, сможем поставлять на рынок хантов-монахов.

Параллельно еще будем разбираться с метой проклятых предметов в связке с Йорком. Пусть я с ним и не виделся после того боя, но Неми говорит свое стандартное «молитвы-молятся».

Ко всему прочему у меня была еще одна встреча с Алтарайи. Жрица-Странник-Богиня-Госпожа Ф выдала мне очередную работенку на прощание. Раз уж впервые появился кристалл, не связанный с предыдущей цепочкой, то это отличная возможность.

Госпожа Ф попросила нас изучить Роркх, благо мы первые, у кого есть на это достаточно времени. Любая крупинка информации будет полезна богам в будущем.

Ведь это только мы теперь в безопасности, но цепочка не прервется. Роркху, как и полагается любому ребенку, всегда нужны будут новые игрушки. А мы лишь отобрали у него одну. Наверняка, эта тварь теперь в ярости, а значит кому-то не поздоровится.

Это все я тоже рассказал парням из правительства, но финансирование все равно урезали. Понимаю, своя рубашка дороже.

Ладно, разберемся.

От: Рюика.

Я купила шикарное красное платье, которое надо срочно кому-нибудь показать. И купила я его не в Роркхе.

Я улыбнулся, прочитав сообщение. А жизнь-то налаживается.

* * *

— Тяжелая будет ночь, — произнес Гаро. — Уверен, что не хочешь помочь нам? Хотя бы некоторое время.

— Мы и так помогли вам, — ответил Хохуро. — В своей песочнице теперь сами играйтесь.

— Ну да, кого я спрашиваю вообще.

— Не парься, Гаро, — похлопал я его по плечу. — Как-нибудь справимся.

— Да у нас ни хантов нормальных, ни снаряги, ни артефактов. Ты даже не представляешь, сколько гильдии ресурсов вложили в тот поход.

— Хватит брюзжать, — прошелестел Хохуро.

— Тебе легко говорить. Свалишь сейчас и хорошо тебе.

— Я позвал вас попрощаться, а не выслушивать твое нытье.

— Ай, — махнул Гаро рукой на мумию.

Мы стояли на вершине южного холма на небольшой поляне. Примерно в этом месте в той версии мира находилась пирамида. Что-то особенное тут есть, хоть я этого и не чувствую.

На поляну вышел Юмидай, окруженный сгустками некоего тумана. Древние, что уже давно потеряли плоть, а некоторые и разум. Это было похоже на рваное полотно тумана. Некоторые сгустки плотные и имеют какую-то форму, но многие — просто пятна.

Я даже примерно не мог посчитать, сколько их здесь было, но явно меньше тысячи.

Мы с Гаро пришли проводить их в последний путь. Остальные тоже хотели, но партия вот-вот начнется и кому-то надо было к ней готовиться. А это трудно, потому что все потеряли своих лучших хантов и экипировку.

И это нанесло основной урон по игрокам третьей волны, но и нам тоже придется трудно. Тем более, что сегодня мы намереваемся пройти до этой самой третьей волны.

— Вы уверены, что портал откроется? — обратился я к Юмидаю.

— Битва завершена, богам больше нечего здесь делать. Их должны призвать с той стороны, так что да, на некоторое время откроется брешь.

— Кто должен? — спросил я.

— Другие боги. Не думаешь же ты, что их всего трое?

— Да я откуда знаю? Хох, — обратился я к мумии. — Все равно сваливаешь, заделись лентами, а?

Полоса ткани, длиной в два метра, упала мне на ладонь. Я осмотрел повязку и поднял голову.

— А она будет работать, когда ты уйдешь?

— Нет, — усмехнулся Хохуро.

— Так и думал, — вздохнул я, наматывая ленту на запястье. — Ладно, на память хоть.

— Началось, — произнес Юмидай.

— А что там? Куда вы идете.

— Без понятия, — ответил Хохуро. — Может реинкарнация в новом Роркхе. Может свобода. Может забвение. Но в любом случае лучше, чем провести еще хоть секунду здесь.

— А я думал, тебе нравится наша компания.

— Хах, — то ли прокашлялся, то ли посмеялся он. — Признаю, Стрелок. Было забавно. Пару раз.

Ленты выстрелили во все стороны, метя в сгустки тумана. По бесплотным Древним потекли волны энергии, окутывая тех в полупрозрачные коконы. Юмидай коснулся одной из лент и та намоталась ему на руку.

Хохуро принялся стягивать к себе Древних, а нам пришлось отойти подальше. Вскоре поляна была покрыта багровыми облаками, состоящими из множества коконов.

— Прощайте, — кивнул Юмидай. — Встретимся на той стороне.

— Не помрите тут со скуки, неудачники, — хохотнул Хохуро. — А ты, Стрелок, не теряй голову.

— Надеюсь, все же забвение, — махнул я им рукой, улыбаясь.

Ноги Хохуро оторвались от земли, но не усилием лент, а сами по себе. Его словно что-то тянуло в небо и чем дальше, тем быстрее. Вскоре он уже плыл по воздуху, таща за собой облако Древних на лентах.

Когда они отдалились от земли, алое свечение начало усиливаться. Как в небе, так и на моей руке, освещая всю поляну. Когда я уже не мог разглядеть никаких деталей, весь этот сгусток вспыхнул, а мне пришлось убрать левую руку под плащ, чтобы не резало глаз.

Мы стояли в багровых лучах и смотрели на небо. Облако уменьшилось до размеров луны, а затем запылало еще ярче, осветив весь Роркх. Завораживающее зрелище заставляло глаза слезиться. Приходилось щуриться, но я не мог отвести взгляд.

— В каком-то смысле, — произнес Гаро, — это ведь тоже солнце.

— Согласен.

— Даже не верится.

* * *

— Вам так нравятся мосты? — спросил Шот, подходя ближе.

— Реки, — ответила госпожа Ф и улыбнулась. — Я люблю реки.

— Не ожидал встретить вас прямо в Роркхе.

— Нас призывают обратно, так что на какое-то время мы все стали сильнее. Вы уладили все свои дела, мистер Шот?

— Эрик. Зовите меня Эрик. И да, меня здесь больше ничего не держит. Можем отправляться.

— Надо подождать остальных.

— Уже собираетесь? — раздался низкий хриплый голос.

Немного сутулый человек с сединой в висках зашел на мост. Лицо избороздили морщины, но взгляд оставался цепким и холодным. Огромная фигура, которой позавидуют многие мужчины, даже без доспехов внушала уважение.

— Мистер Йорк, — поприветствовала его жрица.

— Госпожа Фортуната, — коротко кивнул Йорк. — Местный гандон, — поприветствовал он Эрика. — Тоже собрался в путешествие?

— Он теперь работает с нами, — улыбнулась госпожа Ф вместо Шота. — Я заберу его.

— Зачем он вам сдался? — спросил Йорк, впрочем, без особого интереса.

— У него есть цель и сильная мотивация, — пожала плечиками львица. — И некоторые зачатки способностей. Если он справится, то в будущем сможет сыграть важную роль в противостоянии.

— Или предать вас, — пожал Йорк безразлично.

— Ты же не предал, — усмехнулась она.

— Лучше от этого не стало. Вам нужно было убить меня при первой же встрече. А вы вместо этого вытащили Черного из моей башки и дали ему имя.

— Ну, не мы. Мы дали имя только тебе.

— Восьмерка однажды — навсегда восьмерка. Сколько имен ей не давай.

— Это все дело давнее. Вы пришли отправиться вместе с нами?

— В свою проржавевшую халупу на краю времен я и сам могу добраться. Зашел попрощаться. Передавайте привет Иуэ.

— Обязательно, мистер Йорк.

— Ну что, — произнес Шот, теряя терпение. — Теперь можем идти?

— Надо дождаться моего брата, — улыбнулась госпожа Ф. — А вот, собственно и он.

— Где? — произнес Шот, оглядываясь по сторонам.

— Ну, допустим, мяу, — произнес кот из-за его спины.

Шот отскочил от перил, но быстро взял себя в руки. Йорк лишь отмахнулся и кивнул коту.

— Черч? — с неуверенностью спросил бывший дехант.

— А ты кого-то еще ожидал здесь увидеть, мэн?

— Невозможно. Ты же был в видениях Парагонов.

— На меня наложили столько магических печатей, что не сильнее обычного человека сейчас.

— Печатей?

— Одно из трех великих заклинаний. Иначе в Пустой мир не попасть. Либо человек, либо руководи через обрывки чужих сновидений.

— Это если повезет найти сновидения Странника, — усмехнулась госпожа Ф.

— Или посылай вместо себя кого-то еще делать грязную работу, — пробасил Йорк, недовольно скрестив руки. — А сам сиди и лакай вино где-нибудь у теплого камина.

— Не боишься, что наш братец услышит? — усмехнулся Черч.

— А ты ему передай. Пусть оторвет свой зад и сам спустится в один из миров. Я вашему Богу Войны один раз харю начистил уже, начищу еще раз, чтобы не зазнавался.

— Да, — кивнул Черч. — Ему бы полезно было.

— Что с физическим воплощением, Черч? — прервала спор госпожа Ф.

— Законсервировал в подобии стазиса. Может еще пригодится. Но нам пора, моему ханту тоже надо уходить, пока брешь не затянулась. Он ведь просто проводить нас пришел.

— До свидания, мистер Йорк, — улыбнулась госпожа Ф.

— Приглядывай за пацаном, — ухмыльнулся кот. — Да и сам не скучай.

— И вам не сдохнуть, — ответил Йорк, развернулся и пошел прочь с моста.

* * *

— Арч, точно не хочешь пойти с нами? — спросила Неми. — У нас все готово, запаслись под завязку.

— Повеселимся, — произнес Овер, поглаживая пулемет.

Я еще раз оглядел непонятную конструкцию. Похожа на Бэт, только с кучей трубок, колб и проводов. Однозначно что-то техномагическое.

— Нет, — отмахнулся я. — Давайте сегодня без меня. Хочу одну партию прогуляться в соло.

— Ты это заслужил, — кивнул Вест.

— Береги их, — ответил я ему. — В основном от них самих.

— Мы подготовили укрепление и приманки. Будем вести круговую оборону, как и планировали. Что может пойти не так?

— Действительно. Что может пойти не так, — я многозначительно посмотрел на Ану, — когда можно вести огонь в любом направлении.

— Я все слышала, — крикнула Анархия.

— Опять скакать кругами, — простонал Рино.

— Не переживай, малыш, — хлопнул его по плечу Эл. — С тобой великий воин.

— Который знает кунг-фу, — усмехнулся Маус. — Иди уже, Арч. Не заставляй Роркх тебя ждать.

Я пожелал остальным успеха и побрел в другую сторону, вниз по улице. У меня не было плана, не было цели. Я даже не читал брифинг на партию. У меня был Ролл третьей ступени, которого только предстояло обкатать.

Было два Ампекса и один Нокс, заряженные чем попало. Что-то успел урвать на аукционе, что-то скрафтила Ана. Но в основном взял свои старые запасы. Потрошители, Орхидеи и все такое.

Так что в целом, расклад куда лучше, чем когда я начинал. Сумерки сгущались, окна домов провожали меня пустыми глазницами. Было немного грустно, ведь целая эпоха моей жизни подошла к концу.

Но с другой стороны, на душе было легко. Роркх огромен, необъятен и загадочен. За кажущейся внешней простотой таится множество тайн и секретов. Конец чего-то одного, это всегда начало чего-то другого.

И в моих силах сделать что-то новое, лучшее. Прожить жизнь так, чтобы было что вспоминать на всю старость. Ведь мы больше не ограничены временем и исследовать Роркх будут еще и наши внуки. Так что на мой век приключений точно хватит.

Я дошел до маленькой площади с уже разбитым фонтаном. Присел на потрепанную временем лавочку и огляделся. Несколько улиц, покрытых опустившимся на Город туманом, здание старой церквушки, да небольшой сквер.

В этом тумане сегодня ночью будет таиться множество опасностей, готовых сожрать любого, кто осмелится вступить в него. Но для меня в этой неизвестности всегда будут приключения и никак иначе.

Я достал из внутреннего кармана небольшой сверток и аккуратно развернул его. Большой бутерброд с толстым слоем колбасы радовал глаз. Я откусил его и медленно принялся жевать. Не блинчики, конечно, но в этом и смысл.

— Будешь? — спросил я.

Из-за угла осторожно показалась морда твари. Рановато, конечно, для монстров, но эта всегда была какой-то странной. Я помахал бутербродом и Костяная Гончая неспеша потрусила в мою сторону.

— Что, тоже не терпится набить брюхо? — усмехнулся я, отрывая ей половину.

Гончая медленно обнюхала брошенный ей кусок, стараясь не приближаться ко мне. Затем схватила и проглотила одним махом. Уставилась на меня голодными глазами.

— Нифига, это мое, — усмехнулся я. Затем демонстративно похлопал себя по карману. — Есть еще один, но его надо заслужить.

Дожевав остатки колбасы, облизал пальцы и посмотрел на небо. Интересно, будет ли этой ночью кто-то наблюдать за мной оттуда? Впрочем, это же Роркх. Если тебе кажется, что ты в безопасности, то лучше перезаряди барабаны. Твари могут напасть откуда угодно. И возможно одна из них уже у тебя за спиной.

— Беги уже, — махнул я рукой, отгоняя Гончую. — Нам еще в догонялки играть. Сегодня я буду на тебя охотиться.

Гончая насмешливо фыркнула и медленно побежала прочь, пока не скрылась за углом. Я встал, Размял тело, пару раз сжал и разжал кулак, проверяя, как работают пальцы. На всякий случай еще раз осмотрел снаряжение.

Где-то вдалеке раздались первые раскаты грома, а по земле под ногами прошла волна дрожжи. Меня накрыло волной тоски и безысходности. Я улыбнулся и вдохнул холодный ночной воздух Города полной грудью.

Гончая пересекла площадь и скрылась. Стрелок следовал за ней по пятам.

Партия началась.

КОНЕЦ.

Март 2020 — август 2021.

Посвящается Элу, крутейшему из моих читателей.

Это была отличная партия.

* * *

Послесловие от автора

Очередной этап моей жизни завершился вместе с этим циклом. Получилось довольно весело, я считаю. Это был крутой год и я рад, что наконец сделал это и написал Роркх. Идея этого цикла преследовала меня больше десяти лет и были даже две серьезные попытки написать хотя бы одну книгу.

Видели бы, что там получалось. Как вспомню, до сих пор стыдно. А в этот раз ниче так. Не шедевр, но для первого в жизни цикла вполне достойно получилось, по крайней мере я очень доволен. В голове есть планы на дальнейшие циклы, события которых, как все теперь понимают (привет, Черный), будут происходить в одной вселенной и краешком даже пересекаться.

Есть даже мысль рассказать, о том как Черный стал Роркхом, а восьмерка Йорком. Но этот цикл пока далеко в планах. Я не уверен, что буду писать продолжение непосредственно этого цикла про Роркх. История Арча закончилась, все ружья выстрелили, занавес опущен.

Если я и сяду писать новый цикл по Роркху, то не скоро. Это должна быть своя история с сюжетом, не уступающим оригиналу. А с наскока такое не делается. Иначе это просто превратится в попытку выкачать денег на популярном имени. А Роркх такое не прощает.

Идея на продолжение есть и даже ружья на стенах Города давно развешаны, пусть вы их и не увидели. Но идея пока сыровата, поэтому пусть отлежится, обрастет мясом, когтями, клыками, шипами и прочими радостями, как и положено. К тому же, она должна отличаться от основного цикла, как по сюжету, так и по атмосфере. Иначе это будет обычное повторение с заменой лиц и имен. Поэтому я ничего не обещаю.

К тому же, как я уже когда-то говорил, изначально у меня в голове было две книги. Роркх и еще один цикл. Решая, за что взяться вначале, я выбрал Роркх, потому что он проще. Теперь мне кажется, что я поднабрался опыта, набил шишек и готов приступить к новому циклу, который так же рос и развивался в моем мозгу долгие годы.

Так что пока что мир Роркха ограничится основным циклом и Потрошителем, который мы пишем с Лисом, ибо один бы я это не осилил. А ему удалось внести нечто новое, не выходя за рамки канона. Я, конечно, тоже не удержался и добавил туда своих персонажей, немного раскрыв их прошлое. И заодно рассказал, почему в Роркхе нет авиации.

Если я когда-нибудь сяду за продолжение основного цикла, то будет логично объединить обе сюжетных ветки, добавив еще третью. Но это пока только в набросках. А на этом я с вами досвиданькаюсь.

Искренне хочу поблагодарить всех читателей, который прошли этот путь вместе со мной. Поддерживали меня все это время, помогали, ругали, когда это было нужно. И тыкали в вопиющие косяки, которые я старался быстро исправить. Вы помогли не только мне пройти этот путь. Вы помогли Роркху стать таким, какой он есть.

И я верю, что это всем нам зачтется. Потому что Роркх все видит и все помнит. И каждый из нас будет вознагражден, потому что мы дошли до конца.

Спасибо.

Content

Вова Бо
Роркх-7

Пролог

Глава 1. От мыслей развивается скепсис, от него сарказм, а из-за этого можно и по харе огрести

Глава 2. Договор о Войне

Глава 3. Проект «Парагон»

Глава 4. И это ведь Арча считают далеко не гением, мягко говоря

Глава 5. Так вот кто тырил наши блинчики

Глава 6. Уга-буга, у меня самый большой палка, нести мне еда

Глава 7. Я кот. У меня лапки. К тому же эфемерные

Глава 8. Роркх хоть и та еще мразь, но шутки у него классные

Глава 9. Это как между молотом и наковальней, только в вариации Роркха

Глава 10. Будьте так любезны, мистер Арч. Надерите зад этому Роркху

Глава 11. Да я тебя всухую сделал

Глава 12. Кровь на клинок и добро пожаловать отсюда

Глава 13. Да прорастет на ней Лес Мечей

Глава 14. И грянет бой. И имя ему — Апокалипсис

Глава 15. Потому что так веселее. Это же игра

Глава 16. Иногда сны, это не просто сны

Глава 17. Как перестать бояться монстров, что живут в темноте?

Глава 18. Главный вопрос сущего, мироздания и бла-бла-бла

Глава 19. В каком-то смысле, это тоже солнце

Послесловие от автора